Ксения Леонидовна Пашкова

Тыква с секретом

* * *

© Пашкова К. Л., 2025

© Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2025

Ее величество Тыква

Проведя три месяца в Гост-Харборе, я убедилась лишь в одном: моему маленькому бизнесу пришел конец. Весь многолетний труд насмарку. Как только мы с родителями пересекли границу этого небольшого городка, так хорошо знакомая мне жизнь осталась далеко позади.

– Лидия, тебе не кажется, что ты переборщила с количеством? – поинтересовалась мама, разглядывая противень с готовым оранжевым тыквенным печеньем.

– Привычка, – объяснила я, виновато поджав губы.

Жители Рейвеншира, моего родного города, знали меня как королеву выпечки, но для жителей Гост-Харбора я всего лишь чужачка, возомнившая себя кондитером.

– И куда нам столько? – продолжала сокрушаться мама.

Она пыталась сосчитать ароматные круглые печенюшки перед собой, но тщетно.

– Может, угостишь одноклассников?

– Насчет этого… – замялась я. – Ты же не против небольшой вечеринки в нашем доме? Через несколько дней как раз Хеллоуин…

– Если это поможет тебе завести друзей…

– Друзей? Я хочу найти клиентов.

– Детка, ты же знаешь, как местные любят кондитерскую на Ферн-вэй. Не думаю, что тебе удастся их переубедить.

– Уверена, что вкус моих десертов поможет им изменить свои предпочтения.

Моя чрезмерная самонадеянность была признаком отчаяния, и мне не стыдно в этом признаться. Не для того я упорно трудилась, чтобы так легко сдаться. Не позволю пропасть даром знаниям и навыкам, полученным за годы обучения кондитерскому ремеслу!

– Я не против вечеринки, – наконец ответила мама. – Да и гостиная в этом доме просто создана для подобных мероприятий.

Мы по-прежнему не называем «этот дом» нашим, хотя закончили его обустройство еще на прошлой неделе. Когда пару лет назад тетя Мэри попросила нас помочь ей с ремонтом, она невзначай бросила фразу, которую я никак не могу забыть: «Работайте на совесть, вам здесь еще жить». Тетя настояла, чтобы я сама выбрала цвет краски, которой покроют стены в крайней комнате на втором этаже, и теперь мне приходится спать в окружении воспоминаний о том дне.

Никто из нас не планировал сюда переезжать. И родителей, и меня полностью устраивала жизнь, которую мы вели в Рейвеншире. Но никто из тех, кому мама, будучи отличным риелтором, сдавала в аренду тетин дом, не согласился здесь остаться. Некоторые съезжали едва въехав, другие, продержавшись немногим дольше, задерживались на пару недель или месяц. Я отказывалась верить, что им могло не понравиться место, которое так важно для нашей семьи, и списывала все на таинственную пропажу тетиного соседа.

До того, как бесследно исчезнуть, мистер Фокс преподавал историю в старшей школе Гост-Харбора и считался всеобщим любимчиком. Его жена по сей день покрывала улицы города листовками с лучезарным лицом мужа. Проходя мимо портрета этого пышущего жизнью русоволосого мужчины, я всегда задавалась одним и тем же вопросом: что же с ним стало?

На следующий день после разговора с мамой я осознала, как сильно люблю интернет за возможность разослать всей школе приглашения на вечеринку в честь приближающегося Хеллоуина не выходя из дома. Благодаря соцсетям мне не пришлось выслушивать бессвязные отговорки одноклассников и испытывать при этом непреодолимое желание провалиться сквозь землю.

Спустя несколько минут после рассылки сообщений мне пришел ответ от единственного человека, с которым мне удалось подружиться за два месяца учебы в здешней старшей школе.

Фелисити: Помочь тебе с украшением дома? У нас в гараже полно всякой всячины.

Лидия: А ты умеешь вырезать тыквы? Я ничего не успеваю.

Фелисити: Умею, но уродливо.

Лидия: Это же Хеллоуин, они и должны быть страшными. Приходи.

Фелисити: Буду через десять минут.

Нас с Фел связала любовь к сладкому. Когда я впервые принесла выпечку в школу, она не скривилась, как остальные, а подошла и попробовала капкейк, покрытый розовым кремом и яркой посыпкой. Ее примеру последовали еще несколько одноклассников, так что в каком-то смысле она спасла меня из неловкого положения. С тех пор я снабжаю ее кексами на безвозмездной основе.

Едва Фелисити вошла в дом, как я протянула ей тыквенное печенье.

– Попробуй. Оно с апельсиновой цедрой. Чувствуется?

– Чуфствуефся, – подтвердила подруга с набитым ртом.

Ее очаровательное кукольное лицо с вечным румянцем расплылось в довольной улыбке.

– Как думаешь, кто-нибудь придет?

Я знала, что школьники не пропускают ни одной вечеринки и им без разницы, кто ее устраивает, но все равно боялась остаться не у дел.

– Я спросила нескольких знакомых, они подтвердили, что придут. Не переживай… Ой! – воскликнула Фелисити, заметив на столе пирожные из меренги в форме призраков. – Какие милые!

– Их тоже можешь попробовать, – разрешила я, возвращаясь к приготовлению праздничного торта.

– Если никто не придет, мы съедим это вместе, – пообещала подруга. – Я тебя в беде не брошу.

Рассмеявшись, я понадеялась, что эта шутка не станет пророческой. Столько сладкого мне точно не съесть.

Фел продемонстрировала мне несколько вырезанных тыкв.

– Вроде, неплохо выходит, да?

– Да, супер.

– Куда их поставить?

– Когда закончишь, расставим их на лестнице в дом и на крыльце.

– Заметано, – подмигнула подруга и продолжила орудовать острым ножом.

Ровно в восемь на пороге появились первые гости. Я была так рада их видеть, что забыла поздороваться и, молча кивнув в сторону гостиной, осталась стоять в коридоре.

– Чего застыла? – раздался мужской голос. – Привидение увидела?

За время жизни в Гост-Харборе я уяснила кое-что еще: Итан Блейк – настоящая заноза. Я сказала «заноза»? Надо же, а ведь я собиралась сказать «звезда».

– Добро пожаловать!

Как и полагается гостеприимной хозяйке, я выдавила из себя приветливую улыбку и пригласила его войти.

– Вот, возьми.

Только сейчас я заметила в его руках что-то квадратное, накрытое черной тканью.

– Что это?

– Подарок.

Не дожидаясь моего одобрения, он всучил мне неизвестный предмет, и как только тот оказался в моих руках, я поняла, что это клетка.

– Кто в ней?

– Крылан. Твоя тетя просила меня за ним присмотреть, пока ты не будешь готова его принять.

– Крылан? – Я подпрыгнула от завибрировавшей в руках клетки и быстро вернула ее обратно Итану. – Там летучая мышь? Ты с ума сошел? И при чем здесь моя тетя? У нее никогда не было животных, тем более таких!

– Ну, уверен, она не могла держать его у парадного входа. Но можешь не сомневаться, этот крылан принадлежал твоей тете.

Его взгляд скользнул по лестнице за моей спиной.

– Я поднимусь на чердак? Оставлю его там.

– Издеваешься?

Воспользовавшись моментом, когда в дом хлынула целая толпа старшеклассников, Итан проскользнул мимо меня и скрылся наверху вместе с клеткой.

– Чокнутый, – пробормотала я, быстро потеряв из виду его широкую спину. – Его что, не учили манерам? Он ведь в гостях!

Итан известен на весь Гост-Харбор тем, что дурит его жителей, выдавая себя за медиума, говорящего с мертвыми. К нему стекается вся округа, так нуждающаяся в весточке с того света. Я не могу поверить, что взрослые здравомыслящие люди обращаются за помощью к подростку с манией величия.

Кем он вообще себя возомнил? Заявился в дом моей покойной тети с клеткой в руках, да еще и без разрешения поднялся на чердак!

– Эй, Лидс! – Вышедшая из гостиной Фелисити протянула мне пустой поднос. – Тыквенное печенье зашло на ура! Ни одного не осталось.

– О, это… – Я продолжала смотреть в сторону лестницы и наполняться злостью. – Отличные новости.

– Еще кого-то ждешь? – Подруга выглянула на улицу и, убедившись, что там никого нет, закрыла дверь. – Идем, расскажешь всем, какой ты отличный кондитер.

– Сейчас подойду, – пообещала я, снимая с головы ведьминскую шляпу. – Только разберусь кое с чем.

А точнее, кое с кем. Буквально взлетев наверх, я остановилась у приоткрытой двери на чердак и прислушалась к голосу Итана. Он там что, с летучей мышью болтает?

– При всем уважении, я не думаю, что она позаботится о нем. Ее ничего, кроме сахарных изделий, не интересует.

У меня округлились глаза, и я подалась вперед, чтобы ничего не упустить.

– Да нет же! Вы не понимаете! Она не… Ладно-ладно. Поступим как договаривались.

– С кем ты говоришь? – поинтересовалась я, тихо подкравшись к нему со спины.

– С Мэри, – ответил Итан, даже не шелохнувшись. – Она верит, что ты позаботишься о Джеральде, но лично я считаю, что из-за тебя он погибнет.

На чердаке царил полумрак, и мне стало не по себе от установившейся в помещении атмосферы.

– Джеральд – это летучая мышь?

– Да.

– Тетя правда доверила тебе своего питомца?

Я все еще не верила в услышанное, но не могла вот так взять и отмахнуться от, возможно, последней воли родного человека.

– Правда. Она им очень дорожила. – Повернувшись ко мне лицом, Итан склонил голову набок. – Лидия, мы с Мэри можем на тебя положиться?

– Не смей говорить от ее лица! – прошипела я, сделав шаг ему навстречу.

Так и подмывало схватить его за слившиеся с темнотой черные волосы и вышвырнуть на улицу.

– Именно этим медиумы и занимаются – говорят от лица умерших.

– Хватит, я не хочу знать, чем занимаются шарлатаны вроде тебя!

Сделав глубокий вдох, я посмотрела на стоящую позади Итана клетку. Глаза сидящего внутри зверька блеснули, как две яркие вспышки на пасмурном небе.

– Чем его кормить?

– Я пришлю тебе подробную инструкцию.

– Ладно.

– Значит, договорились?

– Да, – согласилась я, не в силах оторвать взгляд от очертаний крыла Джеральда.

– Я все равно тебе не доверяю, – фыркнул Итан, развернувшись на носках в сторону выхода.

– Взаимно, – бросила я вслед.

Едва он подошел к двери, внизу раздался крик. Нет, целая какофония криков и голосов. Переглянувшись, мы бросились на лестницу. Спустившись за рекордные пару секунд, перепрыгивая через несколько ступеней сразу, я выбежала на улицу и стала свидетелем очередной драки между разбушевавшимися старшеклассниками. В такие моменты мне всегда удается держаться на расстоянии, подальше от эпицентра хаоса и кулаков, но в этот раз они были на моей территории и я не могла оставаться в стороне, когда сразу несколько придурков устроили петушиные бои на нашей лужайке.

– А ну, успокойтесь!

Закричав, я ринулась разнимать парней, которые были и выше, и сильнее меня, но я подпитывалась текущей по венам яростью. Кое-как утихомирив знакомых мне парней из футбольной команды, я направилась к сцепившимся в львиной схватке одноклассникам. Эзра стоял свесившись с перил, пока Дэнни пытался выбить из него всю дурь.

– Отпусти его, – попросила я, надеясь, что столь вежливый тон возымеет эффект, но не тут-то было.

Воспользовавшись тем, что его противник отвлекся на мой голос, Эзра грубо толкнул Дэнни, а тот, в свою очередь, задел меня. Пытаясь удержаться на месте и не упасть, я споткнулась о лежащую под ногами тыкву, ту самую, которую так старательно вырезала по моей просьбе Фелисити. Вовремя схватившись за перила, я сумела осесть на ступеньку, только слегка разбив колени, но все расставленные в ряд тыквы кубарем полетели вниз. Некоторые из них с треском раскололись, и я повернулась на характерный хруст, уже представляя, как много уборки мне предстоит этой ночью.

– Какого хрена?! – воскликнул кто-то из толпы.

Поднявшись, я пригляделась к разбросанным на земле оранжевым ошметкам и заметила среди них кое-что еще. Белоснежное, выделяющееся среди тыквенной массы. Раздался визг, и толпа вокруг меня хлынула в разные стороны. Я всем телом ощущала начавшийся вокруг хаос, но не могла оторвать взгляд от глазниц в черепе, смотрящих прямо на меня.

Допрос с пристрастием

– Лидия, я задам тебе несколько вопросов, хорошо? – сказал папа в присутствии коллег-полицейских, приехавших из-за жуткой находки в расколовшейся тыкве.

– Да, детектив, – отозвалась я, слегка смутившись.

Мне столько раз доводилось слышать истории о делах, которые ведет отец, но это не шло ни в какое сравнением с тем, что происходило теперь. Прямо сейчас меня допросят. Мои показания занесут в протокол. На сказанные мною слова будут опираться при расследовании преступления. Я как могла пыталась не нервничать, но руки дрожали не переставая с тех пор, как мы обнаружили череп.

Первые вопросы оказались настолько легкими, что я умудрилась расслабиться. И зря, потому что дальше папа пошел в словесную атаку.

– Как давно ты разослала приглашения на вечеринку?

– Сегодня.

– Точное время?

– Сейчас посмотрю. – Я потянулась за телефоном, чтобы проверить, во сколько были отправлены первые сообщения о празднике. – Пятнадцать часов двадцать три минуты.

– Говорила ли ты кому-то о вечеринке до сегодняшнего дня?

– Только Фелисити.

Мне стало жаль подругу, которая оказалась втянута в этот кошмар из-за общения со мной. Не будь детектив моим отцом, я бы сейчас испытывала жуткий стресс. Представляю, каково придется Фел.

– Думаешь, она могла кому-то рассказать?

– Вряд ли, но лучше спросить у нее.

Я не брала с подруги обещание молчать, но она точно не из болтливых.

– Мы допросим ее позже, – сказал папа. – Тебе известно, из-за чего началась потасовка между старшеклассниками?

– Понятия не имею. Они постоянно ссорятся и дерутся, как маленькие дети.

– Ты и раньше разнимала их?

– Нет. Я же не дура – лезть в самое пекло, – неловко улыбнулась я, взглянув на стоящих позади отца полицейских.

– Тогда почему подвергла себя опасности сегодня?

– Потому что это моя вечеринка и я должна была позаботиться о порядке.

Одобрительно хмыкнув, папа провел указательным пальцем по усам.

– Череп принадлежит нашему пропавшему соседу? – спросила я.

Это первое, что пришло мне в голову, когда царивший вокруг хаос поутих.

– Пока неизвестно, но мы это выясним. А почему ты считаешь, что это связано с исчезновением мистера Фокса?

Несмотря на то что в городе мы совсем недавно, отец уже успел вникнуть во все текущие дела полиции.

– Потому что сегодняшнее происшествие произошло так близко к его дому, – объяснила я ход своих мыслей.

– Понятно. – Он сделал несколько записей и снова вернулся к допросу. – Ты помнишь точное количество тыкв, расставленных на лестнице?

– Количество тыкв? – переспросила я, пытаясь понять, к чему он клонит.

Прошло несколько секунд, прежде чем я догадалась.

– А-а-а! Кто-то подбросил тыкву с черепом на наше крыльцо?

– Вероятно, – подтвердил отец. – Так сколько?

– У нас довольно широкая лестница, поэтому мы с Фелисити поставили по четыре тыквы на каждой ступеньке, по две с каждого края. Когда я пыталась разнять парней, их количество было тем же самым.

– Значит, произошла подмена. Во сколько вы украсили тыквами лестницу?

– В шесть вечера.

– Во сколько появились первые гости?

– Ровно в восемь.

– Во сколько началась драка на улице?

– Думаю, около девяти, – с трудом припомнила я.

– Где ты была в этот момент?

– В доме.

– А точнее? – нахмурился отец.

– У себя в комнате. Я забыла часть костюма и поднялась, чтобы взять ее.

Не могла же я рассказать о произошедшем на чердаке.

– Хорошо. Я обязан спросить, не появились ли у тебя за этот короткий срок враги. Может ли кто-то желать тебе зла?

– Нет, – уверенно ответила я.

– Точно? Кто-то использовал вечеринку, которую ты устроила, в своих интересах.

– Стечение обстоятельств. Просто наши тыквы подвернулись кому-то под руку, вот и все, – настаивала я на своем.

– Весь город в тыквах, Лидс, – тихо напомнил мне папа. – Ее могли оставить где угодно.

– Жена мистера Фокса не празднует Хеллоуин. Если бы кто-то подошел к ее дому с тыквой в руках, это бы бросилось в глаза всем соседям. Преступник не мог так рисковать.

– Ваша дочь – прирожденный коп, – расхохотался один из полицейских.

Папа проигнорировал его наблюдение.

– Почему ты продолжаешь настаивать, что это дело связано с исчезновением мистера Фокса? Тебе известно что-то еще?

– Только то, что известно всему городу: он пропал прошлой осенью, и с тех пор его никто не видел. Все, с кем я говорила, считают его погибшим.

– На каком основании они делают такой вывод?

С каждой минутой допроса отец все меньше походил на отца и все больше – на детектива.

– Говорят, у него была счастливая жизнь. Он бы не оставил любимую жену и работу, чтобы податься в бега. Это не имело смысла.

– Спасибо, что ответила на мои вопросы. Можешь идти.

Обернувшись к коллегам, папа попросил их привести следующего свидетеля, Фелисити. Услышав ее имя, я невольно вздрогнула.

Выйдя на задний двор, где разместили всех присутствующих на вечеринке (по крайней мере тех, кто не скрылся, когда запахло жареным), я попыталась разыскать хотя бы одного человека, к которому могла подойти, чтобы не чувствовать себя одиноко. Но я не преувеличиваю, говоря, что подружилась только с Фелисити. Никто из находящихся сейчас на лужайке не мог мне помочь.

– Неплохо держишься, – заметил кто-то сбоку от меня. – Не против компании?

Повернувшись, я увидела Итана. Он стоял держась за рукава повязанной вокруг бедер серой толстовки. Его еще недавно причесанные волосы растрепались и беспорядочно обрамляли вытянутое лицо с острыми скулами.

– Как будто у меня есть выбор, – огрызнулась я и сразу же отвернулась.

Я задумалась о том, что стало с моей собственной прической, и невольно провела пальцами по длинным каштановым волосам. От волн, которые мне сделала Фелисити, не осталось и следа.

– Это мистер Фокс, – безапелляционно заявил Итан. – Я видел его там, возле черепа.

– Уверена, полиции не терпится выслушать твои бредни.

Несмотря на сказанное, в глубине души я порадовалась, что он тоже придерживается этой версии.

– Вот увидишь, я прав.

– Раз ты медиум, почему бы тебе не пойти и не спросить у мистера Фокса, кто его убил? – спросила я, взглянув на Итана.

– Он не знает, – коротко ответил он, не глядя в мою сторону.

– Ну конечно. Как удобно. – Покачав головой, я достала телефон из кармана и увидела, что кто-то отметил меня на фото в BeatShot[1]. – Какого…

– Что там? – Подойдя ближе, Итан посмотрел на экран. – Похоже на постер к фильму ужасов.

Он был прав. Кому-то удался отличный кадр, на котором видны не только раскрытые в изумлении рты подростков, но и то, что вызвало такую бурную реакцию.

– Они разве не понимают, что делают? – возмутилась я. – Это же… Да как они вообще могли выложить это в сеть?!

– Пока не будет официального заявления от полиции, многие будут считать этот череп муляжом. Хеллоуин ведь.

– Уверена, что он настоящий, – фыркнула я, не оставляя места сомнениям.

– Почему? – поинтересовался Итан.

Его каре-зеленые глаза сверкнули неподдельным любопытством.

– Потому что это мои тыквы, а я точно ничего в них не прятала, – объяснила я. – Папа привез их с фермы за городом, а Фелисити вырезала каждую тыкву на моих глазах. Мы бы точно заметили, будь с одной из них что-то не так.

– Логично. Можно вычеркнуть тебя из списка подозреваемых.

– Да неужели? – закатила я глаза.

– Не только из-за этого, но и потому, что твоя семья здесь недавно.

– Кто еще есть в этом списке?

Злорадно ухмыльнувшись, он ответил:

– Только что занес в него имя твоей подруги.

– Фелисити? – нахмурилась я. – Из-за того, что она имела доступ к тыквам?

– Да. И она наверняка знала о вечеринке заранее. Я же прав?

– Прав, – не стала я отрицать очевидное.

Конечно, Фел была первой, с кем я поделилась своей идеей. Мы планировали этот Хеллоуин задолго до того, как я осмелилась спросить об этом маму.

– Но ребята, которые затеяли драку возле той самой тыквы, тоже выглядят подозрительно.

– Думаешь, полиция ими заинтересуется?

– Да. Если бы не драка Эзры и Дэнни, неизвестно, как скоро мы бы обнаружили череп.

– Я все же склоняюсь к версии, что это была нелепая случайность.

– Да неужели?

– Сама подумай. Ты ведь тоже участвовала в этой потасовке, и именно из-за тебя разбилась та тыква.

– Так ты меня подозреваешь? – ощетинилась я, невольно сжав руки в кулаки.

– Да нет, – отмахнулся он от меня. – Ты здесь точно ни при чем.

– Ну спасибо.

Только когда мы замолчали, до меня начало доходить, во что я влипла. С самого детства мне свойственна такая запоздалая реакция. Каким бы тяжелым ни было событие, в первые часы происшествия мой мозг ведет себя так, будто ничего не случилось. Теперь же, когда уровень адреналина в крови спал, я шаг за шагом начинала впадать в ужас из-за увиденного. Человеческий череп прямо перед нашим домом… Да, мне определенно нужно было время, чтобы по-настоящему это осмыслить.

– Твой отец – детектив полиции? – вдруг поинтересовался Итан.

– Да, – ответила я, тряхнув головой, чтобы отогнать непрошеные мысли.

– Это он всех опрашивает?

– Да, он. А что?

– Странно это, не находишь?

– О чем ты?

– Кто-то подбросил череп прямо под нос копу. Зачем убийце так поступать?

Я поежилась.

– Слушай, давай все же дождемся экспертизы и официального заключения. Может, это и правда муляж.

Несмотря на мою уверенность в обратном, мне отчаянно захотелось быть неправой.

– Он настоящий, даже не сомневайся, – сказал Итан, разглядывая толпу старшеклассников перед нами. – Один из них может быть как-то замешан в этом.

– Поумерь свои дедуктивные способности. Мой отец во всем разберется.

– Как разобрался с пропажей мистера Фокса прошлый детектив?

Недоверчивый и полный скептицизма голос Итана пробудил во мне еще больший интерес к исчезновению школьного учителя.

– Что ты имеешь в виду? Дело вели спустя рукава?

– Можно и так сказать. Мистера Фокса искали в основном сами жители города.

– Слышала, он был хорошим учителем.

– Ну да, – подтвердил Итан, – он умел пробудить в учениках интерес к своему предмету. Думаю, многие в нашей школе его любили.

– Многие, но не ты?

Мне показалось, что я поймала его с поличным.

– Я не возвожу в культ людей, которые всего-навсего выполняют свою работу. Учитель должен быть таким, каким был мистер Фокс. Но ничего выдающегося он не сделал.

– Надо же, сколько снобизма, – поморщилась я. – А может, ты на него обижен? В любимчиках ты у него явно не ходил.

– У меня были лучшие оценки в классе по его предмету. Но я их заслужил своим трудом, а не расположением мистера Фокса.

То, как именно он рассказывал о минувших школьных буднях, заставило меня усомниться в репутации учителя, о которой я слышала. Возможно, не таким уж и безукоризненным человеком он был.

– Итан Блейк? – раздался голос уже знакомого мне полицейского. – Проследуйте за мной в дом.

– Поговорим позже, – сказал мне на прощание Итан.

– Ага, – автоматически бросила я в ответ.

Три месяца в городе – и вот во что оказалась втянута моя семья. Как долго соседи, проходя мимо нашего дома, будут вспоминать, что именно на нашей лужайке обнаружили череп? Даже не представляю, через что придется пройти, если он и впрямь принадлежит мистеру Фоксу. И одно я знаю точно: друзей после такого у меня точно не прибавится.

– Лидия! – позвала меня бегущая ко мне Фелисити.

На скорости влетев в мои объятия, подруга расплакалась.

– Я так перенервничала, говоря с детективом! Он задавал просто кошмарные вопросы! Как будто в чем-то меня подозревает!

– Их вопросы всегда такие, не принимай на свой счет, – попыталась я успокоить ее. – Будем надеяться, что все позади.

– Детектив сказал, что меня могут пригласить на повторный допрос! Почему он так сказал? – всхлипнула Фел.

– Это стандартная фраза, не переживай, он ее всем говорит.

– Мне точно ничего не грозит?

– Если только тебе нечего скрывать.

Отстранившись от подруги, я заглянула в ее покрасневшие и полные влаги глаза. Если бы невиновность была человеком, то выглядела бы она именно так.

– Я им все-все рассказала, ничего не скрыла! – заверила меня Фелисити. – Честное слово!

– Тогда тебе точно не о чем волноваться.

– Почему ты так спокойна? Тоже думаешь, что это муляж?

– Нет, я почти уверена, что череп настоящий. Но я в таком сильном шоке, что пока ничего не осознала. Меня чуть позже накроет.

Когда мама сообщила мне о смерти тети, я в ответ только кивнула. Вообще ничего не сказала. Не проронила ни единой слезинки. Просто вернулась к своим делам, отбросив эту новость на задворки сознания. А пару часов спустя потянулась к телефону, чтобы написать Мэри, и вдруг поняла, что писать больше некому. Я больше никогда с ней не поговорю, не увижу ее улыбку, не услышу ее тихий родной голос. Тогда-то мой шок и прошел. В ту ночь я не сомкнула глаз, проревела без передышки почти восемь часов.

Оставалось только догадываться, что со мной будет после того, что случилось сегодня.

Внезапно мне в голову пришла одна мысль.

– Фел? – позвала я совсем поникшую подругу.

– Да?

– Можешь показать мне фото, которые мы сделали на крыльце?

– Конечно.

Она протянула мне уже разблокированный телефон. Открыв галерею, я пролистала несколько снимков, пока не добралась до того, который искала. Приблизив сделанный подругой кадр, я вгляделась в стоящие рядом две тыквы и, увидев очевидную разницу между ними, вздрогнула.

– Скоро вернусь, – сказала я и устремилась в дом.

– А телефон? – крикнула мне вслед подруга.

– Он мне нужен!

Папа все еще допрашивал Итана, когда я ворвалась в кухню. Они сидели за нашим обеденным столом, выглядя при этом чересчур напряженными. Похоже, коннекта у них не случилось, что совсем не удивительно, учитывая то, какое большое у Итана самомнение. Отец не терпит высокомерия. Сколько себя помню, он всегда считал, что все люди равны.

– Лидия, мы еще не закончили, – строго уведомил меня папа.

– Мне нужно дополнить показания, – объяснила я свое появление и, подойдя ближе, положила перед ним телефон. – Вот, взгляни на тыквы.

– На что конкретно я должен смотреть?

– Фелисити не сильна в вырезании тыкв, все они получились жутко уродливыми. Посмотри, какие кривые глаза и рты.

– Вижу.

– Но не у этой.

Я указала на тыкву, которая выделялась среди остальных. Тот, кто ее вырезал, сделал это филигранно и очень красиво.

– Когда была сделана эта фотография? – спросил он, быстро сообразив, к чему я клоню.

– До прихода гостей. Примерно в семь тридцать. Значит, это случилось в те полтора часа, когда…

– Лидия! – остановил меня папа.

Проследив за его взглядом, я поняла, что он не может обсуждать подробности дела в присутствии Итана.

– Спасибо, можешь идти.

– Да, хорошо.

Бодро кивнув, я поспешила ретироваться.

Вернувшись на задний двор, я решила не говорить Фелисити о своей находке. Нужно быть умнее и не распространяться о том, что в конечном счете может дойти до преступника.

Если бы тетя знала, что сейчас происходит в ее доме, она бы пришла в бешенство. Она любила гостей, но точно не по такому поводу. Мэри, прости! Я этого совсем не хотела!

Плохие новости

Как я и предполагала, переизбыток эмоций не позволил мне расслабиться и уснуть крепким сном.

Первую половину ночи я пребывала в тревожной дреме. Меня одолевали не только навязчивые мысли, но и безумные – одна хуже другой – теории о судьбе мистера Фокса.

В четыре утра я проснулась от громкого шума над головой и тут же подскочила с постели. Прислушалась, но дом ответил мне звенящей тишиной. Кажется, летучие мыши бодрствуют именно по ночам… Значит, это Джеральд разбушевался?

И почему, интересно мне знать, у него человеческое имя?

Когда зашкаливающий пульс перестал стучать в ушах, я снова забралась в кровать, накрылась с головой одеялом и закрыла глаза. Несмотря на мое частое и теплое дыхание, мне никак не удавалось согреться. Поджав ноги к груди, я зажмурилась и попыталась думать о чем-то хорошем. О том, что гостям, пришедшим на вечеринку, понравилась моя выпечка. О том, что уже в следующем году я отправлюсь в колледж и стану студенткой. О том, что у мамы наконец-то появились клиенты в этом городе и она больше не называет себя никому не нужным риелтором…

ЛИДИЯ!

Я поняла, что провалилась в сон, когда пробудилась от неожиданного женского крика. Убежденная, что это мамин голос, я, не раздумывая, бросилась в коридор. И только подойдя к родительской спальне, замерла в нерешительности.

Мне ведь могло это и присниться. Вдруг показалось?

Прислушавшись к звукам за дверью и ничего не услышав, я сделала два шага назад. Подождала еще несколько минут, пристально всматриваясь в господствующую в доме темноту, а затем тихими шагами вернулась к себе.

Снова оказавшись под одеялом, я попыталась воскресить в памяти услышанный крик. Он был громким, но в то же время приглушенным. Как если бы человек звал меня вполсилы. Такой голос был у тети. Она всегда говорила с легкой хрипотцой и редко повышала голос. Но Мэри здесь больше нет, а это значит, что мне просто послышалось. После всего, что случилось минувшим вечером, по-другому и быть не могло. Я с самого начала знала, что меня ждет ночь, полная кошмаров.

Утро наступило раньше, чем мне удалось снова уснуть. Сбросив с себя одеяло, я взглянула на посетившие мою комнату солнечные лучи и впервые за последние часы расслабилась. Свет прогнал сковавший мое тело страх, и мне стало легче дышать.

Когда я спустилась вниз, мама уже вовсю готовила завтрак. Папы дома не оказалось.

– Он ушел еще час назад, – сказала мама, нарезая томаты. – Как спалось?

– Не очень, – призналась я, готовя себе черный чай с лимоном.

– Что ж, это было ожидаемо… Милая?

– Что?

Я оторвалась от любимой кружки в виде котика и посмотрела на маму. Что-то в ее взгляде дало мне понять, что ничего хорошего сейчас не прозвучит.

– Твоему папе сообщили результаты предварительной экспертизы. Череп действительно принадлежит мужчине. Насколько мне известно, жену мистера Фокса уже вызвали в участок, и… думаю, скоро мы узнаем, чьи это останки.

– Наверняка это останки нашего пропавшего соседа.

Как только я произнесла эти слова, у меня закружилась голова. Так бывает, когда твое воображение пересекается с реальностью и все надуманное становится действительностью. Мама обошла длинный стол и подошла ко мне, чтобы приобнять за плечи.

– Ты как, Лидия?

– Не знаю. Я не удивлена, но все же не ожидала, что именно так все и будет.

– Уверена: Крис во всем разберется.

Меня тронула ее безоговорочная вера в мужа, но я сама так не умею. Мне куда привычнее во всем сомневаться. Если не теплишь в сердце напрасную надежду, то твой разум куда лучше справляется с неудачами. Именно такой девиз помог мне добиться успехов в кондитерском искусстве. Это не отсутствие веры, просто я взяла за правило не принимать за истину в последней инстанции собственное мнение.

– Ты же не звала меня этой ночью? – решила я уточнить на всякий случай.

– Что? – удивилась мама. – Зачем мне тебя звать? Да еще и ночью…

– Не знаю. Наверное, мне это приснилось.

– Бедняжка, нелегко тебе придется в эти дни, – сочувственно проговорила мама. – Но как только все разрешится, станет легче, и это все забудется, как страшный сон. Веришь мне?

– Конечно, – улыбнулась я, оставив при себе любые сомнения. – Так и будет.

Школу и до вчерашнего дня было трудно назвать приятной, но теперь она стала совсем уж мрачной. Ярко-оранжевые стены коридоров отныне и навсегда будут ассоциироваться у меня исключительно с тыквами, таящими в себе жуткие находки. Простояв несколько минут у открытого шкафчика с учебниками в руках, я так и не смогла справиться с дрожью во всем теле.

– Лидия! – раздался знакомый девичий голос слева от меня. – Думала, ты не придешь!

– Привет, Фел, – поздоровалась я с подругой, пытаясь говорить размеренно.

– Все только о вчерашнем и болтают. Кто-то видел, как за миссис Фокс заехала полицейская машина. Тебе папа ничего не говорил?

– Он ушел рано утром, мы не виделись.

– Облом. Значит, придется вместе с остальными ждать новостей.

– Да, – пробормотала я, – только это и остается.

– Ладно, увидимся позже.

– Ага.

Заметив мелькнувшего в толпе Итана, я быстро захлопнула дверцу шкафчика и бросилась вдогонку за ним. Чуть не сбив с ног добрую половину коридора, мне все же удалось вцепиться в его синий рюкзак.

– Что за… – Остановившись, он развернулся и, увидев меня, скорчил недовольное выражение лица. – Чего тебе?

– Обязательно грубить?

– Я чуть не упал из-за тебя!

– Какие мы нежные! – фыркнула я. – Ты так и не прислал инструкцию, а эта мышь не давала мне сегодня спать.

– Ну прости, вчера как-то не до этого было. Вечером пришлю.

– Может, придешь и сам ее покормишь? Я как-то не уверена…

– Боишься? – усмехнулся он.

– Да, боюсь. Не хочу, чтобы меня укусили.

– Укусили и выпили всю твою кровь… – поправил меня Итан, выглядя при этом невероятно довольным. – Этот вид таким не промышляет, можешь не волноваться. Но я все равно готов прийти и помочь.

– Правда? – усомнилась я. – Зачем тебе помогать мне?

– Ты же сама только что об этом попросила.

– Попросила, но была уверена, что ты откажешь.

– Я обещал твоей тете позаботиться о Джеральде и проследить за тем, чтобы вы поладили. Так что технически я делаю это вовсе не из желания помочь тебе.

– Спасибо, что объяснил. – Я сделала глубокий поклон. – Это и правда очень важное уточнение.

– Лидия…

– Да иди ты! Сама справлюсь!

Развернувшись на пятках, я направилась в сторону класса химии, где проходил первый урок.

Несмотря на мечту о грандиозной карьере кондитера и открытии собственного кафе, я рассматривала и другие варианты. В первую очередь профессию врача. В нашей семье нет никого, кто хотя бы мало-мальски разбирался бы в медицине, и я подумывала исправить это упущение. Мисс Осборн одобряла мой выбор и всячески подбадривала, когда я чего-то не понимала. С таким чутким учителем химия перестала казаться чем-то страшным и недосягаемым.

– Доброе утро! – поздоровалась я с ней, войдя в класс.

Понурый вид вечно позитивной мисс Осборн доказал, сколь многое переменилось за прошедшую ночь. Устроившись за своей партой, я огляделась. Почти у всех, кто присутствовал на вечеринке, был потрепанный вид. Под глазами подравшихся вчера Эзры и Дэнни красовались темные круги – похоже, не только у меня возникли проблемы со сном. Интересно, им тоже мерещилось всякое или только мне так повезло?

– Ты что, больной? – возмутилась сидящая позади меня Стефани Рассел. – Не пойду я ни за какими конфетами!

– Да брось, детка! – вздохнул Кит Фостер, ее парень. – Хеллоуин же! Ты всерьез собираешься нарушить традицию похода за сладостями из-за какого-то черепа?

– Какого-то черепа? – вклинился в их разговор Эштон Миллер, главный умник на всех занятиях. – Прояви уважение к мистеру Фоксу!

– Да с чего вы все взяли, что это его башка? – рассмеялся Кит.

И поднялся настоящий гвалт. Каждому нашлось, чем ему ответить.

– Класс! – громко прервала всех мисс Осборн. – Понимаю: вы все беспокоитесь из-за произошедшего. Я вместе с вами нахожусь в тревожном ожидании новостей. Но давайте надеяться на лучшее. Пока полиция не сделает официальное заявление, мы должны сохранять спокойствие и…

Раздавшийся из динамика гнусавый голос директора не дал закончить мисс Осборн ее поучительную речь.

– Внимание! Прошу всех немедленно явиться в спортивный зал! Повторяю: учащиеся в сопровождении учителей должны проследовать в спортивный зал!

Я сразу поняла, в чем дело.

– Полиция здесь, – объявил сидящий у окна Дэнни. – Сразу три машины.

– Пойдемте, – позвала нас мисс Осборн.

В ее глазах стоял невыразимый ужас. В этом мы все сейчас были похожи. Даже Кит заметно напрягся и виновато опустил еще недавно насмешливый взгляд.

Я увидела отца, как только просочилась вместе с толпой в недавно отремонтированное помещение. Здесь все еще пахло масляной краской, которой покрыли деревянный пол, но сегодня его перебивал отчетливый запах страха, исходящий от каждого входящего в спортивный зал. Папа стоял у противоположной стены, рядом с ним – коллеги-полицейские и микрофонная стойка. Он пришел сюда, чтобы сделать заявление, а мы – чтобы его выслушать.

Поднявшись повыше, я заняла место в окружении девчонок-чирлидерш. Они стояли взявшись за руки, как члены какого-то тайного общества. Одна из них, та, что всегда подвязывает светлые волосы голубым бантом, точно присутствовала на моей вчерашней вечеринке. Когда она предложила подругам помолиться, я вспомнила, что ее зовут Элис и что именно она проводила мне экскурсию по школе в мой первый день здесь.

Мои мысли прервал вкрадчивый голос отца. Пожалуй, из всех присутствующих в зале только я знала, что означает эта интонация. Сообщая мне о переезде в Гост-Харбор, он говорил точно так же. «Лидс, у меня для тебя плохие новости», – вот что таится за этим тоном. После короткого представления папа, тяжело вздохнув, перешел к делу.

– Я здесь, чтобы сообщить вам о том, что дело о пропаже Габриэля Фокса, преподававшего в этой школе историю, было официально переквалифицировано в дело об убийстве.

Словами не передать, какой после этих слов поднялся шум. Казалось, что все одновременно начали кричать и плакать. Я пыталась разобрать хоть что-то из потока чужих голосов, но это все походило на бессвязные вопли. Запах страха смешался с всеобщей паникой. Как бы давка не началась…

– Пожалуйста, успокойтесь! – призвал их к порядку отец.

Хотелось бы мне сейчас не стоять у этой дурацкой коричневой стены в окружении галдящих школьников, а быть рядом с папой.

Он смог продолжить свою речь только через несколько минут.

– Полученные сегодня результаты экспертизы помогли нам установить личность погибшего, чьи останки были обнаружены прошлым вечером во время вечеринки в доме учащейся старшей школы Гост-Харбора.

Все знали, что он говорит обо мне. Но хуже всего то, что речь шла и о маме с папой. О нашем доме. Доме, который принадлежал тете Мэри. Мы крепко увязли в этой истории, и неизвестно, сможем ли когда-нибудь из нее выбраться.

– Мы приносим соболезнования семье мистера Фокса и всем, кто прямо сейчас переживает эту утрату, – добавил отец. – Прошу всех присутствующих содействовать следствию. Мы пригласим на допрос или повторной допрос тех, кто, по нашему мнению, может обладать необходимыми сведениями. Если у вас есть информация о произошедшем, прошу добровольно явиться в участок для дачи показаний.

– Да что мы можем знать? – воскликнула стоящая рядом со мной темноволосая чирлидерша.

Я хотела поспорить с ней, потому что любая, даже самая незначительная крупица способна раскрыть дело, но решила промолчать. Она, как и все остальные, слишком напугана, чтобы мыслить здраво.

– Пожалуйста, возвращайтесь к занятиям, – велел директор.

После короткого замешательства вся собравшаяся в зале толпа хлынула наружу. Удивительно, но больше никто не шумел. Все вели себя настолько тихо, что стало не по себе.

– Лидия! – позвал меня кто-то справа. – Лидия Мур!

Отыскав взглядом Итана, я попыталась протиснуться к нему, но меня как волной смыло вперед. Мы разыскали друг друга уже в школьном коридоре, когда большая часть учеников разошлись по классам.

– Чего тебе? – спросила я, подойдя к нему.

– Можешь убедить отца поговорить со мной?

– Он же тебя только вчера допрашивал.

– Когда я попытался передать ему слова мистера Фокса, он отказался меня слушать, – пожаловался Итан, будто я и впрямь могла посочувствовать ему из-за этого.

– И правильно сделал. Его бы отстранили от дела, запиши он в протокол показания призрака.

– Лидия, ты хоть понимаешь, как глупо отказываться от моей помощи? У полиции есть реальный шанс раскрыть это дело, а они не хотят слушать меня!

– Они раскроют это дело благодаря уликам и свидетелям, а не благодаря школьнику, возомнившему себя медиумом.

Я не хотела обижать его, но произошло убийство. Сейчас точно было не время для игр в эзотерику.

– Ты вынуждаешь меня переступить через собственные принципы, – удрученно признался Итан.

– Какие еще принципы? – нахмурилась я.

– Я не говорю о том, что узнал от усопшего, если родственник не желает этого слышать. Но тебе скажу.

Я ощутила, как по спине пробегает волна холодных мурашек, и поежилась.

– Ты о чем?

– Твоя тетя ненавидела сладкое, но никогда не отказывалась от твоих пирожных и тортов. А перед смертью она вспоминала яблочный пирог, который ты сделала на ее последний день рождения.

– Неправда, – тихо возразила я. – Мэри всегда с удовольствием ела сладкое.

– Она притворялась ради тебя.

Затуманенный взгляд Итана скользнул мне за плечо.

– Говорит, можешь спросить у мамы. Она подтвердит.

Медленно повернув голову, я убедилась, что там никого нет.

– Что за спектакль ты устроил? – зашипела я, схватив Итана за руку.

Воспользовавшись этим, он притянул меня к себе и, заглянув в глаза, сказал:

– Когда тебе исполнилось пятнадцать, она сказала, что всегда мечтала о такой дочери, как ты.

– Откуда ты…

Я вдруг оказалась на грани того, чтобы расплакаться и забиться в угол, где меня никто не найдет. Мэри призналась в этом, когда укладывала меня спать. Я никому об этом не говорила. В ее словах было нечто сокровенное, очень личное. Настолько, что мне показалось неправильным делиться этим даже с родителями.

– Она была счастлива, когда ты появилась на свет. Настолько, что потратила целую зарплату на одежду и игрушки. Твои родители не знали, куда класть все эти вещи.

– Да, – подтвердила я, вспомнив эту историю, которую мне тоже рассказала Мэри. – Как ты это делаешь?

– Она стоит прямо за тобой, – прошептал Итан, крепче взяв меня за руку.

– Почему она здесь?

– Потому что хочет, чтобы ты мне поверила.

– Отпусти меня, – процедила я, попытавшись вырваться из его хватки.

– Сначала пообещай, что поговоришь с отцом.

– Шантажировать меня вздумал?

– Что еще мне остается? Какой толк в этих способностях, если я не могу никому помочь?

Ко мне вернулось логическое мышление, а вместе с ним – привычный скептицизм.

– Ты был знаком с моей тетей, она могла рассказать тебе обо всем этом при жизни.

– Я не общался с ней до ее смерти, – поправил меня Итан, наконец-то выпустив мою ладонь. – Она попросила позаботиться о крылане, будучи духом.

– Будучи духом? – переспросила я, борясь с желанием толкнуть его. – Что ты несешь?

– Ладно. Просто скажи: что мне сделать? Как доказать, что я не вру?

Я задумалась. Есть ли что-то такое, о чем известно только мне и тете? То, о чем она точно не стала бы никому рассказывать? Это должна быть незначительная деталь нашего прошлого, о которой не имеет смысла говорить кому-то еще.

– Я всегда добавляю в морковный торт один и тот же ингредиент. Однажды я закатила истерику, потому что мама отказалась ехать со мной в супермаркет, чтобы его купить. Тогда тетя взяла меня под руку и пообещала во всем разобраться. Мы сели в ее машину и…

– Вы ездили за грецкими орехами, – сказал Итан, не дав мне задать вопрос. – С тех пор Мэри всегда держала дома пару пакетиков орехов – так, на всякий случай. Вдруг ты приедешь и захочешь приготовить морковный торт?

Он по-прежнему смотрел сквозь меня, а его глаза были затянуты странной дымкой.

– Она правда здесь? – дрожащим голосом спросила я. – Мэри рядом?

– Да, но это ненадолго. Я не могу беспокоить ее так часто. Тебе нужно услышать что-то еще, или…

– Хватит, – остановила я его. – Отпусти ее. И не надо пользоваться моей тетей, чтобы что-то мне доказать.

– Она не возражала.

– Разве она не… не обрела покой? – начала я переживать.

– У нее все хорошо, не волнуйся, – заметно смягчившись, улыбнулся Итан. – Ты прости меня за это, но я был в отчаянии.

– Да уж, понятно. А чего с моим отцом этот трюк не провернул?

– Он не был близок с Мэри.

– А другие духи что, не хотят тебе помогать?

– Не хотят. Не все идут на контакт. Стоит мне их позвать, как они, не успев появиться, тут же растворяются в воздухе.

– Тяжело тебе, наверное, – усмехнулась я. – Честно говоря, на их месте я бы вела себя точно так же.

– Это нормально. Если у них нет незавершенных дел на земле, им незачем сюда являться.

– Тогда почему тетя здесь? – снова встревожилась я.

– Она переживает за тебя. Хочет убедиться, что ты освоилась на новом месте и что у тебя все хорошо.

– После вчерашнего…

– Да, ее это тоже встревожило. Мэри хотела бы помочь, но, кажется, ничего не знает. И с мистером Фоксом она была едва знакома.

– Кажется, я завидую тебе, – призналась я. – Ты можешь видеть ее, говорить с ней…

– Не так уж это и хорошо, – возразил Итан, но тут же, откашлявшись, сменил тему: – В общем, поговори с отцом.

– Ладно, но не думаю, что он станет слушать меня.

– Используй все свое упорство, чтобы убедить его.

– Я не…

– Лидия Мур и Итан Блейк! Почему вы не в классе? – пророкотал на весь коридор голос директора.

– Я напишу тебе вечером, – бросил на прощание Итан.

Когда он скрылся за углом, я направилась на занятие по химии, до конца которого оставались считаные минуты. По дороге в нужный кабинет я думала только об одном: как убедить еще большего скептика, чем я, поверить в то, что Итан – медиум?

Не Дракула

Пересечься с папой удалось только за ужином, после которого он собирался вернуться на работу. Он оказался настолько погружен в себя, что не сразу услышал, как я его зову.

– Ты, наверное, хочешь узнать подробности дела? – предположил он, наконец-то обратив на меня внимание. – Но я не могу ничего обсуждать с тобой. Для твоего же блага, Лидс, не лезь в это.

– Твой отец прав, – поддержала его мама, коснувшись моего плеча. – Хоть это и произошло рядом с нашим домом, нам следует держаться подальше от всего, что связано с этой историей.

– Да без проблем, только у меня одна просьба, – робко начала я заранее заготовленную речь.

– Какая? – спросил папа, оторвавшись от спагетти с митболами в томатном соусе.

– Не мог бы ты еще раз поговорить с Итаном Блейком, только на этот раз без предубеждения? – Заметив, как он изменился в лице, я подняла руку, тем самым попросив выслушать меня до конца. – Конечно, никакой он не медиум, но у него точно есть какая-то информация об этом деле. Может, он получил ее от кого-то, кого не хочет сдавать полиции, или, может, он добыл ее незаконным способом. Вдруг он увидел что-то, что не должен был видеть, и теперь опасается за собственную жизнь, поэтому и выдумал всю эту чушь про общение с духом мистера Фокса? В любом случае его нужно выслушать.

– Допустим. – Отец промокнул салфеткой испачканные соусом губы. – Но каким образом я зафиксирую его показания, если он не говорит, как получил эти сведения? Я не могу написать, что ему явился дух убитого. Показания Итана Блейка, какими бы ценными они ни оказались, нельзя прикрепить к делу. Что бы он ни сказал, это ничем не поможет следствию. К тому же ни один суд не станет слушать такого свидетеля.

– Тогда поговори с ним неофициально.

– Лидия… – вздохнул он. – Что самое главное в моей работе?

– Рационально распределять имеющиеся ресурсы, – отчеканила я.

– И какой же ресурс самый ценный?

– Время.

– Вот именно. Время. Я не могу тратить его на пустые разговоры.

– Я уверена, что разговор с Итаном не будет бессмысленным. Просто… поверь мне. Пожалуйста.

Я сама от себя обалдела, не говоря уже о реакции родителей.

– Ты знакома с этим мальчиком? – поинтересовалась мама. – Вы друзья?

Я уже собиралась дать отрицательный ответ, когда вспомнила о живущем на нашем чердаке Джеральде. Если Итан все же придет, чтобы помочь мне, я должна буду как-то представить его семье. Будет лучше, если они уже сейчас начнут считать его моим другом.

– Да, мы неплохо ладим.

Это не было ложью. Наш последний разговор прошел не так уж и плохо. Мы, кажется, пришли к взаимопониманию. И хотя я оставляла за собой право до последнего сомневаться в его способностях, отрицать осведомленность этого парня было бы глупо.

– Вы встречаетесь? – резко помрачнел отец.

– Нет! – чересчур эмоционально воскликнула я и уже тише добавила: – Ничего такого. Мы едва знакомы.

– Едва знакомы, но ты так уверена в том, что он будет полезен. Почему? – не унимался папа.

– Потому что он не какое-то там трепло. Если Итан говорит, что ему есть что сказать, значит, так и есть и мы должны выслушать его.

Ух ты! Нет, правда, ух ты. Я даже себя так яростно не защищаю. Мне с подобным рвением можно предвыборную кампанию проводить. «Голосуйте за Итана! Медиума Итана – в президенты!»

– Ну хорошо, – наконец сдался отец. – Пусть завтра зайдет к нам перед школой. Позавтракаем, познакомимся и заодно выясним, что ему известно. Только предупреди своего друга, что это неофициальная беседа. Мы просто поболтаем.

– Спасибо, пап. Сейчас же ему напишу.

– После ужина, – поправила меня мама.

– Да, точно, – сконфузилась я и убрала телефон обратно в карман.

Итан, не посвященный в мой план, был удивлен, что встреча с детективом состоится у нас дома, да еще и за завтраком.

Итан: Почему нельзя поговорить в участке? Мне скрывать нечего.

Лидия: Слушай, он ни за что не поверит, что ты медиум, поэтому я заставила его думать, что ты получил эту информацию не самым порядочным способом.

Итан: Как это? Каким еще непорядочным способом?

Лидия: Не знаю. Подслушал. Или шантажировал кого-то. Какая разница? Главное, что он готов поговорить с тобой.

Итан: Вообще-то, разница есть.

Лидия: Можешь на один день перестать быть таким гордецом? Это ведь для дела нужно.

Итан: Гордецом?

Итан: Ладно, ты права. Сейчас не время спорить.

Лидия: Что делать с крыланом?

Итан: Могу прийти через час и покормить его.

Лидия: Лучше бы оставил его у себя. Напиши, когда придешь, я тебе открою.

Итан: Ок. До встречи.

Осознав, что рано или поздно мне придется рассказать о новом члене семьи родителям, я решила не тянуть с этим и поговорить с мамой. Спустившись вниз, я обнаружила ее сидящей в гостиной перед телевизором – она смотрела новостной канал. К счастью, на экране показывали не криминальные хроники, а политические дебаты на тему экономического кризиса.

– Уже закончила с домашним заданием? – невзначай бросила мама, мельком взглянув на меня.

– Почти, – ответила я, устраиваясь в кресле. – Мне нужно кое-что обсудить с тобой.

– Я не согласна с твоим отцом, – сказала она, не отрываясь от телевизора, и я нахмурилась. – Если хочешь встречаться с этим… как его? Итаном, да? Так вот – я не против.

– Что? – опешила я, едва не подавившись воздухом. – Я не об этом хотела поговорить!

– Да? А о чем тогда?

– Помнишь, пару лет назад я просила вас завести собаку?

– Собаку? – переспросила мама, переведя взгляд с экрана на меня. – Я все еще против этой затеи.

– Может, заведем кого-то поменьше? – осторожно предложила я, не зная, как подступиться к разговору о живущем на чердаке крылане.

– Хомячка?

– Это довольно скучно. Хочется чего-то необычного, экзотического…

– К чему ты клонишь? Предлагаешь завести паука? Дочь миссис Картер с моей прошлой работы завела огромного птицееда. Синтия до сих пор боится на него смотреть, хотя прошло… кажется, уже пара лет.

– Э-э-э…

Трудно определить, насколько крылан хуже или лучше паука в мамином представлении. Уверена, что ни то, ни другое не придется ей по вкусу. Впрочем, стандартных домашних животных она тоже не хотела.

– Вообще-то…

– Что, Лидия? Не тяни, говори.

Это прозвучало как вежливое, но очень строгое требование, и я, шумно втянув воздух, выпалила:

– У нас на чердаке живет нильский крылан. Он похож на летучую мышь, но это египетская летучая собака.

– Что-о-о?! – Мама подскочила с дивана и, вскинув голову, взглянула на потолок, словно могла сквозь него увидеть, что происходит на чердаке. – Как он там оказался?

– Дело в том, что Джеральд… м-м-м, это его имя… так вот, Джеральд был питомцем нашей Мэри. Похоже, она держала его в доме.

– Впервые об этом слышу! Разве она о нем говорила?

– Вроде бы нет, – покачала я головой. – Он все это время жил у Итана. Тетя попросила его позаботиться о нем, пока мы не переедем и не обустроимся.

– А если бы мы не переехали?

Об этом я не подумала. Мы ведь и правда могли остаться в другом городе. Что бы тогда делал Итан?

– Наверное, он бы оставил его себе, – предположила я, не веря, что он бы выпустил его на улицу или еще чего похуже.

Мама приняла свою фирменную недовольную стойку – руки в боки.

– Значит, это Итан притащил эту мышь в наш дом?

– Он всего лишь выполнил просьбу Мэри.

– С ней он тоже говорит как медиум?

– Мам, – прошептала я, – не надо. Это не имеет значения.

– Конечно, имеет. Он мог подобрать эту мышь на улице. Она может быть чем-то больна, а он принес ее сюда!

– Давай отвезем ее к ветеринару, пусть проверит, здорова ли она.

– О, и как я не догадалась! Ты хоть слышишь, что говоришь? Кто вообще станет осматривать летучую мышь?

Нашу перепалку прервал звонок в дверь. Твою ж, совсем забыла про время!

– Это Итан, наверное, – объяснила я маме, направляясь в коридор. – Пришел, чтобы покормить Джеральда.

– Покормить? Да что же это такое творится?!

Она последовала за мной, продолжая пыхтеть и злиться.

Едва открыв дверь, я поспешила извиниться:

– Прости, пожалуйста, я потеряла счет времени.

– Я так и понял, – отозвался Итан, держащий в руках два пакета с фруктами.

Он перевел взгляд на стоящую позади меня маму и улыбнулся.

– Добрый вечер, миссис Мур. Извините, что так поздно. Вы, наверное, уже отдыхаете…

Надо же, какой подхалим!

– Мама знает, зачем ты здесь, – сообщила я ему. – И она не в восторге от этой новости. Говорит, Джеральд может быть болен и опасен.

– Я бы с радостью поспорил, но нам нужно срочно дать ему еды и воды, чтобы он не погиб.

Не на шутку встревожившись, я схватила его за руку и, затащив в дом, воскликнула:

– Тогда не стой столбом, идем!

Мама помчалась вслед за нами.

– Лидия! Осторожно, он может укусить тебя!

Итан первым вошел на чердак, чтобы убедиться, что все в порядке. Мы с мамой остались стоять на лестнице. Она несколько раз порывалась что-то сказать, но, видимо, решила не скандалить при посторонних.

– Все хорошо! – крикнул Итан, и я открыла дверь.

Джеральд сидел у него на руках. Маленький, с черными глазами-бусинками, со сложенными крыльями и цепкими лапками.

– Он совсем домашний, привязывается к человеку, который за ним ухаживает, а без него грустит.

– Тогда тебе точно нельзя было его приносить, – сказала я, испугавшись, что могла навредить ему за минувшие сутки.

– Не могу поверить, что Мэри завела себе ЭТО.

Мама подалась вперед, чтобы получше рассмотреть зверька. Тот в ответ на ее любопытство издал громкий «щелк», и она отстранилась.

– Не думала, что он будет таким.

– А ты чего ожидала? Дракулу? – усмехнулась я, борясь с желанием погладить Джеральда.

Он выглядел таким миленьким и печальным, что так и хотелось приласкать его.

– Не бойся, – сказал Итан, словно прочитав мои мысли. – Дотронься.

– Оу… ну…

Я подошла ближе и протянула ладонь.

– Кто-то сейчас останется без пальцев! – с искренним ужасом в голосе воскликнула мама, но с места почему-то не сдвинулась и останавливать меня тоже не стала.

– Да погладь ты его уже, он есть хочет, – пробормотал Итан.

– Тогда он точно примет твои руки за корм, – стояла на своем мама.

– Привет, дружок, – тихо поздоровалась я, коснувшись указательным пальцем короткой бурой шерстки на голове крылана.

Он тут же склонил ее набок, подаваясь навстречу моим ласкам. Джеральд смотрел на меня, прижав уши и впитывая мой запах забавным носом.

– Чем дольше смотрю, тем больше его мордочка напоминает собачью.

– Да, сходство есть, – согласился Итан. – Не зря их называют летучими собаками.

– Это что, коготь? – указала мама на изогнутый крючок на передних конечностях крылана.

– Чтобы висеть вниз головой, он цепляется когтями за потолок клетки, – объяснил Итан.

– Уверена, что на моих волосах он тоже с радостью повиснет, – поморщилась мама, поправляя прическу, аккуратный высокий пучок.

– Мы его достали, наверное, – сказала я, отходя от бедного Джеральда. – Разглядываем, словно он музейный экспонат.

– Ему только в радость общение с людьми, – успокоил меня Итан. – Но мне и правда пора выпустить его полетать, а потом наполнить миски в клетке.

– Почему нельзя сначала покормить? – не поняла мама.

– У него очень быстрый метаболизм. Если он будет летать после трапезы, то загадит вам весь чердак.

– ЗАГАДИТ?! – заорала мама, переводя на меня абсолютно безумный взгляд.

– Я знаю, что делаю, – сказал ей Итан. – Все будет в порядке.

– Слышала, мам? Идем, ладно?

Нервно улыбнувшись, я взяла маму под руку и повела к лестнице.

– Он не может жить здесь, Лидия, – не переставала она повторять, спускаясь вниз. – Даже если он правда принадлежал Мэри. Она, должно быть, сошла с ума, раз завела такого зверя.

– Мам…

– Прости, я не должна так говорить о родной сестре. Но чем она, черт возьми, думала?

– Уверена, у нее были причины.

Это и правда хороший вопрос. Почему именно нильский крылан? Как Мэри до этого додумалась?

Итан появился в гостиной через сорок минут и выложил нам подробный отчет о проделанной работе.

– Джеральд обожает авокадо и салат из банана, огурца, груши и винограда, так что я щедро наполнил его миски едой и водой. Если честно, крыланы не очень аккуратно едят, выпив весь сок из фруктов и овощей, они выплевывают мякоть. И это… ну… как бы летит во все стороны. Поэтому завтра я приду почистить клетку.

– Он ничего не испачкал? – поспешила осведомиться мама.

– Нет-нет. Он полетал без происшествий.

– Спасибо тебе, – тихо поблагодарила я его. – Из-за обещания, которое ты дал Мэри, тебе приходится возиться не только с Джеральдом, но и с нами.

– Прости? – возмутилась мама, легонько хлопнув меня по плечу.

– Ты знаешь, почему тетя завела себе крылана? – спросила я Итана.

– Она не заводила. Кто-то оставил его прямо перед ее дверью.

– Зачем кому-то подбрасывать ей эту мышь? – удивилась мама.

– Мэри так и не узнала, кто это сделал.

– Она хотя бы свозила его к ветеринару?

– Да, она тщательно следила за его здоровьем. – Итан поджал губы, словно сомневался, стоит ли продолжать разговор. – На самом деле… Мэри была уверена, что в теле Джеральда заключена душа ее покойного супруга Бена.

– Она действительно сошла с ума.

Спрятав лицо в ладонях, мама поспешила выйти из комнаты.

– Это правда? – спросила я, повернувшись к Итану. – Такое возможно?

– Перерождение душ существует, но я не могу сказать, права ли Мэри в своих догадках. Но дух Бена я не встречал.

– Ладно. В любом случае это не важно. Если тетя любила этого зверька, значит, я о нем позабочусь. Только сначала научусь всему, чтобы не навредить ему.

– Хорошо. Я помогу, не переживай.

– Спасибо.

Мое лицо расплылось в благодарной улыбке.

Итан неловко поправил густые темные волосы.

– Увидимся утром?

– Да. Ждем тебя к завтраку.

Невероятно, но мне удалось ненадолго забыть о том, что произошло прошлым вечером.

Проводив Итана, я отправилась на поиски мамы. Наткнувшись на нее в отведенной под домашнюю библиотеку комнате, я непроизвольно задержала дыхание. Мама держала в руках любимую книгу Мэри про приключения женщин-пиратов.

– Ей всегда нравились странные вещи, – сказала она, услышав мои робкие шаги. – Это самая непонятная история из всех, что мне доводилось читать. На этих страницах происходит какой-то хаос, но Мэри была в восторге. Говорила, что эти девчонки – покорительницы морей – ее кумиры. В глубине души она, наверное, хотела жить так же: свободно и без оглядки на других.

– Она бы могла путешествовать.

– Да. Перед ней были открыты все двери, но она всегда выбирала этот дом. – Горько усмехнувшись, мама вернула книгу на место. – Дом, где она была счастлива.

– Потому что здесь она жила с Беном?

Я смутно помню этого мужчину, но тетя всегда говорила о нем с большой любовью.

– Да. Находясь здесь, она чувствовала его присутствие. Словно он никуда не ушел и был где-то рядом. – Откашлявшись, мама пояснила: – Это ее слова, не мои.

– Жаль, что их обоих не стало, – дрожащим голосом произнесла я.

– Иди сюда, милая.

Крепко обнявшись, мы стояли в окружении книг, а я все гадала: «Сколько их здесь? Тысяча? Две? А тетя их все прочитала?»

– Мы оставим Джеральда? – жалобно спросила я, уткнувшись маме в плечо.

– Пока да.

– Как думаешь, он понравится папе?

– Уверена, он будет в ужасе, – рассмеялась мама, и на душе у меня воцарился покой.

Может, хотя бы сегодняшней ночью мне удастся поспать.

Тайное расследование

Стоило мне закрыть глаза, как все сдерживаемые в течение дня мысли хлынули единым потоком в мозг.

Прошлой осенью кто-то не просто убил Габриэля Фокса, но и надежно спрятал его останки. Разве это не говорит о том, что у обычного учителя истории был как минимум один злейший враг, желавший ему смерти? Какой силы должна быть ненависть, раз она подвигла убийцу лишить его жизни? А может, это была случайность? И теперь, осознав, что натворил, преступник хотел, чтобы его поймали, – вот и подбросил улики, способные вывести на его след.

Я была уверена, что первой подозреваемой станет жена учителя, Стелла Фокс. Процент дел, в которых один супруг убил другого, слишком высок, чтобы списывать ее со счетов, хотя горе Стеллы всегда казалось мне искренним. Я несколько раз встречала ее на улице с листовками в руках и никогда не подвергала сомнению степень ее страданий. Эта женщина выглядела как живой труп, передвигающийся за счет крупицы надежды, остающейся в сердце. Теперь она лишилась и этого.

Ума не приложу, кого еще можно было бы записать в подозреваемые. Разозлившегося из-за плохой оценки школьника? Звучит нелепо, но в жизни и не такое бывает.

А еще благодаря папе я знаю, что чаще всего дело в самом убитом. Сбросив с человека образ, который он носил при жизни, можно увидеть, каким он был на самом деле. Тайны, тайны, тайны… У всех они есть, и мистер Фокс точно не был исключением. Что же это может быть? Тайные отношения? Незаконная подпольная деятельность? Или роковые ошибки прошлого, которые нагнали его в настоящем?

Если срочно не перестану об этом думать, точно не усну.

Думая о том, что же такого мистер Фокс рассказал Итану, что это может помочь следствию, я почувствовала, как веки наливаются тяжестью и как меня уносит в далекий от реальности сон.

Пробудилась я, как и в прошлую ночь, от громкого зловещего крика. Прижав ладони к бешено стучащему сердцу, я привалилась к спинке кровати и зажмурилась. Меня настораживала окружающая тишина, потому что в любой момент ее мог разрезать совершенно нечеловеческий вопль. Даже сквозь сон прозвучавший голос снова показался мне знакомым, но это не могла быть Мэри. Она бы не стала пугать меня.

Я просидела не шевелясь не меньше часа. У меня затекли поджатые к груди ноги и руки, которыми я обхватила себя за плечи. Но это все равно было лучше, чем пытаться снова уснуть. Казалось, все повторится, и единственный способ избежать этого крика – больше никогда не закрывать глаза.

Только когда за окном начало светать, я поняла, как глупо и трусливо себя веду. Выбравшись из постели, я побрела вниз, прямиком в кухню, где могла избавиться от страха хорошо известным мне способом. Достав необходимые для приготовления кексов продукты, я потянулась в шкаф за формочками и едва сдержала крик, увидев висящего под потолком Джеральда. Он спал, завернувшись в свои крылья, и пока не замечал моего присутствия.

– Зацепился за вытяжку, – прошептала я, рассматривая когти на его лапах. – Как ты здесь оказался?

Итан мог не закрыть дверь на чердак, но неужели он оставил открытой клетку? Это совсем на него не похоже. Столько времени заботиться о Джеральде, чтобы сейчас так легко подвергнуть его опасности? Что-то здесь не вязалось.

Но все эти вопросы могли и подождать. Что меня сейчас волновало по-настоящему, так это как вернуть его назад.

– Кошмар.

Сокрушенно покачав головой, я подошла к окну и опустила жалюзи, чтобы на Джеральда не попадал свет. Хоть что-то мне удалось почерпнуть из статьи в интернете о содержании нильских крыланов.

Если посмотреть правде в глаза, то мне никак не снять его с потолка. Во-первых, он был слишком высоко и я бы не дотянулась до него даже со стула. Во-вторых, мне не хватало смелости прикоснуться к нему. И хотя я, в отличие от мамы, его не боялась, меня одолевал страх сделать что-то не так. Еще не хватало навредить ему!

– Лидия, ты чего не спишь? – поинтересовался папа, сонно почесывая голову.

На нем уже была полицейская форма, и о недавнем пробуждении говорили только его осоловелые карие глаза. Я старалась не смотреть наверх, чтобы не выдать Джеральда.

– Мама говорила тебе о… чердаке?

– Когда я пришел, она уже спала. А что не так с чердаком?

– Нам нужно сходить за мамой, – жалобно пропищала я.

– Еще рано, зачем ее будить? – не понял отец.

Не успела я придумать правдоподобное объяснение своего странного поведения, как это стало совершенно не нужно. Внезапно пробудившийся Джеральд издал громкий «щелк» и, расправив крылья, полетел прямо на нас.

– Лидия, в сторону! – закричал папа, загораживая меня собой.

– Только не убивай его! – только и успела я выпалить перед тем, как крылан оказался в отцовских руках.

– Что за шум? – воскликнула вбежавшая на кухню мама.

Увидев Джеральда, она наградила меня полным негодования взглядом.

– Лидия, почему он здесь? Разве он не должен сидеть в клетке?

– Должен, – пробормотала я. – Не знаю, как он оттуда выбрался.

– О какой клетке вы говорите? – спросил отец, продолжавший держать крылана. – Я собирался выпустить его на улицу.

– Он домашний, ему нельзя на улицу, – ответила мама, подойдя ближе. – Это египетская летучая собака по имени Джеральд, наш новый член семьи. Просим любить и жаловать.

– Член семьи? – переспросил папа, не скрывая своего удивления. – Меня всего пару дней толком не было дома, а вы уже завели какую-то странную зверюшку…

– Эта зверюшка принадлежала моей сестре, – продолжила объяснять мама, и я благодарно улыбнулась ей. – Итан, друг Лидии, по просьбе Мэри приглядывал за Джеральдом после ее смерти. Но пришло время нам с ним встретиться и принять как родного. Ты не против?

– Это так похоже на Мэри, – рассмеялся отец, неожиданно ласково прижав к груди крылана. – Чего уж, конечно, я не против, пусть живет с нами.

– Спасибо! – воскликнула я и на радостях бросилась обнимать родителей.

– А ты точно не встречаешься с этим Итаном? – уточнил папа, когда я положила голову ему на плечо.

– Па-а-ап!

– А что? Слишком уж часто я слышу его имя. Подозрительно это.

– Твоя дочь не преступница, а всего лишь подросток, – сказала мама. – Не нужно ее подозревать. И вообще, отнесите крылана на чердак. Мне нужно приготовить завтрак, который придется по вкусу нашему гостю.

– Ма-а-ам! – заверещала я, взбегая по лестнице.

Когда Итан появился на нашем пороге, он выглядел так, словно тоже тщательно готовился к этой встрече. Вместо привычных джинсов и футболки он вырядился в коричневые клетчатые брюки и белоснежную рубашку, расстегнутую на две верхние пуговицы. Было в его виде что-то пижонское, но в то же время стильное.

– Доброе утро, мистер и миссис Мур, – поздоровался он, когда родители открыли ему дверь. – Спасибо, что пригласили.

– Я ведь могу называть тебя Итаном? – спросил отец, протянув ему ладонь для рукопожатия.

– Конечно, именно так вам и следует называть меня, сэр.

Наблюдая за тем, как они жмут друг другу руки, я хотела провалиться сквозь наш деревянный пол.

– Пап, ты же помнишь, зачем он здесь? – поспешила я напомнить об истинной цели визита Итана, пока все окончательно не превратилось в бессмысленный фарс.

– Лидия! – одернула меня мама. – Будь повежливее! И пойдемте уже все за стол, пока еда не остыла.

Рассевшись по местам, мы молча приступили к завтраку. Мама расстаралась и приготовила сразу несколько блюд: яичницу с беконом, бейглы с ветчиной и сыром, панкейки с кленовым сиропом и черничным джемом на выбор. Я сидела напротив Итана, из-за чего наши ноги то и дело соприкасались под столом. Готова поспорить, он нервничал не меньше моего. В очередной раз поправив волосы, он откашлялся и наконец-то заговорил.

– Мистер Мур, – обратился он к отцу, – Лидия сказала, вы готовы выслушать меня.

– Да-да, – отозвался папа. – Тебе есть что сказать?

– Есть. Это касается Габриэля Фокса.

– Выкладывай.

– Нападение произошло на школьной парковке, когда мистер Фокс шел к своей машине. Кто-то ударил его сзади, поэтому он не видел, кто это был.

Блин. Блин! Блин!!! Разве он не понимает, как подставляет себя этими словами?! Знать о месте нападения может только убийца или свидетель, который по каким-то причинам не называет имени преступника!

– И ты узнал это от?.. – вежливо подтолкнул его к продолжению отец.

– …от мистера Фокса, – не задумываясь, ответил Итан.

Он это серьезно? Разве я не предупреждала, что нельзя называть себя медиумом, сидя за столом с моим папой, убежденным скептиком и бравым полицейским?

– Понятно, – кивнул отец. – Я наслышан о твоей репутации. Коллеги все уши прожужжали о том, на что ты способен. Говорят, ты местная знаменитость.

– Я помогаю людям не ради славы, – ответил резко выпрямившийся Итан.

– Это благородно, но наша семья в городе недавно, и лично мне о твоих способностях ничего не известно. Но это и не важно. Есть у тебя дар или нет, я привык руководствоваться фактами. Голословные заявления – это не то, на что я готов обращать внимание. Уверен: ты знаешь, как работает полиция, и не обидишься, если я сделаю вид, что нашего разговора не было.

– Но он был, – настаивал Итан. – Повторю еще раз: убийство произошло на школьной парковке. Мистер Фокс задержался допоздна, потому что проверял контрольные. Когда он вышел на улицу, было уже темно. Он не запомнил, были ли поблизости другие машины, но уверен, что убийца поджидал его там заранее.

– Насколько поздно это было? – вмешалась я.

– Около десяти сорока.

– А где в это время была жена мистера Фокса? – спросила я у отца.

Откинувшись на спинку стула, он округлил глаза.

– Что вы устроили? Убили человека, а вы решили поиграть в угадайку?

– Пап, это ведь очень полезные сведения, – попыталась я возразить, но он не дал мне договорить.

– Думаю, вам обоим пора в школу. Доедайте и отправляйтесь на занятия.

– Ты хотя бы проверишь то, что сказал Итан?

– Лидия, в школу! – повторил отец, наградив меня суровым, не терпящим возражения взглядом.

– Ладно, – сказала я, поднимаясь с места. – Посмотрим, как ты заговоришь, когда Итан окажется прав.

– Лидия! – обескураженно одернула меня мама.

– Пойдем, – позвала я Итана. – Ты сделал что мог.

– До свидания, – бросил он на прощание. – Спасибо за завтрак. Было очень вкусно.

Оказавшись на улице, мы переглянулись и молча направились в сторону школы.

– Жесть, – сказала я, когда мы прошли несколько метров по асфальту, припорошенному яркими осенними листьями. – Тебе известно примерное время смерти мистера Фокса.

– Да, но от этого нет никакой пользы.

– Польза есть. Не для полиции, так для нас.

– Для нас? – не понял Итан.

– Я дочь детектива и кое-что смыслю в полицейских расследованиях. А ты медиум, который говорит с погибшим. Мы и сами можем выяснить, кто убийца. Всего-то и нужно, что составить список подозреваемых, а затем благодаря имеющимся у тебя данным отмести лишних.

– Лидия, это не смешно, – недовольно пробурчал он. – Опасно даже говорить об этом. Особенно о том, что мне известно от мистера Фокса. А ты предлагаешь самим искать убийцу.

– Ты сказал все, что тебе известно? – поинтересовалась я, проигнорировав его монолог.

– Да, это все, что помнит мистер Фокс о том вечере.

– Вот и хорошо.

– Ты же ничего не задумала? – с тревогой в голосе уточнил Итан.

– Не могу же я просто проигнорировать то, что узнала.

– Именно это ты и должна сделать.

– Ты сам сказал, что в твоих способностях нет никакого смысла, если ты не можешь помочь людям, – напомнила я, остановившись и посмотрев ему в глаза. – Ни за что не поверю, что ты собираешься сдаться.

– Не собираюсь, – подтвердил он. – Но не хочу, чтобы мне кто-то мешал.

Да уж, этот выразительный взгляд сказал все за него.

– Это я-то тебе помешаю? – ощетинилась я. – Да я только пользу принесу!

– Зачем тебе это? Лучше не лезь!

– Не указывай мне, что делать!

– Ты не ответила, зачем тебе это.

– Не думаю, что могу просто взять и забыть о том, что случилось, – тихо призналась я. – Каждый раз, когда ложусь спать, у меня перед глазами стоит образ мистера Фокса и того, что от него осталось.

– Это пройдет. Вернись к своей привычной жизни и постарайся не думать об увиденном.

– А ты что будешь делать? Полиция с тобой сотрудничать не станет. Как собираешься узнать, кто убийца?

– Не знаю, – пробормотал он, – пока не решил.

– Зато я решила. В первую очередь нам нужно определиться с первыми подозреваемыми. Для этого нам нужно поговорить с теми, кто знал мистера Фокса.

– Его знала вся школа. Ты всех допрашивать собралась?

– Не будь такой язвой. – Поправив рюкзак на плече, я двинулась дальше. – Никаких допросов мы устраивать не станем, только поболтаем с народом.

– И это говоришь ты? – громко фыркнул Итан. – Новенькая с одной-единственной подругой, кто вообще станет с тобой болтать? Тем более об убитом учителе.

– Во-первых, ты пойдешь со мной, а тебя, насколько мне известно, в школе уважают.

– Тут не поспоришь, – согласился он, наградив меня самодовольной улыбкой.

– Во-вторых, у меня тоже есть козыри в рукаве. Мои десерты.

– Собираешься выбивать правду круассанами с заварным кремом?

– Может, и так.

Итан остановился у входа в школу и помахал проходящим мимо Эзре и Дэнни.

– Что ж, было весело. Надеюсь, больше мы к этому разговору не вернемся.

– Ты правда собираешься действовать в одиночку? – спросила я напрямик.

– Я никогда не бываю один, Лидия.

Его каре-зеленые глаза заволокло уже знакомой мне дымкой, и он огляделся по сторонам. Когда мускул на его левой щеке с ямочкой дрогнул, он скривился.

– Как… как много здесь духов? – поинтересовалась я, пытаясь представить, каково ему видеть всех этих умерших людей.

– Достаточно, чтобы ненавидеть школу и все подобные ей места, где собирается много народу.

Я видела, как его захлестнули эмоции. Он сказал то, в чем не собирался признаваться.

– Мне жаль, – произнесла я первое, о чем подумала.

– Что? – удивился Итан.

– Не представляю, как тебе удается быть известным в городе медиумом и обычным школьником одновременно.

– Я… – растерялся он, – у меня нет выбора. Мне нужно быть и тем и другим. По-другому никак.

– Печально, знаешь ли, когда у человека нет выбора.

– Наверное… Но лучше не будем об этом.

– Ладно. Давай о чем-нибудь другом, – воодушевленно улыбнулась я. – Например, о том, чтобы вместе заняться расследованием!

– Лидия, ты не…

Резко прервавшись, он ненадолго задумался.

– Я не… что?

– Ты правда готова так рисковать? – спросил Итан, с интересом разглядывая мое лицо. – Если убийца узнает, чем мы занимаемся…

– Он подбросит наши головы в чьи-то тыквы, – закончила я за ним. – Ничего такого не случится, потому что мы будем очень осторожны.

– Хорошо. Главное, чтобы наше расследование оставалось тайным.

– Без проблем, я умею хранить секреты. А ты?

– Я? – заметно опешил Итан. – Да, пожалуй, это мой талант.

– Как самоуверенно, – хмыкнула я и протянула ему ладонь. – Значит, партнеры?

– Лучше коллеги.

– Коллеги – тайные детективы?

– Именно так, – согласился Итан, отвечая на мое рукопожатие.

– Вот и договорились.

Первые подозреваемые

Идя по школьному коридору, я впервые за два месяца ощутила на себе столько взглядов. К счастью, никто не тыкал в меня пальцем, но всеобщее желание сделать это витало в воздухе.

Приблизившись к своему шкафчику, я заметила приклеенный к нему лист бумаги с рисунком черепа.

– Что это значит?! – заорала я, сорвав послание с дверцы.

– Лидс, не кричи, – поспешила успокоить меня откуда-то взявшаяся Фелисити. – Давай отойдем.

– Никуда я не пойду! Пусть объяснят, в чем дело! – Повернувшись к окружившей меня толпе, я спросила: – Чем я это заслужила?

– Нам всем интересно, – начал вышедший вперед Кит, – как голова нашего учителя оказалась в твоем доме.

– Думаешь, это я его убила?

Я сделала шаг ему навстречу, и он, видимо, расценив это как вызов, двинулся на меня, поигрывая мышцами.

– В прошлом году тебя здесь не было, но твоя тетка была.

– Моя тетя?

С меня мигом слетела вся спесь. Как он может говорить о ней таким тоном? Неужели всерьез подозревает?

– Она тут ни при чем.

– Именно так родственнице убийцы и полагается говорить.

– Кит, полегче! – остудила его Фелисити. – Не бросайся такими серьезными обвинениями. Для этого есть полиция.

– Ее папаша – детектив. Он сделает все, чтобы правда никогда не всплыла наружу. Но нас не проведешь.

– Эй, Лидс! – позвал меня кто-то из толпы. – А твоя тетя правда умерла или она инсценировала свою смерть, чтобы сбежать из страны?

Меня так сильно ранили их слова, что я не смогла ничего сказать. Мои ноги сами собой начали пятиться назад, желая как можно скорее сбежать от окружившей меня стаи нелюдей.

– Куда же ты уходишь? – недовольно проворчал Кит. – Мы еще не закончили.

Я продолжала отступать, пока не врубилась в кого-то спиной. Не оборачиваясь, опустила голову и постаралась привести в порядок сбившееся дыхание. Страх из-за ночных криков вдруг показался детским лепетом в сравнении с тем, какой ужас я ощущала теперь. Когда кто-то бережно обхватил мою ладонь, меня окутало холодом. Обернувшись, я увидела стоящего рядом Итана. Он смотрел на Кита и его друзей исподлобья, источая злобу такой силы, что мне стало не по себе.

– Я не ослышался? – прохрипел Итан непривычно низким голосом. Он сейчас выглядел как совсем другой человек. – Вы хорошо подумали, прежде чем затевать это?

– Да расслабься, чувак, – шутливо ответил ему Кит, но от меня не укрылось, как быстро он изменился в лице. – Мы с ребятами всего лишь хотим справедливости для нашего учителя. Ты же слышал: кто-то жестоко убил его.

Безумно хохотнув, Итан прищурился и, странно дернув головой, произнес:

– Мистер Фокс говорит, твой отец заплатил ему, чтобы он подправил твои оценки.

– Заткнись! – велел ему Кит, но его приказ заглушили заполнившие коридор перешептывания.

– Твоя семья частенько так делает, – продолжил Итан. – Тяжело, наверное, быть крутым спортсменом, но не иметь при этом мозгов.

– Что ты сказал?! – взревел Кит и рванул вперед, сжав кулаки.

В ответ на его нападение Итан лишь криво улыбнулся. Воспользовавшись тем, что он продолжает держать меня за руку, я попыталась сдвинуть его с места. Но он не собирался бежать. Итан продолжал стоять на месте, готовый ко всему, что сейчас произойдет.

Но правда в том, что Кит до него не добрался. Когда ему оставалось преодолеть всего пару метров, а его кулак уже завис в воздухе, он вдруг споткнулся и плашмя приземлился на землю, прямо у наших с Итаном ног.

– Черт, как больно! – простонал Кит, схватившись за разбитый нос, из которого уже вовсю сочилась кровь.

Его девушка Стефани выбежала из толпы и, сев рядом, протянула ему бумажную салфетку.

– Ушибся? – спросил усмехнувшийся Итан и, наклонившись, добавил: – Выставить тебя посмешищем – это меньшее, что я могу. Продолжишь в том же духе – и так легко ты не отделаешься, понял?

– Понял, – тихо отозвался Кит, судорожно прижимая салфетку к носу.

– Вот и молодец, – похвалил его Итан совершенно бесцветным, ничего не выражающим голосом.

– Никогда больше не говорите о моей тете, – обратилась я к остальным. – Она умерла мучительной смертью и не заслужила, чтобы ее в чем-то обвиняли.

– Идем, – сказал Итан, напоследок бросив предостерегающий взгляд на толпу старшеклассников. – Уверен, они осознали свою ошибку.

Неуверенно кивнув, я побрела следом за ним, прямиком к выходу из здания. С каждой секундой, что мы отдалялись от школы, его рука становилась теплее. Итан остановился, только дойдя до парка примерно в километре от места нашей учебы.

– Спасибо, – произнесла я, когда он выпустил мою ладонь.

– Я ожидал чего-то подобного, но не думал, что это будет так жестко. То, что они говорили… это ужасно по отношению к тебе и Мэри. Нужно было заставить их извиниться. Прости, я не подумал.

– Извиниться? – удивилась я. – Ты и так превзошел любые ожидания!.. Кстати, как ты это сделал? Как заставил Кита упасть?

– Все духи обладают телекинезом, – объяснил Итан. – Самые сильные из них способны перемещать не только предметы, но и воздействовать на людей.

– Значит, это был дух? – часто заморгала я. – Ты попросил его об этом?

– В школе есть один очень мстительный призрак. Его даже просить не надо, чтобы он совершил пакость. У нас с ним есть определенные договоренности, но тебе не нужно об этом знать.

– Как странно… Раз этот дух такой злой, может, это он убил мистера Фокса?

– Он бы мог, – не задумываясь, ответил Итан. – Но точно не стал бы этого скрывать. Ему ведь не грозит тюрьма.

– Точно, – неловко хихикнула я, оглянувшись на школу. – Знаешь, я искренне хочу поверить в то, что ты говоришь, но продолжаю сомневаться в каждом твоем слове.

– Я в курсе, что ты колеблешься. Ничего страшного. Главное, что ты продолжаешь общаться со мной.

Последние слова он произнес с неприкрытой тоской в голосе. Многие в городе обращаются к нему за помощью, и у Итана есть неоспоримый авторитет в школе, но я ни разу не видела его в компании друзей. Есть ли в его жизни хоть кто-то, кто говорит с ним как с обычным подростком и кто любит его не за сверхъестественные способности?

Решив не терзать его сердце бестактными вопросами, я поспешила сменить тему:

– То, что ты сказал про Кита, – правда?

– Я видел образ отца Кита в кабинете мистера Фокса. Он протягивал ему белоснежный конверт и просил все уладить.

– А речь точно шла об оценках?

– Они говорили о будущем Кита, – пожал плечами Итан.

– Разве это не делает Кита и его отца нашими первыми подозреваемыми?

– Я об этом не думал.

– У них был компромат друг на друга. Мистер Фокс брал взятки, а у Кита были фальшивые оценки.

– Все равно как-то не тянет на мотив для убийства, – засомневался Итан.

– В истории полно случаев, когда люди убивали друг друга из-за какой-нибудь ерунды. А информация, которой можно шантажировать, – точно не мелочь.

– Ты разбираешься в этом куда лучше меня, так что давай и правда запишем их в подозреваемые.

Обрадовавшись тому, что в нашем тайном расследовании появились первые подвижки, я опустилась на корточки и, открыв рюкзак, достала оттуда новенький блокнот с ручкой.

– А это не опасно – делать письменные записи? – спросил Итан, нависнув надо мной.

– О них будем знать только мы с тобой, – ответила я, выводя на бумаге имена первых подозреваемых. – Нужно выяснить, где были Кит и его отец в момент нападения на мистера Фокса.

– Это будет непросто.

– Придется поговорить с Китом.

– Он понимает только угрозы.

– Значит, ты снова посмотришь на него этим своим жутким взглядом – и он нам все выложит.

– Жутким взглядом? – нахмурился Итан.

– Ну да. Ты сам на себя не был похож.

– Так бывает, когда я вхожу в контакт с миром мертвых. Чем сильнее дух, тем глубже я погружаюсь в это состояние.

– А они… ну… не могут вселиться в тебя?

– Без моего разрешения? С опытными медиумами такое случается довольно редко.

– Но ты ведь не всегда был опытным, – заметила я.

– Это правда. Однажды… Впрочем, не важно. Главное, что сейчас все не так.

– Знаешь, со мной происходит кое-что очень странное…

– Ты о чем? – насторожился Итан.

– Мне мерещится голос тети. Я просыпаюсь от ее жуткого крика и не могу успокоиться.

– А что именно она кричит?

– Мое имя.

– И правда странно. Уверена, что это не сон?

– Надеюсь, что сон. Потому что меня пугает такая реальность.

– Понимаю. – Сочувственно улыбнувшись, Итан откашлялся. – Может, вернемся в школу? Мы и так пропустили первый урок.

– Да, пойдем, – согласилась я, убирая блокнот обратно в рюкзак. – Кстати, хотела спросить тебя о Джеральде…

– Что с ним?

– Все в порядке. Просто…

Мне вдруг захотелось оставить утреннее происшествие при себе.

– Мама интересуется, насколько надежный замок в его клетке.

– Он довольно тугой, так легко не открыть. Без посторонней помощи он из нее точно не выберется.

– Отлично.

Бодро кивнув, я рванула к школе.

– Когда поговорим с Китом? – спросил нагнавший меня Итан.

– Предлагаю поймать его после занятий.

– Вот он обрадуется…

В течение дня я продолжала ловить на себе любопытные взгляды, но никто не осмеливался со мной заговорить и уж тем более – в чем-то обвинить. Даже Фелисити не знала, как ко мне подступиться, и большую часть времени, что мы провели вместе, она молчала. А когда на перемене я достала из рюкзака приготовленные утром творожные кексы, она впервые отказалась от угощения, сославшись на плохое самочувствие.

Кит не только придурок и задира, но еще и член школьной команды по плаванию. Он гордится каждым выигранным соревнованием и своими натренированными за годы занятий спортом руками. Мы с Итаном поджидали его у выхода из бассейна. Когда он наконец-то вышел с тренировки, я придержала его за локоть.

– Что надо? – спросил он, даже не пытаясь вести себя вежливо, однако, заметив Итана, тут же смягчился. – Э-э-э… то есть… чем могу быть полезен?

– Как ты уже понял, нам кое-что известно о твоих махинациях с оценками, – начала я, наблюдая за его реакцией. – Но ни мне, ни Итану нет до этого дела.

– Да неужели?

Недоверчиво склонив голову, Кит провел рукой по влажным светлым волосам.

– Итан узнал от мистера Фокса гораздо больше, чем сказал сегодня в коридоре, – выдала я, надеясь, что он примет мой блеф за чистую монету. – Но мы не станем об этом распространяться, если ты ответишь на несколько вопросов.

– Кем ты себя возомнила, новенькая? – нервно рассмеялся он в ответ.

– Тем, кто может подпортить твою репутацию, – с вызовом сказала я, чем заслужила осуждающий взгляд Итана.

– Задавай свои тупые вопросы и проваливай, – злобно выплюнул Кит.

– Супер. Меня интересует вечер двадцатого сентября прошлого года. Сможешь вспомнить, где в этот момент были ты и твой отец?

– Издеваешься? Как я могу такое помнить?

– Это день исчезновения мистера Фокса. Вероятно, тогда же его и убили.

– И что с того?

– Неужели совсем ничего не помнишь?

– Дай подумать.

– Думай быстрее, – посоветовал ему приблизившийся к нам Итан.

Все это время он стоял прислонившись к стене и скрестив руки.

– За день до пропажи учителя у нас на тренировке был смотр новичков, – сказал Кит и, тут же вспомнив что-то еще, продолжил: – Моя семья – один из спонсоров нашей команды по плаванию, так что отец в тот вечер тоже был здесь.

– Во сколько закончился этот смотр? – спросила я, вооружившись ручкой и блокнотом.

– Около девяти.

– Вы с отцом вместе уехали?

– Да, – уверенно ответил Кит. – Отсюда мы сразу поехали домой.

– И больше никто из вас дом не покидал?

– Нет, – тихо отозвался он.

На мгновение мне показалось, что в его памяти всплыло что-то еще, но он намеренно не стал об этом говорить. Когда я уже собиралась узнать, в чем дело, Итан неожиданно взял меня за руку и отрицательно покачал головой. Я нахмурилась, но решила промолчать.

– Спасибо, что уделил нам время, – сказала я, неловко улыбнувшись Киту.

– Ага, не за что, – отмахнулся он от меня.

Поправив увесистую спортивную сумку на плече, он двинулся к выходу. Молча переглянувшись, мы с Итаном двинулись следом. Оказавшись на улице, Кит обернулся и, встретившись со мной взглядом, спросил:

– Пытаешься узнать, кто убил мистера Фокса?

– Возможно, – уклончиво ответила я.

– Зачем?

– Чтобы такие, как ты, не обвиняли мою тетю в его убийстве.

– И поэтому ты решила меня допросить?

– А тебя это удивляет?

– Вообще-то, да. Мистер Фокс никогда не доставлял мне неприятностей, он охотно шел на любые сделки, которые ему предлагали.

– Предлагали? – переспросила я. – То есть не ты один давал ему взятки?

– Скажем так, он был самым сговорчивым учителем в школе, поэтому никто из учеников не стал бы его убивать… Ну, разве что Эштон Миллер.

– Умник Эштон Миллер? – не поверила я своим ушам. – Зачем ему это?

– Ты правда не знаешь? – усмехнулся он.

– Я расскажу ей, – встрял в наш разговор Итан. – Можешь идти.

– Как скажешь, – пробормотал Кит.

Когда он дошел до своего автомобиля, стоящего на парковке, я обратилась к Итану:

– Почему ты не захотел, чтобы я спросила его про вечер двадцатого сентября? О том, что случилось, когда они вернулись домой?

– Здесь был дух его дедушки. Он показал мне ссору между отцом и матерью Кита.

– Из-за чего они ссорились?

– Не знаю, но в тот вечер Кит вмешался в их разборки и подрался с отцом. Я услышал, как кричит и плачет его мама.

– Это все, что ты увидел?

– Да, после этого меня вытолкнуло из видения.

– Ладно, – кивнула я. – Думаю, Кита и его отца можно вычеркнуть из подозреваемых.

– Так быстро?

– Интуиция говорит мне, что Кит был честен.

– Интуиция, значит? – ухмыльнулся Итан. – А может, в тебе проснулись экстрасенсорные способности?

– Может, и проснулись. Того гляди стану медиумом и подсижу тебя.

Не сдержавшись, я показала ему язык, что мне совсем не свойственно.

– С радостью отдам тебе пальму первенства.

– Лучше объясни, при чем тут Эштон Миллер.

– А, это… Дело в том, что история у мистера Фокса – единственный предмет, который не давался Эштону. Но он не собирался использовать методы Кита и ему подобных.

– Логично, таким умникам незачем давать взятки.

– Он тоже так думал, поэтому продолжал усердно учиться. Но как бы сильно Эштон ни старался, мистер Фокс все равно находил, к чему придраться.

– Зачем он это делал? – непонимающе нахмурилась я. – Так сильно хотел денег?

– Не знаю. Ни с кем другим он так не поступал.

– И чем закончилось их противостояние?

– Мистера Фокса убили, – ответил Итан, и я вздрогнула.

– И как долго это продолжалось?

– Весь позапрошлый год и начало прошлого.

– Значит, в новом учебном году ничего не изменилось?

– Нет. – Немного подумав, Итан добавил: – Может, даже стало хуже.

– А вдруг это Эштон? Понял, что не выдержит еще год этих мучений, и решил избавиться от затравившего его учителя…

– Не знаю, Лидия, мне трудно в это поверить.

– Почему?

– Потому что я давно знаком с Эштоном и не могу представить, что он способен на убийство.

– Любой способен, – заметила я.

– Хочется верить, что не любой.

Тяжело вздохнув, Итан двинулся вниз по улице. Я, естественно, за ним.

– Куда ты идешь?

– К тебе домой.

– О, как мило! Ты решил проводить меня! – обрадовалась я.

– Проводить? – хитро посмотрел он на меня. – Вообще-то, я собирался покормить Джеральда.

– А, точно. – Едва не стукнув себя по лбу, я поспешила отвернуться и стала смотреть куда угодно, только не на Итана. – Знаешь, нам нужно поговорить с Эштоном. У тебя есть какие-нибудь рычаги давления на него?

– За кого ты меня принимаешь?

– Из-за своих способностей тебе известно то, о чем люди предпочитают не говорить. Я убедилась в этом, когда ты использовал мою тетю.

– Этот случай – исключение, а не правило, – строго напомнил Итан. – Я же говорил, что был вынужден нарушить собственные принципы, только бы ты мне поверила.

– Если хочешь раскрыть дело, за которое мы взялись, придется идти на жертвы. И твои принципы – не самое важное, что можно потерять на этом пути.

– Звучит не очень. Может, прекратим, пока не поздно?

– Ну уж нет! Утром я еще колебалась, но после того, что они сказали о моей тете… Теперь я точно пойду до конца.

– Вот это настрой! – присвистнул Итан.

– А как иначе? Подбросив череп мистера Фокса на порог нашего дома, убийца бросил тень на всю мою семью. Но особенно – на Мэри. Она не заслужила, чтобы о ней говорили плохо. Ты же общался с ней, знаешь, каким замечательным человеком она была.

– Конечно, – тихо отозвался он. – Мне жаль.

– Жаль должно быть тому, кто осмелился посягнуть на честь моей семьи. – Осознав, что сказала, я неловко улыбнулась. – Прозвучало странно. Как-то по-рыцарски.

– А мне понравилось. Хорошо сказано.

– Спасибо.

Мы подошли к дому, и я посмотрела на свет в окнах первого этажа.

– Вот мы и пришли.

– Сегодня буду учить тебя ухаживать за Джеральдом, – по-учительски сказал Итан. – Готова?

– Да, капитан! – В шутку отдав честь, я двинулась к двери, а войдя внутрь, громко поздоровалась с мамой: – Привет, я дома!

– Привет, милая! – отозвалась мама из глубины дома. – Я на кухне, готовлю ужин! Крис обещал зайти ненадолго, поесть.

– Есть новости по делу? – спросила я, разуваясь.

– Нет. Похоже, никаких подвижек.

– Возможно, папе все же стоило прислушаться к словам Итана.

Стоящий рядом Итан, услышав свое имя, замер на месте. Он как раз снимал с плеч рюкзак и со стороны выглядел очень комично. Сейчас в нем не было ничего от того парня, который угрожал этим утром Киту в школьном коридоре. Я пожалела, что не предупредила маму о нашем госте, потому что она внезапно выпалила:

– Лидия, я все понимаю, тебе очень нравится этот мальчик, но это не повод пререкаться с отцом.

– Он мне не… – Чуть не задохнувшись от изумления, я скинула на пол рюкзак и, взяв за руку Итана, быстро зашагала в сторону кухни. – Мама, я, вообще-то, не одна!

– О! – воскликнула она, удивленно хлопая глазами. – Привет, Итан.

– Добрый вечер, миссис Мур.

– Называй меня Джессикой, – попросила мама.

«Спасибо, что не Джесс», – подумала я про себя. Сообразив, что продолжаю держать Итана за руку, я быстро отпустила его ладонь.

– Только папу Крисом не назови, – посоветовала я Итану, – а то точно попадешь в тюрьму.

Рассмеявшись, мама похлопала меня по плечу.

– Мы идем на чердак кормить Джеральда, – предупредила я ее.

– О, ну ладно. Удачи.

– Прости за это, – сказала я Итану, когда мы поднимались по лестнице. – Обычно она держит субординацию и все такое. Если задуматься, то мама даже с Фелисити себя так не ведет, а ведь она моя единственная подруга в этом городе.

– Вы с ней близки?

– С мамой?

– С Фелисити.

– Ну… не знаю. А что?

– Просто удивлен, что вы подружились. Никогда бы не подумал, что так будет.

– Это еще почему? – удивилась я, замерев перед дверью на чердак.

– Вы очень разные, вот и все.

– Противоположности притягиваются, – сказала я первое, что пришло в голову.

– Наверное.

Пожав плечами, Итан первым вошел в комнату, где нас ждал уже полюбившийся мне крылан. Действуя по инструкции Итана, я первым делом открыла клетку, чтобы Джеральд мог полетать на голодный желудок. Выбравшись на свободу, он взмахнул тонкими широкими крыльями и устремился под потолок.

Наблюдая за тем, как крылан парит над моей головой, я представляла на этом месте тетю. Думая о том, как сильно она его любила и с каким обожанием в глазах смотрела на каждый такой полет, я не могла сдержать улыбку.

Умник

Я едва знала Эштона Миллера, но, как и Итан, сомневалась в его причастности к смерти Габриэля Фокса. И все же у меня в блокноте обозначился целый список вопросов, которые мне не терпелось задать ему. Я разглядывала написанные на белоснежном листке слова, параллельно поглядывая на одноклассника.

Эштон сидел сбоку от меня, что значительно облегчало устроенную мною слежку. Я наблюдала за тем, как внимательно он слушает преподавателя по биологии и как старательно ведет конспект в тетради. В очередной раз поправив очки в черной квадратной оправе, Эштон прикусил нижнюю губу и вгляделся в записи на доске. Обычный прилежный ученик, не делающий ничего странного или пугающего. Даже было жаль, что он такой. Хотелось бы к чему-нибудь придраться, но, похоже, его репутация была безупречна. А хуже всего то, что и Итан не нашел, чем на него надавить. Оставался только один проверенный метод – задобрить нашего нового подозреваемого сладким.

Разыскав Эштона во время большого перерыва, я подошла к нему с коробкой пирожных.

– О, привет! – поздоровалась я, сделав вид, что наткнулась на него случайно. – А ты чего не в столовой?

– Мы уже здоровались, – напомнил он, вежливо улыбнувшись.

Даже улыбка у него была какая-то выверенная, словно отточенная годами тренировок.

– Я обычно не обедаю.

– Плотно завтракаешь, наверное?

Что за чушь я несу?

– Ты что-то хотела, Лидия? – поинтересовался Эштон, пропустив мимо ушей мой нелепый вопрос, за что я была ему искренне благодарна.

– У меня тут брауни. – Я приподняла крышку коробки, из которой вкусно пахло шоколадом. – Будешь?

– У меня сахарный диабет, – ответил он, даже не взглянув на пирожные.

– Что? Правда? Боже, прости!

Я поспешила спрятать коробку за спину, словно от одного только вида сладкого у него мог подняться уровень сахара в крови.

– Он пошутил, – сказал возникший из ниоткуда Итан. – У Эштона странное чувство юмора, это всем известно.

– Кроме меня, – с нескрываемой обидой в голосе произнесла я. – И кто вообще шутит на такие темы, а?

– Видимо, я, – ответил Эштон, очевидно не раскаиваясь в содеянном. – Так что, угостишь меня брауни?

– Да забирай. – Я торопливо всучила ему коробку с пирожными. – На здоровье.

– Спасибо, – поблагодарил он меня, надкусив первый квадратный кусочек, и, прожевав, внезапно обратился к Итану: – Твоя девушка?

– Коллега, – отозвался тот, метнув в меня странный взгляд.

– Я вам не мешаю? – возмутилась я.

– Тоже медиум? – продолжал задавать вопросы Эштон.

– Пока только учится.

Уголки губ Итана предательски дрогнули, и я поняла, как близок он к тому, чтобы рассмеяться. Решив воспользоваться ситуацией и обратить все в свою пользу, я спросила:

– А это правда, что ты поссорился с убитым учителем?

Глаза стоящего рядом со мной Итана разве что из орбит не вылезли. А Эштон, напротив, остался невозмутим. Похоже, выражение его лица меняется довольно редко. Как выяснилось, он даже шутит с равнодушным видом.

– Тебе это дух рассказал? – поинтересовался он, хладнокровно облизнув перепачканные шоколадом пальцы.

– Ну да.

– Я бы не назвал это ссорой.

– Тогда что это было?

Я не могла поверить, что, ткнув пальцем в небо, нащупала нечто важное.

– Недопонимание, – уверенно ответил Эштон. – В конце прошлого года у нас был матч, ученики против учителей. Директор сказал, многие школы практикуют такое для укрепления коллективного духа. Во время игры я случайно сбил с ног мистера Фокса, он упал и вывихнул лодыжку. Некоторые посчитали, что я сделал это специально, но это не так.

По недоверчивому взгляду Итана я поняла, что он как раз из тех, кто считает это столкновение преднамеренным.

– Понятно, – тихо сказала я. – Значит, я не так поняла видение.

– Да ладно вам, – фыркнул Эштон, и это была самая яркая реакция за все время нашего разговора. – Два медиума в городе? На это я не куплюсь. К тому же я слышал разговор Кита со Стефани. Вы допрашивали его о мистере Фоксе, а теперь делаете то же самое со мной. Зачем?

– Ты уже понял зачем, – процедил Итан.

– Хочу услышать от вас, – прищурился Эштон и резко захлопнул крышку коробки с брауни.

– Из всех учеников только у тебя были такие явные проблемы с покойным учителем, – объяснила я, решив вести себя профессионально, так, как поступил бы папа.

– Когда я впервые получил плохую отметку по истории, мистер Фокс предложил мне стать моим репетитором. Он оставил меня после урока и начал доказывать, что мне необходима его помощь. Но я не нуждался в услугах посредственного школьного учителя.

– Ты что, так ему и сказал? – ахнула я.

– Да, именно так, – подтвердил Эштон.

Что-то в его позе дало мне понять, что он страшно гордится своим поступком и ни капли не жалеет о содеянном.

– И эта минутная дерзость стоила того?

– Да, потому что, какие бы оценки мне ни ставил, он знал, кем является.

– А как же твоя успеваемость? Как ты собирался исправлять свое положение?

– Я собирался оставить все как есть, потому что передумал сдавать экзамен по истории.

Осмелившись пойти ва-банк, я спросила:

– Ты помнишь, что делал в день исчезновения учителя? Вечером двадцатого сентября прошлого года?

– Наверняка был дома и делал домашку. Теперь мне полагается дать контакты тех, кто может подтвердить мое алиби?

– Поверю на слово.

Закатив глаза, я сделала запись в блокноте.

– Вы точно не встречаетесь? – спросил он, повернувшись к Итану. – Другого объяснения твоему участию в этом я не нахожу.

– Пока убийца мистера Фокса не будет пойман, он не обретет покой, – объяснил Итан. – Я не могу ничего не делать.

– Да уж, твоей участи не позавидуешь.

– У меня больше нет вопросов, – известила я парней. – Увидимся позже.

– Допрос окончен в… – Эштон взглянул на наручные часы, – …одиннадцать тридцать три.

– Не будь таким, – попросил его Итан, когда я уже развернулась, чтобы уйти. – Она очень старается.

Тронутая его словами, я замерла на месте.

– Спасибо за брауни, Лидия.

Склонившись передо мной в глубоком поклоне, Эштон помахал на прощание Итану и побрел к классу.

– Я не стану вычеркивать его из списка подозреваемых, – сказала я, когда он исчез из виду.

– Поступай как знаешь, – отозвался вставший рядом Итан.

– Он ведет себя странно, разве нет?

– Он всегда такой. Странность – его изюминка.

– А ты, случаем, не предвзят? – нахмурилась я. – Вы, похоже, неплохо ладите.

– Мы раньше дружили. Но потом все узнали, что я медиум, и наше общение сошло на нет.

– Поссорились?

– Нет, просто отдалились. У меня появились другие заботы, а Эштона интересует только учеба. Так все и закончилось.

– Скучаешь по нему?

– Это допрос?

– Конечно. Я только что выяснила, что ты дружил с моим главным подозреваемым.

– Боишься, что стану его покрывать?

– Может, для этого ты все и затеял. Согласился расследовать со мной это дело, чтобы отвести подозрения от бывшего друга.

– Ты меня раскусила, доставай наручники, – улыбнулся Итан, вытянув передо мной руки.

– Это не смешно! – погрозила я ему указательным пальцем. – Эштон может быть убийцей, и я не шучу!

– Надеюсь, это не он.

– А кто тогда? Какая кандидатура на роль убийцы тебя устроит?

– Кто-то незнакомый. Тот, кто не имеет отношения к этой школе. Может, случайный прохожий. Или грабитель. Да кто угодно, только не те, кого я знаю почти всю жизнь.

Понимающе кивнув, я огляделась.

– Именно поэтому мы и занимаемся этим делом вместе. Жители этого города ничего для меня не значат. А ты из-за своей привязанности ко всем этим людям не можешь быть объективен.

– Так и есть, – согласился Итан. – Я никогда не раскрою это дело в одиночку, потому что не увижу очевидного, даже если правда будет прямо передо мной.

– Значит, признаешь, что я нужна тебе и что без меня тебе не справиться? – ухмыльнулась я.

– Ты нужна мне, Лидия, – повторил он за мной. – И я ни за что без тебя не справлюсь.

– Ух ты! Это так неожиданно и приятно!

– Довольна?

– Еще как!

– Что дальше?

– Меня заинтересовало предложение мистера Фокса стать репетитором Эштона.

– А что не так?

– Ничего. Просто хочу знать, кто еще в школе пользовался его услугами.

– Да много кто, – пожал плечами Итан.

– И ты?

– Нет, но я знаю нескольких ребят, которые брали у него дополнительные уроки.

– Мне нужны имена. Составишь список?

– Конечно, Лидия, без проблем.

Он с трудом сдерживал улыбку.

– Что смешного? – растерялась я.

– Ничего. Просто то, как серьезно ты подходишь к делу…

– К делу об убийстве! – горячо напомнила я.

– Да, и все же… Иногда твой полицейский напор меня веселит.

– Вот так признание! Что ж, рада, что поднимаю тебе настроение. – Я протянула ему блокнот с ручкой. – Я жду список, пиши давай.

– Идем.

Пока Итан, устроившись за партой в пустом классе, вспоминал нужные имена и записывал их в блокнот, я не переставала громко зевать.

– Снова плохо спала? – поинтересовался он.

– Долго не могла уснуть, все боялась этого крика… Но сегодня ночью было тихо.

– Рад слышать.

– Это ты попросил тетю? Чтобы она меня больше не пугала?

– Нет, не просил. Наверное, она сама все поняла.

– Ты знаешь, почему я ее слышу? Разве это нормально?

– Ты не должна слышать ее голос, но у вас сильная связь, поэтому Мэри удалось пробиться к тебе, – объяснил Итан.

– А зачем ей ко мне пробиваться? Почему она кричит? Хочет что-то сказать мне?

– Я ничего об этом не знаю и не могу заставить Мэри говорить. Прости.

– Ну да, понимаю, – кивнула я. – Значит, я больше не услышу ее?

– Думаю, нет, но ничего не обещаю.

– Ладно…

– Тебя это расстраивает?

– Я рада, что больше не нужно бояться и можно спать спокойно, но в то же время эти кошмарные ночные звуки были последней связью с тетей, и теперь я лишилась ее.

– Понимаю, но так будет правильно. Мертвым нельзя тревожить живых.

– Но тебя они тревожат, – заметила я, – постоянно.

– Я – совсем другое дело. – Итан протянул мне блокнот. – Вот, держи свой список.

Я присмотрелась к записям.

– Почему эти два имени обведены несколько раз? Кэри Мартин и Одри Мартин.

– Сестры Мартин занимались с мистером Фоксом дольше всех. Когда он исчез, они были… м-м-м… очень подавлены.

– Ты что-то недоговариваешь.

– Да нет.

– Подозреваешь их в чем-то? – прищурилась я.

– Нет, но мне всегда казалась странной их привязанность к учителю.

– Что ты имеешь в виду?

– Тебе придется поговорить с ними, чтобы понять.

– Именно этим я и собираюсь заняться. Поймаем их после занятий?

– Вообще-то… сегодня у меня есть дела… – замялся Итан.

– Что еще за дела?

– Ко мне придут люди, которым нужна помощь медиума. Так что после школы я сразу домой.

– А это не может подождать?

– Боишься не справиться без меня? – ухмыльнулся он.

– Чего? Я без тебя? Да легко!

– Неужели?

– Конечно! Проще простого! Найду сестер Мартин и допрошу их.

– Скажи им, что ты от меня, тогда они точно помогут. Пару лет назад я передал им послание от внезапно умершей бабули.

– Уверена, это не понадобится. Я справлюсь и без твоего покровительства.

– Ну, как знаешь. – Улыбнувшись одним уголком губ, Итан добавил: – Удачи.

– Зачем мне удача?

– Думаю, она тебе пригодится.

«И что это значит?» – задумалась я, но вслух решила ничего не говорить. Нельзя выказывать сомнений, когда собираешься идти напролом. Нужно просто идти и не давать себе ни единого шанса на остановку.

Сестры Мартин

Издалека заметив их развевающиеся на ветру ярко-рыжие волосы, я шумно вздохнула. Кэри и Одри из той самой компании, в которую принимают только крутых и популярных девчонок. Я в их число никогда не входила, ни в прошлой школе, ни тем более в этой.

Но раньше у меня было одно неоспоримое преимущество – моя выпечка. Как бы ко мне ни относились, все разногласия отходили на второй план, когда у меня в руках оказывался чизкейк. Теперь же я не только не обладала этим козырем, но и заработала репутацию девчонки, на чьем дворе нашли череп убитого учителя. Не было ничего, что помогло бы мне подступиться к сестрам Мартин, поэтому я решила действовать прямо, без предисловий.

– Приветик! – поздоровалась я, подойдя к Кэри и Одри, которые увлеченно болтали с еще двумя старшеклассницами.

Потуже затянув на шее вязаный шарф, я нервно улыбнулась и продолжила:

– Вы, наверное, слышали, как некоторые обвиняют в случившемся с мистером Фоксом мою покойную тетю?

– Мы не говорим на эту тему, – резким тоном ответила одна из девчонок.

Одри и Кэри в это время заметно поежились и изменились в лице. Хорошие актрисы или смерть любимого учителя в самом деле нанесла им серьезную психологическую травму?

– Я пытаюсь узнать, была ли моя тетя знакома с Габриэлем Фоксом, – на ходу выдумала я. – Мне сказали, что кто-то из вас брал у него дополнительные уроки по истории. Может, он что-то говорил?

– Он два года был нашим с сестрой репетитором, – подала голос Одри, чьи веки украшали толстые серебристые стрелки. – Не помню, чтобы он хоть раз говорил о твоей тете. А ты, Кэр?

– Я тоже. Ничего такого не было. Никогда.

Голос Кэри подрагивал, и мне никак не удавалось поймать ее бегающий по сторонам взгляд.

– Похоже, вы сильно сблизились, – неуверенно заметила я, боясь спугнуть их. – Слышала, мистер Фокс души в вас не чаял.

– Он им как отец был, – встряла белокурая чирлидерша, стоящая рядом со мной.

– Как отец, значит?

Проследив за реакцией сестер, я обратила внимание на то, как расширились их глаза. Что это? Паника, страх или банальное удивление?

– Напомни твое имя, – совсем невежливо потребовала Одри.

– Лидия, – лучезарно улыбнулась я. – Вы вроде были на моей вечеринке.

– Да, мы как раз ели твое тыквенное печенье, когда снаружи началась драка, – ответила за сестер их подруга-чирлидерша с двумя высокими «хвостиками». – Кстати, было очень вкусно, спасибо.

– Рада, что тебе понравилось. – Меня сбили с намеченного курса, и я не понимала, как вернуться к вопросам, на которые мне было необходимо получить ответы. – Надеюсь, вы не сильно испугались, когда в одной из тыкв обнаружили… ну… тот череп?

– Мы были уверены, что это муляж, – сказала Кэри, впервые за разговор взглянув прямо на меня.

– Почему?

– Потому что мистер Фокс пропал прошлой осенью. Его череп не мог стать таким за столь короткий срок, – объяснила она, за что тут же получила толчок в плечо от недовольной сестры.

– Моя сестра смотрит слишком много детективов, – процедила Одри. – Возомнила себя не пойми кем.

– Твой отец служит в полиции, – продолжила Кэри, обращаясь ко мне. – Сама у него спроси. Тело Габриэля не могло разложиться до скелета так быстро.

Габриэля? Если школьник зовет учителя по имени, то это, несомненно, говорит о другом уровне взаимоотношений.

– Мне жаль, что кто-то убил его, – сказала я, глядя на сестер. – Надеюсь, полиция быстро поймет, кто это сделал.

– Может, теперь, когда этим делом занимается твой отец, будет по-другому, – снова подала голос чирлидерша. – Прошлый детектив довольно быстро свернул поиски мистера Фокса.

– Да, я уже, кажется, об этом слышала. Знаете, с чем это связано?

– С тем, что он продажный и грязный коп, – вырвалось у Кэри.

Словно осознав, что ляпнула, она поспешила объясниться:

– Это всего лишь слухи. Говорят, кто-то заплатил ему, чтобы он прекратил искать.

– Его не раз в этом подозревали, – добавила Одри. – Он даже улики уничтожал за круглую сумму.

– А где он сейчас? – поинтересовалась я, потянувшись в рюкзак за блокнотом.

– Дома, наверное.

– Его уволили?

– Нет, он добровольно ушел в отставку, – ответила Кэри. – Ему точно есть что скрывать. Понял, что нельзя продолжать свои игры, и сбежал из полиции.

– Где я могу его найти?

– Гэвин Уилсон живет по адресу: Роджер-стрит, дом девять, – отчеканила Одри, быстро переглянувшись с сестрой, и было в этом жесте что-то заговорщицкое.

– Спасибо, – поблагодарила я их, сделав запись. – Не думала, что вы вообще станете говорить со мной.

– Почему нет? – удивилась чирлидерша. – Мне понравилось твое печенье.

Улыбнувшись ей, я еще раз посмотрела на сестер Мартин. То, как эмоционально они обвинили во всех грехах бывшего детектива полиции, навело меня на определенные мысли. Подобная откровенность – редкость. А от таких людей, как Одри и Кэри, такой искренности точно не ждешь. Единственная причина, которая могла сделать их столь разговорчивыми, – это желание отвлечь меня и увести от неудобной для них темы. В их взаимодействии с убитым учителем что-то определенно было не так.

Собрав длинные каштановые волосы в высокий «хвост», я быстро зашагала в сторону дома Итана.

Когда мы только переехали, мама заставила меня пойти вместе с ней ко всем ближайшим соседям, чтобы поздороваться и познакомиться. Это не имело никакого смысла: никто в Гост-Харборе не был нам рад, и семья Итана не стала исключением. Передо мной до сих пор стоит образ его раздраженного отца, встретившего нас на пороге небольшого двухэтажного дома.

Постучавшись в заметно выцветшую красную дверь, я принялась ждать. Когда спустя несколько минут передо мной возник Итан, мне вдруг стало стыдно за свой визит.

– Я тебе помешала, – констатировала я очевидное, и он молча кивнул. – Прости, пожалуйста. Но я говорила с сестрами Мартин, и они точно что-то скрывают. Попытались свалить все на детектива, который занимался поисками мистера Фокса, хотя изначально не были настроены на разговор. А потом – бац! – и они мне на блюдечке преподносят подозреваемого. Я, конечно, записала его адрес и нам точно нужно с ним пообщаться, но не думаю, что он причастен к убийству. Всем известно, что далеко не все полицейские качественно выполняют свою работу, но уничтожать улики… Как-то мне в это не верится.

– Гэвин Уилсон – плохой человек, – заявил Итан. – Ты не будешь говорить с ним.

– Но…

– Никаких «но», Лидия. Он совершенно непредсказуем. И я видел дух его покойного отца, который полжизни провел в тюрьме.

– За что?

– За многое. Грабежи, разбои, нападения, убийства.

– Скажи честно: ты подозреваешь Гэвина Уилсона в убийстве мистера Фокса? – прямо спросила я, между строк прочитав его немое обвинение бывшего детектива.

– У меня нет ни одной причины считать его виновным, но он точно на это способен, в отличие от тех, кого ты опрашивала. Ни Кит, ни Эштон, ни сестры Мартин, ни кто-либо еще в школе не мог на такое пойти. Это просто невозможно.

– Это не укладывается у тебя в голове, но это не невозможно, – поправила я его. – Кэри назвала мистера Фокса Габриэлем. Разве это не странно – называть своего учителя по имени и так остро реагировать на его смерть?

– Может, между ними была договоренность о неформальном общении. Мы никогда не узнаем, что их связывало, помимо дополнительных занятий.

– Именно поэтому я и пришла.

– Почему же? – нахмурился Итан.

– Ты сказал, что помог сестрам пообщаться с их покойной бабушкой. Я тоже хочу с ней поговорить.

– Я не стану в этом участвовать, Лидия, – сурово проговорил он. – Их бабушка обрела покой, больше ей тут делать нечего.

– Даже если она может ответить на наши вопросы?

– Это так не работает. Ты не можешь вызвать дух как на допрос. Некоторые вообще не говорят, а только показывают различные образы.

– Какая разница? Если не может ответить словами, пусть покажет картинкой, что связывало сестер и убитого учителя.

Разозлившись, Итан сделал шаг вперед.

– Ты перегибаешь палку, Лидия. Мы должны уважать мир мертвых. Нельзя так относиться к духам. Они не средство для достижения твоих целей.

– Значит, тебе нельзя просить у них помощи, а им у тебя можно? Дух мистера Фокса явился к тебе с просьбой найти его убийцу, и ты влез в это дело, хотя мог не вмешиваться.

– Я пытаюсь помочь ему обрести покой, – ответил он, слегка смягчившись. – Но нельзя ради помощи одному духу вредить другому.

– Не думаю, что ты правда можешь кому-то навредить, – покачала я головой. – Ты бы сделал все правильно. Без принуждения, вежливо. Духи бы поняли, зачем ты их позвал.

Улыбнувшись, Итан положил ладонь мне на плечо.

– Лидия, ты же не верила, что я медиум, – напомнил он. – А теперь говоришь такие милые слова о моей экстрасенсорной практике.

– Неправда, – возразила я, смутившись и чуть не покраснев. – Речь шла не о том, какой ты медиум, а о твоих человеческих качествах.

– Значит, я хороший человек?

– По крайней мере по отношению к духам.

Когда он громко рассмеялся, я неловко поджала губы.

– Мне нужно быть рядом с одной из сестер, чтобы позвать их бабушку, – вдруг сказал Итан.

– А это обязательно?

– Если позову вдали от Кэри или Одри, связь с духом будет гораздо хуже.

– И что нам делать? Напроситься к ним в гости?

– Сегодня ведь Хеллоуин, – вспомнил Итан. – Пойдем собирать конфеты?

– Вообще-то, мне хватило моей предхеллоуинской вечеринки. Больше я наряжаться в костюм не планировала.

– Значит, я готов поступиться собственными принципами ради дела, которое мы расследуем, а ты не можешь нацепить ведьминский колпак?

– Ладно, – сдалась я, вздохнув. – Допустим, мы наденем костюмы и придем в дом семьи Мартин за горсткой конфет. Что дальше?

– А дальше будем импровизировать. – Оглянувшись назад, Итан замялся. – Мне нужно идти. Приходи в восемь вечера, хорошо?

– Без проблем. Еще раз извини, что отвлекла.

– Пожалуй, ты единственная, кому позволено мешать мне, – произнес он, посмотрев мне в глаза. – По крайней мере, пока идет расследование.

– Какая честь, – закатила я глаза, уже разворачиваясь, чтобы уйти. – До встречи!

– Как крылан? – крикнул он мне вдогонку.

– Выглядит так, будто хочет загадить весь наш чердак, – отозвалась я.

Услышав смешок позади, я не сдержалась и расплылась в довольной улыбке.

Постыдная тайна

В Рейвеншире, где осталась моя прошлая жизнь, Хеллоуин проходит незаметно. В более крупных городах всегда так: праздничные украшения стремительно заполоняют улицы, и ты, не успев сполна прочувствовать приближение Дня всех святых, украдкой наблюдаешь за тем, как вырезанные тыквы сменяются рождественским декором. В Гост-Харборе все иначе. Хеллоуинские атрибуты на крыльце соседских домов появляются постепенно, и ты, с упоением оглядываясь по сторонам, наполняешься тем самым осенним настроением, которого так долго ждал.

Костюм ведьмы, привезенный из дома, я надевала лишь пару раз. Девчонки, с которыми я общалась в прошлой школе, называли мой образ скучным и до неприличия банальным. Конечно, у меня была причина выбрать именно этот костюм: мы с тетей обожали сериал про Сабрину, который выходил в конце девяностых и начале нулевых, – но я не видела смысла посвящать в эти подробности одноклассниц, которых даже с натяжкой нельзя было назвать подругами.

Надев черное платье с ажурным воротником и длинными прозрачными рукавами, я взглянула на себя в зеркало. Именно в этой одежде я обнаружила жуткую находку в тыкве. С тех пор прошло всего несколько дней, но по ощущениям – целая жизнь. Я надеялась, что сегодня образ ведьмы не принесет мне таких хлопот.

Когда я подошла к дому Итана, он уже стоял на пороге, но не один, а в компании Эштона.

– Эм… привет, – пробормотала я, оглядывая парней, одетых в одинаковые черные рясы, похожие на костюм убийцы из кинофраншизы «Крик».

– Надеюсь, у тебя под шляпкой припасена еще одна коробка брауни, – сказал вместо приветствия Эштон.

Его снисходительная полуулыбка действовала мне на нервы.

– Он пойдет с нами, чтобы помочь, – объяснил присутствие бывшего друга Итан.

– И чем он поможет? – нахмурилась я.

– Выиграет нам время. Идем.

Решив не спорить, я молча направилась к дому семьи Мартин. Если Итан так уверен в невиновности Эштона, то кто я такая, чтобы убеждать его в обратном? Если умник хоть как-то связан с этим делом, правда рано или поздно все равно всплывет.

– Нужно и к их соседям зайти, – высказался Эштон.

– Согласен, – поддержал его Итан. – Идти целенаправленно только в один дом – подозрительно.

Остановившись, я заглянула в пустую корзинку в своих руках. Безмолвно признав их правоту и собственную глупость, я быстро зашагала к соседям семьи Мартин.

Крайне занятая дама с телефоном в руках, не отрываясь от разговора с собеседником, вручила мне запечатанную пачку оранжевых леденцов и спешно закрыла дверь. Ее сосед, седой, похожий на Санту дедуля, оказался ее полной противоположностью, добродушным и крайне разговорчивым.

– Я тебя раньше не видел, – заметил он, внимательно разглядывая мое лицо.

– Я Лидия. Наша семья недавно переехала сюда. Вы наверняка знали мою тетю Мэри.

– Мэри? Ты та самая племяшка Мэри? – искренне обрадовался он. – Она только о тебе и говорила. Так сильно любила тебя.

– Я тоже очень любила ее, – с трудом произнесла я.

– О, мне так жаль, Лидия! – грустно улыбнулся он, насыпав мне в корзинку, очевидно, двойную порцию сладостей.

– Счастливого Хеллоуина, – попрощалась я.

Итан встретил меня встревоженным взглядом. Он стоял слишком далеко, чтобы расслышать наш разговор, но все равно уловил мое изменившееся настроение.

– Все в порядке? – уточнил он.

– Думаю, этого достаточно, – указала я на конфеты в корзине.

– Браво, Лидия! – похвалил меня Эштон. – Пойдемте уже к сестричкам.

– Да, пора, – кивнул Итан и, еще раз посмотрев на меня, отправился вслед за бывшим другом.

– Эй, умник! – позвала я Эштона и, когда тот обернулся, спросила: – Ты точно пытаешься помочь нам?

– А есть сомнения? – усмехнулся он.

Если бы издевка была человеком, то выглядела бы она как этот парень.

– Да, знаешь ли, сомнения присутствуют.

– Лидия, он поможет, – встрял в нашу перепалку Итан.

– Если подведешь нас, я… я никогда больше не угощу тебя брауни!

Тяжело угрожать тем, кого даже толком не знаешь. Будь у меня информация о его слабых местах, у меня был бы шанс поквитаться с ним.

– Ты такая забавная, – рассмеялся Эштон. – Начинаю понимать, почему этот придурок с тобой тусуется.

– Ты кого придурком назвал? – возмутилась я. – Итан, ты его слышал?

– Слышал, но давайте уже займемся делом.

Переглянувшись с не прекращающим ехидно улыбаться Эштоном, я продолжила путь к дому сестер.

Четырехэтажный кирпичный особняк семьи Мартин выделялся не только своими габаритами, но и количеством хеллоуинского декора: свисающая с крыши искусственная паутина, изобилие горящих в темноте тыкв на крыльце, бумажные силуэты привидений на окнах, объемные черные наклейки в виде пауков и летучих мышей на белоснежной деревянной двери.

– Похоже, они очень любят этот праздник, – заметила я.

– Или у них просто много денег, – парировал Итан.

– Вы собираетесь стучать или как? – проворчал Эштон.

– А ты куда-то спешишь? – спросила я, повернувшись к нему.

– Вообще-то, да. У меня полно дел.

– И они важнее, чем налаживание общения с бывшим другом?

– Лидия, он здесь не для этого, – сказал Итан.

– А для чего?

Он не успел ответить, потому что дверь отворилась, и на пороге этого роскошного дома появилась Одри. Судя по ее домашней одежде, на празднование Хеллоуина она не собиралась.

– Вы чего тут стоите? – поинтересовалась она, разглядывая нас по очереди.

– Мы собирались постучать, но возникла заминка, – объяснила я, растерявшись.

Чего я точно не ожидала, так этого того, что трудности возникнут с первых же секунд.

– Счастливого Хеллоуина! – Эштон сделал шаг вперед и, заглянув за плечо Одри, спросил: – А Кэри дома?

– Да, она наверху, а что?

– Можно мне к ней ненадолго? Я кое-что забыл у нее в комнате, когда мы готовились к контрольной по физике.

– Только быстро. – Устало покачав головой, она впустила его внутрь, а затем обратилась к нам с Итаном: – А вам двоим что, конфеты нужны?

– Если можно, – вежливо улыбнулась я.

– Сейчас принесу.

– Пора, – сказал Итан.

Закрыв глаза, он вытянул вперед руку и принялся что-то нашептывать себе под нос. У меня от его действий побежали мурашки.

– Она здесь.

– Оу, ну… хорошо… – Растерявшись, я посмотрела туда, куда устремился взгляд Итана, но ничего, кроме светлого коридора, не увидела. – Она готова помочь?

– Нет, просит оставить ее внучек в покое.

– Блин. И что делать?

Ничего не ответив, Итан достал из кармана небольшую белоснежную свечу и спички. Как только он зажег фитиль, мне в спину врезался порыв ледяного ветра.

– Что происходит? – прошептала я, обернувшись.

Итан не отвечал, но с каждой секундой, что мы стояли на крыльце, я все больше убеждалась в наличии сил, о которых он говорил. Удивительнее всего было его меняющееся до неузнаваемости выражение лица. Мне никак не удавалось понять, как в одном теле уживаются медиум и обычный человек.

Когда в коридоре послышались шаги, я толкнула Итана в сторону, и он, едва не упав, быстро спрятал свечу за спину.

– Это все, что у нас осталось, – сказала вернувшаяся с горстью конфет в руках Одри.

– Спасибо.

Я протянула ей корзинку, чтобы она могла высыпать сладости туда.

– Чем тут воняет? – поморщилась Одри.

Мельком взглянув на стекающий по свече расплавленный воск, я шумно втянула воздух.

– Может, одна из ваших тыкв горит? – предположила я.

– Только этого не хватало!

Одри уже собиралась выйти на крыльцо, когда позади нее раздался знакомый голос.

– В этом году тыквы приносят одни проблемы, не так ли? – ехидно заметил спустившийся со второго этажа Эштон с тетрадью в руках.

Воспользовавшись тем, что Одри на нас не смотрит, Итан быстро потушил свечу и убрал ее в карман черной рясы.

– Спасибо за конфеты, – поблагодарила я, медленно пятясь к выходу. – Мы пойдем дальше.

– Ага, валите, – буркнула Одри.

Когда Эштон проходил мимо нее, она придержала его за локоть и пригрозила:

– Только попробуй обидеть мою сестру – тебе конец!

– У-у-у, как страшно! – рассмеялся он в ответ.

– Я серьезно, придурок! – крикнула она вдогонку, когда мы уже вышли на дорогу.

– Пока, злюка! – громко ответил ей Эштон.

Поправив очки, он тихо спросил у Итана:

– Ну что, удачно?

– Нет, ничего не вышло, – с сожалением в голосе сообщил Итан.

У меня от разочарования едва не подкосились ноги.

– Сочувствую, мои юные сыщики, но я свою работу выполнил. Так что на этом наши пути расходятся. Увидимся в школе.

– Ага, спасибо, Эш, – бросил ему вслед Итан.

Его взгляд был все еще затуманен и расфокусирован.

– Ты в порядке? – забеспокоилась я.

Спустя пару минут, когда Эштон ушел далеко вперед, Итан наконец-то ответил:

– Ты была права. Семья Мартин связана с Габриэлем Фоксом.

– Что? Ты же сказал…

– Я не забыл, что Эштон твой подозреваемый, поэтому не стал говорить при нем. Это ведь только наше расследование, Лидс.

Широко улыбнувшись, я бросилась обнимать его.

– Ты меня чуть с ног не сбила! – пожаловался он, когда я быстро отстранилась.

– Я просто очень рада, – объяснила я свое импульсивное поведение. – Рассказывай, что узнал!

– Я кое-что увидел.

– И что же? Не тяни!

– Если я все правильно понял, мистер Фокс собирался уйти от жены к Эшли Мартин.

– К матери Одри и Кэри?

– Ага. Наверное, сблизился с ней, когда стал репетитором девчонок.

– А где их отец?

– Он умер несколько лет назад из-за несчастного случая на работе.

– Оу… Значит, мистер Фокс и впрямь пытался заменить им отца.

– Похоже на то, – кивнул Итан.

– Ты же знаешь, что первый подозреваемый в таких делах – почти всегда супруг жертвы?

– Да, но Стелла Фокс не похожа на убийцу.

– Итан, меня умиляет то, как искренне ты веришь в невиновность жителей этого города, но это точно кто-то из них.

– Ты не знаешь этого наверняка.

– Рано или поздно правда всплывет, – пожала я плечами, осознав, что нет смысла продолжать этот спор. – Кстати, как ты уговорил бабушку Мартин помочь тебе?

– Никак. Мне удалось перехватить несколько образов, поскольку я установил очень тесный контакт.

– Насколько тесный?

– Насколько это вообще возможно, не впуская дух в свое тело.

– Звучит опасно.

– Да уж. Я бы не хотел это повторять.

– Надеюсь, не придется, – обнадеживающе улыбнулась я, все же чувствуя за собой вину.

Не стоило просить его о таком. Итан живет по правилам незнакомого мне мира, и нельзя вмешиваться в установленный там порядок.

– Извини, что тебе пришлось рисковать и идти наперекор собственным принципам, – тихо проговорила я, пока мы шли вниз по улице.

– Я уже слишком далеко зашел, пытаясь раскрыть это дело. Нет смысла отступать.

– Твоя самоотверженность поражает.

– В хорошем смысле, надеюсь?

– Не знаю. Время покажет. – Заглянув в наполненную конфетами корзинку, я предложила: – Разделим сладости пополам?

– Пожалуй, я пас, – подняв руки, поморщился Итан. – Что будем делать дальше?

– Думаю, сначала мне нужно поговорить с папой.

– Собираешься выпытать у него подробности расследования?

– Попробую, но он крепкий орешек, так просто не расколется.

– Что ж, удачи. – Остановившись около моего дома, Итан поднял голову на чердак, где живет крылан. – Нужна помощь с Джеральдом?

– Да, но мне пора учиться самостоятельности.

– Точно, – согласился он, робко улыбнувшись. – Ну, тогда я пойду домой. Увидимся завтра в школе.

– Да, увидимся.

Проводив Итана взглядом, я задумалась о том, как сильно мы сблизились за последние дни, и это не на шутку испугало меня. Быстро выбросив все ненужные мысли из головы, я поспешила домой.

К моему удивлению, за кухонным столом ужинала не только мама, но и отец. Увидев меня, родители приподнялись с места, чтобы я смогла обнять их.

– Как погуляла? – спросил папа, заметив корзинку в моих руках. – Вижу, успешно.

– Мы всего в парочку домов зашли, – отмахнулась я, снимая ведьминский колпак с головы.

– Как дела у Фелисити? – участливо поинтересовалась мама. – Давненько она не заходила.

– У нее все хорошо. Просто домашки много.

Я даже себе пока не могла признаться, как сильно мы отдалились после случившегося на вечеринке. До чертиков перепугавшаяся Фел боялась даже взглянуть на меня, словно мое лицо воскрешало в ее памяти весь пережитый ужас. Наверное, из нас двоих именно у нее была подходящая ситуации реакция, а вот я вела себя по-настоящему странно. Рано или поздно до нее дойдут слухи о допросах, которые мы устраиваем с Итаном, и тогда она окончательно запишет меня в ненормальные.

– Мой руки и садись за стол, милая, – сказала мне мама.

Когда я, переодевшись в домашнюю одежду, вернулась в кухню, родители уже заканчивали ужин.

– Пап, ты сейчас снова уйдешь на работу?

– А что? – широко улыбнулся он. – Соскучилась по своему старику?

– Не такой уж ты и старый. Но да, конечно, соскучилась: мы почти не видимся в последнее время.

– Прости, дочка, но, пока мы не поймаем убийцу, мне придется много работать.

– Знаю, – кивнула я, накладывая себе на тарелку куриные крылышки с соусом. – Есть успехи в расследовании?

– Постольку-поскольку.

– Поня-я-ятно, – протянула я, изобразив безразличие. – Я тут кое-что узнала про убитого учителя.

– Надеюсь, не от своего друга-медиума? – хмыкнул отец.

– Нет, от девчонок в школе.

– И что же тебе сказали девчонки?

– Что у мистера Фокса был роман с другой женщиной. Говорят, он собирался уйти от жены. Я сразу вспомнила, как ты всегда повторяешь: первый подозреваемый – всегда супруг жертвы.

– У Стеллы Фокс железное алиби, Лидия, – сказал папа. – И я в курсе про его интрижку на стороне. Но та женщина тоже ни при чем.

– М-м-м… Значит, подозреваемых так и нет?

– Пока нет, но мы продолжаем копать.

– А тебе не кажется странным, что поиски мистера Фокса так быстро свернули? Девчонки в школе…

– Лидия, – прервала меня мама, – тебе не стоит болтать об этом в школе. Твой отец – ведущий детектив полиции.

– Я и не болтаю, – поспорила я, – только слушаю.

– Ладно, – сдался отец, – продолжай.

– Ага. Так вот. Поговаривают, что детектив, который занимался поисками Габриэля Фокса, был самым настоящим продажным копом. Некоторые считают, что кто-то заплатил ему, чтобы он прекратил искать учителя и уничтожил найденные улики.

– Насколько мне известно, дело зашло в тупик и было нецелесообразно тратить немногочисленные ресурсы полиции на дальнейшие поисковые мероприятия.

Приподнявшись, я потянулась за кувшином с апельсиновым соком.

– А что насчет черепа? – спросила я как бы невзначай.

– И о чем только мы говорим за столом? – возмутилась мама.

– Я сегодня слышала, как чирлидерши обсуждали найденный в тыкве череп. Якобы он не мог стать таким за год.

– Твои чирлидерши правы, существуют степени трупного разложения. Но голова Габриэля Фокса стала такой из-за определенного воздействия.

– Воздействия? – изогнула я брови и, вспомнив одно из давних дел отца, предположила: – Убийца использовал какую-то кислоту?

– Я не могу обсуждать это, Лидия. – Покачав головой, отец поднялся с места. – Мне пора в участок. Постараюсь вернуться, чтобы немного поспать.

– Удачи, дорогой, – попрощалась мама, нежно поцеловав его в губы.

– Пока, пап, – помахала я ему рукой, не переставая обдумывать услышанное.

Выходит, кто-то растворил тело мистера Фокса в каком-то веществе. Да уж, школьникам такое вряд ли под силу. Значит, пора обратить внимание на взрослых.

И начать стоит с Гэвина Уилсона.

Уроки химии

Прогулять школу, чтобы встретиться с тем, кого Итан назвал плохим и непредсказуемым человеком, возможно, было не самой лучшей моей идеей, но, по крайней мере, я не бездействовала.

Упаковав приготовленные рано утром пирожные «Красный бархат» в коробку, я отправилась прямиком по записанному в блокноте адресу. Вряд ли Гэвин Уилсон станет убивать школьницу, решившую проявить соседское гостеприимство. И все же мне следовало быть осторожной и не рисковать понапрасну. Одна недолгая беседа – и бегом на занятия, где меня наверняка будет ждать Итан.

Дом бывшего детектива полиции расположен на окраине Гост-Харбора, и по его внешнему виду так и не скажешь, что его владелец на протяжении долгих лет брал взятки. Обветшалая крыша, потускневший от времени фасад и деревянные оконные рамы, с которых давным-давно слезла краска, делают это строение похожим на одноэтажную заброшку, а не на жилой дом. Соседей у Гэвина Уилсона нет, рядом стоит полуразвалившийся особняк в готическом стиле. Готова поспорить, что Итан увидел бы в нем целое полчище привидений.

– Ты кто? – рявкнул открывший дверь мужчина.

На нем были грязная клетчатая рубашка и растянутые спортивные штаны. Судя по длине его бороды, не брился он уже очень давно. Может, с тех пор как ушел в отставку.

– Здравствуйте. – Я старалась говорить как можно увереннее, но тонкий голос предательски дрожал и выдавал мое нешуточное волнение. – Мы с семьей недавно переехали в Гост-Харбор. Мама сказала угостить соседей. Вот, возьмите пирожные.

– На кой черт мне твои пирожные? – Выйдя из дома, он огляделся. – Ты одна пришла?

– Ну… д-да… – неуверенно ответила я.

– Родители отпустили тебя одну в этот район?

– Эм… да…

– Здесь бывает опасно. Иди домой.

Он уже собирался закрыть передо мной дверь, но я позвала его по имени.

– Вы же Гэвин Уилсон?

Как только он обернулся, я пожалела о том, что не смогла удержать рот на замке. Его хищный взгляд вперился в мое лицо.

– Ты знаешь, как меня зовут?

– Моя тетя вас знала, – сказала я, мысленно извиняясь перед Мэри за то, что вмешиваю ее.

– Твоя тетя?

– Мэри. Вы наверняка слышали о ее смерти.

– Слышал, – подтвердил он, продолжая неотрывно следить за мной. – Ужасная трагедия. В этом городе постоянно страдают хорошие люди, такие, как твоя тетя.

– Она тоже считала вас хорошим человеком, – выдумала я на ходу.

– Неужели?

– Да. Она говорила, что вас незаслуженно обвиняют в том, чего вы не совершали. А еще – что мне не стоит вас опасаться, если встречу.

– Что ж, – довольно улыбнулся Гэвин, – приятно знать, что хоть кто-то в этом чертовом городе не считал меня подонком.

– Вы же знаете, что кто-то убил Габриэля Фокса? – на свой страх и риск уточнила я.

– К чему этот вопрос? – ощетинился он.

– Ребята в школе обвиняют во всем мою тетю. Говорят, раз голову учителя нашли на нашем крыльце, значит, Мэри точно как-то в этом замешана.

– Как тебя зовут?

– Лидия.

– Не слушай, что говорят всякие недоумки, Лидия. Будь эти люди умнее, они бы задались вопросом, где остальное тело. Тогда бы они поняли, что покойная Мэри никак не могла принести череп на порог вашего дома.

– Спасибо, – несмело улыбнулась я. – Может, все же возьмете пирожные?

– Врачи запретили мне есть сахар, – объяснил Гэвин и, тяжело вздохнув, добавил: – Эта чертова работа превратила меня в инвалида. Даже интересно, какой диагноз мне поставят следующим.

– Извините, если расстроила, – пискнула я.

– Все нормально, Лидия. Иди домой и больше не приходи в этот район одна. Здесь всякое случалось.

– Например?

– Тебе лучше не знать.

– Ладно, – кивнула я и стала спускаться с крыльца. – До свидания, мистер Уилсон.

Громко хлопнув дверью, он скрылся в доме, и я наконец-то смогла выдохнуть. Кажется, за эти несколько минут мои легкие разучились дышать.

Но все прошло гораздо лучше, чем я ожидала. Может, у ребят из школы, включая Итана, есть причины распускать столь неприглядные слухи о Гэвине Уилсоне, но он не похож на самого ужасного человека в городе. Уверена, в Гост-Харборе есть кто-то гораздо хуже. Например, убийца, расправившийся с Габриэлем Фоксом.

С опозданием войдя в класс, где проходило занятие по химии, я первым делом посмотрела на Итана. Встрепенувшись, он непроизвольно приподнялся со стула. Извинившись перед мисс Осборн, я быстро заняла свое место.

– Где ты была? – прошипел наклонившийся в мою сторону Эштон. – Твой парень уже собирался звонить в полицию!

– Передай ему, что у меня возникли срочные дела, расскажу позже, – попросила я, забыв сказать, что Итан мне никакой не парень.

Впрочем, умник все равно остался бы при своем мнении, не было смысла его переубеждать.

Взглянув на доску, чтобы переписать тему занятия в тетрадь, я ненадолго замерла. Интересное совпадение получилось: изучение азотной кислоты вскоре после того, как папа упомянул некое воздействие на тело Габриэля Фокса. Приходилось ли мне хоть раз в жизни задумываться о том, как быстро избавиться от трупа, не оставив при этом никаких следов? Нет, совсем нет. В подобного рода вещах я не разбираюсь и фильмы ужасов с таким сюжетом не смотрю. Не думала, что когда-нибудь настанет момент, когда мне срочно понадобится разобраться в этой теме, но все когда-то бывает в первый раз.

Раздумывая над тем, насколько будет странно подойти с этим вопросом к мисс Осборн, я не заметила, как занятие подошло к концу и все поднялись с мест, чтобы отправиться на обеденный перерыв. Итан ждал меня в дверном проеме, пока я неспешно шла в его сторону. Остановившись в последний момент, я все же обратилась к склонившейся над тетрадями учительнице.

– Мисс Осборн, – позвала я ее.

– Да, Лидия? – подняв голову, лучезарно улыбнулась она.

– Еще раз извините за опоздание.

– Уверена, такого больше не повторится.

– Разумеется, – закивала я. – Но все же мне хочется объясниться. Как вы знаете, в будущем я планирую стать врачом, но у меня есть сомнения.

– Сомнения – это совершенно нормально, – заверила она меня.

– Мне очень нравится ваш предмет, мисс Осборн, и на днях я задумалась над тем, чтобы стать ученым-химиком.

– О! – искренне удивилась она. – Неожиданно…

– Это пока только идея, – отмахнулась я, чтобы она не придавала значения моим словам. – К тому же этим утром у меня состоялся непростой разговор с родителями. Они, услышав о работе в химической лаборатории, встали на дыбы и начали отговаривать меня – мол, это опасно, повсюду всякие кислоты, которые могут разъесть мою кожу до костей…

– Боже! – хохотнула мисс Осборн, откинувшись на спинку стула. – Переживания твоих родителей понятны: такая работа сопровождается определенными рисками, но все подобные организации следят за соблюдением техники безопасности.

– Но это возможно? Я действительно могу лишиться кожи или типа того, если на меня прольется кислота?

– Можно получить серьезный ожог как от кислоты, так и от щелочи.

Я попыталась изобразить ужас от перспективы случайного падения в чан с разъедающей тело жидкостью, но вряд ли это выглядело убедительно.

– А что опаснее?

– Если мы говорим о растворении кожи до костей, как выразились твои родители, то это, скорее, относится к щелочам. Они имеют более пагубное и губительное действие на ткани, нежели кислоты. Но послушай, Лидия, шанс, что с тобой произойдет нечто настолько ужасное во время работы на химическом предприятии, минимален.

Показательно вздохнув от притворного облегчения, я прижала к груди учебник.

– Спасибо, мисс Осборн. Попробую еще раз поговорить с родителями и успокоить их.

– Удачи! Не терпится узнать, какую профессию ты в итоге выберешь.

Как только я вышла из класса, Итан схватил меня за руку и зашептал:

– Что это сейчас было?

– Папа сказал, что тело мистера Фокса подверглось влиянию, поэтому череп похож на муляж.

– И?

– За год человеческая голова не могла стать такой, понимаешь? Она бы не стала просто черепом, на ней бы сохранялись остатки тканей. Я сама в этом плохо смыслю, но суть в том, что убийца растворил кожу, мышцы, сухожилия и все в этом духе. Остались только кости.

– Получается, убийца разбирается в химии? – предположил явно озадаченный услышанным Итан.

– Возможно. А может, просто почитал статьи в интернете, – пожала я плечами и направилась прямиком в столовую. – Есть хочу, умираю просто.

– А дома чего не поела, раз так поздно пришла?

– Я… я не была дома.

– Вот это новости! А где ты была?

– Да так… ходила кое-куда…

– Меня настораживает то, как ты уклоняешься от ответа. – Нахмурившись, Итан встал прямо передо мной, перекрыв путь к свободному столику, который я собиралась занять. – Ты пытаешься скрыть что-то от меня, да?

– Допустим.

– Это что-то плохое?

– С твоей точки зрения, пожалуй, да.

– Только не говори, что ты ходила к Гэвину Уилсону… – Наверное, меня выдала перемена в лице, потому что он сразу понял, что попал в точку. – Лидия, ты что?! Нельзя общаться с ним, это опасно!

Скрестив руки на груди, я встала в выжидающую позу.

– Почему? Объясни, откуда у местных такая неприязнь к этому человеку?

– Ладно, давай сядем.

– Сначала возьмем обед.

Устроившись за столом с двумя подносами, мы сразу же вернулись к разговору.

– Ну? – настойчиво спросила я.

– Ты же голодная, – ответил Итан, успевший откусить немного от сэндвича с индейкой и сыром.

– По важной информации я изголодалась куда сильнее. Выкладывай.

– Окей. – Отпив немного сока, он подался вперед и начал говорить: – Четыре года назад в городе случился пожар. Кто-то поджег дом семьи Андерсон.

– Чирлидерши Элис Андерсон? – вспомнила я знакомую фамилию.

– Да. В том пожаре едва не погибла ее мать Джуди. Она получила ожоги и несколько недель провела в реанимации.

– Какой кошмар… А почему ты говоришь «кто-то поджег»? Преступника так и не поймали?

– Все в городе знают, кто это сделал, но он избежал наказания.

– И кто же он?

– Николас Андерсон, бывший муж Джуди и по совместительству лучший друг Гэвина Уилсона.

– Зачем ему поджигать дом, в котором живет его дочь? – удивилась я.

– После развода он остался ни с чем. Какое-то время кантовался у друзей, а когда и те дали ему пинка, слетел с катушек и поджег дом своей семьи.

– А доказательства есть?

– Один из соседей подтвердил, что видел Николаса на улице в ту ночь незадолго до пожара.

– И это все?

– Показания свидетеля в совокупности с безумным поведением Николаса сложились в единую картину. Его арестовали, в прессе даже появилась информация о найденных уликах. Все говорили, что ему не избежать тюрьмы, а потом… знаешь, что случилось потом?

– Догадываюсь, – кивнула я. – В дело вмешался Гэвин Уилсон.

– Именно. Он заявил, что Николас был с ним, когда начался пожар, и обеспечил ему алиби. А улики, если они вообще существовали, куда-то исчезли. Так что Николаса освободили и он спешно покинул Гост-Харбор. Больше он в городе не появлялся.

– Ты сказал, что после развода Андерсон остался ни с чем.

– Да.

– Тогда где он взял деньги, чтобы дать взятку Уилсону? Или детектив помог ему по доброте душевной? Зачем ему так подставляться? Зачем рисковать карьерой ради обеспечения алиби очевидно виновному человеку?

– Они были друзьями с самой старшей школы. Не знаю, Лидс. Может, Уилсон был должен ему. Или просто захотел выручить приятеля. Вариантов куча, но факт остается фактом: Николас избежал тюрьмы благодаря Гэвину.

– И теперь его презирает весь город.

– А как иначе? После того как он отмазал от тюрьмы этого мерзавца.

– Что-то здесь не так, Итан, – покачала я головой. – Гэвин Уилсон не похож на дурака. Он точно знал, какая за этим последует реакция, и все равно пошел на это, помог Николасу. Ради чего?

– Один плохой парень помог другому плохому парню. Классика, разве нет?

– Нет, – возразила я, вспомнив уставшее и осунувшееся лицо бывшего детектива. – Может, он и помог ему, но должна была быть веская причина.

– В любом случае, дело четырехлетней давности никак не связано с убийством мистера Фокса, так что мы просто тратим время.

– Тут ты прав, – согласилась я, забирая с подноса тарелку с пастой в соусе Альфредо. – Я вчера с папой говорила.

– И как прошло?

– Похоже, у него все под контролем.

– Да?

– Ага. И он в курсе про интрижку Габриэля и Эшли.

– Думаешь, мы зря этим занимаемся? – тихо уточнил Итан.

Посмотрев ему в глаза, я пожала плечами, потому что не знала, что на это сказать.

– Можем прекратить в любой момент. Просто подождем, пока твой отец раскроет это дело.

– Не хочется отступать. Но я пока не понимаю, что делать дальше, в каком направлении нам нужно двигаться.

– Возьмем паузу, – предложил Итан.

Обратив внимание на коробку, которую я поставила на край стола, он поинтересовался:

– Что внутри? Брауни для Эштона?

– Прикалываешься? – фыркнула я, открывая крышку. – «Красный бархат». Угощайся, если хочешь.

– С радостью, – улыбнулся он.

– Ты так и не сказал, почему Эштон помог тебе прошлым вечером, – напомнила я.

– А, это… Когда дружили, мы с ним часто играли в «Тебе слабо?» В общем, он как-то отказался выполнять задание и остался должен мне одно желание. Вчера я этим воспользовался.

– Какие странные у вас игры. И какое задание ты ему дал?

– Прогулять школу.

– Что? – не поверила я услышанному.

– Проще простого, да? Но не для Эштона. Он повернут на учебе. Всегда таким был.

– Когда ты так говоришь, я снова начинаю подозревать его в убийстве мистера Фокса.

– Лидия, Эштон учится, потому что хочет обеспечить себе хорошее будущее. Пойти на убийство – равно испортить себе жизнь. Он бы не стал.

– Как скажешь.

Заметив проходящую мимо нас Фелисити в сопровождении других девчонок, с которыми она тусовалась до того, как мы стали подругами, я непроизвольно вскочила с места.

– Фел! – позвала я ее.

Обернувшись, она натянуто улыбнулась, как если бы сожалея, что ей приходится иметь со мной дело.

– Привет, – вежливо поздоровалась она.

– Можем поговорить?

– Без проблем.

Повернувшись к остальным, она попросила их не ждать ее.

– Ты меня избегаешь? – спросила я, когда мы отошли к окну, где нас никто не услышит.

– Мне не по себе от того, что случилось, Лидия, и я все еще пытаюсь прийти в норму. Боюсь, мы не сможем общаться какое-то время. Точно не сейчас.

– Но почему? Я ведь ничего не сделала, Фел…

– Слушай, я не хочу обидеть тебя, но ты в этом городе недавно. Я… не знаю, какой ты человек. А после того, как на крыльце твоего дома нашли этот череп… Прости, это не для меня.

– Говоришь так, будто я в чем-то замешана, – обиделась я.

– Я так не думаю, Лидия. Я хочу верить, что ни ты, ни твои родители, ни твоя тетя не имеют к этому никакого отношения, но давай смотреть правде в глаза: убийца мистера Фокса подбросил его голову к тебе на порог. Я имею право держаться подальше от тебя, раз вокруг тебя происходит такое. Уж прости, окей?

– Окей, – разочарованно кивнула я. – Увидимся на занятиях, Фел.

– Ага, – бросила она мне вслед, когда я уже направилась к Итану.

– Все нормально? – поинтересовался он. – Ты побледнела.

– Да просто только что узнала, что у меня больше нет подруги.

– Так и думал, что вы не поладите.

– Вообще-то, мы поладили, – поспорила я. – И все было хорошо, пока убийца не подкинул череп мне на крыльцо. И теперь у меня снова нет друзей, как и пару месяцев назад.

– Вот тебе повод продолжить наше расследование.

– Да уж… Но Фелисити права, убийца не просто так выбрал наш дом. В этом должен быть смысл.

– Не думаю, что нам под силу понять его логику, Лидс.

– Не под силу, – согласилась я, задумавшись. – Потому что… потому что ее нет.

– Чего? – вскинул голову Итан.

– В действиях убийцы нет никакой логики. Он использовал кислоту или щелочь, чтобы остался один скелет. Очевидно, это было сделано затем, чтобы избавиться от улик и чтобы поисковые собаки не смогли найти останки мистера Фокса. Убийца сделал все, чтобы обезопасить себя, потому что не хотел, чтобы его поймали. Так скажи, зачем ему забирать череп, который был так надежно спрятан, и относить его на порог нашего дома? Дома, где живет детектив полиции!

– Некоторые преступники жаждут внимания, Лидия, – сказала возникшая из ниоткуда Кэри в сопровождении Эштона, чья рука вальяжно лежала на ее талии.

– Внимания? – переспросила я, пытаясь осмыслить услышанное.

– У убийц тоже бывает раздутое эго, – объяснила она, нависая надо мной. – Бросая вызов полиции, они пытаются доказать свои превосходство и неуловимость.

– Тогда зачем этот убийца проделал столько манипуляций, чтобы избавиться от следов преступления?

– Наверное, это его первый раз, – предположила Кэри. – Запаниковал, вот и постарался спасти свою шкуру.

– А теперь передумал?

– Ну да, ему стало скучно, и он захотел поиграть в кошки-мышки с полицией.

– Безумие какое-то, – тяжело вздохнула я и повернулась к Итану. – А ты что думаешь?

– В словах Кэри есть смысл, – признал он. – Похоже, убийца мистера Фокса совсем ненормальный.

– Это «Красный бархат»? – воскликнул Эштон, наклонившись к коробке с пирожными.

– Ага. Ни в чем себе не отказывай, умник, – сказала я.

– Не думала стать кондитером? – поинтересовался он с набитым ртом. – Это у тебя получается гораздо лучше, чем допрос подозреваемых.

– Проваливай! – рявкнул на него Итан.

– Только еще одно пирожное возьму… – снова потянулся Эштон к коробке, но Итан ударил его по руке, когда та уже нависла над «Красным бархатом».

– Ты не заслуживаешь выпечку Лидии. Уходи.

– У-у-у… – протянул Эштон, ехидно улыбаясь. – Так и знал, что вы встречаетесь.

– Увидимся, – попрощалась с нами Кэри.

Когда они ушли, Итан бережно закрыл коробку и поставил ее на прежнее место.

– Спасибо, – сказала я, посмотрев ему в глаза.

– Он придурок. Иногда я скучаю по былым временам, но потом вижу, как он выкидывает очередную ерунду… Короче, жалеть тут не о чем. Нам с ним не по пути.

– Потеря друзей – это больно, даже если она к лучшему.

– Мне не больно, Лидия, – заверил меня Итан, хотя его расстроенные глаза говорили об обратном. – Все в порядке.

– А мне больно, – призналась я. – Я и правда хотела дружить с Фелисити.

– Сожалею.

– Ничего. На свободе гуляет ненормальный убийца, это гораздо хуже и страшнее потери подруги.

– Уверен, гулять ему осталось недолго. – Обнадеживающе улыбнувшись, Итан протянул мне красное яблоко. – Вроде бы ты их любишь.

– Люблю, – кивнула я. – А как ты узнал?

– Просто наблюдал за тобой во время школьных обедов.

– И что же ты заметил?

– Что ты почти всегда в первую очередь съедаешь яблоко. Почему, кстати?

– Потому что это самая вкусная часть обеда, – объяснила я, робко улыбнувшись. – Не хочу оставлять ее напоследок.

– Логично. – Рассмеявшись, Итан допил остатки сока и поднялся с места. – Идем?

В голове накопилось так много мыслей, что скопившаяся там неразбериха тяжелым грузом давила на все мое существование. Сидя на уроке истории, я пыталась упорядочить всю информацию, которую нам с Итаном удалось узнать. Так и не придя к чему-то толковому и окончательно запутавшись, я захлопнула блокнот и приняла решение какое-то время просто пожить.

Ритуал

Похоже, в тупик зашли не только мы с Итаном, но и полиция Гост-Харбора. Вернувшийся рано утром домой отец выглядел так, будто вот-вот рухнет наземь и заснет тридцатичасовым сном. Но я также знала, что отсутствие бодрости на его лице – результат неудачи, которую он потерпел. Будь у него хоть одна зацепка, он бы, как гончий пес, бежал вперед, не обращая внимания на усталость. Но он не чуял добычу и поэтому был так сильно подавлен и разбит.

Желая как-то подбодрить его, я приготовила горячий шоколад и украсила его маршмеллоу.

– Держи, пап, – протянула я ему кружку.

– Ты же говорила, что никакого горячего шоколада до Рождества, – улыбнулся он, приняв из моих рук напиток.

– Я передумала.

– Спасибо, дочка.

Похлопав меня по плечу, он побрел к себе в кабинет.

Не зная, как скоротать время до школы, я снова взялась за свое. Достала из холодильника и шкафчика все необходимые для приготовления печенья ингредиенты и разложила их на столе.

– Что готовишь? – поинтересовалась появившаяся в кухне спустя полчаса мама.

– Кукисы с шоколадом, – ответила я, накрывая пищевой пленкой миску с тестом.

– А почему так рано встала? У тебя бессонница?

Пугающие ночные крики прекратились, но мои внезапные пробуждения остались. Распахнув глаза в четыре утра, я так и не смогла больше уснуть.

– Нужно было доделать домашку, – соврала я, убирая миску с тестом в холодильник.

– Понятно… Как там Джеральд?

– Хорошо. Сложновато с ним, но со временем точно станет легче.

Прошлым вечером мне с трудом удалось вернуть его в клетку. Часть меня была в ужасе и уже собиралась звонить Итану, но другая, более уверенная часть, заставила меня справиться со всем без посторонней помощи.

– Мне неловко из-за того, что он сидит там совсем один, – неожиданно призналась мама. – Мэри наверняка брала его с собой и в остальные части дома.

– Да, наверное, – согласилась я. – Джеральд сейчас больше похож на заключенного, чем на домашнего питомца.

– Точно. Это как-то неправильно, да?

– Мы делаем что можем, мам, – сказала я, обняв ее.

– Милая, ты мудра не по годам, – похвалила она меня, прижавшись губами к моей макушке. – Горжусь тобой.

– А я – тобой. И папой тоже.

– Пойду проведаю его. Он же в кабинете?

– Да, ушел туда полчаса назад.

– Надеюсь, он не уснул за рабочим столом, – тяжело вздохнула она.

Единственное преимущество, которое было у нас с Итаном и которого не было у полиции, – это возможность общаться с духами. Но я понятия не имела, к чьей именно помощи нам следует прибегнуть, чтобы напасть на верный след.

Пытаясь осмыслить это, я закончила приготовление кукисов с шоколадом, сложила получившееся печенье в пластиковый контейнер и убрала его в рюкзак. Может, Итан прав и нам нужен перерыв. Сделаю два шага назад и вернусь к тому, с чего начинала. А именно – с желания популяризовать свою выпечку в Гост-Харборе.

Придя в школу и тут же наткнувшись в коридоре на группу чирлидерш, обсуждающих выступление на ближайшем футбольном матче, я отыскала знакомое лицо Элис Андерсон и подошла к ней.

– Привет, помнишь меня?

– Конечно, Лидия, – добродушно улыбнулась девушка. – Как ты? Освоилась?

– Не совсем, но благодаря твоей экскурсии ни разу не заблудилась.

– Рада была помочь, – искренне отреагировала она.

– Не знаю, можно ли чирлидершам сладкое, но у меня есть печенье…

Я достала из рюкзака прозрачный контейнер.

– От шоколадного я никогда не откажусь.

– Супер! Держи.

– Девчонки, Лидия принесла печенье! – обратилась к остальным Элис.

Когда почти каждая из чирлидерш взяла по штучке, я сказала:

– Я опытный кондитер. Если понадобится торт на праздник или что-то еще из выпечки, то смело обращайтесь ко мне.

– Ты вкусно готовишь, Лидия, но мы не изменяем кондитерской на Ферн-вэй, – честно призналась Элис. – У нас небольшой город, нужно поддерживать местных.

– Но я тоже местная, – заметила я. – Гост-Харбор теперь мой дом.

– Должно пройти время, прежде чем тебя начнут считать своей.

– Тупость какая-то, – выругалась я, убирая контейнер обратно в рюкзак.

– В этом городе все друг за друга горой, Лидия, но здесь не любят чужаков, – продолжала настаивать на своем Элис.

Ее широкая улыбка теперь не вызывала у меня ничего, кроме раздражения. Громко фыркнув, я сказала то, чего, пожалуй, не стоило говорить:

– Настолько стоите друг за друга горой, что прикончили одного из своих.

– Ниче се, она разошлась! – присвистнул стоящий неподалеку Кит.

– Не говори со мной в третьем лице, придурок.

– А зачем мне говорить с тобой? Мне одного твоего допроса хватило, выскочка.

Почувствовав, как у меня дрожат губы и гулко бьется сердце, я непроизвольно сделала шаг назад, в глубине души надеясь, что позади снова окажется Итан, ставший моим надежным щитом в прошлый раз, когда на меня ополчился целый коридор старшеклассников. Но сегодня за моей спиной никого не было.

– Какой еще допрос? – прозвучал вопрос в толпе.

– Да эта чокнутая новенькая возомнила себя детективом полиции, – ответил Кит. – Пытается понять, кто из нас убил мистера Фокса. Как будто мы не знаем, кто на самом деле это сделал.

– Слышал, это тетка Лидии пришила учителя, – послышалось где-то сбоку.

– Вы это серьезно?! – закричала я. – Моя тетя обожала Гост-Харбор и с теплотой отзывалась о его жителях! Когда мы предложили ей переехать в Рейвеншир, она сказала, что ни за что не оставит свой дом и людей, которые здесь живут! Как вы можете так говорить о ней?!

Когда в коридоре воцарилось молчание, я подумала, что эти нелепые обвинения остались позади и что меня оставят в покое, но после моей искренней речи последовали звонкие смешки.

– Ты прав, чокнутая она какая-то, – сказал приятель Кита.

Дав друг другу звонкое «пять», они начали ржать. К ним присоединились далеко не все, но, оглядывая окруживших меня людей, я не находила ни в одном из них поддержки или понимания. Они смотрели на меня с неприязнью, осуждением или равнодушием. Ни одного доброго и сочувствующего взгляда.

Я собиралась поднять повыше подбородок и, не теряя гордости, пройти по этому дурацкому коридору. Оставить всех этих недоумков позади и не оборачиваться. Но когда я сделала шаг вперед, справа и слева от меня внезапно открылись все шкафчики, даже те, что были закрыты на ключ.

– Какого… – только и успел сказать парень из футбольной команды.

Его прервал грохот падающих на пол учебников и тетрадей. Содержимое шкафчиков сыпалось на пол без посторонней помощи, и все присутствующие в коридоре в ужасе отскакивали от летящих к их ногам предметов. Происходящее напоминало сцену из мистического триллера, но это была реальность, и только один человек мог быть причастен к охватившему школу хаосу.

Пробираясь сквозь охваченную паникой и страхом толпу, я искала взглядом Итана. Он стоял в самом конце коридора и смотрел прямо перед собой. Заметив кровь, капающую с его ладони на пол, я, чуть не вскрикнув, подбежала к нему.

– Что случилось? Ты ранен?

– Нужно было проучить их, – хрипло отозвался он, продолжая испепелять взглядом толпу перепуганных старшеклассников.

– Почему у тебя кровь, Итан? – не унималась я, судорожно ища, чем можно перемотать его руку.

– Для ритуала.

Произнося эти два слова, он совсем не походил на того человека, которого я знала.

– Разве медиумам нужна кровь? До этого ты никогда так не делал…

Мне с трудом удавалось скрывать волнение и растерянность из-за произошедшей в Итане перемены.

– Иногда приходится.

– Это уже слишком, ты пугаешь меня!

Забежав в ближайший пустующий класс, я попыталась успокоиться, но никак не могла совладать со сбившимся дыханием.

– Лидия… – окликнул меня вошедший в аудиторию Итан.

Тихо прикрыв за собой дверь, он подошел ближе, но я почти интуитивно отодвинулась в сторону.

– Тебе нечего бояться.

– Да неужели? Ты что вообще творишь?!

– Ничего такого, чего еще не делал.

– Ну, я ничего подобного прежде не видела.

– Потому что я редко прибегаю к ритуалам на крови. Обычно они мне не нужны.

– А сейчас вдруг понадобились?

– Они перешли все границы, Лидс, нужно было что-то делать, – попытался он оправдать свой поступок.

– Если хотел помочь мне, мог бы просто подойти и сказать им то, что думаешь. Если хочешь поддержать кого-то, не обязательно устраивать показательное выступление в духе романов Стивена Кинга.

– Как будто обычный разговор способен приструнить этих придурков, – закатил глаза Итан, прикрыв рану на ладони другой рукой.

– Они поймут, что это ты.

– И хорошо.

– Что в этом хорошего? Они не изменят своего мнения о моей тете. Ты просто запугиваешь их.

– Если это поможет заткнуть их рты, почему бы и нет? – пожал он плечами.

– Я тебя не узнаю, – призналась я, неодобрительно качая головой. – Вся школа, должно быть, в шоке из-за того, что ты сделал.

– Думаешь, это что-то меняет?

– Конечно. Как, по-твоему, к тебе будут теперь относиться?

– Так же, как и раньше.

Его невозмутимая непоколебимость заставила меня задуматься.

– Что ты имеешь в виду?

– Какое, по-твоему, у других отношение ко мне? – продолжил Итан, взобравшись на парту. – Думаешь, они меня уважают? Думаешь, мое слово имеет хоть какой-то вес в этом городе? Считаешь, у меня есть авторитет среди местных?

– Хочешь сказать, это не так?

– Не-а. Даже близко не так, Лидия. – Горько усмехнувшись, он посмотрел на доску. – С тех пор как в Гост-Харборе узнали о моих способностях, я стал изгоем. Первое время меня избегали, и это не так уж и плохо – быть невидимкой. Но потом, когда люди поняли, что мои силы реальны, они стали бояться. Ты даже не представляешь, что здесь творилось.

– Думала, тебя ценят здесь… – тихо сказала я.

– За последние четыре года почти всем жителям Гост-Харбора понадобилась моя помощь. Это не изменило их отношение ко мне, но они поняли, что я могу быть полезен. Однако моя неприкосновенность по-прежнему обусловлена не уважением, а страхом и непринятием.

– Жаль это слышать. Меня только что назвали чокнутой новенькой, хотя я ничего не сделала. Представляю, каково тебе пришлось.

– Если ты чокнутая новенькая, то я чокнутый местный, – подмигнул Итан. – Как я и сказал, они все придурки.

– Но ты все равно не хочешь, чтобы один из них оказался убийцей, – заметила я.

– Когда они приходят ко мне домой и в слезах просят о помощи, я вижу их другими. Более человечными и настоящими.

– Оно и понятно. Люди открывают тебе душу, впускают в свою жизнь. Это не может не тронуть.

– Да уж.

– Но сегодня ты перегнул палку.

– Мне не стыдно, и извиняться перед ними я не стану.

– Кто бы сомневался, – закатила я глаза. – Иногда ты просто невыносим.

– Но, – продолжил Итан, спрыгнув с парты, – я хочу попросить прощения у тебя.

– Правда? – не поверила я услышанному.

– Ты была в эпицентре хаоса, который я устроил, – сказал он, подойдя ко мне. – Прости, что напугал.

– Ничего страшного, я сразу поняла, что это ты.

– Видел, как ты раздавала печенье, – многозначительно поиграв бровями, кивнул он на мой рюкзак.

– Ага, но моя очередная попытка зарекомендовать себя как кондитера провалилась. – Достав контейнер с печеньем, я показала его Итану. – Неужели эта забегаловка на Ферн-вэй настолько хороша?

– А ты ни разу там не была?

– Разумеется, нет. Зачем мне приносить прибыль конкурентам?

– Чтобы изучить их слабые места…

– У них может быть хоть сотня слабых мест – люди все равно не станут покупать десерты у меня.

– Сходим туда после школы? – предложил Итан.

От прежнего мстителя, устроившего сверхъестественный погром, не осталось и следа.

– В кондитерскую на Ферн-вэй?

– Ага.

– Даже не знаю. Вдруг их выпечка окажется вкусной и я больше не смогу на них злиться?

– Не узнаешь, пока не попробуешь.

– Ладно, давай сходим, – согласилась я, улыбнувшись в ответ. – Может, прямо сейчас?

– Что? – удивился он. – Предлагаешь прогулять уроки?

– Думаю, с меня на сегодня хватит. Хочу поскорее уйти.

– Тогда я с радостью уйду вместе с тобой.

Когда мы шли по коридору в сторону выхода, на нас не оглядывался только ленивый. Наплевав на то, что ладони Итана испачканы кровью, я взяла его за руку. Он бросил на меня удивленный, но довольный взгляд и покрепче сжал мою ладонь.

Признания и пироги

Одноэтажное здание персикового цвета с яркой неоновой вывеской в виде пончика встретило нас звонким колокольчиком на двери, из которой вышли сразу несколько посетителей. Проводив их любопытным взглядом, я произнесла:

– Какое популярное место!

– В Гост-Харборе любят сладкое, – объяснил Итан. – Каждый второй – настоящий сладкоежка.

– Лучше бы я этого не знала. – Покачав головой, я распахнула дверь в кондитерскую. – Идем, пришло время узнать своего врага поближе.

Рассмеявшись, Итан последовал за мной. Когда мы оказались внутри, он подошел к витрине и улыбнулся.

– Чему ты радуешься? – поинтересовалась я, прильнув к стеклу.

– У них есть пирог с орехами пекан! – радостно сообщил он, указав на тарелку с десертом.

– Серьезно? Ты любишь этот ужасно сладкий, просто приторный пирог?

– Люблю, – подтвердил Итан, с детским восторгом разглядывая витрину.

– Быть того не может!

– Чего желаете, молодые люди? – спросила пожилая женщина, появившаяся перед нами.

На ней был фартук с надписью «Сказка начинается здесь» и бейджик с именем «Лили».

– Мне, пожалуйста, кусок пирога с орехами пекан, – сказал Итан. – А ей…

– Я буду сникердудл[2], вупи пай[3] и ванильный молочный коктейль, – продиктовала я заказ.

– Мне тоже коктейль, – добавил Итан, – только шоколадный.

– Можете занять свободный столик, принесу ваш заказ через несколько минут, – пообещала Лили.

– Где хочешь сесть? – спросила я Итана, разглядывая уютное помещение в персиковых тонах.

– Давай вон там, – указал Итан на столик в самом углу. – Там нас никто не будет видеть.

– А мы от кого-то прячемся?

– Мы прогуливаем школу.

– Ну и что?

– Не хотелось бы наткнуться на знакомых.

– Почему?

– Просто не люблю вести эти дурацкие непринужденные беседы, когда приходится быть вежливым и изображать радость от встречи.

– О, – понимающе улыбнулась я. – Тоже это ненавижу. А мы, оказывается, похожи!

– Ты этого совсем не ожидала, да? – спросил Итан.

– Как будто ты ожидал, – парировала я, глядя по сторонам.

Мы устроились за белоснежным столиком возле картины с ярко-розовым фламинго.

– Я никогда не думал о тебе плохо.

– А?

– Благодаря Мэри я всегда знал тебя немного лучше, чем ты меня.

– Это очень несправедливо.

– Так и есть, – признал Итан. – До того, как ты впервые пришла в школу, мне нравилось думать, что мы подружимся.

Я удивилась так сильно, что, резко подавшись вперед, больно ударилась локтем о край стола.

– Ай!

– Сильно ушиблась? – забеспокоился он, приложив ладонь к моему локтю.

– Все нормально. – Неловко отстранившись, я огляделась по сторонам. – Где же наш заказ? Обещали принести через несколько минут…

– В воспоминаниях Мэри ты была… очень классной, – продолжал Итан. – Когда я заботился о Джеральде, мне постоянно виделись обрывки вашей жизни, когда ты гостила у тети. Наблюдая за тем, как вы проводите вместе время, слыша ваш счастливый смех, я… Не знаю, Лидия. Наверное, я просто очень проникся вашими взаимоотношениями. Когда ты переехала в Гост-Харбор, мне казалось, что я очень хорошо знаю тебя. Но для тебя я был всего лишь посторонним и… как ты там меня назвала? Шарлатаном?.. Да, точно. Чужак и шарлатан, с которым ты не хотела бы иметь ничего общего.

– Извини, что называла тебя шарлатаном.

Виновато опустив голову, я взглянула на сложенные на коленях ладони. На запястье остался небольшой красный след после того, как мы с Итаном держались за руки, и я улыбнулась, вспомнив о том, как мы вместе сбежали из школы. Он и я. Против всех.

– Да ничего, ты же не знала, что я не вру, – успокоил меня Итан.

Заметив мой сосредоточенный на руках взгляд, он наклонился.

– Ты не до конца смыла улики, мисс Мур. Из-за тебя нас поймают и арестуют.

– Дурак, – рассмеялась я и толкнула его в плечо.

Мы сидели на плюшевом бежевом диванчике и выглядели как смущенная парочка на свидании. Было приятно забыть о расследовании, за которое мы взялись, и побыть нормальными подростками. Насколько это вообще возможно, учитывая, что один из нас общается с умершими.

– Что ты, кстати, решила? – спросил Итан. – Нам следует прекратить? Оставить дело полиции?

– Этим утром мой папа был очень подавлен. – Вспомнив расстроенное лицо отца, я вздохнула. – Я знаю это его выражение. Он в тупике и понятия не имеет, что делать дальше.

– По крайней мере, мы не одиноки. Если даже полиция не знает, как найти убийцу, то нам точно не в чем себя винить.

– Но у полиции нет медиума, – озвучила я наш главный козырь. – У них нет тебя, Итан.

– Скажешь тоже, – отмахнулся он, застенчиво улыбнувшись. – От меня никакого толку.

– Нам нужен дух, который видел убийство мистера Фокса. Как думаешь, мы сможем такого найти?

– Лидия, духи не слоняются просто так по улицам. Если они и задерживаются на этой стороне, то по какой-то веской причине. Больше их обычно ничего не интересует. Вряд ли мы найдем духа, который укажет нам на убийцу.

– А рядом с Габриэлем Фоксом не было какого-нибудь мертвого родственника?

– Я уже подумал об этом, но нет. Его покойные родители обрели покой и на земле в ту ночь не появлялись.

– Ваш заказ, – сообщила подошедшая к нам Лили.

Она запыхалась. Оглядевшись, я увидела, что зал полон. Похоже, персонал зашивается. Блин, могли бы отдать парочку клиентов мне! Жалко им, что ли?

– Спасибо, – одновременно поблагодарили мы ее.

С отвращением взглянув на пирог, который заказал Итан, я с трудом сдержалась, чтобы не скорчить гримасу.

– Мне его мама готовила, – вдруг сказал он, а его десертная ложка зависла над треугольным куском. – Мои силы… они перешли ко мне от нее, когда она умерла.

– Соболезную, Итан. – У меня задрожала нижняя губа, как случается всякий раз, когда мне становится невыносимо грустно, так, что хочется расплакаться. – Прости, что критикую твой любимый пирог.

– Ничего, ты права, – хмыкнул он, – в нем слишком много сахара. Но, когда я чувствую во рту этот карамельный крем и орехи, меня уносит в детство. Люблю это ощущение. Оно потрясающее.

– Понимаю. Когда сталкиваюсь с тем, что связано с тетей, я будто переношусь в прошлое и на мгновение кажется, что она по-прежнему жива.

– Терять близких – это отстой, ненавижу за это жизнь.

– Но у тебя есть возможность видеть их даже после смерти, – тихо заметила я.

– Это все только усложняет. Ты должен отпустить этого человека, позволить ему обрести покой, но не можешь. А в моем случае это еще сложнее, потому что я вынужден прощаться дважды.

– Когда поняла, какими силами ты обладаешь, я тебе немного позавидовала, – призналась я. – Но теперь начинаю думать, что твои способности похожи на проклятие.

– Дар или проклятие – на эту тему можно спорить бесконечно. Но лучше давай есть.

– Да, – улыбнулась я, придвигая к себе тарелку с вупи паем. – Приступим.

– Ну как? Огласите ваш вердикт, мисс Мур, – попросил Итан, когда я расправилась со всеми заказанными десертами и коктейлем.

– Редкостная отрава, – сказала я, поморщившись.

– Не ври, – рассмеялся он. – Никогда не видел, чтобы люди ели с таким удовольствием.

– Ладно-ладно, – подняла я руки. – Сдаюсь, это очень вкусно. Чертовски вкусно. Пальчики оближешь. Короче, признаю поражение и готова капитулировать.

– Твои кукисы с шоколадом тоже хороши.

Итан потянулся за еще одним печеньем. Несколькими минутами ранее я достала контейнер, чтобы мы могли их доесть.

– Хороши, но, видимо, недостаточно, чтобы конкурировать со здешними десертами. Уверена, будь я на голову выше местных кондитеров, ребята из школы не смогли бы устоять.

– Какие ровные кукисы, – сказала проходящая мимо Лили с горой пустых подносов в руках. – Где купили?

– Нигде, – ответил Итан. – Лидия их испекла.

– Лидия – это я, – представилась я, приподнявшись с места. – Здравствуйте.

– Лидия Мур? – уточнила женщина.

Ну вот, дурная слава обо мне дошла и до сюда. Непроизвольно выпрямившись, я гордо вздернула подбородок.

– Да, это я.

– Моя внучка была на твоей вечеринке.

Только не это!

– Сказала, что твое тыквенное печенье – это лучшее, что она ела в жизни.

Стоп, что?

– Ей понравилось мое тыквенное печенье? – переспросила я.

– Да, она осталась в восторге, – кивнула Лили. – А ведь она буквально выросла в этой кондитерской и чего только не пробовала.

– Ого! Рада слышать!

Я была настолько потрясена услышанным, что не могла найти подходящих слов. Конечно, мне и раньше говорили, что я вкусно готовлю, но услышать, что кто-то считает мою выпечку лучшей в жизни, – это отдельный вид удовольствия.

– Она кондитер, – добавил Итан. – Готов поспорить, что в будущем Лидия составит вам нехилую конкуренцию.

– Буду с нетерпением ждать, – добродушно улыбнулась женщина, с интересом разглядывая мое лицо. – А ты, случайно, не ищешь подработку? Мне нужна еще одна помощница.

– Подработку? – растерялась я. – Ну… не знаю… А что надо делать?

– Много чего. Работать в зале, на кассе, помогать на кухне.

– А готовить я буду?

– Посмотрим, на что ты способна, и тогда решим.

– Мне нужно пройти собеседование или типа того? – уточнила я, от волнения вжавшись в спинку дивана.

– Приходи в понедельник ближе к закрытию, поболтаем.

– Хорошо! – пискнула я. – До понедельника!

– Приятного отдыха, молодые люди, – пожелала она, прежде чем снова умчаться по делам.

– Ничего себе, Лидс! – улыбнулся Итан. – У тебя будет работа!

– Да, но это не совсем то, что мне нужно, – засомневалась я.

– А по-моему, это неплохая идея. Это место лучше всего подходит для старта твоей карьеры кондитера.

– Может, ты и прав, но как же наше дело?

– А что с ним?

– У меня совсем не останется на него времени.

– Расследование не будет длиться вечно, рано или поздно ты вернешься к обычной жизни. Лучше подумать о своем будущем уже сейчас.

– Да, но… я и с тобой не смогу часто видеться.

Улыбнувшись, Итан потянулся за коктейлем.

– Обещаю заходить и отвлекать тебя от работы.

– Хорошо, – обрадовалась я.

– Только у меня будет одна просьба.

– Без проблем. Какая?

– На витрине меня всегда должен ждать кусок пирога с орехами пекан.

Я рассмеялась.

– А если его купит кто-то другой?

– Ты должна сохранять его для меня, Лидия. Таковы мои условия.

– Боже! – продолжала я смеяться. – Ладно, обещаю делать все, что в моих силах.

– Точно?

– Точно. Клянусь, враги не заполучат твой пирог.

– Спасибо, Лидс, – ухмыльнулся он. – Знал, что могу на тебя положиться.

Прогуливаясь по улицам Гост-Харбора, мы говорили о чем угодно, только не об убийстве мистера Фокса, и мне вдруг начало казаться, что мы упускаем что-то важное. Когда наши голоса смолкали, я прокручивала в голове все, что нам удалось узнать за эти дни, и пыталась нащупать хоть одну зацепку.

– Видишь тот дом? – вдруг спросил Итан.

– А? – Проследив за его взглядом, я заметила двухэтажный деревянный дом, выглядящий так, будто он готов разваливаться от малейшего порыва ветра. – А что с ним?

– Семья, которая жила здесь раньше, уехала много лет назад. Они почему-то не продали участок, и дом остался пустовать. В городе считают, что в нем живут привидения, поэтому бывшие владельцы уехали, а новые так и не нашлись. В детстве мы с Эштоном постоянно прибегали сюда и спорили, чья сегодня очередь стучать в дверь.

– Неужели ты тоже боялся привидений? – скептически приподняла я брови.

– Мама была сильным медиумом, но скрывала это от меня, поэтому я понятия не имел, что духи реальны. И уж точно не знал, что мне не стоит бояться их. Так что, да, я ужасно трусил перед этим местом.

– Вот как, – понимающе кивнула я. – Ну и что в итоге? Тут правда обитают привидения?

– Не-а. Я так удивился, когда понял, что здесь никого нет.

– Могу представить.

– Но в городе и правда есть дом, который лучше обходить стороной.

– Какой? – встрепенулась я.

От слов Итана у меня по коже побежали мурашки.

– По соседству с Гэвином Уилсоном есть заброшенный особняк. Не видела его?

– Видела, жуткое место.

– Правда жуткое, – согласился он. – Даже мне там не по себе.

– Почему?

– Из-за огромного количества духов, которые живут в этом доме на протяжении многих лет.

– И откуда они там?

– Я точно не знаю, – признался Итан, запустив пальцы во взъерошенные темные волосы. – Возможно, причина в месте, на котором он стоит. Или в одном из бывших владельцев, который призывал потусторонние силы в свое жилище.

– Кошмар… – пробормотала я, поежившись.

Пройдя немного вперед, я вдруг вспомнила фразу, которую обронил Гэвин Уилсон, и резко остановилась на месте.

– Он сказал, что в том районе опасно.

– Кто? – не понял Итан.

– Гэвин Уилсон посоветовал мне не ходить по улице, где он живет. Сказал, это опасно, потому что в том районе случались плохие вещи. Ты знаешь, о чем он говорил?

– Это окраина города, поэтому там и небезопасно. В таких местах обычно тусуется всякий сброд.

– Странно. Мне показалось, он говорил о чем-то конкретном.

– Можем поискать в сводках новостей, – предложил Итан. – Может, что-то и случалось, но я этого не помню или не застал.

– Да, давай поищем.

– Ладно, займусь этим вечером. Напишу тебе, если что-то найду.

– Хорошо, спасибо.

– Значит, мы снова в деле?

– Ага, – неловко улыбнулась я. – Снова беремся за старое.

– Не прошло и одного дня, – рассмеялся Итан, и мы двинулись прямо к моему дому.

Несчастный случай

Вернувшись домой, я наткнулась на маму, которая, мягко говоря, была не в духе. Сразу сообразив, что дело во мне, я начала обдумывать, что скажу в свое оправдание, когда зайдет речь о прогуле школы. Но мама знает, что мне не свойственны подобные поступки, так что она скорее волнуется, чем злится. Когда она велела мне присесть за обеденный стол, я сникла.

Я не хотела, чтобы до нее дошли нелепые слухи о причастности тети к убийству, это слишком жестоко. Мама не подавала виду, но мне-то было известно, что она до сих пор не оправилась после смерти сестры. Мэри была для нее самым особенным в мире человеком, не похожим ни на кого другого. Рядом с тетей она будто становилась лучшей версией себя, и она невыносимо скучала по этому чувству.

– Милая, мне звонили из школы, – начала мама, и я понимающе кивнула. – Директор сказал, что произошел инцидент, из-за которого ученики испытали стресс. Ты не появилась на занятиях, и они не знали, что думать. И я тоже – ты не отвечала на мои звонки и сообщения.

– Прости, я отключила звук, как только подошла к школе.

– Все в порядке? Ты не пострадала?

Она внимательно разглядывала каждый сантиметр моего тела, видимо, ища на нем следы так называемого «инцидента».

– Со мной все нормально, мам, – успокоила я ее. – Не знаю, что тебе сказал директор, но ничего страшного там не случилось.

– Тогда почему ты ушла с занятий?

– Потому что…

Часть меня хотела соврать, но в то же время мне было жизненно необходимо поделиться произошедшим с мамой. Кто, если не она, поймет и поддержит меня?

– В школе все плохо.

– В каком смысле? – напряглась она, садясь на соседний стул.

– Ребята распускают слухи… о Мэри.

– Из-за убийства того учителя?

– Да, – с трудом вымолвила я.

– И что конкретно они говорят?

– Обвиняют ее, да и меня тоже. Говорят, наша семья замешана в этом деле. Но это же бред, мам! В этом нет смысла, и они это понимают! Но продолжают нести всю эту чушь.

– О, милая, иди сюда!

Накрыв мою голову ладонью, она притянула меня к себе. Прижавшись к маме, я с трудом сдерживала слезы, но держалась, чтобы не расстроить ее еще сильнее.

– Когда все закончится, им станет стыдно за свои слова, – заверила она меня, но я не особо на это рассчитывала.

– А если это не закончится? Вдруг папа никогда не раскроет это дело?

– Конечно, раскроет. Как ты можешь сомневаться в нем?

– Ты же видела его этим утром, – тихо сказала я. – Он был подавлен.

– У всех бывают трудные дни, милая, но Крис со всем справится. Он и не через такое проходил. Сама знаешь, какие дела были у него в Рейвеншире.

– Да, – согласилась я, улыбнувшись. – Папа молодец.

– Не слушай, что говорят другие, Лидия. Мы знаем, что Мэри не имеет к этому никакого отношения, и это главное.

– Хорошо. Спасибо, что выслушала.

Отстранившись, я уже собиралась встать и пойти к себе, но тут снова раздался мамин голос:

– Мне также известно, что из школы ты ушла в сопровождении Итана Блейка.

– Я не виновата, что он тоже захотел прогулять.

– Так это была твоя идея?

– Итан слышал, что о нашей семье говорили ребята, и был зол не меньше моего. Он предложил сходить после школы в кондитерскую на Ферн-вэй, чтобы развеяться, но я не могла оставаться на занятиях. Только не после того, что мне наговорили в коридоре.

– Значит, Итан ушел за компанию? – сделала вывод мама.

– Да.

– Получается, ты дурно влияешь на него.

– Может, и дурно.

– И вместо школы вы ходили в кондитерскую?

– Ага.

– Понятно. Что ж… – Поднявшись с места, мама хлопнула в ладоши. – Если подобные нападки повторятся, пожалуйста, поставь меня в известность, чтобы я могла что-то предпринять.

– Это вовсе не обязательно… – попыталась я возразить.

– Лидия, я должна быть во всеоружии, когда мне в следующий раз позвонит директор.

– Я не собираюсь прогуливать школу каждый день, мам.

– И все же, если это случится, лучше мне знать обо всем заранее, хорошо?

– Хорошо.

– Я не против твоего общения с Итаном, но будет лучше, если вы ограничитесь пределами кондитерской и других общественных мест.

– Чего? – едва не поперхнулась я воздухом.

– Не хочу услышать, как кто-то видел, что вы заходите к нему домой или целуетесь посреди улицы. Понимаешь, о чем я?

– Мам! – Подскочив со стула, я вдруг почувствовала, как мои щеки заливаются румянцем и горят от смущения. – Мы же не пара! Зачем мне… нам… Боже! Ничего такого между нами нет!

– Все нормально, милая, через пару месяцев тебе исполнится восемнадцать. Ты уже совсем взрослая и имеешь право встречаться с парнем. Просто делай все с умом, ладно?

– Но мы не встречаемся! – продолжала я настаивать на своем. – Нечего мне делать с умом! Я вообще ничего такого не делаю! Да я даже не думаю об этом!

– Рано или поздно задумаешься, – улыбнулась она. – Я должна сказать об этом заранее. Будь умницей, Лидия, договорились?

– Я… – Осознав, что нет смысла пререкаться, я кивнула. – Я буду молодцом, мам. Тебе не о чем волноваться.

– Я рада. – Поцеловав меня в лоб, она подошла к холодильнику. – Посмотрим-ка, что у нас сегодня на ужин…

– Я буду у себя, – бросила я, выходя из кухни.

Если маме и нужно было о чем-то волноваться, так это о том, что ее дочь ведет тайное расследование настоящего убийства, но об этом ей знать точно не полагалось. В ее же интересах было оставаться в блаженном неведении.

Я знала, почему делом мистера Фокса занимается Итан, но все еще не понимала, откуда во мне самой такое рвение к поиску ответов. Так ли мне важна эта пресловутая правда, до которой мы пытались докопаться? Или все дело в том, что ничего другого у меня в этом городе не было?

От мыслей меня отвлекло звуковое оповещение из мессенджера. Итан прислал ссылку на статью четырехлетней давности и добавил: «Уилсон точно говорил об этом». Едва прочитав заголовок материала, который подготовил местный журналист, я резко поднялась с кровати: «На окраине Гост-Харбора сбит пятилетний сын детектива полиции».

– Что?.. – прошептала я, судорожно сжимая телефон в руке.

«Ноа Уилсон был сбит неопознанным автомобилем неподалеку от дома, где он проживал с родителями. Отец мальчика – ведущий детектив полиции Гэвин Уилсон, занявший этот пост семь лет назад после ухода в отставку Грегори Стюарта.

Источники сообщают, что бездыханное тело Ноа было обнаружено на проезжей части его матерью Софией Уилсон. Женщина утверждает, что мальчик играл во внутреннем дворе дома и никак не мог оказаться на дороге, но факты говорят об обратном.

Во время утренней пресс-конференции полиция обратилась к жителям Гост-Харбора с просьбой сообщить любую информацию, которой они обладают.

От лица редакции мы выражаем соболезнования семье Уилсон.

Уважаемые читатели, если вы стали свидетелем происшествия на Роджер-стрит, 9, настоятельно просим вас обратиться в участок для дачи показаний».

– Полиция нашла водителя автомобиля? – спросила я, как только Итан ответил на мой звонок.

– К сожалению, нет.

– Гэвин Уилсон потерял сына, а жители Гост-Харбора злятся на него из-за того дела с Николасом Андерсоном. Судя по дате, пожар и смерть Ноа произошли в один год.

– Да, тяжелый тогда выдался год, – вздохнул Итан. – Не знаю, как я мог об этом забыть.

– А где сейчас жена Уилсона?

– София уехала из Гост-Харбора через полгода после смерти Ноа. Говорят, они с Гэвином развелись. Больше я ее в городе не видел.

– Уилсон до сих пор не знает, кто убил его сына.

Я зажмурилась. Представила, какую душевную боль он испытывает по сей день, и меня начало мутить.

– Полиция пришла к выводу, что это был несчастный случай. Ноа выбежал на дорогу, и водитель автомобиля не успел затормозить.

– Даже если это так, он скрылся с места преступления и должен был ответить за свое бездействие.

– Знаю, Лидия, но ты сама видела тот район. Полиции не удалось найти ни одного свидетеля. Никто ничего не видел.

– В голове не укладывается! – воскликнула я.

Меня переполняло чувство ужасной несправедливости.

– Да, жаль, что так вышло, – согласился Итан.

– В Гост-Харборе вообще случаются аресты? Или преступники постоянно выходят сухими из воды?

– Лидия…

– Разве ты не можешь сделать что-нибудь? Нужно же как-то помочь Уилсону!

– Я не всемогущ, – коротко ответил он.

– Да, – прошептала я, рухнув на постель, – прости.

– Ты расстроена.

– Очень.

– Понимаю. То, что случилось с Ноа, – настоящая трагедия.

– Я так сочувствую Гэвину, – призналась я. – Он ужасно несчастный человек.

– Но это не значит, что мы должны забыть, как он отпустил на свободу виновного в пожаре Андерсона, – заметил Итан.

– Это всего лишь теория. Будь у полиции серьезные улики против Николаса, ему бы не помогло никакое фальшивое алиби.

– Не знаю, Лидия, дурная слава Уилсона не могла возникнуть на пустом месте.

– Серьезно? – вспыхнула я. – Придурки из школы обвиняют Мэри в том, что она причастна к смерти мистера Фокса, хотя она сама лежит в гребаной земле! Ты правда считаешь, что слухи не появляются на пустом месте?

– Я не…

– Дом! – вдруг осенило меня.

– Что? – растерялся Итан.

– Особняк с привидениями рядом с домом Уилсона!

– И что с ним?

– Ты сказал, что эти духи живут в нем много лет.

– Ну да.

– Они могли видеть, что случилось с Ноа. Итан, ты ведь можешь узнать у них, что случилось в тот день!

– Предлагаешь мне пойти в тот дом и допросить живущих там духов?

– Это плохая идея, да? – догадалась я по его приглушенному голосу.

– Нет, это может помочь, но…

– Но?..

– Там может быть опасно. Духи, которые живут в том доме, не хотят покидать этот мир, и они считают то место своим. Никто из них не будет рад, если я вторгнусь на их территорию. И я не думаю, что они согласятся помочь. Мне придется действовать иначе. Проводить сложный ритуал и…

– Стоп! – прервала его я. – Если это угрожает твоей жизни, мы не станем этого делать. Забудь, что я вообще это предложила.

– Лидия, я медиум, мне это под силу…

– Я сказала нет! – воскликнула я, представляя, как какой-то мстительный дух захватывает тело Итана и я теряю его навсегда.

– Ты что… беспокоишься обо мне?

Услышав довольную улыбку в его голосе, я закатила глаза.

– Беспокоюсь, что тебя убьют в этом доме и мне придется расследовать еще и твою смерть.

Рассмеявшись, Итан сказал:

– Ты никогда не поймешь, какой именно дух меня убил.

– А вот и пойму! – заявила я. – Выслежу его и навсегда изгоню из этого мира!

– Какая грозная! На месте обитателей этого дома я бы собрал свои невидимые вещички и улетел как можно дальше отсюда.

– Вот именно. Лучше им со мной не связываться.

– Лидия? – вкрадчиво позвал меня Итан, и я замерла.

Его голос прозвучал так ласково, что у меня сбилось дыхание.

– А?

– Я как следует подготовлюсь и схожу туда, ладно?

– Нет-нет, – затараторила я, – никуда ты не пойдешь!

– Ты меня не остановишь. Сама видела, на что я способен.

– И что ты сделаешь? Сбросишь на меня учебники из шкафчика? – фыркнула я.

– Лучше не испытывай меня, Лидс, а не то я восприму это как вызов.

– Ой, да иди ты!

– Я и пойду. В тот дом. Завтра же вечером.

– Итан!

– Лидия?

– Можно мне с тобой? – спросила я, осознав, что не смогу отговорить его.

– Разумеется, нет.

– Кто-то должен подстраховать тебя, если что-то пойдет не так.

– И чем ты мне поможешь? Вызовешь полицию?

– Не знаю. Позвоню братьям Винчестерам или типа того. Но я должна быть там!

– Постоишь снаружи, договорились?

– И как это будет выглядеть со стороны? Хочешь, чтобы меня кто-нибудь пристрелил?

– Эм… я об этом не подумал… Ладно, тогда постоишь у входной двери. Но в сам дом – ни ногой!

– По рукам, – согласилась я, победно улыбаясь.

– Мало нам было одного дела, мы решили взяться за второе.

– Такие уж мы, Итан!

Любовный треугольник

Понятия не имею, какую именно подготовку к ритуалу в доме с привидениями проводил Итан, но в школе он не появился.

Не хочется признавать, но без него мне было как-то тоскливо. К счастью, ко мне никто не цеплялся, да и вчерашний день как будто был вычеркнут из памяти учеников. Заходя утром в класс, я ожидала услышать бурные обсуждения произошедшего накануне, но одноклассники говорили лишь о сегодняшней контрольной по математическому анализу.

– Где парня потеряла? – спросил Эштон, когда я заняла свое место.

– Он мне не парень. И я не знаю, почему его нет.

– А что у нас сегодня на десерт?

Меня не переставало удивлять его самодовольное нахальство.

– Ничего. Я больше этим не занимаюсь.

– Жаль. Хотел заказать у тебя торт для Кэри.

– Правда? – встрепенулась я, позабыв, что разговариваю с самым раздражающим парнемв мире.

– На следующей неделе у нас годовщина отношений, – похвалился он.

– И сколько вы уже вместе?

– Пять месяцев.

Он протянул мне ладонь, чтобы я дала ему символичное ситуации «пять».

– Поздравляю, – хлопнула я по его ладони. – Скажи честно: ты меня разыгрываешь или правда хочешь заказать торт?

– Ты меня идиотом считаешь? – оскорбился он.

Поправив очки, Эштон достал из кармана брюк телефон.

– Вот, введи свой номер. Я напишу, чтобы мы могли обсудить детали. Не хочу, чтобы нас кто-то подслушал и испортил сюрприз.

– Ладно. – Вбив в его телефон свои контакты, я довольно улыбнулась. – Буду рада помочь.

– Спасибо, Лидия, – кажется, искренне поблагодарил он меня. – Твои брауни были великолепны. Всю неделю их вспоминал.

– Оу, ну… уверена, торт будет ничуть не хуже. Я очень постараюсь.

– Супер. Спишемся вечером.

– Можно один вопрос? – робко уточнила я.

– Конечно.

– Почему ты перестал дружить с Итаном?

– Вот что я тебе скажу, – наклонился ко мне Эштон. – Представь ситуацию: ты чуть ли не с рождения дружишь с человеком, доверяешь ему, полагаешься на него буквально во всем, но в один момент он меняется и ведет себя так, будто ты не способен понять его, будто ты чужой. Когда Итан открыл в себе эти долбаные силы, он только и делал, что говорил о том, какой он особенный и как тяжело ему приходится. Но что насчет меня? Мне было четырнадцать, и я понятия не имел, что творится с моим лучшим другом. Родители считали Итана сумасшедшим и запрещали мне общаться с ним, но я все равно продолжал. Дружил с ним, пока не понял, что я ему больше не нужен. Тогда все и закончилось. Пришлось признать, что теперь у нас ничего общего. Мы буквально из разных миров.

– Сочувствую, – пробормотала я, обдумывая услышанное.

У всего есть две стороны, и ссора двух лучших друзей не исключение. Взглянув на ситуацию глазами Эштона, я поняла, каким растерянным и одиноким он чувствует себя из-за Итана.

– Спасибо, что рассказал.

– Я не хочу ссорить вас, – добавил Эштон, – но он всегда будет выбирать мир мертвых. Такова его суть.

– Знаю, – ответила я, потому что и впрямь знала.

Я своими глазами видела, как сильно Итан связан с потусторонним миром. Это то, что он не выбирал, но принял с достоинством. Я горжусь тем, как Итан использует данные ему способности, его самоотверженность не может не вызывать восхищения. Возможно, ни один в мире медиум не старается так же сильно, как он. И я, в отличие от Эштона, никогда бы не стала ждать, что Итан выберет меня. У каждого из нас своя природа, и идти против нее никак нельзя. Именно этому меня учила тетя, когда я делала первые шаги в кондитерском искусстве: «Бог не дал бы тебе этот талант, если бы не был уверен, что ты сможешь им воспользоваться, Лидия».

Я так сильно погрузилась в раздумья, что не заметила, как учитель математического анализа мистер Питт появился на пороге в сопровождении моего отца. Только услышав родной голос, я вскинула голову.

– Доброе утро, класс, – поздоровался учитель. – Детектив Мур хочет, чтобы вы ответили на несколько вопросов. Пожалуйста, покиньте аудиторию. Мы будем вызывать вас по одному для дачи показаний.

– Снова допрос? – возмутился кто-то с задних рядов.

Безмолвно переглянувшись с Эштоном, я начала спешно собирать вещи. Проходя мимо папы, я коротко улыбнулась ему и уже направилась к двери, когда он неожиданно придержал меня за локоть.

– Лидия, ты первая, – сказал он, выглядя непривычно суровым.

– Хорошо, – тихо отозвалась я и вернулась на свое место.

Когда в классе остались только мы с отцом, я выдохнула.

– Что случилось?

– В прошлом году здесь произошел инцидент, связанный с буллингом, – ответил папа, сев напротив меня. – У меня есть информация, что Габриэль Фокс встал на сторону буллеров, а не жертвы.

– Что? Буллинг? Когда?

– В начале прошлого учебного года. Незадолго до его исчезновения.

– Эм… я ничего об этом не слышала.

Чего я точно не ожидала, так это того, что произошедшее убийство может быть связано с буллингом в школе.

– Есть предположения, кто эти буллеры? – поинтересовался отец.

– Их было несколько?

– Двое. И ты их прекрасно знаешь, Лидия.

– Они только что вышли из класса?

Непроизвольно взглянув на дверь, я начала мысленно перечислять всех одноклассников, которые могли бы подойти на эту роль.

– Да. И еще одна подсказка: они были на твоей вечеринке.

– Там много кто был, пап.

– Они напрямую связаны с тем, что произошло возле нашего дома.

Вспомнив, как бросилась разнимать Эзру и Дэнни, дерущихся около перил, я нахмурилась.

– Эзра и Дэнни – буллеры? – Я не могла поверить в то, что говорила. – Они дрались около тыквы, где лежал череп мистера Фокса.

– Ну вот, – довольно улыбнулся отец, – ты все поняла.

– Но зачем им убивать учителя, который встал на их сторону?

– Лидия, я здесь не для того, чтобы предъявить им обвинение. Просто пытаюсь понять, откуда столько совпадений.

– Да уж, это и правда странно… А кого они буллили?

– Этот человек здесь больше не учится, – только и сказал он. – Можешь идти, дочка.

– Ладно. Удачи, пап.

Поцеловав его в щеку, я поспешила в коридор.

– Они нашли убийцу? – спросил Кит, как только за мной закрылась дверь.

– Нет, это просто еще один допрос, – уклончиво ответила я, не желая разговаривать с ним.

– Эй! – позвал меня Эштон, и я протиснулась через толпу прямиком к нему. – В чем дело?

– Он спрашивал меня о буллинге в прошлом году, – шепотом поделилась я, наклонившись к его уху.

– Оу… Это из-за Молли.

– Она сменила школу из-за издевательств?

– Официальная версия – переезд ее семьи.

– А неофициальная?

– Ее кое-кто довел.

Было нетрудно заметить, на кого устремлен взгляд Эштона.

– Не знала, что Эзра и Дэнни на такое способны.

– У них с Молли было что-то вроде любовного треугольника. Она никак не могла определиться, кто из них ей нравится больше. Каждый из ребят рассчитывал на победу, но в итоге выяснилось, что у нее есть парень из драмкружка. После этого Эзра и Дэнни слетели с катушек и начали обзывать ее сама понимаешь как.

– Догадываюсь, – кивнула я, представляя, что здесь творилось прошлой осенью.

– Все трое хороши, – поморщился Эштон. – Меня тошнило от их петушиных боев за сердце Молли, но она сама раздражала меня ничуть не меньше.

– Почему?

– Потому что играла с их чувствами. И ее веселило это тупое соперничество. Парни всерьез на что-то надеялись, а она выставила их дураками, которые ухлестывали за несвободной девушкой.

– Папа здесь, потому что мистер Фокс встал на защиту буллеров.

– Я об этом не знал, – сказал Эштон. – Наверное, она обращалась к нему лично. Может, хотела выдвинуть обвинения, а он отказался помогать ей.

– Как-то нехорошо с его стороны… Насколько сильно досталось Молли?

– Ну… – Бросив еще один задумчивый взгляд на Эзру и Дэнни, Эштон ответил: – Они доводили ее до слез почти каждый день. Несколько раз ставили подножки. И, по слухам, избили ее парня.

– Избили? – ужаснулась я.

– Не знаю, насколько это правда. Но то, что они говорили всякие гадкие вещи Молли в лицо, это факт. Сам все слышал.

– Кошмар… Что за город такой?..

– Добро пожаловать в Гост-Харбор, Лидия. Здесь возможно все.

Когда допрос закончился, папа вышел из класса и, отыскав меня взглядом, направился прямо ко мне. Эштон тут же отошел в сторону, чтобы нам не мешать.

– Не знаешь, где твой друг? – спросил отец. – Мне с ним тоже нужно поговорить.

– Дома, наверное, – ответила я, сразу догадавшись, о ком идет речь.

– Прогуливает, значит?

– Думаю, у него возникли срочные дела, – сказала я, неловко улыбнувшись. – Ты же помнишь, чем он занимается.

– Прискорбно, что вместо школы он занимается игрой в экстрасенса. Ну ладно, попрошу помощника связаться с ним.

– Как прошло, пап? Успешно? – спросила я, понизив голос.

– Я узнал все, что хотел, – ответил отец. – Мне пора. Увидимся дома, дочка.

– Хорошо. Пока, пап.

Когда мистер Питт попросил нас всех вернуться в класс, в коридоре произошла внезапная заминка, связанная с возникшим между Эзрой и Дэнни конфликтом.

– Это ты начал! – кричал Дэнни. – И вот к чему это привело!

– Я не заставлял тебя обзывать ее вместе со мной! – парировал ему Эзра.

– Этот детектив расследует убийство Фокса – сам подумай, зачем он сюда приходил!

– Хочешь сказать, нас в чем-то подозревают?

– А ты еще не понял? Идиот!

– Парни! – громко обратился к ним учитель. – Еще одно слово, и вы оба отправитесь к директору!

– Извините, – одновременно попросили прощения Эзра и Дэнни и, наградив друг друга испепеляющими взглядами, молча зашли в класс.

Решив, что необходимо предупредить Итана о возможном звонке из полиции, я достала телефон и написала ему сообщение.

Лидия: Папа приходил в школу, чтобы допросить всех о прошлогоднем буллинге. Будь готов, что с тобой свяжутся.

Он ответил мне через пару часов, во время обеденного перерыва. Оторвавшись от риса с курицей терияки, я прочитала всплывшее на экране сообщение.

Итан: Дэнни и Эзра в участке?

Лидия: Нет, сидят напротив меня в столовой.

Итан: Ясно. Спасибо, что сообщила.

Лидия: Мистер Фокс не помог Молли, когда она пожаловалась на парней. И кажется, папа подозревает, что Дэнни и Эзра не просто так затеяли драку около тыквы с черепом.

Итан: Не представляю этих двоих в роли убийц.

Лидия: Да и мотива у них вроде бы нет. Но может, мы чего-то не знаем?

Итан: Я уже ничему не удивлюсь.

Лидия: Как твоя подготовка?

Итан: Плодотворно. Почти закончил.

Лидия: Волнуешься?

Итан: Нет. У меня все под контролем.

Лидия: Встретимся на месте или мне зайти за тобой?

Итан: Лучше я зайду за тобой.

Лидия: Хорошо, до вечера.

Чего мы не предвидели, так это того, что вечером папа окажется дома и что он, узнав о приходе Итана, вознамерится допросить его.

– Не зайдешь поговорить? – спросил отец, выглянув в коридор, где я уже надевала куртку.

– Пап, мы уже уходим, – попыталась я отвязаться от него.

– Это не займет много времени, – пообещал он, продолжая внимательно смотреть на Итана.

– Без проблем, сэр, – отозвался Итан, заходя внутрь.

– Идем.

Махнув рукой в сторону кухни, папа скрылся в ее недрах.

– Я была уверена, что он будет на работе, – тихо сказала я Итану.

– Ничего страшного, я мигом.

Когда я уже собиралась пойти за ним, мама перехватила меня в коридоре.

– Не мешай им, милая, пусть поговорят наедине.

– Это наш дом, а не участок, мам, – напомнила я ей. – А кухня не допросная комната.

– Ты так мило беспокоишься о нем, – улыбнулась она. – Но Крис его не съест, тебе не о чем волноваться.

– Беспокойство тут ни при чем. Мне интересно, о чем они говорят.

Обойдя маму, я встала так, чтобы папа меня не заметил, и прислушалась к звучащим на кухне голосам.

– Мне ничего об этом не известно, сэр, – сказал Итан.

– Может быть, Молли обращалась за помощью не только к Габриэлю Фоксу, но и к одноклассникам? – спросил отец.

– Я об этом не слышал.

– И никто не пытался остановить Эзру и Дэнни, когда они травили Молли?

– Уже не помню. Наверное, кто-то советовал им завязывать с этим, но им было все равно.

– И ты тоже ничего не предпринял?

В голосе отца отчетливо послышалось разочарование.

– У нас с Молли были не самые лучшие отношения, – признался Итан, и у меня от удивления приоткрылся рот.

– В каком смысле?

– Она буллила меня с тех пор, как узнала, что я медиум.

– Вот как?

Уверена, что в этот момент отец напрягся не меньше моего.

– Но не в моих правилах нападать в ответ, поэтому я никак не реагировал на ее слова.

– Что конкретно говорила Молли?

– Да много чего. Например, что моя мама изменила папе с дьяволом, поэтому у нее родилось исчадие ада вроде меня.

Кажется, папа растерялся.

– Это… очень серьезно…

– Я несколько раз хотел заступиться за нее, но она бы все равно не приняла мою помощь. Я был ей противен. И если честно, мистер Мур, это было взаимно. Жаль, что ей пришлось с таким столкнуться, но это было ожидаемо после того, как она себя вела. Как будто ее настигла карма, понимаете?

– Она относилась подобным образом только к тебе или были еще прецеденты?

– Я считаю Молли Карлсон нехорошим человеком и уверен, что любой из класса это подтвердит. Все знают, как она отзывалась о своих друзьях за спиной и как высмеивала Дэнни и Эзру, которые изо всех сил старались понравиться ей. Она считала их своими ручными собачками и совершенно не ценила то, как они к ней относились.

– Ты близок с Дэнни и Эзрой? – вдруг поинтересовался отец.

– Мы не друзья, если вы об этом. И я не поддерживаю то, что они устроили в прошлом году.

– Но?..

– Но это касается только их троих. Это один из многочисленных конфликтов в классе, и первое время никто из нас не придавал этому особого значения. А когда парни начали перегибать палку, Молли почти сразу перестала ходить в школу.

– Твоя точка зрения ясна. Спасибо за искренность, Итан.

– Не за что, сэр.

– Последний вопрос, и можешь идти.

– Да?

– По-твоему, Молли склонна к агрессии и мстительности?

Осознав, к чему он клонит, я задержала дыхание в ожидании ответа.

– Даже не знаю, – ответил Итан. – Молли из тех людей, которые считают, что им все дозволено. Она думала, что это она может обижать других, но с ней самой такого никогда не случится. Не думаю, что она могла убить мистера Фокса, но ее точно могло разозлить его безразличие.

– Почему оно могло разозлить ее?

– Потому что у нее раздутое эго.

– Эго… – повторил отец. – Сегодня я слышу это слово чаще, чем обычно… Спасибо за разговор, Итан. Если понадобишься, мы свяжемся с тобой еще раз.

– Буду на связи. До встречи, мистер Мур.

– Куда ты ведешь мою дочь?

– Пап! – воскликнула я, забежав в кухню. – Нам уже пора! Ты и так слишком долго продержал его здесь!

– У вас свидание? – прямо спросил отец.

Я уже собиралась отрицательно помотать головой, но Итан ответил:

– Да. У нас сегодня свидание.

– Надеюсь, не до поздней ночи?

– Никак нет, сэр. Мы вернемся через пару часов.

– Ладно, – кивнул папа. – Хорошо вам провести время.

Обняв меня на прощание, мама прошептала мне на ухо:

– Помни, о чем мы говорили, и не совершай глупостей!

Закашлявшись, я отпрянула от нее и сморщила нос.

– Прошу тебя, перестань!

– Молчу! – пообещала она и изобразила закрывающиеся на молнию губы.

Когда мы с Итаном наконец-то вышли из дома, я поспешила извиниться:

– Тысячу раз прости!

– Не глупи. Ты же не знала, что он устроит мне допрос.

– Могла предугадать, – настаивала я на своем. – Но ты хорошо держался.

– Спасибо.

– Это правда – про Молли? Она действительно тебя травила?

– Я же говорил: в этом городе меня не жалуют. А Молли из тех, кто ни разу не обращался ко мне за помощью, поэтому ее мнение обо мне осталось неизменным. Для нее я всегда был посмешищем.

– Этим утром мне было ужасно жаль ее, а теперь я хочу дать ей пощечину.

– Вот это перемены! – хохотнул Итан. – Кажется, твой отец подозревает ее в убийстве.

– Думаю, он просто прорабатывает эту версию, потому что у нее был мотив.

– Эта версия событий выглядит наименее правдоподобной.

– Согласна, – кивнула я. – Наверняка после ухода из школы у нее началась новая крутая жизнь.

– Надеюсь.

– Может, после случившегося она одумалась и теперь ведет себя нормально.

– И на это я тоже надеюсь, – улыбнулся Итан.

– Значит, – робко начала я, заправляя за ухо длинную каштановую прядь, – у нас свидание в доме с привидениями?

– Не стоило так говорить? – заметно напрягся он.

– Свидание – идеальное прикрытие для нашей вылазки, – успокоила я его. – Ты все правильно сказал.

– Хорошо… Ты точно хочешь зайти в дом?

– Да.

– Я могу и один…

– Нет, будем держаться вместе.

– Вместе… – повторил Итан, бросив на меня довольный взгляд.

Мне нравилось быть его поддержкой и надежным тылом, и я надеялась, что он испытывает то же самое.

Дом с привидениями

В предзакатном свете заброшенный особняк казался не таким уж и жутким, но я не могла не представлять, во что превращается это место с наступлением темноты. Мне уже доводилось слышать потусторонние истошные крики, и я не знала, что буду делать, если в этом доме окажется целая какофония подобных звуков.

– Не переживай, – сказал Итан, когда его ладонь коснулась входной двери.

– С тобой точно ничего не случится?

Я знала, что он не может дать мне никаких гарантий, но все равно хотела услышать хотя бы пару слов, способных успокоить мой взбунтовавшийся пульс.

– Я буду в порядке, – заверил он меня. – И ты тоже.

– Хорошо, – попыталась я улыбнуться.

– Зайдем и выйдем. Сама не заметишь, как все закончится.

– Ладно, давай уже начнем.

– Погнали. Вперед, на поиски ответов!

С этими словами Итан осторожно толкнул дверь, и та со скрипом отворилась. Оказавшись внутри, я первым делом включила фонарик на телефоне.

– Давай осмотримся, – предложила я, сделав несколько шагов по скрипучему полу.

– Нет, стой здесь, как и договаривались, – велел мне Итан.

– Но я хочу убедиться, что в доме никого нет…

– Здесь много кто есть, но они все мертвы, – прошептал он, глядя в сторону гостиной.

– Ты уже кого-то видишь? – обернулась я.

– Стой. Здесь, – медленно проговорил он по слогам.

Когда я собиралась кивнуть и пообещать не двигаться с места, прямо над моей головой начала качаться покрытая пылью круглая люстра.

– Нужно спешить, – сказал Итан, подняв голову. – Как я и думал, нам здесь не рады.

– Что ж, это взаимно.

– Я буду в гостиной. Если что, зови.

– Хорошо, иди.

Когда Итан переместился в комнату, мне начало мерещиться чье-то дыхание прямо над ухом. Меня не покидало ощущение, что кто-то касается моих волос, запуская пальцы в распущенные пряди. Услышав отчетливые шаги позади себя, я непроизвольно двинулась вперед и сама не заметила, как оказалась в гостиной.

Итан сидел на полу с закрытыми глазами. Он никак не отреагировал на мое появление, и я присмотрелась к расставленным вокруг него зажженным свечам. В правой руке Итан держал небольшой пучок сухих растений, а в левой – браслет из крупных разноцветных камней. Впервые увидев в действии магическую атрибутику, я задумалась о том, как много не знаю о методах работы Итана.

За те несколько минут, что я провела в комнате, где от прежних владельцев не осталось ничего, даже старой мебели, ничего жуткого или сверхъестественного не произошло. Но я оставалась настороже, поэтому моментально заметила, как начало подрагивать пламя белоснежных свечей. Вместе с тем тело Итана начало раскачиваться из стороны в сторону, напоминая роли-поли[4].

– Покажи мне! – вдруг закричал он, и я вздрогнула. – Покажи! Покажи! Покажи!

Мне хотелось закрыть уши или выбежать на улицу, но я заставила себя остаться на месте ради Итана. Если что-то пойдет не так, только мне будет под силу вывести его из этого дома.

– Покажи-покажи-покажи-покажи-покажи… – продолжал бормотать Итан.

Отсыревшие от времени стены источали не только омерзительный запах плесени, но и холод. Я поняла, что мерзну, когда у меня застучали зубы. Мне становилось зябко каждый раз, когда Итан говорил с мертвыми, но сегодняшний мороз не шел ни в какое сравнение с тем, что было раньше. Как много духов собралось в этой комнате, раз я чувствую себя так, словно сама стала хладным трупом?

– Нет!!! – неожиданно завопил Итан, и его тело резко завалилось набок.

– Ты в порядке? – спросила я, сев рядом с ним.

Но он молчал, а его глаза были по-прежнему закрыты.

– Итан? – прошептала я дрожащим голосом.

Свечи вокруг нас начали трепетать с новой силой, и по телу Итана прошла хорошо заметная дрожь.

– Что происходит? – Чуть не плача, я положила голову Итана к себе на колени. – Очнись, пожалуйста!

Он не пришел в сознание даже тогда, когда его тело затряслось в страшных конвульсиях. В Рейвеншире я была знакома с девочкой, больной эпилепсией, и однажды мне довелось стать свидетелем ее припадка. Происходящее напомнило тот день, и я зажмурилась из-за охватившего меня страха. Мои руки продолжали обнимать Итана, как будто мое присутствие могло вытащить его из этого ужасного состояния, которому я даже не знала определения. Смаргивая подступившие слезы, я смотрела на колыщущееся пламя свечи и вела мысленный отсчет от одного до ста. Решив позвонить в службу спасения, когда дойду до конца, я лишь надеялась, что не опоздаю и что Итан будет в порядке. Часть меня продолжала наивно верить, что все образуется и что он вот-вот очнется, но его глаза оставались закрытыми…

Бах! Через разлетевшееся на множество осколков окно в гостиную залетела целая стая летучих мышей и сразу же устремилась к нам.

– Черт! – вскрикнула я и попыталась оттащить Итана в коридор, но он внезапно открыл глаза и схватил меня за руку.

– Лидия! – воскликнул он. – Я видел! Я все видел!

– Хорошо, – растерянно пробормотала я. – Но у нас есть проблема…

Проследив за моим взглядом, Итан увидел кружащих над нами летучих мышей. Уголки его губ дрогнули в легкой улыбке, и я нахмурилась.

– Нам ничего не грозит, – пообещал он, поднимаясь на ноги.

Но я осталась на полу, недоумевая от его бесстрашия. В него в любой момент могла вцепиться целая стая мышей, а он делал вид, что ничего особенного не происходит.

– Ты в порядке?

– Да. Идем, пока никто не вызвал полицию. Кто-то мог услышать звук разбившегося стекла.

– Но мыши… – попыталась я возразить.

Итан убрал все свои вещи в рюкзак и протянул мне ладонь.

– Не бойся, они нас не тронут.

Решив больше ничего не спрашивать, я поднялась, и мы вместе быстро направились к выходу. Только когда покинула дом, мои напряженные плечи с облегчением опустились.

Мы шли вперед не оглядываясь, но меня не покидало чувство, что часть этого заброшенного дома навсегда останется со мной.

– Нас же сейчас не преследуют какие-нибудь духи? – спросила я, поежившись от ветра. – Нам ничего не грозит?

– Точно нет. Они все остались в доме.

– Хочется верить в это.

– Лидия…

Облегчение, которое я испытала, испарилось, и на смену ему пришло тревожное ожидание. Помрачневшее лицо Итана говорило само за себя.

– Ты увидел что-то плохое? – догадалась я. – Смерть Ноа?

– Да.

– И ты видел, кто его сбил?

– Видел, – подтвердил он приглушенным голосом. – Водитель автомобиля был пьян. Он заехал на бордюр в тот момент, когда мальчик пошел туда за укатившимся мячом.

– Значит, Ноа не выходил на проезжую часть?

– Нет, водитель сам перенес его тело на дорогу. Наверное, чтобы выставить виноватым ребенка.

– Вот ублюдок! – разозлилась я, представив, как этот недочеловек переносит мертвого Ноа на проезжую часть.

– Да, – кивнул Итан, опустив голову. – Лидия, дело в том, что водитель… Только обещай ничего не предпринимать, ладно?

– Ты меня пугаешь…

– Пообещай, – попросил он. – Пожалуйста.

– Почему я должна что-то обещать? Если ты узнал, кто убил Ноа, мы не будем молчать. Я расскажу обо всем отцу, и он…

– Габриэль Фокс! – выпалил Итан. – За рулем того автомобиля был человек, чью смерть мы с тобой расследуем.

– Ч… что?.. – с трудом выговорила я, остановившись посреди улицы. – Мистер Фокс убил Ноа?

– Да, я видел это своими глазами.

– А духам в том доме точно можно доверять?

– Сама знаешь, через что мне пришлось пройти, чтобы заполучить это видение.

– Да, но… Мистер Фокс? Ты же общался с ним, как ты мог не знать, что он…

– Мне не передается вся память человека, обычно я вижу только то, что мне показывает дух. А учитывая состояние Габриэля в тот день, его рассудок был затуманен из-за алкоголя. Уверен, что его воспоминания об аварии расплывчатые и он не запомнил никаких деталей.

– Ты считаешь, что Гэвин Уилсон узнал, кто убил его сына, и отомстил, – выдохнула я. – Поэтому попросил меня ничего не предпринимать.

– Не хочу, чтобы ты снова устроила ему допрос.

– Значит, мы… раскрыли это дело? Так, получается? – спросила я, нервно теребя застежку на куртке. – Точнее, два дела. Мы знаем, кто убил Ноа, и того, у кого был серьезный мотив убить Фокса.

– Да, но у нас нет ничего, кроме мотива. У полиции нет причин задерживать Уилсона. А мы… Не знаю, что нам делать с этой информацией, Лидия.

– Нам нужно пойти к Гэвину, – заявила я.

– Нет, – уверенно возразил Итан.

– У нас нет другого выхода.

– Он может не знать, кто сбил его сына.

– Тогда мы точно должны пойти к нему и все рассказать.

– Лидия, пожалуйста…

– Ты правда хочешь оставить все как есть?

– А что ты предлагаешь?

– Мы сейчас же развернемся и пойдем обратно, постучим в дверь Уилсона и расскажем ему о твоих видениях.

– А дальше? Скажем, что подозреваем его в убийстве учителя?

– Думаю, по его реакции будет понятно, в курсе ли он, кто убил его сына.

– Возвращаться туда – плохая идея, – покачал головой Итан. – Но ты права. Никто, кроме нас, не расскажет ему правду. Если он до сих пор ничего не знает, это мучает его по сей день.

– Да, будет правильно поговорить с ним.

– Даже если после этого он убьет нас?

– Да не станет он нас убивать.

– Уверена?

– На все сто.

– Ладно, идем назад.

Добравшись до дома Гэвина Уилсона, мы обнаружили его стоящим посреди улицы с телефоном в руке.

– Мистер Уилсон! – позвала я его.

– Об этом я и говорил, Лидия, – сказал он вместо приветствия и махнул в сторону заброшенного особняка. – Какой-то вандал разбил окно. Я как раз собирался звонить в полицию.

– Это были мы, – сказала я, и у него округлились глаза. – Прежде чем куда-то звонить, выслушайте нас, пожалуйста.

Он перевел удивленный взгляд на Итана и спросил:

– Неужели ты сдержал обещание?

– Я… – растерянно произнес Итан, словно не сразу понял, о чем речь. – Да.

– О чем вы говорите? – поинтересовалась я, глядя на них по очереди.

– Когда умер мой сын, – подал голос Гэвин, – этот мальчик прибежал ко мне и сказал, что теперь он медиум. А потом пообещал мне узнать, что случилось с Ноа.

– Вы тогда рассмеялись, потрепали меня по голове и отправили домой, – вспомнил Итан.

– Все эти годы я смотрел, как ты помогаешь жителям Гост-Харбора, и все ждал, когда же настанет мой черед.

– Вот он и настал, – прошептала я и поджала губы.

Мне хотелось расплакаться, потому что этот мужчина вот-вот узнает, кто лишил его сына.

– Лидия узнала о случившемся с Ноа, – сказал Итан, – и попросила меня поговорить с духами, живущими в заброшенном особняке.

– Я подумала, что они могли что-то видеть.

– Простите, что не сделал этого раньше, – извинился перед Уилсоном Итан. – Я был недостаточно опытен, чтобы вступить в контакт с духами такой силы. И все же мне следовало попытаться.

– Не говори глупостей, – прервал его Гэвин. – Просто скажи, что узнал. Я слишком долго ждал.

– Я узнал, кто был за рулем того автомобиля.

Глаза мужчины заблестели от слез, а руки сжались в кулаки.

– Кто?

– Это был…

Итану так сложно давалось каждое слово, что я не выдержала и взяла его за руку, чтобы подбодрить. Бросив взгляд на наши переплетенные пальцы, он благодарно улыбнулся и продолжил:

– За рулем автомобиля был Габриэль Фокс.

– Убитый учитель? – Уилсон выглядел шокированным, и его удивление казалось мне искренним. – Не может быть…

– Он был пьян, – сказала я. – И это не Ноа выбежал на проезжую часть, а Фокс заехал на бордюр и сбил его, а затем перенес тело на дорогу.

– Габриэль и Стелла приходили на похороны! Они принесли нам яблочный пирог и миллион раз выразили свои соболезнования! Как он мог?!

Боль, пронзившая тело Гэвина, была осязаема, и мне стало дурно при виде его страданий.

– Нам очень жаль, – пробормотал Итан.

В его глазах тоже стояли слезы. Из нас троих именно он воочию видел, как Ноа ушел из жизни. Уверена, он никогда не забудет эту картину.

– Если об этом узнает полиция, вы станете первым подозреваемым, – сказала я, стараясь, чтобы мои слова не прозвучали так, будто я в чем-то его обвиняю.

– Ну разумеется, – кивнул Уилсон.

– Почему вы помогли Николасу Андерсону избежать тюрьмы?

– Лидия! – воскликнул Итан.

– Что? – посмотрела я на него. – Очевидно же, что он не убивал мистера Фокса.

– Не убивал, – подтвердил Гэвин. – Но я действительно обеспечил Николасу фальшивое алиби.

– Зачем? Это явно не в вашем стиле.

– Мой сын погиб, а мы так и не узнали, кто это сделал. Начальство велело закрыть дело за неимением улик, окрестив смерть Ноа несчастным случаем, и мне пришлось искать убийцу в одиночку. Все, о чем я мечтал, – это месть. Хотел найти водителя той машины и задушить голыми руками.

– Кхм-кхм, – откашлялся Итан.

– Да, я хотел убить его. И если бы знал, что это был Фокс, то непременно бы это сделал. По крайней мере, четыре года назад, когда месть была смыслом моего существования.

– А при чем здесь Андерсон?

– Он долгое время был моим лучшим другом, но потом у него начались серьезные проблемы с головой. У меня язык не повернется назвать Ника психически здоровым человеком. Когда он понял, что его вот-вот посадят, он попросил меня о помощи в обмен на услугу.

– Какую еще услугу?

– Он знал, что я ищу убийцу Ноа, и предложил сотрудничество. – Тяжело вздохнув, Гэвин провел ладонью по коротким волосам. – Я нахожу водителя автомобиля, а он его устраняет. Таков был наш уговор.

– И вы правда на это пошли? – не поверил своим ушам Итан.

– Я был в отчаянии, Ник легко убедил меня согласиться. Сказал, что мне нельзя пачкать руки, а ему уже ничего не страшно и он с радостью мне поможет.

– Если полиция узнает об этом, вы точно сядете, – тихо сказала я. – Все выглядит так, будто вы узнали, кто убил Ноа, позвонили Андерсону, и он избавился от Фокса.

– Именно так это и выглядит, Лидия, – улыбнулся Уилсон. – Думаю, тебе стоит пойти по стопам отца. Из тебя выйдет отличный детектив.

– Спасибо, конечно, но что нам делать?

– Ничего, – ответил мне Итан. – Мы ничего не будем делать. И никому ничего не скажем.

– Вам не нужно бояться меня, – поспешил успокоить нас Гэвин. – Я благодарен вам за правду о моем сыне. Даже если сейчас приедет полиция и арестует меня, мне все равно. Пусть хоть к смертной казни приговорят, плевать.

– Кто-то избавился от убийцы вашего сына, – тихо напомнила я.

– И я благодарен тому, кто это сделал, – честно ответил он. – По какой бы причине он на это ни пошел, убийца все равно отомстил за Ноа. И я очень этому рад.

– А мы рады, что смогли помочь вам, – сказал Итан.

– Он чуть не умер, чтобы узнать правду! – выпалила я.

– Лидия!

– Что? Это же так!

– Спасибо, что рисковал жизнью, – поблагодарил Итана Гэвин и протянул ему руку.

– Я счастлив, что смог сдержать данное вам обещание.

Глядя на их рукопожатие, я не смогла сдержать улыбку.

– Благодаря вам этой ночью я буду спать гораздо спокойнее, – сказал на прощание Уилсон.

– Думаешь, он не станет вызывать полицию из-за разбитого окна? – спросила я Итана, когда мы возвращались домой.

– Вызовет, но не сегодня.

– Ты точно не оставил там одну из своих вещиц?

– Вроде нет.

– Кстати, что это было?

– Магическая атрибутика, – коротко ответил Итан, не вдаваясь в подробности.

– Не знала, что ты этим пользуешься.

– Ты обо мне много чего не знаешь, Лидия.

– Чего, например? – посмотрела я на него.

– Я практикую и другие оккультные ритуалы, – сказал он, глядя на дорогу впереди нас.

– О чем ты?

– Я не просто медиум.

– И как это понимать? Можешь нормально ответить?

– Лучше тебе не знать. Давай закроем тему.

Я начала злиться.

– Почему?

– Потому что я не хочу говорить об этом, – резко ответил Итан.

– Ты мне не доверяешь? – догадалась я, остановившись. – Думаешь, я кому-то расскажу, что ты умеешь что-то еще?

– Будет лучше, если люди в городе продолжат считать, что я умею только общаться с духами умерших.

– Боишься их реакции?

– Мне плевать на их реакцию, – криво усмехнулся он. – Я не хочу, чтобы мои знания в эзотерике использовали в своих целях.

– А это возможно? – нахмурилась я.

– А ты как думаешь? Если люди узнают, на что я способен…

– Они не заставят тебя делать что-то против твоей воли. К тому же я не собираюсь сдавать тебя им.

– Моя мама была не только медиумом, но еще и ведьмой, – признался Итан, посмотрев мне в глаза. – Я не хотел заниматься ведьмовством, потому что некоторые ритуалы… они просто не для меня.

– Ведьмовство… – прошептала я, пытаясь осмыслить услышанное.

– Я изучаю и практикую ведьмовство, потому что иногда, чтобы кому-то помочь, нужно нечто большее, чем медиумизм. – Опустив голову, он добавил: – Надеюсь, ты понимаешь, почему я занимаюсь этим, и не станешь осуждать меня.

– Осуждать? – удивилась я, сделав шаг ему навстречу. – Ты рисковал жизнью, чтобы узнать, что случилось с Ноа! Я не осуждаю, а восхищаюсь тобой, Итан! Никогда об этом не забывай!

– Правда?

Он посмотрел на меня неверящим взглядом, и я взяла его за руку.

– Правда! Я принимаю все, чем ты занимаешься, и никогда не стану осуждать тебя!

– Ты единственная, кто сказал мне это.

– Если нужно, я скажу это еще раз. А потом еще раз, и еще много-много…

Он не дал мне договорить, прильнув к моим губам. Мы стояли посреди улицы, все еще украшенной к уже прошедшему Хеллоуину, и целовались. Так жадно и страстно, что у меня закружилась голова и подкосились ноги. Когда рука Итана легла мне на талию, я подалась ему навстречу, и наши тела прильнули друг к другу. Ветер играл с моими волосами, а пальцы Итана нежно гладили меня по щеке. Нужно было отстраниться, пока не стало трудно дышать, но у меня не хватало силы воли разорвать этот восхитительный поцелуй.

– Ты мне нравишься, – прошептал Итан.

– Я заметила, – выдохнула я, опустив смущенный взгляд.

– Очень сильно нравишься, – повторил он и снова приник к моим губам.

Второй раунд был еще дольше предыдущего, но и этого нам оказалось мало. Переместившись в парк неподалеку от школы, мы потянулись друг к другу, сидя на небольшой деревянной скамье. Меня охватил жар, недавно замерзшее тело обдало огнем.

– Уже поздно, – выдохнула я, отстранившись в какой-то момент.

– Еще чуть-чуть, – попросил Итан, глядя на меня умоляющим взглядом.

Рассмеявшись, я кивнула и поцеловала его снова.

Когда мы наконец-то остановились и направились в сторону моего дома, я провела большим пальцем по нижней губе и вздрогнула. Она наверняка раскраснелась и припухла.

– Блин! – схватилась я за голову.

– Что такое?

– У меня на лице написано, что я с кем-то целовалась!

– Не с кем-то, а со мной, – довольно улыбнулся он в ответ.

– Мама завалит меня вопросами!

– И что ты ей скажешь?

– Правду, конечно же.

– А поточнее?

Осознав, к чему он клонит, я ухмыльнулась.

– Ну-у-у… – протянула я, – скажу ей, что ты меня поцеловал. И что я тебе нравлюсь.

– И все? – робко уточнил он.

– Нет, не все. – Ласково улыбнувшись, я добавила: – Скажу, что поцеловала тебя в ответ. И что ты мне тоже очень нравишься.

– Лидс! – воскликнул он и подхватил меня на руки.

– Ой! – взвизгнула я, оторвавшись от земли.

– Я так рад, что ты переехала в Гост-Харбор! – признался Итан.

– Теперь и я этому рада.

Наши наполненные радостью взгляды встретились, и мы снова слились в поцелуе.

Злобный дух

К счастью, встретившая меня мама уже собиралась ложиться спать, поэтому обошлось без допроса с пристрастиями. Попросив не засиживаться допоздна, она пожелала мне спокойной ночи и спешно ушла в спальню.

Взяв еду для Джеральда, я поднялась на чердак. Из головы не выходил сегодняшний вечер. Сколько же всего произошло за эти пару часов!

– А где?.. – Увидев, что Джеральда нет в клетке, я запаниковала и побежала к маме. – Ты выпускала крылана? – спросила я, ворвавшись к ней в комнату.

– Нет, я к нему не заходила, – сонно пробормотала она.

– Мам, он пропал, – судорожно произнесла я.

– Куда он мог деться из клетки?

– Он уже из нее выбирался, помнишь?

– Значит, и тогда, и сейчас кто-то плохо закрыл клетку, – только и сказала она, проваливаясь в сон.

– Мам… – прошептала я в темноту спальни.

Телефон в кармане завибрировал, и я достала его, чтобы взглянуть на экран. Сообщение было от Итана.

Итан: Джеральд сидит на моем крыльце. Не знаю, как он здесь оказался. Оставлю его на ночь у себя. Не переживай.

Выдохнув от облегчения, я улыбнулась и напечатала ответ.

Лидия: Какое счастье! Я уже запаниковала! Думала, он пропал.

– Мам, крылан улетел к Итану, с ним все хорошо, – сообщила я, стоя в дверях.

– Слава богу, – сквозь сон сказала она.

Приняв ванну, я переоделась в пижаму и забралась в постель. Лежа под прохладным одеялом, непроизвольно вспомнила, как меня согрел сегодняшний поцелуй, и щеки моментально залились румянцем.

– Хватит думать об этом! – шепотом приказала я себе.

Было трудно сосредоточиться на чем-то, кроме объятий с Итаном, но я заставила себя вспомнить разговор к Гэвином Уилсоном. У меня не было ни малейших сомнений в его невиновности, но будь на моем месте папа, он бы не стал доверять субъективному восприятию человека и предпочел бы опираться на сухие факты.

Обратившись к здравому смыслу, я пришла к выводу, что желание отомстить могло толкнуть кого-то на убийство Габриэля Фокса. Но если Гэвин Уилсон этого не делал, то у кого еще могли быть причины избавиться от учителя? Может, у его жены Софии? Могла ли она каким-то образом узнать правду, вернуться в Гост-Харбор и расправиться с Фоксом? Такой вариант исключать было нельзя.

Если не думать о том, что Габриэль сам оказался убийцей, разрушившим жизнь целой семьи, то тут же оказываешься в тупике. Других теорий у нас с Итаном не было. Может, хотя бы история с буллингом Молли всплыла неспроста и папе удастся узнать что-нибудь важное.

Успев отвыкнуть от ночных криков, я никак не ожидала, что это случится вновь. Мои глаза широко распахнулись, но истошный вопль продолжал разноситься по всему дому.

ЛИДИЯ! НЕ ДЕЛАЙ ЭТОГО! ЛИДИЯ! НЕ ДЕЛАЙ ЭТОГО! ЛИДИЯ! НЕ ДЕЛАЙ ЭТОГО! ЛИДИЯ! НЕ ДЕЛАЙ ЭТОГО! ЛИДИЯ! НЕ ДЕЛАЙ ЭТОГО! ЛИДИЯ! НЕ ДЕЛАЙ ЭТОГО!

– Не делать чего? – прошептала я, глядя в пустоту комнаты.

Тетин голос внезапно смолк, и мне показалось, что все закончилось. Но тут дверь в мою комнату медленно отворилась, и оттуда потянуло холодом.

– Мэри, пожалуйста, прекрати. – Я никак не могла понять, чего она добивается, и поэтому умоляла ее остановиться и оставить меня в покое. – Мне страшно. Не делай так.

Шторы позади меня начали трепыхаться, словно кто-то открыл окно. Лежавший на столе блокнот, в котором я делала записи, связанные с расследованием, медленно пополз к краю стола и в конце концов свалился на пол. Вздрогнув из-за раздавшегося грохота, я вжалась в изголовье кровати.

Я думала, что благодаря последним дням научилась не бояться духов, но это и близко было не так. Меня все еще ужасал потусторонний мир, и я не хотела соприкасаться с ним, подобно Итану. Мне хотелось держаться от него как можно дальше.

– Лидия, почему ты не спишь? – спросила появившаяся на пороге мама.

Обрадовавшись ее появлению, я подскочила с постели и помчалась в ее теплые безопасные объятия.

– Тебе кошмар приснился? – продолжала она.

– Да, – прошептала я, прижимаясь к ней. – Спасибо, что пришла.

– Я услышала, как ты что-то уронила, вот и решила проверить тебя.

Подняв голову, я заглянула в ее такие же, как у меня, серо-голубые глаза.

– Мам?

– Да, милая?

– Тебе снится Мэри?

– Сейчас гораздо реже, – призналась она, грустно улыбнувшись. – Тебе тетя приснилась? Ты поэтому так расстроилась?

– Как думаешь, она бы стала пугать меня?

– Пугать? – удивилась мама. – Никогда. Но иногда Мэри выражала свою заботу через агрессию. Когда мы были подростками, она могла накричать на меня из-за того, что я еду куда-то с друзьями. Хотя на самом деле она не злилась, а переживала. Чем сильнее Мэри волновалась, тем агрессивнее она становилась.

– Понятно, – улыбнулась я.

Тетя и правда обладала такой чертой, но я никогда не сталкивалась с этим лично, потому что никогда ее не ослушивалась. Слово Мэри было непреложным законом, и я никогда не бралась оспаривать его.

– Ложись, – посоветовала мама, целуя меня в щеку. – Попробуй снова уснуть.

– Не знаю, получится ли, – честно призналась я.

– Побыть с тобой?

– Не надо.

– Точно?

Кивнув, я забралась обратно в кровать и помахала ей рукой.

– Ну хорошо, спокойной ночи, – сказала она напоследок.

– Сладких снов, мам.

Когда она вернулась в спальню, я сбросила с себя одеяло и наклонилась за блокнотом, лежащим на полу. Пробежавшись взглядом по сделанным на страницах записям, я поняла, что именно мне пытается сказать тетя. Племянница, которой она дорожила и которую так сильно любила, рискует жизнью, пытаясь найти убийцу. Будь Мэри жива, она бы никогда не позволила мне заниматься этим. Моя безопасность для нее всегда была превыше всего. Она, наверное, пришла в исступление, увидев, как мы с Итаном крадемся в дом, кишащий опасными духами.

– Прости меня, – прошептала я, надеясь, что Мэри меня услышит.

Меня привела в ужас мысль, что из-за моих опрометчивых и рискованных действий она не может обрести покой, но и отказаться от расследования я никак не могла.

Одолеваемая чувством вины, я уснула только утром. Не представляю, как бы пошла в школу, не будь сегодня выходной.

Спустившись ближе к обеду на первый этаж, я осмотрелась. Родителей нигде не было, но на столе красовалась тарелка с панкейками. Налив себе молока, я решила позавтракать и проверить телефон.

От одного взгляда на сообщение Итана мои губы расплылись в улыбке.

Итан: Доброе утро! Надеюсь, ты хорошо спала после вчерашних приключений?

Лидия: Я только проснулась. Ночью было жутковато.

Он ответил моментально, словно ждал моего сообщения.

Итан: Снова тетя?

Лидия: Да. В этот раз все было гораздо хуже. Она открыла дверь в комнату и сбросила мой блокнот на пол.

Итан: Ничего не говорила?

Лидия: Кричала: «ЛИДИЯ! НЕ ДЕЛАЙ ЭТОГО!»

Итан: Интересно, что она имела в виду.

Лидия: Думаю, просила перестать расследовать убийство мистера Фокса.

Итан: Наверное, так и есть.

Лидия: Мы все равно зашли в тупик. Может, ее это успокоит.

Итан: Какие на сегодня планы?

Лидия: Никаких. Есть предложения?

Итан: Сходим на свидание?

Лидия: С радостью!

Итан: Зайду за тобой в четыре.

Лидия: Хорошо. А куда мы пойдем?

Итан: Посетим парочку моих любимых мест в городе.

Лидия: Заинтриговал! Жду не дождусь!

Мы вдруг свернули с тропы партнеров по расследованию дела об убийстве на тропу влюбленных подростков, грезящих о свиданиях и поцелуях, и я совсем не возражала против произошедших перемен. Мистер Фокс оказался тем еще мерзавцем, и мысль о возмездии за несчастного учителя больше меня не мотивировала. После всплывшей на поверхность правды мы с Итаном имели право на перерыв.

– Снова идешь на свидание? – поинтересовался появившийся на пороге моей комнаты отец.

– Папа, – улыбнулась я, обернувшись. – Не слышала, как ты пришел.

– Забежал ненадолго. Хочу принять душ и поесть.

– А мама где?

– Все еще в магазине.

Мы обменялись ехидными взглядами, потому что привыкли к ее долгим походам по торговым центрам. Стоило ей туда зайти, как она пропадала на несколько часов, полностью игнорируя оставшийся за пределами магазинов мир.

– Я иду на прогулку с Итаном, – ответила я на вопрос отца.

– Красивое платье, – усмехнулся он. – Твой парень будет в восторге.

– Мы еще не обсуждали статус наших отношений.

– Не все в этой жизни нужно озвучивать вслух, дочка. Некоторые вещи просто происходят, и это понятно без слов.

– Ага-а-а, – протянула я, засмущавшись. – Лучше расскажи, как у тебя дела. Есть подвижки в деле?

– Прорабатываем очередную версию. Кстати, ты ничего не слышала о пожаре четырехлетней давности?

– О пожаре? – напряглась я.

Если папа пойдет по тому же пути, что и мы с Итаном, он задастся вопросом, почему Гэвин Уилсон помог Николасу Андерсону избежать тюрьмы. Я не оправдывала совершенный им поступок, но почему-то искренне переживала за его судьбу.

– Ну да, кое-что слышала.

– А поточнее?

– Пап, я не твой агент под прикрытием, – сказала я, невинно улыбнувшись. – Если хочешь, я поспрашиваю у ребят. Что конкретно тебя интересует?

– Полицейские говорят, бывший детектив Уилсон обеспечил фальшивое алиби поджигателю.

– В школе тоже так говорят, но это ведь просто слухи. Я одноклассникам так и сказала: будь у полиции серьезные улики, они бы ни за что не отпустили виновного на свободу.

– Ты права, дочка. – Одобрительно улыбнувшись, он вдруг резко посерьезнел. – Знаешь, что мне поведали твои друзья во время последнего допроса?

– Какие еще друзья? – хмыкнула я. – Со мной даже Фел перестала общаться.

– Сочувствую, Лидия, но я всегда говорю: друзья приходят и уходят, такова жизнь. Не расстраивайся понапрасну.

– Постараюсь, пап… Так кто там что тебе наплел?

– Сказали, ты ведешь собственное расследование, пытаешься найти убийцу мистера Фокса, а Итан тебе помогает.

– Дай угадаю: это Кит Фостер сказал?

– Не он.

– А кто?

– Дочка, это не имеет значения. То, чем ты занимаешься, опасно. Как ты вообще до этого додумалась? – Негодующе покачав головой, он подошел ко мне и продолжил: – Наверное, это и моя вина тоже. Я слишком часто посвящаю тебя в подробности и тонкости своей работы. Ты нахваталась этого у меня, и теперь я вынужден переживать за тебя.

– Пап, – начала я, положив ладонь ему на плечо, – ну какой из меня детектив? Я из чистого любопытства поговорила с парой одноклассников. Хотела узнать, каким был человек, череп которого я нашла в тыкве на нашем крыльце.

Папин взгляд стал сочувствующим и проникновенным.

– Тебя это задело? То, что кто-то подбросил его к нашему дому в день твоей вечеринки?

– Конечно, меня это… Подожди, что ты сказал?

Меня пронзило внезапное озарение. И как я раньше об этом не подумала?

– Я разослала приглашения за несколько часов до вечеринки, о ней знали только ребята из школы.

– Не обязательно. Они наверняка рассказали родителям, а те – коллегам. А еще почти у всех есть друзья в других школах или среди тех, кто недавно выпустился.

Пришлось признать, что моя версия притянута за уши.

– Ладно. Но тыквы на нашем пороге появились за полтора часа до прихода гостей. Получается, убийца следил за домом? Он увидел, как мы с Фелисити украшаем крыльцо тыквами, и придумал способ незаметно подбросить голову мистера Фокса?

– Я пришел к такому же выводу, Лидия. У убийцы было полтора часа, чтобы все это провернуть. А учитывая, что вечеринка могла начаться раньше назначенного времени, он должен был действовать очень быстро.

– Он давно к этому готовился, – осознала я. – Планировал и выжидал, когда подвернется удобный случай.

– Да, милая, это точно не было случайностью.

– Но, папа, в чем смысл? Убийца надежно спрятал тело, зачем ему подбрасывать череп к нам на крыльцо?

– Возможно, это сделал кто-то другой, – тихо сказал отец. – Не распространяйся об этом, но я прорабатываю версию, что в этом деле замешаны двое.

– Двое? – опешила я.

– Убийца и свидетель.

– Свидетель знает, где спрятано тело? – догадалась я.

– Думаю, да. Кто-то увидел, как убийца избавляется от трупа Габриэля Фокса, но по какой-то причине не сообщил об этом полиции.

– Свидетель покрывает убийцу? – Окончательно запутавшись, я схватилась за голову. – Да что вообще тут происходит?!

– Я разберусь в этом, дочка, – пообещал папа. – А ты иди на свидание. Тебе нужно развеяться и повеселиться.

– Ладно.

Натянуто улыбнувшись, я поцеловала папу в щеку и вернулась к примерке нарядов. Интуиция подсказывала, что загадочный свидетель, подбросивший тыкву, учится в школе и был приглашен на мою вечеринку. Кем бы он ни был, мы с Итаном обязательно его найдем.

– Прости, что заставила ждать, – сказала я, открыв дверь.

Итан стоял на пороге с букетом нежно-розовых цветов в руках и улыбался.

– Это тебе.

– Мне еще не дарили цветов, – засмущалась я, забирая букет. – Спасибо большое!

Его взгляд переместился на мои распущенные, накрученные пряди волос, и мне стало неловко за собственные старания произвести впечатление.

– Прекрасно выглядишь.

– Ты тоже, – улыбнулась я. – Подождешь, пока я поставлю цветы в вазу?

– Конечно, иди.

Вернувшись к Итану через пару минут, я вспомнила наш вчерашний поцелуй и посмотрела на его губы. Стоит ли мне подойти и?.. Нет, лучше об этом не думать.

– Готова? – спросил Итан, протягивая мне руку.

– Да! – чересчур эмоционально воскликнула я, и мне захотелось ударить себя по лбу. – Куда пойдем?

– Знаешь кинотеатр на Грегори-стрит?

– А он разве не закрыт?

Хитринка, проскочившая в глазах Итана, заставила меня улыбнуться.

– Что ты задумал?

– Идем, – подмигнул он, ведя меня за собой.

Заброшенный и давным-давно закрытый кинотеатр на Грегори-стрит представляет собой одноэтажное крохотное здание некогда ярко-бордового цвета. Оно прячется за россыпью высоких красных дубов и порослью разнообразных сорняков. Пробираясь ко входу в кинотеатр, я держала за руку Итана и представляла, как много лет назад в этом месте кипела жизнь. Толпы таких же, как мы, влюбленных подростков тайно пробирались на поздние сеансы и, спрятавшись на задних рядах, отдавались страсти.

– Аккуратно, – предупредил меня Итан, когда мы шли по обветшалому коридору.

Кое-где в полу не хватало коричневых досок, и нам приходилось постоянно смотреть себе под ноги.

– Интересное у тебя любимое место, – хихикнула я, разглядывая старые постеры на выцветших зеленых стенах.

– Иди прямо за мной, – попросил Итан, проходя первым в зал.

Большинство кресел просели от времени, а их тканевая обивка превратилась в труху. В душном помещении пахло сырой древесиной. Подняв голову, я обнаружила небольшую дыру в потолке, через которую сюда, вероятно, и попадает влага.

– Интересно, видно ли через нее звездное небо, – задумалась я вслух, глядя наверх.

– Совсем немного, – ответил Итан. – Нам нужно на двенадцатый ряд, пятнадцатое и шестнадцатое места.

– Почему именно они?

– Потому что они в самом центре. Оттуда лучше всего будет виден фильм.

– Какой еще фильм? Тут же ничего не работает…

– Ш-ш-ш! – прошипел Итан, поднимаясь по лесенке.

Когда мы добрались до нужных мест, он открыл рюкзак и, достав оттуда клетчатый флисовый плед, накрыл им кресла, покрытые пылью.

– Ух ты! – восхитилась я его заботой.

Следом за пледом он выудил пакет готового попкорна и две баночки колы.

– Лидия, садись скорее, фильм уже начинается.

– Хорошо-хорошо. – Плюхнувшись на шестнадцатое место, я устремила взгляд на стену напротив, туда, где висел порванный грязный экран. – Итак… что мы делаем?

– Тебя когда-нибудь разочаровывали фильмы, которые ты смотрела в кинотеатре? – спросил Итан, открывая упаковку попкорна.

– Сотню раз!

– И меня. Поэтому я подумал: почему бы нам с тобой не придумать сегодняшнее кино самим?

Улыбнувшись, я потянулась за баночкой колы.

– Хорошая идея.

– Тогда начнем?

– Чур, я первая, – сказала я, забросив в рот горсть попкорна.

– Валяй.

– Семья Элизабет переезжает в старинную усадьбу, где, по слухам местных, обитают привидения.

Наградив меня удивленным взглядом, Итан продолжил:

– Ее младший брат Дэниел с первых минут ощущает чье-то присутствие в доме. По ночам он слышит скрежет под своей кроватью, но как только в комнате загорается свет, все страшные звуки стихают.

– Родители не верят Дэниелу и просят его перестать сочинять небылицы.

– Единственная, кто понимает чувства мальчика, – это его сестра. Каждую ночь Элизабет видит странные сны.

– Ей является красивый парень, одетый в темно-синий сюртук. Он тянет к ней свои руки и просит о помощи.

– Незнакомец умоляет девушку спасти ему жизнь, но она не знает, как помочь тому, кто существует только в ее голове.

Довольный собой, Итан поиграл бровями. Немного подумав, я продолжила:

– Элизабет едет в городской архив, желая узнать о бывших владельцах усадьбы. Среди бумаг она находит документы о произошедшем много лет назад убийстве целой семьи. Единственный выживший в кровавой резне младший сын был передан на воспитание родному дяде.

– Дело об убийстве той семьи так и не раскрыли. Местные поговаривают, что их убил живущий в усадьбе мстительный дух, но Элизабет в это не верит.

– Она убеждена, что за смертью этих людей стоит реальный человек из крови и плоти, и есть только один способ узнать, что случилось в ту роковую ночь, – зловеще прошептала я.

– Эм… – ненадолго растерялся Итан.

– Элизабет обращается за помощью к известному в городе медиуму Филиппу, – продолжила я вместо него. – Мужчина прибывает в усадьбу спустя несколько дней.

– Несмотря на заверения Филиппа о безопасности проводимого ритуала, Элизабет знает, что нужно быть наготове. Когда мужчина входит в транс, его глаза закатываются, а голос изменяется до неузнаваемости. Девушка отстраняется от медиума, но уже поздно, он схватил ее за руку и не позволяет уйти. Элизабет догадывается, что телом Филиппа завладел живущий в усадьбе дух.

– Это дух того самого убитого парня, являющегося к ней во снах. Его звали Жерар и у него был характерный французский акцент. Он разозлился на Элизабет за то, что она привела в дом чужака.

– Девушка не узнает добродушного молодого человека, еще недавно жалобно просившего ее о помощи. Перед ней озлобленный мстительный дух, способный уничтожить ее. Элизабет пытается вырваться из его мертвой хватки, но все тщетно.

– Жерар сжимает ее руку, и девушка начинает плакать от боли. Она умоляет его остановиться и отпустить ее, но дух непреклонен. Элизабет понимает, что он собирается убить ее.

– Осознав, что все это время она пыталась помочь злодею, Элизабет спрашивает, зачем он убил свою семью: родителей, братьев и сестер.

– Но Жерар в ответ лишь злобно смеется.

– И говорит: «Такова моя природа».

– Следующим утром полиция города находит в усадьбе четыре трупа. В убийстве Элизабет, ее родителей и малыша Дэниела обвиняют Филиппа. Свидетели видели, как он покидал усадьбу, перепачканный кровью.

– Дело закрывают, а вскоре после этого в усадьбу заезжает новая семья, мечтающая обрести счастье на новом месте.

– Но Жерар уже ждет их, ему не терпится познакомиться с ними.

– Чертовски не терпится! – восклицает Итан, и мы смеемся.

– Мы сочинили самый клишированный из всех возможных фильм, – заявила я.

– Он точно провалится в прокате.

– Нет, если мы возьмем на роль Жерара красавчика.

– Чего-чего? – улыбнулся Итан. – Ты ходишь на фильм, только если в главной роли красавчик?

– Не только из-за этого, – закатила я глаза. – Но иногда это может привлечь мое внимание к фильму, который я не собиралась смотреть.

– Не думал, что ты захочешь сочинить фильм ужасов про привидение.

– Это первое, что пришло на ум, – призналась я.

– Я на тебя дурно влияю.

– Да, это определенно твое пагубное влияние на мой мозг.

– Значит, я тебя порчу?

Ухмыльнувшись, Итан потянулся к моему лицу. Проведя пальцами по щеке, он оставил легкий поцелуй у меня на шее.

– Совсем немного, – пропищала я.

– Спасибо, что поддержала мою странную авантюру.

– Мне понравилось. Надо как-нибудь повторить.

– Правда? – обрадовался Итан.

– Да, – кивнула я. – Но и в нормальный кинотеатр тоже нужно сходить.

Рассмеявшись, он пообещал:

– Сходим. Обязательно сходим.

– Куда теперь?

– Скоро увидишь.

Ведьмины руны и колдовские травы

Нашей следующей остановкой стала старинная библиотека Гост-Харбора.

Однажды в детстве я приходила сюда с Мэри, чтобы выбрать книгу, которую она читала мне перед сном. С тех пор это место совсем не изменилось. Все такое же двухэтажное здание из красного, потемневшего от времени кирпича, с куполообразной крышей и круглым витражным окном на чердаке. Над широкой входной дверью выбит герб Гост-Харбора – ворон, сидящий на ветви красного дуба.

– Здесь хранится множество интересующих меня книг, – сказал Итан, когда мы поднимались по ступенькам. – Я прихожу сюда, когда пытаюсь в чем-то разобраться. Совсем недавно закончил «Историю ведовства в Гост-Харборе».

– Только не говори, что в прошлом здесь тоже убивали ведьм…

– Не убивали. Когда-то в этом городе почитали всех, кто обладал сверхъестественными силами.

– Не то что сейчас, – вздохнула я.

– Может, будь я такой не один…

Как только мы вошли в библиотеку, голос Итана стал приглушенным. Когда он говорит таким тихим и осторожным голосом, каждое произносимое им слово приобретает таинственный оттенок.

– Здравствуйте, миссис Грим, – поздоровался он с пожилой леди, встретившей нас за стойкой администратора.

– Я как раз собиралась звонить тебе, – сказала она, улыбаясь. – Сегодня последний день возврата книги.

– Знаю, извините, что чуть не опоздал.

– Главное, что принес.

Ее взгляд переместился на меня, и я увидела, как в нем зарождается интерес.

– Кто это с тобой?

– Это Лидия, племянница Мэри, – представил меня Итан.

– Здравствуйте, – кивнула я.

– Мэри принесла в нашу библиотеку немало книг, она была заядлым книголюбом, – вспомнила миссис Грим. – Ты тоже любишь читать?

– Вообще-то, нет, – честно призналась я. – Но мне нравилось, когда тетя пересказывала сюжет прочитанного романа. Я любила слушать ее голос, и она была отличным рассказчиком.

– Истинная правда, – согласилась она. – Раньше в нашей библиотеке проходили вечерние чтения популярных книг. Мэри никогда не пропускала их и с радостью соглашалась побыть чтецом. Другие всегда слушали ее с большим удовольствием.

– Я не удивлена.

– Соболезную твоей утрате, Лидия. Мэри была важным членом нашего сообщества.

– Спасибо.

Благодарно улыбнувшись, я взглянула на стоящего рядом Итана. Поймав мой намекающий взгляд, он закашлялся.

– Мы пойдем, хочу показать Лидии здесь все, – объяснил он, уводя меня в сторону читального зала.

– Хорошо вам провести время, – пожелала нам миссис Грим. – Только не шумите.

– Все так хорошо отзываются о тете, – сказала я, когда мы отошли на достаточное расстояние.

– В городе ее правда любили, – заверил меня Итан.

– Надеюсь, убийца мистера Фокса не запятнал светлую память о Мэри.

– Когда дело закроют, случившееся на вечеринке забудется и все будут помнить только то, каким прекрасным человеком она была.

– Ты правда так думаешь? Или просто пытаешься успокоить меня?

– И то и другое, – улыбнулся он, заправляя прядь моих волос за ухо. – Идем, покажу тебе мой любимый уголок.

Пройдя через весь читальный зал, мы подошли к угловому высокому стеллажу. Большинство стоящих здесь книг – с темными корешками. Я пробежалась по ним кончиками пальцев, представляя, как то же самое делали жители Гост-Харбора из совсем другого времени, и взяла один из томов с полки.

– Он выглядит таким ветхим…

– Да, некоторым из этих книг много лет. Нужно быть осторожным, чтобы не повредить страницы.

– Лучше поставлю обратно.

Вернув книгу на полку, я оглянулась. В читальном зале сидели несколько человек, но только один из них показался мне знакомым.

– Это Одри там?

– Где? – обернулся Итан.

– Вон там, – указала я рукой. – Видишь, чья-то рыжая макушка?

– Может, это Кэри? Они с Эштоном часто ходят в библиотеку.

– Может, – согласилась я и вернулась к изучению стеллажа. – Какие из них твои фавориты?

– Любимые книги? Пожалуй, «Магия колдовских растений» и «Сила ведьминых рун».

Достав их с самой нижней полки, Итан направился в сторону расставленных у окна столов для чтения. Аккуратно открыв первый том, он поймал мой заинтересованный и отчасти завороженный взгляд и улыбнулся. Должно быть, он сомневался, что мне понравится такое свидание, но моя реакция говорила об обратном. Я искренне радовалась желанию Итана познакомить меня с неотъемлемой частью его жизни.

– Ведьмины руны отличаются от скандинавских, – сказал он, бережно листая книгу. – С их помощью можно проводить ритуалы и читать действенные заклинания. Такие руны – сильнейший магический атрибут. Я их еще не полностью освоил, но может, однажды…

– Звучит устрашающе, – прокомментировала я услышанное. – Ты же не подвергаешь себя опасности, изучая это?

Усмехнувшись, Итан потрепал меня по голове.

– Прическу испортишь! – возмутилась я, хотя мне понравилось, как он дурачится.

В этот момент мои чувства к нему стали еще сильнее.

– А здесь, – продолжил он, открывая темно-зеленую книгу с золотистыми тиснеными буквами на обложке, – собраны сведения о большинстве растений, обладающих магическими свойствами.

– Когда мы были в особняке, у тебя в руках был пучок сухой травы, – вспомнила я.

– Да, растения из этой книги часто используются в ритуалах. Еще из них можно изготавливать амулеты. – Отыскав нужную страницу, Итан указал на название главы. – Вот, смотри, любовные травы.

– Надеюсь, ты не использовал их, чтобы приворожить меня?

Рассмеявшись, он тут же накрыл свои губы ладонью.

– Это было слишком громко, – сказала я, улыбаясь. – Миссис Грим уже наверняка вызвала полицию нравов.

– О нет! – притворно ужаснулся Итан.

– За нарушение тишины суд запретит тебе посещать это место в ближайшие сто лет.

– О нет! Это же единственная в городе библиотека!

– А это и правда Одри, – кивнула я в сторону сидящей за другим длинным столом девушки.

Словно почувствовав мой взгляд, она вскинула голову и, оглядевшись по сторонам, наконец-то заметила наше присутствие. Я уже собиралась помахать ей, но она опять уткнулась в лежащую перед ней книгу.

– Грубиянка, – фыркнула я.

– Ее бабушка здесь, – сказал Итан.

Увидев, как он, нахмурившись, разглядывает Одри, я напряглась.

– Ты же говорил, она обрела покой…

– Так и есть. Но я чувствую, что она здесь из-за Одри.

– Почему?

– Не знаю. Как будто пытается уберечь ее от чего-то.

– Может, это из-за нас? – предположила я. – Когда ты недавно попросил ее о помощи, она не обрадовалась. Наверное, ты ее потревожил или типа того.

– Потревожил? – с сомнением в голосе переспросил Итан.

– Ну-у-у… взволновал.

– Знаешь, поведение этого духа два года назад и сейчас очень отличается.

– Логично, ведь два года назад не было всей этой истории с убийством мистера Фокса.

– В городе и раньше случались трагедии, – покачал он головой. – Дело не в этом. Но этот дух так сильно обеспокоен… Не знаю, Лидия, я сбит с толку.

– А ты уверен, что бабушка здесь из-за Одри?

– Похоже на то.

– Скажи ей об этом, – попросила я Итана.

– Зачем?

– Хочу увидеть ее реакцию.

– Одри расстроится, – сказал он, – вот и вся реакция. Лучше не надо.

– Ей известно, что ты общаешься с умершими, так?

– Так, – подтвердил Итан.

– Если Одри что-то скрывает, она испугается, что ты можешь узнать это от ее бабушки.

– К чему ты клонишь? Мы снова подозреваем ребят из школы?

– Да.

После утреннего разговора с папой моя уверенность в причастности к убийству Фокса кого-то из школы только возросла.

– Почему?

– Я уверена, что тот, кто принес тыкву на крыльцо, получил от меня приглашение на вечеринку.

Резко изменившись в лице, Итан перевел взгляд обратно на Одри.

– Раз ты так считаешь, то давай попробуем опросить всех еще раз.

– С сестрами Мартин я говорила без тебя, и теперь это кажется мне большим упущением.

– Ничего, сейчас наверстаем.

Взяв меня за руку, он направился к неподвижно сидящей Одри. Вероятно, услышав наши шаги, она подняла голову и бросила недовольное:

– Чего вам?

– Итан проводит мне экскурсию по Гост-Харбору, – сказала я.

– Поздравляю. – Тяжело вздохнув, Одри поправила густую рыжую челку. – В этом городе развелось слишком много парочек. Сначала моя сестра и этот ботан, теперь еще и вы.

– Скажи, – обратился к ней Итан, – ты же помнишь, как два года назад я помог вам с Кэри пообщаться и попрощаться с бабушкой?

– Почему ты спрашиваешь? – заметно напряглась она. – Знаешь же, что помню.

– Просто я был уверен, что она обрела покой, но ее дух стоит прямо за тобой.

– И зачем она здесь? – спросила Одри, даже не шелохнувшись.

Непохоже было, что ей есть что скрывать.

– Она не говорит, но выглядит обеспокоенной. Есть идеи, в чем может быть дело?

– А ты перестал быть медиумом? Возьми и спроси у нее сам.

– Мне это не нужно, – спокойно проговорил Итан. – Просто хотел сказать, что она о тебе беспокоится. Если знаешь, с чем связана ее тревога, попробуй разобраться с этим.

– Ладно, – кивнула она и снова открыла книгу.

– Увидимся в школе, Одри, – сказала я на прощание, но она никак не отреагировала на мои слова.

Со стороны могло показаться, что она читает, но ее взгляд был сфокусирован на одной точке. Наблюдая за ней украдкой, я пришла к выводу, что ей прекрасно известно, из-за чего переживает ее покойная бабушка. Вот только нам с Итаном об этом никак невозможно было узнать.

– Может, снова провернешь тот трюк? – предложила я, когда мы вышли из библиотеки.

– Это был не трюк, а крайне неприятный для духа и самого медиума ритуал, – ответил Итан, застегивая рюкзак, – вернув одну книгу, он взял две новые. – Я не стану повторять его.

– А вдруг это связано с мистером Фоксом? Он ведь был их репетитором и без пяти минут отчимом.

– И как нам это поможет?

– Может, Одри и Кэри знают о нем то, чего не знает даже полиция.

– Прямо как мы? – усмехнулся Итан. – Знаем, что он убийца, но не можем пойти с этим к твоему отцу, потому что у нас ни одного доказательства его вины.

– Не дави на больное! – застонала я.

– Лидия?

– Да? – посмотрела я на него.

– Почему ты сказала «тот, кто принес тыкву»? Разве это сделал не убийца?

Ненадолго замявшись, я все же решила рассказать ему то, что узнала от отца.

– Папа думает, что в этом деле замешаны двое.

– Убийц было двое? – удивился Итан.

– Или кто-то стал свидетелем убийства мистера Фокса, но скрыл это от полиции.

– А теперь его замучила совесть и он решил подбросить улику на порог детектива?

– Звучит логично, правда?

– Да, – согласился он, ободряюще улыбнувшись. – Похоже, твой папа идет по верному следу.

– Надеюсь.

– Зайдем ко мне? Я отдам тебе Джеральда.

– Конечно, идем, – кивнула я. – До сих пор не понимаю, как ему удалось сбежать. И как он нашел дорогу к тебе?

– Возможно, нильские крыланы гораздо умнее, чем мы думаем.

– Главное, что он в порядке. Я так испугалась, когда увидела, что он пропал.

– Прости.

– За что ты извиняешься?

– Наверное, я купил для него плохую клетку.

– Ну, не знаю, – пожала я плечами, – выглядит она вполне надежно. Но Джеральд, как ниндзя, просачивается сквозь решетку.

– Если хочешь, я могу на какое-то время оставить его у себя.

– Не нужно, мы только начали привыкать к нему. Думаю, все будет нормально.

– Уверена?

– Да. И я попрошу папу проверить замок клетки.

Когда мы подошли к дому Итана, из двери вышел его отец. Увидев сына, он недовольно сморщил нос и прошел мимо нас, ничего не сказав. Сев в автомобиль, мистер Блейк выехал со двора и отправился в сторону школы.

– Что это с ним? – робко уточнила я, боясь сказать что-то не то.

– Ничего, он всегда такой с тех пор, как умерла мама, – ответил Итан, доставая ключи из рюкзака.

– Вы не ладите?

– Мы не общаемся.

Открыв дверь, он жестом пригласил меня внутрь.

– Мне жаль, – сказала я, заходя в дом.

– Да ничего, я привык, – отмахнулся от моего сочувствия Итан и провел меня в гостиную. – Подожди тут, я схожу за Джеральдом.

– Хорошо.

Я ожидала увидеть фотографии или какие-нибудь памятные вещи, связанные с семьей, живущей в этом доме, но все стены и полки в комнате оказались пусты. На комоде, где стоит телевизор, лежала изрядно помятая газета. Подойдя ближе, я рассмотрела в углу страницы дату пятилетней давности.

– А вот и мы! – сообщил Итан.

Обернувшись, я увидела в его руках клетку, накрытую темной тканью.

– Накрыл, чтобы прохожие на него не глазели.

– Джеральд в порядке?

– Да, с ним все хорошо. Можешь не выпускать его сегодня, только покорми немного.

– Ладно, – улыбнулась я.

Непроизвольно бросив еще один взгляд на комод, я все же спросила:

– Зачем вы храните эту старую газету?

– Незадолго до маминой смерти мы участвовали в городском празднике. В тот день наша семья выиграла в забеге на длинную дистанцию, и мы попали на первую страницу газеты. Папа часто смотрит на сделанное в тот день фото и перечитывает статью, в которой о маме говорят не в прошедшем времени.

– Что с ней случилось?

– У нее с рождения было больное сердце. Со временем стало только хуже.

– А почему твой папа злится?

– Он считает, что во всем виноваты силы, которыми она обладала и которые теперь перешли ко мне, – объяснил Итан. – Отец думает, что со мной будет то же самое. Наверное, поэтому он решил отдалиться и возненавидеть меня, чтобы потом не было больно.

– Но он ведь не прав? – испугалась я. – Смерть твоей мамы никак не связана с тем, что она была медиумом?

– Конечно, нет. Он просто выдумывает, потому что никогда не одобрял то, чем она занималась.

– А теперь этим занимаешься ты…

– Да, но не ему судить нас с мамой.

– Разумеется, – кивнула я и решила поскорее закрыть болезненную для Итана тему. – А свою комнату ты мне не покажешь?

– Что? – встрепенулся он. – Хочешь увидеть мою комнату?

– Хотя бы одним глазком.

Его взгляд устремился на входную дверь.

– Уже поздно. Лучше в другой раз.

– Ладно, – сникла я, потому что у меня не вышло отвлечь его.

– Идем, провожу тебя.

– Это не обязательно, – остановила я Итана и забрала из его рук клетку с Джеральдом. – Ты сегодня и так много для меня сделал. Спасибо.

– Прости за скомканную концовку вечера, – извинился он, массируя затылок. – В этом доме всегда так. Настроение улетучивается, как только оказываешься внутри.

– Все хорошо, это не испортило мои впечатления о сегодняшнем дне. Надеюсь, и твои тоже.

Благодарно улыбнувшись, Итан прильнул к моим губам и оставил на них легкий поцелуй.

– Точно не хочешь, чтобы я тебя проводил?

– Нет, я прогуляюсь наедине со своими мыслями. Как раз подумаю о деле.

– Тогда увидимся в школе?

– Да, буду ждать тебя там.

Быстро чмокнув его в обе щеки, я развернулась и побрела к выходу.

Сказки

Проснувшись посреди ночи, я спустилась на первый этаж и уже шла в сторону кухни за стаканом воды, когда меня привлек голос отца, доносящийся из его кабинета. Прильнув к двери, я прислушалась к тому, что он говорил.

– Судя по характеру черепно-мозговой травмы, повлекшей за собой смерть, удар был нанесен сзади, – сказал папа, судя по всему, кому-то по телефону. – Тот факт, что убийца пробил левый висок жертвы, заставляет меня думать, что мы ищем левшу. Погоди минуту…

Испугавшись, что чем-то выдала свое присутствие, я отпрянула от двери и уже собиралась уйти, когда отец вновь подал голос:

– Итан Блейк говорил, что нападение на учителя произошло на школьной парковке… Да знаю я, что мы не можем полагаться на его экстрасенсорные показания, но давай считать этот тезис за теорему, которую нужно доказать или опровергнуть. По словам Итана, убийца напал сзади и ударил чем-то Габриэля Фокса, после чего тот потерял сознание. Это совпадает с имеющимся у нас на руках заключением о состоянии черепа. К сожалению, после исчезновения учителя полиция не произвела осмотр школьной парковки, а ведь там могла остаться кровь… Нет-нет, вы сделали что могли, не бери в голову. Да и убийца наверняка обо всем позаботился. Если бы на асфальте была кровь, ее бы точно заметили. Что думаешь о предположительном орудии убийства?.. Согласен, все указывает на то, что преступление не было спланировано. Кто-то подкараулил Фокса возле школы. Возможно, хотел поговорить, но в последний момент что-то пошло не так и он передумал. Схватил первый попавшийся под руку камень, подбежал и ударил жертву. Учитывая, что рана на черепе только одна, говорить о неконтролируемой ярости не приходится… Что говоришь?.. Да, очень похоже на состояние аффекта. Хорошая работа, Крейг. Отдохни немного. Увидимся утром.

Так и знала, что Итан прав. Нападение произошло на школьной парковке, и это в очередной раз навело меня на мысль, что к убийству причастен кто-то из школы. Но разве подросткам присуща подобная изобретательность? Убийца избавился от тела, и никто не мог найти его целый год, не говоря уже о том, что он поработал с кислотой или щелочью, чтобы избавиться от любых указывающих на него улик. Не представляю в этой роли никого из тех, кого допрашивала. Одно радовало: папа готов прислушаться к словам Итана.

Придя следующим утром в школу, я сгорала от нетерпения, желая как можно скорее поделиться тем, что узнала ночью, но Итана нигде не было. Мы с Эштоном успели повторить вслух все исторические даты, которые нам задали выучить, а он так и не пришел.

– Снова прогуливает? – спросил Эштон, когда я в очередной раз посмотрела на пустующую парту в третьем ряду.

– Не знаю.

– Может, появился срочный клиент?

Это предположение меня ничуть не успокоило, и я написала Итану сообщение.

Лидия: Где ты?

– Ты же помнишь, о чем мы договорились? – спросил Эштон, ритмично постукивая кончиком ручки по парте.

Накануне мы обсудили начинку и внешний вид торта, который я должна приготовить для Кэри.

– Конечно, – ответила я. – Сегодня после школы пойду за продуктами.

– Составить тебе компанию? Помогу донести пакеты.

– Ты мне не доверяешь?

– Что ты! – наигранно воскликнул он. – Просто хочу убедиться, что у тебя все под контролем.

– Это и называется недоверием, – прищурилась я. – Еще скажи, что будешь следить за мной, пока я готовлю.

– А можно? – оживился Эштон.

– Ни за что.

– Да я только одним глазком посмотрю, ты даже не заметишь мое присутствие!

– Ага, как же.

– Правда!

– Так я тебе и поверила.

В очередной раз проверив телефон и не увидев на экране сообщения от Итана, я напряглась.

– Твой дружок не придет, – вдруг сказал нависший надо мной Кит. – По дороге в школу я видел, как его арестовали возле дома мистера Фокса.

– Арестовали? – переспросила я, не веря в услышанное.

– Быть не может! – фыркнул Эштон.

– Я позвоню папе, – пробормотала я, поднимаясь с места.

Отец ответил мгновенно, будто уже давно ждал моего звонка.

– Дочка?

– Это правда? Итана арестовали?

– Задержали, – поправил он меня. – Стелла Фокс вызвала полицию, когда заметила его на своем заднем дворе. По ее словам, он пытался совершить какой-то ритуал.

– Ему выдвинут обвинение? – спросила я, похолодев.

– Я только что говорил со Стеллой Фокс, она не будет писать заявление. Но если это повторится…

– Не повторится! – чересчур эмоционально воскликнула я. – Итан больше никогда не подойдет к этому дому. Обещаю, пап.

– Его отпустят через сорок минут, – сообщил он мне, прекрасно зная, что за этим последует.

– Скоро буду.

Заметив, как я собираю вещи, Эштон, внимательно слушавший весь разговор, поинтересовался:

– Уверена, что он того стоит?

– Что? – обернулась я.

– Похоже, ты на многое готова пойти ради Итана. Вот я и спросил, стоит ли он того.

Ненадолго задержав задумчивый взгляд на Эштоне, я тряхнула головой и, улыбнувшись, выбежала из класса истории.

Когда я добралась до полицейского участка, Итан как раз выходил на улицу в сопровождении моего отца. Издалека уловив напряжение между ними, я поспешила их окликнуть.

– Эй!

– Не стоит прогуливать школу, Лидия, – назидательно сказал папа.

– Кто-то же должен был встретить Итана, – попыталась я оправдаться.

– Это еще зачем?

– Ну… когда человек выходит из тюрьмы, его всегда кто-то ждет…

– К счастью, до суда и тюрьмы дело не дошло, – произнес отец, бросив сердитый взгляд на стоящего рядом Итана, который все это время хранил молчание.

– Ну, мы пойдем, пап. – Взяв за руку Итана, я потащила его прочь от полицейского участка. – Увидимся дома!

– Проводи его и бегом обратно в школу! – крикнул вдогонку отец.

Дойдя до перекрестка, я остановилась и посмотрела на продолжающего молчать Итана.

– В чем дело? Зачем ты туда пошел? Что еще за ритуал?

– Ерунда, – только и сказал он, намереваясь идти дальше, но я придержала его за локоть.

– Что с тобой? Почему ты так странно себя ведешь?

– Мистер Фокс что-то скрыл от меня. Я просто пытался выяснить, что именно.

До этого дня Итан ни разу не выказывал сомнения в показаниях покойного учителя.

– С чего ты это взял?

– Убийство не было спланировано. Все случилось внезапно и в состоянии аффекта.

– И что? – на автомате уточнила я.

– А то, что убийца был зол на Фокса. Может, незадолго до нападения между ними произошла стычка. Я почти уверен, что их ссора случилась в школе. Все указывает на это.

– На что?

Чем больше он говорил, тем больше я задумывалась об источниках этой информации.

– Фокс шел к машине, когда преступник выбежал из школы и ударил его тяжелым камнем.

– Откуда ты знаешь про камень?

Я старалась не выдать своих подозрений, но существовал только один способ раздобыть эти сведения.

– Эм… – растерялся Итан, – от одного духа.

– Разве об этом не было известно только полиции? – бесцветным голосом спросила я.

– Ну да, – глухо отозвался он. – Этот дух – покойный родственник одного из полицейских.

– Чей именно?

Я хорошо запомнила имя коллеги, с которым папа общался ночью по телефону. Но Итан, как ни старался, не мог вызвать в памяти нужное воспоминание.

– Не знаю, – честно признался он. – Вылетело из головы.

– И как ты нашел этого духа?

– Случайно, по пути в школу.

– Почему ты врешь? – ужаснулась я. – В твоих словах нет ни капли правды.

– Что? – испугался Итан. – О чем ты?

– Этой ночью папа говорил об орудии убийства и состоянии аффекта, когда общался со своим коллегой по телефону. Я стояла за дверью его кабинета и все слышала. Но как об этом узнал ты?

– Я же сказал…

– Лучше будь честен, – посоветовала я, непроизвольно сделав два шага назад.

– Да брось, Лидия! – взмолился Итан, его голос задрожал, а в глазах отразилась неконтролируемая паника. – Почему ты не можешь просто поверить мне?

– Потому что ты врешь.

– Я не могу сказать правду. – Опустив обескураженный взгляд, он продолжил: – Ты не поймешь и… разозлишься.

– Если ты сейчас промолчишь…

– То что?

– Мы не сможем больше общаться, – договорила я. – Потому что я перестану доверять тебе.

– Похоже, этого в любом случае не избежать. – Тяжело вздохнув, Итан посмотрел мне в глаза. – Прости, Лидия.

– За что? – прошептала я.

– Ты когда-нибудь слышала о фамильярах?

– Черный кот Салем из сериала про Сабрину, кажется, был ее фамильяром, – смутно припомнила я.

– Верно. Фамильяр – это дух, призванный служить тому, кто практикует магию, – поведал Итан. – Как правило, он обитает в теле животного, хотя его разум ничем не уступает человеческому.

– К чему эти сказки, Итан? – не выдержала я.

– Это не сказки, – спокойно возразил он. – Мой фамильяр – Джеральд. Я принес его в ваш дом, чтобы следить за твоим отцом. Он мои глаза и уши. Именно так я обо всем и узнал.

Ненадолго замерев на месте, я попыталась осмыслить услышанное.

– Джеральд не принадлежал моей тете? – Дождавшись, когда Итан кивнет, я продолжила: – И ты выдумал это специально, чтобы поселить его у меня и собирать через него всю необходимую информацию?

– Я знал, что мистер Фокс мертв, и хотел выяснить, что известно новому детективу полиции.

– Зачем?

– Лидия, я в одиночку расследовал это дело целый год с тех пор, как дух мистера Фокса возник рядом со мной в кабинете истории. Когда появилась возможность подобраться к твоему отцу, я воспользовался моментом и пришел к тебе на вечеринку.

От переизбытка эмоций у меня закружилась голова.

– Но… как же моя тетя? Она помогла тебе доказать, что ты медиум. Если бы не ее слова, я бы никогда тебе не поверила…

– Фамильяры – еще и отличные защитники. Ты ведь видела, как Джеральд помог мне, когда я не мог прийти в себя после ритуала в заброшенном особняке.

– Там была стая летучих мышей, а не крылан.

– Там был только Джеральд, просто он навел на тебя морок, чтобы ты его не увидела.

Не в силах вымолвить ни слова, я ненадолго прикрыла глаза.

– Я пообещал твоей тете, что в случае опасности мой фамильяр тебя защитит, – объяснил Итан. – Поэтому она и согласилась помочь.

– Зачем ты скрывал все это? – покачала я головой.

– После того как ты узнала о ведьмовстве, я правда собирался тебе сказать, но решил немного подождать.

– Почему?

– Потому что все было слишком хорошо и я боялся это потерять.

– Ты обманул всю мою семью, – медленно проговорила я. – Заставил думать, что Джеральд принадлежал Мэри, по которой мы так сильно скучаем. Ты воспользовался нашей скорбью только затем, чтобы подобраться к папе. Выходит, полицейские сводки тебя интересуют куда сильнее, чем я.

– Да о чем ты, Лидия?! – вспылил Итан. – Я делал что мог и при этом старался никому не навредить!

– Не хочу видеть тебя, – с неприкрытой неприязнью в голосе бросила я.

– Прости, если проявил неуважение к вашему горю, – тихо сказал он, – но у меня не было выбора. И мой интерес к тебе никак не связан с этим делом. Ты понравилась мне задолго до того, как мы сблизились.

– Ты врешь.

– Лидия, это правда. Я же говорил, что видел тебя через воспоминания твоей тети. И потом в школе, когда ты переехала.

– Я тебе больше не верю, – попятилась я.

– Но…

Он попытался подойти ближе, но я остановила его, вытянув перед собой руку.

– Не подходи ко мне. И забери своего дурацкого шпиона из моего дома.

– Ладно, – вымученно произнес Итан. – Я зайду за ним вечером.

– Оставлю его на крыльце.

– Пожалуйста, прости меня, – извинился он и предпринял еще одну попытку приблизиться ко мне.

– Я возвращаюсь в школу.

Я уже развернулась, чтобы уйти, когда меня остановил его голос:

– Если бы только у меня был выбор…

– Уверена, он был, – сказала я, не оборачиваясь. – Но Эштон прав: ты всегда выбираешь мир духов. Мертвые для тебя куда важнее живых.

– Это не так, – возразил он.

– Да неужели? – фыркнула я и, оставив его одного посреди пустой улицы, поспешила в школу.

Обещания и пирог с орехами пекан

Мама и виду не подала, что удивлена появлению в нашем доме Эштона с двумя пакетами продуктов в руках. Но, когда я прошла мимо нее с клеткой в руках, попутно заявив, что возвращаю крылана его истинному владельцу, промолчать она уже не смогла.

– Что все это значит? – спросила она, выйдя ко мне на крыльцо. – Ты собираешься оставить его здесь?

– Да, Итан заберет его.

– Почему?

– Потому что он соврал. Джеральд никогда не принадлежал Мэри. Он всегда был питомцем Итана.

– И зачем он нам врал? – нахмурилась мама.

– Пытался втереться в доверие, потому что папа работает в полиции.

Нет смысла пытаться объяснить ей, кто такие фамильяры, учитывая мои собственные скудные познания.

– Вы поссорились?

– В пух и прах, – подтвердила я.

– Сочувствую, милая. – Тепло улыбнувшись, она ласково погладила меня по щеке. – А кто этот мальчик у нас в кухне?

– Это Эштон. Он заказал у меня торт для своей девушки.

– Ну ничего себе! – воскликнула мама, искренне обрадовавшись. – Прекрасные новости!

– А еще сегодня вечером я иду на собеседование в кондитерскую на Ферн-вэй.

– Что за работа?

– Помогать в зале, на кассе и, возможно, с готовкой.

– Уверена, что сможешь совмещать с учебой? Выпускной год все-таки…

– Не знаю, мам. Но хочется попробовать.

– Хорошо, – довольно кивнула она. – Попробуй. Уверена, у тебя получится.

– Спасибо, – благодарно улыбнулась я.

Мамина поддержка – именно то, что мне было нужно.

– Может, зря ты бросаешь Джеральда на крыльце? Вдруг его кто-нибудь украдет?

– О, поверь, с ним точно ничего не случится.

Проигнорировав скрытый смысл моих слов, мама решила не спорить со мной и молча вернулась в дом.

– Выпусти меня, я сам вернусь к Итану, – раздался хриплый мужской голос.

– Что? – подпрыгнула я на месте.

Заметив движение в клетке, я наклонилась, чтобы приподнять темную ткань.

– Это ты сказал?

– А ты видишь здесь кого-то еще? – язвительно поинтересовался Джеральд.

– Ты умеешь говорить?

Присмотревшись к его крошечному рту, я попыталась понять, откуда идет звук.

– Открой клетку, Лидия, – повторил он недавнюю просьбу.

Я продолжала с интересом рассматривать крылана, прильнувшего к прутьям.

– Почему у тебя такой старческий голос?

– Он общается с тобой ментально, – объяснил возникший на крыльце Итан.

Опустившись за клеткой, он встретился со мной взглядом.

– Его голос такой, каким ты сама его представляешь.

– Бред какой-то, – фыркнула я, поднимаясь с корточек. – А его внешность – тоже морок?

– Нет, но, будучи фамильяром моей мамы, он жил в теле обычной летучей мыши.

– Так он передается по наследству?

– Можно и так сказать, – подтвердил Итан, робко улыбнувшись. – Он бы никогда вам не навредил, Лидия. У тебя нет причин ненавидеть его.

– Конечно, нет, ведь он просто выполнял твои указания.

– Он мой помощник и защитник, можно даже сказать, член семьи, но никак не слуга, – довольно резко поправил меня Итан.

– Мне все равно. Уходите.

Из-за моих слов его каре-зеленые глаза наполнились болью.

– Зачем ты так?

– А ты? Как можно было так поступить?

– Я должен был узнать, кто убил мистера Фокса.

– Мы все хотим узнать, кто это был, Итан. Но не все из нас готовы пойти на такую подлость. – Немного подумав, я добавила: – Больше всего меня обижает то, как рьяно ты отстаивал права духов, когда я просила допросить их. Но о правах моей семьи ты почему-то не подумал.

– Прости. Я правда не подумал, как это будет выглядеть, когда вскроется правда.

– Это выглядит как чертово предательство! – выпалила я. – И я не знаю, как теперь доверять тебе!

– Мне жаль, Лидия. Я этого совсем не хотел.

– Скажи честно, ты мне все рассказал? Или есть что-то еще, о чем ты умолчал?

Тяжело вздохнув, он покачал головой и сказал:

– Пожалуй, мне лучше уйти.

– Так и знала, – прошептала я, наблюдая за его удаляющейся спиной.

Итан пытался выяснить, что от него скрыл мистер Фокс, а меня интересовали его собственные тайны. Стоя на крыльце, я обдумывала, может ли он быть причастен к убийству учителя, и не находила ни единой причины подозревать его.

– Думал, ты сбежала, – со смешком сказал Эштон, сидящий за столом с белой кружкой в руках.

– Это чай? – поинтересовалась я, наклонившись к нему.

– Да. В отличие от тебя, твоя мама оказалась очень гостеприимной хозяйкой.

– С этим не поспоришь, – согласилась я, осматривая содержимое пакетов. – Что ж, начнем.

– Как дела у Итана? – спросил Эштон, когда я достала миску из подвесного шкафчика.

– Ну, он не в тюрьме, и это главное.

– Да, это определенно успех. – Рассмеявшись, Эштон поднялся со стула и подошел ко мне, чтобы посмотреть, как я смешиваю ингредиенты для бисквита. – Может, проведешь мне мастер-класс?

– Ты же обещал не мешать, – напомнила я, бросив на него укоризненный взгляд.

– Не смог устоять.

Видя, как он хлопает своими невинными карими глазами, я не сдержалась и улыбнулась.

– Кэри понравится торт, – сказала я, – обещаю.

– Надеюсь, – отозвался вернувшийся за стол Эштон. – После всего, что случилось, ей необходимо как можно больше позитивных эмоций.

– Она до сих пор скорбит? – осторожно поинтересовалась я.

– Скорее, не может поверить в произошедшее.

– Понимаю, я тоже все еще в стадии принятии ухода моей тети.

– Соболезную, Лидс.

Обернувшись и увидев искреннее сочувствие на лице Эштона, я снова улыбнулась.

– Спасибо.

– Ты же знаешь, что отец Кэри и Одри погиб?

– Да, я слышала об этом.

– Они тяжело пережили его смерть… А мистер Фокс… он…

– Что?

Моя рука, держащая венчик, замерла над миской.

– Ничего, – ответил Эштон, словно пожалев о произнесенных словах. – Забудь.

Поджав губы, я размышляла о том, насколько хорошо он знает семью сестер Мартин. Каковы шансы, что ему известно о романе Эшли и Габриэля? Все же решив рискнуть, я сказала:

– Недавно я подслушала папин разговор. Это касалось алиби Эшли Мартин.

– Алиби? – чересчур громко воскликнул Эштон.

Обернувшись, я заметила, как напряглись мышцы на его точеном лице.

– Зачем оно ей?

– Вероятно, затем, что она была любовницей убитого.

Очевидно, его эта новость совсем не удивила.

– Ты говорила об этом кому-нибудь?

– Итан тоже в курсе, – честно призналась я. – Но он узнал это не от меня.

– Наверное, духи постарались, – кивнул Эштон и откинулся на спинку стула. – Пусть так и остается. Об этом лучше не распространяться.

– Думаешь, никто не в курсе их тайного романа? Такое трудно утаить.

– Всей правды все равно никому не узнать.

– Конечно, – согласилась я, не до конца понимая, с чем именно. – Но кое-кто в школе сказал мне, что для сестер мистер Фокс был как отец.

– Да, особенно для Кэри.

– А Одри?

– Эм… – задумался он. – В какой-то момент ее отношение к нему изменилось. Но я не знаю, с чем это связано.

– Изменилось? – переспросила я, отложив в сторону готовое тесто. – Как именно?

– Одри не говорила этого напрямую, но…

– Но?..

– Мне показалось, что он стал неприятен ей.

Я почувствовала, как у меня разгоняется пульс и как холодеют ладони в ожидании очередной зацепки.

– Когда?

– В прошлом году, – ответил Эштон, видимо, не придавая значения своим словам.

– А точнее?

– В сентябре, думаю. В то время как раз произошла эта история с буллингом Молли. И мистер Фокс исчез.

– Интересно, почему Одри так резко разочаровалась в любимом учителе? – задумалась я вслух. – В человеке, который старался заменить ей отца…

– Учитывая, как Фокс вел себя со мной, – вспомнил Эштон, – он мог запросто выкинуть что-то подобное и с Одри.

– Наверное, – отозвалась я, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица.

Внутри же у меня все клокотало от переизбытка эмоций.

– Долго ты так стоять планируешь?

Ничего не ответив, я молча вернулась к приготовлению торта, но думать о причастности Одри к смерти Габриэля Фокса не перестала.

– Ты что, реально устраиваешься в кондитерскую на Ферн-вэй? – обомлел Эштон, когда мы позже дошли до перекрестка, на котором наши пути расходились.

В руках он держал белую коробку с тортом, перевязанную атласной желтой ленточкой.

– Лидия, тебе следует сражаться с врагом, а не пополнять его ряды!

– Перестань, – рассмеялась я.

К моему удивлению, в последние дни он веселил меня гораздо чаще, чем раздражал. Даже его колкие и полные ехидства замечания перестали казаться чем-то обидным.

– Надеюсь, ты собираешься переманить всех их клиентов. Иначе зачем это?

– Я постараюсь… Не забудь поставить торт в холодильник.

– Шутишь, что ли? Это, – указал он подбородком на коробку в руках, – самое ценное, что я держал в своей жизни!

– Ну хорошо. Увидимся в школе. Буду ждать подробный отчет о впечатлениях Кэри.

– Я собираюсь заявиться к ней рано утром с тортом и шариками, – поделился Эштон. – Только бы дверь открыла не разъяренная Одри!

– Вы с ней не ладите? – тихонько уточнила я, состроив безразличный вид.

– Я бы так не сказал. Мы в нормальных отношениях, но иногда она чересчур сильно опекает Кэри.

– Наверное, заботится о ней на правах старшей сестры.

– Ну да, но так ведь не всегда было.

– А как было раньше?

Мне все труднее давалось незаинтересованное выражение лица. Все мое тело кричало о том, как я жажду получить ответы на свои вопросы.

– Одри тусовалась с чирлидершами и другими крутыми ребятами из школы, и до прошлого года Кэри никогда не входила в их компанию.

– Может, ей стало стыдно? – предположила я, хотя не сомневалась, что причина в чем-то другом.

– Это же Одри, – пожал плечами Эштон. – Никогда не знаешь, что у нее на уме.

– Да уж… Ладно, я пойду: кондитерская вот-вот закроется.

– Удачи, Лидс.

– И тебе удачи завтра, – улыбнулась я, представляя, как он стоит перед домом семьи Мартин с охапкой шаров и приготовленным мною тортом.

Добравшись до Ферн-вэй, я огляделась. Парковка перед кондитерской почти опустела, но на другом ее конце стоял знакомый красный автомобиль. Готова поклясться, что Одри ездит именно на таком.

– Лидия! – воскликнула настежь открывшая дверь Лили. – Ты чего стоишь? Заходи!

– Да я просто… – растерянно пробормотала я, не сводя глаз с заветной машины. – Вы уже закрылись?

– Провожаем последних посетителей, но я уже готова поболтать с тобой.

– Хорошо.

Войдя внутрь, я снова посмотрела по сторонам. В самом конце зала виднелась рыжая макушка, сидящая напротив Кита Фостера и Стефани Рассел. «Ничего особенного, – подумала я про себя, – просто одноклассники, сидящие в любимой кондитерской».

– Итак, – начала Лили, подведя меня к одному из пустых столиков, – какие у тебя ожидания от этой работы?

– Я просто люблю готовить, – ответила я. – И для меня нет ничего важнее, чем заниматься кондитерским искусством.

– Приятно встретить человека, столь увлеченного нашим делом, – доброжелательно улыбнулась она. – Но эта кондитерская – семейный бизнес. Из поколения в поколение мы передаем друг другу наши фирменные рецепты и тщательно заботимся о качестве изготавливаемой продукции.

– Семейный бизнес?

– Да, почти все здешние сотрудники носят одну фамилию. Но мы не против новеньких, твоя помощь будет как нельзя кстати.

– Но готовить я не смогу?

– Только если помогать с заготовками. Ничего такого, что требует особого мастерства.

– Ладно, – кивнула я, – понятно. Это не совсем то, что мне нужно, но я готова попробовать.

– Нам нужен человек с пяти до девяти вечера с четверга по субботу и с восьми утра до девяти вечера в воскресенье, – сказала Лили, поднимаясь с места. – Если тебе это подходит, приходи в среду, чтобы я ввела тебя в курс дела и выдала униформу.

– Хорошо, я приду.

– Вот и договорились! – Хлопнув в ладоши, она развернулась, чтобы уйти, но в последний момент снова обратилась ко мне: – У нас осталось несколько непроданных десертов – могу я угостить тебя?

– Буду рада. – Расплывшись в благодарной улыбке, я представила, как мама пробует один из здешних кондитерских шедевров. – Угощу родителей.

– Сейчас принесу!

Как только Лили отлучилась к витрине, я посмотрела в ту сторону, где сидели ребята из школы. Уже облачившиеся в куртки Кит и Стефани не переставали смеяться и прижиматься друг к другу, как типичная слащавая парочка (и когда я стала такой злюкой?), пока возвышающаяся над ними Одри допивала свой молочный коктейль бледно-розового оттенка.

У меня не было ни единого козыря в рукаве, который позволил бы мне надавить на Одри. Если попытаюсь снова допросить ее, она просто уйдет, покрутив пальцем у виска. Даже Итан, имеющий связь с покойной бабушкой Одри, не смог разговорить ее, мне точно не удастся вывести ее на чистую воду. И я не могу просить об этом папу. Что же делать?..

– Держи. – Лили поставила передо мной небольшую прозрачную коробку с логотипом кондитерской. – Надеюсь, тебе и твоим родителям все понравится.

– Непременно, – улыбнулась я, поднимаясь с места. – Спасибо большое!

– Пожалуйста! Увидимся в среду!

– До свидания!

Выйдя наружу, я направилась прямиком к машине Одри. Сама не зная, что ищу, я осматривала каждый дюйм красного автомобиля, пока кто-то не окликнул меня по имени.

– Лидия?

– О… – только и вымолвила я.

– Что «о»? – спросила Одри, подойдя к водительской дверце. – Ты заблудилась?

– Нет, но… кажется, я подвернула ногу. Не подвезешь меня хотя бы до перекрестка?

– Ну не бросать же тебя здесь, – ответила она, явно расслабившись. – Садись.

Оказавшись в бежевом и приятно пахнущем бабл-гамом салоне, я положила коробку с десертом на колени и потянулась за ремнем безопасности. Собрав длинные рыжие волосы в хвост, Одри отпила воды из многоразовой бутылки, с которой она не расстается на физкультуре.

– Все еще ведешь свое расследование? – вдруг поинтересовалась она.

– Этим занимается мой отец, – ответила я, наблюдая за тем, как она подкрашивает прозрачным бальзамом губы. – Мне просто было любопытно, чей череп нашли на пороге нашего дома.

Наградив меня вопросительным взглядом светло-зеленых глаз, она вставила ключ в замок зажигания и посмотрела в зеркало заднего вида.

– То есть, конечно, я знала, чей это череп. Но меня интересовало, что он за человек, понимаешь?

– И зачем тебе это знать? – спросила Одри, осторожно выезжая с парковки на проезжую часть. – Разве это важно?

– Естественно. Никто не заслуживает такой смерти, – сказала я, тщательно подбирая слова. – Но иногда и с плохими людьми случаются плохие вещи. Понимаешь, о чем я?

– О том, что ты обрадуешься, если Габриэль окажется негодяем?

– И вовсе я не обрадуюсь! – горячо возразила я.

Благодаря видениям Итана как минимум три жителя Гост-Харбора узнали, что именно негодяем убитый учитель и был. Но возможно, об этом известно не только нам.

– Тебе повезло, – заявила Одри, попутно спрашивая у меня дорогу к дому. – Здесь направо?

– Да, – подтвердила я. – Почему повезло?

– Потому что ты не была знакома с ним.

– Что ты имеешь в виду?

– Не нужно тратить свое время на этого человека, Лидия. Тебе не нужно узнавать его. Он этого просто не стоит. Ни живой, ни мертвый.

Не дав себе времени обдумать ее внезапные искренние слова, я спросила:

– Он что-то сделал?.. С твоей сестрой?

– Он и пальцем ее не тронул, – процедила Одри, бросив на меня мимолетный, полный удивления взгляд.

– Это хорошо.

Облегченно выдохнув, я избавилась от душивших меня подозрений.

– Но он мог бы.

– Что? – вновь встрепенулась я.

– Он был способен навредить Кэри. А может, и не только ей. Но, к счастью для нас всех, его кто-то убил.

Сглотнув подступивший к горлу комок, я вцепилась в дверную ручку.

– Ты рада, что он мертв?

– Рада? – фыркнула она. – Да я чертовски счастлива, что больше никогда не увижу его!

– Но ведь… это же не ты его убила, правда?

Я столько раз смотрела фильмы, в которых главный герой оказывается наедине с предполагаемым преступником и задает этот опасный, рискованный вопрос, но никогда не думала, что сама окажусь в таком положении.

– Я его не убивала, – уверенно ответила Одри, но что-то в ее интонации заставило меня тут же усомниться в этих словах.

– Ну конечно. Я это не всерьез спросила, – отмахнулась я, постаравшись перевести все в шутку. – Вот здесь поверни налево. Третий дом справа.

– Приехали, – объявила Одри, паркуясь. – Дойти до двери сможешь?

Если честно, легенда о поврежденной ноге уже давно вылетела из моей головы.

– Попробую, – тихо сказала я, продолжая сидеть на месте. – Спасибо, что подвезла.

– Твой отец кого-нибудь подозревает?

Застигнутая врасплох этим вопросом, я не сразу обратила внимание на отчетливое беспокойство в голосе Одри.

– Нет. Насколько мне известно, он зашел в тупик, – ответила я, посмотрев ей в глаза.

Готова поспорить на все деньги, которые у меня есть, что по ее лицу пробежала тень облегчения.

– Увидимся в школе, Одри, – кивнула я, улыбнувшись. – Еще раз спасибо.

– Пока, Лидия.

Пронаблюдав за тем, как ее машина скрывается за поворотом, я решила открыть коробку из кондитерской. Обнаружив внутри три больших куска пирога с орехами пекан, я моргнула. Нельзя было придавать значения ни острой боли в сердце, ни ногам, отчаянно стремившимся пойти вниз по улице прямиком к дому Итана. Но никто в нашей семье не любит слишком сладкую выпечку…

Не дав себе времени на сомнения, я почти бегом добралась до знакомой двери. На втором этаже горел свет. Нельзя стучать в столь позднее время, его отцу бы это точно не понравилось. Достав из кармана телефон, я быстро напечатала сообщение.

Лидия: Пожалуйста, выйди ненадолго на улицу.

Итан появился через пару минут. На нем были домашние спортивные штаны и мешковатый джемпер с каким-то символом.

– Привет, – поздоровался он, не решаясь подойти ближе.

Его ноги застыли на пороге, но, похоже, отчаянно желали сделать шаг вперед.

– Извини за внезапный визит, – сказала я, не поднимая головы. – Я ходила на собеседование, и… В общем, у меня здесь твой любимый пирог. Возьмешь?

– Ты шла одна по темноте, чтобы отдать мне пирог? – Спустившись с порога, Итан за долю секунды преодолел разделявшее нас расстояние. – С ума сошла?

– Можно было обойтись простым «спасибо».

Вручив ему коробку, я посмотрела в его встревоженные и все еще грустные глаза. И тут мое сердце не выдержало.

– Прости меня, Итан. Я не хотела грубить, но ты очень сильно разозлил меня.

– Можешь грубить мне сколько нужно. Я это заслужил.

– Да, но я ведь сама сказала, что принимаю все, чем ты занимаешься. Пообещала, что не буду осуждать. – Тяжело вздохнув, я зажмурилась. – Ты делал то же, что и всегда: пытался любой ценой узнать правду. Мы вместе допрашивали наших одноклассников, я была рядом, пока ты проводил ритуал. Конечно, ты не желаешь зла моей семье. Я знаю это, но не могу не обижаться.

– Лидия, ты имеешь полное право злиться… – согласился Итан.

Его глаза наполнились сожалением, и я крепко сжала его ладонь.

– …только пообещай, что настанет день, когда ты меня простишь.

– Обещаю, – робко улыбнулась я.

– Подожди здесь, я возьму куртку и обуюсь, чтобы проводить тебя.

– Хорошо, спасибо.

Пройдя половину пути в абсолютном молчании, мы вдруг синхронно заговорили:

– Слушай…

– Я…

Неловко переглянувшись, мы снова ненадолго затихли.

– Ты первая, – наконец сказал Итан.

– Кажется, я знаю, почему ты видел бабушку сестер Мартин.

– Ты что-то выяснила?

– Думаю, убийство Ноа Уилсона – не единственное преступление Габриэля Фокса.

Итан резко остановился.

– Что еще он натворил?

– Не уверена, но, похоже, это как-то связано с Кэри, – ответила я, наблюдая за тем, как изо рта выплывают клубы пара. – Эштон сказал, что прошлой осенью Одри начала излишне опекать сестру, чего раньше никогда не было. Тогда же, по его словам, изменилось ее отношение к мистеру Фоксу.

– Это правда, – подтвердил Итан. – До прошлого года Одри никогда не тусовалась с Кэри. Они всегда были в разных компаниях.

– Сегодня Одри подвозила меня домой, и она четко дала понять, что ее осчастливила смерть Габриэля.

– Серьезно?

– Да. И ее точно обрадовала новость, что у моего отца нет подозреваемых. Думаю, она знает, кто убийца.

– Тот самый свидетель, о котором ты говорила?

– Вряд ли, – покачала я головой. – Свидетель, подбросивший череп на крыльцо нашего дома, явно хотел изобличить убийцу. А Одри, наоборот, его покрывает.

– Лидия, – откашлявшись, начал Итан, – ты же понимаешь, что все это… ну… нельзя доказать?

– Понимаю, поэтому и предлагаю снова сотрудничать.

– Согласен, – улыбнулся он, пряча ладони в карманы куртки. – В одиночку мне никак не справиться.

– Давай подумаем над этим вместе? – тихо предложила я.

– Давай, – мгновенно согласился он. – Завтра?

– Завтра.

Вопиющая клевета

Впервые в жизни, заходя в школу, я испытывала столь сильное предвкушение. Мне не терпелось вернуться к расследованию и взглянуть на дело под новым углом. Я чувствовала, что мы с Итаном близки к разгадке, и моя уверенность в успехе крепла с каждым шагом по школьному коридору.

– Доброе утро, мисс Осборн, – поздоровалась я, войдя одной из первых в кабинет химии.

– Лидия, – широко улыбнулась она. – Как прошел твой разговор с родителями?

– О… ну… я все же решила остановиться на профессии врача, – ответила я, вовремя сообразив, о чем идет речь.

– Тебе предстоит долгий путь.

– Знаю. Надеюсь, что справлюсь.

– Уверена, так и будет. – Поднявшись с места, мисс Осборн протянула мне стопку листов. – Сегодня у нас небольшая контрольная по пройденной теме. Разложи, пожалуйста, материалы, пока остальные не пришли.

– Конечно.

Оставив на каждой парте по листку с заданиями, я подошла к учительнице, чтобы вернуть лишние экземпляры.

– Спасибо, Лидия, – поблагодарила она меня, заполняя ежедневник.

Я уже собиралась занять свое место, когда лежащий на краю стола телефон мисс Осборн завибрировал.

– Напоминание, – объяснила она, заметив мой сосредоточенный на ее экране взгляд. – Сегодня день рождения у нашего директора.

– Это Ноа Уилсон? – указала я на заставку ее телефона, стараясь не выдать охватившего меня волнения.

– Ты о нем слышала? – тихо спросила мисс Осборн. – О том, что с ним случилось?

– Да. Ужасная трагедия.

– Так и есть… Ноа – мой племянник.

– Вы его тетя?

Мой голос едва не сорвался на слове «тетя». Так много оно значит для меня самой.

– Да, мама Ноа – моя родная сестра, – подтвердила она.

– Соболезную, мисс.

– Несколько лет прошло. Мне уже гораздо легче.

Однако, несмотря на отчаянную попытку абстрагироваться от случившегося, у нее в глазах заблестели слезы.

– Жаль, что убийцу Ноа так и не нашли, – сказала я и застыла в ожидании ее реакции.

– Да, – безэмоционально согласилась она, – очень жаль.

Непохоже, что она жаждала возмездия. Может, потому что оно уже наступило? Мне не хотелось уходить, не попытавшись выяснить как можно больше.

– А вы не обращались за помощью к Итану? Говорят, он общается с духами.

– Лидия, я человек науки, – ответила мисс Осборн. – Я бы предала свои принципы, если бы начала верить во все, что болтают в городе.

– И вы бы не воспользовались шансом узнать правду?

– Мне это не нужно.

– Но как же…

– Урок вот-вот начнется, Лидия.

Класс начал заполняться учениками, и мне пришлось занять свое место. Не замечая ничего вокруг, я обдумывала то, что узнала.

Месть – одна из наиболее вероятных причин убийства. Всем, кто когда-либо был на месте семьи Ноа, знакомо желание наказать обидчика. Без этого никак. Если бы мою тетю убил не запущенный рак, а реальный человек, я бы точно захотела отомстить. Вот только не все переходят от идеи к действию. Да и откуда мисс Осборн знать, кто убил ее племянника? Об этом не знал даже Гэвин Уилсон.

К реальности меня вернул буквально светящийся от счастья Эштон.

– Лидс! – воскликнул он, барабаня по парте. – У тебя золотые руки!

– Кэри понравился торт?

Я изо всех сил старалась проявить участие, хотя мои мысли блуждали где-то далеко.

– Это чистый восторг, Лидс! Никакая выпечка с Ферн-вэй не сравнится с тем, что ты вчера приготовила!

– А ты мне, случаем, не льстишь? – прищурилась я. – Ну, чтобы получить скидку на следующий заказ.

– Какой заказ? – поинтересовался подошедший к нам Итан.

Сегодня его темные волосы были тщательно уложены и аккуратно зачесаны назад. Выглядел он так, будто старался произвести хорошее впечатление на будущего работодателя, и меня эта ассоциация искренне позабавила.

– Почему ты смеешься?

– Просто ты похож на офисного клерка, – объяснила я свой внезапный смешок.

– После школы я еду сдавать экзамен на права.

– Оу, – моргнула я, – ты не говорил…

– Я собирался заняться этим в конце октября, но… произошло сами знаете что.

– Только не делай такое напряженное лицо, когда тебя будут фотографировать, – посоветовал ему Эштон. – Расслабься хоть раз в жизни.

– Так о каком заказе вы говорили? – повторил свой вопрос Итан, проигнорировав совет от бывшего друга.

– Я приготовила ему торт, – ответила я. – И все прошло хорошо.

– По-другому и быть не могло, – улыбнулся он.

– Займите свои места, – попросила мисс Осборн, поднявшаяся из-за стола, чтобы начать урок.

Звук ее голоса вернул меня к недавним размышлениям. Достав телефон, я быстро напечатала сообщение Итану.

Лидия: Ты знал, что Ноа – племянник мисс Осборн?

Итан: Да, а что?

Лидия: Почему ты мне не сказал?

Итан: А это важно?

Лидия: У нее был мотив убить Фокса.

Итан: Да, но она никак не могла узнать, что это он сбил Ноа.

Лидия: А вдруг могла?

Итан: Тогда почему она не рассказала об этом Уилсону?

Лидия: Потому что совершила убийство.

Итан: Ты выдумываешь.

Лидия: Ты никогда не видел Ноа?

Итан: Что ты имеешь в виду?

Лидия: Его дух.

Итан: Нет. И я не стану звать его.

Лидия: Ладно.

Отложив телефон, я подняла голову на доску. Мисс Осборн записывала формулы, которые пригодятся для решения задач из контрольной. Ее левая рука, держащая мел, изящно скользила по зеленой поверхности, оставляя после себя…

Стоп. Что? Оливия Осборн – левша?

«Тот факт, что убийца пробил левый висок жертвы, заставляет меня думать, что мы ищем левшу», – сказал папа.

Конечно, наша учительница по химии не единственная левша в городе. Но единственная левша из тех, кого я подозреваю.

Как только занятие закончилось, я подошла к мисс Осборн, чтобы сдать контрольную. Кроме нас, в классе больше никого не осталось.

– Справилась? – поинтересовалась она, забирая листок из моих рук.

– Гэвин Уилсон знает, кто убил Ноа, – сказала я вместо ответа на ее вопрос.

Нахмурившись, мисс Осборн положила мою работу в стопку к остальным.

– Итан ему помог. Спросите у него сами, если хотите, – добавила я и развернулась, чтобы уйти.

– Лидия?

– Да? – обернулась я.

– Зайди ко мне после уроков, – тихо, но твердо потребовала она. – Вместе с Итаном.

– Хорошо, мы придем.

Я старалась держаться уверенно, но мои ноги так и норовили подкоситься.

Как только за мной закрылась дверь и мисс Осборн осталась позади, я направилась к стоящему неподалеку Итану.

– Ты чего так долго? – спросил он, не заметив охватившего меня страха.

– Мисс Осборн знает, что мы знаем… То есть…

У меня так сильно путались мысли, что я не могла выдать ни одного членораздельного предложения.

– Лидия, что с тобой? Ты вся дрожишь. – Отведя меня в сторону, Итан положил ладони мне на плечи. – Что она тебе сказала?

– Мы должны зайти к ней после уроков, – наконец-то выдавила я из себя.

– Зачем?

– Она знает, что мы в курсе случившегося с Ноа.

– Ты ей рассказала?

– Я просто хотела увидеть ее реакцию, – жалостливо пропищала я. – А если она правда убийца? Разве нам стоит идти к ней?

Итан выглядел окончательно сбитым с толку.

– Лидия, откуда у тебя вообще эти мысли? Еще вчера ты подозревала Одри, а сегодня – мисс Осборн. Что происходит?

– Она левша.

– И что?

– А ты не слышал, что сказал мой отец, когда шпионил за ним?

– Слышал. Мистеру Фоксу пробили левый висок, – пробормотал Итан, очевидно, расстроенный упоминанием его поступка. – Но это не значит, что его убила наша учительница по химии.

– А тот факт, что она разбирается во всех этих кислотах и щелочах? – вспомнила я. – Убийца мастерски избавился от улик и надежно спрятал то, что осталось от трупа.

– Да, но…

– И у нее был мотив.

Не выдержав моего напора, Итан сдался.

– Ладно, что ты предлагаешь?

– Если это она, нам нужно добиться ее признания.

– И как мы это сделаем?

– Не знаю, но я придумаю. До конца занятий еще есть время.

Взгляд Итана скользнул по проходящей мимо нас компании девчонок, среди которых были и сестры Мартин.

– А что насчет Одри и Кэри? Их бабушка все еще здесь.

– С ними разберемся потом, – отмахнулась я, не в силах думать еще и об этом.

Остаток занятий я провела делая записи в блокноте. Меня даже угораздило нарисовать схему того, как будет проходить наш разговор с мисс Осборн. Единственный козырь, который был у нас с Итаном, – это Ноа, но мы никак не могли использовать его в своих корыстных целях, ведь причина, по которой он здесь ни разу не появлялся, это покой, который ему удалось обрести. Несмотря на несколько раз обведенный рисунок маленького мальчика, я старалась придумать что-нибудь еще.

Последним уроком была алгебра, с которой у меня никогда не было проблем, в отличие от Итана, напряженно склонившегося над своей тетрадью. Исчеркав вдоль и поперек очередную страницу, я повернулась к Эштону, витающему где-то в облаках. Таким окрыленным мне его видеть еще не доводилось.

– Ты такой счастливый сегодня, – прошептала я, наклонившись к нему.

– Это все твой торт и Кэри, – мечтательно отозвался он, наблюдая за учителем, в пятый раз объясняющим решение одного и того же уравнения (для таких, как Итан).

– Можно вопрос?

– Валяй.

– Представь, что я подозреваемая, а ты полицейский.

– Интересное начало, – усмехнулся он, тоже наклонившись, чтобы нас никто не услышал.

– Ты уверен, что я убийца, но у тебя нет никаких доказательств. Как заставишь меня говорить?

– А ты об этом знаешь?

– О чем?

– О том, что у меня нет доказательств.

– Ну… нет, наверное…

– Тогда я бы просто блефовал.

– Блефовал? – переспросила я, попутно делая запись в блокноте.

– Сделал бы вид, что у меня есть улики или загадочный свидетель, который указал на тебя.

– Вряд ли это помогло бы вывести меня на чистую воду.

– Но точно заставило бы понервничать, – подмигнул Эштон.

– Спасибо, – кивнула я, обдумывая услышанное.

Вряд ли возникший у меня в голове план можно назвать здравым, но ничего другого у нас с Итаном все равно не было.

– Сделай вид, что Ноа рядом, – попросила я его, когда мы шли в кабинет мисс Осборн.

– Зачем? – удивился Итан.

– Скажи, что он все видел.

– Что именно?

– Как она убила мистера Фокса, – тихо сказала я.

– Лидия, это плохая идея, – возразил он.

– А как еще нам узнать, она это сделала или нет?

– Почему это должна быть именно она?

– Потому что она тетя! – не выдержав, воскликнула я.

Его глаза вдруг прояснились, словно он наконец-то все понял.

– А Ноа – ее племянник.

– Мэри всегда говорила, что готова убить за меня, – шепотом призналась я.

– Это же просто слова, Лидия, – осторожно заметил Итан. – Люди часто так говорят, но это не значит, что они действительно пойдут на убийство.

– Я знаю. Но ты же слышал моего папу: преступление не было спланировано.

– А убийца был в состоянии аффекта.

– Вот именно. Тот, кто убил мистера Фокса, не собирался этого делать. Он не какой-то там хладнокровный жестокий убийца, мечтавший расправиться с жертвой. Этот преступник – простой человек, который в тот день был не в себе.

– Ладно, Лидия, – ободряюще улыбнулся Итан. – Я сделаю как ты просишь. И вместе посмотрим, что из этого выйдет.

– Вместе… – повторила я за ним, порадовавшись возникшему взаимопониманию.

Когда мы вошли в класс, Оливия Осборн стояла у окна. Заметив ее задумчивый и сосредоточенный на чем-то взгляд, я попыталась представить эту молодую женщину в роли убийцы. Услышав наши шаги, она медленно обернулась.

– Садитесь, – жестом указала она на передние парты, а сама продолжила стоять на месте и смотреть куда-то вдаль.

– Лидия сказала, вы хотели видеть нас, – подал голос Итан.

– Я связалась с Уилсоном, – начала мисс Осборн. – Он мне все рассказал.

– Про Ноа? – уточнила я.

– Да, – ответила она, наконец-то повернувшись к нам лицом. – Мне трудно поверить в это, но Гэвин непреклонен. Похоже, горе окончательно сломило его, раз он слушает школьников.

– Но Итан не просто школьник, он медиум и… – попыталась я поспорить, но она подняла руку, тем самым попросив меня замолчать.

– Обвинения, которые вы выдвинули против покойного мистера Фокса, – это вопиющая клевета. Габриэль был уважаемым учителем и добропорядочным гражданином. Как и любой житель города, он занимал особое место в Гост-Харборе и наших сердцах. И мне больно от того, во что вы двое превращаете память об этом светлом и замечательном человеке.

Переглянувшись с Итаном, я поняла, что ничего хорошего нас не ждет и никакой блеф в сложившейся ситуации не поможет.

– Несмотря на шок, который испытала после разговора с Гэвином, я не забыла о своем гражданском долге и незамедлительно сообщила в полицию обо всем, что сегодня узнала.

– Вы… что? – встрепенулась я, представив, как мисс Осборн говорит с папой.

– Боюсь, что отца Ноа вот-вот арестуют. И в этом, полагаю, виноват Итан с его так называемыми «видениями».

Я не узнавала женщину перед собой. Она походила на запрограммированного на уничтожение робота, а не на человека, вдохновившего меня на любовь к химии.

– Уилсон узнал об этом на прошлой неделе! – сказал подскочивший с места Итан. – У него не было причин убивать мистера Фокса год назад!

– Уверена, детектив Мур с радостью выслушает и запишет твои показания, – усмехнулась мисс Осборн. – Спасибо, что пришли. Можете идти.

Когда мы с Итаном оказались в школьном коридоре, он поспешил извиниться:

– Прости, я не смог.

– Ты ее видел? – округлила я глаза. – Это бы не сработало.

– Не знал, что она может быть такой.

– Думаешь, это правда? Гэвина арестовали?

– Возможно, – с сожалением признал Итан. – Но, кроме слов мисс Осборн, у полиции нет оснований подозревать его.

– Ты же согласен, что она вела себя странно? – спросила я, направляясь к шкафчикам. – Как будто пыталась скрыть что-то.

– Лучшая защита – нападение.

– Вот именно… Знаешь что?

– Что?

– Мисс Осборн только что взлетела на первую строчку в списке моих подозреваемых.

– Мисс Осборн? – раздался знакомый женский голос позади меня.

Обернувшись и увидев перед собой Одри, я откашлялась и поспешила поздороваться:

– Привет. Ты что-то хотела?

– Вы говорили о списке подозреваемых, – ответила она, буравя меня суровым взглядом. – А что в нем делает наша учительница по химии?

– Что надо, то и делает, – ответил взявший меня под руку Итан. – Нам пора.

– Пока, Одри! – помахала я ей на прощание, когда Итан резво потащил меня к выходу из школы.

– Она выглядела обеспокоенной, – заметил он, когда мы выбежали на улицу.

– Они обе ведут себя очень странно.

– Теперь я понимаю, почему ты их подозреваешь.

– А куда мы идем? – поинтересовалась я, бодро шагая за Итаном.

– В полицейский участок.

– Оу! Вот так сразу?

– Хочу поскорее дать показания, чтобы Уилсона отпустили домой.

– А как же твой экзамен на права?

– Перенесу.

Улыбнувшись, я потянулась к его широкой ладони, но вовремя себя одернула.

– Думаю, мы близко.

– Да нет, еще минут двадцать идти, – отозвался Итан, глядя на дорогу перед собой.

– Мы довольно близко подобрались к правде, и она вот-вот всплывет на поверхность.

Бросив на меня мимолетный, полный надежды взгляд, он молча кивнул, и мы продолжили наш путь.

Внезапное нападение

Трудно сказать, на кого папа злился сильнее: на медиума, распространившего слухи о гибели Ноа Уилсона, или на меня, которая не переставала держать Итана за руку. Помощник отца, тот самый Крейг, разговор с которым я недавно подслушала, разместил нас в комнате для допросов и, попросив ожидать, удалился.

– Я такие допросные только в сериалах видела, – тихо сказала я Итану, оглядывая серое, тускло освещенное помещение, в котором мы оказались.

– Что ж, – улыбнулся он, – если изначально твоей целью было попасть сюда, то ты ее достигла.

Папа появился через несколько минут. В его руках была увесистая папка, какую, должно быть, носят в руках все уважающие себя детективы. Устраиваясь напротив нас, он громко хлопнул ею по столу, отчего я невольно вздрогнула и прижалась к сидящему рядом Итану.

– Что это вы устроили? – спросил отец.

Он по очереди бросал на нас выжидающие, полные нетерпения взгляды, но мы продолжали молчать.

– Я только что говорил с Гэвином Уилсоном. Он убежден, что Габриэль Фокс убил его сына.

– Ты его отпустил? – спросила я.

– Я с ним еще не закончил. Прервал допрос ради беседы с вами. Так что, будьте так любезны, поговорите со мной.

– Мистер Фокс действительно убил Ноа Уилсона, – тихо сказал Итан.

Я не только видела, но и чувствовала, как тяжело ему даются эти слова. Трудно говорить с тем, кто не верит в твои способности.

– Я не Гэвин Уилсон, – парировал папа, – я не могу поверить тебе на слово.

Больше всего меня беспокоил звонок мисс Осборн в полицию. Я совсем не ожидала такого исхода.

– Что тебе сказала мисс Осборн?

– Она утверждает, что в сентябре прошлого года Итан явился к мистеру Уилсону и поведал, что случилось с его пятилетним сыном Ноа.

– В прошлом году? – оторопела я. – Но мы говорили об этом с Гэвином буквально пару дней назад! Что она вообще несет?

Брови отца сурово поползли вверх.

– Лидия, ты тоже присутствовала при этом разговоре?

– Это была моя идея. Я попросила Итана провести ритуал и узнать, кто убил Ноа. А потом, когда он увидел, что мальчика сбил мистер Фокс, я настояла на разговоре с Гэвином, потому что он должен был узнать правду.

Несколько раз удивленно моргнув, папа открыл папку и пробежал взглядом по одной из страниц.

– Лидия, твой разговор с Гэвином Уилсоном на прошлой неделе не противоречит показаниям Оливии Осборн, – сказал он, не поднимая головы.

– Как это?

– Он пытается сказать, что я еще в прошлом году узнал, кто убил Ноа, – объяснил мне Итан. – И тогда же рассказал об этом Уилсону, который впоследствии убил Фокса.

– Верно, – подтвердил его догадки отец. – Учитывая должность, которую занимал Гэвин Уилсон, у нас есть основания полагать о сокрытии важных для следствия улик.

Непроизвольно отстранившись от Итана, я задумалась о том, мог ли он все это подстроить. Разве поиск убийцы Ноа не был моей идеей? А может, они с Гэвином мне просто подыграли? Неужели можно так сильно ошибаться в людях? В тот день они оба казались мне такими искренними…

– Лидия? – позвал меня папа.

– А?

– Я сказал, что мне нужно вернуться к мистеру Уилсону. Крейг запишет ваши показания и отпустит по домам, но вы оба можете стать нашими ключевыми свидетелями. Так что будьте готовы снова прийти в полицейский участок.

– Вы собираетесь предъявить Гэвину обвинение? – уточнил Итан, чей понурый вид заставил меня пожалеть о возникших в голове подозрениях. – Но ведь Оливия Осборн – тетя погибшего Ноа. У нее был точно такой же мотив убить Фокса, как и у Уилсона.

– Мы разберемся в этом, – заверил его отец.

Вернув выбившиеся из папки листы на место, он поднялся, чтобы уйти.

– Он невиновен, – настаивал Итан, – вы должны отпустить его.

– Да, пап, – уверенно сказала я. – Ты точно взял не того.

– Пока что все указывает на то, что Гэвин Уилсон – именно тот, кого я ищу.

Стул, с которого только что поднялся отец, вдруг с грохотом рухнул на пол.

– Что это было? – подскочила я с места.

– Это Ноа, – ответил Итан, осторожно поднявшись из-за стола.

Первое, о чем я подумала, – это наш план. Мы не смогли осуществить его с мисс Осборн, но, возможно, Итан решил прибегнуть к нему сейчас. Даже если он блефует, мне нужно подыграть ему.

– Почему он здесь? – поинтересовалась я, отойдя подальше от того места, куда упал стул.

Внезапно Итан повернулся ко мне лицом и схватил меня за руки.

– Лидия, пожалуйста, не пугайся того, что сейчас случится.

– О чем ты? Что сейчас случится?

– О чем вы там говорите? – спросил нас отец, наклонившийся, чтобы поднять стул.

– Я передам контроль над своим телом и разумом Ноа, – прошептал Итан. – Запомни все, что он скажет.

У меня задрожали руки, и я не знала, как унять охватившую меня тревогу.

– Разве это не опасно? Ты сможешь вернуться?

– Доверься мне, хорошо?

– Хорошо, но… ты уверен, что это необходимо?

– Мне трудно разобраться в видениях ребенка, я почти никогда с ними не работал, – признался он. – Ноа пытается что-то сказать, но у него не получается установить со мной контакт. Поэтому я войду в транс и… Скоро сама все увидишь. Только не бойся.

– Не буду, – пообещала я.

– Что он делает? – спросил отец, когда я подошла к нему.

– Ноа здесь, и Итан хочет дать ему возможность говорить.

– Лидия, мне нужно работать. У нас нет времени на всю эту…

– Тетя Лив не хотела, – раздался позади нас детский голосок.

Синхронно обернувшись, мы с папой увидели сидящего на коленях Итана.

– Тетя Лив? – переспросила я, опустившись на корточки.

Когда Итан общается с духами, его глаза неизменно заволакивает странная дымка. Сейчас же его взгляд был ясен, но совершенно пуст. Как будто человек передо мной – всего лишь оболочка. Сосуд для бестелесного духа.

– Папы там не было, – голосом Ноа сообщил Итан. – А тетя Лив была. Но она не хотела.

– Не хотела делать больно тому мужчине? – предположила я.

– Пожалуйста, – всхлипнул мальчик, – не обижайте мою тетю!

По щекам Итана потекли самые настоящие слезы, и я отпрянула, не в силах принять то, что вижу.

– Мы не станем этого делать, сынок, – подал голос отец. – Но нам нужно знать, кто ударил того мужчину камнем.

– Тетя Лив, но она не хотела, – повторил он. – Тот дядя ее очень сильно расстроил.

– Чем? – спросила я, но глаза Итана вдруг закрылись, и его тело начало заваливаться на бок, прямо как тогда, в заброшенном особняке.

Папа помог мне удержать Итана на месте.

– Он в порядке?

– Надеюсь.

С тревогой переглянувшись, мы держали обмякшее тело того, кто только что говорил детским голосом, и не понимали, как теперь быть.

– Лидия, если это все игра, – начал папа, – спектакль, который он устроил, чтобы убедить меня в невиновности Гэвина Уилсона…

Меня все еще трясло от увиденного.

– Думаю, это по-настоящему, – тихо сказала я. – Мы говорили с Ноа.

– И что мне с этим делать? – Прикрыв глаза, отец тяжело вздохнул. – Показания погибшего четыре года назад мальчика… Поверить не могу, что вообще пытаюсь это осмыслить.

– Лидия! – воскликнул внезапно очнувшийся Итан.

Закашлявшись, он судорожно сжал мою руку. Тепло улыбнувшись, я испытала ни с чем не сравнимое облегчение.

– Я тут. С возвращением. Рада, что ты в порядке.

– Нам срочно нужно в дом мисс Осборн, – прохрипел Итан.

Почему-то каждое произносимое слово давалось ему с необычайным трудом.

– Зачем? – спросил папа.

– Ноа видел, как она забрала из кармана Габриэля Фокса флешку.

– Что за флешка? – нахмурилась я.

– И что значит «забрала»? – добавил отец.

– Мне кажется, это связано с убийством Ноа, – шепотом произнес Итан и, схватившись за голову, заскулил от боли.

Я обняла его.

– Что с тобой?

– Последствия того, что я сделал, – объяснил он. – Это пройдет, но нам нужно ехать.

– Ты уж точно никуда не поедешь, – строго сказал ему папа.

– Но… – попыталась я возразить.

– Схожу за Крейгом, он за вами присмотрит. А я съезжу за флешкой.

Поднявшись с корточек, отец направился к двери.

– Ты точно будешь в порядке? – шепотом уточнила я у Итана.

– Да, – кивнул он. – Поезжай с ним.

– Когда я вернусь, тебе уже станет легче? – жалобно промямлила я.

– Обещаю, что станет. Иди быстрее.

– Хорошо.

Оставив быстрый поцелуй на его губах, я выбежала из допросной и, заметив удаляющуюся спину отца, помчалась вслед за ним. Когда папа добрался до полицейской машины, я тихонько подкралась к пассажирской дверце, и в салоне мы оказались почти одновременно.

– Лидия! – воскликнул он, наблюдая за тем, как я спешно креплю ремень безопасности. – Что ты делаешь?

– Поехали, пап, – велела я ему. – Нельзя терять время.

– Я не могу подвергать тебя опасности.

– Уверена, мисс Осборн не станет стрелять в нас.

– Боже… – Наконец-то сдавшись, он завел автомобиль и резво выехал на дорогу. – Но в дом я пойду без тебя!

– Как скажешь, пап.

– Я серьезно, Лидия.

– Да-да, – закивала я, внимательно следя за пролетающими мимо домами. – Не знала, что мисс Осборн живет в том же районе, что и Гэвин Уилсон…

– Она и не живет, – ответил отец.

– Что? – напряглась я. – Тогда куда мы едем?

– Если Оливия Осборн – убийца, она попытается подбросить флешку подозреваемому, на которого нас навела.

– Пап, ты гений! – воскликнула я.

– Спасибо, дочка, – улыбнулся он.

– Но вдруг она подкинула ее давным-давно, еще прошлой осенью?

– Тогда бы она не стала ждать целый год, чтобы указать на Уилсона.

– А сейчас почему указала?

– Потому что вы с Итаном преподнесли ей эту идею на блюдечке.

– Чего? – опешила я. – Это… Да как она…

– Приехали, – объявил отец, паркуясь неподалеку от дома Гэвина. – Отсюда я пойду пешком.

– Я хочу пойти с тобой!

– Ты останешься в машине.

– Но тебе ведь нужна подмога! Детектив не может ходить в одиночку!

– Лидия, я не собираюсь врываться в дом и производить незаконный обыск, – сказал папа, отстегивая ремень безопасности. – Возможно, внутри никого нет, а все, что сказал Итан, – сказки чистой воды.

– Это не сказки, – уверенно возразила я. – Ты же видишь, как все сходится.

– Скоро узнаем. Я пошел.

– Удачи, пап.

Первые несколько минут, пока отец шел к дому Уилсона, я правда собиралась оставаться в машине. Но когда он толкнул входную дверь, оказавшуюся незапертой, сидеть неподвижно я больше не смогла. Перед тем как войти внутрь, папа обернулся. Наверное, хотел убедиться, что его неугомонная дочь остается в безопасности, но моя ладонь в этот момент уже застыла на дверной ручке. Как только он скрылся в доме, я тут же вышла на улицу. Если что-то пойдет не так и раздастся странный шум, я сразу побегу на помощь отцу. И пусть после этого меня посадят на пожизненный домашний арест, сидеть сложа руки в машине я все равно не стану.

Представляя, как папа осматривает комнаты одну за другой, я пыталась представить себя на месте мисс Осборн. Ее машины нигде не было видно. Значит, она пришла пешком, что логично, ведь ей нельзя было привлекать внимание. Конечно, мы могли ошибаться и, возможно, внутри никого не было, но как тогда объяснить открытую дверь?

Окажись в таком положении, я постаралась бы спрятаться. Или сбежать.

Бумс!

– Что это было? – прошептала я, прислушиваясь к окружающим меня звукам.

Резкий стук повторился еще дважды. Не выдержав, я быстро зашагала в сторону дома, но, в последний момент остановившись, свернула к заброшенному особняку. Обойдя его с другой стороны, я вышла на противоположную часть Роджер-стрит и замерла.

Из подвала дома Уилсона показалась мисс Осборн. Ее светлые волосы были завязаны в высокий хвост, и я впервые увидела ее в таком мешковатом спортивном костюме. Оглянувшись по сторонам, она натянула на голову черный капюшон и двинулась прямиком ко мне. Прильнув к стене, я задержала дыхание.

Что мне делать? Что мне делать? Что, черт возьми, мне делать?! Должна ли я закричать? Или наброситься на нее? Мне необходимо было что-то предпринять. Мисс Осборн была в доме, в котором ей точно не место, и выбралась оттуда через подвал, как какой-то воришка. У меня было полно доказательств ее вины. Даже если папа не сможет арестовать ее за убийство мистера Фокса, избежать обвинения в незаконном проникновении в чужое жилище ей точно не удастся.

Собравшись с духом и прислушавшись к приближающимся шагам, я приняла решение напасть. Эффект неожиданности был на моей стороне, она ни за что на свете не смогла бы увернуться. Как только я повалю мисс Осборн на землю, придется кричать, очень и очень громко, чтобы папа точно меня услышал и прибежал на помощь. Я надеялась, что до тех пор Оливия Осборн меня не убьет.

Моя нога уже ступила на гравий, когда надо мной вдруг пролетел Джеральд.

– Что? – одними губами произнесла я.

Когда крылан налетел на мисс Осборн, она отчаянно взвизгнула. Выйдя из своего укрытия, я увидела, как когти Джеральда вцепились в волосы Оливии и как его крылья закрыли ей весь обзор. Судорожно пытаясь избавиться от него, она продолжала издавать страдальческие, полные мольбы звуки.

Как и ожидалось, возникший шум привлек внимание папы. К мисс Осборн он подбежал уже с наручниками наготове.

– Разве это не наша летучая мышь? – спросил он у меня, ведя продолжающую визжать учительницу к полицейской машине.

– Он крылан, пап, – поправила я его, наблюдая за тем, как Джеральд сидит на голове Оливии и довольно перебирает своими цепкими лапками.

Кем бы он ни был, фамильяром или просто питомцем Итана, моя симпатия к нему отныне и навсегда стала безусловна.

– С тебя гроздь винограда.

Услышав знакомый старческий голосок в собственном подсознании, я улыбнулась и кивнула, тем самым принимая условия сделки. После того, что он сегодня сделал, накормить его вкусняшками – мой священный долг.

Когда после предъявления обвинения мисс Осборн оказалась на заднем сиденье папиного автомобиля, Джеральд наконец-то оставил ее в покое. Вылетев из машины, он устроился на моем плече.

– А можно мне такого помощника на каждом задержании? – спросил папа, по-доброму разглядывая крылана.

– Боюсь, он уже занят, – ответила я, улыбнувшись. – Ты нашел флешку?

– Да. И я уже посмотрел ее содержимое. Боюсь, что для этой женщины все кончено.

– Могу я с ней поговорить?

– Тебя здесь даже быть не должно, – покачал головой отец. – Ладно, только недолго.

Открыв дверь, он отошел в сторону.

– Мисс Осборн? – позвала я ее.

– Врач, говоришь? – усмехнулась она, посмотрев мне в глаза. – А похоже, что передо мной стоит будущий детектив полиции.

– Что было на той флешке? – спросила я, проигнорировав ее попытку перевести тему.

– Запись с видеорегистратора четырехлетней давности.

– Смерть Ноа?

– Да.

– И зачем мистер Фокс хранил ее столько лет?

– Если станешь психиатром, узнаешь, какие чудовищные отклонения бывают у, казалось бы, обычных людей… Впрочем, кто я такая, чтобы ставить диагнозы? – криво улыбнулась она. – Если честно, мне плевать, каким был этот человек. Главное, что сейчас он не более чем горстка костей.

Покрывшись мурашками, я всем естеством ощутила, как мое представление о людях меняется, вероятно, навсегда, и дороги назад для меня уже никогда не будет.

– Как вы узнали об этом видео?

– Он смотрел его на рабочем компьютере, – немного помедлив, ответила мисс Осборн. – Я проходила мимо кабинета истории, когда услышала странный шум.

– И?

Чутье подсказывало, что она выдумывает эту историю на ходу, но мне все равно хотелось услышать продолжение.

– У его автомобиля сработала сигнализация, и он выбежал на улицу. А я зашла в класс, подошла к компьютеру и увидела на экране Ноа.

Ее глаза вдруг заблестели от слез.

– Я несколько раз пересмотрела момент его смерти и то, как этот ублюдок перекладывает его крохотное тельце на проезжую часть. Я и не думала, что могу испытать ненависть такой силы.

– Мне жаль, – тихо сказала я. – Ноа был таким замечательным ребенком…

– Самым лучшим, – всхлипнула Оливия.

– Значит, вы разозлились и убили Фокса?

– Да, догнала его на парковке и ударила первым попавшимся под руку камнем.

– А флешка?

– После того как спрятала тело в машине, я вернулась за ней в кабинет.

Вот оно, то, что не сходится с видениями Итана. Я бы могла сказать ей об этом, но решила оставить свои подозрения при себе.

– Криминалисты приехали, – сообщил папа. – И другие полицейские тоже здесь.

– Ты же все слышал? – спросила я, обернувшись.

– Ты задавала очень правильные вопросы, – похвалил он меня. – Но из-за тебя меня однажды лишат должности детектива.

– Тогда зачем ты мне разрешил?

– Я многое тебе позволяю, Лидия, и рассказываю гораздо больше, чем следовало бы. Может, часть меня видит в тебе задатки хорошего полицейского и… Не знаю. Наверное, я пытаюсь подготовить себе достойную замену.

– Я же собираюсь стать врачом, – напомнила я, пытаясь не показать, как сильно меня тронули его слова.

– Конечно, – кивнул он, – ты можешь стать врачом. Прекрасная профессия для моей прекрасной дочки.

– Но ты бы хотел для меня другого?

– Какой отец не хочет, чтобы ребенок пошел по его стопам? – улыбнулся он. – Но это всего лишь мои стариковские мечты. Тебе вовсе не нужно прислушиваться к ним.

– Спасибо, пап.

Обняв его, я поняла, что часть меня всегда хотела стать полицейским. Не знаю, каким в итоге окажется мой путь, но папа точно не будет разочарован. Их с мамой безусловная поддержка – это все, что мне было нужно для принятия решения.

Изобличение

Встретивший меня возле полицейского участка Итан с удивлением наблюдал за тем, как полицейские ведут мисс Осборн, на запястьях которой красуются наручники. Передав подозреваемую коллегам, папа направился к мистеру Уилсону, чтобы продолжить допрос.

Если честно, мне и самой хотелось присутствовать при их разговоре, увидеть реакцию Гэвина, когда ему станет известна личность убийцы Габриэля Фокса. Не представляю, что он почувствует, когда узнает, что дело все-таки в Ноа.

– Лидия! – окликнул меня Итан, когда я попрощалась с отцом.

Подойдя к нему, я расплылась в усталой, но полной облегчения улыбке.

– Привет.

– Мы это сделали?

Его глаза светились восторгом и гордостью за нас.

– Да, – подтвердила я. – Благодаря тебе и Ноа.

– Расскажи мне, что случилось, – попросил он, когда мы отошли от полицейского участка.

– Мы поехали в дом Гэвина Уилсона и фактически поймали мисс Осборн с поличным.

– Вы же собирались к ней домой…

– Папа подумал, что она захочет подбросить флешку Уилсону, и оказался прав.

Подробно рассказывая о том, что за видео хранил все эти годы мистер Фокс, я испытывала отвращение и ненависть к этому мужчине.

– Вот урод! – прокомментировал услышанное Итан.

Когда я, дойдя до момента задержания Оливии, упомянула Джеральда, мне почудилось, что он все еще сидит на моем плече.

– Рад, что он тебе помог, – сказал Итан. – Я попросил его проследить за вами.

– Когда пришло время возвращаться в участок, он просто улетел, – растерянно проговорила я. – Знаю, что Джеральд может постоять за себя и что он не просто миленький крылан, но все же. Он будет в порядке?

– Конечно. Не волнуйся о нем.

– Прости, что назвала его шпионом.

– Но ты права, именно этим он и занимался, – с сожалением признал Итан. – Я называю это сбором информации, но по сути – да, это самое настоящее шпионство.

– Вы с Джеральдом отличный тандем, – улыбнулась я.

– Не верится, что все закончилось.

– Да, но не думаю, что это все.

– О чем ты? – встревожился Итан.

– В твоих видениях мисс Осборн достала флешку из кармана уже мертвого Габриэля, так?

– Так.

– А мне она сказала совершенно другое. Что флешка была в школе и она забрала ее уже после убийства.

– И зачем ей врать? – нахмурился Итан.

– Там был кто-то еще, но мисс Осборн не хочет, чтобы полиция узнала об этом.

– Свидетель?

– Или соучастник. У нее ведь должна быть причина покрывать этого человека.

Тяжело вздохнув, Итан запустил пальцы в волосы и окончательно испортил утреннюю укладку.

– И как мы найдем этого соучастника?

– Нам нужно поговорить с Одри.

– Думаешь, это она?

– Не знаю, но ей точно что-то известно.

– Ты же не ждешь, что она возьмет и выложит тебе всю правду?

– Помнишь наш план? – хитро улыбнулась я.

– Предлагаешь блефовать? – догадался Итан.

– По городу уже наверняка поползли слухи об аресте мисс Осборн. Когда ее вели в полицейский участок, мимо прошли сразу несколько зевак.

– Если Одри в этом замешана, она сейчас точно на взводе.

– Вот именно. Она уязвима, мы запросто сможем обмануть ее.

– Уверена, что нам стоит это делать?

Было заметно, что его одолевают сомнения.

– Нет, но я не успокоюсь, пока не узнаю, что случилось в тот день.

– Разве не достаточно того, что мы уже знаем? – тихо спросил Итан. – Мисс Осборн призналась в убийстве. Будучи в теле Ноа, я видел, как она ударила Габриэля камнем. К тому же в моих видениях не было никакого соучастника.

– Ты видел, как Оливия избавлялась от тела? – спросила я, на что он отрицательно покачал головой. – У нее мог быть помощник.

– Ладно, давай поговорим с Одри. Но если она ни при чем…

– Мы все равно найдем тех, кто причастен к этому делу. И того, кто подбросил череп на наше с родителями крыльцо, тоже.

– Лидия? – позвал меня Итан, когда мы направились к дому сестер Мартин.

– Что?

– А ведь мистер Фокс оказался настоящим чудовищем, – задумчиво произнес он. – Человеком, заслуживавшим смертной казни.

– Если бы мисс Осборн отнесла эту флешку в полицию, его бы судили по всей строгости закона, – спокойно заметила я. – Но она выбрала другой путь.

– Она была не в себе.

– Может, убийство и было совершено в состоянии аффекта, но все ее дальнейшие действия – нет. Вместо звонка в службу спасения она избавилась от улик и от самого тела. От Габриэля остались одни только кости. И знаешь что? Она ни капли не раскаивается в содеянном.

– Уверен, это не так, – продолжал настаивать на своем Итан. – Просто ее ненависть к этому человеку гораздо сильнее чувства вины. Но со временем это изменится. Злость притупится, и тогда она раскается по-настоящему.

– Говоришь так, будто был на ее месте.

Подозрительно прищурив глаза, я смотрела на шагающего рядом парня и пыталась понять, как много скелетов он хранит в своем шкафу.

– Это из-за Ноа, – объяснил Итан. – Я смотрел на все случившееся его глазами, а он ни капли не сердится на свою тетю.

– Разве его не напугало увиденное?

– Мертвым не свойственен страх, только тревога за живых близких. Поэтому они и появляются здесь.

– Надеюсь, ему не будет плохо из-за ее ареста.

– Сегодня в участке Ноа появился исключительно из-за Гэвина. А это значит, что он хотел, чтобы мы знали правду.

– Я ему очень благодарна, – улыбнулась я. – Невероятно смелый ребенок.

– Он мог бы быть жив, если бы не Фокс и его пьяная езда.

Взглянув на Итана, я поняла: все, что случилось с Ноа, он воспринимает куда острее, чем я. Вероятно, из-за того, что видел его смерть своими глазами, а после и вовсе стал с ним единым целым.

Когда мы добрались до дома сестер Мартин, я начала сомневаться, что Итан мне подыграет.

– Давай я пойду одна? – выпалила я.

– Что? – удивился Итан. – Почему?

– Я же вижу, что ты не хочешь этого делать.

– Лидия, я чту закон и все такое, но мне трудно смириться с тем, что мистер Фокс поломал столько человеческих судеб.

– Мне тоже, но что это меняет?

– Найдя свидетеля убийства, мы не восстановим справедливость, – посетовал Итан. – Мы просто пустим под откос очередную жизнь.

– Но папа учил меня, что закон есть закон, – пробормотала я, глядя себе под ноги.

– Ты права. Но я все равно чувствую себя палачом.

– Да, есть такое ощущение, – согласилась я и собиралась добавить что-нибудь еще, но дверь перед нами отворилась, и на пороге дома возникла Кэри.

– Лидия, привет! – радостно воскликнула она. – Мы с Одри садимся пить чай и есть твой торт. Присоединишься?

– Привет. Я как раз хотела поговорить с твоей сестрой.

Мой голос звучал так тихо и жалобно, что я пожалела о своем решении прийти сюда. Итан прав, мы чертовы палачи. Не затей мы это расследование, полиция могла бы никогда не узнать, кто убил мистера Фокса.

Хотя, если задуматься, эту цепочку запустили вовсе не мы. Все началось из-за тыквы с человеческой головой внутри. Пропавший учитель стал мертвым учителем, и как прежде оставаться уже ничего не могло.

– Проходите.

Кэри провела нас в комнату, где располагался длинный обеденный стол, рассчитанный на семерых человек. Одри стояла у большого панорамного окна и помешивала ложкой чай.

– Эй, систер, у нас гости.

– Зачем ты их впустила? – недовольно буркнула Одри.

– Не будь такой злюкой! Лидия приготовила такой вкусный торт!

– Вряд ли она здесь из-за этого.

– Ты права, – подтвердила я, делая шаг вперед. – Можно поговорить с тобой наедине?

– Я не…

Ответ Одри прервал звук телефонного уведомления. Она подошла к столу и мельком взглянула на экран лежащего смартфона. Судя по изменившемуся выражению ее лица и округлившимся глазам, ей пришли не самые лучшие новости. Подошедшая к ней Кэри тоже прочитала сообщение.

– Мисс Осборн арестовали? За что?

– За убийство Габриэля Фокса, – ответил Итан. – Четыре года назад он насмерть сбил Ноа Уилсона.

– Малыша Ноа?! – ужаснулась Кэри, а Одри продолжала молча смотреть на экран телефона.

– Да, – подтвердила я, – племянника Оливии Осборн. Узнав, что случилось с Ноа, она вышла из себя и убила мистера Фокса.

– Боже, поверить не могу! Одри, ты слышала?

– Да, – безэмоционально отозвалась та.

– Кэри, можешь оставить нас ненадолго? – попросила я.

– Что? – растерялась она. – Зачем это?

– Как я и сказала до этого, мне нужно поговорить с твоей сестрой. Это очень важно.

– Лидия, ты меня пугаешь. Что происходит?

– Я побуду с Кэри, – заявил вдруг Итан.

Взяв под руку, он вывел ее из комнаты и закрыл за собой дверь. Пожалуй, это лучшее, что он мог сделать, учитывая его нежелание участвовать в моем плане.

– Мне удалось поговорить с мисс Осборн до того, как ее увезли в полицейский участок, – сообщила я Одри.

– И что? – бросила она, даже не шелохнувшись.

– Можешь не переживать, она тебя не выдала.

Подняв на меня настороженный взгляд, Одри наконец-то сдвинулась с места. Опустившись на стул, она тяжело вздохнула и спросила:

– Если она меня не выдала, почему ты здесь?

– Потому что мисс Осборн проговорилась, и я поняла, что это ты, – уверенно сказала я, надеясь, что она мне поверит. – Ты та, кого ищет полиция.

– И кто же я? – хмыкнула она, разглядывая свои ногти, покрытые красным лаком.

– Соучастница, – предположила я. – Ты помогла ей избавиться от трупа.

– Больше мне делать нечего! – огрызнулась Одри.

Сделав глоток чая, она добавила:

– Я не имею никакого отношения к тому, что сделала мисс Осборн.

– Значит, ты видела, как она избавляется от тела. И это ты подбросила мне тыкву с черепом учителя.

– Сбрендила, что ли?

– Можешь отпираться сколько угодно, но рано или поздно Оливия заговорит, и полиция придет за тобой.

– Как скажешь, – отмахнулась она.

– Одри, я серьезно. Лучше скажи мне правду.

– На чем она прокололась?

– Чего? – опешила я.

– Мисс Осборн, – объяснила Одри. – Как полиция вышла на нее?

– Она проникла в дом Гэвина Уилсона, чтобы подбросить ему флешку с видеозаписью смерти Ноа. Хотела оклеветать его, спихнуть убийство, которое сама совершила, на человека, потерявшего сына. Как будто он недостаточно натерпелся.

– Она… что?

Из всего услышанного за последние минуты эта новость шокировала ее сильнее всего. Воспользовавшись моментом, я решила действовать.

– Не удивлюсь, если в итоге она попытается повесить все на тебя.

– Неправда, – возразила Одри, заерзав на стуле.

– У тебя тоже был мотив. Не знаю какой, но, может, мисс Осборн в курсе.

– Чего ты от меня хочешь? – напрямую спросила она. – Чтобы я призналась в том, чего не совершала?

– Я просто пытаюсь узнать, что случилось в тот день.

– Ты уже знаешь, кто убил Фокса. Что еще тебе надо?

– Мне нужна вся правда. Целиком.

– Я ничего тебе не скажу, – медленно проговорила Одри и, залпом допив оставшийся чай, поднялась с места. – Если полиции будет угодно, они могут вызвать меня на допрос, но с тобой я говорить не стану.

– Ладно.

Обреченно кивнув, я тоже встала. Но тут дверь в комнату внезапно отворилась, и перед нами возникла Кэри. По ее щекам струились слезы.

– Бабушка мне все рассказала! – прокричала она сквозь рыдания. – Одри, как ты могла?!

Отшатнувшись, Одри схватилась за край стола.

– Я… О чем ты?..

Позади Кэри стоял Итан, и его затуманенный взгляд говорил красноречивее любых слов.

– Почему ты молчала столько времени?! – эмоционально вопрошала Кэри.

– Что случилось? – поинтересовалась я, подойдя к Итану.

Одри в это время пыталась успокоить сестру, у которой началась истерика.

– Изначально их бабушка появилась здесь из-за их мамы, – объяснил он. – Точнее, из-за опасности, которую для нее представлял мистер Фокс. Но после его смерти приглядывать пришлось уже за Одри, ставшей свидетелем убийства.

– Свидетелем? – переспросила я. – Не соучастницей?

– Эм…

– Не хочешь говорить?

– Не знаю, как расценивать то, что она сделала. А точнее – не сделала.

– Она не сообщила о совершенном преступлении в полицию. Это укрывательство.

Я произнесла это пугающе бескомпромиссно, и все присутствующие в комнате заметно напряглись. Переставшая плакать Кэри оглянулась и бросила на меня выжидающий взгляд.

– Почему вы так смотрите на меня?

– Ты расскажешь об этом своему отцу? – без обиняков спросила Одри.

– Я хочу услышать, как все было на самом деле, – ответила я, снова устраиваясь за столом. – В мельчайших деталях.

– А это обязательно? – несчастно всхлипнула Кэри.

– Давай снова выйдем? – предложил ей Итан, и она согласно кивнула.

Когда за ними вновь закрылась дверь, Одри опустилась на прежнее место и, посмотрев мне в глаза, начала говорить:

– В тот день Кэри приболела и не пришла в школу, поэтому и на дополнительные занятия после уроков я пошла одна. Все шло как обычно, мы с Габриэлем пробежались по материалу и решили небольшой тест на проверку знаний. Но я снова запуталась в датах, и он начал объяснять, какие события начались раньше и почему. У него в телефоне была таблица со всеми датами, и он предложил мне переписать ее в тетрадь. В этот момент в дверь постучали, и на пороге класса возникла Молли. Чаще всего ее задирали именно на уроках Габриэля, потому что он никогда ничего не предпринимал. Она с ходу начала обвинять его в равнодушии и угрожать походом к директору, если он не встанет на ее сторону. Было уже довольно поздно, и в школе оставались всего несколько человек, включая нас троих. Габриэль пообещал мне, что со всем разберется и вернется через пару минут. Он вывел Молли в коридор, а я осталась одна. С его телефоном в руках.

– Ты что-то увидела? – догадалась я. – Какие-то фото в галерее?

– На следующий день у нас должна была быть проверочная работа, а я никак не могла запомнить эти проклятые даты. Габриэль отлично ладил с техникой и хранил все контрольные в электронном виде. Я начала листать его заметки и файлы и уже не надеялась что-то найти, когда вдруг материалы по истории сменились странными статьями и скриншотами с разных сайтов.

– И что в них было? – тихо спросила я, пытаясь понять, к чему клонит Одри.

– Габриэль искал способы вывести из строя тормоза, – с трудом проговорила она. – Речь шла об автомобиле, который водит наша мама. Она каждое утро отвозит нас в школу…

– Боже… – прошептала я, в ужасе прикрыв рот ладонью.

– Это не все. Он еще сохранил статью о порядке наследования. Я не верила в его большую любовь к маме, но и подумать не могла, что он охотится за нашими деньгами…

– Можешь не продолжать, – сказала я, опустив голову.

– Я поступила очень глупо, Лидия, – призналась Одри.

Она сидела и перебирала дрожащие пальцы рук, а в ее глазах блестели слезы.

– Когда Габриэль вернулся, я набросилась на него с обвинениями, хотя должна была промолчать. Следовало быть умнее и подождать с этим, но я так сильно разозлилась, что не смогла.

– Тебя можно понять, это ведь касалось твоих родных.

– Мама и Кэри души не чаяли в Габриэле и всерьез считали, что он может стать членом нашей семьи. А я была так занята своей жизнью, что не замечала, кого мы впустили в дом.

Было заметно, какую боль ей причиняют эти воспоминания, но Одри держалась изо всех сил, чтобы не разрыдаться.

– Как он отреагировал на твои обвинения?

– Сначала пытался доказать, что я все не так поняла. А потом, когда я заявила, что пойду в полицию, он начал угрожать мне в ответ. Пообещал, что уничтожит мою семью и начнет с Кэри.

– Вот урод!

– Я ответила, что не боюсь его. Сказала, что ему не удастся запугать меня, и уже собиралась уйти, когда Габриэль схватил меня за руку и заставил сесть обратно. – Смахнув скатившуюся по щеке слезу, она продолжила: – Он достал из сумки флешку, вставил ее в компьютер и включил то самое видео с Ноа. Я до сих пор помню, как он сказал: «Иди сюда, Одри. Я наглядно покажу тебе, что случится с Кэри, если ты откроешь свой грязный рот».

– Ты узнала ребенка на видео?

– Только после десятого или двадцатого просмотра, – дрожащим голосом ответила она.

– Он заставил тебя пересмотреть это несколько раз?! – ужаснулась я.

– Да. Габриэль держал меня за руку и не позволял уйти. А когда я пыталась отвернуться, он грубо хватал меня за подбородок и направлял голову обратно к экрану.

– Гребаный психопат!

– Мисс Осборн шла домой, когда услышала шум, доносящийся из класса мистера Фокса. Она остановилась и через дверное стекло разглядела наши силуэты.

– Почему она не вмешалась?

– Она собиралась, но было поздно: Габриэль уже схватил меня под руку и выволок наружу. Оливия спряталась на лестничном пролете, но увидела, как он потащил меня наружу. Дверь в класс осталась открытой, и она просто вошла туда.

– И увидела на экране смерть Ноа…

– Да. Она тоже совершила ужасную глупость. Вместо того чтобы забрать флешку и пойти с ней в полицию, она продолжала стоять там и смотреть это кошмарное видео… Проводив меня до машины, Габриэль еще раз пригрозил мне убийством сестры и велел проваливать. Я вставила ключ в замок зажигания и уже собиралась завести авто, когда мистер Фокс вдруг помчался обратно в школу.

– Вспомнил, что оставил там флешку?

– Наверное, – пожала плечами Одри. – Услышав его шаги, мисс Осборн спряталась под одной из парт. Не знаю, как она вообще соображала в таком состоянии. Забрав флешку и все свои вещи, Габриэль закрыл класс на ключ и отправился на парковку.

– А Оливия?

– Она выбралась из школы через окно и приземлилась прямиком в цветник. Одна из клумб там огорожена камнями, и мисс Осборн… Она схватила один из них и просто побрела в сторону парковки.

– Ты видела, как она приближается к Фоксу?

– Если честно, Лидия, мне было не до этого, – призналась Одри, и на ее лице возникла полная горечи усмешка. – Я сидела в машине и раздумывала над тем, чтобы переехать Габриэля.

– Ясно.

Меня совсем не удивила эта новость. То, что испытали в тот день Одри и Оливия, сравни безумию.

– Я собиралась с духом, чтобы завести мотор и поехать прямо на Фокса, когда услышала звук падающего на землю тела. Когда подняла глаза, мисс Осборн стояла с камнем в руках и не двигалась.

– А ты?

– Сначала я просто смотрела, но потом… – Одри судорожно заправила передние пряди за уши. – Когда Оливия достала из сумки телефон, я вышла из машины и попросила ее никуда не звонить.

– Что? – подалась я вперед. – Ты попросила ее не звонить в службу спасения?

– Да. Я сказала ей: «Пожалуйста, не надо. Пусть он умрет. Так всем будет лучше».

– И мисс Осборн к тебе прислушалась?

– Она опустилась на колени и проверила его пульс. Он был мертв.

– И ты помогла ей избавиться от тела?

– Нет, – резко ответила Одри. – Я к нему вообще не притрагивалась.

– Тогда что? – растерялась я. – Вы с мисс Осборн просто договорились молчать?

– Она сказала, что позаботится о трупе, а я пообещала сохранить ее тайну. Так что мы разошлись, и все.

– Вот так просто?

– Это было совсем не просто, Лидия, – возразила она. – Я не могла спать, не могла есть, не могла жить нормально. Но мне приходилось делать вид, что все в порядке, и изображать тревогу из-за пропавшего учителя, которого я ненавидела. Меня разрывало от желания рассказать всем правду. Жители Гост-Харбора должны знать, каким человеком был Габриэль. Но я не могла этого сделать, потому что не хотела подставлять мисс Осборн.

– Вы поддерживали общение?

– Нет. Мы встретились только раз, чтобы обсудить случившееся.

– Значит, это не ты подбросила тыкву с головой мне на крыльцо?

– Я бы ни за что так не поступила, – уверенно ответила Одри. – Тем более я понятия не имею, где захоронены останки Габриэля.

– Хм… Тогда кто это был?.. – вслух задалась я вопросом.

Еще один свидетель, которого замучило чувство вины?

– У полиции нет никаких улик против меня, так ведь? – вдруг спросила Одри.

Черты ее лица вновь ожесточились, и она стала походить на готового к бою воина.

– Пока нет, – отозвалась я, продолжая думать о третьем фигуранте дела.

– И ты не станешь передавать мои слова отцу?

– Ты покрывала убийцу, Одри. Я обязана рассказать об этом. – Поднявшись с места, я отбросила назад волосы. – Мой отец – детектив и человек фактов. Если найдет доказательства твоей вины, он непременно за тобой придет. А пока можешь продолжать жить спокойно. Если можешь, ко нечно.

– Ну ты и стерва, Лидия, – усмехнулась Одри.

– Я разделяю твою ненависть к мистеру Фоксу, и я даже рада, что Оливия Осборн избавила мир от этого человека. Но молчать и покрывать тебя я не стану, уж прости.

– Чего еще стоило ожидать от дочки детектива? – кивнула она и указала рукой на дверь. – Ну, давай. Иди.

– Спасибо, что все рассказала.

– Лучше я, чем Итан.

– Уверена, он увидел не все.

– Из вас двоих вышла отличная пара, – заметила Одри, когда я уже подошла к двери. – Но не удивляйся, когда люди Гост-Харбора начнут избегать тебя.

– Что? – нахмурилась я.

– У общения с Итаном есть последствия. Если не хочешь быть изгоем, лучше держись от него подальше.

– Спасибо за совет, но я как-нибудь справлюсь.

Попрощавшись с продолжающей тихо плакать Кэри, мы с Итаном покинули дом семьи Мартин и, переглянувшись, синхронно выдохнули.

– Расскажешь мне, что узнала? – спросил Итан. – Я видел только Одри в машине на школьной парковке.

– Конечно. Идем.

Пересказывая услышанное от Одри, я начала сомневаться в принятом недавно решении рассказать обо всем папе. Из головы не выходили слова Итана о роли палача, которую мы на себя взяли.

– Что дальше? – спросил он, когда мы дошли до моего дома. – Что ты намерена делать?

– Не знаю, – честно призналась я.

– Тогда увидимся в школе?

– Да. Нам еще нужно найти того, кто подбросил мне тыкву.

– Точно, наша миссия еще не окончена, – кивнул Итан, ободряюще улыбнувшись. – До завтра, Лидия.

Оказавшись дома, я первым делом поднялась в свою комнату, где лежал мой ноутбук, с которого я рассылала приглашения на вечеринку. Кем бы ни был этот человек, мы с Итаном все равно его найдем. И я была уверена, что начать поиски нужно с тех, кто получил приглашение одними из первых.

Последняя тайна

Собираясь прийти на занятия с подготовленным этой ночью списком, я не учла того, какой хаос будет твориться в школе из-за задержания мисс Осборн.

– Нет, ну ты прикинь! – раздалось где-то в стороне. – Нашего учителя убил другой наш учитель!

Сидя в окружении шокированных одноклассников, я не переставала думать о перечне имен в блокноте. Итана сегодня снова не будет, но он предложил прийти к нему после уроков. Увидев утром его приглашение, я засмущалась. В основном потому, что он упомянул экскурсию по своей комнате.

– Давай колись, Лидс, – сказал подошедший ко мне Эштон. – Это ты разоблачила нашу химичку?

– Ну разумеется, – ответила я, горделиво вскинув подбородок. – Разве могло быть иначе?

– Кажется, я тебя недооценил.

– Рада, что ты это признаешь.

Переглянувшись, мы обменялись дружелюбными и полными тепла улыбками. Думаю, что хотела бы дружить с этим умником. И искренне надеюсь, что это взаимно.

Когда в классе появились Эзра и Дэнни, которые, по всей видимости, решили все свои разногласия из-за всплывшей истории с буллингом Молли, я подскочила с места, подошла к ним и, облокотившись на край парты, спросила:

– Есть минутка?

– Лидия! – нервно улыбнулся Дэнни. – Ты так похожа на своего отца, что даже страшно.

– Да, – присоединился к нему Эзра. – У вас схожий взгляд. Хищный такой.

– Давайте выйдем, – предложила я.

Немного помедлив, они все же пошли за мной. Выйдя на лестничный пролет, который ведет к запасному выходу из школы, я шумно втянула воздух и начала:

– Я знаю, что ваша драка на моем крыльце была неслучайной. И прежде, чем вы начнете спорить, я расскажу вам, как именно мисс Осборн оказалась в тюрьме. – Заметив округлившиеся глаза ребят, я продолжила свою речь с таким же напором и дерзостью, словно обладаю властью, которой нет даже у моего отца: – Я выяснила, что у Оливии Осборн был мотив для убийства, затем проследила за ней и поймала с поличным, когда она подбрасывала улики невиновному. Если вы не скажете мне, кто попросил вас устроить ту драку, я всерьез возьмусь за вас двоих. Узнаю ваше прошлое, настоящее, а затем, накопав кучи грязи, испорчу ваше будущее. Вы хотите этого?

– Да что ты можешь, Лидия? – фыркнул Дэнни.

– Давай проверим, – с вызовом парировала я и сделала шаг ему навстречу. – Мне уже известна история с Молли. Может, если я копну поглубже, выяснится, что за вами есть и другие грехи?

– Ладно-ладно, – сказал Эзра, встав между нами. – Остынь, Лидия. Нам не нужны проблемы.

– Тогда ответьте на мой вопрос, и можете быть свободны.

– Мы даже не собирались идти на твою тупую вечеринку, – заявил Дэнни. – Но потом нам пришло сообщение с неизвестного номера.

– Сообщение? – напряглась я. – И что в нем было?

– Видео и угрозы, – ответил Эзра.

Достав телефон из кармана джинсов, он показал мне содержание смс.

«Учтите, у меня несколько таких видео. Если не хотите, чтобы я распространил их в сети, следуйте инструкции.

1. Через сорок минут в доме новенькой Лидии Мур начнется вечеринка. Вы оба должны прийти туда.

2. Далее вы и ваши друзья-футболисты должны затеять драку снаружи дома и привлечь внимание всех гостей.

3. Тыква, стоящая на предпоследней ступени крыльца, та, что ближе к краю, должна разбиться. Если до конца вечеринки этого не случится, ночью все имеющиеся у меня видео окажутся в сети.

Уверен, любой колледж будет „рад“ заполучить таких студентов».

– Что в видео?

Оно длится слишком долго, и у меня не было времени его смотреть.

– Наши издевательства над Молли, – признался Эзра. – Здесь видно и слышно, как мы ее травим. На видео попали оскорбления и тот момент, когда Дэнни ее толкнул.

– Вы, парни, просто ужасны, – поморщилась я. – Ладно, спасибо, что рассказали.

– Это все? – недовольно уточнил Дэнни, придержав меня за локоть.

– Руки убери, – процедила я, и он отстранился. – Да, это все. Во второй раз благодарить не стану.

– Обещаешь, что это останется между нами? – спросил Эзра, когда мы возвращались в класс.

– Вам следует беспокоиться не обо мне, – усмехнулась я, – а о том, кто хранит эти видео.

– Если узнаешь, кто это, скажешь нам?

– Чтобы вы и его затравили?

– Мы этим больше не занимаемся, – заверил меня Эзра.

– Уж надеюсь. Все эти видео сняты в классе?

– Да, но ракурс постоянно меняется, поэтому мы не смогли понять, кто их снял.

– На них только вы трое или виден кто-то еще, кого мы можем исключить из подозреваемых?

– Снято крупным планом, поэтому видны только Молли, Дэнни и я.

– Понятно. Я разберусь с этим.

Надо же, я стала говорить совсем как папа. Он всегда убеждает всех вокруг, что со всем разберется.

Остаток занятий я провела наблюдая за одноклассниками, но ни один из них не подходил на роль шантажиста. Человек, провернувший это жуткое дело с черепом и тыквой, умен и находчив. Он осуществил свой план в кратчайшие сроки и остался незамеченным. Из всех присутствующих в классе находчивым считался только Эштон, но я была уверена, что это не он. Одними из первых приглашения на вечеринку получили Кит и его девушка Стефани, но у меня были сомнения, что эти двое могут оказаться умелыми манипуляторами. Впрочем, люди умеют удивлять, и последние дни доказали это как нельзя лучше.

Решив посоветоваться с Итаном, я убрала блокнот в рюкзак и сразу после школы направилась к нему домой.

– Я тебя ждал, – расплылся в улыбке парень, открыв дверь.

– Да? – засмущалась я. – Ну вот и я.

– Проходи.

Разувшись и сняв куртку, я проследовала за ним на второй этаж.

– Я не забыл, что ты хочешь увидеть мою комнату, – сказал Итан, ведя меня за руку.

– Да, было бы интересно узнать, как ты живешь.

Уверена, его забавило мое невнятное бормотание, но он старался этого не показывать.

– Та-дам! – воскликнул он, открыв белоснежную дверь в небольшое помещение серого цвета.

Первое, что я увидела в комнате Итана, – это постеры мистических хорроров: «Звонок», «Синистер», «Астрал», «Ужас Амитивилля» и все в таком духе.

– Ух ты! Ты поклонник этих кинокартин?

– Они кажутся мне такими… понятными, – ответил он. – Не знаю, как объяснить. Но истории про потусторонние силы – мои любимые.

– Мне тоже нравится «Синистер», – поделилась я. – Особенно тревожная музыка в фильме. Мне от нее, конечно, не по себе, но она прекрасно передает атмосферу.

– Согласен, – улыбнулся Итан, – там отлично подобраны саундтреки.

– А где твои… ну… магические атрибуты? – поинтересовалась я, оглядываясь.

– Для них у меня отдельная небольшая комната, и туда, кроме меня, никто не заходит.

– Понимаю. Та комната – твоя священная обитель.

– Так и есть.

Кажется, его обрадовали мои слова. Наверное, тяжело жить, когда никто не понимает твоих убеждений.

– Это что, плюшевый котенок? – Улыбнувшись, я подошла к тщательно накрытой покрывалом постели, на которой лежала некогда пушистая игрушка. – Сколько ему лет? Он выглядит довольно пожилым.

Рассмеявшись, Итан подошел ко мне.

– Это Том. Он живет со мной с шести лет.

– Ничего себе! И все эти годы ты спишь с ним в обнимку?

– Не выдумывай, мне не нужна игрушка, чтобы уснуть.

Его полные озорства каре-зеленые глаза говорили об обратном, и я хихикнула.

– Спасибо, что пришла. Я всегда рад видеть тебя. И скучаю, когда ты не рядом.

– Не будь таким милым, – попросила я, отвернувшись, чтобы он не увидел, как зарделись мои щеки.

– А то что?

– А то я в тебя влюблюсь, – отозвалась я, и от нахлынувших чувств у меня закружилась голова.

– Думал, ты уже, – кокетливо произнес Итан, проводя ладонью по моей шее.

– Нет, я пока держусь, – неуверенно ответила я, посмотрев ему в глаза.

– Точно держишься? – спросил он и оставил легкий, почти невесомый поцелуй на моих губах.

– Вообще-то… нет.

Дыхание сбилось, и я почувствовала, как часто вздымается моя грудь под блузкой.

– Совсем нет, Итан…

– Я так рад слышать это, – признался он, обнимая меня за талию.

Было страшно целоваться так безрассудно и отдавая всю себя, но по-другому не получалось. Стоило нашим губам соединиться, как мы проваливались в пучину кружащей голову страсти.

– Ты для этого меня позвал? – спросила я между поцелуями, когда мы лежали на кровати.

– Я просто хотел увидеть тебя, – ответил Итан.

Его рука гладила меня по спине, и я интуитивно подавалась навстречу каждой его ласке.

– А вот я хотела обсудить с тобой дело.

– Ты что-то узнала?

– Да. Эзра и Дэнни показали мне сообщение, которое они получили в день моей вечеринки.

Резко посерьезнев, Итан приподнялся на локтях.

– Что за сообщение?

Пересказав то, что узнала, я потянулась за рюкзаком, который бросила на полу комнаты.

– Нужно понять, кто из наших одноклассников способен на такую подлость. – Я протянула ему блокнот, предварительно открыв его на странице со списком. – Это должен быть кто-то из них. Есть идеи?

– Тебе обязательно искать этого человека? – спросил Итан, уставившись на исписанный лист бумаги.

– Он виноват ничуть не меньше Одри. Он знает место захоронения останков мистера Фокса, но вместо звонка в полицию решил забрать оттуда череп и подбросить его мне на крыльцо.

– Ты не знаешь, как все было на самом деле.

– Я знаю достаточно, чтобы не успокоиться, пока не найду этого негодяя.

– Да, – глухо согласился он, – это же ты.

– Ты мне поможешь? – спросила я, взяв его за руку. – Побудем еще немного партнерами по расследованию? Что скажешь?

– Скажу, что в этом нет необходимости.

Поднявшись с постели, Итан подошел к столу, заваленному тетрадями и учебниками, и выдвинул один из ящиков. Достав оттуда телефон, он вернулся и протянул его мне.

– Зайди в сообщения.

– Тебе тоже приходили угрозы? – забеспокоилась я. – Подожди… но это же не твой телефон…

– Мой.

– У тебя два телефона? – нахмурилась я. – Один – для твоих экстрасенсорных дел?

– Лидия… просто посмотри сообщения, отправленные в день твоей вечеринки.

Судя по тому, каким несчастным сделалось лицо Итана, ничего хорошего меня там не ждало.

– Не хочу. – Отложив телефон в сторону, я покачала головой. – Я не стану смотреть их.

– Ты же сама сказала, что не успокоишься, пока не узнаешь, кто этот человек, – тихо напомнил Итан.

Наклонившись, он ласково провел ладонью по моим растрепавшимся после поцелуев волосам.

– Это… был ты? – спросила я, опустив полный боли взгляд.

– Это был я, – признался он, садясь рядом.

Открыв нужную переписку на телефоне, он показал мне экран.

– Я угрожал Эзре и Дэнни. И это я принес тыкву с черепом внутри на ваше крыльцо.

– Но как? И зачем? – Вскинув подбородок, я попыталась посмотреть на Итана, но глаза затянуло пеленой слез. – Объясни.

– Я же говорил, мне пришлось расследовать убийство мистера Фокса в одиночку. Как только его дух возник возле моей парты в классе истории, я оказался втянут в самый настоящий ад.

– Что ты имеешь в виду?

– Я хотел найти его останки и сообщить о них в полицию, провел специальный ритуал связывания с духом, чтобы он показал дорогу к месту захоронения, а в итоге… – Зажмурившись, Итан вздохнул. – Габриэль заполучил контроль над моим телом, и я ничего не мог сделать.

– Зачем он это сделал? – ужаснулась я, представив эту картину.

– Он был дерьмовым человеком при жизни и стал мстительным духом после насильственной смерти. Фокс привел меня на неработающий завод за пределами Гост-Харбора. Я спустился в один из производственных цехов в подвальном помещении и обнаружил там большой джутовый мешок.

– С останками?

– Я этого не знал и не собирался проверять, пока не приедет полиция. Нельзя было рисковать, мне и так предстояло объяснить, как я там оказался.

– И что случилось потом?

Я непроизвольно задержала дыхание в ожидании продолжения истории.

– Я впервые проводил ритуал связывания, поэтому не учел, что установившаяся между мной и духом связь сделает меня уязвимым. Мне следовало разорвать ее, как только мы оказались на месте, но я так торопился узнать правду, что обо всем позабыл. Фокс заполучил мои тело и разум, а когда я пришел в себя, у меня в руках был его череп.

– Боже, какой кошмар! – прошептала я. – И что ты сделал?

– Забрал его с собой. На нем были мои отпечатки, нельзя было оставлять его там.

– И поэтому ты решил хранить его у себя? А если бы кто-то нашел его у тебя дома?

– Да, – кивнул он, – это бы сделало меня главным подозреваемым. Ты знаешь, какое у людей в городе отношение ко мне. Поэтому я стер с черепа все отпечатки и начал расследование. Целый год я безуспешно пытался найти убийцу. А когда понял, что не разберусь с этим в одиночку, решил что-нибудь предпринять.

– То есть подкинуть череп нам на крыльцо?

– После случая с пожаром я не доверял Уилсону, но когда узнал о приезде в город нового детектива полиции, понял, что это мой шанс.

– А моему отцу ты, значит, доверял? – съязвила я.

– Благодаря Мэри я познакомился с вашей семьей еще до того, как вы появились в Гост-Харборе, – объяснил Итан.

– Она не просила тебя заботиться о Джеральде. Зачем вы общались после ее смерти?

– А ты не задумывалась, почему в вашем доме никто не прижился?

– Что ты имеешь в виду?

– Мэри не хотела, чтобы в ее доме жили посторонние, поэтому она избавлялась от каждого, кто в него заезжал.

Осознав, на что пошла моя тетя, чтобы добиться нашего с родителями переезда, я застыла в изумлении.

– Она пугала их, как меня?

– Да, в городе даже поползли слухи, и я решил узнать, почему она не обрела покой.

– Из-за нас? Но она ведь сама разрешила нам сдать ее дом.

– После смерти все меняется.

– Как это? – нахмурилась я.

– Бывает и так, что готовые к уходу люди вдруг отказываются принимать свою смерть и задерживаются на этой стороне порой на долгие-долгие годы.

– А моя тетя?

– Думаю, теперь, когда ты узнала всю правду, она наконец обретет покой.

– Всю правду?

– Лидия, Мэри не пыталась напугать тебя, – хмыкнул Итан. – Она лишь хотела предупредить тебя.

– О чем?

– Обо мне. Она знает, что это я подбросил тыкву.

– Значит, все эти ночные звуки были предупреждением?

– Мэри как могла пыталась достучаться до тебя. Я говорил, что не причиню тебе вреда и что в случае опасности мой фамильяр тебя защитит, но она все равно стала очень беспокойным духом. Прости меня за это. Я не хотел тревожить ее.

– Надеюсь, теперь она будет в порядке, – вздохнула я. – Значит, ты придумал весь этот план еще до нашего приезда в Гост-Харбор?

– Не в деталях. Когда ты прислала приглашение на вечеринку, пришлось импровизировать. К счастью, за день до этого мой отец вырезал несколько тыкв.

– А зачем ты снял видео с Дэнни и Эзрой?

– Я не собирался шантажировать их, если ты так подумала, – поспешил оправдаться Итан. – Я снимал их на тот случай, если Молли понадобятся доказательства травли. Но она не попросила нашей помощи. Я даже не знал, что она ходила к Фоксу. Думал, она просто не захотела бороться и сбежала в другую школу.

– Но ты хранил эти видео целый год и воспользовался ими в своих корыстных целях.

– Мне казалось правильным сохранить их. Никогда не знаешь, что произойдет дальше.

– В смысле?

– Я боялся, что Дэнни и Эзра найдут себе новую жертву… Но я не горжусь тем, что сделал, Лидия. И все же их участие в моем плане было необходимо. Без этой драки ничего бы не вышло.

– Ты мог оставить этот череп где-нибудь на окраине города. Сделать анонимный звонок в полицию и дождаться, когда полиция найдет убийцу.

– Нет, – покачал он головой. – Мне нужны были свидетели. Только так я мог быть уверен, что никто из полиции не избавится от улик, как в деле о пожаре.

– Итан…

– Лидия, у меня был только один шанс, и я не мог рисковать. Знаю, насколько безумно это выглядит, но мои руки… – Он вытянул передо мной раскрытые ладони. – Эти руки достали из того мешка голову убитого человека. Я держал череп своего учителя, который еще на днях преподавал мне историю. Этого бы не случилось, не будь я медиумом.

– Итан… – Я пыталась успокоить его, но он, едва сдерживая слезы, продолжал бормотать оправдания. – Посмотри на меня, пожалуйста.

– Мне нет оправдания, я втянул в это дело других людей. Но что мне оставалось? Никто бы мне не поверил. Меня бы арестовали. Я бы точно сел за убийство, которое не совершал. А знаешь, что самое забавное? После того как я забрал череп домой, гребаный мистер Фокс обрел покой.

– Но ты говорил…

– Я соврал, – перебил он меня. – Это я отчаянно хотел найти его убийцу. И это мне нужна была помощь, потому что произошедшее в подвале завода буквально сводило меня с ума.

– Итан, мне так жаль, – искренне расчувствовалась я, притягивая его к себе.

Припав к моей груди, он наконец-то расплакался.

– Ты был напуган, – прошептала я, крепко обнимая его за плечи. – И тебе казалось, что ты один против целого мира.

– Мне не казалось, – сказал он, подняв голову. – Так и было. С тех пор как у меня появились силы, на моей стороне никого не осталось. Папа, Эштон, ребята из школы и даже соседский пес… Меня стали избегать абсолютно все.

– Но теперь все не так, – напомнила я, глядя в его покрасневшие от слез прекрасные глаза. – Ты больше не одинок. У тебя есть я.

Его рука нащупала мою ладонь, и я переплела наши пальцы.

– Разве ты на меня не злишься?

– Я злюсь только на одного человека, и это не ты. – Поцеловав кончик его носа, я постаралась ободряюще улыбнуться. – Ты, как и Одри с Оливией, оказались в этой ситуации из-за Габриэля Фокса. Я виню его во всем, что случилось в прошлом году. И никто не заставит меня думать иначе.

– Ненавижу его, – признался Итан, наскоро вытирая рукавом домашней рубашки мокрые щеки. – Ты не представляешь, как тяжело было делать вид, что я расследую это убийство ради него.

– Я тоже ненавижу его. Особенно за то, через что тебе пришлось пройти из-за него.

Его глаза по-прежнему были полны боли, и у меня защемило сердце.

– Спасибо тебе, Лидия. Думал, ты уйдешь, когда узнаешь правду.

– Нет. Я не могу отвернуться от тебя, ты мне слишком дорог, – призналась я и наклонилась, чтобы поцеловать опущенный уголок его губ. – И я обещаю, что отныне всегда буду на твоей стороне.

– Я и мечтать не мог, что мне так повезет, – благодарно улыбнулся он. – Прости за все, Лидия. С сегодняшнего дня я буду стараться и стану лучше, клянусь.

– Для меня ты уже лучший, Итан.

Прижавшись к нему всем телом, я закрыла глаза и представила, какой будет наша жизнь теперь, когда мы окончательно стали одной командой. Одно я знала точно: больше никто из нас не будет чувствовать себя одиноко в этом городе. Что бы ни преподнес нам в будущем Гост-Харбор, мы будем готовы.

То, во что верит сердце

Воскресные смены – самые сложные. В кондитерскую на Ферн-вэй стекается добрая половина города, и нам приходится работать в два раза быстрее, чем обычно, чтобы добросовестно обслужить каждого посетителя. Но воскресенье накануне Рождества – это совершенно другой уровень. То количество праздничных пирогов, которое мы приготовили еще до открытия, лишило дара речи всех, кто увидел витрину нашей кондитерской этим утром.

После двух месяцев, что я здесь провела, мне правда хочется считать это место нашим, а себя – частью большого и дружного коллектива. Надеюсь, будет не слишком самонадеянно сказать, что Лили приняла меня в свою семью, мы даже начали обмениваться своими фирменными рецептами. Мне даже не приходится прыгать выше головы – она все равно видит мой потенциал и отмечает его при каждом удобном случае. Если честно, работая здесь, я впервые за долгое время ощутила свою значимость, и это чувство сделало меня очень счастливой.

– Ваши имбирные пряники! – Я протянула очередной крафтовый пакет с выпечкой покупателю и сразу же обратилась к следующему, чтобы принять заказ. – Добро пожаловать! Чего желаете?

– Здравствуйте. Мне, пожалуйста, яблочный пирог и сахарное печенье, – попросила молодая женщина, держащая за руку светловолосого малыша.

– Мама! – обратился он к ней, указав на витрину. – Хочу леденец!

– Конечно, сынок, – улыбнулась она и, подняв голову, снова обратилась ко мне: – Добавьте в заказ еще три леденца, пожалуйста.

– Хорошо, – отозвалась я, подготавливая пакет для сладостей.

Ближе к обеду Лили отправила меня на принудительный перерыв. Думаю, это случилось из-за ошибки, которую я допустила, когда отдавала сдачу пожилому мужчине, купившему сразу четыре фруктовых пирога. Как только я вышла из кондитерской и вдохнула свежий морозный воздух, мои плечи расслабились, а пульс замедлился. Мое тело определенно нуждалось в этом двадцатипятиминутном отдыхе.

Сбоку от меня появился Эштон, обнимающий за талию Кэри. Они всегда ходят соприкасаясь плечами, словно примагниченные друг к другу.

– Устала?

– Ног не чувствую, – простонала я.

– Сейчас вернусь.

Он дернул на себя дверь, и над его головой зазвенели рождественские колокольчики. Переведя взгляд на неловко поджавшую губы Кэри, я первая нарушила воцарившуюся тишину:

– Счастливого Рождества.

– О, точно, прости, – закивала она. – Тебя тоже с наступающим Рождеством.

Я так и не сказала папе о том, что узнала об Одри, но Кэри все равно сторонится меня. Наверное, в ее глазах я та, кого стоит всерьез опасаться. Ведь информация, которой я обладаю, может разрушить жизнь ее сестры. Но у меня и мысли нет пользоваться этой внезапной властью над чужой судьбой. Я приняла решение сохранить секрет Одри, и ничто не может заставить меня передумать.

– Чем займешься на каникулах? – поинтересовалась я, чтобы поддержать разговор.

– Поедем в горы кататься на лыжах, – ответила Кэри. – Мама, Одри и я.

– А умник?

– Он не фанат активного отдыха. Сказал, останется дома и будет учиться. «Заявка в колледж сама себя не напишет» и все такое…

Стоило заговорить об Эштоне, как ее лицо озарилось улыбкой.

– Что ж, он в своем репертуаре, – усмехнулась я.

– А у тебя какие планы на каникулы?

– Да так, ничего особенного. Буду работать. Может, слеплю снеговика.

– А Итан?

– Оказывается, в это время года услуги медиума пользуются особенно большим спросом, – ответила я, глядя на рыжую косичку Кэри, выглядывающую из-под сиреневой вязаной шапки.

– А, ну да. Люди хотят разделить этот светлый праздник с теми, кого уже нет в живых. Я и сама чаще обычного думаю о папе и бабушке, когда приближается Рождество.

– Мне правда жаль, что ты потеряла их.

– А мне жаль твою тетю, – призналась Кэри, робко улыбнувшись. – Гост-Харбор без нее опустел.

– Спасибо. Я радуюсь, когда слышу подобное. Мэри обожала этот город и любила тех, кто здесь живет. Вы для нее были второй семьей.

– Прости, что не заступилась за нее, когда ребята из школы говорили гадости.

– Ничего, – отмахнулась я. – Это в прошлом.

– И еще… – несмело начала Кэри. – Я так и не поблагодарила тебя за то, что ты сделала для моей сестры…

– А вот и я! – воскликнул вышедший из кондитерской Эштон.

Кэри быстро взяла меня за руку и, притянув к себе, прошептала на ухо:

– Спасибо, Лидия. Мы с сестрой этого никогда не забудем.

– Что за обнимашки вы тут устроили? – ехидно улыбнувшись, поинтересовался Эштон.

В одной руке он держал коробку с пирогом, а в другой – стакан, который внезапно протянул мне.

– Какао для лучшей сотрудницы!

– Это мне? – удивилась я, принимая напиток.

– А кому еще? Из нас троих только ты работаешь на каникулах, да еще и накануне Рождества.

– Спасибо, мне это было нужно.

Уже успевшие замерзнуть руки начали отогреваться от тепла стакана.

– Кстати, лучшей сотрудницей месяца признали Кэтрин.

– Кто это?

– Официантка. Недавно устроилась.

– Я в корне не согласен с этим выбором, – недовольно проворчал Эштон, и мы с Кэри рассмеялись.

Когда они ушли, а мой перерыв подошел к концу, я допила оставшееся какао и вернулась на рабочее место, где меня уже ждала целая очередь из покупателей, жаждущих отведать наши рождественские десерты.

Под конец смены на пороге кондитерской возник Итан. Его припорошенные снегом черные волосы растрепались, а обычно бледные щеки раскраснелись. Наградив меня обворожительной и полной самодовольства улыбкой, он подошел к кассе, за которой я стояла.

– Надеюсь, мой особый заказ уже готов? – медленно проговорил он, наблюдая за тем, как я пялюсь на его губы. – Мисс Мур, не отвлекайтесь.

– Не могу, – сказала я с придыханием, – это выше моих сил, мистер Блейк.

– Вы должны сосредоточиться на работе, если не хотите попасть в неприятности, – томно прошептал он, подавшись вперед.

– Меня не страшат неприятности. А порой они меня даже привлекают.

– Вот как? – приподнял он брови.

– Да.

– И давно это с вами, юная леди?

– С тех пор как я начала встречаться с медиумом. Он перевернул мой мир.

– Какой негодяй. Украл сердце такой прекрасной девушки.

Хихикнув, я легонько толкнула его в грудь.

– Сейчас принесу твой пирог.

Поставив перед Итаном коробку с его любимым десертом с орехами пекан, я начала готовиться к закрытию.

– Подожду тебя вон там, – указал он на свободный столик, и я, кивнув, проводила его взглядом.

В его присутствии мое сердце трепещет, и мне искренне хочется, чтобы эти ощущения длились вечно.

Освободившись и попрощавшись с Лили и остальными, я подошла к Итану.

– Идем?

– Да, – отозвался он, натягивая на руки серые шерстяные перчатки.

Гуляя по украшенным к Рождеству улицам Гост-Харбора, я проникалась симпатией к этому месту и надеялась однажды назвать его своим домом. Несмотря на все плохое, что случилось в этом небольшом городке, здесь по-прежнему живут люди, заслуживающие счастья.

Суд над мисс Осборн должен состояться в начале следующего года, и мы все с нетерпением ожидаем вердикт, который вынесут присяжные заседатели. Помимо флешки, которую она попыталась подбросить Гэвину Уилсону, полиция нашла и другие доказательства ее вины, например, канистру с щелочным раствором в ее гараже, состав которой совпал со следами вещества, найденными на черепе убитого. Оставшиеся части тела Габриэля Фокса до сих пор не обнаружили. Оливия охотно сотрудничает со следствием, но сообщать, где они находятся, наотрез отказывается. Есть еще один человек, который мог бы направить полицию по нужному адресу, но Итан предпочел оставить эту тайну при себе. Папа ни на минуту не прекращает поиски возможного свидетеля убийства, который подбросил нам тыкву, но его шансы добраться до правды угасают на глазах. Мисс Осборн как зеницу ока оберегает тайну Одри и продолжает настаивать, что в ту ночь на школьной парковке больше никого не было. Впрочем, узнав причину убийства, большинство жителей Гост-Харбора встали на сторону Оливии. Имя Габриэля Фокса местные стараются вычеркнуть из памяти города, при этом решив помнить, какое зверство он совершил четыре года назад. По словам отца, Гэвин Уилсон часто навещает мисс Осборн в тюрьме, и, похоже, это идет на пользу их разбитым после смерти Ноа сердцам.

Глядя на то, как мигающие огоньки гирлянд отражаются в глазах Итана, я не выдержала и обхватила его лицо ладонями.

– Ты такой красивый! – с нескрываемым восхищением сказала я. – И я так сильно влюблена в тебя, что даже страшно. – Ничего не ответив, он расплылся в счастливой улыбке и потянулся за поцелуем, но я отстранилась. – Эй! Скажи, что тебе тоже страшно!

– С чего бы? – усмехнулся он.

– Разве тебя не пугают эти чувства?

– Не-а. Я рад, что испытываю их. Надеюсь, это навсегда.

– Навсегда? – переспросила я, смахнув с его ресниц снежинку.

– Ты и я, – прошептал он. – Хочу, чтобы это не кончалось.

– Я тоже.

Как только я прильнула к его губам, мои щеки запылали огнем.

– Смотри не раздави пирог, – предупредил меня Итан в перерыве между чередой пылких поцелуев.

– Осуждаешь мое поведение?

– Ни в коем случае. Я его всячески одобряю.

Рассмеявшись, я поцеловала его еще раз и отстранилась.

– Нужно идти: холодно становится.

– Хочешь зайти ко мне? – предложил Итан. – Угощу тебя куском пирога.

– А твой папа разве не дома?

– Он сейчас не в городе. И скоро он съедет совсем.

– Что?! – воскликнула я, чуть не споткнувшись о небольшой сугроб. – Куда?

– В Роджер-порт. Там живут его родители, мои бабушка с дедом.

– Он оставит тебя одного?

– Мне уже восемнадцать, – пожал он плечами, будто его совсем не беспокоит происходящее.

– Но ведь его дом – здесь…

– Дом, в котором мы живем, много лет принадлежал семье моей мамы, а отцу здесь никогда не нравилось. Не хочу, чтобы он мучил себя, оставаясь в Гост-Харборе только из-за меня.

– Значит, ты не против его переезда?

– Может, он пойдет на пользу нашему общению, которое уже давно сошло на нет. Если честно, я надеюсь, что расстояние нас помирит.

– И ты не боишься жить один?

– А чего мне бояться? – улыбнулся он. – Папа продолжит помогать мне, но я и сам могу позаботиться о себе.

– Да, но разве ты не будешь скучать?

– По отцу?

– По ощущению, что дома есть кто-то еще.

Он приобнял меня за плечи.

– Ты же меня знаешь, Лидс, я никогда не бываю один.

– Да, но живые собеседники тебе тоже нуж-ны.

– Ты мой собеседник, единственный и самый главный.

– А ты не думал…

Начав говорить, я тут же осеклась.

– Что?

– Не знаю, заметил ли ты, но Эштон уже давно пытается помириться с тобой.

– Я ему не доверяю, – моментально отозвался Итан.

– Почему не хочешь попробовать? Вы же были лучшими друзьями.

– Вот именно, что были. Теперь все по-другому.

– Об этом я и говорю. – Эмоционально взмахнув рукой, я случайно стукнула по коробке с пирогом и, виновато улыбнувшись, продолжила: – Вы больше не дети. И ты, и Эштон повзрослели и переосмыслили то, что произошло.

Шаги Итана замедлились, и через несколько секунд он остановился.

– Я… скучаю по нему.

– Правда? – обрадовалась я.

В душе затеплилась надежда, что для них еще не все потеряно.

– Да, все эти годы мне не хватало нашей дружбы. Я столько раз хотел поговорить с ним, но так и не смог. Мне кажется, что он меня презирает.

– Уверена, это никогда не было правдой. Просто он не понимает, что происходит.

– Как и я, – горько хмыкнул Итан.

– Значит, ты поговоришь с ним?

– Попробую. Терять все равно нечего.

– Ты точно не пожалеешь об этом, – заверила я его, искренне веря в возрождение их с умником дружбы.

– Я оставлю пирог и провожу тебя, – сказал Итан, когда мы дошли до двери его дома.

– Хорошо, – отозвалась я. – Можно зайти с тобой?

– Идем.

Переплетя наши пальцы, Итан завел меня внутрь. Оставив пирог в кухне, мы ненадолго застыли в окружении царящей вокруг темноты.

– Лидия? – окликнул меня уже ставший родным голос.

– Мм?

Я продолжала держать его за руки, а мои собственные почему-то дрожали. Так происходит каждый раз, когда мы оказываемся наедине в интимной обстановке.

– Я люблю тебя, – признался Итан.

Он притянул меня к себе, и я непроизвольно ахнула. Прижавшись к нему, я прислушалась к сердцу, бьющемуся у него в груди, и поняла, что его тело тоже бьет мелкая дрожь.

– Нам нельзя спешить, но иногда… – Итан нежно коснулся моих губ. – Иногда ты сводишь меня с ума, Лидия.

– Обещаю, что скоро мы попробуем… зайти дальше. – Мгновенно засмущавшись, я зарылась лицом в его шею и пропищала: – А-а-а, забудь, что я сказала!

– Не стесняйся, – прошептал он мне на ухо, – я хотел предложить тебе то же самое.

Покрывшись с головы до ног мурашками, я подняла взгляд.

– Правда?

– Конечно.

Его глаза блестели желанием, которое мы тушили всю последнюю неделю. Я чувствовала, что близок день, когда мы не сможем остановиться и нашим телам станет тесно в одежде.

– Хорошо.

Соединившись в долгом, полном страсти и трепета поцелуе, мы стояли посреди кухни, окутанные тишиной и бледным лунным светом, льющимся из окна.

– Не хочешь поужинать со мной и моими родителями? – предложила я, отстранившись спустя некоторое время.

– А они любят пирог с орехами пекан? – уточнил Итан, хитро улыбнувшись.

– Нет, зато его любишь ты. А так как я люблю тебя, им придется полюбить эту сахарную бомбу с орехами.

Рассмеявшись, он подошел к столу, чтобы забрать с собой коробку.

– Тогда идем.

– Супер! – Оставив легкий поцелуй на его щеке, я первая побежала в коридор, где на меня вдруг налетел Джеральд. – Ауч!

– Кажется, он не рад, что я буду ужинать не дома, – сказал Итан, сняв крылана с моей головы. – Прости, Джер.

– А он не против пойти… то есть полететь с нами?

– Думал, ты уже никогда не предложишь, – подал голос крылан.

Спикировав мне на плечо, он сложил крылья и, навострив уши, посмотрел на дверь.

– Он определенно за, – довольно хмыкнул Итан.

В последнее время я старалась не вспоминать о расследовании, которое мы недавно вели, но сейчас, идя по улице в компании тех, кто помог мне отыскать убийцу, я не могла не думать о нас как о команде. О самой настоящей, сплоченной, готовой к любым опасностям и трудностям команде, с членами которой меня связывает гораздо больше, чем дело о убийстве.

С тех пор как в моей жизни появились секреты Одри и Итана, часть меня – та, что верит в правосудие, – навсегда изменилась. Можно подумать, что я отказалась от собственных убеждений, но это не так. Правда всегда была и будет на стороне закона, и, возможно, однажды я сама стану частью этой системы, прямо как мой отец. Но до тех пор, пока у меня есть выбор, я буду оставаться на стороне тех людей, в чью правду верит мое сердце.

Примечания

1

Выдуманная социальная сеть для размещения фотографий. (Прим. авт.)

2

Вид печенья, в состав которого входят мука, жир, сахар и соль. Обваливается в коричневом сахаре.

3

Вид десерта из нескольких выпуклых коржей, между которыми проложена кремообразная начинка.

4

Roly-poly doll – это игрушка с круглым дном, обычно в форме яйца, которая стремится встать на место, если ее уронить под углом. Аналог российской неваляшки.

Content

Ксения Леонидовна Пашкова
Тыква с секретом

Ее величество Тыква

Допрос с пристрастием

Плохие новости

Не Дракула

Тайное расследование

Первые подозреваемые

Умник

Сестры Мартин

Постыдная тайна

Уроки химии

Ритуал

Признания и пироги

Несчастный случай

Любовный треугольник

Дом с привидениями

Злобный дух

Ведьмины руны и колдовские травы

Сказки

Обещания и пирог с орехами пекан

Вопиющая клевета

Внезапное нападение

Изобличение

Последняя тайна

То, во что верит сердце

Примечания