Джули Ричардс

Семь причин помнить тебя

© Ричардс Д., 2025

© ООО «Издательство АСТ», 2025

Иллюстрации на обложке и форзаце – Д. Усманова

Художественное оформление – В. Давлетбаева

* * *

Плейлист, под который писалась история

1. Maitre Gims – Cameleon

2. Berlin – Take My Breath Away Love Theme from “Top Gun”

3. Mylène Farmer – Appelle mon numéro

4. Carlos Vives, Shakira – La Bicicleta

5. Vybz Kartel – Won’t Work | Dancehall

6. Maitre Gims – Jasmine

7. G-Eazy, Halsey – Him & I

8. Hidden Citizens feat. Rånya – Raise Your Flag

9. The Coverbeats – Twist And Shout

В конце книги вас будут ждать кроссворд и тест по сюжету:)

Пролог

Джош Лэндер, США

Дорога до школы всегда занимала у меня не слишком много времени. При желании это жалкое расстояние можно было пройти и пешком. Особенно если прогноз погоды не обещал неистовый ливень. Но я никогда этого не делал. Мне нравилось садиться в свой старенький кислотно-ультрамариновый «Понтиак», доставшийся мне в наследство от дедушки, включать на полную громкость Битлз и проезжать эти несколько метров. Мимо однотипных домов, полуразрушенного здания старинного театра и эмигрантского кафе «Мятежные Сердца» с фасадом цвета спелой вишни. Из открытого окна слышалось заливистое пение птиц, доносились переменчивые дуновения бодрящего ветра. Именно в эти бесценные минуты жизнь казалась прекрасной, даже если вскоре наступал кромешный ад в виде скучных уроков и нахождения с одноклассниками в одном пространстве. Так бы и продолжалось день за днем, если бы не случай, раз и навсегда перевернувший привычный мир учеников старшей школы «Вэлли Хилл»…

Глава 1

Джош Лэндер

Быть капитаном школьной команды по футболу, которая постоянно побеждает на соревнованиях (не только локальных, но и международных) – довольно престижно. Но вместе с тем и очень ответственно. Особенно когда твой отец – тренер. Нет, мне не делается никаких поблажек. Совершенно. Наоборот, отец постоянно внушает мне мысль, что я должен тренироваться больше. «Куда еще больше-то?» – постоянно задаю себе этот вопрос. Свободное от основных тренировок время я также провожу за… игрой в футбол. Мы с отцом устраиваем спортивные поединки во дворе нашего дома. Часто к нам присоединяются товарищи по команде. Майк и Дэн – мои лучшие друзья со средней школы. После таких поединков мы обычно устраиваем вечеринку-гриль. Посиделки на веранде за поеданием сочных стейков и распитием содовой. Мои будни однообразны. Режим. Именно это слово я слышу чаще всего из уст своего отца. Режим – это важно. Режим нужно соблюдать.

Отец грезит о том, чтобы я поступил в престижный спортивный колледж. В юности он мечтал стать звездой футбола, известным на весь мир спортсменом. Но, к сожалению, не сложилось. Получил травму, довольно серьезную, что поставило крест на его спортивной карьере. И когда у него родился сын (то есть я), он захотел сделать футболиста из меня. Реализовать таким образом свою мечту. Поначалу мне нравился этот вид спорта. Я приходил в восторг от соревнований, весь этот командный дух дарил мне отличное настроение и придавал бодрости. И даже постоянные тренировки не могли ничего испортить. Но полгода назад я вдруг отчетливо понял и осознал, что не желаю связывать жизнь с футболом. Вместо спортивного колледжа мне захотелось поступить на дизайнера.

Я всегда рисовал. Какие-то наброски в блокноте. Потом эскизы в альбомах, полноценные рисунки… Но родители никогда не поддерживали это мое увлечение. Особенно отец. По его мнению, водить карандашом по бумаге – занятие, лишенное всякого здравого смысла. То ли дело – футбол, занятие для настоящих парней. Так мое увлечение рисованием стало тайным.

Я никому не показывал свои рисунки. Творил просто для себя. Но полгода назад задумался о том, чтобы поступить в колледж и стать в будущем профессиональным дизайнером. Когда я решил рассказать об этом отцу, посвятив его в свои планы, он сидел на кухне и завтракал. Я начал издалека, он внимательно наблюдал за мной, следил за каждым словом, и когда я, наконец-то, договорил, он даже от неожиданности уронил вилку на пол и чуть не захлебнулся свежесваренным кофе. Отец и слышать не желал о том, чтобы я связал свою жизнь с рисованием на профессиональным уровне. У него имелись связи в одном из лучших спортивных колледжей, и, по его словам, меня уже практически туда приняли. Его знакомые из этого колледжа приходили (и неоднократно) смотреть на то, как я играю. И были в восторге. Я рад за них, но футбол – это не то, чем мне хочется заниматься в будущем. Это мечта моего отца. И я не знаю, что сможет убедить его пересмотреть свою точку зрения. Не знаю.

– Джош, ты случайно не забыл, что сегодня тренировка? – отец окликнул меня, когда я уже подходил к кабинету, чтобы не опоздать на первый урок.

– Разве я могу об этом забыть?

Отец смерил меня суровым взглядом и поспешил сказать:

– Не слышу энтузиазма в голосе. На носу важный матч, ты не можешь подвести команду.

Ты не можешь подвести команду.

Черт. Режим, команда, футбол.

Сколько можно уже…

Так хотелось ответить что-то резкое, но вместо этого я сказал:

– Я помню. Все будет хорошо.

Я поступил так всего лишь по одной причине: ни к чему портить себе сильнее и без того скверное настроение.

Выражение лица отца немного смягчилось, и он поспешил по своим делам, бросив мне небрежное:

– Вот и отлично, сын.

Вот и отлично. Да ни черта не отлично, отец. Ни черта.

Учусь я вполне неплохо. Не отличник. Но и не самые плохие показатели по предметам. Хотя на уроках я обычно рисую. Делаю наброски в блокноте. Это уже превратилось в привычку. На переменах редко удается. Обычно в это время я, Дэн и Майк что-то обсуждаем или и вовсе (по настоянию моего отца-тренера) идем в спортивный зал и тренируемся (как же, скоро важный матч, нам надо усерднее заниматься, чтобы не опозориться), и тут уже не до рисования. А дома и вовсе не получается выкроить время. Футбол же. Да. Снова этот вид спорта, уже успевший стать мне ненавистным.

Обычно на уроках я рисую какие-нибудь абстрактные предметы вроде узоров, фигур… Но сегодня тот день, когда мне захотелось нарисовать портрет. Девушки, которая сидит в другом ряду. Слева от меня. Почему я раньше не замечал, насколько она красива? Пока учитель продолжил рассказывать о формулах и прочей бесполезной, на первый взгляд, информации, я аккуратными штрихами стал выводить плавные очертания фигуры этой удивительной девушки. Мы с ней почти не разговаривали. Надо найти повод, чтобы это исправить. Но вряд ли она поверит в мою искренность. В искренность Джоша Лэндера, капитана школьной команды по футболу, от которого без ума почти все девушки в старшей школе «Вэлли Хилл». Вряд ли поверит… Но надо что-то придумать.

Эта девушка… Она невероятная…

Глава 2

Саманта Митчелл, США,

жизнь после аварии

Я не помню. Совсем ничего. Какая ирония: всегда так мечтала забыть тот или иной день своей жизни, но когда это действительно случилось, я не стала счастливой.

Меня зовут Саманта Митчелл. Мне шестнадцать. Из головы словно навеки оказались стерты воспоминания о днях моего прошлого тинейджерского существования. Сплошные хаотичные отрывки. Черно-белые кадры кинопленки. Хроника моментов моей жизни, вернуть в которую цветные фрагменты получится не так скоро, как того отчаянно хотелось бы.

Я не помню ни своих родителей, ни друзей, ни парня (а был ли он у меня?). Не помню, что было на завтрак вчера и на ужин сегодня. Спасибо соцсетям: я могу выложить в сеть все, что пожелаю. Хоть таким образом это отложится в недрах памяти. Вот только фотографировать еду мне совсем не хочется. Единственное мое желание: полностью восстановить память. Надеюсь, когда-нибудь чудо произойдет. Когда-нибудь…

Я не помню тот день, когда моя жизнь закончилась. Остановилась. Разделилась на до и после, если хотите. Хотя последнее звучит слишком уж банально, знаю. Случилось ли это тогда, когда автомобиль, в котором я находилась, вылетел с проезжей части, и произошла масштабная катастрофа? Или же в тот момент, что предшествовал этому ужасающему событию в некогда нормальной жизни обычного подростка? Последние несколько недель я нахожусь в реабилитационной клинике, где каждый день мне пытаются помочь. Я надеюсь, что когда-нибудь смогу вернуть память. Окончательно. Но пока этого не произошло. И мне, скажу честно, не по себе. Я не помню свой первый поцелуй. Не помню и последний. Не помню себя. Свои учебные будни. Выходные. Почти ничего. Но я должна попытаться вспомнить хоть что-то. Каждый день – словно вызов самой себе. Вспомнить какие-то детали из прошлой жизни, которые помогут сложить картину прошлого существования в единый пазл.

Невыносимо грустно от того, что снова не получается. Тоскливо. Думаю, на моем месте вы бы чувствовали себя точно также. Но не желаю никому оказаться на моем месте. Здесь, в клинике, я каждый день посещаю специальные занятия по восстановлению памяти. И единственное, что меня радует в этой ситуации: я там не одна. Таких людей, подростков моего возраста, с потерей памяти, довольно много. И среди них есть один красавчик в бейсболке. Правда, я пока с ним даже не разговаривала. Если не считать простого «Привет» перед началом занятий и «Пока» после их завершения. Но сейчас мне не до любовных страданий. Моя память – вот, что волнует меня больше всего. Я должна вспомнить дни своей прошлой жизни. Должна. Просто обязана.

Глава 3

Саманта Митчелл

Жизнь до аварии

США

– Саманта, ты помнишь, что на твои каникулы мы летим в Париж? – спросила меня мама, как только я переступила порог кухни.

Еще сонная, борясь с непреодолимым желанием прошествовать обратно в свою комнату и залезть под одеяло с головой. Школа… Сегодня контрольная. Итоговая. Конечно, как же я могу пропустить столь «знаменательное» событие. Воодушевляет только, что после всех этих математических примеров и ужасающих формул, от которых мне просто каждый раз становится плохо, наступит-таки хоть что-то радостное. Мы (я, родители, и моя сестра) отправимся в аэропорт и полетим в страну Эйфелевой Башни. Хрустящих багетов и сыра. И много чего другого. Не менее прекрасного. А то еще решите, что я зациклена на еде и ни о чем другом и думать не могу. Очень даже могу. Но, вероятно, не сейчас. Не в эту минуту, когда на столе мама уже поставила завтрак на всю семью. Горячий омлет. Панкейки. Чай. Божественный аромат разносится по всей кухне, заставляя меня быстрее сесть за стол и начать есть.

– Саманта, вот ты где. Уже жуешь? И омлет, и панкейки… Кто бы сомневался.

Кейт. Моя сестра. Мы с ней совсем не ладим. Почему? Мы разные. Она стройная. Я – не очень. Она – популярная девушка в школе. И звезда в интернете. Успешный бьюти-блогер со… знаете каким количеством подписчиков? Миллионом! Ее канал «Уроки макияжа для подростков от Кейт Митчелл» почти каждый день смотрит миллион человек по всему миру. У Кейт не комната, а целый косметический склад. Тени, тушь. Помады всех цветов и умопомрачительных оттенков… В школу она всегда красится слишком ярко. Но мама уже привыкла к этой боевой раскраске и понимает, что делать ей замечания – не вариант. Всё равно Кейт продолжит так краситься, и никто не сможет ей запретить. Учителя в школе также относятся к этому снисходительно. Почему? Всё из-за того же миллиона подписчиков. Скажу по секрету: Кейт несколько раз получала «отлично» за важную контрольную только лишь потому, что обещала учителям рекламу на своем же канале. Кейт в школе – суперзвезда.

А я? Я – всего лишь Саманта. И этим всё сказано. Учусь на «отлично» без всяких подкупов учителей. Не обладаю такой стройной и изящной фигурой, как Кейт. У моего аккаунта в одной из соцсетей всего лишь сто подписчиков. И то, больше половины из них я знаю в реальной жизни. Я почти не крашусь. Тушь и немного блеска. На этом всё. У меня нет парня. У Кейт толпа ухажеров. В общем, разные мы. Совершенно. Не представляю, как мы станем проводить с ней дни в Париже. Как-то придется существовать вдвоем. Не хочется огорчать и расстраивать родителей, которые купили билеты и организовали всю эту поездку. Они хотели сделать нам подарок.

– Конечно, я здесь. Где же мне еще быть? Утро – время завтракать, – ответила я Кейт, захватывая вилкой порцию успевшего остыть омлета.

– Если и дальше так будешь питаться, то вряд ли сможешь похудеть, – сыронизировала Кейт. – Я же добра тебе желаю, – продолжила она как ни в чем не бывало.

– Спасибо за заботу, – ответила я, пытаясь скрыть раздражение.

Господи. Утро. Еще нет и семи, а Кейт уже успела испортить мне настроение. У нее к этому делу несомненный талант. Аппетит пропал. Я спешно встаю из-за стола, хватаю рюкзак и покидаю кухню. Надеть в прихожей куртку и уйти из этого дома. Раньше мы с Кейт добирались на занятия на школьном автобусе. Но недавно мы получили права, и отец разрешил пользоваться его прежним автомобилем (сейчас у него другой). Он-то (впрочем, как и я) думал, что мы будем ездить в школу вместе. Но моя звёздная сестра Кейт категорически отказывается приезжать в школу вместе со мной. Для нее я – лузер. Самый настоящий. Поэтому мы пользуемся машиной отца по очереди. День – она. День – я. Родители смирились, хотя и надеются, что поездка в Париж сможет нас примирить друг с другом. Мне, если говорить откровенно, в это верится с трудом. Если и вовсе верится. Что ж, пора в школу. Сегодня я добираюсь туда на автобусе.

Глава 4

Саманта Митчелл

Жизнь до аварии

Старшая школа «Вэлли Хилл»

Десять минут до начала первого урока

– Саманта, что скажешь насчет того, чтобы отправиться на одну невероятную школьную вечеринку? – улыбнувшись, спросила меня Джесси, когда я закрыла свой локер и уже собиралась отправиться на первый урок.

Джесси. Чирлидерша, королева школы. Этим все сказано. К сожалению.

Я оторвалась от экрана смартфона, спрятала наушники и переспросила, о чем она только что говорила. По выражению лица Джесси было понятно, что это ей явно не понравилось.

– Я спрашивала, не хочешь ли ты попасть на шикарную школьную вечеринку? Я скоро устраиваю одну. Решила вот пригласить и тебя: с ума сойти, как много ты учишься, а потому немного отдохнуть тебе не помешает.

– Я в числе приглашенных на твою вечеринку?

Признаться, Джесси никогда со мной не заговаривала. Поэтому я и удивилась подобным вопросам. Сильно сомневаюсь, что она вот так просто и бескорыстно решила пригласить меня на эту свою тусовку… Наверняка здесь дело в чем-то другом…

– Просто… Понимаешь, Саманта, я и мои подруги хотим тебе помочь. Твоя сестра и ты – так не похожи друг на друга.

– Причем здесь моя сестра?

– Дослушай, – обидчивым тоном протянула Джесси. – Говорю же, Саманта, мне хочется помочь тебе превратиться в прекрасного лебедя. Я приглашаю тебя на собственную вечеринку. Сделаем из тебя шикарную бэйби, и станешь пользоваться популярностью у парней. Как тебе такой план? Моя помощь совершенно бескорыстна, – закончила свой ядовитый монолог Джесси и улыбнулась (как мне показалось – фальшиво).

Как мне такой план? С чего бы это Джесси так по-доброму себя со мной вести и вдруг возжелать превратить меня в фотомодель? Здесь явно что-то не так. Вот только что именно?

Я бы могла продолжить с ней беседу и попытаться расспросить ее о чем-то большем, но у меня не было совершенно никакого желания этого делать. Впрочем, как и идти на эту вечеринку.

– Это все очень мило, но я не смогу прийти. Прости.

– Ты не хочешь подружиться с нами? Со мной и моими друзьями? Там будет элита школы. Да и тебе не мешало бы сменить имидж. Давно пора.

Элита школы? Можно подумать, мне есть до этих мажоров хоть какое-то дело. Тоже мне, нашла весомую причину, чтобы уговорить меня.

– Там будет Джош, – еле слышно произнесла Джесси, словно опасаясь, что нас кто-то услышит.

Джош. Да, признаюсь: это имя, точнее, его прекрасный обладатель, сводит меня с ума. Джош Лэндер, я влюблена в тебя уже два года. Капитан школьной команды по футболу. К тому же красавчик. Куда же без этого. Ну и что с того, что он будет на этой вечеринке? Сильно, всем сердцем, сомневаюсь, что Джош вдруг предложит мне стать его девушкой. Нет, Джесси явно что-то недоговаривает.

Через пять минут начнется первый урок, и мне уже хочется поскорее закончить этот разговор и отделаться от Джесси, но всё же я решаюсь спросить:

– И что? Какая разница, что там будет Джош. Мы почти не общаемся.

– А то, Саманта. Знаешь, ведь Джош влюблен в тебя.

Что? Джош влюблен в меня? Нет.

Это не может быть правдой.

Объективно не может.

Если бы он испытывал ко мне хоть какие-то романтические чувства, то уже давно бы об этом сообщил. Джош явно не относится к числу застенчивых людей. Скромностью явно не отличается. Но, в то же время, он вроде ни с кем сейчас не встречается… О, нет. Только не подумайте, что я слежу за этим парнем в свободное от учебы времени. Нет, вовсе нет. Просто… Знаете, когда капитан футбольной команды и лидер школы, начинает с кем-то встречаться (а это почти всегда бывает либо красотка-чирлидерша, либо другая известная личность нашего учебного заведения), то это, вне всяких сомнений, становится объектом внимания всех учеников. Главная парочка школы. Такие дела. Печальные. Но, в любом случае, я не верю, что Джош влюблен в меня. Хотелось бы так думать, но это не может быть правдой… Нет.

Когда закончились уроки, я собиралась отправиться в кафе: эмигрантское заведение с фасадом цвета спелой вишни с прекрасным названием «Мятежные Сердца». Подумать о том, что делать со своей жизнью дальше. Ах да, еще и попереживать насчет результатов контрольной. «Только бы не встретить по дороге Джесси», – думала я. Но именно это и случилось. Она подловила меня возле моего локера, когда я доставала оттуда забытый (как раз из-за утренних расспросов Джесси) смартфон. Что еще ей нужно? Я ведь ясно тогда дала ей понять, что в числе гостей на ее вечеринке меня можно не ждать. Неужели она ничего не поняла? Один пропущенный звонок и два сообщения. Я не успела посмотреть, от кого они, как звонкий (и противный до ужаса) голос Джесси вернул меня в реальный мир.

Мир школы «Вэлли Хилл», в котором каждый может стать объектом для обсуждения такими вот личностями нашего учебного заведения, вроде Джесси. Особенно если ты не входишь в их круг. Например, такие как я. Признаться, недавний разговор с Джесси и ее неутолимое желание пригласить на вечеринку с целью меня преобразить казались слишком странными… Я не верю в искренность Джесси. Но какую скрытую цель она может преследовать? Неизвестно. Но отчаянно хотелось бы узнать. Если я откажусь от приглашения, это может сделать все только хуже. Но чего ждать от этой вечеринки? Сильно сомневаюсь, что Джош признается мне там в любви. С другой стороны: быть может, я слишком себя накручиваю, и на самом деле ничего опасаться и не стоит? Не знаю.

– Саманта, так что насчет вечеринки? Принимаешь приглашение?

Принимаю ли я приглашение? Хотелось бы ответить, что нет, не принимаю. Никогда и ни за что. И я почти так утром ей и ответила. Но… Если я действительно откажусь, то могу настроить всех против себя? Да, я не популярная девушка в школе, но, по крайней мере, мне не выкрикивают вслед тонны оскорблений и не поливают кетчупом в столовой, как это случается с некоторыми, кому повезло чуть меньше, чем мне. И если я откажусь от приглашения Джесси, то… Могу сделать всё только хуже. Однозначно. Поэтому, наверное, мне стоит согласиться и пойти на эту тусовку. В конце концов, что может быть опасного в обычной вечеринке? Не думаю, что Джесси станет что-то замышлять. В любом случае: если я почувствую, что что-то идет не так, то я всегда смогу оттуда уйти. Да, наверное, стоит согласиться. Хуже не будет. Хотелось бы в это верить.

– Саманта, ты в порядке?

– Да, все в порядке, – ответила я Джесси, когда поняла, что она уже несколько минут ждет от меня хоть какого-нибудь ответа.

– Так какой твой ответ насчет вечеринки? Только не говори «нет», – протянула Джесси, в очередной раз сверкнув своей приторно-фальшивой улыбкой.

Только не говори «нет». Отлично.

Соглашаться? Или еще подумать?

– Джесси, прости, я тороплюсь, нужно идти, – пробормотала я, закрывая локер. – Обсудим это позже?

Я посмотрела на Джесси и увидела в ее взгляде…презрение. Или мне показалось? Хотя… мне должно быть всё равно…

– Ладно, позже так позже, – снова натянув фальшивую улыбку, процедила Джесси и, наконец-то, отдалилась от меня.

Я с облегчением выдохнула. Не хочу разговаривать с этой Джесси. И на эту вечеринку идти у меня тоже нет совершенно никакого желания. Но если я отвечу твердым отказом, то могу настроить всех против себя. Сложно…

Нужно посоветоваться моей лучшей подругой. Сандрой. Единственным человеком в этой школе, кому я доверяю на все сто процентов. Мы дружим с ней уже много лет. Я отчетливо помню тот день, когда мы стали лучшими подругами. Это знаменательное событие случилось в младших классах. Я получила плохую отметку, и мне не хотелось возвращаться домой после уроков, так как знала, что мама точно за это не похвалит. Я вышла во двор школы, села на скамейку и просидела так минут двадцать, не меньше, прежде чем ко мне подошла одна улыбчивая девочка. Ей и оказалась Сандра. Она просто спросила меня, почему я такая грустная в такой прекрасный и солнечный день. Я улыбнулась в ответ. Тогда мы и познакомились. И домой уже отправились вместе. Точнее, сели рядом в школьном автобусе, который и доставил нас по домам. Как выяснилось, мы жили рядом друг с другом.

С тех пор мы почти неразлучны. Сегодня Сандры не было в школе, у нее заболел младший брат, и она навещала его в больнице. Поэтому я договорилась встретиться с ней в кафе «Мятежные Сердца». И пропущенный был, как сейчас стало понятно, именно от неё. А вот сообщения – от неизвестного мне отправителя… Просит встретиться с ним завтра после уроков, всё в том же кафе… Всё это так странно… Кому бы понадобилось писать мне такое? Тайных поклонников у меня точно нет. Чья-то шутка? Но чья? Теперь мне точно нужно встретиться с Сандрой и рассказать ей обо всём. О приглашении Джесси, об этих таинственных сообщениях… Спросить у нее, что она обо всём этом думает. Надеюсь, Сандра поможет принять мне правильное решение насчет Джесси и посоветует, как быть с этим неизвестным отправителем загадочных посланий. Нужно уже выходить из этого здания. Прощай, «Вэлли Хилл», я не буду скучать. Хотелось бы мне сказать эти слова на выпускном, но до него еще далеко…

Глава 5

Саманта Митчелл

Жизнь до аварии

Эмигрантское кафе «Мятежные сердца»

Когда я пришла в кафе, Сандра уже сидела там и задумчиво потягивала безалкогольный фруктовый коктейль. Только вот выглядела слишком печальной. Слишком. И мне кажется или в ее глазах я видела слезинки? Она плакала? Но из-за чего? Хозяин заведения, добродушный старик Том, рад нам в любое время. Он работает здесь уже много лет. Его семья эмигрировала, когда ему было десять. То есть здесь он всю сознательную жизнь. Поэтому Том и открыл здесь кафе. Вскоре после окончания школы. Дела шли успешно, впрочем, и по сей день так всё и продолжается. Том покрасил фасад в цвет спелой вишни. Смотрится довольно мило. То ли дело действительно в сочном и ярком цвете, и старик Том умеет правильно выбирать подходящий оттенок для покраски, то ли еще в чём… Как бы то ни было, именно в этом кафе я и Сандра часто проводили свои дни после уроков в «Вэлли Хилл».

Элита школы обычно сюда не заглядывает: считает это место не слишком модным. Такие высокомерные особы, как Джесси и ее свита, предпочитают отправляться в кафе «Юность». Модный клуб через квартал от школы. Там всегда можно встретить толпу богатеньких подростков из «Вэлли Хилл». Цены там, конечно, просто космические. А нам с Сандрой и в кафе «Мятежные сердца» неплохо. Можно сидеть хоть часами, болтать о разном и потягивать фруктовые коктейли. Старик Том никогда нас не прогоняет. И даже иногда угощает бесплатным обедом за счет заведения. Но мы, конечно, оплачиваем. Нельзя пользоваться чужой добротой слишком часто.

– Девушки, как ваши дела? – как всегда вежливо спрашивает Том, когда подходит к нашему столику. В его руках две креманки с шоколадным мороженым. Сандра сделала свой выбор: она знает, что нужно заказывать.

– Хорошо, – почти хором отвечаем мы.

Хотя, не знаю, что насчет Сандры, а я вот себя чувствую не очень-то и хорошо. Можно сказать, даже плохо. И всё из-за приглашения на вечеринку этой выскочки Джесси. Том ставит на столик креманки с заказанным мороженым, вежливо улыбается и отходит от нас, понимая, что нам нужно поговорить тет-а-тет. Без свидетелей. Только я, Сандра и мороженое.

– Сандра, ты звонила мне, пока я была в школе… Забыла телефон в локере. Не могла ответить. Что-то срочное?

– Мой брат… Он в больнице, будут делать операцию. У него рак, – сквозь слезы, прерывисто и тихо бормочет Сандра.

Несколько минут я просто смотрю на подругу, не зная, что сказать. В таких ситуациях все кажется фальшивым, даже если и произносится от души. Какое-то время мы просто молча сидим в полупустом (хотя обычно здесь немало посетителей) кафе, словно молчание – единственный верный вариант развития дальнейших событий. А я ведь хотела поговорить с Сандрой о приглашении Джесси на вечеринку. А еще о загадочном и таинственном послании от анонимного отправителя… О том, как мне быть и что делать дальше… Но разве можно сравнить масштабы катастрофы? После того, что она мне сказала, уже просто неловко говорить о своих «проблемах». На фоне болезни родного человека всё это выглядит слишком мелким и каким-то несерьезным.

– Знаешь, Сэм, мне просто нужно было с кем-то поговорить, знать, что я не одна, – произносит Сандра в слабых и безуспешных попытках прекратить всхлипы. – Мама с отцом сейчас в больнице… Я тоже там была. Потом пришла сюда. Тяжело. Пришла в это кафе, села за столик. Набрала тебе, но ты не отвечала. Я так и подумала, что ты забыла свой телефон в локере. Такое ведь уже случалось. Но хорошо, что ты отозвалась и пришла сюда, – Сандра улыбнулась сквозь слезы. – Без тебя, Саманта, я бы уже просто сошла с ума. Поверить не могу, что с моим братом такое случилось.

– Сандра, не знаю, что и сказать… Всё наладится… Прости, мне очень жаль.

– Спасибо, Сэм. А как у тебя дела? Что в школе?

– Не думаю, что школьные проблемы могут превысить масштабы твоего горя.

– Саманта, спасибо за поддержку, правда, но я не могу не спросить, как твои дела. Как только ты вошла в кафе, я заметила, что ты чем-то встревожена… Рассказывай. Что случилось?

– Да рассказывать особо и нечего.

– Саманта. Перестань, рассказывай. Я же вижу, что у тебя что-то случилось.

– На фоне твоего горя мои проблемы слишком мелкие.

– Саманта, мы же лучшие подруги. Да, у меня в семье горе. Но это не значит, что теперь я не хочу слушать про то, что случилось у тебя. Рассказывай, иначе я обижусь.

– Джесси приглашает меня на вечеринку.

Сандра совсем не удивилась. Наверное, догадывалась, что речь пойдет о Джесси.

– Что за вечеринка?

– Джесси желает превратить меня в девушку их уровня.

Сандра уронила ложку от мороженого на пол. Видимо, на этот раз всё-таки удивилась.

– С чего бы вдруг она стала такой доброй? – спросила она, как только подняла ложку с пола.

Если бы я знала… Сама задаюсь этим же вопросом.

– Не знаю, не знаю. Как думаешь, соглашаться?

– Если не согласишься, все могут не так понять, – не раздумывая, ответила Сандра.

– Тоже об этом думала. Надеюсь, Джесси ничего не замышляет, – спокойно ответила я, хотя совершенно не была в этом уверена.

– Все будет хорошо, – Сандра попыталась меня подбодрить, несмотря на то, что у нее сейчас жизненная ситуация в разы тяжелее моей.

Разве может болезнь близкого человека сравниться с приглашением на вечеринку от королевы школы? Разумеется, нет.

– Надеюсь, Джесси ничего не выкинет. Знаешь, Сандра, от нее ведь всё что угодно можно ожидать.

Она пристально посмотрела на меня, словно я сказала что-то жутко странное, а затем серьезным тоном произнесла:

– Джесси, конечно, не подарок, но не думаю, что она способна на какую-либо жестокость. Максимум, что она может, так это пролить на новое платье своей жертвы лимонад в школьной столовой. Как бы случайно. И при этом не извиниться. На что-то большее у Джесси не хватит ни фантазии, ни ума. Так что не думаю, что тебе стоит сильно по этому поводу переживать. Точнее, не стоит вовсе.

Быть может, Сандра и права. Действительно, со времен нашей начальной школы Джесси не была замешана в каких-то уж слишком подлых делах. Пролить лимонад, случайно задеть дверцей шкафчика в момент переодевания на физкультуру, спрятать кроссовки или форму в другой локер – вот, что было верхом скверного характера королевы школы.

– Наверное, ты права, – вернувшись из собственных мыслей в реальность, со вздохом ответила я Сандре. – В конце концов, пролитого на свое платье лимонада я не боюсь. И я всегда смогу уйти с этой вечеринки. Если вдруг почувствую, что что-то пошло не так.

– Именно.

Сандра и я расплачиваемся за мороженое (хотя старик Том и собирался угостить нас им бесплатно, за счет заведения, но мы всё равно не можем не оплатить), встаем из-за столика и собираемся отправиться по домам. Сандре уже успели позвонить родители, а меня ждет пустая квартира (родители уехали в командировку на две недели). Решаю не рассказывать Сандре о таинственных посланиях: вдруг это окажется единичным случаем. Ей и без моих рассказов сейчас нелегко.

Глава 6

Джесси Олбрайт

Старшая школа «Вэлли Хилл»

США

Сколько девушек из старшей школы «Вэлли Хилл» одеваются безвкусно? Не ошибусь, если скажу, что почти все. Кошмар, да и только. Нет, вы только представьте себе: сотни девушек в ужасных нарядах. Каждый день. Никогда, наверное, не пойму, как можно облачиться в такие несочетаемые вещи. Мне подобное и в самом страшном сне не привидится. А им – нормально. «Вэлли Хилл» – престижное учебное заведение: половину учеников старшей школы можно отнести к тем, кому по жизни сильно повезло (они родились в богатой, привилегированной семье). Есть здесь и те, кто выиграл грант на обучение. И как правило, именно последние и одеваются безвкусно. У них нет финансов на хорошие наряды. А если что-то и есть (что они смогли заработать, трудясь либо официантами в кафе, либо в библиотеке школы, либо где-нибудь еще), то тратят на самое необходимое. Тут уж не до выбора стильных нарядов, покупки сногсшибательных туфель или сумочки. Или походов в ресторан, просто чтобы отметить окончание очередной утомительной учебной недели. Для таких нормально питаться гамбургерами и совершенно не беречь фигуру.

Вход таким индивидам в клуб чирлидеров закрыт. Как правило, их можно найти в самых отдаленных рядах школьной столовой, если примкнуть к «отряду» ботаников. И даже после школы они торопятся на какие-нибудь факультативы или просто домой. Они не устраивают вечеринок, а на другие тусовки их просто не приглашают. Так и живет старшая школа «Вэлли Хилл». Среди девушек – главная здесь я. Джесси Олбрайт.

Чирлидерша, королева школьного конкурса красоты и мечта всех парней.

Мои родители – состоятельные люди, я живу в роскоши с самого раннего детства. Мне совершенно не привыкли в чем-либо отказывать. До недавнего времени я ездила в школу с личным водителем. Но как только мне исполнилось шестнадцать, отец купил мне шикарный автомобиль… Машину моей мечты. Ярко-зелёный кабриолет. Мне нравится самой быть за рулем, парковаться у школы, а затем начинать новый будний день. Ведь ты знаешь, что ничего необычного случиться не может. Не должно. Все здесь тебя любят, ценят и уважают. Хотят дружить с тобой… Но мне так нравится ни на кого не обращать внимания, не принимать кого-то новенького в наш круг и сплетничать обо всем с подругами…

Мне нравится моя школьная жизнь. Надеюсь, ничего страшного в череде моих безмятежных дней не случится… К ужасающему я отношу и какие-то личные трагедии…

Глава 7

Марк Морель

Франция

Париж – удивительный город. Здесь можно прожить всю жизнь, и он никогда не успеет надоесть. От него никогда не устанешь. Наша семья живет неподалеку от главной достопримечательности Парижа. Эйфелевой башни. Я учусь в престижной частной школе. Никогда не учился в государственных. Мои родители – финансово обеспеченные люди. Помимо обычной школы я посещаю модельное агентство. Все девушки из старшей школы без ума от меня. Нет, это не моя подростковая фантазия. Вовсе нет. Почти каждый день я нахожу какие-нибудь послания в мой адрес в виде записок (как анонимных, так и нет) либо в рюкзаке, либо где-нибудь еще. Много девушек признавалось мне в любви и лично. Но любил ли кого-нибудь в этой жизни я? Нет. Еще нет. По-настоящему – еще никого. Знаете, не встретил еще такую девушку, вместе с которой хотелось бы сбежать в ранний предрассветный час на набережную Сены и гулять, держась за руки до тех пор, пока не надоест. Не встретил ту, ради которой хотелось бы совершать невообразимо прекрасные поступки. Вроде преподнесения огромного количества роз, ужина в кафе с видом на вечерние огни Парижа и всего такого. Интересно, существует ли она вообще в этой вселенной?

Все девушки из моего модельного агентства выглядят одинаково. Почти. Я, конечно, утрирую, но доля истины в моих словах присутствует. Все эти куклы похожи друг на друга. Одни и те же выражения лиц, одни и те же улыбки, которые кажутся мне иногда чересчур фальшивыми. С ними не очень интересно даже разговаривать. Почти всех волнует лишь внешность. Их собственная или других людей. Их не пригласишь в кафе и не угостишь хрустящим багетом, и они ни за что не отведают лишний круассан. Опасаются за свою фигуру. Боятся поправиться даже на пару граммов. Иногда это пугает меня.

В модельное агентство меня привела мать. Мне было всего лишь пять лет. С тех пор мое лицо красовалось на рекламных плакатах, афишах, билбордах при въезде в аэропорт. И много где еще. В детстве я рекламировал молочный шоколад. Часто появлялся в телевизоре. Один раз даже принял участие в кулинарной передаче. Мне тогда только исполнилось тринадцать, и по сюжету мне предстояло приготовить первый в своей жизни вермишелевый суп. Жюри, к моему глубочайшему удивлению, высоко оценило мои старания, и я даже занял призовое место. Одним из призов в той телепередаче (которая, к слову, была довольно популярной и транслировалась по федеральным каналам) было обучение в одной из лучших, престижных кулинарных школ Европы. Я прожил год, учась по обмену в Италии. Научился готовить фирменные пиццу, спагетти с различными соусами, и много чего другого, не менее удивительно-прекрасного. В четырнадцать я завел свой кулинарный блог, где бережно сохранял рецепты, по которым мне нравилось творить больше всего.

Тогда же я и создал свой аккаунт в одной из соцсетей, где каждую неделю готовил блюда по просьбам своих подписчиков. На фоне на тот момент была крохотная, но довольно уютная кухня в общежитии нашей кулинарной школы. Мои родители могли оплатить мне проживание где угодно, но я отказался. Не хотел выделяться. К тому же хотелось попробовать пожить в совершенно других условиях. Не таких роскошных, к каким привык с самого раннего детства. В том общежитии жили и другие ребята, которые обучались в той же школе кулинарного мастерства, что и я. Некоторые так же выиграли обучение за счет телепередачи, заняв в ней призовое место, другим же всё оплатили родители.

Тем ребятам, как и мне, непреодолимо хотелось окунуться в атмосферу самостоятельности. Нет, это понятие никак не связано с распитием алкоголя и чем-то подобным. Нам просто хотелось пожить одним. Без контроля богатых родителей. Так странно думать, что если бы не участие в той телепередаче, то кулинария вряд ли когда-нибудь превратилась бы в мое хобби. А ведь всё началось с того, что мать привела меня за руку в модельное агентство. Славного пятилетнего мальчугана с обворожительной для своих лет улыбкой, пригодной для съемок в рекламе молочного шоколада.

Сейчас на моем кулинарном канале около миллиона подписчиков. Нереальные цифры. Столько людей по всему земному шару каждую неделю смотрят мои новые видео. Как я готовлю очередное блюдо. Мне постоянно пишут сотни тысяч комментариев, ставят сумасшедшее количество лайков. Но я не могу назвать всех этих людей просто своими фанатами. Они мне как приятели. Да, именно так. Без них я – не я.

– Марк, в школу же опоздаешь! – с кухни доносится звонкий голос мамы.

Мне уже шестнадцать, а мама порой обращается со мной, как с ребенком. Несмотря на то, что я уже успел пожить самостоятельно в другой стране. Похоже, родительская гиперопека не лечится. Может пройти на некоторое время, но навсегда исчезнуть – вряд ли. В последнее время я чувствую себя не обычным подростком, а зомби. Самым настоящим. Каждый день похож на предыдущий. Ранний подъем в шесть утра. Сопровождающийся вот такими возгласами мамы из кухни. Затем – душ, завтрак и поездка в школу. В нашей семье принято везде ездить с личным водителем. Но я отказался от этого еще год назад, из-за чего мама чуть ли не целый месяц (а то и гораздо дольше) сокрушалась. Как же так, начать ездить в школу на автобусе. Ведь все из моей престижной частной школы приезжают на автомобилях. Но я не хотел быть, как все.

– Марк, сколько у тебя сегодня уроков? – сухим деловитым тоном спросила мама, как только я появился на пороге.

Быстро соображаю, какой сегодня день недели и что будет в школе… Так. Сегодня только понедельник. Начало длинной однообразной недели. Шесть уроков. Надеюсь, не сойду с ума. Так еще и контрольная по математике, в которой я совсем ничего не понимаю.

– Марк, ты вообще слышишь, что я говорю?

– Да. Сегодня шесть уроков, – ответил я, возвратившись в надоевшую мне реальность пафосной жизни с личным водителем и богатыми родителями.

– Отлично. Значит, после уроков за тобой заедет наш водитель.

Видимо, заметив, по моему выражению лица, как я удивился, мама поспешила продолжить:

– Да. Я знаю, Марк, что ты не любишь ездить куда бы то ни было с водителем. И выступаешь за самостоятельность. Всё это, конечно, похвально. Я рада, что у меня такой сын. Но сейчас ты в таком возрасте, что излишняя самостоятельность может пойти лишь во вред.

Тон мамы вдруг немного смягчился:

– На самом деле, Марк, сейчас в нашем квартале процветает криминал. Да, мы живем в благополучном районе, но почитай газеты. Там заголовки пестрят ужасающими названиями.

«Сегодня подростки ограбили местный ювелирный магазин на улице Тюильри. Есть жертвы».

– Мам. Я уже не маленький. И могу постоять за себя, если что. К тому же, я уже жил один в другой стране, когда был учеником по обмену.

– Но, тем не менее, лишняя осторожность не помешает. Поэтому я очень тебя прошу, чтобы ты нигде не задерживался допоздна, а в школу и из школы ездил с водителем. Ради твоего же блага.

На это мне хотелось ответить маме резко и грубо, но я сдержался. Мне нужно всего лишь найти способ, как уехать из этого города вновь. Невыносимо находиться в условиях тотального контроля двадцать четыре часа семь дней в неделю. Быть может, есть какие-нибудь подходящие для меня программы учебы по обмену? Что, если вновь прожить год в чужой стране? Вдали от привычных условий? Заманчивая идея. Надо просмотреть сайты. Наверняка найдется что-нибудь подходящее…

Глава 8

Саманта Митчелл

США, жизнь после аварии

Реабилитационная клиника

Окна клиники, в которой я вынуждена по воле судьбы сейчас находиться, выходят во двор. Он довольно уютный. Прекрасные цветы на каждом шагу, а на каждом углу – разноцветные скамейки. Когда я прохожу мимо и просто задерживаю взгляд, то мне почему-то всегда кажется, что они только что покрашены. Скорее всего, в два или даже в три слоя. Но стоит мне провести по ним пальцем, снова и снова это оказывается всего лишь иллюзией. Такое ощущение складывается только из-за того, что эти скамейки слишком кислотного цвета. По мнению психологов из этой клиники, подобное буйство красок и цветов должно вселить в пациентов лишь положительные эмоции, зарядить их немалой долей оптимизма. Но, сказать по правде, меня все это почему-то только раздражает. Нет, здесь уютно, но вот эту пронзительную яркость стоило бы убрать. Перекрасить во что-то более нейтральное.

Прохожу еще пару шагов. Ровно стриженый газон. Такого же ярко-зеленого цвета. Единственный плюс: аромат свежескошенной травы, который я могу прочувствовать при очередной его стрижке. В свободное от очередных сеансов психотерапии и тщетных (надеюсь – только пока что) попыток специалистов восстановить мне память, меня можно застать только там. В этом дворике. Обычно после пяти часов вечера. Солнце уже успевает скрыться за высокими кронами столетних деревьев, оставляя позади полуденный зной. В воздухе витает аромат свежей выпечки из открытого напротив кафе, горячий некогда асфальт уже не накален до предела, а это значит, что я могу побыть наедине с собой и своими мыслями. Сесть на одну из кислотных скамеек (выбора нет) и начать пытаться что-то вспомнить из своей жизни. Из своей прошлой жизни. Снова и снова. День за днем. Пытаться вспомнить. Вы понимаете, как все это тяжело? Особенно, если знаешь, что так ничего можешь и не вспомнить. Ничего и никогда.

Мне кажется, что я никогда-никогда ничего не восстановлю в памяти. В голове – сплошные хаотичные отрывки. Черно-белые кадры кинопленки. Цветные появляются лишь изредка. Иногда моя память озаряется короткими вспышками, и кажется, что наступает прозрение, но это всего лишь кажется. Максимум, что вспоминаю, так это какой-нибудь рандомный день из моей школьной жизни… Что самое обидное, ничем совершенно не примечательный. Надо постараться вспомнить что-нибудь более значительное. Важное и нужное. Сеансы психотерапии призваны в этом помочь, но пока особых результатов нет. Надеюсь, временно. И вскоре я вспомню свою жизнь. Посещать эти занятия мне не нравится (там слишком много людей, а я стеснительная), но из-за того парня в бейсболке я не пропускаю ни одного сеанса. До недавнего времени наше общение сводилось лишь к наивным переглядываниям и полуулыбкам, но сегодня случился первый разговор. Один на один.

Без посторонних людей. Когда наш сеанс психотерапии подошел к концу, я вышла из кабинета, но спустя несколько мгновений вдруг обнаружила, что на моем плече нет рюкзака.

Сообразив, что оставила его в кабинете, я поспешила вернуться. Но не успела я войти, как рюкзак мне уже осторожно протягивала рука парня в бейсболке. Тогда мы и заговорили. Как оказалось, он тоже потерял память после автокатастрофы. Но проблема в том, что он не помнит даже своего имени. И тоже не теряет надежды восстановить память. Мы еще долго потом беседовали в кафетерии клиники, ели мороженое, пытались хотя бы на некоторое время забыть о том, какие испытания уготовила нам в этой жизни вселенная. Время пролетело незаметно, и мы договорились встречаться в этом кафетерии каждый раз после сеансов психотерапии. Беседовать обо всем подряд, пытаясь вспомнить свои прошлые жизни. Надеюсь, у нас это получится. Завтра мы встретимся здесь снова. Саманта Митчелл и парень в бейсболке.

Глава 9

Марк Морель

Частная школа «Сэн-Прэ»

Париж

– Марк, как насчет того, чтобы устроить на выходных вечеринку? Я приглашаю.

Моника. Девушка, тотально и навечно в меня влюбленная. Не понимающая никаких отказов, намеков и прочих полутонов в общении. Она думает, что я люблю ее и просто флиртую с ней. Монике бы в писатели податься: читатели наверняка оценили бы ее безудержную фантазию. И вот что мне отвечать? Совсем не хочется задевать ее чувства, но и идти на эту вечеринку – тоже. Нет желания. Я ведь прекрасно понимаю, что данное приглашение можно приравнять к рандеву. Моника не упустит возможности принести свечи и прочую романтическую атрибутику, а также приготовить ужин и включить какую-нибудь соответствующую мелодию, чтобы мы сошлись в танце, а вскоре, конечно же, страстно поцеловались бы.

– Прости, Моника. У меня другие планы, – ответил я, опустив жетон в автомат с напитками.

– И какие?

Упрямство этой девушки достигает порой просто космических масштабов.

– Есть кое-какие дела. Надо помочь родителям, – ответил я, вынув пластиковый стаканчик.

Кто-то сзади нечаянно толкнул меня, и я (разумеется, не специально) выплеснул содержимое горячего стаканчика на Монику. Точнее, на ее белоснежную отутюженную рубашку. Кошмар.

– Марк, какой же ты идиот, – зло бросила мне Моника перед тем, как удалиться, звонко цокая высокими каблуками по паркетному полу.

Даже извиниться не успел.

Когда я зашел в класс, урок уже успел начаться. Но в этой школе к опозданиям относятся снисходительно, поэтому, кроме вежливого замечания учителя, ничего и не услышишь. Быстро проскользнув к своей парте и достав из рюкзака учебник, тетрадь и ручку, стараюсь сконцентрироваться на происходящем. Но получается слабо. Точнее, не получается вовсе. Мне нужно проверить сайты на предмет объявлений об учебе в других странах. Наверняка существует что-то подходящее. Вытащив из кармана джинсов смартфон, вбиваю в поисковую строку свой непритязательный запрос: учеба в США, уехать и стать учеником по обмену.

Почему именно США? Не знаю. Там я еще ни разу не был. К тому же хотелось уехать куда-нибудь за океан. Далеко. Я бы, если честно, согласился улететь даже в Африку. Но это слишком радикально, да. США подойдет. Пока учитель сосредоточенно выводит на доске формулы, я открываю нужный сайт и перехожу по ссылке, что ведет меня в другой мир. Свободный от тотального родительского контроля. Мое внимание привлекла одна интересная программа. Если пройду, окажусь в США. Стану учеником по обмену. Надо принять участие.

Глава 10

Саманта Митчелл

Жизнь до аварии

Старшая школа «Вэлли Хилл»

Я думала, недавнее анонимное послание было всего лишь случайностью. Мало ли, кто мог ошибиться. Но когда и сегодня перед уроком французского я открыла свой локер и обнаружила там записку, то не знала, как реагировать. Не знаю и до сих пор. Это уже не кажется совпадением. Послание в милом светло-розовом конверте точно адресовано мне. Сомнений быть не может. На этот раз таинственный автор предлагает мне встретиться. После уроков в кафе «Мятежные Сердца». Интересно, кому бы понадобилось встретиться со мной в кафе «Мятежные Сердца»? Это место не посещается нашей элитой. Значит, мой тайный воздыхатель – явно кто-то из ботаников. Но кто именно? Я уже собиралась отправиться на урок, предварительно взяв с собой записку, чтобы показать ее Сандре, как меня снова перехватила по пути Джесси.

Ей что, заняться больше нечем?

– Саманта, угадай, по какому поводу я к тебе пришла? – со своей фирменной приторно-фальшивой улыбкой спросила меня Джесси.

Вечеринка. О, Господи. Зачем мне нужна эта вечеринка? Какую цель ты, Джесси Олбрайт, преследуешь?

– Догадываюсь, – коротко бросила я Джесси без малейшего энтузиазма.

Мой сухой тон ее совершенно не смутил (я сомневаюсь, что эту особу может в этой жизни что-то смутить), и она поспешила продолжить:

– Так ты придешь?

Мне хотелось ответить ей категоричным отказом, но я вспомнила наш разговор с Сандрой в кафе. Ее слова, что если я откажусь, то это может сделать все только хуже. Да я и сама об этом думала… Поэтому я ответила положительно. В любом случае: с вечеринки всегда можно уйти. Силой меня там никто держать не будет.

– Да, Джесси. Я приду.

Судя по всему, Джесси никакого другого ответа и не ожидала, поэтому ничуть не удивилась моим словам.

– Вот и отлично, – поправив выбившуюся прядь белокурых волос, будничным тоном произнесла она и, одарив меня на прощание своей неизменно фальшиво-приторной улыбкой, поспешила удалиться прочь.

Детали вечеринки мы договорилась обсудить в школьном чате. Тем лучше: не желаю разговаривать с Джесси вживую. Посмотрим, что будет представлять из себя эта вечеринка. Ах да, по словам Джесси, на ней будет Джош. Джош, который в меня влюблен. Что за глупости. Ей лишь бы что-то выдумывать. Джош любит футбол, стройных чирлидерш и себя. Кого и что угодно, но только не меня. Еще и это анонимное послание в моем шкафчике… Кто его автор? Так, мне необходимо срочно рассказать обо всем Сандре. Просто необходимо.

Глава 11

Саманта Митчелл

Жизнь до аварии

Кафе «Мятежные Сердца»

После уроков в старшей школе «Вэлли Хилл»

Старик Том встретил меня и Сандру, как всегда радостно. Угостил шоколадными пирожными за счет заведения и посадил за наш любимый столик. В самом дальнем углу, у окна. Там нам никто не мешает подолгу разговаривать. И мы можем сидеть часами, обсуждая все на свете. Даже не могу себе представить, чтобы кто-то из наших мажоров заявился сюда.

– Сандра, как там твой брат?

– Спасибо, операция прошла успешно. Будем верить, что и дальше все будет хорошо.

– Обязательно будет, – ободряющим тоном ответила я Сандре, вынимая из рюкзака слегка смятый лист.

– Что это?

– Я не сказала тебе об этом в прошлый раз, но вот… Прочитай.

Она осторожно взяла из моих рук записку, словно опасаясь прочитать там что-то ужасное. А прочитав, спросила:

– Получается, у тебя появился тайный поклонник? Это же прекрасно, Сэм.

– Не вижу ничего прекрасного.

– Ты должна пойти на эту встречу.

– Думаешь? Но я ведь даже не знаю, кто автор этого послания, – неуверенно протянула я, взяв с тарелки последнее пирожное.

– Я пойду с тобой. Точнее, буду рядом. Ничего плохого не случится. Если это окажется чьей-то глупой шуткой, ты всегда можешь уйти, а этот розыгрыш пусть останется на совести того безмозглого человека. Но не думаю, что это чей-то розыгрыш.

– Почему ты так думаешь?

– Мне кажется, что подобные розыгрыши устраивают лишь в младшей школе.

– Не знаю, не знаю. От учеников старшей школы «Вэлли Хилл» можно ожидать чего угодно. Ты и сама прекрасно понимаешь.

– Кстати, ты согласилась пойти на ту вечеринку?

– Хотела отказаться, но все же согласилась.

– Правильно, уйти всегда можно.

– Надеюсь, ничего плохого не случится.

– Ты всегда можешь мне позвонить или написать. Я тут же приеду.

– Спасибо за поддержку, Сандра. Так ты думаешь, мне стоит пойти и на эту встречу с тайным воздыхателем? Как же смешно звучит. Никогда бы не подумала, что у меня может появиться тайный поклонник.

– Если хочешь, я пойду с тобой.

– Это было бы прекрасно. Если я буду знать, что ты рядом, мне будет не так страшно.

– Все будет хорошо.

– Надеюсь.

Я и Сандра уже собирались встать из-за столика и отправиться по домам, когда дверь в кафе вдруг отворилась, и с трелью колокольчика в помещение вошел… Джош? Джош Лэндер? Что он здесь забыл? Неужели ошибся адресом?

Глава 12

Джесси Олбрайт

Вчера я узнала, что кое-кто из нашего класса влюбился в девушку, которая ему совершенно не пара. Разве может красавчик Джош Лэндер, капитан школьной футбольной команды, звезда «Вэлли Хилл», влюбиться в простушку, обыкновенную девушку без намека на чувство стиля? Джош Лэндер должен быть моим парнем. И только моим. Нужно придумать план, как опозорить эту простушку и сделать все, чтобы Джош уже раскрыл свои глаза и обратил внимание, что единственной красоткой в этой школе являюсь я. Джесси Олбрайт. Единственная и неповторимая. Джош Лэндер, ты станешь моим. Во что бы то не стало. Я-то ведь только иронизировала, когда говорила Саманте, что Джош в нее влюблен. А недавно выяснилось иное… Кошмар.

– Джесси, о чем задумалась? – в школьную реальность меня вернул учитель истории.

Если бы я сказала историку, мистеру Виткинсу, о чем я только что размышляла, то не думаю, что его привело бы это в восторг. Поэтому поспешила ограничиться коротким и банальным:

– Извините, просто задумалась.

Скучный урок истории продолжился, в классе стало непривычно тихо, слышался лишь шелест, переворачиваемых листов тетрадей и учебников. Именно тогда в моей голове и поселилась одна идея. Одна заманчивая мысль, которую мне непременно захотелось воплотить в реальность.

Глава 13

Джош Лэндер

США

Хорошо, что сегодня после уроков нет тренировки по футболу, а это значит, что у меня появилось свободное время на что-то другое. Дэн и Майк предлагали пойти в пафосный клуб «Юность», но я отказался. Там я увижу одни и те же лица. Своих одноклассников, которые вечно устраивают там тусовки. Больше всего на свете мне сейчас хотелось бы сесть и снова начать рисовать. Там, где мне никто не помешает. Например, в кафе «Мятежные Сердца»… Никогда не бывал в этом заведении. Видимо, пришла пора это исправить. Как раз после уроков можно нанести дружеский визит.

Когда я, наконец-то, вошел в здание кафе, было уже без четверти шесть. Оглядел интерьер. Довольно стильный. На стенах висят картины. Подумать только: я почти каждое утро езжу в школу на своем «понтиаке» мимо этого кафе с фасадом цвета спелой вишни, одиноко растущих кустарников возле главного входа и невероятно красивых роз и других цветов, которые расцвели на клумбах, и еще ни разу в мою голову не закралась очевидная, простая и любопытная мысль. Наконец-то отворить двери этого заведения и войти, став полноправным его посетителем. Но исправиться никогда не поздно, не так ли? Я сел за столик, заказал пиццу и содовую. Банальный набор американского подростка. Хозяин кафе, сам принесший мне мой заказ, оказался на редкость разговорчивым, приветливым и дружелюбным человеком. Еще один плюс в пользу этого заведения. Вскоре я приступил к еде, а заодно мне захотелось сделать в творческом блокноте пару эскизов. Наброски карандашом, которые давно захватили мои мысли, разум и сердце.

Открыл рюкзак. Достал блокнот. Карандаш. Остро заточенный, что позволяет делать штрихи более выразительными, четкими и словно живыми. В момент размышлений о том, что мне хотелось бы изобразить на листе бумаги, который покоился на дне моего школьного рюкзака, я увидел их. Сидели за столиком у окна и о чем-то увлеченно беседовали. Саманта Митчелл и ее подруга Сандра. Мои одноклассницы. Сандра сидела ко мне спиной, а Саманта, наоборот, смотрела прямо. Да, должно быть, она уже действительно заметила меня.

Заметила, но поспешила отвести взгляд. Заказанная пицца уже успела изрядно остыть, а банка содовой не открыться, но сейчас меня это мало волновало. Мне вдруг захотелось нарисовать полноценный портрет Саманты. Она потрясающая. Невероятная. Красивая. Для меня она именно такая. Интересно, что она думает обо мне? Наверняка что-то вроде «не имеющий мозгов и интеллекта капитан футбольной команды, который без ума от внимания девушек, а особенно от таких, как Джесси». Неужели, Саманта Митчелл, ты именно так думаешь обо мне? Хотелось бы верить, что нет.

Глава 14

Саманта Митчелл

Жизнь до аварии

Кафе «Мятежные Сердца»

Я действительно смотрю на Джоша Лэндера. Это он. Сидит за столиком в компании пиццы и содовой, к которым, кажется, совсем не притронулся. У него в руках карандаш, и он что-то рисует у себя в блокноте. Не знала, что у Джоша талант художника… Впрочем, его рисунки я никогда не видела. Может быть, он и не рисует вовсе, а просто водит линии в попытках скоротать время? Все возможно.

– На кого ты там так смотришь? – услышала я голос Сандры, про которую я, совсем забыла в процессе своей «слежки».

Но не успела я ничего ей ответить, как она обернулась, и все увидела сама. Хотя, кажется, в отличие от меня, нисколько не удивилась. Как будто Джош Лэндер – постоянный клиент этого кафе. Но, судя по всему, у Сандры слишком низкий порог удивления чему-либо. Поразить ее чем-то невероятно сложно. Меня же может даже резкая смена погоды в течение дня. Вдруг было солнечно, а потом улицы залил нескончаемый дождь. Что-то вроде такого.

– Тебя удивляет присутствие Джоша здесь?

– А тебя разве нет? – тут же задала я Сандре встречный вопрос.

– Ты же знаешь, меня сложно чем-либо удивить. Да и Джош мне всегда казался не таким, как все.

– Что ты имеешь в виду? Для меня он – высокомерный капитан школьной футбольной команды, который знать не знает, что такое доброта, искренность и тому подобное.

– Ты действительно так о нем думаешь?

Кажется, что Сандра совершенно искренне удивлена моему подобному заявлению.

– Послушай, мы с тобой сейчас правда говорим об одном и том же Джоше Лэндере?

– Разумеется. Я же оборачивалась и видела, что это именно наш одноклассник Джош.

– Так почему тогда ты думаешь, что Джош совершенно другой? Ты с ним знакома как-то… более лично?

– О, Господи, Сэм, нет, конечно. О чем ты… Такие, как Джош, в мою сторону даже и не посмотрят. Я всего лишь имела в виду, что он вполне нормальный парень. Как мне кажется, без звездной болезни. По крайней мере, не замечала за ним что-то такое.

Я украдкой взглянула на Джоша. Он что-то усердно рисовал в своем блокноте. Полностью погруженный в процесс творчества, Джош выглядел таким милым и беззащитным…

Глава 15

Саманта Митчелл

Реабилитационная клиника

Жизнь после аварии

Место встречи – кафе

– Как ты себя чувствуешь? – как всегда вежливо спрашивает меня парень в бейсболке, стоит лишь нам начать нашу ставшую уже привычной в этом кафе беседу.

Мне нравится разговаривать с ним. Смотреть в его глаза… Видеть его улыбку. Нет, неужели я влюбляюсь…

– Спасибо, неплохо. Как ты? – машинально ответила я, когда принесли наш заказ. Шоколадные пирожные и лимонад.

В моей голове вдруг произошла вспышка… На какую-то толику мгновения я вдруг вспомнила один из эпизодов своей жизни. Прошлой жизни. Кто бы мог подумать, что в этом мне помогут шоколадные пирожные. Я вдруг вспомнила наши с Сандрой посиделки в кафе «Мятежные Сердца»… Один из дней, когда мы поглощали шоколадные пирожные, сидели за столиком и увлеченно болтали обо всем на свете.

– Саманта, точно всё в порядке?

– Да, прости. Просто вспомнила кое-что, – ответила я парню в бейсболке, когда поняла, что погрузилась в свои мысли на слишком долгое время.

– Так это же прекрасно, Саманта! – искренне улыбнувшись, произнес он, явно обрадовавшись моей внезапной вспышке сознания. – Расскажешь, что вспомнила?

– Не сейчас. Прости. Пока что это всего лишь хаотичные отрывки. Слишком многое мне еще предстоит вспомнить. Слишком.

– Главное, что улучшения уже есть, – снова с добродушной улыбкой произнес парень в бейсболке. – Я вот и хаотичных моментов даже вспомнить не могу.

Мне вдруг становится жаль этого парня. Я знаю только то, что он так же, как и я, пострадал в масштабной автокатастрофе, чудом выжил, но потерял память. Но ему повезло гораздо меньше, чем мне. Пострадало больше участков мозга, которые отвечают за нормальное функционирование. Он даже своего имени не помнит. Здесь ему просто дали новое. Каспер. Почему? Просто это первое, что пришло ему в голову, когда задали вопрос про то, какое новое имя ему хотелось бы иметь. К нему ни разу не приходили родители. То есть ему некому помочь вспомнить хоть что-то. Лицо этого парня немного в шрамах, но, что удивительно, его это ничуть не портит. Мне хочется помочь ему, но как это сделать? Я и сама ничего толком не помню… Надеюсь, что к нам обоим позже полностью вернется память.

– Ты тоже много чего вспомнишь, нужно только время.

– Надеюсь. Так ты не расскажешь, что вспомнила? Что-то личное?

– На самом деле, ничего личного. Просто вспомнила один эпизод в кафе, куда я любила заглядывать со своей подругой. После уроков. Помогли как раз шоколадные пирожные.

– Надо же, как удивительно работает мозг, – парень в бейсболке снова улыбнулся, и его поразительное спокойствие тут же передалось и мне. – Верю, что мы всё вспомним.

Я кивнула. Мне тоже так хотелось в это верить…

Глава 16

Марк Морель

Париж

После уроков в частной школе

Сэн-Прэ

После уроков я обычно всегда захожу в уютную продуктовую лавку, чтобы купить свежие продукты к очередному выпуску моего видео-шоу в соцсети. В этот раз я буду готовить рыбные стейки под лимонным соусом и спагетти. Взяв все необходимое, отправляюсь домой, чтобы подготовить кухню к съемкам. Обычно после того, как на ней побывает мой младший брат и попробует что-то приготовить, там самое настоящее стихийное бедствие случается. Мишелю Морель всего пять лет, но он уже проявляет способности к кулинарии. Вот только кухню после его попыток приготовить что-то на семью просто не узнать. Не в хорошем смысле. Помню, как однажды еда оказалась на стенах. Все возможно, если на кухне вдруг оказывается мой пятилетний брат Мишель Морель. Когда я веду свое шоу, он обычно находится на подготовительных занятиях к школе, но сегодня он дома. Заболел. Поэтому даже не знаю, получится ли у меня все провести.

– Марк, у тебя шоу через десять минут? – спрашивает отец, появившись на пороге кухни. – Ох уж эти божественные ароматы. Никогда не перепутаю и не забуду дни, когда ты проводишь свое шоу.

– Проголодался? – с улыбкой спрашиваю я отца, прекрасно зная ответ.

– Спрашиваешь. Еще как.

– Как приготовлю все и отсниму передачу, сядем ужинать.

– Дожить бы еще до этого момента.

– Можешь пока сделать сэндвичи. В холодильнике три разных вида сыра.

– Что ж, придется довольствоваться сэндвичами. Удачной съемки.

– Надеюсь, Мишель не помешает мне смонтировать шоу. Обычно когда я снимаю ролик, он не дома…

– Да. Заболел наш Мишель. Простуда. Скоро пройдет. Ничего, он будет играть у себя в комнате, – говорит отец, доставая из холодильника сразу все три вида сыра.

– Ты будешь делать сэндвичи сразу с тремя видами сыра?

Отец смотрит на меня так, словно я только что уличил его в убийстве нескольких человек. А ведь всего лишь спросил про сыр.

– Я слишком голоден, – просто отвечает он, уже успев соорудить себе тост с маслом и тремя видами сыра. – Что ж, буду ждать ужина, – после нарезки третьего сэндвича произносит отец и уходит в свой кабинет.

У него назначены важные переговоры с крупными поставщиками его продукции из других стран. Я остаюсь на кухне один. До начала шоу в прямом эфире всего лишь пять минут. Меня будет смотреть почти миллион подписчиков. То, как я буду готовить рыбные стейки и спагетти. После шоу надо бы оставить заявку на участие в найденном мной конкурсе. В школе не удалось это сделать. Плохо ловил интернет. Надеюсь, не опоздаю. Пока не буду ничего говорить об этом родителям. Когда пройду, тогда и скажу.

Привет! Это кулинарное шоу “Ужины с Марком”.

Сегодня приготовим вместе с вами спагетти.

Затем – рыбные стейки под лимонным соусом.

Что ж, начнем…

Мишель не мешал мне. Шоу прошло неплохо. Отец даже оценил мои стейки. А вот спагетти ему понравились не так сильно. Что ж, дело вкуса. Пробравшись в свою комнату, где мне никто не будет мешать, я включаю ноутбук, набираю сайт конкурса. Мне нужны новые впечатления, смена обстановки. Я уже даже не готовлю так вдохновенно, как раньше. Мне кажется, до недавних пор мои блюда получались вкуснее, красивее, изысканнее. А сейчас – я все делаю машинально, словно робот. Без чувств. Одни заученные движения.

Что ж, хотелось бы верить, что удастся улететь учиться в США.

Глава 17

Джесси Олбрайт

США

Какой же замысел посетил мою светлую голову во время урока истории? Пригласить эту простушку на вечеринку и сделать все, чтобы она была там опозорена. Вряд ли она откажется от этого приглашения. Надо притвориться на время доброй и милой Джесси Олбрайт. Необходимо придумать, что можно сделать, чтобы эта дурнушка запомнила эту вечеринку навсегда. Вечеринку, на которой она будет опозорена до конца своих дней. Нужно посоветоваться с Лили и Дайаной. После шопинга приглашу их к себе домой, там все и обсудим.

– И как ты планируешь ее опозорить? – с любопытством спросила Дайана, когда мы, наконец-то, пришли ко мне домой после изнурительного сеанса шопинг-терапии. Снова купили кое-что на несколько тысяч долларов, зато отдохнули и славно, просто прекрасно провели время. Что может быть лучше шопинга?

– Не знаю, именно поэтому я вас сюда и пригласила. Есть какие-нибудь идеи?

Дайана и Лили обмениваются многозначительными взглядами.

– Как насчет того, чтобы снова подбросить ей анонимные записки в локер[1]? Наверняка, она начнет думать, что это от Джоша. Позже, мы можем выставить всё это именно таким образом, что якобы эти записки как раз и писал Джош. Посмеемся над Самантой.

– Джош на это не пойдет, – Дайана вдруг перебивает гениальный замысел Лили.

Несколько мгновений я и Лили смотрим на нашу подругу, вероятно, думая в этот самый момент об одном и том же. О том, что размеры мозга Дайаны ничтожно малы.

– Дайана, в том-то все и дело, что Джош ничего об этих записках и знать не будет, – деликатно отвечает Лили.

– В смысле?

Да уж, размеры мозга нашей подруги Дайаны не просто ничтожно, а катастрофически малы. И с этим уже надо что-то делать. Например, деликатно намекнуть ей. Но позже.

– В том смысле, что все эти записки будем писать мы. Сначала анонимно. А потом как бы от имени Джоша, который просто до безумия в нее влюблен. Джош пригласит в этих записках нашу недотрогу Сэм на вечеринку. Она, разумеется, тут же туда помчится. Ведь она будет уверена, что Джош признается ей там в любви вживую.

– Стоп. Стоп, Лили, – снова перебивает монолог Дайана.

– Что на этот раз?

– Ты хочешь сказать, что красавчик Джош влюблен в эту страшилку Саманту Митчелл? И хочет пригласить ее на вечеринку? О, Господи. Только не это. Этого просто не может быть, – вполне серьезно изрекает Дайана.

Наши взгляды с Лили пересекаются. Мы снова думаем об одном и том же.

– Забудь, – спокойно отвечаю я нашей не блещущей элементарными умственными способностями подруге. – Мы сами все сделаем.

Дайана молчит пару секунд, а затем говорит: «Надеюсь, у них еще не успело дойти до секса».

Да уж, жаль нашу подругу: наверняка бедняжке Дайане сложно жить с таким маленьким мозгом…

– Вот весело-то будет, если мы до конца осуществим наш план, – Лили расплывается в широкой улыбке. – Покажем еще на вечеринке непристойные фотографии и видео с Самантой, сфабрикованные…

– Да. Кажется, это действительно гениальный замысел. Пусть эта страшилка Сэм почувствует, что никому она, кроме себя, не нужна.

Глава 18

Джош Лэндер

США

Они сидели за столиком в кафе. Я видел их. Рисовал Саманту. Намеревался вскоре подойти к ним. Попытаться завести разговор с Сэм. Подарить рисунок. Не знаю, как бы она на это отреагировала, ведь сильно сомневаюсь, что Саманта поверит в искренность моих внезапно вспыхнувших пламенных чувств. Но позвонил отец, и мне нужно было идти. Опять тренировка по футболу. И когда только отец поймет, что вместо чертовых спортивных тренировок мне хочется рисовать.

– Джош, ты сегодня почти опоздал. Мы же договаривались об игре после уроков. Ты забыл? Я так и знал, – донесся до меня звонкий голос отца, когда я уже подъехал к дому и вылез из своего старенького «понтиака».

Снова одно и то же. Каждый день. Почти.

– У меня ведь могут быть и другие дела.

Мой ответ прозвучал довольно резко, как мне показалось. Но отец ничего на этот раз не ответил, а лишь вздохнул. Неужели никак на это не отреагирует и ничего мне не скажет? В любой другой день он бы не упустил возможность мне напомнить, что я забываюсь и мне следует извиниться за свое поведение.

Ведь в понимании отца я должен ценить то, что он делает для меня.

Я бы начал с ним спорить, он бы завел речь о том, что я совершенно не умею быть благодарным и все в таком духе. Но я не вижу себя спортсменом. А отец не желает это понять и принять. Простая истина. И это сводит с ума. Приводит к ссорам. Но в моих планах тайно подать документы в колледж и уже просто поставить отца перед фактом. Уже после зачисления в ряды студентов (на что я сильно надеюсь). Мне нужно собрать и подготовить портфолио, поэтому сейчас в любую свободную от уроков минуту я предпочитаю проводить время с карандашом в руках, но уж точно не с мячом для игры в футбол.

Приходится рисовать поздно ночью, чтобы никто не видел. В том учебном заведении – серьезная конкуренция среди поступающих, и я должен подготовиться к важным творческим экзаменам как можно лучше. Максимально тщательно. Иначе – меня ждет спортивный колледж. А этого мне совсем не хочется.

– Джош, я понимаю, ты уже взрослый парень. Но сейчас ты просто витаешь в облаках. А со спортивным колледжем тебя ждет прекрасное и светлое будущее. Замечательная карьера. Позже – тренерский пост. Мои знакомые помогут тебе…

– Я сам. Мне не нужна помощь, – так же резко ответил я и направился в сторону дома. Прямо по свежесрезанному газону, который отец так заботливо поливал еще несколько минут тому назад.

Отец еще что-то прокричал мне вслед, но я предпочел не слушать. Сегодня тренировки явно не будет. Я не в том настроении. В подобном состоянии мне хочется колотить до изнеможения боксерскую грушу. И ничего более. Так что сегодня футбол отменяется. Надо позвонить друзьям, чтобы не приходили. Вхожу в дом, поднимаюсь на второй этаж. Устало заваливаюсь на кровать. Смотрю на развешенные на стенах постеры с изображениями великих футболистов. То на них, то перевожу взгляд на фигурки игроков, которые стоят на тумбе рядом с моей кроватью. От злости на отца мне хочется сорвать все плакаты и разорвать их на миллионы клочков. А все эти фигурки игроков отшвырнуть одним махом в самый дальний угол комнаты. Так, чтобы никогда и ни за что их больше не видеть. Пусть улетят в другую Галактику. Или хотя бы в другой дом. Туда, где их будут однозначно рады видеть.

Достаю телефон из кармана джинсов. Звонок. От Майка. Он и Дэн придут совсем скоро. Не успел их предупредить, что футбол сегодня отменяется. Ладно, хотя бы просто поговорим. Если так подумать, то все наше совместное времяпрепровождение так или иначе сводится к игре в футбол. Еще уроки в школе. Общение на переменах. Или в кафетерии. Но чаще проводим время за игрой в футбол. Надо что-то менять. К тому же, совсем уже скоро мы перестанем, вероятно, видеться и вовсе. Майк планирует поступать в военную академию Вест-Поинт. На тренировки по футболу он ходит лишь для того, чтобы не терять спортивную форму. Еще он постоянно качается в тренажерном зале. И у себя дома тоже. Его семья просто помешана на спорте. Фанатики, не иначе. У них неплохой спортзал. Но еще больше спорта семья Майка помешана на военном деле. Его отец – военный в третьем поколении. Так любовь не только к спорту, но и к военной науке передалась и Майку.

Что же касается Дэна… Он единственный из нас троих, кто действительно и всерьез мечтает построить заоблачную спортивную карьеру. Футбол – его страсть. Он готов в любой день, в совершенно любую погоду, будь то снег, ливень или страшная метель, выходить на поле и тренироваться, тренироваться и еще раз тренироваться. Что удивительно, его семья как раз к спорту никакого отношения и не имеет. Он живет с матерью, которой он, можно сказать, безразличен. Когда я прихожу в гости к Дэну, то каждый раз вижу одну и ту же картину. Его мать обнимается с кем-то на заднем дворе дома. Отец Дэна – неизвестен. Точнее, Дэн никогда его не видел. В их доме запрещены всяческие разговоры об этом. Его мать просто сообщила, что его отец бросил ее, когда до появления на свет Дэна оставались какие-то считаные дни.

Прошло уже немало лет, но с тех пор никто так и не знает, где отец сейчас. У матери же Дэна было с той поры, по словам моего друга, немало ухажеров, и все они частенько появляются в их доме. Сама же мисс Маккензи за своим сыном никак почти не следит. С одной стороны, Дэну это только на руку. И я бы так хотел, чтобы мой отец просто перестал меня донимать своими расспросами, нравоучениями и наставлениями. С другой же – Дэну, я вижу это по нему, не хватает элементарной поддержки. Его матери все равно, какое будущее избрал для себя ее сын. Ей все равно, чем он питается. На какие отметки учится. Все, что ее интересует, так это то, как бы устроить свою, личную жизнь.

Быть может, желание Дэна построить карьеру и стать всемирно известным спортсменом является попыткой доказать своей матери, что он тоже есть и существует в этой вселенной. И что он тоже человек, у которого имеются планы, мечты и грандиозные цели. И он так жаждет их достичь… Я вижу в этом желание утереть нос своим родителям, но с Дэном я никогда на эту тему и не разговаривал. Ему и без моих советов, тяжко.

Стук в дверь. Робкий. Уже знаю, кто это, даже еще никого не увидев. Моя младшая сестра Эмма. Ей всего девять. И этот мир все еще видится ей сквозь розовые очки. Мне хочется, чтобы она не растеряла эту свою черту характера и во взрослой жизни: осталась такой же доброй, отзывчивой и честной. Той, которая всегда придет на помощь советом или просто приободрит. Но в то же время я понимаю, что во взрослой жизни надо быть смелее и не все люди всегда отвечают добром на добро. Мне не хочется, совсем не хочется, чтобы Эмма помогала кому-то в ущерб себе, или чтобы она стала той, к которой приходят просто для того, чтобы поплакаться в жилетку.

– Входи, Эмма. Я знаю, это ты, – говорю я сестре, завидев светлую макушку.

Дверь тут же отворяется, и Эмма, милое и непоседливое создание в розовой футболке, бриджах и домашних тапочках с изображениями мультяшного героя, входит внутрь.

– Джош, ты чего такой грустный? Почему не играешь в футбол с папой? Мне нравится смотреть, как вы играете.

Мне не хочется ее расстраивать, да и посвящать во взрослые проблемы взаимоотношений отцов и детей, поэтому я просто отвечаю:

– Слишком устал. В другой раз сыграем.

Эмма вздыхает. Но ее так просто не проведешь. Не удивлюсь, если вскоре последует вопрос о причинах моей усталости. И когда именно «в другой раз». Эмма – действительно постоянный зритель наших домашних тренировок. Часто она берет с собой разогретый попкорн, а также специально приготовленный для подобных спортивных матчей лимонад. Сама его готовит на кухне. А еще иногда продает возле дома местным ребятам. Так, на наши домашние матчи нередко забегают мальчишки и девчонки из соседних домов.

– От чего устал? И когда вы сыграете еще раз? – задает Эмма предсказуемые для меня вопросы.

Я улыбаюсь. Совсем скоро я перестану видеться с ней каждый день. Не буду желать ей спокойной ночи и не стану читать перед сном добрые сказки, в которых добро всегда побеждает зло. Ведь я уеду учиться. В другой город. Да, разумеется, я буду приезжать домой, но лишь на каникулах. И то, не факт, что всегда. К тому же, если поступлю туда, куда планирую, то даже не знаю, сможет ли отец это понять и принять…

– Да так, в школе был трудный день. Не знаю, когда сыграем с отцом. Позже.

Эмма хмурится. Видимо, она ожидала услышать более оптимистичный ответ. Но что поделать, я и сам не знаю, когда мы сможем сыграть с отцом. Говоря откровенно, мне и не хочется.

– Ладно, надеюсь, что скоро. О, Джош, а сколько будет сто пятьдесят восемь умножить на сорок? – Эмма неожиданно переводит тему и задает мне математический вопрос.

Моя сестра – ходячая энциклопедия. А еще – любительница таких вот каверзных вопросов, от которых пришел бы в восторг какой-нибудь ботаник из математического кружка старшей школы «Вэлли Хилл».

– Дай мне калькулятор, и я отвечу, – рассмеявшись, отвечаю я Эмме.

Она снова хмурится. Хочет мне что-то ответить, но до нас доносится звонкий голос мамы. Пора ужинать. К тому же, совсем скоро придут Дэн и Майк. Мы должны поговорить. Так что мне не до математических вопросов.

– Идем, пора ужинать. Мама зовет, – поторапливаю я слегка обиженную на меня Эмму. – Завтра мне свои задачки подкинешь, – добавляю я, чтобы Эмма перестала обижаться.

– Ладно, так уж и быть, – отвечает она спустя пару секунд и улыбается.

Я улыбаюсь в ответ. И мы идем ужинать.

Глава 19

Саманта Митчелл

Реабилитационная клиника

Жизнь после аварии

США

Родители приходят ко мне каждый день. В первые дни моего пребывания здесь они казались мне чужими людьми. Я не узнавала их лица. Но вчера случился прогресс. Я вспомнила маму. В тот момент она даже заплакала. Обняла меня. Сказала, чтобы я не переживала, и что все наладится. Хотелось бы, чтобы ее слова оказались пророческими и чтобы все так и получилось. Отчаянно хотелось бы. Но на сегодняшний момент действительность такова, что я почти ничего не помню. Так, отдельные хаотичные фрагменты. Даже не знаю, когда же моя жизнь станет прежней. Да и станет ли? Но надо верить в лучшее.

После окончания психотерапевтических сеансов у меня всегда философское настроение. В голове – множество мыслей, от которых мое существование отнюдь не становится легче, но никуда от них не деться. Совершенно. Наваждение какое-то. Остается лишь надеяться, что все изменится. В лучшую сторону. Да, перемены уже есть. Но, тем не менее, я все равно не узнаю близких мне людей. Вспомнила лишь маму. Помимо нее, ко мне каждый день заходит одна девушка. Говорит, моя лучшая подруга. Но я этого не помню. Для меня она – чужая. Ее лицо мне ни о чем не говорит. И это, признаться, удручает и изрядно портит мне и без того не лучшее настроение. Единственное, что я еще как-то помню (смутно, но все же), так это наши походы в кафе. Я не помню, о чем мы говорили, но просто в голове стоит образ кафе. Столик у окна и… взгляд. Того парня, который сидел и что-то рисовал. Но все настолько нечетко… Будто в тумане. Полностью лицо так и не могу вспомнить…

– О чем задумалась? – спросила меня моя подруга (которую я, к своему сожалению, совсем не помню).

Я вздохнула. Отвела взгляд. Если начать рассказывать всем все, о чем я задумываюсь, то ничего хорошего из этого не выйдет. Мысли мои отнюдь не радужны. Только настроение еще больше испортишь, каждый раз думаю я, когда она предлагает излить мне свою душу.

– Все нормально, просто хочу вернуть себе память. Полностью, а не частично, – отвечаю я и чувствую, что на лице проступают слезы.

– Эй, ты чего, плачешь?

Черт. Я заплакала. Не люблю проявлять сентиментальность на людях. Но иногда становится так невыносимо, что хочешь не хочешь, а заплачешь. Тоскливо.

Глава 20

Саманта Митчелл

Жизнь до аварии

США

Накануне вылета в Париж

Уже завтра наша семья вылетает в Париж. Там мы пробудем всего неделю, но даже эти короткие семь дней надо провести по максимуму! Целых семь дней в столице Франции. Что может быть лучше? Если только задержаться там на две недели, месяц, или еще дольше. Но ладно, семь – это лучше, чем ничего. Моя сестра планирует там отправиться на неделю высокой моды. И приглашает за компанию и меня. Говорит, будет интересно. Не знаю. Как по мне, смотреть не один час на проходящие мимо тебя «живые манекены» весьма скучно. Но сестра же помешана на модных тенденциях, косметике и прочих материальных радостях девушки-подростка. Я бы с превеликим удовольствием отправилась в Лувр или еще в какой-нибудь музей. Всяко лучше, чем смотреть этот показ мод. Но, быть может, стоит согласиться отправиться вместе с Кейт на это грандиозное мероприятие? Нам же надо налаживать родственные связи, что автоматически означает – больше общаться, а значит, и проводить вместе гораздо больше свободного времени. Ходить вместе по магазинам. На вечеринки, или даже просто прогуляться – тоже может подойти в качестве интересного времяпрепровождения. Ладно, показ тоже сойдет. Если учитывать, что именно это мероприятие так много значит для моей сестры, отчаянно помешанной на моде.

– Сэм, еще не спишь? – спрашивает меня Кейт, как всегда без стука ворвавшись в мою комнату.

Она постоянно так делает. Но вот стоит мне так же бесцеремонно войти в ее личное пространство, так она моментально не упустит возможности напомнить, что «Вообще, можно было и постучать, прежде чем войти». Но когда дело касается меня, Кейт забывает про все правила приличия. А когда я пытаюсь ей об этом мягко напомнить, так она делает вид, что совершенно меня не слышит и предпочитает тут же прервать мои попытки начать этот неприятный разговор и моментально меняет тему на более (для нее) волнующую и радостную. Похоже, характер моей сестры не изменишь. Никогда и ни при каких обстоятельствах. Остается лишь надеяться, что в Париже мы с ней ни разу не поссоримся. Иначе весь отдых будет безнадежно испорчен. Только этого еще не хватало. Родители будут расстроены. Да и мне, признаться, не хотелось бы омрачать дни пребывания в этом удивительно-прекрасном городе пустыми ссорами и глупыми обидами. Надеюсь, хотя бы в этом мои с сестрой мнения сходятся.

– Нет, но уже собираюсь, – наконец-то отвечаю я Кейт, вернувшись из мира фантазий в скучную реальность.

Я лежу в кровати вот уже целый час, но все еще не сплю. Почему-то. Хотя, наверное, все дело в том, что наш вылет – уже завтра. Сказывается банальное волнение перед полетом. Да и летали мы куда-либо всей семьей уже очень давно. Даже и не припомню, когда именно. Кажется, несколько лет назад на юг Италии. Тогда я так сильно обгорела на палящем солнце, что и смотреть на меня было страшно. Все фотографии, сделанные в то время, меня пугают до сих пор. Когда мы в очередной раз ссоримся с сестрой, то она в шутку говорит, что в качестве мести выложит когда-нибудь эти ужасные снимки в интернет. Обычно мы смеемся над этим и тут же миримся. Что ж, если когда-нибудь эти фотографии кто-нибудь и увидит, то тогда я точно буду знать, кто за всем этим стоит. Определенно.

– Может, закажем пиццу? – вдруг спрашивает меня Кейт, кажется, совершенно не обратив внимания на мои слова о том, что я собираюсь спать.

Кейт сидит на краешке моей кровати и задумчиво смотрит на меня, параллельно разглядывая что-то в своем телефоне. Среди всех прочих недостатков Кейт можно выделить два наиболее меня раздражающих: неумение слушать. Точнее, слышать. И еще частое зависание в соцсетях, даже тогда, когда инициатором разговора выступает именно она. С чего бы вдруг она пришла в мою комнату и предложила заказать мне пиццу? Мы же ужинали. Всей семьей. Как обычно.

– Кейт, мы же ужинали. И ты, помнится мне, на диете, и не допускаешь никаких пицц, – удивленно спрашиваю я.

Но Кейт, кажется, ничуть не удивлена моему закономерному, казалось бы, вопросу. Спустя несколько секунд она как ни в чем не бывало ответила:

– Знаешь, Сэм, иногда можно и нарушить диету.

– И именно в ночь перед вылетом в Париж?

– Почему бы и нет? – с улыбкой отвечает Кейт, наконец-то, оторвавшись от экрана своего смартфона.

Я тоже улыбаюсь и словно чувствую (пусть и на долю секунды), что мы с Кейт сблизились. Словно вернулись в детство. Когда моя сестра еще не была королевой школы, не имела почти миллион подписчиков в соцсетях, а ее характер был куда добрее. Сейчас Кейт стала другой. Оно и понятно: популярность меняет людей. Кто бы что ни говорил. Быть может, не навсегда, но на некоторый срок точно ослепляет.

– Какую пиццу будем заказывать?

Говоря откровенно, мне хотелось есть, да. Даже несмотря на то, что ужин был. Но, признаться, ужин был отвратительным. Быть может, потому что его готовила именно Кейт? Фаршированные помидоры с жареной рыбой – явно не то, чем может похвастаться Кейт в кулинарном плане.

Обычно ужины в нашей семье готовила мама, но в этот раз сестра сама неожиданно решила примерить на себя роль послушной дочери, а также шеф-повара. Когда она заявила это всем членам семьи, отец в это время занимался стрижкой газона на нашей лужайке перед домом и в тот момент, когда Кейт произнесла эти слова, чуть было не отрезал себе руку. Несмотря на искреннее удивление, что Кейт вдруг решила надеть фартук и приготовить что-то более длительное по времени и более сложное, чем поджаривание хлеба в тостере, мама (впрочем, как и отец) пожелала дочери удачи и сказала, что с нетерпением ожидает ужина. Надо признать, я видела, как мама после этого «ужина» (после того, как Кейт вышла на некоторое время из кухни) достала из холодильника купленный в супермаркете пирог и поужинала именно им. Вместо рыбы с помидорами, что приготовила Кейт.

Отец же разогрел себе гамбургеры и проглотил их. Я же посчитала провальный ужин, приготовленный Кейт, чуть ли не знаком свыше, что не нужно наедаться на ночь перед полетом, а потому решила не открывать дверцу холодильника и ничего оттуда не доставать. Нужно было как следует выспаться перед вылетом. Я-то думала, что как только поднимусь в свою комнату и упаду на кровать, то тут же отправлюсь в мир сновидений, но этого приятного момента все еще не произошло. Из-за Кейт и ее желания заказать пиццу.

– Так что насчет пиццы? Сэм, я ведь знаю, что ни тебе, ни родителям категорически не понравился приготовленный мной ужин.

Во взгляде сестры я прочитала разочарование и грусть… Кто бы мог подумать, что моя сестра может быть такой ранимой особой. Но несмотря на то, что мы иногда, да что уж тут скрывать, часто не ладим, мне все равно захотелось ее приободрить. Сказать, что все было приготовлено вполне неплохо.

– Кейт, перестань, все было нормально. Просто родители не были настроены на то, чтобы поесть в этот вечер именно рыбу. Только и всего. В следующий раз приготовишь что-нибудь другое, и им понравится. Обязательно.

– Думаешь?

Господи, моя сестра такая ранимая. А я об этом и не подозревала. Надо же, как один вечер и ужин могут иногда сблизить людей. Заново соединить родственные души. Удивительно. Прямо мистический вечер, полный поразительных открытий.

– Не думаю, а уверена в этом.

– Мне нравится твой оптимизм, Сэм. Спасибо тебе.

Я вылезла из-под одеяла, села рядом с сестрой на краешек кровати и, как в детстве, крепко обняла ее.

– Так, сестренка, это все, конечно, хорошо. Но пиццу-то мы будем заказывать или нет? – еще мгновение, и моя сестра снова превратится в упрямую Кейт. От былой сентиментальности не останется и следа.

– Будем, конечно. Выбирай, какую хочешь ты.

– С сыром. Не против?

Я киваю в знак согласия, и Кейт тут же берет телефон, незадолго до этого брошенный на кровать, чтобы набрать номер круглосуточной доставки. Двадцать минут и вкуснейшая пицца уже будет у нас.

После того, как мы насладились нашим импровизированным ужином, Кейт ушла к себе, сообщив, что это был лучший семейный ужин в ее жизни. Мы ели пиццу и немного смотрели кино. Как в детстве. Незабываемый был вечер. Кейт, пусть и ненадолго, но превратилась в обыкновенную простую девушку. Уже скоро, с рассветом, после того, как проснется, она мигом перевоплотится в свою привычную натуру. Хищную Кейт. Популярную девушку с почти миллионом подписчиков в соцсетях. Но надеюсь, и весьма искренне, что наш совместный в Париже отдых не будет испорчен. Никем из нас. И мы ни разу не поссоримся. Я ведь даже согласилась пойти с ней в Париже на этот показ мод.

Глава 21

Саманта Митчелл

Жизнь до аварии

По прибытии в Париж

Наконец мы в Париже. После того как мы заселились в гостиницу (мама с отцом в одном номере, я с сестрой – в другом), все собрались в холле, чтобы обсудить планы на ближайшее время.

– Я и Сэм отправляемся на показ мод, – тут же заявила Кейт, как всегда, без отрыва от экрана своего смартфона.

– А как же культурная программа? – искренне удивилась мама. – Лувр, Версаль и много чего еще другого.

– Показ мод – это тоже культурная программа, – без толики сомнения в голосе ответила Кейт.

Мама лишь пожала плечами, ничего не ответив. Переубеждать в чем-либо Кейт означало бы только одно: поссориться с ней.

– Знаете, девочки, я, пожалуй, сегодня отдохну. Полет выдался нервным. Можете идти на свой показ мод, только возвращайтесь не слишком поздно. А вот завтра мы обязательно отправимся куда-нибудь вчетвером. Как настоящая семья.

– Да. Возвращайтесь не слишком поздно, – согласился с мамой отец и, также пожелав нам отлично провести время, направился в сторону лестницы, ведущей в их с мамой номер. – Нам предстоит разобрать вещи и немного обустроиться на новом месте.

– Пусть мы здесь всего лишь на неделю, но уют еще никто не отменял, ведь правда? – мама согласилась с отцом.

Я и Кейт решили для начала тоже подняться к себе в номер и выбрать, в чем же мы отправимся на показ мод. Еще дома Кейт помогала мне собирать чемодан и уговорила взять с собой в Париж одно красивое коктейльное платье нежно-розового цвета. Даже и не помню, как оно оказалось у меня в гардеробе. Обычно я такие наряды себе не покупаю. Привычный для меня стиль – джинсы и верх с каким-нибудь принтом. Или блузка и топ, но снова с джинсами. Я даже юбки почти не ношу. Не говоря уже о платьях. Тем более – коктейльных. Ума совершенно не приложу, как только оно оказалось в моем шкафу? Должно быть, купила давным-давно под влиянием модницы-сестры и забыла об этом.

– Сэм. Ты потрясающе выглядишь! – ахнула Кейт после того, как уговорила меня примерить именно это платье.

Я подошла к зеркалу длиной во весь мой рост, висевшее на стене нашего номера, и не поверила своим глазам. В отражении я казалась самой себе красивой и даже… худой? Удивительно, как правильно подобранный наряд может в один миг преобразить человека, до этого столько времени страдавшего заниженной самооценкой.

– Это еще не все, подожди, – шурша пакетами, быстро проговорила Кейт.

– В смысле?

Кейт достала из пакета, покоившегося до этого на дне своего чемодана, маленький футляр. Что в нем? Мне стало любопытно. Кейт открыла его, выудив оттуда изумительную золотую подвеску, подошла сзади и защелкнула мне на шее.

– Вот теперь идеально… Правда, еще осталось подобрать туфли. И сделать макияж с прической. Но это мелочи. Тон всему задают правильно подобранное платье и аксессуар к нему.

– Кейт, но совсем не обязательно одалживать мне свою подвеску на этот вечер. Я буду всего лишь зрителем. И то, если не уйду на половине этого мероприятия.

– Эй, мы так не договаривались, – не дослушав, перебила меня Кейт.

– Шучу, шучу. Но насчет подвески, кстати, ты неправа.

– В каком смысле?

– Эта подвеска – мой тебе подарок.

Я все еще стояла перед зеркалом и видела в отражении искреннюю улыбку сестры. Не популярной девушки с почти миллионом подписчиков в соцсетях, а той самой застенчивой, ранимой Кейт. С которой мы еще вчера смотрели вместе фильм и ели пиццу.

– Кейт, это же очень дорого. Откуда у тебя такие деньги? – я не смогла промолчать и не задать столь очевидный вопрос.

– Я же веду свой блог в интернете. У меня много подписчиков, и я часто делаю рекламу. Доходы есть. И что я, по-твоему, не могу сделать подарок сестре?

Я обернулась. Передо мной стояла добрая и хорошая Кейт. Но почему она всегда не может быть такой? А не только тогда, когда этого хочется именно ей?

– Спасибо за такой подарок. Мне очень нравится.

– Так, теперь нам нужно выбрать туфли, – деловым тоном заявила Кейт и, словно по мановению волшебной палочки, выудила из своего забитого нарядами чемодана пару туфель. – Еще прическа. И макияж.

– Ты так наряжаешь меня. Словно это я собираюсь взойти на подиум.

– Зрители тоже должны соответствовать. Там строгий дресс-код, – со знанием дела ответила Кейт, снова нырнув в чемодан и вытащив оттуда объемную косметичку.

Интересно, она что, весь свой годовой запас косметики сюда привезла?

– Сейчас будем превращать тебя в модель.

Я лишь вздохнула, ничего не ответив. В конце концов, если у моей сестры такое хорошее настроение и она желает провести со мной время, то почему бы и нет? Ведь после того, как мы вернемся домой, Кейт снова превратится в колючку.

Глава 22

Марк Морель

Показ мод, Париж

– Что, нервничаешь. Марк? Да ты не переживай, это уже твой пятый показ. Все пройдет отлично.

Стефани, моя коллега по модельной школе, выглядит просто потрясающе. Наши родители отдали нас в одну и ту же модельную школу в раннем детстве, и с той поры мы стали настоящими друзьями. Все началось с рекламы вермишелевого супа для постера одной рекламной школы. С тех пор и дружим. Для Стефани это будет так же пятый показ мод, и я не сомневаюсь, что впереди будет еще как минимум столько же. Чего не скажешь обо мне… Я ведь планирую завершать карьеру модели.

– Нет, Стеф. Я спокоен. На самом деле, дело совсем в другом.

– И в чем же? – растерянно спрашивает меня она, закалывая выбившуюся прядь непослушных вьющихся каштановых волос.

Я смотрю на свое отражение в зеркале. Модный смокинг. Галстук. Брюки в тон. Уложенные волосы. Нет, мне не нравится все это. Этот мир, пропитанный фальшью и лицемерием. Вести кулинарный блог и быть моделью – два хобби, совершенно противоположные друг другу. От одного из них на меня находят тоска и грусть, а от другого – хочется чуть ли не летать. Быть шеф-поваром, открыть свой собственный ресторан где-нибудь на побережье Лазурного Берега… Надо уходить из модельного бизнеса…

– Я думаю о том, чтобы покончить со всем этим, – не смотря Стеф в глаза, быстро проговариваю я, словно самому себе.

Кажется, Стеф ничуть не удивлена моему подобному заявлению. Неужели она чувствовала, что я скажу что-то подобное? Родственная душа, всегда меня понимающая.

– Я знала, что когда-нибудь ты скажешь подобное, – наконец ответила Стеф.

– Почему ты так думала?

– Это не твое. Я же вижу. Это не доставляет тебе радость. Поначалу – да, тебе это нравилось. Новые впечатления, фотосессии. Но если в жизни чего-то становится слишком много, то это имеет обыкновение превращаться в рутину, и быстро начинает утомлять. Надоедать. И вот тогда пора со всем этим завязывать, чтобы окончательно не увязнуть в депрессии.

– Стефани, у меня нет никакой депрессии.

На лице Стефани, которой наконец-то удалось прикрепить заколкой выбившуюся прядь, засияла улыбка.

– Пока нет. Но если останешься в этом бизнесе еще на долгие годы, то тогда, друг мой, все может быть.

Слова Стефани непроизвольно заставили улыбнуться и меня. Умеет же она поднять настроение, даже когда речь заходит о депрессии.

– А какие у тебя планы? – желая перенаправить вектор темы разговора с меня на нее, спрашиваю я.

Кажется, что над своим ответом Стефани думала целую вечность. А ответила – еще через несколько:

– Не знаю, Марк, не знаю. Мне нравится все это, но иногда тоже хочется бросить все и заняться чем-то другим. Совершенно другим.

Я вдруг осознал, что почти ничего не знаю о Стефани. Ничего, что не перекликалось бы с миром высокой моды. Все наши разговоры (так или иначе) всегда сводились к теме стиля. Фотосессиям. Рекламе и так далее. Я знал ее любимый цвет, кроссовки какой фирмы она предпочитает, какие платья любит носить, какой косметикой чаще всего пользуется. Но совершенно не знал о том, что творится в ее мыслях. Любит она дождь или снег. Предпочитает хлопья с молоком на завтрак или оладьи с кленовым сиропом. Или и вовсе не завтракать. Эта девушка и все наши с ней когда-то начатые разговоры ассоциировались у меня только с модой. И ни с чем другим. И это так… странно.

– Я думаю, что у тебя сложится блестящая карьера. И тебе не стоит все это бросать. Точно пожалеешь.

– А ты? А ты, Марк, не пожалеешь, если уйдешь? – серьезным тоном спросила меня Стефани.

– Не думаю. Это будет последний показ. После которого Марк Морель уже не будет моделью.

– Пошли, шоу начинается через пять минут. Сначала твой выход. Все пройдет отлично.

Стефани снова улыбается, и я вижу, что ей здесь действительно нравится. Это ее. Она на своем месте. В отличие от меня. До начала показа всего несколько минут, я беру Стефани за руку, и мы протискиваемся среди других ребят, наших коллег-моделей, к выходу из гримерки. Еще несколько мгновений, и мы предстанем в свете софитов. Взойдем на подиум. Новая коллекция парадной одежды от известного французского модельера на Неделе высокой Моды в Париже. Парный выход. Всего пять пар. Девушки в платьях. Парни в костюмах. Внешне мы все слишком разные, но в целом смотримся гармонично.

После показа мод

Показ прошел вполне неплохо. Зрителей и гостей было не сосчитать. Я уже сказал своему менеджеру из модельного агентства о принятом мной решении расторгнуть контракт. Меня пытались переубедить, предлагали увеличить гонорар, но я отказался. Гонорары не имеют значения, если то, чем тебе приходится заниматься, тебе совершенно не нравится. По окончании показа я отправился домой. Родители хотели подвезти меня на своем автомобиле, но я снова отказался. Пройтись по вечернему Парижу и насладиться упоительным свежим воздухом – вот что мне было нужно. Отвлечься от всей этой суеты, света софитов, суматохи мира высокой моды. Стефани сильно устала, и поэтому даже не стала дожидаться окончания всего мероприятия, а после нашего выступления уехала домой. Ее контракт позволяет ей совершать такие поступки. Стефани, можно сказать, лицо и бренд нашего модельного агентства. Одна из лучших. Не сомневаюсь, что у нее все сложится. Когда я прошел несколько остановок, начался дождь. Сначала еле заметный, но с каждым мгновением грозивший перейти в самый настоящий ливень. Так оно и случилось. Прогулка не удалась. Уже и телефон звонит. Родители. Ответил, что скоро буду. В надвигающейся на город ночи я увидел возле входа в сквер девушку… Она сидела на траве и рыдала. Навзрыд. Под дождем. Была одна… Что она здесь забыла? Не самый безопасный выбор. Осветив себе дорогу телефоном, я решил подойти к ней. Надеюсь, она не испугается незваного гостя, неожиданно появившегося на ее пути, и не примет меня за маньяка.

– Привет. Прости, у тебя что-то случилось? Я могу чем-то помочь?

Услышав мой голос, девушка незамедлительно подняла голову. Затем уверенно сказала:

– Ты не сможешь мне помочь.

Мне показалось, что за маньяка она меня точно принимать не собирается, поэтому я сел рядом с ней на мокрую от дождя траву и тут же спросил:

– Может быть, если ты мне расскажешь, что именно случилось, то я смогу помочь. В любом случае… тебе надо домой. Ты не можешь здесь оставаться. Я провожу тебя.

Девушка смотрела на меня, как на идиота…

– Я сказал что-то не то?

Незнакомка улыбнулась.

– Нет. Все в порядке. Прости. Просто не ожидала здесь кого-то увидеть. В такой час.

– Если честно, я тоже, – улыбнувшись, ответил я. – Так ты не хочешь рассказать, что у тебя случилось? Меня, кстати, Марк зовут.

– Саманта.

– Сэм, значит.

– Эй, мы знакомы с тобой всего лишь минут пять. Не так много, чтобы ты уже мог называть меня Сэм.

И мы рассмеялись. Дождь уже прекратился. В воздухе пахло озоном.

– Хорошо, Саманта.

– Так-то лучше.

– А ты упрямая.

– Иногда.

– Расскажешь, что случилось?

Саманта перебирала пальцами снятую с шеи изумительную подвеску. Только сейчас я заметил, что она в коктейльном платье, дресс-код соответствует сегодняшнему мероприятию. В таких нарядах сидели гости в зале. Эта девушка, Саманта, была на показе? Нет. Вряд ли, отгоняю я от себя эти мысли. Ведь тогда она узнала бы меня, а не делала вид, что не знает… Или ей просто неинтересен мир моды и Сэм правда не в курсе, кто я? Что ж, все может быть: просто я привык, что многие девушки узнавали меня…

– Так ты не желаешь рассказать, что случилось? И как так оказалось, что сейчас ты сидишь здесь, на траве, а до этого еще и плакала? В чем причина?

– Я поссорилась со своей сестрой.

– И где сейчас твоя сестра?

– С ней все в порядке. Не переживай. Просто мы сильно поссорились. Хотя ничего и не предвещало. А это вдвойне обидно.

– Любые ссоры рано или поздно заканчиваются. И все снова становится хорошо, Сэм. Я хотел сказать, Саманта.

Саманта улыбнулась.

– Можешь называть меня Сэм.

– Потому что мы знакомы уже больше, чем пять минут? – с иронией спросил я.

– Вроде того.

– Не буду спрашивать у тебя о причинах ссоры между тобой и сестрой, но я думаю, сейчас самым верным решением будет встать с этой травы и отправиться по домам. Я провожу тебя до твоего.

На короткое мгновение мне показалось, что Саманта о чем-то серьезно задумалась. Она крепко сжала в руке подвеску, а затем тихо произнесла:

– Я здесь ненадолго. Наша семья на отдыхе. Мы остановились в гостинице.

Я кивнул. Саманта неплохо говорила по-французски, я даже не заметил акцента. Мы встали с травы. Медленно, словно эти мгновения вот-вот исчезнут из нашей памяти. Моментально превратятся в иллюзию. Еще в гримерке, перед началом показа, я думал, что вернусь с этого мероприятия домой с родителями, но потом отказался. Я и не думал, что пойдет дождь. Я и не предполагал, что встречу эту девушку. Удивительно, как одно спонтанно принятое решение может порой изменить всю жизнь. Было уже достаточно темно, но уличный фонарь, расположенный неподалеку, светил. Я посмотрел на Саманту: до чего же она красива…

– Я провожу тебя до гостиницы. Скажи только адрес.

Гостиница, в которой остановилась семья Саманты, оказалась всего в одной остановке от того места, где еще некоторое время назад мы сидели на траве. Настала пора прощаться. Возможно, раз и навсегда. Я – посторонний человек в ее истории.

– Пока, Саманта.

– Пока, Марк.

Мы улыбнулись друг другу… Хотя и знали, что эта случайная встреча будет последней. Но хотел ли кто-нибудь из нас двоих продлить ее и назначить новую дату для продолжения знакомства? Возможно, мне нужно было поступить по-другому и пригласить Саманту на рандеву. Но я этого не сделал. Слишком молниеносной показалась (возможно, нам обоим) эта встреча под проливным дождем. Слишком. Мы зачем-то еще раз попрощались, словно теперь уж точно навсегда, и я зашагал прочь. Лишь на секунду обернулся: увидел зажегшийся свет в одном окне гостиницы. Точно номер Саманты. Я посчитал этаж и с улыбкой отправился домой. Как же все-таки хорошо, что иногда в этом мире идет дождь. Если бы не этот дождь сегодня, то я и не встретил бы Саманту. Девушку, сидящую на траве. Спасибо тебе, дождь.

Когда я пришел домой, то родители уже отдыхали. Не спал лишь мой младший брат Мишель. Несносный мальчишка пяти лет от роду. Его день состоит из игр в конструктор и того, как бы достать старшего брата. То есть меня.

– Мишель, почему ты еще не спишь? – серьезным тоном спросил я, как только этот маленький человек в пижаме с изображением мультяшных супергероев деловито переступил порог кухни, на которой я собирался слишком поздно поужинать. Какая разница. Ведь я все равно собираюсь бросить занятия в модельной школе.

– Не спится, – ответил сонный малыш, подойдя ближе и тоже усевшись на один из стульев. – Обычно мне мама читает, чтобы я уснул.

– Прости, она, должно быть, очень устала. Завтра она тебе обязательно почитает.

Мама с отцом оставили сегодня Мишеля с соседкой, не став его брать с собой на показ мод. Слишком там шумно, по их мнению. Ребенку нужен отдых.

– Я тоже хотел пойти с тобой на показ, – с грустью произнес Мишель, ерзая на стуле.

– Там не было ничего интересного, – ответил я, действительно так считая.

Малыш улыбнулся. Мой ответ его явно удовлетворил. Я встал из-за стола, подошел к нему.

– А теперь тебе пора спать, Мишель. Уже слишком поздно. Когда пришли родители, ты уже спал? Когда проснулся?

– Только сейчас. Когда услышал, что ты пришел. Ты не умеешь тихо входить.

Я улыбнулся. У Мишеля хорошее чувство юмора. Я потрепал его по и так слегка взлохмаченным после сна волосам, взял на руки и отнес в его комнату. Уложил на кровать, заботливо прикрыл одеялом с принтом вертолетов и уже собирался погасить ночник, как Мишель тихо произнес:

– Почитаешь мне сказку?

Пришлось задержаться.

Глава 23

Саманта Митчелл,

Жизнь до аварии

В Париже

Вчера я поссорилась с сестрой. Что ж, процесс превращения Кейт из милой и доброжелательной девушки снова в колючку запустился гораздо быстрее, чем ожидался. В чем же была причина нашего вчерашнего внезапного конфликта? Казалось бы, что могло случиться… Я предвкушала (точнее, просто хотела хорошо провести время) этот вечер, согласилась пойти (по инициативе Кейт!) и подумать даже не могла, что вскоре мы серьезно поссоримся. Что же произошло? Сначала все шло неплохо. Было весьма занимательно наблюдать за тем, как модели прохаживаются по подиуму. В своих шикарных нарядах, с этой грациозной походкой они выглядели великолепно. Не то что я. Хотя моя сестра и постаралась вчера преобразить мой внешний вид до неузнаваемости, но в душе я все равно чувствовала себя все той же неуклюжей Самантой. Похоже, что в этой жизни я совсем не скоро почувствую себя хоть немного уверенной в себе. Так из-за чего же случилось недопонимание с Кейт? Из-за… парня.

В один момент она завела разговор о том, что мне срочно нужен парень. И что мне уже давно пора начать хоть с кем-то встречаться. Хоть с кем-то… Я не понимаю, как можно начать встречаться хоть с кем-то. Разве любовь – это не то, что делает нас счастливыми и должно окрылять? Я не хочу встречаться хоть с кем-то… Только с тем, кого я действительно полюблю. Кейт же захотелось непременно меня с кем-то свести. И вчера именно из-за этого мы крупно и поссорились. Я уже не могла терпеть ее пламенные речи о том, что вот тот красавчик с подиума мог бы стать мне отличной парой, если бы я лучше следила за собой.

Разумеется, после таких слов мне стало обидно. Еле сдержала слезы. Лишь встала со своего места и попыталась протиснуться к выходу. Подальше от мира высокой моды и света софитов. Во всем этом я чувствовала себя неуютно. И неважно, что на мне в тот момент было прекрасное платье, а на лице – безупречный макияж. То была не я. А всего лишь кукла. Не настоящая я. А Кейт хотела, чтобы я всегда так выглядела. Тогда и моя личная жизнь наладится. Вот только моя сестра не понимала, что она лезла не в свое дело.

Когда я вчера, наконец-то, пробралась к выходу и вышла из здания, начался дождь. Сначала – не такой уж и сильный. Затем – капли стали ударяться о влажный асфальт еще хлеще. Начался настоящий ливень. Любой другой человек на моем месте в тот момент, наверняка, ускорил бы шаг и отправился бы в сторону дома. В моем случае – в сторону гостиницы, в которой остановилась наша семья. Но мне было все равно, промокну я или нет. Когда на душе плохо, а настроение хуже некуда, дождь на этом фоне кажется всего лишь мелочью. Я злилась на Кейт. Она даже и не подумала о том, чтобы уйти с показа и отправиться за мной. А вдруг со мной что-нибудь случилось бы?

А она просто продолжила там сидеть и смотреть на этих худых моделей, кукол. Ах да, еще и на парней. Я села на пожухлую траву и достала из кармана телефон. Ни одного пропущенного. Ни одного сообщения. Надо же, мода для Кейт дороже собственной сестры. Я-то думала (и наивно полагала), что эта поездка в Париж хотя бы немного примирит нас. Но я ошиблась. А ведь еще дома все было относительно неплохо. Кейт подарила мне подвеску. А до этого – мы ели вместе пиццу и беззаботно рассуждали о подростковой жизни… Но, видимо, Кейт не изменишь. А уж когда мы вернемся в школу, прилетим обратно домой, то моя сестра и вовсе перестанет обращать на меня внимание. Я снова стану для нее лузером. Той, с которой невозможно поддержать разговор. Как минимум.

Я убрала телефон обратно в карман и подняла взгляд: на вечернем небосклоне ярко сияли звезды. Дождь немного стих, но все равно накрапывал. Стало немного прохладно. А ведь я не взяла с собой на этот показ что-то из верхней одежды. Пришла в одном платье. Ведь прогноз погоды не обещал дождя. И уж тем более ливня. Родители сказали нам, чтобы мы вернулись в гостиницу не позже десяти вечера. Кейт осталась на показе до конца. Но что было делать мне? Возвращаться в отель? Нырнуть на кровать и забыться сном? Пока я размышляла над тем, что лучше: остаться сидеть на траве под дождем или отправиться домой (знаю, что очевидный выбор для всех нормальных людей свелся бы ко второму варианту), то увидела издали фигуру человека. Сказать по правде, в первую секунду я немного испугалась. Мало ли на улицах ночного города может разгуливать опасных личностей. Да, пора было уходить. К тому же, дождь снова принял нехилые обороты и рисковал вот-вот превратиться в ливень. Еще не хватало серьезно заболеть и оставшиеся дни отдыха проваляться в постели, а не любоваться красотами Парижа.

Я так и хотела поступить: встать и уйти. Но когда силуэт превратился в четкие очертания парня, решила не спешить. Он оказался с показа мод. Я видела его мельком в гримерке, когда Кейт показывала мне закулисье мира моды. Ей как-то удалось заполучить билеты на ВИП-места. Хотя сомнений в этом у меня не возникло. С ее миллионом подписчиков в соцсетях сделать это было проще простого. Вот так вот в жизни моей сестры многое положительно разрешается только лишь потому, что у нее имеется миллион подписчиков. Слова о том, что у кого-то такое число фанатов, действуют на людей, как магнит. Иногда мне кажется, что все люди, из школы и не только, дружат и общаются с моей сестрой только лишь по этой причине. Потому что иначе ее характер вынести просто невозможно. Но, кажется, Кейт совсем не переживает по этому поводу. Считает себя звездой. Пока я была погружена в свои мысли, ко мне как раз и подошел тот парень с показа мод. Не имею понятия, как его зовут и в каких показах он еще участвовал.

Я совсем ничего о нем не знала. Его лицо мне было также незнакомо. Ведь я не Кейт. Не слежу за течениями изменчивой и капризной моды. Все, что я знала об этом парне, так внезапно появившемся на моем пути, так это то, что он был моделью на этом показе, с которого я, можно сказать, сбежала, поссорившись со своей сестрой. Он начал разговор, представился Марком. Что ж, его имя мне также ни о чем не сказало. Марк и Марк. Я не знаю никого из мира моды по имени Марк. Так что для меня он просто Марк. Парень с показа мод. Но, надо сказать, он и правда симпатичный. Я посмотрела в его глаза, но вдруг представила на месте Марка… Джоша… Как было бы прекрасно, если бы на месте этого парня по имени Марк тогда оказался именно Джош. Джош Лэндер, капитан школьной футбольной команды. Но я ему безразлична. У него толпа поклонниц. Джесси, королева школы, чирлидерша, никогда не позволила бы нам быть вместе. О, нет, о чем это я. Джош в мою сторону даже и не смотрит. После непродолжительного разговора Марк предложил проводить меня. Я согласилась. Вдвоем не так страшно.

Вряд ли этот парень с показа мод окажется опасным, подумала тогда я. Когда мы пришли к нашему пункту назначения – гостинице, то он даже не попросил у меня номер телефона. Не то чтобы я на это рассчитывала, но… Что ж, вероятно, просто вежливый и заботливый парень, который просто проводил меня домой. Вот если бы на моем месте была бы сейчас Кейт или Джесси, этот Марк, наверняка, попросил бы у них номер телефона. И, быть может, даже позвал бы кого-то из них на свидание. Или, как говорят во Франции, на рандеву. Но я не Кейт. И не Джесси. И Слава Богу. Очутившись вчера в гостинице, зайдя в наш с Кейт номер, я включила свет и села на кровать. Нужно было переодеться и лечь спать. День выдался слишком уж утомительным и длинным. Что будет завтра? Сказать по правде, у меня были кое-какие планы насчет совместного времяпрепровождения с Кейт. Вроде похода в музей или какую-нибудь галерею, но теперь… Даже и не знаю, чем я буду заниматься. Завтра станет понятно.

Глава 24

Марк Морель

Франция

Мне нужно встретиться с Самантой. Той девушкой, которая сидела на траве под проливным дождем. Той, которая не знала до этого мое имя. Той, которой мое лицо ничего не сказало. Должно быть, она и о существовании моего канала о кулинарии – с огромным количеством подписчиков – не в курсе. И о том, что я снимался в фотосессиях в различных престижных журналах, ничего не знает. Что ж, так даже лучше. Почему-то все девушки в привычном окружении видели во мне только того парня с очередной фотосессии модного журнала. Мы могли часами обсуждать это и ничего кроме этого. А ведь я еще книги читаю. И в кино хожу. Мода – это всего лишь моя работа. Была. Да, именно так. Я принял решение. И мне не хочется его менять. Знаю, родителей это не приведет в восторг. Но я сам вправе решать, как мне строить жизнь. И мир моды мне надоел. Хватит. Наигрался. А ведь я вчера забыл спросить у Сэм ее номер телефона. Просто забыл.

Этот показ мод, после – внезапный дождь… И такая же неожиданная встреча. В голове – сплошной хаос вместо упорядоченных мыслей. Ничего более. Но зато я запомнил адрес и маршрут к той гостинице, в которой она остановилась вместе с семьей на отдыхе в Париже. А еще я точно помню, в каком именно окне загорелся свет после того, как она вошла внутрь. Лишь на третьем этаже зажегся. Это точно была она. Саманта с третьего этажа гостиницы Ля Рене. Мне нужно снова туда попасть. Именно сегодня.

Ведь я не знаю точно, сколько еще дней Сэм пробудет в Париже. Я бы показал удивительные места нашего города. Праздник, который всегда с тобой, как назвал свое произведение старина Хемингуэй. Да, надо быстрее собираться и отправляться в гостиницу. Надеюсь, я застану там Саманту.

Предложу ей прогуляться. Надеюсь, она не будет против. Утро уже окончательно вступило в свои законные права, от вчерашнего проливного дождя, кажется, не осталось и следа. Даже солнце засветило. Вчера, после моего возвращения, я почитал Мишелю сказку перед сном, и он отправился в мир сновидений. А я так почти и не сомкнул глаз до самого утра. Все думал о Саманте. Об этой внезапной встрече. Как я мог забыть спросить у нее номер телефона? Но ведь она все равно уедет. Обратно к себе в Штаты. И что тогда? Но сейчас мне не хочется думать о том, что будет завтра. Или через несколько дней. Надо жить настоящим. И сегодня я намерен встретиться с Самантой. Спустившись, я застал отца за просмотром телевизора. Сегодня суббота. Он не на работе. Мой отец – фанат американского футбола. А все потому, что в юности он был влюблен в одну американку и даже собирался жениться на ней. Но не сложилось. От тех отношений у него остались светлые воспоминания и только. Ах да, отец еще рассказывал, что они часто в ту пору посещали матчи по футболу.

Брат его возлюбленной играл в одной из команд. Так мой отец неожиданно и стал поклонником американского футбола. Думаю, если бы не та девушка, с которой он встречался, то, вероятно, фанатом этого спорта никогда бы и не стал… Да уж, любовь окрыляет и меняет людей. Мы обменялись приветствиями: отец продолжил смотреть важный матч, а я отправился туда, куда и намеревался. Перед этим успел увидеть на мерцающем экране имя игрока, забившего победный гол. Джош Лэндер. Капитан футбольной команды. Ему так мало лет, а он уже успел стать обладателем многочисленных кубков на престижных молодежных соревнованиях. Отец не пропускает ни одного матча, поэтому я уже успел запомнить имена многих игроков. Думаю, их всех ждет светлое будущее. Что ж, хоть у кого-то будет светлое будущее. А вот насчет своего я совсем не уверен. После моего решения оставить модельный бизнес многое теперь нужно переосмыслить…

Мне надо встретиться с Сэм. Искренне надеюсь, что мне удастся не только застать ее в гостинице, но и договориться о рандеву. Сегодня суббота, к счастью. Ведь если бы не выходной, родители еще с самого утра завели бы разговор о том, что я должен хорошо учиться и далее по списку. Но, на мое счастье, суббота. А это значит: я могу спокойно отправиться по своим делам даже без помощи личного водителя, о существовании которого так любит напоминать мне мама. По выходным она всегда отправляется в спа-салон или на шопинг, поэтому домой прибудет не раньше вечера. Отец все это время будет смотреть футбол, потом отправится в свою мастерскую ремонтировать автомобиль.

Позже, может быть, встретится с приятелями и сыграет в гольф. Я же предоставлен сам себе. Мишеля забрала соседка. Их дочь (ровесница моего младшего брата) и Мишель проведут половину сегодняшнего дня в игровой комнате одного из торговых центров, поэтому для меня – полная свобода. И я этому невероятно рад. Деньги и финансовая состоятельность родителей, а также их постоянная гиперопека, способны иногда свести с ума. Прожевав последний сэндвич с сыром и проверив отклик людей на недавний выпуск моей кулинарной передачи в соцсети (радует, что статистика заметно увеличилась), я отправился к выходу. Мне нужно было встретиться с Самантой. Непременно.

Я прекрасно запомнил адрес гостиницы. Доехав до места назначения, я вошел в уютный вестибюль. Раньше мне никогда не доводилось бывать в Ля Рене. Что ж, все когда-нибудь случается в первый раз.

Глава 25

Саманта Митчелл

Жизнь до аварии

Париж

Первое, что я услышала, открыв глаза, так это возмущения сестры по поводу того, что я вчера сбежала от нее с показа мод. Вспомнив о событиях вчерашнего дня и немного придя в себя после пробуждения, ответила:

– Кейт, ты мне даже не позвонила. Так что…

Я ожидала услышать от своей сестры новую волну возмущений. Ведь это так в ее характере: винить в чем-то кого угодно, но только не себя. Только не себя. Но её голос неожиданно стих, и она спокойно произнесла:

– У меня телефон разрядился. Вряд ли ты поверишь, но это правда. К тому же, ты ведь не маленькая. Знаешь дорогу до гостиницы. Пойми, я не могла пропустить вчерашний показ. Это вообще чудо, что я на него попала.

– Скажи за это спасибо нашим родителям, которые и организовали всю эту поездку, – иронично ответила я, все еще борясь с раздражением.

Кейт вздохнула.

– Уже говорила. Но сейчас не об этом. С тобой же ничего вчера не случилось, ведь так?

Я откинула одеяло, встала с кровати и направилась в ванную.

– Ты чего молчишь? – Кейт продолжила атаковать меня вопросами.

– Можно подумать, тебя это волнует, – ответила я, посмотрев на сонную себя в зеркало.

Да уж, мой внешний вид сейчас явно оставлял желать лучшего. Надо срочно привести себя в порядок. Вчерашний проливной дождь явно не помог мне превратиться в красотку.

– Ну ты так и будешь дуться на меня? – обиженно протянула Кейт, взяв в руки смартфон и начав что-то в нем сосредоточенно высматривать.

Наверняка проверяет количество своих подписчиков. Ага, за ночь весь миллион убежал.

Кейт встала с кровати и направилась ко мне. Я почистила зубы и собиралась принять душ, но Кейт жаждала ответов на свои вопросы… У меня же не было настроения разговаривать. Совершенно. О чем? О том, что у меня нет парня? Я ведь знаю Кейт, стоит мне сейчас с ней помириться, как она тут же начнет подыскивать мне кандидатов в мои потенциальные бойфренды. А оно мне надо? Поэтому я предпочла промолчать.

То есть просто зашла в ванную, не позволив Кейт войти внутрь.

– Я ведь просто хочу, чтобы ты стала обычным подростком, а не вечной угрюмой Самантой, которая даже не красится. Я желаю тебе добра, – только и услышала я перед тем, как включить кран и залезть под душ.

Что ж, моя сестра желает мне добра. Но она не понимает одного: невозможно влюбиться в кого-то против воли. И все эти ее попытки свести меня с кем-то только лишь усугубляют наши взаимоотношения. Я запуталась в себе. Вот что я знаю точно и на все сто процентов. Эта вчерашняя встреча с парнем по имени Марк… Он не спросил у меня даже мой номер телефона. Дома – Джош Лэндер, который и не смотрит в мою сторону. Просто комбо по неудачным отношениям с противоположным полом. Саманта Митчелл – лузер. Профи неудавшихся свиданий. Быть может, моя сестра права и надо что-то менять? Не знаю.

Когда я выбралась, из душа, оделась и привела себя в относительно нормальный вид и вышла из ванной, то не ожидала увидеть в номере Кейт. Она что, все это время ждала меня, чтобы снова прожужжать мне все уши о том, почему у меня до сих пор нет парня? Нет. Это уже слишком. Определенно.

– Какие у тебя на сегодня планы? – как ни в чем не бывало, спросила сестра, словно прежнего разговора, до того как я закрылась в ванной, и не было.

Всегда поражалась этой черте характера своей сестры. Все умеет обставить и преподнести так, что будто это виновата я, а не она. Ведь Кейт хотела как лучше. А я, видите ли, бессовестно и бессердечно отказываюсь от ее помощи…

– Никаких планов.

Кейт улыбнулась.

– Я так и думала. Поэтому мы отправимся по магазинам. Здесь отменные магазины. Я еще дома собрала всю информацию по скидкам, так что давай одевайся скорее, и я буду ждать тебя внизу, в холле.

В этом вся Кейт. Она никогда не спрашивает меня о том, чего хочу я. Не советуется, а просто ставит перед фактом. Да, на сегодня у меня никаких планов и не было. Но уж отправиться в поход по магазинам в них точно бы не вошло. Я не шопоголик. Меня вполне устраивает мой собственный стиль. Да, такие девушки вроде чирлидерши Джесси из нашей школы назовет это убожеством, но и что с того? После возвращения в Штаты, боюсь, она снова начнет атаковать меня вопросами про приглашение на свою вечеринку. Точнее, про обсуждение ее деталей. Мне пришлось согласиться лишь по одной печальной причине: тогда против меня мог стать воинственно настроенным весь класс. Да что уж там говорить, вся старшая школа «Вэлли Хилл».

В этом заведении все это в порядке вещей и считается нормальным. Нападать на тех, кто слабее или не может дать отпор. Даже боюсь представить, что со мной было бы, если бы не моя сестра. Точнее, если бы не ее популярность. Думаю, мне было бы совсем не весело. Конечно, слова Джесси о том, что Джош влюблен в меня, кажутся мне, по меньшей мере, глупостью, и в моей картине мира явно не дотягивают до правды. К тому же, до поездки в Париж я видела Джоша в том кафе: он сидел и что-то рисовал в своем блокноте. Он видел нас. Меня и Сандру. Но даже и не подумал о том, чтобы подойти к нам. Хотя бы просто поздороваться. Не говоря уже о том, чтобы признаться в каких-то своих пламенных чувствах. Безумие. Наверняка Джесси сказала мне это просто так. Чтобы я не чувствовала себя совсем уж никем в этой школе. Хотя с чего бы такая моральная поддержка со стороны Джесси? Но если бы только она знала, что я люблю Джоша… И что эти слова могут меня задеть… Мне нравится Джош. Но я не нравлюсь Джошу. Как же грустно. Так, надо отвлечься. Это не дело, даже находясь в прекрасном городе Париже, постоянно вспоминать школу, Джесси и другие печальные события. Я здесь для того, чтобы отдохнуть. Так что нужно отвлечься. Постараться. Наверное, и на поход с Кейт по магазинам следует согласиться.

Вчера мы, конечно, поссорились (и моя обида еще прошла не до конца), но теперь я понимаю: мою сестру просто не изменить. Она такая, какая есть. Для нее мир моды – это что-то такое же… как для меня Джош Лэндер… Даже не могу передать словами… Что-то такое же удивительное и восхитительное. Но… недоступное… Ведь Кейт всегда мечтала быть той самой моделью, которая разъезжает по всему свету и дефилирует по подиумам в платьях от мировых брендов. Но эта мечта не стала явью. Зато у нее интересный блог. Она популярна. У нее фанаты по всему миру. Пусть она и не ходит по подиуму в мировых брендах, зато ходит в них (благодаря заработку от ведения блога) дома, в школу и вообще везде. Стиль для моей сестры – прежде всего. С этой планетой быстрее случится нашествие зомби или ледниковый период, нежели Кейт забудет, что такое мода. Да, Кейт не изменить. Мне не хочется омрачать наш отдых (к тому же – огорчать родителей, которые организовали всю эту поездку), поэтому я думаю о том, чтобы согласиться на этот поход в торговый центр. Но завтра мы обязательно отправимся с ней в музей. Не всегда же и не все время одной Кейт выбирать, куда мы пойдем. Завтра – моя очередь. Что ж, а сегодня можно и по магазинам. У меня как раз сломались старые наушники для телефона. А без музыки я – не я.

Когда я окончательно привела себя в порядок, оделась и вышла из номера, то увидела на полу возле своего номера роскошный букет цветов и записку. С опаской оглянулась по сторонам. Все это слишком подозрительно. Быть может, это для моей сестры? Конечно, для кого же еще. Не для меня же. Это Кейт могла запросто за это время, за период нашего пребывания в Париже, уже с кем-то успеть познакомиться. И даже сблизиться до такой степени, чтобы кто-то из ее поклонников уже начал присылать ей такие подарки.

Но когда я прочитала записку, то не поверила своим глазам! Она была адресована мне… Почему я так решила? Не только потому, что там значилось мое имя. В конце концов, девушек с именем Саманта много в нашем мире. И, быть может, даже в этой уютной гостинице, найдется еще парочка, но отправитель этой записки – тот самый парень, с которым я вчера случайно пересеклась после того, как сбежала с показа мод после ссоры с Кейт. Но ведь он даже не спросил вчера мой номер телефона… И как он узнал, в каком именно номере я остановилась? Наверное, я рассуждаю слишком по-детски… Он ведь проводил меня до гостиницы. Знает ее адрес. Может быть, как-то узнал номер, в котором я остановилась… Но тогда почему не спросил телефон? Послание с аккуратным почерком и со смайликом в конце гласило:

Привет, Сэм (надеюсь, ты не против, что я тебя так называю. Ведь мы знакомы уже больше, чем пять минут), приглашаю тебя на прогулку. Покажу тебе наш удивительный Париж. Жду тебя внизу, в холле.

P.S. Марк, с которым ты вчера разговаривала, сидя на траве в дождь:)

Марк… Но ведь я все равно уеду. Пройдет еще некоторое время, и наша семья вернется обратно в Штаты. К тому же, там, дома, Джош… Которому я безразлична, конечно… Но… А еще – меня ждет же внизу моя сестра, с которой мы должны отправиться по магазинам…. Надо спуститься и посмотреть, что же там происходит. И кто меня действительно там ждет. После того как в Штатах в школьном локере стали внезапно появляться анонимные записки с признаниями в любви и приглашениями куда-то пойти, я уже слишком настороженно отношусь к таким вот проявлениям симпатии…

Я заметила его еще издали. К счастью, рядом с ним не было моей сестры. Признаться, я уже успела за этот короткий срок, пока спускалась по лестнице, нафантазировать себе все, что угодно. Вплоть до того печального события, что моя сестра стоит внизу и бесцеремонно флиртует с Марком… Конечно, она не могла знать, что я уже до этого с ним общалась… Но все равно.

Я огляделась. Кейт сама мне сказала, что будет ожидать в холле. Там же собирался ждать меня и Марк. И вот если последнего я как раз там уже и увидела, то моей сестры на горизонте что-то не оказалось. Ничуть не удивлюсь, если она и вовсе уже забыла…

Или что-то случилось? Пусть мы временами и не ладили, но мне было совсем не все равно, что с ней.

Нельзя так просто взять и вычеркнуть из жизни близкого человека. Даже если толком не ладили и не сумели найти общие точки соприкосновения. Странно: когда я злилась на Кейт и еще совсем недавно мы беседовали (перед тем как ей куда-то исчезнуть), я и подумать не могла, что буду так переживать за жизнь сестры. Видимо, это так и работает. Пока не потеряешь кого-то, не поймешь, насколько от этого может быть больно и грустно. В голове миллиарды мыслей. Где сейчас Кейт? Куда она могла пропасть? Если она просто куда-то отлучилась, то почему ее телефон выключен? Почему? Я посмотрела на Марка и осознала, что он ничего не понимает. Нужно все ему рассказать. И вместе отправиться на поиски Кейт. Обычно я не склонна рассказывать незнакомцам историю своей жизни и посвящать их в детали случившегося, но сейчас как раз тот случай, когда необходимо забыть о принципах и все рассказать. Ведь Кейт может быть в опасности… Рассказывать преждевременно родителям о том, что Кейт пропала, совершенно не вариант. Нужно сначала заняться поисками самой. А Марк поможет в этом. Ведь кто, как не он, знает здесь все окрестности? Я точно не знаю. Даже в своем родном городе и то постоянно путаю улицы.

– Что-то случилось? – вновь спросил меня Марк.

– Да, моя сестра… она пропала.

Улыбка с лица Марка мгновенно исчезла. Выражение его лица сделалось серьезным и, поправив манжету на белоснежной рубашке, он с беспокойством спросил:

– Ты в этом уверена? Когда ты видела ее в последний раз?

Марк задавал мне вопросы словно полицейский, который ведет расследование серьезного криминального дела. Я вздохнула и ответила:

– Мы договорились, что она будет ждать меня здесь. Внизу. Я спустилась и ожидала увидеть ее. Даже думала о том, что вы могли пересечься. Но, видимо, она покинула отель раньше, чем ты сюда пришел. Ты не видел здесь высокой стройной блондинки? На ней было коктейльное платье и туфли на каблуке. Много макияжа, она всегда так красится… У нее еще локоны…

Марк внимательно выслушал мой сбивчивый монолог и, поразмыслив несколько мгновений спустя, ответил:

– Нет, не видел. Видимо, она и правда вышла из отеля раньше, чем я сюда пришел.

Я снова вздохнула. Признаться, с одной стороны я была даже рада, что Марк и моя сестра не пересеклись, ведь я-то знаю, как Кейт умеет обольщать парней и флиртовать с ними… А мне не хотелось, чтобы Марк попался в ее любовные сети. Но с другой, в ситуации, когда Кейт пропала, и с ней действительно могло что-то случиться (учитывая ее легкомысленный характер), думать о том, что Марк и Кейт не пересеклись – совершенно неправильно. Надо выбросить эти мысли из головы. И найти Кейт. Куда она могла пойти? В торговый центр? Но в какой именно?

– Если бы у нее не был выключен телефон, я бы так не переживала, – сказала я Марку.

Марк нахмурился.

– Может, просто что-то с телефоном. Не будем думать о плохом. Предлагаю отправиться на ее поиски… Ты знаешь, куда она могла бы пойти? – спросил меня Марк после небольшой паузы.

Куда бы могла пойти моя сестра… Хороший вопрос. Учитывая ее страсть к шопингу, она могла бы сейчас гулять по торговым центрам и различным бутикам, покупать себе новые наряды и косметику для того, чтобы блистать в своих выпусках в соцсетях. Но что если с ней действительно что-то случилось? Эта плохая мысль так прочно поселилась в моей голове, что по спине пробежал холодок. Хотя мы и не особо ладили с Кейт, но все же она… моя сестра.

Марк снова вывел меня из состояния глубокой задумчивости. Так, надо сосредоточиться. Нужно подумать, куда могла пойти Кейт. С чего начать поиски? Я посмотрела на Марка… Отправится ли он со мной в ближайший торговый центр искать Кейт? Конечно, он сам вызвался помочь, но все-таки он совершенно посторонний и чужой для меня человек. Мне не хотелось ввязывать его в свои личные проблемы. Да и он наверняка согласился помочь с поисками Кейт лишь из вежливости. И только. Но взглянув на Марка, я прочитала в его взгляде искреннее сочувствие. Что-то похожее на печаль. По крайней мере, мне так действительно показалось. К тому же Кейт и правда может попасть в беду, а искать ее по всему Парижу одной как-то уже не кажется такой уж хорошей идеей.

Я знала один из любимых бутиков моей сестры, поэтому первым делом мы решили отправиться именно туда. И где-то в самой глубине моего сердца теплился маленький луч надежды, что мы непременно обнаружим ее именно там. Очень хотелось верить. Перед выходом из отеля я еще раз набрала номер сестры. Мало ли, вдруг в тот раз просто, по несчастливой случайности было что-то с телефоном, но Кейт вовремя спохватилась и уже может выйти на связь… Но нет. Чуда не случилось. Телефон Кейт по-прежнему был выключен. Про себя я молилась всем Богам на свете, чтобы с Кейт ничего не случилось. Срочно на ее поиски. Срочно. Нельзя медлить. Пока я звонила Кейт, Марк оповестил администратора на ресепшн, девушку лет двадцати пяти, чтобы она позвонила нам, если вдруг Кейт придет в отель, а мы ее не застанем.

Администратор вежливо поинтересовалась у нас, все ли в порядке и не нужна ли нам помощь. Но мы уверили ее, что все нормально. На самом деле: ничего нормально не было. Но оповещать об этом девушку с ресепшн пока что было точно лишним. Не хотелось поднимать с ног на голову весь отель, да и еще пугать заранее наших с Кейт с родителей. Вдруг моя сестра скоро все-таки объявится, а мы зря подняли панику?

Заверив администратора гостиницы, что с нами (и с моей сестрой) все в порядке, мы с Марком направились в сторону выхода. Марк галантно открыл мне дверь, любезно предоставив возможность выйти первой. Когда мы, наконец-то, оказались на улице, снова хлынул ливень. Сильный дождь окропил улочки Парижа. Теплый весенний дождь. Но зонт не помешал бы. А зонта у меня с собой снова не оказалось. Пока я была погружена в собственные размышления о погоде, то на мгновение потеряла из виду Марка. Он окликнул меня. Уже сидел на мотороллере и звал меня присоединиться. Господи, мотороллер? Я ни разу в жизни не каталась на нем. Признаться, всегда боялась скорости. Да, меня в какой-то степени можно было даже назвать трусихой. Даже в парках развлечений я всегда выбирала самые безопасные аттракционы. Некоторые мои школьные приятели в ту пору часто подшучивали надо мной на эту тему. Но я была непреклонна. Зачем каждый раз подвергать себя опасности, а потом страдать головной болью и паническими атаками?

Да, я страдала паническими атаками. Никому не пожелаю подобного состояния, когда кажется, что все: смерть уже близко. И никто, никто не поможет. Подобные эмоциональные качели и состояние тревожности посещали меня всегда внезапно. Не только в периоды невероятного волнения, как в случае с аттракционами. Нет. Я ловила панические атаки и в других ситуациях. Помню, однажды на уроке математики я чуть не упала в обморок, отвечая перед всем классом домашнее задание. Это было в шестом классе. Позже подруга однажды надумала затащить меня в театральную студию. Я всегда боялась публичных выступлений. Если я чуть не упала в обморок, отвечая перед всем классом обыкновенное домашнее задание, то что уж говорить про то, что я вряд ли справлюсь с тем, чтобы спокойно и без волнений отыграть театральный акт перед более многочисленной аудиторией? Нет, я совершенно точно не справилась бы с такой нагрузкой на мою бедную нервную систему. Поэтому в тот день, когда моя школьная подруга чуть ли не упрашивала меня присоединиться к ней в новый набор актеров для участия в одном школьном спектакле, я моментально ответила отказом.

Пересилить себя я так и не смогла. Сандра еще довольно долго уговаривала меня, говорила, что ничего страшного не случится, что мои панические атаки – это всего лишь обычное волнение, и что как только я выйду на сцену, все пройдет. Но нет. Я была непреклонна. Мне не хотелось, чтобы надо мной еще кто-то смеялся. Мне хватало насмешек и внутри класса. Не от всех, но от некоторых. В нашем классе я не была явным аутсайдером и лузером. Были люди, которым доставалось куда больше насмешек, чем мне, но, тем не менее, мне тоже хватало оскорблений. Особенно от главной королевы школы. Джесси. Чирлидерши. Я не могла допустить и мысли о том, что Джесси станет подшучивать надо мной, если мое гипотетическое участие в спектакле обернется полнейшим провалом. Нет уж, такого счастья я этой особе совершенно точно не позволю. Сандра еще некоторое время после моего отказа обижалась на меня. Но вскоре поняла, что мое решение останется прежним, и отстала.

И вот сейчас: сесть на сиденье мотороллера! Это же может быть очень опасно… И я даже не знаю, как Марк водит… А что, если что-то случится? А что, если мы попадем в аварию? Врежемся в дерево или в столб? Столкнемся с чужим автомобилем? Или… сами собьем пешехода? Мои ладони похолодели от страха. Я взглянула на Марка. Тот стоял возле новенького отполированного насыщенно-синего мотороллера и звал меня. Признаться, я думала, что мы возьмем такси. А вот о том, что Марк окажется владельцем мотороллера, я даже и подумать не могла. Интересно, какие еще тайны у этого парня? Пересилив себя и кое-как справившись с волнением, я сделала шаг навстречу Марку. Когда мы оказались лицом к лицу, тот без всяких вопросов быстро протянул мне в руки шлем.

Я вздохнула. Шлем… Неужели Марк действительно думает, что я вот так легко и просто сяду с ним на мотороллер? Или, на его взгляд, я похожа на тех девушек, которые совершенно ничего не боятся?

Видимо, почувствовав мое волнение, Марк произнес:

– Что-то не так?

Разумеется, все было не так. Мне совершенно не хотелось садиться на этот чертов мотороллер! И я уже хотела ответить Марку резко и грубо, но вовремя сдержалась. Он ведь не знал о моей тревожности, о моих панических атаках. Откуда бы он мог это знать? Та наша непродолжительная встреча под дождем не располагала к тому, чтобы рассказывать о таких вещах. Я стояла и мешкала. Что ответить Марку? Рассказать всю правду? Или же все-таки пересилить себя, забыть про все свои страхи (вдруг и правда клин клином вышибают, как любит повторять моя школьная подруга) и просто принять приглашение Марка. Сесть на сиденье. Взять шлем. Должно быть, Марк неплохо водит, раз добрался сам и до гостиницы…

Вряд ли бы он намеренно стал подвергать мою жизнь опасности. Я снова глубоко вздохнула. Мои мысли вдруг показались мне рациональными. Но все-таки садиться на сиденье мотороллера мне было по-прежнему страшновато. По-прежнему.

– Тебе страшно? – спросил меня Марк, словно прочитав мои мысли.

Я молча кивнула. Марк не стал задавать лишних вопросов, а спокойно продолжил:

– Не бойся, я отлично вожу. В аварию точно не попадем. Но если все-таки переживаешь, можем взять такси. Хотя из-за пробок мы вряд ли так быстро доберемся до торгового центра.

– И на какой скорости ты водишь? – с беспокойством спросила я.

Марк отчего-то улыбнулся. Он был очень симпатичным… Но сейчас было не время думать о внешности Марка. Поиски моей сестры – вот что было важнее.

– Просто доверься мне, – также спокойно ответил Марк. – Все будет хорошо. Обещаю.

Господи… Довериться Марку… Сесть с ним на мотороллер, помчаться на поиски сестры… Если так подумать, я Марка-то знаю всего ничего. Как я могу ему доверять? Но отчего-то мне хотелось ему довериться. В конце концов, мы едем не просто кататься, у нас спасательная операция. И так уже потеряли немало времени из-за всех этих организационных моментов и моих сомнений. Представив в голове картинку, что с Кейт что-то могло случиться, я все же согласилась принять приглашение Марка сесть с ним на мотороллер.

Я взяла в руки шлем, аккуратно надела (Марк помог), села позади. Перед тем как нажать на педаль газа, он еще раз произнес:

– Все будет хорошо. Не переживай, Сэм.

Не переживай, Сэм… Легко сказать…

Но я мысленно убедила себя, что сейчас не время думать о собственной безопасности. Моя сестра была важнее. Да, мы часто ссорились в последнее время, но все-таки я знала, что в глубине души она все та же Кейт. Добрая девушка, которую я знала, прежде чем она набрала нереальное количество подписчиков в своих соцсетях. И я искренне надеялась на то, что с ней ничего плохого не случилось.

Когда мы, наконец-то, тронулись с места и поехали по улочкам Парижа на мотороллере, у меня перехватило дыхание. Я понимала, что это вновь дает о себе знать ненавистная тревожность. Сделав глубокий вздох, я мысленно досчитала до десяти, и немного успокоилась. Насколько это было возможно. Когда мне стало чуть легче (спасибо остановке на светофоре), я вдруг заметила, что обхватываю руками торс Марка… Господи, что он обо мне подумает? Я поспешно убрала руки, но Марк снова спокойно произнес:

– Все в порядке.

Я ничего не ответила. Остаток дороги до торгового центра мы провели в молчании. Когда Марк чуть превышал скорость (или мне так казалось?), я робко придерживала его. Но на остановках тут же расцепляла пальцы. Не знаю, почему. Может быть, потому, что до этого дня я ни с кем из парней не находилась настолько близко… Пусть это и была всего лишь поездка на мотороллере, к тому же, это было никакое не рандеву, но все же…

Мне стало неловко. Благо, на мне еще был шлем. И Марк не видел моего румянца. Такое со мной нередко случалось в минуты волнения: почувствовала, что мои щеки стали огненными.

Когда мы доехали до торгового центра, в котором находился один из любимых бутиков моей сестры, дождь перестал. В воздухе пахло невероятной свежестью. Марк приглушил мотор, встал с сиденья, снял шлем. Я сделала тоже самое. На мгновение мне показалось, что сейчас грохнусь в обморок. К счастью, этого не случилось. Но Марк, заметив мое состояние, осторожно поинтересовался:

– Как ты? Можем идти?

Он произнес это так же спокойно, как и все то, что говорил до этого. Казалось, что в этого парня с рождения вселили ген спокойствия и стрессоустойчивости в самых разных ситуациях. А мне вот было совсем не весело…

– Все в норме, – ответила я, хотя вряд ли это было правдой, но мне не хотелось погружать Марка в свои проблемы, жизнь сестры была в разы важнее. – Идем.

Пока мы шли, я глубоко втягивала чуть прохладный свежий воздух после дождя, и мне стало легче. Тошнота проходила.

Оказавшись в зале торгового центра, мы тут же поспешили на эскалатор. Я пояснила Марку, что нам нужен третий этаж. Именно там находился один из любимых бутиков моей сестры-модницы. Не знаю, почему в моей голове поселилась мысль, что именно там мы могли застать Кейт. Не проверить свои догадки было нельзя. Телефон Кейт не отвечал (на эскалаторе я сделала очередной звонок). Но что меня порадовало: теперь телефон не был выключен. Но все равно она не брала трубку…

Как же все это было странно. Сначала телефон выключен, потом просто не отвечает. Где же Кейт?

– Что, не отвечает? – спросил меня Марк, когда заметил, что я уже несколько раз безостановочно набираю номер Кейт.

– Да, но есть прогресс. Теперь она просто не берет трубку. А до этого был выключен. Где Кейт успела зарядить телефон, если он разрядился? К тому же, я не помню, чтобы она брала с собой зарядку.

Марк пожал плечами. Мы сошли с эскалатора и направились в сторону бутиков. Когда мы проходили вдоль одного из них, Марк неожиданно остановился перед его витриной. Он что, собирается смотреть на манекен? У нас поиски моей сестры (к тому же, Марк сам вызвался помочь, а не я тянула его за собой), а теперь он собирается стоять перед витриной, а затем пойти на шопинг? Я окликнула Марка, и после того, как он мне не ответил, это меня очень разозлило. Подбежала к нему (я успела пройти вперед, оставив Марка у витрины, думая, что он скоро догонит меня) и достаточно резко (как мне самой показалось) спросила:

– И долго ты еще здесь будешь стоять?

Марк словно вышел из транса и, оторвав взгляд от витрины, виновато произнес:

– Да, прости. Конечно, идем. Просто вспомнил кое-что из своей… – Марк запнулся… – прошлой жизни.

Эта его последняя фраза прозвучала довольно пафосно, но я не стала ничего расспрашивать. Было не самое подходящее для этого время. Все, о чем я сейчас могла думать, так это только о том, чтобы найти Кейт. После того, как я услышала, что ее телефон не выключен, и она просто не отвечает, это почему-то мне придало немного сил. Может быть, и правда не все так страшно, и просто разрядился телефон, она где-то его зарядила, а теперь просто не отвечает…

Но почему Кейт… Почему… Этот вопрос не давал мне покоя. Как же отчаянно хотелось верить в то, что скоро мы узнаем правду. Почему Кейт не отвечала, что было с телефоном, а самое главное: очень хотелось верить в то, что с Кейт действительно все в порядке. Посмотрев на витрину бутика, на которую еще несколько мгновений назад засматривался Марк, я не увидела там ничего особенного. Обыкновенная межсезонная коллекция модной мужской одежды. Если он такой любитель шопинга и моды, купит себе что-нибудь потом. Пока у нас план найти Кейт.

Оказавшись в нужном нам бутике, я заметила, что он был почти пуст. Лишь несколько людей прохаживались вдоль вешалок с одеждой и смотрели на ценники так, словно увидели там астрономические суммы. Хотя да, именно такие здесь обычно люди и оставляли. Бутик был дорогим. Но доход моей сестры позволял ей тратить подобные суммы. Периодически она покупала что-то в подарок и мне: но во всей этой дизайнерской одежде, которую так любила Кейт, я чувствовала себя крайне неуютно. Простые свитер и джинсы были мне привычнее. Но Кейт часто бывала упряма и настаивала на том, чтобы я хоть изредка носила что-то более праздничное и не такое простое. Иногда я поддавалась на уговоры Кейт и цепляла на себя дизайнерские наряды, разбавляя их побрякушками (сережки, браслеты) из не менее дорогих бутиков. Но не могу сказать, что подобные преображения вызывали у меня какое-то чувство воодушевления. Наоборот, как только после какого-то мероприятия я и Кейт приходили домой, для меня было огромным облегчением наконец-то стянуть с себя все это и залезть в уютную домашнюю одежду. Моя же сестра лишь вздыхала, совершенно не понимая, как можно променять любовь к красивой и роскошной одежде на жалкие (так их любила называть Кейт) тряпки. Тряпками она называла почти все, что не вписывалось в ее понятия о моде и стиле.

Вырвавшись из плена собственных мыслей, я еще раз окинула взглядом зал бутика. Он по-прежнему оставался полупустым. И никого похожего на мою сестру не нашла. Но, может быть, Кейт была в примерочной? Кто знает. Я подошла к кассиру и поинтересовалась, не видела ли она здесь Кейт, описав ее внешность и то, во что она была одета, когда я ее в последний раз видела.

Кассир, молодая девушка, быстро проговорила:

– К сожалению, сегодня почти никаких покупателей. Я знаю вашу сестру, она была здесь недавно. Отлично разбирается в моде. Но именно сегодня я ее не видела. А что-то случилось?

Мне снова стало не по себе. К горлу подступила тошнота. Справившись с чувством тревоги, я невнятно пробормотала:

– Нет, все в порядке. Не переживайте. Мы просто разминулись в пути. Я думала, что встречу Кейт здесь. Видимо, не расслышала, что она мне говорила.

Девушка-кассир кивнула, а затем ответила:

– Может быть, вы просто позвоните ей?

Да, она говорила такие очевидные вещи. Разумеется, я звонила своей сестре уже черт знает сколько раз, но пока безуспешно… Конечно, кассир об этом не знала, а посвящать ее в подробности (вряд ли она могла чем-то помочь в сложившейся ситуации, к тому же: еще не хватало, чтобы у этой девушки были из-за нас проблемы) не хотелось. Ответив, что так и поступлю, позвоню Кейт, я направилась к выходу из бутика. Марк же все это время шатался вдоль рядов с мужской дизайнерской одеждой. Он что, не может не думать о моде? Да уж, моя сестра и Марк могли бы стать идеальной парой. Странно, но сейчас, при мысли о подобном, у меня не возникло ощущения, что Марк должен быть моим. Да, он был симпатичен. Я бы даже сказала… красив… Но просто не мой типаж. Вместо Марка я представляла Джоша. И когда мы ехали на мотороллере и я обвивала руки Марка своими, тоже. В моих мыслях был Джош. Не Марк, а Джош.

Выйдя из бутика, Марк спросил у меня, куда мы отправимся дальше. Хотелось бы и самой знать ответ на этот вопрос. Не будем же мы объезжать все торговые центры, заходить во все бутики и искать в них Кейт? Это просто безумная идея. Я еще раз набрала номер мобильного своей сестры: вдруг на этот раз ответит. Каково же было мое удивление, когда это и в самом деле оказалось так. Господи, Кейт ответила! Я услышала ее голос. И для этого нам надо было приехать в этот торговый центр, а до этого промчаться с Марком по дороге на чертовом мотороллере. Неужели Кейт не могла ответить раньше? Но уняв свое раздражение, я спросила у нее, все ли с ней в порядке и где она находится. В трубке слышался шум, и я не могла разобрать, на что он был похож. Какой-то другой человек на заднем фоне. Парень?

Я ищу сестру по торговому центру, а она развлекается с парнем? Я мысленно проклинала себя за свою доброту и резко спросила в трубку:

– Почему твой телефон был выключен? А потом ты не брала трубку. Я переживала.

Мне не хотелось показывать ей, что я переживаю (особенно после того, как мы недавно поссорились, и как оказалось, Кейт даже и не подумала о том, что кто-то может за нее переживать, а вместо этого спокойно с кем-то гуляла), но все-таки я волновалась. Она не чужой мне человек. За то время, пока Кейт не отвечала на телефон, в моей голове нарисовались не самые радужные сценарии того, что могло произойти с ней. К счастью, ничего из этого явно не произошло… Но все же…

– Насчет телефона: просто разрядилась батарея. Зарядила в гостях у друга. У меня была с собой зарядка.

Кейт говорила так непринужденно, словно это было в порядке вещей: пропасть на какой-то неопределенный срок, а затем как ни в чем не бывало вновь появиться. И даже не подумать о том, что кто-то мог волноваться. Родители, в конце концов. Не только я. Мама звонила несколько раз на мой мобильный, пока я и Марк добирались на мотороллере до торгового центра. Я написала позже сообщение, что с нами (со мной и Кейт) все в порядке и что мы скоро будем дома. Разумеется, на тот момент это было ложью. Мне просто не хотелось заранее расстраивать маму. Зачем разводить панику? У мамы и так не самое здоровое на свете сердце. К счастью, сейчас Кейт нашлась, и нашим родителям действительно не нужно волноваться. Ох уж эта Кейт, сколько из-за нее часто проблем. С самого раннего детства.

– И как скоро ты планируешь вернуться домой? – спросила я Кейт по телефону, подумав о том, что мы могли бы где-то пересечься и отправиться в гостиницу уже вдвоем, ведь родители, наверняка, волнуются.

Но, к моему удивлению (хотя пора бы уже давно перестать чему-то удивляться, когда дело касается своенравной Кейт) она отказалась встретиться и отправиться домой вместе. Сказала, что ее чуть позже проводит парень. Надо же, моя сестра так быстро завела роман в чужом городе? Просто поразительный талант к соблазнению парней.

– Что еще за парень? Ты вроде не говорила, что собираешься на рандеву, – довольно резко спросила я, про себя удивившись подобному собственному тону, но Кейт и в самом деле иногда бывала несносна.

На другом конце провода послышался тяжелый вздох. Затем Кейт ответила:

– Успокойся, Сэм. Этот парень – просто мой друг. Ничего больше. Да, мы не планировали эту встречу здесь, в Париже. Просто так вышло. Этот парень – мой коллега-блогер в соцсетях. Так просто сложилось, что мы сегодня встретились. Пообедали вместе в кафе, потом он пригласил меня посмотреть кино. Да, Саманта, мы действительно просто смотрели кино. Между нами ничего нет. У него здесь, в Париже, скоро стартуют съемки в одном телешоу, и я была рада повидать его.

– Хорошо, когда планируешь вернуться домой? – спросила я, пересилив свое желание поссориться.

День и так выдался слишком сложным и тяжелым. Нервным. Еще не хватало продолжать этот стресс. Что же поделать, если Кейт не изменишь. Такой уж у нее характер.

– Думаю, часа через полтора вернусь. Не переживай. И скажи родителям, что скоро буду.

С этими словами Кейт сбросила вызов. А я еще несколько мгновений стояла словно в оцепенении. Она вернется часа через полтора. Никаких слов о том, как ей жаль, что заставила меня нервничать и переживать.

Пока я разговаривала, Марк решил пойти на шопинг, прошелся по бутикам и что-то купил себе. Модник-Марк. Я невольно вспомнила, как он засматривался на витрину одного из бутиков, перед тем как мы отправились в один из магазинов в поисках Кейт. Вспомнила слова Марка о том, что тот манекен (или сам магазин, или что-то другое?) напомнили Марку о его прошлой жизни, и мне вдруг захотелось узнать подробнее о его жизни. В тот раз мне было не до этого, но раз с Кейт все в порядке… То мы можем поговорить с Марком детальнее.

Он подошел ко мне и спросил, как дела у сестры и что я собираюсь делать дальше. Я заметила в руках Марка покупки из бутиков молодежной одежды.

– Что у тебя в пакетах? – улыбнувшись, спросила я.

Мне и в самом деле было интересно. Не так уж часто (на самом деле, никогда) я встречала парней, которые так искренне интересовались бы модой. В нашем классе парни носили самую обычную одежду. А вот глядя на Марка… Я каждый раз ловила себя на мысли, что для него мода – это наверняка что-то большее, чем просто одежда. Скорее, для Марка одежда была способом показать свою индивидуальность, свой стиль. Мне казалось, что для Марка одежда выступала способом самовыражения. И я не ошиблась в своих догадках. Марк ответил:

– В пакетах у меня несколько вещей. Купил себе кое-что из последней коллекции одного из моих некогда любимых именитых дизайнеров одежды.

Надо же, у Марка были даже любимые дизайнеры. Я же сама не знала почти ни одного. Кроме некоторых из масс-маркета. Но Марк явно купил что-то особенное. Не то, что носят все. Мне так подумалось. Марк казался мне не таким, как все. Было в нем что-то… неуловимо прекрасное, что-то утонченное, грациозное. Мои мысли показались мне же на мгновение донельзя странными. Но при взгляде на Марка я каждый раз думала о том, что он – истинный парижанин. Это было невозможно объяснить словами. Просто сама элегантность во плоти. Даже его парфюм звучал аристократично.

Пока я была погружена в свои размышления, Марк достал из одного пакета мужской костюм. Из другого – женский свитер и кулон. Предвосхитив все мои дальнейшие вопросы, Марк протянул мне свитер и кулон со словами:

– Это тебе. Мой подарок. Надеюсь, не ошибся с размером свитера. Если что, можно вернуть. Купил его в женском бутике. Одна моя знакомая почти одной с тобой комплекции, поэтому мне кажется, что я не должен был ошибиться с размером. Но если вдруг так случилось, что все-таки ошибся, то можешь примерить его в примерочной и, если не подойдет, вернем. А кулон… тоже просто мой тебе подарок. Мне понравилось изображение на нем. В виде солнца. Ты похожа на солнце.

Я невольно улыбнулась. Марк был таким милым и забавным. Его французский акцент придавал ему еще больше шарма. Я поблагодарила его, хотя и была в легкой растерянности. Не знала, как реагировать. Раньше парни никогда не дарили мне такие подарки… К тому же наверняка дорогие… А что, если это и вовсе деньги его родителей? Хотя какая разница…

– Марк, не стоило… Правда… – в растерянности пробормотала я.

Но Марк, видимо, был подсознательно готов к подобной моей реакции, поэтому спокойно сказал:

– Саманта, это от чистого сердца. Я просто хотел поднять тебе настроение. Ты весь день выглядела грустной. Оно и понятно, это все из-за поисков сестры. Но сейчас, как я понял, с ней все в порядке. Поэтому тебе нужно перестать грустить.

Марк улыбнулся. Было в нем что-то такое светлое… Словно старый друг, которого я знаю уже не первый год. Но я знала Марка всего ничего. Наша дружба исчислялась пока что всего лишь днями, а не годами. Странно, но рядом с Марком я ощущала себя в полной безопасности. Какой-то тотальный островок спокойствия и безмятежности на фоне хаоса (это я о поисках моей сестры). Но, тем не менее, я не могла сказать, что я испытывала к Марку какую-то симпатию, кроме обыкновенной дружеской. Все мои мысли по-прежнему занимал Джош. И только он. А Марк явно испытывал совсем другие чувства по отношению ко мне. Его взгляд… Эти подарки. Желание встретиться и погулять вдвоем… Даже не знаю: я вряд ли смогу ответить ему взаимностью. Вряд ли.

– Все в порядке. Я уже не грущу. С моей сестрой и в самом деле ничего страшного не случилось, это радует. Спасибо тебе за поддержку, Марк.

Марк снова улыбнулся. А затем необычайно серьезным тоном спросил:

– Не хочешь прогуляться вдоль берега Сены? Знаю, звучит слишком по-туристически, но и ты ведь здесь туристка. Я в Париже вырос.

Я не знала, что ответить. С одной стороны, мне не хотелось давать ему надежды на что-то большее, чем просто дружба, а он явно на это рассчитывал. С другой же: может, это я просто себе все придумала, и Марк и в самом деле хочет просто поговорить, продолжить знакомство… А то мы и так толком не общались: тогда помешал дождь и то, что нужно было возвращаться в отель. Сегодня – поиски моей сестры. Ведь я и Марк можем просто дружить. Точно: даже если я уеду, мы сможем общаться по электронной почте, в мессенджерах, или даже обмениваться друг с другом настоящими бумажными письмами.

Мои размышления прервал телефон: дома меня ждут родители. Мама снова успела прислать сообщение. Переживает, что нас с Кейт долго нет. Я коротко ответила, что скоро будем: не могла вернуться домой значительно позже обычного. Поэтому ответила Марку:

– Может, в другой раз? Мы еще не уезжаем. Просто уже довольно поздно. Родители ждут.

Марк понимающе кивнул. Казалось, он потерял счет времени. Признаться, я сама тоже. Поиски Кейт заставили понервничать.

– Да, понимаю. Тогда я заеду за тобой. Завтра. Что скажешь? Предлагаю пообедать в кафе, а затем приглашаю тебя в одну картинную галерею.

– А как же прогулка вдоль Сены? – с удивлением спросила я.

Не то чтобы картинная галерея была хуже прогулки вдоль Сены, но просто мне были непонятны такие быстрые перемены в желаниях Марка.

Да, в тот день, когда мы впервые встретились, в те минуты общения, сидя на траве под дождем, Марк показался мне таким милым… И сегодня утром тоже… Но почему-то я никак не могла забыть Джоша… Этот парень, которому я (уверена) совершенно безразлична, никак не выходил у меня из головы.

– Завтра синоптики снова обещают дождь, – ответил Марк. – Совсем забыл об этом. Так интересно, что каждая наша с тобой встреча не проходит без дождя.

Я улыбнулась. А ведь и правда: в тот вечер, когда мы только встретились, шел дождь. Сегодня, когда добирались до торгового центра, тоже. Интересное совпадение. Вообще я любила дождь, особенно теплый. Но в последнее время мне хотелось больше солнца и солнечных дней.

– Да, в наши встречи все время шел дождь. Интересное совпадение, – ответила я.

Я все еще размышляла: что ответить Марку, согласиться на его предложение или отказаться. Мне не хотелось обижать его. Ведь мы могли остаться просто друзьями. Никто же не мешает по-дружески провести вечер? Кейт же развлекалась в то время, как я и Марк искали ее, думая, что она оказалась в опасности. Я тоже могу провести вечер в приятной компании. Марк – интересный человек… Хотя я и рассматриваю его исключительно как друга…

Поразмыслив еще несколько секунд, я все же ответила Марку согласием. В конце концов, я и так мало с кем общалась даже в своем городе. А здесь, в Париже, я могла хотя бы ненадолго стать кем-то другим… Точнее, просто на некоторое время перестать быть интровертом.

Слишком тяжелый день. Хотелось поскорее добраться до номера гостиницы, в котором мы остановились, и просто лечь спать. Слишком тяжелый день. Много волнений и переживаний. Определенно.

Глава 27

Саманта Митчелл

Жизнь до аварии,

Тем же вечером в Париже

Саманта в гостинице,

Кейт тоже вернулась

Когда я вернулась в гостиницу, Кейт уже была там. К счастью. Хотя я думала, что она все еще проводит время со своим другом. Точнее, коллегой по блогерству, как она сама его назвала. Радует, что у моей сестры еще остались крупицы благоразумия в голове. Правда, она выглядела слегка расстроенной… Надо же, и чем она так опечалена…

И хотя я все еще была на нее немного зла за то, что она даже не предупредила никого о том, где будет, а вместо этого спокойно провела время со своим другом, мне все же было интересно узнать, что с ней. Кейт не так уж и часто можно было застать в таком расположении духа. Обычно она бодра и весела. В отличие, как раз, от меня. Что же стряслось с Кейт, что она чуть ли не плачет? Кейт сидела в кресле и смотрела в стену. Я услышала всхлипы… Сначала еле слышные, затем звук стал громче. В руках Кейт был телефон и еще какой-то альбом… Я подошла еще ближе и увидела, что Кейт рассматривала черно-белые снимки, сделанные на полароид. Там была запечатлена она и какой-то парень. Этого парня я точно раньше нигде не видела с ней. Все очень странно: что же случилось с Кейт, что она смотрит фотокарточки и плачет? Кто ее обидел?

Видимо, Кейт услышала мои шаги и, обернувшись, тут же промокнула заслезившиеся глаза. Из-за этого у нее немного потекла тушь, а я мысленно отметила про себя, что, если Кейт все равно, как она сейчас выглядит, значит, ей действительно плохо.

Я подошла еще ближе. Хотела спросить у нее, что же случилось, но она опередила меня, сказав:

– Догадываюсь, о чем ты собираешься меня сейчас спросить. Но, Саманта, это слишком личное. Все нормально, не переживай.

Слишком личное… Раньше у нас друг от друга не было никаких секретов. До того момента, как Кейт стала самой популярной девушкой в школе. Это уже потом начались разногласия, недопонимания, ссоры, общение на повышенных тонах. Хотя, в основном, это Кейт срывалась на меня. Я не любила конфликты. Никогда. А Кейт порой заводилась на малейшие мелочи. То я слишком громко разговаривала с подругой по телефону и мешала ей спать, то еще что-то. Иногда мне очень хотелось вернуться в то время, когда Кейт еще не была так популярна. Но, к сожалению, машины времени не существует.

– А я, между прочим, волновалась, – вдруг произнесла я то, что давно крутилось в мыслях.

Подумать только, какой сумасшедший выдался день. Искать сестру, думая, что она могла попасть в беду, а она просто весело проводила время с парнем.

Кейт нахмурилась.

– Послушай, ну что могло со мной случиться? Зря волновалась. Я просто встретила своего друга, мы просто пообщались, только и всего. А телефон разрядился. Подумаешь, катастрофа.

Для Кейт почти никогда ничего не было катастрофой. Что для меня являлось таковой, для Кейт – никогда. Мы настолько разные с ней, что я порой не перестаю удивляться, насколько разными могут быть люди одной крови. Я вынырнула из пучины собственных тягостных размышлений и ответила на реплику сестры:

– Я, конечно, рада, что с тобой ничего не случилось, но ты ведь могла позвонить мне с номера телефона своего приятеля.

Кейт посмотрела на меня так, словно я только что сказала несусветную глупость, а затем ответила:

– Саманта, не усложняй. Меня не было не так уж и долго. Я даже и подумать не могла, что ты начнешь так переживать и отправишься на мои поиски, словно меня не было целую вечность. Успокойся, я уже вернулась. Разговорились с другом, было не до звонков.

Было не до звонков… Иногда легкомысленность Кейт меня пугает, но такой уж ее характер.

– Все равно могло случиться что угодно, – ответила я, так и не смирившись с легкомысленностью Кейт.

– Например? – с усмешкой спросила она.

Я вздохнула. Мне действительно необходимо перечислять? Неужели Кейт не понимает, что я просто очень сильно беспокоилась? Неужели она этого не понимает? Я чувствовала, что меня захлестывает злость, но Кейт, похоже, было все равно. Она взяла с прикроватного столика журнал и начала демонстративно перелистывать страницу за страницей. Порой Кейт просто невыносима. Мне много что хотелось ей сказать, но я решила этого не делать. Все равно бесполезно, только еще больше поссоримся.

– Ладно, забудь, – как можно доброжелательнее ответила я на едкий вопрос сестры, которая явно ждала от меня продолжение моей тирады про волнения и переживания.

Кейт отвлеклась от журнала и посмотрела на меня как на сумасшедшую.

– Кажется, каких-то пару минут назад ты была готова разорвать меня в клочья, – снова с усмешкой произнесла Кейт.

А ей все смешно: уму непостижимо, насколько Кейт бывает легкомысленна и цинична. Родная кровь, но насколько мы с ней все-таки разные.

– Не хочу ссориться, все равно ты ничего не поймешь.

Кейт нахмурилась.

– Это ты меня сейчас так оскорбила, да? У меня нет мозгов, по-твоему, что я ничего не пойму…

Хотела бы ответить положительно на ее возглас, но, к сожалению, это тогда точно привело бы нас к крупной ссоре. А мне сейчас этого совсем не хотелось. Изначально я ожидала, что Кейт просто извинится и скажет, что в следующий раз обязательно позвонит, если вдруг где-то задержится. Но я снова оказалась наивной…

– Прости, я не это имела в виду, – ответила я, стараясь говорить добродушно, хотя мне казалось, что мой голос прозвучал грубее, чем мне того хотелось.

– Ладно, поверю на слово, – небрежно отозвалась Кейт и снова вернулась к чтению своего журнала.

Мне не хотелось больше говорить с ней и обсуждать ни сегодняшний случай, ни что-то другое. Я понимала, что добродушной и непринужденной беседы не получится. Не сегодня. Нужно лечь спать, завтра встреча с Марком. Я согласилась на рандеву. Сначала обед, потом картинная галерея.

Интересно, как пройдет завтрашний день: оставит он приятные впечатления или же нет…

Глава 28

Саманта Митчелл,

Время в реабилитационной клинике…

Жизнь после аварии

Прошла уже неделя с того момента, когда я в последний раз виделась с тем парнем в бейсболке, который страдает потерей памяти и не может ничего вспомнить из своей прошлой жизни…

Правда, я также толком не могу ничего вспомнить. Флешбэки настолько туманны, что мне пока что, к сожалению, не удалось соединить весь пазл воедино. Но верю, что однажды настанет тот день, тот счастливый день, когда я вспомню все до единой детали.

В прошлый раз мне удалось кое-что вспомнить… Я вспомнила кафе. Обрывочно разговоры с подругой… А дальше – темная бездна. И сколько бы я ни силилась что-то вспомнить, пока безуспешно. Медперсонал клиники, в которой я нахожусь, уверяет, что с помощью психологических сеансов и курса реабилитации я вернусь к прежней жизни. Вспомню все. Постепенно. Точных сроков, когда это может случиться, врачи не дают. У всех по-разному. Кому-то память возвращается быстрее, чем другим. Кому-то, наоборот, не везет дольше. Я оказалась в числе тех, кому не повезло…

Я записала свои мысли в дневник и подумала, что все мои хаотичные воспоминания почему-то всплывали у меня в памяти после того, как я общалась с тем парнем в бейсболке… Интересный факт. Но я не помнила этого человека. Я не знала его… На прошлом сеансе психотерапии я долго всматривалась в его лицо (надеюсь, он не заметил и не счел меня сумасшедшей), но в недрах разума не появилась череда новых флешбэков, хоть как-то связанных с этим загадочным парнем в бейсболке. Может, это просто совпадение, что в прошлый раз я смогла вспомнить крупицы своей прошлой жизни благодаря тому, что рядом со мной находился он?

За последние дни я стала непроизвольно ловить себя на мысли, что часто думаю об этом парне. И в те минуты, когда мы находились рядом, мне было очень спокойно. Его искренняя поддержка помогала мне не впасть в депрессию и не сойти с ума от осознания того, что моя жизнь уже так изменилась, и я ничего не могу вспомнить.

Или… здесь было дело не только в этом? Я всячески запрещала себе даже думать о том, чтобы влюбиться в этого парня. Но чувства оказались сильнее меня… С каждым взглядом на него я понимала, что влюбляюсь еще сильнее. Но вряд ли он чувствовал то же самое по отношению ко мне… По крайней мере, я не замечала каких-либо перемен в его поведении. Да, мы общались после сеансов психотерапии, но можно ли было назвать то наше общение чем-то большим, чем просто дружба? Пока я ничего такого не могла сказать. Да и вообще: может, у этого парня и вовсе есть девушка. Хотя за все время нашего нахождения в клинике никто из представителей женского пола к нему не приходил… Только мать. Об отце я ничего не стала спрашивать. Во-первых, этот парень в бейсболке и свою мать не сразу-то вспомнил. А во-вторых, мне не хотелось казаться излишне любопытной. Может, он ничего не помнил и об отце. А может быть, что-то и помнил, но это что-то отзывалось раной на сердце? Кто знает. Мне хотелось верить, что он все обязательно вспомнит. Впрочем, насчет себя я питала такие же надежды.

Сначала надо что-то вспомнить. Поправить здоровье. А уже потом думать о любви. Я мысленно корила себя за то, что думаю о любви. А еще о том, что этот парень может и вовсе не испытывать ко мне никаких чувств. Наверняка это так и есть. А я тут вообразила себе непонятно что. Нафантазировала.

Из моих мыслей меня вывел Каспер. Тот самый парень в бейсболке. Он шел с подносом ароматных кексов и банками газировки.

– Это тебе, – улыбнувшись, произнес Каспер, как только подошел ко мне настолько близко, что стало возможным вручить поднос.

– Это все мне? – с удивлением ответила я, когда увидела количество кексов.

Одной мне столько точно не съесть. Пышных кексов было не меньше десятка.

– Я присоединюсь к тебе, – ответил Каспер. – Хотя я настолько голоден, что и этого не хватило бы. Я думал, что ты тоже. Ведь сегодня сеанс психотерапии продлится дольше обычного.

Да, сегодняшний сеанс и правда обещает длиться дольше, чем обычно. Но голодна я все же не была. Мою голову занимали совсем другие мысли. Не про кексы, а про то, чтобы хоть что-то вспомнить из прошлой жизни. И еще… Каспер. Кажется, в последнее время я думала о Каспере больше, чем когда бы то ни было… Какие уж там мысли о кексах…

Я улыбнулась. Каспер выглядел таким милым, добродушным. Его доброта и хорошее отношение ко мне, искренность и интерес к моей жизни… Каспер – невероятно добрый человек. Парень в бейсболке.

– Спасибо за заботу, – ответила я, взяв с подноса один кекс, не желая ставить Каспера в неловкое положение. – Я не очень голодна, но возьму один.

Каспер улыбнулся. И, также взяв с подноса кекс, заговорил со мной о грядущем сеансе психотерапии. Это мне хотелось обсуждать в самую последнюю очередь… Да, я хотела бы полностью вернуть себе память, вспомнить абсолютно всю свою прошлую жизнь, а не только хаотичные отрезки времени, но… Мне всегда было грустно на этих сеансах. То ли дело в том, что я пока так ничего толком и не вспомнила, то ли еще в чем-то… Если бы не Каспер и его поддержка, печаль и вовсе стала бы моим постоянным состоянием.

– Кажется, мне недавно удалось кое-что вспомнить из своей прошлой жизни, – вдруг произнес Каспер, вернув меня из моего потока мыслей в реальность.

Я тут же отреагировала на эту фразу, поскольку, в отличие от меня, Каспер совсем ничего не помнил из своей прошлой жизни. Даже имя. Каспером его прозвали здесь.

– И что же ты вспомнил? – спросила я его.

Я смотрела на него и заметила, что взгляд его совсем не был радостным. Странно… Значит ли это, что он вспомнил нечто печальное?

– Один день из своей прошлой жизни, – ответил Каспер. – Я вспомнил день, проведенный с родителями. А вот школу пока совсем не могу вспомнить. Совсем ничего.

– А почему ты тогда такой грустный? – все же спросила я, поскольку мне совсем ничего не было понятно. – В тот день случилось что-то плохое?

Каспер взял еще один кекс (прошлый уже успел съесть) и, прожевав его, ответил:

– Нет, просто я тогда поссорился со своим отцом.

Я вздохнула. Мне так сильно хотелось поддержать Каспера, но в то же время не хотела ворошить его прошлое… Должно быть, оно не такое уж прекрасное, раз он так опечалился по этому поводу. Может, история его жизни не такая уж и хорошая… Погрузившись в собственные размышления, я и не заметила, как Каспер произнес вслух:

– Знаешь, в тот день я сильно поссорился с отцом. Особо не помню причины. Но помню, как сейчас, тот громкий разговор. Кажется, отец кричал. И просил меня убраться из дома.

Я слушала Каспера и думала о том, что ему, должно быть, плохо жилось в родном доме. К нему приходила лишь мать, а отца я никогда не видела. Мне хотелось сказать Касперу нечто ободряющее, но я не знала, что именно: не хотелось говорить что-то банальное. И к тому же… я не знала никаких других подробностей его жизни. Кажется, Каспер заметил, что я замешкалась и задумалась над тем, что ему ответить, поэтому продолжил:

– Можешь ничего не говорить на эту тему. Я и сам пока не смог все полностью вспомнить. Не знаю, зачем я тебе все это рассказываю… Наверное, просто захотелось поделиться эмоциями и мыслями. И какой-никакой радостью, что кое-что удалось вспомнить. Пусть и не самый радостный день. Интересно, как работает память. Вспоминает не то, что хотелось бы. Прости, не хотел вовлекать тебя в свои проблемы.

– Нет, все в порядке. Я просто… задумалась, – ответила я.

Мне не хотелось, чтобы Каспер подумал, что мне абсолютно не интересно его прошлое. Мне оно интересно, просто я не знала, как будет правильнее реагировать, чтобы не сказать что-то лишнее. Здесь, после аварии, мне пришлось заново учиться строить взаимоотношения с другими людьми, познавать их и себя… Я словно стала другим человеком, ведь себя прежнюю я практически не помнила, по крупицам собирала новую. Какой я была раньше? Как проявляла эмоции? Как взаимодействовала с людьми? Каждодневно пыталась соединить разрозненные моменты-воспоминания из недр памяти у себя в голове в цельный пазл. Пока получалось с трудом, но улучшения все же были. Благодаря сеансам психотерапии, заботливому персоналу, а также Касперу и его теплому ко мне отношению, я чувствовала поддержку, ощущение того, что я не одна и мне казалось, что я смогу справиться со всем. Это ощущение, что есть люди, которым не все равно, и они искренне интересуются моим состоянием, часто помогает мне в минуты грусти. В те моменты, когда кажется, что я больше ничего и никогда не смогу уже вспомнить.

– И ты больше ничего не вспомнил? Что было еще в тот день? – вернулась я к разговору с Каспером.

Я заметила его поникший взгляд. Задумчивость в сочетании с грустью. То ли он больше ничего не вспомнил из того дня, то ли вспомнил, но это было еще более печальным, чем предыдущее воспоминание.

– К сожалению, пока что удалось вспомнить только это, – ответил Каспер. – Правда, в сознании возникали еще какие-то хаотичные отрывки. Отдельные реплики отца… Но толком ничего.

– Это уже что-то, – ответила я. – И ты обязательно вспомнишь все, что захочешь. Вот увидишь, нужно только время.

Обычно это Каспер говорил мне подобные слова в те минуты, когда становилось грустно и казалось, что я больше никогда ничего не вспомню. Но сегодня мы словно поменялись ролями: теперь я поддерживала Каспера и говорила ему слова поддержки.

До сеанса психотерапии оставалось совсем мало времени, и мы должны были поторопиться, чтобы не опоздать к началу занятий, поэтому решено было встретиться еще раз и поговорить обо всем уже после сеанса.

– Надеюсь, что так оно и будет и я действительно все вспомню, – ответил мне Каспер перед тем, как отнести поднос в столовую. Недоеденные кексы он сложил в пакет и спрятал в рюкзак.

– Я тоже в это верю.

Что ж, время покажет, как оно все обернется на самом деле. Но одно я знала точно: мне уже хотелось поскорее покинуть это заведение. Эту клинику. Вернуться к семье. Но да, лечение еще не закончено. Если бы не Каспер, то мне и вовсе было бы здесь тоскливо. Просто невероятно пытаться каждый раз вспомнить хоть что-то, собирать себя по крупицам и стараться не впасть в отчаяние от того, что время идет, а улучшения наступают не так быстро, как того порой хотелось бы. Но раз уж я раздаю такие советы Касперу и верю в его исцеление, то, наверное, надо поверить и в свое. А вот это уже тяжелее…

После сеанса психотерапии, встреча Каспера и Саманты Митчелл во внутреннем дворике реабилитационной клиники

– Как тебе сегодняшний сеанс? – спросил меня Каспер, как только мы дошли до ближайшей скамейки и присели отдохнуть.

На Каспере была его фирменная бейсболка. Он носил ее почти постоянно, оттого ему здесь и дали прозвище: парень в бейсболке. Но сейчас головной убор пришелся кстати: яркое солнце слепило глаза. Кажется, Каспер заметил, что я слегка щурилась на солнце, и поэтому снял свою кепку и предложил надеть ее мне.

Я улыбнулась. Так мило с его стороны. Не дожидаясь моего ответа, он аккуратно и бережно надел ее на меня, а затем достал из кармана мобильный телефон и щелкнул пару снимков. Сначала только меня, а затем сделал и наше совместное селфи. Показал полученные кадры. Я снова улыбалась. В те минуты я чувствовала себя счастливой. Казалось, время остановилось и мы находимся где-то в другом месте, непринужденно разговариваем обо всем на свете и совсем-совсем не потеряли память. Но пока реальность была иной: находились мы все еще в клинике. Я попросила Каспера перекинуть мне сделанные кадры в мессенджер. Пусть останутся на память… Хотя я понятия не имела, что будет дальше. Как долго мы еще здесь будем, и главное: я понятия не имела, увижу ли потом когда-нибудь снова Каспера…

Мысли вновь вернулись к этому: я чувствовала, что влюбляюсь в него. В Каспера. В этого парня в бейсболке, у которого потрясающее чувство юмора и который так умеет поддерживать и приободрять в минуты грусти… Но я не знала, что чувствует Каспер… Мне казалось, он думал лишь о том, чтобы вспомнить прошлую жизнь, а я была для него просто другом.

Когда Каспер прислал мне снимки, я убрала телефон в сумку и ответила Касперу на давно заданный вопрос:

– Насчет сегодняшнего сеанса… – начала я… – Он был необычным. Не то, что мы делали раньше.

Каспер кивнул.

– Да… Устала? – спросил меня он, доставая из рюкзака банку содовой. – Будешь? – продолжил он, одним щелчком открыв ее.

– Нет, спасибо, не хочется, – ответила я. – А на сеансе и правда устала. Наверное, сегодня раньше лягу спать. Обычно я засыпаю поздно. Сон совсем стал плохим. Снятся кошмары, порой даже не хочется уходить спать.

Каспер сделал пару глотков содовой, поставил банку на скамейку рядом с собой, а затем ответил:

– Понимаю… У самого такая же проблема. Только мне ничего и не снится. Просто подолгу не могу уснуть. А что тебе снится-то? – спросил Каспер спустя пару секунд.

Я задумалась перед тем, как ответить на вопрос Каспера. Что мне обычно снилось… Много чего, но в последнее время меня преследовал один жуткий сон. Я стою на краю обрыва и словно падаю вниз. В бездну. И рядом нет никого, кто взял бы меня за руку и попытался бы спасти. Обычно после таких снов я всегда просыпалась в холодном поту и долго, очень долго, не могла после этого заснуть вновь. На одном из сеансов психотерапии я рассказала врачу о своих сновидениях. Он тогда сказал мне, что этот сон – показатель того, как сильно я переживаю о своем состоянии и как хочется поскорее выбраться отсюда и вернуться к прежней жизни. Я была согласна с вердиктом врача: мне и в самом деле было некомфортно находиться в этой клинике и хотелось поскорее вернуть себе память и уехать домой. Наверное, поэтому здесь часто снились беспокойные сны, от которых становилось страшно. Я поделилась тем, что мне обычно снилось, с Каспером.

После того как он выслушал меня, то сказал:

– Мне кажется, не стоит искать тайных смыслов в подобных снах. Думаю, так дают о себе знать переживания насчет потери памяти. Чувство безысходности, когда не можешь принять, что с тобой случилось, и хочется вернуть все, как было до. Но жаль, что это не всегда возможно сразу. Как нам того ни хотелось.

Каспер был прав. Жаль, что это не всегда возможно. Солнце продолжало печь, и я уже хотела предложить Касперу выбрать для наших посиделок более скрытое от палящего солнца место, чтобы можно было спрятаться в тени, но Каспер опередил меня. Когда мы пересели на другую скамейку, то продолжили наш душевный разговор. С Каспером всегда было интересно: несмотря на то, что он почти ничего не помнил из своей обыденной прошлой жизни, у нас находились другие темы для разговоров…

Мне было так легко рядом с ним. Каспер был для меня источником отличного настроения на весь день. Не было ничего, что мне в нем не нравилось бы. Хотя, пожалуй, было: мне не нравилось только то, что он до сих пор не вспомнил остальные дни своей прошлой жизни, а еще то, что наши отношения как-то больше походили на простую дружбу… Наверное, я только недавно поняла, что мне хотелось большего. Вот и сейчас, сидя рядом с ним на скамейке, в перерыве между разговорами мне невыносимо хотелось просто обнять его и поцеловать. Просто так. Но что обо мне подумает Каспер?

Посидев еще несколько минут в молчании (с Каспером было легко даже молчать, и не ощущалось никакого напряжения), мы решили вернуться внутрь реабилитационной клиники. Солнце палило так нещадно, что даже перемещение на другую скамейку и наше укрытие в тени уже не особо спасали. А внутри клиники всегда было прохладно. Пожалуй, это единственное, что мне там нравилось. Ах да, еще пирожные из столовой. И на этом все. Вернуть себе память полностью и поскорее отсюда выбраться. Поскорее.

Глава 29

Саманта Митчелл

Париж

Жизнь до аварии

Марк приехал за мной на свидание в половине двенадцатого дня. В полдень мы договорились отправиться на ланч в одно из его любимых кафе, которое он часто любил посещать. На встречу я сначала хотела одеться в своем привычном стиле, что-то вроде обычных футболки и джинсов, но моя сестра уговорила меня нарядиться более празднично. В итоге я надела яркую блузку насыщенно-красного цвета и юбку в тон. Еще к этому наряду подошло колье, которое мне дарила Кейт. Она также сделала мне такой макияж, который я до этого никогда в жизни не делала (слишком яркий). После того как все манипуляции по превращению меня в красотку были выполнены, Кейт сказала:

– Вот, теперь твой Марк точно влюбится в тебя. Не оставишь ему никаких шансов.

От этих слов Кейт мне стало противно. Во-первых, мне надоедало то, что Кейт часто мыслила шаблонно и примитивно. Такое впечатление, что если девушка не накрашена и одета по-простому, то в нее никто и никогда не сможет влюбиться? Мне всегда хотелось, чтобы полюбили мою душу, а не оценивали меня по стоимости моего наряда. И к тому же… Я даже не знаю, хотелось бы мне, чтобы Марк в меня влюбился… Хотела ли я отношений с ним? А если нет, то зачем согласилась на эту сегодняшнюю встречу? Быть может, тем самым я дала ему ложную надежду на то, что мы сможем быть вместе? Ведь если бы он совсем не испытывал ко мне никакой симпатии, то наверняка никуда и не пригласил бы? В голове вертелось слишком много мыслей, на которые я не знала ответа. Кажется, Кейт заметила, что я ушла в себя и слишком долго не отвечаю, а потому продолжила свой монолог:

– Саманта, даже если тебе не нужен Марк, нужно выглядеть хорошо. Для себя. Всегда.

Слова моей сестры снова больно кольнули. Словно кто-то прошелся иголкой по сердцу. Можно подумать, до этого я выглядела плохо… Разве макияж и одежда важнее души человека? До чего же слова Кейт бывают ядовитыми – мне порой и не верилось, что она и вправду моя сестра. Мы с ней такие разные… Нужно было что-то ответить на ее колкие фразы, но я чувствовала, что меня захлестывает обида и я вот-вот расплачусь. Еще чего не хватало, разрыдаться перед свиданием от слов собственной сестры… Кое-как справившись с желанием заплакать, я ответила, что уже почти опаздываю и поспешила прочь. На выход.

Перед тем как я вышла из комнаты, услышала вслед, что красота важнее внутренних качеств для парней. Ох, как бы мне хотелось верить, что не для всех. Переубеждать сестру в ее суждениях я не стала (тем более и правда уже опаздывала на встречу с Марком), а потому просто ушла, громко хлопнув дверью. Кейт просто невыносима.

Марк встретил меня у входа в гостиницу. Снова на мотороллере. В руках у него была коробка конфет в форме сердца. Романтично и слащаво… Марк-романтик, сентиментальный парень. Я подумала о том, что он был полной противоположностью Джоша, капитана школьной футбольной команды из моей школы в Штатах. Джош был просто… другим. Или мне так казалось? Ведь, в сущности, я Джоша и не знала… А что, если он совсем не такой, каким я все это время себе его представляла? Но в школе Джош казался мне звездой, неприступным и недосягаемым красавчиком, дерзким парнем, за которым бегают почти все девушки школы. Но внешность порой обманчива… Что, если Джош не такой?

Но сейчас мне нужно перестать думать о Джоше: у меня встреча с Марком. Так странно, что я называю про себя эту встречу просто встречей. Не свиданием, не рандеву, как говорят французы, а просто встречей. Наверное, мне просто хотелось с кем-нибудь поговорить. Марк – хороший собеседник. Начитанный и галантный кавалер, но я понимала, что мое сердце принадлежит другому человеку. Капитану школьной футбольной команды. Джошу Лэндеру.

– Привет, отлично выглядишь, – произнес Марк, улыбнувшись. Протянул мне коробку конфет.

Я взяла ее и тоже поприветствовала Марка. Он снова улыбнулся. С Марком было интересно: он казался мне таким… необычным. Милым и романтичным парнем, с которым просто интересно о чем-то говорить. А еще с ним было очень спокойно. Но я… не чувствовала к нему ничего, кроме простой дружеской симпатии. Перед глазами назойливо маячил образ Джоша.

– Привет, спасибо, и за комплимент, и за подарок, – также улыбнувшись, ответила я Марку.

Рядом с Марком было так легко. Но мое сердце принадлежало другому человеку. Джошу Лэндеру. На мгновение мое настроение вмиг омрачилось от мысли, что со мной рядом не Джош… И даже никаких перспектив встречаться с ним тоже нет. Он наверняка выберет себе в подруги одну из многочисленных стройных и красивых девушек-чирлидерш. Но явно не меня. И пора уже забывать верить в сказки и в то, что Джош хоть когда-нибудь обратит на меня внимание. Я не верила словам Джесси, что тем моим тайным поклонником, который пару раз подбрасывал мне милые послания в локер, мог быть Джош. Просто не верила. Если бы я и в самом деле нравилась Джошу, он уже давно куда-то пригласил бы меня…

– Предлагаю сначала пообедать, а потом в галерею. Я покажу тебе некоторые из своих любимых картин. Искусство – это прекрасно.

Я кивнула. Мне тоже нравилось искусство в разных его проявлениях. Я любила читать, мне нравилось смотреть фильмы прошлого столетия, да и в целом я ощущала себя человеком словно из той эпохи. Но сначала нужно подкрепиться, это точно. Я еще даже не завтракала сегодня, а уже время обеда…

– Ничего, что мы снова поедем на мотороллере? – с улыбкой произнес Марк, делая шаг в сторону. Именно там стоял наш транспорт, на обочине дороги.

Как сказать… С одной стороны, мне было спокойно рядом с Марком, и я точно знала, что он доставит нас к пункту назначения в целости и сохранности, но с другой же стороны… мне не нравилась езда на мотороллере. Совсем не понимаю людей, любящих скорость и гонки с ветерком. Это может быть очень опасно. Несколько секунд я стояла словно в оцепенении, не зная, что сказать и выбрать… Не хотелось обижать Марка и отказываться от поездки, перебираясь на общественный транспорт… Но в то же время мне все же хотелось еще раз прокатиться. В прошлый раз было страшно, но я поняла, что мне безумно не хватало всю мою жизнь подобных эмоций и такого адреналина. Хотелось отвлечься и забыться от мысли, что я жутко застенчивый и робкий человек, что любое проявление экстравертности является для меня пыткой. Возникло желание просто почувствовать себя живой в буквальном смысле, отдаться эмоциям, порыву, хорошему настроению. Хотелось, чтобы было что вспомнить из каникул в Париже. А не вспоминать только наши ссоры с Кейт. До сих пор иногда ее слова больно ранят меня. Понимаю, что она это делает не со зла (у нее такой характер), что она и вовсе не думает, прежде чем что-то сказать, и не задумывается над тем, что ее слова могут кого-то ранить или задеть… Но все же иногда брошенные ею фразы вонзаются в самое сердце и там остаются, поскольку не всегда получается забыть все до поры до времени.

– Мне страшно, но все же хочется прокатиться, – спустя несколько мгновений честно призналась я Марку.

– Мне нравится твоя смелость, – улыбнувшись, ответил Марк.

Смелость… Не знаю, сколько должно пройти времени, чтобы я стала действительно смелой… Хотя эта поездка на мотороллере и правда могла бы стать отправной точкой для того, чтобы хоть чуть-чуть побороть в себе страх неуверенности и стать немного смелее и более открытой этому миру. Вдохнуть в себя жизнь, почувствовать, что я молода. Стать той, которая не будет бояться чуть ли не всего на свете.

– Просто я слишком много всего боюсь в этой жизни. Пора бы уже хоть что-то вычеркнуть из списка моих страхов, – ответила я Марку и подошла на шаг ближе к мотороллеру.

Он улыбнулся. Когда мы, наконец, сели и тронулись с места, пошел дождь. Совсем небольшой, но этого было достаточно, чтобы настроение немного испортилось.

– Кажется, встречаться, когда идет дождь, превращается у нас в традицию, – заметил Марк, остановившись на светофоре и дожидаясь, когда можно будет вновь тронуться в путь.

И в самом деле: дождь становился символом наших встреч. Но, к счастью, дождь был теплым, совсем не холодным. И хотя я не очень любила это явление погоды в принципе, иногда у меня появлялось желание прогуляться при подобной стихии природы. Но что-то в последнее время он меня прямо преследовал. От того, что дождь станет идти круглосуточно, я не полюблю его сильнее. Скорее, наоборот.

– Да, дожди в Париже что-то зачастили, – ответила я Марку сквозь шум падающих на асфальт дождевых капель.

– Иногда такое случается, – отозвался Марк.

Когда мы доехали до места назначения, дождь все еще не перестал. Наша одежда промокла. Когда мы сняли мотоциклетные шлемы, то незамедлительно промокли и наши головы. Хорошо, что хотя бы кафе, в котором мы собирались устроить ланч, располагалось совсем рядом. Марк подъехал почти к самому входу. Осталось только оставить транспорт на стоянке и пройти внутрь. Я уже изрядно проголодалась. В пору бы уже открывать коробку конфет, которую подарил Марк. Но я решила этого не делать, их время еще придет. Дома.

Когда Марк поставил мотороллер на стоянку, мы прошли к двери кафе. Марк галантно и любезно пропустил меня вперед, а затем вошел внутрь сам. Внутри кафе было довольно тихо. Посетителей не слишком много. Марк сказал, что специально выбрал именно это место для нашей встречи, в этом кафе нам никто не помешает говорить, а еще здесь готовят потрясающие стейки. Я кивнула. Атмосфера была довольно уютной, а сам антураж выглядел милым. Шумные заведения я никогда не любила, поэтому мне тут уже было комфортно. А уж если здесь и правда готовили невероятные стейки, то мне определенно понравится…

Мы выбрали столик у окна, сели и принялись смотреть меню. Названия почти всех блюд были на французском, и хотя я все понимала, Марк мило читал вслух каждое название и пояснял, почему стоит или не стоит брать какое-то блюдо. В итоге мы сошлись на том, что закажем стейки, а еще по фирменному десерту и напитку, которые готовили только здесь, в этом кафе. Марк сказал, что раньше они здесь часто бывали с семьей и что хозяева этого кафе их друзья. Я слушала его рассказы, пока нам готовили наш заказ, и думала, что жизнь Марка существенно отличалась от моей. Я никогда не училась в частной школе, у меня не было состоятельных родителей (да, мы могли временами позволить себе отдых в Европе, но назвать себя богатыми?). Кроме того, я никогда не занималась модельным бизнесом, в отличие от Марка. Да, Марк рассказал мне и про эту часть своей жизни, и тогда все стало на свои места: я вспомнила вечер с показа мод, затем тот момент из торгового центра, когда мы искали мою сестру, а он остановился возле витрины одного бутика и рассматривал детали новой коллекции одежды. Также я заметила, что его манера хорошо одеваться и подбирать со вкусом себе наряды – явно отголоски его прошлой работы модели. Но поскольку я была далека от темы, я почти не могла поддержать беседу. Было интересно, но не настолько, чтобы говорить об этом слишком долго. Уже в этом мы были разные. Марк заметил и решил не углубляться в детали своей прошлой модельной жизни. По выражению его лица я заметила, что это его немного расстроило, но он все же постарался сделать вид, что не настолько… Грусть сменилась улыбкой.

Когда нам, наконец-то, принесли заказ, Марк спросил меня:

– Сэм, как тебе тут? Надеюсь, атмосфера не слишком печальна и мрачна? Здесь было бы неплохо сделать ремонт.

Взяв вилку с ножом и отрезав часть поджаренного стейка, я ответила Марку:

– Мне как раз очень нравится здесь. Не люблю шумные заведения. А тут очень даже мило… и без ремонта…

Сказав последнюю фразу, я поймала себя на мысли, что Марк явно живет в роскошных условиях, раз даже вполне симпатичная и уютная территория кафе кажется ему обычной… Что ж, в этом мы тоже были разные. Я больше ценила уют, чем роскошь.

– Рад, что тебе здесь нравится, – отозвался Марк после того, как проглотил часть стейка. – Кстати, как тебе стейк? Я пригласил тебя сюда отчасти из-за еды, которую здесь готовят. А отчасти из-за того, что обещал кое-что отдать хозяину кафе, он приятель нашей семьи. Но антураж мне совсем не нравится… Точнее, раньше нравился, но, – Марк на мгновение задумался, а затем продолжил, – сейчас уже не очень, ремонт точно не помешал бы…

Я пожала плечами. Ремонт так ремонт. Может быть, еще посчастливится побывать в Париже и оказаться в этом кафе уже после ремонта. Кто знает… Но пока меня вполне устраивало и то, как все здесь сейчас…

– Насчет стейка: он и правда потрясающий, – ответила я без капли лести.

Марк улыбнулся и неожиданно перевел тему.

– Расскажи что-нибудь о себе.

Я смутилась. Вот так всегда: когда дело доходило до откровенных разговоров с кем-то, я начинала теряться. Что рассказывать о себе? Я никогда не была популярной девушкой в школе. Моя жизнь – учеба, уроки и периодические вылазки с лучшей подругой в кафе «Мятежные сердца». Ничего необычного. Почти всем мои дни дома проходили довольно однообразно. И лишь здесь, в Париже, я позволила себе стать чуть другой. Немного смелее, более открытой этому миру. Быть может, в этом и был для меня смысл этой поездки. Точнее, стал…

– Что рассказывать… Ничего интересного. Я далека от мира моды, никогда не училась в частной школе, как ты. Живу, учусь, иногда отдыхаем с семьей. Вот выбрались в Париж, – ответила я, приступая к фирменному десерту.

– Уверен, у тебя есть какие-то увлечения, – произнес Марк. – Ты кажешься мне очень интересным человеком.

Вот что делал Марк со мной: я снова смутилась от его слов.

– Я люблю читать книги, – сказала я и тут же об этом пожалела, еще не хватало, чтобы Марк подумал, что я книжный червь, который не вылезает из библиотеки.

К тому же, я не думала, что Марк любил читать, так же, как и я. Мне казалось, что ему ближе мир моды, нежели книг. Но не нужно мыслить стереотипно. Если Марк любит моду, это еще не значит, что он не может любить читать. К счастью, так оно и оказалось, и я мысленно порадовалась, что мои сомнения оказались напрасны.

– Я тоже люблю читать. Хотя некоторые книги порой и кажутся мне скучными.

– Что для одного скучно, для другого – шикарная книга, – ответила я. – И это так удивительно, и в то же время прекрасно: все мы читаем через призму своего мировосприятия, и одну и ту же книгу можно воспринимать по-разному. Кому-то шедевр, кому-то так себе.

– Согласен, – ответил Марк. – Кстати, что ты читала в последний раз, недавно?

Я на мгновение задумалась. В последний раз я читала… кажется, это был подростковый роман популярного современного автора. Даже не знаю, чем он меня привлек, обычно я любила читать либо классику, либо что-то для более взрослой аудитории, хотя сама еще относилась к категории подростков. Просто все эти романы, в которых влюблялись друг в друга, строили отношения, а затем либо расставались, либо же все заканчивалось хэппи-эндом, никогда особо не вызывали у меня восторга. Подобные романы часто вселяли в меня тоску. Ведь моя жизнь в реальности казалась мне скучной в отличие от той, что описывали в книгах про счастливую любовь. Но та подростковая книга, которую я недавно прочитала, была другой. К счастью, там акцент в сюжете не был завязан на любви. Я поделилась рассказом о книге с Марком, и его реакция не заставила себя ждать:

– Прочитаю потом как-нибудь.

Я улыбнулась. Если Марк и правда прочитает, будет с кем обсудить прочитанное, а то в моей жизни не так уж много людей, с кем можно говорить о литературе. Не считая, конечно, моей подруги Сандры. Но она и вовсе предпочитала нон-фикшн вместо художественной литературы. А Джош… я даже не знала, любил ли он читать… Хотя если Марк интересуется модой и литературой, то кто знает: может быть, и Джош окажется тем, кто любит не только футбол?

– Как десерт? – спросил Марк, вернув меня в реальность.

– Он потрясающий, – честно ответила я. – Ты был прав, когда говорил, что здесь невероятная кухня.

Марк улыбнулся. Затем произнес:

– Рад, что тебе понравилось, готовься скоро встретиться с прекрасными произведениями искусства. Нас ждет галерея. Подкрепились, и теперь нам ничто не будет мешать созерцать величайшие полотна. А то ходили бы там голодными.

Я рассмеялась. Марк умел развеселить.

– Так интересно, куда мы пойдем и какие картины я увижу, – честно призналась я.

Мне действительно было интересно. Я любила искусство. Бывают города-искусства сами по себе. То есть, вся их атмосфера, величие и красота настолько восхищают и захватывает дух, что кажется, невозможно влюбиться в эти города еще сильнее. Но как только видишь художественные полотна, оказываешься в галереях, то понимаешь: еще как можно. В Париже столько чудесных мест, что было бы просто преступлением не побывать хотя бы в некоторых из них. В некоторых, но не во всех, потому что… я скоро улечу домой. И эта поездка в Париж останется в моей памяти. Прекрасным воспоминанием, которое станет согревать мое сердце в любую погоду.

– Уверен, тебе понравится, так что, если ты больше ничего не хочешь, мы можем идти, – ответил Марк.

Есть и правда больше не хотелось. Я была полна энтузиазма и желания окунуться в чарующую атмосферу искусства. Когда мы, наконец-то, покинули кафе, я обрадовалась, что дождь, заставший нас по пути сюда, закончился.

– Хорошо, что дождь перестал идти, – озвучила я мысли вслух. – А то наши встречи и так почти всегда проходят под дождем.

– Да, дождь уже стал символом наших встреч, – ответил Марк, улыбнувшись.

Мы подошли к мотороллеру, который дожидался нас на стоянке и, сев по своим местам, тронулись в путь. До картинной галереи, по словам Марка, было отсюда где-то минут двадцать езды в среднем темпе. Впрочем, Марк не относился к той категории водителей-лихачей, которые могли мчаться на запредельной скорости, не считаясь ни с чем и ни с кем. Я осознавала, что могу положиться на него, мне было комфортно рядом с ним. И я знала, что он доставит меня, нас, куда надо в целости и сохранности.

Когда мы добрались до места и купили билеты в галерею, я спросила у Марка, как давно он интересуется искусством и есть ли у него в семье творческие люди. Марк ответил, что искусство в разной степени интересовало его всегда. И та же мода как профессия – это тоже искусство в какой-то степени. Но помимо этого, Марк любил живопись. Мог часами прогуливаться по галереям и смотреть на величайшие произведения искусства. Это всегда доставляло ему только радость. А на мой вопрос о том, есть ли у него в семье творческие люди, кроме самого Марка, он ответил, что нет. Он живет с родителями, которые искусством почти не интересуются (если только мама, но даже она не зациклена на нем так, как Марк, по словам самого Марка), а его брату по имени Мишель, пока всего лишь пять лет. И вырастет ли из него большой поклонник и ценитель прекрасного, пока что точно неизвестно. Пока его больше привлекают игрушки и конструкторы, чем художественные полотна…

Мне вдруг захотелось спросить Марка, рисует ли он сам, когда мы уже оказались в просторном помещении и подошли к одной из картин, возле которой остановились.

Мне действительно было интересно. Жизнь Марка казалась мне настолько отличной от моей, другой. Чем-то таким далеким. Частная школа в престижном районе Парижа, модельная школа, собственный кулинарный блог, рекламные съемки, хобби в виде литературы и живописи. Марк был настолько разносторонней личностью, что мгновения, проведенные рядом с ним, никак нельзя было назвать пустой тратой времени. Но несмотря на всю идеальность Марка, я все время представляла рядом с собой… Джоша… И мне было так тоскливо от одной только мысли, что Джош вряд ли когда-нибудь обратит на меня внимание.

– Нет, к сожалению, я не рисую, – ответил Марк на мой вопрос, слегка запоздало, словно обычный подобный вопрос, ему еще никто прежде не задавал. – На самом деле, пробовал, но все мои творения, увы, далеко не прекрасны. И я давно забросил это дело. Лишь иногда могу что-то набросать в какой-нибудь давно забытой дома тетрадке. И потом спрятать ее в дальний угол ящика стола, чтобы не омрачать свой день мыслями о том, что художник из меня совсем никакой.

– Мне кажется, любой человек может самовыражаться так, как он хочет. Может быть, ты когда-нибудь решишься где-то опубликовать свои рисунки, было бы любопытно на них посмотреть. Уверена, ты рисуешь гораздо лучше меня. Я-то вообще не умею.

– Уж лучше вообще не уметь, чем так, как я, – пошутил Марк, а затем, спустя несколько секунд, добавил: – Если тебе интересно, я пришлю тебе чуть позже свои рисунки в соцсетях. Только не смейся потом. Я предупреждал.

Я улыбнулась. Мне так нравилось это сочетание интеллектуальности и в то же время легкости, юмора. Но ох уж эти мысли о Джоше… Коварные мысли о Джоше… Они заполонили мой разум и никак не хотели его покидать… Марк был рядом, симпатичный и умный, а Джош был сейчас далеко, но мне так хотелось, чтобы оказался рядом…

– Да, мне интересно. Буду ждать твои рисунки, – ответила я.

Марк кивнул. Мы стояли возле одной знаменитой картины, и Марк стал рассказывать мне об истории ее происхождения. Это было настолько неописуемо прекрасно: слышать, как такой же подросток, как я, настолько тонко разбирается в искусстве и настолько очарован им… Это что-то волшебное. Марк все рассказывал и рассказывал то про даты создания, то про самого художника, то историю самой картины, а я все слушала и слушала… Настолько это было интересно… В какой-то момент я подошла к картине ближе, а Марк остался позади, потом я обернулась и… случился наш поцелуй… Это было так неожиданно. Поворот, секундная задержка, Марк привлек меня к себе, а затем поцеловал. Нежно и трогательно. Так, как это обычно бывает в красивых сценах из старых фильмов. Когда наши губы разомкнулись, и Марк отпрянул от меня, случилась неловкая пауза. Все произошло настолько стремительно, что я даже не сообразила, как отреагировать, и поэтому ответила на этот поцелуй… Спустя еще несколько секунд затянувшегося молчания Марк, наконец-то, нарушил тишину, сказав:

– Прости, если это было неожиданно. Ты такая красивая… мне захотелось тебя поцеловать… И мне показалось, это было взаимно…

Я испытывала смешанные чувства. Во время этого поцелуя в моих мыслях был… Джош… Но, конечно, Марку я об этом не рассказала. Впрочем, этот поцелуй и правда оказался слишком неожиданным. Слишком. Я ответила на него, да, а теперь корю себя за это… Но с другой стороны: Джош даже не приглашал меня на свидание, и мы с ним почти не общались в школе… Вряд ли ему до меня есть хоть какое-то дело…

– Да, это было неожиданно, – ответила я, повторив его фразу, – Может, пока просто посмотрим другие картины и пройдем в другой зал. Наверняка, здесь еще много что интересного, – добавила я, просто не зная, что еще сказать, чтобы разговор не вышел еще более неловким.

Кажется, Марк понял, что сейчас не время для романтических разговоров, а поэтому вместо дальнейших бесед о случившемся поцелуе, предложил пройти к другим картинам, а потом и в другой зал.

– Там и правда еще много что интересного, – согласился со мной Марк. – Я могу рассказать еще истории, связанные с другими картинами.

– Было бы интересно, – честно призналась я, это и в самом деле было правдой.

Вздохнув с облегчением, что разговор не перешел в неловкий, мы направились к следующей картине, а Марк уже стал рассказывать про историю ее создания. Было заметно, что эта картина нравилась ему еще больше, чем предыдущая. Так артистично Марк еще себя не вел: и жестикулировал, когда слишком увлекался рассказами о каких-то деталях, и говорил без остановки, увлеченно… Его хотелось слушать. Правда, теперь вместо рассказа и запоминания его интересных деталей, в моих мыслях стоял наш поцелуй, внезапно случившийся некоторое время тому назад перед другой картиной. Воспоминания о нем, похоже, будут преследовать меня еще долго, поскольку я не могла разобраться в своих чувствах. Ведь я уеду, все равно уеду обратно в Штаты. Марк останется здесь. Этот поцелуй останется здесь. Что было в Париже, останется в Париже. А в Штатах меня будет ждать моя привычная жизнь. Школа, разговоры с подругой, беседы в кафе «Мятежные Сердца», надоедливая сестра дома, колючка Джесси в школе, а еще Джош. Джош, которому до меня нет никакого дела…

Слишком много всего случилось за последние дни… Надо перестать так много думать о том, что будет и было. Нет смысла переживать и делать выводы о чем-то заранее. Все равно жизнь всегда может повернуться иначе, чем ты себе представлял и планировал. Всегда.

Глава 30

Саманта Митчелл

Возвращение Саманты

в США после поездки в Париж

Жизнь до аварии

Время в Париже пролетело просто незаметно. Вот я уже и дома. Сегодня выходной. Завтра идти в школу. И там я увижу Джоша… Не знаю, что должно произойти, чтобы я перестала думать об этом человеке. Ведь он даже не знает о моих чувствах… Не догадывается о том, что я люблю его… Поскорее бы закончить школу и поступить в колледж… Недавно мы обсуждали с родителями мое поступление: я буду пробоваться в один из престижных колледжей. С одной стороны мне поскорее хочется окунуться в новую жизнь и забыть про школу, но с другой …

Мне будет не хватать Джоша. Он наверняка станет поступать на какую-нибудь спортивную специальность… Такой футбольный талант не должен пропадать… Но мы с ним по душам никогда и не общались… Я понятия не имею, куда он собирается поступать. А что, если он решил избрать делом всей своей жизни не футбол и собирается подавать документы в другие колледжи и на другие факультеты… Было бы прекрасно продолжить с ним учиться вместе… Мне так будет его не хватать… Хотя зачем переносить воспоминания из школьной жизни во взрослую студенческую? Если он не смотрит в мою сторону сейчас, то совместная учеба в колледже ничем не поможет. Из моих размышлений меня вывел громкий стук в дверь моей комнаты. Мы приехали все из аэропорта около двух часов назад, и я даже не успела еще разобрать чемоданы, а просто отдыхала у себя в комнате. Интересно, кто это может быть? Кейт вроде уехала на встречу с кем-то. Даже не знаю, откуда в ней столько сил после перелета вновь отправиться на отдых. В очередной раз убедилась, что мы с ней разные.

– Можно? – услышала я голос мамы, которая приоткрыла дверь в комнату.

Я кивнула. Мама… Обычно она могла войти без стука, что меня часто раздражало, а в этот раз (так странно) постучала, прежде чем войти. Какова цель ее визита? Мы вроде не ссорились в последнее время. Обычно я и не давала никаких поводов для ссор. В отличие от Кейт… Может быть, мама хотела поговорить о ней? В последнее время Кейт сама не своя: перед отлетом в Штаты я видела, как она плачет, тогда, в гостинице, и в сам полет сестра пребывала совершенно в хмуром настроении. Это было так на нее не похоже. Я так и не смогла узнать, что же ее так расстроило. А сегодня, не успев вернуться и хотя бы разобрать вещи, она уже убежала на очередную встречу с каким-то другом. Понятия не имею, что с ней происходит. Душа Кейт – неразгаданный лабиринт. Пока я была в своих размышлениях, мама успела подойти ближе, села на край кровати и тут же спросила:

– Саманта, ты случайно не знаешь, куда ушла Кейт? Я думала, она останется на ужин. Кстати, он готов.

Ужин… Я взяла с прикроватной тумбочки мобильный телефон, провела пальцем по экрану, чтобы снять блокировку и посмотрела на часы. Да, уже время ужина. В нашей семье традиция вместе ужинать. Буду порой скучать по этому, когда уеду в колледж. В отличие от Кейт. Она как раз часто не приходила. Сидела на диетах, хотя порой срывалась с них и могла съесть пиццу или что-то другое. Позже, когда стала готовить себе сама, то ужинала раньше нас. И все для того, чтобы поддерживать фигуру. Хотя Кейт никогда не страдала полнотой. Но сейчас она совсем худая. Я же всегда была немного склонна к полноте, и лишние килограммы у меня есть и сейчас. Не могу сказать, что не пробовала их сбросить, но если вес и уходил, то позже снова возвращался. Сила воли – вот над чем мне непременно нужно тренироваться. Я думала, что наша мама уже привыкла к тому, что Кейт не всегда приходит к ужину… С чего бы она вдруг решила поинтересоваться у меня, где сейчас может быть Кейт. Если бы я сама знала ответ на этот вопрос. Кейт мне тоже ничего не сообщила. Только бросила короткое, что ушла на встречу. И больше ничего. Я не стала ей читать нотации на тему того, чтобы она возвращалась скорее и, тем более, не стала напоминать недавний случай с ее внезапным исчезновением, когда я и Марк искали ее по Парижу. Зачем? Кейт такая, какая она есть. Ее уже не изменить. Такой характер.

– А ты не звонила ей? Не берет трубку? – задала я маме вполне логичный вопрос перед тем, как ответить, что и сама хотела бы знать, где сейчас находится Кейт.

Мама тут же ответила:

– Конечно звонила. Если бы она ответила, я бы не стала у тебя спрашивать.

Что ж, это тоже логично, подумала я. Да, ситуация вновь повторяется. Кейт снова не отвечала и снова пропала. Сколько это будет продолжаться?

– Я тоже не знаю, куда именно она ушла. Просто сказала мне перед уходом, что идет на встречу. Вроде с другом. Но куда и с кем я не знаю.

Мама вздохнула. Знала бы она, что случилось в Париже (я не рассказывала ей, что мы искали Кейт; к счастью, тогда мама не успела разволноваться по поводу ее исчезновения, Кейт успела вовремя прийти)… Я посмотрела на маму: в ее взгляде читалась тревога. Еще никогда до этого я не видела такую печаль у мамы по поводу того, что Кейт куда-то ушла и пока не вернулась. Она же прекрасно знала, что Кейт может опоздать к ужину или вовсе ужинать без нас. Мама, словно прочитав мои мысли, вдруг сказала:

– Знаешь, Саманта, я беспокоюсь за Кейт. Знаю, что она своенравная девушка со взрывным характером, все любит делать по-своему. Но в последнее время она начала переходить все границы. Может уйти, когда хочет, с кем неизвестно, куда – тоже совсем не ясно. И даже не ставит нас в известность. А я переживаю. Да и отец тоже. Она хоть бы на звонки отвечала… А так тут с ума сходишь от волнения, а ей хоть бы что. Развлекается и не думает о том, что мы тут с ума сходим от переживаний.

Признаться, слова мамы удивили меня. Разумеется, я знала, что мама переживает, но она никогда до этого не подходила ко мне вот так, чтобы просто поинтересоваться, где сейчас находится моя сестра. И настолько глубоко не делилась со мной своими мыслями. Но я была согласна с мамой в том, что Кейт в последнее время просто неуправляема. Кто знает, что может случиться в тот или иной день, когда она так же уйдет неизвестно куда и с кем и не станет отвечать на звонки? Конечно, мне хотелось верить, что с ней никогда и ничего не случится и что все будет в порядке, но, тем не менее, я тоже переживала. Но так же, как и мама, ничего не могла сделать с тем, что Кейт менялась на глазах. Из доброй и милой девушки она превратилась в стервозную особу, которая часто скупа на добрые слова даже в адрес самых близких людей.

– Да, я тоже переживаю за Кейт, – ответила я маме.

Та успела встать с кровати и подошла к окну.

Я тоже поднялась, подошла к ней, отодвинула занавески. Я, так же как и мама, смотрела в окно и молчала. Мама хотела что-то сказать, но я перебила ее, увидев из окна Кейт. Она шла с каким-то парнем под ручку и весело о чем-то с ним беседовала. Судя по выражению лица мамы, она явно не ожидала увидеть Кейт в компании какого-то парня. У Кейт обычно толпа поклонников, но парня не было. Или всегда был, но она никогда не рассказывала об этом и не знакомила с ним? Мы увидели, что они остановились и начали страстно целоваться. Казалось, их поцелуй продолжался вечность. Когда они, наконец-то, отклеились друг от друга, мама сказала вслух:

– Ты знаешь, кто этот парень? Я ни разу не видела Кейт с ним.

Я ответила отрицательно. Ведь это было правдой. Я действительно не знала, кто этот парень. Кейт не посвящала меня в свои амурные дела.

Мама отошла от окна. Я тоже. Мама последовала к выходу из комнаты, молча, словно не зная, что сказать, а перед тем как выйти, все же произнесла:

– Саманта, ужин уже готов. Не знаю, присоединится ли к нам твоя сестра, но если вдруг да, то передай ей, что я хотела бы с ней поговорить позже. Наверняка она придет сначала к себе в комнату. И вы увидитесь с ней, а уже потом я увижу ее.

Я кивнула. Интересно, о чем собралась разговаривать с Кейт мама? О том парне, с которым целовалась моя сестра? Или в целом о поведении Кейт? О том, что она уходит и возвращается тогда, когда ей вздумается и даже не всегда отвечает на телефонные звонки и сообщения? Наверное, обо всем. Что ж, хотелось бы верить, что этот разговор поможет Кейт, и она изменит свое поведение… Но пока что мне в это верилось с трудом. Даже не знаю, что должно случиться, чтобы Кейт стала более доброй по отношению к окружающим ее людям… И хотя бы начала отвечать на звонки или просто предупреждать, куда именно она отправляется. Я вновь подошла к окну. Странно, но Кейт все так же там стояла. Обнималась с тем парнем и смеялась. Кажется, они о чем-то разговаривали, перебивали друг друга. В какой-то момент Кейт посмотрела на окно и увидела там меня. Я заметила, что она изменилась в лице. Перестала улыбаться. Теперь я видела комок ненависти. Такое ощущение, что я в чем-то перед ней провинилась. Или что мне нельзя подойти к окну в своей же комнате… Она же прекрасно знала, что мы могли ее увидеть. Я, мама или отец. Или все вместе. Если она этого не хотела, то зачем тогда было целоваться и обниматься прямо перед окном? И когда только Кейт успела завести себе парня? Хотя о чем говорить: в мою сестру были влюблены чуть ли не все парни школы. И такие все красавчики. Я даже не понимаю, как Джош не стал парнем Кейт… Хотя от одной только этой мысли мне уже становилось плохо.

Какое счастье, что Кейт выбрала не его в качестве своего возлюбленного. Но, впрочем, даже несмотря на это, поводов для радости и счастья у меня все равно было маловато. Ведь Джош не влюблен в меня. Я так не думаю. Мы даже друзьями толком не смогли стать. О какой любви может идти речь? Абсолютно чужие друг другу люди. Из моих мыслей меня вывел громкий хлопок дверью. Кейт. Вернулась. Мы жили сейчас с ней в одной комнате.

В комнате Кейт шел ремонт, поэтому мы делили с ней одно пространство на двоих. И меня уже успело это опечалить за короткий срок. Кейт просто невыносима. Ночью, когда я пытаюсь уснуть, она бодрствует и то слушает слишком громко музыку даже в наушниках, то и вовсе напевает себе под нос, то встанет и начнет чем-то шелестеть: в сумке что-то искать или гардероб пересматривать. У Кейт часто по ночам бессонница, а я бы и рада спать, но из-за шумной сестры это сделать не удается. Мечтаю, чтобы ремонт в ее комнате не продлился вечность и она уже поскорее ушла бы к себе. Иначе это просто невыносимо: такими темпами и у меня разовьется бессонница. К счастью, этим страдаю лишь изредка, перед, например, какими-нибудь важными мероприятиями. В обычные дни у меня почти не бывает бессонницы. А вот у Кейт явно с этим проблемы, и что самое печальное: она отказывается признавать, что они у нее есть.

– Что, рассказала уже мамочке, что видела в окне? – с ненавистью спросила меня Кейт, усевшись в кресло, которое стояло слева от ее кровати.

Я не знала, что ответить. С одной стороны, нужно было сказать правду, что мама тоже все видела сама, ведь она собиралась с ней разговаривать. А с другой… Мне снова был неприятен ядовито-нагловатый тон моей сестры. Вечно я во всем у нее виновата. Уму непостижимо… Какие бы беды ни произошли, Кейт станет считать виновной кого угодно, но только не себя. Ведь что мешало ей предупредить родных о том, куда она пойдет и отвечать на звонки и сообщения? Неужели так сильно была занята? Я чувствовала, что начинаю злиться сильнее, появилось жгучее желание устроить ей мини-скандал на тему того, чтобы она так больше себя не вела. Пусть подумает о родителях, о том, что они тоже переживают. До чего же Кейт эгоистична. Думает только о себе.

– Кейт, мама волновалась, – как можно более спокойно и непринужденно сказала я, все-таки решив не разжигать скандал и не начинать ссору. Что толку, Кейт все равно еще только больше разозлится.

Кейт вздохнула. Не дожидаясь ее ответной реакции на мой монолог, я продолжила:

– Она тоже видела тебя из окна с этим парнем… И она ждет тебя на разговор. Кстати, я как раз собиралась на ужин, присоединяйся. А позже поговоришь с мамой. И нет, как я поняла, разговор будет касаться не того парня, а вообще твоего поведения в последнее время.

– И какое же у меня поведение в последнее время? – с вызовом спросила Кейт.

Неужели она не догадывается, какое именно? Несносное, вот какое. Но Кейт явно понимала, что я имею в виду, ее тон был ироничным… Она снова вошла в образ стервозной особы. Вот только Кейт слишком часто забывает о том, что она находится не в школе, а дома. И что разговаривать с родными людьми нужно не так, как с теми, кого она в школе и за людей-то не считает…

– Ты даже не отвечаешь на звонки, когда тебе звонят. Просто пропадаешь на неопределенный срок, а потом, как ни в чем не бывало, возвращаешься. Но мы переживаем за тебя, Кейт. Можно хотя бы отвечать?

Кейт ухмыльнулась. Ей явно не нравился мой нравоучительный тон. Ей никогда не нравилось, когда я пыталась учить ее уму-разуму. Кто она (королева школы, популярный блогер и просто старшая сестра) и кто я (человек почти без друзей в школе, застенчивая и часто не уверенная в себе). Обычно я старалась не затевать с Кейт подобных диалогов, все равно характер Кейт не изменишь, но сегодня я изменила себе. Невысказанные слова и эмоции должны были стать произнесенными, уже не было никаких сил держать их в себе.

– Саманта, и тебе, и родителям уже давно пора понять: я не маленькая девочка, за которой нужен присмотр. Я сама ответственна за свою жизнь. И если я куда-то ухожу, значит, мне было так нужно.

Слова Кейт звучали так пафосно… Да, она сама зарабатывала деньги на свои расходы (благодаря рекламе в соцсетях с ее огромным количеством подписчиков), но она все еще жила здесь, со мной и родителями. И до Кейт никак не доходила мысль, что мы можем волноваться за нее и переживать. Какое черствое у моей сестры сердце, просто невыносимо.

– Кейт, но пока ты еще живешь здесь. Мама волновалась. Пожалей хотя бы ее.

– И что вы от меня хотите? Отвечать на звонки? Окей. Постараюсь. Если буду не занята. Знаешь, когда сильно влюблен, то не до ответов на звонки, – закончив свой монолог, Кейт не остановилась на этом и спустя мгновение добавила новую ядовитую фразу: – Хотя… откуда тебе знать, у тебя ведь даже парня никогда не было.

Слова Кейт снова ранили меня в самое сердце. Но я не хотела показывать, как мне больно и обидно, поэтому в этот раз я решила не заканчивать разговор и не уходить из комнаты, а ответить Кейт колкостью на колкость.

– Может, парня у меня никогда и не было, но зато я не такая глупая, как ты.

Кейт явно не ожидала, что я так ей отвечу. Спустя секундную заминку, она произнесла:

– Очень остроумно. Но знаешь, Саманта, если бы ты была умной, то хотя бы следила за своей внешностью. Умные девушки следят за ней.

Ох, Кейт просто невыносима. Ссориться с ней – себе дороже. И почему она такая и не понимает простых и очевидных вещей, вроде тех, что нельзя так ранить чувства близких. А Кейт в последнее время делала это слишком часто. Я почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы. Нет, с Кейт просто невозможно разговаривать.

– Сейчас заплачешь? – услышала я едко-ироничный вопрос от Кейт, которая даже и не подумала о том, чтобы просто извиниться.

Конечно, вместо этого моя сестра решила продолжить словесный обмен колкостями. Вот только я знала, что это ни к чему не приведет. Знала ведь с самого начала, но почему-то в этот раз решила, что будет иначе и мы просто спокойно поговорим. И я в очередной раз жестоко ошиблась. Утопать в собственных иллюзиях – моя стихия. Что во взаимоотношениях с собственной сестрой, что в своих иллюзиях насчет любви ко мне Джоша. В мыслях я уже успела стать с ним парой. Вот только в реальности мы почти даже не разговаривали друг с другом.

– На ужин не пойду. С мамой позже поговорю. И так примерно знаю, про что она будет рассказывать. Не то у меня настроение, чтобы вести с ней сейчас такие беседы.

Я промолчала. В конце концов, это ее дело. Я не в ответе за действия своей сестры. Мое дело – всего лишь сказать Кейт, что мама просила ей передать. Кейт невыносима. Не то что в школе, но даже дома в кругу близких. Хотя один плюс от ее популярности в школе есть: если бы не Кейт, которая является одной из самых популярных девушек школы, меня там и вовсе ни во что не ставили бы. Однако сама Кейт не особо любила распространяться в стенах школы, что я ее сестра. Это многие знали, но сама она не очень тепло отзывалась обо мне. Я для Кейт, такой популярной и успешной девушки, была… странной.

– С тобой бесполезно о чем-то говорить, – ответила я на колкость Кейт, решив не продолжать ссору. Ужин готов, хочешь присоединяйся, хочешь нет. Но мама просила передать, что будет ждать тебя потом на разговор.

Кейт хмыкнула. У меня и так уже начинала болеть голова: слишком напряженный выдался день. Перелет, ссора с сестрой (хотя она это ссорой не считает), и к тому же мысли о Джоше и завтрашнем дне в школе… Все это совсем не придавало мне сил. После ужина я решила сразу лечь спать. Хотелось уснуть и не думать о школе. Но увидеть Джоша завтра было бы чудесно… Хотя это и невыносимо: видеть человека, с которым мы никогда не сможем быть вместе. То еще несчастье. Как бы то ни было нужно как следует отдохнуть перед завтрашним школьным днем. Еще не хватало спать на уроках.

Глава 31

Саманта Митчелл

Жизнь до аварии

День в школе после прилета

Саманты из Парижа

Я нервничала с самого утра. Кейт вчера так и не поговорила с мамой, а утром, даже не позавтракав, уехала в школу. Без меня. Могла бы и подбросить, чтобы я не ехала в школьном автобусе. Но с учетом того, что мы вчера практически поссорились, этого ожидать явно не стоило. Мама за завтраком спросила, какие у меня планы на день. Она хотела устроить день шопинга и поинтересовалась, не желаю ли я к ней присоединиться. Поразмыслив, я подумала, что это неплохая идея. Поможет отвлечься от мыслей про школьные будни. К тому же мне было необходимо кое-что купить для школы. А моя подруга все равно пока почти все свободное время проводит со своим братом. Его выписали из больницы, но за состоянием еще нужно наблюдать. После того как я прилетела из Парижа, я ее так и не видела. Мы обменялись короткими сообщениями, но на этом все. Главное, чтобы с ее братом все было в порядке, а все остальное подождет. Шопинг всяко лучше, чем сидеть дома и грустить о том, что не с кем куда-то пойти.

– Саманта, я заеду за тобой в школу около трех. Поедем прямо оттуда в молл.

Взяв со стола сэндвич с арахисовой пастой, я кивнула, встала из-за стола, взяла рюкзак, висевший на спинке кухонного стула, и пошла к выходу. Нужно не опоздать на автобус и постараться провести сегодняшний день в школе весело. Или хотя бы… без неприятных сюрпризов. Я все думала о Джесси. То ее приглашение на вечеринку… Что этой Джесси от меня нужно? Жила бы спокойно, училась и не трогала меня.

…На улице было пасмурно. Прохладно. Посмотрев на небо и подумав о том, что может пойти дождь, я невольно вспомнила Марка и наше свидание в Париже… Кажется, что все это было словно в прошлой жизни. После нашего свидания в Париже Марк звонил мне еще раз и звал на новое рандеву, но я сослалась на то, что мы скоро уезжаем и нужно провести время с родителями. На самом деле, не нужно было: я просто пребывала в размышлениях насчет нас с Марком… В голове все время стоял образ Джоша вместо Марка. Даже когда мы были на свидании… Я все корила себя за то, что позволила тому поцелую случиться, быть может, тем самым, обнадежив Марка на что-то большее. Мы могли бы быть просто друзьями. Писать друг другу настоящие бумажные письма или хотя бы сообщения, иногда созваниваться и о чем-то разговаривать, но не более того. И я даже не знаю, зачем я дала надежду Марку… В мыслях все время был Джош. Когда я доехала до школы, то еще издали заметила на школьной стоянке его автомобиль. Он всегда ездил на своем «понтиаке», который достался ему в наследство от дедушки.

Казалось бы, есть Марк, и можно было начать с ним встречаться… Но больше, чем на роль друга, я не могу его рассматривать.

Сегодня с утра Марк успел прислать мне несколько сообщений, я читала их и улыбалась: он так искренне и мило поддерживал меня, говорил, чтобы я не думала о том, как пройдет школьный день, писал, как сильно он скучает и желает поскорее увидеться вновь. Что он имел в виду? Ведь в Париж я в ближайшее время пока не собиралась. А он бросать школу и приезжать ко мне сюда тоже… Насколько мне известно… Мы договорились пока общаться посредством соцсетей. С одной стороны, меня радовало, что у меня появился друг, с которым можно говорить обо всем на свете, но с другой стороны, это только я видела его своим другом. Марк же видел во мне свою девушку… Это меня и огорчало, но я не знала, что с этим делать. Посоветоваться насчет личной жизни было не с кем. Подруге сейчас не до этого, а у сестры совсем другое мнение на этот счет, так что с ней я даже не собираюсь обсуждать эту тему. Впрочем, как и c родителями. Надеюсь, время все расставит по своим местам, иначе я просто скоро сойду с ума от непонимания того, что делать со своей жизнью дальше. Из состояния задумчивости меня вывел пронзительный звук клаксона автомобиля. Вернувшись в реальность, я увидела машину Джесси и ее подруг. Те смеялись. После того как Джесси посмотрела в карманное зеркальце и поправила слегка растрепавшиеся от ветра волосы, она вышла из машины и быстрым шагом подошла ко мне.

– Саманта, ты чего на стоянке делаешь? Без машины. Другим проехать не даешь.

Я огляделась. Стоянка была еще полупустой. Не все успели приехать. Можно сказать, я никому и не мешала. Но это же Джесси: ей лишь бы показать свое превосходство. А эти ее подруги… Им самим не надоело быть на третьих ролях и обсуждать школьные сплетни, злословить о других вместо того, чтобы заняться чем-то действительно нужным и полезным? Видимо, не надоело и не скоро надоест. Кто бы сомневался. Мне не хотелось разговаривать с Джесси, но что-то ответить ей было нужно, поэтому я просто сказала:

– И тебе доброе утро.

Джесси ухмыльнулась. В ее взгляде читалась смесь ненависти и негодования. Еще бы, кто-то посмел ответить иронично. Обычно так поступала именно Джесси. Но мне было на самом деле все равно, что она обо мне думает, меньше всего на свете мне хотелось пересекаться с Джесси. Благо, вне школы это и правда случалось довольно редко. В те места, которые посещала элита, я не ходила. Поэтому я тогда удивилась, когда увидела Джоша в кафе «Мятежные Сердца». Я даже и подумать не могла, что он там бывает. Или он там был тогда в первый раз? Как бы то ни было, совсем не ожидала его там увидеть.

– Кстати, ты помнишь про то приглашение на вечеринку, о котором я тебе говорила? – спросила Джесси.

Снова она про ту вечеринку… Я думала, не вспомнит. Но ошиблась… И да, минуту назад Джесси выражала по отношению ко мне злость, а сейчас снова пытается быть милой. Ну что за человек…

– Ты приглашена. Мы с подругами будем тебя ждать. Там тебя ожидает сюрприз.

При слове «сюрприз» у меня похолодели руки. Стало не по себе. Зная Джесси, мне сложно представить, что этот сюрприз мог быть хорошим. А неприятные сюрпризы мне совсем не хотелось. Кто знает, что может прийти в голову Джесси? Устроить какой-нибудь жестокий розыгрыш? Нет, совсем этого не хотелось, поэтому я всё же решила отказаться. Но не успела озвучить свои мысли вслух, Джесси меня опередила:

– Не подумай ничего плохого, Саманта, – с улыбкой произнесла она. – Это приглашение от чистого сердца. Мне просто хочется пригласить тебя. Повеселишься с нами. Отдых тебе не повредит. А то ты столько учишься…

Просто поразительно, как в одном и том же человеке уживались лесть и неприкрытая грубость. Еще буквально несколько минут назад она сказала мне, что я мешаю кому-то на школьной стоянке, а уже сейчас, как ни в чем не бывало приглашала меня на вечеринку. Приглашение от чистого сердца… Как же сложно было в это поверить… Как же сложно. Я обещала подумать и, сказав, что тороплюсь на урок, направилась ко входу школы. Джесси сказала мне, что напомнит об этом еще позже. Господи, зачем я понадобилась ей на этой вечеринке? Как же мне все это не нравилось. Очень не нравилось… Раньше, когда я вроде как согласилась пойти на вечеринку, то ни про какие сюрпризы речь не шла…

Когда я подошла к двери школы, то увидела там Джоша… Он разговаривал со своим другом и показывал ему блокнот с рисунками. Они о чем-то увлеченно беседовали, и я думала, что мне удастся пройти внутрь школы незамеченной, но Джош заметил меня и поздоровался.

– Привет, – сказал он и, спрятав блокнот на дно рюкзака, спросил как у меня дела.

«С чего бы такая любезность», – подумала я про себя, прежде чем ответить:

– Привет, все нормально. Скоро начнется урок.

И вот зачем я так сказала? Можно подумать, других тем нет для разговоров. Теперь Джош станет думать, что я кроме учебы совсем ни о чем другом думать не могу. Зубрилка Саманта… Хотя он и так знал, что я любила учиться, но все равно… Джош улыбнулся, а затем ответил:

– Да, ты права. Предлагаю пойти туда вместе. Все равно по пути.

Я пожала плечами. Вместе так вместе. Обычно у нас так не получалось. Я старалась не думать о том, что предложение Джоша было началом проявления какой-то симпатии ко мне. С чего бы… Обычная банальная вежливость: нужно было не опоздать, поэтому логично, что Джош предложил мне пройти внутрь вдвоем. Не надо строить себе воздушные замки и питать какие-то иллюзии. Не надо. Когда мы дошли до класса, в котором у нас должен был начаться урок (предварительно взяв кое-что из своих локеров), Джош вдруг произнес то, чего я никак не ожидала услышать:

– Саманта, как насчет того, чтобы встретиться завтра вечером после школы? У меня для тебя сюрприз…

Джош Лэндер пригласил меня на свидание? Я не сплю? Но почему он раньше молчал о своих чувствах… Хотя, стоп, какие еще чувства: может быть, это я все себе выдумала, а Джош собирался просто о чем-то поговорить… Но о каком сюрпризе идет речь? Каждый раз, когда я слышу это слово, начинаю нервничать. То Джесси со своими сюрпризами, то теперь Джош…

– Какой сюрприз? – прямо спросила я Джоша.

Да, меня это очень волнует.

Я заметила, что Джош перестал улыбаться. Словно он ожидал сразу получить от меня положительный ответ, а я, видите ли, еще решила узнать, какой именно сюрприз. Что поделать, не люблю я сюрпризы… Ох, как не люблю.

– Ничего страшного или неприятного, не переживай, – ответил Джош, снова улыбнувшись, показав свои белоснежные и ровные зубы. – Так что скажешь?

Что я скажу… Да, я мечтала о том, чтобы Джош когда-нибудь пригласил меня на свидание, но я не думала, что это случится так скоро… Меня не покидало ощущение, что это какой-то розыгрыш, и сейчас откуда-то из-за угла выйдет Джесси, и начнется второй акт розыгрыша, в котором не смешно будет уже мне. С другой же стороны… Может быть, Джош не такой по характеру, как я думала… Что если он и правда говорит мне все это искренне… Видимо, у меня проблемы с доверием к людям… Как бы то ни было, нужно было что-то ответить Джошу, но, благо, меня спасло то, что нужно было идти на урок. Я решила, что отвечу Джошу позднее, чтобы он не думал, что я так легко и просто согласилась (хотя мысленно я уже согласилась), поэтому, поразмыслив несколько секунд, ответила:

– Поговорим позже?

Джош кивнул. Мы проследовали к кабинету истории. Джош галантно приоткрыл мне дверь, чтобы сначала вошла я, а затем он. Когда мы заняли свои места, я увидела, что Джесси как-то зло на меня смотрит. Она обменивалась записками со своими подругами, те посмеивались и так же зло поглядывали на меня… Я постаралась отвлечься от них и погрузиться в урок. Мне всегда нравилась история.

Во время урока я периодически поглядывала на Джоша. Тот сидел и что-то рисовал в своем блокноте. Что именно – я не видела. В тот момент я подумала, что Джош не похож на обычных школьных спортсменов, любителей футбола. Джош любил искусство, рисовал, порой неплохо и остроумно отвечал на вопросы учителей на уроках, и о нем не шла слава по школе как о бабнике. Хотя раньше мне казалось, что Джош другой…

Тем не менее, я все равно не могла доверять ему: мы с ним так мало общались… С чего бы ему куда-то приглашать меня? Да и еще Джесси так себя ведет. Тоже приглашала на вечеринку, а сейчас и вовсе посмеивалась со своими подругами, продолжив обмен бумажными записками. Мне не хотелось думать, что Джесси и Джош могут быть в каком-то сговоре против меня, но что, если это так? Что, если они просто решили надо мной посмеяться? А образ Джоша-романтика и внезапно раскрывшийся талант галантного ухажера – всего лишь прикрытие?

Что если это так? Мне срочно нужно посоветоваться обо всем с подругой. Сегодня она не пришла в школу, обещала завтра. Надо будет все обсудить.

Я хотела уйти после уроков незаметно, чтобы Джош не увидел меня и не стал о чем-то спрашивать вновь. Но не получилось: Джош подошел ко мне. Я взглянула на Джесси, та стояла со своими подругами возле своей парты и сверлила меня недобрым взглядом. Я предложила Джошу поговорить вне стен школы, для меня было важно, чтобы Джесси и ее подруги нас не слышали. Мне и так было не по себе, когда они передавали свои записки друг другу. Интересно, что они там писали? Что-то обо мне? Поведение Джесси совсем не внушало мне доверия, поэтому мне было так сложно окончательно согласиться прийти на вечеринку. Но и Джош пока не внушал мне доверия. Мне хотелось бы ошибаться насчет Джоша: может, он и не такой… Как же мне хотелось в этом ошибаться…

Джош вернулся к нашему недавнему разговору и вновь повторил свой вопрос:

– Так что ты решила?

По правде говоря, на уроках я ничего в уме не решала и старалась не думать о Джоше (хотя и давалось мне это с трудом). К тому же мне хотелось поговорить с подругой насчет приглашения Джоша. А не соглашаться вот так сразу, несмотря на то, что давно мечтала услышать, что Джош куда-то меня приглашает. Просто у меня были сомнения насчет его искренности… Наверное, это звучит ужасно, но… Еще эта Джесси со своим приглашением на вечеринку… Слишком много странных событий происходило в последнее время. Слишком. И у меня уже начинало складываться впечатление, что все это не случайности, а что-то заранее спланированное и недоброе. От этих мыслей у меня начала болеть голова. Я хотела ответить Джошу, но вдруг услышала пронзительный сигнал мобильного телефона.

Открыв сумку и достав телефон, я увидела на экране номер мамы. Вспомнила, что утром мы договорились о совместном шопинге. Как я могла забыть… Наверняка, она звонит, чтобы сказать, что уже приехала и ждет меня у ворот школы. Помню, она говорила, что, заедет за мной после уроков и мы отправимся в молл. Как же вовремя она позвонила. Буквально спасла меня от неловкой паузы в общении с Джошем. Мысленно поблагодарив вселенную за то, что все сложилось так, я, наконец-то, ответила на входящий звонок. Я не ошиблась в своих предположениях: мама сообщила, что подъехала (уже минут десять назад) и дожидается меня на школьной стоянке. Просила поторопиться, поскольку ей еще предстояло заехать на автозаправку и к одной из своих подруг (отдать некоторые вещи). Сказав маме, что уже иду, я сбросила вызов и спрятала телефон обратно в сумку. Джош… Он стоял в стороне и улыбался. Надо было что-то ему ответить… Но, во-первых, я и правда торопилась, а давать ответ второпях мне не хотелось, а, во-вторых, меня не покидало противное чувство, что что-то здесь не так… Что, Джош вот так просто взял и пригласил меня на свидание, когда до этого мы даже толком и не общались? Мне очень хотелось ответить ему положительно на его предложение, но… Здравый смысл все же взял верх, поэтому я ответила:

– Джош, извини, я сейчас очень тороплюсь. Мама ждет. Она звонила, у нас совместные дела сегодня. Вернемся к этому позже?

Я увидела, как с лица Джоша вновь исчезла улыбка. Да, уже второй раз за день я не могу дать ему точного ответа на его простой вопрос. Но у меня действительно были сомнения. Так странно: я столько времени мечтала, чтобы Джош меня куда-то пригласил, и когда я, наконец-то, это услышала, то до сих пор не дала положительный ответ. Просто не узнаю себя. Слишком много сомнений у меня на этот счет: не покидает ощущение какого-то подвоха, жестокого розыгрыша… Еще и эта Джесси со своим приглашением на вечеринку. Мне необходимо как следует все обдумать, принять решение на холодную голову, не второпях. Поэтому я решила не давать Джошу скоропалительный ответ, а сказать о своем решении позже. Когда все обдумаю.

– Хорошо, буду ждать, – ответил все же Джош, вновь улыбнувшись.

Я кивнула.

– Я тороплюсь, пока, увидимся, – ответила я и поспешила к выходу из школы.

Джош хотел меня проводить, но я сказала, что меня ждет мама. Мне не хотелось, чтобы она увидела нас с Джошем: ни к чему лишние разговоры о парне, который даже еще может и не стать моим. Джош все понял и пожелал мне хорошо провести остаток дня. Когда мы расстались, и я встретилась с мамой, которая терпеливо дожидалась меня в машине, то вновь услышала сигнал мобильного. Достав его из сумки, увидела, что пришло сообщение от подруги. Писала, что как будет время, можно зайти к ней в гости или встретиться по старой традиции в нашем любимом кафе «Мятежные Сердца». Я была только за. Давно не виделась с ней. К тому же мне было необходимо обсудить приглашение Джоша и поговорить насчет Джесси и ее приглашения на вечеринку (мы уже обсуждали это, но в связи с последними событиями, а именно в связи с приглашением Джоша, нужно вновь вернуться к этой теме обсуждения). Обязательно встречусь с ней в выходной. Я написала Сандре сообщение, что жду встречи с ней в субботу. Предложила пойти в наше кафе. Спустя несколько секунд мой телефон вновь подал признаки жизни. Так быстро пришел ответ.

Отличный выбор. Я тоже не против. Буду ждать субботу.

Я улыбнулась, прочитав ответ.

Тогда увидимся. Мне столько нужно тебе рассказать!

Буду с нетерпением ждать! Увидимся. До встречи.

Я закрыла вкладку с сообщениями и спрятала телефон в карман. Мама уже почти подъехала к торговому центру. Оставалось проехать всего ничего. Когда автомобиль, наконец-то, остановился, то я отцепила от себя ремень безопасности и вышла из машины. Меня укачало: срочно был нужен свежий воздух. Когда я немного пришла в себя, то услышала, как меня зовет мама:

– Саманта, с тобой все в порядке? Как ты? Ты вроде переписывалась с кем-то по телефону. Не заметила, что тебе было плохо.

Сообщения от Сандры отвлекли меня от того, что мне стало плохо в автомобиле. Не думаю, что это было что-то серьезное, наверное, сказалось перенапряжение от того, что в последнее время слишком много произошло для меня нервных событий. Поиски сестры в Париже, потом свидание с Марком, осознание того, что мне он симпатичен лишь как друг, потом прилет в Штаты, неожиданное приглашение на свидание от Джоша… Слишком много событий. Еще и эта Джесси испытывает мои нервы на прочность своими постоянными напоминаниями о приглашении на вечеринку. Сдалась мне эта ее вечеринка… Никак не получалось представить, что Джесси и в самом деле просто решила стать милой и пригласить на вечеринку. Просто вечеринка. Просто приглашение. Не знаю. Когда дело касается Джесси, ничто не может продолжать оставаться простым. Хотелось бы мне ошибаться, но кто знает, что в мыслях Джесси, и какие у нее планы.

– Да, все в порядке, – наконец ответила я маме, запоздало вынырнув из омута своих беспокойных мыслей.

Мама вздохнула. Она не любила, когда я так надолго пропадала в своих мыслях. Как-то раз она мне даже сказала, что с моими фантазиями мне только писательницей становиться в будущем. Но, к сожалению, писать книги у меня вряд ли получится. Как-то пробовала. Получается что-то невразумительное, пригодное разве что для записи в своем личном дневнике, который никому нельзя показывать. Да, личный дневник я вела. Какое-то время. Записывать свои мысли бывает иногда очень даже полезно. Приятно вспомнить, что происходило в тот или иной день. Жаль только то, что абсолютно все мои тетрадки с записями, которые я так старательно вела на протяжении некоторого времени своей жизни, мама случайно выбросила. Специально она никогда этого бы не сделала. За это мама уже миллион раз успела извиниться. Я и не обижалась. Но заводить новый личный дневник я больше не стала. Да и зачем? Конечно, сейчас в моей жизни происходят некоторые события, которые, возможно, было бы интересно запечатлеть на страницах дневника, чтобы позже вспомнить… Но мне не хотелось этого делать. Моя голова и без того почти постоянно была забита мыслями то о Джоше, то о Джесси с ее этим навязчивым приглашением… И фиксировать все это снова на страницах дневника… Нет, мне больше этого не хотелось. Совсем.

– Тогда пойдем, нас ждет шопинг, – произнесла мама и прибавила шаг.

Я кивнула. Надо отвлечься, точно. «Шопинг поможет», – подумала я и чуть не расхохоталась от своих внезапных мыслей. Когда это шопинг успел мне стать лекарством от душевных ран? Я же никогда не была поклонницей хождения по магазинам. Да для меня даже поход в продуктовый магазин всегда был кошмаром. А все потому, что я всегда терялась при наличии разнообразного выбора товаров. Я ощущала растерянность, часто не знала, что выбрать лучше. Ума не приложу, как другие люди могут так быстро выбрать то, что им нужно. Я всегда была дотошным покупателем, исследовала все этикетки и состав продуктов, смотрела на цены, срок годности и только потом принимала решение: брать или нет. Что же касалось выбора одежды… Тут я и вовсе чувствовала себя некомфортно. Мне либо ничего не нравилось, либо не все подходило.

А то, что подходило, казалось не таким красивым. Я не была модницей, как моя сестра Кейт. Ей любой наряд шел к лицу. Мне же, чтобы подобрать идеальный гардероб, требовалось не только время, но и излишний запас нервов. Но в любом случае я всегда отдавала предпочтение простой комфортной одежде. В школу я часто приходила в таких нарядах, чтобы было просто удобно. Иногда надевала что-то более яркое и праздничное, но такое случалось не так уж и часто. И я даже не знаю, что Джоша привлекло… Ведь он мог пригласить на свидание кого угодно из девчонок-чирлидерш, но пригласил именно меня… У меня было слишком много сомнений. Слишком. Но сегодня нужно отвлечься, и раз уж мама предложила шопинг… так уж и быть, пусть шопинг станет на сегодня временным лекарством от собственных угнетающих мыслей.

Заметив, что мама уже успела отойти далеко в сторону входа в торговый центр, я также ускорила шаг в попытках догнать ее. Когда мы, наконец-то, поравнялись друг с другом и стали подходить ко входу вместе, то мама неожиданно спросила:

– Саманта, в тот вечер Кейт со мной так и не поговорила. Ее состояние меня беспокоит.

Я вздохнула. Снова мама про сестру. Мне искренне хотелось надеяться на то, что хотя бы сегодня она не станет говорить о ней. Я просто не выдержу разговоров о Кейт на протяжении всего времени нашего шопинга. К счастью, кажется, мама поняла, что я не настроена на подобные беседы и перевела тему, но перед этим все же закончила ранее начатое:

– Саманта, я переживаю за нее. Если Кейт так и дальше будет вести себя, легкомысленно, она просто не сдаст никакие экзамены и никуда не поступит.

Я вздохнула. Мне что, нужно было стать личным надсмотрщиком и одновременно репетитором Кейт, чтобы она успешно прошла все вступительные испытания в колледж? Не думаю, что мы бы долго так с ней протянули. Начали бы ссориться: Кейт не очень любила учиться, и любые попытки начать чему-то ее учить можно было заранее считать провальной миссией.

– Уверена, все будет хорошо, и Кейт обязательно куда-то поступит, – доброжелательно ответила я маме, не желая ссориться.

Однако в глубине души я была в чем-то согласна с мамой. Кейт в последнее время совсем забросила учебу, и если так будет продолжаться и дальше, то действительно никуда не поступит. А ведь когда-то у нее были сплошь хорошие отметки. Она никогда не была круглой отличницей, но училась вполне хорошо. Вот только точные науки ей тяжело давались. Но Кейт и правда сильно изменилась.

Мама промолчала. Мы молча направились в сторону первого бутика, намеченного на сегодняшний день шопинга. Маме было необходимо купить кое-что для кухни в доме. Некоторые столовые приборы, а еще мультиварку. После же этого в наших планах было посетить магазин товаров для школы: у меня закончились некоторые тетради, а еще неплохо было бы докупить ручки. Может, что-то еще. Обычно в подобных магазинах меня всегда тянуло купить даже то, чем я мало пользовалась: вроде симпатичных точилок для карандашей в виде кота или какой-нибудь блокнот для рисования, хотя я не умела рисовать… И только после этого собирались пойти в отделы одежды. Перед этим еще было бы неплохо посидеть немного в кафе и передохнуть. Взять по сэндвичу и кофе и о чем-нибудь поговорить. Но только не о Кейт.

Я озвучила маме свои мысли насчет кафе после посещения пары магазинов, и она согласилась:

– Конечно, зайдем, я и сама уже проголодалась. Но сначала купим мультиварку. И да, еще надо отцу позвонить. Жаль, что он не пошел с нами на шопинг.

Я улыбнулась. Отцу и правда не нравился шопинг, еще сильнее, чем мне. И даже если он куда-то и выбирался с нами, то уже совсем скоро ему хотелось обратно домой, смотреть американский футбол. Мама не обижалась, у каждого свои увлечения. Она любила готовить и часто сохраняла различные рецепты в отдельном файле на домашнем компьютере, чтобы в любой момент открыть его и что-то приготовить, если появится соответствующее настроение. Иногда мне казалось, что мама использует компьютер и вовсе только для поисков кулинарных рецептов, хотя, конечно, это было не так. Но мама действительно посвящала кулинарии немало своего свободного времени: ей нравилось удивлять семью чем-нибудь особенным и изысканным. Когда мы зашли с мамой внутрь магазина, где она намеревалась приобрести мультиварку, я знала, что это надолго. Мама всегда была дотошным покупателем, а уж если дело касалось выбора чего-то для кухни, так особенно. Я же в подобных вопросах не была столь искушенной, поэтому пока она прогуливалась вдоль рядов с товарами, достала телефон и решила скоротать время за просмотром новостной ленты в одной из соцсетей. Но как только достала телефон, то увидела сообщения. Несколько непрочитанных. Я догадалась, от кого они могли быть, и как только увидела имя отправителя, мои догадки подтвердились. Сообщения были от Марка. Спрашивал меня, как у меня дела и чем я сейчас занималась. Я посмотрела на время: с момента отправки сообщения прошло уже несколько часов. Надеюсь, он не решил, что я игнорировала его и мне не хочется ему ответить… Просто я совершенно не слышала оповещение о новом сообщении, была занята. Но теперь нужно было что-то ответить. Поразмыслив несколько секунд, написала:

Привет, Марк! Прости, что не отвечала.

Я на шопинге с мамой. Еще спишемся.

Как у тебя дела?

Отправив сообщение, я вздохнула. А вдруг Марк сочтет мою элементарную вежливость за флирт с ним, и расценит это как призыв к дальнейшим ухаживаниям? Но с другой стороны… Марк – хороший друг, и мы можем иногда общаться. Да, только вот друзья не целуются как будто они пара, подумала я, и на душе стало тоскливо. Тот наш поцелуй в Париже… Он был совершенно неожиданным для меня… Да и к тому же… тогда я еще не знала, что Джош и в самом деле пригласит меня на настоящее свидание и что это не окажется глупой фантазией Джесси Олбрайт… Теперь же, когда Джош пригласил меня на свидание, я не могла продолжать делать вид, что мы с Марком можем стать парой. Хотя я и не была уверена в том, что с Джошем что-то получится (мне казалось, что мы с ним слишком разные, да и я еще не знала, стоит ли действительно соглашаться на это свидание… мне совсем не хочется лечить потом свое разбитое сердце…)

В моей душе поселилось слишком много сомнений. Но лишь время все расставит по своим местам. Как и всегда. Марк ответил на мое сообщение почти моментально, словно только сидел и ждал этого. Мы немного поболтали, а затем Марк прислал мне свои рисунки, про которые говорил в кафе в Париже. Он сфотографировал их и отправил на электронную почту. Когда я их увидела, то поняла, что Марк себя недооценивал. В его манере рисования было что-то необычное… Интересное. Был заметен свой стиль. Так я Марку и ответила:

У тебя свой стиль. Хорошие рисунки.

Зря ты думаешь, что они плохие.

Мне так не кажется.

Я действительно не считала их плохими: некоторые отличались небывалой выразительностью, и каждый штрих казался филигранно и мастерски выверенным. Спустя несколько минут, телефон известил о новом входящем сообщении от Марка. Я тут же открыла значок нового сообщения. Марк ответил:

Спасибо за такую оценку.

Но я все-таки не думаю, что эти рисунки так уж хороши.

К тому же это уже было давно нарисовано.

Сейчас у меня получается и того хуже.

Прочитав это сообщение, я несколько минут думала, что ответить. Марк явно себя недооценивал. Если бы не познакомилась с ним более близко, и не слушала все те его разговоры в галерее, и не знала бы, что он увлекается искусством, любит литературу и многое другое, а просто встретила его в один из дней в жизни, то наверняка подумала бы, что он просто модный подросток, который дорого одевается и знает толк в стиле. Но вряд ли бы я могла себе вообразить, что он окажется куда более многогранной и утонченной натурой… Марк умел удивлять. Но в мыслях постоянно был Джош. И теперь, после того как Джош пригласил меня на свидание, все стало еще более сложным. Если тогда, в Париже, я еще не знала, что Джош пригласит меня на свидание, а потому наш поцелуй с Марком не казался мне таким уж преступным, то теперь… Тем более Марк не прекратил со мной общение, и то, что было в Париже, теперь не только в Париже. Но и в моих мыслях здесь, в Штатах. Мне нравился Марк как друг… Друг по переписке из другой страны – это так интересно. Ведь снова в реальности я даже не знаю, когда мы встретимся вновь. В Париж я пока не собиралась, а Марк вряд ли прилетит в Штаты…

Марк, с твоими рисунками все в порядке.

Уверена, что и новые ничуть не хуже.

Так ответила я Марку на его сообщение. Не стала ничего писать про свои размышления о наших встречах в Париже. Я просто не знала, что говорить на эту тему. Это все было так странно. Еще совсем недавно мы были вместе, я слушала рассказы Марка об искусстве, мы обедали в кафе, еще до этого мчались на мотороллере, попали под дождь… А теперь мы в разных не то что городах, а даже странах. Время – удивительная штука.

Глава 32

Саманта Митчелл,

жизнь до аварии

Кафе «Мятежные Сердца»,

встреча Саманты и Сандры

Наконец-то настала суббота. Мы договорились встретиться с Сандрой в нашем любимом кафе. Только здесь мы могли спокойно обо всем поговорить, не беспокоясь о том, что нас попросят уйти, так как не хватит места другим посетителям, которые действительно пришли сюда что-то есть. А не только как мы: взять по мороженому, быстро его проглотить, а потом сидеть и чуть ли не часами о чем-то беседовать. Старик Том, хозяин кафе, никогда не злился на нас. Наоборот, всегда беспокоился и интересовался, почему мы какое-то время не приходили. Мы заняли свободные места, заказали по десерту. Не успела я ничего начать рассказывать о приглашении Джоша на свидание, а еще о том, как Джесси снова звала меня на свою вечеринку, как Сандра меня опередила и спросила:

– Сэм, хочешь что-то рассказать про Джоша?

Я слегка опешила: откуда она знает, как догадалась?

– Откуда такие мысли? С чего ты решила, что разговор пойдет о Джоше? – спросила я ее, взяв ложку и отломив немного мороженого.

– Да тут не нужно быть экстрасенсом, чтобы догадаться. Я же знаю, как он тебе нравится. Наверное, есть что рассказать. К тому же я видела вас случайно в школе. Совсем недавно. Вы о чем-то разговаривали. Я еще тогда подумала, что, должно быть, он пригласил тебя на свидание.

– Тебя же не было в школе, как ты могла нас видеть в тот день, – непонимающе спросила я.

– Просто в тот день приезжала в школу по делам, директор знал, что я пропустила занятия по семейным обстоятельствам. Нужно было принести кое-какие бумаги в портфолио проектов для печати. И именно в тот день. А насчет Джоша, если все это правда: тебе же нравится Джош. Ты не согласилась на свидание? Почему?

Я вздохнула. У Сандры часто все было так легко и просто. Нравится – решайся. А если не решаешься – значит, не нравится. Я иногда жалела о том, что моя сущность другая. Совсем. Хотя… поездка в Париж стала той самой отправной точкой моего превращения в более спонтанного человека, который живет в моменте. Но все же не настолько. Да, я много раз об этом мечтала… И вот когда это, наконец-то, действительно стало реальностью, я сомневаюсь… Похоже, от этой черты моего характера мне не так уж и просто избавиться.

– Ты права, речь пойдет о Джоше… Хотя и не только о нем, – ответила я Сандре.

– А о чем еще? – тут же спросила меня Сандра, проглотив шарик мороженого.

– О Джесси.

– А что с ней? Все пристает к тебе со своей вечеринкой? Может быть, все-таки и на нее сходишь? Что терять-то? Не думаю, что случится что-то плохое. Хотя… в вопросе с Джесси решай сама, без обид. Тут ничего посоветовать не могу. Я бы сходила. Хотя бы из любопытства. Тем более мы это уже обсуждали и вроде как пришли к мысли, что можно сходить на вечеринку. Но если появились сомнения, решай сама. А вот на приглашение Джоша точно соглашайся.

Я вздохнула.

– Меня пугает, что она так настойчиво приглашает меня на эту вечеринку, – честно призналась я Сандре в своих опасениях. – Слишком как-то подозрительно. А еще она о чем-то смеялась со своими подружками на уроке истории, обменивались друг с другом записками, пока учитель не видел. Мне показалось, что они обсуждали меня… Не знаю, не могу поверить в искренность и доброту Джесси.

– Понимаю, – ответила Сандра. – Джесси – особа с характером. Но не думаю, что она сможет затеять что-то криминальное или просто ужасное. На мой взгляд, максимум ее сверхспособностей в позоре для человека – это простое словесное оскорбление или что-то вроде подбрасывания какой-то жути в локер, чтобы человек испугался.

– Не знаю, не знаю, – перебила я Сандру.

– А насчет урока… С чего ты взяла, что они обсуждали именно тебя? Мало ли про что они там разговаривали. Это в их манере, так себя вести. Не в первый раз. Может, ты просто не обращала на это слишком много внимания до этого.

Я пожала плечами. Возможно, я и правда не обращала на Джесси и ее подруг до этого так много внимания. На уроках я обычно сосредоточена на учебе. Но в тот день мне показалось, что они обсуждали меня и… Джоша. Я подумала, что Джесси ревнует к нему. И это было как раз после того, как Джош пригласил меня на свидание. Все это так странно. Ведь Джесси сама говорила, что тем отправителем анонимных таинственных посланий мог быть Джош. И в таком случае все это еще более чем странно. Пазл в моей голове никак не складывался. Почему Джесси так себя ведет. Почему приглашает меня на эту вечеринку. Почему Джош только недавно пригласил меня (надо спросить у него насчет анонимных посланий, был ли это он или нет)… И многое другое. Слишком много мыслей в голове. Слишком. Не покидала мысль, что Джош и Джесси могут быть в каком-то тайном сговоре против меня и что приглашение на эту вечеринку просто причина, чтобы устроить мне какой-то неприятный сюрприз. Я поделилась своими опасениями с Сандрой, на что она мне ответила:

– Мне кажется, ты слишком много паникуешь зря, Сэм. Прости, не хочу ничем обидеть.

С одной стороны, возможно, Сандра и права. И надо перестать придумывать скрытые смыслы там, где их может и не быть… Но с другой – а что, если мои опасения и страхи не напрасны и лучше перестраховаться? На всякий случай.

– Не знаю. Насчет Джесси еще подумаю. А вот насчет Джоша… Наверное, соглашусь на его предложение.

Сандра улыбнулась.

– Буду рада за тебя, если у тебя с Джошем все сложится. Думаю, он хороший парень. Не просто футболист без мозгов.

– Посмотрим, – рассмеявшись, ответила я Сандре. – Мне он тоже уже не кажется футболистом без мозгов.

– Расскажешь потом, как прошло свидание.

– Обязательно. Так волнуюсь.

– Все будет хорошо, – уверила меня Сандра.

Мы еще посидели минут десять, поговорили о других событиях жизни, а еще о школьных заданиях, а потом решили идти. Родители будут волноваться, и так уже мама звонила. Увидела пропущенные вызовы. Будет переживать. В кафе «Мятежные Сердца» всегда можно вернуться. Это наш второй дом… Нужно привести мысли в порядок, подумать о многом. Морально подготовиться к свиданию с Джошем. В школе мы снова скоро увидимся.

Думаю, он будет спрашивать меня о моем решении, как и говорил совсем недавно…

Глава 33

Марк Морель

в это время в Париже

После отлета Саманты в Штаты я не могу перестать думать о ней. Мне так хотелось бы увидеть ее вновь… И если раньше мое желание приехать в Штаты в качестве ученика по обмену носило лишь гипотетический характер, безотносительно кого-то и чего-то, то сейчас я пребывал в полной уверенности в том, что мне нужна эта поездка. Причина: новая встреча с Самантой. Мне бы так хотелось учиться с ней в одном классе, видеть почти каждый день, а после уроков или в выходные куда-то вместе ходить, где-то бывать… Я должен оказаться в Штатах в ближайшее время. Нужно заполнить заявку на сайте. О том, что мне повезет, я почти не сомневался. Я уже бывал учеником по обмену в другой стране, к тому же сейчас у меня добавились новые успехи в личных достижениях (канал в соцсетях с огромным количеством подписчиков, плюс хорошая учеба), что весьма важно.

Мишель сегодня, к счастью, на редкость молчаливый, не докучал своим детским лепетом (хотя он часто смешной и забавный), а это значит, что мне никто и ничто не помешает спокойно заполнить заявку. Вот только еще нужно поговорить обо всем с родителями. Мама может быть против поездки, но это моя жизнь, и мне решать, что делать… Поездка полностью финансировалась бы спонсорами конкурса, поэтому от родителей деньги были бы не нужны. А финансы на карманные расходы у меня были и так. Спасибо рекламе в соцсетях. Я еще и достаточно сэкономил в этом году на школьных обедах. И если родители будут против моей поездки, я все равно полечу в Штаты. Мне нужно увидеться с Самантой. Заодно и культурный обмен не помешает. Давно хотел оказаться там.

– Марк, чем занимаешься? – услышал я голос мамы, когда только сел за ноутбук и почти открыл сохраненную прежде вкладку с сайтом конкурса.

Нужно было сказать ей правду. Что тянуть. Все равно это придется сделать. В скором времени. Организаторы обязательно свяжутся с моими родителями для уточнения отдельных моментов. Было бы забавно, если бы они оказались не в курсе того, что я куда-то что-то отправлял. Так что, нужно поговорить с мамой и все ей рассказать. Точнее, не все (про Саманту точно нет), а только про конкурс.

– Собираюсь заполнить заявку на участие в одном конкурсе. Хочу снова стать учеником по обмену. Хотел бы улететь в Штаты.

Мама так на меня посмотрела, словно я только что сказал что-то непоправимо ужасное. Впрочем, примерно такую первоначальную реакцию я и ожидал. Это было так в духе моей мамы. После этого обычно следовали громкие причитания, потом – в зависимости от ситуации. То ли ссора, то ли обида, то ли примирение. Спустя несколько тяжелых томительных минут молчания, показавшихся вечностью, она сказала:

– Марк, ты уже ездил по обмену. Зачем тебе это снова? Тем более сейчас. Когда нужно готовиться к экзаменам, а не отдыхать.

– Я не еду отдыхать. Я еду учиться. Да, я уже бывал учеником по обмену, но в другой стране. Другой опыт.

Мама вздохнула. Ей явно не нравились все произнесенные мной слова.

– Опыт… В Штаты можно потом полететь и так. После экзаменов.

– Мама, просто поездка в качестве туриста и поездка учеником по обмену – разные вещи. Абсолютно.

Мама знала, что в некоторых вопросах со мной спорить было совершенно бессмысленно, поэтому, спустя пару секунд, ответила:

– Только обещай, что не попадешь там ни в какую неприятную историю.

Интересно, все родители такие? Даже если их ребенок хорошо себя ведет и не дает никаких поводов для беспокойства, то они все равно, несмотря на все это, продолжают твердить, чтобы вы были осторожны? Видимо, да. Мои родители относились как раз к этой категории, сколько себя помню… Всегда было так. И сейчас меня это выводило из себя.

– Ты же меня знаешь, я никогда не давал поводов для беспокойства, – как можно дружелюбнее произнес я, стараясь не накалять атмосферу до напряженно-гнетущей.

Мама кивнула. Она и так знала, что это было правдой, поэтому говорить что-либо еще просто не имело смысла. Я взглянул на экран и загрузившийся сайт конкурса. Видимо, мама поняла, что я уже полностью растворился в важном для меня деле, и решила не продолжать разговор. Она встала с края кровати и не спеша проследовала к выходу из комнаты, бросив перед этим короткое:

– Не засиживайся допоздна. Завтра ведь в школу.

Я это и так помнил. Но мама всегда переживала насчет моей учебы, хотя я не давал поводов. Иногда чрезмерная опека и контроль со стороны моих родителей просто сводили с ума. Правда, на этот раз причиной отъезда было не только это. Мне еще хотелось увидеть Саманту… Кто бы знал, как сильно я по ней скучал… Кто бы знал, как мне ее не хватает. Я взял в руки телефон и зашел в галерею фотографий. Захотелось посмотреть на Саманту, вспомнить те счастливые мгновения, когда мы были в Париже. Я мог смотреть на нее часами. Какая же она красивая. И когда улыбается, и когда нет. Когда говорит и просто задумчиво молчит. Она очень красивая. Мне захотелось отправить Саманте сообщение, узнать, где она сейчас и чем занимается. Дни в Париже без Саманты казались мне безумно скучными, словно тянувшимися целую вечность. И я безумно ждал тот день, когда мы смогли бы встретиться с ней вновь. Просто безумно по ней скучал. Открыв приложение одной из соцсетей, я быстро отыскал контакт Саманты и набрал ей сообщение:

Привет, Саманта! Как дела?

Чем сейчас занимаешься? Скучаю.

Когда сообщение отправилось, я положил телефон на стол и вернулся к открытой вкладке сайта. Нужно было заполнить данные. В перерывах я то и дело отвлекался на телефон: все ждал, что загорится давно погасший экран, и Саманта ответит на мое сообщение. Может, не видела его. Если бы увидела, уже бы ответила. Или ей просто сейчас не до разговоров. Только и всего. Позвоню вечером. Я не расстраивался, погрузился в заполнение безумно длинной анкеты.

Когда я закончил со всем необходимым, близилось время ужина. Я знал, что совсем скоро в комнату вновь заглянет мама и обязательно об этом напомнит. Она любила, когда мы завтракали и ужинали всей семьей. А в выходные еще и обедали. Она не любила, когда я перехватывал на ходу фаст-фуд (а что, я уже не в модельном бизнесе, и можно не думать о том, что больше полезно для здоровья). Моя мама была поклонницей полезной пищи. Я раньше тоже… А сейчас… как получится. Когда я делал кулинарные выпуски для своего интернет-канала, мне нравилось быть креативным и готовить разное… И не всегда это оказывалось чем-то полезным (хотя я старался подавать пример здорового образа жизни своим юным подписчикам)… Но в последнее время я стал замечать, что мне донельзя опостылела эта работа по привлечению новых подписчиков. Все-таки креативность иногда может утомлять и надоедать.

Спустя несколько минут я услышал сигнал мобильного, тот извещал меня о новом сообщении в соцсети. Мне так хотелось верить, что это была Саманта. К счастью, так оно и оказалось. Наконец-то, она ответила. Был счастлив, что она ответила. Скучал до безумия. После непродолжительной переписки я отправил ей свои рисунки, которые обещал прислать. Они мне совсем не нравились, но Саманта писала, что они вполне неплохи. Может, она не хотела меня обидеть, а может, и правда они ей понравились… В любом случае, мне было приятно. Я не стал ей писать, что совсем скоро собираюсь в Штаты. Хотел сделать сюрприз. Обрадовать ее своим приездом. Но в голове все время мелькали противно-прилипчивые мысли: а что, если наши романтические встречи в Париже остались для самой Саманты всего лишь приятными (надеюсь) воспоминаниями и она больше не желает продолжать со мной общение? А делает это все лишь из вежливости? Мне не хотелось думать о таком варианте развития событий. И даже наш поцелуй казался мне сейчас не совсем… взаимным… Да, она ответила на него тогда, в тот день в картинной галерее, но потом случилась просто ужасная неловкая пауза, и Саманта предпочла сменить тему разговора и продолжить обсуждение искусства… Хотя я тогда заметил, что и искусство, и мои рассказы о следующей картине она слушала уже не так внимательно и не с таким интересом, как в прошлый раз, до случившегося поцелуя перед другой картиной… Возможно, я преувеличиваю и все это надуманные проблемы, а с другой стороны… Что, если я для Саманты всего лишь временный человек в ее жизни? Человек-воспоминание из Парижа. И не более того… Хотелось бы мне ошибаться. Очень хотелось бы…

Глава 34

Саманта Митчелл

Жизнь до аварии

Свидание Саманты

и Джоша Лэндера США

Через день, когда я подходила к воротам школы, еще издали увидела автомобиль Джоша Лэндера на школьной автостоянке. Его «понтиак» такой единственный в своем роде. Его ни с чем не спутаешь. И Джош почему-то сидел внутри и не выходил из автомобиля. А ведь урок начнется совсем скоро. Он ни с кем не разговаривал. Сидел один и что-то… рисовал в своем блокноте. Я думала, что он не заметит меня и продолжит сосредоточенно выводить линии карандашом, но стоило мне пройти мимо и задержать на нем свой взгляд, Джош тут же заметил меня. Было ощущение, что как раз меня он и дожидался. Так и оказалось, когда Джош открыл дверцу машины, вышел и подошел. После приветствия произнес, улыбнувшись:

– Так что ты решила насчет свидания? У меня есть одно предложение: пикник в парке и кинотеатр под открытым небом. Сейчас тепло. Что скажешь?

В тот момент я вспомнила слова Сандры, сказанные мне в момент нашей встречи в кафе. Она говорила о том, что нужно соглашаться, ведь Джош мне нравится. И что страхи и опасения насчет того, что все это игра и кем-то заранее что-то спланированное, напрасны. В конце концов, по словам Сандры, лучше согласиться и потом пожалеть, чем отказаться и так и продолжать мечтать о Джоше. А так хотя бы проведем какое-то время вместе. А разбитое сердце, опять же по словам Сандры, легко лечится новой порцией мороженого и просмотром сериалов. И покупкой новых платьев. Эх, мне бы такое легкое отношение к происходящему, каким оно порой бывает у Сандры. Иногда мне кажется, что все, почти все люди, которые меня окружают, гораздо более спонтанны, чем я.

И только я, одна такая единственная, которая живет и часто панически боится совершить какую-то непоправимую (в моем понимании) ошибку. Сказать и сделать что-то не так. Хотя умом я часто понимаю, что многие из моих страхов и опасений часто надуманны и если успокоиться, подумать, то ничего страшного не произойдет, если иногда следовать не логике и разуму, а зову сердца, отдаваться чувствам и эмоциям. Я только этому учусь, быть такой совсем не просто, как мне казалось. Да, мне хотелось пойти на свидание с Джошем, поэтому я ответила положительно (хоть бы не пожалеть потом об этом):

– Звучит интересно. Да, сейчас тепло. Погода хорошая, можем пойти на пикник.

Джош улыбнулся, так широко и лучезарно, что мне казалось, я сейчас погибну от ослепительно-белоснежного блеска его идеальных зубов.

– Рад, что ты согласилась. Я заеду за тобой завтра после школы. Сегодня у меня тренировка по футболу.

Джош произнес последнюю фразу про футбол с такой печальной интонацией, что мне на мгновение показалось, что он немного охладел к этому виду спорта, и я поставила себе мысленную зарубку в голове поговорить об этой теме позже.

– Да, договорились тогда, – ответила я. – Скоро урок начнется, не люблю опаздывать.

Джош кивнул.

– Да, я знаю, – ответил он, улыбнувшись. – Ты любишь учиться.

Я не знала, что сказать. Не хотелось казаться совсем уж книжным червем, которому кроме учебы совсем ничего не интересно… Но да, я любила учиться. Это куда лучше, чем вести себя так, как это делает Джесси и ее подруги.

Мы направились ко входу школы, и когда вошли внутрь, то столкнулись с Джесси. Она окинула меня весьма недобрым взглядом. Таким презрительным, словно я только что отняла у нее что-то самое драгоценное и важное в ее жизни… Признаться, мне было страшно в тот момент, страшно, что она может просто взять и растерзать меня. В клочья. Настолько мне не понравился ее взгляд при виде меня и Джоша… Джош, казалось, ничего не заметил, а лишь сказал:

– Еще увидимся.

С этими словами он направился к кабинету, в котором должен был начаться его первый урок (сегодня наши первые уроки – разные по расписанию), а я зашагала в другую сторону, в другой кабинет. Перед тем как удалиться на достаточное расстояние от Джесси, услышала вслед глупое хихиканье и шепот… Что именно она говорила своим подругам, я разобрать уже не могла, слышались лишь обрывки фраз, но мне точно послышалось имя «Джош» в этих предложениях. Я постаралась отвлечься от мыслей, что они могут быть в каком-то тайном сговоре против меня. Нужно перестать думать о плохом.

Глава 35

Саманта Митчелл

Жизнь до аварии

США

Джош заехал за мной после школы. Как и говорил. Минута в минуту. Я уже была готова. К счастью, синоптики не подвели. Погода стояла хорошая. Самое то для пикника и кинотеатра под открытым небом.

И Кейт не читала мне сегодня никаких наставлений, убежала с утра по своим важным делам. Каким именно – в подробности не посвящала. Лишь сказала, что вернется ближе к вечеру. С мамой она так и не поговорила, насколько мне известно. Пока я собиралась в своей комнате, то услышала стук в дверь. Это была мама. Она пришла сказать, что ко мне пришел парень. Подметила, что он очень красив. А его машина просто великолепна. Я улыбнулась: было приятно осознавать, что с первого взгляда Джош не оттолкнул маму своим поведением и понравился. А это хороший знак: ухажеров Кейт, которых она иногда видела рядом с ней, она почти никогда не одобряла. Но Кейт всегда поступала по-своему. С ней было бесполезно спорить или в чем-то убеждать. А тот парень, с которым она недавно целовалась перед нашими окнами… Нас так с ним и не познакомили… Хотя в том, что касалось каких-то важных вопросов для меня (а встреча с Джошем была именно такой), я тоже проявляла настойчивость. И если бы мама вдруг сказала бы, что никуда меня с ним не отпустит, ни на какое свидание, я бы все равно пошла. Но, к счастью, она не препятствовала нашей встрече. Мама, словно прочитав мои мысли, вдруг сказала:

– Я доверяю тебе. Знаю, что ты не совершишь никаких глупостей. В отличие от своей беспечной сестры.

Я вздохнула. Да, с Кейт мы были слишком разными…

– Там уже твой Джош тебя дожидается… – продолжила мама.

Мой Джош…. так странно было услышать эту фразу, произнесенную вслух. Я еще и сама толком не знала, станет ли Джош действительно моим парнем, или эта наша встреча окажется вдруг первой и единственной. Кто знает… Нам не дано предугадать, что окажется за тем или иным жизненным поворотом, и как принятые нами решения повлияют на нашу дальнейшую судьбу. Хотя порой отчаянно хотелось бы заглянуть в будущее. Увы, это невозможно.

– Да, уже иду, – ответила я маме, посмотрев на настенные часы.

– Хорошо вам провести время. Не задерживайся потом.

Я кивнула и направилась к выходу. Джош уже, наверное, заждался…

На наше свидание я решила одеться в комфортную для себя одежду. Несмотря на то, что это была встреча с парнем моей мечты, мне не хотелось казаться той, кем я не являлась. Я не Кейт, чтобы щеголять в модных нарядах, в которых я чувствую себя не собой, а кем-то другим… Ведь если Джош пригласил меня на свидание, значит, я чем-то понравилась ему и так? Хотелось бы в это верить, хотя мои опасения насчет его сговора с Джесси все еще не давали мне покоя. Сегодняшней ночью мне и вовсе снились кошмары. В сновидениях я то и дело ссорилась то с Джошем, то с Джесси, то с кем-то еще. Что ж, надеюсь, этот кошмарный сон не окажется вещим…

Когда я спустилась по лестнице и оказалась в холле, то увидела Джоша. Тот стоял возле входной двери и что-то снова сосредоточенно рисовал в блокноте. Я снова сделала себе мысленную зарубку: спросить его об этих рисунках. Что он там рисовал? В голове не очень складывался пазл, как Джош мог быть одновременно и футболистом, и художником, который все время что-то рисовал, и вроде даже не относиться к тем, кто охотится за каждой симпатичной девчонкой в старшей школе. А ведь многие просто с ума сходят по нему. Даже не знаю, какой Джош на самом деле. Но мне очень хотелось его узнать лучше. Очень. Действительно ли он не из тех, у кого на уме только футбол, чем он увлекается помимо этого, и какие у него планы на будущее, куда собирается поступать и многое другое. Так странно: мы учились вместе в одной школе столько времени, но я начинаю узнавать Джоша только сейчас…

Когда я подошла ближе, Джош отпрянул от листа бумаги, затем сложил его пополам и спрятал в отделение рюкзака.

– Привет, отлично выглядишь, – произнес он, улыбнувшись.

– Привет, спасибо, – машинально ответила я.

Здесь, в Штатах, это было мое первое свидание, если не считать встречи с Марком в Париже. Поэтому я не очень знала, как себя вести, чтобы не наговорить глупостей. С Марком я чувствовала себя иначе, там все было по-другому. Я воспринимала его как хорошего друга, хотя мы не были знакомы много времени. Что же касается Джоша, то здесь все иначе: мне хотелось, чтобы наша встреча не стала последней. Но вместе с тем мне хотелось быть самой собой и не притворяться ни в чем. Максимальная естественность. Я не умела флиртовать так, как это умела делать моя сестра Кейт, от которой также сходила с ума почти вся школа, только теперь ее мужская часть. Кейт и Джесси были двумя королевами школами, и мне даже удивительно, что такой парень, как Джош, обратил свое внимание именно на меня, а не на них. Хотя это меня одновременно и радовало. Но, как говорила моя подруга Сандра в нашу последнюю встречу в кафе: «Ты иногда слишком много паникуешь зря…»

Что ж, может быть, это действительно так и есть. Стоит просто перестать так много думать о том, что еще не случилось и может быть и не произойдет. Не накручивать себя, а попробовать жить в моменте. Жизнь состоит из моментов. И только от нас зависит, какими они будут: радостными или теми, от которых на сердце поселится терпкая горечь.

…Мы вышли из дома и направились к «понтиаку», который был припаркован на стоянке моего отца. Джош любезно приоткрыл мне дверцу, чтобы я села. Затем забрался внутрь сам. Когда мы тронулись в путь, я достала из кармана мобильный телефон. Там мигало сообщение от Марка. Марк… Меньше всего на свете мне сейчас хотелось думать о нем, каким бы хорошим и приятным собеседником он ни был… Меньше всего на свете. Ведь когда мы были в Париже, я еще не знала, что Джош пригласит меня на свидание. Еще не знала. Но даже если бы этого не произошло, что толку: Марк все равно в Париже, а я здесь.

Между нами не может быть ничего общего, кроме электронных переписок. Но почему-то почти от каждого его сообщения веяло чем-то таким, что мне казалось, он рассчитывал на что-то большее. Словно у него был уже какой-то план…

Я попыталась отвлечься от этих мыслей, включила музыку и достала наушники, сказав Джошу, что хотела бы провести время в пути не в разговорах, так как не всегда хорошо переношу поездку в автомобилях. Джош понимающе кивнул, и я была рада, что он не обиделся. В конце концов, мы еще успеем наговориться. А до места назначения ехать не то, чтобы долго. Не хотелось отвлекать Джоша от дороги (я всегда боялась попасть в аварию), к тому же не хотелось сказать что-то не то еще до того, как начнется наше непосредственное свидание. Не хотелось все испортить. Сейчас бы моя сестра спросила, чем это можно все испортить… Но ей не понять, никогда не понять, что я не она, и что не все девушки обладают такой уверенностью в себе. Далеко не все.

…Вскоре мы добрались до кинотеатра под открытым небом. Он находился в красивом парке в окружении деревьев. Фильм еще не успел начаться, мы приехали вовремя. Я посмотрела на Джоша, и мне вдруг стало так удивительно спокойно. Почему-то перестала думать о том, что могу сказать что-то не так.

Внезапно налетел ветер. Стало немного прохладно. Я поежилась. И Джош, даже не спрашивая меня, заботливо накинул мне на плечи свою ветровку. Я смутилась, но поблагодарила его, а затем он, достав сэндвичи из своей сумки для пикника, произнес:

– Я взял из дома сэндвичи с индейкой. Еще есть фрукты и сок. Какой будешь? Клубничный или апельсиновый?

– Клубничный, – улыбнувшись, ответила я.

Он протянул мне сэндвич и банку с напитком. Вскоре начался фильм на большом экране… Замелькали кадры интересной мелодрамы. Помимо нас здесь было еще немало людей, но в моменте мне не было до них никакого дела… Существовали лишь я и Джош… Так казалось из-за нахлынувших на меня сентиментальных эмоций…

В эти минуты совсем не хотелось размышлять о Марке…

Когда закончилось кино, мы подумали о том, что было бы неплохо прогуляться в парке (автомобиль Джоша остался на платной стоянке, и Джош сказал, что вернется за ним позже). Стояла хорошая погода. Ветер стих. После обсуждения моментов просмотренной мелодрамы, я спросила у Джоша насчет его отношения к футболу. Наверное, это было совсем неожиданно и не к месту, но мне и правда было интересно узнать об этом. Я вспомнила тот момент, когда он говорил о своей предстоящей футбольной тренировке с такой грустью в голосе, что мне на миг показалось: футбол ему не так уж интересен… Тогда почему он до сих пор играет в него?

Джош на мгновение задумался, словно мой вопрос действительно оказался лишним, или же просто вызвал в его душе слишком много чувств, казалось, что не слишком приятных… Затем спросил:

– А почему ты спрашиваешь? Мы вроде не спортивную драму смотрели.

Я смутилась. Нет, я была бы не я, если бы не попадала в неловкие ситуации. Говорила же себе, не произносить то, что может быть истолковано и понято не так, но откуда же я знала, что тема футбола окажется Джошу настолько неприятной… Этому я несказанно удивилась: совсем до недавнего времени я думала, что Джош сильно любил футбол, и просто не представлял своей жизни без него.

– Прости, если эта тема для тебя под запретом. Можешь не отвечать, если не хочешь, – ответила я.

– Нет, это ты прости. Все в порядке, правда. Просто… мне бы не хотелось говорить сегодня о футболе. Все равно я скоро и вовсе перестану быть футболистом. Школа закончится, и футбол в моей жизни тоже.

Слова Джоша удивили меня, но я не стала спрашивать его о причинах подобного решения. В конце концов, это его личное дело. Захочет, сам расскажет. Мне не хотелось делать вечер еще более неловким. Поэтому я предпочла сменить тему разговора, предварительно ответив насчет темы футбола:

– Только тебе решать насчет своих дальнейших спортивных планов. Поступай, как велит сердце.

Отчего-то от этих слов Джош еще больше сник… Так странно, что же за история у него такая, связанная с футболом. Почему после моих слов о том, что тут только ему решать, выражение его лица сделалось еще более печальным. Но я решила не лезть не в свое дело, существует еще немало интересных тем для разговоров. Мы шли по аллее и так много всего обсуждали, самое разное… С Джошем было интересно… Но как-то по-особенному, нежели чем с Марком в Париже. Джош и Марк были разными, полными противоположностями друг другу. И хотя Джош тоже, к моему счастью, действительно оказался не глупым, а приятным собеседником, но многое из того, что знал Марк, Джош не знал. В нем отсутствовала утонченность и элегантность Марка, Джош одевался более спортивно. И, несмотря на свою привлекательную внешность, не принадлежал к миру моды. Хотя сходство у них было: Джош тоже интересовался литературой. В целом же, между мной и Джошем было что-то гораздо более глубокое и общее, чем с кем бы то ни было еще. Мы учились в одной школе, росли в одних и тех же реалиях. Мы посещали в разное время одни и те же места, у нас собралось достаточно воспоминаний, чтобы можно было сказать: да, между нами есть нечто общее. С Марком же все было иначе. И я не могла сказать, что Марк был мне близок. Джош отчего-то казался ближе…

Мы остановились возле фургончика со сладостями и купили по ягодному мороженому. Вскоре присели на одну из скамеек в парке, и Джош сказал мне, что у него для меня сюрприз. От этих слов я немного напряглась: я никогда не любила сюрпризы, хотя и было любопытно.

Не дожидаясь моего ответа, Джош снял с плеч рюкзак, открыл его и выудил со дна лист бумаги. Затем протянул его мне со словами:

– Я нарисовал тебя.

Я посмотрела на лист бумаги. Там и правда была изображена я. И так… реалистично и похоже, что не сказать о том, что у Джоша был несомненный талант к рисованию портретов, было бы просто преступлением. Еще никогда и никто прежде до этого не дарил мне моих портретов, тем более таких. Я и подумать не могла, что у Джоша был такой яркий талант к рисованию. И футбол, и рисование… Джош был многогранной личностью, и мне это определенно нравилось. Лист бумаги был немного смят (я вдруг вспомнила тот момент, когда он заехал за мной сегодня, стоял в холле и что-то выводил на бумаге, а потом резко спрятал в рюкзак; должно быть, это и есть тот самый лист). Еще я вспомнила и тот день в кафе «Мятежные Сердца», когда он что-то выводил в своем блокноте, и другие дни. Неужели все это время он рисовал меня? Я и подумать не могла об этом.

– Джош… спасибо. Даже не знаю, что сказать. Это так неожиданно. И я здесь так похожа на себя.

Джош улыбнулся. И хотя на улице уже успели сгуститься сумерки, в парке горел фонарь, поэтому тот участок, где мы сидели на скамейке, озарялся его светом, и мы могли видеть друг друга.

– Да, я рисую. Уже давно. И собираюсь поступать в колледж на специальность, связанную с рисованием. А тебя я рисовал еще тогда, когда мы даже толком не общались. Еще до того, как пригласил на свидание. Я давно хотел пригласить тебя куда-нибудь, но все не решался. А что касается твоего портрета: рад, если нравится. Хотел сделать портрет более реалистичным, поэтому не торопился. Рисовал всегда, когда видел тебя. То на уроках, то в кафе. В том, в «Мятежных Сердцах». Кстати, кафе потрясающее. И вот сегодня нанес последние штрихи, когда заехал за тобой, чтобы отправиться на киносеанс. Хотел устроить сюрприз и подарить на свидании.

Я на мгновение замолчала. Даже не знала, что меня поразило больше в признаниях Джоша Лэндера. То, что он собирался связать свою жизнь не с футболом (наверное, поэтому он не захотел говорить на эту тему после моего вопроса), а с рисованием, или же то, что Джошу я нравилась давно, но он не решался пригласить меня свидание. Надо же, сколько нового я сегодня узнала о Джоше… И мне это стопроцентно нравилось… Я невольно расплылась в улыбке, уже успев позабыть про все свои опасения насчет тайных сговоров Джесси и Джоша, и о существовании Марка, и вообще обо всем на свете, когда эти чудесные мгновения, в которых мы пребывали с Джошем здесь и сейчас, нарушил настойчивый сигнал моего мобильного. Сняв блокировку, увидела сообщение от Марка… И не одно. Я не знала, что делать. Мне не хотелось разбивать сердце Марку, который явно питал ко мне более нежные чувства, чем просто друзья. Но после признания Джоша и наших сегодняшних бесед, я не могла делать вид, что Марк интересен мне больше чем просто друг из Европы.

– Все в порядке? Мама беспокоится? Наверное, уже пора домой, – спросил меня Джош, когда увидел, что я на некоторое время задумалась после того, как прочитала сообщения, присланные Марком.

– Все в порядке. Да, мама беспокоится, – зачем-то соврала я Джошу.

А что еще оставалось… Признаться ему, что у меня не так уж и давно было рандеву в Париже с Марком, и теперь у меня есть друг из Европы, который в меня влюблен, а я в него нет, но мы все равно переписываемся время от времени? Ведь мне не хочется его обижать и разбивать ему сердце. Но ведь когда мы общались с Марком в Париже, я еще не знала не только то, что Джош пригласит меня на свидание, но и то, что он окажется вовсе не таким, каким я себе его представляла до этого. Он гораздо глубже. Гораздо… И несмотря на то, что с Марком мы могли обсудить некоторые темы гораздо более углубленно просто потому, что он ими тоже интересовался, мне все же нравился Джош.

…Мы встали со скамейки и направились на автостоянку. После того как мы добрались до места и сели в автомобиль, Джош сказал мне то, от чего мое сердце растаяло окончательно:

– Я люблю тебя, Саманта.

Я столько раз представляла этот момент в своих самых смелых фантазиях. Столько раз… Но сейчас, когда вот он Джош, сидит рядом со мной и действительно говорит это вслух, в голове слишком много мыслей. Кажется, что все это странный сон, и я вот-вот проснусь, а все это происходило не в реальности. Но нет… Это реальность. Та реальность, от которой мурашки по коже и хочется неистово жить. В моменте. Раствориться в мгновении.

Джош придвинулся ко мне ближе, когда наши лица оказались в паре сантиметрах друг от друга, а губы сомкнулись в поцелуе… И этот поцелуй был таким желанным… Страстным и долгим… Я была счастлива, что это происходит. И происходит со мной.

– Я тоже люблю тебя, – ответила я Джошу после того, как наши губы разомкнулись.

Подумать только: столько времени я и Джош нравились друг другу, но никто из нас не решался познакомиться немного ближе… Джош нравился мне уже давно, но я все это время полагала, что он просто не замечал меня среди других девушек школы… А Джош просто оказался более глубоким человеком, чем я о нем думала…

Мне так хочется навсегда запомнить это мгновение. Лучше бы оно никогда не заканчивалось… Теплый вечер, звездное небо, мы в машине Джоша, играет легкая романтическая мелодия, а мы целуемся… Нежно и упоительно. Снаружи горят фонари, и так не хочется возвращаться домой… Но нужно…

…Когда мы наконец доехали до дома, время моего возвращения немного вышло за рамки дозволенного. И я переживала, что мама начнет ругаться. Хотя она и звонила мне несколько раз на обратном пути, и я заверила ее, что все хорошо (это было чистой правдой), и что совсем скоро мы приедем.

Перед тем как расстаться (мне пойти домой, а Джошу поехать к себе), Джош и я еще раз поцеловались в машине, и только тогда я вышла из нее. Джош снова любезно приоткрыл мне дверцу, выйдя сначала сам. Джош был таким милым и простым… И хотя Марк также проявлял вежливость, все равно казался мне по сравнению с Джошем… скорее зацикленным на внешнем, чем на внутреннем. Джош был другим. И именно это мне и нравилось в нем.

Наш последний поцелуй с Джошем был таким же страстным и долгим, как и первый. И как же мне не хотелось, чтобы это заканчивалось… Но нужно было идти домой. Я рада, что Джош не оказался из тех, кто стал бы настаивать на продолжении этих поцелуев в автомобиле (все-таки так скоро к первой близости я не была готова), и мы просто еще раз поцеловались, а затем попрощались до следующего свидания.

Домой я шла абсолютно счастливая… И неважно, что опоздала к оговоренному мамой сроку. Перед тем как открыть дверь в дом, я обернулась и увидела, как «понтиак» Джоша разворачивается в другую сторону и набирает скорость по направлению к его дому. Джош окликнул меня, и я увидела, как он посылает мне воздушный поцелуй.

Я улыбнулась. И, конечно, ответила ему тем же… Тогда он уехал, а я, наконец-то, вошла внутрь дома. Даже не знаю, получится ли уснуть после сегодняшнего дня. У меня переизбыток счастливых чувств, меня переполняют эмоции…

Глава 36

Джесси Олбрайт

США

Эта выскочка Сэм уже совсем скоро получит то, что заслужила: позор на всю школу. Надо же, Джош крутится вокруг нее. Я и подумать не могла, что он действительно обратит свое внимание на эту дурнушку. В мои-то планы входило сделать так, чтобы и Джош посмеялся над ней. Но он оказался другим. Тоже мне нашелся, Мистер-Благородность. Но ничего, мы еще посмотрим, как Джош одумается и перестанет виться вокруг этой страшилки Сэм. Еще обязательно одумается.

– Джесси, о чем задумалась? – спросили меня почти одновременно мои подруги, когда заметили, что я слишком долго пребываю в собственных размышлениях.

– Что там с нашим планом по поводу Сэм? Все в силе? Или как?

Я вздохнула. Мне бы хотелось, чтобы все было в силе. Но пока меня все больше огорчало, нежели радовало. Пока что Саманта не ответила окончательным согласием на то, чтобы прийти на мою вечеринку, хотя до этого соглашалась, так еще и Джош действительно стал проявлять к ней внимание. Подумать только! Джош Лэндер и Саманта Митчелл! Это просто кошмарный сон, а не реальность, в которой я живу. Но это реальность… К сожалению.

– Будем надеяться, что все пойдет по нашему плану. Только надо, чтобы Сэм точно пришла на эту вечеринку, – ответила я спустя несколько секунд размышлений.

Глава 37

Джош Лэндер

США

Сегодня я был в прекрасном расположении духа. Наше вчерашнее свидание с Самантой прошло просто прекрасно. Рад, что ей не стало ни скучно, ни грустно. Пикник на свежем воздухе и просмотр фильма в кинотеатре под открытым небом – то, что нужно для хорошего настроения. Когда фильм закончился, мы решили прогуляться по парку. Саманта и я много говорили. О самых разных вещах. К счастью, не только о школе. У нас нашлись другие точки соприкосновения. Жалею о том, что не стал ей ничего рассказывать о футболе. Просто эта тема слишком болезненна для меня. Вчера на мгновение показалось, что на вопрос Саманты по той теме я ответил ей немного грубо, но на самом деле я этого не хотел. Не люблю говорить о футболе. И даже немного удивился, что она завела разговор об этом. Хотя с другой стороны: это было вполне логично, ведь футбол – это то, за чем она меня видела в школе, помимо уроков. И наверняка ей было просто интересно, почему я играю в него и какие у меня дальнейшие планы. Только и всего. Но я рад, что дальше наше общение продолжилось без какой-либо неловкости, и нам (хочется надеяться) было легко друг с другом.

За время нашего общения я понял, что Саманта очень любит литературу и искусство как таковое. Литература мне тоже нравилась, но из всех видов искусств я больше всего любил рисование. Но даже здесь, несмотря на то что я рисовал сам, и мне нравилось это, и я хотел связать свою дальнейшую жизнь с рисованием, я не разбирался так ловко в том, в чем разбиралась Саманта. Я просто любил рисовать и учил из теории часто только то, что мне пригодится для экзаменов. Но я взял на заметку некоторую информацию, которую почерпнул в ходе умных бесед с Самантой, и обязательно наверстаю упущенное, расширю свои познания в разных сферах. Просто потому, что мне стало интересно. Хотелось быть с Самантой в некоторых вопросах как можно больше на одной волне.

– Джош, ты почему сегодня не был на тренировке? Сегодня она тоже была, я же предупреждал, что будет тренировка несколько дней подряд. На носу соревнования. И очень важные, между прочим, – услышал я чуть ли не пронзительный крик отца, когда вернулся после школы.

Да, сегодня я пропустил тренировку и даже не поставил отца в известность. Может быть, хотя бы сейчас отец, наконец-то, поймет, что мне не нужен этот чертов футбол? Хочется верить. Больше нога моя не ступит на стадион. Если только в качестве болельщика за друзей, товарищей по спортивной команде. А вот в качестве игрока… Нет, нет, нет. И еще раз нет. Надоело.

– Больше никакого футбола, – со злостью сказал я отцу.

Тот немного опешил. Явно не ожидал такое услышать.

– О чем ты? Ты превосходно играешь. И испортить свое будущее неверными решениями я тебе не позволю.

Как я устал от этого. Отца волновало только то будущее, которое он сам выбрал для меня. Но пора прекращать все это. Я должен твердо обозначить отцу, что не желаю связывать свое будущее с футболом. И что я разберусь со своей жизнью как-нибудь сам.

Глава 38

Марк Морель

По прибытии в Штаты

Я не говорил Саманте о своем прилете до последнего. Я и сам не думал, что прилечу так скоро, но так получилось, что поменялись сроки и условия конкурса, и после этого стало возможным прибыть в Штаты раньше. Конечно, в этом мне помогли мои заслуги блогера и прошлый опыт ученика по обмену в другой стране…

Хотел устроить Саманте сюрприз. Надеюсь, что приятный.

Мне хотелось проводить с ней как можно больше свободного времени вдвоем. Но я понимал, что у Саманты могут быть и другие дела. Пусть все будет так, как будет. В любом случае, сколько бы дней из моего запланированного пребывания в Штатах нам ни удалось бы провести вдвоем, я все равно буду счастлив провести с ней это время. Раньше, еще до встречи с Самантой, я думал, что полечу в Штаты учеником по обмену, чтобы действительно учиться… Но сейчас… И это тоже, но все же: в большей степени мне хочется видеться с Самантой, чем учиться. Но я знаю, что Сэм любит учебу, поэтому не могу допустить того, чтобы из-за меня она стала отставать по каким-то предметам. Поэтому пусть все идет, как идет. Сколько сможем видеться, столько и будем это делать. Вскоре я дошел до ворот школы. По бокам здания, слева и справа, располагались огромные часы. Еще висели разноцветные флаги. Также я заметил неподалеку фонтан. И рядом с ним была скульптура известной личности в мире науки. Неподалеку стояли подростки, которых незадолго до этого привез сюда ярко-желтый автобус, и о чем-то оживленно беседовали. Пусть это и не частная школа, как в моем родном Париже, но пока что общая атмосфера меня привлекала…

Я прошел еще пару шагов и оказался перед газоном, на который наступил. И тут же, незамедлительно услышал чей-то голос, доносящийся из громкоговорителя. Он строго вещал: сойдите с газона.

Насчет этого момента – у нас в школе было почти точно так же, поэтому я ничуть не удивился. И я не специально наступил на тот участок. К счастью, как только я сошел с газона, громкоговоритель замолчал. Вроде не успел привлечь к себе излишнего внимания. Мне еще в школе предстоит провести целый учебный день, не хватало еще нажить себе недоброжелателей до этого момента. Я прошел еще пару шагов и оказался у входа в здание школы. Достал из рюкзака телефон, хотел позвонить Саманте, но вдруг увидел, как она идет в школу вместе с каким-то парнем… Его лицо показалось мне смутно знакомым… Я стал вспоминать, где я мог его видеть, ведь до этого мы вряд ли где-то могли пересекаться. Я жил в Париже, в Штатах еще не был… И вдруг я вспомнил… Тот день, когда я захотел поехать в отель, чтобы увидеться с Самантой… Тот день, когда я выходил из дома в Париже и видел своего отца, который смотрел футбол… Я видел этого парня по телевизору… Шли соревнования и на одном из каналов их показывали… Этот парень был футболистом… Но что рядом с ним делала Саманта? Мне не хотелось думать, что у нее здесь был парень, а наш поцелуй в Париже и наше рандеву там оказались просто ошибкой… Нет, мне не хотелось, чтобы это оказалось правдой.

Когда Саманта и этот парень почти подошли ко входу, я думал, что Саманта меня и не заметит… Так она была увлечена своим собеседником.

К счастью, заметила, но мне почему-то показалось, что она не сильно-то обрадовалась моему присутствию. Или просто так сильно удивилась, что на некоторое время растерялась? Хотелось бы верить, что второй вариант, а не первый.

– Марк? Ты здесь… – сказала Саманта.

Она явно была удивлена. Наверное, стоило ее предупредить о своем прилете. Но я-то думал сделать ей сюрприз. Приятный. Но что-то сейчас мне не казалось, что она так уж обрадовалась моему приезду, хотя и улыбалась. Но скорее из вежливости… И что этот футболист делает рядом с ней? Что может быть общего между ним и Самантой? Саманта любила искусство, литературу, а не футбол. Наверняка, для этого футболиста Саманта лишь одна из многих. Знаю я таких любителей коллекционировать всех девушек школы. Я не был таким. И мне казалось, что у нас с Самантой немало общего.

– Прости, что не предупредил о своем прилете, – ответил я. – Буду учиться в твоей школе, ученик по обмену. Здорово, правда?

Реакция Саманты все еще оставалась для меня странной. Она вроде и была рада видеть меня, но в тоже время все было не так, как я себе представлял… Такое двоякое противоречивое чувство вызвала у меня реакция Саманты…

– Нет-нет, все в порядке. Просто это и правда очень неожиданно. Но я рада, что ты будешь учиться здесь. Уверена, тебе понравится.

Саманта лучезарно улыбнулась.

– Скоро начнется первый урок, – продолжила она.

Я кивнул.

– Пора идти, – вновь повторила Саманта, и направилась ко входу школы.

Футболист, стоявший до этого рядом с ней, и который даже не сказал в мой адрес вежливое приветствие, увязался за ней, предварительно смерив меня недобрым взглядом…

Да уж, явно не такой я представлял себе нашу первую встречу с Самантой в Штатах. Совсем не такой.

Я не думал, что один из первых дней в Штатах обернется для меня… дракой в школьном дворе с футболистом. Тем самым спортсменом из телевизора, которого я видел у себя по международному каналу в Европе. Драка случилась спонтанно. Внезапно. Я шел к своему столику, когда взял обед, и когда проходил мимо Джоша, случайно задел его. Хотя такой цели не было. Сдался мне этот футболист… Саманта и сама слишком умна и обязательно поймет, что этот парень ей не подходит.

Хотя мне сложно представить его и Саманту даже просто друзьями… Что между ними может быть общего? Что? Наверняка Саманту просто слегка удивил мой внезапный приезд, и поэтому у нее была такая реакция, когда мы встретились у ворот школы.

Футболист хмыкнул и состроил недовольное выражение лица. Я нехотя пробормотал извинения и направился к своему столику. Саманта сказала, что ей нужно в библиотеку, сообщив, что сегодня она взяла ланч с собой.

Когда я уже пообедал, то заметил, что тот футболист стоял вдали от своего столика и с кем-то беседовал. Этот парень мне явно не нравился. А еще больше мне не нравилось то, что он вился вокруг Саманты. Я заметил, что к нему подошла одна девушка. Не Саманта. Футболист стал о чем-то с ней разговаривать. Они смеялись, а на прощание футболист слегка обнял ее, и она ушла, а футболист направился в сторону входа школы. Когда он проходил мимо моего столика, я не сдержался и сказал ему:

– Что, одной Саманты мало? Или тебе нормально обнимать других, когда вьешься вокруг Саманты?

– Что ты сказал? – спустя несколько секунд со злостью спросил он.

– А ты что, еще и глухой у нас? Глухой футболист, который не пропускает ни одной девчонки?

Я общался здесь по-английски, поэтому Джош все понимал.

И вот тогда и случилась драка… Футболист резко подскочил ко мне, я тут же встал из-за стола и хотел опередить его, нанеся первый удар. В частной школе, в Париже, у нас как-то шли уроки самообороны, я знал пару приемов, хотя в стрессовых ситуациях и в деле мне еще не доводилось их применять. К тому же этот футболист был сильнее меня, моя же прошлая модельная карьера и контракты по рекламным съемкам не позволяли мне что-то делать со своим телом, например, набирать лишнюю мышечную массу и многое другое, о чем я сейчас уже успел пожалеть. Футболист оказался более ловким. Я отлетел в траву, но тут же быстро поднялся, нанес ему ответный удар, так продолжилась драка. И неизвестно, чем бы все это закончилось, если бы мы не услышали крик Саманты.

– Что здесь происходит? Эй, я у вас спрашиваю. Отцепитесь же вы друг от друга.

Я еще никогда не видел Саманту настолько злой. И никогда не слышал, чтобы она так кричала. Но могу представить, как ее шокировала увиденная сцена. Но я не мог промолчать и ничуть не жалею, что все-таки сказал то, что сказал, этому футболисту. Он недостоин Саманты.

Когда мы отцепились друг от друга (точнее, Саманта разняла нас), я увидел, что у футболиста рассечена губа и ссадины на руках, он был в футболке. У меня же тоже были ссадины и болело все тело: остается лишь надеяться, что обошлось без переломов. Мы тяжело дышали и еще толком не могли говорить, поэтому молчали. Я посмотрел на Саманту: та стояла с книгой в руках (видимо, взяла в библиотеке) и смерила нас негодующим взглядом.

Я должен был рассказать Саманте о том, что этот футболист обнимался с другой. Должен. Но не успел: кто-то из других учеников вызвал директора школы. Я не думал, что мое такое короткое пребывание в Штатах и учеба здесь повернется в такое русло. Остается лишь надеяться, что не исключат… С Самантой поговорю позже. Директор позвал нас обоих (футболиста и меня) к себе в кабинет на серьезный разговор…

Глава 39

Джесси Олбрайт

США

Замечательно, что эта выскочка Сэм все же согласилась прийти на мою вечеринку. Надо же, спустя столько времени сделала мне одолжение. А то много думала: то соглашалась, то снова думала. Но ничего, эта вечеринка станет для нее настоящим позором. Поддельные фотографии, сделанные с помощью фотошопа, а также смонтированные видео ждут своей очереди. Так предвкушаю этот момент. И сейчас даже уже неважно, что Джош крутится вокруг нее. Уверена, что после того, как большинство учеников из школы узнают о Саманте некоторую информацию, и об этом пойдет слух по всей школе, Джош непременно прекратит с ней любое общение. В моих планах было пустить по всей школе ложные слухи про Саманту, нечто из личного… Но, конечно, я все предусмотрела: нельзя было допустить того, чтобы Саманта догадалась, что инициатором всего этого была именно я. Поэтому я договорилась с некоторыми учениками, что мы разыграем все так, что якобы один из друзей нашего общего одноклассника (которого Саманта не знала, а значит, не могла ни о чем догадаться) знает о Саманте нечто такое, что непременно нужно рассказать всем. И кое-что покажет… Ими и окажутся поддельные фотоснимки и шокирующие видео… Уже все продумала: я, конечно, удивлюсь всему этому, попрошу этого человека быстрее все выключить, а Саманту успокоиться и не переживать (наверняка, она начнет нервничать). Но сама же мысленно буду радоваться тому, что все получилось…

Эта выскочка Сэм еще пожалеет, что согласилась на ухаживания Джоша. Обязательно. Кто бы мог подумать, что Джош обратит свое внимание именно на эту страшилку Саманту! Я-то думала, что он также посмеется над ней и можно будет разыграть эту простушку, устроить ту шутку с анонимными посланиями якобы от имени Джоша… Но все оказалось не так, как я хотела. И это невероятно злит меня.

Глава 40

Джесси Олбрайт

США

…Мы сидели с подругами неподалеку от школы, в кафе «Мятежные Сердца». Впервые зашли сюда. Здесь мы решили, что будет безопасно обсудить наши планы на вечеринку и то, как лучше опозорить Саманту Митчелл перед всей школой. Само же помещение кафе лично мне не понравилось. Я знала, что здесь часто бывали не такие богатые ученики школы. Они считали это место атмосферным… Но я видела здесь лишь нежелание хозяина кафе проводить более глобальный ремонт. Да и мебель не мешало бы обновить. А вот в том клубе, где обычно собиралась вся элита школы, было более уютно. Как по мне. Не то что здесь. Но сейчас именно это место казалось мне более безопасным для того, чтобы обсудить с подругами предстоящую вечеринку, на которой Саманта Митчелл будет опозорена.

Я знала, что сама Саманта тоже здесь иногда бывала. Но сейчас уже поздно: в такое время, я думаю, что она не станет заезжать в это кафе. Обсуждать же вечеринку у меня дома не было лучшим решением, там нам могли помешать родители. В нашем клубе, куда мы обычно ходили – тоже не лучший вариант. Там много камер. А здесь их, в этом старомодном кафе, как раз и нет. Идеальный вариант для того, чтобы все обсудить. Не на улице же это делать. Плюс заодно отведаем кухню этого кафе. Не думаю, что здесь найдется что-то низкокалорийное, так как я слежу за своей фигурой, в отличие от Саманты… Но стоит попытать удачу и выбрать в меню что-то на это похожее… А пока нам принесут наши заказы, мы спокойно обсудим наш план…

Глава 41

Джош Лэндер

США

Нет. Испортить свое будущее отцу я точно не позволю. С момента нашего последнего разговора (я бы сказал, ссоры) прошло совсем немного времени, но я все же надеялся на то, что отец теперь-то уж точно все поймет и не начнет заводить свои разговоры о прекрасном будущем, которое он сам мне избрал. Но чуда не случилось. Увы. Даже кажется, что отец стал более настойчиво склонять меня сделать свой выбор в пользу футбольной карьеры.

– Ты совсем в последнее время стал неуправляемым! – кричал отец. – Спросишь, когда именно? Что это за драка была в школьном дворе? Зачем ты сцепился с этим учеником по обмену? Ты портишь свою репутацию, отвечая на разные выпады. А мне потом пришлось разговаривать c директором, чтобы не исключали тебя. У тебя же экзамены на носу. А ты такое себе позволяешь.

Отец говорил с такой ненавистью в голосе… Со злостью… С таким презрением… Словно я был ему не родным сыном, а кем-то совершенно чужим.

Мне не хотелось разжигать этот конфликт и дальше. Что еще тут сказать? Отец все равно вряд ли поймет меня. Если у него на уме один футбол, то нам вряд ли по пути, и мы не найдем общий язык. Никогда.

– С тобой невозможно разговаривать, – спокойно сказал я и направился в сторону двери.

Хотелось как можно скорее убраться из этого дома. Переночую пока у друга. А там, может быть, отец поймет, что я сам вправе принимать решения насчет своей дальнейшей жизни… И в мои планы футбол не вписывался. На улице шел ливень, но мне было все равно: не хотелось оставаться в этом доме. Ни минутой больше.

– Ты куда? – услышал я грозный голос, отец последовал за мной. – Там ливень. Вообще-то мы не договорили.

Капли дождя стучали по крыше дома, казалось, что там настоящий потоп. А еще я заметил в приоткрытой занавеске окна в холле, что на улице сверкала молния. Но в то мгновение мне и правда было все равно. Уж лучше ливень и молния, чем этот дом и отец со своими разговорами о футболе и моем прекрасном (для него) будущем.

– Разве? Я думаю, что мы обо всем поговорили. Не надо звонить мне. Вернусь, когда захочу. Если захочу, – добавил я.

– Ты никуда не пойдешь, – резко возразил отец, попытавшись преградить мне путь, но я оказался проворнее. Добежал до двери, открыл ее и оказался на улице. Под проливным дождем. Мой «понтиак» стоял неподалеку от дома. Когда я сел в него, то не сразу включилось зажигание. Автомобиль был уже довольно старым, но мне он нравился, поэтому я не спешил с ним расставаться. Да и ездить в школу было удобнее, чем на автобусе.

Через стекло я видел отца, который стоял на крыльце дома и что-то кричал. Пытался вернуть меня домой. Но бежать за мной не стал. Видимо, понял, что это бесполезно, и я все равно уеду. Я нажал на педаль газа и тронулся в путь. До дома друга ехать не так много. Но не уверен, что хватит бензина, поэтому придется остановиться на автозаправке неподалеку от кафе «Мятежные Сердца» (там недорогой бензин), заправиться, а затем добраться до места назначения.

…Когда я проезжал мимо кафе, то заметил возле окна… Джесси и ее подруг. Так странно, раньше я никогда их там не видел. И вроде бы даже слышал, что они не слишком уж лестно отзывались об этом месте. А мне там очень даже понравилось, когда я там первый раз побывал. Позже посещал это место еще несколько раз, но уже не видел там Саманту. Просто, наверное, не пересекались по времени. Это было еще до того, как я пригласил ее на первое свидание. Что же сейчас, тем более в такой ливень и так поздно, делала в этом кафе Джесси? Они что-то бурно обсуждали: Джесси жестикулировала, смеялась и что-то показывала на листе бумаги.

Несмотря на ливень и общее позднее время, я все же остановился, вышел из машины и решил войти внутрь. Спросить, что они там делали в такой поздний час. Все же не хотелось, чтобы с ними что-то случилось. Ливень идет, еще и поздно. Как они домой добираться будут? Но не успел я войти внутрь, как они уже встали из-за столика и сами направились к выходу. И вот тогда-то я услышал разговор, после которого решил сменить направление и ехать уже не к другу, а к Джесси. И нет, не ради Джесси, а чтобы спасти Саманту… Я услышал весь план Джесси, как она обсуждала со своими подругами то, что собирается опозорить на своей вечеринке Сэм. Я отговаривал Саманту от этой вечеринки, но она, видимо, все же согласилась. Предлагал пойти с ней вместе, но Саманта решила, что это может разозлить Джесси.

С ума сойти, какие люди меня окружают. Джесси невероятно меня злила. Старшая школа «Вэлли Хилл» – поистине жуткое место. К счастью, учеба не вечна, и слышать потом ничего я не хочу про футбол, богатеньких модных подростков и людей наподобие Джесси…

Несмотря на то что дождь был сильным, я мог отчетливо слышать, о чем они говорили. Голос Джесси был звонким. Ядовито-елейным. Я стоял за стеной кафе, так что они меня не видели. Слушал их. И весь случайно услышанный их план по тому, чтобы опозорить Саманту на всю школу, был таким масштабным и таким ужасным, просто кошмарным, циничным, подлым и грязным, что я просто не мог не поехать за ними и не предупредить её. Конечно, можно было прямо сейчас подойти к этой компании злостных и глупых подружек и сказать им, чтобы они этого не делали. Но я решил, что будет лучше доехать до дома Джесси (она затеяла вечеринку именно там) и рассказать обо всем уже перед всеми. А не только самой Джесси. Думаю, что вот уж тогда и сама Джесси будет опозорена, ее план не сработает.

Для начала я хотел набрать Саманте или отправить сообщение, предупредить. Но, к моему несчастью, села батарея.

Надо срочно ехать спасать Саманту… Когда я увидел, что Джесси и ее подруги сели в автомобиль (оказывается, они приехали сюда на машине Джесси и просто припарковали ее в другой стороне от входа в кафе) и уехали, я тут же поспешил к своему «понтиаку», моля о том, чтобы он не начал барахлить (к счастью, не начал) и отправился вслед за ними.

Саманта не должна быть опозорена перед всей школой. Ни в коем случае.

Глава 42

Саманта Митчелл

Жизнь до аварии

Сборы на вечеринку

Я все же согласилась пойти на вечеринку Джесси. Теперь, когда я была точно уверена в том, что Джош ни в каком с ней не в сговоре, а я ему действительно интересна, мне нечего бояться. Что она сделает на вечеринке? Что-то подбросит в стакан с содовой? Я ничего не буду пить. Парней на вечеринке планировалось не так много: одноклассники и из параллельных классов. Люди, которых я знала немало времени. Пусть и не со всеми мы ладили, но не думаю, что они могут устроить что-то плохое. Может, наоборот, к окончанию учебного года все решили помириться. И эта вечеринка, которую организовала Джесси, стала бы тем самым событием, которое мы все станем вспоминать спустя годы после выпуска. Думаю, ничего плохого не случится.

Будет хотя бы что вспомнить, еще ни разу не была на таких масштабных школьных вечеринках. Меня туда обычно никогда не приглашали. Жаль, что Сандра не смогла пойти вместе со мной: нужно быть рядом с братом. Сейчас ее поддержка не помешала бы. В последнее время из-за ее семейных обстоятельств мы виделись не так часто, как раньше, поэтому не с кем было обсудить важные события моей жизни. А за последние дни слишком много всего случилось. С Кейт было бесполезно говорить о чем-то личном. Она почти все подобные темы сводила к тому, что мне просто нужно следить за собой. Можно подумать, что спортивная фигура и дорогая одежда сделают человека другим.

За окном шел ливень. Мне не хотелось ехать в такую погоду на эту вечеринку. Но я уже пообещала, что приду. И потом: это всего лишь дождь, каким бы сильным он ни был. На вечеринку – на машине, в доме Джесси приведу себя в порядок. Ничего плохого не случится.

Мне вдруг захотелось поговорить с Джошем, но когда я набрала его номер, то услышала, что номер абонента недоступен… Он поначалу отговаривал идти на вечеринку и вовсе, но позже предложил поехать с ним вместе, однако я отказалась. Не знаю, правильно или нет, но я сочла это разумным решением по той причине, что неизвестно, как на это отреагирует Джесси. Не станет ли ревновать… Поэтому я решила идти на вечеринку одна, а с Джошем быть на связи. Если что – всегда можно вернуться с вечеринки раньше запланированного времени. Джош мог приехать и забрать меня с вечеринки. Кейт планировала быть там, но в итоге убежала куда-то со своим парнем. Так что я осталась одна.

Незадолго до этого мы разговаривали с Джошем… О разном. О его драке в школьном дворе и ее причинах, о Джесси и ее вечеринке, об отправителе тех анонимных посланий, подброшенных в мой локер (это был не Джош, но почему Джесси думала, что он?). О многом. И о Марке тоже… Марк продолжал учиться в нашей школе, но его перевели в другой класс. И я была этому рада. Меньше с ним пересекаться – лучшее решение. Он делал попытки заговорить со мной на общих переменах, то в кафетерии за обедом, то поджидал меня у ворот школы, когда у него уже закончились уроки, а у меня еще нет. Но мне не хотелось продолжать с ним общение. Та их драка с Джошем во дворе школы… она случилась по его вине.

Марк рассказал мне то, что видел, как Джош приобнял какую-то девушку и потом высказал ему все, когда тот возвращался в школу после обеда. Но оказалось, что та девушка была сестрой Джоша. Да, у Джоша была и двоюродная сестра, а я и не знала. Совсем недавно мы познакомились. Милая девушка. Совсем не такая, как Джесси. И я считаю, что Марку нужно было сначала поговорить с Джошем. Спросить у него, кто это был (если он так сильно ревновал меня), убедиться, что это сестра, всего лишь родственное безобидное объятие, а не кидаться с обвинениями в адрес Джоша. Конечно, Джош не выдержал и набросился на него. Не хочется оправдывать ни того, ни того другого. Что случилось, то случилось. Но… Марку следовало бы научиться быть более тактичным и сначала спрашивать, а не строить свои предположения, гипотезы, которые в конечном итоге привели к драке. К счастью, обошлось хотя бы без переломов. Но ссадины, я так думаю, еще долго будут заживать. И стоило ли оно того?

Глава 43

Саманта Митчелл

Жизнь до аварии

Вечеринка

– Саманта, ты все-таки пришла! – пропел елейный голос Джесси после того, как она приторно-фальшиво улыбнулась.

Мне хотелось скрыться куда-то подальше и ничего Джесси не отвечать, но раз я все-таки пришла, надо быть немного вежливее. В конце концов, не нужно заранее себя накручивать и думать о плохом. Кто знает, может, Джесси и правда не преследует никаких тайных целей (мне кажется, что еще одной причиной, почему я все же согласилась прийти, стало простое любопытство и решение быть немного спонтанной, а не как обычно думающей только об учебе), а просто решила пригласить меня сюда, чтобы мы все вместе весело провели время. В конце концов, до выпуска из школы не так много времени, будет хоть что вспомнить кроме бесконечной учебы, уроков, домашних заданий. Я никогда не бывала на подобных вечеринках. Меня до недавнего времени на них никто и не звал. Я была невидимкой в школе. И до сих пор удивляюсь, как Джош Лэндер, красавчик-капитан школьной футбольной команды, обратил на меня внимание. На меня, а не на очередную чирлидершу модельной внешности, которых в старшей школе «Вэлли Хилл» слишком много. Но Джош каждый раз, словно читавший мои мысли, убеждал меня в том, что его чувства ко мне искренние, а другие девушки ему совершенно безразличны. И я верила ему.

– Да, пришла. Хотя на улице сильный дождь. Остаться дома было большим соблазном, – честно ответила я.

Джесси кивнула, окинула меня взглядом, а затем сказала:

– Что ж, предлагаю начать веселье. Подожди меня здесь, и да, можешь сходить в ванную для гостей на первом этаже, я скоро вернусь.

После этого Джесси куда-то ушла, оставив меня в шуме музыки, грохочущей откуда-то из недр другой комнаты.

Я вздохнула. После того как я привела себя в порядок (поправила макияж, переоделась в сухую одежду) и вышла из ванной, Джесси все еще не было. О каком веселье она говорила? Где все? Я посмотрела по сторонам. Сейчас я была на первом этаже огромного особняка Джесси. Он двухэтажный. На первом этаже просторная гостиная: кресла, столик, шкаф, на стенах висят не только их семейные фотографии, но и интересные картины. В углу комнаты была лестница, ведущая наверх. На второй этаж. Именно оттуда доносилась громкая музыка, а еще какие-то возгласы парней и девушек… Стоны… Кажется, им было хорошо. Но здесь, стоя одна на первом этаже, я чувствовала себя одиноко. Джесси ушла и не торопится возвращаться, Джоша рядом нет. Сандры и Кейт тоже. И эта вечеринка кажется мне довольно странной. Не могу сказать, что у меня от нее были какие-то особенные ожидания, но раз Джесси так настойчиво и неоднократно меня на нее приглашала, то сейчас все это выглядит немного странно. Я пришла, а никакого веселья что-то не ощущается.

Мне хотелось подняться на второй этаж и узнать у Джесси о ее планах. Что мы будем делать… Потому что сейчас все это даже близко не напоминало веселую вечеринку. Слишком странно. Я вздохнула, прошла несколько шагов и подошла к окну. На улице все еще шел сильнейший дождь, не переставала сверкать молния. И дождь, кажется, только усилился с момента моего приезда. Я достала из кармана мобильный и решила снова набрать номер Джоша. Может, его голос поможет мне совладать с паникой и успокоиться, а также не думать о том, что Джесси что-то замышляет. Беспокоить Сандру не хотелось, у нее своих забот и проблем хватало. Кейт не до меня, пусть развлекается со своим парнем. А уж о том, чтобы тревожить родителей и речи не шло. Мама и так еле-еле отпустила меня на эту вечеринку. Но я уговорила, потому что Кейт и так делает, что хочет, а я не могла пойти на простую вечеринку с одноклассниками… К тому же, с Джошем ведь на свидания отпускала. А тут хотя и одна – но что может случиться плохого? Мама сдалась и отпустила. Она знала, что я благоразумна и точно не совершу никаких глупостей. Условились, что я дам знать, как доберусь до места (это уже сделала, когда еще только припарковала машину и не вошла в дом Джесси), и где-то в разгаре вечеринки позвоню маме, чтобы она понимала, что со мной все в порядке. И сейчас беспокоить родителей преждевременными звонками – не лучшее решение. Неизвестно, что подумают. Справлюсь как-нибудь сама со своей тревогой.

Я снова набрала номер Джоша. Его телефон все так же выключен. Странно. Почему не позвонил мне? Или хоть отправил короткое сообщение. И хотя я верила Джошу и в его слова любви ко мне, но сейчас было сложно справиться с эмоциями, в которых преобладала злость. Все в миг показалось бессмысленным. В сущности, я ведь очень мало знала Джоша Лэндера. Что с того, что мы провели незабываемые романтические свидания вместе? Для некоторых людей это порой может и вовсе ничего не значить. Может, Джош все-таки из таких? И это просто мои наивность и попытка идеализировать его сыграли со мной злую шутку, и он все-таки не тот милый парень, за которого так хорошо выдает себя? Что если он и правда замышляет что-то с Джесси? Мне не хотелось думать о плохом, но сейчас я была готова поверить во что угодно. Слишком странной показалась мне эта вечеринка… Может, стоит уйти, пока не поздно?

Я снова прислушалась к звукам наверху. Кажется, стоны смолкли. Музыка стала чуть тише, а вместо нее слышался голос Джесси и ее подруг. Их голоса я никогда ни с кем не спутаю. Но что именно они говорили – мне было почти не расслышать. Доносились только странные обрывки фраз, которые смешиваясь с шумом хлеставшего по окнам дождя, растворялись в воздухе, и из-за них ничего не удавалось услышать. Осознав, что Джош так ничего и не ответил, а Джесси так и не вернулась (неужели забыла про меня?), я решила, что пора подняться на второй этаж. Все-таки уйти, не попрощавшись, будет странно. Скажу, что срочно понадобилось уехать домой, пожелаю им хорошо провести время, и уйду из этого дома. Мне стало вдруг слишком некомфортно находиться здесь одной. Только я и дождь за окном…

Но не успела я пройти и пары шагов, как услышала, а потом и увидела Джесси.

Она спускалась с лестницы в компании своих закадычных подруг и мило улыбалась. В руках у нее был какой-то проектор. Вроде того, с помощью которого транслируются слайды на стене. Интересно, мы что, кино смотреть будем? Я уже ничего не понимала. Я ожидала что-то более шумное и веселое, нежели обычный домашний просмотр фильмов в компании Джесси и ее подруг. Но спустя пару мгновений я поняла, что ошиблась. Со второго этажа, вслед за Джесси, стали спускаться и другие. Немало людей из школы. И как только там уместились. И да, люди из школы привели еще каких-то своих знакомых? Я думала, будет иначе… Мне все это не нравилось.

Я знала многих, но мало кто знал меня. Или мне так всегда казалось? Для многих я так и оставалась всего лишь невидимкой по имени Саманта. Когда, наконец-то, все спустились, мне на удивление стало намного спокойнее. Кажется, все-таки намечается вечеринка но почему они все сначала были наверху, а только затем спустились ко мне? Так все это странно. Но я радовалась тому, что среди всех этих людей не оказалось Джоша. Я бы не вынесла того, что доносившиеся до этого сверху стоны могли гипотетически принадлежать Джошу и какой-нибудь нескромной чирлидерше… Но, к счастью, кажется, Джоша здесь и не было…

Я решила подумать о том, почему его телефон заблокирован, позже. (Может, просто села зарядка? И вскоре отзовется и напишет?) И в конце концов, я тоже имею право повеселиться. Просто буду осторожной и не стану терять бдительность и упускать Джесси из виду. Как только и если почувствую какую-то опасность, тут же уйду. Вряд ли при таком количестве народа Джесси подумает сотворить что-то ужасное. И только эта мысль меня и успокаивала. Все люди из нашего класса и параллельных не могли быть такими же, как Джесси.

Эпилог

Реабилитационная клиника

Саманта Митчелл, США

Сегодня мой последний день в реабилитационной клинике. Лечение продолжится уже вне медицинского учреждения. Я так и не смогла полностью восстановить себе память. Но врачи говорят, это чудо, что я и вовсе что-то вспомнила. Некоторым пациентам везет и того меньше, чем мне. От этих слов мне не стало более радостно на душе, хотелось вспомнить все моменты своей жизни. Абсолютно все. Но чуда не произошло. В голове продолжали хаотично мелькать черно-белые фрагменты прошлой жизни. Но все они, к сожалению, были не столь значительными. Ярких открытий и вспышек озарения не случилось. Пока я пребывала в размышлениях, услышала, как меня кто-то позвал по имени. Это оказался Каспер. Он вошел ко мне в палату в своей фирменной бейсболке, футболке и джинсах.

– Чем занята? – спросил меня Каспер, когда подошел ближе.

На мгновение мне показалось, что слишком уж радостный у него вид. Неужели он вспомнил что-то значительное и важное из прошлой жизни? Буду рада, если так.

Я посмотрела на Каспера, такой симпатичный… И даже шрам на лице ничуть не портил его внешний вид. Я все продолжала смотреть на Каспера и понимала, что… влюблена. Но испытывал ли и Каспер то же самое по отношению ко мне? Да, мы часто общались, у нас даже успели появиться совместные шутки на разные темы, понятные только нам двоим.

Но даже этого скоро не будет. Все потому, что уже совсем скоро я уезжаю из этой реабилитационной клиники, а Каспер (насколько мне было известно) пока что еще задержится здесь. В отличие от меня его процесс реабилитации проходил значительно хуже. Если я вспомнила хоть что-то из прошлой жизни (мне кажется, что очень мало), то Каспер и того меньше. Врачи клиники сообщили, что ему было бы лучше задержаться здесь еще на некоторое время. Я же поеду домой. Мы еще не обсуждали с Каспером, как будем общаться дальше. Но мне очень хотелось бы, чтобы наше общение непременно продолжилось. Мне будет не хватать наших бесед. Но самое главное… мне будет не хватать самого Каспера. Этого симпатичного парня в бейсболке со шрамом на лице, который почти ничего не помнит из своей прошлой жизни.

– Вот собираю вещи, – наконец-то ответила я Касперу, когда поняла, что молчаливая атмосфера немного затянулась. – А ты еще остаешься здесь? Или нет? – задала я ему вопросы, не дождавшись его реакции на мой ответ.

Каспер вздохнул. И, кажется, снова загрустил.

– Да, врачи клиники рекомендовали мне еще здесь задержаться, – ответил Каспер. – Но я рад за тебя, что тебе лучше.

– Ты больше ничего не вспомнил с той поры? Может, было что-то еще? – спросила я, мне так хотелось, чтобы Каспер вспомнил что-нибудь еще, хоть что-то.

Я так переживала за него. Неимоверно. Я отложила в сторону сумку, в которую складывала вещи для поездки домой, и посмотрела на Каспера. Только сейчас я заметила, что у него в руках был рюкзак. И пока я собиралась с мыслями, что еще можно сказать в этот самый момент, что-то ободряющее, чтобы Касперу не было грустно, он заговорил сам:

– Пока что нет, но надеюсь, что это случится в ближайшее время. Кстати, это тебе, – произнес он, доставая из рюкзака аккуратно сложенный лист бумаги.

Мне стало любопытно, что там. И в тот момент, когда Каспер протянул мне лист бумаги и я увидела, что там, мое сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Там был мой портрет. Аккуратно нарисованный карандашом. И именно в тот момент я все вспомнила. Это случилось так неожиданно, словно мимолетная вспышка. Все те недостающие фрагменты моей жизни, которые так отчаянно пыталась вспомнить почти все дни моего пребывания в этой реабилитационной клинике. С самого начала. И подумать только, в этом мне помог… нарисованный Каспером портрет. Точнее, не Каспером, а… Джошем Лэндером! Ничего себе, передо мной стоял Джош Лэндер. Это он, как и я, попал в аварию, и мы оказались вместе в одной и той же реабилитационной клинике, но не узнавали друг друга, так как почти ничего не помнили из своей прошлой жизни, кроме хаотичных воспоминаний. Значит, все это время, все эти дни, я была влюблена в Джоша Лэндера. Не в Каспера, незнакомца из клиники, а в того самого парня из моей школы в Штатах, с которым я была на свидании. На самом лучшем свидании в своей жизни. Я все вспомнила. Это чудо, что я смогла все вспомнить. Но неужели Каспер так и не вспомнит меня?

– Спасибо, очень похоже, у тебя талант – ответила я Джошу, взяв рисунок из его рук. – Когда ты успел его нарисовать?

Джош улыбнулся. Затем ответил:

– На самых скучных сеансах психотерапии в этой клинике, которая мне уже надоела.

Я тоже улыбнулась. С чувством юмора у Джоша все было в порядке. Но мне было грустно от того факта, что он просто нарисовал меня, но не помнил, что я это я, то есть Саманта Митчелл. Он не помнил этого. Интересно, вспомнит ли? И как я могу ему в этом помочь? Просто рассказать? Не станет ли столько новой для него информации ударом по психике? К тому же, мне хотелось, чтобы он вспомнил все сам, ненавязчиво и плавно, постепенно. И тогда придумала вот что: отправить ему после отъезда из клиники сообщение (словесно все рассказать было бы сложнее), в котором еще раз поблагодарю за нарисованный портрет и добавлю, что именно благодаря ему я все вспомнила. И хотела бы, чтобы вспомнил и он. Я написала в электронном сообщении «Семь причин помнить Джоша Лэндера». Хотела, чтобы он потом прочитал эти строки и в его сознании все прояснилось. Над причинами подумаю позже. А пока сохраню черновик.

Позже я открыла начатое сообщение и, дописав, отправила ему:

1) Ты подарил мне невероятный портрет. Помнишь тот день, когда мы были на свидании? Восхитительный рисунок. У тебя талант.

2) Кстати, насчет того свидания в кинотеатре под открытым небом и прогулки после него в парке… Это было прекрасно.

3) Ты отлично целуешься. Я помню наш первый поцелуй. И все последующие. Вспомнила. Долгие и страстные.

4) Ты подрался за меня в школе. С тем учеником по обмену, Марком. Помнишь? Хотя да, об этом лучше вспомнить и тут же забыть!

5) Ты отличный собеседник. Я никогда не забуду наши разговоры. Ни в клинике, ни до нее.

6) Ты хотел спасти меня от позора перед всей школой. Если бы не ты, Джесси Олбрайт привела бы свой коварный план в жизнь. О том, что Джесси хотела меня все-таки опозорить на той вечеринке, но с которой мне удалось уйти раньше часа X, мне проболтался человек из другого класса, а позже я увидела запись с видеокамер наблюдения в кафе «Мятежные Сердца». Я ушла с вечеринки раньше из-за того, что внезапно позвонила мама, сказав, что веселье отменяется, нужно ехать домой, отцу стало плохо… Хотя планировала все же немного там задержаться. Джесси только принялась настраивать проектор (я думала, что мы будем смотреть кино), как вскоре мне позвонила мама, сообщив новость об отце. Пришлось уехать.

И так сложилось, что мы оба попали с тобой в аварию, в тот день. Ничего не зная об этом. Твой телефон был выключен. Шел сильный дождь. Ты, как потом оказалось, хотел спасти меня, но не доехал до дома Джесси (об этом я узнала с камер видеонаблюдения в кафе «Мятежные Сердца», у хозяина заведения они все же были. Том показал мне видеозапись всех разговоров).

Ты поругался до этого с отцом (как я узнала у твоих родителей, когда захотела восстановить причинно-следственные связи событий и во всем разобраться, и тогда многое стало на свои места). А я ехала в тот день с вечеринки Джесси, но из-за звонка мамы и плохих новостей из дома (что с отцом что-то случилось), я смогла уйти с вечеринки раньше времени. Джесси, конечно, негодовала (уже тогда ее поведение казалось мне странным и подозрительным), но ничего поделать не могла. Не удерживать же силой. Так я не оказалась опозорена на всю школу. Зато потеряла на некоторое время память. Как и ты. Попала по пути домой в аварию… Угораздило же меня в тот день добираться до вечеринки Джесси не на автобусе, а на машине. Попала в аварию. Видимо, сказались нервы. И я сильно переживала за отца. Но, к счастью, он поправился. Был инфаркт. А еще и тот дождь. Было сложно вести машину. Я помню лишь эпизоды, все произошло настолько стремительно: я еду, мимо мчится другой автомобиль, капли дождя хлещут по стеклам, я пытаюсь объехать, мое авто выбрасывает в сторону, резкий удар и дальше словно пустота. Мрак.

А у тебя свои эмоции, видимо, играли. Злость на отца и на Джесси. И снова этот сильный дождь, мешающий нормальному управлению автомобиля. Позже мы оказались с тобой в одной реабилитационной клинике, общались, но не помнили друг друга. Невероятно. Но я все вспомнила. А ты? Мне хотелось бы, чтобы и ты тоже вспомнил.

7) Ты просто прекрасный человек. Я не жалею ни об одном дне и моменте, проведенном с тобой вместе.

Дописав последнюю строчку, я еще раз просмотрела все пункты письма, озаглавив его «Семь причин помнить тебя», и с замиранием сердца нажала на кнопку отправки сообщения, добавив в конце подпись:

P.S. Твоя Саманта Митчелл…

На самом деле, причин помнить тебя у меня гораздо больше. Но думаю, что для первого раза достаточно, чтобы не слишком перегружать твою голову. Надеюсь, что после прочтения этих строк ты что-то вспомнишь.

Прошло еще некоторое время, прежде чем Джош смог окончательно вернуть себе память. Он пострадал тогда в аварии больше меня. Но я так рада, что он все-таки все вспомнил. А еще я рада тому, что мы стали больше, чем просто друзьями. Пусть наша история любви была сложной и трагической, но хэппи-энд все-таки случился. Скоро мы уедем поступать. Наши пути не разойдутся. Джош подобрал себе специальность в одном колледже, связанную с рисованием, неподалеку от моего. Мы будем встречаться и дальше. Жизнь продолжится, как и наша история любви. А что насчет Джесси и того, что она хотела опозорить меня на всю школу… Пусть это останется на ее совести. Хочется верить, что со временем она перестанет быть настолько злым человеком и поймет, что можно быть добрее. Но, кажется, она совсем не раскаивается в своих злых умыслах…

Даже извинений от нее не услышала. Действительно, на что я рассчитывала? Такие, как Джесси, не меняются. Но мне не хочется держать в сердце обиды и позволять плохому настроению овладевать моим разумом. Хотя да, если бы не та вечеринка, я бы не попала в тот день в аварию… Я бы просто находилась тогда дома. Не оказалась опозорена на всю школу, зато попала в аварию. И это страшно… Джесси Олбрайт же не раскаивается… Но карма существует… Поэтому сейчас я выбираю не концентрироваться на плохом, а начать новую жизнь. С чистого листа. Когда начнется колледж, школа будет мне только сниться. Надеюсь, что не в кошмарах. Главное: все обошлось, я выжила. Стараюсь не думать о том, что могла погибнуть в тот день, произошла та жуткая автокатастрофа. Я выжила, и это главное. И Джош тоже выжил. И все, что с нами случилось – не иначе как судьба…

Что насчет Марка, ученика по обмену из Парижа… Он улетел домой. Я поговорила с ним, и он понял, что я люблю Джоша. Конечно, ему было непросто принять мой выбор, и я понимаю его, каково это, любить безответно, но я не могу давать ему ложную надежду на совместное будущее. Ведь я любила и люблю Джоша Лэндера. Хочется верить, что Марк еще найдет себе другую девушку…

– Я люблю тебя, Саманта Митчелл, – вдруг услышала я признание, когда возвращалась домой после непродолжительной прогулки. Врачи в клинике рекомендовали мне больше внимания уделять своему здоровью.

Это был голос Джоша. Джоша Лэндера. Я обернулась. Увидела его белоснежную улыбку. Шрам на лице почти зажил. При взгляде на него по телу пробежали мурашки.

Джош припарковался совсем рядом: сидел за рулем своего «Понтиака» оттенка ультрамарина и продолжал улыбаться. Именно тогда я поняла, что он все вспомнил. Окончательно. Память к нему вернулась. Он уже не тот безымянный парень в бейсболке, которого в реабилитационной клинике прозвали Каспером, поскольку он даже не помнил своего имени по прибытии туда. А сейчас все вспомнил. Наши свидания, нашу любовь. Я навсегда запомню то свидание в кинотеатре под открытым небом и другие моменты волшебных мгновений, проведенных вместе. Он снова Джош Лэндер. Парень, который выбрал меня из всех королев и чирлидерш школы. Мой родной и любимый Джош Лэндер, благодаря которому я узнала, какой может быть любовь… Восхитительно прекрасной. Всепоглощающей.

Я тут же подошла к нему, села в автомобиль и крепко обняла его. И какое же это было счастье. Мне так хотелось, чтобы этот миг никогда не заканчивался…

– Я тоже люблю тебя, Джош Лэндер – только и ответила я. – Тоже.

А после наших признаний в любви друг к другу случилось то, чего мы оба так долго хотели и страстно желали…

Благодарности

Спасибо моим читателям, а также людям, которые поддерживают меня и мои истории. Эта книга писалась долго, хаотично, без четкого плана, временами мне было сложно закончить ее, собрать все воедино, но благодаря вашей поддержке я все сделала.

А всем новым читателям: спасибо, что выбрали для прочтения историю Саманты Митчелл и Джоша Лэндера из старшей школы «Вэлли Хилл».

Далее вы найдете интерактивные задания по книге, с любовью составленные мной, надеюсь, вам будет интересно поразмышлять над ними:)

Кроссворд по сюжету книги

По горизонтали:

1. Марка машины главного героя Джоша Лэндера

4. Что стало символом встреч в Париже Саманты Митчелл и Марка Мореля

5. Каким видом спорта увлекался Джош Лэндер?

7. Кем была в школе Джесси Олбрайт?

9. На каком виде транспорта ездил Марк Морель?

10. Чем, помимо спорта, увлекался Джош Лэндер?

По вертикали:

2. Родина Марка Мореля

3. Где было свидание Саманты Митчелл и Джоша Лэндера?

6. В какую страну впервые, еще до Штатов, ездил учеником по обмену Марк Морель?

8. Фамилия одной из героинь

11. Кем приходилась Кейт Митчелл Саманте?

12. Чем увлекался Марк Морель?

13. Чем еще увлекался Марк Морель, помимо того, что в предыдущем вопросе?

14. Число подписчиков в блоге у сестры Саманты?

15. Что случилось во дворе школы между Джошем и Марком?

Тест по книге:

Кто из главных героев твой книжный краш?

Мини-тест по мотивам книги:

Ваше идеальное свидание прошло бы:

а) в кафе Парижа б) в кинотеатре США

Вы куда охотнее пойдете смотреть:

а) показ мод на неделе высокой моды

б) матч по футболу

Вы предпочтете добраться до свидания с парнем вашей мечты:

а) на мотороллере б) в кабриолете

4) На свидании вы были бы рады получить в подарок:

а) коробку конфет б) нарисованный собственный портрет

Ответы на тест:

Больше вариантов а) – твой книжный краш – Марк Морель. Парень-эстет, модель из Парижа, ученик частной французской школы.

Больше вариантов б) – твой книжный кра – спортсмен-красавчик из США, подросток Джош Лэндер.

Поровну: что ж, может, ты еще не определилась, кто твой любимчик?

Notes

1

Личный шкафчик ученика в американских школах.

Content

Джули Ричардс
Семь причин помнить тебя

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Эпилог

Благодарности

Кроссворд по сюжету книги

Notes