Мария Салихова

Тень — тоже ты. Принять себя целиком, а не только «хорошие» части

Информация от издательства

Публикуется впервые

Книга создана при участии бюро «Литагенты существуют» и литературного агента Анастасии Дьяченко

Салихова, Мария

Тень — тоже ты. Принять себя целиком, а не только «хорошие» части / Мария Салихова. — Москва: МИФ, 2026. — (Авторская серия Марии Салиховой).

ISBN 978-5-00250-543-2

Книга не пропагандирует употребление алкоголя. Употребление алкоголя вредит вашему здоровью.

Все права защищены.

Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

© Салихова М., 2026

© Оформление. ООО «МИФ», 2026

Введение

Пока вы не сделаете бессознательное сознательным, оно будет управлять вашей жизнью, и вы назовете это судьбой.

К. Г. Юнг

Я ужасный человек. В моей душе — кромешный ад.

Я хорошо выгляжу и часто улыбаюсь, чтобы скрыть мрачную изнанку личности.

Я сам себе омерзителен, потому что знаю, что на людях я ненастоящий.

Внутри меня живет демон, но никто об этом не догадывается, ведь я ношу маску «приличного человека».

Я часто жалею о словах и поступках, какое-то время сдерживаюсь, но потом опять срываюсь.

Как хорошо, что люди не знают, о чем я думаю. Мне кажется, моя голова — вместилище всех смертных грехов.

Между ценностями и добродетелями, которые я транслирую, и моим недостойным поведением — пропасть.

Так описывает свое состояние человек, в котором живет тень — часть нашей личности, которую мы не хотим признавать и подавляем. В тени могут жить такие качества, как агрессивность, сексуальность, дерзость; эмоции — наглость, страхи, зависть и гнев, жажда мести, власти, свободы, удовольствия. Все то, что в обществе считается неприемлемым и нежелательным.

Из-за постоянного подавления тени человек ощущает, что:

• живет не своей жизнью;

• устал от притворства;

• погряз в конфликтах;

• не владеет собой, своим эмоциональным состоянием;

• потерял смыслы и ориентиры;

• он плохой человек.

Даже если человек чувствует себя чудовищем, он редко это формулирует, в том числе на консультации у психолога. Люди охотно «несут» в терапию карьеру, отношения, проблемы детей, болезни, тревоги, экзистенциальные вопросы — все, что подходит под вопросы «кто виноват» и «что делать». И почти никогда не раскрывают свои скелеты. Более того, измученные своей тенью люди вообще редко доходят до помогающего специалиста, и тому есть несколько причин.

Потому что они уверены, что безнадежны.

Потому что привыкли раздваиваться.

Привыкли играть в «хороших».

Привыкли к чувству «голода по самому себе».

Потому что не знают, что в недостатках и пороках, в том, что они отвергают, в темном и стыдном, кроется сила.

Мы рождаемся целостными, но потом личность разделяется на части. Карл Юнг писал, что первую половину жизни, следуя возрастным задачам, человек отдает себя во власть культурных и социальных ожиданий — приобретению навыков, которые одобряет общество, опыта, накоплению ролей. В этот период мы пытаемся «сузиться», влезть в рамки: интроверт / экстраверт, лидер / исполнитель, гуманитарий / технарь. До 35 лет мы ограничиваем себя, пытаемся прибиться к какому-то стану, дать себе определение и зафиксироваться в нем. Благодаря этому жизнь становится более предсказуемой.

Поскольку неодобряемые, «ненужные» черты при этом уходят в тень, мы раскалываемся на «хорошего» и «плохого», на маску и тень. Внутри начинается борьба между метафорическими светом и тьмой. Светлая сторона наставляет на путь истинный и учит поступать только честно и правильно, темная часто нашептывает идеи, от которых становится страшно. Когда человек пытается сосредоточиться на одном, не обращая внимания на другое, крайности переходят в противоречие. Чем больше выражена одна из полярностей, тем сильнее другая погружается в тень. В тени нашего «я» набирает силу деструктивная энергия, но мы боимся это признать и потому живем в состоянии внутренней разобщенности.

Во второй половине жизни начинается процесс индивидуации. Когда завершается социокультурное развитие, мы вдруг сталкиваемся с чувством «что-то не то». Как будто мы слишком много отдали своему развитию и выдохлись. Появляется ощущение, что мы выросли из своего вчерашнего «я», но многие его части так и не начали жить.

Сначала мы гоним от себя тревожные мысли, игнорируем разочарование, подавляем напряжение. Мы боимся тени, потому что это наша ахиллесова пята. Слабость пугает нас, мы не хотим признавать ее и предпочитаем изображать себя сильными, крепкими и устойчивыми. Между тем затаившаяся и неизрасходованная энергия тени продолжает увеличиваться.

В какой-то момент напряжение становится настолько сильным, что мы больше не в состоянии разрываться между двумя полюсами. Вторую половину жизни мы занимаемся восстановлением целостности личности и распавшегося мира. В этой книге я расскажу, как именно это происходит.

В первой части мы поговорим о том, как воспитание порождает тень и как формируется маска, и попробуем вывести тень на свет сознания, легализовать ее.

Тень — это подвал психики, темная зона «я», маргинальное пространство, где прячется все запрещенное, вытесненное и постыдное. Но у нашего психологического дома есть и крыльцо — ухоженное, красивое, чистое пространство. Здесь всегда уютно, стоят цветочки и лежит коврик с надписью «Добро пожаловать!». Это маска — часть личности, которую с детства больше всего подкрепляли, одобряли и поддерживали. На стыке двух частей, крыльца и подвала, рождается боль, блокирующая доступ к жизненной силе.

Эта книга поможет вам приблизиться к своей тени, понять, какая она. Вы осознаете, какого себя прячете от окружающих, какие свои маски «выгуливаете» в сторис. Внутри начнут рождаться ответы на вопросы, которые, скорее всего, давно мучат вас: принимаю ли я себя безоговорочно, как часто я притворяюсь? Вместе с вами мы постепенно выведем содержимое бессознательного на чистую воду. Это необходимо, поскольку мы можем исцелить лишь то, что осознаем.

Во второй части я устрою вам свидания с тенью, чтобы научить видеть то, что было незримым. Мы поговорим о том, что происходит, когда просыпается тень, а вы ее подавляете. Вы начнете получать ответы на вопросы: почему вас окружают ужасные люди — враги, соперники, мужья и дети; почему коллеги, подруги, соседи так сильно бесят? Я объясню вам, почему мы привлекаем теневых партнеров и ситуации, которые не соответствуют нашим истинным желаниям. Мы вместе заглянем в «тихий омут»: триггеры, флешбэки, «непроходимости», паттерны и нездоровые привычки.

Наработанные маски в критические моменты важнейших выборов будут подталкивать вас сдаться и оставить все как есть. Обстоятельства и близкие обязательно будут мешать и саботировать ваши попытки изменить ситуацию. Поэтому мы разберем, как проще пройти этот этап.

Далее мы поговорим о «правильных» встречах с тенью. Моя цель — помочь вам научиться жить в согласии со своими особенностями и превратить контакт с тенью в осмысленный инструмент для жизни.

Я постараюсь разбудить в вас интерес к себе. «В этой жизни я вот такой». Интересно, как это будет? Какой опыт вы проживете, чтобы стать собой? Как жить счастливо, жить своей подлинной сущностью? Как организовать свою жизнь так, чтобы удовлетворить свои насущные потребности, не причиняя вреда другим и оставаясь в гармонии с собой и миром?

Несколько сотен моих клиентов встретились со своей темной стороной и обрели бесстрашие, чтобы вырваться из тисков тени и стать собой. Они высвободили энергию, которую тратили на подавление тени, и направили ее вовне, поэтому их тень превратилась в силу.

В свою авторскую методику по работе с тенью я интегрировала многолетний опыт работы и эффективные приемы. Элементы этой методики вы найдете в практической части книги. Однако важно помнить: этот текст не может считаться полноценной терапией тени. На очных встречах, в живом общении терапевт становится свидетелем переживаний и опыта клиента. Я говорю человеку: «Смотри, как ты сейчас проявился. Видишь эту свою грань?» И он удивляется: «Надо же, ведь я всегда так делал». Для книги я выбрала только те практики, которые можно использовать самостоятельно.

Мне тоже пришлось пройти путь от «темной лошадки» — изгоя, бунтаря, мученика — до человека со множеством наработанных ролей: психолога, члена Общероссийской профессиональной психотерапевтической лиги, сексолога, педагога, бизнес-тренера, преподавателя Московской академии дополнительного образования по дисциплинам «сексология», «системная семейная терапия», «гендерная психология», «психодиагностика», «бизнес-консультирование». Такие роли я буду называть в книге масками. Маски — это наши социальные фасады, образы, которые мы показываем людям, картинки, аватары. Нельзя сказать, что это «не мы» — это «наполовину мы». Кстати, первую книгу «50 свиданий с самой собой» я написала и издала в маске бережного психолога-проводника, который дает зефирно-ванильные обещания. Книга вышла под псевдонимом, никто никогда не узнал меня в ней, потому что там, по сути, меня и не было. С тех пор я интегрировала в себе разные теневые части и теперь нашла смелость написать книгу «всей собой».

Я не только добрая и светлая. Я часто захожу в темное, смутное, разрушительное, гнилое, в любую больную или мертвую систему. Этот скилл стал моим профессиональным преимуществом: у меня прекрасный контакт с чужой депрессией, зависимостью, маргинальностью. Мне нравится идея «умер сам — научи товарища», и вот уже более 15 лет я работаю с непроявленным (невидимым, неявным): веду терапевтические группы по интеграции теневого материала с людьми «на грани».

Я не только творческая и созидательная, но и разрушительная. Я всегда сталкиваюсь с тем, что не работает, а открытия совершаю через мощные факапы. Сейчас я понимаю, что моя миссия — ощущать на себе системные ошибки. Я легализовала способность ломать и крушить отжившее, старое, непродуктивное, работая кризис-управленцем в крупных организациях. Чтобы построить что-то новое, надо сломать ветхую конструкцию, стереть с лица земли, обратить в руины, — и вот тут моя тень приходится как нельзя кстати. Именно эта drama queen, которая выносила мозг супругу и втягивала окружающих в свой театр, трансформировалась в способность привлекать аудиторию, удерживать ее внимание на тренингах и публичных выступлениях. Муж тоже выдохнул.

Сотни студентов каждый год занимаются по моим методичкам, а я пишу научные статьи, выступаю на конференциях, участвую в конкурсах, у меня трое детей, тренинговый бизнес, куча жизненных проектов, и, кажется, я трудяга. Но, поверьте, я не люблю работать — от слова совсем. Мой внутренний халтурщик и лентяй беспрестанно ищет обходные пути, лазейки, юлит, мечтает, болеет, делегирует. В бизнесе это называют оптимизацией процессов, но я знаю правду. Все лучшее я создала не кровью и потом, а игрой, авантюризмом, «срезанием углов». Я максимально встроенный в социум человек с благородной профессией. И в то же время я трикстер, плут и бунтарь. Моя потребность нарушить общественные нормы, хакнуть систему, высмеять правила и ритуалы перекочевали в тексты. Те, кто давно меня читают, знают эту манеру смеяться над ужасным, видеть трагичное в смешном, профанировать великое, наделять нелепости высоким смыслом. И да, у меня есть парик.

А еще я вор. Раньше я была мелким воришкой: то умыкну из офиса казенный степлер, то уведу из семьи мужика, то присвою цитату классика. Сейчас я «вор в законе»: краду целые бизнес-идеи, проекты, художественные задумки, филигранные обороты маститых писателей и использую в своих текстах. Я вывела из-под клейма преступных свои воровские наклонности, легализовала их в бизнесе и писательстве под девизом «Все новое — это хорошо видоизмененное старое». В этой книге, кстати, вы найдете немало прекрасных фраз, переработанных и адаптированных под мой язык и стиль, восхититесь, воскликнете: «Ай да Пушкин, ай да сукин сын!» — а мне хорошо, у меня нервишки шалят от страха разоблачения. Таковы мои теневые желания — играть в кошки-мышки со всем миром. Ко мне приходят шуты, хулиганы, амазонки, наполеоны, воры, лжецы, петрушки, шальные императрицы, юродивые, тираны, фрики — ужасно прекрасные, безумно умные, глубокие, творческие, многоликие люди. Я горжусь своими клиентами.

Кстати, много лет я управляла дирекцией персонала крупной российской сети, а также руководила собственным тренинговым агентством, благодаря чему наработала уникальный опыт по распаковке организационного теневого материала. Да, в бизнес-психологии тоже есть место тени, только коллективной.

Моя книга — о принятии себя, но она непохожа на книги, где автор бережно и нежно ведет вас за руку к счастью и успеху, потому что чаще всего процесс встречи с тенью — про удивление, недоверие, страх и риск, про отрицание, гнев и торг. Вас будет штормить. Сколько бы часов психотерапии или еще каких-либо практик мы ни намотали, мы никогда не достигнем стопроцентной буддистской просветленности. Нам все равно периодически будет сносить крышу, в животе будут тревожить бабочки, на языке — зудеть типун, в голове — шуметь ветер. Мы продолжим рубить сплеча, говорить сгоряча, действовать с налету, мерить шесть раз, а не семь, как положено. Проработка теневого материала, возможно, уменьшит количество поводов для этих состояний, но не устранит их все раз и навсегда. И тем не менее вы познакомитесь со своими скелетами в шкафу, сможете найти в них союзника, с которым легче тянуть лямку жизни. Как только вы начнете искать ответы на вопросы, тень обязательно предоставит возможность роста: ваша целостность из бессознательной, как в начале жизни, станет осознанной.

Есть книги с послевкусием счастья, а есть те, что соскребают эпителий со стенок души, и для кого-то это неуместно или чересчур. Если вам не чересчур, значит, эта книга нужна вам больше, чем другим.

Не гасите свою тень усилием воли, не прячьте от нее глаза, а, наоборот, доставайте на свет и рассматривайте. Эта тень — ваша. Это часть вас, но не весь / вся вы. Вы намного, намного, намного больше, чем она. А вместе вы сильнее. Знание своего темного не разрушает, а дает почувствовать свою устойчивость, сохранять равновесие между ужасом и чудом быть человеком.

Часть I. Формирование тени. Прирост теневого материала

Люди судят кожу, люди любят кожу — это есть любовь их, кожаных, пустых.

Кожа их красива, их дома нарядны — кожаные люди с чувством пустоты.

<…>

Люди прикрывают кожаною ложью то, в чем скрыта суть их…

А. Григорьева. Кожа[1]

Глава 1. Борьба светлого и темного внутри нас

Наша жизнь — это история борьбы светлого и темного. Как писала А. Ахматова:

Я иду навстречу виденью,

И борюсь я с собственной тенью —

Беспощаднее нет борьбы.

Рвется тень моя к вечной славе,

Я как страж стою на заставе

И велю ей идти назад…

Теневым, темным называют обычно не плохое, а бессознательное, потому что его невозможно увидеть. В противовес тени сознательный ум сравнивают со светом, поскольку он ясно распознается.

Мы скрываем свою испорченность — мы приличны.

Мы задвигаем подальше изощренные фантазии — мы благочестивы.

Мы прячем свои животные инстинкты — мы воспитанны.

Но в тихом омуте… таятся постыдные, асоциальные влечения и желания, черты личности — агрессия, зависть, жадность, жестокость, — то, что мы предпочитаем не видеть в себе и задвигаем на задворки сознания.

Метафора света и тени отражает внутренние конфликты и противоречия в человеческой душе, борьбу между добродетелями и пороками, желанием быть хорошим и тягой к темным сторонам. Наша цель — не победить темное, а достичь гармонии и баланса между светлым и темным, чтобы жить в согласии с собой, по крупицам собрать свое «я», включить в него теневую часть, найти способы реализовать то, что привело нас в этот мир.

Любые истории строятся по единому художественному принципу: в сюжетном узле всегда есть экспозиция, борьба, кульминация, поворотные точки и развязка (рис. 1). Там имеются знаковые фигуры, инициирующие испытания, а также боль, страх и радость.

Много лет я собираю тени. Моя работа чем-то напоминает работу священника: мне тоже несут все страшное, тайное, стыдное в надежде на «отпущение грехов».

Рис. 1. Сценарий борьбы маски и тени

Люди годами живут внутри своих переживаний, в страхе и чувстве вины. Многие испытывают чувство отгороженности от других, «нормальных» людей, отчужденность, ведь каждый полагает, что такое происходит только с ним.

Когда я объясняю, что тень есть у каждого и каждый, даже осознанный и просветленный (тем более осознанный и просветленный), с ней сталкивался и взаимодействовал, людям становится легче. Я рисую клиентам сценарий пути тени, и у них появляется видение целого и осознание важности каждого этапа жизни. Любая стадия развития тени неслучайна и необходима человеку, как и эмоциональное состояние, которое сопровождает этот этап.

Путь тени: от разделенности к целостности

У любого пути есть начало. Исходная точка, из которой начинается сюжет, — это детство, время, когда мы живем в состоянии целостности. Из целостности человек начинает свой путь в разделенность.

Соответствие основных этапов тени возрастным периодам человека я отразила в таблице 1.

На протяжении всей жизни мы соприкасаемся с тенью и умело ее подавляем.

Таблица 1

Фазы развития психики в соответствии с возрастом

Внутри нас разворачивается противостояние маски и тени, хотя внешне это поначалу никак не проявляется. Юнгианский аналитик Роберт Джонсон писал: «Средневековым героям приходилось убивать своих драконов; современные герои должны вернуть своих драконов домой и интегрировать их в себя».

В детстве мы ничего о себе не знаем, не осознаем и, соответственно, никак себя не оцениваем и ни с кем не сравниваем. Мы естественны в своих проявлениях. Это состояние неосознанной целостности позволяет нам поступать по инерции, не анализируя мотивы своих действий, но при этом мы живем с ощущением единого внутреннего пространства.

По мере взросления законы социума склоняют нас к формированию тени и масок. Мы подчиняемся этим законам и порядкам, поступаем в соответствии с ними, не размышляя о последствиях (подробнее об этом в следующей главе).

Каждый из нас выходит из семейной системы с наследством — уникальным набором ролей и масок. В юности мы разбрасываем себя попытками стать своим среди сверстников. Вся первая половина жизни дана нам для социализации, создания внешних опор, приобретения материальных благ и развития ассортимента масок. Это весьма плодотворный этап жизни. Мы получаем образование, специальность, зарабатываем деньги, имидж, статус, репутацию, создаем свой нерушимый порядок, достигаем социальных благ и комфорта. Мы строим отношения, заводим семью, рожаем детей. И как только наступает благополучие, к нам стучится теневое со словами: «Внешне ты реализовался. Пришла пора заняться внутренним».

Постепенно мы становимся суммой множества разных образов. Я — копия моих друзей, отражение партнера, образ, желаемый для окружения. Где в этом сам я? Рассинхронизация внутреннего и внешнего становится настолько ощутимой, что человек даже прибегает к неэкологичным способам бегства от страданий: необдуманные поступки, которые рушат отношения, двойная жизнь, пагубные привычки (об этом я рассказываю в третьей главе и четвертой главе).

Тень приводит к напряжению в отношениях с людьми. Теневой «заряд» распаковывается через трудных партнеров, сложные взаимодействия с близкими, невозможность испытать настоящую любовь и строить крепкие длительные отношения, так как мы влюбляемся и идеализируем объект влюбленности, не осознавая, что он всего лишь подавленная и отторгнутая часть нашей личной истории. Отыграв энергию тени, партнер теряет для нас привлекательность, и такие отношения заканчиваются.

Зов тени и знаковые встречи с тенью приходятся на середину жизни. Мы сталкиваемся с выбором между альтернативами, исходы которых одинаково неприятны: наступает «темная ночь души»[2], и у нас появляется новая задача — восстановление баланса между культурной, светлой и теневой стороной. «Инициальный опыт», который мы теперь переживаем, открывает путь глубинных внутренних трансформаций. Если мы сможем пережить этот этап и присвоить себе его дары, то осознаем, что нам будет плохо, пока мы не преодолеем разделенность, конфронтацию светлого и темного.

Постепенно мы приходим из точки непонимания, кто мы и для чего, — к осознанию, в чем заключается наша сила. Мы перестаем ограничивать себя рамками норм и приличий, воевать со своими темными сторонами, выносим из пройденного пути опыт и разрешаем себе быть разными и проживать собственную жизнь.

Все без исключения проходят эти этапы, но об этом почти никто не говорит. Давайте рассмотрим их внимательнее, чтобы получить правильные ориентиры и убедиться, что в этом пути заложен большой смысл.

Глава 2. Знакомьтесь, тень и маски

Культурное понятие «тень» существовало всегда. В древности тень человека считалась его душой, двойником, вторым «я». В научное поле понятие тени как образования, беспокоящего нас, чуждого нашему идеалу, противоречащего тому, что нам хотелось бы думать о себе, ввел Карл Юнг. Он называл тенью изнанку психики, черную дыру, которая «всасывает», как в топкое болото, желания, импульсы и неприятный опыт, связанный с представлением о себе, животные инстинкты и негативные черты, которые не принято проявлять на людях. К тени относятся переживания, которые мы отрицаем как несовместимые с понятиями об идеале: мелочность, жадность, зависть, эгоизм, злоба, агрессия, высокомерие, трусость, пассивность, легкомыслие, похоть и другое.

«Хорошую» часть психики, «идеальный» образ себя Юнг назвал Персоной. В книге я буду придерживаться более универсального слова «маска». «Я добрая, заботливая, щедрая, умная» — маска помогает нам выглядеть хорошо в собственных глазах и глазах других людей, чтобы сохранять уверенность в себе.

Тень и маски живут с нами не с рождения — они начинают формироваться в детстве, когда мы сталкиваемся с первым опытом непринятия себя родителями, близкими, окружающими, когда нас сравнивают с другими и стыдят. Мы усваиваем, что в нас хорошее, а что — плохое, что стоит развивать, а что нужно прятать.

Тень как субличность

Мы теряем монолитность, наша психика становится разобщенной, «состоящей из невидимых энергий, сил, форм разума, даже отдельных личностей, которые живут внутри нас»[3]. Они маленькие персонажи, роли, которые мы играем, сами того не осознавая, они окружают нашу целостность шумной свитой.

Таких персонажей называют субличностями — это внутренние образы элементов поведения, которые воспринимаются сознанием каждой личности как части, отдельные от самой личности.

Понятие субличностей ввел психиатр Роберто Ассаджиоли в рамках психосинтеза — разработанного им подхода. Зигмунд Фрейд называл эти части Ид, Эго и Суперэго, а Эрик Берн — Взрослый, Родитель, Ребенок. Ричард Шварц классифицировал субличности по их роли друг для друга («изгнанники», «менеджеры» и «пожарные»). В эмоционально-образной терапии Николая Линде образы, с которыми человек сталкивается при контакте со своим подсознанием, тоже называются субличностями. В случае, если человек вытесняет их («я забуду, что это произошло»), формируется тень.

Объединив все эти понятия, мы получим, что тень — это вытесненная или подавленная субличность, наша часть, которую мы отбрасываем, от которой пытаемся отмахнуться и переключиться на что-то другое.

Какими способами мы подавляем свое темное

Карл Юнг считал, что «простое подавление тени — лекарство не более эффективное, чем обезглавливание при головной боли». Мы хорошо научились подавлять неприемлемое для нас переживание и изобрели для этого множество способов.

Перечислю основные из них:

• отрицание («этого нет»);

• компенсация («это произошло, зато я…»);

• рационализация («я понимаю, почему это произошло, так что не стоит беспокоиться»);

• проекции («это не я, это они»);

• персонификация («это мои черти»).

Давайте разберем подробнее каждый способ.

Вот примеры отрицания:

«Я не кричала, зачем ты так говоришь?»

«Я не ударил, ты сама споткнулась и упала».

«Я злая?! Я очень добрая!!! Сейчас в глаз дам, если сомневаешься!»

Говоря подобные фразы, мы не врем, а искренне отрицаем часть себя, которая «поступила неправильно». Отрицание тесно связано с контролем: мы отказываемся признать, что нам не все подвластно в этой жизни.

Пример компенсации: мужчина низкого роста, не пользующийся с подросткового возраста популярностью у сверстниц, во взрослой жизни становится «достигатором», стремится к высокому социальному положению, прилагая для своей цели значительные усилия, и получает в итоге желаемое благодаря своей повышенной мотивации. Всю последующую жизнь этот мужчина доказывает окружающим, что он не гоголевский «маленький человек». При этом в корне не решает проблему. Механизм защиты лишь ситуационно снижает напряжение, но не устраняет его, потому что если в детстве не было велосипеда, то… Остановиться уже невозможно, и, получив первые приличные бонусы, мужчина выбирает себе автомобиль. Догадываетесь какой? Самый большой.

Следующий кейс демонстрирует рационализацию:

Я поддался стадному чувству и подписал коллективную претензию против своего руководителя. Он взял меня на работу, прикрывал меня, когда у меня были проблемы. Но когда началась буча, я оказался куском дерьма. Как я мог так поступить?.. Впрочем, я поступил так, потому что у меня дети, мне надо их кормить, я не могу позволить себе потерять работу.

Вот это «почему» и есть источник рационализации. Мы придумываем отговорки в соответствии со своим персональным кодексом чести. Отказав близкому в помощи, мы пытаемся это обосновать логически, например утверждаем, что помощь все равно не принесла бы нужного результата и даже привела бы к худшим последствиям. Хороший способ ничего не менять, но чувствовать себя не так отвратительно.

Или вот еще история клиента. С. принимает небольшие дозы алкоголя каждый день, потому что вычитал в интернете, что это помогает от язвы желудка. Неприемлемые для общества собственные действия человек объясняет ложными аргументами, которые в обществе приветствуются. Мы не хотим признавать, что предаем, лжем, завидуем, вредим, причиняем вред, обижаем. Нам важно сделать неприемлемое приемлемым. Так сохраняется чувство самоуважения и не возникает тревоги.

Пример проекции — рассказ партнера о себе, направленный вовне. Следующая сцена, я думаю, покажется знакомой многим. Семейная пара выясняет отношения. Один из супругов заводится, распаляется и начинает говорить на повышенных тонах. При этом тут же обвиняет партнера: «Зачем ты повышаешь на меня голос?» И далее — по списку: «Ты меня не слышишь. Ты меня ни во что не ставишь. Ты грубиян, агрессор и абьюзер!»

Персонификацию тени можно описать как переживание, что «внутри меня кто-то живет». Клиент говорит:

Я живу двойной жизнью на две семьи. Вообще-то, я хороший человек, но есть во мне что-то такое… что не дает покоя. Что это? Порча в крови? Или гонит по свету нечистая сила?

Или еще одна фраза: «Я ношу крылья ангела, но меня раздирают черти».

Мы персонифицируем свое темное: «двойник», «альтер эго», «демон», «искушение», «мои закидоны», поскольку так мы психологически отстраняемся, дистанцируемся от поведения, эмоций и мыслей, которые кажутся нам ужасными и опасными.

Мы используем семантику животного мира, чтобы объяснить чуждое себе поведение. Обычно я «добр как слон», «спокоен как удав», «дружелюбен как собака». Но меня «укусила какая-то муха», и я «как с цепи сорвался», «напился как свинья», «убежал как крыса», «укусил как гадюка», «стащил как сорока».

Иногда внутри нас живет монстр. А иногда там уютно устроились тараканы — мерзкие, никчемные, никудышные, примитивные, досадно щекотливые существа. Может, внутренние монстры — это еще не повзрослевшие тараканы?

Они следуют за нами по пятам и при каждом удобном случае пытаются выбраться на волю. Они не ломают нам жизнь, но подтравливают: то «сосут под ложечкой», то «свербят», «зудят задетым заусенцем», но главное — не дают чувствовать себя достойным человеком. Мы тратим колоссальное количество энергии, чтобы вытравить их. Но ни дихлофос, ни тапочка, ни мелок «Машенька» их не берут. Тараканы, как известно, и в радиации выживают.

Человек состоит из противоборствующих ценностей и энергий. Те из них, которые мы отказываемся принимать в себе из страха, что нас отвергнут значимые для нас люди, вытесняются в бессознательное и становятся тенью.

Бдительное сознание старается не допускать несанкционированных побегов и держать под контролем свободолюбивую тень. Однако тень однажды начинает жить собственной жизнью и становится подспудной причиной нашего поведения и действий.

Сознание целенаправленно стремится уничтожить все, что не соответствует «желаемому». Мы начинаем рассказывать истории о себе, какими мы не являемся и никогда не станем. При этом увлекаемся так, что сами начинаем в них верить.

Разными способами мы пытаемся подавлять то, в чем не готовы признаться не то что близким, а даже себе. Изо дня в день мы прикрываем свою обнаженную суть, держим себя под строгим контролем, чтобы по случайности не выплеснуть наружу все, что нельзя показывать. Такие вот мы «темные лошадки».

Узнали себя в описании? Если да, то не думайте, что с вами что-то не так. Тень есть у всех. «И если вы ничего плохого не делаете, то лишь потому, что вам не представилось возможности»[4]. Или вы очень хорошо притворяетесь.

Откуда взялись маски

Притворяться и прогибаться под изменчивый мир — это труд. По интернету гуляет фраза: «Чтобы стать как все, надо хирургическим путем удалить часть органов или сделать харакири и заставить себя поверить, что все так и было». Надо всегда быть начеку: сначала оценить реакцию других и только затем проявить собственную. Держать ухо востро, нос по ветру, язык за зубами — тормозить свои слова или движения и фильтровать речь.

Мы используем маску, чтобы заглушить бессознательную мысль: «Я недостаточен. Чтобы получить все нужное, мне необходимо играть какую-нибудь роль». Маска — это этакий соцпакет, набор уместных качеств и поведенческих моделей.

Это свойства, которых у нас нет, но мы делаем вид, что они есть. Это подмена эмоций, которые мы на самом деле испытываем, — теми, которые предъявляем вовне.

Давайте посмотрим, как именно это происходит.

Когда мы начали притворяться?

Мы с вами уже говорили о том, что рождаемся, не зная, что такое плохо, а затем чутко ловим, чего от нас ждут (рис. 1., табл. 1). Мы быстро учимся понимать, что отношение к нам зависит от того, насколько поведение соответствует внешним требованиям. С детства каждый из нас получает и усваивает множество явных и скрытых посланий: «Не балуйся, сиди спокойно», «Хорошие девочки не бывают злыми», «Мальчики не плачут». Мы делаем вывод: «Громкий смех и веселость вызывают у мамы тревогу», «Мое желание “сделать все быстро” обижает отца». Мы слушаем, смотрим и стараемся соответствовать требованиям близких, потому что боимся потерять их расположение, разочаровать или вызвать гнев. Утаивание естественных качеств нашего истинного «я» и стремление понравиться другим (прежде всего родителям) позволяют нам выжить в юном возрасте, когда мы не можем сами о себе позаботиться.

Мы учимся быть покладистыми, потому что родителям не нравится, когда мы злимся и настаиваем на своем («Как тебе не стыдно пререкаться с матерью!»). Нас атакуют поучения ближайшего окружения из разряда «Как делают хорошие дети». Каждый родитель верит при этом, что ребенок вырастет приличным человеком и будет устойчив к жизненным невзгодам. Когда общество и близкие считают наши желания и эмоции неуместными, наказывают за поведение и порицают поступки, мы инстинктивно начинаем их избегать, чтобы вписаться в установленные рамки. Громко смеяться — неприлично, проявлять инициативу — опасно, опаздывать — плохо, быть сексуальной — стыдно. Эти качества и желания отправляются в тень: мы подавляем их и делаем все, чтобы соответствовать стандартам и не быть отвергнутым.

Возможно, вы подумаете, что во взрослом возрасте мы наконец-то обретаем свободу, ведь нас больше не сковывают никакие правила и условности? Отнюдь. Мы забиваем на врожденные наклонности и желания, к которым наше окружение не было готово, и при этом продолжаем сохранять фантазию о том, как получать то, что нам необходимо. Она состоит из ожиданий и надежд, при каких условиях можно было бы получить от окружения любовь и удовлетворение своих потребностей: «Если бы я вел себя правильно (лучше объяснял, больше старался, поработал над собой, вылечился…), то смог бы сделать наши отношения лучше (понравиться тебе). Я стану лучше всех, всем вам докажу, и вы меня полюбите (восхититесь, признаете, будете гордиться…)».

Итак, что мы делаем для создания маски:

• Мы предпочитаем проявляться только так, как приемлемо для значимых людей, без какой-либо угрозы.

• Мы ищем тех, на кого надо быть похожими, слушаем, как нам следует себя подавать.

• Мы усваиваем правила: всякая старушка нам генерал, а в поучениях старших нельзя сомневаться, тем более протестовать.

• Мы приспосабливаемся к законам социума. Знаем, кто обладает властью, кого лучше избегать, а с кем нужно дружить. Для этого расшифровываем тонкие сигналы ситуации, оттачиваем умения, которые приносят выгоду, а всё прочее маскируем и подавляем, чтобы не тратить сил на то, что не срабатывает, и не получить наказания за то, что раздражает. Это обязательное условие признания обществом, гарантия нашего выживания и процветания. Мерило, «что такое хорошо и что такое плохо».

К совершеннолетию мы превращаемся в комбо из рутин, правил и традиций. Все, что не входит в состав комбо, отправляется в тень.

Цикл «тень — маска»

Нас убедили, что некоторые эмоции (радость, воодушевление, азарт) — светлые, а другие (злость, гнев, печаль, отчаяние) — темные, и научили подавлять их. Как это происходит?

1. Мы чувствуем неприемлемую эмоцию или ловим себя на неприемлемой мысли (например, злость или зависть).

2. Подавляем неприемлемое переживание. Оно уходит в тень.

3. Чтобы скрыть следы преступления, мы надеваем маску.

На мой взгляд, отлично отражают суть цикла «тень — маска» следующие строки:

Быть хорошей девочкой, но при этом сумеречным ребенком:

это как быть согласной, одновременно глухой и звонкой…[5]

Давайте посмотрим, как это происходит в реальной жизни на примере моей клиентки. Вот ее рассказ:

Я смеялась громче всех. Иногда это был гомерический хохот с истерическими вкраплениями по поводу самой скромной подростковой шутки прыщавого одноклассника. Смеялась до синего лица, до слез из глаз, до рези в животе, до взбухших вен на шее, называя это словом «веселье». А дома папа бил маму.

Когда веселиться перестало получаться само собой, я придумала, как можно вызвать подобное состояние дикой взбудораженности.

Щекотка. «Щекотливые сцены» стали обязательным атрибутом нашего с сестрой вечернего препровождения. Главная их задача — довести до такого уровня физического нетерпения, боли, чтобы упасть в изнеможении с глубоким выдохом: у-у-у-у-уф…

Мне 40, и я до сих пор смеюсь, когда хочется выть от ужаса.

Смех и щекотка — альтернатива детской мастурбации — способы почувствовать себя живой, получить хоть какие-то ощущения в застывшем от шока теле. Они помогали О. сбрасывать дикое напряжение, поэтому, очевидно, во взрослом возрасте у нее перекрыты каналы выражения чувств. Веселье — эмоция-перевертыш. Она испускает вовне ложный импульс, подсовывая миру не себя, а вечно довольную хохотушку. Чувства скрыты не только от людей, но и от себя. Так появляется маска клоуна.

Приведу рассказ еще одной клиентки:

Всю жизнь моя семья жила в нужде. Ни вкусной еды, ни модной одежды мне не полагалось, а современные интересы тем более были под запретом. В 9-м классе выяснилось, что у меня способности к информатике, я даже выиграла республиканскую олимпиаду, и за первое место мне полагались стажировка в ИТ-колледже и компьютер. Будущее впервые мне улыбнулось. Но уже через год мой ПК пришлось продать, чтобы закрыть долги родителей. Тогда я сказала себе: ИТ-сфера меня больше не интересует, — и увлеклась поэзией.

Моя клиентка подавила свои боль, растерянность, отчаяние и все то, что непосильно обработать. Она похоронила свои интересы и надежды и надела маску «творческой девушки».

Маска как наследство психотравмы

У 13-летней Оли сильная экзема. Когда кожа воспаляется, в ней появляется трещина. Она засыхает, а потом лопается и кровит. В Олином сердце тоже трещина. Ее родители долго и мучительно разводятся.

«Ты кого больше любишь — маму или папу?» Ребенок, зажатый в тиски взрослых игр, молчит и… раздваивается. Ночевка то там, то здесь. Тут мама подтыкает одеяло ночью, там папа открывает форточку. Для мамы Оля любит балет и брокколи, для папы — хоккей и пиццу.

«Папа нас предал, когда вырастешь — поймешь».

«Маме нужна только она сама. Тебе пока рано об этом думать».

Один врач предположил, что Олина экзема на руке имеет невротическую природу. Прописал мазь и сказал: «Главное — устранить ситуации, которые провоцируют переживания, и создать в семье благоприятную психологическую обстановку». Мазь купили.

Иногда мы разделяемся на части, чтобы перенести «непереносимое».

У К. было две мамы. Абсолютно разные. Первая — нежная, строгая и спокойная, любопытная и улыбающаяся. Она держала дочь за руку, пела песни, читала «Айболита», варила вкуснейший борщ на свете. Всегда с аккуратной стрижкой, волосами, заправленными за уши, и челкой набок. Вторая — пьяная, деструктивная, скандальная. Ее волосы напоминали бесформенный куст заброшенного садового общества, а глубокий разрез темно-красного рта — открытую рану. Ее лицо всегда заливали слезы: черная тушь с ресниц размазывалась по лицу, нос краснел и хлюпал. Невозможно было понять, эти слезы от трезвого горя или пьяного счастья.

Образ матери расщепился в мозге К. на здоровую и нездоровую части. Сложность состояла в том, что пьяная мама отвергала дочь, была к ней холодна и отстранялась, и К. старалась взаимодействовать со здоровой и притворяться, что другой не существует. Из-за детской травмы личность стала двойственной: ее сохранная часть хотела отношений, добивалась их, а другая, задетая травмой, тревожилась и дистанцировалась. В итоге К. на людях — яркая, суперкокетливая, мегаинициативная, а в отношениях — максимально закрытая и отвергающая.

Социальные и профессиональные маски

Существует австралийская поговорка: «У высоких маков срезают голову». «Быть собой» в публичном пространстве позволено лишь единицам. На работу ходим не совсем мы, а наша отредактированная, выточенная под общество версия.

Чувствуя, что внутри много того, что способно вызвать у других отвращение, раздражение или смех, мы выставляем в качестве аватара на обозрение интеллигентность, великодушие или доброту — лучшую версию себя.

«Я знаю, какой я на самом деле. А вдруг все увидят меня таким? Может, не заметят? Может, пронесет? Нет, наверняка заметили…»

В личных отношениях мы продолжаем подстраиваться, стараемся быть удобными, притворяться и прятать свои инстинкты. Мы выбираем партнеров, которые не готовы видеть нас настоящими: «Давай я буду, кем ты хочешь, а ты — кем хочу я».

Такая жизнь становится каскадом вымыслов, театром, в котором мы актеры. Мы ведем себя при общении друг с другом так, будто играем спектакль. Отрепетированная роль, экипировка, грим. Подобная игра — тяжелая психическая работа, ее не получится выполнять бесконечно. Когда начинается совместная жизнь, держать маску в непосредственной близости с другим человеком слишком энергозатратно.

И тут оголяются наши ахиллесовы пяты.

Снимая маску на работе, мы вынуждаем людей видеть то, чего им видеть не полагается. Посмотрите на лица коллег на совещании: сосредоточенные, целеустремленные, заинтересованные. А если взглянуть на них же, когда люди возвращаются в свои кабинеты? Хмурые, недовольные, с поджатыми губами и сморщенным лбом. Без публики, на которую надо работать, оковы защиты падают и контроль снижается. Добавьте сюда усталость, стресс, болезнь, неожиданную ситуацию, непривычные обстоятельства — темная часть тут как тут.

Мне запомнился один случай. Меня подвозила на конференцию одна интеллигентная дама, преподаватель кафедры старославянского языка. Она ратовала за чистоту речи и муштровала нас так, что даже не пускала на лекцию без орфоэпических словарей. Имела право: со своим идеальным слогом и манерами она слыла образцом для лингвистического подражания. Но стоило на «зебру» неожиданно выбежать пешеходу, как эта дама ударила по тормозам и принялась извергать потоки не слишком литературной речи. К моему сожалению, я помню все, что кричала она тому несчастному. Таких слов в словаре Ожегова не найти.

Профессиональную маску мы надеваем, как только понимаем правила игры, в которую попали. В одной организации надо быть оригинальными и постоянно обращать на себя внимание. В другой — ровно наоборот: выделяться и быть особенным опасно. Здесь, «чтобы сделать карьеру, лучше носить все серое, держаться в тени и не проявлять инициативы»[6].

Редко где сотруднику позволительно быть сильнее руководителей, умнее, быстрее и свободнее в своих решениях. Слабому руководителю сильный подчиненный невыгоден, поскольку угрожает его авторитету и становится источником постоянной провокации. Большинству из нас приходится пообтесаться на рабочем месте. Самый простой способ приструнить нас — дать понять, что мы обычные. «Ты такой же, как все, и даже хуже. С чего ты взял, что ты особенный?» «Украденная» особенность направляется туда, куда выгодно. «Вот сюда не суйся, а продавать ты должен идеально и не позорить отдел». Нас дрессируют и заставляют «прыгать» в угоду общественным интересам.

Когда мы идем в магазин за покупками или заходим в ресторан, в банк, на почту, то соскальзываем в определенные социальные роли. Мы становимся клиентами, говорим, действуем и мыслим соответствующим образом. Продавец или официант тоже играют свою роль, обращаясь с нами как с клиентами. Начинает действовать огромное количество обусловленных моделей поведения, определяющих природу взаимоотношений, — вместо людей общаются концептуальные мысленные образы.

Чем сильнее люди отождествляют себя со своими ролями, тем менее естественными становятся отношения. Чем статуснее роль, тем больше вероятность отождествления. Большинство людей, занимающих должности во властных структурах этого мира, — политики, телевизионные знаменитости, а также деловые и религиозные лидеры, — полностью отождествляются со своими ролями. Говорят, что Джон Кеннеди просил дома называть его «господин президент». Неудивительно, что мы так любим общаться с простыми людьми, ведь, например, дворник со своей ролью не отождествляется.

У каждого из нас есть не только мысленный образ другого человека, но и образ самого себя, взаимодействующего с другими. Поэтому в отношения с людьми вступаем уже не мы как таковые, а тот, кем мы себя считаем, то есть наша роль. Таким образом, наш концептуальный образ себя вступает в отношения с концептуальным образом другого, созданным на основе стереотипного восприятия.

Именно поэтому в отношениях между людьми так много конфликтов. Это не настоящие отношения, а взаимодействие масок.

Маска — неоднозначная вещь. Само по себе ее наличие — не хорошо и не плохо. Она просто рабочий инструмент коммуникации, который помогает адаптироваться и защитить свое внутреннее «я». Однако у маски есть неприятные последствия. Когда мы носим ее постоянно, то теряем себя.

Однажды я ощутила, что живу уже не свою жизнь. Моя маска сделала пару плохих вещей и умопомрачительную карьеру, купила дорогую машину и молодого мужа. Подхожу к зеркалу: женщина в брендовом костюме, жалкая какая-то… под глазами синяки, под искусственной улыбкой — звериный оскал, крем на коже плотной пленкой, хочется в ванну, содрать ногтями липкую маску — и в слив ее.

Благодаря маске мы добиваемся высокого дохода, статуса в обществе, идеального отражения и… получаем жуткую тревогу: что-то не то. Маска застывает, покрывается тонкой сеткой морщин, где-то осыпается. Фальшь ощутима, она скрипит на зубах и заставляет еще больше работать, покупать, еще усерднее отбеливать эти самые зубы. Возникает путаница идентичности: у нас появляется чувство замешательства относительно того, кто мы, ощущение отличия одной своей части от другой и несогласованности действий этих частей. Чем тяжелее на душе, чем краснее помада.

Постоянно притворяться — значит наращивать тень. Это происходит примерно так: человек живет, а за плечами у него огромная черная плотная туча. Каждый раз, когда снова приходится вытерпеть обиду, промолчать, согласиться на неприятное, туча сгущается. Она подпирает спину, не дает возможности идти спокойно. Многие из нас живут с такой тучей всю жизнь. «Мы скрываем от общества темную сторону своей сущности. Вот только чтобы избежать смертной тоски, нам никогда не нужно пытаться скрывать ее от себя»[7].

«Маска нужна любому человеку, без нее мы беззащитны и обнажены, как в бане. Если к определенному возрасту не создаешь свою защитную публичную личину, а щеголяешь перед социумом в затрапезной пижаме или семейных трусах, то жить намного тяжелее. Ум все-таки предполагает стремление к защищенности в частной жизни»[8].

Люди без маски выглядят слишком естественными, настоящими, а мы не знаем, что с этой естественностью делать. С одной стороны, на уровне формального общения есть четкие алгоритмы поведения и речевые скрипты. С другой — формальные фразы и отношения вызывают тоску по более глубокой связи. Глубже — значит еще меньше ролевых масок, больше откровенности. Как себя вести? Надо чувствовать, думать, реагировать, включаться. Надо быть живыми.

А если не носить маску?

Что бывает, если человек отличается от большинства, мы все видели. Как только он заступает за условную линию, сталкивается с осуждением. О нем говорят, показывают пальцами, сплетничают. Если человек не такой, как все, — это повод его ненавидеть. Мы боимся быть нелайканными, странными, несовременными, «не такими». Толпа, где «первые на последних похожи»[9], нужна нам, чтобы не остаться на периферии. Мы подозрительны к тому, кто кажется «слишком хорошим, чтобы это было правдой». Любая инаковость воспринимается как угроза, потому что противоречит основной жизненной программе. Особенности «белых ворон» заставляют чувствовать себя неловко.

Чудакам, которые не получают «плюшек» (званий, регалий, привилегий, денег) от системы, тем, кому не нашлось в ней места, остается превратиться в невидимку. В «человека 404». Этот термин — аналогия с техническим сообщением при неверном наборе адреса страницы в интернете: «Ошибка 404» — страницы не существует. «Люди-ошибки» — вы точно встречались с ними, но не вспомните ни имен, ни лиц. Их отторгла система, они растворились в толпе, не оставив следов. Все остальные продолжают играть.

Почему дуальное мышление поддерживает нашу разделенность

Маска и тень — пара. В рамках дуализма у любого явления есть его противоположность. «Я хороший — я плохой», «я несчастлив — я счастливый». Тиран — жертва, насильник — потерпевший, грешница — святая, победитель — проигравший, добрый — злой, нежный — грубый, жадный — щедрый, счастливый — несчастный. Акцентируясь на одной противоположности, мы перестаем учитывать другую. Делая выбор в пользу успеха, мы не разрешаем себе ни единой ошибки, ни единого промаха. Выбирая сложность, мы не позволяем себе простоту нигде и ни в чем. Умный человек должен отречься от поведения и выборов, которые не подходят под критерий ума. Щедрому приходится скрывать свою экономность.

Жесткая оппозиция в дуальных парах приводит к тому, что мы видим человека однобоко. Механизм преувеличения вносит свою лепту.

Простой — это тупой, безмозглый, недалекий, некритичный.

Экономный — скупой, жадный, зажимистый.

Хитрый — лицемерный, фальшивый, двуличный. Все хитрые люди — жулики и мошенники.

Чаще всего подавляется сексуальность и слабость. Сексуальный в наших глазах — это похотливый, неверный, распущенный. В парадигме дуального мышления сексуальная женщина априори не может быть благочестивой и порядочной. Это архаичный взгляд на женщину, который предполагает существование одновременно двух главных женских образов: Мадонны и блудницы. «Первый, положительный, образ наделялся чистотой, понимаемой как отсутствие сексуальности и отвращение к половой жизни, а второй, отрицательный, являл в себе агрессивный секс, “похоть” и соблазн»[10].

Женщина вынуждена расщепиться на части: я «какая угодно, но не такая». Она старается «не позориться», «прятаться», фокусировать внимание на «светлой» стороне и усиливать ее. Однако другая сторона не перестает существовать, она подавлена и отторгнута, — и тень тут как тут.

Слабость — однозначный порок. Никто из нас не хочет быть слабаком. Маска героя начинает доминировать, заставляя все части личности прогибаться под геройские задачи. Нужно быть сильным — любой ценой. Надо бороться и соответствовать. Но герой сражается до последнего, поэтому обречен.

В каждом из нас есть все человеческие черты. Представьте себе человека, приемлемые качества которого находятся в правой его части, неприемлемые — в левой. От какой части можно отказаться? Не напоминает ли это выбор, какая нога менее важная — правая или левая?

Когда мы отвергаем свое я-сексуальное, из нашей жизни уходят либидо, творчество, игра. Когда выдворяем я-хитрое, из жизни уходит изобретательность. Мы идем напрямую или напролом, не замечая обходных путей. Когда мы бичуем свое я-грубое, то пропадает возможность руководить и управлять своей жизнью. Отказываясь от я-слабого, мы обрекаем себя на достижение целей ценой здоровья, отношений, времени и истинных желаний.

Уходя в одну из крайностей, мы вынуждены соответствовать требованиям, которые эта крайность предъявляет. Для психологического равновесия нам надо вернуться в состояние баланса, середины. Только в середине мы проживаем себя. Мы думаем своей головой и опираемся на свои ощущения.

Здоровая позиция выглядит так: мир больше, чем «черное — белое», и я тоже. Я не положительный герой и не отрицательный. Я сложный, объемный герой и живу в мультивариантных сценариях. Можно быть сильным и уязвимым, ответственным за других и умеющим выбирать себя, сексуальным и благопристойным, импульсивным и здравомыслящим, когда это нужно. Можно искать лучшее решение из возможных, но давать себе право на несовершенство.

Важно стремиться к амбивалентности — палитре противоречивых чувств, не исключающих одно другое, а сосуществующих. В светлом есть темное и наоборот, а между ними — пятьдесят оттенков серого. Тень призывает — будь собой, маска говорит — подстраивайся под других. Баланс в том, чтобы быть «светлым» в той мере, в какой этого достаточно для социума, и быть «темным» настолько, насколько нужно для своего спокойствия и внутренней свободы.

Дорога к такому балансу порой оказывается длиною в жизнь.

Глава 3. Реванш тени

В предыдущей главе мы говорили о том, что цикл «тень — маска» создается в несколько шагов:

1. Мы сталкиваемся с неприемлемым переживанием или мыслью (например, злостью или завистью).

2. Подавляем неприемлемое переживание, оно уходит в тень. Психолог Елена Веселаго пишет: «Если что-то было отвергнуто, оно будет стремиться обратно».

3. Поэтому тень берет реванш — подавленное всплывает не напрямую, а завуалированно.

Когда нам хорошо и спокойно, тень может никак не проявляться: социальное и психологическое благополучие сглаживает наши «острые углы». Однако стоит нам заболеть или столкнуться со стрессом, и тень прорывается.

О том, что это произошло, мы можем догадаться по следующим моментам:

• Гипертрофированная реакция на что-то, то есть несоразмерная внешнему стимулу эмоция, моментальный, как выстрел, ответ. Нас только спросили — а мы орем; на нас только взглянули — а мы взорвались.

• «Вылет из себя»: неконтролируемое раздражение к человеку, его отторжение, вплоть до физического отвращения, внезапно накрывающие вспышки эмоций: острая обида, готовность встать и пойти разобраться, отомстить, «убить», бесконтрольность, желание разрушить все на своем пути.

• Тень проглядывается в узости и ригидности мышления, ментальной негибкости, критиканстве, закрытости от нового, желании спорить «до победного».

Поле для прорыва тени велико: спонтанная речь, сны, фантазии, игра, творчество, секс, — то есть те области, где нет контроля сознания.

Тень и агрессия

Приведу несколько примеров, с чем ко мне в клинику обращаются клиенты.

Я люблю своего ребенка, но меня преследуют видения, будто я роняю младенца на пол, стукаю головой об косяк двери. Есть страх раздавить его ночью своим телом. Не понимаю, почему так происходит, это долгожданный малыш.

У молодой мамы запредельная тревожность на фоне сильнейшей усталости. Супруг мало помогает с младенцем и вообще по дому, так как, со слов моей клиентки, «обеспечивает их семью». Она злится, но вытесняет это чувство — боевые гранаты остаются невыпущенными, слова — невысказанными и терзающими — и перенаправляет на ребенка. Тревожные видения — реванш тени. Подавленное всегда стремится обратно.

А вот кейс про мигрень. Д. на приеме жалуется:

Несколько дней после бурных гулянок мужчины у меня раскалывается голова. Несправедливо: пьет он — а болею я.

Смотрю карточку: Д. была у терапевтов, неврологов, остеопатов. Прошла обследование, принимает лекарства, но голова болит по-прежнему. Выясняем, что раньше девушка постоянно злилась на «гулящего» партнера и все ему высказывала, а потом «взяла себя в руки» и решила больше не портить отношения (замуж надо выйти). Теперь она просто старается с ним не разговаривать. Она подавила злость и больше не имеет к ней отношения, однако чувствует обиду (вторичная эмоция), которая отделяет ее от изначального чувства. Конечно, злость никуда не исчезла, но теперь она не считывается напрямую, а выливается в виде пассивной агрессии в сторону обидчика (не разговаривать). Пассивная агрессия — способ вызвать чувство вины, наказать. Тебя не слышат, игнорируют, и вот обидчик сам сорвался на эмоции. А это именно то, что Д. нужно.

Девушка практикует это часто, поэтому в какой-то момент психика не смогла подавить переживание и вытеснила его в аутоагрессию (головная боль). Нам с ней предстоит большая работа: разблокировать скопившуюся в тени агрессию. Либо Д. научится управлять этой силой, пока она не разнесла все вокруг, либо продолжит «разносить» саму себя. И тогда она станет ходячей записью в медкарте: «Женщина 25 лет. Голова правильной гидроцефальной формы. Жалуется на постоянное плохое самочувствие, что препятствует нормальной трудовой деятельности. Диагноз: G44.2[11]».

Все, что мы подавляем, уходит в тень. Тот, кто терпит и сдерживает агрессию, — потихоньку сливает желчь на окружающих. Тот, кто копит и множит, — взрывается. Энергия становится настолько мощной, что мы не можем больше удерживать ее в бессознательном. Предвестники теневого взрыва — беспокойство, тревога, раздражение — деликатно просят включиться и помочь себе. Если аварийную сигнализацию на приборах не замечать, она не исчезнет. Если пытаться ее отключить, она запиликает еще громче.

Наверняка вы знаете по себе: стоит позволить эмоции нарасти — и вот уже внутри все бурлит и клокочет, и сбито дыхание, и красные пятна на шее. Вас охватывает нетерпение, негодование, а дальше по нарастающей — гнев и ярость. В этой точке мы перестаем владеть собой: руки живут своей жизнью, рот извергает лаву проклятий. Молчать и копить внутри злость неправильно, как и грязно бранить рядом стоящего. Мы все умеем наносить удар словом, но это не значит, что так надо поступать.

Оговорки «по Фрейду»

Зигмунд Фрейд в «Психопатологии обыденной жизни» признавался, что верит «во внешнюю (реальную) случайность», но не верит «в случайность внутреннюю (психическую)».

У тени разные формы и лица. Одно из них — ошибочные действия: оговорки, оплошности или забывания, очитки и описки. Они не случайность, а бессознательное желание или намерение человека, проявление его истинных мотивов, душевных противоречий, внутреннего конфликта.

«Буду рада, если у вас не получится приехать на нашу свадьбу. Ой, я хотела сказать получится…»

«Как ты говоришь — порвем? Ой, пойдем».

«Наряд отвратный. Хотела сказать “отпадный”».

Время от времени в разговорах проскальзывают слова с подтекстом, который изначально не вкладывался. За такие фразы хочется извиниться, объяснить, что имелось в виду совсем другое.

«Да какая у вас экономия, с твоим-то мужем!»

«Что ты можешь знать о домашнем труде, если дома у тебя нет».

«Борьба за честность — наш главный враг», — произносит чиновник. А хотел ведь сказать красиво «наш главный друг».

Противоречивые двойные послания: человек говорит «на, возьми», а сам отдаляет предмет. Или произносит «приятно познакомиться», а сам прячет руки в карманы, отходит на пару шагов. Вот типичный пример: «Почему меня все сторонятся?» Менеджер по сервису уверена, что в корпоративных джунглях она травоядное существо, выглядит невинно и приветливо, ну как минимум доброжелательно. Однако коллеги всегда с ней настороже, тише говорят, закрываются, обороняются и шепчутся между собой: «Смотри, у нее клык из улыбки выглянул».

Как мы себя проявляем — так нас и воспринимают.

В наших словах порой действительно много напора, злобы, ненависти, злорадства. «Ты видел, какое у нее декольте? Совсем вразнос пошла!» За этим негодованием скрывается беспокойство: способна ли я сама быть соблазнительной? «Он карьерист, по головам пойдет», — чаще скажет тот, кому никак не удается добиться успеха на работе. «Она интриганка», — заметит та, кто не может наладить коммуникацию с коллегами.

Мы часто даже не замечаем, что говорим гадости, потому что завидуем. Чужой успех мы умеем рассматривать под микроскопом, расщеплять на молекулы. Крутим мысли о нем до тех пор, пока ментально не доберемся до неочевидных минусов этого успеха. Высокая должность — значит, семью человек видеть не будет, наблюдали такое много раз. Квартиру купили — это ремонт сейчас на несколько лет, огромные вложения денег и нервов. И все про себя понятно — гадко это, омерзительно, но объясняем себе все так, чтобы остаться приятным человеком. Рационализация (псевдоинтеллектуальное объяснение) позволяет сделать правду удобоваримой.

Вы купили машину? Какую? Почем? Подержанную? Ну конечно, сейчас новую разве осилить. Кредит? Ух, сколько лет теперь горбатиться. Ну ладно, лишь бы не ломалась, а то вон случай был… Цель такого высказывания — не забота, а слив эмоции, провокация собеседника на сомнение. Благодаря злословию мы чувствуем себя лучше, потому что хотя бы в таком виде потребность тени удовлетворяется, высвобождается подавленная эмоция.

«Слив» — сырой негативный эмоциональный материал, который не потрудились обработать. Это легкий, но токсичный маршрут сброса теневого напряжения. А чтобы этот «сброс» произвел более сильный эффект, мы широко и искренне улыбаемся.

Жесткие убеждения

Категоричность, деление на черное и белое, непринятие чужих точек зрения — яркий признак тени. Подавляя свою темную сторону, мы перестаем прислушиваться к чужим советам, теряем чувство юмора, болезненно воспринимаем шутки, указывающие на недостатки и несовершенства. Если нас легко зацепить безобидным высказыванием, если любой фидбэк задевает «внутренние заусенцы»[12], значит, там сгустилась тень. Недаром философ Сёрен Кьеркегор писал, что «сластолюбец охотно говорит об идиллии, развратник — о морали, скептик — о религии».

Нас душат установки, мы задыхаемся от убеждений, которые сформировались, когда мы пообещали себе быть хорошими: «Я не должен быть хуже других», «Красивые женщины глупые», «Большие деньги — большие проблемы», «Карьера и семья несовместимы», «Женской дружбы не бывает». Чувствуете, пахнет залежалым бельем? Пока мы во что-то сильно верим, что-то не менее важное остается за кадром. Убеждения тоже надо проветривать.

Когда всю жизнь объясняют, каким надо быть и как жить, мы становимся ригидными, учимся жить «так и никак иначе». При жестких рамках человека кренит из стороны в сторону, а это риск сорваться в противоположный полюс, где все можно. Это две крайности.

А может, и правда «чем больше жизнь человека пронизана коллективными нормами, тем более аморален индивидуум»[13]? Люди меняют местами вес темных и светлых частей и, нарушив устойчивое равновесие, теряют управление. Например, рьяный поборник трезвости неожиданно для всех запивает со страшной силой. А консерватор, забывший всякую осторожность, вдруг становится авантюристом.

Я знаю немало историй, когда нарушенное равновесие влияет на человеческие судьбы. Вот одна из них.

Супруги К. — профессора естественных наук, интеллигенты в третьем поколении, воспитывали дочь в благости и воздержании. Все благородно и с ограничениями: лучшая школа, «во дворе не гуляем». «Какие подружки — олимпиада на носу!» Девушка окончила лицей имени Лобачевского, потом столичный университет. Отношения? «Позже, позже, сначала аспирантура». Каждый шаг логичный, продвигающий по социальной лестнице, каждый предопределен. Научная лаборатория, написать статьи, получить грант. Внезапно дочь завершила свой роман с наукой. Одним днем закрыла все дела и даже документы не забрала. Уехала в провинциальный городок, сняла комнату, устроилась в магазин у дома кассиром. Здесь она встретилась с реальностью, от которой ее столько лет прятали. Теперь ее окружали не академики и кандидаты наук, а пройдохи, воришки, тунеядцы… Из умной домашней барышни она превратилась в оторву, которая безудержно развлекалась на шумных ночных вечеринках. Про таких говорят: приличный человек, но как с цепи сорвался. А еще: неблагодарная, родителей предала. Да как это можно? Надо знать свое место.

Однако если держишь собаку на привязи — не ожидай от нее привязанности.

«Неужели это сделал я?» Почему мы удивляемся собственным поступкам

«Во мне столько темного», — жалуются клиенты у меня в кабинете. В этот момент они имеют в виду свои эмоции, мысли и неосознанные поступки, тайные слабости. Тень всегда рядом с нами. Можно отрицать ее или не соглашаться, но от этого ничего не меняется: она влияет на наши выборы, отношения и самооценку, на реакции и поведение. Однажды то, что таится в подвалах нашей личности, все равно выйдет наружу.

Я работаю оператором кол-центра. У нас поставленная речь, интонация, строгие скрипты. Шаг вправо, шаг влево — расстрел. Весь год мы невидимки. Мало кто знает наши лица в компании.

На корпоративах я превращаюсь в распутную девку. Развязную во всех отношениях. В какой-то момент невидимке надоедает слушать официальные речи и итоги, она расстегивает пуговицу, делает томный взгляд и…

Все по одному сценарию: танцы, караоке, такси, утром я оказываюсь в чужой квартире на чужой кровати.

Чисто и уютно, часики размеренно «тик-так», распаренные после теплой ванны розовощекие карапузы спят в байковых пижамах. Только мама не спит. Каждый вечер она смотрит контент с тегом «жуть чрезвычайная», а затем пересказывает соседке про утонувшего бомжа, смакуя с такими натуралистическими подробностями, что сам Эмиль Золя позавидует.

— А лицо все рыбами искусано, и глаза выели — представляешь?

Подросток приходит из школы замкнутым и понурым. Игнорируя обед, садится за компьютерную игру Meat Grinder («Мясорубка»), где в крутящиеся винты попадают человеческие тела, а из сопла виртуальной молотилки чавкающе вылезает красный сочный фарш. Настроение поднимается — жить можно.

— Мам, что поесть?

— Котлеты, милый.

Любительница кухонной эстетики, ресторанной сервировки и семейных уютных ужинов. После трудного рабочего дня, убедившись, что дома никого нет, забегает в шубе на кухню, достает из холодильника кастрюлю и хлебает холодное харчо — нет, не из тарелок прованс, а прямо из половника с застывшим жиром. Завершает трапезу громкой отрыжкой.

Так просыпается ее внутренний зверь. Ему плевать на bon ton, когда есть хочется.

К. — застенчивая студентка медколледжа, где я преподаю. На стажировке ужасно стесняется сделать укол в ягодицу подставному пациенту, зато по ночам танцует в клубе, облаченная в монашеский белый плат с красным крестом и шпильки — сценический образ «Сестра милосердия». Она посвятила себя служению нуждающимся людям, как завещала ее альма-матер. Такое вот «сестринское дело».

Топ-менеджер крупной нефтяной компании украдкой смотрит видеоролики с выдавливанием прыщей в своем кабинете — неловко признавать, что отвратительное так привлекательно.

Очень, очень противный конкурент прыщ. Давишь его — а он все не дается. Высокое напряжение, опасный момент… фурункул извергает белую лаву. Эпично, глаз не оторвать. Ослабить галстук, оглядеться, выдохнуть.

— Леночка, оплатите счет за установку станка-качалки в Альметьевске.

Гной выкачан, прыщ опустел, зато природные недра страны все еще полны.

В тени живут запретные мысли о насилии, зависть, злорадство по отношению к другому человеку. Их я называю мыслепреступления. Едешь на пары по философии, ожидая поезда в метро, в деталях представляешь: а если тот рыжий упадет на рельсы прямо перед несущимся составом… Забегают люди, прольется кровь…

Утешаешь друга, пережившего крах в личной жизни, оплакиваешь с ним несовершенство мира, а внутри: «Получил, старый хрыч».

Гладишь плачущую подругу детства по голове, понимаешь, как ей плохо, но как хорошо, что ей плохо. Потому что когда кому-то плохо, то нам на контрасте немножечко хорошо, да?

Мы плохо владеем собственными темными мыслями, мы не контролируем ни их длительность, ни содержание. Мы чувствуем странное злобное удовлетворение — Schadenfreude (с нем. буквально: «радость от вреда»). Чужой успех — как он противен. Мы добродушны, открыты и приветливы на работе, хлопаем коллегу по спине, поздравляя его с повышением, радостно жмем руку, шутим, но, выйдя за дверь, бурчим под нос: «Чтоб ты провалился…»

Неудача мегауспешного человека радует нас больше, чем оплошность ровни. Мы видим в этом торжество космической справедливости. Нам нравится, что богатые тоже плачут, умные совершают глупые ошибки, идущие вперед — оступаются, звезды — падают.

По этой причине так популярны звездные рубрики: людям надо знать, как толстеют, изменяют, спиваются кумиры.

Телерепортаж из Лос-Анджелеса: суперзвезда мирового масштаба задержана по подозрению в убийстве. Вот обыск в его квартире, вот плачущие дети, вот испуганная жена, разбитые окна, заломанные руки, сломанные судьбы… Какой кошмар… Не переключайте!

Это дофаминовый фастфуд. Кисло-сладкое удовольствие от острых примитивных ощущений. Эффект заканчивается — и мы тайно смакуем унизительные детали чьего-то провала. Сплетничаем с «подельниками», злорадствуем в одиночку, без свидетелей, далеко от места происшествия, и, конечно, опасаемся разоблачения, как все нарушители закона.

Борьба с темными мыслями напоминает сражение с лернейской гидрой: вместо отрубленной головы отрастают новые. Когда мы стараемся о чем-то не думать, мы только об этом и думаем.

Мозг постоянно проверяет себя на наличие запретной мысли, и она снова и снова всплывает в сознании, пока чувство стыда и отвращение к себе отвлекают нас и ослабляют силу воли. Я не знаю способов избежать этого: наше «темное» в «Черный дельфин»[14] не упечь, в кандалы не заковать.

Одно я знаю точно: если бы нас судили за мысли, мне полагалась бы высшая мера.

Почему нам нравятся отвратительные вещи?

Почему баннеры с паразитами кликабельны? Почему у косметолога, который выкладывает в своем аккаунте видео с чисткой кожи и выдавливанием прыщей, миллионы подписчиков? Может, усталое от постоянных внешних стимулов сознание реагирует только на острое, дикое, ненормативное?

Казалось бы, здоровый человек сразу отдалится от того, что кажется противным. Противное — часто опасное, вредоносное. Однако когда мы смотрим такие видео, то организм изначально интерпретирует получаемый опыт как угрожающий, позже осознает, что его обманули, опасности нет, и на радостях награждает человека ощущением удовольствия. Такой вот гедонистический перевертыш.

Отвратительное снимает напряжение и дарит радость. Попробуйте закрыть глаза и представить, как пресс опускается на мешок, наполненный гелем, и медленно давит его. Хлопок, ошметки содержимого разлетаются по всему помещению. Чувствуете, как напряжение сначала тягостно нарастает, усиливается, а потом резко падает?

Момент освобождения считывается как удовлетворение. Вот почему мы тянемся к контенту про беды, болезни, ущербность, будто собираем в голове коллекцию уродцев петербургской Кунсткамеры.

Одна клиентка рассказывает:

Мы с мужем много путешествуем по миру, у нас большая насмотренность, куча ярких впечатлений каждый год. Но вот чего не могу забыть, так это шоу карликов и лилипутов.

Они мельтешат по сцене, как маленькие противные таракашки, кривляются, бросают на сидящих в зале неприязненные взгляды. Я смотрю на них и думаю: эти «биологические неудачники» злятся, потому что понимают, что все любопытные гадины приехали нарочно поглазеть на них. Что здоровенные, полноценные чужаки трутся тут от безделья или от злорадства. И правда, после шоу будто поднялся жизненный тонус, будто обострились чувства…

Да, мы смотрим и глаз не можем оторвать. И что-то прорастает сквозь нашу маску: колючее, скользкое, стыдное, болезное — так гноем исходит поток теневых импульсов. «Некоторые люди при столкновении с чем-то ненормальным и ужасным больше возбуждаются. В основании мозга лежит железа, выделяющая в кровь эндорфины, которые притупляют боль и вызывают ощущение удовольствия. Эти эндорфины выделяются в ответ на боль или угрозу боли — страх. Это механизм, притупляющий страдания»[15].

Мы синтезируем эти вещества в себе экстремальными занятиями (парашют, тарзанка, серфинг, гонки, война), употреблением острого и горького (оно воздействует на болевые рецепторы, которые стимулируют эндорфины), прослушиванием драматических композиций, чтением печальных романов, просмотром фильмов ужасов (страх) или телепередач о конце света в различных интерпретациях.

Смерть — это грань, за которой неизвестность. Неизвестность страшит, а страх хочется преодолеть. Обычно страх превозмогается тем, что неизвестность заполняется ясностью, но только не в теме смерти. Попытка сделать смерть ясной принесла и принесет много денег создателям иллюзий. Тяга к нездоровым и жутким вещам, казалось бы, противоречит всему нашему устройству, однако эмоциональный мазохизм снижает градус разрушительности.

Когда, потеряв ориентиры и смыслы, мы натыкаемся на страшную новость о происшествии с плохим исходом, то заново ощущаем ценность текущего дня и радость от того, что мы еще живы.

Приходилось ли вам ретроспективно удивляться своим поступкам? Задавать себе вопрос: «Как я мог так поступить?» Неосознанные поступки — еще один признак тени.

Алкоголь может превратить меня в неприятного хмыря, громкого и развязного. Я могу сказать то, чего никогда бы не сказал в здравом уме. Однажды на банкете после переговоров я настолько потерял контроль над собой, что показал всем средний палец.

Вспоминается рязановский персонаж: «Товарищ Новосельцев, вы в своем уме?»

Агрессия, что находится в тени, часто прорывается в контакте с теми, кто не может нам дать отпор. С обслуживающим персоналом, с нашими подчиненными, с теми, кто стоит ниже в социальной иерархии.

В тот момент я не владела собой. Я так орала на этих несчастных рабочих в своей квартире, что у меня полопались капилляры в глазах. Подошла к зеркалу и не узнала себя: оттуда смотрела растрепанная, мерзкая, перекошенная ведьма с багровым от гнева, опухшим, не своим лицом. Хотелось разбить зеркало на тысячу осколков, чтобы развидеть все это.

Какая муха меня укусила?..

Срыв на детях — кто не знает его горечи? Вспомните, как мы одеваем их на улицу, когда опаздываем, как кормим, когда злимся, как неистово тянем их за руку (моя подруга вывихнула дочке локоть: торопилась на прием к врачу, чтобы не упустить последний шанс взять справку). Мы разжимаем им челюсти и силой впихиваем лекарство в рот. Бросаем боевые гранаты из ядовитых слов, устраиваем пытки заплетанием косичек, срезаем ногти под корень, до мяса, прищемляем замком кожу детской шеи. Случайно вроде бы, без умысла.

Это не руки-крюки, это темная сторона нашего материнства. Думаете, это делают лишь неосознанные, незрелые родители? Поверьте, нет: такое случается с каждым. Это говорит вам «осознанный» человек, который в период колик полностью протолкнул газоотводную трубку в крошечную попу своего четырехмесячного ребенка.

Сталкиваясь с неприглядной правдой о поступке, мы задаемся вопросом: «Как я могла это сделать, ведь я так люблю его?» И, защищаясь от неприемлемых чувств, что не вписываются в образ «хорошего человека», мы выдаем посильный психике ответ: «Это не я. Это кто-то за меня».

Тень и сексуальность

Сексуальность сама по себе ни хорошая, ни плохая, как любое природное явление в человеке. Сексуальная энергия невероятно мощна, и она может поднять нас до невероятных высот или низвергнуть на дно. Но все, что связано с сексом, — страшно, стыдно, неловко, неудобно — и еще куча ярлыков, с которыми мы живем.

Чтобы отстраниться, психика отправляет все связанное с сексуальностью в тень, не давая никаких шансов на осмысление. И вот у нас есть запретные желания и фантазии, эротизированные сценарии с проявлениями агрессивности похоти, отвержения, — и мы не знаем, что с ними делать. Помните картину «Сон монашенки» Карла Брюллова? Молоденькая монахиня спит в келье, у изголовья — распятие и лампадка, на стуле — крестик, над дверью надпись: Ora pro nobis («Молись за нас»). Вот только сны девушке снятся отнюдь не религиозные: в грезах зеленый сад и любовные утехи.

Все вытесненное возвращается по принципу комплементарности: если, например, мы много думаем, наша чувствующая сторона менее развита, потому что мы не уделяем ей достаточно внимания. Кто работает в основном головой, как правило, пренебрегает своей телесностью, кто уходит в духовность — рискует скатиться в грешность. Однажды ко мне обратилась женщина, уверенная, что всякий раз после близости с мужчиной обязательно происходит что-то плохое: болеют дети, ломается машина, ноют зубы. Она рассказала такую историю:

Я начала мастурбировать еще в детстве. Родители меня однажды застукали и пригвоздили к позорному столбу: «Тех бессовестных, кто трогает срамные органы, Бог наказывает». Трогать я не перестала, но когда упала с велосипеда и сломала руку, то хотя бы понимала, за что мне «прилетело».

Мне предстояло объяснить клиентке, что эти убеждения ложные, не обесценивая ее страданий и переживаний. Да, детские истории влияют на последующую жизнь, но мы не можем избегать и своей ответственности. Мне пришлось вернуть женщине часть ее обязательства. Взросление предполагает рост зоны ответственности за свою сексуальность и часто поднимает столько тревоги, от которой хочется спрятаться в убежище. Это принцип самосохранения: намного проще вместо взросления испытывать чувство вины, проще назначить кого-то (родителей, детство, Бога) виноватым в том, почему нам сейчас трудно.

В данном случае реванш тени — навязчивое чувство вины за проявления сексуальности, поэтому безропотное принятие «расплаты» здесь уместно и логично. Но «расплата» может происходить и другими способами. Например:

У меня уже несколько лет нет никаких отношений, и как женщина я «выключилась», полностью сосредоточившись на воспитании ребенка. Но последнее время мне снятся сны, в которых я занимаюсь сексом с толпой мужчин. Во сне мне очень страшно и даже больно, но просыпаюсь я возбужденной.

Это распространенный случай. Чем сильнее мы закостенели, тем больший нужен стимул, чтобы нас оживить.

Чем больше мы следуем определенным догмам и чем более плоский, искаженный, суженный образ мы придумали вместо своей несовершенной естественности, тем больше тень. Много сдержанности, прагматичности и самоконтроля — безудержность и безответственность уходит в тень.

Мы не хотим стать жертвой насилия, но желаем быть для кого-то объектом грандиозной, всепоглощающей страсти, такой, в которой нет места логике и контролю. Быть сексуальной, но не виноватой.

Напоследок приведу свой любимый пример к теме теневой сексуальности.

Одна моя клиентка, рассказывая о своем вынужденном переезде, обмолвилась, что смена места жительства связана с тем, что ей неприятно видеть из окна трассу, на которой работают женщины легкого поведения. Работая с ее тенью, мы выяснили, что в подростковом возрасте она была чуткой, искренней и наивной девушкой. Ей очень нравился одноклассник, поэтому, когда на школьной дискотеке он прикоснулся к ней, она не отвергла его, а, почувствовав томительное блаженство, потянулась ближе и обняла.

«А ты, оказывается, легкодоступна», — заявил парень.

Последовали насмешки мальчиков, тычки пальцем и ярлык «слабая на передок». Ее чувственность и сексуальность путем подавления ушли в тень. Каждому последующему мужчине она доказывала: я не такая.

«Когда внутренняя ситуация не осознается, она проявляется снаружи как судьба. Когда индивидуум не осознает своей внутренней противоположности, мир волей-неволей должен разыграть конфликт»[16]. Она долго играла с тенью в прятки, но однажды ей пришлось признать тщетность избегания. На этаже, рядом с квартирой, куда она наконец-то переехала, сдавалась квартира посуточно.

Тень и сновидения

Поскольку тень — часть бессознательного, самый эффективный способ заглянуть в нее — присмотреться к своим снам. Юнг настаивал на необходимости толкования сновидений, считая, что сны выражают сторону, противоположную сознательной.

Урсула Ле Гуин пишет: «Тень стоит на пороге меж сознанием и подсознанием и встречается нам в сновидениях в образе сестры, брата, друга, зверя, чудовища, провожатого. Она — все, чего мы не хотим и не можем впустить в свое осознанное “я”»[17].

Психоаналитики предлагали думать о каждом персонаже и каждой подробности сна как о выражении какого-то своего аспекта и, возможно, как о части тени. Может ли он в самом деле представлять некую привлекательную для вас черту, какой бы неприятной ни была эта мысль?

Анализировать свои сны весьма непросто. Нужно протянуть такие «нити» между ощущениями и действиями, которые никогда бы не пришли вам на ум. Приведу пример, как мы это делаем с моими клиентами. Н. жалуется:

Как я устала смотреть по ночам одно и то же кино. Самолет взлетает на надрыве, истошно гудит и дребезжит и, не сумев набрать нужную высоту, падает на землю. Взрыв, ошалевшее пламя, тонны керосина — и целый день после жуткая тоска и безысходность. Наказание какое-то…

Теневая фигура «самолет» приходит не для наказания, а для того, чтобы указать на наши сложности и «затыки». Сон отражает нестабильность жизни клиентки, потерю контроля над своей жизнью. В сон вытеснились чувство беспомощности и страх перед неизвестностью: в тот момент Н. меняла род деятельности, и страх падения во сне отражал страх крушения планов.

Во время терапевтической работы мы попытались узнать, что отвергается, а также определить особенности Н., ее сильные стороны и ограничения. Финальным этапом стали интеграция вытесненных чувств и обретение внутренних опор.

Иногда тень принимает форму животного. Одной моей клиентке на протяжении всей жизни периодически снился сон про «рыжего жирного, ленивого кота». Кот появляется, чтобы напоминать сновидцу про ресурс лени: отдых, кайф, гедонизм, расслабление. Тому, кто сдерживает или подавляет инстинктивные эмоциональные реакции, может присниться хищник. В этом случае важно признать свою дикую часть без хороших манер, близкую к природе. Мы должны понять, что хищность — это вовсе не зло, а наше природное естество, достойное того, чтобы жить внутри нас, но погребенное под маской «хороших девочек». Мы подавляем любые животные и простые человеческие реакции из вежливости или в угоду социальной адаптации. Наша задача здесь — увидеть в агрессии хищной фигуры способность проявлять свою силу, защищать свои интересы — то, что обеспечивает выживание в опасном, диком мире.

Фигуры тени могут предстать в обличье монстров, злобных драконов, грабителей или опасных врагов, хаоса, войны и разрухи. Такая тень возникает там, где мы окостеневаем, становимся безжизненными, мертвыми, лишаемся спонтанности. Она проникает туда, где мы занимаемся «бессмысленным исполнением правил, где между формой и содержанием, идеалом и реальностью появляется щель»[18].

Возможно, вы воскликнете: неужели во всех сновидениях есть тень? Нет. Отличительная особенность теневой фигуры — это наша сильная эмоциональная реакция и телесный отклик.

То, что нас преследует в бессознательном, настигнет и в реальности. Мы боимся этого, так как определяем как зло. Это неправильно. Наша задача — встретиться со своим бессознательным, увидеть не только темный посыл (например, желание уничтожить), но и ответить на вопрос: «Какой здоровый импульс может лежать за темными проявлениями?», дать своему внутреннему монстру достаточно места для жизни, научиться им управлять.

Сны о смерти пугают, волнуют и словно говорят: пришло время что-то похоронить, оно больше не работает. Каким бы ни был сон, это всегда возможность встретиться с частью себя. Не воспринимайте их как сплошное мучение. Не прерывайте плохие сны, досмотрите их до конца. Если приснился мучительный сон, попробуйте поставить себя на место фигуры тени, представляя, что в ней есть качество, которое вы отвергаете.

Когда мы извлечем из сновидений подсказку, намек на ценность, которая не проявлена в нашей жизни, когда теневые черты интегрируются, тень из сна уйдет.

Глава 4. Зов тени в середине жизни

Здравствуй, я твоя тень.

Во мне столько эмоций, страхов и… силы. А ты живешь, будто этого нет.

Ты спрятала меня, а я хочу на волю, поэтому я все больше буду тормошить тебя изнутри.

Ты заметила, что каждую ночь я прихожу к тебе в постель? Тихо сажусь на краешек, беру тебя за руку, как смиренная сиделка у лежачего больного. Так и молчим часами — рука в руке.

Пока ты не дашь мне быть видимой, я буду расти и причинять боль.

Мне жаль, но я не могу по-другому. Как иначе сделать тебя живой? Увидь меня, услышь меня. Перестань со мной бороться.

Люблю. Твоя.

Зов тени и знаковые встречи с ней приходятся на условную середину жизни. Задача второй половины жизни — научиться жить в гармонии с тенью, правильно использовать маски, выйти из невротических качелей кризиса середины жизни: «Я должен казаться правильным и хорошим в ущерб себе» — «Я никому ничего не должен, буду плохим человеком назло всем».

Что происходит с масками в течение жизни?

Маска меняется несколько раз на этапе возрастных переходов, личных и экзистенциальных кризисов. Мы перекраиваем свои способы мыслить, выглядеть, говорить, вести себя. По тому, как уживаются между собой тень и маска, мы судим о естественности человека или его фальшивости. В таблице 2 показано развитие отношений человека с тенью на протяжении жизни.

Поначалу маски не мешают человеку жить. Особенности человека видны только домашним и близким. Борьба маски и тени ощущается в поведении как несогласованность информации, которую человек одновременно передает вербальным и невербальным способами, как противоречивость его речи, представлений, убеждений. Если внутри мандраж, а внешне человек демонстрирует уверенность, мы ему не верим. Так часто бывает в школе: ученик говорит, что понял материал, но тон его голоса или выражение глаз заставляют учителя усомниться.

Таблица 2

Фазы развития тени

Примерами неконгруэнтного поведения также является лесть, ложь, ситуации, когда кто-то с грустным видом говорит о том, как ему весело, и т. п.

Хамелеоны

Постепенно мы становимся суммой множества разных образов и перестаем ориентироваться в них. Мы путаемся в своих костюмах, забывая снять один наряд и переодеться в другой. Получаются нестыковки: строгий начальник с лицом капризного ребенка; веселая хохотушка с грустными глазами. На работе мы чувствительны, а дома ведем себя как строгие менеджеры. Мы изливаем душу случайному встречному в баре, а на уютных посиделках с друзьями сидим «в футляре». Мы воспитываем, наставляем мужчин, но ругаемся и обижаемся на своих детей.

В нас развиваются лживость и переменчивость. «Она достигла виртуозных вершин притворства, стала профессиональным, законченным, совершенным лгуном, маленькой королевой мимикрии»[19]. Мы находим вранье удобным, правильным, быстрым решением проблемы, а когда говорим правду, кажется, что теряем контроль над ситуацией. Сегодня я согласен, завтра протестую. С одним: ах, боже мой, как это здорово! С другим: это невероятная глупость. Попробуйте поговорить о человеке-хамелеоне с его знакомыми — от каждого услышите разное описание.

В конечном счете такое поведение приводит к инфляции личности. Я — копия моих друзей, отражение партнера, образ, желаемый для окружения. Но где в этом сам я?

И я борюсь, давлю в себе мерзавца, —

О, участь беспокойная моя! —

Боюсь ошибки: может оказаться,

Что я давлю не то второе Я[20].

Чаще всего инфляция личности происходит в следующих структурах:

• в иерархических организациях (военных, церковных, правительственных);

• в крупных корпорациях, где люди легко погружаются в них и становятся уже ролевыми личностями, по сути, функциями системы.

Чем престижнее роль, тем вероятнее слияние с ней. Часто также «я» теряется в архетипических ролях «домохозяйка», «мать», «мачо», «роковая женщина», «творец», «хороший человек». Напряжение между маской и тенью растет и приводит к тому, что мы начинаем осознавать подвох. Мы задаем себе вопросы, на которые у нас нет ответа:

• А точно ли мне подходит работа, которая истощает душу?

• А точно ли мне так сильно нужны отношения, в которых я давно перестал быть живым?

• А точно ли способ жить, который отчуждает меня от моей природы, правилен?

Мы вдруг выясняем, что бежали вовсе не к своим целям и мечтам. После этих метаний примерно к тридцати годам мы оказываемся растеряны и дезориентированы. Раньше все было так очевидно и понятно, но кто мы теперь?

Растущее давление тени вынуждает человека выходить за прежние рамки, сомневаться в своих установках, менять привычки. Оно обесценивает привычные ценности и делает значимым то, что раньше воспринималось как само собой разумеющееся. Тень высмеивает все, что стало аксиомой, ставит перед человеком парадоксальные задачи, выводит его из состояния равновесия и покоя.

Некоторые из нас начинают бунт на корабле:

• Протестуют против социума и его правил. Порой даже решают, что система им вообще не подходит. Или они из нее выросли, и теперь пришла пора пуститься в свободное плавание.

• Кричат на всех углах, что больше никогда не будут следовать тем установкам, которые вынесли из семьи.

• Злятся на родителей и других значимых взрослых за то, что им нельзя снять маски и стать настоящими.

• Отчуждаются от культуры, отрекаются от устоявшихся ценностей, совершают каминг-аут.

Бунтари либо разрушают устои, привычный ход вещей, организуют революцию, либо начинают разрушать себя.

Попытка сбросить маску

Теневое напряжение ощущается как несоответствие внутреннего мира человека его внешнему миру. В жизни и отношениях это проявляется:

• совершением действий, противоречащих желаниям;

• неподходящим делом или должностью;

• ощущением пребывания не на своем месте, общения не с теми людьми.

В любом аспекте ярко выражена рассинхронизация внутреннего и внешнего. В попытке избежать страданий и спрятаться от этого человек поднимает рюмку. Алкоголь подавляет полярность, которая в тени набрала максимальные обороты, и становится дверцей между подавленным и осознанным, пропуская тень наружу, в поведение.

Венгерский психоаналитик Шандор Ференци писал: «Вкушение алкоголя есть бессознательная попытка самолечения посредством “спаивания” внутренней стражи». Отсюда неспособность некоторых людей остановить эту вредную привычку: тяжело выдерживать такой напор желаний и побуждений, спрятавшихся в тени и жаждущих реализации.

Поначалу опьянение делает нас более умиротворенными и расслабленными, чем обычно. Это происходит потому, что мышление затихает и умолкает: мы больше не вспоминаем о своем проблемном «я». Иногда во время веселой попойки случаются моменты помрачения, и утром мы мало что помним. Все правильно: сознательное «я» отправилось в нокаут, а бразды правления взяла в руки наша тень.

Она уезжает в другой город, делает предложение первой встречной, приглашает к себе непроверенных незнакомцев, делает нас неразборчивым в выборе одноразовых партнеров.

Относительно алкоголя работают две закономерности:

1. Чем теснее человек слился с масками, тем сильнее он пьет, чтобы почувствовать себя собой.

Жертвы алкогольной зависимости — это люди, которые не могут добраться до своей сути и истинных чувств без спиртного. Воспитание наградило их очень жесткими внешними рамками, которые им очень трудно преодолеть, пробиваясь к себе, к своей «живости». Именно в этом причина их алкоголизма. Без себя они не могут, но, чтобы пробиться к своему «я» хотя бы ненадолго, им нужно заблокировать внутреннего критика. Выпив и тем самым приглушив его на время, такие люди получают (хотя и весьма разрушительным для психики и организма путем) доступ к своему «я», которое не имеет права на существование с точки зрения их суровой критической субличности.

2. Чем больше выражена одна из полярностей, тем сильнее другая погружена в тень.

Например, чем больше человек культивирует и развивает энергичность, тем больше вероятности, что, выпив, он проявит апатию. Чем больше человек подчиняется, тем больше шансов, что, выпив, он будет вести себя как Наполеон.

Алкоголь — это несомненное зло. Употребление алкоголя в чрезмерных количествах — нездоровая попытка уйти от реальности, и происходит это, когда реальность нам не нравится.

Варианты исхода борьбы маски и тени

Давайте еще раз посмотрим на сценарий жизни тени, вернее, на вторую его часть (рис. 2).

Рис. 2. Тень во второй половине жизни

В середине жизни теневое уже безапелляционно требует к себе внимания, приглашает, призывает нас встретиться с ним в решающей битве. В этот период во внутреннем мире человека происходят бурные, сложные и многоликие процессы, о которых уже написано множество книг. Я не буду повторяться, моя задача — показать вам, к чему это все приводит и как развивается сценарий при условии победы теневой части или маски.

Классическая дилемма — выбор между двумя или более альтернативами, исходы которых одинаково неприятны. Мы вырастаем из своих вчерашних масок, как из одежды: с ними никак, а как без них — непонятно. Непризнанные желания все отчетливее напоминают о себе и в то же время вызывают сильный страх. Человек будто раздваивается, его разрывают противоречия.

Патологическое влияние тени зачастую приводит к диссоциации. Человек начинает воспринимать события, будто они происходят не с ним, а с кем-то посторонним. Появляется чувство нереальности происходящего, помрачение сознания и ощущение разъединения с телом (деперсонализация) или с окружающей средой (дереализация). Чувства или реакции на окружающий мир притупляются вплоть до потери высших эмоций — утраты чувств любви, сострадания и долга (болезненная психическая анестезия). Иногда это заканчивается сломом психики, например в виде множественной личности. Где проходит грань — вопрос до сих пор спорный.

В какой-то момент напряжение становится слишком сильным, и две противоположные точки зрения требуют иного подхода. Мы больше не можем позволить себе разрываться между этими двумя полюсами. Приходится от чего-то отказываться. Трудную ситуацию, не имеющую решения, называют «темной ночью души»… Это состояние часто считается пороговым, или лиминальным: «Безумие темной ночи делает некоторых людей менее воспитанными и контролирующими, чем в их более здоровые дни. Темная ночь может увести вас от вашей культурной части. Вы можете соскользнуть обратно на уровень дикости, который позволит вам начать все заново, возможно, на совершенно новом уровне»[21].

Чтобы справиться с этим испытанием, прежнего опыта уже не хватает, и мы допускаем ошибку за ошибкой. В этот судьбоносный период мы проходим множество испытаний и зачастую достигаем самого дна. Неожиданно для себя можем начать ломать то, что когда-то с таким трудом создавалось. Мы можем влюбиться («седина в бороду, бес в ребро»), разрушить свой брак, уйти с работы, пытаясь увильнуть от встречи с собственной тенью.

У пилотов существует термин «высота принятия решения» — минимальная высота, на которой следует начать уход на второй круг, если пилот не установил надежного визуального контакта с землей. Часто этот уход называют спасительным. Так и в нашей жизни. Наступает момент, когда нужно принимать какое-то решение, иначе случится катастрофа.

Если мы делаем все, чтобы не слышать зова тени или не понимать его, тогда он звучит громче и яростнее. Если нам не хватает собственной воли, чтобы все кардинально изменить, на помощь приходят проблема, кризис, болезнь как катализатор, без которого невозможно дальнейшее движение. Где испытание, там шанс для роста, но его надо разглядеть и приложить усилия. И чем больше отщепленного личностного материала, который ждет возврата в структуру нашей личности, тем больше усилий придется приложить.

В этот период жизни мы настолько разбалансированы и неустойчивы, что вынуждены все время совершать множество телодвижений, чтобы не упасть. Развитием в этот момент будет восстановление баланса между нашей культурной и теневой стороной.

Нам следует перестать разрываться, отказываясь от одних частей и качеств своей личности и гиперболизируя другие.

На этой развилке решается, сможем ли мы найти на своем пути дары или уйдем с тем, что имели. Если мы научимся извлекать энергию из тени и правильно ее использовать, начнется путь от разделения к единству, от расщепления — к пересборке и целостности, от полной потери — к знакомству с собой.

Нежить: когда маска победила

Если мы решаем оставить все как есть, мы выдаем маске право на тотальный контроль ситуации. Мы оказываемся полностью задавлены маской и хороним свое естество вместе с ней.

Подавление темного сдерживает нашу способность получать удовольствие и переживать светлые эмоции. Когда тени нет места, мы перестаем… И вот тут, дорогие мои, подставьте каждый свое. Видеть сны, рассказывать анекдоты, петь в караоке, играть с собакой, пускать самолетики, жарить блины — все то, что дает нам ощущение жизни. Мы становимся замороженными, неполноценно живыми. Я называю такое состояние «нежить» — сила, которая и не живет, и не умирает. Нежить выбирает «правильные», «логичные», «разумные» решения, но не умеет выбирать «свои». «Если бы Мария Яковлевна рассмеялась вместе со всеми, ее бы полюбили, если бы пригрозила двойкой, ее бы поняли. Но ее томительное благородство обескураживало»[22].

Видели таких Снежных королев? Как же трудно с ними: все их чувства спрятаны в глубине идеально отшлифованной ледяной глыбы. Другие пытаются прорваться сквозь холод, дотянуться до живого, но, как ни прорывайся, наталкиваешься лишь на холодное, мертвое. Подавление темного ввергает нас в состояние потерянности, неприкаянности, отстраненности, сложности понимания, что для меня хорошо, а что плохо, — как будто что-то по дороге потерялось и не дошло. Кажется, будто мы здесь, но на глубинном уровне не присутствуем.

Мы ощущаем тоску по утраченному себе.

Немецкий психотерапевт Берт Хеллингер пишет: «Все живое несовершенно. Мертвые совершенны. Стремление к совершенству — это в глубине души стремление к смерти»[23].

Нежить и других хочет видеть статичными, требует от окружающих совершенства, резко реагирует, если это не так, и абсолютно нетерпима к недостаткам. Только мир не терпит застывших форм — все живое меняется, и даже природа находится в постоянном движении.

Нежить учит других: «Вы все дураки и не лечитесь! Одна я умная, в белом пальто стою красивая!»[24] Человек видит соринку в чужом глазу, а в своем бревна не замечает. Снобизм, осуждение: «Ну и люди, я бы никогда…» Она искренне верит в то, что несет в массы свет, добро и справедливость. «Те из нас, кто скрывает свои недостатки за фасадом превосходства, особенно подвержены риску причинить вред другим»[25].

Невыносимый человек: тень узурпирует сознание

Если нам не удается интегрировать тень, мы становимся невыносимыми. Невыносимый — значит настолько тяжелый, что его невозможно нести. Со всеми иногда бывает сложно, но с некоторыми людьми не помогает ничего: как ни адаптируйся, плохо, как ни старайся, нервно, как ни предугадывай, непредсказуемо.

Человек с большой тенью распространяет вокруг себя энергию, которую окружающие воспринимают как чрезвычайно неприятную.

При встрече с таким субъектом людям хочется немедленно прекратить общение или сократить его до минимума. Одни чувствуют, как их отталкивает тень собеседника, у других внутри вскипает агрессия: появляется желание нагрубить, унизить или даже напасть физически. Помните Халка? Брюс Бэннер живет в состоянии паники, вечно опасаясь, что монстр внутри него вырвется на свободу.

Когда нас захватывает тень, мы вынуждены постоянно искать мишень для своей агрессии. Это состояние можно сравнить с кожным зудом: злости нужно выйти. И если мы не даем ей этой возможности, то всегда будем искать жертву. Проекция, разумеется, упорно не осознаётся: человек убежден, что плохо обходятся именно с ним. Неудивительно, что люди с неинтегрированной тенью нередко попадают в конфликтные ситуации, которые иногда сами же и провоцируют. Но в остальное время они могут фактически бездействовать. Негатива, распространенного вокруг себя, оказывается достаточно, чтобы притянуть враждебные чувства и породить конфликт.

Содержимое тени, которое копилось много лет, работает против нас. Мы чувствуем себя так, словно внутри натянутый нерв. Попытки логически объяснить происходящее не работают: проблема с бессознательным в том, что оно бессознательно. Внутри себя человек приручил, спрятал и взрастил монстра, который вырос, окреп и занял все психологическое пространство. Иногда этот монстр вылетает на сцену с сумасшедшей яростью.

Вразнос

Если тень захватывает человека, то он, как говорят в народе, «идет вразнос» или «срывается в крутое пике». Неудивительно: кто много голодал — дорвавшись до еды, может лопнуть; кто никогда не пил — способен спиться быстрее остальных; кто получал пуританское воспитание — выходит из-под контроля родителей и пускается во все тяжкие.

В психологии есть термин «туннельное мышление» (способность концентрироваться только на ограниченной части картины мира). Когда тень захватывает наш разум, мы зацикливаемся на единственной идее: снять напряжение. Наше сознание не замечает ничего вне этого зауженного мысленного коридора (туннеля): быстрее бы выпить, заняться сексом, уйти из дома, покурить, уехать, развестись, отомстить… Юлия Берсенева, судебно-психиатрический эксперт, так описывает этот процесс: «Ты словно несешься куда-то в темноте с маленьким фонариком, и луч выхватывает лишь малую часть окружающей обстановки».

Психозы, депрессии, самоубийства и неконтролируемое асоциальное поведение — все это компенсация агонизирующей тени и ее долгого подавления.

Узурпация сознания тенью приводит к импульсивным поступкам или даже преступлениям в состоянии аффекта. Чем гуще и плотнее теневой материал, тем более вероятен аффект. Атомным взрывом начинается прорыв тени, во время которого мгновенно мобилизуются силы, происходит спазм периферических сосудов (человек чувствует озноб, появляется холодный пот, немеют руки), учащается пульс. Человек запускает режим автопилота и уже не в состоянии переключиться на ручное управление.

Переживание сильных чувств отрезвляет и мобилизует человека к переменам. К сожалению, чаще всего именно после аффекта человек понимает, что нужно что-то менять, и обращается за помощью. Но, увы, иногда бывает поздно.

Благоприятный исход: точка сборки

Общая канва истории про тень отображена ниже (рис. 3).

Рис. 3. История жизни с тенью

Мы прощаемся с иллюзией о своем «я» как целостной, монолитной конструкции, потому что не только распознаём свою проявленную часть, но и все чаще обнаруживаем во внутреннем чулане иную часть «я» — плохо осознаваемую, неочевидную, едва слышимую. И понимаем, что, пока две части находятся в конфронтации, нас будет разрывать, штормить.

Осознание, что лучше быть цельным, чем хорошим, сподвигает нас:

• восстанавливать баланс между дуальностями «я», между добром и злом, громким и тихим, рациональным и иррациональным, серьезным и глупым;

• расширять сознание через признание и разговор с тенью и ее содержимым;

• налаживать диалог между демонстративной частью (маской) и маргинальной частью (тенью).

Маски развиваются, когда люди, преодолевая жизненные трудности, перерастают старые конфликты. Они способны становиться все более гибкими, позволяя изменять старые паттерны реагирования.

Здоровая, или функциональная (зависящая от чего-либо, вызванная обстоятельствами), маска означает, что человек свободен в отношениях с ней. Он прибегает к ней по профессиональным, социальным или иным нуждам и с такой же легкостью может отказаться от нее. Такая позиция — признак психологического здоровья. При хорошем раскладе между маской и тенью наступает этап сотрудничества, перемирия.

В семье я мягкий и добрый человек. Выхожу из дома, сажусь в машину и перевоплощаюсь, пока еду до филиала. На работе я уже жесткая и категоричная, так я добиваюсь результата и не трачу душевные силы.

Я наемный руководитель, мне следует поддерживать ценности учредителей. Я соглашаюсь с патриархальным укладом и прилюдно разделяю империалистические убеждения собственников. Мне дается это легко. Дома я превращаюсь в либерала.

В этом сила функциональной маски: ее легко надеть и снять. Здоровая маска вмещает в себя индивидуальные черты ее носителя.

Приведем сходную ситуацию. Мужчина 42 лет, директор по продажам крупного акционерного общества, беспрерывно повышает квалификацию, ездит по всему миру, успешно проводит переговоры на английском, немецком и китайском. Служебный премиальный автомобиль, бонусы в сумме годового дохода, секретарь, обожание коллектива, рестораны. А еще чувство, что он «недо», что на работу он приходит не весь, словно бы «натягивает» роль вместе с узким пиджаком «Армани».

Что он делает, когда его снимает? В трико гуляет, на даче в стареньком домике варит суп из консервов, с дворнягами общается. На их, на собачьем.

Человека в состоянии баланса маски и тени называют конгруэнтным, аутентичным, цельным, зрелым, то есть согласованным, в котором все соразмерно. Такой человек осознает и принимает все свои чувства и ощущения, а также может выразить их, не травмируя себя и окружающих.

Встреча с тенью лишь одна из граней того, что нам приходится осваивать в своей жизни. Однако от того, насколько успешно это пройдет, зависит, выиграем ли мы в итоге или проиграем: получим в свое распоряжение собственную силу или будем ждать, когда кто-то нам ее отдаст.

Каждый из вас находится на разных этапах взаимодействия со своей тенью. Кто-то обнаружит себя истощенным ее прорывами. Кто-то в полной мере ощутит напряжение от прилипших масок, будто нет возможности освободиться от них. Кто-то ясно узрит, как долго отказывался от своих желаний в угоду норме и к какой пустоте и безжизненности души это привело. Кто-то почувствует, что потерял опоры, свернул с пути и в очередной раз отрекся от себя.

Надеюсь, прочитав эту главу, вы поймете, на каком именно этапе жизни находитесь, и заново обретете веру, что все еще можно поправить. Что все еще обязательно случится. «Не бойся теней: они означают, что рядом горит свет»[26].

Глава 5. Тень и другие

В отношениях с другими тень проявляется в трех аспектах:

• в том, что нас сильно раздражает;

• в том, чему мы завидуем;

• в том, что нас восхищает.

В этой главе мы подробно разберем каждый аспект.

Теневая проекция и крючки для нее

Тень делает наши отношения с людьми напряженными. Мы раздражаемся, конфликтуем, осуждаем и на себе ощущаем то же: нас не любят, на нас давят, нас критикуют.

Так работает проекция.

«Проекция — механизм психологической защиты, в результате которого внутреннее ошибочно воспринимается как происходящее извне»[27]. Все, что мы отвергаем и подавляем, может проецироваться наружу. Проекция означает, что мы кому-то приписываем свои мысли или мотивы, но при этом внешний объект может не иметь ничего общего с тем, что на него спроецировано. В книге «Архипелаг ГУЛАГ» А. Солженицын пишет: «Если б это было так просто! Что где-то есть черные люди, злокозненно творящие черные дела, и надо только отличить их от остальных и уничтожить. Но линия, разделяющая добро и зло, пересекает сердце каждого человека»[28].

Приведу пример клиентки:

Мне кажется, что мой муж злится на меня — а правда в том, что это я злюсь. Ругаюсь, обзываю человека и тут же искренне возмущаюсь: «Почему ты меня обзываешь? Зачем ты мне грубишь?» Я отворачиваюсь от правды о себе и снимаю ответственность за свои эмоции.

Нельзя сказать, что проекции полностью произвольны: необходим некий крючок, на который можно «прицепить» тень. Если энергия достаточно сильна, крючок находится.

Крючками для тени чаще всего становятся:

• значимые близкие и родительские фигуры;

• собственные дети;

• начальники и боссы;

• партнеры, учителя и наставники, с которыми выстраиваются отношения по модели «ребенок — родитель».

А теперь поделюсь личным опытом. Как-то раз супруг сказал мне: «Жаль, что ты не балерина». Я никогда не хотела стать балериной. У меня не было от себя подобных ожиданий. В семье ни одного представителя искусства и богемы. Меня никогда не ориентировали на танцы. Я не знаю ни одну балерину по имени, не смотрю балет. Поэтому на слова мужа я никак не отреагировала. Пропустила их мимо ушей, ведь нет тени. Сказал и сказал.

Но когда в другой беседе муж поведал о своей умной и успешной в различных амплуа начальнице, я среагировала остро. К лицу прилила кровь, сердце забилось быстрее. Я раздраженно и на повышенных тонах парировала: «Ну конечно, она крутая: три языка знает, в Гарварде училась, разряд по шахматам. Большой дом у нее, собак содержит, детей тоже трое. И как все успевает!»

Почему я завелась? Потому что в моей картине мира я тоже всего этого могла добиться, но не сумела. Сработала проекция, подвернулся крючок, и тень нашла выход: обличительное красноречие, направленное на мужа, повышенный тон, затем оборона-нападение и в итоге конфликт. Спящую тень потревожили, задели за живое. Это стало возможным лишь потому, что внутри меня живет самокритичная история о том, что я слабая и неуспешная. Живет, но не осознаётся. Заметьте, муж не предъявлял претензии: «Почему ты ничего не успеваешь?» или «Почему ты не добилась успеха?» — эти слова звучали исключительно в моей голове.

Или другой пример проекции. Однажды я решила привести фигуру в порядок, отложила деньги на абонемент в зал, но все никак не могла найти время, чтобы начать. Прошел месяц, второй, я стала забывать о своем побуждении и таким образом отчуждала его от себя. Однажды супруг спросил: «Как твои занятия, нравятся?» Я резко и раздраженно ответила: «Тебе-то что? Отстань от меня!»

Что произошло? Я вытеснила свое желание и вырастила в этом месте тень. Как только появился крючок, я сразу же повесила, то есть спроецировала, тень на него. Если бы мое желание хранилось в тени, я бы спокойно ответила, что еще не начинала и как раз думала, когда бы действительно этим заняться. Тень исказила картину, и я полностью уверилась, что это муж хочет, чтобы я занималась фитнесом, и давит на меня. А дальше раскрутился маховик упреков и придирок: «Ты хочешь, чтобы я похудела? Тебя не устраивает моя фигура? Может, мне еще на гречку сесть?»

Нас не задеть тем, чего у нас нет в тени. Нет внутри вытесненной истории — нет защиты.

Меня все бесят

То, на чем мы зацикливаемся в отношении других людей, резонирует с нашей теневой стороной. Есть два тезиса, объясняющих эту фразу.

Тезис 1. Нас сильно цепляет в других то, что мы не разрешаем себе. Приведу в пример высказывания своих клиентов:

Подруга раздражает тем, что никогда не приходит вовремя. Наглость какая, заставляет себя ждать! (Родители учили: не опаздывай, будь воспитанной.)

Была вчера на фуршете, и меня трясло от этих беспардонных едоков. Их дома, что ли, не кормят? Уплетают за обе щеки, накладывают не стесняясь, могут и добавки попросить. (В столице, чтобы за свою «сойти», есть надо меньше всех, как будто ты не голодная, — этой стратегией девушка много лет завоевывала Казань, приобретала новый менталитет, искореняла из себя «глубинку». Крючок для ее тени спокойно себе это позволяет и за репутацию свою не волнуется.)

Меня бесит непостоянство моего близкого друга! Он регулярно затевает новые бизнесы, но не доводит дела до конца. Может быть, поэтому он так и не разбогател. Ну еще бы, менять проекты как перчатки. То зоомагазин открыл, то салон тканей, то сумки начал шить… (Когда автор этих слов был ребенком, его заставляли переписывать уроки без единой помарки. Приобретенный перфекционизм мешает во взрослой жизни — даже нелюбимую работу надо доводить до конца и делать на 200%, — а также противоречит той части, которая хочет заняться новым делом.)

Раздражает подруга, которая заказывает клининг домой каждую неделю. Неужели нельзя помыть свое жилье самостоятельно? (Человек видит то, что хотел бы, но не может сделать сам, и выдает сильную инстинктивную реакцию отторжения.)

Неужели это всегда так, спросите вы?

Нет, не во всем надо видеть тень. Мы можем отреагировать на что-то в поведении человека, тут же забыть об этом и вернуться к своим делам. Но если мы эмоционально застреваем в ситуации, снова и снова крутим в голове мысли из разряда: «Да как вообще можно так себя вести, что за хамство?! Надо было сделать ему замечание, приличные люди себе такого не позволяют!» — значит, задета тень.

Повторю, тень не всегда стоит за реакцией на чужое поведение. Порой мы возмущаемся объективной несправедливостью, наглостью или жестокостью. Диагностический критерий тени — преувеличенная, несопоставимая со стимулом реакция. Ее ни с чем не спутать.

Тезис 2. Мы осуждаем в других то, что не принимаем в себе.

«Мы живем в ужасном мире, полном злых людей» — такова правда человека с теневой агрессивностью. Свою природную агрессию он подавил, но теперь видит вокруг только врагов и соперников. За права надо сражаться. Победу надо выгрызать. Конкурентов — «мочить».

«Какой ужас, меня стыдится собственный ребенок», — это мысль женщины, которой часто стыдно за свою дочь. Но, по ее глубокому убеждению, хорошие мамы любят своих чад безусловно и уж тем более не стыдятся, поэтому свой стыд она не замечает. Чувство стыда переместилось за границы «я», ушло в тень, но затем проявилось как чужеродное. Таким образом диссоциированные аспекты нашего «я», которых мы боимся, стыдимся или не одобряем, становятся частями, которые видятся в другом, а не в себе.

Еще примеры подобных ситуаций:

«Это ты привязчивый, нетерпеливый или ленивый, а не я».

«Ты злишься. Ты всегда недоволен. Но не я. Я не злюсь. Я довольна».

«Злость? О чем вы вообще говорите?»

Вешая тень на крючок, мы отталкиваем ее еще дальше от себя. Отколотое качество становится отчужденным, темным и неизвестным.

Терапевтические вопросы для проработки тени звучат так:

• Есть ли во мне такое качество, но я его не замечаю?

• Я осуждаю жадных людей. А что с моей жадностью? В контакте ли я с ней?

• Все вокруг паникуют, тревожатся и суетятся. А что с моей тревогой? Вижу, осознаю ли я ее?

• Если меня злят ограничения и запреты вокруг, если мне кажется, что их как будто слишком много, как я сам себя ограничиваю? Что я себе на самом деле не позволяю?

• Не боюсь ли я проявлять это качество / эмоцию и по максимуму перекачиваю противоположную сторону, чтобы не показаться «таким» человеком?

Или я сильно фильтрую речь и манеры, стараясь показаться аристократкой, но, выйдя из себя, на эмоциональном пике, превращаюсь в настоящую хабалку.

Как оттачивается навык распознавания теневой проекции:

1. Сначала мы можем распознать проекцию только постфактум. Это уже очень здорово, поверьте.

2. Позднее мы научимся распознавать проекцию в моменте. Замечать, что закипаем, бурлим, взрываемся, и прямо в это время понимать, что проецируем тень.

3. Далее мы сможем распознавать тень еще до того, как выпустим эмоцию наружу. Для этого нам достаточно будет осознать, что наше состояние далеко от нормы. «Что сейчас со мной происходит?», «Кажется, меня это сильно задело». Молодежь обычно говорит: «Меня бомбит от этого». В этой точке мы уже можем решать, как поступить с теневым материалом и эмоциями.

Чем больше в нас света (если мы вывели из тени наши подавленные черты, которые считаем отрицательными), тем больше света мы видим в окружающих и тем меньше они нас раздражают. Хотя, как считает американский психолог Эдит Эгер: «Человек, который вам наиболее неприятен, — ваш главный учитель»[29].

Золото тени: кумиры и объекты зависти

«С позитивными сторонами люди борются сильнее, чем с темными. Ощущение внутреннего благородства потрясает гораздо больше, чем осознание своей никчемности», — пишет юнгианский аналитик Роберт Джонсон. Мы вытесняем свои хорошие качества даже чаще, чем плохие. Нам трудно увидеть и признать благородные качества в себе (пусть и не выраженные столь явно), зато легко восхищаться каким-то персонажем на расстоянии.

Наше поклонение людям — не что иное, как проявление тени. Мы отвергаем свои лучшие качества, отправляем их в тень, а затем переносим на кого-то другого. Недаром французский поэт Гийом Аполлинер писал, что тень не является лишь темной силой, «мрачной изнанкой личности», «тень — это чернила, которыми пишет солнце»[30]. Примером может служить человек, который отказался от своих умственных способностей, внутренней глубины, а после спроецировал их на своего наставника, духовного учителя, воспринимая его как недостижимо просветленного.

В психологической практике тоже встречаются случаи с таким механизмом. Клиенты довольно часто, вместо того чтобы признать ценности в себе, перекладывают их на помогающего специалиста. Таким образом, теневыми становятся не только так называемые отрицательные качества, но и наши положительные черты. Мы говорим про кого-нибудь «прекрасный человек» (или «интеллигентный», или «сильный», или «решительный», или «благочестивый»), однако наша психика распознает вытесненные черты и реагирует на них. Мы очаровываемся, восхищаемся, преклоняемся перед носителем этого качества. У нас появляются кумиры. Мы восторгаемся чьим-то интеллектом, личностью, успехом и богатством. Зацикливаемся на других людях, которые, как нам кажется, обладают всем тем, чем хотели бы обладать мы. В итоге рождается зависть.

Кто чаще всего становится объектом нашей зависти?

• Тот, кто разрешает себе то, чего мы себе не разрешаем.

• Тот, кто проявлен в том, в чем мы не проявлены.

• Тот, кто реализовал проекты, о которых мы только мечтаем или даже не осмеливаемся мечтать. Тот, до уровня которого мы хотим дотянуться.

Самые сильные и мощные проекции проявляются, когда человек влюблен. Проекция влюбленности не всегда направлена на другого человека. Некоторые из нас проецируют свое состояние одухотворенности и наполненности на профессию, предмет искусства или даже какое-то место. Да, бывает и так, что человек влюбился в преподавание, картины Моне или долину реки Камы. Но чаще всего проекция наблюдается в романтических отношениях.

Тень и влюбленность

Романтическая влюбленность — это тоже проекция тени. Мы влюбляемся и идеализируем объект влюбленности различными способами, не осознавая, что он всего лишь подавленная и вытесненная часть нашей личной истории. Чем слабее и меньше становится наше разделенное «я», тем больше и величественнее выглядит объект нашей проекции. Мы произносим возвышенные слова, используя почти религиозный язык: «Ты знаешь, мама, он какой? Он не такой, как все, он не такой — другой»[31].

Отношения всегда начинаются с проекции. С одной стороны, это прекрасно: двое влюбленных какое-то время буквально летают от счастья, их переполняет чувство блаженства. С другой стороны, проекция мешает нам увидеть в партнере реального человека. Тень сделала свое дело и ведет себя тихо, пока мы не начинаем жить вместе и не получаем опыта, который буквально сбивает нас с ног: съехались, утратили романтическую идеализацию и обнаружили в избраннике полную внутреннюю перемену. «Куда же исчезло все волшебство?» — думаем мы. И соприкасаемся с тем, что вызывает неприязнь и даже отталкивает нас: нечто совершенно непереносимое в другом человеке. Почему? Потому что от проекции влюбленности ничего не осталось и взяла верх другая сторона реальности — теневые аспекты человеческих отношений.

В этот период слабеют маски, и мы видим подлинное лицо пассии — ничем не приукрашенное, без фильтров. Если период развенчания иллюзий удастся пройти достойно, отношения укрепятся, станут глубже и человечнее. Лишь после того, как два человека сумеют реалистично взглянуть друг на друга, у них появится возможность зрелой любви.

Теневые партнеры

Не все в нашей жизни подвластно осознанному выбору. Темная сторона нашей психики проявляется в закономерностях. Задумайтесь, почему на протяжении жизни нас тянет к одинаковым партнерам?

Люди с внешней референцией[32] назовут это «законом подлости», роком или судьбой. Люди с внутренней референцией будут обвинять себя, раз за разом выбирая недостойных партнеров. Ни те, ни другие не правы. Правда в том, что внутри нас есть теневой заряд, который надо распаковать, и пока мы этого не сделаем, будем стыковаться с теми, кто может нам в этом помочь. Карл Юнг пишет: «Лучший способ понять свою тень — это проанализировать свои самые сложные отношения». Трудный партнер — тот, через кого мир транслирует нам что-то важное. Он несет послание, которое надо верно истолковать.

Теневые партнеры бывают двух разновидностей: балансирующие и отражающие.

Балансирующие партнеры — те, с кем мы образуем пары, чтобы взаимодополниться, уравновесить перекосы. Все в природе стремится к балансу. Если внутри нас баланса нет, мы находим того, кто сбалансирует нас снаружи. «Люди, сами того не осознавая, считывают окружающих на предмет комплементарности ведущих проблем, которые будут прорабатываться в отношениях»[33].

Процесс балансировки неприятен, поскольку затрагивает основы нашего привычного существования. Мы испытываем дискомфорт и давление. Но благодаря общению с этим человеком можем удерживать в бессознательном какую-то часть представлений о себе, которая слишком пугает нас, слишком болезненна, и проецировать ее на партнера. Если я суперэнергична, то найду в пару апатичного человека и буду чувствовать, что он меня ограничивает. Это позволит мне закрыть глаза на самоограничения. Чем я экспрессивнее, тем тише будет мой партнер и тем сильнее мне захочется проявляться, чтобы меня увидели и услышали. И я буду считать, что он (но не я) мне многое запрещает.

Мы проецируем на другого то, что на самом деле внутри делаем с собой. Это я себя ограничиваю, стыжу, запрещаю. Но не осознаю этого и в попытках вернуть себе волшебную силу начинаю воевать с партнером.

Приведу пример. У., моей молодой клиентке, девушке тонкой душевной организации, «выдали» сугубо материального мужа, твердо стоящего на ногах в хороших кожаных ботинках. Его скилл «эффективно жить земную жизнь» позволил У. страдать по тонким материям в комфортных условиях. Но ранились они друг об друга поначалу сильно: вода и камень, стихи и проза…

Улучшить такие отношения можно, только заменив внешний баланс внутренним. Чем более цельны вы внутри, тем меньше балансировать нужно снаружи.

Вопросы для интеграции тени с балансирующим партнером:

• Как я могу использовать это качество себе во благо?

• Как, где, с кем, в каких ситуациях я могу с пользой привнести это качество в свою жизнь?

• Как я могу взять себе хотя бы немного этого качества?

Отражающие партнеры — люди, которые выступают в качестве проявителя нашей тени. В этом случаем мы, по сути, образуем пару с собой — как говорят, подобное притягивает подобное. Такой партнер раскрывает определенные грани нашего «я», которые до встречи с ним оставались нереализованными, и показывает, какую аналогичную часть себя мы игнорируем.

Проанализируйте свои отношения на предмет тени. Партнер унижает? Осмыслите свою тень: насмешки, троллинг, подколы окружающих. Где я проявляюсь так же (стараюсь обесценить, чтобы почувствовать свою значимость), но не замечаю? Примите свою тень, осознайте причины ее появления. Однажды вам удастся построить не обесценивающее, а другое взаимодействие с людьми. Появится шанс, что партнеру не придется больше быть проявителем вашей тени и вы сможете общаться на более здоровых основаниях.

Вопросы для интеграции тени с отражающим партнером:

• А что с моим качеством? В контакте ли я с ним?

• Где я проявляюсь так же, как мой партнер?

Приведу вам пример-иллюстрацию, как по-разному может отыгрываться одна и та же тень. Две сестры-погодки выросли в семье, где беспрекословно подчинялись папе-военному, который муштровал дочерей и выдавал четкие указания. Во взрослой жизни девушкам трудно быть самостоятельными. При этом одна из них, скорее всего, выберет уверенного в себе, напористого мужчину (балансирующего партнера), общение с которым будет для нее трудным испытанием и при хорошем раскладе научит ее автономии и отстаиванию границ. Другая найдет такого же мягкого и безропотного, как она сама (отражающего партнера), и всю жизнь будет называть его «тютей-вятей» и винить во всех неудачах. Это поможет ей оставить в тени свою несамостоятельность. И в том и в другом случае выбор абсолютно не случайный.

Пьющие партнеры сложны для осознания, потому что воплощают сразу два вида тени. Они «приходят» в нашу жизнь не только отражать, но и балансировать.

З. признается, что ей всегда попадаются мужчины, которые не умеют зарабатывать деньги. Недавно она даже вышла замуж за того, кто «сидит у нее на шее». Ей приходится много работать, чтобы содержать обоих.

Со стороны их семейная пара производит следующее впечатление: правильная, умная, трудолюбивая жена. Не к чему придраться — все ее любят, уважают. Рядом с ней откровенно плохой мужчина. Безответственный, невовлеченный отец, к тому же у него алкогольная зависимость. Почему она с ним живет? Потому что через этого партнера она «добирает» качества, которые, во-первых, в себе не принимает, не видит, а во-вторых, которые ей надо добавить в структуру своей личности исходя из закона взаимодополнения.

«Почему он не может взять на себя ответственность за наш доход и пропитание? — возмущается З. — Стать уже наконец взрослым и пойти зарабатывать, а не ждать, что оно как-нибудь само…»

Я попросила З. задать вопрос себе: «Где я так же инфантильна? За какие аспекты своей жизни я до сих пор не беру ответственность?»

После глубоких раздумий З. ответила: «Да, я легко беру ответственность за обеспечение семьи. Но никак не могу взять ответственность за свое здоровье. Я просто его забросила, сложила лапки и все надеюсь, что оно как-нибудь само…» И в этом она повторяет поведение мужа.

Отрезвляющими вопросами для тех, кто жалуется на партнеров с деструктивными привычками, будут такие:

— От чего уходите вы сами?

— Какое дело полностью поглощает вас?

— От чего уходит ваш «внутренний беглец»? В каких действиях вы теряете чувство реальности? С чем это происходит длительно, бесконтрольно и без способности остановиться?

— Какой аспект жизни разрушает вас так же, как вредные привычки разрушают мужа?

Ответ З. звучал так: «Я с головой ухожу в работу, скрываясь от отношений с мужем. Он уходит в свои привычки, я — в работу. Наша дочь даже сказала недавно: “Вас обоих никогда для меня нет. Папа-то хоть на диване дома валяется…”». Это обнаружение отражающей тени.

Следующий шаг — увидеть, как З. должна сбалансироваться о партнера. Это значит ответить на вопрос, как взять качества мужа в свою жизнь и использовать их себе во благо.

Активация «внутреннего беглеца» потребует от З. большой гибкости: не вовлекаться во все дела, что кажутся важными. Иногда стоит махнуть рукой на жесткие задачи, отложить утренние встречи. Возможно, нарушить договоренности, просто полежать… Когда она внутренне согласится с другой логикой поведения (ей лично вообще неблизкой и малопонятной), она испытает к мужу истинный интерес и подлинную близость. Параллельно с этим ей придется заняться своим здоровьем, на которое столько времени она не обращала внимания.

Если посмотреть еще глубже, можно сказать, что З. и ее муж — теневые друг для друга.

З. — женщина открытая, коммуникабельная, сильная, волевая, достигающая. И она на уровне ума всегда встречалась с мужчинами с точно таким же набором качеств. Но подвох в том, что содержание ее тени требует рядом мужчину совершенно другого типа: такого, который уравновешивал бы ее качества наличием слабостей и через проявление своей безвольности и не стремился бы в «далекие дали».

Ее супруг — закрытый человек, трудный на подъем, с изрядной долей лени в плане дел, склонный к безалаберности, необязательности, необщительный. Всю жизнь около него вились женщины идентичного склада: понятные, доступные, и приедут, и развлекут. Если бы он женился на женщине, разделяющей его привычки, то мог бы жить в свое удовольствие, но его тень выбрала женщину с принципами и убеждениями, организованную по жизни и трудолюбивую. Ведь это именно те качества, которые ему нужны, но сам он их не проявляет.

Конечно, в его внутреннем диалоге всегда виновата З., которая «лишила его свободы», «забрала его независимость», «убила в нем все прекрасные порывы». Часто именно так и притягиваются люди, а затем отвергают друг друга из-за неготовности смотреть каждый в свою тень.

Спасти непростые отношения, основанные на теневом партнерстве, можно, только разглядев и приняв свою тень в качествах другого — пустив друг друга в свои жизни.

Думаю, у вас не осталось сомнений, насколько важно принять свою тень. И не осталось иллюзий, что это потребует серьезной внутренней работы.

Для начала поможет осознание, что убеждение «я-то не виноват в том, что со мной происходит, это все кто-то другой», — ложно. Нет никаких «других». Мы развиваемся в столкновении или в соприкосновении с окружающими нас людьми, лучше понимаем себя, распознаем свои черты, которые раньше пребывали в бессознательном и вынуждали нас выбирать именно этого партнера.

На разных этапах жизни для нас актуальны разные качества / свойства (свои и партнера) в зависимости от степени интеграции своей тени. И чем лучше мы себя осознаём, тем свободнее становимся в выборе друзей, соратников или возлюбленных.

Правда, есть риск, что, отыграв энергию тени, партнер перестанет нас привлекать и такие отношения закончатся. Так бывает, но это значит, что появится шанс встретить уже нового партнера, который не станет обслуживать нашу тень. И это будут отношения другого уровня.

Практика: первые шаги навстречу своей тени

Наша психика похожа на айсберг. Маска — это верхушка, которая виднеется над водой. Она нужна для взаимодействия с окружающим миром. Большая часть льдины находится под водой и недоступна для созерцания и осмысления. Теневое пытается подняться на поверхность, старается быть увиденным и осознанным. Сознание же тень подавляет как плохой, ненужный элемент. Эта часть в результате подавления останавливается в своем росте, она как бы отпадает от целого и утрачивает способность к естественной интеграции. Тогда необходима работа по восстановлению утраченной целостности.

Люди хотят быстрых решений. Я бы с удовольствием прямо сейчас привела вас к хеппи-энду, откуда вы шагнули бы в счастливую жизнь целостным… но так не бывает. Мы будем двигаться поступательно — от простого к сложному. Карл Юнг писал, что не существует общеэффективной техники интеграции тени. Это больше похоже на дипломатию или государственную мудрость.

Давайте посмотрим, что мы можем сделать на этом этапе для интеграции тени. Предлагаю вам описание шагов навстречу своей тени.

Шаг 1. Признать, что тень есть.

Просто согласиться с тем, что в глубине души мы не полностью добродетельные, бескорыстные и хорошие люди и в нас есть эгоистичные, деструктивные, аморальные импульсы и желания. Нужно перестать обманываться оптимизмом относительно доброты своей натуры и оставаться раздробленной личностью, не знающей своих внутренних глубин.

Для этого представьте дом и его двор. В задней части, скрытой от глаз, в самом углу, в тесном темном сарае, живет наша тень. Прокрутите в голове, как вы выпускаете ее из мрачного убежища, приглашаете к себе домой и позволяете жить в нем.

Зачастую уже само признание тени начинает менять качество взаимоотношений с миром.

Шаг 2. Визуализировать тень.

Визуализировать — значит увидеть собственную тень на уровне образного мышления.

Выключите свет, зажгите свечу, сядьте так, чтобы ваш силуэт отбрасывал тень на стену перед вами. Устройтесь удобнее и хорошенько рассмотрите ее. Почувствуйте, какая она — ваша тень, как отличается от вашего представления о себе и от отражения в зеркале. Воспринимайте тень как живое существо, с которым важно наладить контакт для получения ценной информации.

Шаг 3. Познакомиться с тенью.

Это значит осознать качества тени благодаря осмысленному вниманию к своему настроению, фантазиям и импульсам.

Ответьте на вопросы:

• Какие мысли и фантазии вызывают у меня желание спрятать их?

• Что в себе я не хочу показывать другим?

• Я боюсь, что окружающие узнают обо мне…

Далее спросите себя:

• Что будет, если узнают? Например, ваш ответ: «Кто-нибудь осудит».

• А что будет, если кто-нибудь осудит? Ответ: «Ну, он будет косо на меня смотреть».

• А что будет, если он на вас косо посмотрит?

Поняли идею? Продолжайте.

Важно не останавливаться раньше десятого вопроса. Когда закончатся очевидные идеи, начнется самое интересное. Под верхним слоем переживаний могут оказаться очень неожиданные фантазии, или, наоборот, вдруг обнаружится, что все негативные сценарии кончились и ваша тревога исчезла.

В какой-то момент (когда вы прошли круг в десять вопросов или когда у вас закончились ответы) вы можете себе задать следующий вопрос: «Хорошо, и что со всем этим я собираюсь делать?»

Вы можете сказать себе, что будете делать это и то, а вот это сделать не получится.

Это упражнение избавляет от катастрофизации. Возможно, вам удастся осознать, что мир не перевернется оттого, что люди узнают, какой или какая вы без маски. Оно вносит ясность в вопросе: «А что я буду с этим делать?»

Ответы могут быть самые разные. Например: «Мне будет какое-то время стыдно, и я не захочу встречаться с этой компанией», «Я расстроюсь, и мне опять придется пить таблетки» или «Он меня такую не примет, и я снова останусь одна». Может быть и так. Но может и по-другому. Могут появиться ответы неожиданно нормальные, заземляющие. Очень успокаивающие примеры таких ответов: «Скорее всего, он покрутит пальцем у виска и сочтет меня ненормальной. Ну и ладно», «Я попереживаю об этом, а через пару месяцев забуду», «Мне будет жаль, но я как-то с этим справлюсь» и т. д.

Шаг 4. Заключить перемирие.

Самые частые вопросы, которые я слышу от клиентов: «Как бороться с тенью? Как бороться с мыслями? Как бороться с собой?»

Борьба — это конфликт (внутренний или внешний). Чем больше сил и времени мы тратим на борьбу, тем меньше их остается на жизнь. Действие равно противодействию: любая борьба вызывает сопротивление и усиливает то, с чем вы боретесь. Через борьбу и отрицание мы даем тени энергию, поэтому нам важно научиться взаимодействовать с ней, то есть двигаться в одном направлении, оставлять место всему, что в себе замечаем.

Вы возразите: «Если я буду принимать злость, ревность или ненависть, каким же ужасным человеком я стану!» Нет, не станете. Принимая свои теневые качества, вы начнете развиваться. Без этого шага дальнейшего роста не случится. Если ничего нет, не с чем и работать.

Вернитесь, если нужно, к шагу 3. Посмотрите на свой теневой силуэт со стороны. Тень — это часть нас. Постарайтесь увидеть абсурдность войны внутри себя и конфликта с частью себя.

Шаг 5. Исследовать истоки тени.

Чтобы у нас в голове сложилась история, как мы сформировались как личность, надо задать себе вопросы:

• Какие ограничения были у меня в детстве?

• Каким нельзя было быть? Каким было быть надо? Что по принципу противоположности ушло в тень?

Ответы, например, могли бы выглядеть так:

«Близкие относились ко мне холодно, пока я не делала то, чего от меня ждали. Чтобы получить их любовь, я старалась быть послушной девочкой. Теперь это моя постоянная маска».

«Родители ругали за громкий голос и бурное выражение эмоций — в тени оказалась способность заявлять о себе, привлекать внимание».

«Приходилось закрывать глаза на свои потребности и постоянно вместо мамы заботиться о младшем брате. В тень ушла способность заботиться о себе и просить помощи».

Продолжайте размышлять в этом направлении. Была ли у вас свобода самовыражения? Если нет, то как это влияет на вас сегодня?

Какие моральные установки вам прививались?

Это трудно сделать самостоятельно, ведь когда мы спрашиваем себя, почему сделали то или иное, то даем ответ в контексте последних нескольких часов или дней («Я психанула, потому что сегодня с утра на меня накричал начальник»).

Будет здорово, если за помощью в этой внутренней работе вы обратитесь к психотерапевту. Вместе с ним вы научитесь мыслить о себе в масштабе всей своей жизни. Такая работа дает понимание, как мы пришли к тому, кто мы сейчас, как живем, какие решения принимаем, эмоции переживаем, мысли думаем и поступки совершаем.

Это важно, чтобы не проваливаться в чувство стыда. Помните, что вы не выбирали тень. Юнг писал, что при определенных обстоятельствах абсолютно все люди обладают склонностью к ужасным и жестоким вещам. Социум, культура, религия взращивали в нас личность с вытесненными чертами характера, желаниями и потребностями.

Шаг 6. Выгрузить теневой материал.

Выпишите на листочек свои темные мысли, желания и фантазии. Действительно ли они так ужасны? Может быть, скорее они дерзкие, фривольные, примитивные?

Посмотрите на свои записи, не оценивая их, — просто как на данность. Сам факт некритического осознания беспокоящей нас части, осознания без осуждения резко снижает необходимость включать защитные механизмы. Не подавляйте ее, а воспримите просто как мысль, без глубинного смысла и скрытого значения. Не надо осуждать себя или сопротивляться — дайте мысли уйти. Если она вернется, повторите.

Если мы будем понимать, как темные мысли работают, мы сможем относиться к ним прохладнее, нейтральнее, и не останется причины их подавлять, отправлять в тень. В основе темных мыслей — желания и потребности, заложенные в любом из нас с рождения. Они помогают нам хотя бы в скрытой форме выражать то, что невозможно или опасно воплощать в жизнь. Темные мысли невероятно ценны в качестве предохранительного клапана психики.

Помните: то, о чем мы думаем, нас не определяет. По мнению Юнга, мы не управляем теневым «я», не создаем темные мысли и желания по своей воле, а значит, не можем и предотвратить их появление.

Шаг 7. Проиграть в воображении.

Полностью сконцентрируйтесь на мысли или фантазии, которая вас беспокоит. Зафиксируйте все ее детали, нюансы.

Что происходит (хочется, чтобы произошло) с персонажем из этой мысли? Как именно это происходит? Чем занимаетесь именно вы?

Проделайте это в своей голове: представьте событие во всех деталях и красках и осуществите действие, которое напрашивается.

Смысл данного шага в том, чтобы не отпускать пугающие мысли, а, наоборот, прокрутить их в воображении во всех подробностях до самого конца.

Например, можно снять свое «кино» про то, как вы ведете распутный образ жизни. Куда ходите, как одеваетесь, с кем знакомитесь, что испытываете?

Душераздирающие картины, которые рисует мозг, заставляют нас виртуально прожить ситуацию. Сценарий проигрывается в воображении, и беспокоящая мысль исчезает.

Шаг 8. Провести ревизию масок.

Поразмышляйте над тем, что вы уже о себе знаете. Опишите персонажей, которые живут внутри вас и проявляются в определенных ситуациях с разными людьми. Какими способностями, талантами они наделены? Примерьте на себя их костюмы и образы. Заметьте тонкие различия в манере речи, отношении и поведении. То, как человек разговаривает с представителем власти, отличается от того, как он разговаривает с официантом. То, как разговаривает с подростком, может отличаться от того, как говорит с пожилым человеком.

Ответьте на вопросы:

• Чем удобна мне эта маска?

• Когда она впервые появилась?

• Чему помогла? Для чего она мне нужна сейчас?

• Умею ли я контролировать свою маску или она уже живет собственной жизнью?

Приведу примеры ответов:

«Я использую в жизни маску весельчака, клоуна. Я всегда наигранно радостен и весел, когда мне на самом деле больно. Я веду себя развязно: громко говорю, нарочито смеюсь, много жестикулирую. Я не управляю маской. Я бы и рад вести себя естественно, но в напряженных ситуациях автоматически надеваю рыжий парик и клоунский нос».

«Моя маска дурочки дает мне огромные преимущества. Я легко получаю все что нужно: информацию и помощь. Быть дурочкой — более простой способ добиться желаемого. Властные люди любят слабых и помогают им. Дурочка мило и глупо улыбается, часто хлопает глазами и говорит приторным голосом».

«Я всю жизнь в маске хорошего человека. В молодости я застолбил за собой имидж человека без недостатков, человека “для других”, а теперь уже не могу переиграть обратно».

«Моя маска — пофигист, скептик. Я кажусь всем циничным, потому что выставляю напоказ свое безразличие. А на самом деле эта маска-панцирь помогает огораживать от мира и реальности свою мягкую, уязвимую суть. Чтобы казаться безразличным, я жую жвачку и часто смотрю на часы».

«Я сама бы не догадалась, но моя подруга мне говорит, что я в маске жертвы. Я и правда часто ощущаю себя страдалицей, будто ничего не могу, мне ничего не положено в этом мире. В этот момент я делаю грустное лицо и тяжело вздыхаю. Да, понимаю, выгляжу жалко. Зато друзья мне помогают чаще, чем кому-либо».

Нам не сразу может удаваться обнаружить свои личные маски. На первых порах проще наблюдать проявления маски в других:

«Партнер в компании друзей надевает маску плохого парня. В такие моменты он говорит грубо, использует нецензурную лексику, часто ухмыляется. Как будто он боится оценки со стороны и в качестве нападения выдает себя за более агрессивного, чем есть на самом деле».

Шаг 9. Проверить на истинность.

Маска как ложная личность порождает ложные желания. Опасность этой взаимосвязи в том, что мы начинаем жить не своей жизнью и идем не к своим целям. Вырваться из этого плена можно повышением уровня осознанности.

Как понять, истинно ваше желание или оно навязано внешними социальными нормами? Представьте, что оно сбудется, но всем все равно, что вы получили. Никто не оценит, не удивится, не восхитится. Вы по-прежнему этого хотите при таком раскладе?

Шаг 10. Плохой и хороший список.

Составьте списки «Каким я хочу быть» и «Каким я не хочу быть». Пишите, что приходит в голову. Здесь действует принцип «количество важнее качества».

Написали? Посмотрите на него. Это лекало, по которому вы делите людей на хороших и плохих, осознаваемый уровень темной и светлой сторон личности.

А теперь найдите в себе проявления каждого из тех качеств, которые оказались в «плохом» списке. Делать это нужно терпеливо и тщательно, потому что поверхностные размышления уже не дадут эффекта.

Вспомните 3–5 ситуаций на каждый пункт, в которых вы проявляли это качество, или спросите у других людей — со стороны темную сторону видно лучше. Например, мой список «плохих» качеств — это наглость, безответственность, жестокость, невоспитанность.

Беру первый пункт «наглость» и ищу в своих воспоминаниях, где эта самая наглость проявлялась, то есть внутреннее ощущение, которое я назвала этим словом, составляя список.

Конечно, не всегда получается вспомнить проявления того или иного качества сразу. Чем сильнее было подавление, тем сложнее восстановить с ним связь. «Наглость» я могла проявлять каждый день, но память не зафиксирует то, что так долго подвергалось гонениям. Поэтому, если не получается что-то вспомнить сразу, нужно дать себе время (день, неделю, месяц, сколько потребуется).

Это упражнение помогает найти собственные отвергнутые черты в своем же опыте, чтобы сформировалось четкое понимание, что все эти «негативные» качества действительно есть в нас самих и мы действительно их регулярно проявляем.

Вспоминать нужно до тех пор, пока не останется никаких сомнений, что нам присущи абсолютно все человеческие качества. Они есть у всех, и это нужно признать. Для чего тогда мы тратим столько сил на их подавление?

Не бойтесь. Знания о себе не разрушают, наоборот, чем больше себя знаешь, тем лучше чувствуешь свою силу и устойчивость.

Шаг 11. Взять ресурс из тени.

Продолжаем работать с «плохим» списком:

• Для чего мне важно держаться за убеждение, что качества «плохого» списка — действительно плохие? Что я потеряю, если от него откажусь? С чем я боюсь встретиться? Зачем я так сильно стремлюсь быть хорошим? Что мне это дает? Насколько я могу позволить «плохость»?

• Как я могу использовать каждое из качеств «плохого» списка себе на благо? Куда я могу его привнести? Какой ресурс я могу из этого качества взять? Например, тень может придать легкости работе, установить прочные границы в общении с родственниками, увереннее вести финансовые дела.

• Для развития амбивалентного мышления вспомните ситуации, когда вам казалось, что правильное решение одно, но совершенно непонятно, откуда взялось второе, неправильное, и почему оно настолько же сильное. Пообещайте себе не отбрасывать непонятное и неправильное, а прислушаться к внутреннему голосу — вас ждут интересные открытия, каждое из которых будет расширять пространство вашей внутренней свободы.

Шаг 12. Принять отвергнутую часть.

Запишите и проговорите вслух фразу: «Я принимаю в себе часть, которая… (подставляйте то качество или проявление, которое вас сильно в себе не устраивает)».

Например:

«Я принимаю в себе часть, которая ведет себя по-детски».

«Я принимаю в себе часть, которая может устроить скандал на ровном месте».

Затем видоизменяйте эту фразу, меняя глагол в начале предложения:

«Я хочу иметь в себе часть, которая…»

«Я разрешаю себе проявлять часть, которая…»

«Для меня естественно обладать частью, которая…»

«Я заслуживаю того, чтобы иметь в себе часть, которая…»

Можно проговорить этот опыт с человеком, которому вы доверяете.

Рассказать ему о той части себя, которую вы в себе обнаружили и теперь намерены принять.

Объясните, для чего это важно.

Шаг 13. Выслеживать тень.

С этого шага я предлагаю наблюдать за своими теневыми проявлениями. Суть самонаблюдения состоит в том, чтобы продолжать вести привычный образ жизни, не пытаясь в нем специально что-либо изменить, но по мере сил следить, не всплывет ли само собой какое-то из теневых качеств.

По мере освоения этого навыка можно добавить дополнительный вектор — выслеживание механизма подавления.

Так мы нарабатываем осознание, необходимое для дальнейших перемен.

Шаг 14. Распознать тень в других.

1. Подумайте о тех, кто вас эмоционально задевает, вызывает резко негативные эмоции: раздражение, злость, обиду, страх, ненависть, отвращение. Необязательно это тот, кого вы знаете лично. Это может быть просто некий отвратительный для вас образ.

2. Поразмышляйте, почему он вас бесит, что такого неприемлемого в нем? Возможно, вам не нравится образ человека в целом, вам с ним некомфортно. Вам хочется его критиковать, или вы чувствуете укол зависти по отношению к этому персонажу. Может быть, это тот, кто вас сильно разочаровал или причинил боль.

3. Выпишите на бумагу свойства людей, которые вызывают наибольшее отторжение.

Записывайте сначала все, что идет в голову, подряд, без фильтров.

Это могут быть внутренние качества, черты характера, внешности, речевые особенности, внешние проявления.

Если вы пишете конкретные поступки, постарайтесь назвать одно-два качества, из-за которых, на ваш взгляд, человек может себя так вести. Например:

«Раздражает, что муж разбрасывает свои носки по всему дому. Свойство — неаккуратность».

«Не могу, когда мама лезет с советами и учит меня жизни. Свойство — назидательность».

«Ненавижу бродяг, которым дают денег на улице, которые привыкли получать все даром, хотя на самом деле они могли бы пойти работать. Свойство — хитрость, давление на жалость».

«Выводят из себя женщины, которые живут за счет мужчин. Свойство — меркантильность».

«Ненавижу девиц, которые болтают всякую ерунду. Свойства — глупость и беспечность».

Пунктов может быть сколько угодно. Напишите все, что для вас актуально, что больше всего цепляет в общении с людьми.

Посмотрите на получившийся список свойств и качеств. Это ваша тень, отторгнутая часть. Мы склонны проецировать то, что нам не нравится в себе, на других. Все те черты, которые вы признали плохими и отреклись от них, — есть и у вас. В других людях они беспокоят нас, потому что подсознание распознает их в качестве вредоносных, но в то же время как знакомых, некогда ему присущих.

Шаг 15. Определить контекст.

Задайте себе вопрос: существуют ли такие моменты и жизненные ситуации, когда качества из шага 1 могут быть полезными?

Например, есть неприемлемое для меня качество — жестокость, грубость. Конечно, в спокойной обстановке я никогда не ударю и грубо не оттолкну другого человека. Но что, если на меня нападет бандит и моя жизнь окажется под угрозой? А хитрость и способность давить на жалость, которые я отвергаю, разве не могут в данном случае быть спасительными?

Контекст важен, и в зависимости от ситуации мы можем действовать по-разному.

Женщина узнала, что подруга просит деньги у пожилых родителей, ее это доводит до белого каления. Ей тоже нужна помощь, она лишилась работы, пока ищет новую, а попросить денег у того, у кого они есть, ей и в голову не приходит. Но ведь просить в данной ситуации уместно и даже необходимо.

Шаг 16. Реверсия проекции.

Следующая порция вопросов самому себе нужна для того, чтобы развернуть проекцию на себя и присвоить себе позицию авторства.

• Где я проявляю эти качества (из шага 1), но стараюсь этого не замечать?

• Где я совершаю те же поступки, но ругаю себя за это?

• Где и когда я делал / думал / проявлялся аналогичным образом, но запретил себе это? Что случилось, когда это в итоге произошло? Что я чувствовал? Что думал?

• Чем это качество так пугает? Чего я так боюсь лишиться, если проявлю это качество?

Шаг 17. Увидеть ограничения.

Ответьте на вопрос: «Что я не сделал бы в этой жизни в здравом уме ни за какие плюшки? Вот никогда и ни за что».

Вопрос непростой, но помогает найти границы того, что вы можете и умеете, и того, что выходит за ваши рамки, что может вас научить чему-то более серьезному, нешаблонному. Он поможет определить ваши непроработанные стороны и слабости.

Например, я никогда не стану увеличивать губы.

• Почему?

• Потому что буду выглядеть как инстаграмные блогерши.

• А выглядеть как инстаграмные блогерши — это как?

• Наигранно, вычурно, фальшиво, демонстративно, неумно и прочее.

В этом месте выявляется ряд ограничивающих убеждений, которые не дают человеку расширить горизонт своего мышления. А ригидность мышления — предпосылка для накопления тени.

Шаг 18. Снизить градус.

За подавление негативных качеств отвечает преувеличение, которое и делает их негативными. Однако эту логику можно исправить, снизив градус проявленности качества, и тем самым немного ослабить внутреннее напряжение. Например, влюбчивость может быть чувствительностью, вранье — целенаправленной дезинформацией, педантичность — пунктуальностью, аккуратностью.

Запишите рядом с неприемлемым для вас свойством черту с тем же значением, но на градус ниже:

Назойливость — настойчивость.

Капризность — избирательность, чувствительность.

Бесшабашность — готовность к новому и неизвестному.

Властолюбие — амбициозность.

И далее по вашему списку.

Шаг 19. Чистосердечное признание.

С юмором и напускной серьезностью напишите «официальное» письмо о признании себя виновным в каком-то «плохом» проявлении. Постарайтесь сделать это с максимальным драматизмом:

«Я разоблачен. Я больше не могу скрываться. Я ужасный человек. Моя лень перешла все границы».

«Я плохая мать. Я монстр, что бесконечно истязает своего ребенка развивашками».

Вы можете признаться во всех грехах.

Это смешное, но эффективное упражнение. «В ужасности есть честность. Есть свобода. И есть прекрасное ощущение, что не нужно притворяться лучше, чем ты есть на самом деле. Это здорово помогает регулировать агрессию, безразличие, ехидство, а также изрядную кучу грехов: у них есть законное место, и за ними там легче присматривать»[34].

Что изменится, если вы признаете себя ужасным человеком?

От чего это вас освободит? Что позволит?

Шаг 20. На раскопках золота тени.

Напишите черты, качества, свойства, которые вам нравятся в близких, друзьях, знакомых, людях из прошлого или даже незнакомцах. Возможно, каким-то чертам вы даже завидуете.

Посмотрите на этот список. Черты, которые вам нравятся, могут быть вашими скрытыми чертами, которые у вас уже есть, но проявляются редко.

Поздравляю, вы добрались до золота тени!

Шаг 21. Ролевая модель.

Представьте себе человека своего пола, максимально для вас приятного и привлекательного, с которым вы хотели бы дружить и быть на него похожим. Это ваш идеал. Ваш кумир. Недосягаемая высота. Вы чувствуете по отношению к нему восхищение и благоговение.

Опишите этот образ подробно. Что вам в нем нравится?

Это ваше идеальное «я» — то, каким вы хотите быть. То, каким, по вашему мнению, быть хорошо и правильно.

Отличие между этим образом и вами приводит многих к самобичеванию и депрессивному состоянию. Вместо этого я предлагаю сделать этот образ своей ролевой моделью. Работать с ней, конструировать новые ролевые опыты мы будем в восьмой главе, а сейчас просто попробуйте ненадолго побыть ею, вести себя, говорить, двигаться как она.

Почувствуйте энергию, которая есть в этом образе. Это упражнение расширяет наш туннель реальности и прокачивает пул знаний о себе.

Шаг 22. Позволить проявиться.

Предлагаю сознательно проявлять те качества, которые у вас оказались под строгим запретом. Этот когнитивный метод разработал австрийский психиатр Виктор Франкл и назвал его «парадоксальной интенцией». Суть его в том, чтобы предпринять противоречивую попытку возжелать то, чего вы больше всего боитесь, осуществить наиболее пугающее действие.

Вы осуждаете тех, кто опаздывает? Вот вам задание: опоздать на какое-либо мероприятие. Опоздать во что бы то ни стало.

Вы в бешенстве от тех, кто бросает работу на полпути и переключается на другие занятия? Начните сегодня какое-либо дело и не завершите его. Просто поставьте таймер и в определенное время перестаньте делать что-либо в этом направлении.

Вы всю жизнь трудитесь, поэтому порицаете лентяев и тунеядцев? Срочно завтра лентяйничайте на работе. Усилием воли заставьте себя ничего не делать и увиливать от дел и ответственности.

Притворитесь, что у вас эти качества есть и вы ведете себя так, будто лень, разгильдяйство, пофигизм и тунеядство — это вовсе не плохо, а очень даже нормально.

Как думаете, какой была бы ваша жизнь, если бы вы позволяли проявиться этим качествам? Что изменилось бы?

Вероятно, жизнь стала бы намного легче, если бы вы перестали расписывать каждый свой день по минутам и наполнять каждую из них полезными занятиями.

Скорее всего, вы позволили бы себе чаще отдыхать, перестали себя подгонять и поладили со своим внутренним критиком.

Шаг 23. Поднять градус.

Этот шаг похож на шаг 2. Только сейчас, наоборот, я предлагаю рассмотреть плохую сторону хороших качеств:

Гибкость — двойственность.

Мягкость — беспринципность.

Артистичность — демонстративность и прочее.

Представьте, как трудно человеку бывает с обратной стороной его добродетели. Проделывайте упражнение, как только почувствовали, что какое-то качество в человеке кажется вам абсолютно хорошим и вызывает зависть.

В эту игру «снизить / поднять градус» можно играть до тех пор, пока не начнете ловить себя на неспособности однозначно рассудить, какое качество плохое, а какое хорошее.

Из такого состояния уже гораздо проще позволить себе проявлять свою тень.

Шаг 24. Я могу.

Возьмите свой список из шага 1. Перефразируйте и запишите рядом ваши высказывания так, чтобы они относились лично к вам и начинались со слов «Я могу…».

Например:

«Я могу разбрасывать свои носки по всему дому».

«Я могу лезть к людям с советами и учить их жизни».

«Я могу вызывать жалость, хотя на самом деле ее не заслуживаю».

«Я могу брать деньги у мужчин».

Теперь самый важный момент. Вам нужно прочитать получившийся второй список вслух с чувством, с толком, расстановкой, чтобы отследить, что происходит с вами. Какие эмоции возникают? С чем вы готовы согласиться и принять на свой счет? Есть ли где-то сильный протест?

С некоторыми словами вы легко сможете согласиться. Возможно, удивиться, но согласиться. Например, что вы действительно можете кого-то учить жизни. Какие-то фразы вызовут смех. «Я — и разбрасывать носки? Ха-ха, представляю, что это будет!» На какие-то фразы возникнут сильные протестные эмоции. В таком случае знайте: они больше остальных нуждаются в вашем внимании.

Некоторые вещи прозвучат действительно страшно, например для независимой женщины фраза: «Я могу жить за счет мужчины». «Нет, не будет этого никогда! Это уму непостижимо! Я же самостоятельный взрослый человек, а не содержанка!»

Произнесите эту фразу еще раз. Некоторые вещи порой даже сказать сложно, но это просто слова. Когда вы говорите себе «Я могу…» — это не означает ваше реальное намерение, это значит, что вы даете себе право на варианты решений, позволяете не застревать на ригидном шаблоне мыслей и поведения. Проговаривая нечто, несвойственное вам, вы расширяете свои границы.

Шаг 25. Не оценивать.

Мы судим и порицаем человека за те же грехи, в которых сами грешны. Давайте отказываться от роли судьи. Для начала предлагаю учиться отмечать моменты, когда начинаем сканировать человека, находить изъяны и ставить ему оценки. Учиться быть внимательным и отзывчивым к маленьким, невидимым глазу переменам, происходящим в теле, когда мы выносим суждение.

Что вы чувствуете в этот момент — защищенность, довольство собой, злобу или свое превосходство? Критикуя других, чувствуете ли вы себя больше или лучше? Или, быть может, поймав себя на критике, вы сразу же чувствуете себя ничтожным и виноватым и все сжимается в груди? Наверняка вам доводилось испытывать оба эти ощущения.

Тренировать безоценочное суждение помогает такой способ: концентрируйтесь на личности человека, который вас задевает. Фантазируйте, какие у него дети, живы ли родители, где он работает, о чем он думает, мечтает, чем болеет и пр. Изучайте людей, которых хочется обесценить, кого вы высмеиваете, к кому относитесь высокомерно.

Например, вы насмехаетесь над «сладкой парочкой» ваших знакомых — воркующими голубками, которые держатся за ручку, постоянно обнимаются и никогда не расстаются. Присмотритесь к ним. Из чего состоит их жизнь? Чем она наполнена? Подумайте над тем, как выстроен их стиль жизни, семейный уклад, способ мышления, мировоззрение. Так ли уж они отличаются от вас?

Шаг 26. Теневые партнеры.

Найдите в своей жизни людей, которые, по вашему мнению, что-то вам запрещают: быть сексуальной, свободной, красивой, творческой, успешной, живой, в конце концов. Если бы не они, то вы бы уже давно ух как развернулись!..

И все-таки…

Что именно вы бы делали, если бы не они?

Чем прямо сегодня занялись?

Что реализовали?

На что бы решились?

А теперь вспомните, в какой момент, при каких обстоятельствах и с какой целью вы стали ограничивать себя в этом?

Часть II. Интеграция тени. Как превратить тень в силу

Изменение происходит тогда, когда человек становится тем, кто он есть, а не тогда, когда он старается быть тем, кем не является.

А. Бейссер. Парадоксальная теория изменений

Глава 6. Сделать тень управляемой

В первой части книги мы знакомились со своей тенью: обращали внимание на эмоциональные прорывы и импульсивные поступки, которые в целом для нас не характерны, на сильные эмоциональные реакции по отношению к другим, на конфликты с близкими. Мы обнаруживали вытесненные чувства, эмоции, личные качества и освобождали их. Мы учились разворачивать проекцию, присваивать себе свои теневые качества и превращать их в ресурс, то есть находить применение своей тени в разных областях жизни. Мы пытались сделать полезным качество, которое отвергали. Мы двигались от полной внутренней тьмы к моменту, когда ее стал подсвечивать фонарик, и открыли один за другим подавленные аспекты нашей личности. «Человек становится просветленным, не воображая образы света, а делая тьму осознанной. Последняя процедура, однако, неприятна и потому непопулярна»[35], — писал Карл Юнг. Мы пережили сопротивление, противоречивые эмоции, тревогу от неясности дальнейших перспектив.

Здесь можно было бы остановиться. Способность встретиться с тенью — уже героизм. Теперь жизнь кажется лучше, однако она все еще не включает весь наш потенциал. Пока она уступает более ответственной, но и более насыщенной жизни, которая ждет нас впереди.

В процессе любой внутренней работы есть момент, после которого не хочется возвращаться. Наоборот, усиленно хочется новой реальности. Я думаю, мы с вами достигли этой точки.

Во второй части книги мы поговорим о том, как:

• сделать тень понятной и управляемой;

• организовать жизнь так, чтобы удовлетворять психологические потребности, не нанося никому ущерба;

• жить счастливо, оставаясь собой, реализуя весь заложенный в нас набор качеств, черт характера и устремлений.

Психогигиена тени

Психогигиена — это наука о сохранении, укреплении и улучшении психического здоровья человека путем организации надлежащего режима и образа жизни. Гигиена тени как профилактика теневых срывов предполагает соблюдение четырех основных правил:

1. Правило перемирия. Прекращение войны с тенью.

2. Правило динамического равновесия. Поддержание внутреннего баланса путем создания ритуалов и расписания для тени.

3. Правило творческого выхода. Нахождение здоровых, продуктивных способов для выхода подавленных эмоций и побуждений. Сублимация и компенсация.

4. Правило окружения. Тренировка умения превентивно заявлять о себе так, чтобы окружающие сразу понимали, с кем имеют дело.

Правило перемирия

Раньше нам казалось, что люди наделены разными чертами характера: есть трудолюбивые, а есть не очень; есть бестактные, а есть воспитанные, тактичные; есть системные, а есть хаотики.

Теперь мы знаем, что каждая черта личности так или иначе находит отражение в нашем поведении: если не в положительном, то в негативном либо гипертрофированном виде. Я предлагаю заключить с отвергаемыми качествами перемирие. Нет смысла воевать с этими теневыми перевертышами — нужно видеть не аномалию, которую следует искоренить, а свойство или способность, в ней спрятанные. Рекомендую использовать технику, которая называется «Переворот». Покажу, как она работает, на примере двух кейсов.

Ю., 24 года:

Я, похоже, не создан для работы в системе. Родители устроили меня после универа в хорошую организацию, а я «не вывожу». Потерял документы, не смог сдать отчет в срок, так еще и утреннее собрание проспал на прошлой неделе. Правильно мама всегда мне говорила, что я разгильдяй…

У Ю. сформировался негативный концепт своего образа — «разгильдяйство».

Вот пример вопросов к нему в технике «Переворот»:

— Назови противоположность разгильдяйству (переворот 1).

— Собранность, наверное.

— Какими действиями будет проявляться противоположность? Что делает собранный человек?

— Для подстраховки ставит два будильника. Встает раньше, планирует утро, приходит, как и все, на собрание вовремя. Сдает отчет в срок. Внимательно следит за документами.

— Попробуй описать, что будет, если эти действия осуществлять слишком интенсивно, чрезмерно?

— Ставить три будильника. Вставать намного раньше, приходить заранее. Сдавать отчет первым. С документов глаз не спускать.

— А давай еще интенсивнее, сможешь?

— Вообще не спать, чтобы не проспать. Не кушать, не отдыхать, чтобы сдать проект первым. Каждый час перебирать документы и проверять их сохранность.

— Как бы ты назвал качества человека, который так живет?

— Зацикленный, одержимый, контролирующий.

— А теперь назови противоположную черту (переворот 2).

— Расслабленный.

— Смотри, мы нашли твою потерянную ценность. Давай поместим ее в нашу реальную ситуацию. Как повел бы себя расслабленный человек в твоей ситуации?

— Он встал бы вовремя, может, потому, что лег бы тоже вовремя. У него было бы с десяток минут поваляться в кровати, неспешно позавтракать. Спокойно оделся бы и отправился на собрание. В случае опоздания — просто предупредил бы. Отчет делал бы в свое удовольствие, попивая вкусный кофе. Я, кстати, люблю работать с аналитикой…

— Выглядит ли то, что ты описал, как разгильдяйство?

— Да нет, это больше похоже на гедонизм, радость и наслаждение жизнью.

В детстве Ю. запрещали быть расслабленным, это качество порицалось. На отдых и удовольствия наложили табу, назвав это разгильдяйством. Чем меньше проявлялась ценность «расслабленность», тем больший эмоциональный заряд получало противоположное проявление. Цель «Переворота» — поменять состояние человека, показать ценностное содержание неприемлемого качества.

Е., 36 лет:

После 15 лет скучного брака с молчаливыми домашними вечерами я развелась и теперь веду себя как падшая женщина. Как крышу сорвало: стала ярко краситься, ходить в ночные клубы, грязно флиртовать и, что самое ужасное, позволять себе интим на первом свидании. А вчера я купила себе блузку с глубоким декольте и леопардовым принтом…

Пример вопросов к ней в технике «Переворот»:

— Назовите противоположность концепту «падшая женщина».

— Приличная, достойная.

— Какими действиями будет проявляться противоположность? Как ведет себя приличная, достойная женщина?

— Скромно одета, неброский макияж. Не ведет себя демонстративно перед мужчинами. Вырезы неглубокие. Дает понять, что она недоступна на первой встрече.

— Что будет происходить, если действия этого концепта осуществлять слишком интенсивно, чрезмерно? Пофантазируйте.

— Носить темную мешковатую одежду. Наглухо закрывать все части тела. Не ухаживать за собой. Сторониться мужчин. Изолировать себя от них.

— Дайте название такому явлению.

— Монашки так живут…

— Назовите противоположность монашке.

— Светская дама.

— Светская дама, как я понимаю, это не затворница, это женщина, которая ведет активный культурный образ жизни, посещает различные мероприятия. Давайте поместим эту ценность в изначальный контекст. Как проявляется вовне светская дама? Как она выглядит, что она делает?

— Она ухоженная. Носит яркую, стильную одежду. Макияж — обязательно, парфюм тоже. Мужчина для нее — интересный собеседник, он может быть коллегой, товарищем, просто сексуальным партнером. Она может с ним флиртовать, играть-заигрывать, дружить и веселиться.

— Если эти действия проявлять чрезмерно, будет ли женщина выглядеть падшей?

— Наоборот, наверное, все будут говорить: какая уверенная в себе, раскрепощенная, сексуальная женщина, мне б такую.

Мы видим ценность, которую Е. запретила себе в замужестве и продолжает запрещать после развода. И чем больше отделяется эта ценность, тем ниже самооценка.

Практика

Подумайте, какую ценность вы отвергаете?

Как ее можно вернуть? Как называется то сильное начало, которое вы отвергли, а оно теперь по праву требует внимания и стучится к нам через тень?

Как с этим жить и принимать в себе это?

Вот помогающие фразы для заключения перемирия:

«Я прекращаю войну внутри себя. Я позволяю себе то, на что был наложен запрет. Я решаюсь проявляться и чувствую, что мне можно».

«С исчезновением ограничений я отныне обретаю больше возможностей влиять на свою жизнь. Это мой выбор и риски, на которые я иду. Я получаю то, на что претендую, испытывая гордость и удовлетворение. Это удовольствие не от оценки, а от расширения себя и большей опоры на свои способности».

Истинное «я» целостно. Его невозможно найти, наращивая и оттачивая одобряемые роли, воюя с качествами, которые принято называть негативными. Если мы найдем способ договориться с нашей тенью и позволим ей жить в нашей сознательной личности, а не подавлять ее, то мы не только обретем более надежное чувство самоценности, но и больше знаний о том, чем являемся на самом деле.

Правило динамического равновесия

Мы постоянно балансируем, как канатоходцы. Нас смещает в одну сторону — мы выравниваемся, чтобы следующий миг направил нас в другую. Мы интуитивно стремимся к балансу в теле, многое делаем автоматически: много сидели — надо погулять, много говорили — надо помолчать, были в холоде — надо согреться, много ели — надо поголодать. Эмоциональный баланс мы восстанавливаем так же неосознанно: получили много — можно отдать, поделиться; копили — потратить, держали аскезу — позволить больше удовольствий, витали в облаках — заземлиться, например пересадить цветок, помыть посуду — не на автомате, улетая мыслями в прошлое или будущее, а концентрируясь на «здесь и сейчас».

Мы постоянно покачиваемся — из штиля в бурю и обратно. Все мы знаем примеры, как человек редуцируется до минимума или уходит в штопор максимума. Когда мы слишком ушли в «правильность», это значит, мы отклонились от срединного пути, а крайности всегда приводят к резкому прорыву тени.

В буддийской традиции есть истории о том, как учитель вынуждал ученика-брахмана делать что-либо неправильное с формальной стороны, например пить из придорожной канавы или жечь сутры. Эти неправильные действия использовались для уравнивания в человеке крайностей — крайней «правильности» и крайней «неправильности».

Для профилактики тени важно:

Определить процессы, которые мы маркируем внутри себя как хорошие, благородные, достойные, правильные.

Фиксировать, когда мы зацикливаемся на этих процессах и состояниях, и непрерывно отслеживать свои текущие переживания.

Совершать противоположные действия.

Как-то раз я повела шестилетнюю дочку на детский праздник. Народу много, вокруг шумно и суетливо. Дети, разумеется, вели себя совершенно невыносимо, испытывая каждую минуту взрослых на прочность. Я весь вечер проявляла вселенское терпение, нацепив маску радостной мамы, была крайне обходительна и учтива. Как только мы уехали с праздника, я вздохнула с нескрываемым облегчением. Не успев «отойти», я отправилась сдавать налоговую декларацию и стала так неистово громко и настойчиво спорить с бухгалтером, будто дело касалось жизни и смерти. Окружающие молча осуждали меня, да и я сама понимала, что меня занесло.

Сразу после праздника я думала, что сохраняю равновесие, что моя дневная маска все еще сильна, но на самом деле на сцену уже вышла тень. Я слила теневое на ни в чем не повинную женщину. Я не должна была упускать из внимания способность тени быстро прорываться на других. Глупо и неловко получилось.

Что я могла сделать? Совершить какие-то не слишком заметные, но осознанные компенсаторные поступки до того, как это произошло. Я могла уединиться в машине и поплакать, порычать, поскулить — выразить эмоции. Я могла взять диктофон и проговорить словами все, что чувствую, чтобы восстановить связь с собой. Я могла поприседать или попрыгать — любым образом завершить цикл стресса и перейти в осознавание. Наконец, после детского праздника я могла на десять минут зайти в кофейню, угостить себя десертом в уютной обстановке, выплатив себе таким образом моральную компенсацию, поощрение за благородство и выдержку. Еще я могла сознательно уравновесить свое поведение каким-то неверным (образно говоря, «левым») поступком. Поскольку я долго контролировала себя, мне следовало пойти в какую-то бесконтрольную область, например купить лотерейный билет. Я долго слушала «утипусечную» утрированную речь, предназначенную для детских ушей, поэтому можно было прочитать или посмотреть треш-новости, расстроить себя грязным потоком информации.

Вот как это делают мои клиентки:

«Я слишком долго была хорошей мамой, поэтому на корпоративе для профилактики прорыва тени буду плохой девочкой».

«Я долго была в процессе, так что сделаю то, где виден результат (вымою квадратный метр пола). Создам маленькую победу хотя бы на символическом уровне (куплю себе шоколадную медаль)».

«Я мастерски терпела пресный разговор — позволю себе написать острый пост».

«Я держала лицо перед всем коллективом — покорчу гримасы дома с ребенком».

«Я была отличной хозяйкой, обслуживала гостей — устрою завтра день ухода за собой» и т. п.

Проявить уважение к теневой стороне личности — значит найти символическую деятельность, чтобы вернуться в состояние равновесия. Иногда это означает даже стать столь же деструктивным, как и созидающим, столь же темным, как и светлым.

В природе есть разрушительные силы, а есть созидательные, баланс заложен изначально. Когда человек застревает на созидательной стороне, он бессознательно провоцирует поступки, которые приводят к разрушению тела и сознания. Ищет психологически сложные жизненные ситуации, травмируется о них, удовлетворяя таким образом свою потребность в кризисе. Как писал Сёрен Кьеркегор, «нечистая совесть может внести в жизнь некоторый интерес и оживление»[36].

Что требуется сделать в таких случаях? Включить сознание и начать влезать в сложности и деструктивность осознанно, через тело. Можно поесть вредную пищу, можно выйти в токсичное общество и насобирать негатива, чтобы правильно его использовать. Можно создать себе осознанные финансовые риски. Речь не об излишествах, а о компенсаторных мерах. Конечно, каждая ситуация требует изучения контекста и деталей. Однако само понимание легитимного саморазрушения дает свободу и силы.

Приведу пример, как несоблюдение правила равновесия влияет на нашу жизнь. У одной моей клиентки в жизни все хорошо и правильно. Она любимая жена, мать, ответственная сотрудница, постоянно развивается и стремится к личностному росту. Дома порядок, дети отличники, никаких вредных привычек, спорт и правильное питание — идеальная картинка. В какой-то момент у нее начались комплексные проблемы с зубами и деснами. Казалось бы, типичные симптомы для людей среднего возраста. Все болеют. Но у женщины было непропорционально много тревоги. «Разве может у меня быть что-то неидеальным и неправильным? Если я идеальна — мое тело и здоровье тоже должны быть идеальны», — считает она. Женщина ходит по врачам, лечится, но проблемы не уходят.

Когда наша жизнь становится отфильтрованной, мы начинаем искать психологически сложные жизненные ситуации, удовлетворяя таким образом свою потребность в некой шероховатости. В данном случае включилась компенсаторная роль психики — теневое прорвалось через панические мысли о собственном нездоровье. Здесь способ поддерживать динамическое равновесие — антисовершенствование и работа со стремлением к идеальности.

Важно удерживать себя в равновесии, как кораблик в апрельской луже. Если мы будем реагировать недостаточно быстро, то завалимся в одну из сторон. Если суетиться и реагировать чаще, чем нужно, — жизнь будет сплошным дерганьем. «Если поймать верный ритм, это будет как хороший секс с судьбой. Но он тоже сменяется покоем и новым движением, так что музыка будет вечной»[37].

Практика

Задание по формулировке очень простое, но трудное для исполнения. Когда ваша тень долго спит, а маска трудится не покладая рук, попробуйте осознанно нарушить какое-либо незыблемое правило вашей жизни, которое поддерживает ваше чувство «хорошести», правильности. Сделайте то, что могло бы его уравновесить, например опоздайте на работу. Это так же тяжело, как отличнику намеренно ответить плохо на уроке. Троечнику, чтобы получить пятерку, достаточно собраться один раз и сделать дело. А вот каково «светлой голове», гордости класса переступить через себя и ответить посредственно? Суметь надо!

Наблюдайте за своими чувствами. Какие эмоции возникли у вас до, во время и после выполнения упражнения?

Практикуйте его для внутреннего уравновешивания каждый раз, когда отклоняетесь от середины.

Правило творческого выхода

Как мы можем не подавлять свои проявления, а выражать тень здоровым способом? С помощью сублимации. Это процесс, благодаря которому мы преобразуем в социально-приемлемую форму сексуальность, агрессию и другие часто вытесняемые импульсы или инстинкты.

Творчество — здоровый способ выпустить тень. Мы не рассматриваем творческие порывы как хорошие или плохие, достойные или не очень (например, играть на ханге — тренд, а вот вышивать крестиком уже не модно). Любое творчество полезно, если оно запускает активную внутреннюю работу и переводит теневой импульс в образование более высокого порядка.

Занимаясь наукой, искусством, человек непроизвольно меняет курс влечения с сексуальной цели на несексуальную — дружбу, сотрудничество; занимаясь спортом — перерабатывает свой гнев через спортивную злость. Агрессия может выражаться в конкуренции: в контактных видах спорта, в духе соревновательности. В публичной деятельности можно отыграть демонстративные, нарциссические проявления.

Мрачная, мерзкая и неудобная мысль способна стать источником вдохновения. Мы можем превращать деструктивные идеи в топливо для умственного и эмоционального развития, выражать любовь, ненависть, зависть, желание мести через текст и препятствия главного героя. Авторы избывают свою боль и тоску, отыгрывая их в сюжетах и в персонажах. Новая идея, новый поворот в тексте — это выход из тупика, из сумрака, в котором можно сидеть вечность.

Среди наиболее доступных форм сублимации можно назвать психотерапию. Общение с психологом побуждает к рефлексии — здесь на смену бездумным действиям приходят воображение и язык. В терапии человек узнает и принимает себя в своих самых возмутительных желаниях, без попыток каждый раз вытеснять их, а затем преобразует их в новую, более экологичную форму.

Практика

Какие свои качества и потребности вам удается реализовать в профессии и в общении с другими людьми? А какие остаются нереализованными?

Что вы думаете о своей зависти, ненависти, агрессии? Можно ли выразить их непрямым способом?

Может ли что-то вас по-настоящему увлечь?

Хотели бы вы делиться этим с окружающими?

Правило окружения

Путь выбора окружения условно такой: от незнания себя и тех, кто вокруг, через ложных друзей и партнеров — к четкому видению «своих» и согласию с этим.

Что можно делать для развития осознанности в выборе окружения:

1. Чаще снимать маску. Начиная притворяться, каждый раз спрашивайте себя:

•Почему я решил, что должен быть именно таким?

•Насколько эти требования актуальны для меня сейчас?

•Могу ли я проявиться весь? Что страшного случится, если я это сделаю?

1. Окружать себя людьми, с которыми можно быть собой, целенаправленно создавать ситуации, где это возможно. Поэтесса и визионер Светлана Лаврентьева пишет о «своих» как о тех, «кто пахнет так же, рычит на тех же частотах, кто одинаков с тобой по породе, духу и силе». Сам факт, что в мире есть похожие на нас люди, лечит голову и сердце. Именно они говорят нам: «Так можно». Наша задача — найти их, чтобы посмотреть на свои настройки со стороны. Получить доступ через сопричастность. Неважно, короткая это встреча или глубокая дружба.

3. Перестать иметь дело с людьми в злокачественной маске, постепенно отходить от подобной компании. Чем нейтральнее ваша тень, тем быстрее наступит этот момент. Если после проработки тени вы слишком часто будете контактировать с людьми, которые постоянно «играют», механизм вытеснения тени вернется и к вам.

4. Опережать тень: превентивно заявлять о себе так, чтобы окружающие сразу понимали, с кем имеют дело. Для этого мы можем презентовать свои теневые стороны на начальных этапах коммуникации:

«Я кажусь безразличной и поверхностной, но внутри я всегда очень долго перевариваю каждый разговор. Поэтому после встреч буду пропадать из виду на день-два».

«Я бываю высокомерной. Когда увидите, что во мне включился снобизм, дайте знать».

Ко мне приходят молодые пары, и в рамках работы с тенью я организую им своеобразный ритуал обмена «теневыми клятвами». Например, партнер обращается к девушке со словами: «Я буду играть в демократию, но во мне навсегда останется желание быть главным и доминировать. Часто это будет проявляться… (таким-то образом)».

Девушка может сказать: «Я буду послушной и мягкой, но на самом деле у меня все должно быть подконтрольно, особенно финансовые вопросы. И в случае разрыва сохранять дружеские отношения я не стану».

Пара может от души посмеяться над своими тенями, зная, что в процессе отношений неизбежно возникнут подобные ситуации. Таким образом партнеры забегают вперед в этой игре, признавая свою тень, срывая с себя маску.

Конечно, вы можете тревожиться, что ваша тень испугает людей или оттолкнет. Но если это базовая, несущая конструкция, вы не можете ее отменить. Для тех, кто взаимодействует с вами через фильтры, ваша суть, наверное, станет неприятным откровением. Однако на их место придут те, кому нужны именно эти качества, — и получится взаимовыгодный обмен.

Сегментируйте свою целевую аудиторию, не переживая, что никого не останется. Не бойтесь распугать окружающих.

Наши нас найдут.

Практика: права тени

Это упражнение полезно тем, кто хочет улучшить коммуникацию с партнерами, согласовать взаимную активность с другими людьми, прежде всего проинформировав о своих теневых сторонах, а также о способах их прорыва.

1. Запишите свои наиболее частые теневые прорывы в первые два столбца.

2. Дайте партнеру или близким, с кем вы живете, заполнить оставшуюся часть таблицы. Пусть они распределят по колонкам «Да», «Нет» или «Возможно» допустимую для них версию ваших проявлений, слов, выражений, эмоций. Пусть они также заполнят столбик с примечаниями.

3. Вместе обсудите итоги заполнения таблицы, чтобы понять, как может проявляться ваша тень, не задевая интересов партнера.

Это не обязательство и не согласие на что-либо, а способ взять под разумный контроль свои теневые проявления. Список можно пересматривать сколько угодно раз.

Теперь нам можно все. Вопрос в намерениях и ответственности.

Ритуалы

Сколько всего деструктивного мы могли бы избежать, если бы дали право голоса своей тени и позволили ей ритуально проявить себя. Ритуалы позволяют проигрывать наши страхи или устремления на символическом уровне. Народные обряды всегда работали на «сброс» коллективной тени. Они традиционно включали в себя разрушения: жертвоприношения, сжигание на костре, кровопускание, пост и сексуальное воздержание.

Ритуал — это осознанный перенос эмоции на подходящий для этого вид деятельности. В основе движущего механизма — компенсация, возмещение. Психика не понимает разницы между внешним и внутренним действием, и отыграть теневую эмоцию можно любым подходящим именно вам способом: чтением желтой прессы, новостных СМИ с известиями о бедах, преступлениях и ужасах, прослушиванием «тяжелой» музыки. Вы замечали, что большие бородатые любители хеви-метал, которые рычат хриплыми голосами, в жизни милые и приветливые? Все свое напряжение они спускают через страшное пение.

Видеоигры тоже дают компенсацию, причем не только гнева или злости, с которыми раньше ассоциировали игры. Сегодня игры с иммерсивными сюжетами, допускающие участие игрока, позволяют прожить романтические сюжеты и истории, связанные с несправедливостью, одиночеством, стыдом и чувством вины.

Тень противоположна порядку. Чтобы ориентироваться в мире, наше сознание пытается все упорядочить. Чем меньше в жизни порядка, тем больше места и возможности для проявления тени. Довольно часто, когда в жизни вообще нет порядка, можно говорить об одержимости тенью.

Вот почему необходимо сделать тень частью жизни. Создайте для нее расписание — определите время и место, когда она может проявляться. Какую страницу ежедневника вы выделите для тени? Пятница? Выходные? Каждый понедельник? Полнолуние? Помните, даже Лукашин, скромный и робкий холостяк, регулярно выводил свою тень погулять: «Каждый год 31 декабря мы с друзьями ходим в баню».

Иногда стоит устраивать себе детокс-день[38] — посвятить время очистке от ненужных, лишних, чрезмерных масок.

Для детокса важно:

1. Отпустить контроль над своим поведением.

2. Делать только то, что хочется, и так, как именно хочется.

3. Исключить «фильтрование» мыслей, слов, поступков, стать абсолютно естественным в своих проявлениях. Смотреть в свои неприятные черты, принимать их. Дать возможность тени таким образом почувствовать свободу.

Сначала будет страшно, как, например, страшно отпустить контроль за пищевым поведением, потому что кажется, что стоит только позволить телу, и оно начнет беспрестанно объедаться. Мы думаем: дай тени слабину — и она наделает дел. Возможно, первое время так и будет. Тень будет насыщаться, чтобы убедиться, что это не временно и что дефицит не вернется. Но если продолжать своим вытесненным проявлениям давать право быть, то и внутренний «жор» вскоре утихнет. Каждому из нас важно найти ритуальный способ вывести накопившуюся агрессию, а также создать расписание, по которому наша тень будет регулярно «кормиться». Благодаря этому мы сможем «трепетать от ужаса, который в нас вселяется, и получать искупление благодаря уравновешивающему воздействию»[39].

Глава 7. Высший пилотаж. Как пользоваться благами своей тени

В прошлой главе мы вырабатывали рутины, которые предотвращают теневые срывы. Рутины требуют от нас дисциплины, но это базовые шаги в процессе достижения большой цели. Другими словами, это те самые маленькие стейки, на которые нарезают огромного слона.

Если вы сможете выстроить свою жизнь по предложенным в этой книге практикам, то перейдете в благодатную стадию, на которой наконец окупаются инвестиции времени и усилий, которые вы вкладывали в работу с тенью. «Только когда мы можем повернуться к своим внутренним небесам и своему внутреннему аду, может возникнуть высочайшая форма творчества»[40].

И в этой точке вы наверняка захотите получить ответы на вопросы:

• Как тень помогает узнать свои способности, ограничения, приблизить нас к адекватной самооценке?

• Как увидеть благодаря тени свои точки роста и развития?

• Как тень может помочь осознать собственную уникальность среди других людей?

Мы все порой считаем себя ужасными и слабыми. Однако сила дана нам с детства, но, вместо того чтобы считать ее своей частью, мы направляем ее туда, куда выгодно другим. Нам говорят:

«Не пугай людей своими закидонами».

«Перестань кричать, стань тихим».

«Хватит кривляться, займись серьезным делом».

«Не спорь с начальством».

«Не иди против системы».

«Не ставь под сомнения прописные истины».

«Забудь про бизнес, воспитывай детей».

Забыть, как быть собой, так же легко, как после травмы не вспомнить, как поднимать руку или ногу. Я часто вижу, как люди с огромным потенциалом загоняют себя в рамки чужого удобства, проживают не свою жизнь. Как конвертируют свою силу в чужеродную активность, достигают намеченных целей, но неспособны достичь своих. Это не значит, что мы должны отказаться от масок. С помощью масок мы соотносим себя с социальным миром и отождествляемся с его ролями. Маски помогают строить внешнюю карьеру, то есть монетизировать свою социальную и профессиональную компетентность. Тень же помогает найти ответы на вопросы «кто я и для чего», инвестировать в развитие своей внутренней карьеры, то есть определить уникальный способ нашего присутствия в мире, внутреннего исполнения, воплощения себя.

Соединение масок и тени расширяет нашу компетентность, личное мастерство, дает внутренние бонусы в виде растущей жизненной силы, а также приводит нас к самости.

Самость — это глубинный центр, выражение психологической целостности. Она «выступает как принцип объединения сознательной и бессознательной частей психики и одновременно с этим обеспечивает вычленение индивида из окружающего мира»[41].

Вот что может помочь в достижении согласия между маской и тенью:

• умение жить в парадоксах;

• реализация теневых талантов;

• игровое мультифокусное мышление.

Давайте разберем каждый из этих способов по отдельности.

Жить в парадоксе

Ориентируясь на дихотомическое, то есть противоречивое, мышление, мы всегда имеем «или». В ситуации внутреннего «или» мы не готовы отказаться ни от одного из вариантов. Решением для нас отныне должен стать не выбор с помощью отказа от того или иного варианта, а поиск места, где могут соединиться потребности двух конфликтующих частей. Задайте себе вопрос: «Как я могу соединить эти две части, которые сражаются внутри меня?»

Это не механическое соединение. Это синтез, то есть объединение частей в целое на основе смысловых связей предметов / явлений.

Как мы это делаем:

1. Находим, какие глубинные потребности скрыты под имеющимся «или». Выслушиваем обе части.

2. Ищем, как можно утолить их поочередно.

3. Разрабатываем вариант, где равноценно участвуют обе части. Из этой точки приходим к ясности и пониманию, что делать.

Вот как объясняет этот механизм психолог Ирина Мальцева: «Есть известная притча про дерущихся волков. Так вот, волков не надо науськивать друг против друга. Имеет смысл выяснить, что каждый из них имеет в виду, объединить их в бодрую команду и поставить в одну упряжку. Так, небось, всякий Иван-царевич куда быстрее по лесу до Василисы доскачет».

Именно так происходит переход от противоречивого в парадоксальное мышление, когда мы можем рассматривать одновременно два противоречащих друг другу понятия / свойства / качества и считать их равнозначными.

Мы перестаем идентифицировать себя и окружающих с одной стороны дуальности. Интеграция тени позволяет нам увидеть, что мы не являемся и противоположной стороной. Наша истинная природа недвойственная.

Карл Юнг писал: «Если между двумя полюсами есть напряжение, то разрешение становится возможным тогда, когда Эго позволит существовать им обоим и создаст внутренний вакуум, в котором бессознательное может предложить творческое решение в виде нового символа. Этот символ будет предоставлять возможность для движения вперед, включая что-то от обеих противоположностей, не просто компромисс, но объединение, которое вызывает к жизни новую форму отношений с миром»[42].

Не жизнь или смерть, а жизнь благодаря смерти.

Не материальное или духовное, а духовное в материи.

Не сила или слабость. Сила в слабости и слабость в проявлении силы.

Вера или знания? Знающая вера, вера в знания.

Королева или служанка? Служащая королева.

Красота в уродливом, дьявол от Бога, созидание через разрушение — этот список можно продолжать вечно.

Самая сложная, неоднозначная дихотомия, разрешение которой и есть ключ к целостности, — свет и тень. Как можно идти к свету через темное? Может ли темнота привести к свету? Сближение — опасно, разъединение — катастрофично.

Не свет или тень. И даже не и свет, и тень.

Свет — в тени.

Теневые таланты

Теневые таланты парадоксальны. Мы думаем, что добились успеха благодаря доброте, коммуникабельности и дипломатичности, а на самом деле нам могло помочь совсем не это. Например, мы были настолько настырны и недальновидно много требовали, что нам выдавали необходимое, лишь бы не связываться. Или мы настолько зубасты, что на нас перестали нападать.

Мы думаем, что стали серьезными профессионалами в своей области, поэтому клиенты идут валом и платят нам деньги. А на самом деле мы так милы и по-детски непосредственны, что нам кто-то все время хочет дать денег. Ни за что, просто так.

Мы рассказываем истории, что смогли выжить сами благодаря трудолюбию и усердности. А на самом деле мы были не слишком-то великодушны и не отдавали свои ресурсы другим людям. Таким образом, наша тень «эгоиста» оказалась ценнейшим активом.

Социально одобряемый талант, например создавать и поддерживать системы, — это как громкий, настойчивый голос. Теневой талант ломать системы — другой: неявный, маргинальный, подпольный, нелайканный.

«Если вы попытаетесь стать всем для всех, вы быстро подорвете то, что делает вас отличным от других»[43], — сказал американский маркетолог Джек Траут.

Поразмышляйте, на чем вы чаще всего «выезжаете»? На чем в самом деле держится ваш успех? Как он устроен? Может, вы настолько болтливы, что умудряетесь в поверхностном разговоре с попутчиком найти работу своему дяде? Или ваша толстокожесть и непрошибаемость, а не техники НЛП позволили вам заслужить титул «гений переговоров»?

Важно знать свои теневые таланты и то, как они работают. Потому что, скорее всего, вы будете пользоваться ими и дальше, но если делать это осознанно, то сил будет уходить меньше, а пользы станет больше. Найти теневой талант можно, определив свою аутентичную характеристику, которая скрыта от всех, даже от нас самих.

Наша социальная и профессиональная маска находит выражение в официальном, легальном действии: учу, покупаю, ращу, помогаю, управляю, завершаю, ломаю, продаю, помогаю. Мы все выполняем какую-то функцию, но делаем это по-разному. В одной и той же ситуации один человек поступит жестко и даже жестоко, а другой — принимающе и поддерживающе. Один скажет прямо, а другой — завуалированно. Чтобы определить свой теневой талант, надо понять, что особенное вы привносите в любое дело (возможно, неправильное) и делает ли это вас собой?

Ответьте на вопросы: «Как именно я это делаю? В чем мое отличие от других?» Ответ на вопрос «как» (признак действия, чаще всего наречие, выражающее морально-этическое качество) будет являться теневым словом-отстройкой: «пишу украдкой», «лечу медленно», «исправляю азартно», «учу жестко», «покупаю беспринципно», «рассказываю громко».

Именно на стыке маски и тени обычно получаются сильные личные бренды: «ленивая мама», «поминальный король», «уролог-спелеолог», «прораб-викинг», «любопытный гинеколог», «сумбурно о вине», «медленный логопед», «удаление бородавок нежно». Тот, кто умеет демонстративно предъявлять свою тень, — отстроился, тверже стоит в профессии на ногах, и развалить его — задачка со звездочкой.

Мы ругаем себя за свои слабости, глупости, считаем себя неправильными, нелогичными, ненужными, потому что не видим свою уникальную силу, свой вектор реализации и другую пользу, скрытую от прямолинейного зрения. И наша задача — не стремиться к чему-то лучшему, а развивать внимание к тому, что у нас уже есть, учиться свое распознавать в себе.

Тень — это не неправильно. Это по-другому.

Теневые таланты не терпят предательства. Я, например, быстро определилась с внешней карьерой (что я делаю), но долго шла к пониманию внутренней (как я это делаю). Я всю жизнь учила людей и писала об этом, причем делала это, по мнению окружающих, выразительно, неистово, порой даже драматично. Вместо того чтобы присвоить себе эту силу, я старалась быть мягче, незаметнее, наступала на горло собственной песне, убавляла громкость. Собственный лексикон казался излишне агрессивным, и я пользовалась словами из чужого, недоумевая, почему «нежность» и «бережность» торчат из текста красными нитками. Не знаешь себя — не знаешь свою аудиторию, а значит, пытаешься быть притягательным для всех.

Именно так я писала первую книгу, именно так я пыталась вести блог несколько лет: подражая ванильно-заботливому тону повествования одной известной писательницы, я делала свое детище чужим. Моей природной резкости, категоричности, острословию не нашлось в ней места, и книга постепенно стала отчуждаться от меня. Ведь если мой теневой талант — провоцировать, разрушать, вскрывать, то и текст должен «звенеть пощечиной». Иначе не верится. А в первой книге я все поглаживала по щекам, поглаживала…

Зачем я предъявляла другую себя? Ко мне стали притягиваться люди, которые ждали от меня именно поглаживаний, а я вообще не про это. Поэтому я оставалась невидимкой. Мое имя стало звучать в инфополе, только когда я обрела уверенность, что того, какая я есть, достаточно.

Использовать теневой талант — значит проявляться. Теневые таланты хотят реализации. Если мы им в этом отказываем, они начинают играть против нас. В качестве примера приведу следующую историю.

Ребенок с качествами бойца в семь лет сам записался на карате и начал неистово заниматься, мечтая стать великим каратистом, как Стивен Сигал. Им двигали жажда состязаний и конкурентный дух. Но родители не поддержали его спортивные амбиции и отправили в кружок юных эрудитов. Из самых добрых побуждений, разумеется. Мозг прокачивать надо, а не ноги.

Первоначальное стремление мальчика состязаться и побеждать со временем ушло в тень. Он повзрослел, стал юристом, завел семью и однажды обратился ко мне с жалобой на то, что нет ощущения самореализации, уместности и правильности пути. К тому же карьера не складывается, с коллективом конфликты: Е. сменил за два года уже три компании. «Я будто проиграл свою жизнь», — говорит мужчина. Мы обозначили цель терапии как поиск своего предназначения.

Собирая анамнез, я поняла, что Е. несостоятелен в кооперации, в командной работе, в корпоративной среде в принципе. Он «воюет» там, где надо и не надо, воспринимая разные сферы жизни как поле боя, а коллег и окружающих — как соперников. При этом не может объяснить причины своего поведения, потому что они находятся в поле бессознательного. Воинственность и бойцовские качества были бы уместны в спорте, но непригодны в системной организации на старте карьеры. Однако тень воина приобрела автономный характер, она прорывается, не подчиняясь сознательному контролю.

Как вернуть юристу с тенью воина ценность, которую он отвергает?

Мы рассмотрели разные контексты юридической практики. Выяснили, что корпоративному юристу, занимающемуся договорами, скажем, подряда или оказания услуг, воинственно проявляться негде. А вот адвокату, который вправе любыми способами защищать интересы клиента, позволительно вступить в открытую борьбу со стороной обвинения, с прокурором, с государственной машиной, наконец. Е. отработал два года по юридической специальности, прошел годичную стажировку в адвокатском образовании, сдал квалификационный экзамен и получил статус адвоката. Спустя пару лет он Стивен Сигал в своем деле. Смело выходит на ринг, кланяется рефери, дерзко ведет бой. И никогда не проигрывает.

Тень — и есть предназначение Е. Нам не пришлось долго его искать, оно было в нем изначально. Вернув отвергаемые ценности, мы устранили теневое напряжение. Сделали особенность личности Е. инструментом заработка и стилем жизни. Результатом стали глубокие и долгосрочные изменения в жизни человека.

Принимайте дары тени. Не стесняйтесь своих личных особенностей. Каждый увидит в них то, что сможет: кто-то — сумасшествие, а кто-то — эксклюзивность, кто-то — страх, а кто-то — интерес, кто-то — уродство, а кто-то — прекрасное, кто-то — слабость, а кто-то — силу.

Игровое мультифокусное мышление

Сейчас я предлагаю выйти за рамки ограничений ума и допустить возможность другой реальности, кроме общепризнанной.

Представим, что наша жизнь — это игра. В таком случае мы можем выступать в четырех амплуа: персонаж, игрок, зритель и автор.

Когда я персонаж, то я существую в определенном образе, с определенными настройками. Я управляем волей игрока и «живу» по установленным игроком правилам.

Когда я игрок, то в моем распоряжении разные игры и персонажи. Я могу добиваться с помощью персонажа успехов в игре, могу усиливать и прокачивать игрового персонажа.

Когда я зритель, то могу не включаться в действие, а просто наблюдать за тем, что происходит и в самой игре, и вне игры.

Когда я автор этой игры, то могу растворить свое истинное «я» в придуманных персонажах, создав собственный мир и жителей этого мира. В моей власти добиваться своих целей, действуя через разных персонажей, а также изменяя повороты сюжета.

Если перенести законы игровой реальности на земную жизнь, можно обнаружить, что они здесь вполне уместны. Игровое мультифокусное мышление позволяет видеть больше вариантов и выходов, а также не застревать в одной стратегии поведения.

Нормально — быть только персонажем, так живет большинство людей. Здорово — «из игрока» технически управлять персонажем, еще лучше — выходить на уровень автора — создателя, влиять на сюжет в целом. Задача максимум — освоить навык видеть все свои амплуа, знать их возможности, способности и уметь применять нужное в конкретной ситуации. Если мы научимся соединять все роли внутри и эффективно проявляться в каждой, мы обретем целостность и познаем свою настоящую силу.

Представьте, что перед нами стоит задача, которая обычными способами не решается. Для сдвига с мертвой точки полезно выйти за пределы себя:

• выбрать уровень «игрока»;

• «включить» нужного персонажа из своего ролевого набора;

• заменить привычное «я» этим теневым персонажем, наделяя его неодобряемыми чертами;

• начать имитировать, то есть воспроизводить внешние признаки, демонстрировать свойства, которых нет, запустить незнакомое состояние, которое впоследствии наша психика сможет присвоить как свое.

Персонаж, конечно, связан с нами, но внутренне мы его отдаляем от себя, лишая собственных страхов и сомнений. «Неразумность игры» позволяет нам делать что угодно. Это доступ к практически полной свободе для нашего персонажа и ощущению больших возможностей за счет управления субличностью, которая не имеет привычных нам ограничений.

В разных жизненных проектах таким включением можно отыгрывать все свои тени. На каждой работе придумывать себе новую себя и действовать через измененную версию. Для мини-бизнесов и фриланс-проектов можно создавать разные аккаунты и вести соцсети из разных ипостасей. Определить энергию, которая нужна для конкретного дела, и выгуливать соответствующих персонажей — тех, что могут выйти за привычные рамки.

Пойдем дальше. Мы можем прокачивать персонажа:

• отводить его на шопинг, наряжать, гримировать, делать видимым его сущность и через атрибуты роли усиливать его;

• прописать ему реплики и реакцию на обстоятельства;

• дать ему дополнительные силы и выбрать, как проходить этапы и уровни игры.

Мы гораздо увереннее чувствуем себя в имитации роли.

Тут нельзя «не смочь», тут делается совсем иначе, по-новому, как бы не тобой.

Кому-то помогает говорить о себе в третьем лице:

«Сейчас она будет рыдать».

«Сейчас я включу глупую бабу».

«Скоро на сцену выйдет жмот».

Внутренний игрок лишен серьезности по отношению к происходящему и не воспринимает каждый поступок как решение всей жизни. Он просто играет.

Чем чаще мы выгуливаем свою тень, тем быстрее выходим из устаревших сценарных паттернов. Попробуйте, это не так уж трудно.

Выгулять «хищницу» в интимной близости.

Сымитировать мажора, выбирая подарок любимому человеку.

Включить внутреннего хана Батыя — хладнокровного и хитрого — в управлении новым коллективом.

Сыграть заносчивого начальника службы безопасности, когда принимаешь у прораба законченный ремонт своей спальни.

Лететь зазнайкой в бизнес-классе, как будто всю жизнь только в нем и летаешь.

Мы способны не только наигрывать разные роли, но и забирать себе дары того заряда, который ощущается как наиболее аутентичный. А потом добавлять, как специю, в свою жизнь эту историю, чтобы получить доступ к иным смыслам и алгоритмам.

Мультифокусное мышление позволяет нам управлять всем собой: одной частью я — персонаж — стою и слушаю, как на меня кричит начальник, злюсь, и мне страшно. Второй частью я дистанцируюсь от внутренних переживаний, наблюдая за всем как бы со стороны: усатый человек в шляпе машет руками. Девушка в клетчатом пиджаке переминается с ноги на ногу.

Другая часть придумывает развитие сюжета: интересно, что она сделает дальше? А что будет потом? Какого персонажа здесь не хватает? Кого я могу ввести в это действие?

И выпускаю свою тень. На сцену выходит Машка-«нахалка» — наглая и напористая, как танк. Спина распрямилась, руки в боки, глаза прищурены.

У реальной Маши — комплексы, страхи, что руководитель откажет в отпуске, и сомнения в праве этот отпуск просить, ведь он так недоволен ситуацией в отделе.

У теневого персонажа — бесстыжей нахалки (подставьте любую теневую субличность) — имеется вполне определенный сюжет и стратегия, и страх ей неведом, потому что она запрограммирована на то, что ей — можно.

И пока ум «обычной» Маши переживает, ее персонаж очень убедительно, очень искренне, с верой в свою роль закрывает свои вопросы и добивается желаемого — при этом знает, что весь процесс и сюжет в ее руках.

Из центра себя видно картину целиком. Мы примирили полярные маску и тень и теперь можем жить в доверии и согласии с собой и окружающим миром.

Ощущая свою подлинность.

Глава 8. Ужасно прекрасные. Как живется с присвоенной тенью?

Если жизнь — это игра, а жизненные цели — миссии, то одна из самых захватывающих миссий — наше путешествие за своей силой, когда мы по крупицам собираем свое «я», включая в него теневую часть.

В процессе работы с тенью мы познакомились со своим внутренним «коллективом», распознали в нем вытесненных на периферию теневых персонажей и научились ими управлять.

Теперь мы умеем:

• выбирать, какой маской / аватаром действовать, давать им ЦУ;

• придумывать другого себя, выстраивать свое поведение, речь и реакции по логике данного персонажа;

• находить внутри себя место для новой сюжетной линии;

• раздвигать границы амплуа максимально разными типажами;

• играть для себя, а не притворяться для других.

Отправляем маску «на дело», запасаемся попкорном и… включаем зрителя. Смотрим увлекательную игру, изредка позволяя комментарии «не верю!», «убедительно», «вот это поворот», «а вот тут поднажми», «браво!». Прав юнгианский аналитик Джек Холлис, заметивший, что «взрослые люди — просто большие дети, которые играют большие роли»[44].

В этой заключительной главе я предлагаю вам посмотреть на то, как наши теневые персонажи, проходя испытания, растут в способностях, а также на ключи-подсказки, которые станут при этом опорой.

Так мы приручаем свою силу, какой бы она ни была.

Возвращение «блудной» ценности

Валерия — руководитель. Всегда в движении, всегда красивая, статная, подтянутая. В ежедневнике дела расписаны на год вперед, ни минуты покоя. Несмотря на разнообразие достижений, она до сих пор считает отдых незаслуженным.

За помощью обратилась сестра Валерии. С ее слов, Лера в один прекрасный день взяла административный отпуск, легла на диван и больше не встала. Не убиралась дома, не готовила еду, неделями не смотрелась в зеркало. Выйти в офис по окончании отпуска не смогла себя заставить. Прокрастинация, лень, депрессия, выгорание, истощение, депрессия — как ни назови, суть одна — полный волевой упадок. С работы уволилась, даже не съездила документы забрать.

— Знакомьтесь, бомж, — так представляется Лера на пороге моего кабинета.

— Что значит быть бомжом? — любопытствую я, понимая, что это аллегория дефицита: материального, социального и энергетического.

— Вести бесцельный образ жизни, потому что все потеряно: работа, круг общения. Не иметь дохода, валяться где попало, неопрятно выглядеть. Я действительно потеряла все что имела и живу на самом дне, как в детстве в нищете коммуналки с тараканами. Волосы не мыла почти неделю. А я ведь зарекалась…

Таков механизм тени: у активного, работящего и не знающего покоя человека в тени — ленивое, расслабленное и инертное существо. Для чего оно пришло? За утраченной ценностью.

Бомжевать (на внешнем уровне) — значит опорожняться на остановках, копаться в мусорных бачках, грязно материться и аналогично выглядеть. Бомжевать (в ценностном смысле) — значит повесничать, быть не привязанным к внешним атрибутам бытовой реальности, неподвластным давлению системы и «правильных» граждан, иметь свободное мировидение, не думать о завтрашнем дне, плевать на внешние обстоятельства своего существования.

Персонаж «бомж Валера» не просто лентяй с нечищеными зубами и сальными волосами. Это вчерашний топ-менеджер, хулиган, который послал все на три буквы. Как только Лера слишком рьяно понеслась к верхушке пирамиды Маслоу, Валера заулыбался ей во весь свой беззубый рот. Ценность здесь — стремление к свободе. Не к той, что заставляет человека есть помои и спать на картонных коробках, а к той, что привносит в жизнь позитивную независимость.

На сессиях мы благодарили «бомжа» как персонажа, который посмел бросить вызов устоявшимся представлениям о том, что постоянная загруженность делами — непременный атрибут успеха. Определили испытание Леры: примириться со своей отвергнутой леностью, научиться бесцельному ничегонеделанию. Ввели регулярное «постельное гниение» (тренд тиктока) — сознательное лежание в кровати на протяжении целого дня, вкупе со скроллингом ленты и едой из доставки, назвав это «формой ухода за собой».

К слову, работу Валерия нашла только тогда, когда пообещала своему внутреннему бомжу раз в месяц валяться на несвежих простынях в коробках от доставки и ходить под себя только в туалет и обратно.

Позже мы отменили обязательность «постельного гниения», но оставили Лере право использовать стратегию «бомжа» при необходимости. Сыграть бомжа — это не то же, что быть бомжом от мозга до костей. Но добавлять в свои будни такую историю целительно. Потому что, признавая и принимая отвергнутое, мы становимся в большей степени собой.

«Бомж Валера» помог моей клиентке выйти из сценарного паттерна вечно занятого трудоголика, а также дал доступ к новым и хорошо забытым старым ресурсам психики.

Стать своим страхом

«Вещи видятся нам не такими, какие они есть, они видятся нам такими, каковы есть мы»[45]. Работу с теневыми аспектами сознания полезно включать в терапию, когда клиенту нужно помочь разглядеть в себе вытесненные, диссоциированные, отчужденные чувства, эмоции и личностные качества — то, что он считает важным, но никак не может поймать.

Приведу в пример отрывок из сессии, посвященной аэрофобии:

— Самолет — какой он? Что в нем пугает больше всего?

— Самолет — машина большая, опасная, неуправляемая, с ней может случиться катастрофа, она упадет, разрушится и унесет с собой много жизней.

Удивительно, как точно отражает энергию сидящей передо мной женщины этот физически похожий, зеркальный душе объект.

— Большая, опасная, неуправляемая… Кто это?

— Как будто это… я?

Перенос подсознательных негативных мыслей и чувств о себе на внешний объект снимает чувство вины и стыда, но изматывает и провоцирует постоянный стресс. Отделяя свои качества, мы чувствуем, что лишаемся их, становимся отчужденными и непонятными себе, а понимание себя — важная отправная точка любимых изменений. Нельзя управлять тем, чего не понимаешь.

Если самолет — это проекция, то почему же не видится его другая, светлая часть? Сила, быстрота, разбег, легкий отрыв от земли и способность парить в облаках. Умение соединять небо и землю, доставлять людей туда, куда бы они хотели попасть, но не могут иным способом.

Как можно проявлять для себя увиденные качества? Как можно сделать это зримым?

Разогнаться, словно ты самолет. Выдерживать любую турбулентность, лететь с одним двигателем и приземляться в штатном режиме. Так мы в работе над страхом разворачиваем проекцию и берем золото тени.

Интегрируем персонаж «самолет» путем визуализации и нейминга. Вводим метафоры: плохая подготовка к полету, ошибки на критической высоте, несогласованность действий внутреннего экипажа, поздний заход на второй круг, опасные маневры — то, что может привести к личному крушению.

Лететь, позаботившись о себе, — значит иметь на борту достаточно топлива, не садиться в условиях нулевой видимости, регулярно обслуживаться. Если знать инструкцию к себе, монументальное препятствие в виде ужаса отступает.

Поэтому важно учиться управлять своей силой.

Этот красный «Боинг-747» принял силу железной мощи и скоро отправляется в свой следующий полет для освоения новой высоты.

Когда есть право голоса

Явка с повинной

Я, Салихова Мария, чистосердечно раскаиваюсь в совершенных мною деяниях. Я вор, посягаю на чужое интеллектуальное имущество и краду чужие тексты. Не потому, что не могу написать сама, а потому, что люблю, чтоб тряхнуло основательно.

Началось все с подросткового кружка журналистики. Как же скучно было писать статьи про посредственных художников в посредственную районную газету! Загадаешь полку на стеллаже, порядковый номер книги, страницу, абзац и номер слова — и вот это случайное слово, «светодиод» например, или фразу «собор ресниц витиеватых» тебе по собственному внутреннему указу непременно надо вставить в статью про местного художника. Гуманитарно неглупый человек — и такое шутовство. Если это преступление, то сугубо с академическим мотивом.

А еще я придумывала цитаты. В сочинениях по литературе моими мыслями говорили Белинский, Добролюбов, Чернышевский и другие маститые критики. Я подменяла их высказывания, латала их словами без кавычек смысловые прорехи — пикантный штрих, гордое чувство владения чем-то сокровенным, крошечной частицей гения человеческого.

Нет, не упомню я, плагиатское чудовище, сколько надергала чужого добра по ниточке — и в полотно, без выкройки, что получится. Чем сложнее и капризнее пряжа, тем азартнее вяжется текст. Литературный вандализм — а сколько удовольствия.

В личный блог я начала писать, подражая авторам с просторов интернета. Особенно мне приглянулось творчество Ольги Примаченко: препарировать, расщепить на молекулы, вычислить формулу фонетики, принцип синтаксиса, структуру мысли, сделать семантический анализ. Попробовать написать так же, потерпеть фиаско, взять то, на что глаз упал, — и в карман.

Разве это выбираешь? Вспомните странное ощущение отсутствия собственной воли в любом акте творчества.

Когда мучишься, как закончить статью, а в приклеенном к остановке трамвая объявлении читаешь фразу, которая нарочно для твоего финала вписана. Когда голову ломаешь над названием, а в кабинете у стоматолога лежит журнал, в котором… ну вы поняли. Как истолковать такую щедрость Вселенной? Почему для любой дыры в мыслях найдется контент с недостающим пазлом?

Невидимая рука управляет нами.

Бога ли?

Или дьявола?

Свою вину осознаю, раскаиваюсь и надеюсь на снисхождение.

После того как я совершила в публичном пространстве этот писательский каминг-аут, я ждала много отписок и хейта. Однако, к своему удивлению, я стала получать письма с поддержкой и благодарностью. А еще сотни саморазоблачений «вот кое-что про меня», «никто не знает, что я…», «однажды я…», которые и легли в основу этой книги.

У нашей закулисной части тоже есть право голоса. Саморазоблачение позволяет избавиться от фрустрации, постоянного напряжения из-за необходимости скрываться, помогает принять то, о чем мы молчали. Больше всего мне нравится наблюдать, как меняется человек, когда ему удается «выплюнуть» отравленные стыдом «страшные» слова, которые застревали в горле, как расправляются плечи, меняется тон, взгляд. Оказывается, простое заклинание открывает тяжелые двери к тайникам души, где хранятся настоящие сокровища.

Разрешить себе творить из теневой части далось мне очень непросто. Но когда я разрешила, то увидела, как именно я это делаю. Прихватываю на стороне чужие цацки, как сорока, — это мое тайное рабочее клеймо. Перерабатываю, переплавляю в новые смыслы, отсекаю лишнее, играю с размером, шлифую тембр, транспонирую в удобную тональность и украшаю стразами деталей, что дадут едва уловимые блики. Кажется, так работают музыканты, которые дорабатывают и адаптируют произведение под разные задачи. На выходе — не плагиат с переигровкой нота в ноту, а кавер — авторское прочтение.

Пожалуй, нареку себя аранжировщиком.

Я заменила слово, что стыдит, принижает и запускает внутри процесс ужастификации, нашла смысловую альтернативу. Разница между первым и вторым — лишь в мере. Но ведь как корабль назовешь…

Мой вор — изгой системы, он на обочине, ему нужно ускользать, прятаться и защищаться. Аранжировщик — ее достойный представитель. У него есть свое законное место, он открыт, спокоен и чувствует признание. И со скользящей улыбкой оборотня внимательно смотрит вам в глаза.

В динамическом равновесии

Внезапная диарея — очень неудобная проблема, нарушающая привычный образ жизни. Позывы в туалет могут возникать в самых непредсказуемых местах. Машу, больше полугода страдающую синдромом раздраженного кишечника, отправил ко мне гастроэнтеролог. Помимо медикаментозного лечения, психотерапия здесь необходимость.

Что я увидела при встрече? Героиня сентиментального романа. Любит философствовать, но разговор про быт — фу. Слушает Листа и Шопена, но не слышит голоса собственного тела. Декламирует наизусть раннего Байрона, но не в силах назвать дату последней менструации на приеме у гинеколога.

«Расщепленное» восприятие бытия: все, что про дух, про голову, сердце и разум, — вышнее, к этим идеалам и стремимся. Житейские радости, плотские удовольствиями, земля, физиология — низовое. А мы ведь знаем, что при разрыве между двумя полюсами (материальным и духовным, высоким и низовым, хорошим и плохим, праведным и грешным) в части, которую мы отвергаем, непременно появится тень.

Маша вываливается из контуров обыденности земной жизни, и Маша постоянно борется с материей, устраивая себе аскезы в еде, одежде и сервисе. Жизнь со всеми ее ухабами, тело с его физиологией и болезнями обычно хорошо лечит подобные «отлеты». Можно тренироваться замечать, как возвращается баланс: чем больше клонит к «самосовершенствованию», тем чаще совершаются глупые ошибки. Чем выше мы взлетаем в своих амбициях, тем чаще «низовое» проникает в сны и фантазии. Чем больше пытаемся «очиститься», тем чаще на машину какают птицы.

Когда перекос у Маши достиг крайней точки, к ней пришла медвежья болезнь. После этого вывода в Машиных глазах читалось: «Христа ради, отпусти меня, добрая женщина, в мой высокодуховный мир». Я-то отпущу, а вот с тенью не договоришься. Умная, внимательная, заботливая тень будет вытаскивать нас из витания в облаках включением «низа», прорывом «дна».

Как мы здесь работаем с тенью? Выравниваем перекос. Выбираем курс на заземление: связь с природой, с телом, витальность, материя, дом, деньги, еда. Все то, что расщепленное сознание считает несущественным. Снижаем долю «ежедневной святости», соединяем дихотомические пары, прокачиваем способность воспринимать одновременно два равнозначных мира.

Тень в виде диареи не дала Маше улететь в неведомые романтические высоты и научила быть отменным канатоходцем. Как только Маша перестает удерживать равновесие и оказывается в стороне от реальной жизни, она узнает об этом, сидя в кустах на обочине. Как сказал психолог Глеб Лозинский: «Мы работаем с Тенью, чтобы Тень не играла нами. Мы играем с Тенью, чтобы она работала на нас»[46].

Никаких диет! «Кормим» тень досыта

Желание спокойно жить — глубокая естественная потребность. Даже для драматиков — людей с экспрессией, ярко выраженной внутренней борьбой и тягой к интенсивным переживаниям. Большая часть людей свой драматизм вытесняет. Драматическую тень определить можно, если замечать вещи, которые человек делает случайно или против своих сознательных намерений. Независимо от того, как сильно мы пытаемся держать себя в узде, тень оказывается вне контроля, просачивается наружу и просит повысить градус, увеличить обороты, плеснуть еще в костер бензина.

Когда человек не дает себе эмоционально проявляться, то из его жизни исчезают яркость и выразительность. И тогда Тень выходит под алкоголем, как будто вместе со спиртом в кровь впрыскиваются тонны токсинов, которые снимают оковы контроля. Состояние опьянения — полигон для эмоциональных переживаний и мучительных внутренних конфликтов. Прямо как в стихотворении Ксении Желудовой:

в каждой малышке, похожей на милую рыжую пеппи,

бьется неистово, воет сипло

мертвая

дженис

джоплин[47], [48].

Голодные «по себе» люди ведут себя не так, как сытые, все их мысли лишь о том, чтобы поесть. Мы ведем себя чудовищно: выясняем отношения, устраиваем истерики, манипулируем, лжем… Все, чтобы только урвать, что в таком дефиците, но без чего нельзя — то есть внимания, признания.

Когда человек с драматической тенью не дает себе незаурядно проявляться, слишком упрощает свою жизнь, то из его жизни пропадает простота. Ему дается все непросто. Ровное течение жизни периодически нарушает какая-нибудь неурядица. Его заносит в странные обстоятельства на правах исключительности. Исключительность — это когда при прочих равных неприятность обходит всех, исключая его. О таком человеке говорят: «ходячий косяк». Цель достигнута — незаурядность проявлена, но приносит ли это удовлетворение?

Мы интегрируем драму в индивидуальность: направляем внимание в мертвую зону, чтобы эту зону оживить, соединить со всем организмом. Выстраиваем «середину». Рассматриваем две крайности: или «надрыв», или «тотальная скука». Если переводить на язык энергии, человек должен в этой картине мира или вырывать себе сердце, как Данко, или лежать, глядя в потолок. В обычной жизни мы что-то делаем средненько. Это нормально.

Далее возникает вопрос: как добиться того, чтобы этот неосознаваемый «драматический мир чувств» не выскакивал каждый раз как черт из табакерки? Мы кормим драму до отвала. Пускаемся в экстремальные увлечения, чтобы побыть на границе между жизнью и смертью. Из музыки, литературы, кино и театров выбираем то, что заставляет душу работать. Пусть драма, как полынь, заполняет все внутренние грядки и становится дирижером поведения.

Сначала будет идти насыщение и желание убедиться, что это не временно и дефицит не вернется. Но если мы продолжим кормить, то внутренний жор тени стихнет, спадет теневое напряжение, и нажим, с которым мы «выдаем» драму, ослабеет.

Поэтому тренируем умение раскачать себя намеренно, чтобы изобразить ошалелость, экзальтацию или реально испытать ее для решения тех или иных задач (например, для яркого публичного выступления или для пафосного тоста на юбилее). Как и способность сделать шаг назад от драмы и сказать: «Нет, в это я сейчас не пойду».

Включаем новую часть в жизнь. Чем больше ежедневное проявление в мир совпадает с желанием тени, тем лучше — даже если для всех остальных это глупое бегство от «успешного успеха».

Свою драматическую черту я сублимировала в работе с пограничными пациентами в клинике, ведь в стационаре все на острие ножа, от хорошей жизни туда не попадают. Я спокойно выдерживаю чужую драму, и мне ее несут. Ко мне стекается весь «тяжеляк», а я выравниваюсь. Денег это почти не приносит, однако работа с чужой тенью не дает мне скатываться в «передоз» самой собой.

Именно так нашли себя драматики с сильным мортидо[49], тягой к терминальным переживаниям: сотрудники МЧС, пилоты авиации, альпинисты, врачи скорой помощи, травматологи, хирурги, операционные медсестры.

Ценен опыт людей, которые в наши дни умеют быть рядом со смертью, болью, страхом и нести свет жизни и радости, облегчая последние дни или часы тем, кто уходит, и тем, кто остается: больничные клоуны, доулы смерти[50], сотрудники хосписов, ритуальных агентств и кафе.

Нам нужна драма, но, находясь в драме, можно делать что-то значимое для других.

С тенью на светлой стороне

Теперь нам официально можно все, вопрос лишь в намерениях и ответственности.

Мы не травим других своей тенью. Регулярно проводим ревизию теневых сонастроек с близкими людьми. Когда нас от кого-то бомбит, когда мы злы, обижены и раздосадованы, что другие люди ведут себя не так, как мы придумали, мы способны сказать себе: «Вот это квест!» И достаем ключ: «Все, что мне кажется неправильным в Другом, я могу найти в себе; возможно, я даже избрал этого Другого именно ради теневого па-де-де».

Сталкиваясь с «ужасным» миром, мы помним: «в мире плохо то, что плохо в нас; в браке плохо то, что плохо в нас, — и так далее»[51].

Ситуации, в которых нам не удается овладеть своими реакциями, становятся для нас уроком, ведь мы можем понять что-то новое о себе.

Шаг за шагом через привычки мы организуем жизнь без штурмовщины и привносим тень в повседневный выбор. Психологическое благополучие заметно сглаживает теневые «углы».

Когда тень присвоена, меняются все расклады. Возможно, придется уехать из «жизни», где было «все как у людей», — в максимально неправильное, с точки зрения большинства, маргинальное, на чей-то взгляд, существование. Возможно, отвалится большая часть из круга контактов — и дело не в санкциях. Наше желание жить так, как хочется, на самом деле пугает тех, кто привык видеть нашу личность полустертой (читай: очень комфортной).

Возможно, нас отторгнет система (симбиотическая группа всегда выталкивает или уничтожает психически более зрелого чужака). Но эта невписанность в «большую систему» даст нам по сравнению с «вписанными» большую свободу действий:

• сомневаться в общепринятом, иметь свою логику;

• принимать интуитивные решения, потому что больше нет понятия «правильных»;

• не пытаться делать все как у других и ждать, что будет как у других;

• переобъяснять все себе своим способом;

• иметь личный бренд.

Привычные способы взаимодействия с людьми перестают работать — нужно искать новые и перестраивать контакт. В личных отношениях изменения неизбежны: они могут откатиться на поверхностные уровни, а могут стать глубже. «Теневое не разобщает и не отталкивает — наоборот, странным образом сближает, обнажая уязвимую красоту и уродство целостности»[52]. Если все пошло как надо, благополучие в отношениях теперь калибруется новым внутренним мерилом — интимностью.

Он домой приходит и снимает куртку,

и снимает свитер, и снимает майку,

и снимает кожу, и снимает мясо…[53]

Это тот случай, когда можно отказаться от хорошего во имя лучшего. Риск велик — и профит тоже.

Мы продолжаем жить с тенью, однако теперь можем выбирать, что с этим делать. Мы несем тень, но умеем выбирать жизнь света. Тень спокойно живет в апартаментах нашей души, но если ей захочется, то она нас навестит. А ей захочется. Общение с тенью не завершается с уходом болезненных симптомов. Одно становится осознанным — другое уходит в бессознательное.

Подсказки тени дадут возможность постоянно корректировать жизненный трек: как только покажется, что вы все о себе знаете, тень легко докажет обратное. Вы вновь переживете не только ужас, знакомясь со своим низовым, диким, беспощадным, но и священный трепет, нащупав высокое, вечное, сакральное.

И мне кажется, это лучший способ растить душу. «И все мои части, которые я ругала, обесценивала и прятала, возвращаются на свое место… Я — это то, что со мной было, и то, что я с этим сделала, став той, кем стала…»[54]

Итак, мы видим всех своих персонажей, знаем их способности, умеем применять нужные из них в каждой конкретной игре, оставаясь при этом игроками.

Мы непрестанно учимся быть разными, чтобы не застыть в одном персонаже, который однажды совершает подвиг, но больше никуда не идет. Тень не терпит застывших форм, она будет всеми правдами и неправдами делать нас живыми. Живое неидеально. Живое меняется.

Мы не отождествляемся с поступками персонажей. Мы больше, чем наши маски и их совокупный репертуар. Наше «я» — осознающий центр, внутренний наблюдатель и режиссер, который не просто технически управляет образом, но и растит его через развитие сюжета.

Мы продолжаем внутреннюю игру, собирая по пути свою силу, и верим, что во всем этом есть смысл.

На просторах этой книги я выгуливала всех своих теневых персонажей. Мой внутренний бунтарь очень хотел бросить вызов читателям табуированной темой, структурой текста вразрез стандартам и ограничениям, шокирующими примерами и кейсами, а если нет, то гори весь текст синим пламенем. Но мы смогли с ним договориться и обошлись смелыми рассуждениями и в меру впечатляющими историями.

Шут хотел осквернить текст похабщиной и глумом, но заручился правом реализовать это в моих соцсетях и после испытывал огромное удовольствие оттого, что трюкачил с фразами и жонглировал словами, как шариками в цирке.

Моя drama queen за два года труда над текстом постоянно попадала в очередную любовно-страдальческую историю, однако мне все же удалось направить энергию либидо в написание книги.

А что и откуда украл вор, догадайтесь сами.

И… поймайте его, если сможете.

Заключение

То, что люди называют своей тенью, не тень их тела, а тело их души.

Оскар Уайльд. Гранатовый домик

Тень… Наша затаенная часть, логическая расшифровка, казалось бы, нелогичных поступков, реакций. Тень — показатель качества личности: то, кем человек является на самом деле.

Все мы способны быть ужасными. Но поступки, которые мы нередко называем плохими, — тоже часть нашего человеческого опыта. Они не плохи и не хороши в своей основе — они просто есть.

Много лет проходит, прежде чем мы становимся способными увидеть и принять себя целиком. Но мы не торопимся. К восстановлению целостности путь длинный и непростой.

После интеграции тени все противоположности пропадают. Мы перестаем делать выборы, которые разрывают нас на части.

Мы начинаем понимать иллюзорность совершенства и сочувствуем человеческой природе. Мы становимся милосерднее. Мы видим в человеке больше важного и вечного.

Мы привержены внутренней целостности и не стремимся стать кем-то, потому что уже осознаем, кто мы.

В нашей ужасности — прекрасное.

В нашей слабости — сила.

В этом и заключен великий парадокс тени, благодаря которой мы приходим к свету.

Настоящему свету.

Больше о тени в моем ТГ-канале:

@vizionarium

МИФ Психология

Все книги по психологии на одной странице: mif.to/psychology

Узнавай первым о новых книгах, скидках и подарках из нашей рассылки mif.to/psysubscribe

#mifbooks

#mifbooks

Над книгой работали

Руководитель редакционной группы Светлана Мотылькова

Ответственный редактор Наталья Рузаева

Литературный редактор Наталья Довнар

Арт-директор Алина Глас

Иллюстрация на обложке Наталья Савиных

Корректоры Елена Гурьева, Дарья Журавлева

ООО «МИФ»

mann-ivanov-ferber.ru

Электронная версия книги — ООО «Вебкнига», 2026

Примечания

1

Жемчужина мысли // https://www.inpearls.ru/1663706?ysclid=mdodhsg12d594491383.

2

Концепция темной ночи души в философии и духовных традициях — это период глубокого духовного кризиса, потери связи с собой и окружающим миром. Здесь и далее — прим. ред., если не указано иное.

3

Джонсон Р. Сновидения и активное воображение. СПб.: Корвет, 2017.

4

Цитата из романа «Унесенные ветром» М. Митчелл.

5

Желудова К. oh, girl // Стихи. ру. https://stihi.ru/2014/09/30/8148?ysclid=mdofc05a9j576188754.

6

Высказывание приписывается французскому политику Шарлю Морису де Талейран-Перигору.

7

Джонсон Р. Как овладеть своей тенью. Глубинные аспекты темной стороны психики. М.: Институт общегуманитарных исследований, 2016.

8

Рубина Д. Одинокий пишущий человек. М.: Эксмо, 2020.

9

Слова из песни «Скованные одной цепью» группы Nautilus Pompilius.

10

Слова немецкого психолога Вильгельма Йонена. Цит. по: Щербатых Ю. В. Семь смертных грехов, или Психология порока для верующих и неверующих. М.: АСТ, Астрель, 2010.

11

G44.2 — код в Международной классификации болезней для головной боли напряженного типа. Это наиболее распространенная форма головной боли, часто связанная со стрессом.

12

По выражению психолога Ирины Мальцевой. Прим. авт.

13

Фраза приписывается Карлу Юнгу. Прим. авт.

14

«Черный дельфин» — российская исправительная колония для пожизненно осужденных в городе Соль-Илецке.

15

Слова Марвина Цукермана, американского профессора, исследователя электрической активности мозга.

16

Юнг К. Г. Эон. Исследования о символике самости. М.: АСТ, 2020.

17

Ле Гуин У. Ребенок и тень // Иностранная литература. 2006. № 1.

18

Гиршон А. Маленькая книга о тени. Интеллектуальная издательская система Ridero, 2017.

19

Степнова М. Безбожный переулок. М.: Редакция Елены Шубиной, 2020.

20

Цитата из стихотворения «И вкусы, и запросы мои странны…» В. Высоцкого.

21

Мур Т. Темные ночи души. Руководство по поиску своего пути через жизненные испытания. М.: Клуб Касталия, 2017.

22

Толстая Т. Двое. М.: Эксмо-Пресс, 2010.

23

Хеллингер Б. Источнику не нужно спрашивать пути. М.: Институт консультирования и системных решений, 2012.

24

Фраза, которую приписывают Валерии Новодворской.

25

Шоу Дж. Психология зла. Почему человек выбирает темную сторону. М.: Альпина Паблишер, 2020.

26

Цитата из сканлейта комикса «Милый дом» Ё. Хвана, К. Ким.

27

Мак-Вильямс Н. Психоаналитическая диагностика. Понимание структуры личности в клиническом процессе. М.: Класс, 1998.

28

Солженицын А. Архипелаг ГУЛАГ. М.: Азбука, 2024.

29

Эгер Э. Выбор. О свободе и внутренней силе человека. М.: Манн, Иванов и Фербер, 2025.

30

Цитата из стихотворения «Тень».

31

Слова из песни «Ты знаешь, мама» Д. Гурцкой.

32

Внешняя референция — ориентация на чужое мнение, объективные результаты. Внутренняя референция, напротив, — это ориентация на собственное мнение.

33

Пирумова Ю. Все дороги ведут к себе. Путешествие за женской силой и мудростью. М.: Бомбора, 2021.

34

Слова психолога Юлии Рублевой.

35

Юнг К. Г. Философское дерево. М.: Академический проект, 2008.

36

Кьеркегор С. Дневник обольстителя. М.: АСТ, 2022.

37

Танцы на канате // Сайт психолога Ирины Мальцевой. https://nekele.ru/teksty/361-tantsy-na-kanate?ysclid=mdp06fnm6l178449816.

38

Детокс — это стандарт очищения организма человека.

39

Джонсон Р. Как овладеть своей тенью. Глубинные аспекты темной стороны психики. М.: Институт общегуманитарных исследований, 2015.

40

Слова поэта У. Блейка.

41

Самость // Академик. https://dic.academic.ru/dic.nsf/psihologic/1618?ysclid=mdp10kf56d779822334.

42

Цит. по: Стайн М. Юнговская карта души. Введение в аналитическую психологию. М.: Когито-Центр, 2018.

43

Траут Дж., Ривкин С. Дифференцируйся или умирай. Выживание в эпоху убийственной конкуренции. СПб.: Питер, 2018.

44

Холлис Дж. Перевал в середине пути. Как преодолеть кризис среднего возраста. СПб.: Питер, 2024.

45

Митчелл Д. Сон № 9. М.: Иностранка, 2022.

46

Игра с Тенью: как использовать скрытые ресурсы личности // Psychologies. https://www.psychologies.ru/standpoint/igra-s-tenyu-kak-ispolzovat-skryityie-resursyi-lichnosti/.

47

Дженис Джоплин (1943–1970) — хриплоголосая американская певица и автор песен, исполнявшая рок, соул и блюз.

48

Желудова К. oh, girl // Стихи. ру. https://stihi.ru/2014/09/30/8148?ysclid=mdofc05a9j576188754.

49

Мортидо — бессознательное влечение человека к разрушению или смерти.

50

Доула смерти — человек, поддерживающий умирающего и помогающий его родственникам и друзьям пережить утрату.

51

Слова Джека Холлиса, юнгианского психоаналитика, директора Центра К. Г. Юнга в Хьюстоне (США).

52

Примаченко О. Все закончится, а ты нет. М.: Эксмо, 2023.

53

Григорьева А. Кожа // Жемчужина мысли. https://www.inpearls.ru/1663706?ysclid=mdodhsg12d594491383.

54

Пирумова Ю. Все дороги ведут к себе. М.: Эксмо, 2021.

Content

Мария Салихова
Тень — тоже ты. Принять себя целиком, а не только «хорошие» части

Информация от издательства

Введение

Часть I. Формирование тени. Прирост теневого материала

Глава 1. Борьба светлого и темного внутри нас

Глава 2. Знакомьтесь, тень и маски

Глава 3. Реванш тени

Глава 4. Зов тени в середине жизни

Глава 5. Тень и другие

Часть II. Интеграция тени. Как превратить тень в силу

Глава 6. Сделать тень управляемой

Глава 7. Высший пилотаж. Как пользоваться благами своей тени

Глава 8. Ужасно прекрасные. Как живется с присвоенной тенью?

Заключение

МИФ Психология

Над книгой работали

Примечания