Молодежь на вахте мира

Вместе со всем советским народом молодые патриоты нашей области охвачены пафосом мирного созидательного труда. Все их мысли и дела посвящены борьбе за мир, за счастливую и радостную жизнь, строительству коммунизма.

Подписав Стокгольмское Воззвание, молодежь Южного Урала еще активнее включилась в социалистическое соревнование за досрочное выполнение и перевыполнение производственных планов, изо дня в день повышает производительность труда. Молодые стахановцы смело ищут новые методы работы, новые пути к увеличению богатства и усиления могущества нашей Родины.

Всей стране известны имена молодых лауреатов Сталинской премии, сталеваров-скоростников Магнитогорского комбината имени Сталина Владимира Захарова и Ивана Семенова. Совершенствуя и развивая в творческом содружестве с инженерно-техническими работниками свой метод скоростного сталеварения, тт. Захаров и Семенов вместе с почетным металлургом Мухамедом Зинуровым досрочно выполнили свои социалистические обязательства, выплавив в 1950 г. дополнительно к плану 16 069 тонн стали и сэкономив государству более миллиона рублей. Это их вклад в дело защиты мира. Выражая непреклонную волю всех магнитогорцев, Владимир Захаров на Второй Всесоюзной конференции сторонников мира заявил: «Магнитогорские металлурги и впредь будут самоотверженным трудом крепить могущество советской Родины во имя мира во всем мире».

Далеко за пределами области известны имена комсомолок-новаторов — зуборезчицы Нины Назаровой, старшего контролера Руфины Рассомахиной, технолога Анатолия Семенова, наладчика Ивана Лобанова, сталевара Ивана Исаева и фрезеровщицы Ани Цыбульской.

Молодые колхозники и рабочие совхозов, комбайнеры и трактористы нашей области славно трудились на колхозных и совхозных полях, вырастили богатый урожай и тем самым внесли большой вклад в дело защиты мира во всем мире. Из среды молодежи выросли такие замечательные мастера социалистического земледелия, как председатель колхоза имени Ленина, Сосновского района, депутат Верховного Совета РСФСР Зотей Чуваков, Герой Социалистического Труда Евдокия Кондакова, знатная доярка Мухаметзянова.

Изучая основы мичуринской биологической науки и применяя ее в колхозном производстве, молодые труженики сельского хозяйства прилагают все силы, чтобы в новом году добиться дальнейшего подъема сельского хозяйства нашей области, внести еще больший вклад в дело укрепления могущества нашей Родины, повышения благосостояния и богатства нашего народа.

Плечом к плечу с молодыми тружениками промышленности и сельского хозяйства идет учащаяся молодежь. Упорной учебой и трудом она выражает свое горячее стремление все свои знания, мастерство отдать делу строительства коммунизма, делу борьбы за мир.

В ответ на агрессивную политику англо-американских империалистов молодежь Южного Урала еще активнее и решительнее выступает за мир. Она уверена в победе, ибо знаменосцем борьбы за мир является товарищ Сталин, а где Сталин — там победа.

В. ФЕДИНИН,

секретарь обкома ВЛКСМ

Константин Аблин,

секретарь комитета комсомола Челябинского завода им. Колющенко

ДЛЯ СТРОЕК КОММУНИЗМА

Недавно в комитет ВЛКСМ зашел Иван Николаев — слесарь-сборщик цеха сборки скреперов. Поздоровавшись, он решительно сказал:

— Хочу на Волгу… Устрой, Костя, пожалуйста…

Мне не впервые приходилось выслушивать такие просьбы. За те два месяца, что я работаю секретарем комитета комсомола, не было дня, чтобы не приходили ребята — знакомые, друзья по цеху, в котором вместе собирали лебедки, и те, кого видел в первый раз. Многие делали вид, что зашли случайно, по пути, потом набирались смелости и требовали немедленно отправить на Волго-Дон, или на Куйбышевгидрострой, или на строительство Сталинградской гидростанции. И много надо труда, чтобы убедить нетерпеливого паренька: совсем не обязательно уезжать с завода, и здесь ты являешься участником великих строек коммунизма.

…Я положил перед Иваном Николаевичем письмо от молодых строителей Куйбышевской ГЭС, в котором они благодарят нас, колющенцев, за досрочно выпущенные дорожные машины. Николаев отодвинул письмо в сторону.

— Знаю, читали всем цехом, — с обидой в голосе сказал он. — Все это я очень хорошо понимаю. Но и ты, секретарь, должен понять меня. Не ради славы и не ради любопытства хочу ехать. Я ведь не навсегда, только посмотрю, как работают наши машины, да покажу, что можно из них выжать. Кто лучше знает скрепер — тот, кто работает на нем, или кто собирал его вот этими руками? Нет, ты скажи…

Напрасно я убеждал его, говорил, что на строительстве хватает опытных инженеров, которые всегда помогут трактористам. Он так и не согласился со мной. Горячился, упрашивал, доказывал. Видя, что все его доводы напрасны, еще больше обиделся, сгреб шапку и, уходя, сказал:

— Работать я, конечно, буду. Но ты мою мечту не топи. На Волгу все равно поеду…

В тот вечер я засиделся, готовил доклад для бюро горкома о том, как молодые колющенцы выполняют заказы для строек коммунизма. Писал, рылся в табелях, сводках, докладных, а перед глазами нет-нет да и появлялось упрямое лицо Николаева и слышался его голос: «Ты мою мечту не топи». На самом деле: кто сейчас не мечтает побывать там, где строят гигантские гидростанции? Я и сам бы поехал туда, если бы предложили… Но мечта мечтой, а землеройные машины для строек надо кому-то делать! И мне вспомнился кинофильм «Далеко от Москвы». Там, вот так же Алексей Ковшов рвется на фронт, а Батманов и Беридзе доказывают ему, что строительство нефтепровода — важное государственное дело, от которого зависит победа. И я пожалел, что не рассказал об этом Николаеву. Пожалуй, он бы понял…

На следующий день ко мне пришел секретарь комсомольской организации первого сборочного цеха Андрей Сазыкин. Было ясно, что он чем-то озабочен.

— Николаев? — неожиданно для себя спросил я. Мне все еще не давал покоя вчерашний разговор.

— Чего «Николаев»? — удивился комсорг. — С Николаевым все в порядке. А вот с четвертым цехом плохо получается. Пришлют детали и успокоятся. Ждем, ждем, остановим сборку, опять ждем. Дорогое время уходит, а их не касается. Надо срочно наладить ритмичную подачу деталей, подогнать поставщиков…

Дело было серьезное. Собрались члены комитета. Кто-то предложил написать от имени комсомольцев и молодежи первого цеха обращение к молодым рабочим механического участка. За эту мысль ухватились. Решили провести собрание в четвертом цехе. Когда обращение было составлено и подписано сборщиками, мы все направились к поставщикам.

Собрание было бурное. Критиковали зло, с воодушевлением. Выяснились главные причины простоев: часто задерживается поступление заготовок, многие станки поизносились, некоторая часть молодежи халатно относится к работе. Нужно было принимать срочные меры. На собрании все молодые рабочие дали слово, что сборка из-за них не будет задерживаться ни на минуту. Они сами решили отремонтировать неисправные станки и взять их на социалистическую сохранность по примеру Нины Назаровой. Здесь же участники собрания написали обращение к магнитогорцам, в котором призывали их не задерживать поступление заготовок.

«От вас зависит досрочная выдача дорожных машин стройкам коммунизма, — писали они. — Надеемся, что вы будете работать в одном ритме с нами».

Примерно через полмесяца, когда я был в первом цехе, мне встретился все тот же Николаев и сказал:

— Теперь поставщики не задерживают… Спасибо за помощь, Костя…

И застенчиво улыбнулся.

— А как же с поездкой, — шутливо спросил я. — Сам-то не утопил свою мечту? Слыхал, что скоро бригада поедет на Волгу?

— Ну, что же, пошлют — поеду… Только и здесь дела много…

* * *

Да, дел у нас хватает! Волнующие дни переживает коллектив завода имени Колющенко. Встав на вахту мира, он самоотверженно трудится над выполнением заказов для строек коммунизма. То и дело с заводской погрузочной площадки сходят эшелоны с новенькими бульдозерами, скреперами, канавопалоделателями. Там, на волжских и днепровских берегах они вгрызаются в землю, роют, копают, закладывая площадки для будущих зданий гидроэлектростанций, равных которым нет и не было в мире. Мы горды этим почетным заказом. Наш лозунг сейчас один: «Больше дорожных машин для строек коммунизма!»

Какой радостью дышали лица молодых рабочих из первого цеха, когда они собрали первый скрепер для Волго-Дона! Но еще счастливее были они, отправляя первый эшелон. Говорили жаркие речи, обещали работать еще лучше и все казались на целую голову выросшими. Да так оно, собственно, и есть: выросла духовно молодежь нашего завода, она меряет свой труд с государственной точки зрения и сознает, что этим своим трудом активно борется за мир во всем мире.

…Недавно на завод пришло письмо из Куйбышева. Мы решили ознакомить с ним молодежь цеха сборки лебедок. Был обеденный перерыв. Из красного уголка раздавались голоса. Группа молодых рабочих о чем-то оживленно разговаривала.

— Да нет, это не наш, — говорил маленький юркий паренек, всматриваясь в фотографию из «Комсомольской правды».

— А я тебе говорю — наш. И водитель наш, и бульдозер наш, — горячился другой, отбирая у него газету.

— В чем дело, ребята? — спросил я.

— Да вот снимок напечатан. Бульдозерист Иван Соколов на строительстве Куйбышевского канала выполняет норму на триста процентов. Тот самый Соколов, что у нас на заводе учился…

— Да нет же, не тот, — вмешался третий. — Того Соколова я хорошо знаю. И ты, Володька, не путай. Бульдозер может быть наш, а водитель нет…

— В конце концов неважно, откуда этот Соколов, — прервала ребят Нина Прокопьева, член заводского комитета комсомола. — Я не сомневаюсь, что и другой, тот, который учился в нашей школе бульдозеристов, тоже стахановец. Плохо работать на стройках коммунизма нельзя — совесть не позволит.

— Сейчас вообще нельзя работать кое-как, — сказал слесарь-сборщик Владимир Шаров. — Понимать надо, какое большое дело делаем…

— Правильно, — поддержала Нина. — Хотите послушать, что пишет секретарь Куйбышевского горкома комсомола? Только что получено письмо…

— Конечно, хотим…

Ребята заволновались, теснее придвинулись к столу.

Нина читала ровным, спокойным голосом, очень выразительно:

«На подготовке железнодорожного полотна широко используются скреперы и бульдозеры. На некоторых из них видны надписи: «Строителям Куйбышевской ГЭС от Челябинского завода имени Колющенко». Эти машины пользуются у нашей молодежи хорошей репутацией. Они применяются у нас для выравнивания грунта на подъемах, корчевании пней, для устройства насыпей в лощинах и на других земляных работах. На машинах, изготовленных при участии молодых колющенцев, работают молодые скреперисты Юрий Стрельцов, Анатолий Нечаев и Анатолий Никулин, которые вдвое перевыполняют свои сменные задания. Так же работает и один из наших лучших водителей бульдозеров Павлов. Пройдет еще немного времени и по этому новому пути двинутся составы с грузами.

От имени молодых строителей величайшей в мире Куйбышевской гидроэлектростанции передаю комсомольский привет молодежи Челябинской области. Мы горячо благодарим вас, друзья-южноуральцы, в том числе и молодежь завода имени Колющенко, за помощь, которую вы нам оказываете в решении грандиозной задачи, поставленной партией, правительством, великим Сталиным. Мы обращаемся к вам, юноши и девушки завода имени Колющенко, с призывом — дать нам как можно больше скреперов и бульдозеров.

На крупнейшей станции нашей магистрали создано двенадцать комсомольских контрольных постов. Все они зорко следят за быстрым продвижением грузов для величественной стройки. Коллективы этих постов ждут эшелоны с вашей продукцией, молодые южноуральцы.

Секретарь Куйбышевского горкома ВЛКСМ

У з ь к о в».

— Вот это да! — восхищенно вздохнул Володя Шаров. — Молодцы строители. А ведь у нас, ребята, много еще недостатков. Некоторые из нас не выполняют нормы. Надо поставить дело так, чтобы все были стахановцами.

Предложение Шарова дружно подхватили остальные молодые рабочие.

На очередном заседании комитета я поставил вопрос: надо помочь молодым рабочим в совершенстве овладеть своей специальностью, развить еще больше их творческую активность. Но как это сделать? Конечно, посредством стахановских школ. Руководство обучением молодых рабочих мы возложили на Юрия Федосеева. Он поговорил с начальниками цехов, те выделили опытных, любящих свое дело мастеров, и с этих пор каждый день во всех цехах стали проводиться производственно-технические курсы.

Комитет комсомола внимательно следил за их работой. Комсорги цехов персонально отвечали за свои курсы и регулярно сообщали о их деятельности. Там, где дело с обучением молодых рабочих шло плохо, проводились собрания, выпускались «молнии», критикующие отстающих. Некоторых комсомольцев, неаккуратно посещающих курсы, мы обсуждали на комитете. Чувствуя постоянный контроль, молодежь подтянулась, стала активнее участвовать в занятиях, а вскоре очень полюбила их.

В течение полутора месяцев более ста молодых рабочих успешно закончили стахановские школы, 15 человек освоили вторые профессии, сейчас на курсах и в стахановских школах обучается еще сто человек. Все окончившие школы и курсы повысили свои разряды. И когда пришла телеграмма от начальника «Гидроволгодонстроя» тов. Пахомова, в которой он просит колющенцев выполнить заказ по скреперам и бульдозерам досрочно, к Первому мая, молодые рабочие, не сомневаясь, чувству» в себе много сил, сказали:

— Выполним!

* * *

Когда идешь по нашему заводу, в глаза бросаются яркие лозунги. Они призывают колющенцев больше выпускать машин для строек коммунизма, бороться за отличное качество продукции, за снижение себестоимости, за внедрение передовых методов труда. Эти лозунги писали комсомольцы. Комсомольцы являются примером не только в труде, но и в учебе, и в массово-политической работе.

Комитет комсомола недавно обратился к комсомольской организации Челябинского педагогического института с просьбой выделить лекторов из числа студентов. В институте охотно пошли нам навстречу. Предложили 52 лекции, из которых мы выбрали самые лучшие, самые интересные, как например: «Великие стройки коммунизма», «Сталинский план преобразования природы», «Человек — преобразователь природы», «Урал — сокровищница природных богатств», «Реки и озера нашей страны и их использование», лекции на естественнонаучные, технические, литературные и другие темы. Теперь каждую неделю к нам приходят студенты педагогического института. Молодежь встречает их, как самых дорогих гостей. Во время лекции собирается столько молодых рабочих, что ни одного свободного места не найдешь. На прощанье студентов благодарят:

— Спасибо… Приходите еще… Помогаете нам работать…

А работают ребята по-настоящему, самоотверженно. Взять хотя бы к примеру токаря-комсомольца Александра Столбова. В эти дни он обтачивает втулку вала барабана лебедки для скрепера. И как обтачивает! Успешно внедрив скоростной метод резания металла и рационально используя каждую минуту рабочего времени, он ежедневно вырабатывает по три с половиной сменных задания. Не отстают от него и токари из комсомольско-молодежной бригады Леонида Лебедева. На доске показателей против фамилий молодых стахановцев Юрия Кузнецова, Андрея Дубровина, Иды Гейкиной всегда стоят цифры 250—300 процентов. Секрет их высокопроизводительного труда — в любовном и творческом отношении к делу. Молодые рабочие всегда хорошо готовят рабочее место и стремятся с наибольшей пользой использовать все 480 минут своей смены. Много у них инициативы, выдумки. Сборщик лебедок Петр Лункин придумал новый способ нарезки резьб отверстий в барабане, переведя ее с ручной на станочную. Таких новшеств, внедренных молодежью, не перечислить.

Особенно радостно, что машины, выпускаемые заводом, все более совершенствуются. Конструкторы, стахановцы-рационализаторы (среди тех и других много молодежи) неустанно работают над созданием новых образцов бульдозеров, скреперов, автогрейдеров. Член технической секции молодых специалистов комсомолец-конструктор Рябухин и секретарь комсомольской организации заводоуправления Полина Хозина в содружестве с другими конструкторами создали новый тип бульдозера, выгодно отличающегося от выпущенных ранее машин. Другой новый бульдозер, носящий название «Колющенец», проходит заводские испытания. Коллектив конструкторов разработал модель исключительно мощного скрепера, который на 100 метров перебрасывает 230 кубометров грунта в час.

Обо всем этом хорошо рассказывают комсомольцы-агитаторы, когда проводят беседы в цехе или молодежном общежитии. И надо видеть, с каким интересом слушают эти увлекательные беседы молодые рабочие. Технический рост предприятия, на котором они выросли и выучились, успехи товарищей по цеху, трудовая доблесть строителей гидростанций — все это для них родное, близкое…

На заводе сейчас нет молодых рабочих, не выполняющих норму. Многие и многие дают в смену два-три задания. Особенно отличается комсомольско-молодежная бригада Петра Кравченко. 400—480 процентов — таков повседневный показатель работы этого дружного коллектива сборщиков. Три-четыре нормы стал давать и сборщик скреперов Иван Николаев.

* * *

Кстати, о Николаеве. Его уже нет на заводе. Он вместе с группой комсомольцев-инженеров и стахановцев командирован на «Гидроволгодонстрой».

…В первых числах апреля завод отправлял на Волго-Дон партию досрочно выданных скреперов и бульдозеров. На погрузочной площадке меня встретил Николаев, уезжавший с этим эшелоном. Мы стояли у головного вагона и разговаривали. Вечернее солнце золотило заводские трубы. Пахло весной, сладкой гарью пережженной нефти, свежей масляной краской.

— Ты, Костя, извини меня, — говорил Николаев, поглаживая бок укрепленного на платформе скрепера. — Поругался тогда с тобой. Уезжаю вот, и жалко с заводом расставаться. Ну, ничего, побуду там, помогу, вернусь с новыми силами… На работу я злой сейчас. А ты забудь про тот наш разговор…

— Может быть, останешься? — спросил я в шутку.

Он посмотрел на меня, ничего не сказал и только головой покачал: нет, мол. Помолчал. Потом проговорил, как бы сам с собой:

— Далеко отсюда Волга, а будто бы совсем рядом, вот здесь. Сердцем мы с теми, кто там трудится…

— Так и все советские люди, Ваня. Недаром говорят: стройки коммунизма — всенародное дело.

О многом мы поговорили в тот вечер. Когда дали сигнал к отправке — было темно. Я стоял с группой товарищей и смотрел, как мимо проходили платформы с нашими машинами. Рука еще чувствовала прощальное пожатие Николаева. Прогромыхал последний вагон, и закачались на нем рубиновые огоньки. Мы смотрели им вслед. Казалось, они не удаляются, а растут, сливаются с огнями вокзала, завода, гидростанций… Эти огни были ослепительно яркими, волнующе прекрасными. Огни коммунизма…

Мильнебика Мухаметзянова,

депутат Челябинского областного Совета, доярка колхоза им. Кирова, Буринского района

РАССКАЗ ДОЯРКИ

Вспоминаю 1941 год. Наш колхоз, как и вся страна, переживал трудное время. Большинство мужчин ушло в армию. Часть машин и лучших коней мы отдали для фронта. В деревню приходили известия о тяжелых боях, которые вела Советская Армия с немецко-фашистскими захватчиками.

На наши плечи легли большие заботы. Юноши и девушки как будто сразу стали взрослыми, пропало прежнее, беззаботное настроение. Каждый понимал, что в эти дни от его работы зависит многое в судьбе Родины.

Я тогда училась в школе, и мне казалось, что я так мало делаю для победы, для страны, что иногда становилось стыдно. Ведь мы в тылу должны были также ковать победу над врагом, снабжая наших воинов всем необходимым. Вот почему я пошла к председателю колхоза и попросила дать в колхозе самую трудную работу:

— Я — сильная, справлюсь…

Правление направило меня на животноводческую ферму дояркой.

* * *

Неспокойно спится в зимние вьюжные ночи. Метель завывает, гремит по крыше. Не до сна в такую ночь. Думаешь о своих подопечных, не холодно ли им. Коровник у нас был тогда старый. Новый только собрались построить — война помешала. В одну из таких ночей прибежал ко мне ветеринарный санитар Кашаф Шарапов. — «Зорька» твоя заболела, — сказал Кашаф, — лежит пластом и подняться не может. Надо срочно звать фельдшера.

«Зорька» была самой лучшей коровой в стаде.

Выскочила я на улицу, забыла и полушубок накинуть. Буран, холодно. Я бегу к коровнику, ног под собой не чую, шуточное ли дело — фельдшера вызвать за тридцать километров! Да в такую метель и лошадь-то с дороги собьется.

За фельдшером поскакал на лучшем рысаке сам заведующий фермой. Фельдшер прибыл во-время.

«Зорька» была спасена.

Лето принесло новые хлопоты. Стоял жаркий июль. Колосилась рожь. Скоро убирать хлеб, а бригада косарей еще не справилась с заготовкой кормов: нехватало рабочих рук.

Крепко задумались колхозники. Разве можно оставить скот без кормов или потерять хоть один колос в такое время? Не этого ждет от нас Родина. Что делать?

Поговорили мы с Анисой Тоймасовой и решили, что надо нам, дояркам, создать бригаду и итти самим на покос.

Партийная организация и правление колхоза одобрили наше предложение. После этого собрали мы девчат и сказали о своем решении.

— Трудно будет, девочки, не поспеем коров доить, — сказала одна доярка.

Досадно мне стало от этого.

— А что же, — говорю, — там, на фронте, легче! Поднимите руки, у кого на фронте родные есть.

Подняли руки все. А на другой день без лишних разговоров отправились на сенокос. В бригаде оказались почти все вчерашние школьницы. Для многих война оказалась первым тяжким испытанием, а работа на колхозном поле — первой трудовой школой.

Косарями мы оказались плохими. Коса не слушалась, руки немели. Отдохнем немного, подбодрим друг друга и снова идем по высокому ряду травы. Однако постепенно привыкли и реже отставали от умелых косарей. Зато уж зимой доярки были спокойны: кормов хватало до лета… На фронт отцам и братьям писали: «Не беспокойтесь, хозяйство наше артельное не слабеет, а крепнет. Колхоз с каждым днем увеличивает помощь фронту»…

* * *

Майским светлым утром 1945 года пришла победа. К мирному, радостному труду вернулись советские люди.

Не забудет никто из нас тех минут, когда собравшись в сельском клубе, мы слушали волнующую речь родного вождя. Товарищ Сталин говорил:

«Теперь несколько слов насчет планов работы коммунистической партии на ближайшее будущее. Как известно, эти планы изложены в новом пятилетнем плане, который должен быть утвержден в ближайшее время. Основные задачи нового пятилетнего плана состоят в том, чтобы восстановить пострадавшие районы страны, восстановить довоенный уровень промышленности и сельского хозяйства и затем превзойти этот уровень в более или менее значительных размерах».

Эти слова явились для советских людей программой большого труда — труда для мира, для счастья, для коммунизма. Много предстояло трудностей, но каждый из нас в этот миг ясно увидел это коммунистическое завтра, к которому стремились мы, советские люди. Не ради ли этой великой цели шли мы, советские девушки и женщины, на лишения в суровые годы войны, не ради ли ее отдали свою жизнь многие наши близкие и друзья! Мир настал, выстраданный, заслуженный, необходимый для созидательного труда.

Я и мои подруги работали теперь с удесятеренной энергией.

Другое лелеяли империалисты Америки и Англии. Им, заокеанским фабрикантам оружия, разбогатевшим на войне, мир не нужен был. Они мечтали, что в ходе второй мировой войны рухнет советское государство, а вместе с ним наш колхозный строй, созданный по воле большевистской партии советским крестьянством. Не могут они успокоиться и сейчас, их душит злоба оттого, что Советский Союз растет и крепнет, жизнь советских людей становится все лучше и лучше, что вместе с нами в одном строю борцов за мир идут страны народной демократии и все прогрессивные силы мира. Американские империалисты заходят все дальше и дальше в своих наглых провокациях.

Однажды к нам на ферму книгоноша принесла свежий номер газеты, откуда-мы узнали об американской агрессии в Корее. Трудно выразить словами, какой гнев у колхозников нашей сельхозартели вызвала эта авантюра.

Тут же без всякого приглашения собрались доярки, телятницы, все работницы фермы.

Моя подружка Сарвер Мухамедьярова, всегда застенчивая, скромная, заговорила первой:

— Американцы неспроста затеяли эту войну в Корее. Они хотят задушить корейский народ, напасть на Китай, а потом и на нас войной пойти.

Советские люди — мирные люди. Мы любим труд и умеем трудиться. Но мы умеем и защищать Родину с оружием в руках. Неужели разгром немецких фашистов ничему не научил англо-американских поджигателей войны!

— А по-моему, если мы будем хорошо работать — войны не будет, — сказала доярка Хабибджамал Кадырова. — Только нам, колхозникам, надо так включиться в борьбу за мир, чтобы своим трудом повседневно укреплять Родину. Я предлагаю: встанем, как рабочие, на вахту мира и начнем соревноваться за досрочное выполнение трехлетнего плана развития животноводства. Я лично хочу вызвать на соревнование Мухаметзянову Мильнебику!

Кадырова — опытная доярка. Соревноваться с ней трудно. Но комсомол меня всегда учил не бояться трудностей, а итти навстречу им и преодолевать эти трудности.

— Ну, что ж, — ответила я Хабибджамал, — принимаю вызов. Даю комсомольское слово надоить тысячу литров в среднем от каждой фуражной коровы.

Под вечер к нам приехал секретарь комсомольской организации колхоза Мухамедзя Ишмурзин.

— Слышал я, что вы с Кадыровой вступили в соревнование за увеличение надоя от каждой коровы. Партийная и комсомольская организации одобряют этот почин. Поможем вам.

Вечером провели собрание молодежи на ферме. Я рассказала о том, что взялась надоить от каждой коровы не менее тысячи литров молока. Нас поддержали и другие доярки. Тут же на собрании они брали на себя социалистические обязательства. Все доярки и телятницы решили перевыполнить план развития животноводства и молокопоставок на 1950 год…

Осенью Ишмурзин сказал:

— Хочешь, Мильнебика, учиться? Учеба тебе поможет в работе.

Я обрадовалась:

— Конечно, хочу!

Давно я мечтала продолжить свое образование, прерванное войной.

— С осени у нас в колхозе открываются трехгодичные курсы мастеров сельского хозяйства без отрыва от производства. Поступай на эти курсы.

И вот я стала учиться на курсах вместе со своими подружками.

Теперь чувствую, насколько расширился мой кругозор, как много узнаю нового, полезного для моей практической работы.

Зоотехник отдела сельского хозяйства райисполкома т. Шакиров рассказал нам, как надо организовать труд на ферме. Не умели мы раньше силосовать корма и не брались за это дело. Да и, признаться, силос казался неважным кормом. Вот и я кормила зимой своих коров одним сеном. А теперь я убедилась — кормление силосом значительно повышает удойность. Уж летом я позабочусь обеспечить своих коров сочным кормом на всю зиму!

После занятий я всегда рассказываю своим подругам, что слышала от зоотехника, стараюсь передать им свои знания.

Учеба помогла мне выполнить обязательства, которые я взяла, включаясь в соревнование. Ничего особенного я не делала. Главное — заботливо относилась к животным. Прежде всего с помощью правления и вместе с подругами оборудовала помещение для коров, утеплила его. Во-время дать корм, напоить, кажется, немудреное дело. Но ведь при кормлении и поении надо учитывать особенности каждого животного — возраст, живой вес, его общее состояние. Не сделать этого — и корова обязательно снизит удойность. Я стараюсь изучить каждое животное и установить для него определенный режим.

Часто к нам на ферму приходит секретарь комсомольской организации Мухамедзя Ишмурзин. Он лично проверяет, как мы выполняем свои обязательства, оказывает практическую помощь, подбадривает нас. На ферме появилась красочно оформленная доска показателей социалистического соревнования. Каждый вечер против фамилий доярок ставится количество литров надоенного молока и процент выполнения нормы. Сперва Кадырова шла первой, второе место занимала я. Подружки говорили:

— Отстаешь, Мильнебика. Подтянись. Мы же на вахте мира…

Я завела специальный учет: записывала каждый день, сколько литров дала каждая корова. Если, например, «Буренка» снизила удой на 300 граммов, — старалась найти причину, просила ветфельдшера посмотреть животное: нет ли признаков заболевания.

Итоги соревнования в конце прошлого года мы подвели на комсомольско-молодежном собрании.

— Стахановская вахта мира помогла нам значительно перевыполнить план молокопоставок, — сказал на собрании Мухамедзя Ишмурзин. — Все доярки выполнили взятое обязательство, а многие из них значительно перевыполнили. Победу в соревновании одержала Мильнебика Мухамедзянова, надоившая за год 1160 литров молока от каждой фуражной коровы. А за ней идет Хабибджамал Кадырова. Есть предложение на новый, 1951 год: каждой доярке взять повышенное обязательство.

Все комсомольцы решили взять новое обязательство: в новом, 1951 году надоить от каждой коровы не менее 2000 литров молока, сохранить полностью приплод телят, помочь другим дояркам повысить продуктивность скота.

* * *

Родилась я при советской власти и не испытала той горькой участи, которая выпала на долю старшему поколению. Но отец мне много рассказывал о своей жизни до революции, о прошлом моего родного села. Сравниваю я эти рассказы с сегодняшним днем и чувствую, как изменилась наша жизнь.

Отец до революции был безземельным и безлошадным крестьянином, батрачил на мулл и кулаков.

После революции отец получил землю, а когда началась коллективизация в наших краях, он сразу же вступил в колхоз.

И он не ошибся. Думал ли отец 30 лет назад, что в его родном селе электричество будет двигать машины. Мог ли он мечтать, что его дочь станет народным депутатом, будет решать государственные дела.

Помню, когда выдвинули меня кандидатом в депутаты областного Совета, отец обнял меня и сказал:

— Не думал, дочка, что наш крестьянский труд будут так высоко ценить!

Да, высоко ценится труд рядового советского человека в нашей советской стране. Эту заботу партии, советского правительства ощущают мои земляки на каждом шагу.

Район наш до революции был одним из заброшенных уголков края. Ни школ, ни больниц. В деревне могли учиться лишь сынки мулл и кулаков.

А теперь в районе только за последние четыре года построено шесть новых неполных средних и одна средняя школа.

До революции наша деревня была расположена в ста пятидесяти километрах от железной дороги, и крестьяне могли только раз в год добраться до города, да и то только те, кто имел лошадь. А таких в деревне было немного.

Теперь через нашу деревню проходит железная дорога. Деревня стала центром одного из сельскохозяйственных районов, области. С каждым годом все заметнее стираются грани между городом и деревней, а труд колхозника становится разновидностью индустриального труда.

Это можно видеть на примере нашей деревни. На полях колхоза работают тракторы, комбайны. Электричество прочно вошло в быт колхозников. В квартирах у многих колхозников появились бытовые электрические приборы. А главное — электричество все шире внедряется в производство.

Прошлой весной произошло укрупнение нашего колхоза: объединились сельхозартели имени Кирова и «Труд». Хозяйство наше стало более мощным.

Думаю я о родной деревне, о том, как изменился ее облик за годы советской власти, и вспоминаются слова товарища Сталина, сказанные им 17 лет назад на XVII съезде партии:

«…изменился облик деревни. Старая деревня с ее церковью на самом видном месте, с ее лучшими домами урядника, попа, кулака на первом плане, с ее полуразваленными избами крестьян на заднем плане — начинает исчезать. На ее место выступает новая деревня с ее общественно-хозяйственными постройками, с ее клубами, радио, кино, школами, библиотеками и яслями, с ее тракторами, комбайнами, молотилками, автомобилями».

Как правильно и хорошо сказано!

* * *

На наших глазах расцветает колхозная земля. Решение правительства о строительстве величайших гидроузлов и каналов несказанно обрадовало моих земляков. Мы знаем: богаче, сильнее станет наша Родина, и с каждым годом ближе заветная цель — коммунизм. Поэтому колхозное крестьянство и стремится к миру, поэтому советский народ полон решимости преградить путь новой войне.

Каждый из нас понимает, что борьба за мир — это единственный путь к всенародному счастью, к коммунизму. И с этого пути нас не свернуть никому!

Владимир Крестьянинов,

сталевар 2-го мартеновского цеха Златоустовского металлургического завода имени Сталина

СТАЛЬ ДЛЯ МИРА

Два года тому назад я окончил Серовский металлургический техникум. В вагоне, по дороге в Златоуст, думал: «Ну, что ж, изучил мартеновское, доменное дело, калибровку, буду сталь варить. На выпускных экзаменах неплохо составил проект автоматизированной печи». И представлял я себя мастером, дающим указания сталеварам. А на деле оказалось не-так. Пригляделся в первые дни — и стыдно мне стало за такие мысли. Мне учиться да учиться надо, чтобы стать настоящим сталеваром. Оказалось, что одной теории мало, необходимо изучить все привычки печи, знать ее, уметь управлять ею.

— Ты, парень, не спеши, — советовал мне знатный сталевар завода Василий Матвеевич: Амосов. — Мастером быть всегда успеешь. Работа наша сложная, знать ее надо так, чтобы ни в чем задоринки не было. Тебя учили, и теорию ты знаешь, не сомневаюсь, да ведь теорию надо практикой подкрепить! Настоящий сталевар и теорию знает, и практикой теорию подгоняет.

Подумал я, посоветовался с начальником цеха, с комсоргом и решил пойти подручным. И не потому, что боялся, а потому, что понял — прав был Амосов. Сталеваром сразу не станешь, надо весь процесс работы узнать, тогда во всем и разбираться будешь.

Трудно было на первых порах. То и дело слышна команда: «Мульду руды!», «Подсыпать пороги!», «Дать извести!», «Спустить шлак!». От того, насколько быстро все выполнишь, зависит и успех плавки, вот и вьешься вокруг печи, стараешься сделать все как можно быстрее и лучше. Зато многому научился за время работы подручным. Узнал, как определять состояние плавки при одном взгляде в глазок, как избежать заваливания, как производить доводку, правильно подделывать выпускное отверстие.

С радостью вспоминаю дни, когда приходилось работать с Амосовым — тут уж была подлинная школа стахановского труда. Наблюдал я, как плавит Василий Матвеевич, и диву давался. И как все ладно, легко у него получается! Другие сталевары только норму выдали, а его печь на 40 тонн больше дала. И качество металла лучше, и топлива израсходовано меньше.

Внимательно приглядывался я и понемногу стал разбираться в амосовских приемах. Да и сам он не отказывался учить, секретов своих не скрывал. Подзовет, обнимет за плечи и показывает: так, мол, и так, гляди да мотай на ус. И не только я один, вся молодежь нашего цеха у него училась. Иван Рогулин, Саша Овсянников, Василий Дресвянкин, первый подручный Актуганов — все эти ребята амосовской выучки.

Однажды заболел один из сталеваров. Начальник цеха Петров посоветовался с обер-мастером Любоненко и решил доверить мне эту печь. Услыхал я об этом — оробел: а что если не справлюсь? Спасибо, поддержал секретарь партбюро цеха Котельников. Поговорил со мной, посмеялся отечески над моим страхом, а в заключение сказал:

— Помни, Володя, одно: наша сталь — это сталь мира. Чувствуй за нее ответственность.

Почти год прошел с тех пор, а слова эти я забыть не могу. Сталь мира! Не просто сталь, а именно та, что идет на борьбу с войной.

Василий Матвеевич Амосов, ездивший вместе с другими советскими стахановцами в Болгарию, рассказал нам, как работают там тракторы, сделанные из нашей стали. «Каждая тонна сверхплановой стали, — говорил он, — это лишний трактор, укрепляющий экономическую мощь не только Советского Союза, но и стран народной демократии».

Однажды на время отъезда Амосова мне доверили его печь. В цехе были сталевары и лучше меня. Но раз уж оказали такое доверие — надо его оправдать. Спасибо товарищам, подручным моим, не подвели. Зато приятно было всем нам по окончании смены читать цеховой листок «молния», в котором сообщалось, что комсомольцы, работающие у седьмой печи, набрали 94 балла. Это был хороший результат.

На одном из комсомольских собраний мы дали слово овладеть методом скоростной плавки и варить сталь на час раньше срока. Секретарь цехового комсомольского бюро Фетисов пообещал помочь, договориться, чтобы к нам прикрепили опытного рабочего на завалочную машину. С тех пор стал работать с нами коммунист Павел Патрушев, очень заботливый и очень внимательный человек, умеющий вовремя и хорошо дело сделать и доброй шуткой перекинуться. А от машиниста при плавке зависит многое.

Очень важно в нашем деле быстро производить заправку и завалку. Чем скорее делают это сталевар, машинист и подручные, тем лучше пройдет скоростная плавка. Завалку мы никогда не задерживаем, добиваемся, чтобы шихта для нас заранее была подготовлена, чтобы никаких непредвиденных задержек не получалось. Ошибки при доводке бывают редко, так как все мои подручные превосходно знают секрет плавки: все они учатся в стахановской школе. С одного квадратного метра пода печи нам удается снять 7—8 тонн стали.

Конечно, по сравнению с достижениями магнитогорского сталевара Владимира Захарова этого мало. Захаров снимает по 12—13 тонн. Наши молодые сталевары поставили себе целью выучиться захаровским методам труда и добиться таких же успехов. Сейчас мы усиленно ищем новые приемы скоростного сталеварения, читаем много книг по специальным вопросам, повышаем свои знания, совещаемся, спорим, и дело двигается вперед. Комсомольцы Исаев, Биякин, Ковригин и я дали уже стране несколько тысяч тонн сверхплановой стали.

Всего два года я работаю на заводе, а уже сроднился с ним. Коллектив завода и, в частности, Амосов, Петров, Котельников, Медведев, Любоненко — старшие товарищи, друзья, наставники — научили меня варить сталь, дали путевку в большую творческую жизнь.

Но больше всего благодарю я того, кто дал нам прекрасную молодость, кто сделал труд счастливым, кто постоянно заботится о нас, простых советских людях. С огромным волнением я подписывал письмо уральцев товарищу Сталину.

Вечером я часто сижу за книгами, с любовью изучаю биографию товарища Сталина, читаю мудрые слова гениального вождя и сознаю, что мало еще я сделал, что звание советского сталевара ко многому обязывает. И мне хочется больше и больше давать металла, чтобы росло и крепло могущество нашей советской Родины.

Хамза Аргинов,

тракторист Бишкильской МТС, Чебаркульского района

РАССКАЗ ТРАКТОРИСТА

На митинг колхозники собрались в своем клубе, где над сценой висел лозунг «Мир победит войну».

Секретарь партийной организации Медведев зачитал текст Стокгольмского Воззвания о запрещении атомного оружия, потом рассказал о том, что сбор подписей под Стокгольмским Воззванием вылился в могучую демонстрацию единства людей доброй воли всех стран, в могучее голосование за мир во всем мире.

— Нет сейчас в нашей стране такого уголка, — говорил Медведев, — где бы советские люди не выражали свой гневный протест против войны и непреклонную волю отстоять мир. Подписываясь под Стокгольмским Воззванием, советские люди встают на стахановскую вахту мира, обещают и впредь самоотверженным трудом крепить могущество нашей Родины.

Один за другим поднимались на сцену колхозники. И все они в своих выступлениях обещали работать еще лучше, чтобы высоким урожаем, изобилием продуктов укреплять могущество Родины, бороться за мир против войны. В этот день каждый член нашей артели поставил свою подпись под Стокгольмским Воззванием. Вместе со всеми подписал Стокгольмское Воззвание и я. В ту ночь я долго не мог заснуть. Думал о том, что отныне я, как боец, буду стоять на вахте мира. Завтра — первый день вахты. Как прокультивировать не 45 гектаров, положенных по норме, а 50—55 и даже больше?

* * *

День выдался пасмурный, но дождя не было. А для нас, трактористов, это самая хорошая погода. Лучше и желать не надо! Поспевай только следить за работой машины. А она не подводила, работала безукоризненно. Позади трактора оставались рыхлые, очищенные от сорняков пары. В этот день я со своими прицепщиками Борисом Мараковым и Клавой Плешковой прокультивировали 52 гектара, а через несколько дней — 58, затем — 60 гектаров.

Колхозники спрашивали: как это вам удается за смену прокультивировать столько?

— Мы на вахте мира. Разве можно работать иначе?

Весь «секрет» состоял в том, что мы лучше стали ухаживать за агрегатом, добились более производительного использования трактора, хорошо организовали свой труд.

Прежде всего мы решили максимально использовать мощность своего трактора «С-60». Попробовали работать сцепом из 5 культиваторов и 20 борон. Пошло! Машина-то ведь могучая, а работала не в полную силу. Каждый раз перед началом работы вместе со сменщиком Семеном Гордеевым мы внимательно осматривали трактор. Если обнаруживали какую-нибудь, пусть даже малейшую, неисправность, немедленно исправляли ее. Прицепщики тщательно осматривали и смазывали культиваторы, бороны и прицеп.

Убедившись в исправности механизмов, мы полностью заправляли трактор горючим и водой. Горючего хватало на всю смену. Оставалось только время от времени подливать воду в радиатор.

В начале прошлого сезона я немало терял времени из-за частых остановок трактора для проверки уровня воды в радиаторе.

Долго ломал голову, чтобы такое придумать, чтобы в любую минуту можно было безошибочно установить уровень воды в радиаторе? И, наконец, придумал: сделал специальное приспособление — водомер.

Приспособление это очень простое. Из консервной банки сделал поплавок, к нему прикрепил вертикальный металлический стержень. Поплавок я поместил в верхний резервуар радиатора, через горловину которого выходит наружу металлический стержень водомера.

Намного спокойнее работать с этим приспособлением. Знай себе сиди и посматривай на стержень. Если он почти весь наружу, значит и воды в радиаторе много. Понизится уровень воды — опустится вниз поплавок, а вместе с ним и стержень. Если и закипит когда вода в радиаторе, то я уже буду точно знать, сколько ее там, смогу без промедления принять меры. Но самое главное — это то, что с помощью водомера мы смогли своевременно предупреждать перегрев мотора. И не только ликвидировали имевшие раньше место совершенно напрасные простои, но и улучшили техническое состояние трактора.

Немалую роль в перевыполнении сменных норм на культивации паров сыграли и прицепщики. Они всегда внимательно следили за работой культиваторов и борон, своевременно очищали их лапки и зубья от сорняков.

Вскоре по предложению комсомольской организации я поделился своим опытом работы с другими трактористами нашего тракторного отряда. Сначала Клава Слободченко, а за ней и другие трактористы переняли мой опыт и значительно подняли производительность труда в своих бригадах.

И наши усилия не пропали даром. Культивация паров была закончена раньше срока.

* * *

Хлеба в нашем колхозе уродились хорошие. Высокие стебли ржи и пшеницы не могли удержать крупные, налитые колосья, пригибались под их тяжестью к земле.

В самое короткое время до единого колоска убрать богатый урожай — так было решено на партийном и комсомольском собраниях, к этому стремился каждый член нашей сельскохозяйственной артели.

С утра до вечера гудели на поле комбайны. Ожили и полевые дороги. Одна за другой на массив и обратно ехали по ним подводы.

Быстрее всех оборачивались на своих лошадях возчики зерна комсомольцы Степан Чиров и Николай Печеркин. Фамилии их не сходили с доски почета. Они еще две недели назад стали на стахановскую вахту мира, и теперь, когда в колхозе наступила горячая пора, Степан и Николай работали безустали, бесперебойно отвозили зерно от комбайнов на крытый ток.

Кипела работа и на току. Здесь по инициативе комсомольцев была организована круглосуточная подработка зерна нового урожая. День и ночь на государственный элеватор отправлялись одна за другой автомашины, груженые пшеницей.

Как ни рвался я на уборку, но нам с Семеном поручили, другое. Мы поднимали залежи под зябь.

Но хорошая погода продержалась недолго. Начались дожди. Шли они почти не переставая. Лишь изредка денек-два прояснится немного, а потом опять небо затянется тучами и снова дня на два-три зарядит дождь.

Земля уже до избытка напилась и не принимала больше воду. На полях пузырились большие лужи. Колесные тракторы не могли сдвинуть с места комбайны. Ждать, когда установится погода? А если ненастье продлится месяц? Тогда что?.. Нет, ждать было нельзя. Ждать, значит потерять урожай. Это хорошо понимали все колхозники и как один решили убирать хлеб в любую погоду. Один «Коммунар» стали водить оба колесных трактора, ко второму послали наш «Сталинец».

С первых же дней мы с комбайнером Вениамином Ивановичем Поляковым вступили в борьбу за хлеб, как солдаты вступают в большое сражение. Не обращая внимания на ненастье, не считаясь со временем, убирали один гектар за другим.

Поляков содержал комбайн, как и я свой трактор, в отличном техническом состоянии. Поэтому наш комбайновый агрегат работал бесперебойно. Ежедневно мы убирали по 15—18 гектаров хлеба вместо 9 по норме и одни из первых в районе закончили уборку урожая.

Когда на государственный элеватор отправляли последние две машины зерна в счет хлебопоставок, провожать их вышли почти все колхозники. К борту головной машины был прикреплен красный лозунг: «Наш вклад в дело мира!» И я, и Семен Гордеев, и комбайнер Поляков, и штурвальная Павлина Панькова — каждый колхозник понимал и гордился тем, что и мы внесли свой скромный вклад в общее дело укрепления могущества нашей Родины, в дело мира во всем мире.

Колхоз собрал богатый урожай и значительно раньше срока выполнил государственный план хлебопоставок.

* * *

В прошлом, 1950 году, выполняя взятое социалистическое обязательство, в переводе на мягкую пахоту я выработал на своем тракторе 902 гектара и тем самым выполнил годовой план на 127 процентов. По-хозяйски ухаживая за своей машиной, сумел сэкономить 700 килограммов горючего. На обработанных мною массивах колхозники получили средний урожай зерновых: на площади 200 га — по 12 центнеров с гектара, а на площади 120 га — по 17 центнеров с гектара.

Спросите сегодня любого колхозника, любую колхозницу — о чем они думают? И они скажут:

— О мире. О новом высоком урожае, о том, чтобы добиться изобилия хлеба, мяса и других продуктов для Родины.

Нынче хлеборобы нашего колхоза взяли обязательство получить еще более высокий урожай на всей площади посева, чтобы Родина наша стала еще богаче и могущественнее. И это будет новым нашим вкладом в дело борьбы за мир.

Борис Власов,

старший машинист электродепо станции Златоуст

150 000 КИЛОМЕТРОВ БЕЗ РЕМОНТА

Это было вскоре после подписания коллективом нашего электродепо Стокгольмского Воззвания. Когда я вернулся из очередной поездки, меня на станции встретил руководитель нашей комсомольской электровозной колонны имени 30-летия ВЛКСМ Панченко.

— Ну как съездил? — поздоровавшись со мной, спросил он.

— Ничего, удачно. За истекшие сутки наш электровоз пробежал 675 километров.

За разговором, незаметно для себя, мы миновали станционные пути, поднялись на гору и зашагали по ярко освещенной электрическими фонарями улице железнодорожного поселка. Миновав привокзальную площадь, мы оба невольно взглянули в сторону города и разом умолкли, наслаждаясь давно уже знакомой, но каждый раз как-то по-новому привлекательной картиной вечернего Златоуста. Влево и вправо от нас, на горах, тесно обступивших город, одна над другою тянулись длинные ломаные, линии электрических огней.

Первым нарушил молчание Панченко.

— Вот о чем я хотел поговорить с тобой, Борис, — сказал он, — давай-ка завтра с утра проведем комсомольское собрание.

— А по какому случаю?

— А вот по какому. И ты, и я, и остальные ребята подписывались под Стокгольмским Воззванием.

— Да, — не совсем еще понимая, что он хочет сказать, подтвердил я.

— Вот поэтому-то я и думаю, что нужно вам посоветоваться с ребятами и взять, на себя повышенные обязательства. Будем отстаивать мир своей стахановской работой. Ты слышал о вахтах мира?..

— Выходит, ты предлагаешь всей колонне стать на стахановскую вахту…

— Мира, — кончил за меня Панченко, — и вызвать на соревнование все электровозные колонны нашего депо.

* * *

Утром следующего дня свободные от поездки комсомольцы были в сборе. Собрание открыл я, как секретарь комсомольской организации, и предоставил слово Панченко.

Говорить ему долго не пришлось. Ребята поняли все с первых же слов, горячо поддержали своего вожака, и мы перешли к обсуждению коллективных социалистических обязательств. Обсуждали горячо, взвешивали все свои возможности, старались отыскать пути дальнейшего улучшения своей работы и, наконец, договорились. Было решено каждой локомотивной бригаде добиться среднесуточного перевыполнения технической скорости на 1 километр в час, бороться за 600-километровый пробег каждого электровоза в сутки, ежемесячно проводить не менее пяти тяжеловесных поездов и перевозить в них в среднем не менее трех тысяч тонн народнохозяйственного груза сверх плана. Кроме того, мы постановили экономить не менее двух процентов электроэнергии, увеличить пробег каждого локомотива между подъемочными ремонтами до 150 тысяч километров, а также за время от одного периодического ремонта электровоза до другого, путем бережливого расходования смазочных и обтирочных материалов и участия локомотивных бригад в ремонте электровоза, экономить не менее двух тысяч рублей государственных средств.

На этом собрании один машинист вызывал на социалистическое соревнование другого машиниста, а локомотивные бригады одного электровоза — локомотивные бригады другого электровоза. Нашему примеру последовали локомотивные бригады и других электровозных колонн и рабочие ремонтных цехов депо. Через несколько дней в электродепо не было такого машиниста, его помощника, токаря, слесаря и электрика, который бы не стал на стахановскую вахту мира, не взял бы на себя повышенного обязательства.

* * *

На этот раз мне предстояло вести через Уральский хребет тяжеловесный поезд с бакальской рудой для Челябинского металлургического завода. Я посоветовался с главным кондуктором Головиным и поездным вагонным мастером Бардуковым. Мы решили вызвать на социалистическое соревнование на одну поездку диспетчера Челябинского участка Тиханова. Когда поезд был готов к следованию, я пошел к дежурному по станции и вызвал по селектору Тиханова.

— Здравствуйте, Александр Сергеевич. Это Власов говорит.

— А… доброе утро, — услышал я в ответ знакомый голос диспетчера. — Ну, как у вас, все готово?

— Все в порядке. Пришел вот от имени поездной бригады вызвать вас на соревнование. Вы нам — «зеленую улицу», а мы обещаем доставить тяжеловес с рудой в Челябинск раньше расписания.

— Соревноваться? — донеслось по селектору. Я понял, что он в эту минуту склонился над графиком, оценивая обстановку на диспетчерском участке, и, может быть, уже прикидывает, как, не ломая график движения других поездов, дать возможность нашему проследовать весь путь без остановок.

— Ну, что ж, согласен, — услышал я, наконец.

…Загорелся зеленый глаз светофора. Загудели моторы электровоза. Гудок. Поезд дрогнул и тронулся с места.

За станцией Златоуст сразу же начинается затяжной подъем на вершины Уральского хребта. Вот тут уж не зевай. Стоит только немного отвлечься, не дать во-время песка под колеса электровоза — не миновать тогда боксования.

А не отвлечься трудно. Перед глазами открывается замечательное зрелище. Одна за другой громоздятся высокие, поросшие густым лесом горы. А за ними в лучах восходящего солнца переливается всевозможными красками вершина Таганая, голубеет хребет.

Но как ни хороша природа Урала, все же я никогда не забываю о подъемах и кривых, внимательно слежу за профилем пути и своевременно предупреждаю даже малейшие признаки боксования.

Так и на этот раз на всем протяжении подъема и, в особенности, при движении поезда на кривых я периодически, ровными порциями давал песок под колеса электровоза.

Наконец за поворотом пути показалась станция Уржумка, и начался перевал через Уральский хребет. Перейдя на уклон, поезд постепенно стал развивать скорость.

Едва мы миновали выходные стрелки Уржумки, как вдали, по правую сторону движения поезда, на невысоком холме показался массивный каменный столб «Европа — Азия». Минута, вторая… и вот электровоз уже в Азии, а хвостовая часть поезда еще в Европе.

Влево, на склоне горы, за вековыми соснами показалась водонапорная башня станции Хребет, а затем и запестрели дома железнодорожного поселка. Мы выезжали на знаменитую петлю, один из самых тяжелых участков пути через Урал. Примерно на середине петли крутой уклон прерывался небольшой горизонтальной площадкой. Чтобы избежать на этом месте обрыва поезда, необходимо не только знание, но и умение правильно провести его по этому ломаному профилю пути. Поэтому я поступил так. Как только электровоз достиг площадки, я замедлил его скорость. Задние вагоны стали набегать на передние, и поезд продолжал свое движение в сжатом состоянии. Когда же головная часть состава стала вновь двигаться под уклон, я вторично с помощью прямодействующего тормоза замедлил движение электровоза. Сделал это потому, чтобы не дать возможность головной части поезда развить большую скорость, чем у хвостовой, следовавшей еще по горизонтальной площадке. Благодаря этому вывел весь поезд с площадки в сжатом состоянии и тем самым предотвратил разрыв его.

Спускаясь с Уральского хребта, мы миновали станцию Сыростан, другую большую петлю и чудесные окрестности озера Тургояк.

Солнце уже высоко поднялось над горами. За Тургояком продолжительный уклон прерывался и почти сразу же переходил в небольшой, полуторакилометровый подъем. Не доезжая до этого места, я отпустил все тормоза в поезде, разогнал его и, не включая еще ранее выключенные тяговые двигатели электровоза, проскочил подъем по инерции. Отсюда и до самого Челябинска я особенно борюсь за экономию электроэнергии. Развивая скорость поезда на уклонах, я за счет инерции успешно преодолеваю частые непродолжительные подъемы.

Вслед за необъятными полями Чебаркульского и Сосновского районов показались трубы и корпуса заводов, далеко растянувшиеся с востока на запад многоэтажные кварталы индустриального Челябинска.

Еще несколько минут пути, и поезд остановился на большой, с множеством стальных путей и густой паутиной контактной сети станции. Тяжеловесный состав с рудой был доставлен в Челябинск на тридцать минут раньше расписания. Техническая скорость перевыполнена на 3,5 километра в час. Сверх плана перевезено 300 тонн драгоценного груза.

* * *

Приближалась суровая и снежная уральская зима. Электровоз стал на очередной периодический ремонт. Заместитель начальника электродепо по ремонту Буняев и приемщик Министерства путей сообщения Смирнов осмотрели электровоз и составили дефектную ведомость.

— Молодцы, комсомольцы! — подойдя к нам и вытирая концами замасленные руки весело воскликнул Буняев. — Электровоз в отличном состоянии! Ремонтировать почти нечего. Но уж коли поставили, то придется кое-что сделать. Не сегодня, так завтра морозы могут ударить.

И Буняев подал мне и мастеру периодического ремонта, комсомольцу Валентину Винокурову, книгу ремонта.

Чтобы быстрее выпустить электровоз из ремонта, часть работ решили выполнять члены наших локомотивных бригад. Мы давно уже взяли свой электровоз на хозяйственный расчет и принимаем самое непосредственное участие в каждом его ремонте.

Бригада слесарей во главе с бригадиром комсомольцем Виктором Шипаевым заменила лыжу пантографа, заварила нижнее отверстие остовов тяговых двигателей, чтобы с наступлением зимы во время буранов и метелей не попадал снег в двигатели, а также сменила тормозной кран машиниста и проверила воздухораспределитель электровоза.

Все остальные работы мы сделали сами: заменили тормозные колодки, закрепили ходовые части, хорошо смазали все трущиеся детали и до блеска вычистили кузов электровоза.

Через семь часов, на час раньше срока, электровоз вышел из депо и взял состав со златоустовскими самоходными комбайнами для колхозов и машиностроительных станций Кубани и Ставропольщины. Поезд повел Василий Тиханов со своим помощником Геннадием Щердаковым.

На следующий день я зашел в контору электродепо и осведомился, сколько мы сэкономили средств от предыдущего до последнего периодического ремонта электровоза.

— Две тысячи пятьсот девяносто рублей, — порывшись в бумагах, ответил экономист и улыбнувшись добавил: — вам скоро уже за счет экономии можно будет новый электровоз приобрести.

— Мы и на этом до старости проездим. Отличная машина! — в том же шутливом тоне отозвался я и простившись пошел готовиться в очередную поездку.

* * *

Наступил новый, 1951 год. Мы подвели с Панченко окончательные итоги нашего соревнования за прошедший год.

Первое время мне трудновато было угнаться за ним, опытным машинистом, замечательным мастером вождения поездов по сложному горному профилю. Но я не сдавался, настойчиво перенимал опыт передовых машинистов, повышал свои технические знания и из месяца в месяц все увереннее и успешнее стал водить через горные перевалы не только обычные, но и тяжеловесные поезда.

Теперь мы уже стали серьезными соперниками, неизменно делим между собою первое и второе места в соревновании электровозников нашей колонны. Если в одном месяце первенство принадлежит Панченко, то в следующем оно переходит ко мне, и наоборот.

Так случилось и на этот раз. Если у Панченко по сравнению со мной было несколько лучше с выполнением технической скорости, зато я добился лучших результатов в увеличении среднесуточного пробега электровоза и провел больше тяжеловесных поездов. Как он, так и я довели пробег своих локомотивов между подъемочными ремонтами до 150 тысяч километров.

— Ну, что ж, Борис, будем продолжать соревнование и в новом году? — спросил меня Панченко.

— Конечно, будем, — ответил я.

…Поздно вечером меня вызвали в поездку. И вот я снова веду тяжеловесный поезд через горные перевалы.

Одна за другой вырастают и остаются позади одетые снежным покровом Уральские горы. Веду я поезд и думаю: вот и на этот раз с нетерпением ждут рабочие заводов и труженики колхозных сел тот груз, который я везу для них сегодня; ждут, чтобы на месяц, на два, на три раньше срока выполнить план нового, 1951 года; ждут, чтобы дать Родине больше металла, угля, машин и хлеба, сделать ее еще более могущественной и неприступной для тех, кто вздумает посягнуть на ее свободу и независимость.

К. Жарова,

каталь шахты № 204 треста «Копейскуголь»

ВАХТА МОЛОДЫХ ГОРНЯКОВ

Мир! Я понимала и раньше, как дорого и желанно это слово каждому советскому человеку. Но в Москве, в Колонном зале Дома Союзов, в незабываемые дни работы Второй Всесоюзной конференции сторонников мира это всеобщее стремление к миру, эту великую решимость обуздать поджигателей войны я почувствовала с новой силой.

Со всех концов нашей Родины прибыли на Вторую Всесоюзную конференцию сторонников мира делегаты. Сюда собрались ученые Украины и шахтеры Донбасса, хлеборобы Кубани и нефтяники Баку, сибиряки и уральцы, русские и грузины, таджики и татары — люди разных возрастов, профессий и национальностей. Собрались, чтобы сказать войне свое решительное «нет».

Мне особенно запомнилось выступление Владимира Захарова, сталевара Магнитогорского металлургического комбината имени Сталина.

Захаров взошел на трибуну, спокойно оглядел зал и негромко начал. Он говорил о том, что труженики гиганта советской индустрии, вместе со всем советским народом кровно заинтересованы в прочном и длительном мире и ведут борьбу за мир.

— Мы знаем, — говорил Захаров, — что, чем больше дадим металла, тем крепче будет могущество нашей Родины — твердыни мира во всем мире.

— Можно напомнить, — продолжал он, — что магнитогорские сталевары умеют плавить крепкую сталь не только для тракторов и гидротехнических сооружений. Они плавили и могут плавить добротную сталь на оборону любимой Родины. Пусть об этом не забывают господа ачессоны, черчилли и их подпевалы!

Владимир Захаров и все другие делегаты в своих выступлениях выразили мысли всего советского народа. Наш народ, занятый мирным созидательным трудом, строительством коммунизма, не хочет войны, он стремится к миру и борется за мир.

* * *

…За окном вагона мелькают города, села, железнодорожные станции. Мы подъезжаем к Уралу — знакомые полустанки, родные сердцу города — Златоуст, Миасс, Челябинск. И вот я снова в своем городе, снова среди своих, близких людей-горняков нашей шахты.

На другой день на общем собрании шахтеров я рассказывала о работе Второй Всесоюзной конференции сторонников мира, о Москве.

Рассказывала о встречах и разговорах с другими делегатами, потом о работе самой конференции. Товарищи сидели, тесно прижавшись друг к другу, и на их лицах были глубокое внимание, сосредоточенность.

…После моего рассказа наступила тишина. Горняки как бы обдумывали услышанное.

— Кто будет выступать? — спросил председатель собрания.

В самом конце зала поднялся невысокий шахтер Николай Долголев, бригадир нашей комсомольско-молодежной бригады.

Николай сказал о том, что наша бригада, став на стахановскую вахту мира, ежедневно выдает на-гора сверхплановый уголь, что в дальнейшем мы должны работать еще лучше, еще производительнее.

После Николая выступили крепильщики Борис Локаль, машинистка Мария Кузнецова и другие шахтеры. Все они говорили о своем вкладе в борьбу за мир, горячо призывали других горняков и впредь крепить экономическое могущество нашей Родины.

* * *

Для меня оставалось загадкой, когда Николай Долголев отдыхает. Как ни приду на смену — всегда он уже там. Вот и сегодня, спустившись в забой, я встретила его. Он проходил по выработке и внимательно приглядывался ко всему. Не только приглядывался, а, ощупывая, проверял.

Вскоре подошли остальные члены бригады. Смена началась.

Вахта мира! Нигде — ни в раскомандировке, когда горняки получают очередной наряд, ни на собрании, когда берут на себя обязательства, ни тогда даже, когда тесной толпой они обступают доску показателей, не почувствуешь так полно всего значения для советских людей этих коротких двух слов «вахта мира», как здесь, в забое. И только здесь видишь, как самоотверженно, как умело защищают советские горняки свое счастье и право трудиться и творить.

Вот в глубине лавы, куда совсем недавно ушли навалоотбойщики, раздалась пулеметная очередь отбойного молотка. Секунда — и уже в работу вступили все молотки.

Проходит еще немного времени и застучали рештаки — уголь широким потоком пошел в вагонетки. Уголь идет! Кто из горняков не заволнуется в эти минуты, чье шахтерское сердце не забьется радостно!

Я работаю каталем — откатываю нагруженные углем вагоны от конвейера до разминовки, где их подхватывают мощные электровозы. Вместе со мною работает и Аня Гришина.

Главное в нашей работе — правильный расчет. Надо точно определить, сколько вагонов следует поставить под загрузку, чтобы электровоз, прибывший за составом, не простаивал ни минуты. Приступая к работе, мы придирчиво осматриваем, в каком состоянии находятся пути, вагонетки — ничто не должно затормозить подземный конвейер.

Уголь идет! Вначале мы откатываем вагонетки по одной, но вот в глубине штрека темноту расколол на две части яркий луч электровоза. Каждая вагонетка у нас на счету. Мы прикидываем в уме, сколько вагонеток нехватает до полного состава. Четыре!

А уголь идет искристый, высококачественный…

— По две! — кричу я Ане.

И мы откатываем сразу по две вагонетки каждая.

— Готово? — спрашивает машинист электровоза.

— Готово! — кричим мы в ответ.

И подземный поезд, постукивая на стыках, скрывается в штреке.

Со стороны забоя появляется Владимир Митькин. Это — один из лучших навалоотбойщиков бригады. Ежедневно он перевыполняет задание.

— Ну, как идет у вас дело, справляетесь?

— Справляемся, — отвечаю я.

Он удовлетворенно кивает головой:

— Тогда еще поднажмем.

Через несколько минут угольный поток увеличивается.

Я считаю вагонетки. Норма у нашей бригады 133 вагонетки. Отправлено 105 вагонеток… 110… 115… 130… еще три — и задание будет выполнено.

А уголь идет. Вот уже отправлено 140, 145, 150, 160 вагонеток.

И вдруг внезапно шум стихает. Напряжение спадает. Смена кончилась.

Мы поднимаемся на-гора, направляемся к доске показателей «Вахта мира». Против фамилии бригадира Николая Долголева выведено — 160 вагонеток, или 120,3 процента.

В нарядной мы с радостью узнаем о том, что все горняки Копейска достойно несут стахановскую вахту мира. Сотни тонн сверхпланового угля выдали в январе шахтеры участка № 3 нашей шахты. Бригады навалоотбойщиков тт. Бакутина и Петрова добыли 700 тонн сверхпланового топлива. По две нормы каждый ежедневно выполняют навалоотбойщики тт. Брыков, Киселев, Десяткин.

Недавно в Копейске на шахте № 22 состоялось большое торжество — отправляли эшелон топлива, нарубленного сверх плана для великих строек коммунизма. Заботливые шахтерские руки украсили железнодорожный состав. Лучшим шахтерам выпала честь сопровождать эшелон. На одном из вагонов среди других выделяется лозунг: «Сверхплановый уголь — наш вклад в дело мира!» Каждый присутствующий на торжестве мог с законным чувством гордости повторить эти замечательные слова:

— Сверхплановый уголь — наш вклад в дело мира!

К. Паршина,

инженер треста «Магнитострой»

МЫ СТРОИМ ДОМА, ШКОЛЫ, ТЕАТРЫ

Кем быть, какой путь избрать в жизни? Кого из юношей и девушек, оканчивающих среднюю школу, не волновал этот вопрос!

Перед каждым из нас был широкий выбор. Партия и правительство открыли перед молодежью все дороги к вершинам знаний, искусства и культуры. Выбирай из них любую — твори и дерзай!

Помню, как мы, десятиклассники, страстно мечтали о будущей профессии, о своем призвании и месте в рядах строителей коммунизма.

1944 год… Героическая Советская Армия с каждым днем приближала день нашей победы над врагом. И каждый хотел быть там, где он смог бы принести наибольшую пользу Родине. Моей сокровенной мечтой было стать авиационным конструктором. Сверстницы же по школе горячо убеждали, что самая интересная и почетная профессия — быть инженером-строителем.

Руководители школы, помогая нам избрать свой путь в жизни, часто устраивали встречи со знатными людьми Магнитки — представителями различных профессий. И вот в один из майских вечеров в класс пришел известный в городе инженер-строитель. Заканчивая увлекательный рассказ о профессии строителя, насыщенный богатыми примерами из собственной практики, он развернул перед нами большой синий лист кальки. То был генеральный план строительства нового города на правом берегу реки Урал.

— Вот он, будущий социалистический город, — говорил инженер. — Пройдет немного лет — и эти условные прямоугольники, квадраты и линии воплотятся в стройный ансамбль прекрасных зданий, в широкие магистрали улиц и проспектов, садов и скверов! — И, прощаясь, сказал:

— Замечательные перспективы открываются перед вами, друзья! Сколько впереди величественных строек развернется на необозримых просторах нашей советской земли. И всюду будут нужны смелые и знающие свое дело люди-творцы и созидатели, будут нужны и инженеры-строители.

«Они правы, — думала я о своих подругах, возвращаясь из школы домой. — Большое счастье быть советским инженером-строителем».

Именно эту профессию я твердо решила избрать в тот памятный день. И вместе с подругами подала заявление о приеме на строительный факультет Магнитогорского горно-металлургического института.

Быстро прошли пять студенческих лет. И вот я стою перед столом членов экзаменационной комиссии и, преодолевая волнение, защищаю свой дипломный проект.

— В добрый путь, инженер Паршина, — напутствует председатель комиссии и крепко жмет руку.

Инженер! Мечта стала реальностью. Да и могло ли быть иначе у нас, где ярко сияет солнце Сталинской Конституции.

Я шла по улицам родного города, передо мной раскрывалась величественная панорама завода-гиганта.

Много прекрасных городов и сел, больших и малых, раскинулось на необъятных просторах нашей чудесной страны. И всюду, во всех ее уголках, ни на минуту не прекращает своего биения ритмичный пульс большой творческой жизни. Но самый дорогой и близкий мне город — Магнитогорск.

Прошло немногим более двадцати лет, как у горы Магнитной появились полотняные палатки первых строителей. Ныне там, где расстилалась бескрайняя ковыльная степь, вырос крупнейший индустриальный центр страны — Магнитогорск. Первенец сталинских пятилеток — металлургический комбинат — стал славой и гордостью страны. И не только комбинат. Рядом с ним выстроены и другие заводы — калибровочный, металлических изделий, горного оборудования; сооружены прекрасные театры, дворцы культуры, школы, институты, благоустроенные жилые дома, разбиты сады и скверы.

— Сталинская Магнитка!

Так любовно называют советские люди наш город, воздвигнутый волей большевистской партии по гениальному замыслу великого Сталина.

Город наш — яркое воплощение творческих усилий советских людей, свидетельство их мирного созидательного труда. Здесь все делается для блага советского человека, для дальнейшего расцвета Родины. Непрерывным потоком идут во все концы страны эшелоны металла. Это — металл мира.

Магнитогорск — город юности. И не потому, что он сравнительно недавно появился на географической карте. Большинство его населения — молодежь. В цехах заводов и на лесах строек — всюду работают юноши и девушки, трудолюбивые и пытливые, в совершенстве овладевшие самой передовой в мире техникой.

Говоря о нашем городе, нельзя не отметить одной его замечательной особенности — он является огромной кузницей кадров. Здесь растут и воспитываются прославленные мастера своего дела — металлурги и строители, инженерно-технические работники и хозяйственные руководители.

Зимой 1930 года всю страну облетела весть а замечательных трудовых подвигах молодых бетонщиков бригады Хабибулы Галлиулина. На бетонировании фундаментов коксовых батарей бригада показала невиданную для того времени производительность труда — за смену она дала 1196 замесов бетона! Среди членов этой бригады были Мухамед Зинуров, Миннан Казыров и Сафа Бурганов.

А кто сейчас не знает прославленных мастеров скоростного сталеварения, почетных металлургов Зинурова и Казырова. Их имена широко известны за пределами нашего города. Славой одного из лучших стахановцев пользуется и сталевар Бурганов.

Они пришли на стройку, не имея никакой профессии, а теперь в совершенстве постигли сложный процесс сталеплавильного дела, освоили самую передовую в мире технику мартеновского производства, завоевали всеобщее уважение.

Бывший бригадир бетонщиков Галлиулин — теперь инструктор стахановских методов труда, один из самых уважаемых и любимых на стройке.

На одной мартеновской печи с Мухамедом Зинуровым работают сталевары Владимир Захаров и Иван Семенов. Они из тех, кто недавно покинул стены ремесленного училища, но уже успел завоевать прочную трудовую славу.

Владимира Захарова знает вся страна не только как новатора производства. Он был делегатом Второй Всесоюзной конференции сторонников мира, является членом Советского комитета защиты мира, депутатом областного Совета депутатов трудящихся, лауреатом Сталинской премии.

Много известных имен в славной плеяде молодых металлургов. Мастера доменного цеха Константин Хабаров и Алексей Лисенков, прокатчики Алексей Панченко и Александр Шишов пришли в цехи комбината после окончания ремесленного училища в годы войны. Ныне ими гордится весь многотысячный коллектив металлургического гиганта.

Молодым, начинающим специалистом приехал в Магнитогорск т. Абраменков, а теперь он начальник центральной электростанции комбината. От рядового техника до руководителя крупнейшего мартеновского цеха вырос т. Трифонов.

Старые магнитогорцы хорошо помнят комсомольского работника Адама Гребениченко, принимавшего самое активное участие в создании первой комсомольской организации на стройке. Теперь Адам Устинович Гребениченко — председатель исполкома Магнитогорского Совета.

Все мы, молодые инженеры, только что окончившие Магнитогорский горно-металлургический институт, считали для себя большой честью остаться на магнитогорской стройке, быть преемниками и продолжателями ее славных традиций.

Приветливо встретили нас, молодых специалистов, в управлении треста…

— Выбирайте должность по желанию, — сказали нам. — Строительству нужны прорабы, конструкторы, проектировщики… Всем найдется работа по душе.

И вот я работаю на строительстве. Сколько интересного и увлекательного приносит каждый день!

Среди многомиллионных подписей под Стокгольмским Воззванием сторонников мира есть и моя подпись. Она обязывает ко многому.

Советские люди, заявляя свой гневный протест против подлых происков поджигателей новой войны, выразили непреклонную волю отстоять мир во всем мире. Наша Родина идет в авангарде всего прогрессивного человечества, указывая ему путь к миру, демократии и социализму. Все мы отлично понимаем, что бороться за мир — значит еще более укреплять могущество своей страны.

На коварные замыслы американо-английских империалистов труженики Советского Союза ответили стахановскими вахтами мира. На вахте мира ныне — каменщик и сталевар, горняк и учитель, токарь и профессор… Труженики города и деревни, всех возрастов и профессий, движимые благородным чувством любви к своей Родине, жгучей ненавистью к поджигателям войны, отдают все свои силы, знания и опыт для еще более бурного расцвета нашей могучей советской державы. Мы учились, овладевали знаниями, чтобы строить, созидать и творить, а не разрушать. Молодые строители треста с честью несут вахту миря, выполняют свои социалистические обязательства. Скромную лепту в великое дело борьбы за мир вношу и я, молодой инженер.

Одним из первых заданий, данных мне, было сделать проект перестройки общежития. Затем — проект клуба и электростанции для леспромхоза треста, технический проект и рабочие чертежи автобазы Правобережного города… Все это делалось для того, чтобы лучше жилось нашим людям, чтобы полнее удовлетворялись их культурные и бытовые запросы. И разве можно быть равнодушной, выполняя эти задания, не вкладывая в свой труд все силы и энергию!

С большим желанием я выполнила и проект спортивного клуба в новом городе. Все в этом клубе должно быть удобно, красиво и уютно. Просторные комнаты, залитые солнцем, для занятий секций, огромный светлый зал и душевые — все нужно было предусмотреть в проекте. Ведь здесь будет проводить свой досуг, повышать спортивное мастерство наша жизнерадостная молодежь. Проект выполнен с учетом новейших технических норм.

В скором времени Правобережный район обогатится еще одним культурно-просветительным учреждением — будет воздвигнут Дворец культуры, строителей.

Взгляните на новый город в вечерний час. Чудесное зрелище открывается перед вами. Над обширным заводским прудом повисли фермы нового моста. Трамвайные линии соединили правобережную часть города с левобережной, мчатся автомашины по асфальтированному шоссе… Многое, что несколько лет назад было только в планах и чертежах, сейчас стало явью. Новый город строится быстрыми темпами. Только в прошлом, 1950 году воздвигнуто жилых домов общей площадью свыше 60 000 квадратных метров, замечательный кинотеатр имени М. Горького, две школы, ясли и многое другое. Полным ходом идет строительство нового квартала города — проспекта Металлургов.

Это будет одна из центральных и красивейших магистралей правобережной части города, занимающая важное место в его архитектурном ансамбле. Слава труду — таков архитектурный замысел нового проспекта. Весь облик проспекта должен радовать взор человека, олицетворять радость творческого, вдохновенного труда советских людей. Большой отряд строителей работает сейчас над воплощением этой идеи в жизнь. Передо мной лежит чертеж одного из домов. По проекту он, как и все остальные дома этого проспекта, должен быть покрыт облицовочными плитами. Но пока их нет — и мне поручили найти способ замены их штукатуркой. На стройке не должно быть ни часа простоя.

— Сделайте так, — сказали мне в управлении, — чтобы это нисколько не уступало облицовочным плитам по красоте оформления.

Трудная, но почетная задача. Она является серьезной проверкой для молодого инженера. И я настойчиво ищу ее решения, советуюсь со стахановцами, новаторами стройки. Часть этой задачи уже решена. Отдельные орнаменты здания выполнены из гипса. Эти украшения, изготовленные в лепной мастерской и затем укрепленные на фасаде дома, будут гармонировать с общим архитектурным замыслом оформления.

На будущем проспекте уже выросли коробки четырех- и пятиэтажных зданий. Их сооружение идет поточным методом. Каждое стройуправление специализируется на определенных видах работ. Сначала на площадке появляются каменщики «Оргжилстроя». Они закладывают фундамент. Вслед за ними приходят работники «Жилстроя». Четко и слаженно идет работа.

На сооружении жилищ широко используется новейшая строительная техника. Контейнеры, башенные краны и многое другое, о чем несколько лет назад шли только разговоры, теперь стали обычным явлением.

Всюду, куда ни взглянешь, мирный созидательный труд наших людей преобразует жизнь, делает ее все радостней и счастливее.

Более 100 тысяч штук одного кирпича расходуют в день строители треста «Магнитострой» на сооружение жилищ. До 200 кубических метров леса, сотни тонн железобетона, свыше 400 тонн штукатурного и кладочного растворов потребляют они на эти цели за восемь часов работы. Ежедневно выполняется более пяти тысяч кубометров земляных работ!

Это ли не яркое проявление сталинской заботы об улучшении материальных условий жизни тружеников Магнитки! А ведь это делается всюду, во всех уголках нашей чудесной страны.

Растут и мужают строители нового социалистического города. В суровый, 1942 год приехал в одну из магнитогорских школ фабрично-заводского обучения шестнадцатилетний юноша Афанасий Белов. Робким пареньком пришел он на строительную площадку. Ныне же комсомолец Афанасий Петрович Белов — знатный каменщик стройки, новатор производства, всеми уважаемый и авторитетный человек. К нему, как к депутату Правобережного районного Совета, обращаются за советом и помощью.

Руководимая т. Беловым бригада показывает образцы стахановского труда на строительстве проспекта Металлургов. По 2,97 кубометра кладки в среднем дает каменщик Белов вместо 1,97 кубометра по норме.

Их много таких, как Афанасий Белов, славных воспитанников школ фабрично-заводского обучения, представителей молодого поколения рабочего класса, являющихся гордостью большого коллектива строителей. Вот Надя Анисимова — маляр «Отделстроя». Ее знают у нас не только как отличную работницу, имеющую высокие показатели труда. Поговорите с этой простой скромной девушкой — и вы убедитесь, как богат и многообразен ее духовный мир, как благородны ее помыслы.

— Строить и учиться, учиться и строить, чтобы еще лучше были наши жилища, — говорит Надя. — Пусть все больше ярких огней загорается в окнах новых домов и пусть каждый день в них будет новоселье!

После трудовой вахты Надя в школе рабочей молодежи продолжает свое образование. Ей на все хватает времени: по-стахановски работать, отлично учиться, выполнять обязанности члена бюро комсомольской организации, участвовать в драматическом кружке. В комсомольском политкружке молодой маляр изучает биографии В. И. Ленина и И. В. Сталина. Великий пример жизни и деятельности вождей партии и народа воодушевляет ее на трудовые подвиги. Из этого неиссякаемого родника мужества и героизма черпает депутат районного Совета Надя Анисимова, как и миллионы других ее сверстников, веру в свои силы, уверенность в своей работе. На благо Родины во имя мира и жизни трудится каждый из нас, какой бы он пост ни занимал, чтобы ни делал. С думами о мире, о своей Отчизне поднимается на леса стройки каменщик и плотник, плавит металл сталевар и водит поезда машинист…

И мы уверены — мир восторжествует. С нами родной Сталин — знаменосец мира во всем мире.

Владимир Новоселов,

студент Челябинского политехнического института

ЗНАНИЕ — НАШЕ ОРУЖИЕ

Осенью 1950 года мне выпала большая честь: студенты Челябинского политехнического института послали меня делегатом на Вторую Всесоюзную конференцию сторонников мира. Представители многомиллионного советского народа собрались в Москву, чтобы выразить единодушный протест поджигателям войны. В каждом слове делегатов, в каждом их выступлении чувствовалось могучее дыхание нашей страны, непоколебимая вера в свои силы, в правоту своего дела. Это было грознее предупреждение народа-творца, народа-строителя коммунизма заокеанским поджигателям новой мировой войны.

Здесь, в столице, я еще раз убедился, какой вклад в дело мира вносят мои земляки — уральцы. Стальные конструкции для Московского университета, для высотных зданий изготовляются на Челябинском заводе металлоконструкций, челябинские трубопрокатчики делали трубы для газопровода Саратов — Москва.

Горячее стремление поскорее кончить институт, поскорее внести и свой труд в великое дело укрепления могущества Родины с новой силой охватило меня в эти незабываемые дни в Москве.

Приехав из столицы, я рассказал своим товарищам, студентам, о конференции сторонников мира. На лицах каждого из присутствовавших я читал непреклонную решимость бороться за мир, готовность в любую минуту отдать жизнь за любимую Родину. Каждый из нас, студентов, решил встать на вахту мира: учиться еще лучше, как можно глубже и полнее овладеть знаниями, готовить себя к большой, творческой работе на благо советской страны.

* * *

Овладеть знаниями — вот главная задача, поставленная перед советскими студентами. Ведь эти знания нам нужны для того, чтобы украшать нашу землю новыми городами и садами; для того, чтобы выращивать богатые урожаи, строить дома и каналы; для того, чтобы советский народ жил еще богаче; для того, чтобы быстрее итти к коммунизму. Эти великие цели, замечательные перспективы мирного труда обязывают советских студентов еще более упорно и настойчиво учиться, ежедневно повышать и расширять свои знания.

Я четыре года был секретарем комитета ВЛКСМ нашего института и хорошо знаю, как большинство студентов ведет борьбу за знания, используя все возможности, предоставленные им Родиной.

Вот студентка Антонина Паторова, отличница учебы. Если спросить у заведующей библиотекой института, кто больше всех дружит с книгой, в чьем формуляре числится больше прочитанных книг, она обязательно назовет имя студентки второго курса механико-технологического факультета Паторовой. Не откладывать до сессии, заниматься ежедневно и настойчиво — таково золотое правило Антонины Паторовой. Но будущий инженер не терпит формального подхода к делу. Выучить заданный материал — это еще не все. Надо на студенческой скамье учиться работать творчески, применять свои знания на практике, искать новые пути в технике. И Паторова с увлечением работает в созданном на курсе физическом кружке, работает над темами, имеющими практическое значение для нашей промышленности.

Есть еще одна характерная черта у Антонины Паторовой: она не любит держать под замком приобретенные знания, охотно передает их другим, помогает отстающим ликвидировать пробелы в учебе.

На первом курсе Антонина Паторова была членом редколлегии факультетской стенгазеты «Технолог». Она сумела создать вокруг газеты актив из числа студентов, которые писали об учебе, делились опытом самостоятельной работы над материалом. В стенгазете выступал комсорг механико-технологической группы Ежуров, рассказывавший о том, как комсомольцы работают над книгой; приводились личные планы занятий лучших студентов Поздняковой, Коростина; преподаватели, заведующие кафедрами давали советы первокурсникам, как умело вести конспект, как сочетать учебу с полезным отдыхом, с общественной работой. Студенты с нетерпением ждали выхода очередного номера стенгазеты, чтобы найти там совет и помощь.

* * *

Жить в великую сталинскую эпоху, когда советский народ вдохновенно трудится, строя коммунистическое общество, значит каждодневно делать новый, пусть маленький, вклад в дело мира и укрепление своей Родины. Именно в таком духе воспитывает каждого из нас институт, партийная и комсомольская организации. Преподаватели учат нас связывать получаемые знания с практикой, с производством.

Летом 1949 года мы проходили эксплоатационную практику в Полтавской МТС. Там мне удалось подробно ознакомиться с устройством и принципами работы трактора, научиться водить машины.

Но особенно много нам, студентам, дала технологическая практика на Челябинском тракторном заводе имени Сталина летом 1950 года. Вот здесь-то и пригодились нам знания, полученные в институте. Они помогли нам разобраться во всех технологических процессах производства тракторов.

Практику я проходил оператором на многорезцовом токарном станке, где проводилась чистовая обработка заготовок конической шестерни — главной передачи трактора «С-80». После обработки деталей рабочий должен был вручную, провертывая шпиндель станка, сколачивать деталь молотком. Это требовало больших физических усилий и отнимало у рабочего немало драгоценного времени.

Я задумался над тем, как заменить эту ручную операцию механической, сократить вспомогательное время и облегчить труд рабочего.

Работал я тогда под руководством преподавателя технологии нашего института Алексея Демьяновича Шереметьева. Я высказал ему свою мысль, преподаватель поддержал меня:

— Нужное дело. Подумай над тем, нельзя ли использовать обратный ход пневматики.

Это предложение натолкнуло меня на серьезные размышления. Я стал работать над чертежами. Теоретически, как будто, получалось. Но выдержит ли мое изобретение проверку практикой?

С помощью инженеров, рабочих-стахановцев, мне удалось внедрить в практику мое изобретение. На штоке станка я сконструировал так называемые пальцы-толкатели. Как только рабочий давал обратный ход штоку, эти пальцы-толкатели выбрасывали из патрона обратную деталь.

Испытания изобретения дали следующие результаты: при изготовлении 1000 штук деталей экономилось два с половиной часа вспомогательного времени. За этот период можно было обработать дополнительно еще 15 деталей. Труд станочника значительно облегчился. Это было, пожалуй, одно из самых значительных событий в моей жизни: мое рационализаторское предложение внедрено в производство.

Не для одного меня производственная практика на заводе была плодотворной. Так, шестикурсник Николай Бабин спроектировал оригинальную конструкцию для сварки электрозаклепками. Внедрение этого предложения сократило время обработки деталей, упростило процесс и улучшило качество продукции. Студент Анатолий Разжигаев спроектировал установку для автоматической сварки роликов. Студентка дипломантка Нонна Кожевина разработала проект модернизации токарного станка для обработки деталей трактора «С-80».

Всего за время производственной практики на ЧТЗ студенты нашего института внесли более двадцати рационализаторских предложений. Продукция, изготовленная нами, была использована в серийном производстве. Это был наш скромный вклад в дело мира и укрепления нашей Родины.

Сейчас, когда я вспоминаю успехи моих товарищей студентов в период летней практики, я с благодарностью думаю о нашем институте, о преподавателях. Ведь это они помогли нам приобрести те знания, которые с успехом были применены нами на практике. Характерно, что все студенты, добившиеся во время практики хороших результатов, — отличники учебы.

* * *

Серьезной проверкой наших знаний явилась экзаменационная зимняя сессия. К этой проверке каждый из нас постарался подготовиться отлично.

Кому из студентов не знакомо чувство тревоги перед экзаменом, кто не стремится, идя в институт, утром заглянуть в учебник, чтобы последний раз бегло пробежать ту главу или параграф, которые вызывают хоть малейшие сомнения!

После первого экзамена зимней сессии собрались комсомольцы нашей группы, чтобы подвести первый итог, поделиться опытом подготовки к первому экзамену. Многие студенты готовились к сессии в одиночку, каждый осмысливал изученный материал по-своему, так, как он усвоил его в течение семестра. Кое-что осталось неясным, отдельные вопросы студенты не успели глубоко изучить.

Здесь же мы договорились — накануне очередного экзамена собраться вместе, обменяться знаниями по изученному предмету. Очередной экзамен подтвердил правильность избранного метода. Многие студенты нашей группы показали отличные знания. Экзамены, вынесенные на зимнюю сессию, я сдал на отлично.

Знания — это наше оружие в борьбе за мир, за строительство коммунизма. Каждый студент Челябинского политехнического института считает своим долгом овладеть знаниями, стать настоящим специалистом социалистической промышленности, чтобы отдать эти знания, отдать все свои силы делу служения народу, благородной задаче борьбы за мир во всем мире.

Варвара Пугач,

заведующая сельским клубом

КОЛХОЗНЫЙ КЛУБ

Однажды утром меня вызвали в правление колхоза. Там уже были бригадиры, секретарь партийной организации, председатель колхоза и незнакомые мне люди. Все они, склонясь над большим листом бумаги, оживленно разговаривали. Председатель колхоза Яков Иванович Бойко, увидев меня, сказал:

— Знакомьтесь, товарищи… Заведующая клубом.

— Мы пригласили вас, — объяснил незнакомый мне пожилой человек, — чтобы посоветоваться, где лучше построить здание нового клуба.

Я уже знала, что в нашем селе начнется строительство колхозного Дома культуры с зрительным залом на 200 мест, с фойе, гардеробной, библиотекой, комнатами для кружковых занятий.

С увлечением я рассматривала эскиз. Стройное красивое здание. Чувствовалось, что внутри его будет много света и воздуха. И мне захотелось, чтобы строительство нашего колхозного Дома культуры началось как можно скорее.

— Пойдемте на площадь, — попросила я. — По-моему, лучшего места для Дома культуры не найти.

— Верно, — подтвердил председатель колхоза. — А вокруг будет разбит парк.

* * *

Когда часом позже я открыла двери клуба, он показался мне тесным, маленьким, бедным. Впечатление усиливалось еще тем, что со вчерашнего киносеанса в нем были закрыты ставни. В темноте едва можно было различить ряды скамеек, контуры занавеса на сцене. «Плох наш клуб, — думалось мне, — развернуться негде. Идет репетиция — и никому, кроме участников, сюда нет доступа. Показываем кино — всю остальную работу приходится приостанавливать».

Но вот уборщица раскрыла ставни. В зал хлынули потоки солнечного света. Они забегали зайчиками по полу, перескочили на сцену, пробежали по шахматному столику, метнулись к выходу. И чем больше открывалось окон, тем светлее и светлее становилось в клубе. Стоит ли незаслуженно ругать наш клуб. Ведь сколько работы сделано за это время. Какие в нем проводились вечера! Верно, он маленький. Зато его любят колхозники. Сюда они идут, как в свой дом, а это уже много значит. Будет Дом культуры, будет и просторнее и лучше. А пока поработаем и в этом здании!

По плану в этот воскресный день намечалось провести две репетиции, семинар агитаторов, читательскую конференцию, киносеанс для школьников, открытое комсомольское собрание. Медлить не приходилось. Я поговорила с заведующим библиотекой Петром Ивановичем Тарлычевым, которому была поручена организация читательской конференции по книге Мальцева «От всего сердца». Последние вопросы, связанные с проведением конференции, были разрешены.

В клубе руководитель струнного кружка Афанасий Иванович Дубков уже рассаживал своих оркестрантов. За ними выстраивался хор. В первом ряду встали наши лучшие певицы: Шура Москвина, Тоня Любушкина и Лена Егорова. Вот Афанасий Иванович сделал знак, Лена выступила вперед, переждала вступление и запела:

Шумят плодородные степи,

Текут многоводные реки,

Весенние зори сверкают

Над нашим счастливым жильем…

Минутная пауза — и песню подхватил весь хор:

Споем же, товарищи, песню

О самом простом человеке,

О самом родном и любимом —

О Сталине песню споем!

Хорошо, слаженно пели девушки. Недаром мы гордимся своим хором. В его репертуаре много русских народных песен, песен советских композиторов, есть и песни стран народной демократии.

Пока шла репетиция, я подбирала материалы для агитаторов. Им предстояло проводить беседы о кандидате в депутаты Верховного Совета РСФСР, Герое Социалистического Труда Евдокии Кондаковой и об изменениях, происшедших в колхозе за пять лет. С первой темой дело обстояло проще. У каждого агитатора была на руках биография кандидата в депутаты, хотя и так все хорошо знали Дусю Кондакову, мастера высоких урожаев, активную комсомолку, студентку Троицкой школы подготовки руководящих колхозных кадров. Вторую тему еще вчера помог подготовить секретарь комсомольской организации Вадяев. Мы с ним заранее условились, что он зайдет в клуб перед семинаром.

— Андрей! Давай подумаем, как лучше рассказать обо всем избирателям? Вот, например, рост урожайности. Пять лет назад мы собрали десять с половиной центнеров с гектара, а теперь пятнадцать… но ведь это же сухие цифры. Надо же их как-то оживить…

— А знаешь что. — сказал Вадяев. — Пусть агитаторы расскажут о полеводческой бригаде Константина Иванова, которая получила по восемнадцать центнеров пшеницы с гектара на площади восемьсот га. Пусть расскажут о том, как работали Анна Черных, Иван Притулла, Рамазан Албаев, как они обрабатывали землю, как ночью не спали, готовя семена к высеву. Надо рассказать, что животноводство колхоза увеличилось в три раза и увеличилось благодаря стахановскому труду животноводов Кирилла Захаренко, Хакима Дунгулюк, Пелагеи Шечук и Зины Трушкиной. Расскажи, например, о Зине. Как она в зимнюю стужу сберегала телят, чтоб не замерзли. Главное, чтобы за успехами колхоза были видны живые люди. Тогда беседа будет интересной… А потом посмотри: наши колхозники люди разных национальностей. Один русский, другой казах, третий украинец, четвертый татарин… Работают они рука об руку, помогают друг другу, живут единой семьей. Колхоз стал для них родным домом, а общественное поле — родным полем.

Состоявшийся семинар агитаторов превратился в увлекательную беседу. Каждый участник приводил все новые и новые яркие примеры из жизни колхоза.

* * *

Не только о производственных успехах колхоза и о его лучших людях рассказывают наши агитаторы. Часто свои беседы они посвящают подъему культуры села и духовному росту колхозников.

Колхозники много читают книг, газет, в каждом доме слушают радио. Достаточно сказать, что наш колхоз выписывает 20 экземпляров «Правды», 150 — «Челябинского рабочего», 18 — «Сталинской смены» и много литературы.

В сельской библиотеке книжный фонд насчитывает две тысячи томов и постоянно пополняется. В ней записано четыреста читателей. И каждый из них просит дать ему непременно новую, интересную книгу, которая ответила бы на волнующие его вопросы. У нас есть такие читатели, как молодой колхозник Анатолий Ершов, механик МТС Иван Благовещенский, они уже прочитали почти все произведения Льва Толстого, Чехова, Горького и многие книги лауреатов Сталинской премии.

Да, неизмеримо растут наши люди. Вот, например, слесарь МТС Афанасий Иванович Дубков. До революции он был неграмотным пастухом, а сейчас часто выступает с лекциями в клубе. Афанасий Иванович — это уважаемый всеми, культурный человек, замечательный слесарь — мастер своего дела, прекрасный общественник. Кроме того, он хороший музыкант, руководитель струнного оркестра.

А вот Лена Егорова, работница маслозавода, обладает хорошим звучным сопрано. Она любит петь русские народные песни и песни советских композиторов. Ее выступления всегда тепло встречаются колхозниками. Да мало ли у нас таких людей, выросших за годы советской власти, получивших образование, имеющих возможность широко проявить свои способности и таланты.

Когда в клубе будет концерт? — Когда и какая будет лекция? — То и дело спрашивают колхозники. Велики запросы колхозников! И мы стараемся наиболее полнее их удовлетворять.

По инициативе партийной и комсомольской организаций колхоза при клубе организована лекторская группа. В нее входят завуч школы Никулин, учителя Литвинова, Гриненко, Пономарева, Привалова, заведующий библиотекой Тарлычев, зоотехник Кравчук, агроном Голышева и другие специалисты. Как правило, один раз в неделю в клубе устраиваются лекции. Народу на них всегда бывает много. Лекции читаются на разнообразные темы. Вот некоторые из них: «Научные предвидения и суеверия», «Коммунистическое воспитание детей», «Итоги Второго Всемирного конгресса сторонников мира», «Великие стройки коммунизма» и т. д. Особенно расширилась лекционная пропаганда в дни подготовки к выборам в Верховный Совет РСФСР. Для колхозников были прочитаны лекции о правах и обязанностях граждан СССР, о советском избирательном законе, о жизни трудящихся в капиталистических странах. Проводились вечера молодых избирателей.

После каждой лекции, доклада или беседы в клубе демонстрируется кинофильм или дается концерт. Только за последнее время колхозники просмотрели замечательные кинокартины: «Падение Берлина», «Кубанские казаки», «Смелые люди», «Мичурин», «Секретная миссия», «Великая сила», «Заговор обреченных», «Далеко от Москвы» и другие.

Клуб накопил значительный опыт культурно-массовой работы среди населения. Всю его работу мы стараемся направить на воспитание людей, на повышение их коммунистической сознательности.

Н. Клементьева,

преподаватель средней школы

СЛОВО УЧИТЕЛЯ

Бывают в жизни человека дни, которыми словно вехами отмечается пройденный путь. И вот, когда ты оглядываешься назад, чтобы оценить прожитое, перед твоими глазами встают эти вехи. Ты видишь по ним — правилен ли твой путь, не шел ли ты сторонкой, выбирая дорогу «попротоптанней да полегше», не обходил ли трудности, вместо того, чтобы преодолевать их.

Одной из таких вех стал памятный для меня день 1 сентября 1948 года.

Помню, я встала раньше обычного, быстро оделась, наскоро позавтракала и стала собирать книги.

— Ага, ты тоже волнуешься, — сказал мне братишка, — как первоклассница!

Я и в самом деле волновалась не меньше первоклассницы. Волнение не прошло и на улице. Наоборот, чем ближе я подходила к школе, тем большее волнение охватывало меня. Но кто бы не волновался, будучи на моем месте? Десять лет изо дня в день ходила я этой дорогой в школу, чтобы приобретать знания — теперь же я шла той же дорогой, но уже для того, чтобы самой учить ребят, передавать им свои знания!

И вот он — звонок! Первый в моей жизни звонок, зовущий меня в класс не учеником, а учителем.

Откровенно говоря, я не помню, как дошла до двери класса. Остановилась, чтобы справиться с охватившим волнением. За дверью негромкие детские голоса.

Я вошла в класс.

— Начнем занятия, ребята, — сказала я классу. Ребята на минутку зашевелились, поудобнее устраиваясь за партами, и затихли. Я начала свой первый урок. Потом мне говорили, что я его провела удачно.

Много счастливых дней было в моей жизни. Я знаю, много их будет и в будущем. Но этот день был одним из самых счастливых. Тогда я впервые ощутила большое человеческое счастье, обретенное в труде.

* * *

Однажды на уроке истории в десятом классе вечерней школы рабочей молодежи произошел очень интересный разговор, который заставил меня по-новому взглянуть на свою работу, понять ту большую ответственность, которая возложена на меня, как на преподавателя истории СССР.

Шло повторение пройденного материала. Я предложила Владимиру Серебрякову, учащемуся десятого класса, рассказать о первых декретах советской власти. Владимир подробно говорил об этих замечательных исторических документах. Я была удовлетворена его ответом, однако предложила и другим товарищам высказаться.

Руку поднял Николай Луканин.

— Я хочу более подробно остановиться на декрете о мире, подписанном товарищем Лениным, — сказал он.

Николай говорил о том, как с самого первого дня своего существования советская власть объявила о своем неуклонном стремлении к миру между народами и проводила миролюбивую политику. Особо он остановился на борьбе народов мира за мир в послевоенный период, показал руководящую роль в этой борьбе великого Советского Союза.

Здесь Николай заговорил о том, как борются за мир его товарищи по работе — молодые автозаводцы.

— Большой вклад в дело мира внесли новаторы производства, лауреат Сталинской премии Нина Назарова и контролер, делегат Второй Всесоюзной конференции сторонников мира Руфина Рассомахина и их последователи.

Николай достал блокнот и привел такие цифры:

— За одиннадцать месяцев прошлого года рабочие автозавода, последовавшие примеру Нины Назаровой, сэкономили на продлении межремонтного срока оборудования более ста двадцати тысяч рублей и позволили снять с планового ремонта двести единиц оборудования.

Николай говорил о других молодых автозаводцах — активных борцах за мир. Говорил он горячо, и каждый чувствовал, как глубоко волнуют юношу судьбы мира.

Я поставила Николаю отличную оценку. С каждым произнесенным Николаем словом я все больше понимала свою ошибку. Да, да — именно ошибку! Конечно, объясняя материал, рассказывая о декретах, я говорила учащимся и о борьбе советских людей и народов всего мира за мир. Но обо всем этом я говорила, не приводя конкретные факты из жизни нашего города, нашего автозавода. А я должна была об этом говорить. Ведь на моем уроке сидели люди, принимающие непосредственное участие в борьбе за мир, сами участники стахановских вахт мира. Как могла я забыть об этом!

Не преувеличивая, могу сказать, что Николай Луканин своим выступлением помог мне во многом. В самом деле, советский учитель сейчас, в дни напряженной борьбы против поджигателей новой мировой войны, должен на конкретных примерах показывать учащимся неодолимую силу сторонников мира, воспитывать у них веру в свое будущее, помочь каждому определить свое место в борьбе за мир и звать своих учеников бороться за мир, учить их, как следует вести эту борьбу.

Оружие советского учителя в борьбе за мир — его знания. Передавая эти знания своим ученикам, разъясняя им законы развития человеческого общества, он вооружает их непоколебимой верой в торжество коммунизма, в неминуемую гибель империализма. Есть замечательные, с детства знакомые слова: «Знание — сила». Да, знания — это великая сила, если они направлены на служение народу! Мой долг состоит в том, чтобы ученики приобрели эту силу и научились лучше применять ее в борьбе за коммунизм.

В первые дни работы в школе рабочей молодежи я много думала над тем, как сделать, чтобы мои учащиеся занимались лучше, чтобы знания, полученные в школе, помогали им еще успешнее бороться за мир.

— На мой взгляд, тебе следует ближе познакомиться со своими учениками. Ты должна знать, где работает и как работает каждый учащийся, — посоветовал мне директор школы.

И я стала изучать своих учеников. Вот, например, Арсений Мосунов. Раньше я почти ничего о нем не знала. Теперь же я выяснила, что он так же, как и я, воспитывает молодежь. Арсений работает мастером в школе ФЗО, обучает молодых наладчиков станков. Я узнала, что после школы он поступит в автомеханический техникум.

Я стала подолгу беседовать с Арсением, делиться с ним знаниями в области педагогики. Он охотно выслушивал мои советы. Как-то Арсений попросил меня помочь подготовиться к беседе, которую он намеревался провести среди своих воспитанников. Мы пошли в библиотеку и вместе подобрали нужную литературу.

Однажды он сказал мне:

— Я очень благодарен вам. Вы помотаете мне работать, воспитывать молодых рабочих. А я считаю работу в училище своей стахановской вахтой мира…

Что знала я о Вячеславе Богачеве, кроме того, что он занимается в восьмом классе? Ничего. Теперь мне известно, что Богачев — один из лучших насекальщиков Миасского напилочного завода.

— Скажи, Вячеслав, а свой опыт ты передаешь другим? — поинтересовалась я.

— Когда кто спросит, — расскажу, — ответил он.

— А если не спросят?

— Если не спросят, значит, сами знают, как надо работать.

Мне не понравилось это. Я долго говорила с Вячеславом, посоветовала ему присмотреться к товарищам по работе, особенно к тем, кто отстает в соревновании, помочь им овладеть передовыми приемами.

Потом Вячеслав рассказал мне:

— Есть у нас в цехе молодой паренек, недавно окончил ремесленное училище. Работает он неважно. Посмотрел я на его работу и говорю: «Хочешь, я тебе помогу по-стахановски трудиться?» Паренек обрадовался: «Очень хочу». Я занялся им и вот сейчас его показатели так быстро стали расти, что я опасаюсь — перегнать может, — с улыбкой закончил Вячеслав.

Леонид Вулканин работает грузчиком. Юноша жадно тянется к знаниям, много читает, приходит на урок всегда подготовленным. Леонид рассказывает:

— Мне хочется поскорее овладеть знаниями, чтобы принести Родине еще больше пользы. Я стремлюсь стать инженером для того, чтобы создавать машины, которые заменят физический труд человека; для того, чтобы искать новые пути в технике; для того, чтобы повышать производительность труда. А от этого еще богаче, еще могущественнее будет наша страна. Так думают и другие молодые рабочие.

* * *

Я преподаю историю СССР в школе рабочей молодежи, одновременно работаю классным руководителем девятого класса Миасской средней школы. В моем классе — тридцать учащихся. Каждый день и час я чувствую ответственность за их судьбу.

В капиталистическом обществе действует человеконенавистнический закон: «Человек человеку — волк».

В нашей стране победившего социализма человек человеку. — друг и товарищ. Ведь недаром укрепилось в нашем народе замечательное обращение — «товарищ». Дружба народов СССР является такой силой, о которую не раз разбивались происки поджигателей войны. Все народы нашей великой страны живут дружной, единой семьей. Мы, советские учителя, прививаем учащимся чувство уважения к человеку независимо от его расы и национальности. Как крепко дружат мои воспитанники, как охотно помогают друг другу, как горячо откликаются и на радость, и на горе товарища! Это поистине крепко спаянный, единый, дружный коллектив.

Мы воспитываем своих учащихся в духе уважения к другим большим и малым народам, поэтому неудивительно, что они с таким глубоким, искренним участием следят за героической борьбой корейского, вьетнамского и других колониальных народов.

Мы готовим ребят не для войны, не для захвата чужих земель. Мы, учителя, учим их любить свою советскую Родину, свою землю. Наши ученики в будущем — не «пушечное мясо», а созидатели, строители коммунизма. Вот почему я так часто организую экскурсии на наши заводы, на Уральский автозавод, где школьников знакомят с тем, как рождаются замечательные машины.

С детства наши школьники приобщаются к культуре. В то время, как воспитанные американской школой заокеанские молодчики жгут книги русских классиков и советских писателей, с каким живым интересом, с какой любовью читают мои ученицы книги прогрессивных американских писателей, мировых и русских классиков, советских поэтов и прозаиков. В то время, как американских школьников воспитывают на произведениях, прославляющих убийства, грабеж и насилие, мои ученицы с увлечением читают книги, рассказывающие о послевоенном строительстве в нашей стране, о мирном созидательном труде советских людей, о великих стройках коммунизма.

В то время, как американские звери в образе учителей превозносят атомную бомбу, фальсифицируют историю, клевеща на великий Советский Союз, я, простая советская учительница, как и тысячи других наших учителей, поднимаю свой голос в защиту мира и счастья простых людей, рассказываю своим ученикам о последовательной миролюбивой советской внешней политике, о великом знаменосце мира — нашем любимом вожде товарище Сталине.

Content

Молодежь на вахте мира

Константин Аблин, секретарь комитета комсомола Челябинского завода им. Колющенко ДЛЯ СТРОЕК КОММУНИЗМА

Мильнебика Мухаметзянова, депутат Челябинского областного Совета, доярка колхоза им. Кирова, Буринского района РАССКАЗ ДОЯРКИ

Владимир Крестьянинов, сталевар 2-го мартеновского цеха Златоустовского металлургического завода имени Сталина СТАЛЬ ДЛЯ МИРА

Хамза Аргинов, тракторист Бишкильской МТС, Чебаркульского района РАССКАЗ ТРАКТОРИСТА

Борис Власов, старший машинист электродепо станции Златоуст 150 000 КИЛОМЕТРОВ БЕЗ РЕМОНТА

К. Жарова, каталь шахты № 204 треста «Копейскуголь» ВАХТА МОЛОДЫХ ГОРНЯКОВ

К. Паршина, инженер треста «Магнитострой» МЫ СТРОИМ ДОМА, ШКОЛЫ, ТЕАТРЫ

Владимир Новоселов, студент Челябинского политехнического института ЗНАНИЕ — НАШЕ ОРУЖИЕ

Варвара Пугач, заведующая сельским клубом КОЛХОЗНЫЙ КЛУБ

Н. Клементьева, преподаватель средней школы СЛОВО УЧИТЕЛЯ