Ник Тарасов

Метатель

Глава 1

Тошнота выкручивала внутренности, словно невидимая рука палача. Я очнулся в липком поту, каждый нерв кричал об опасности. Сознание, будто треснувшее зеркало, отражало реальность искажённо и жутко. Желудок скрутило узлом — первая мысль метнулась к вчерашней тушёнке. Но внутренний голос, тот самый древний инстинкт выживания, вопил о другом.

В полумраке палатки я попытался восстановить дыхание, но тело отказывалось подчиняться. Перед глазами плясали призрачные огни, реальность плыла, словно отражение в бегущей воде. Каждое движение давалось с трудом, будто я пробирался сквозь густой кисель кошмара.

Свежий воздух — вот что должно было прочистить затуманенный разум. Я выполз из палатки, стараясь не разбудить своих случайных попутчиков — группу учёных, с которыми довелось оказаться в этой глуши. Предрассветный лес встретил мертвенной тишиной и холодом, пропитанным запахом гниющей листвы.

Но облегчения не наступило. Вместо этого мой взгляд зацепился за движение в тумане. Сначала — лишь размытый силуэт на грани видимости. Я замер, вглядываясь в молочную дымку. Фигура приближалась, и с каждым её шагом холод внутри становился острее.

Существо — язык не поворачивался назвать это человеком — двигалось рваными, неестественными движениями, словно марионетка в руках безумного кукловода. Когда я различил его лицо, время застыло. Перекошенный рот, оскаленные зубы и глаза… О боги, эти глаза! В них плескалось нечто настолько чуждое человеческой природе, что мой разум отказывался это принять. И эта тварь, это порождение кошмара, неумолимо сокращало расстояние между нами, двигаясь с единственной, чудовищной целью.

Я рванулся назад — и провалился в реальность. Простыня промокла от пота, сердце колотилось как бешеное. Потолок моей квартиры равнодушно белел в утреннем свете.

«Какого чёрта?» — подумал я, пытаясь стряхнуть остатки кошмара. Часы на тумбочке издевательски показывали 6:45.

«Твою мать!» — я подскочил как ошпаренный. Поезд через час, а я тут прохлаждаюсь, гоняя в голове бредовые видения про какие-то научные экспедиции и монстров в тумане. И ведь даже тушёнку последний раз ел пол года назад. Мозг, ты серьёзно?

Натягивая джинсы и одновременно пытаясь найти билет, я подумал, что пора завязывать с просмотром хорроров на ночь. Особенно когда с утра рано вставать. Хотя… что-то в том сне было такое… цепляющее.

Но это потом. Сейчас главное — успеть на чёртов поезд!

Знаете, что бывает, когда академики выползают из своих уютных кабинетов? Вот и я узнал, когда увидел эту картину маслом: кучка аспирантов с профессором стояли на краю цивилизации, будто инопланетяне на экскурсии. Их предводитель — профессор — напоминал ходячую энциклопедию в твидовом пиджаке, с той же пылью на плечах и тем же ворчливым характером, как у кота, которому вместо любимого паштета подсунули диетический корм. Они смотрели на меня так, словно я был особо примитивным видом местной фауны, который каким-то чудом научился ходить прямо и завязывать шнурки.

Их городские рюкзаки — о, это отдельная песня! — болтались на плечах как новогодние игрушки на кактусе. Один взгляд на эту амуницию, и я понял: впереди нас ждёт не поход, а целое реалити-шоу «Выживание интеллигенции в естественной среде». И, похоже, мне досталась роль ведущего.

Куда мы шли? О, всего лишь к Игнатьевской пещере — туда, где по местным легендам даже черти боятся заводить своих детей на экскурсии. Зачем? А кто ж его знает! Эти академические небожители не снизошли до объяснений простому смертному инструктору. Видимо, решили, что моя единственная функция — быть чем-то средним между носильщиком и GPS-навигатором с опцией разжигания костра. Что ж, я решил принять правила игры — в конце концов, кто-то же должен спасать их, когда их научные теории столкнутся с суровой реальностью.

А пещера эта, надо сказать, та ещё штучка. Местные о ней говорят шёпотом, крестясь и оглядываясь — мол, там такие тайны спрятаны, что археологам и не снилось. В детстве мне рассказывали, что в её недрах древние люди не только жили, но и рисовали свои первые шедевры. Этакий доисторический Лувр, только с летучими мышами вместо охраны и сталактитами вместо люстр.

Но наши учёные мужи смотрели на всё это как на строчки в Excel-таблице. Для них пещера была не местом силы и тайн, а просто очередным полем для эксперимента. Природа? Пфф, это же просто набор физических явлений! Закат? Банальное преломление света! Жуткие звуки в ночном лесу? Очевидно же, что это всего лишь результат взаимодействия воздушных масс с древесной растительностью! (Да-да, они правда так говорят.)

«Две недели туда-обратно», — сообщили они мне тоном, каким обычно заказывают пиццу. Видимо, в их представлении это должно было быть что-то вроде загородного пикника с полевой лабораторией и вечерним семинаром у костра. Они притащили с собой не только неподъёмные рюкзаки с оборудованием, но и железобетонную уверенность в том, что дикая природа обязана соответствовать их научным выкладкам.

О, как же я предвкушал момент, когда природа начнёт преподавать им свой собственный курс выживания… Без конспектов, зачётов и права на пересдачу.

Я, конечно, попытался намекнуть этим гениям, что их походное снаряжение больше подходит для пикника в Парке Горького, чем для уральской экспедиции. Их палатки выглядели так, будто их купили на распродаже в магазине детских игрушек. А когда я заикнулся про запасные батареи для их навороченной техники (которая, судя по виду, начинала паниковать уже при виде дождевой тучи), они посмотрели на меня как на неандертальца, предлагающего изобрести колесо.

Радиосвязь? «Зачем? — удивились они. — У нас же есть смартфоны!» Да, конечно. Потому что в горах Урала связь такая же стабильная, как курс рубля, а местные медведи, видимо, уже давно провели оптоволокно до каждой берлоги.

— У нас всё под контролем, — выдал один из аспирантов с таким выражением лица, будто его в детстве научили только одной эмоции, да и ту он забыл по дороге в университет. Прямо живая иллюстрация к учебнику «Как выглядеть максимально незаинтересованным в собственном выживании».

Ну что ж, моё экспертное мнение отправилось в тот же угол, где уже лежали здравый смысл и инстинкт самосохранения всей группы. Я для них был кем-то вроде говорящего рюкзака — полезная функция, но в целом не стоящая внимания их светлых умов. Хотя, честно говоря, без таких как я эти «светила науки» обычно не могут найти выход даже из спального мешка.

Ладно, решил я, моя задача проста: довести этих первооткрывателей туда и обратно, желательно в том же количестве и комплектации, в котором они стартовали. Пусть ищут свои мифы — моё дело маленькое. Хотя чувство, что меня наняли на роль одушевлённого навигатора, царапало самолюбие, как новые ботинки в первый день похода.

А команда подобралась — загляденье! Три аспиранта в том странном возрасте, когда уже не поймёшь: то ли это молодой учёный, то ли состарившийся студент. Общались они исключительно цитатами из научных журналов, словно боялись, что их лишат учёной степени за использование простых слов. А я в их глазах был чем-то вроде местного аборигена, которого они снисходительно взяли с собой изучать настоящую науку.

Каждый из них излучал такую уверенность в своей научной непогрешимости, что её хватило бы на целый факультет. Я уже предвкушал, как эти теоретики будут объяснять каждый свой спотыкающийся шаг законами физики и теорией вероятностей.

Поезд Москва — Уфа. Плацкарт, разумеется. Место, где романтика железных дорог обретает настоящий дух реализма, без всяких скидок на комфорт или даже, страшно сказать, личное пространство. Кто не ездил в плацкарте, тот в жизни, можно сказать, мало что видел, ибо именно здесь раскрывается истинная магия пути — в запахах, звуках и ощущениях.

Плацкарт — это вам не какой-нибудь научный симпозиум. Здесь нет места академическому снобизму, зато есть все условия для глубокого изучения народной антропологии во всех её ароматах и звуках. Наши учёные явно чувствовали себя как подопытные в чужом эксперименте.

Аспиранты сидели с таким видом, будто их по ошибке поместили в машину времени и забросили в прошлый век. А профессор… О, профессор забрался на верхнюю полку с грацией пингвина, штурмующего пальму, и немедленно закопался в книгу — видимо, пытаясь создать вокруг себя защитное поле из научных терминов. Судя по его лицу, это путешествие он воспринимал как полевое исследование на тему «Выживание интеллигента в естественной среде обитания простого народа». Экономить на билетах, видите ли, решили. Ну-ну, посмотрим, как их теории выдержат встречу с реальностью плацкартного вагона.

Плацкарт — это же не просто вагон, это целое государство, где царят свои неписаные законы, проверенные сотнями тысяч пассажиров. На этих металлических рельсах нет места личному пространству, зато можно найти всё, от запахов пирожков с картошкой до пьянящего аромата чужих носков. Здесь нет границ, зато есть единение в самых непривычных формах.

Первым делом тебя обдает густой, стойкий запах — смесь железа, пыли и… чего-то трудноопределимого. Тут даже слепой не промахнется, попав носом в ароматы недоеденных яиц и чьих-то припасов, оставленных в надежде, что завтра утром всё ещё будет съедобно, в воздухе витает удушающий запах несвежих носков, которые, видимо, пережили уже несколько поездок. Всё это обрамлено ароматом дешевого мыла из туалета и сдобренным запахом соседских котлет, съеденных ещё утром, но оставивших след в каждом уголке вагона.

И, конечно, чай в подстаканниках. Упускать его нельзя — это символ железных дорог, как флаг для страны. Этот чай не утоляет жажду, а скорее подаёт весть, что ты на пути. Он пахнет дымом, немного копчёной черёмухой, как будто бабушка накрыла на стол и зовёт с порога. Проводник будет неумолим — предложит этот чай каждому, с важностью министра, разливая напиток, который пьётся скорее для общей идеи, чем для вкуса. В этом есть что-то трогательное: ты держишь подстаканник и чувствуешь себя частью чего-то большего.

Один из аспирантов как-то вымученно пытался смотреть в окно, хотя за окном была только ночь. Мы все сидели, вдыхая аромат плацкарта — его старые, прожжённые временем занавески, которые будто впитали в себя все разговоры, все истории и, подозреваю, все слёзы и радости сотен тысяч пассажиров, прошедших через эти места. Тут каждый предмет, каждый полупроломленный столик, каждая вытертая поверхность о чём-то молчаливо напоминали, словно шёпотом рассказывая истории о людях, которые когда-то здесь сидели.

Первая ночь в плацкарте — это особое испытание для тех, кто ещё не привык к шуму и присутствию других людей буквально в метре от себя. Сперва думаешь, что никогда не сможешь заснуть. Даже не потому, что непривычно, а потому, что напротив кто-то всю ночь храпит, а сверху тихо спускаются странные звуки от двигающегося туда-сюда пассажира. Все мелкие шумы здесь многократно усиливаются и становятся похожи на оркестр. Иногда, кстати, ещё и подкашливает кто-то, словно только что вернувшийся из сибирской зимы.

Однако, к утру это перестаёт иметь значение. Кто-то спускается с верхней полки, кто-то ворчит, отодвигая чужие сумки, кто-то спешно перебирает вещи, чтобы найти зубную щётку и выйти в общий туалет с полным пониманием неизбежности. Плацкарт — он, знаете ли, учит терпению. Вот аспирант, что рядом, попытался было скривить лицо при виде общего туалета, но, вскоре, поняв, что выбор его всё равно не изменит, вошёл внутрь с удушливою покорностью.

Итак, сутки пути позади. Мы пересаживаемся на электричку до станции Симская. Это отдельная «прелесть» российского транспорта: перетаскивать баулы и сумки по перронам, под рёв старых тепловозов, под грохот огромных стальных колес. В электричке нас не ждал ни чай в подстаканниках, ни приглушённые, милые занавески, заменяющие домашний уют, только привычные деревянные лавки, такие, знаете, которые за несколько часов способны превратить пятую точку в неподъёмный камень. Но электричка — это уже знакомое дело, особенно после плацкарта, как будто возвращение домой, только с видом на промзоны и леса.

Электричка заполняется местными жителями, но, разумеется, какую-то долю занимают наши аспиранты — немного побитые плацкартом, немного посеревшие от неизвестности впереди. Профессор, помятый и замкнувшийся в собственных мыслях, сидит в углу и, кажется, внутренне уже жалеет, что не выбрал другую сферу научной деятельности. Аспиранты между тем уже приуныли. Один из них, кажется, обдумывал, как бы вернуться в столичный уют и сменить тему научной работы на что-то более доступное. Взгляд его был полон тоски по тёплым стенам университета.

Пару часов спустя, вымотанные долгой дорогой, мы прибываем на станцию Симская. Здесь, на этой крошечной, слегка обшарпанной станции, где даже табличка «Симская» будто выгорела от времени и забыла своё собственное имя, нас встречает полное отсутствие суеты. Оказывается, место словно замерло, в ожидании кого-то. Никто не торопится. Здесь каждый звук кажется подчеркнуто важным. Группа стоит, переглядываясь, на мгновение замерев, словно все до конца не осознали, что это не сон, и теперь мы все действительно стоим у самого порога тайги.

Здесь, вдалеке от городской цивилизации, каждый из нас по-своему замолкает.

Да уж, всего-то двенадцать километров по прямой, — подумаешь! Если бы не река Сим, можно было бы махнуть пешком и не заметить, но наша прямая превратилась в целых двадцать с хвостиком, и это при условии, что мы не потеряемся, обходя камни и лесные завалы. Я стоял, опираясь на рюкзак, и мысленно подсчитывал время, которое у нас было. Похоже, где-то к вечеру, может, ближе к закату, если пойдём не очень медленно, мы и приблизимся к месту. Но это «если» отозвалось во мне как лёгкий укол сомнения — оглядывая нашу компанию, я уже представлял, сколько раз придётся делать остановки, поправлять рюкзаки, или просто останавливаться, чтобы дождаться кого-то из аспирантов, кто по привычке забудет, что за лесом нет асфальта.

— Может, заночуем с комфортом? — предложил я, решив, что если дать группе отдых, то первый переход пройдёт спокойнее. Как говорится, лучше заночевать по-человечески, чем потом спасать потерянных в ночи по одной извилистой тропке.

Но профессор посмотрел на меня с усмешкой, словно мой вопрос был лишним, да ещё и с лёгким оттенком пренебрежения. И кто бы мог подумать — слабаком он меня считает! Я, честно говоря, уже представил, как он пожалеет об этом решении. Но спорить не стал, просто пожал плечами и развернулся в сторону тропы, мол, вперёд, господа, держитесь за науку, пока можно.

Итак, мы выдвинулись. Дорога началась, как это обычно бывает, с довольно бодрых шагов и высокого морального духа. Аспиранты шли уверенно, шагая по земле, будто вышли на прогулку по городу, а не в глушь, где одна только трава порой вырастает выше колена. Их ботинки, ещё не успевшие насобирать на себе грязь и пыль, выглядели как-то неестественно новыми, а лица — свежими и полными решимости. Я даже не сомневался, что это всё долго не продержится.

Через минут тридцать один из аспирантов, тот, что был в очках, уже начал оступаться на каждом пятом шаге. Он то и дело цеплялся за корни, старательно перескакивая через камни, как будто боялся, что те вот-вот оживут и бросятся ему под ноги. Второй, кажется, вовсе забыл, что в лесу полагается идти ровно, а не зигзагами. Его рюкзак, похоже, болтался на спине, как привязанный абы как мешок, и при каждом шаге смещался, угрожая его сбросить на бок. Мне даже пришлось пару раз поймать его, чтобы не угодил лицом в траву.

— Так и планируете всю дорогу топтать? — спросил я, делая остановку, чтобы дать им отдышаться. Аспиранты, осознавшие, что поход не будет лёгкой прогулкой, бросили на меня взгляды, полные усталого недоумения. Один из них посмотрел с какой-то жалобной просьбой — мол, может, хватит, может, уже пора развести костёр и устроить привал?

Но никто не решался признаться, что, может, идея с ночёвкой была не такой уж и плохой. Профессор, по-прежнему гордый и слегка раздражённый, молча шёл впереди. Вся эта ситуация, честно говоря, начинала мне казаться чем-то наподобие тренировочного лагеря для начинающих туристов, только без инструктажа и подготовительного периода.

Чем дальше мы шли, тем больше в группе проявлялась… как бы это сказать, нетуристическая сущность. Сначала они тихо ворчали, что их ботинки слишком жёсткие, потом на полном серьёзе начали обсуждать, что лучше бы надеть обувь помягче. Я сдержал улыбку, понимая, что им предстояло ещё многое узнать о настоящем походе.

Один из них, третий по счёту, самый высокий и хмурый, вдруг начал осторожно опираться на колено. Я сразу понял, что он напрочь забыл о растяжке и разминке, и его связки сдались раньше, чем он сам осознал, куда мы направляемся. Всё его лицо выражало мужественную решимость терпеть, пока профессор рядом. Но я знал, что ещё час — и он начнёт идти заметно медленнее, если вообще сможет продолжать в том же темпе.

Солнце тем временем начало спускаться к горизонту. Нам оставалось идти немало, а группа всё чаще стала останавливаться на мелкие привалы. Кто-то умудрился потерять фляжку, кто-то решил по пути искать дикие ягоды (которые, конечно, были далеко не все съедобные), и у меня появилось ощущение, что поход превращается в этакую прогулку с элементами квеста.

Спустя минут сорок, когда они уже порядком измотались и начали волочить ноги, как будто вес каждого ботинка вдруг утроился, произошло чудо — профессор, которого все считали несгибаемым и непоколебимым, неожиданно остановился. Я услышал, как его тяжелый вдох разрезал тишину леса, и поднял взгляд. Профессор стоял с видом человека, который только что обнаружил новый закон физики. Он обернулся и посмотрел на нас так, будто на мгновение поставил на паузу свой профессорский облик.

— Ну что ж, коллеги, возможно, — тут он запнулся, будто подбирал слова осторожно, — возможно, наш инструктор был прав.

В его глазах было что-то между разочарованием и удивлением, как у человека, который впервые сталкивается с тем, что кто-то может знать больше, чем он сам. С учетом его вечного скепсиса это заявление показалось мне маленькой, но значимой победой. А дальше он, как ни в чем не бывало, добавил:

— В общем, лагерь на ночь, как выяснилось, действительно неплохая идея. Вот-вот начнет смеркаться, а нам нужно успеть установить палатки и найти что-то на ужин.

Стоило ему сказать это, как напряжение, которое скапливалось в наших спинах, тут же спало. Профессор дал команду к отдыху, и вдруг вся группа одновременно, как по команде, начала разваливаться на траву и тяжело вздыхать. Я предложил сместиться чуть-чуть подальше от берега, где место было поровнее, и не так близко к воде, откуда тянуло сыростью. Они снова, кажется, хотели поспорить, но на этот раз никто не возражал вслух, и мы двинулись метров на пятьдесят в сторону.

Ставить лагерь в таком окружении — всегда отдельное удовольствие. Я уже приглядел подходящую поляну с мягким мхом, но с твердым грунтом под ним, чтобы палатки держались, как следует. Вокруг раскинулись березы, причудливо склонившиеся, словно пытаясь нашептать свои истории каждому, кто пришел сюда на ночлег. Вечерний лес уже потихоньку погружался в полумрак; воздух был густой и влажный, словно напитался запахом хвои и немного подгнивших листьев.

Как только я начал распаковывать снаряжение и достал первую палатку, стало понятно, что это будет увлекательный аттракцион. Устанавливать палатку — не самое сложное занятие в мире, но наши аспиранты, похоже, видели палатку, может, на фото, а может, у кого-то на даче. Я попытался вкратце объяснить, как собрать дуги и вставить их в тканевые петли, но, как оказалось, даже это показалось им загадкой вселенского масштаба. Ботаны, блин! Один аспирант, взяв дугу, уронил её трижды, прежде чем понял, что её нужно закрепить с одной стороны, чтобы другая не выскакивала. Другой вообще начал заталкивать дуги с такой силой, что, казалось, пытался пробить их сквозь ткань.

— Это… нормально, что она так торчит? — спросил кто-то, глядя на палаточный каркас, который выглядел больше как скелет необычной птицы, чем убежище для ночлега.

— Нормально, — ответил я сдержанно, стараясь не выдавать улыбку, — если вы планируете ночевать под открытым небом.

После четвертой попытки две палатки наконец обрели что-то вроде формы. Я выдохнул с облегчением, когда последняя дуга вошла в своё место. Осталось только расстелить коврики и спальники, и можно было сказать, что мы всё-таки справились.

Лес вокруг уже почти погрузился в сумерки, и воздух стал холоднее. Небо сверху медленно темнело, а листья на деревьях шептались между собой, будто удивляясь нашему присутствию. Звуки леса менялись: дневные птицы замолкли, сменяясь приглушёнными шелестами и скрипами веток. Настоящая уральская ночь подступала, и я почувствовал, как холодок прокрался к моим рукам. Надо было заканчивать с палатками и думать о еде.

Наш «ужин» — это не то, что вошло бы в золотую книгу кулинарии, но голод на свежем воздухе превращает даже самую простую пищу в настоящий деликатес. Я вытащил пару банок тушёнки и рисовой каши, открыв их и разогрев на маленькой туристической горелке. Запах тушенки тут же заполнил воздух, слегка смешиваясь с запахом костра и мокрых листьев вокруг нас. Аспиранты, конечно, сперва смотрели на кашу с тушёнкой с лёгким сомнением, но стоило первому попробовать, как выражения лиц у всех сменились на удовлетворенные.

Тёплая еда — это просто чудо в таких условиях. Пара ложек — и уже чувствуешь, как возвращаются силы, как исчезает усталость, и мысли становятся чище и яснее.

После ужина начали готовиться ко сну. Аспиранты, измотанные дорогой и собственными представлениями о походной романтике, завалились в палатки, едва успев застелить спальники. Профессор тоже исчез в своём убежище, уже не таким непоколебимым, как раньше. Я уложился, но сон не шел.

Лежу, смотрю на небо. Оно какое-то особенное сегодня. Темнее, чем обычно, густое, как старое вино, с яркими звездами, что будто бы опустились чуть ниже. Словно не просто светятся, а прожигают мне взгляд. Чувство странное, неясное. Мысль где-то рядом, но не ухватить… Будто кто-то пытается сказать что-то важное, но слова разбиваются об этот темный купол.

«Да это просто день такой, — подумал я, — с этими «ботанами» любой занервничает». Решил отмахнуться и наконец задремать, списав всё на усталость. Но как бы не так…

Глава 2

Утро накатывало, как кошмар, с которого я не мог выбраться. Ощущение было, будто всю ночь кто-то скручивал меня в узел. Кажется, спал я недолго, да и отдохнуть не удалось. Пробуждение напоминало процесс медленного выкручивания тебя наизнанку. Поначалу мне даже показалось, что я серьёзно заболел. Было такое состояние, когда всё внутри сжимается, как после удара, а голова тяжелеет, будто к ней привязали камень. Казалось, что ещё немного — и я не удержу ужин там, где он должен быть.

Первая мысль, конечно, была про тушёнку. Её я сам покупал, всегда проверяю срок годности, но, честно говоря, после той первой банки, которая шла в ход вчера, меня не покидало подозрение, что с ней что-то не так. Однако разум подсказывал — не тушёнка в этом виновата. Что-то другое, какой-то внутренний голос, если хотите, кричал мне, что проблема глубже.

Я сел в палатке, опираясь на свои колени, и закрыл глаза, пытаясь дышать глубже. Вдох, выдох. Это обычно помогает, но не сегодня. Перед глазами мерцали какие-то светлые точки, и всё вокруг казалось странно искажённым. Я моргнул, открывая глаза, и посмотрел на тусклый свет, пробивавшийся сквозь полотно палатки. В голове было мутно, будто меня кто-то вытащил из очень глубокого сна слишком резко.

«Ладно, — подумал я, — свежий воздух должен помочь». Я принялся медленно выбираться из палатки, стараясь не разбудить никого из этой странной научной компании, с которой, по злому стечению обстоятельств, оказался в этом лесу. Выйдя наружу, я втянул холодный утренний воздух. Знаете, как это бывает в предрассветные часы, когда лес будто спит, а воздух почти мёртвый, холодный, но с ароматом сырости и утренней росы? Это обычно помогает очистить голову, но не в этот раз.

Стоило мне сделать пару шагов в сторону речки, куда я направился умыться, как взгляд остановился на движении. Где-то на границе видимости, в туманной дымке утреннего света, что-то колыхалось. Силуэт, едва видимый, но направляющийся в мою сторону. Я остановился, прищурился, пытаясь понять, кто это мог быть. Может, профессор или кто-то из аспирантов решил выйти за пределы лагеря, как и я. Но с каждым шагом туманная фигура становилась всё реальнее, ближе. Я начал различать черты.

Этот кто-то двигался неровно, пошатываясь, словно его тело вдруг утратило привычный баланс, и я понял — это не прогулка по утреннему лесу. Это было что-то другое. Оскал, перекошенное лицо, глаза… В них было что-то странное, но тогда я ещё не мог понять, что именно. У меня в голове мелькнула мысль, что этот человек — если это был человек — идёт на меня с намерением. И намерение это, мягко говоря, не самое дружелюбное.

Инстинкт подсказал мне шагнуть назад, но тут вдруг всё перед глазами поплыло. Будто кто-то переключил канал на старом ламповом телевизоре, экран мигнул, и перед глазами пошли помехи. Рябь, полосы, вспышки света. Я зажмурился, потряс головой, моргая, чтобы убрать наваждение, но оно не исчезало. Проклятая рябь, как старые плёнки на экране, продолжала мешать мне видеть.

Когда рябь, наконец, ушла, и зрение вернулось, этот кто-то был уже на расстоянии вытянутой руки. Человек, если можно так его назвать, с холодным, нечеловеческим выражением лица, что-то невнятное шепча себе под нос, потянулся ко мне руками. Я сразу узнал его — это был один из аспирантов, тот самый, который вчера дёрнул плечами на мои слова о палатках, словно я говорил глупость.

Но сейчас он не был похож на человека. В его глазах не было ни осознания, ни мыслей — только пустота и нечто, чего я до сих пор не мог объяснить. Он был как одержимый, как человек, движимый единственной мыслью — напасть на меня.

Руки сами собой сжались в кулаки. На рефлексах, едва осознавая происходящее, я вскинул ногу и ударил его в живот. Должно было быть больно, но он, кажется, вообще ничего не почувствовал. Принял удар, замер на секунду, а потом снова двинулся на меня, как автомат.

В этот момент я почувствовал животный страх. Как будто всё это было нереально, как будто я попал в какую-то жуткую игру, где нет места логике и правилам. Этот человек передо мной больше не был тем аспирантом, с которым я обменивался парой фраз вчера. Он тянулся ко мне, как робот, как безумец, как нечто, что никогда не существовало в реальном мире.

Я не мог больше ждать. Рука автоматически сжалась в кулак, и, не долго думая, я врезал ему справа, вложив всю свою силу, всю злость и страх, что накопились за последние несколько секунд. Кулак столкнулся с его лицом, и я услышал хруст. Что-то в его голове явно пошло не так — может, челюсть, может, нос, но он снова не остановился. Он замер, голова откинулась назад, но тут же вернулась, как на пружине, и этот… человек снова посмотрел на меня пустым взглядом.

Я отступил, судорожно соображая, что делать дальше. Передо мной был кто-то, кто не чувствовал боли, не боялся, и его единственное желание — дотянуться до меня. Покой не предвещало ничего.

Он не дал мне времени на раздумья. Этот бывший аспирант, которого я ещё вчера считал ленивым ботаником, бросился на меня снова, не моргнув и не запнувшись. Словно машина, будто бы его личность, человеческие чувства — всё, что отличает человека от животного, — испарилось. Теперь передо мной стоял лишь инструмент, орудие, чей единственный импульс — уничтожить меня.

И снова мои инстинкты сработали прежде мысли. Рука сжалась, ноги прижались к земле, тело напряглось, готовясь к очередной атаке. Сколько же раз тренер вдалбливал мне эти рефлексы на тренировках по рукопашке. «Не думай — действуй», — его слова вдруг всплыли в памяти. Едва он приблизился, я резко поднырнул под его руку, перехватил его за плечо и крутанул вокруг себя, используя силу его собственного броска. Мгновение — и мой противник взмыл в воздух, подчиняясь физике и инерции.

Он грохнулся в кострище, то самое, что ещё вечером оставалось под кучей углей и пепла. Казалось бы, какая неприятность, но нет. Удача улыбнулась мне странным образом: мы ещё вчера, перед тем как лечь спать, обложили это место валунами — для безопасности, чтобы костёр не распространялся. И теперь эта разумная предосторожность сыграла свою роль. С глухим стуком голова аспиранта встретилась с одним из острых камней, которыми мы так старательно строили защиту.

Я даже не успел выдохнуть от облегчения. Всё выглядело так, словно я только что завалил врага в компьютерной игре, добив его точным ударом. Но вместо победного фанфара по мне пробежала волна ледяного ужаса, смешанного с осознанием того, что я только что превратил этого парня в историю. Первая мысль, вырвавшаяся из моего подсознания, была неожиданной: «Сто пятая по мне плачет». Я даже усмехнулся, вспомнив о таких вещах, как уголовная ответственность, в этот странный момент.

Но усмешка повисла на моем лице на полпути. В этот же миг перед глазами, будто прорезая моё зрение, вспыхнул текст. Буквы возникли ниоткуда, прямо передо мной, крупные, резкие, светящиеся странным холодным светом, словно застыли в воздухе:

Внимание, выжившие жители сегмента!

Вас определили как годных для дальнейшего существования.

Остальные 90 % населения подвержены трансформации.

Выживайте, развивайтесь.

Первая волна запущена.

Глаза моргнули, снова и снова, пытаясь избавиться от этой неведомой галлюцинации. «Что это было?», — мысленно спросил я себя. Меня не покидало ощущение, что я всё ещё сплю, что это — затянувшийся кошмар, от которого никак не пробудиться. Первая волна? Какого черта? Какая волна? Почему первая? Получается, будут и другие?

Слова исчезли так же внезапно, как появились, но мысли оставили за собой длинный след вопросов. А главное, кто это говорит? Какая-то матрица? И что они имели в виду под «трансформацией»?

Я взглянул на тело аспиранта, всё ещё неподвижно лежащее в кострище, как сломанная кукла с разбитым лицом. Пожалуй, единственное, что я мог предположить, глядя на него — «трансформация» была не чем-то абстрактным. Нет, вот она, передо мной, растянулась в кострище, с пустыми глазами и оскалом, замершим на изуродованном лице. Чёрт возьми, да, он уже не был человеком. Это всё объясняет, но только на поверхности. Чем больше я пытался копнуть глубже, тем больше вопросов появлялось.

Не успел я уложить эту первую вспышку понимания в голове, как перед глазами снова замелькал текст, на этот раз ярче, почти агрессивно, будто система ждала, когда я соберусь и вникну в её послание.

Поздравляем!

Вы первым в данном сегменте уничтожили трансформированного. Более того, вы сделали это до Оповещения.

Вам зачислено скрытое достижение.

Подробности в меню.

Я застыл, обдумывая. «Достижение?» Что за чёрт? Какое к черту достижение? Это реальность, не игра. Я осмотрелся, как будто ожидая, что кто-то из окружающих тоже видел это сообщение и сможет объяснить, что тут происходит. «Меню? Какое, чёрт возьми, меню?» — мысли метались одна за другой, но логика ускользала, словно комары над болотом — вот она рядом, но поймать невозможно.

Но что-то в этом тексте всё-таки заставило меня подчиниться — может, инстинкт, а может, обманчивая надежда, что это всего лишь какое-то сумасшедшее недоразумение. Я закрыл глаза, глубоко вздохнул, пытаясь вызвать хоть что-то, что выглядело бы как меню, как в играх. Секунду ничего не происходило, и я уже готов был отмахнуться, решив, что просто сошёл с ума, как вдруг передо мной открылось новое окно.

Имя: Артем, Уровень: 1

Характеристики: Сила 10, Ловкость 10, Выносливость 10, Интеллект 10

Достижения: «Первый среди равных» — вы уничтожили трансформированного до Оповещения. Награда: скрыта.

Снова передо мной эти странные, холодные строки. Рука непроизвольно дёрнулась, словно я хотел вырвать себя из этого сна, но куда там. Это меню, эти слова… Всё это казалось нереальным, и в то же время ужасающей правдой. Картинка складывалась медленно, как кусочки пазла, но одно стало очевидно: реальность, к которой я привык, треснула, оставив за собой какой-то новый мир.

В голову полезли самые разные мысли. Значит, теперь я в системе, как в игре? Но почему? Как это всё произошло? И где были остальные? Я посмотрел на палатки, из которых уже слышались шорохи. Видимо, звуки схватки всё-таки их разбудили. Что мне теперь делать? Если сказать, что аспирант с ума сошёл и напал на меня, никто не поверит. Понадобится что-то весомее.

Но, если эти слова правдивы, значит, и остальные могут подвергнуться трансформации? Я медленно оглянулся, внимательно прислушиваясь к звукам леса. Вокруг всё ещё царила предрассветная тишина, но теперь в ней чувствовалась какая-то угроза, словно из самой земли исходила волна напряжения.

Наконец, из одной палатки показался профессор. Его лицо исказилось странной, зловещей гримасой. Губы были чуть скручены, словно в оскале, но в глазах читалась пустота, та самая, что я уже видел у первого аспиранта. Следом за ним начали выползать остальные. Они вышли медленно, пошатываясь, как лунатики, будто этот лес лишил их разума и инстинкта самосохранения. Они выглядели так, будто их сознание просто исчезло, оставив оболочки, которыми теперь управлял кто-то или что-то другое.

Я глянул на них с противоречивыми чувствами. «Ну, где мне вас всех закапывать?» — пронеслось у меня в голове. В голове, словно острая догадка, мелькнула мысль: если из нас пятерых я один оказался в тех самых «10 %», о которых упоминала система, то эти четверо — часть тех самых 90 %. Всё складывалось, хоть и звучало безумно. А если учесть их внешний вид — пустые глаза, перекошенные губы и осунувшиеся лица — всё становилось ещё очевиднее.

Меня окатило холодом, словно кто-то облил ведром ледяной воды. Я не хотел в это верить, но, похоже, шансов у них больше не было. Это были уже не те люди, с которыми я ночевал вчера.

Никаких долгих размышлений. Решения приходили моментально, инстинкты включались как машина. Видя их медленные шаги ко мне, я метнулся к земле, выхватив из травы пару увесистых камней, что нашёл неподалёку от костра. Один булыжник был размером с кулак, второй чуть больше, но оба удобно ложились в руки, и я даже не задумывался, как ими орудовать. Это было похоже на тренировку — вот только вместо мишеней, по которым я швырял ножи, передо мной были эти обезумевшие оболочки.

Профессор, едва сделав пару шагов, уже почти был у меня на расстоянии вытянутой руки. Глаза его смотрели сквозь меня, как будто он не видел меня, а лишь бездумно шёл к цели. Я стиснул зубы и метнул первый камень. Он со свистом рассек воздух и врезался профессору прямо в лоб. Глухой удар, и он пошатнулся, затем просто осел мешком картошки. Второй аспирант был уже совсем близко. Я сжал второй булыжник и, не раздумывая, запустил его прямо в лицо. Опять же глухой «чпок», в этот раз на миг показалось, что я всё же почувствовал малейшее удовлетворение от попадания. Два из двух — не зря тренировался.

Не успел я отпустить второй камень, как третий, последний из аспирантов, вышел из палатки и не медля направился ко мне. Лицо его тоже было пустым, но взгляд стал более осмысленным, словно он осознавал, что я представляю угрозу. Я схватил саперную лопатку, что лежала рядом с костром, и со всей силы метнул её в его сторону. Лопата пронеслась по воздуху, как кинжал, и с глухим ударом врезалась прямо в грудь, сбив его с ног.

Пару секунд я стоял, словно окаменевший, наблюдая за неподвижными телами, разложенными у костра, как после какой-то жуткой церемонии. Холодный пот стекал по моей шее, сердце бешено колотилось. Да, я сделал это. Только что уложил тех, кого, казалось бы, должен был оберегать в этом походе. Бред, скажете вы, но что ещё оставалось? Эти люди — если их ещё можно назвать людьми — пришли, чтобы уничтожить меня, и я не собирался сдаваться.

И снова перед глазами возник этот странный текст, светящиеся строки, которые вспыхнули прямо в воздухе, словно кто-то прокручивал надпись на невидимом экране.

Поздравляем со вторым уровнем.

Вы первый в сегменте, перешагнувший первый уровень.

Вы получаете дополнительную скрытую характеристику.

Подробности в меню.

«Что? Второй уровень?» — мысли в голове смешались в полнейшую кашу. Какой к черту второй уровень? Это что, всё-таки игра? Может, я мертв и просто переживаю какие-то галлюцинации? Не может быть, что реальность поменялась так резко, будто кто-то повернул переключатель.

Но передо мной всё ещё мерцали строки, и этот свет был слишком реальным, чтобы игнорировать его. Ладно, раз уж я попал в это безумие, нужно попытаться хоть что-то выяснить. Закрыв глаза и глубоко вздохнув, я снова подумал о меню, как делал это в первый раз.

Мгновенно передо мной открылось окно с характеристиками, и я заметил, что теперь появилась новая строка:

Имя: Артем, Уровень: 2

Характеристики: Сила 11, Ловкость 10, Выносливость 11, Интеллект 10

Скрытая характеристика: Интуиция 1

Достижения: «Первый среди равных», «Прорыв перед Оповещением»

Награда скрыта.

Интуиция? Моя интуиция, которая помогла мне понять, что эти люди опасны, теперь стала характеристикой? Казалось бы, вот оно, объяснение — всё было как в игре, только игра происходила наяву. Всё, что я видел, слышал и чувствовал, казалось одновременно до ужаса реальным и совершенно невозможным.

Остатки недоверия, которые ещё теплились во мне, моментально испарились. Это больше не было шуткой или сумасшествием. Всё, что я пережил, было настоящим. Если так, то это чертовски страшная реальность. Система, которая влезла в мою жизнь, устанавливала правила, придавая моим действиям смысл, словно я был частью какого-то масштабного эксперимента. И, похоже, отказываться было уже поздно.

Я присел, опираясь спиной о холодный ствол дерева, и прикрыл глаза, стараясь хоть как-то прийти в себя. Нужно было на мгновение остановиться, осознать, что всё это не игра разума, а новый, совершенно безумный мир, в который я каким-то образом попал. Пальцы сжимали сырую землю, будто я пытался зацепиться за что-то знакомое, настоящее. Вдох, выдох… Прокручивая события утра в голове, я сосредоточился на каждом моменте. Первая схватка, камни, которые полетели в лбы, и лопата, завершившая дело.

Но вдруг, словно издеваясь над моей попыткой найти покой, перед глазами снова замигал тот самый текст — эти буквы, словно пылающие угли, вспыхнули прямо передо мной. Я вздрогнул, открыл глаза и всмотрелся в слова, как будто они сами по себе могли ответить на все мои вопросы.

Награда определена.

С учетом ваших навыков присвоена пассивная характеристика «Метатель».

Подробности в меню.

Я моргнул, стараясь уловить смысл. «Метатель?» — пробормотал я вслух, как будто, произнося это слово, мог что-то понять. До абсурда смешно, как это звучало. В кого я теперь превратился? В древнего охотника, метающего камни и дубины? Или в какого-то средневекового варвара с врождённой жаждой кровавых сражений?

Но, будь я проклят, если не вызову это чертово меню. Пусть оно даст мне хоть какую-то подсказку, что это за «пассивная способность», которая, по их мнению, мне полагается. «Меню…» — едва успел подумать, как снова вспыхнули строки, как будто кто-то только и ждал, что я решусь взглянуть на это.

Имя: Артем, Уровень: 2

Характеристики: Сила 11, Ловкость 10, Выносливость 11, Интеллект 10

Скрытая характеристика: Интуиция 1

Достижения: «Первый среди равных», «Прорыв перед Оповещением»

Пассивная способность: Метатель

Эта строчка словно манила, требуя, чтобы я вчитался в неё глубже. «Метатель» — ну что ж, это слово уже начинает звучать привычно. Я закрыл глаза, будто пытаясь заглянуть за него, почувствовать, что за ним скрывается, и вдруг меню, как по волшебству, развернулось, показав дополнительное описание.

Метатель — пассивная способность к метанию предметов. Скорость полета и дальность зависят от силы и ловкости, без потери начальных. При использовании созданных собственноручно орудий — вероятность возврата в руку после броска 100 %.

На секунду я замер, обдумывая прочитанное. Возврат в руку? Это как? Я что, превращаюсь в какого-то персонажа из фэнтезийного романа, где оружие само возвращается к владельцу? Ещё мгновение назад это показалось бы мне бредом, но сейчас, глядя на собственные руки, сжимающие камни, всё это неожиданно обрело смысл.

Итак, если я правильно понимаю, эта способность не просто так. Теперь, если я что-то бросаю, это будет лететь быстрее и дальше. Причём чем сильнее я стану, чем более ловким стану, тем эффективнее будет мой бросок. Учитывая, что все эти навыки буквально вошли в моё тело, мне нужно привыкнуть к новому телу, его возможностям и границам.

Вероятность возврата… Моя голова пошла кругом от этого понятия. Если я что-то изготовлю сам — нож, топор, даже банальный камень, если приложу руку и сделаю его своим орудием, — после броска он, оказывается, может вернуться обратно ко мне. Как это вообще работает? Магнитом притянется? Или, может, какой-то невидимой силой?

Теперь это было уже не просто способом выживания, а чем-то большим. Возможность бросать и ловить оружие — она открывает неограниченные перспективы. В отличие от обычных сражений, где приходится полагаться на грубую силу и технику, здесь включается фактор мастерства. Я могу не только атаковать, но и контролировать свои действия с высокой точностью, орудовать оружием так, как обычному человеку и не снилось.

Пытаясь осмыслить все это, я понял, что, похоже, начал открывать новый этап своего существования.

Глава 3

Я сидел, опираясь спиной на шершавый ствол дерева, словно это могло вернуть мне хоть частичку утерянного покоя. Я всегда любил лес — тишину, свежесть, размеренность, которые он дарит. Лес всегда был для меня убежищем от городской суеты, от всего этого шума и бесконечного мельтешения лиц и событий. Здесь я всегда мог спрятаться, найти спокойствие. И вот теперь, именно здесь, в сердце этого леса, всё пошло наперекосяк, и привычный мир просто развалился на куски. Всё, что я знал, всё, на что мог полагаться, рухнуло, оставив меня среди этих деревьев в какой-то жуткой игре, где выживают сильнейшие, и где с каждым мигом я всё больше превращаюсь в… кого? Героя? Или, может, в монстра?

Как я дошёл до этого? Всю жизнь я держался подальше от лишнего драматизма, старался проживать каждый день ровно, не завися от чужих ожиданий. Походы, тренировки, работа проводником — всё это было частью жизни, которую я выбрал. И теперь, когда моя жизнь была понятной и устойчивой, мне навязывают чужие правила, диктуют, как мне теперь выживать. Меня будто вырвали из привычного уклада, поместили в клетку с хищниками и оставили без инструкций, что делать дальше.

Чем дольше я сидел, тем сильнее ощущал это липкое чувство бессилия. А может, это просто страх? Ведь что-то внутри меня до сих пор цеплялось за идею, что это всё сон, что вот сейчас я встряхну головой, открою глаза, и всё вернётся на круги своя. Но глаза уже были открыты, а кошмар не прекращался.

Я снова вспомнил первую вспышку паники, когда первый аспирант напал на меня. Тогда я и понять ничего не успел, действовал на автомате, как меня учили на тренировках. Просто защита, чистые инстинкты. Но теперь, когда я видел результат — лежащие у костра тела, бессмысленно и беспомощно оставленные в этом новом мире — теперь меня охватила другая волна страха. Тогда я не успел ничего почувствовать, потому что бился за свою жизнь. А сейчас, когда опасность вроде бы миновала, страх заполнял меня, как ледяная вода. Что это было за чувство? Злость, отвращение, а может, сожаление? Как бы я ни хотел, как бы ни пытался убедить себя, что всё правильно, всё по правилам выживания, но… это были люди. Они ещё вчера были такими же, как я.

Но теперь мне приходилось бороться за собственное выживание в каком-то жестоком сценарии. Кто был тем кукловодом, который за всем этим стоял? Я посмотрел на свои руки — те самые, что только что метнули камни и лопату. Руки обычного человека или уже оружие, рассчитанное на то, чтобы выживать среди таких же, как я, только попавших под трансформацию? Что будет дальше? Может, и я сам однажды стану таким же, утратив себя, своё сознание, свой разум? В этот момент мысль показалась почти физической — ощутил, как сердце ухнуло вниз, словно загнанный в угол зверь.

И, как назло, даже теперь, когда я пытался разобраться в своих мыслях, система снова вмешалась. Эти вспыхивающие слова перед глазами, они, как назойливый голос, продолжали подталкивать меня, напоминали, что у меня есть «уровень», «пассивная способность», достижения. Чёрт возьми, я человек или игровая модель? Я, который считал, что сам управляю своей жизнью, теперь видел, как кто-то где-то ставит галочки и выдаёт мне баллы, как будто я — лабораторная крыса, проходящая испытания.

Но сколько можно сидеть и бесконечно жалеть себя? Похоже, теперь жалость — это роскошь, которой я не могу позволить себе. Суть этой новой реальности, как бы она мне ни претила, была в том, чтобы подчиниться правилам и двигаться дальше. Жизнь не терпит слабых, тем более в такой обстановке, где один неверный шаг может закончиться так же, как для этих аспирантов.

Я глубоко вдохнул, будто делая последний вдох перед прыжком в холодную воду. Внутренний голос, не то подсказывающий, не то шепчущий на грани сознания, подсказывал, что нужно собраться. Если я собираюсь выжить, нужно действовать.

Собрав всё, что могло пригодиться, я кинул взгляд на рюкзак и на тела аспирантов, разложенных у костра. Всё ещё не укладывалось в голове, что это те самые люди, с которыми я отправился в этот поход. Теперь они лежали, будто пустые оболочки, как поломанные куклы, которых просто оставили на обочине. Странная смесь жалости и отвращения зашевелилась внутри. На что только не готов человек ради выживания… да и что теперь, если весь мир оказался заражён этим новым «порядком»?

Взгляд наткнулся на странную коробочку рядом с одним из тел. Она лежала наполовину в траве, полупрозрачная, вроде обычный контейнер, но что-то в ней было не так. Интерес заставил меня подойти поближе, наклониться и рассмотреть её поближе. На первый взгляд — просто кусок пластика, но при этом странное ощущение, будто внутри неё что-то неуловимо важное.

И тут снова перед глазами вспыхнуло сообщение, обжигающее своей резкостью:

Поднять? (да/нет)

«Что за чертовщина?» — промелькнуло в голове, но, как ни крути, любопытство брало верх. «Ну что ж, давай поднимем», — мысленно выбрал «да». Внутри что-то клацнуло, словно система приняла моё решение, и я ощутил, как коробочка будто бы растворилась в руках, исчезнув без следа.

Едва я успел осмыслить произошедшее, как чуть дальше взгляд зацепился за ещё одну коробочку, похожую на первую, валяющуюся около второго аспиранта. Та же странная полупрозрачная поверхность, будто манящая взять её в руки. Я шагнул вперёд, повторяя действия, и снова, как по команде, появилось сообщение: Поднять? (да/нет). Второй раз я уже не удивился, мысленно кивнул — «да», — и контейнер снова исчез, будто его и не было.

Эти коробочки продолжали попадаться мне на глаза рядом с остальными телами, и каждый раз система спрашивала меня, поднимать или нет. Я взял все четыре, не слишком размышляя, что с этим делать, но внутри всё крепче застревало ощущение, что так задумано, что это всё часть игры.

И только после того, как последняя коробочка растворилась в воздухе, у меня вдруг промелькнула мысль: «А где всё то, что я поднял?» Ладно, если бы я просто складывал всё в рюкзак, но вещи исчезали, как только я принимал решение их поднять. Это не было обычным действием, и, значит, каким-то образом система сохраняла всё это где-то. Как в играх, где у каждого персонажа есть сумка или инвентарь, куда складывается всё необходимое. А раз так, может, стоит проверить?

Я снова сосредоточился, вызвал меню. Внизу, почти как подсказка, появилась новая опция — «Инвентарь». Что ж, раз уж система так настойчиво хочет, чтобы я в этом разбирался, давай посмотрим. Я сосредоточил взгляд на «Инвентаре», и передо мной открылось нечто похожее на сумку, разделённую на ячейки — 12 слотов, расположенных в сетке 3×4.

В первых четырёх ячейках лежали те самые контейнеры, которые я поднял. Удивительно, но это напоминало что-то привычное и одновременно нереальное. Мысленно взглянул на первую ячейку, сосредоточился, и тут она развернулась, раскрывая содержимое. В ней оказались спички. Обычные, в старом картонном коробке, но они казались чуть светлее, будто были новым предметом, только что добавленным в коллекцию. Вторая ячейка раскрылась солью, небольшим полиэтиленовым пакетиком, третья — булкой хлеба, чуть твёрдой, но выглядела вполне съедобной. В четвёртой ячейке была пластиковая бутылка с водой.

Я не мог не усмехнуться. Похоже, мне тут буквально выдали «стартовый набор выживания». Не слишком щедро, конечно, но лучше, чем пустые руки. Всё это выглядело по-настоящему нереально. Как в играх, которые я когда-то видел: открыл меню — вот тебе ячейки с предметами. Только теперь это была моя реальность. Откуда взялись эти вещи? И почему система решила, что они мне пригодятся? Но пока я не был голоден и не испытывал жажды, можно было оставить вопросы без ответов. Проблем и так хватало.

Я закрыл инвентарь, оставив эту странную «сумку» висеть в подсознании, как ещё одно напоминание о том, как далеко я зашёл. Но как бы там ни было, оставаться здесь дальше не имело смысла. Все пути вели меня к одному решению — выбираться в цивилизацию. Может, это какое-то локальное явление, а в городе, среди людей, всё ещё есть шансы найти ответы, понять, что произошло, и возможно даже выйти из этой чёртовой «игры». Ну а если нет — тогда хоть узнаю, с чем придётся столкнуться.

Как только я собрался и сделал первый шаг, в сторону дороги, откуда мы пришли, послышался лёгкий шорох. Шум усиливался, будто кто-то уверенно пробирался через кусты, подходя всё ближе. Сердце начало стучать сильнее. Я напрягся, осторожно взглянул в сторону дороги и внезапно ощутил, как по спине пробежал холодный пот.

Из-за деревьев, не спеша и не прячась, к лагерю приближались люди. Вернее, что-то, что раньше было людьми. Я узнал по их одежде и осанке, что это такие же «бывшие», как те аспиранты и профессор, которых я уже упокоил. Пустые взгляды, серые лица, тугие, неестественные движения. Они двигались на удивление уверенно, но безжизненно, с каким-то механическим постоянством.

Словно бледные тени, они шли ко мне. Спокойно, размеренно, как хищники, знающие, что жертва никуда не денется. «Да где ж вас столько тут взялось?» — пронеслось в голове.

Как только я увидел, как эти «бывшие» уверенной походкой направляются в мою сторону, весь план резко изменился. Идти назад по дороге — решение оказалось не из лучших. Прямо скажем, категорически неправильное. Вздохнув, я быстро развернулся и направился в противоположную сторону, держась достаточно быстрым шагом, чтобы уйти от этого «кортежа», но не привлекать лишнего внимания резкими движениями. Куда-то в сторону реки. Там, может, получится свернуть вдоль берега, а если совсем прижмут, то можно попробовать переплыть. Конечно, в начале лета вода ледяная, и купание в ней — удовольствие сомнительное, но если выбирать между этим и тем, чтобы превратиться в чей-то обед, выбор очевиден.

Первое время казалось, что мой манёвр сработал. Я пробирался вдоль кустарника, стараясь не издавать лишнего шума, на каждом шагу контролируя дыхание, движение. Сердце колотилось так, что казалось, его гул был слышен на несколько метров вокруг. Иногда останавливался, прислушивался — вроде бы чисто. Но стоило только сделать ещё несколько шагов, как за спиной снова раздавались эти тяжёлые, чёткие шаги. Они двигались не так быстро, но с какой-то пугающей настойчивостью. Как будто на мне был невидимый маячок, который направлял их прямо ко мне.

Сначала я пытался ускориться, но, заметив, что они не отстают, решил сменить тактику. Найдя подходящее дерево, в тени которого я мог спрятаться, я юркнул за него и затаился, стараясь буквально слиться с его стволом. Они подошли ближе и неожиданно остановились, словно потеряли моё направление. Стояли в нескольких метрах, оглядываясь, и я на мгновение подумал, что план сработал. Но стоило одному из них повернуть голову в мою сторону, как я понял: не тут-то было. Не знаю, как он меня почуял — может, шум дыхания или какая-то их внутренняя система — но сработало это точно. Одна пара пустых глаз уставилась на меня, и через секунду вся группа снова двинулась вперёд.

Дальше было что-то вроде игры в прятки, только ставки здесь были намного выше. Стоило мне спрятаться за кустом или укрыться за камнем, они сразу замедлялись, словно улавливая, что я исчез. Они начинали крутить головами, как роботы, сканируя окрестности, и мне это напоминало сцену из кошмара, где ты спасаешься от медленно идущих чудовищ, знающих, что тебе некуда бежать. И всякий раз один из них всё равно замечал меня — и снова начиналась эта безумная погоня.

В какой-то момент, когда я снова вжался в ствол дерева, система выдала очередное сообщение, вспыхнувшее перед глазами как некий разочарованный учитель, подсказывающий отстающему ученику:

Получена новая способность — Скрытность. Подробности в меню.

«Скрытность?» — мысль мелькнула как раз в тот момент, когда я снова увидел, как эти «бывшие» замедлились и начали осматриваться. Скрытность — звучит отлично, но как это работает? Уж точно не как плащ-невидимка, потому что я всё равно торчал у дерева, и они по-прежнему шли на меня. «Ладно, разбираться буду позже», — пробормотал я про себя, понимая, что бежать нужно сейчас, а ответы могут подождать. Применяя новый дар или нет, но что-то начало менять ход событий. Они, кажется, дольше меня искали, когда я укрывался, замедлялись, и кто-то даже терял направление, но всё равно шли на меня.

Я так и продолжал своё неспешное бегство, стараясь чередовать быстрый шаг и скрытные движения, прячась за деревьями и кустами, пользуясь каждым бугром и укрытием на своём пути. Так прошёл уже около двух километров, почти не останавливаясь, но даже с этим новым даром оставаться в безопасности долго не выходило.

Когда передо мной появился очередной изгиб реки, я позволил себе замедлиться. Берег здесь был покрыт мелкими камешками, а дальше, вдалеке, виднелся небольшой выступ. Мне на миг показалось, что можно перевести дух. Но когда я уже был готов повернуть вдоль реки и поискать более удобное укрытие, внимание привлекли шорохи и странные звуки с другой стороны, едва слышные, но отчётливые.

Там, прямо по курсу, в нескольких сотнях метров от меня, виднелся палаточный городок. И не один, не два, а целая куча этих «бывших» бродили среди палаток, и некоторые из них явно были заняты завтраком, доедая чью-то ногу или руку. Внутри всё похолодело.

«Да твою же мать…» — это была единственная мысль, которая смогла прорваться сквозь ком в горле.

Я тяжело дышал, каждый шаг отдавался резкой болью в боках. Ноги начинали дрожать от усталости, мышцы буквально ныли. Вечная погоня, в которую я попал, казалась каким-то затянувшимся кошмаром. Сколько уже прошло времени, сколько километров я прошёл, пробегая, прячась, петляя? Я выбивался из сил, но оторваться от этих преследователей не удавалось. Казалось, что они чуют меня, словно на мне закреплён маяк, указывающий им, куда идти. И главное, я не понимал, что они вообще такое — нечто ожившее, лишённое души и разума, нацеленное только на одно: найти меня.

И тут снова вспыхнуло сообщение, как всегда, неожиданно:

Сила +1, Выносливость +1.

На миг я даже остановился, настолько эта надпись меня ошарашила. «Погодите-ка… Значит, я могу «прокачивать» характеристики?» — промелькнуло в голове, и это открытие добавило немного адреналина. В голове мелькнула глупая мысль: а что, если начать, скажем, изучать шахматы? Поднимется ли интеллект? Раз уж система так или иначе меня оценивает, может, это сработает и с чем-то менее физическим?

Конечно, всё это звучало как бред. Подавив нервную усмешку, я напомнил себе, что живу не в мире игр и фантазий, а в настоящей жизни. И в этом странном, изменённом мире мои способности и «прокачка» — вовсе не игра, а единственный шанс выжить. Прокачка силы и выносливости… может быть, это действительно спасёт меня. Но чтобы проверить свою теорию о шахматах, нужно было для начала выжить. Оглянувшись, я увидел, что преследователи были уже близко, слишком близко, чтобы тратить драгоценные секунды на раздумья.

Тут всё ещё оставалось лишь два пути: или бежать дальше, или остановиться и дать бой. Я чувствовал, что силы на исходе, и всё больше склонялся ко второму варианту. Смысл бежать, если они всё равно меня настигнут? С этими мыслями я начал осматриваться, высматривая место, где можно было бы устроить засаду, залезть на дерево или на валун и отбиваться от них по одному, используя всё, чему меня учили. «Да, бой — может, это единственный способ», — подумал я, прощупывая почву под ногами и прикидывая расстояние до ближайшего дерева.

И вдруг взгляд зацепился за что-то темное вдали, силуэт, от которого меня охватило странное чувство. На расстоянии нескольких десятков метров виднелась тень — арка входа в пещеру. Игнатьевская пещера. Место, о котором аспиранты говорили как о финальной точке их экспедиции. Место, окутанное тайнами и мистикой, пугающее даже самых отчаянных. На первый взгляд, пещера выглядела так же, как и любая другая: арка, покрытая мхом и травами, ведущая вглубь скалы. Но приглядываясь, я заметил, что перед входом что-то блестело, как будто бы на пороге лежал туман, лёгкая дымка, создавая барьер между лесом и тьмой пещеры.

Я стоял в нерешительности. Пещера казалась странной, даже зловещей, как будто предупреждала о скрытых опасностях. Но в то же время этот вход притягивал, манил, как обещание, как ответ на все вопросы. «Идти или нет?» — вопрос, который я задавал себе, пока тянул секунды. Но больше размышлять было некогда. Преследователи уже приближались, их голоса, непонятное шипение, хриплый гул напоминали хор, зовущий меня. Решив, что это будет моя последняя попытка спастись, я сжал зубы и рванул к пещере. Как только подошёл ближе, едва успев отдышаться, я, не раздумывая, шагнул в эту странную дымку на входе.

Только я ступил за порог, как мир позади меня вдруг исчез, словно его и не было. Тишина, глухая и плотная, как ватное одеяло, окутала меня. Я оглянулся, но позади была только темнота, поглотившая шум погони, голоса, лес. Всё исчезло, будто его отрезало ножом. Сердце продолжало бешено стучать, но я уже понимал, что это — не просто очередной этап пути.

Секунду спустя, когда я ещё пытался осознать, что произошло, перед глазами снова вспыхнул текст. Как всегда, неожиданно и раздражающе, система объявила о новом достижении, словно эта пещера сама по себе была не просто убежищем, а очередным этапом «игры»:

Вы первооткрыватель инстанса «Игнатьевская пещера». В случае успешного прохождения вы получите дополнительные бонусы.

«Успешного прохождения?» — вопрос застыл в голове, не находя ответа.

Глава 4

Проморгался и сообщение исчезло, и я уже готов был расслабиться, как вдруг перед глазами снова вспыхнуло новое уведомление. На этот раз сообщение было ещё более тревожным и неприятным:

Внимание! Данный инстанс рассчитан на группу не менее трёх человек от 5 до 10 уровней.

В случае отказа от прохождения, дополнительные бонусы первооткрывателя теряются навсегда, на вас будет наложен месячный дебафф со случайным отрицательным эффектом.

Вы подтверждаете готовность дальнейшего прохождения? (да/нет).

Сказать, что это меня выбило из колеи, — ничего не сказать. Подобного поворота я не ожидал. «Для группы?» — эхом отозвалось в голове. У меня не было ни группы, ни возможности достичь нужного уровня прямо сейчас. Да и даже если бы был уровень, где бы я нашёл людей, которые рискнут сунуться в это место? Тем более что до этого момента я вообще не знал, что существуют какие-то уровни сложности.

Варианты у меня, по сути, отсутствовали. Вернуться обратно? Там, за этой дымкой, где я только что спасся от трех десятков зомби, мне ничего хорошего не светило — зомби, как кровожадный хоровод, наверняка уже поджидают меня за пределами пещеры. Бежать? Да куда? Пещера простиралась вниз, и что ждёт в её глубинах, никто не знал. Дебафф? Звучало пугающе, тем более случайный эффект, о котором я ничего не знал. Нет, такого риска я не могу себе позволить. Сжав зубы, я решительно выбрал «Да».

И… ничего не произошло. Никакой вспышки, разлома, грохота. Абсолютная тишина и тьма. Я замер, прислушиваясь, будто ждал, что кто-то крикнет «Ловушка!» или на меня тут же нападут странные твари. Но ничего. Окружающее пространство не изменилось, и ощущение опасности постепенно сменялось лёгким разочарованием.

«Ну раз всё спокойно, надо перевести дух», — подумал я и осторожно присел, чтобы отдохнуть. Пробежав несколько километров с рюкзаком по пересечённой местности, я серьёзно выбился из сил. Вечная погоня, прятки и постоянная угроза стали изматывать. Понимая, что любое расслабление может стать смертельным, я всё же позволил себе пару минут, чтобы прийти в себя.

Мой взгляд скользнул к меню, и я вспомнил, что перед всеми этими событиями система упомянула какую-то «Скрытность». Раньше мне было не до изучения этого умения, но сейчас, в тишине пещеры, я решил разобраться с новыми способностями. Открыв меню, я изучил своё состояние:

Имя: Артём

Уровень: 2

Характеристики:

— Сила: 12

— Ловкость: 11

— Выносливость: 12 (-7)

— Интеллект: 11

Скрытая характеристика: Интуиция: 2

Достижения: «Первый среди равных», «Прорыв перед Оповещением»

Пассивные способности: Скрытность, Метатель

Первое, что бросилось в глаза, это «-7» к выносливости. Видимо, моя усталость отразилась на характеристике. Как и любая игра, система чётко отслеживала каждую мою потраченную единицу энергии, и снижение выносливости означало, что моё состояние сейчас не в лучшем виде. Я задумался: где же индикаторы здоровья, энергии или, может быть, маны? Вряд ли они есть, но как-то ведь система должна отслеживать моё состояние!

Дальше внимание привлекла «Скрытность». Я «нажал» взглядом на характеристику и прочёл описание:

Скрытность: Когда вы неподвижны, вы сливаетесь с окружающей средой/обстановкой, враг теряет вас из виду. При движении эффект может спасть. При развитии характеристики свойства могут меняться. В темноте эффект усиливается на 200 %.

Мысленно улыбнулся. Эта способность была просто находкой, учитывая, что я находился в тёмной пещере. Если мне удастся оставаться незаметным, это серьёзно облегчит продвижение. Ощущение, что я могу контролировать своё состояние и как-то обыгрывать окружающую среду, придало уверенности. Знание, что при развитии скрытности эффект может изменяться, стало приятным бонусом. Я задумался, как можно улучшить эту характеристику, но ответа пока не было.

Следующая деталь привлекла моё внимание — моя интуиция выросла до 2, хотя раньше она равнялась 1. Когда это произошло, я не заметил. Наверное, система как-то определила, что я заслуживаю прибавки. Я в запарке даже и не обратил внимания, но не исключено, что оповещения, видимо, и не было — интуиция же «скрытая». Вздохнув, отметил про себя, что не до конца понимаю, как работает эта характеристика, но буду учитывать её возрастание.

Схожая история и с ловкостью — показатель вырос до 11. Похоже, мои акробатические трюки через кусты, прыжки и бег не остались незамеченными. Даже интеллект повысился до 11. Возможно, система оценила мои решения на пути сюда, либо это связано с интуицией. Чем больше я изучал свои характеристики, тем больше вопросов у меня возникало. Мне бы не помешала какая-то справка или руководство, но, похоже, система не собиралась мне помогать.

Наконец, я обратил внимание на способность «Метатель». Описание её звучало так:

Метатель: пассивная способность к метанию предметов. Скорость полета и дальность зависят от силы и ловкости, без потери начальных. При использовании созданных собственноручно орудий — вероятность возврата в руку после броска 100 %.

Я осознал, что это невероятно полезная способность, особенно в условиях боя. Если мне удастся сделать какое-то метательное оружие, я смогу бросать его и не беспокоиться о том, чтобы его подбирать. Но как? Вопрос, конечно, стоял в том, что вообще подойдёт в качестве метательного оружия. Подумал про камень, но он не считается «созданным мной». А что если сломать нож? Лезвие могло бы подойти как метательное оружие, ведь оно будет «создано» в рамках системы. Или попробовать что-то из подручных материалов. Подумал, что к этому вопросу можно будет вернуться, но решил, что камень — не самая подходящая идея.

С этими мыслями я решил проверить инвентарь. Вспомнил, что у меня была бутылка с водой. Интересно, как она работает в этом мире? Захотел её достать — и в тот же миг бутылка оказалась у меня в руке. Всё просто и удивительно одновременно. Я открыл крышку и сделал глоток. Освежающая вода наполнила меня жизнью, но с ещё большей неожиданностью я обнаружил, что система вновь среагировала:

Регенерация выносливости +3.

Я слабо усмехнулся. Система точно знала, что мне нужно, и тут же выдала нужное. Ощущение, что я нахожусь под неусыпным контролем, не покидало меня. Как будто я был подопытной крысой в огромном лабиринте, где каждый шаг и действие анализируются и оцениваются. Однако сейчас я был рад этой прибавке — любая единица выносливости значила для меня много.

Прошло около пятнадцати минут с тех пор, как я углубился в изучение своих характеристик и способностей, что позволило мне немного восстановиться. Наконец-то я заметил, что выносливость вернулась к 12 (-2) — значит, ещё немного отдыха, и я снова буду в полном порядке. Глоток воды и несколько минут передышки действительно дали мне необходимый заряд. Каждая единица выносливости в этом мире была на вес золота.

С этими мыслями я решил провести ещё пару экспериментов, чтобы лучше понять, как работает инвентарь. Итак, у меня была бутылка с водой, которую я держал в руке, но мне нужно было положить её обратно. Интересно, как это сделать? По привычке я попытался убрать её в рюкзак, но, к моему удивлению, она просто провалилась сквозь него и с глухим стуком упала на землю. На мгновение я замер, осознавая всю странность ситуации. Рюкзак был здесь, я видел его, держал и чувствовал, но он как будто оказался «невидимым» для предметов из инвентаря.

Осознав, что дело здесь явно в системе, я взял бутылку и попробовал положить её именно в ячейку инвентаря, сосредоточившись на том, чтобы она «поместилась» туда. И как только я это сделал, она исчезла из руки и появилась на перед глазами, зафиксированная в нужной ячейке. Всё это вызвало у меня много вопросов. Система не позволяла хранить предметы «вне» инвентаря, если они были созданы ею самой. Простые вещи, такие как бутылка с водой, система признаёт только в пределах её структур.

Решил продолжить эксперимент, на этот раз с чем-то из моего собственного снаряжения — тем, что не было частью системы. Достал охотничий нож, который был со мной с самого начала. Он пережил много приключений и был как-то даже немного «родным», надёжным, хоть и поизносившимся. Попробовал положить его в инвентарь, но, как я ни старался, это не сработало. В голове словно бы срабатывала блокировка, как будто система просто не признавала нож в качестве своего элемента. Сколько я ни пыжился, ячейка инвентаря оставалась пустой, а нож лежал у меня в руке, холодный и твёрдый, словно напоминая, что система не распространяется на всё, что я принёс из «реального» мира.

Это открытие заставило меня задуматься. Получается, что система чётко разделяет то, что она создаёт, и то, что было у меня до её вмешательства. Любое «системное» снаряжение может храниться в инвентаре, перемещаться и, видимо, даже исчезать, но всё «внешнее» — нет. Эта концепция оказалась весьма интересной, хотя и вызывала немало вопросов. Это значило, что, рано или поздно, я столкнусь с проблемой, когда моё «внешнее» снаряжение начнёт изнашиваться и перестанет быть полезным. Тогда у меня останутся только системные предметы, которые я смогу использовать и которые буду добывать в рамках этого странного мира.

Значит, что? Мне нужно будет искать именно «системные» вещи, поскольку они, вероятно, будут более приспособлены к местным условиям и сохранят свою функциональность. Что же делать с моим старым ножом? Ведь он был надёжным инструментом, и я не хотел бы расставаться с ним, пока он не сломается. Но в тоже время я осознал, что, чем дольше я здесь нахожусь, тем быстрее изнашивается моё старое снаряжение, и в итоге всё будет заменено на системное. Это как невидимая рука, направляющая меня всё глубже в механизмы этого мира, заставляющая постепенно адаптироваться к его законам.

Но этот феномен навёл меня на ещё одну мысль. Если система уже выдаёт мне инвентарь и предоставляет предметы, как, например, бутылку с водой, возможно, здесь существуют и другие приспособления, которые я смогу найти и использовать. А вдруг где-то есть целая «системная сумка» или аналог рюкзака, который позволит мне носить больше вещей? Станет ли такой рюкзак частью инвентаря, в отличие от моего нынешнего, или будет иметь свои ограничения? Подобная сумка стала бы настоящей находкой. Ведь чем больше вещей я смогу носить с собой, тем больше шансов на выживание у меня будет. И тогда я смогу хранить всю необходимую экипировку, не беспокоясь, что система её не признает.

Кроме того, я начал размышлять над тем, как вообще создаются «системные» предметы. Ведь у меня уже была способность «Метатель», которая не прозрачно намекала что нужно именно создавать метательное оружие, которое будет возвращаться ко мне после броска. Может быть, если я найду способ создать «системный» нож, он тоже будет иметь какие-то дополнительные эффекты? Это открывало новые горизонты, и я осознал, что мне, возможно, придётся не просто искать готовые вещи, но и осваивать навыки крафта, чтобы выжить в этом мире.

К примеру, если я научусь делать предметы, которые система признает «своими», то смогу пополнять инвентарь новыми полезными вещами. Это может стать решением проблемы, с которой я уже столкнулся, ведь рано или поздно любой предмет из моего реального мира износится. И тогда без системных вещей мне придётся туго. Я задумался, как создать что-то, что система признает. Возможно, нужно использовать материалы, которые я найду здесь, а не те, что принёс с собой. Или, может, мне понадобится какой-то специальный инструмент или даже «системный» материал. Но в любом случае, создание собственных предметов стало приоритетом.

Вопрос только в том, как создать что-то настолько надёжное, чтобы оно выдержало удары и при этом вернулось ко мне. Камень? Нет, это не вариант — он не будет считаться «созданным мной». А может, мне удастся сломать нож и использовать его лезвие? Или, если найду материал получше, смогу его обработать и придать форму, пригодную для метания. Системное оружие, которое будет возвращаться ко мне после каждого броска, — это было бы настоящее сокровище.

Всё это подводило меня к мысли, что я оказался в мире, где рано или поздно привычные для меня вещи будут заменены на «системные». Я чувствовал, что система будет постепенно поглощать мой инвентарь, вытесняя всё «внешнее» и заменяя его на своё. Так что идея с большой системной сумкой, которая позволит мне переносить вещи, становилась не просто желанием, а настоящей необходимостью.

Ладно, сколько бы я ни сидел и ни восстанавливал силы, нужно двигаться дальше. Время здесь играло против меня, и я не знал, есть ли какой-то внутренний таймер, отсчитывающий минуты на прохождение. А если он есть и до конца останется чуть-чуть, что если все, кто ждут меня в глубинах этого инстанса, соберутся вместе и накинутся сразу? Нет уж, лучше уж продвигаться вперёд и оставлять немного пространства для манёвра. В этом мире нельзя быть слишком самонадеянным.

Я поднялся на ноги, стряхнул с себя остатки усталости и, стараясь двигаться максимально тихо, прижался к стене и начал продвигаться вперёд. Коридор, в который я попал, был достаточно широким — метров семь, а может, даже восемь. Для подземелья это, прямо скажем, неплохие масштабы, почти как на центральных проспектах города. Вокруг царила странная полутьма, и хотя я не видел конкретного источника света, его было достаточно, чтобы рассмотреть пространство вокруг. Света хватало примерно на пару десятков метров вперёд, так что я мог заметить потенциальные препятствия или врагов заранее. Только вот здесь, в этом подземелье, любые ожидания могли оказаться с сюрпризами.

Продвигаясь вдоль стены, я всё время прислушивался к малейшему звуку, выискивал глазами любую тень или движение впереди. В какой-то момент я подошёл к повороту. Прямо как в каком-нибудь фильме, когда главные герои аккуратно заглядывают за угол, ожидая неожиданной встречи. На секунду мне даже захотелось сделать глубокий вдох, чтобы собраться с духом, но потом я понял, что это лишнее — любой звук сейчас мог привлечь нежелательное внимание.

Осторожно выглянув из-за угла, я увидел их. И, скажем честно, это был не совсем тот «набор гостей», которого я ожидал. В этот момент мозг начал пытаться определить, что же это за существа. Это точно не были привычные зомби, к которым я уже успел немного привыкнуть. Эти двое выглядели… ну, скажем так, как-то более основательно, что ли. Первый и главный показатель — они были целиком из костей. Да-да, чисто скелеты, без каких-либо признаков плоти, ни единого кусочка гниющей ткани. Я стоял и моргал, силясь осознать увиденное. Передо мной были два скелета, и, как я понял, не только стояли, но и держали в костлявых руках некие предметы, похожие то ли на пики, то ли на палки. Хотя нет, если уж быть совсем точным, в «костлявых руках», потому что других рук у них не было и не предвиделось. В этой ситуации это был бы странный запрос.

Склонив голову, я попытался понять, что же делать с этим «сюрпризом»? Было несколько идей, но прежде чем я успел обдумать их, надпись от системы вывела меня из раздумий:

Скелет. Уровень 5.

Я на секунду даже рассмеялся, хотя в этой ситуации мне бы не помешала серьёзность. Оказывается, это были скелеты пятого уровня, а не просто случайные гуляющие кости. Ладно, значит, опасность вполне реальна. Я сделал шаг назад, чтобы оценить ситуацию, как вдруг система выдала ещё одно уведомление:

Получен новый пассивный навык — Наблюдательность.

Наблюдательность +1.

На миг я даже застыл в легком шоке. Похоже, моё любопытство и склонность к изучению окружающего мира начали приносить свои плоды. Теперь я мог определять уровень врагов, и если бы не эта способность, я мог бы даже не заметить, что эти скелеты не так просты, как кажутся. Я ещё раз осторожно выглянул из-за угла, и теперь увидел над их головами не просто кости, а чёткую красную надпись «Скелет» и цифру 5 рядом с ней. Ну вот, теперь ясно. Эти надписи теперь помогают мне ориентироваться в этом мире, и в будущем это может спасти жизнь.

«Хорошо, — подумал я, — а что мне теперь с ними делать?» На секунду даже появилось желание подойти поближе и поздороваться — кто знает, может, они окажутся гостеприимными. Но тут же мысленно шлёпнул себя по лбу, напоминая, что это далеко не обычные существа. Кто знает, какие у них намерения? Их пики, которые, к слову, выглядели довольно угрожающе, явно предназначены не для дружеского рукопожатия. Да и красная надпись, не просто так. Возможно, или даже скорее всего, таким образом система намекает на то, что эти существа настроены агрессивно.

Я присел, продолжая наблюдать за ними, пытаясь понять, как они двигаются и что делают. В этот момент одна мысль не давала мне покоя. Эти скелеты стояли ко мне спиной, и у меня было время всё обдумать, но как только я начну двигаться, они могут меня заметить. Возможно, их внимание привлечёт даже малейший звук. Я снова вспомнил о своей новой способности «Скрытность». Если оставаться неподвижным, я могу слиться с окружающей обстановкой, и они меня просто не заметят. Но стоило мне сделать шаг — эффект может спасть. Это давало небольшой шанс подкрасться к ним поближе, но что потом? Вопрос оставался открытым.

Мысленно я начал прокручивать варианты. Можно попробовать обойти их стороной, но вдруг они услышат меня? Или, что если я смогу использовать «Скрытность», чтобы подобраться совсем близко и одним ударом обезвредить хотя бы одного из них? Всё же они пятого уровня, и кто знает, насколько они сильны. Вспомнив про свой охотничий нож, я на мгновение задумался, будет ли он полезен против костей. Ведь это не плоть, и удар в кость может просто отскочить, не нанеся никакого урона. «Ладно, думать буду по ходу дела», — подумал я.

Мне нужно было что-то предпринять. Вдохнув, я сжал нож и сделал первый шаг вперёд, проверяя, не спадёт ли «Скрытность». Ситуация казалась напряжённой, но от этого зависела моя жизнь.

Глава 5

Я сделал шаг и остановился. Впереди началось движение, и, к счастью, не в мою сторону. Скелеты, кажется, меня не заметили; они просто продолжали стоять спиной, а, может, моя «Скрытность» всё ещё работала. Я осознал, что, несмотря на всю реальность этой ситуации, меня всё равно не оставляло ощущение нереальности происходящего. Эти существа были на три уровня выше меня, и каждая ошибка могла стоить мне жизни. Но, похоже, удача была на моей стороне.

Они начали расходиться в разные стороны, и я продолжал стоять, затаив дыхание, как статуя (что я и изображал, наверное). Время тянулось, и я чувствовал, как накаляется ситуация. За несколько минут они разошлись до краев зала, который, надо сказать, оказался немаленьким — где-то метров 40 от стены до стены. Я удивлённо подумал, что тут, возможно, даже можно было бы устроить футбольный матч, если бы не одно «но» — вместо игроков тут находились двое скелетов с острыми предметами в руках.

Сквозь легкий страх меня одолела любопытность. Я наблюдал, как они постояли по краям зала с минуту, затем снова стали сближаться. «Хм, похоже, они патрулируют», — подумал я, подмечая их хоровод. И снова стал ждать, словно зритель в театре, ожидающий развязки. Они провели рядом около десяти минут, время от времени бросая на меня взгляды. Каждый раз, когда один из них смотрел в мою сторону, я, казалось, замирал еще больше, не смея даже пошевелиться или моргнуть. Всё же это были не просто кости, а потенциально смертельные противники.

В какой-то момент, когда они снова оглянулись в мою сторону, выскочило очередное сообщение от системы:

Способность «Скрытность» улучшилась.

И всё. Никакой пояснительной информации, никакой цифры, на сколько именно. «Как улучшилась — загадка, как всегда», — прокомментировал я про себя. Но, в любом случае, это была хорошая новость.

Скелеты снова начали суетиться и расходиться, и в этот момент мой план созрел сам собой. Учитывая, что мой он пока не имел альтернативы, я решился действовать. Я медленно начал продвигаться за тем, кто пошёл вправо. Не потому что я был не любителем «налево», а просто потому, что эта сторона была ближе. В этот момент я не мог позволить себе отвлекаться на ненужные раздумья. И хоть я не любил действовать в спешке, тут у меня опять-таки не было выбора.

Приближаясь к стене, я старался двигаться как можно осторожнее, чтобы не привлечь внимание. У каждого шага был свой вес — каждая пылинка под ногами могла выдать меня. Я снова затаил дыхание, наблюдая за движениями скелетов, и на этот раз они, кажется, не были настроены на агрессию. Они как будто просто выполняли свои обязанности. Возможно, у них даже не было никакой особой злобы. Но за каждую минуту, которую я проводил здесь, чувство тревоги только нарастало.

Скелет, который был ближе всего ко мне, вернулся к своей привычной рутине, и это был мой шанс. Я оценил обстановку — до момента, когда они вновь начнут сходиться, мне нужно было действовать быстро и незаметно. Я помнил, что у меня есть охотничий нож, но была и саперная лопатка. Прикинув все за и против, я остановился на втором. Все-таки поувесистей. Пока он осматривал пространство перед собой, я максимально сблизился со стороны спины. Вокруг стояла напряженная тишина, которая давила на уши. Я почувствовал, как сердце колотится в груди. Мои движения были осторожны и почти бесшумны, ведь даже малейший шорох мог привлечь внимание второго скелета.

Собравшись с силами, я схватил его за подбородок одной рукой, а другой за затылок. В этот момент всё словно замерло. Я смотрел на его затылок, представляя, что сейчас произойдет. Вдохнув, как в лучших фильмах-боевиках, я резко крутанул его черепушку.

Сопротивление было странным, словно кости не хотели поддаваться. Я напряг все мышцы и провернул голову, и тут раздался не громкий, но сухой хруст, напоминающий щелчок сломанной ветки. Это был хруст, который запомнится навсегда. Черепушка с трудом отстала от тела, и я увидел, как остальная часть скелета безжизненно осыпалась на землю, как будто кто-то стянул с него весь груз существования.

Я быстро опустил взгляд вниз и увидел уже знакомую коробочку, которая блестела на полу. Сердце вновь забилось быстрее, но на этот раз от возбуждения. Поднять (да/нет). Конечно, да.

Как только коробочка переместилась в инвентарь, его кости начали рассыпаться в прах, исчезая в воздухе. Это был удивительный эпизод, словно я стал свидетелем какой-то магии, разрушающей старые оковы. Я встал в полной уверенности, что сейчас все на моей стороне, но не успел я обдумать этот момент, как в голове пронеслось: «А вдруг его приятель огорчится?»

Я быстро сделал пару шагов в сторону и прижался к стене, стараясь слиться с тенью.

Мое дыхание стало более глубоким и медленным. А второй скелет не заставил себя долго ждать. Он в ускоренном темпе преодолевал все расстояние от дальнего края к этому, шурша костями по каменному полу. Его движения были быстрыми и резкими, как будто он чувствовал, что его товарищ больше не на месте. Подойдя к тому месту, где ранее развеялся прах, скелет какое-то время смотрел на место смерти (или упокоения?) его приятеля. Этот момент показался мне неловким, почти комичным. Скелет, судя по всему, переживал утрату, но как именно он мог это делать, оставалось загадкой.

Внезапно произошло нечто, что заставило меня действовать максимально быстро. Скелет поднял обе руки вверх, как будто призывал к себе силы или пытался произнести заклинание. В эту же секунду произошла яркая вспышка, как от световой гранаты. Я ослеп и ощутил, как зрение оставило меня. В этот момент я понял, что моя скрытность, вероятно, исчезла вместе с моим зрением.

Вы ослеплены на 10 секунд. «Да ладно! Но хоть за цифры спасибо». Поняв, что моя скрытность скорее всего спала, я вспомнил, где находился этот кадр, и, не теряя времени, швырнул туда саперную лопатку. Мой бросок был полон надежды и страха.

Пока я действовал, мои ноги уже были готовы к бегству. Я рванул по диагонали — как мне казалось — через весь зал. Я слышал, как лопатка попала в цель. Слышал, что что-то, у него сломалось, но остановиться не мог. Нужно было выиграть время. Осталось восемь секунд, и каждая из них казалась вечностью.

Я пробежал ещё шагов десять и остановился, боясь наткнуться на стену. В воздухе витал запах старости и пыли, что напоминало о предыдущих жизнях, когда здесь, возможно, бродили не мертвые, а живые. Я каким-то шестым чувством понимал, что бежал не по диагонали, как собирался.

Шесть секунд. Я замер, прислушиваясь к звукам вокруг. Слышу ковыляющие шаги. Четыре секунды. Шаги приближаются. Нервы на пределе, я чувствую, как внутри растёт тревога. Две секунды. По моему ощущению, нас разделяет всего пару метров. Я замер, не в силах дышать. Что, если моя скрытность больше не работает?

Я швырнул нож на звук очередного шага скелета, и в этот момент услышал, как что-то — ну, понятно что — сухо падает на землю. 0 секунд, да будет зрение.

В одно мгновение зрение вернулось ко мне, и я увидел, как скелет распластался, но пытается встать. Ага, значит он упал. Почему упал? А — вот же! Я пригвоздил ему стопу своим броском ножа. Вот он и запнулся.

А еще с другой стороны была стена, на которую я чуть не налетел. Признаться, я думал, что после стольких приключений уже ничем меня не удивишь.

Интуиция +1.

О, отразилось. Странно. Но думать было некогда. Совсем. Если он встанет, то загоняет меня по залу. Кстати, зал этот больше напоминал помещение после ремонта, который делал пьяный дизайнер с чувством юмора садиста — идеальное место для драки с костлявым противником.

Я прыгнул на него сверху, пытаясь провернуть такой же трюк, как с его дружком. В моей голове мелькнула циничная мысль: «Надеюсь, этот экземпляр не застрахован». Но это недоразумение — то есть, собственно, скелет — успело отмахнуться своей костяшкой и довольно сильно приложить меня в плечо.

Ну что я вам скажу. Больно. Не смертельно больно, но так, что в глазах потемнело. Хотя, учитывая, что передо мной буквально ходячий труп, определение «смертельно» становится относительным. Интересно, он вообще чувствует боль? Или просто механически отрабатывает программу «уничтожить противника»?

О!!! как же! Вот и система проснулась. Прямо на периферии зрения появилась красная полоска… заполненная на… скажем так одну треть… Не слабо меня так приложил этот набор костей.

Я бы даже сказал — прилично. Если бы мне кто-то сказал утром, что буду драться со скелетом, я бы посоветовал ему сходить к психиатру. А тут — пожалуйста, полный комплект: адреналин, боль и какая-то непонятная статистика в углу зрения.

Я продолжил начатое, оперившись коленом ему в спину. Кручу-верчу и вот он — долгожданный треск ломаемой ветки. Или костей? В моей ситуации это почти синонимы.

Взгляд, коробочка, занавес.

Я сидел и не мог пошевелиться. Живот болел, плечо ныло, а в голове крутилась одна мысль: «И за что мне всё это?»

Поздравляем, вы получили третий уровень!

«Ура», — подумал я с максимально возможной иронией. — «Теперь я профессиональный убийца скелетов. Мама будет горда».

Поздравляем, вы первый, кто сразился с монстрами второй волны, задолго до ее начала.

«Звучит как сомнительный комплимент», — прокомментировал я про себя.

Получена награда???

Награда, судя по всему, заключалась в том, что я все еще живой. Хотя, учитывая мои последние приключения, это тоже можно считать большой удачей.

Я огляделся. Разгромленное помещение, куча костей, которая еще недавно была моим противником и уже превращающаяся в прах, и я — слегка потрепанный, но живой. Типичный понедельник, в общем.

Система молчала. Видимо, тоже была не против передохнуть.

На каком-то автомате я достал бутылку с водой, сделал пару глотков. Жажда утолилась чуть ли не мгновенно. А еще снова капнуло регенерации. Надо же, какая заботливая система — и попить дала, и подлечила. Прямо как заботливая бабушка, только вместо пирожков — драки со скелетами.

Ну, раз я больше никого не видел в этом зале, то нужно перевести дух. Интересно, как тут восстанавливается эта самая красная полоска. Наверное, так же как в играх — посидел, подумал о вечном, и всё само проходит. Хотя, судя по тому, что я уже успел увидеть, тут всё может быть совсем не так просто.

И так, что мы имеем. «Меню!» — мысленно скомандовал я, и перед глазами развернулся полупрозрачный интерфейс. Забавно, как быстро привыкаешь к такому. Словно всю жизнь только и делал, что мысленно открывал меню после драки с нежитью.

Имя: Артём

Уровень: 3

Характеристики:

— Сила: 13

— Ловкость: 12

— Выносливость: 13 (-9)

— Интеллект: 12

Скрытая характеристика:

Интуиция: 4

Достижения:

— «Первый среди равных»

— «Прорыв перед Оповещением»

Пассивные способности:

— Скрытность

— Метатель

Пассивный навык: Наблюдательность

Дополнительная награда???

Я уставился на эти цифры, пытаясь понять, что они значат. Ну, кроме очевидного факта, что я теперь похож на персонажа из какой-нибудь RPG. Хотя, если подумать, в любой нормальной RPG персонаж начинает с первого уровня в какой-нибудь деревне, убивая крыс в подвале, а не сражается со скелетами в пещере, а перед этим убегает от туристов, которых эта же система трансформировала в каких-то зомби.

«Так, давай по порядку, — начал я рассуждать, потирая всё ещё ноющее плечо. — Получается, что за уровень накидывают по одному очку в каждую характеристику. А так же эти характеристики можно «прокачивать» тем или иным способом самостоятельно».

Я хмыкнул. Интересно, а как именно «прокачивать»? Отжиматься до потери пульса для силы? Бегать марафоны для выносливости? Читать энциклопедии для интеллекта? Хотя, судя по моему текущему опыту, система предпочитает более… экстремальные методы обучения.

Выносливость −9. Я задумчиво посмотрел на красную полоску, маячившую на периферии зрения. Скорее всего это связано и с моей красной полоской, отображающей по всей видимости мою ЖИЗНЬ?! Забавно, что даже в мыслях проскакивают эти игровые термины. Хотя какие уж тут шутки — когда тебя бьёт скелет, очень быстро начинаешь воспринимать «жизнь» как вполне конкретный параметр.

Интуиция. Единичку мне накинуло скорее всего за ощущение, что стена рядом, а вторую за уровень. Полезная штука, между прочим. Особенно когда маячит перспектива расшибиться о стену.

И вот ещё вопрос. Точнее три вопроса — что за дополнительная награда. Ну да — система сказала: «за монстров со второй волны». Что это и откуда… подумаем позже. Сейчас голова слишком гудит для таких глобальных размышлений.

Я снова отхлебнул воды, разглядывая место, где только что была куча костей. Знаете, забавная штука — мышечная память. Вот вроде бы первый раз в жизни дерусь со скелетом, а когда после его смерти появилась небольшая коробочка, я уже на автомате вжал взглядом «поднять». Как будто всю жизнь только этим и занимался — раскидывал скелетов и собирал трофеи.

Теперь у меня две таких коробочки — и с этого скелета, и с предыдущего. Но открывать их пока не спешу. Мало ли что там может быть, да и обстановка не располагает к разбору добычи. Сначала надо убедиться, что больше никаких сюрпризов в виде оживших костей поблизости нет.

«Первый среди равных» — прочитал я снова своё достижение. Звучит как-то пафосно. Как будто я не просто справился со ставшим зомби аспирантом, а как минимум спас мир. Хотя, кто знает — может быть, тот аспирант бы отожрался и потом кошмарил бы пол страны? Нет, лучше не думать об этом. А то мало ли — в следующий раз система решит, что я готов к встрече с драконом или чем похуже.

Красная полоска немного подросла — видимо, регенерация всё-таки работала. Я осторожно размял плечо. Болело меньше, но всё ещё ощутимо. Интересно, а аптечки в этом мире существуют? Или придётся искать какого-нибудь седобородого целителя с посохом?

Восстановление здоровья: 15 %

«Спасибо, что хоть проценты показываешь», — пробурчал я. — «А то я бы так и гадал, сколько мне ещё прохлаждаться в компании этой пыли».

По моим прикидкам, время уже было ближе к вечеру, ну или глубоко за обед. Странно, как быстро привыкаешь к новой реальности — вот я уже прикидываю время, как будто это имеет какое-то значение в подземелье. Хотя, может, и имеет — мало ли какие тут правила игры.

Я достал из рюкзака запасы из моей прошлой реальности — тушенка, хлебцы… Забавно, как эти простые вещи вдруг стали связующим звеном с нормальным миром. Разогревать ни сил, ни желания не было. Честно говоря, после драки со скелетами даже холодная тушенка казалась праздничным обедом. Поэтому ел, давясь холодным. Но по крайней мере насытился.

Эффект насыщения: Восстановление выносливости +2

«Надо же», — хмыкнул я, — «даже консервы тут имеют игровой эффект. Интересно, а если бы я гурманом был и носил с собой фуа-гра, получил бы какой-нибудь супербафф?»

Нужно было двигаться дальше. Но внутри меня как будто кошки скреблись, было ощущение, что я что-то забыл. Знаете это чувство, когда вроде всё сделал, а в голове противный голосок нашептывает — «проверь ещё раз»? Вот именно это со мной и происходило.

Я стал оглядываться, осмотрел место убийства скелета, вернулся к первому… ничего. Что я мог забыть? Ничего. Коробочки собрал, остатки врагов превратились в пыль, даже бутылку воды в инвентарь убрал — мама бы гордилась такой чистоплотностью.

И тут как озарение — если этот зал считать как первый рубеж, как в любом подземелье в играх… то тут может быть какой-то дополнительный бонус в виде какого-то лута. Да, я игрался в онлайн-игры. По-моему это был ВоВ. Я даже до 80 лвл докачался и бронзового дракона выбил… как же давно это было — лет 15 назад, если не больше…

А теперь сам оказался в игре. Ужас какой-то. Хорошо, что не каким-нибудь НПС. Представляю себя в роли торговца: «Путник, не хочешь ли купить зелье здоровья? Всего 99 золотых монет! А если возьмёшь два, то второе со скидкой в 1 %!» Брр, даже передёрнуло.

Ладно, посмеялись и хватит. Где тут сокровища?! Я начал более внимательно осматривать зал, но уже не как место побоища, а как локацию из игры. Так, что у нас обычно в таких местах бывает? Тайники в стенах? Проверим. Потайные рычаги? Возможно. Сундуки за иллюзорными стенами? А почему бы и нет!

Интуиция +1

Интеллект +1

Вот! Значит правильно я мыслю! Система явно одобряет мой подход. Интересно, а другие игроки… то есть, люди в этом мире, тоже догадываются использовать игровой опыт? Или бродят, как эльфы в тумане, пытаясь понять, что происходит?

Я провёл рукой по стене, ощупывая каждый выступ. Знаете, в играх это обычно происходит как-то элегантнее — нажал кнопку «искать», и персонаж сам всё находит. А тут приходится самому, как археологу, обстукивать каждый сантиметр. Хотя, может, это и к лучшему — по крайней мере, чувствуешь себя не совсем безмозглой марионеткой.

«Так, а это что у нас тут?» — пробормотал я, нащупав небольшое углубление в стене. На первый взгляд — обычная выбоина, каких тут десятки. Но что-то в ней было… неправильное. Слишком уж ровные края для случайного повреждения.

Я прищурился, пытаясь разглядеть детали в полумраке. Забавно, как в такие моменты начинаешь жалеть, что у тебя нет какого-нибудь навыка «ночного зрения» или хотя бы фонарика из старого мира. Хотя, может быть, это и к лучшему — кто знает, какие ещё сюрпризы можно найти в темноте?

Обнаружен скрытый механизм

Пассивный навык Наблюдательность изменен на пассивную способность: Наблюдательность.

«Ага! — торжествующе мысленно воскликнул я. — Мой игровой опыт меня не подвёл! Теперь главное — не напороться на ловушку. В играх-то после смерти респавнишься, а тут… как-то не хочется проверять, есть ли у местной системы такая функция».

Глава 6

Я подобрал небольшой камень, отошел на несколько метров и, прицелившись, бросил его прямо в то подозрительное углубление. Камень со стуком ударился о стену и отскочил, не причинив никакого видимого эффекта. Хм, странно. Я попробовал проделать то же самое еще несколько раз, меняя угол и силу броска, но результат был таким же — ровным счетом ничего.

«Так-так, и что же мы имеем?» — пробормотал я себе под нос, задумчиво потирая подбородок. Если это действительно тайник или скрытый механизм, то просто швырять в него камни — не лучшая идея. Нужен более тонкий подход.

Порывшись в рюкзаке, я достал свой верный охотничий нож. Не то чтобы я собирался ковырять им в стене — все-таки нож был одной из немногих вещей, оставшихся со мной из прошлой жизни — но ничего лучше под рукой не было.

Осторожно, стараясь не делать резких движений (мало ли, вдруг это все-таки ловушка), я поднес лезвие к краю углубления и аккуратно надавил. К моему удивлению, нож довольно легко вошел в едва заметную щель, скрывавшуюся в тени выемки. Так-так, значит, не показалось — тут действительно что-то есть!

Оставив нож торчать в стене, как какой-то странный ключ в замочной скважине, я отошел на несколько шагов назад и снова прицелился. В этот раз моей мишенью была рукоятка ножа.

Камень сорвался с моей ладони и, описав идеальную дугу, со звоном ударился о рукоять. В следующий миг я услышал скрип и какое-то шипение, будто из проколотого колеса выходил воздух. Шипение быстро переросло в настоящий свист, и я, не раздумывая, отскочил еще дальше, пятясь спиной и не сводя глаз с того места, где был мой нож.

А посмотреть было на что! Часть стены вокруг ножа начала двигаться, со скрежетом уходя внутрь и образуя приличных размеров нишу. Из ниши повалили клубы какого-то бело-серого газа, и я невольно задержал дыхание. Черт его знает, что это за дрянь! В играх такие штуки обычно наносят урон здоровью или вообще отправляют на перерождение. Но тут-то это, мать его, реальность! Я не собираюсь проверять, будет ли у меня вторая попытка, если эта газовая хрень окажется ядовитой.

Продолжая медленно отступать, я не сводил глаз с рассеивающегося облака. Сквозь полупрозрачную дымку уже можно было различить какие-то очертания внутри ниши. Там определенно что-то было, но разглядеть детали мешала все еще клубящаяся завеса газа.

Прислушавшись к себе, я с удивлением понял, что задерживаю дыхание. «Охренеть можно», — мелькнуло в голове. — «Стою тут, как дурак, и боюсь даже вдохнуть. А вдруг это какая-нибудь заразная дрянь и я заражусь чем-нибудь похуже, чем зомби-вирус? Нет уж, я туда ни ногой, пока эта хрень полностью не развеется!»

Интуиция +1

«О, спасибо! — мысленно хмыкнул я. — Очень мило со стороны системы поощрять мою паранойю. Но, учитывая все, что со мной уже случилось, я лучше буду перестраховщиком, чем бесстрашным идиотом».

Облако газа медленно таяло, словно нехотя открывая свои секреты. Я напряженно всматривался, пытаясь уловить хоть что-то в расплывчатых тенях. Стены ниши, кажется, что-то отражали — даже сквозь пелену просачивались слабые блики. Неужели там действительно сокровища? Или это просто обманка, как в дешевых квестах — куча мишуры, а на деле пшик?

Как бы там ни было, соваться туда прямо сейчас я точно не собирался. Черт его знает, может эта дрянь как-то по-особому взаимодействует с моей новой «системной» физиологией. Одно дело — дышать обычным воздухом, и совсем другое — какой-то неведомой хренью из хрен пойми каких хранилищ.

С этими мыслями я приготовился к долгому ожиданию, лениво размышляя, что бы такого съесть из своих запасов, пока сижу тут как дурак и пялюсь на эту нишу. Одно радует — если там окажется очередная ловушка системы, то хоть на голодный желудок помирать не придется. А то знаете, как бывает — приготовишься к худшему, наешься от пуза, а потом сиди и мучайся от несварения. Застрелиться и то приятнее, чем так маяться. Ну что ж, будем надеяться, что мой новый статус «первопроходца инстанса» хоть как-то повлияет на щедрость этой чертовой системы. Не с моим везением, конечно, но мечтать-то никто не запрещал, правда?

Когда эта дымка или туман полностью рассеялся, я, затаив дыхание, подошел к тайнику и заглянул внутрь. В тусклом свете, падающем из ниши, я разглядел знакомые очертания — еще одна коробочка, очень похожая на те, что остаются после убийства скелетов или зомби. Только эта была чуть крупнее и цвет ее был более насыщенным, словно подчеркивая свою значимость.

«Ого, а вот это уже интересно, — пробормотал я, осторожно вытаскивая свою добычу. — Неужели система решила выдать мне что-то поценнее спичек и пакетиков с солью? Прям даже руки дрожат от предвкушения!»

Полюбовавшись на коробочку и так и эдак, я убрал ее в инвентарь. Что бы там ни было, разбираться с этим лучше в более спокойной обстановке. А то с моим везением — только открою, а оттуда как прыгнет какая-нибудь дрянь и вцепится мне в лицо. Нет уж, спасибо, наигрался уже в героя.

Удовлетворенно хмыкнув и отряхнув штаны, я огляделся. Ну что же — в этом зале меня больше ничего не держало. Все монстры убиты, все лутбоксы собраны — пора двигать дальше. Одна только мысль не давала покоя — а что если эти два костлявых гаврика возродятся, пока я тут прохлаждаюсь? Знаете, как бывает в играх — вышел из локации, вернулся, а там все монстры по новой реснулись. Прям дежавю и чувство, что тебя надули.

«Хм, а ведь и правда — идея переночевать тут может оказаться не такой уж заманчивой, — рассуждал я, потирая подбородок. — Это если представить, что я такой расслабленный засыпаю, а потом просыпаюсь от того, что меня грызут или просто приголубят по темечку. Нет уж, увольте!».

В конце концов, я решил не искушать судьбу. Конечно, соблазн остаться и передохнуть был велик — все-таки столько всего случилось, столько энергии потрачено. Но риск оказаться в зубах у этих ходячих скелетов как-то не прельщал. К тому же, кто знает, может впереди меня ждет что-то еще более интересное? Не зря же система подкинула мне эту необычную коробочку. Уж больно подозрительная она, прям так и манит бросить все и открыть.

«Ладно, чего тут сидеть?» — подбодрил я себя, направляясь к выходу из зала. Мысли путались, перескакивая с одного на другое. С одной стороны, хотелось передохнуть, перевести дух после всех этих безумных приключений. Но с другой — страх, что эти костлявые ребята вдруг возьмут и оживут, не давал расслабиться.

«Двигаем дальше, — решил я про себя. — Какой смысл гадать, что будет дальше? Лучше уж идти вперед и решать проблемы по мере их поступления. Тем более, может впереди меня ждет что-то действительно стоящее?»

Мысль о возможных сюрпризах системы не добавляла оптимизма. Уж больно непредсказуемой она была — то скелетов подкинет вместо уже привычных зомби, то странные коробочки в нишах оставит. Поди угадай, что ей в следующий раз втемяшится.

«Главное — не расслабляться, — напомнил я себе, стараясь подавить нарастающее волнение. — В конце концов, паранойя — это еще не самое страшное, что может случиться в этом дурдоме. По крайней мере, лучше быть живым параноиком, чем расслабленным покойником».

На душе было неспокойно. Несмотря на все попытки подбодрить себя, какая-то часть меня все равно трусила и жалась к стеночке. Но деваться было некуда — либо я буду двигаться вперед, либо так и останусь сидеть в этом зале, пока не сдохну от старости или от когтей очередной системной пакости.

С этими мыслями я перешагнул порог и решительно направился в гулкий полумрак следующего коридора, прислушиваясь к каждому шороху и скрипу. Кто знает, может мое чутье меня и не подведет в этот раз. Все-таки не зря же оно прокачано уже аж до целых уже пяти пунктов!

Первые десять метров я буквально крался, ступая так осторожно, словно боялся спугнуть свою удачу. Каждый шаг отдавался гулким эхом в пустом коридоре, заставляя меня внутренне сжиматься и напряженно прислушиваться. Но ничего не происходило — ни шороха, ни скрипа, ни даже намека на чье-то присутствие. Казалось, весь мир вокруг застыл в напряженном ожидании, затаив дыхание вместе со мной.

«Неужели пронесло?» — с недоверием подумал я, осторожно выдыхая. Мышцы начали понемногу расслабляться, а сердце уже не колотилось так бешено, норовя выскочить из груди. Может быть, в кои-то веки система решила дать мне передышку? Или просто выжидает, копя силы для какой-нибудь особенно пакостной шутки?

Так или иначе, но пока все было тихо. И с каждым новым шагом эта тишина придавала мне уверенности. Постепенно я начал ускорять шаг, с опаской поглядывая по сторонам, но уже не так судорожно цепляясь за каждую тень. В конце концов, не могу же я вечно красться как перепуганный заяц! Если в этих тоннелях и правда кто-то есть, рано или поздно мы все равно столкнемся. Так какой смысл тянуть кота за хвост?

Конечно, об осторожности я не забывал. Уж слишком хорошо запомнил свои предыдущие встречи с местными обитателями. Каждый поворот я встречал настороженным взглядом, каждую тень провожал напряженным вниманием. Мои пальцы машинально поглаживали рукоять ножа, готовые в любой момент сомкнуться на прохладном металле.

Несмотря на все мои старания, очередной сюрприз подкрался действительно незаметно. Я как раз вышел в очередной зал, больше напоминающий пещеру — с неровными стенами и низким сводчатым потолком. И в первый момент мне показалось, что он пуст, как и все предыдущие. Но потом мой взгляд выхватил какое-то движение в дальнем углу, и сердце екнуло от нехорошего предчувствия.

Крысы. Нет, не так — КРЫСЫ! Огромные, размером с хорошую собаку — не комнатную болонку, а какого-нибудь здоровенного мастифа или немецкую овчарку. Их было всего штук пять, но даже от одной такой твари у меня по спине побежали ледяные мурашки.

Система услужливо подкинула подсказку, мерцающую алым в полумраке: «Крыса. 5». Я невольно сглотнул, чувствуя, как рот наполняется вязкой слюной. Уровень пять — это на два уровня выше, чем у меня сейчас. А значит, эти твари вполне могут меня располосовать на ленточки, если допустить ошибку.

Но больше всего меня потрясли даже не размеры и не уровень этих монстров. Нет, самое жуткое было в другом — в их хвостах. Они были просто невероятно длинными, метра по полтора, не меньше! Эдакие толстые розовые канаты, покрытые редкой щетиной и увенчанные острыми, как бритва, коготками. Даже от одного их вида меня начинало мутить.

Крысы заметили меня почти сразу. Их маленькие злобные глазки вспыхнули алчным огнем, и они, оскалив желтые зубы, ринулись в мою сторону. Я даже опомниться не успел, а эти твари уже преодолели половину разделяющего нас расстояния, мелькая лысыми хвостами по каменному полу.

В голове пронеслась паническая мысль — бежать! Ноги сами рванули назад, унося меня прочь от этих жутких созданий. Я уже развернулся, готовый показать им пятки и молиться, чтобы они не оказались быстрее меня. Как вдруг краем глаза заметил нечто, заставившее меня затормозить так резко, что я чуть не впечатался носом в стену.

На высоте примерно четырех-пяти метров от пола в стене виднелся широкий выступ, больше напоминающий небольшой карниз или полку. А ниже, на самой стене, отчетливо выделялись неглубокие выемки и трещины, образующие почти идеальную «лесенку» до самого выступа.

Недолго думая, я рванул к спасительной стене. Крысы взвизгнули за спиной, почуяв, что добыча ускользает. Но мне было уже не до них — все мое внимание сосредоточилось на том, чтобы добраться до этого выступа раньше, чем клыкастые твари вопьются мне в ногу.

Подпрыгнув так высоко, как только мог, я вцепился пальцами в первую попавшуюся выемку. Мышцы взвыли от напряжения, когда я подтянулся на руках, лихорадочно нащупывая ногой опору. На миг мне показалось, что сейчас сорвусь — ладони скользили по шершавому камню, а рюкзак так и норовил утянуть меня вниз. Но каким-то чудом я все же удержался и, сделав над собой нечеловеческое усилие, рывком втянул себя на уступ.

Последнее, что я увидел, прежде чем перевалиться через край выступа — разъяренные морды крыс, прыгающих внизу в бессильной ярости. Кажется, одна из них даже попыталась допрыгнуть до меня, но не хватило буквально полметра. Мерзкая тварь рухнула вниз, судорожно дергая лапами и визжа от боли.

Я же растянулся на выступе, судорожно хватая ртом воздух и дрожа всем телом. Только сейчас я понял, насколько был близок к смерти. Эти крысы… Да если бы я промедлил хоть секунду, они бы разорвали меня в клочья!

«Вот ведь бешеные твари! — простонал я мысленно, с трудом приходя в себя. — И кто только додумался наплодить таких монстров? Это ж не крысы, а чертовы танки на лапах!»

Отдышавшись немного, я приподнялся на локте и огляделся. Выступ, на котором я лежал, оказался довольно просторным — метра два в ширину и все три в длину. Почти миниатюрное плато, уходящее вглубь стены и образующее нечто вроде ниши или пещерки.

Крысы внизу продолжали бесноваться, пытаясь достать меня своими омерзительными хвостами. Но расстояние было слишком велико даже для их прыжков. Пару раз какая-то особо прыткая тварь допрыгивала почти до края выступа, заставляя меня в панике отшатываться. Но в целом я был в относительной безопасности. По крайней мере, пока не решу спуститься вниз.

Я перевел дух и прислонился спиной к прохладной стене, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. Вот ведь угораздило! Мало мне было скелетов и зомби, так теперь еще и крысы-мутанты. Что дальше? Гигантские пауки? Драконы? Хотя нет, про драконов лучше даже не думать — еще сглажу ведь!

— Эй, система! — пробормотал я вслух, старательно делая вид, что обращаюсь к невидимому собеседнику, а не брежу от страха. — Может, хватит уже сюрпризов на сегодня, а? Дай передохнуть, подлатать дыры в штанах, все дела. А то у меня уже скоро седых волос больше будет, чем обычных!

Разумеется, никакого ответа я не получил. Да и не ждал, если честно. Просто хотел хоть как-то разрядить обстановку, а то тишина, нарушаемая лишь яростным визгом крыс, начинала давить на психику. Но тут вдруг в голове мелькнула надпись:

Ловкость +1.

Ну как же — я тут карабкался по скале, вот и получите. И то хлеб. Хоть какой-то прогресс в этом безумном подземелье.

Я пристроился с краю уступа, наблюдая сверху за разъяренной толпой крыс-мутантов, бурлящей внизу. Их красные глаза горели во мраке пещеры, а пронзительный визг эхом отражался от каменных стен. Они явно жаждали добраться до меня и разорвать на части своими острыми зубами.

Но я сидел тихо, затаив дыхание, стараясь слиться с камнем. Ждал, когда же моя пассивная способность скрытности начнет работать. Ну давай же, не подведи! В описании ведь было сказано, что я могу становиться незаметным.

И вот, через несколько напряженных минут, произошло нечто странное. Визг крыс вдруг на секунду стих, и я заметил в их глазах растерянность, словно они потеряли меня из виду.

Неужели получилось? Неужели скрытность сработала? Я стал для них невидим! Исчез, слился с окружающей средой. Как и обещало описание.

Крысы занервничали, забегали. Они помнили, что я был здесь, на этом уступе. Поэтому продолжали злобно шипеть и кидаться на камни внизу в бессильной ярости. Но найти меня уже не могли.

Я затаил дыхание, боясь даже пошевелиться. Сидел неподвижно, вжавшись в холодный камень. Лишь сердце бешено колотилось в груди, да пот стекал по вискам. Не хотелось лишний раз рисковать и снова привлекать их внимание.

Время тянулось мучительно медленно. Но постепенно пыл крыс начал угасать. Не найдя добычу, они стали успокаиваться и терять интерес. Их злобный визг сменился недовольным ворчанием.

Прошло минут десять, показавшихся вечностью. Крысы начали расходиться, удаляясь от подножия скалы. Они уже не кидались на камни, а просто брели в темноту, изредка оглядываясь и принюхиваясь. Видимо, всё ещё надеялись меня учуять.

Но я продолжал сидеть тихо, с замиранием сердца следя за их перемещениями. В слабом свете, откуда-то проникающем в пещеру, я мог различить их мохнатые спины и длинные хвосты, мелькающие среди камней. Они отошли уже метров на пятнадцать, но всё ещё были слишком близко, чтобы я мог расслабиться.

Способность явно работала — для крыс я полностью слился с окружением и стал невидим. Но они всё ещё помнили о моем присутствии и не теряли бдительности. Умные твари, ничего не скажешь.

Я прикидывал свои дальнейшие действия. Оставаться тут и ждать, пока крысы совсем уйдут? Или рискнуть и попробовать потихоньку уползти, пока скрытность активна? Каждый вариант был по-своему рискован.

В конце концов, я решил еще немного переждать. Крысы всё ещё бродили неподалеку, принюхивались, вслушивались в тишину. Нельзя было допустить ни единого звука или движения, чтобы не выдать себя.

Страх и напряжение сковывали тело, но я терпел. Знал, что другого выхода нет. Лишь бы скрытность не отключилась в самый неподходящий момент! Приходилось полагаться на эту необычную, но такую нужную сейчас способность.

Минуты ползли одна за другой. Постепенно крысы стали терять интерес к этой части пещеры. Круги, по которым они бродили в поисках пропавшей добычи, становились всё шире. Наконец, последние из них скрылись во мраке подземелья, оставив меня одного на узком уступе.

Выждав для верности еще пару минут и убедившись, что вокруг тихо, я с облегчением выдохнул. Опасность миновала! Моя скрытность не подвела, позволив обмануть крыс и избежать их ужасных клыков.

Я отодвинулся от края выступа и заполз в самый дальний угол. Выбирать между «идти искать новое место для ночлега» или «поспать тут» даже не приходилось. Кое-как разместившись на голых камнях, я уснул. Меня будто вырубило.

По моим ощущениям, проспал я часов 5–6. Проснулся достаточно бодрым, но всё тело ломило. Сделав пару глотков воды, решил, что пора выбираться отсюда. Но как только я подполз к выступу, конечно же увидел крыс. Не сказать чтоб они стояли по стойке смирно и в линейку, но тем не менее, сидели внизу и жадно пялились на меня своими бусинками глаз.

«Приехали, — мрачно буркнул я себе под нос. — И что теперь делать?»

Крысы тихо попискивали, будто переговариваясь. Похоже, мое внезапное появление застало их врасплох. Но судя по оскаленным зубам, добычу они упускать не собирались.

Я лихорадочно осматривался по сторонам, пытаясь найти путь к спасению. Может, получится спуститься по стене? Или перепрыгнуть на другой уступ? Увы, прикинув расстояние, я понял, что не допрыгну. Да и скалолазание не входило в число моих талантов.

Внезапно, мое внимание привлек странный звук. Он доносился откуда-то сверху и напоминал то ли скрежет когтей по камню, то ли скрип ржавых петель. Я задрал голову и обомлел. Прямо надо мной, цепляясь за стену, ползла огромная многоножка! Ее хитиновый панцирь поблескивал в полумраке, а жвала методично перемалывали камень, прогрызая себе путь.

Глава 7

Сколопендра. 8.

Ох ничего себе! Восьмой уровень! Эта тварь явно не шутки шутить сюда приползла. Первая мысль была — бежать. Вторая — куда?! Сзади тупик, вверху эта сколопендра. Чтоб вы понимали, выглядела она как обычная сколопендра, но размер… Вот если соединить 2 крысы, которые копошатся внизу, в одну — это и будет что-то похожее на размер этой твари.

Кстати, о крысах — они то как раз притихли и сгрудились в дальнем углу пещеры. Вроде даже попятились слегка, когда сколопендра появилась. Хм, а это интересно. Похоже, они не особо ладят с этой многоножкой. Скорее всего, эти твари тут вовсе не заодно. Видать, и крысы ее опасаются, раз так себя ведут. Оно и понятно — она же явно крупнее их раза в два, а то и больше!

Что же мне теперь делать?! Эта хитиновая тварь неумолимо и методично ползет в мою сторону. Такое чувство, что ей от меня что-то нужно. Хотя постойте-ка… А знает ли она вообще, что я тут? Я же вроде как под скрытом сейчас. Черт, как было бы здорово, если б система как-то обозначала, в какие моменты скрытность активна, а в какие — нет. Глядишь, сейчас бы не гадал, заметила меня эта махина или пока нет.

Ладно, допустим, моя скрытность все еще работает. Тогда, может, сколопендре просто что-то нужно на этом уступе? Похоже, у нее тут какие-то свои дела. Но что именно ей нужно? Я внимательно оглядел каменный карниз, на котором сидел. Взгляд упал на характерные следы, оставляемые сколопендрой на стенах. Потом я присмотрелся к выемкам и углублениям, по которым взбирался сюда, удирая от крыс. Так, так, так… Чем дольше я сравнивал царапины на камне, тем отчетливее понимал: похоже, это ее логово. Твою ж мать! Я умудрился забраться прямиком в берлогу жуткой многоножки, да еще и уровнем явно выше моего. Зашибись!

Выходит, эта тварь сейчас просто-напросто возвращается домой, к себе в норку. А я типа как незваный гость. Только вот сомневаюсь, что она обрадуется, узнав, что в ее берлоге кто-то сидит. Не похожа она на гостеприимную хозяйку.

Я лихорадочно соображал, как выкрутиться из этой ситуации. Похоже, вариантов немного. Если она меня все-таки обнаружит, придется либо драться, либо удирать со всех ног. Только вот ни то, ни другое не внушало оптимизма.

С моим-то третьим уровнем куда мне тягаться с этой тварью восьмого уровня? Это ж почти в три раза круче меня будет! Да она меня одним ударом в лепешку расплющит, если вступать в открытый бой. И бегать особо некуда — сзади глухой тупик, а единственный путь к отступлению — через сколопендру. Тоже так себе перспектива.

Нет, биться насмерть с этим монстром — точно не вариант. Слишком неравны шансы. Лучше попробовать проскользнуть незамеченным, пока моя скрытность еще работает.

Кажется, единственный шанс — это затаиться тут и ждать, пока она заползет к себе в логово. Авось, не учует меня и проползет мимо, не заметив.

Но для этого нужно сидеть тихо, как мышь. Ни звука, ни шороха, ни малейшего движения. Даже дыхание и то затаить. Не дай бог привлечь ее внимание. Любой лишний шум может стоить мне жизни.

Эх, была, не была! Отступать уже некуда. Остается полагаться на удачу и собственную скрытность. Авось, пронесет! Я вжался в холодный камень уступа, стараясь слиться с ним в единое целое. Сердце колотилось, как бешеное, руки дрожали от напряжения. Но двигаться было нельзя. Надо ждать.

Казалось, время застыло. Каждая секунда тянулась, как вечность. По вискам струился пот, но я боялся даже поднять руку, чтобы стереть его. Лишь бы не выдать себя случайным жестом.

Сколопендра тем временем подползала все ближе. Ее многочисленные лапки цокали по камню, перебирая с методичной размеренностью. Хитиновые пластины поблескивали в скудном свете пещеры. Я старался даже не смотреть в ее сторону, опасаясь встретиться с ней взглядом. Не хватало еще нечаянно установить зрительный контакт с этой многоножкой.

Когда она достигла уступа, то на какое-то время склонилась над ним и начала угрожающе шипеть, размахивая частью своих ножек в сторону крыс. Видимо, не очень-то жаловала их на своей территории. Те в ответ испуганно попискивали и порыкивали, не решаясь вступать в открытую конфронтацию с жутким монстром.

И тут в моей голове созрел абсолютно безумный план. Настолько сумасшедший, что поначалу я сам в него не поверил. Но времени на размышления не было. Сколопендра явно собиралась вот-вот заползти в свое логово, и тогда моя скрытность уже не спасет. Надо было действовать, причем быстро.

Другого выхода я не видел. Это, конечно, чистой воды самоубийство, но лучше уж попытаться, чем сидеть и трястись, дожидаясь неминуемой смерти. Я быстро прикинул расстояние до монстра и траекторию прыжка. Эх, была не была!

В два широких шага я разогнался и, набрав максимально возможную скорость, с разбегу прыгнул ногами вперед прямо в спину сколопендры. Мощного толчка она явно не ожидала и, потеряв равновесие, полетела с уступа вниз.

Вот только в последний миг одной из своих многочисленных лапок, снабженной острым хитиновым когтем, тварь все же успела зацепиться за край карниза. Монстр повис, дико извиваясь и пытаясь втащить свое тело обратно. Если она сейчас заберется назад, мне конец!

Времени на раздумья не было. Рука инстинктивно потянулась к мешку и выхватила оттуда саперную лопатку. Не долго думая, я что есть силы размахнулся и врезал заточенным краем по удерживающей сколопендру конечности.

От удара во все стороны брызнули желтоватые искры — металл лопатки высек их из твердого хитина. Но, кажется, это сработало! Коготь переломился, не выдержав, и многоножка с диким визгом полетела вниз, на дно пещеры, судорожно молотя лапками в воздухе.

Я перевел дух и осторожно выглянул с уступа, чтобы оценить результат своей безумной атаки. То, что я увидел, заставило меня застыть с открытым ртом. Внизу разворачивалась поистине эпичная битва!

Крысы, до этого трусливо жавшиеся по углам, увидев поверженную сколопендру, разом осмелели и бросились в атаку. Похоже, давняя вражда между ними наконец-то вырвалась наружу. Они со всех сторон наскакивали на многоножку, норовя вцепиться своими мощными зубами в уязвимые сочленения хитинового панциря.

Но монстр не собирался сдаваться без боя. Длинное тело извивалось и хлестало во все стороны, словно гигантский кнут. Острые когти на лапках сверкали в полумраке, вырывая целые куски плоти из крыс. Жвала щелкали с жутким звуком, разрывая плоть своих мелких врагов.

Я как завороженный следил за этой грандиозной схваткой. Крысы, несмотря на свои размеры, оказались весьма опасным противником. Они слаженно, как по команде, атаковали сколопендру со всех сторон, стремясь достать до жизненно важных органов.

Их мощные хвосты со свистом рассекали воздух, нанося чудовищные удары. Один такой удар способен переломить хребет даже крупному животному! От столкновения раздавался противный хруст.

Сколопендра яростно огрызалась, извиваясь всем своим длинным телом. Коготь, которым она цеплялась за уступ, уже был переломан, но остальные лапки работали исправно. Острые, как бритва, хитиновые лезвия то и дело находили свою цель, пропарывая крысиную плоть. Кровь крупными каплями разлеталась во все стороны, застилая поле боя алой пеленой.

Но и сама многоножка уже была изрядно потрепана. Несколько ее сегментов оказались разорваны мощными челюстями грызунов, и на пол пещеры вываливались склизкие внутренности монстра. Одна из лапок безжизненно волочилась, явно перебитая ударом крысиного хвоста.

Однако сдаваться тварь не собиралась. Почуяв, что одолеть противника в одиночку не удастся, сколопендра бешено защелкала жвалами, издавая пронзительный, высокий звук. Не иначе, как сигнал бедствия своим соплеменникам. Только их тут не хватало для полного счастья!

Крысы, хоть и потрепанные, но не теряли запала. Они упорно шли в атаку, топча раненых и погибших товарок. Видимо, понимали, что отступать некуда. Или они, или многоножка. Третьего не дано.

Численный перевес был на стороне грызунов, но сколопендра превосходила размерами и смертоносностью. Финал битвы оставался неясен. Кто кого — вот в чем вопрос!

Неожиданно одна из крыс, самая крупная и матерая, сделала впечатляющий прыжок и приземлилась прямиком на голову сколопендре. Мерзкая тварь взвизгнула и забилась, пытаясь стряхнуть с себя грызуна. Но крыса вцепилась намертво, ухватив монстра за основание жвал.

Сколопендра заметалась из стороны в сторону, но тщетно. Крыса сидела крепко и неумолимо рвала хитин когтями, пытаясь добраться до мозга многоножки. Подключились и другие грызуны. Несколько штук разом впились в мягкое брюхо сколопендры, вырывая оттуда куски плоти вместе с внутренностями.

Визг многоножки из угрожающего стал жалобным и загнанным. Тварь билась в конвульсиях, пытаясь избавиться от мучителей. Но крысы не отпускали. Они рвали и кромсали извивающееся тело, упиваясь местью за своих погибших собратьев.

Истошный предсмертный вопль взметнулся к своду пещеры и внезапно оборвался. Огромные жвала щелкнули в последний раз и безжизненно замерли. Битва была окончена.

Сколопендра, истекая слизью вперемешку с кровью, неподвижно распласталась на камнях. Из ее разодранного тела торчали ошметки внутренних органов вперемежку с обломками хитина. Победа осталась за крысами.

Но и грызунам эта схватка далась нелегко. Из пятерки в живых осталось всего трое. Остальные пали смертью храбрых, защищая свою территорию от огромного чудовища. Выжившие крысы сгрудились в кучу и принялись зализывать раны, скуля от боли.

Я перевел дух, осознавая, что невероятным образом избежал ужасной участи быть сожранным заживо. Если бы не мой сумасшедший прыжок, если бы не меткий удар лопаткой — лежать бы мне сейчас бездыханным куском мяса в недрах этого монстра.

Неожиданно мой взгляд зацепился за какой-то блеск среди кровавых ошметков. Приглядевшись, я понял, что это не что иное, как коробочка! Небольшой контейнер будто выпал из развороченного нутра сколопендры в момент ее гибели и теперь лежал прямо передо мной, маня загадочным мерцанием.

Видимо, система засчитала мой сумасбродный удар лопаткой как полноценное боевое взаимодействие с монстром. Внезапно перед глазами всплыло системное сообщение:

Поздравляем, вы получили четвертый уровень!

Отлично, подумал я. И уровень повысился, и награда в виде загадочной коробочки досталась. Прям два в одном! Система, похоже, решила меня порадовать за эту безумную выходку. Что ж, лишним точно не будет.

Я на миг даже забыл о том, в какой опасной ситуации нахожусь — так меня воодушевило внезапное повышение уровня. Но долго праздновать было некогда. Крысы по-прежнему копошились внизу, и привлекать их внимание означало напрашиваться на неприятности.

Осторожно, стараясь не привлекать внимания ослабленных, но все еще опасных крыс, я подобрался к самому краю уступа и протянул руку, в надежде, что система позволит получить лут. Пришлось лечь на живот и, балансируя на самом краю, цепляясь за скальные выступы, все-таки сграбастать вожделенную добычу.

Есть! Трофей перекочевал ко мне в инвентарь. Я быстро оглянулся по сторонам, проверяя, не привлек ли случайно внимание крыс своей возней. Вроде бы пронесло — твари по-прежнему зализывали раны и не обращали на меня никакого внимания.

Кстати, насчет трофеев. А может, мне сейчас никуда и не надо торопиться? Соблазн спуститься вниз и добить ослабленных крыс был велик, но здравый смысл подсказывал, что это может быть чревато. Мало ли, вдруг у них там подкрепление на подходе.

Да и силы мои тоже не безграничны. Стычка со сколопендрой, пусть и короткая, отняла изрядно энергии и нервов. Сейчас бы передохнуть, подкрепиться, да заодно изучить трофеи повнимательнее. У меня их, на минуточку, уже аж целых четыре!

Чем черт не шутит, может там что-то полезное отыщется. Какая-нибудь супер-пупер-мегакрутая вещь, с которой я этих крыс голыми руками передушу. Хотя, зная иронию судьбы и системы, скорее всего мне достанутся четыре одинаковых свистка для привлечения летучих мышей. Было бы забавно, конечно, но как-то не к месту.

В общем, я настроился на волну оптимизма и утвердил план действий. Для начала — передышка и разбор полетов, в смысле, добычи. Потом уже буду думать, как разбираться с крысами. Не впервой, чай, выкручусь как-нибудь.

Я уселся поудобнее и скомандовал:

— Меню!

Передо мной тут же возникло уже знакомое полупрозрачное окошко интерфейса. Так, посмотрим, что тут у нас.

Имя: Артём

Уровень: 4

Уже четвертый. Когда только успел… Ну да, сколопендра же. Забавно, и часа не прошло, как я был третьим. Расту не по дням, а по часам, хе-хе.

Характеристики:

— Сила: 14

— Ловкость: 14

— Выносливость: 14

— Интеллект: 14

Скрытая характеристика:

Интуиция: 6

Достижения:

— «Первый среди равных»

— «Прорыв перед Оповещением»

Пассивные способности:

— Скрытность

— Метатель

Пассивный навык: Наблюдательность

Ага, характеристики вроде подросли немного. Это радует. Пассивки опять же, полезные штуки. Особенно скрытность, ей отдельный респект. Если бы не она, болтаться бы мне сейчас в пищеводе у сколопендры.

Метатель? Когда уже до него доберусь?! Там же еще с возвратом фишка какая-то. Я теперь любые предметы швырять могу как заправский ниндзя? Камни там, палки или лопатки, например? Надо будет опробовать на досуге.

Наблюдательность? А вот это и вовсе интригует. Неужто я теперь стал этаким Шерлоком Холмсом местного разлива? Начну по мелким деталям вычислять, где тут ближайший схрон с оружием и едой? Было бы забавно.

Я прокрутил меню ниже и уткнулся в еще одну строку:

Дополнительная награда???

Вопросики, вместо названия? И какой сюрприз мне приготовила система на этот раз? Очередной пшик? Набор для вышивания крестиком? Путевку в санаторий?

Ладно, будем разбираться. Вечно бдительный желудок уже деликатно намекает, что не мешало бы подкрепиться. Да и на утреннюю тренировку потратил немало калорий, пора восполнять.

Я порылся в рюкзаке и достал любимое лакомство — перловку с тушенкой! Все те же галеты, все та же вода. Н-да, на ресторан высокой кухни не тянет. Но выбирать особо не приходится.

Покончив с нехитрой трапезой, я вдруг ощутил легкое покалывание в области живота. Не то чтобы больно, но как-то необычно. Будто бы что-то нащупать пытаешься, а оно вроде и есть, но в то же время ускользает.

Вы получили бонус к насыщенности. Каждый прием пищи теперь будет восстанавливать больше энергии!

О как! А система-то не поскупилась, решила поощрить. Прикольно, буду теперь как Буратино — наемся с одного орешка. Вот Тортилла бы обзавидовалась.

Я хмыкнул и начал складывать остатки пайка в рюкзак. Затем решил, что пришло время разобраться с накопившимися трофеями. Все-таки четыре коробочки — это вам не хухры-мухры! Глядишь, найдется что-нибудь полезное для выживания в этом негостеприимном подземелье.

Итак, приступим. Я начал открывать коробочки в порядке их получения. Первая досталась мне от скелетов. Так, посмотрим, что тут у нас… Обломки пики, целых пять штук. Ну, такое себе. Разве что на растопку сгодится. Хотя кто знает, вдруг я тут кузницу организую и выкую себе меч-кладенец. Мечтать не вредно.

Так, что еще? Костяная пыль… Вот уж точно бесполезный хлам. Высыплю потом где-нибудь в укромном уголке, может, хоть удобрением для местных мхов послужит. В целом, не густо. Но для первого раза сойдет.

Идем дальше, вторая коробочка тоже от скелета. Поехали! Ого, Треснутый жезл начинающего мага! Круто, всегда мечтал освоить пару-тройку заклинаний. Правда, он вроде как сломан… Ну да ничего, я его потом стяну изолентой, авось заработает. Зато Зелье силы — это прям в тему! Выпью и порву всех монстров на британский флаг. Ну, или хотя бы просто порву, без изысков. Как Тузик грелку.

О, а это что? Неужели сухари? Хех, а они-то скелету зачем? Странный был тип, видать. Ладно, еда лишней не бывает. В здешнем чудном краю никогда не знаешь, когда в следующий раз придется перекусить. Так что сухарики прикарманим, в хозяйстве пригодятся.

Так, с костяными ребятами закончили. Что там у нас дальше по списку? Ах да, коробочка из тайника, которую я с таким трудом добывал! Прям руки чешутся узнать, что же внутри. Как говорится, барабанная дробь!

И… Что это? Сумка? Самая обычная сумка? Такой облом, я думал там как минимум БФГ 9000 или на худой конец световой меч. А оно вон как… Стоп, что это тут система пишет? «Сумка-инвентарь»?! Бинго! Вот это удача!

Так, а характеристики у нее какие? Ага, значит на 20 ячеек. Уже неплохо, а то мой стартовый совсем худой. Так-так, дальше… Снижение веса на 30 %, плюс возможность разместить до 25 штук одинаковых предметов в каждую ячейку. Ничего себе!

Ладно, шутки шутками, а вот это уже действительно полезная вещь. Теперь, когда постепенно системные вещи заменят вещи из прошлой жизни, она будет очень кстати.

Так, сумку прицепим сюда, остальное барахло сгрузим внутрь. Стоп, а это еще что такое?

Обнаружена сумка-инвентарь. Желаете интегрировать ее в ваш текущий инвентарь? Это увеличит количество доступных ячеек и повысит лимит переносимого веса. (Да/Нет)

О, так я теперь эту сумку отдельно таскать не буду? Она типа виртуально в мой инвентарь встроится? Удобненько, ничего не скажешь. И как я сам до этого не допер? Видать, туплю после всех этих передряг.

Конечно же, да! Интегрируй, родимая, не томи. Вот уж обрадовала так обрадовала. Глядишь, теперь смогу тут все ценные ресурсы подчистую выгрести, не отвлекаясь на лишний геморрой с сортировкой барахла.

Инвентарь успешно расширен. Текущее количество ячеек: 32. Лимит переносимого веса увеличен на 30 %.

Ай да система, ай да молодец! Прям бальзам на мою израненную попаданческую душу. Вот теперь я точно стал почти как гном 80-го уровня, не меньше. Это сколько ж добра можно будет с собой упереть, мама дорогая!

Стоп, а это что за пергамент? Какой-то древний и потрепанный, краешек уже осыпается. Разворачиваю осторожно, чтобы не рассыпался…

Желаете выучить заклинание перемещения?

Ехать-копать, вот это поворот! Да я всеми руками и ногами за! И хвостом бы замахал для ускорения, если б он у меня был. Какие могут быть вопросы?

Вы выучили заклинание перемещения. Используя заклинание перемещения, вы можете мгновенно переместиться до 25 метров по направлению взгляда. Вывести в быстрый доступ? (Да/Нет?)

О да, детка! Да я в таком восторге, что прям готов расцеловать системные уведомления. Ну наконец-то, сподобилась осчастливить меня чем-то стоящим! Конечно же, выводи в быстрый доступ, зачем мелочиться.

Так, и интерфейс подкорректировался — вон, новая иконка на периферии высветилась. Теперь я стал настоящим супергероем! Хоть на Тони Старка равняйся. Только костюма не хватает. Ну ничего, я и в трениках всех нагну.

Черт, как же это круто и, главное, вовремя! С таким умением от меня теперь ни одна зараза не сбежит. И сам смогу быстренько ноги делать, если что. Вот бы еще разобраться, какой там у заклинания откат… Ну да ладно, методом проб и ошибок выясним. Благо, подопытных вокруг хватает.

Ух, прям от предвкушения аж руки трясутся! Так, спокойно. Сперва надо с остальными коробками разделаться. Глядишь, и там чего-нибудь эдакое завалялось.

Так-с, последний контейнер со сколопендры остался. Поехали! Хитиновые когти, целых семь штук. Ну, тоже неплохо. Соберу из них модное ожерелье, буду как папуас на курорте. Шучу, конечно. Хотя, если продать кому — может, денег дадут. Или на крайняк использую как метательные ножи. Кажутся достаточно острыми.

Так, дальше… Пробирки Слизь сколопендры, даже несколько штук. Фу, мерзость какая! Ну и на кой черт мне эта субстанция сдалась?

И наконец, вишенка на торте — пробирка с ядом той же сколопендры — Яд сколопендры. Тут уж вообще грех жаловаться! Такая вещь и в быту пригодится для боевых нужд. Буду стрелы и дротики ядом мазать, чтоб монстры с одного попадания дрыгались в конвульсиях.

В общем, неплохой улов! Конечно, золотых гор не намыл, но и на старуху бывает проруха. Зато с таким набором умений и предметов мне теперь любые пещерные неприятности по плечу. А главное — проклятые крысы остались с носом. Думали, легкую добычу нашли? Фигушки, выкусите!

Я прямо чувствовал, как меня распирает от свалившегося апгрейда. Прям хоть сейчас в бой беги и греми костями! Но спешить все-таки не стоит. Для начала надо освоиться с новыми возможностями, перетряхнуть инвентарь. Ну и вообще, в себя прийти — столько потрясений для бедного меня в одно утро, нешуточная встряска.

Так, ладно. С барахлом разобрался, пожрать успел, передохнул малехо. Вроде и мысли в кучку опять собрались. Чувствую, готов я покинуть насиженный уступ и ринуться в неизвестность. Только вот крысы внизу все еще бродят, вид у них так себе. Ну да ничего, сейчас мы и с ними разберемся!

Хе-хе, держись, подземелье! Артем-супергерой идет на подвиги невиданные, на битвы небывалые! И горе тому монстру или твари, кто на пути моем встанет аки камень неприступный. Ибо несу я возмездие во имя выживания в системе навязанной! Хм, что-то меня не в ту степь понесло. В общем, вы поняли.

Глава 8

Глядя на крыс, я прикидывал — одолею ли их в рукопашную? И понимал, что вряд ли, учитывая, как лихо они разделались со сколопендрой. Скорее всего, с одной бы еще потягался — разница в один уровень не так критична. Но против троих шансы стремились к нулю.

Получалось два варианта: либо по-тихому свинтить отсюда, либо как-то этих переростков победить. Первый, конечно, попроще будет. Дождусь когда активируется скрытность, врубаю телепорт — и привет, Родина! Только потом спину сверлить будет мысль, что за тобой увязалось мерзкое трио.

Не, я так не играю. Крысы, конечно, те еще твари, но бегать от них — ниже моего достоинства. Значит, надо принимать бой и надеяться на лучшее.

Я деловито осмотрел свой инвентарь. Чем бы таким убойным разжиться?

Инвентарь:

— Интегрированная сумка-инвентарь (32 ячейки, −30 % веса)

— Обломки пики ×5

— Костяная пыль

— Треснутый жезл начинающего мага

— Зелье силы

— Сухари

— Хитиновые когти ×7

— Слизь сколопендры ×3 (пробирки)

— Яд сколопендры (пробирка)

Хм, не густо. Ну-ка, прикинем. Вот, допустим, хитиновые когти сколопендры. Взять парочку, сложить пополам, чем-нибудь скрепить — вот тебе и обоюдоострый метательный нож! Или дротик, если к палке примотать.

А если четыре когтя тыльными сторонами соединить — ваще огонь выйдет! Почти как сюрикен у ниндзя. Врагов нашинковать — милое дело.

Так, с идеей определились. Осталось клей раздобыть, да рукоять прилепить. Я задумчиво осмотрел скудную растительность вокруг. М-да, негусто… Только каменных обломков навалом.

Ладно, палки — дело десятое. Сконцентрируемся на клее. Где бы его взять? Не на соплях же собственных замешивать, в самом деле…

Стоп! Соплях? А что, мысль! У меня же полно слизи от сколопендры. Может, из неё какой клейстер забацать получится?

Недолго думая, я отвинтил крышку с пробирки и, зажмурившись, высыпал в слизь щепотку костяной пыли. Чутье прям вопило, что это сработает. Зажав пробирку пальцем, я хорошенько побултыхал содержимое.

Несколько секунд ничего не происходило. Но потом слизь стала густеть и менять цвет прямо на глазах, превращаясь в однородную студенистую массу! От неожиданности я чуть склянку не выронил. Неужели вышло?!

Вы открыли новое ремесло — Алхимия.

Поздравляем, вы создали ингредиент — Клей из слизи сколопендры.

Рецепт сохранен.

Алхимия +2.

Интуиция +1.

Я ошарашенно пялился на системное сообщение. Вот так запросто, одним махом, изобрёл новую науку! При этом ещё рецепт в коллекцию отвалился и интуиция на единичку подросла. Неплохой улов!

Хм, а чего это я так удивляюсь? Можно подумать, первый день в этой системе. То скелеты пляшут, то статы по мановению ока растут. А тут подумаешь, клей из соплей забабахал — и на тебе, сенсация! Расслабься, Тёма. В этой виртуальности походу возможно пусть не всё, но многое.

Воодушевленный успехом, я с азартом взялся за крафт грозного оружия. Для начала соединил вчетвером четыре крупных когтя, промазав стыки клеем. Аккуратно соединил их тыльными сторонами и плотно прижал, чтоб намертво схватилось. Очумелые ручки, блин.

Пока сох первый «сюрикен», занялся ножом. Выбрал два самых массивных когтя, обильно промазал склеивающей субстанцией и соединил их клейкими сторонами, оставив острые грани смотреть в разные стороны. Придирчиво осмотрел — вроде ровно. Прикинул, как ухватистей держать в руке — и для верности перемотал центр бечевкой, соорудив примитивную рукоять. Отличный метательный ножичек выходит!

На все про все ушло минут пятнадцать. За это время клей основательно подсох и затвердел, намертво скрепив детали в единую конструкцию. Я придирчиво осмотрел получившееся оружие, проверил на прочность, подергав за лезвия. Держится крепко, не разваливается. То, что надо!

Вы открыли новое ремесло — Оружейник. Оружейник +3.

Интуиция +1.

Создан предмет: Метательная звезда из когтей сколопендры. Урон: 6–8. Меткость +5.

Создан предмет: Метательный нож из когтей сколопендры. Урон: 5–7. Меткость +3.

Я с удовлетворением осмотрел результаты трудов своих. Сюрикен вышел знатный — все четыре лезвия острые как бритва, а по центру — удобные желобки для пальцев. Бросить правильно — так и в глаз врагу засадить можно.

Метательный нож тоже радовал. Сбалансированный, с двумя заточенными гранями и рукоятью в самый раз под мою руку. Провел пальцем по лезвию — бритвенно-острое! Если с силой метнуть, насквозь пробить должен.

Эх, был бы у меня такой набор в детстве — я б в «казаки-разбойники» всех уделывал! Впрочем, кто сказал, что сейчас не уделаю?

Последний коготь решил приберечь на крайний случай. Если в рукопашку прижмет — сгодится как кастет или накладка на кулак. Плюс один к урону и крутости внешнего вида.

Прикинул вес нового снаряжения — вроде терпимо, не сильно инвентарь перегружу. Распихал орудия по карманам и петлям, чтоб под рукой были. Жаль только лука нет. Эх, была б тут моя Катюха с уроков стрельбы…

С ножами та же история. Прикинул на вес, подбросил на ладони — и так и эдак. Сбалансированные, удобные. Если прицельно кинуть, должны только так врезаться!

— Крысы, держитесь! — злорадно прошептал я, прицеливаясь ножом в стену. — Щас папочка вам мастер-класс покажет!

На пробу метнул нож в каменный выступ. Ого! Даже при моей криворукости лезвие вошло в породу как в масло, обдав меня каменной крошкой. От души прям!

Но тут случилось нечто невероятное. Не успел я восхититься меткостью броска, как нож вдруг исчез из стены, оставив в ней аккуратную дырку! А через мгновение… материализовался прямо у меня в ладони! Чертовщина какая-то!

У меня аж глаза на лоб полезли от изумления. Это что ж такое делается, а? Я что, теперь фокусник-метатель? Или как там его… Йонду с волшебным свистком? Вот это номер!

Постойте-ка… Так вот ты какой, навык «Метатель»! Это ж просто имба какая-то! Да я с таким умением любого врага на раз сделаю — кидай ножи сколько влезет, всё равно обратно прилетят. Патронов не надо, перезарядки не требуется. Красота!

Я восторженно взвыл, подпрыгивая на месте как мартышка. Вот это люблю, вот это по-нашему!

Я вновь прицелился в стену и резко метнул нож. Тот со свистом впился в камень и снова телепортировался мне в руку. Годный инструмент сварганил, да ещё и с мистическими наворотами. Я теперь грозный охотник и мастер боевых искусств. Ну, почти.

— Дело за малым — обкатать эту красоту на мохнатых паразитах, — усмехнулся я, подкидывая нож. — Похоже, они меня заждались.

Судя по нарастающему шуму внизу, крысы не на шутку разнервничались. То ли засекли меня своим нюхом, то ли жаждут свежей человечинки на обед. Как бы там ни было, дело пахло керосином.

Но отступать некуда — позади стена, а внизу три озверевших мутанта, готовых разорвать в клочья. Выбора нет, придется принимать бой!

Я взял в правую руку сюрикен и внимательно прицелился. Так, крысы сгрудились в кучу, перебирая лапами и шевеля усами. Кажется, принюхиваются, гады. Ну что ж, нюхайте пока целы!

Резкий взмах кистью — и звездочка со свистом устремляется вниз, прямиком в шерстяной клубок. Есть попадание! Крайняя крыса пронзительно взвизгивает, отскакивая в сторону. Из ее плеча торчит мой сюрикен, распоров шкуру до кости.

Но передышки нет — сюрикен снова у меня в ладони, а твари внизу беснуются пуще прежнего. Визжат, щелкают зубами, прыгают так, что пол трясется. Похоже, зацепило не слабо — зверюга злая, но живая.

Что ж, недолго музыка играла. Следующий бросок встречает крысу в прыжке — лезвие входит точно меж глаз, вонзаясь в череп. Готовая, голубушка! Визг обрывается, и туша кулем валится на камни. Одна есть.

Вторая и третья крысы вроде притихли, насторожились. Переступают с лапы на лапу, сверкая алыми буркалами, но больше не скачут. Боятся, твари! Ничего, сейчас мы вам устроим веселье…

Сюрикен вновь в деле. Свист, удар — и еще одна мохнатая бестия корчится на полу, судорожно дергая лапами. Лезвие вошло под лопатку, располосовав бок до самого хребта. Визжит так, что уши закладывает! Придется добить, пожалуй.

Еще бросок — контрольный в голову. Визг стихает, сменяясь предсмертными хрипами. Отмучилась, родимая. А вот и сюрикен обратно прилетел — весь в крови и шерсти, зараза. Ладно, отмоем.

Последняя крыса затравленно озирается, втягивая башку в плечи. Поняла, стерва, что следующая на очереди? Будешь знать, как на людей кидаться! Вот тебе спецдоставка прямо промеж ушей — лови, не обляпайся!

Швырок! Есть попадание — в переносицу, как по заказу. Крыса заверещала, забилась оземь, царапая морду лапами. Ага, больно, да? Так тебе и надо!

Подранок трепыхался недолго. Один за другим впиваются в тушу смертоносные лезвия, купая шерсть кровавыми брызгами. Три, четыре… Готово! Дохлая крыса валяется бездыханной кучей, разбрызгивая вокруг алые лужицы. Красота!

Закончив с расстрелом немелких пакостников, я победоносно обвел взглядом место схватки.

Аккуратно спустившись, я начал инспектировать останки поверженных врагов. Крысюки-то в отбивную превратились. Из пробитых сюрикеном тушек натекли изрядные лужи крови, вперемежку с клоками шерсти. М-да, многовато расчлененки, прямо хорор какой-то. Ну да ладно, сами напросились!

С каждой крысы выпала небольшая коробочка, этакий сундучок. Наверняка там самый жирный лут припрятан!

Фух, ну и денек! Веселый, аж жуть. Давненько я в такие мясорубки не вляпывался. Может, пора подумать о смене профессии…

Отдышавшись и полюбовавшись на кучи крысиных останков, я решил глянуть, что же мне досталось за труды праведные. Достал по очереди заветные коробочки, предвкушая несметные богатства и уникальные предметы. Не зря же я тут в Леголаса играл последние полчаса!

Щелк-щелк, открываемся. Так, что тут у нас? Хмм… Однако. Набор прям скажем не шибко разнообразный. Куски мяса, когти, пара хвостов. Это типа деликатесы или прикол юмора у системы? А где легендарный лут, артефакты всякие? Непорядок!

Я с досадой перебрал выпавшие предметы. Три куска Нежного крысиного мяса — на первое, второе и компот, что ли? Когти какие-то облезлые. Хвосты опять же… М-да, с одной крысюки вообще без хвоста обломалось. То ли глюк, то ли я отстрелил ненароком. Бывает, что поделать.

Единственный более-менее ценный дроп — шкурка. Правда, и тут незадача — всего одна уцелела, остальные продырявлены будь здоров. Похоже, маханул я малость со своей меткостью, распотрошил крыс в капусту. Ну да ладно, чего уж теперь…

Еще раз осмотрев нехитрую добычу, я поднялся на ноги. Что ж, на безрыбье и крыса — мясо. Хоть какая-никакая, а поживa. Глядишь, пригодится чего для алхимии или еще чего. Не пропадать же добру!

Напоследок оглядев еще раз усеянное крысиными телами подземелье, я заключил: неплохо сработано, боец. Могёшь, когда хочешь. Вон сколько мобов завалил, почти геноцид крысиного народа устроил! Чур меня чур.

Ладно, чего уж тут. Бывают в жизни огорчения. Крыс мало — лута много не бывает. Уж лучше так, чем подыхать с голоду в окружении орды озверевших грызунов. Была бы шкурка цела, а мясо нарастет. Как-нибудь выкрутимся!

Крысы начали растворяться в воздухе одна за другой, словно призраки на рассвете. Последняя, та, что без хвоста, напоследок как будто одарила меня полным ненависти взглядом и исчезла, оставив после себя лишь легкий запах крысиной шерсти и подгнивающей плоти. Вот и славно, скатертью дорожка!

Я тяжело вздохнул и вытер пот со лба. Хорошая была битва, ничего не скажешь. Вымотался как черт, зато теперь чувствую себя настоящим героем. Осталось только принцессу спасти и можно на покой уходить.

Прикинув все за и против, я устремил взгляд в дальний угол коридора и мысленно активировал Перемещение. И вот оно, чудо! Реальность вдруг смазалась, завертелась вихрем — и через мгновение я уже стоял точно в той точке, куда целился взглядом перед активацией. Вот это сервис, вот это я понимаю!

С восторгом глянул на иконку кулдауна — всего минута! Ай да я, ай да ловкач! Лучше б конечно телепорт как у Гарри Поттера, с трансгрессией и прочими ништяками, но и так сойдет. Дареному коню в зубы не заглядывают, да.

Приободрившись, я осторожно двинулся дальше по коридору, стараясь не шуметь, старательно избегая кучек костей и прочего мусора под ногами. Красться я умел еще с детства — когда прогуливал уроки и пробирался домой мимо зоркой бабки-вахтерши. Сейчас мне это умение ох как пригодится!

Где-то через сотню метров впереди замаячил очередной поворот, за которым скрывалось неведомое. Сюрпрайз-сюрпрайз, кто бы сомневался! Дай угадаю — там поди опять какая-нибудь теплая компания во главе с Кащеем Бессмертным меня поджидает? Или чего похуже…

Закатив глаза, я вжался в холодный камень стены и медленно выглянул из-за угла, готовясь к худшему. И конечно же — бинго! Просторный зал с парочкой до боли знакомых скелетов, бродящих туда-сюда. Прям дежавю, блин! Ну и конечно же — вишенка на торте, какая-то стремная полуразложившаяся тварь рядом с ними, тупо пялящаяся перед собой. Мама дорогая, что это за хрень вообще?!

Присмотревшись чуть внимательнее, я понял, что это вовсе не зомби, как мне сперва показалось. Что-то вроде лича. Ходячий скелет в лохмотьях плоти, так сказать. Видимо он тут главный, раз скелеты вокруг него вертятся как болонки. Значит его в первую очередь и мочить надо.

И тут, словно в ответ на мои мысли, над головами монстров возникли полупрозрачные надписи. «Скелет 6» — гласила подпись над костяными воинами. Е-мое, да они покруче тех будут, что я в прошлый раз месил! Вот влип, так влип.

Но настоящий шок мне принесла надпись над личем: «Лич-Призыватель 9». Чего?! Призыватель? Это что ж получается, эта костлявая образина может еще кого-то призвать на подмогу? Твою ж… приехали!

Лихорадочно размышляя, я пытался сопоставить новую информацию. Итак, скелеты 6 уровня. Я сейчас 4-й. Уже не очень хорошо, но хоть какие-то шансы есть, если помаленьку, не лезть на рожон. Главное одной толпой чтоб не набросились!

Но этот призывающий гад… 9 левел, мать его! Это ж считай овербосс для меня. И ладно бы просто громила тупорылый, так он еще и шмонов непонятных напризывать может. Картина маслом, Брюллов, приплыли…

Эх, была не была! Отступать некуда, а в лоб переть — только на убой. Значит придется импровизировать. Для начала нужно максимально быстро и тихо выдернуть скелетов подальше от их командира. А потом разобраться с ними по одному, не привлекая внимания костлявого колдуна. Или наоборот. Проще простого, ага.

Сдается мне, импровизировать придется в любом случае. Может, прокатит финт ушами с телепортом и метанием ножичков, как в той комнате с крысами. А там поглядим!

Затаившись в укрытии, я стал внимательно присматриваться, пытаясь просчитать алгоритм действий мобов. Мозг уже привычно переключился в боевой режим, сканируя окружение на предмет тактических возможностей и потенциальных угроз. Так, скелеты разошлись в стороны, началась фаза патрулирования. Главарь стоит столбом, лишь черепушкой вертит. Ну чисто мишень для снайпера, самое оно!

А что, идейка-то не дурна. Подкрадусь поближе лишь бы скрытность не спала, но надеюсь на то, что полутьма. Далее достану свой волшебный сюрикен, прицелюсь хорошенько — и хрясь промеж глазниц этой костлявой сволочи! А пока он челюсть с пола подбирает, добью ножом. Скелеты и пикнуть не успеют, как останутся без командира. Дезориентированные, считай что трупы ходячие. Вернее, лежачие, хе-хе.

Осталось решить — как лучше подобраться к цели? Напрямки соваться — самоубийство, даже с мимикрией под камень. Мало ли какие у них детекторы движения, еще спалюсь ненароком. Нет уж, лучше обойти по дуге, используя укрытия. Там как раз пара валунов удобных имеется, можно спрятаться.

Я внимательно изучил траекторию патрулирования скелетов, высчитывая оптимальный маршрут. Так, этот ходит по периметру, каждые 15 секунд возвращаясь к исходной точке. Второй челночит от стены к стене, интервал 10 секунд. Значит у меня будет ровно полминуты форы, пока они снова не пересекутся. Нужно рвануть сразу, как только разойдутся!

Для верности прикинув расстояние до укрытий, я затаил дыхание и приготовился. Секунда, вторая… Давай же, давай! Ну наконец-то, разошлись родимые. Ходу-ходу-ходу!

Сорвавшись с места, я что есть духу припустил к ближайшему валуну, лавируя между останками непонятно чего. Вжался в холодный камень и замер, лихорадочно считая про себя секунды. Пронесло! Скелеты и ухом не повели, продолжая методично вышагивать свои маршруты. Фух, от сердца отлегло.

Переведя дух, я осторожно выглянул из-за камня, прикидывая дальнейший путь. Так, до следующего укрытия метров пять, не больше. Дальше можно по стеночке проскользнуть до того большого сталагмита. А оттуда уже рукой подать до моей цели. Отлично, план есть, работаем!

Выждав очередной цикл патрулирования, я снова сорвался с места и короткими перебежками начал приближаться к своей жертве. Укрылся за камнем, проскочил вдоль стены, перекатился за сталагмит. Ух, прям ниндзя хренов!

Лич и скелеты по прежнему были увлечены бесцельным шатанием по залу, даже ухом не поведя. Пронесло так пронесло! Вот она удача-то привалила. Подкрался блин, расслабились костяшки, ротозеи. Ща покажу вам мастер-класс по экстерминатусу!

Затаив дыхание, я медленно потянулся к поясу и достал свой верный сюрикен. Ласково погладил холодный хитин, прикидывая вес и баланс. Потом поудобнее перехватил его пальцами, примериваясь для броска. Расстояние где-то метров восемь, не промахнуться бы. Давай, Темыч, соберись!

Лич стоял ко мне боком, подставив незащищенный висок. Такой подарок грех упускать! Тщательно прицелившись, я резко выдохнул и со всей дури метнул свою снасть, вложив в бросок всю свою ненависть, страх и адреналин. Давай родимый, не подведи!

Сюрикен со свистом рассек воздух, сверкнув хитиновыми лезвиями. Мгновение, второе — и смачный чавкающий удар известил меня о попадании! Ай да я, ай да меткач! Прям в кумпол уроду зарядил, шах и мат, как говорится.

Подранок заверещал, закрутился волчком на месте, царапая костлявыми лапами несчастную черепушку. А в следующий миг сюрикен уже вновь оказался у меня в ладони, истекая вонючей черной кровью. Вот она, сила навыка «Метатель»!

Похоже, мое острое словцо пришлось личу не по нутру! Так тебе, падла, будешь знать! Разъяренный, я продолжил нашпиговывать врага своим волшебным снарядом. Удар, другой, третий… Многострадальная черепушка лича превратилась в подобие дикобраза, ощетинившись лезвиями моего сюрикена. С каждым броском звезда впивалась в кости и плоть, и тут же возвращалась ко мне, готовая сеять хаос и разрушение снова и снова.

Спустя десяток попаданий лич уже был больше похож на окровавленную отбивную, чем на живое существо. Его тело было буквально изрешечено дырами от лезвий. Наконец, не выдержав страшной боли, призыватель рухнул навзничь, вопя и извиваясь в конвульсиях, как припадочный. Было видно, что энергия утекает из него с каждым мгновением.

Я с ухмылкой подбросил и поймал все еще окровавленный сюрикен. Готов, голубчик! Один колдун на моем счету. Кто там дальше по списку? Обернувшиеся на шум скелеты тупо захлопали провалами глазниц, не въезжая что к чему. Пока доперли — я уже был на низком старте, готовясь к рывку. Ну что, погнали дальше дружочки? Щас будет вам мясорубка в 3D!

Перекатился в сторону, уходя от неуклюжего удара костлявой лапы. Вскочил на ноги, метнул сразу сюрикен и нож — один скелету меж ребер, второй аккурат промеж глаз. Тварь заверещала, роняя оружие. Добить контрольными в грудак и черепушку. Готов, следующий!

Сорвался с места бешеной белкой, лавируя с возможной линии атаки. Прыжок, перекат — и я уже у стены за спиной последнего костлявого урода. Рывок, захват, мощный рывок на себя — позвонки хрустят и ломаются. Упс, башка отвалилась, вот незадача то! Ай-я-яй, какая досада.

Отшвырнув в сторону безжизненную груду костей, я победно осмотрелся. Ну вот и все, отвоевались. Три трупа в лоскуты, считай полторы минуты чистой работы. Вот так-то, костяная братва, ибо нефиг! Не на того нарвались.

Остаток адреналина еще бурлил в крови, не давая расслабиться. Руки подрагивали, дыхание никак не желало восстанавливаться. Черт, до чего ж живая драка, даже смоделированная — совсем не то, что тупо кнопки жать на джойстике. Сердце аж в пятки уходит от каждого удара и броска. Офигенные ощущения!

Отдышавшись, я принялся собирать трофеи. С каждого поверженного противника выпала заветная коробочка! Я сгреб их подтвердив «Поднять», и они тут же перекочевали в мой инвентарь. Красота, будет чем заняться на досуге.

Поздравляем! Вы достигли 5 уровня.

Ого, а я уже пятый левел! Неплохо так поднялся, пока костяшки месил.

Однако, моя радость быстро угасла, когда я заметил кровь на предплечье. Похоже, в пылу битвы один из скелетов все-таки достал меня своей ржавой железякой. Вот зараза!

В верху зрения оказывается уже мигала красная полоска, оповещая о полученных ранениях. Только этого мне не хватало! И аптечки с собой нет, отличный расклад. Прямо мечта, а не рейд.

Определена дополнительная награда.

Получен навык «Лечебное касание».

Активировав навык, вы можете частично исцелить себя или члена своей группы прикосновением.

Прочитав системное сообщение, я чуть дара речи не лишился. Вот это поворот! То есть как это — лечить наложением рук? Я что, долбаный целитель? Хотя погодите-ка…

Лихорадочно размышляя, я потер лоб здоровой рукой. А ведь это может сработать! Если я теперь умею лечить раны одним касанием, то и свои царапины заштопать — раз плюнуть. А там, глядишь, и других таскать за уши буду. Белый маг Артем, блин!

Решено, пора опробовать новый скилл. Я сосредоточился и осторожно накрыл окровавленное предплечье ладонью. Ну же, давай, исцеляйся! Хрен знает как активировать этот навык, но очень хочется!

В следующий миг мою руку обволокло мягкое золотистое сияние. Я почувствовал приятное покалывание, волной прошедшее по ране. На глазах кожа начала стягиваться и затягиваться, кровотечение остановилось. Спустя несколько секунд от пореза остался лишь бледный шрам. Офигеть!

Не веря своим глазам, я ощупал руку. Болевые ощущения исчезли, двигать конечностью получалось без труда. Как новенькая, зараза! Это же… Это же чит! Просто имба!

— Да что ж за праздник-то такой! — восторженно воскликнул я, сжимая и разжимая исцеленный кулак. — Рождество в июне, не иначе.

Поверить не могу. Сперва этот метатель, теперь лечилка… Да с таким набором мне сам черт не брат!

Ликуя от привалившей удачи, я стал оглядываться, присматривая где же может быть еще что-то полезное.

Глава 9

Воодушевленный, я принялся увлеченно обшаривать каждый закоулок зала в поисках заныканных системой плюшек. Попутно решил глянуть, что там по статам после последнего апа. Вызвал меню, пробежался взглядом по строчкам.

Имя: Артем

Уровень: 5

Характеристики:

— Сила: 15

— Ловкость: 16

— Выносливость: 15

— Интеллект: 15

Скрытые характеристики:

— Интуиция: 8

Пассивные способности:

— Скрытность

— Метатель

Пассивные навыки:

— Наблюдательность

Активные навыки:

— Заклинание мгновенного перемещения на 25 метров. Перезарядка 1 минута

— Лечебное касание (1 уровень)

Ремёсла:

— Алхимия 3

— Оружейник 4

Так, что тут у нас? Все по единичке прибавилось — за уровень. Ловкость подросла. Это я удачно в акробата поиграл, когда к личу подкрадывался! Система, видать, оценила мои кульбиты и щедро наградила.

С новыми силами я вернулся к поискам лута. Ну не могут же меня вот так оставить без плюшек! Я ж им тут такой экшн забабахал. Гони награду, система!

Спустя десять минут поисков, увы, пришлось признать — в комнате ничего ценного. Ни потайных ниш, ни сундуков, даже завалящего черепа не было. Эх, жадные какие! Сперва заманивают интригой, а потом на попятную.

Но унывать не время. Я еще раз внимательно осмотрел зал, прикидывая дальнейший маршрут. Благо, вариантов немного — всего два прохода в противоположных концах помещения. Один явно вел обратно, а вот второй манил неизведанными далями. Туда-то мне и надо.

— Подземелье не резиновое, выход где-то рядом, — философски пробормотал я себе под нос. — Надеюсь, не сдохну по дороге от какой-нибудь летающей каки.

Поправив рюкзак и бросив последний взгляд на каменный «офис» призывателя, я решительно направился к неисследованному коридору. В конце концов, не зря же я тут упарывался! Должна же быть этому всему какая-то цель.

— Ну что, погнали дальше? — подбодрил я себя, делая шаг в очередной коридор. — Судьба любит смелых, а наглых — особенно.

И с этими словами шагнул навстречу новым приключениям. Гип-гип, ура, ёпта! Следующая остановка — «Логово Босса» или вроде того. Скоро узнаем!

По моим прикидкам, от входа я прошел примерно метров 700–900, если не километр. Насколько я помню, Игнатьевская пещера была около 800 метров в длину. Система что-то накрутила, видать, а может я сильно приплюсовал. Но так или иначе — скоро будет тупик. И там или система сделает выход, или придется возвращаться назад. Интересно, будут ли меня там ждать те три десятка зомбаков-туристов?!

Так, размышляя на ходу, я пропустил момент, когда на меня из-за очередного валуна выскочила крыса. Да так неожиданно и близко, что еще мгновение и ее острые зубы впились бы мне в лицо. Но в момент ее прыжка я молниеносно среагировал и швырнул в нее сюрикен, одновременно перемещаясь на максимальные 25 метров в сторону.

Приземлившись, я тут же развернулся и снова метнул звездочку в крысу. Та взвизгнула, но не остановилась. Я кидал сюрикен раз за разом, целясь в уязвимые места — морду, лапы, живот. С каждым попаданием тварь замедлялась, из ран сочилась темная кровь, капая на каменный пол.

Наконец, изрешеченная лезвиями, крыса рухнула у моих ног и затихла. Я перевел дух. Вот это была неожиданная схватка! Тварь оказалась проворной и живучей, но мои скиллы не подвели.

Однако расслабиться не удалось. Краем уха я уловил знакомое клацанье коготков по камню. Обернувшись, увидел, что на меня несется еще одна крыса, размером едва ли не с доброго маламута! Ее глаза горели красным, шерсть на загривке встала дыбом. Тварь явно жаждала мести за убитую подругу.

Я встретил ее градом из сюрикена, быстро швыряя его раз за разом. Но крыса оказалась еще прытче предыдущей! Уворачиваясь и прыгая из стороны в сторону, она стремительно приближалась. Я начал пятиться, пытаясь сохранить дистанцию. Одновременно прикидывал, что делать, когда она все-таки доберется до меня. Перемещение было еще в кулдауне, оставалось полагаться только на ловкость.

Тварь прыгнула, целя мне в горло. В последний момент я извернулся, выставив сюрикен, который вспорол ей бок. Крыса взвыла, но устояла на лапах и тут же кинулась в новую атаку. Я опять отскочил. Началась настоящая битва на выживание!

Мы кружили по не такому уж широкому коридору, обмениваясь ударами. Я бросал сюрикен, стараясь поразить крысу в прыжке. Та полосовала воздух когтями, пытаясь достать меня. Один раз она все же преуспела — на очередном выпаде я не успел полностью увернуться, и ее длинный хвост хлестнул меня поперек груди. Дыхание перехватило от резкой боли, но я усилием воли удержался на ногах.

К счастью, в этот момент перезарядилось Перемещение. Недолго думая, я прыгнул на максимальную дистанцию. Крыса взревела и кинулась вдогонку, но тут в ее тушу трижды вонзился сюрикен. Истекая кровью, тварь рухнула на пол и забилась в предсмертных судорогах. Через несколько секунд все было кончено.

Тяжело дыша, я приблизился к поверженному врагу. То еще оказалось чудовище! Даже страшно представить, что могло бы случиться, не будь у меня таких способностей. Разорвала бы в клочья и глазом не моргнула. Система явно не на шутку разошлась с монстрами под конец данжа.

Кстати о системе. Почти сразу в воздухе возникла полупрозрачная табличка с характеристиками убитой крысы. Девятый уровень, ни много ни мало! Да уж, не зря эта зараза так лихо скакала. Небось и статы хорошо прокачанные были, под стать моим, если не больше.

Приложив ладонь к груди, я активировал лечебное касание. По телу разлилось приятное тепло, боль от удара хвостом начала утихать. Ну хоть с этим проблем нет, спасибо системному апгрейду! Только вот лечиться после каждой стычки как-то не с руки, мало ли что дальше будет.

В следующее мгновение зрение снова пошло рябью, прямо как тогда у палаток. Казалось, целая вечность прошла с того момента, хотя на самом деле минуло всего лишь около суток. Но сколько всего за это время произошло, сколько опасностей я преодолел! По ощущениям будто месяц в этих катакомбах провел, не меньше.

Пока картинка перед глазами рассыпалась на пиксели, я на миг испугался, что вот сейчас грохнусь в обморок и привет. Вдруг это какой-то сбой системы или того хуже — вирус прорвался сквозь файрволы этой реальности? Но, к счастью, глюк длился недолго. Спустя несколько секунд рябь и эффект плохо настроенного лампового телевизора пропали, вернув меня в суровое окружение подземелья.

Однако никаких новых системных уведомлений так и не последовало. Я ожидал, что сейчас вывалится какое-нибудь экстренное сообщение вроде «Внимание, ошибка визуализации» или «Критический сбой в сегменте», но ничего подобного не произошло. Система вела себя, как ни в чем не бывало.

Интересно, что бы это могло значить? Маловероятно, что это произошло на пустом месте. Скорее всего, этот глюк однозначно связан с какими-то изменениями в системе. Не зря же рябь появляется уже второй раз, причем именно в моменты апгрейда. Может, это такая хитрая индикация перехода на новый уровень? Или визуальный баг при перестройке интерфейса?

Гадать можно до бесконечности. Решив, что проще один раз увидеть, чем семь раз услышать, я снова залез в меню, дабы проверить, не появилось ли там чего новенького. И точно — на периферии зрения появилась надпись «Помощь», где обнаружились краткие описания ключевых игровых механик, включая систему прокачки. Теперь стало более понятно, как именно и сколько очков характеристик дается за поднятие уровня.

Любопытно, почему эта инструкция не висела тут с самого начала? Будто система специально отложила объяснения на потом, дескать, пусть человеки сначала сами во всем разберутся, а там уж мы ему и памятку подкинем. Вроде как второстепенный квест на освоение — выживи пару деньков, тогда FAQ и почитаешь. Садисты, блин!

Впрочем, лучше поздно, чем никогда. Теперь хотя бы не придется тыкаться вслепую и гадать, откуда берутся новые циферки в характеристиках. И какой профит дает каждая из них — хотя, не сказать, что прям разжевали. Но по крайней мере раньше приходилось только догадываться, что силушка богатырская свинцовые кулаки прокачивает, а ловкость для акробатических кульбитов годится. Хоть какая-то определенность!

И так, что мы имеем. До десятого уровня все просто — по одному очку в каждую характеристику. Далее — с шестого уровня на каждый ап система автоматически раскидывает по пять очков в характеристику. Удобно, самому распределять ничего не нужно. Зато потом, после перехода в двузначные левелы, уже появляются свободные очки, которые можно тратить по своему усмотрению. Качай себе ловкость, силу, интеллект или выносливость в зависимости от билда и ситуации. Красота!

Глянув на интерфейс, я убедился, что сейчас у меня как раз пятый уровень. Значит, после следующего апа прокачка характеристик ускорится в пять раз. Вот и славно, на одну головную боль меньше. Авось характеристики подрастут достаточно, чтобы я мог без проблем разбираться с местной агрессивной фауной.

Напоследок еще раз сверившись с обновленным хелпом по развитию перса, я захлопнул меню. Что ж, будем надеяться, эти нюансы прояснились не просто так, ради галочки. Глядишь, скоро мои размышления о билдах и развитии героя пригодятся не только в теории. Практика-то вон она — за поворотом притаилась, когтистая и зубастая. Без знания матчасти против нее не попрешь!

На том и порешил. Инструктаж получен, ну а монстры… Монстры пусть меня теперь боятся!

Подобрав лут с крыс, я двинулся дальше по коридору. На душе было неспокойно. Крысы-переростки девятого уровня — это вам не хухры-мухры. Такое ощущение, что система всерьез решила проверить меня на прочность перед финалом. Уж не знаю, комплимент это или издевательство.

Так, в невеселых раздумьях, я и добрел до очередного зала. Пройдя буквально еще метров 50–70, увидел вход.

Так или иначе, вламываться внутрь с боевым кличем а-ля «а вот и я!» будет не лучшей идеей. Это вам не рейд в наивные времена, когда все монстры по левелам ходят и ротацию соблюдают. Тут система явно бессовестно подкидывает мне одну каверзу за другой.

Так что план действий простой, как две копейки: подкрасться тихой сапой, просканировать периметр на предмет враждебных тварей, а там уже по обстоятельствам. Может, пронесет и никто на меня не выпрыгнет. А может, давешние зомбари-туристы выскочат с криками «Проклятый читер, умри!». Тут уж как фишка ляжет.

Ладно, чего гадать. Система — дама непредсказуемая, сюрпризов выдаст — не оберешься. Лучше верить в лучшее и быть готовым к худшему.

Так, на этой оптимистичной ноте, пора завязывать с рефлексией и переходить к активным действиям. Затаиться, проникнуть, просканировать. Вот такой нехитрый план на ближайшие пять минут. Ну а дальше — как карта ляжет.

С этими мыслями я подошел ко входу в очередной зал и замер, увидев, что на периферии возле значка «Перемещение» появился новый значок — «Скрытность». Ну здорово же — теперь видно, когда она включается! Помня, что в движении она должна спадать, но в темноте и при плохом освещении работает на 200 % лучше, я сделал несколько медленных шагов. Значок остался висеть! Значит, скрытность продолжала работать. Отлично!

Я заглянул в зал, в глубине души, надеясь на лучшее. Но то, что я увидел… лучше бы не заглядывал. Огромное помещение, полутёмное, с высокими потолками, которые терялись во мраке этого подземелья. Стены были покрыты трещинами, и от них тянулась паутина, как древние щупальца, готовые захватить все, кто осмелится войти.

В центре зала стояло пять скелетов — Скелет 7, как говорила система. Их белесые кости, казалось, светились в полумраке, создавая зловещий эффект. Они были одеты в рваные остатки доспехов, покрытых ржавчиной и пылью вековых сражений. Каждый из них держал в руках потемневшие мечи, словно готовые снова взяться за оружие. Я видел, как их пустые глазницы сверкают в темноте, и мурашки пробежали по коже.

Но на этом мои неприятности не закончились. В самом центре этой зловещей группы находился он — Лич Призыватель 11. Темная мантия обвивала его фигуру, и от него исходило ощущение опасности. Лицо было скрыто под капюшоном, и лишь легкий свет от редких факелов, расставленных вокруг, позволял уловить его выражение. Его глаза, полные темной магии, блестели, как звезды на безоблачном небе, полные вечности и зла.

Вокруг него, словно преданные псы, сновали три крысы. Но это были не обычные, уже привычные мне местные крысы. Нет, эти создания выглядели, как будто из глубин самого ада. Скелет крысы 6. Их костяные тела скрипели, как старые двери в заброшенных домах, а глаза горели дьявольским огнём. Эти существа были без плоти, и каждое их движение оставляло после себя следы древней магии, как напоминание о том, что они были созданы не для жизни, а для служения.

Сердце забилось быстрее, и я почувствовал, как адреналин заполнил меня. Я стиснул сюрикен и нож в руках, но понимал, что в данной ситуации прямолинейная атака была бы безрассудством. Сложная комната, полная угроз, была наполнена жаждой крови и тьмой, и каждый шорох мог привлечь внимание к моей скрытности.

Я присел, прячась за одним из обломков колонны, которые были разбросаны по залу. Мой разум работал на полную мощность, анализируя ситуацию. Я знал, что мне нужно решить, как действовать дальше. Лич, с его магическими способностями, представлял собой нешуточную угрозу, и простое метание сюрикена не спасло бы меня от его магии.

Оглядываясь, я заметил, что скелеты время от времени обменивались взглядами, как будто ожидали какого-то сигнала. Нервное напряжение в комнате ощущалось, как натянутая струна, готовая разорваться в любой момент. Крысы-скелеты шевелились, обнюхивая пол, словно в поисках чего-то. Я понимал, что даже малейшее движение с моей стороны может вызвать их ярость.

Моя скрытность, как и ожидалось, работала, но, учитывая количество врагов, нужно было действовать осторожно. Лич, очевидно, был их вожаком, местным боссом, и если бы я смог устранить его, это могло бы изменить ход боя. Но как?

Прикидывая возможные варианты развития событий и строя план предстоящего боя, я понимал, что шансов у меня ноль. Как ни крути — враги сильнее, их больше. Без вариантов. Отступить?! Куда? Идти назад и умолять систему выпустить? Я ведь в начале подтвердил, что согласен на прохождение. Тогда нужно думать.

В глубине души нарастало ощущение отчаяния. Противники представляли собой целую армию нежити — пятеро скелетов, Лич, призывающий своих слуг, и ещё эти жуткие крысы-скелеты 6 уровня. Сколько бы ни использовал я свою скрытность, в таком количестве они быстро меня заметят. Моя задача была ясна: нужно придумать что-то хитроумное, что-то, что позволит мне обойти их и, возможно, даже уничтожить их по одному, прежде чем они смогут добраться до меня.

Я прикинул ситуацию. Первое — нужно отвлечь Лича. Если он сможет призывать своих крысиных слуг, значит, его внимание должно быть занято. Учитывая, что у меня есть заклинание мгновенного перемещения, можно попытаться создать шум в другом месте. Например, бросить сюрикен в дальний угол зала. Это может отвлечь их на мгновение.

Второе — использовать мои навыки скрытности, чтобы подойти к одному из скелетов. Я мог бы попытаться атаковать его первым, пока остальные не заметили. Если я смогу убить хотя бы одного, это может дать мне небольшое преимущество и возможность расчистить путь к Личу.

Третье — учитывая, что у меня есть Лечебное касание, я мог бы рассчитывать на тот факт, что если что-то пойдет не так, мне потребуется способ восстановить здоровье. Каждый удар, который они могут нанести, будет болезненным, и это будет означать, что я рискую не просто своим здоровьем, а своей жизнью.

Я еще раз внимательно осмотрел зал, прикидывая расклад сил. Чтобы победить, придется выложиться на полную и использовать обстановку в свою пользу.

И тут в голове начал потихоньку созревать план. Безумный и рискованный, но других вариантов все равно нет. Зарывшись в инвентарь, я принялся лихорадочно копаться в поисках всего, что может пригодиться. Так, что тут у нас? Хвосты крыс, обломки пики, склянка с ядом… Не ахти какой арсенал, но выбирать не приходится.

Для начала займемся подготовкой поля боя. Пользуясь мраком зала, я начал потихоньку расставлять ловушки. Крысиные хвосты отлично подошли в качестве растяжек — крепим их между колоннами слева и справа, вот так, чтобы получились едва заметные в полумраке препятствия. Если расчет верный, эти импровизированные препятствия хоть ненадолго, но затормозят врагов, не дав им напасть скопом.

С растяжками разобрались, теперь очередь укреплений. Обломки пики я установил полукругом на пути предполагаемой атаки, под небольшим наклоном и остриями наружу. Почти как частокол, только миниатюрный. Шансов, что противники напорются на этот забор — не очень много, но чем черт не шутит? Лишняя страховка не помешает.

Закончив с приготовлениями, я на миг залюбовался своей работой. А что, вышло не так уж плохо для первого раза! Глядишь, еще превращусь в этакого Леонардо да Винчи подземелий, буду ваять неприступные редуты из подручного мусора. Но додумать эту мысль не успел — система радостно оповестила об очередном профите:

Изучено новое ремесло — Фортификация.

Интеллект +1.

Фортификация — умение выстроить защиту вокруг места сражения, затруднив противнику наступление. Установленные ловушки и механизмы становятся незаметны для противника и действуют более эффективно.

Ого, вот это поворот! Мало того, что теперь мои кустарные укрепления обретут реальную боевую мощь, так еще и мозги в процессе прокачаю. Два в одном, не иначе. Спасибо системе, удружила так удружила!

Воодушевленный, я вернулся к своему инвентарю. Так, растяжки есть, колья есть. Чем бы еще усилиться? О, точно — яд сколопендры! Та еще гадость, но в хозяйстве пригодится. Взяв склянку, я пригляделся к мутной зеленоватой жиже. И чуть не выронил от удивления — под моим взглядом всплыло системное описание зелья:

Яд сколопендры — попадая в тело, парализует на 5 секунд.

Всего пять секунд? Негусто, прямо скажем. Даже с учетом замедляющего эффекта вряд ли хватит, чтобы надежно вывести противника из строя. Эх, был бы яд посильнее, можно было бы повоевать…

Стоп, а это идея! У меня же полно костяной пыли — вон, целая горсть из останков скелетов натрусилась. Что если смешать ее с ядом, может получиться неплохой такой сюрприз для нежити!

Недолго думая, я отсыпал щепотку праха в склянку и как следует взболтал. И снова система не подвела:

Алхимия +1.

Густой Яд сколопендры — попадая в тело, парализует на 15 секунд, снижая уровень жизни на 1 % в секунду.

Ай да я, ай да алхимик доморощенный! Всего-то подсыпал дряни всякой, а эффективность микстуры выросла знатно. Теперь у любого, кто попробует этот коктейль на вкус, будет несколько веселых мгновений — сначала полный паралич, а потом медленное и мучительное угасание. В общем, мечта, а не яд!

Воодушевленный успехом, я щедро намазал отравой лезвие своего верного ножа. Все, к бою готов. Ну, почти. Внутри все еще предательски сжималось от дурных предчувствий. Все-таки эти твари — не шутка. Уровнем выше, численностью больше. Одна ошибка — и пиши «привет».

Но отступать уже некуда. За спиной глухая стена, а впереди враг. Собрав волю в кулак, я глубоко вдохнул и медленно выдохнул, унимая бешеный стук сердца. Страх — плохой советчик. Страх — мой враг. Я должен победить, должен выжить. Иначе просто нельзя.

Последний раз проверив снаряжение, я бесшумной тенью скользнул из своего угла, заняв позицию в начале прохода между колоннами — аккурат за линией ловушек. Как учил старина Лao Цзы, самая лучшая битва — это та, которую удалось избежать. Но если сражение неизбежно — бей первым, бей сразу и бей наверняка. Что ж, буду следовать заветам великого мастера.

Замерев в напряженной стойке, я невидящим взглядом уставился в полумрак зала. Ну же, где вы там, упыри? Кому порцию боли и унижения?! Конечно, шанс на победу не очень велик. Но пока я жив — надежда тоже жива. А значит, не все потеряно. Прорвемся. Должны прорваться!

Вдруг из центра зала раздался подозрительный шорох, и мое сердце пропустило удар. Началось! Лязг костей, скрип суставов — вот он, звук приближающейся смерти. Или не смерти? Скоро узнаем…

Я стиснул зубы и чуть присел, готовясь к рывку. Страх ушел, осталась только собранность и холодная ярость. Ну все, гады, молитесь своим богам нежити. Мы принимаем бой!

С этой решительной мыслью я чуть качнулся вперед, готовясь броситься в атаку. Сомнений больше не было, только жажда победы. Выживу, не выживу — какая к черту разница? Главное — подороже продать свою жизнь.

Глубокий вдох, стремительный рывок. Понеслась!

Глава 10

Выглянув из-за разрушенной колонны, я увидел, как скелеты двумя парами отправились в разные стороны, их костяные ноги гулко стучали по древним каменным плитам. Лишь один скелет остался возле Лича, словно верный страж, охраняющий своего повелителя. Три скелетокрысы крутились рядом, их красные глаза горели жаждой крови, а острые зубы были готовы вонзиться в плоть.

Я затаил дыхание, наблюдая, как обе пары скелетов удаляются в самые дальние уголки зала. Их шаги эхом отдавались под сводами, создавая зловещую какофонию. Когда они скрылись из виду, я понял, что настал мой момент. Пора было начинать смертельный танец.

Резким, отточенным движением я бросил смазанный ядом нож прямо в Лича. Хитиновое лезвие сверкнуло в полумраке, устремляясь к своей цели. Другой рукой, не теряя ни мгновения, я метнул сюрикен в оставшегося скелета. Острая звездочка со свистом рассекла воздух, нацелившись на врага.

Мои руки двигались с молниеносной скоростью, посылая оружие раз за разом. Каждый бросок был выверен до миллиметра, каждое движение отточено долгими тренировками. Лич замер, его костлявое тело парализовало действие яда. Он стоял неподвижно, словно древняя статуя, не в силах противостоять действию яда.

Краем глаза я заметил стремительное движение. Первые скелетокрысы уже бросились в мою сторону, их костяные лапы бешено скребли по каменному полу, оставляя глубокие борозды. Красные глаза горели неистовым огнем, а пасти были широко раскрыты, обнажая ряды острых зубов.

Не мешкая ни секунды, я швырнул нож в одну из крыс. Лезвие вонзилось точно в цель, и тварь застыла на месте, парализованная действием яда. Ее товарки, не обращая внимания на выбывшую из строя сестру, продолжали нестись вперед, жаждая вонзить свои клыки в мою плоть.

В другую крысу полетел сюрикен, рассекая воздух со зловещим свистом. Острые лезвия впились в костлявое тело, заставляя тварь судорожно дергаться в предсмертной агонии. От третьей крысы пришлось отпрыгивать в сторону, уворачиваясь от ее стремительного прыжка. Острые когти царапнули по камню в опасной близости от моих ног.

Не давая врагу опомниться, я снова швырнул сюрикен. Звездочка с хирургической точностью пронзила череп крысы, заставляя ее безжизненно рухнуть на пол. Торжествующий возглас сорвался с моих губ — минус одна тварь!

Скелет, получивший еще два броска подряд, рассыпался в прах под градом моих бросков. Его костяное тело разлетелось на мелкие осколки, окутанные облаком едкой пыли. Победа стала ближе, но расслабляться было рано.

Краем глаза я заметил, что те две пары скелетов, ушедшие ранее на разведку, начали возвращаться, привлеченные шумом битвы. Их костяные ноги гулко стучали по каменным плитам, а пустые глазницы горели зловещим огнем. Времени оставалось катастрофически мало.

Я быстро кинул сюрикен в крысу, которая уже пришла в себя после действия паралитического яда. Острое лезвие вонзилось точно в цель, пронзая череп твари насквозь. Крыса упала замертво, ее костлявое тело больше не двигалось.

Не медля ни мгновения, я снова бросил нож в Лича, продлевая действие паралича. Клинок со свистом рассек воздух и вонзился в костяную грудь повелителя нежити. Но как только нож вернулся в мою руку, я с ужасом понял, что яда на нем почти не осталось. Каждая секунда была на счету, нужно было срочно обновить смертоносную отраву, иначе мои шансы на победу таяли с каждым мгновением.

Крыса бросилась на меня, ее красные глаза горели неистовой яростью. Но я встретил ее точным броском, посылая нож прямо в раскрытую пасть. Лезвие вошло глубоко, пронзая гортань твари и выходя через затылок. Тут же сюрикен полетел следом, окончательно добивая агонизирующую крысу.

А обе пары скелетов уже были совсем близко, их костяные пальцы тянулись ко мне, жаждая вцепиться в горло. Пустые глазницы светились злобным огнем, а челюсти были широко раскрыты в беззвучном крике.

Действовать нужно было молниеносно. Я смазал нож свежей порцией яда, чувствуя пары едкой жидкости. Затем активировал заклинание Перемещения и отпрыгнул за расставленные мной ранее ловушки.

Пока скелеты бежали ко мне, я успел послать несколько метких бросков, подранив одного из них. Острые лезвия впились в костяной корпус, заставляя врага пошатнуться и замедлить свой бег.

А дальше началось настоящее безумие. Двое скелетов, не заметив ловушек, напоролись на острые обломки пики, торчащие из камня. Их костяные ноги подкосились, и они рухнули на пол, катаясь по нему. На какое-то время эти твари выбыли из битвы, извиваясь в агонии.

Еще один скелет уткнулся в натянутый крысиный хвост и запутался, дергаясь в тщетных попытках освободиться. Его товарищ, не обращая внимания на попавшего в западню собрата, продолжал нестись вперед, жаждая вонзить свои костяные клинки в мою плоть.

Оставшегося скелета я стал быстро забрасывать сюрикеном, уворачиваясь от его неуклюжих, но смертоносных атак. Мои лезвия находили бреши в его костяном доспехе, впиваясь в уязвимые места. Вскоре скелет рассыпался в прах под градом точных попаданий, его осколки разлетелись по залу.

И в этот момент, когда казалось, что победа уже в моих руках, я услышал грозный вопль Лича. Его голос, полный ярости и незамутненной злобы, заставил меня похолодеть. Лич пришел в себя после действия паралитического яда и теперь был готов обрушить на меня всю свою разрушительную мощь.

Его костяные руки взметнулись вверх, и в воздухе начала сгущаться темная энергия. Я почувствовал, как волосы на моей голове встают дыбом от переполняющей зал некромантской силы. Лич шептал зловещие заклинания на каком-то языке, призывая силы самой смерти.

Но я не собирался сдаваться без боя. Собрав остатки яда на своем клинке, я прицелился и бросил нож в сторону Лича. Лезвие со свистом рассекло воздух, устремляясь к своей цели. Но Лич, демонстрируя невероятную скорость реакции, взмахнул рукой, и нож отлетел в сторону, со звоном ударившись о каменную стену.

Я застыл на месте, понимая, что мои шансы на победу тают с каждой секундой. Лич, окутанный облаком некротической энергии, начал медленно приближаться ко мне. Его пустые глазницы горели нестерпимо ярким светом, а костяные пальцы сжимались в кулаки, готовые обрушить на меня смертоносные удары.

В этот момент я понял, что пора менять тактику. Прямые атаки были бессмысленны против столь могущественного противника. Нужно было действовать хитро, использовать окружающую обстановку и свои навыки скрытности.

Я быстро огляделся по сторонам, ища укрытие. Мой взгляд упал на массивную колонну, возвышающуюся в нескольких метрах от меня. Не раздумывая, я рванул к ней, петляя и уворачиваясь от снарядов темной энергии, которые Лич начал швырять в мою сторону.

Добежав до колонны, я прижался спиной к холодному камню, тяжело дыша. Мое сердце бешено колотилось, а адреналин бурлил в крови. Я слышал, как Лич приближается.

Времени на раздумья не было. Я приготовил нож, смазанный ядом. Это был мой последний шанс, моя последняя надежда на победу.

Глубоко вдохнув, я вышел из-за колонны и встретился взглядом с Личем. Его пустые глазницы полыхали нестерпимым огнем, а костяные пальцы были готовы вцепиться в мое горло. Но я не дрогнул.

С молниеносной скоростью я метнул нож, вкладывая в бросок всю свою силу и мастерство. Он со свистом рассекл воздух, устремляясь прямо в череп Лича. Время словно замедлилось, каждое мгноение растянулась в вечность.

И в этот момент, когда нож был уже в считанных сантиметрах от цели, Лич взревел. Его голос, полный первобытной ярости и безграничной злобы, сотряс своды зала. Некротическая энергия хлынула из его костяных рук, образуя вокруг него непроницаемый щит.

Нож, встретившись с барьером, отскочил в сторону, со звоном ударившись о пол. Мое сердце пропустило удар, а в горле пересохло. Я понял, что мой последний шанс был упущен.

Лич, торжествуя, двинулся ко мне, его костяная челюсть растянулась в жутком подобии улыбки. Некротическая энергия клубилась вокруг него, образуя зловещий ореол. Каждый его шаг был подобен раскату грома, заставляя стены зала содрогаться.

Я стоял, не в силах пошевелиться, парализованный ужасом и осознанием своего поражения. Мой разум лихорадочно искал выход, какой-нибудь способ спастись, но тщетно. Казалось, сама смерть протянула ко мне свои костлявые руки.

И когда он уже навис надо мной, готовый нанести смертельный удар, я краем глаза заметил, как иконка с Перемещением внезапно стала ярче. КД закончился! В этот критический момент, когда каждая доля секунды была на счету, я стрелой метнул взгляд в сторону, выискивая возможное укрытие. Мой взор упал на массивный валун, одиноко возвышающийся в десятке метров от меня.

Не теряя ни мгновения, я активировал Перемещение, и мое тело моментально переместилось к валуну. Я вжался в шершавую каменную поверхность, сливаясь с тенью, которую отбрасывала громада валуна. Мое сердце бешено колотилось, а дыхание было прерывистым и тяжелым.

Буквально в ту же секунду сработала моя скрытность, окутывая меня невидимостью. Я затаил дыхание, наблюдая за Личем, который в ярости взревел, осознав, что его добыча ускользнула прямо из-под носа. Его костяные руки взметнулись вверх, и он начал быстро что-то колдовать, его пальцы порхали в сложных жестах, а губы беззвучно шептали зловещие заклинания.

И когда я увидел результат его темного колдовства, мои глаза расширились от ужаса, а сердце пропустило удар. Крысы, которых я только что убил с таким трудом, начали подниматься с пола, их искореженные тела срастались на глазах. Некротическая энергия окутывала их, возвращая к жизни по злой воле Лича.

Восставшие крысы, повинуясь безмолвному приказу своего господина, стремглав бросились к нему, их красные глаза горели неистовым огнем. Я судорожно сглотнул, понимая, что ситуация резко осложнилась. Но было одно обстоятельство, которое вселяло в меня проблеск надежды — их уровень был всего лишь третий. Это давало мне хоть какой-то шанс.

В тот момент, когда Лич повернул свою костяную голову в сторону скелетов, которые уже поднялись на ноги и, пошатываясь, ковыляли к нему, я увидел свой шанс. Молниеносным движением я с силой метнул нож в Лича. На этот раз бросок был удачным — клинок со свистом вонзился в плечо повелителя нежити, и тот застыл, парализованный ядом.

Не теряя ни секунды, я начал методично забрасывать скелетов сюрикеном, мои руки двигались с невероятной скоростью, посылая смертоносную звездочку раз за разом. Острые лезвия впивались в костяные тела, заставляя скелетов шататься и рассыпаться на части.

Краем глаза я следил за Личем, который все еще был скован параличом. Взобравшись на валун, чтобы получить лучший обзор, я снова метнул нож в повелителя нежити, обновляя эффект паралича. Мне нельзя было допустить, чтобы он пришел в себя раньше времени.

Сюрикен продолжал со свистом рассекать воздух, находя свои цели с неумолимой точностью. И вот, после очередной серии бросков, последний скелет рухнул на пол, рассыпаясь в прах. Торжествующая улыбка начала было появляться на моем лице, но в следующее мгновение она превратилась в гримасу боли.

Одна из крыс, незаметно подобравшись ко мне, впилась своими острыми зубами в мою ногу. Боль была настолько сильной и неожиданной, что в глазах потемнело, а из груди вырвался сдавленный крик. Я пошатнулся, едва не потеряв равновесие.

Превозмогая боль, я схватил нож и с размаху вонзил его в спину крысы, которая все еще висела на моей ноге. Лезвие прошло насквозь, и крыса обмякла, ее жизнь угасла в одно мгновение. Но у меня не было времени на передышку — остальные твари уже мчались в мою сторону, их красные глаза горели жаждой крови.

Я стал методично швырять в них сюрикен, каждый бросок находил свою цель, впиваясь в костлявые тела. Крысы пали так и не добежав до меня.

Краем глаза я заметил, что Лич начал шевелиться, его костяные пальцы подрагивали, а в пустых глазницах загорелся зловещий огонь. Времени оставалось в обрез. Я схватил нож и что было силы метнул его в Лича, надеясь продлить действие паралича.

Но в этот раз удача отвернулась от меня. Нож вонзился в Лича, но паралич не сработал. С ужасом я осознал, что на когте больше не осталось яда.

Лич, почувствовав, что более не скован чарами, начал медленно подниматься, его костяное тело излучало ауру смерти и разрушения. В его пустых глазницах плясало пламя ненависти, а костяные пальцы сжимались в кулаки, готовые обрушить на меня свою безграничную мощь.

Я понимал, что у меня остался лишь один шанс. Взяв сюрикен, я прицелился, вкладывая в бросок всю свою оставшуюся силу, всю свою решимость и отчаянную надежду. Время словно замедлилось, каждое мгновение растянулось в вечность.

С громким свистом сюрикен сорвался с моей руки и устремился прямо к шее Лича. Вращаясь в воздухе, он со звоном вонзился в костяное горло повелителя нежити. Раздался оглушительный треск, и голова Лича откинулась назад, его тело забилось в предсмертных судорогах.

Некротическая энергия, еще мгновение назад окутывавшая Лича зловещим ореолом, начала стремительно угасать. Его костяные руки безвольно опустились, а ноги подкосились. С громким грохотом Лич рухнул на пол, его костяное тело рассыпалось в прах, а череп раскололся надвое.

В зале воцарилась оглушительная тишина, нарушаемая лишь моим тяжелым дыханием. Я стоял, не веря своим глазам, не в силах осознать, что все закончилось. Мой взгляд скользил по останкам Лича и его прислужников, рассыпанным по всему залу.

Медленно, словно во сне, я опустился на колени, чувствуя, как из меня уходят последние силы. Рана на ноге пульсировала болью, а все тело ныло от бесчисленных ушибов и порезов. Но сквозь пелену боли и усталости пробивалось чувство триумфа, ликования от осознания своей победы.

Я приложил руку к ране на ноге, активировав Лечебное касание. Мягкое, теплое сияние окутало мою ладонь, и я почувствовал, как целительная энергия устремляется в поврежденные ткани. Буквально через несколько секунд боль начала отступать, а рана на глазах затягивалась, оставляя после себя лишь едва заметный розовый шрам.

Это было настоящее чудо, но то первое удивление, которое я испытал, познакомившись с магией, уже прошло. Теперь я воспринимал подобные вещи как должное, как неотъемлемую часть моей новой жизни в этом фантастическом мире.

Устало опустившись на ближайший камень, я словно в тумане наблюдал за системными уведомлениями, которые одно за другим возникали перед моим мысленным взором.

Вы получили новый уровень!

Вы получили новый уровень!

Вы получили новый уровень!

Три уровня сразу? Я не мог поверить своим глазам. Это был поистине отличный бой, и система явно это признавала.

Это был отличный бой!

Вы первый, кто в данном сегменте прошел инстанс!

Первый в сегменте? Значит, другие игроки еще не добрались до этого илилюбого другого подземелья или не смогли его пройти? Гордость за свое достижение наполнила мою грудь, заставляя усталость отступить на второй план.

Получена Дополнительная награда???

За прохождение группового инстанса в одиночку вам начисляется дополнительная награда — все ваши характеристики увеличиваются на 20 %.

От удивления я чуть не свалился с камня. Дополнительная награда за соло-прохождение группового подземелья? Да еще и такая щедрая? Это было словно сон наяву. Мои и без того немалые характеристики подскочили еще на 20 %, делая меня настоящей машиной для убийства монстров.

Некоторые ваши навыки улучшились.

Подробности в меню.

Улучшение навыков? Видимо, мое мастерство владения ножами и сюрикенами, а также мое умение скрываться и перемещаться, достигли нового уровня. Я предвкушал момент, когда смогу заглянуть в меню и изучить все изменения.

Вы получили уровень!

Еще один уровень? Сколько же их было всего? Я сбился со счета, мой усталый разум отказывался воспринимать и анализировать поступающую информацию.

Я сидел на камне, окруженный ярким сиянием системных уведомлений, и чувствовал себя так, словно попал в какой-то сюрреалистический сон. Мое тело было измученным, мозг отказывался соображать, но где-то в глубине души разгоралось пламя триумфа и гордости.

Я сделал это. Я прошел подземелье в одиночку, уничтожил могущественного Лича и его прислужников, получил кучу уровней и наград. Это было настоящее достижение.

Но сейчас, сидя на этом холодном камне, я чувствовал лишь бесконечную усталость. Мне нужен был отдых, передышка, чтобы восстановить силы и осознать все произошедшее. Я не знал, что меня ждет впереди, но сейчас я хотел лишь одного — закрыть глаза и тупо уснуть.

С этими мыслями я медленно сполз с камня и растянулся прямо на холодном каменном полу. Мое тело моментально отозвалось благодарностью, расслабляясь и погружаясь в столь желанный отдых.

Я проснулся рывком, мое сердце бешено колотилось, а дыхание было прерывистым и тяжелым. Последние отголоски кошмара все еще цеплялись за края моего сознания, не желая отпускать. Мне снилось, как огромная сколопендра, чудовищная и отвратительная, копошится в останках Лича, пытаясь забрать мой заслуженный лут.

Лут! Эта мысль молнией пронзила мой разум, заставляя вскочить на ноги. Как я мог быть таким беспечным? Уснуть прямо здесь, не забрав с поверженного босса его сокровища? А ведь там наверняка найдется немало ценных вещей, которые могут оказаться просто бесценными для моего дальнейшего существования.

На мгновение я замер, пытаясь собраться с мыслями. Лич — нужно проверить его тело в первую очередь. Но потом обязательно обыскать скелетов и крыс, ведь и у них могло найтись что-то полезное. Однако сейчас приоритет был очевиден — мэйнбосс.

Я стремглав подбежал к телу Лича, мои глаза лихорадочно шарили по каменному полу, выискивая заветную коробочку. И вот, среди груды костей и праха, я ее заметил. Я аж дрожал от нетерпения, подхватил ее и быстро открыл, предвкушая момент триумфа.

И он не заставил себя ждать. Улыбка сама собой расплылась на моем лице, когда я увидел содержимое коробки. Там покоился пояс — но не простой пояс, а настоящее чудо экипировки.

Пояс Лича-Призывателя.

Масштабирующийся предмет легендарного качества.

Увеличивает все характеристики на 5 %.

Встроенная сумка-инвентарь на 30 ячеек. Уменьшение веса на 40 %.

3 слота для метательного оружия.

Я не мог поверить своим глазам. Это была настоящая имба, невероятная вещица, о которой только можно было мечтать. Масштабирование характеристик на 5 % — да это же просто фантастика! С каждым новым уровнем мои характеристики будут расти, и этот пояс всегда будет давать ощутимую прибавку.

А встроенная сумка-инвентарь на 30 ячеек?

Уменьшение веса на 40 % тоже было бесценным бонусом.

И, наконец, три слота для метательного оружия — это была настоящая вишенка на торте. Я всегда любил использовать ножи, сюрикены и вообще все метательное в бою, и теперь у меня будет возможность носить с собой больше этих смертоносных игрушек, всегда готовых сорваться с моей руки и найти свою цель. А в совокупи с моим Метателем — да система специально для меня выбирала пояс!

Я надел пояс, чувствуя, что он как будто был создан специально для меня. Мощь, заключенная в этом предмете, буквально пульсировала, наполняя меня новой силой и уверенностью.

Но на этом сюрпризы не закончились. Под поясом в коробке лежал свиток — загадочный и манящий. Я осторожно развернул его, и мои глаза расширились от удивления, когда я прочитал описание.

Легендарный свиток Призыва. Изучить заклинание (да/нет)?

Конечно же, я выбрал «да»! Кто бы отказался от возможности изучить легендарное заклинание, да еще и связанное с призывом? Я активировал свиток.

Вы изучили заклинание призыва Лича-Призывателя.

Любое убитое вами животное может быть призвано в виде его скелета и служить вам боевым питомцем на срок до пяти часов в сутки, не более одного одновременно.

Я не мог сдержать восторженного возгласа. Это было просто невероятно! Теперь я мог призывать убитых мной животных в качестве боевых питомцев, пусть даже скелетов. Это открывало целый мир новых возможностей и тактик в бою.

Эйфория от обретенных сокровищ смешивалась с остаточным адреналином после вчерашней битвы, создавая невероятный коктейль эмоций.

Но расслабляться было рано. Нужно было еще обыскать тела скелетов и крыс, чтобы не упустить ни одной ценной находки. Каждый лут, каждый предмет мог оказаться решающим в моем будущем.

Глава 11

Быстро обыскав оставшиеся тела и собрав с них лут, прямо коробочками оставил их в инвентаре. Всё, миссия выполнена. Что дальше? Ну, раз уж я здесь, грех не пошарить как следует, может еще что полезное найдется. Сто процентов ведь система что то припрятала в последнем то зале. Должны же быть у них и заначки-схроны на черный день.

Прикинув что к чему — прошелся по залу, простукивая стены и пол на предмет ниш и тайников. Глядишь, где-нибудь да выскочит заветное «Обнаружен тайник» или «Секретная область». Всё, как в старых-добрых РПГ, где за каждым углом припрятаны плюшки для особо дотошных. Не зря ведь столько времени и здоровья на это подземелье потратил. Так, а тут что такое?

Спустя десяток минут в подножье одной из колонн нашел некий тайник. Колонна вроде бы ничем не отличалась от десятка своих соседок, но поди ж ты — поддалась нажатию, и часть стены с гулом отъехала в сторону. За ней обнаружилась ниша, в которой стоял массивный железный сундук. Обитый ржавыми полосами металла, с кучей замысловатых узоров — в общем, типичный вместительный контейнер легендарного лута. Ради такого и в данж стоило переться.

Вот только незадача — сундучок оказался заперт на совесть. А ни отмычек, ни ключа у меня, понятное дело, не имелось. Не с ножиком же к нему подходить, в самом деле. И тут меня осенило! Привязав хвост убиенной крысы к засову, я отошел на пару метров и дернул. Крысиный хвост, конечно, не рассчитан на такие нагрузки, но авось прокатит. Главное — резко дернуть, чтобы поддался, да в сторону отпрыгнуть на случай сюрпризов.

Но никаких каверз и ловушек не случилось — крышка с натужным скрипом просто открылась. Неужто повезло? А где же стая разъяренных мобов, отравленные дротики, огненные шары? Или на худой конец парочка некромантских проклятий, после которых ни один храм не очистит? Похоже, и вправду пронесло. Осторожно заглянув внутрь, я увидел… перчатки. Хорошие такие тактические перчатки, прямо как я люблю.

Перчатки Лича-Призывателя

Класс предмета: Перчатки (Руки)

Качество: Легендарное

Масштабируемый предмет

Увеличивает все характеристики на 5 %

Улучшает навык владения метательным оружием на 2*(Ловкость)%

Ну ни хрена ж себе! Вот это я удачно зашел. Легендарный масштабируемый шмот под мой билд Метателя, да еще и с такими характеристиками — просто сказка! Прям чувствую, как растут мои шансы дожить до следующей недели. И как Система в очередной раз подкидывает мне ништяки точно в тему — она будто мысли мои читает и заботливо упаковывает арсенал под нужды.

Так можно было?! Раньше, до всей этой заварушки с Системой и Апокалипсисом, я б ни за что не поверил, что подобное возможно. Чтоб какая-то виртуальная сущность с лёгкостью подгоняла экипировку и примочки прямо под конкретного человека. Прям личный гейм-дизайнер и завскладом в одном флаконе. Но поди ж ты, работает ведь! Знала бы эта сволочь, как я ей благодарен. Ведь без всех этих плюшек и бонусов от нее давно бы уже к праотцам отправился. Даже с моим везением.

Снова система подкинула одежку под меня. Ну спасибо, ну удружила. Век не забуду заботу твою. Аж слезу пробило от души-доброты небесного, мать его, покровителя. Ладно, чего уж там, дареному коню сам знаешь куда не заглядывают. Как есть беру — авось сгодится. Глубоко вздохнув, решительно нацепил перчатки и застегнул ремешки. Идеально, как под меня шили, сидят! Что ж, с почином меня. Боевое крещение пройдено, легендарный лут в кармане. Пора наверх возвращаться, глядишь хоть какая-то ясность вырисуется, да и отдохнуть не помешает. А то вдруг снова в бой — зомби и нечисть сами себя не перебьют!

Сундук осмотрен, лут прибран — пора и честь знать. Что-то засиделся я тут, заигрался в кладоискателя. Как бы новые проблемы на голову не свалились, пока прохлаждаюсь. В этой пещере, наверное, еще сотни ловушек и монстров поджидают. Оно мне надо? Прошел, победил — и будет. Жадность до добра не доведет, как говорится.

Решительно поднявшись, я направился ко второму выходу из зала. Кто знает, какие опасности таятся за этой дверью? Но выбора особо нет — либо вперед, навстречу неизвестности, либо остаться здесь и ждать, пока тебя выкурят как крысу. Уж лучше рискнуть и, быть может, найти верный путь, чем сидеть сложа руки.

На ходу проверил припасы в рюкзаке. Маловато что-то осталось, надолго не хватит. Банка тушенки, горсть сухарей да фляга с водой на донышке. Ладно, будем надеяться, по дороге еще разживусь чем-нибудь съестным. Не впервой голодать.

С такими невеселыми мыслями я пересек полуобвалившийся коридор и приблизился к выходу. Точнее, к тому, что от него осталось — кривой арке, затянутой полупрозрачной пеленой. Вот она, родимая, прямо как в прошлый раз. Сейчас шагну в нее и окажусь… где? На поверхности или в очередном подземелье? Лотерея, мать ее.

Я глубоко вздохнул, собираясь с духом, и решительно шагнул сквозь портал. В лицо ударил ослепительно яркий свет, резанувший по глазам после подземного полумрака. Зажмурившись, я невольно отступил на шаг, пытаясь справиться с рефлекторными слезами.

Постепенно проморгавшись, я начал различать очертания предметов вокруг. Ба, никак на поверхность вынесло! Кругом зелень, птички щебечут, бабочки порхают. Прям сказка, а не постапокалипсис с Системой. На миг я даже засомневался, туда ли попал. Может, глюк очередной?

Опустившись на колено, я зачерпнул горсть рыхлой земли. Нет, вполне себе настоящая, родная. Пахнет лесом, прелой листвой и цветами. И ветерок такой приятный, свежий, несет ароматы трав и хвои. Красота, аж на душе легче стало. Выбрался, значит, все путем.

Правда, расслабляться рано. Кто знает, какие твари здесь водятся, мутировавшие по воле Системы. Или, не дай бог, бандиты с мародерами шастают. Надо начеку быть, бдительности не терять.

Я проверил снаряжение, поудобнее разместил рюкзак за спиной. Негусто у меня с оружием, прямо скажем. Один метательный нож да сюрикен. На крайняк, сгодятся, но против толпы не особо повоюешь. Вот бы автоматом разжиться или хотя бы пистолет какой. Мечты, мечты.

Впрочем, сюрикен, считай, боезапас бесконечный. Ну а пока пора решать, куда двигать. Судя по солнцу — время ближе к полудню. Надо бы населенный пункт поискать или укрытие какое. Не хотелось бы ночью в лесу куковать, от комарья отбиваться. Да и от холода костерком не очень-то спасешься.

Впереди виднелась разбитая грунтовая дорога, убегающая за горизонт. По обе стороны от нее высился густой лес, настороженно глядящий темными провалами меж стволов. Идти по открытому месту, конечно, рискованно. Но и соваться в чащу, не зная местности — то еще удовольствие. Опять же, в лесу заплутать — раз плюнуть.

Поразмыслив, я все же решил двинуть через лес, параллельно дороге. Авось, лучше укроюсь от недобрых глаз, а направление не потеряю. Да и грибов-ягод, если повезет, насобираю. Глядишь, и дичь какая на котелок попадется. Ведь нельзя же вечно одной тушенкой питаться.

Подтянув лямки рюкзака, я свернул с дороги и углубился под сень деревьев. Ветки цеплялись за одежду, норовя оцарапать лицо. Приходилось пригибаться и внимательно смотреть под ноги, чтобы не споткнуться о корни. Поначалу я старался идти потише, прислушиваясь к каждому шороху. Мало ли, вдруг засада какая.

Но постепенно лес убаюкал меня своими звуками — шелестом листвы, посвистом птиц, стрекотом насекомых.

Беда подкралась бесшумно, будто тень. В одно мгновение кусты рядом взорвались фонтаном брызг и листьев, явив моему взору нечто ужасное. Это был кроль, но явно в апгрейде Системы. Размером с крупного пса, весь какой-то болезненно-серый, с выпученными кроваво-красными глазами и исходящей пеной пастью, в которой желтели кривые клыки.

Я застыл на миг, парализованный страхом. А в следующую секунду монстр прыгнул, целясь мне в горло. Годы тренировок не подвели — тело среагировало быстрее разума. Сюрикен сам скользнул в ладонь, далее посланный в цель безупречным движением. Острые грани со свистом рассекли воздух и с хрустом вонзились меж глаз чудовища.

Кроль отчаянно взвизгнул и забился в конвульсиях, разбрызгивая ядовито-зеленую кровь. Сюрикен вернулся прямо в руку, готовый к новому броску. Второй удар не заставил себя ждать, прервав агонию монстра навсегда. Все произошло так быстро, что я даже не успел испугаться толком. Лишь сердце бешено колотилось, разгоняя по телу адреналин пополам с облегчением.

Я перевел дух и приблизился к поверженной твари. Осторожности ради, добил кроля парой ударов по башке. Чтоб уж наверняка, без сюрпризов. Потом отряхнул сюрикен от ошметков, протер о траву — вот и снова чист и готов к бою.

Осмотрев тушку, убедился, что ничего ценного в ней нет. Придется бросить так — хоть и жаль, свежатинки отведать не судьба. Встряхнувшись, отогнал малодушные мысли. Но тут Система подсветила лут. Открыл — ба, как по заказу Нежное мясо кроля. Необработанная шкура кроля. Ну вот — будет что приготовить по случаю. Да и тушенки в запасе есть банка, на пару дней хватит. А там, глядишь, до людского жилья доберусь.

Аккуратно пробираясь сквозь лесные дебри, я старался двигаться как можно тише. Хоть кроль и был повержен, расслабляться не стоило. Кто знает, сколько еще подобных тварей бродит поблизости, привлеченных запахом крови. Да и другие мутанты могли таиться в чаще, ожидая удобного момента для нападения.

Пригибаясь под низко нависающими ветками, перешагивая поваленные стволы, я потихоньку продвигался вперед. То и дело замирал, прислушиваясь к звукам леса, втягивал ноздрями воздух, принюхиваясь. Готовый в любое мгновение отразить атаку, сжимая в руке верный сюрикен.

Постепенно лес начал редеть, деревья расступились, явив моему взору полузаросшую грунтовую дорогу. Она петляла меж пологих холмов, уводя вдаль, к мутно-зеленой дымке на горизонте. Там, если я правильно сориентировался, должен быть городок Сим. Уже не надеясь встретить живых, я все же решил добраться до него. Авось, удастся разжиться припасами или хоть переночевать под крышей.

Дорога таки вывела меня на окраину Сима. Медленно обходя первый дом, я вдруг замер, услышав странный звук. Вроде бы тихий шорох, а может, царапанье когтей по дереву. Держа сюрикен наготове, начал красться вдоль стены. Заглянул за угол и похолодел — на крыльце сидел, скорчившись, зомби и увлеченно обгрызал чью-то кость. Видимо, учуял-таки поживу, вылез из укрытия, гадина серокожая.

Выдохнув, я прицелился и плавно вскинул руку. Миг — и смертоносный снаряд со свистом рассек воздух. Глухой удар, всхлип — и тварь завалилась набок, дернулась пару раз и затихла.

Сюрикен вновь вернулся в ладонь. Подняв лут, я немного опешил.

Гречка, 200 г

Тушенка говяжья, банка 250 мл.

Разжился, называется! Хоть банкет закатывай.

Не теряя бдительности, я двинулся к другим домам. Так, от укрытия к укрытию, внимательно осматривая окрестности. Везде царило запустение, и только ветер гонял обрывки мусора по пустым улочкам. Тоскливо до невозможности, аж зубы сводит от едкой горечи. Была же жизнь, теплилась, а теперь — мертвое ничто.

Из задумчивости меня вывел какой-то блеск в стене ближайшего здания. Осторожно приблизившись, всмотрелся внимательней. Ба, да это ж витрина магазинчика! Стекло разбито, но за ним вроде как что-то полезное мерещится. Прищурившись, я напряг зрение до рези в глазах. Ого, консервы! Что-то в банках и пакетах. И галеты! От радости даже сглотнул голодную слюну. Вот это удача привалила!

Стараясь не шуметь, протиснулся в узкий проем, по хрустящему крошеву, что раньше было дверью. Внутри было сумрачно, пахло пылью, плесенью и почему-то палеными перьями. Крадучись, я двинулся вглубь, туда, где на покосившихся стеллажах призывно белели заветные банки. Сделать бы еще пару шагов, дотянуться, схватить…

Внезапно что-то обрушилось сверху, сбивая меня с ног. Кувыркнувшись через голову, я вскочил, выхватывая нож. Краем глаза заметил какое-то мельтешение и резко развернулся всем корпусом. Вовремя! Мерзкие твари, похожие на здоровенных ворон, атаковали с двух сторон. Взмах когтистых крыльев-лап, скрежет клювов — и первая птица распласталась на полу с рассеченной грудью.

Вторая тварь оказалась проворней, уклонилась от выпада и тут же ринулась в новую атаку. Пришлось пригнуться, почти припасть к полу, чувствуя, как когти свистят над головой, срывая прядь волос. Рывок, разворот, бросок ножа снизу вверх — и монстр с хрипом опрокидывается на спину, дергая лапами в агонии.

Переводя дух, я осмотрелся. Тихо, только собственное сиплое дыхание нарушает тишину. Лут из мертвых птиц перекочевал в инвентарь. Вот ведь жизнь пошла — в магазин зайти, и то целое приключение. Ладно, прорвемся. Подобрав уцелевшие консервы и галеты, рассовал их рюкзак, чтоб не гремели и потихоньку двинул к выходу. Нечего рисковать, и так повезло.

Выбравшись наружу, побрел по улице, разглядывая запустение. В принципе, можно бы тут заночевать, в одном из домов. Глядишь, еще чего ценного поищу, авось мародеры до меня не все вынесли. И костерок организовать, а то что-то зябко стало.

Так, в невеселых раздумьях, я брел по разрушенному городку, пока не уткнулся в старую автозаправку на окраине. Широкий козырек с выцветшей надписью «Лукойл», несколько колонок и покосившийся шлагбаум. Чуть поодаль — небольшое здание, видимо, раньше служившее офисом и магазинчиком. Прищурившись, я вгляделся туда, в полумрак за разбитыми стеклами. Вроде, тихо и пусто. Можно рискнуть и заночевать внутри, подальше от центра.

Осторожно подойдя ближе, замер на пороге. Вслушался, принюхался — кажется, никого. Толкнул дверь, готовясь отразить атаку — ничего, только ветер зашуршал обрывками бумаг на полу. Зашел внутрь, прикрыл за собой дверь. Пошарив по стенам, нашел выключатель, щелкнул — тщетно, света не было. Ну да чего еще ожидать, это ж не гостиница.

Вдруг, сквозь мутные окна пробился слабый огонек. Снаружи кто-то есть! Рука сама потянулась к сюрикену. Замерев, я напряженно всматривался в полумрак. Вот опять, мелькнуло желтоватое пятно и пропало. Странно, на фонарь вроде не похоже. И вдруг меня прошиб холодный пот — да это же глаза! Светящиеся, хищные, явно не человеческие. И смотрят они прямо на меня, сквозь мутное стекло. Чую, сейчас начнется…

Я затаил дыхание, напряженно вслушиваясь в тишину. Тихий скрежет, будто кто-то царапает стену снаружи. Шорох, постепенно приближающийся к двери. И вдруг — резкий удар, от которого хлипкий пластик чуть не слетел с петель. Еще удар, сильнее прежнего. Что-то явно рвалось внутрь, не особо церемонясь.

Выругавшись сквозь зубы, я отпрянул подальше от входа. Лихорадочно огляделся по сторонам, пытаясь найти укрытие. Увы, в тесном помещении особо не спрячешься. Разве что забаррикадироваться за прилавком, но надолго ли его хватит? Сомнительная защита против неведомой твари, что бесновалась снаружи.

Очередной удар, жалобный треск — и в двери образовалась внушительная дыра. В проломе мелькнуло что-то темное, когтистое. Кажется, лапа с длинными кривыми клыками вместо пальцев. Твою ж мать, это что еще за хрень?! Я невольно попятился, вжимаясь спиной в стену. Холодный пот струился по лицу, сердце бешено колотилось, норовя пробить ребра.

И тут тварь просунула в дыру голову. Вернее, то, что ею являлось — бесформенный клубок шерсти, перемежающийся костяными наростами. Из переплетения свалявшейся массы выступали два горящих красных глаза и усеянная клыками пасть. Мерзкий запах разложения и влажный утробный рык довершали картину невообразимого кошмара.

Адский пёс. Уровень 10.

Десятый?! Серьезно?! Да откуда ж ты тут взялся то такой?!

Выдернув из ножен метательный нож, я швырнул его прямо в морду чудовища. Лезвие вошло точно меж глаз, заставив монстра взреветь и отшатнуться. Воспользовавшись моментом, рванулся к черному ходу, распахнул дверь и выскочил наружу. Вовремя — за спиной раздался грохот и яростный вой. Похоже, тварь все же ворвалась внутрь, круша все на своем пути.

Перемахнув через покосившуюся ограду, я со всех ног припустил прочь от проклятой заправки. Петлял меж брошенными машинами, натыкаясь на груды хлама и оскальзываясь в лужах. Позади слышалось шумное дыхание и топот, будто целое стадо неслось за мной. Иногда мелькала в просветах между домами косматая туша, мчащаяся по пятам. Ну же, быстрее, еще быстрее!

Легкие горели огнем, в боку кололо, а я все бежал, не разбирая дороги. Выскочил на центральную площадь, заметался, выискивая укрытие понадежней. Разбитый фонтан, какие-то бетонные блоки, покореженный остов автобуса… И вдруг взгляд выхватил спасительный люк в мостовой. Подземные коммуникации — надежда на спасение!

Рывком открыв тяжелую крышку, я нырнул вниз, в спасительную темноту. Вцепился в скобы, начал лихорадочно спускаться, молясь, чтобы монстр не сообразил, куда я делся. Но удача отвернулась — сверху донесся яростный рык и скрежет когтей по металлу. Тварь учуяла, где я скрылся, и намеревалась последовать за мной.

Спрыгнув на дно тоннеля, я огляделся в поисках укрытия. Коридор уводил в неизвестность, разветвляясь где-то вдали. Шанс оторваться и затеряться в лабиринте подземелий. Вперед, у меня пока есть фора!

Я побежал, стараясь не шлепать по лужам, прислушиваясь к звукам погони. Твари посложнее будет пробираться по узким проходам, но она явно не собиралась отступать. Топот и утробное ворчание за спиной подгоняли не хуже кнута.

Развилка, поворот, снова тоннель, уводящий в темноту. Я мчался, путая следы, выбирая самые извилистые и тесные проходы. Надеялся, что монстр застрянет или потеряет мой след. Увы, зря — судя по неумолчному треску позади, он крушил любые преграды, прорывался напролом, ведомый яростью и голодом.

В какой-то миг я понял, что выдыхаюсь. Ноги заплетались, в груди клокотало, а тварь все не отставала. Нужно было срочно найти место для обороны, последнего боя. Спрятаться негде, значит, остается принять бой и попытаться прикончить монстра.

Впереди показался просвет — тоннель выводил в просторный зал, с открытыми люками сверху. Кажется, насосная станция или что-то вроде. Это мой шанс! Я ворвался внутрь, лихорадочно оглядываясь. Задержать бы гадину у входа, пока она будет протискиваться. А там, глядишь, удастся ранить или что-то на нее обрушить. Должен же быть предел прочности у этой образины!

В углу зала приметил ящики и бочки, видимо, с топливом или химикатами. Вот он, мой шанс! Подскочив к кучи контейнеров, начал торопливо составлять их в некое подобие баррикады. Спиной чуял, как приближается погоня, но не оглядывался — секунды были на вес золота.

Фортификация +1

Успел в последний момент — тварь вломилась в зал, круша все на своем пути. Я отпрыгнул за укрытие, выхватывая нож, сюрикен в другой руке наготове. Пригнулся, выжидая момент для броска.

Чудовище заметалось по залу, принюхиваясь и порыкивая. Взгляд безумных глаз остановился на моем укрытии. Тварь взревела и ринулась в атаку, разбрасывая лапами бочки и ящики. Я вскочил, прицелился и что было сил метнул сюрикен прямо в раскрытую пасть.

Удар! Смертоносный хитин впился в глотку монстру, заставив его захлебнуться собственной кровью. Взвизгнув, он закрутился на месте, молотя лапами и пытаясь вырвать застрявший сюрикен. Но я не стал дожидаться — подскочил вплотную и вогнал свой нож твари под лопатку, туда, где бешено билось сердце. Рывок лезвия вверх, фонтан черной крови — и монстр рухнул замертво, содрогаясь в последних конвульсиях.

Отшатнувшись, я сполз по стене на пол. Сил не было даже на то, чтобы порадоваться победе. Хотелось просто закрыть глаза и провалиться в забытье. Но расслабляться было рано — кто знает, сколько еще подобных Тварей бродит по руинам Сима.

И почему, спрашивается, этот собакен меня видел под скрытностью?

Глава 12

Отдышавшись после схватки с адским псом, я задумчиво уставился на его бездыханную тушу. Вот ведь зверюга была — здоровенная, мохнатая, клыкастая. Чудом удалось завалить, не без помощи смекалки и навыков. И тут меня осенило — а ведь у меня же теперь есть способность призыва! Почему бы не опробовать ее прямо сейчас, на этом монстре? Глядишь, обзаведусь боевым питомцем, будет кому прикрывать спину в передрягах.

Недолго думая, я решил испытать навык Призыва. Выбрал в меню нужную иконку на периферии зрения — ту самую, с изображением некроманского посоха. Активировал ее мысленной командой, сосредоточив взгляд на туше псины. И началось!

Труп собаки моментально заклубился прозрачной дымкой, будто в него ударила миниатюрная молния. Сизые завихрения затанцевали над мертвой плотью, постепенно сгущаясь и обретая форму. Спустя пару секунд дымка улеглась, являя взору жутковатое зрелище — скелет адского пса, покрытый призрачным свечением и клочками эктоплазмы.

Поднят боевой питомец — Призрачный Пес.

Питомец Артема. Уровень 10.

Срок жизни до 5 часов.

В углу периферийного зрения высветилась иконка с изображением восставшего пса. Рядом с ней мерцала полоска таймера призыва и миниатюрное меню с выбором команд. Я мысленно ткнул в «Параметры» и обнаружил там настройки поведения: «Следовать», «Охранять», «Атаковать», «Патрулировать». Но это было еще не все — в списке значились и боевые способности моего нового питомца. «Укус», «Царапать», «Разорвать», «Рев», «Улучшенное обоняние» — весьма впечатляющий арсенал для призрачного пса.

Особенно меня заинтересовал «Рев». Судя по описанию, это была способность массового оглушения противников на 5 секунд. Весьма полезный навык, особенно если нарвемся на толпу врагов. Пара тройка секунд в такой ситуации — это целая вечность, за которую можно творить всякие непотребства. Например, метать во врагов мой верный сюрикен.

«Укус», «Царапать» и «Разорвать» — это понятно, стандартный набор боевого пета. С такими талантами никакие зомби не страшны, псина их в труху перемелет. Плюс я со своим сюрикеном — вообще огонь-комбо получается. Один швыряет, другой рвет, красота!

Но больше всего мое внимание привлек последний пункт — «Улучшенное обоняние». И тут меня будто молнией шарахнуло — вот почему он, будучи еще Адским псом так легко меня находил, когда я был в скрытности! Он просто брал мой след, руководствуясь нюхом. Все это время я недоумевал, как он меня вычисляет. А оно вон как, оказывается.

С одной стороны, радует, что у моего напарника такие крутые способности. С другой — теперь придется быть аккуратнее со скрытностью. Если уж псина меня запросто находит, то что мешает другим тварям сделать то же самое? Вдруг у них тоже супер-пупер нюх или еще какие читерские примочки от системы?

Кстати о системе — интересно, она специально моего призрачного дружка такими плюшками наградила? Типа бонус за убийство адского пса или просто фишка некромантии? Может у меня вообще талант к этим делам? Эх, жаль нет никакого справочника по классам и билдам. Приходится разбираться методом научного тыка.

Ладно, отвлекся я что-то. Сейчас главное — выбраться из этого треклятого города, желательно целым и по возможности невредимым. А там уже можно будет и в тонкости прокачки вникать, благо времени у меня теперь, похоже, вагон и маленькая тележка. Если только очередной босс на голову не свалится или еще какой форс-мажор.

В общем, закрыв меню с параметрами пса, я скомандовал ему «следуй» и двинулся дальше по коридору, держа сюрикен наготове. Псина бодро затрусила рядом, принюхиваясь и сканируя окрестности своими жуткими огоньками-глазами. Одно радует — если что учует, сразу даст знать. Уж я-то его рык ни с чем не спутаю, после нашей первой встречи наедине.

Эх, и занесло же меня в этот постапокалипсис с элементами РПГ! Но ничего, прорвемся. Не на того напали, как говорится. Главное, верить в себя и не терять оптимизма. Ну и призрачного пса не забывать подкармливать, а то мало ли, на хозяина бросится. Шучу, конечно. Наверное…

Хмыкнув, переключил режим на «Охранять». Призрачный скелет послушно поднялся на лапы и замер в ожидании, сверкая алыми огоньками в глазницах. Признаться, смотрелся он жутковато — оскаленная пасть, просвечивающие ребра, хлещущий по бокам костяной хвост. Не хотел бы я с таким питомцем в темном переулке повстречаться.

— Ну что, дружок, погнали наверх? — бодро обратился я к псу, стараясь не выдать голосом нервозность, переключив обратно на «Следовать». — Глядишь, еще монстров по дороге настреляем.

Пес гулко гавкнул, обдав меня ледяным дыханием. Видать, это означало согласие. Ох и занятная у меня компания образовалась! Не к добру это, ой не к добру. Но выбирать не приходилось — или так, или вообще без огневой поддержки. Придется привыкать к экзотическому напарнику.

Мы двинулись к выходу из насосной, настороженно прислушиваясь к каждому шороху. Призрачный пес трусил рядом, изредка принюхиваясь и порыкивая. Чуял он что-то, что ли? Уж больно целеустремленно топал, будто по следу. Может, система его наделила еще какими-нибудь сверхспособностями?

Едва мы поднялись наверх и вышли на центральную улицу, как из-за ближайших развалин вывалилась целая орава зомби. С десяток, не меньше — мужики в рваных комбезах, видать, когда-то работяги местные. Теперь вот только разве что куски мяса перекусить могут, да мозги мне вышибить.

— Час от часу не легче, — пробормотал я, выхватывая верный сюрикен и примериваясь для броска. — Эй, псина, фас! Порви их там, ну!

Пес ощерился и ринулся в атаку. В пару прыжков он настиг ближайшего зомби и вцепился ему в глотку, рыча и раздирая мертвечину когтями. Я не стал мешкать — прицелился и метнул сюрикен прямо промеж глаз следующему ходячему.

Острая звездочка вошла точно в цель, брызнула черная кровь, и зомби рухнул на землю с пробитым черепом. Призрачный вихрь подхватил мое оружие, возвращая в руку. Краем глаза я заметил, как пес уже перекинулся на следующего противника, вгрызаясь в покрытую язвами плоть. Зомбаки истошно выли, но напирали, пытаясь достать нас своими руками.

Я не останавливался ни на секунду — сюрикен летал туда-сюда, находя новые и новые мишени. Бросок, разворот, снова бросок! Острые лезвия впивались в гниющую плоть, разрывали сухожилия, дробили кости. Черная кровь летела во все стороны, покрывая стены домов и мостовую жуткими кляксами.

Пес не отставал — его клыки и призрачные когти кромсали зомби в фарш, разбрасывая ошметки вокруг. Два зверя, живой и мертвый, плечом к плечу против превосходящего противника. Вот уж не думал, что буду драться в одной связке с собственным убийцей! Система любит злые шутки.

Через несколько минут от группы зомби остались лишь дергающиеся обрубки и груды мяса. Мы с призрачным псом стояли посреди месива, покрытые вонючей кровью и слизью. Адреналин постепенно отпускал, дыхание выравнивалось. Я посмотрел на пса — тот как ни в чем не бывало сверкал алыми глазищами.

— Неплохая работенка, а? — криво усмехнулся я, стряхивая ошметки с одежды. — Если так и дальше пойдет, глядишь, сработаемся.

Получен десятый уровень!

Поздравляем! Вы первый в сегменте, получивший десятый уровень!

Награда за достижение???

Если мне память не изменяет, это уже вторые наборы вопросиков в моей копилке. Ладно, придет время — придут ответы.

На месте тел зомби теперь лежали небольшие коробочки, призывно поблескивая в полумраке. Я вызвал инвентарь и обшарил взглядом кучи трупов. Так, что тут у нас?

Открыв инвентарь, я с удивлением уставился на неожиданные трофеи, выпавшие с убитых зомби:

Получен предмет: Гречневая крупа, 400 г (2 шт.)

Получен предмет: Тушенка говяжья, 325 г (3 шт.)

Получен предмет: Хлеб ржаной, 500 г (1 шт.)

Получен предмет: Соль поваренная, 100 г (1 шт.)

Получен предмет: Макароны спиральные, 500 г (4 шт.)

Получен предмет: Вода питьевая, 0.5 л (7 шт.)

Получен предмет: Рис длиннозерный, 800 г (1 шт.)

Получен предмет: Сахар-песок, 500 г (1 шт.)

Получен предмет: Масло растительное, 500 мл (1 шт.)

Получен предмет: Чай черный байховый, 100 г (1 шт.)

Получен предмет: Сухари ржаные, 300 г (2 шт.)

Получен предмет: Консервы рыбные в масле, 240 г (2 шт.)

Получен предмет: Каша овсяная быстрого приготовления, 40 г (5 шт.)

Получен предмет: Галеты с изюмом, 50 г (4 шт.)

Получен предмет: Молоко сгущенное цельное, 270 г (1 шт.)

Получен предмет: Паштет печеночный, 100 г (2 шт.)

Это что, шутка какая-то? Я ожидал увидеть стандартный хлам вроде ножей или обрывков тряпья, но никак не целый продуктовый набор! Причем все эти крупы, консервы и галеты — они же идеально подходят для выживания. Как по инструкции прямо.

Не то чтобы я жаловался, конечно. После пещерных похождений мой желудок сводило от голода, и любая еда была за счастье. Но откуда, спрашивается, у обычных зомби такие припасы? Да еще и в таком количестве. Неужели они по супермаркетам шастали перед смертью окончательной?

Хотя, учитывая все странности этого нового мира и правила Системы, удивляться тут особо нечему. Может, она специально снабжает своих «игроков» всем необходимым через лут с мобов. Этакий постапокалиптический донат, не иначе.

Ну а что, очень даже в духе Системы — дать надежду на выживание, подразнить плюшками, а потом подкинуть очередную бяку.

И ведь не откажешься, побежишь сломя голову, потому что а) жить хочется и б) других вариантов все равно нет. Разве что сдохнуть в канаве от голода и жажды, но это вообще не вариант. Уж лучше сгинуть в бою, с верным сюрикеном в руке.

Хм, о чем это я? Выживание, точно. В общем, грех жаловаться на такой лут. Глядишь, неделю-другую протяну на сухпайке, а там видно будет. Может, к людям выйду или схрон надежный найду. Да и готовить особо не надо — знай себе кипяточком заливай да ложкой махай.

Опять же, соль и сахар — это вообще универсальная валюта. Соль вон раны присыпать можно или еду консервировать. А сахар он и в постапокалипсисе сахар — быстрые калории, все дела. От голодных обмороков точно спасет.

Единственное, что слегка напрягает — это обилие круп и макарон. Не то чтобы я их не любил, но без мяса или там тушенки все равно не то. Хотя и тут Система подсуетилась, выдала аж три банки говяжьей. Знает, чертовка, толк в сбалансированном питании.

Да и паштет опять же, с галетами пойдет на ура. И сгущенка в придачу, ммм. Прям вспомнились старые добрые времена в летнем лагере — когда по ночам пробирались в столовую и тырили банки со сладким. Эх, ностальгия…

В общем, грех жаловаться, этого добра мне надолго хватит. Система, конечно, та еще сволочь, но иногда и от нее бывает польза. Не иначе как заботится, чтобы жертв… то есть подопытных своих раньше времени не потерять.

Отдышавшись и покидав добычу в инвентарь, я повернулся к своему призрачному помощнику. Тот смирно сидел в сторонке, поглядывая на меня с пугающим пониманием во взгляде. Умная тварь, ничего не скажешь. Может, система и сознание ему оставила, в отличие от прочих мобов?

Я скомандовал «следуй» и зашагал дальше по улице, напряженно прислушиваясь и поглядывая по сторонам. Пес топал рядом — молча и как-то осторожно, словно тоже опасался новых сюрпризов. Каким-то непостижимым образом я ощущал его настороженность, его готовность прикрыть мне спину в бою. Это было странно и непривычно — но в то же время удивительно комфортно.

Вдруг впереди снова послышались подозрительные шорохи и скрипы. Я замер, моментально вскидывая руку с сюрикеном. Пес тоже ощерил клыки, глухо зарычав. Кажется, нас ждал очередной сюрприз — и, судя по всему, не из приятных…

Мои худшие опасения подтвердились, едва я выглянул из-за угла полуразрушенного здания. Впереди была куча зомби — штук наверное двадцать, если не больше. Они плотным кольцом обступили трансформаторную будку и явно пытались в нее попасть, царапая облезлыми когтями металлическую дверь.

Что могло привлечь этих тварей в такой халупе, я слабо представлял. Там же нет никакой еды, максимум — провода да ржавые железки. Зомби, конечно, не особо умные создания, но не настолько же, чтобы жрать высоковольтные кабели. Нет, тут что-то другое…

И тут меня будто молнией шибануло — а что если в этой будке кто-то прячется? Какой-нибудь выживший, забившийся в угол и молящийся, чтобы ходячие мертвецы до него не добрались? От этой мысли мое сердце заколотилось, как бешеное. Если там и правда живой человек — нужно что-то делать, и срочно!

Я быстро глянул на призрачного пса, застывшего рядом. Тот как будто почувствовал мое состояние и глухо зарычал, скаля клыки. Ну что ж, видимо пора браться за работу. Тут уж не до скрытности, включаем берсерка и вперед!

— Атаковать! — мысленно рявкнул я псу, одновременно выхватывая верный сюрикен. — Рви их, костлявый!

Призрачная псина сорвалась с места и понеслась к копошащейся толпе зомби. Я тоже времени зря не терял — разогнался и, в прыжке активировав «Перемещение», очутился аккурат за спинами мертвяков. Никто и глазом моргнуть не успел, а я уже всадил сюрикен промеж лопаток ближайшему уроду.

Дальше понеслась кровавая карусель. Сюрикен свистел и жужжал, разрывая плоть, круша кости, отсекая конечности. Фонтаны черной крови взмывали в воздух, осыпая все вокруг липкими каплями. Воздух наполнился хрустом, чавканьем и утробным рычанием.

Я метался между шатающимися телами, раздавая удары направо и налево. Тут череп брызнул крошевом, там глазницы опустели, получив порцию звездюлей. Сюрикен в моей руке превратился в смертоносный вихрь, неостановимый и всепожирающий. Навыки Метателя работали на полную, заставляя хитиновые лезвия жужжать и петь, купаясь в мертвой плоти.

Где-то рядом призрачный пес уже вгрызался в глотку очередному зомби, передними лапами раздирая грудную клетку. Лохмотья кожи разлетались клочьями, обнажая желтоватые ребра. Тварь истошно взвыла, пытаясь избавиться от настырного хищника, но кривые клыки вошли слишком глубоко. Пес дернул башкой, вырывая кадык с мясом, и мертвяк рухнул как подкошенный, заливая все вокруг черной жижей.

Мы работали слаженно, как хорошо отлаженный механизм. Пес отвлекал на себя, сбивал с ног, рвал в клочья, а я добивал точными попаданиями сюрикена. По откатке я телепортировался на открытую позицию, когда надо было срочно снять очередного урода, подобравшегося слишком близко к моему звероподобному напарнику. Сюрикен влетал точно в цель, проламывая череп или разрывая позвоночник.

Краем глаза я заметил, как псина прыгнула на спину здоровенному зомби и вцепилась зубами в загривок. Тот взревел, пытаясь стряхнуть с себя наглого скелета, но кожа на шее лишь сильнее затрещала. Не давая твари опомниться, я прыгнул вперед и всадил сюрикен прямо в распахнутую пасть. Лезвие с чавканьем вошло в глотку, разрывая гнилые внутренности. Зомби булькнул и завалился набок, дергаясь в конвульсиях.

Так, один за другим, мертвецы падали на землю, превращаясь в груду вонючего мяса. Их вой и клекот постепенно стихал, сменяясь предсмертными хрипами. Минуты текли, а мы все продолжали крошить врагов в капусту, не давая ни единого шанса на спасение или контратаку. Это была бойня в чистом виде — кровавая, беспощадная и чудовищно эффективная.

Наконец, последний зомби был повержен метким броском сюрикена. Располовиненная башка с глухим стуком покатилась по асфальту, роняя на землю сгустки мозгов вперемешку с костяной крошкой. Я тяжело дышал, весь перепачканный кровью и ошметками плоти. Призрачный пес стоял рядом, судорожно глотая воздух и скалясь в недоброй ухмылке.

Вокруг нас расстилалось натуральное побоище — куски тел вперемешку с лужами черной жижи, ошметки кожи, кишок и костей. Мерзкий запах разложения и смерти забивал ноздри, заставляя непроизвольно кривиться. Даже видавший виды пес недовольно фыркал, отряхивая кослявую морду от кровавых сгустков.

Отдышавшись, я принялся методично собирать лут с мертвецов. Коробочки перекочевывали ко мне в инвентарь. Скоро трупы полностью растаяли, оставив после себя лишь грязные пятна на асфальте. Вот и славно, одной проблемой меньше. А что до вони — так к ней, похоже, нужно просто привыкнуть.

Внезапно мой слух уловил какой-то странный звук, доносящийся из будки. Вроде бы тихий скулеж или всхлип, я точно не разобрал. Неужто там все-таки кто-то есть? Я напрягся и скомандовал своему звероподобному компаньону стоять на месте. Мало ли, вдруг это ловушка или еще какая пакость.

Медленно, стараясь не шуметь, я подошел к двери и прислушался. Вот опять, совсем рядом — явный звук человеческого голоса, дрожащего и испуганного. Кажется, пора вступать в контакт. Авось, не пристрелит на месте, приняв за очередного монстра.

Но не успел я коснуться дверной ручки, как вдруг раздался пронзительный детский крик:

— Дядя, осторожно, сзади монстр!

Я мгновенно развернулся в прыжке, на автомате доставая кровавый сюрикен. Мышцы звенели от напряжения, в голове лихорадочно прокручивались варианты контратаки. Неужели проворонил какую-то тварь? Или это новый враг, подосланный Системой? Пальцы до боли стискивали рукоять оружия, готовясь швырнуть его в любое мгновение.

Но то, что я увидел, заставило меня замереть на полудвижении. Позади меня стоял мой призрачный пес, глядя на меня с каким-то вопросительным выражением. Он явно не понимал, почему хозяин так резко дернулся, да еще и с оружием наголо.

Медленно выдохнув, я опустил руку с сюрикеном. Мда, вот так встреча. Немудрено, что пацан в будке принял моего костяного бойца за какую-то стремную тварь. На первый взгляд он и правда жутковато выглядит — здоровенная зубастая псина с горящими глазницами. Страху натерпелся, небось, бедолага.

Убедившись, что вокруг все чисто, я уже спокойно подошел к двери и, отодвинув засов, заглянул внутрь. В полумраке тесного помещения сжался в комок перепуганный пацан лет двенадцати. Он трясся и всхлипывал, вжимаясь в стену и закрывая лицо руками. Картина, прямо скажем, душераздирающая.

— Эй, малец, ты чего? Все в порядке, я не монстр и убивать тебя не собираюсь, — как мог мягко произнес я, стараясь не делать резких движений. — Наоборот, хочу помочь. Ты ж видел, как я этих тварей разделал, да?

Пацан робко поднял на меня покрасневшие глаза и шмыгнул носом. Видно было, что он до сих пор не до конца верит в свое спасение и побаивается незнакомого мужика, у которого все лицо в кровище. Ну еще бы, тут кто угодно бы струхнул.

— Д-дядя, а т-там, за дверью — это ваш песик, да? — наконец выдавил он, нервно косясь на вход. — Я думал, он тоже зомби, вот и крикнул. Простите…

Я невольно улыбнулся, представив, как этот «песик» рвал глотки ходячим мертвецам. Забавный пацан, несмотря на пережитый ужас, еще и о манерах не забывает. Воспитанный, сразу видно.

— Да не бойся ты, это мой боевой товарищ, — ответил я, стараясь добавить в голос побольше уверенности. — Он только врагов наших кромсает, а тебя и пальцем не тронет. Лучше скажи, ты из этих мест будешь? Может, знаешь какую безопасную деревеньку неподалеку, где можно передохнуть да сил набраться?

Пацан наморщил лоб, вспоминая, а потом просиял и закивал:

— Ага, дядь, тут недалеко совсем, километра два всего. Там моя бабушка живет, она добрая, она вас точно приютит! Я дорогу покажу, не бойтесь!

Я облегченно выдохнул. Надо же, не прошло и трех дней, а уже и попутчика встретил, и ночлег нарисовался. Чудеса, да и только! Глядишь, и до нормальной жизни недалеко осталось. Или до чего там еще в этих реалиях РПГ…

— Ну что ж, веди тогда, внучек, — подмигнул я, протягивая ему руку. — И давай-ка для начала познакомимся, что ли. Меня Артемом зовут. А тебя как величать прикажешь?

Малец ухватился за мою ладонь и осторожно выбрался из будки, щурясь от внезапно яркого солнца. Несмело покосился на призрачного пса, замершего в отдалении, но ничего не сказал. И на том спасибо.

— А я Ванька! — бодро представился он, отряхивая пыль и грязь с потрепанных штанов. — Ванька Смирнов, из шестого «Б». Ну, был по крайней мере, пока вся эта кака не началась. Теперь-то какая школа, сами видите…

Ванька. Надо же. Иван, Артем — прям два богатыря. Осталось только лук со стрелами раздобыть да по лесам-полям шастать, разбойничков каких отстреливать. А что, идейка-то неплохая. Глядишь, и до Кащея когда доберемся, будем знать, как с ним управиться.

Я хмыкнул своим мыслям и подтолкнул пацана в спину, направляя в сторону видневшейся вдали опушки леса. Призрачный пес потрусил следом, изредка принюхиваясь и оглядываясь по сторонам. Путь предстоял неблизкий, но с такой компанией — далеко не самый худший. Авось, и правда доберемся куда надо, отдохнем как люди.

Первые полчаса нашего пути прошли в напряженном молчании. Ванька шагал рядом, иногда шмыгая носом и украдкой вытирая слезы рукавом потрепанной куртки. Видно было, что пережитый кошмар все еще не отпускал его, то и дело напоминая о себе болезненными уколами в сердце.

Я не торопил парнишку с разговорами. В конце концов, у каждого свой способ справляться с болью и горем. Кто-то находит утешение в словах, а кто-то предпочитает молча переживать утрату. Мне ли его судить?

Но постепенно, шаг за шагом, Ванька начал оттаивать. Сначала робко, а потом все увереннее и громче, он стал рассказывать свою историю — историю мальчишки, в одночасье потерявшего все, что было ему дорого.

— Знаете, дядь Артем, — начал он, и голос его дрогнул. — Я ведь до сих пор не верю, что все это происходит на самом деле. Еще неделю назад я был обычным школьником, жил с мамой и папой, ходил на тренировки по футболу. А теперь… Теперь я один, совсем один в этом кошмаре.

Он судорожно вздохнул, пытаясь сдержать рвущиеся наружу рыдания. Я молча положил руку ему на плечо, стараясь этим простым жестом выразить свою поддержку и сочувствие. Не знаю, помогло ли это, но Ванька благодарно кивнул и продолжил свой рассказ.

— Когда эта чертова Система пришла, мы с родителями были дома. Сидели на кухне, завтракали, смеялись над какой-то глупой шуткой отца. А потом вдруг — раз! И перед глазами какие-то надписи, цифры, картинки. Мы сначала подумали, что это розыгрыш какой-то или глюк. Но буквально через минуту мама вдруг начала меняться. Она…

Голос Ваньки сорвался, он сглотнул и с трудом выдавил:

— Она стала зомби, понимаете? Вот так сразу, у меня на глазах. Кожа посерела, глаза закатились, изо рта потекла слюна. А потом… потом мама набросилась на папу. Впилась зубами ему в шею, начала рвать, хрипеть. А папа даже закричать не успел, только булькнул как-то страшно…

По щекам парнишки покатились слезы. Он всхлипывал, размазывая их грязными кулаками, но упрямо продолжал говорить сквозь плач:

— Я сначала застыл, не мог пошевелиться. А когда мама повернулась ко мне, вся в крови, с безумными глазами — я понял, что нужно бежать. Кинулся в свою комнату, захлопнул дверь, забаррикадировался. Думал, может, это просто страшный сон. Что сейчас проснусь, и все будет как раньше…

Ванька замолчал, пытаясь совладать с эмоциями. Плечи его тряслись от сдерживаемых рыданий, но глаза оставались сухими. Видно было, что слез уже просто не осталось.

— Они несколько часов ломились в дверь, — наконец произнес он, и голос его был совсем тихим, бесцветным. — Выли, скреблись, бились о хлипкую фанеру. Я сидел на кровати, зажав уши руками, и молился, чтобы это все закончилось. Но потом понял — нет, не закончится. Это теперь навсегда. Мама и папа… они уже не вернутся.

Ванька шмыгнул носом и быстро вытер лицо рукавом. На какое-то время воцарилось тяжелое молчание, прерываемое лишь нашим хрустом веток под ногами и далеким карканьем ворон. Каждый думал о своем, переваривая услышанное и увиденное.

— В общем, дождался я ночи и сбежал через окно, — вдруг сказал Ванька, и я едва не вздрогнул от неожиданности. — Думал, может, получится до бабушки добраться, в деревню. Она там одна живет, без соседей. Может, успела спрятаться или как-то защититься…

Он горько усмехнулся, покачав головой. Я невольно поежился. Нетрудно было представить, что творилось в душе у пацана, на глазах которого родители и родной городок превратился в филиал ада на земле. Да уж, не позавидуешь.

— По дороге видел, как на улицах творится черт-те что, — продолжал Ванька, комкая в руках подол куртки. — Повсюду зомби шастают, нападают на людей. Крики, вопли, кровь хлещет. Кого-то загрызли прямо на моих глазах — так страшно кричал, не передать словами. А я стою в подворотне, трясусь от страха и ничего сделать не могу. Хотел помочь, правда хотел! Но… Испугался. Струсил как последняя шавка.

Он сокрушенно покачал головой, кусая губы. Я похлопал его по плечу, пытаясь приободрить. В конце концов, парнишке всего двенадцать лет. Нельзя требовать от него подвигов и самопожертвования. Слишком многое ему пришлось пережить за эти несколько дней — то, что и взрослому не по силам вынести.

— В общем, спрятался я в каком-то магазине, — уже спокойнее продолжил Ванька. — Забился в подсобку, среди коробок затаился. Всю ночь так и просидел, глаз не сомкнул. Только сквозь щели наблюдал, как снаружи творится натуральный апокалипсис.

Он передернул плечами, будто от озноба, и зябко потер руки. Даже сейчас, в относительной безопасности, воспоминания о пережитом ужасе не отпускали, терзая истерзанную детскую душу.

— На следующий день думал, отсижусь в магазине. Может, думаю, помощь придет или военные зачистят городок. Наивный был, да? — Ванька невесело усмехнулся, покачав головой. — Ага, как же. К вечеру зомби и туда добрались. Видать, учуяли живую плоть, сволочи. Еле ноги унес, думал — все, конец мне.

Он тяжело вздохнул, сцепив пальцы в замок. Голос его стал глухим и безжизненным, словно все произошедшее вытянуло из него последние силы.

— Ну а дальше вы знаете. Забился в эту чертову будку и просидел там почти двое суток. Без еды, без воды, боясь лишний раз пошевелиться. Только в щели глядел да молился, чтоб никто не нашел. Видел, как люди пытались убежать из города. Да только куда там! Зомби быстро их догоняли, рвали на куски. Крови было столько, что впору в ней купаться. Кошмар сплошной, и не проснешься ведь.

Ванька замолчал, погрузившись в невеселые раздумья. Да уж, история не для слабонервных. Страшно представить, что пришлось пережить пацану за эти несколько дней. Потерять родителей, лишиться дома, скитаться в постоянном страхе — тут кто угодно рехнется.

И ведь самое паршивое — помочь ничем не могу. Ну не воскресить же мне его родителей, в самом деле. Да и вряд ли они теперь будут рады видеть сыночка — разве что в качестве закуски. Тут остается только смириться и жить дальше. Ну или не жить, как повезет.

— Знаешь, Вань, ты молодец, — нарушил я затянувшееся молчание, стараясь подбодрить паренька. — Не каждый взрослый справился бы с тем, что на тебя свалилось. А ты вон, выжил, не сдался. Уважаю.

Ванька поднял на меня покрасневшие глаза и слабо улыбнулся. Эта похвала явно была ему приятна, хоть и не могла заглушить боль потери.

— Дядь Артем, а вы правда думаете, что моя бабушка… ну… выжила? — с надеждой спросил он, комкая в руках подол куртки. — Может, у нее там получше дела обстоят? Она ведь за городом живет, почти в лесу. Вдруг до нее эта зараза не добралась?

Я тяжело вздохнул. Врать пацану не хотелось. Да и какой смысл внушать ложную надежду? Рано или поздно правда все равно откроется, и будет только хуже.

— Не знаю, Вань. Честно — не знаю, — произнес я, тщательно подбирая слова. — Может, и уцелела твоя бабуля. А может, и нет. Система — она штука непредсказуемая. Но ты вот что запомни: даже если ее… не станет, ты все равно должен жить дальше. Выживать, бороться, искать свой путь. Понимаешь меня?

Ванька закусил губу и медленно кивнул. По щекам его вновь покатились слезы, но он даже не пытался их смахнуть. Пусть плачет, ему это нужно. Слезы — они ведь тоже лекарство, по-своему.

— Обещаю: что бы ни случилось, я не брошу тебя, — твердо сказал я, глядя Ваньке прямо в глаза. — Раз уж свела нас судьба — будем держаться вместе. Прорвемся, не впервой. Главное — не опускать руки и верить в лучшее.

— Спасибо, дядь Артем, — шмыгнул носом парнишка, неловко вытирая мокрые щеки. — Вы настоящий друг. Если бы не вы…

Он не договорил, лишь крепче стиснул мою ладонь. И я почувствовал, как в груди разливается странное тепло. Не знаю, что это было — то ли признательность за доверие, то ли острое желание защитить этого храброго мальчугана. Но в тот миг я точно понял: что бы ни случилось, я сделаю все, чтобы Ванька выжил. Чего бы мне это ни стоило.

Так мы и шли вперед навстречу неизвестности. Два одиноких путника в жестоком постапокалиптическом мире. Последние выжившие? Или, напротив, первые из многих? Кто знает.

Глава 13

Посмотрев на таймер, я понял, что у нас меньше двух часов до развоплощения моего костлявого дружбана. Пора действовать.

— Давай, Ванек, глянем, что там, пришли походу? — говорю парню, кивая на дома. — Сейчас я свою псину запущу, пусть пошуршит, проверит, не шляется ли тут кто. А мы пока в кусты залезем, чтоб не попасть под раздачу.

Ванька послушно кивает, хотя по взгляду видно — не в восторге он от моего пета.

Мысленно командую костяному монстру «Атака!» и «Патрулируй!» и тот срывается с места, лишь пыль клубится. Минут через пятнадцать слышится лишь вой да лязг — похоже, песик нашел себе жертву. Подходим к окраине и видим лишь месиво из костей и гнили — местная нежить явно не выдержала напора моего верного питомца.

— Вон ваш пес, смотрите! — тычет пальцем Ванька. — Добивает кого-то.

И точно — наш костлявый дружок, злобно рыча, крушит последнего выжившего мертвяка. Бедолага только дергается в конвульсиях.

Пара минут — и все. Пес отряхивается и спешит к нам, весь такой довольный.

— Ну что, зачищено? Пошли искать, где бы перекантоваться, — говорю я. Ванька все еще косится на пса с опаской, хоть и держится молодцом.

Медленно бредем по улице, оглядывая каждый двор. Следы борьбы повсюду — двери нараспашку, мебель переломана, стены в крови. Жуткое зрелище.

— Дядь Артем, а мы точно тут заночуем? Вдруг еще зомби набегут? — нервно спрашивает Ванька.

Вздыхаю. Ну да, малому несладко приходится. Столько дерьма сразу — иной взрослый бы и не выдержал.

— Выбора особо нет, Вань. На улице еще опаснее. А тут хоть крыша над головой. Отобьемся, если что. У меня ж песик бравый, да и я сам теперь почти супергерой. Прорвемся.

Парень неуверенно кивает. Ну да, кому охота ночевать среди зомби?

— Эй, Ванек, смотри, какой домик аккуратненький! — тыкаю я в халупу на краю деревни. — Давай заглянем, может, там переночуем.

Парень молча кивает, выглядит неважно. Эх, нелегко детям в такой круговерти. Если б я мог, разнес бы к чертям всю эту гребаную Систему. Да только кто меня слушать будет? Мы для нее всего лишь игрушки.

Подходим к домику, дверь не заперта — видать, хозяева драпанули впопыхах. Внутри относительный порядок, но явно тут недавно нехило побегали — мебель побита, занавески изодраны, на стенах бурые пятна.

— Вань, ты тут поищи, может, чего съестного найдешь, — говорю я, скидывая рюкзак. — А я наверх гляну, одеяла-подушки надыбаю.

Паренек шустро роется в ящиках, а я поднимаюсь на второй этаж. Там две спаленки, вроде бы ничего. Сгребаю одеяла, прихватываю подушки и спешу вниз.

— Дядь Артем, тут плитка газовая! — вдруг радостно кричит Ванька. — Может, макарошек с тушенкой сготовим?

Одобряю. Горячая еда — что ни говори, самое оно после всей этой передряги.

— Давай стряпай, а я пока по деревне прогуляюсь, песика с собой возьму, пусть патрулирует.

Парень кивает и принимается за готовку. Я же, подмигнув напоследок, выхожу во двор, зову костлявого. Тот трусит следом, зыркает по сторонам горящими глазницами.

Полчаса брожу меж домов, прислушиваясь к каждому звуку, держа наготове сюрикен. Нервы на пределе, но стараюсь держаться спокойно.

Ванькин оклик выдергивает меня из раздумий. Парень машет из окна, мол, идем жрать. Ну что ж, пора и животишко набить. Как в старые добрые деньки — придешь с учебы, а мамка уж борщ сварила, котлет нажарила.

Трясу головой, отгоняя воспоминания, и спешу в дом. Не думал, что буду так рад простому ужину, но после всего пережитого — самое лучшее пиршество.

— Ну что, за стол? А то аж кишки марш играют! — бодро восклицаю, плюхаясь на стул.

Получилось отменно — и мяса Ванька не пожалел, и специй накидал на славу. Пальчики оближешь!

Через двадцать минут откидываемся на спинки, сыто посапывая.

— Эх, как вкусно-то! Спасибо, Ванек, ты меня прямо на месяц вперед накормил.

— Да ну, дядь Артем, — отмахивается парень, пряча глаза. — Я ж для нас обоих старался. Вы ж меня спасли, теперь я хоть чем могу — буду помогать.

Киваю, с кряхтением поднимаюсь из-за стола. Пора и о ночлеге подумать.

Расстелив одеяла, подбив подушки, я наконец расслабляюсь, как в старые добрые дни. Вот только тишины-покоя теперь не дождешься.

Ванька плюхается на соседнюю кровать, с головой укутывается и мгновенно отрубается. Малой, видать, совсем выдохся.

Краем глаза замечаю — иконка призыва пса погасла. Значит, пять часов истекли. Хорошо, успел в деревне зачистить, а то остались бы без поддержки. Оно нам надо?

Кстати о поддержке. Перед сном надо глянуть характеристики. А то закрутился, обо всем позабыл. Непорядок, Метатель, ой непорядок.

Сосредоточившись, я мысленно вызвал меню. Так, что тут у нас по накоплениям?..

Глубоко вздохнув, я стал внимательно вчитываться в строчки системных данных, пытаясь вникнуть в суть всех этих циферок и надписей. Кое-где приходилось напрягать извилины, чтобы сообразить, что к чему. Но, в целом, картина вырисовывалась довольно-таки занятная.

Система выдала детальную сводку моего текущего статуса и параметров:

Имя: Артем

Уровень: 10

Характеристики:

— Сила: 47(52)

— Ловкость: 48(53)

— Выносливость: 47(52)

— Интеллект: 48(53)

Нераспределенных очков: 20

Скрытые характеристики:

— Интуиция: 8

Пассивные способности:

— Скрытность

— Метатель

Пассивные навыки:

— Наблюдательность

Активные навыки:

— Перемещение (до 25 метров) КД 1 минута

— Лечебное касание (1 уровень)

— Призыватель (одно животное одновременно, не более 5 часов в сутки).

Ремёсла:

— Алхимия 3

— Оружейник 4

— Фортификация 2

Дополнительная награда??? 2

Что тут у нас? Надо разобраться.

Ага, понятно теперь. Начиная с шестого уровня, мне за раз сразу по пять очков в каждый параметр накидывали. Неплохой такой прогресс!

А вот получается — 4 уровня за убийство всех монстров в том злосчастном подземелье. И 20 % бонуса к опыту.

А это что в скобочках? А, надбавки в 5 % за легендарную экипировку. Хотя, стоп, тут точно что-то не так — наверняка округлили до целых.

Ладно, теперь общая картина складывается. Базовые характеристики у меня ничего так, а вот в скобках — это уже с учетом всех бонусов от снаряжения.

Ого, целых 20 нераспределенных очков для характеристик. Пусть пока так висят, вдруг пригодятся.

С активными навыками тоже все вполне понятно. Особенно вот это «Перемещение» — уже не раз выручало. И призыв теперь освоил, хоть какая-то страховка от одиночных вылазок.

А ремесла — это вообще чудо! Получается, я теперь мастер на все руки — и зелья, и оружие, и даже укрепления возвести могу. Надо будет попробовать, может, и Ваньке чем полезным помогу.

Ну а дополнительные награды… Система еще чем-то обещает порадовать.

Полежав так с открытыми глазами и над всем этим покумекав, я провалился в беспокойный сон. Кошмары не заставили себя ждать — орды зомби, ревущие мутанты, горящие города. И надо всем этим хаосом — издевательский смех самой Системы.

Как же я ненавидел ее в тот миг! Будь моя воля — собственными руками придушил бы архитектора этого бедлама. Но увы — простым смертным вроде нас такое счастье не светит. Придется выкручиваться самим, на свой страх и риск.

Посреди ночи истошный вопль Ваньки выдернул меня из липких лап кошмара. Не раздумывая, вскочил на ноги, выхватывая оружие — сюрикен и метательный нож.

И вовремя! В тусклом свете луны я разглядел толпу зомби, бредущую к дому. Мерзкие твари, кто без руки, кто с разбитым черепом — но всех роднило одно: горящие глаза и утробный рык.

— Что делать?! — дрожащим голосом вскрикнул Ванька. — Мы не справимся!

— Ты по сторонам смотри да подсказывай, — процедил я. — Об остальном я сам позабочусь.

Ванька часто закивал. А я, прицелившись, метнул сюрикен в ближайшего зомби. Смертельная звезда вошла промеж глаз — и башка твари лопнула как перезрелый арбуз. Миг — и сюрикен вновь у меня в руке. Ох и полезная способность!

Метательный нож снес глотку второму мертвецу. Тот забулькал, заливая все черной кровью. Рывок — и клинок снова у меня, готовый к бою.

— Справа! — предупредил Ванька. Не глядя, швырнул сюрикен. Визг, падение тела. Попал!

Когти твари просвистели над головой. Нож вошел ей под ребра по самую рукоять. Рывок на себя — и обмякшая туша валится под ноги.

Передышки не было. Уворот, кувырок, бросок. Сюрикен и нож мелькали молниями, вспарывая мертвую плоть, круша кости, отсекая конечности. Черная жижа, ошметки мозгов — мерзкий коктейль заливал все вокруг. Но зомби лезли и лезли, нескончаемым потоком!

— Да сколько ж их! — надрывался Ванька. — Дядь Артем, их слишком много!

— Не дрейфь! Следи! — рявкнул я, ринувшись вперед и выписывая оружием замысловатые петли. Зомби с ревом ломанулись за мной, вытягивая скрюченные пальцы.

Сюрикен сносил головы, нож вспарывал глотки. Рывок в сторону, перекат, снова бросок. Раз за разом, в адском ритме боя, на последнем издыхании и пределе сил. Мышцы взвыли от напряжения, дыхание сбилось, но я не сдавался, круша и кромсая.

— Берегись! Сзади! — завопил Ванька. Шарахнулся вправо, разворачиваясь. Когти твари располосовали куртку, едва не добравшись до горла. Впечатал ногой по колену — кость подломилась. Сюрикен свистнул, почти не целясь. Хрип, звук падения. Минус еще один. Вот так-то!

— Уходим! — кричал Ванька. — Их слишком много!

— Погоди ты! Дай закончу! — прохрипел я, собирая остатки сил для последнего рывка.

И тут в какой-то момент стало тихо. Ни стонов, ни рычания, ни возни. Неужели всё? Победа?

— Дядь Артем! Вы живой?! — раздался дрожащий голос Ваньки.

— Да что мне сделается, — ухмыльнулся я. — Ты как, цел?

— Вроде цел, — всхлипнул парнишка. — Страшно было! Думал — капец нам…

Поляна перед домом усеяна трупами вперемешку с ошметками плоти. Черная жижа медленно впитывалась в землю. Воздух полнился тяжким смертным смрадом.

Пока собирал коробочки лута, отправил Ваню разогреть завтрак.

Перекусив скудными остатками ужина, я поинтересовался характеристиками Ваньки. Тот гордо заявил, что освоил системное меню, но уровень пока первый. Я вздохнул. Ничего, прорвемся. Прокачаем и его — не вечно же парнишке в обозе болтаться.

Я задумался. По себе я уже чувствовал, насколько поднятие параметров влияет на физические возможности. Это не просто циферки — с каждой новой единичкой силы я мог поднимать все более тяжелые грузы, ловкость позволяла проделывать невероятные акробатические трюки, а выносливость здорово продлевала время активности без усталости. Однозначно, Ваньке тоже нужна хотя бы минимальная прокачка. Но как это провернуть?

Кнопки «Пригласить в группу» в меню я не обнаружил. Зато вспомнил, как в пещере толкнул сколопендру вниз, где ее встретила стая крыс. Те быстро довершили начатое, а опыт за убийство почему-то засчитали мне. Возможно будет достаточно просто хоть раз нанести урон, что система засчитала участие.

Я объяснил свою задумку Ваньке, и мы начали собираться на первую совместную вылазку.

Покинув деревню, мы направились вдоль едва заметной лесной тропы, петляющей меж вековых сосен.

Мы двинулись дальше по дороге, когда впереди замаячила странная группка. Пригляделись — ага, не иначе как компания местных зомби, целых шесть штук! Вон как мертвые глаза горят.

Ванька встревоженно косится на них, но я жестом успокаиваю парня. Самое время проверить мой план!

Быстро достаю из-за пояса свой верный сюрикен и со свистом отправляю его точно в ближайшего зомби. Лезвия со хрустом вонзаются в плоть, и тварь, жалобно завизжав, валится на землю.

Не теряя времени, я ловлю сюрикен обратно в руку, готовясь к следующей атаке. Зомби, зашатавшись, подбираются ближе, их тухлые пальцы тянутся к нам.

— Ну что, Ванек, попробуй добить! — кидаю я напарнику, сжимая в ладони нож.

Парень кивает, вскидывая топор. Вместе мы бросаемся в бой, рубя и колотя зомби со всей яростью. Сюрикен свистит, выкашивая одного за другим, а Ванька добивает каждого топором.

Минута — и последний зомби испускает булькающий хрип, замерев в луже разлагающейся плоти. Фу, какая мерзость!

Ванька едва отдышался, но уже сияет от восторга:

— Нифига себе! Круто с ними так. И этот ваш сюрикен — просто супер!

Я ободряюще хлопаю парня по плечу. Молодец, хорошо держится, не дрогнул.

— Ну что, Вань, что система накинула?

В этот момент его взгляд немного рассредоточился и спустя секунду он выдал, что плюс 2 уровня!

— Вот и здорово!

Мальчишка радостно подпрыгивает, сверкая глазами. Ну да, приятно, когда тебя хвалят и поощряют. Вот только я-то помню, как тяжело мне самому когда-то давались первые бои. Не каждый выдержит такое…

Пока Ванька рассматривает выпавшие из зомби коробочки с неведомым барахлом, я внимательно осматриваю местность. Не хватало еще нарваться на очередную толпу монстров. Нужно быть начеку.

Не успели мы отойти и на километр, как из кустов вывалилась парочка зомби. Вот ведь незадача!

Зомби. Уровень 3. Желтые, гниющие морды перекошены в безумных оскалах, а из растрескавшихся губ так и сочится зловонная слюна.

— Ванек, держись позади меня! — бросаю я, доставая свой метательный нож.

Зомби зашатались в нашу сторону, протягивая костлявые лапы.

Швыряю нож — тот с хрустом пробивает череп ближайшей твари. Но не успеваю даже порадоваться меткости — второй монстр уже почти добрался до нас, зловеще рыча.

— Ванек, топор давай! — кричу я.

Парень моментально реагирует, со всей дури опуская лезвие на шею зомби. Раз, другой — и вот уже гниющая голова катится по земле. Но не успевает Ванька перевести дух, как на нас снова прет третий.

Я второпях хватаю сюрикен и с размаху отправляю его в грудь твари. Монстр вздрагивает всем телом и валится на землю, задыхаясь.

Ванька без лишних сантиментов добивает его ударами топора.

— Лихо мы их! — восхищенно выдыхает парень, на ходу вытирая лицо от брызг. — Ни одного не оставили!

Я довольно усмехаюсь. Ну да, парень явно набирается опыта. Глядишь, скоро и сам будет виртуозно управляться с этими тварями.

Пока Ванька собирает с трупов лут, я оглядываюсь по сторонам. Надеюсь, больше никакой живности поблизости нет — от этих мертвецов уже рябит в глазах.

Вдруг из кустов с пронзительным визгом вылетело нечто, больше всего похожее на помесь ежа и дикобраза размером с крупную собаку. Вот уж воистину — твою ж мать! Да где система нарыла такую монструозную тварь?

Я не успевал его перехватить — эта ходячая игла неслась прямо на Ваньку, распушив длинные костяные иглы. Парнишка в ужасе шарахнулся прочь, выронив топор, чем ёж-переросток не преминул воспользоваться. Скакнул вперед, клацая зубищами, норовя вцепиться Ваньке в ногу.

Метательный нож сорвался с пальцев раньше, чем я успел подумать. Он с чавкающим звуком вонзился монстру в круп, заставив его взвизгнуть и развернуться ко мне.

— В сторону, Ванька! — заорал я, прыжком уходя с линии атаки. Медлить было нельзя — взбешенная тварь перла на меня, как бронепоезд, разве что пар из ушей не валил. Сжав зубы, я швырнул сюрикен в распахнутую зубастую пасть.

Попал! Смертоносная звезда с сочным чавканьем вошла в нёбо, прошила мозг и вышла через затылок. Напоровшийся на собственный импульс ёж грянулся оземь, лязгая клыками и конвульсивно дергая лапами. А затем затих, обмякнув и вывалив длинный шершавый язык.

— Дядь Артем, вы как?! Целы?! — подбежал запыхавшийся Ванька. По лицу парнишки градом катился пот, в глазах плескалась паника пополам с неподдельным восхищением.

— Жить буду, — флегматично отозвался я, пиная тушу носком ботинка. — Надо же, какая образина… Слушай, Вань, а может, призвать его? Шикарный телохранитель выйдет, с такого-то бронированного.

— А давайте! — нервно хихикнул Ванька. — Конечно призывайте! Я с ним возиться точно не буду, а вот за вами пусть бегает, пригодится. Кстати, у меня четвертый уровень!

В вспышке света и дымке на поляне материализовался здоровенный скелет чудовищного ежа. Метра полтора в холке, не меньше, утыканный костяными шипами — настоящая машина для убийства.

Ванька испуганно отшатнулся и спрятался за моей спиной. Я только хмыкнул. Ничего, пообвыкнется.

Воинственный ёж, к слову, реагировал на нас с Ванькой совершенно спокойно. Обнюхал протянутую ладонь, боднул лобастой башкой и улегся у ног, всем своим видом демонстрируя полную покорность.

— Как его назовем? — робко спросил Ванька, с опаской разглядывая нашего нового спутника. — А то неудобно как-то, он же теперь вроде как член команды.

— Назовем его Соник! — выпалил я, не в силах сдержать ухмылку. — Видишь, какой быстрый и колючий, вылитый персонаж из игры. Пойдет?

Ёж-гигант издал довольное ворчание, будто понимая, что его только что назвали самым крутым именем на свете. Ванька вымученно улыбнулся и кивнул, явно смирившись с моим выбором.

Мы двинули с Ванькой обратно в деревеню, откуда начали путь. Бредем молча, каждый в своих думах. Вдруг паренек спрашивает:

— Дядь Артем, а дальше-то что? Куда пойдем, что делать будем?

Я аж сбился с шага, не ожидая от него этого вопроса.

— Об этом я не раз думал, Вань, — отвечаю, смотря на него. — Надо к Ижевску двигать, тут километров пятьсот до него. Там один из крупнейших оружейных заводов России. Глядишь, разживемся чем-нибудь убойным, а то с моим сюрикеном да ножичком против толп зомбарей — такое себе.

Ванька закивал активно, видать, мысль ему по душе пришлась.

— А как же выжившие? Должны же быть еще! Не могли всех зомби сожрать!

— Вот по пути и поищем, — подмигиваю ему. — Может, к группе какой крепкой прибьемся, легче станет. Но сперва — за нормальным оружием. С голой задницей в этом бардаке — хана!

Парнишка опять головой кивает, аж глаза загорелись. Представил, поди, себя этаким терминатором с базукой наперевес да в патронташах крест-накрест. Пацан еще, что с него взять.

Так, за разговорами, и не заметили, как до нашего временного убежища дошагали. Вроде тихо все, спокойно. Даже подозрительно как-то. Я отправил Соника пробежаться по деревне, проверить на предмет незваных гостей, как вдруг снова эта рябь перед глазами, только в этот раз как-то она затянулась…

Внимание, жители сегмента!

Период адаптации закончен.

Запущена вторая волна.

Выживайте, развивайтесь.

Глава 14

Система внезапно и бесцеремонно, объявила свое решение о запуске второй волны. Первая мысль — отлично, дожили, как будто зомби и мутанты первой волны не доставили достаточно проблем. Глянул на Ваню — его лицо на секунду вытянулось, но сразу же обрело ту привычную хмурость, которую я уже привык считать нормой в такие моменты. «Вторая волна», значит. Мы переглянулись, и стало ясно: теперь у нас и правда будет ещё меньше времени на передышку. Я глубоко вдохнул, чувствуя, как внутри поднимается тревога.

Решив не терять времени, я тут же открыл раздел «Помощь» в интерфейсе Системы, чтобы прояснить, что вообще нас ждёт. Система, как всегда, выдала сухую информацию: «Вторая волна включает новых мобов, которые могут иметь характеристики и способности, сильно отличающиеся от существ первой волны. К ним относятся особые формы зомби, новые виды мутировавших животных, а также враги с высокой степенью автономии и агрессии». Эти слова, несмотря на свою сухость, резанули по нервам — «высокая автономия и агрессия». Что бы это ни значило, звучит совсем не как те зомби, которых мы «приветствовали» до сих пор. Похоже, теперь враги начнут думать и действовать не по привычному зомби-алгоритму.

Я взглянул на Ваню, который тихо, но напряженно вчитывался в справку. Пока он, по-видимому, тоже пытался осмыслить масштабы происходящего, ко мне нахлынули воспоминания о тех тварях, с которыми уже приходилось сталкиваться в подземелье. Металлический привкус страха чуть не застыл на языке, когда перед внутренним взором вновь замаячили сцены сражений — метровые крысы, каждая из которых металась с остервенением под ногами, как маленький танк с клыками. Сколопендра, огромная, почти до груди доходящая, с десятками длинных, острых, словно иглы, ног. Лич, тот жуткий, ледяной Лич с пустыми, светящимися глазами, который будто впивался в тебя взглядом, обжигая изнутри. Скелеты, возникающие из тьмы, хрустящие и ломкие, но настойчивые и опасные. Всё это мелькало перед глазами, как предупреждение о том, с чем мы могли столкнуться теперь, в новой реальности второй волны.

А потом всплыло новое сообщение от системы. Внутри всё напряглось в ожидании подвоха, но то, что я увидел, по-настоящему удивило. Одна из скрытых наград, «Шанс», наконец-то была раскрыта. Я даже на секунду затаил дыхание, чтобы внимательнее прочитать, словно это могло как-то изменить текст перед глазами.

Шанс (пассивный навык): при получении единовременного урона более 90 % от уровня жизни, этот урон игнорируется и делает вас неуязвимым на (интеллект/10) секунд. Перезарядка: 24 часа.

Прочитав это, я почувствовал, как по телу прокатился холодок. Это не просто способность — это спасение на крайний случай, буквально дающее мне второй шанс, когда кажется, что всё кончено. И, разумеется, действует оно только в самых критических ситуациях, когда удар идёт почти насмерть.

Пока в голове оседала мысль о новой пассивке, я по привычке начал прикидывать, как эта способность может быть полезна на практике. Сначала пришли в голову самые простые и очевидные сценарии. Ну, скажем, в бою против чего-то, вроде того Лича или другого монстра, бьющего на раз через всю защиту. Так вот, в такие моменты, когда понимаешь, что одним ударом может быть покончено, Шанс станет чем-то вроде подушки безопасности, которая даст пару секунд на реакцию. Конечно, «пара секунд» — это громко сказано, тут я завишу от интеллекта, но, как я ни пытался убедить себя, что пять секунд — это мало, понимал: в реальности пять секунд могут стоить жизни.

Эта способность даёт мне право на ошибку. Ошибку, которую я мог допустить, либо недооценив противника, либо переоценив свои силы. Важно было не упускать это из виду — ведь в наших условиях одно неверное движение может привести к летальному исходу. Теперь у меня есть возможность ошибиться, но не попасть за это в могилу. Неплохо.

Теперь, когда я чуть остыл от первоначального шока, начал размышлять над другими ситуациями, где Шанс действительно будет решающим. Например, если мы попадем в засаду, в окружении — это вполне вероятно, учитывая, как Система меняет правила. И если в такой ситуации я получу удар, который теоретически мог бы отправить меня на тот свет, то Шанс даст драгоценное время, чтобы или отступить, или провести одну-две атаки, чтобы выбраться из окружения. Отходить, скорее всего, придётся быстро, а в бою против более сильных существ эти секунды могут дать не только шанс на выживание, но и решающее преимущество.

Ещё одна мысль — это применение Шанса при спасении кого-то из союзников. Если, к примеру, ситуация станет настолько острой, что мне придётся подставить себя под удар ради того, чтобы вытащить Ваню или кого-то другого из опасной зоны, то этот навык позволит мне это сделать, не жертвуя собой. Конечно, мысль о таких ситуациях не была приятной, но всё равно успокаивала: я знал, что могу принять удар, если будет нужно, и не сложить от этого голову.

Ирония, конечно, в том, что это пассивка. Ты не активируешь её, не планируешь, она сама сработает, если я уже в ловушке и времени на раздумья не остаётся. Прямо как аварийный тормоз, который включается только тогда, когда ты на грани фола. Но, с другой стороны, это именно то, что может меня спасти, когда я потеряю контроль над ситуацией. Это не просто «второй шанс», это способ на мгновение снова обрести контроль, когда уже, казалось, что всё потеряно. Главное — использовать это мгновение с умом.

Мысль о том, чтобы направиться в сторону Ижевска, появилась у меня, как только пришло понимание, что сидеть на месте — это билет в один конец. Конечно, перспективы туманны, но держаться в стороне от крупных населенных пунктов и остаться совсем без оружия — идея так себе. Система может меняться, условия будут становиться только жестче, а значит, и возможности защиты нужно подтянуть. В конце концов, в Ижевске оружейный завод, один из крупнейших на всю страну, и если вдруг хоть что-то из складов сохранилось, это был бы шанс сделать наше положение хоть немного комфортнее. По крайней мере, там могли остаться ружья, патроны или что-то посерьезнее, чем ножи.

Я свернул карту, а потом повернулся к Ване.

— Пойдём в сторону Ижевска, — сказал я, стараясь скрыть немного неуверенный тон. — Там завод, может, добудем какое-то оружие.

Он кивнул, глянув на меня. И тут я понял, что меня гложило — вот это его «дядь» уже конкретно в печенках сидит. Я может и постарше, но уж точно не дядька из «глубокого прошлого».

— И вообще, зови на «ты». А то это твое «дядь» уже поперёк горла. Не настолько я старый, — добавил я, пытаясь сгладить неловкость фразой.

Ваня рассмеялся, почесал затылок, но потом кивнул. Он, кажется, тоже был рад переходу на более нормальный формат общения. Местами в Ване проскакивала какая-то детская наивность, и от этого его «дядь» мне становилось как-то не по себе. С ним я чувствовал себя не то старше, не то ответственнее, а это не то ощущение, которое мне хотелось бы тащить на себе в новой реальности.

С таким негласным договором о «тыканье» и простом общении мы выдвинулись в сторону Ижевска. Система, как мне казалось, играла с нами в кошки-мышки: иногда становилось совсем тихо и подозрительно спокойно, а потом тишину вдруг прорывали странные, словно неестественные звуки. Я смотрел вокруг, по привычке вслушивался в каждое шорох, каждый треск. Похоже, вторая волна уже пошла, но пока не вступила в полную силу.

Прошло часа три, как мы шли вдоль опустевшей трассы, и я думал, что если будем так тащиться, то до Ижевска дойдём недели за две-три. Дорога пустая, и только вдалеке виднеются брошенные машины. Зрелище было такое же зловещее, как и всё вокруг. Эти автомобили — словно следы старого мира, покинутые, запылённые, будто с них навсегда стерли человеческий след. Казалось, люди бросили их в спешке, как будто что-то неожиданное заставило их уйти — ну или, скорее, бежать.

— Слушай, а давай попробуем завести, — предложил я, ткнув пальцем в более-менее целую машину у обочины. Ваня посмотрел на меня с сомнением, но с энтузиазмом.

Мы подошли поближе, обошли машину кругом, заглянули внутрь. С виду она выглядела нормально, хотя и запылилась. Я залез в салон, повернул ключ, пытаясь услышать привычный звук зажигания, но тишина была оглушающей. Стартер даже не щелкнул, аккумулятор был будто мертвый, хотя явных следов того, что машина долго стояла без движения, не было.

— Видимо, не судьба, — пробормотал Ваня. — Давай попробуем что-то другое, может, фары или хотя бы радио? Если вдруг аккумулятор живой, может, хоть музыка заиграет.

Но ничего — ни фар, ни радио. Будто кто-то отключил вообще все электрические цепи, как если бы машина никогда не видела ни батарей, ни проводов. Это была не просто поломка, это было вмешательство Системы, на уровне, который обычным логическим объяснением не описать. Ваня начал перебирать в рюкзаке, потом достал маленький фонарик и щелкнул его выключателем. Лампочка даже не пыталась зажечься.

— Похоже, электричества просто нет, — задумчиво пробормотал я, подбирая слова, чтобы описать нечто настолько странное. — Как будто его вообще не существует. Система убрала весь электрический ток, как факт, из нашего мира. Или, может, ввела какой-то блок на электронику.

Я откинулся на сиденье, пытаясь осознать масштабы того, что передо мной разворачивалось. Электричество. Мы привыкли воспринимать его как нечто само собой разумеющееся, как солнце или воду. Мы включаем свет, заводим машину, ставим чайник, и всё просто работает. Но сейчас — ничего. У меня в голове не укладывалось, как такое возможно. Система, казалось, решила поиграть в бога и убрала одно из главных преимуществ человеческой цивилизации — электроэнергию.

Ваня тоже выглядел растерянным. Кажется, для него это открытие было даже большим шоком. Мы оба задумались, и тут у меня начали мелькать мысли о возможных последствиях. Без электричества полностью меняется вся структура выживания. Ладно фонари и машины, но что насчет вообще всех приборов? Нет холодильников, нет освещения, нет связи. Оказалось, что мы, по сути, лишены одного из основных ресурсов. Оружие, свет, любые попытки создать электрический ток — всё это оказалось просто уничтожено одним решением системы.

— Как думаешь, а почему Система это сделала? — спросил Ваня, тихо, словно боясь спугнуть мои мысли.

Я выдохнул и глянул в сторону горизонта, где тускло мерцало солнце.

— Знаешь, если подумать, электричество ведь тоже своего рода костыль. Мы привыкли, что у нас есть свет, есть техника. Мы считали себя на вершине цивилизации, — я задумался на секунду, подбирая слова. — Но Система словно решила отбросить нас назад, к более «чистым» условиям. Теперь мы живём в мире, где всё зависит от физической силы, от навыков. И, видимо, Система хочет проверить, кто тут способен выжить на этих новых, более грубых условиях. Как в какой-то старой выживалке.

Ваня кивнул, и я почувствовал, что его тоже зацепила эта мысль. Система словно поднимала ставки, заставляя нас выживать с минимальными удобствами. Мы лишились не только электричества, но и, по сути, привычного комфорта. Я начал задумываться, какие ещё вещи, ставшие привычными, может убрать Система еще.

Мы долго молчали, погрузившись в собственные мысли, когда Ваня вдруг нарушил тишину.

— То есть, по сути, Система не хочет, чтобы мы оставались людьми «старой школы»? Она, выходит, пытается нас «прокачать», как персонажей в игре?

— Похоже на то, — усмехнулся я, слегка хмыкнув от мысли, как всё просто и страшно одновременно. — Она хочет, чтобы мы приспосабливались, учились выживать в мире без привычных «костылей». Это новый вызов. А что, если электричество никогда больше не вернется? Что, если вся наша электроника навсегда останется бесполезной? Это заставляет задуматься: а что дальше? Какие ресурсы нам придётся осваивать с нуля? Какие навыки придётся развивать?

Откидываясь обратно на сиденье, я ощутил себя как в каменном веке. Оставаться человеком, полагающимся на логику и изобретательность, стало намного сложнее. Мы были словно в мире, где нужно было заново учиться ремеслам, добыче ресурсов, ведь даже простая вещь, вроде фонарика, стала бесполезной. Всё, что мы знали о современной цивилизации, оказалось пустышкой.

Так и сидели в машине, глядя в пустую, непроглядную тишину за окном, чувствуя, как мир изменился безвозвратно.

Пока отдыхали, я наткнулся в интерфейсе на возможность создать группу, что и сделал. Видать, со второй волной добавилась. Теперь с распределением опыта должно пойти попроще и прокачка Вани пойдет веселее.

После нескольких часов пути к Ижевску нам все-таки удалось наткнуться на новые цели для тренировки. С наступлением второй волны мир словно начал выталкивать на поверхность новых монстров, один неприятнее другого. Ваня, хоть и парень крепкий, сначала растерянно косился на каждого, но потом втянулся — с одной стороны, его глаза горели азартом, с другой, на лице появлялись тени напряжения. Все-таки бить зомби — это одно, но новые твари, появившиеся с началом второй волны, поражали воображение даже у меня. Я был уверен, что Ване это только на пользу — прокачивается, боится меньше, да и навыки растут. К тому моменту он уже добрался до седьмого уровня.

Дойдя до какого-то кемпинга, мы ощутили лёгкий привкус надежды на передышку, но, как это часто бывает, все пошло не по плану. Вокруг царила странная тишина, которая стала первым звоночком. Листья на деревьях недвижимо застыли, а воздух казался каким-то густым, как перед бурей. Я шел первым, а Ваня следовал за мной, осторожно оглядываясь. В такие моменты уже замираешь в ожидании, чувствуешь, что что-то вот-вот произойдет.

Мы только начали осматривать лагерь, как с дальнего угла, словно из ниоткуда, выскочил зомби. И не один. Два, три — тени оживших мертвецов вываливались из тёмных углов, шатаясь и рыча. Рядом с ними я заметил несколько новых тварей — нечто похожее на гигантских червей, отвратительных, жирных, извивающихся под ногами, будто неудачные сколопендры. Из их пастей сочился мерзкий гной, оставляя отвратительный след на земле. Эти твари были быстрее обычных зомби, и на вид куда опаснее.

— Вань, осторожнее! — крикнул я, сжимая в руке сюрикен. Я отправил его в сторону, чтобы он видел врагов со всех сторон и мог подсказать в нужный момент об опасности. — Если что пойдет не так — беги, не оглядываясь, слышишь?! — Тот лишь с глазами полными страха кивнул.

Первая тварь кинулась в мою сторону, я метнул сюрикен, и он резанул воздух, впиваясь в череп зомби, тот резко дернулся и осел, оставив на земле след из чёрной жижи. Но мне некогда было любоваться результатом, потому что прямо за ним подкатился один из червей. Внезапно червь сделал прыжок — я не ожидал, что он настолько быстр — и бросился на меня. Перемещением я резко ушел в сторону, и монстр с глухим шлепком врезался в землю.

— Артём, сзади! — крикнул Ваня.

Развернувшись, я увидел, что другой зомби уже в шаге от меня, его руки неестественно тянулись ко мне. Я метнул сюрикен, и тот, со свистом рассек воздух, попав прямо в глазницу мертвеца. Тот рухнул на землю, но я понял, что ситуация складывается хуже, чем ожидал. На нас надвигалось еще больше тварей, вылезая из леса, как призраки ночных кошмаров.

Ваня по возможности добивал своим небольшим топором подранков. Я видел как ему страшно, но когда очередной подранок стал ползти к нему, он схватил камень и со всей силы швырнул тому в голову. Глухой треск, и зомби обмяк. Ваня тяжело дышал, но держался молодцом.

Я снова метнул сюрикен в очередного зомби, но после этого почувствовал, что что-то не так. Он застрял в теле трупа и, видимо, своё уже отслужил. Проклятье, подумал я, видать, и у него был свой срок службы. Пришлось перейти на нож, который я сделал из когтей сколопендры. Он был чуть тяжелее и чуть сложнее в использовании. Метнув его в одного из червей, я почувствовал, как лезвие легко впилось в тварь, пронзив её насквозь. Монстр затрепетал и, испустив гнойную жидкость, затих.

В это время один из зомби ухватил меня за плечо. Чувствуя его холодные руки и мертвый хват, я повернулся и врезал ему коленом в живот, оттолкнув. Движения зомби были неровными, но силы в них было немало. Он снова потянулся ко мне, но я метнул нож, и лезвие пробило ему горло. Мгновение — и нож вернулся в руку, оставив на своей поверхности тягучую черную слизь.

В следующий момент я ощутил, как меня пронзила резкая боль — один из червей схватил меня за ногу. Я попытался оттолкнуть его, но твари будто ничего не стоило удерживать меня. Схватка пошла по-настоящему: червь двигался быстро, и пришлось несколько раз рубануть по нему лезвием, прежде чем он наконец отпустил, оставив болезненный след от укуса. Я тут же активировал Лечебное прикосновение, почувствовав, как боль понемногу стихает, но времени на восстановление не было. Едва я задел рану, как на меня уже навалилась следующая тварь.

— Артём, берегись! — кричал Ваня, добивая с самого края схватки очередного зомби.

Сражение превратилось в кошмар. Мы буквально стояли на грани, балансируя между жизнью и смертью. Перемещаясь по периметру кемпинга, я несколько раз едва успевал уйти от когтей очередной твари. Руки ныли от постоянных бросков. Я даже на секунду запаниковал, осознав, что оружие — не вечное. Мой мир начал трещать по швам, когда ещё одна тварь набросилась на меня сбоку. Боль взорвалась в плече, и я понял, что снова получил ранение. Лечебное прикосновение едва справлялось — раны становились глубже, а время на регенерацию всё меньше.

— Давай же! — крикнул я сам себе, активируя Перемещение в последний момент, уходя из-под атаки нового червя. Почувствовав под ногами устойчивую почву, тут же метнул нож в одного из зомби, и тот снова вернулся в мою руку, когда тварь с треском повалилась на землю.

Ваня тем временем, задыхаясь от напряжения, внимательно смотрел по сторонам, стараясь не упустить ничего из виду. Его лицо было покрыто потом, он тяжело дышал, но ни на мгновение ослаблял бдительность. Казалось, что он черпал силы откуда-то изнутри, будто эта схватка превратилась для него в проверку на прочность.

В какой-то момент я понял, что наша тактика на исходе. Твари все прибывали, а мои силы были на пределе. Когда очередной червь попытался подползти ко мне, я снова метнул нож, вкладывая в бросок всю оставшуюся силу. Он попал прямо в голову и червь затих, содрогнувшись перед смертью.

Осталась пара зомби, и Ваня, пока оба шли на меня, бросился вперёд, ударяя одного из них топориком в затылок. Треск, и зомби осел и медленно рухнул на землю. Ваня, отдышавшись, повернулся ко мне и слегка улыбнулся. Мы оба еле держались на ногах, израненные, уставшие, но живые.

Этот бой был на грани — каждый раз казалось, что это конец, что вот-вот мы не выдержим, но что-то нас держало. Мы прошли этот бой, измотанные до предела, но с пониманием того, что такие схватки становятся неотъемлемой частью нашего пути.

Мы стояли посреди остатков сражения, тяжело дыша и чувствуя, как усталость наваливается со всех сторон. Ваня вытер пот с лица и посмотрел на меня с немым вопросом в глазах, словно пытаясь понять, как мы еще вообще держимся на ногах. Но, как бы ни хотелось просто рухнуть на землю и забыть про всё, важно было собрать всё, что могли оставить эти твари после себя. После быстрых, почти автоматических действий по сбору, мы сделали небольшую инвентаризацию лута:

— Получен предмет: Тушенка говяжья, 325 г (4 шт.)

— Получен предмет: Макароны ракушки, 500 г (2 шт.)

— Получен предмет: Вода питьевая, 0.5 л (5 шт.)

— Получен предмет: Хлеб ржаной, 500 г (2 шт.)

— Получен предмет: Паштет печеночный, 50 г (2 шт.)

— Получен предмет: Соль поваренная, 100 г (1 шт.)

— Получен предмет: Чай черный, 50 г (1 шт.)

— Получен предмет: Хлебцы тонкие, 120 г (3 шт.)

— Получен предмет: Консервы рыбные в масле, 240 г (1 шт.)

— Получен предмет: Масло сливочное, 180 г (1 шт.)

— Получен предмет: Осколки зубов червя (5 шт.) — острые, прочные; подходят для крафта оружия или ювелирки.

— Получен предмет: Чешуйчатый панцирь червя (2 шт.) — прочный материал, пригодится для создания легкой брони.

— Получен предмет: Обрывок старого боевого рюкзака (1 шт.) — ветхий, но с целыми застежками и карманами, сгодится для хранения (10 ячеек).

— Получен предмет: Зуб зомби (большой) (3 шт.) — пригоден как ингредиент для алхимических экспериментов, крафт оружия.

— Получен предмет: Прочная ткань с пропиткой (2 шт.) — подходит для создания бинтов или фиксации.

— Получен предмет: Металлическая фурнитура с клеймом (3 шт.) — часть знака отличия, прочный металл; можно переработать.

С прибавкой полезных вещей на душе стало немного спокойнее — очередное напоминание, что каждый бой теперь инвестиция в наше выживание. Впрочем, даже с учетом этого, усталость не отпускала. Мы стояли посреди остатков сражения, тяжело дыша и чувствуя, как усталость наваливается со всех сторон, будто давит всем своим весом. Ваня вытер пот с лица и посмотрел на меня с немым вопросом в глазах, словно пытаясь понять, как мы вообще еще держимся на ногах. И тут в моей голове вспыхнуло уведомление от системы: «Получен новый уровень».

Я выдохнул и с легкой усмешкой повернулся к Ване:

— Ну вот, я и одиннадцатый. А тебе накинули уровень?

Он, тяжело опираясь на какую-то палку, слегка кивнул и выдохнул:

— Да, уже восьмой. Честно говоря, чувствую себя так, будто не уровень добавили, а всё забрали. — Он попытался улыбнуться, но вышло у него это только наполовину. Мы оба еле стояли на ногах, и я понимал, что каждая новая прокачка — это как вздох свежего воздуха, когда тебя загоняют под воду. Даст на пару секунд передышку, но в итоге сражаться всё равно придется до последнего.

Собрав остатки сил, мы побрели дальше по дороге, пока не наткнулись на небольшой, полуразрушенный домик, притулившийся в стороне от основного пути. Стены его кое-как еще держались, крыша выглядела так, словно в любой момент могла обвалиться, но на тот момент это казалось нам чуть ли не крепостью. Домик выглядел мирным — обычное такое место, где когда-то жили люди, может, даже с детьми и кошкой. Теперь он стоял пустой, забытый и поглощенный временем, но для нас он был именно тем, что нужно.

— Здесь заночуем, — сказал я, стараясь скрыть в голосе нотки облегчения. Слишком уж хотелось укрыться за этими полуразрушенными стенами и просто хоть ненадолго расслабить плечи.

Мы зашли в дом, осторожно оглядываясь, стараясь не упустить ни одной мелочи. Внутри было тихо, настолько, что я услышал даже своё дыхание. Только ветер шевелил занавески на окнах, создавая слабый шелест. Мы уже начали расслабляться, думая, что здесь всё чисто, как вдруг услышали шорох из дальней комнаты. Схватившись за оружие, мы переглянулись и, без лишних разговоров, двинулись на звук.

Дверь слегка приоткрыта. Я поднял нож, Ваня сжал топор. Напряжение в воздухе можно было резать ножом. Мы ворвались в комнату, готовые к очередному нападению. И тут, перед нашими глазами предстала картина, заставившая нас обоих застыть в недоумении.

Посреди комнаты стояла клетка — довольно большая, судя по всему, изначально предназначенная для какого-то грызуна. А в ней, свернувшись клубком, сидел огромный хомяк. Точнее, не просто хомяк, а, как я понял, мутант. Он занимал почти весь объем клетки, и по виду был раз в двадцать больше обычного грызуна, которого можно было бы ожидать встретить в такой клетке. Шерсть его была взъерошена и грязна, глаза — мутные и полуприкрытые. По всей видимости с момента прихода Системы он провел всё это время в своей маленькой тюрьме, медленно теряя силы. От него исходило какое-то меланхоличное, безысходное отчаяние. Хомяк тяжело дышал и едва шевелился, но шорохом умудрился насторожить нас до дрожи.

Мы замерли, смотря на это существо, пытаясь осознать абсурдность момента. Честно говоря, хомяка я ожидал увидеть последним на своем пути к Ижевску. Ваня, немного прищурившись, внимательно посмотрел на него, потом хмыкнул, будто сам себе удивляясь, зачем мы так напряглись из-за этого заторможенного мутанта. Он медленно подошел, поднял топор и легко стукнул обухом по клетке. Хомяк лишь слабо пискнул, не проявляя ни капли сопротивления, словно это был последний акт его жизни, который не привел ни к чему героическому.

— Тебя тут только не хватало, — пробормотал Ваня, покачав головой и убрав топор.

Этот момент разрядил все пережитое буквально недавно — мы ржали, чуть по полу не катаясь. Стоило так напрягаться из-за этого мутанта? Непонятно, как он вообще выжил до сих пор, но вид у него был настолько жалкий, что даже у меня пропала всякое желание избавляться от него окончательно. Он не выглядел опасным — скорее, как последний трофей ушедшего мира, беспомощное существо, которое Система решила оставить, но по какой-то иронии судьбы заточила в его собственном домике.

Оставив хомяка в клетке, мы нашли более-менее чистый угол. Вытаскивая немного еды из запасов, я кинул Ване пару кусков. Он кивнул в знак благодарности, и мы начали молча перекусывать, обдумывая всё произошедшее. Слов не было, да и зачем? Все мысли уже были там, в завтрашнем дне и в том, что ещё может ждать нас на этом пути.

Ночь постепенно окутывала домик. Я почувствовал, как глаза начинают слипаться, но мысли всё равно оставались где-то там, на поле битвы, где зомби и монстры второй волны едва не порвали нас в клочья.

Глава 15

Дорога к Ижевску тянулась бесконечно, сквозь осеннюю листву и сгустившуюся тишину. Мы с Ваней, чуть притомившись после очередного долгого перехода, шли, стараясь держаться подальше от шумных мест и лишних признаков жизни, которые в нашем случае часто приводили к проблемам. И вот, на одном из поворотов, у обочины, мы увидели группу людей. Их было видно издалека — медленные, изможденные тени, бредущие вдоль дороги в каком-то молчаливом, почти ритуальном порядке. Сначала я подумал, что это зомби, но, когда мы подошли ближе, стало ясно, что перед нами — выжившие.

Они выглядели так, словно их пропустило через мясорубку. Одежда висела лоскутами, лица были землистого цвета, исхудавшие, со впавшими щеками и тёмными кругами под глазами. Казалось, эти люди — мужчины, женщины и даже дети — шаг за шагом теряли свою человечность, превращаясь в тени самих себя. Мужчины — их было восемь, худые и бледные — шли, стараясь прикрыть женщин и детей, словно готовясь отразить собой любой удар. На лицах — выражение пустоты и усталости, которое я видел только у людей, переживших что-то немыслимое.

Женщины, их было двенадцать, прижимали к себе детей, казались чуть живыми, с потухшими взглядами. Двое подростков пытались держаться рядом с мужчинами, едва не падая от усталости, но стараясь не отставать. Двое малышей лет четырех-пяти, запуганные и не понимающие, что происходит, тихо шли рядом с женщинами, прижавшись к их коленям, словно хотели спрятаться от всего, что их окружало.

— Здравствуйте, — тихо сказал я, когда мы подошли ближе, не желая сразу вызывать лишнюю тревогу, — Вы часом не с Ижевска?

Один из мужчин, судя по всему, был старше остальных и казался их негласным лидером.

Сергей, уровень 3

Он обернулся, взглянул на меня глазами, полными усталости, и кивнул, едва вымолвив:

— Да… С того, что осталось от него…

Он говорил с трудом, его голос был хриплым, пересохшим, словно слова стоили ему больше, чем сила, которая у него осталась. По его лицу, обветренному и осунувшемуся, можно было понять, что с момента, когда они ушли из города, они, вероятно, ни разу не отдохнули по-настоящему. На его руке я заметил кровавую повязку, пропитанную грязью, словно рану залечивали в спешке, чтобы хоть как-то продержаться до конца.

— У вас есть чем лечить раненых? — спросил он, и в голосе его прозвучала слабая надежда, будто он до последнего не верил, что в нашем мире может оставаться место для помощи.

Я молча кивнул, и без слов подошел к нему, активируя Лечебное прикосновение. Но ничего не произошло. Быстро взглянув на описание навыка (Активировав навык, вы можете частично исцелить себя или члена своей группы прикосновением), кинул приглашение Сергею вступить в группу и попробовал снова. Моя рука едва коснулась его плеча, как знакомая энергия начала заполнять пространство между нами. Мужчина едва заметно вздрогнул, его лицо на секунду расслабилось, и он закрыл глаза, словно позволил себе хоть немного отдохнуть. Рана начала понемногу светлеть и он медленно «оживал» у меня на глазах.

— Спасибо, — прошептал он, и в его голосе была не просто благодарность, а что-то вроде признания, что этот маленький момент спокойствия стал для него спасением. За его спиной стояли женщины с детьми, которые, увидев это, начали подходить ко мне, ожидая помощи.

Следующим был подросток, Дмитрий, уровень 1, худой, с исцарапанными руками и лицом, с огромными, испуганными глазами. Его руки дрожали, он держал женщину за локоть, но когда я подошел ближе, он слегка выпрямился, словно почувствовал, что его могут спасти. Я пригласил его в группу и дотронулся до ободранного, кровавого запястья. Лечебное прикосновение помогло ему, как и его спутникам, вновь обрести хоть каплю надежды.

Я лечил каждого, как мог, пока не почувствовал слабость — видать какой-то внутренний запас энергии начал истощаться, но всё равно продолжал. Каждая ранка, каждый синяк и ссадина, оставленная дорогой и монстрами, постепенно исчезали, оставляя на лицах этих измученных людей хоть какое-то выражение облегчения. Мы с Ваней достали часть нашего лута, стараясь поделиться с ними всем, чем могли. В условиях нашего нового мира это было эквивалентом жеста, который мог их спасти.

Женщины, сначала не веря своим глазам, начали делить еду, прижимая к себе малышей, чтобы те могли хоть немного поесть. Кусочки хлеба, хлебцы, сухари — всё это исчезало в их руках с такой скоростью, что я понял, насколько они были голодны. Дети, особенно малыши, ели молча, глядя на нас огромными глазами. Это был взгляд, который я не забуду. В нем было всё — страх, благодарность, боль и усталость, которая не могла уместиться в таком юном лице.

Один из мужчин подошел к нам, кивнул, не говоря лишнего, но я понял, что это было его способом поблагодарить нас. Он тоже выглядел так, словно пережил что-то невообразимое. Его глаза были полны тьмы, но среди этой тьмы я увидел крупицу света. Как будто после всех испытаний, которые он прошел, наша помощь, скромная и молчаливая, была чем-то вроде чудо.

Когда они поели, я присел рядом, оглядывая их лица, полные усталости и облегчения.

— Что случилось в Ижевске? — спросил я, хотя в глубине души боялся ответа.

Мужчина медленно поднял на меня взгляд. Он выглядел так, словно ему было больно вспоминать. Но он всё равно заговорил, и его голос наполнил тишину вокруг нас, превращая её в колокол ужаса.

— Там… Там начался кошмар. Когда все это началось, — он сплюнул на землю, выражая все свое презрение. — Система… Она привела за собой этих тварей. Мы пытались бороться, пытались выжить. Но они… они приходили из ниоткуда, обрушиваясь на нас. Мы не успевали ни отступать, ни сражаться. Все рухнуло.

Он замолчал, как будто его слова были тяжким грузом, а мы молча кивали, чувствуя в себе ту же самую боль. Каждое его слово казалось подтверждением того, что мир, в котором мы живем, окончательно изменился. Он был полон тварей и монстров, и каждый человек, каждый выживший становился на вес золота.

Лица выживших, с которыми мы столкнулись на пути, были затенены тем же страхом и истощением, что и у тех, кто идет по краю пропасти. После еды и лечения они немного оживились, но печать пережитого осталась в их глазах. После короткой передышки люди начали рассказывать о том, что пришлось пережить в Ижевске. Слово за словом, картина, которая вырисовывалась, становилась всё более мрачной.

— Сначала мы думали, что сможем там выжить, — начал один из мужчин, что выглядел немного старше остальных. — Пока была еда, вода, хотя бы минимальные запасы, держались. Но когда началась вторая волна, всё рухнуло. Зомби стало в несколько раз больше, появились новые мобы, они обрушились на город целыми ордами, выискивая любые признаки жизни. Насколько я понял, они не просто ходят хаотично, а будто бы нацелены на нас. Даже малейший шум — и они бегут на звук, как стая волков.

Он говорил приглушенно, словно до конца не верил в собственные слова. Я видел, как каждый из них, казалось, снова переживает ужасы, которые оставил позади. Женщины кивали, прижимая к себе детей, а подростки смотрели в сторону, чтобы не показывать слез.

— Зомби и так было немало, а тут ещё и свои же — люди, — добавила одна из женщин, нервно сжимая ладони. — Сначала все пытались помогать друг другу, но, когда запасы кончились, начались убийства за крошки еды. Группировки образовались из тех, кто сильнее. Они начали нападать на нас, слабых, забирая то, что оставалось, забирая даже детей.

Слова её были тяжелыми, как камень, и боль, которую она пронесла, была в каждом вздохе.

— Настал настоящий закон джунглей, — вмешался другой мужчина, его лицо было напряжено, словно он всё ещё где-то там, на улицах разорённого Ижевска. — Выживает сильнейший, и если ты не можешь себя защитить, ты ничто.

Я слушал их, пытаясь держать выражение лица невозмутимым, хотя внутри начинала подниматься тревога. Мы с Ваней, не договариваясь, переглянулись. Мы понимали: если до второй волны там ещё оставались надежды на порядок, то теперь всё, что когда-то было цивилизацией, рухнуло окончательно. Город стал ловушкой для выживших, местом, откуда выбраться смогли лишь немногие.

Пока они рассказывали, мне не давал покоя вопрос о заводе. Если Ижевск действительно захвачен зомби и бандами, как они могли добыть и воспользоваться оружием? Или хотя бы найти патроны? Я не стал тянуть и задал вопрос, который интересовал меня больше всего:

— А как насчет завода? Остались ли там какие-то запасы? Оружие, патроны?

Мужчина, который вел разговор, тяжело вздохнул и покачал головой.

— Мы пробовали. Достали несколько пистолетов, несколько коробок патронов. Но ты не поверишь — порох не горит, капсюли не срабатывают, пули не летят. Система, или что это там, что-то сделала с оружием. Всё, что работало на порохе, стало бесполезным, как камни. Только холодное оружие, как ножи, копья — вот и всё, на что можно полагаться.

Я почувствовал, как внутри что-то сжимается. Итак, Система лишила нас не только электричества, но и оружия. Оставила нас с нашими кулаками, старыми ножами и всеми этими «системными» вещами, которые нужно ещё заслужить, добывая кровью и потом. Город с оружейным заводом, казавшийся последним оплотом безопасности, оказался просто ловушкой, где ни одна пуля не смогла бы помочь против орд зомби и бандитов.

Пока я переваривал эту новость, мысли начали стремительно складываться в единственный возможный план. Если оружие в городе бесполезно, а выжить там становится всё сложнее, единственный вариант — уводить людей подальше. Уводить от городов, где зомби продолжают накапливаться, где всё напоминает бомбу замедленного действия. Вдали от городов у нас есть хоть малейший шанс устроиться и создать что-то вроде временного убежища, где зомби и люди не будут на каждом углу, как это происходит в Ижевске.

Я повернулся к выжившим, чувствуя, как идея крепнет в голове.

— Послушайте, — начал я, и все головы повернулись ко мне, с надеждой, с вопросами, которые я видел в их взглядах. — Если Ижевск действительно стал такой ловушкой, если там нет шанса выжить, может, стоит отправиться подальше? Мы можем попробовать найти место, где нет этих орд, и организовать временное убежище. Оплот, который защитит нас от зомби и даст время на подготовку.

Выжившие переглянулись, будто это было и слишком хорошо, и слишком сложно для их усталых тел, для душ, которые привыкли просто выживать.

Тут же перед глазами всплыло сообщение от Системы, которое будто услышало мои мысли:

Получено задание: Создайте оплот выживших. Награда:???

Я нахмурился, стараясь скрыть удивление. Кажется, Система была заинтересована в этом не меньше, чем я. Как будто она не просто навязывала выживание, но и хотела, чтобы мы пытались собраться в группы, чтобы противостоять хаосу, который она сама же и создала.

Секунду я молчал, осмысливая задачу. Значит, теперь не только выжить, но и создать место, где другие смогут укрыться. Не знаю, что это — испытание или игра, но теперь все, кто был передо мной, стали частью этого испытания.

Я снова повернулся к людям, стараясь, чтобы голос звучал спокойно и уверенно.

— Это не просто поход. Это будет опасный путь. Мы встретим зомби, мы встретим тех, кто будет пытаться нас остановить, — я сделал паузу, видя, как люди молча слушают меня, как их лица наполняются надеждой. — Но если мы сможем уйти, создать что-то вроде оплота, мы сможем продержаться. Дать детям шанс увидеть следующий день.

Кто-то из женщин всхлипнул, но потом наклонил голову, стараясь скрыть слезы. Пожилой мужчина, что стоял рядом, кивнул, словно эти слова стали для него ответом на то, что он так долго ждал.

— Мы пойдём с тобой, — произнес он твёрдо, и я видел, что это был не просто его выбор, но выбор всех, кто был рядом. Они знали, что иного пути нет.

Я развернул старую, помятую карту, которую достал из рюкзака. Эта вещь досталась мне еще до всех этих кошмаров, и теперь она была чуть ли не единственным напоминанием о «старом» мире. Я изучал её с недобрым предчувствием, что каждая линия, каждая отметка могли оказаться ловушкой. Отыскав на ней ближайшую деревню, что была примерно в пяти километрах, я с облегчением отметил её как нашу цель. Это был крошечный клочок земли на краю леса, место, где могла остаться хоть какая-то надежда на укрытие.

Показав направление группе, я повел людей через лес, стараясь держать шаг ровным, но быстрым. Каждый звук — треск веток, шелест листвы — заставлял нас вздрагивать, но мы двигались вперёд, потому что не было иного выхода. С каждым шагом становилось ясно, что тишина вокруг слишком напряженная, слишком неестественная, и это напрягало меня ещё больше. Казалось, что лес дышит рядом с нами, но притаился в ожидании чего-то.

И вот, когда деревья начали редеть, а лесная тропа плавно перешла в поле, впереди замаячили неясные фигуры. Сначала одна, затем вторая, потом ещё несколько — тени, медленно приближающиеся к нам. Это была толпа зомби, но что хуже, чуть позади, в высокой траве, скрывались мобы второй волны. Эти твари двигались искажённо, как будто сами по себе были уродливым вызовом природе. Искривлённые конечности, горящие ненавистью глаза — казалось, сам мир отверг их, но они ожили, подчиняясь лишь жажде разрушения.

Я быстро оглянулся на свою группу. За спиной стояли выжившие: женщины, дети, несколько мужчин, измученных и ослабленных. Все они выглядели изнурёнными, с потухшими глазами, где проблёскивала едва заметная решимость, но не сила. В их положении они были уязвимы. Но, несмотря на усталость, среди мужчин всё-таки нашлось несколько тех, кто, хотя и был на низком уровне, но мог держать оружие и при необходимости вступить в бой.

Времени на раздумья не было. Я обернулся к Ване, уже знающему меня достаточно, чтобы мгновенно понять без лишних слов.

— Ваня, забери женщин и детей, уведи подальше за деревья! Быстро, и держись подальше от схватки! — приказал я. Он кивнул, не задавая лишних вопросов, и поспешил, уводя всех остальных в сторону укрытия.

Затем я повернулся к мужчинам. На их лицах застыло напряжение, но я видел, что они готовы, хотя бы на короткий бой.

— Мужики, у нас с вами тут будет настоящая проверка. Держитесь позади меня, вперед не лезьте. Если кто-то пройдёт — ваша задача остановить их. Нужно не дать им прорваться, — добавил я, почувствовав, как внутри поднимается боевой дух.

Мужчины, пусть и малочисленные, подтянулись, крепче сжав в руках дубины и простейшие орудия, которые имелись у каждого.

Я остался один перед надвигающейся армией живых мертвецов и мобов. Секунда и нож с лёгким свистом пронзил воздух и угодил прямо в голову ближайшему зомби. Существо дернулось, как будто от удара молнии, и упало навзничь. Нож мгновенно вернулся ко мне в руку, и я метнул его снова, не давая врагам ни секунды на приближение. Следующий зомби рухнул с пробитым черепом, но остальные не остановились, продвигаясь вперёд.

Сначала были обычные зомби, шаткие и медленные. Я двигался, будто танцуя между ними, метая нож то в одну сторону, то в другую, и каждый удар был смертельным. Чувствуя, что поток замедляется, я поймал себя на мысли, что начинаю терять концентрацию. Но тут же, будто почувствовав это, из-за спины зомби вылезли мобы второй волны — твари, движущиеся на четвереньках, но при этом быстрые, как дикие звери.

Одна из них, мерзкое существо с когтями, длинными и острыми, бросилось на меня сбоку. Я едва успел среагировать, шагнув в сторону, и ударил его ножом по горлу. Та захрипела и, истекая черной жижей, упала на землю, но не прошло и секунды, как её место заняла другая. Она метнулась ко мне, рыча, как загнанный зверь, и в последний момент я ударил её, но почувствовал, как когти цепляют мне руку, оставляя на ней глубокую рваную рану.

Боль вспыхнула, как огонь, но я быстро активировал Лечебное прикосновение. Ощущая, как рана затягивается, я снова принялся размахивать ножом, пронзая одного моба за другим. В какой-то момент на меня набросилось сразу двое зомби — я почувствовал, как их холодные руки цепляются за плечи, пытаясь дотянуться до шеи. В панике активировал Перемещение и мгновенно исчез, оставив их хватку в пустоте. Появившись на десяток метров дальше, я тут же метнул нож, пробив одному из них голову, затем второму.

Заметив очередного моба, я приготовился к бою, понимая, что мои силы на исходе. Этот тварь была крупнее предыдущих, с кожей, покрытой странными шипами, и глазами, полными какой-то ярости. Она неслась на меня не обращая внимания ни на что. В последний момент я снова бросил нож. Лезвие пронзило её живот, но это лишь разозлило монстра. Он протянул ко мне свои длинные, костлявые пальцы, но я быстро перехватив нож, снова ударил — на этот раз в шею, доводя начатое до конца.

Битва продолжалась, словно в замедленном режиме. Кровь залила мои руки, и каждый удар казался тяжёлым, как плита. Зомби, несмотря на мои усилия, прибывали, казалось, из ниоткуда, и я понимал, что на долго меня не хватит.

В этот момент из леса раздался крик. Это был Ваня, который, не выдержав, решил вернуться. Он подбежал к зомби, в которого я попал раньше, но не добил, тот полз ко мне и Ваня уронил на него свой топорик — в мальчишке проснулся боевой дух, который раньше я никогда не видел. Он повторил то же самое в двумя другими зомби, которые выпали у меня из виду в ходе схватки.

— Я же сказал — держись подальше! — крикнул я, но в глубине души был благодарен ему за помощь. Вместе мы добивали последних зомби, отбрасывая их, ломая, рубя, пока лес снова не окутала тишина.

После боя мы не стали тратить времени зря — собрали лут с поверженных зомби и мобов, перебирая то, что могло пригодиться в дальнейшем. Пара коробок с водой, немного еды, кое-какие примитивные предметы, которые могли бы сгодиться в крафте, но ничего сверхъестественного. А вот какие-то новые шкатулки мы, не сговариваясь, оставили на потом — будем разбираться в более спокойной обстановке.

Пока мы, увлечённые, собирали лут, я заметил, как выжившие смотрели на нас с удивлением, смесью восторга и ужаса. Эти люди, прошедшие через кошмар второй волны, ещё не осознавали, что означает Система и что делает прокачка уровня с телом и навыками. Для них мы были чем-то невероятным, почти фантастическим. В их глазах отражалось неверие, что обычный человек мог одним ударом разрубить зомби или одним движением увернуться от этих тварей.

Закончив, мы продолжили путь к деревне, которая по карте значилась как небольшое поселение, оставленное людьми ещё до всей этой чертовщины. Добравшись до места, первым делом я и Ваня обошли все дома, убедившись, что поблизости нет ни зомби, ни других потенциальных угроз. Заброшенные дома стояли тихо, как призраки прошлого. Облезлые стены, пустые окна, сухие кусты, заполнившие дворы, — всё говорило о том, что здесь давно никто не жил.

Закончив осмотр, я вернулся к группе и кивком дал знак, что можно заходить. Женщины тут же начали расставлять остатки лута и готовить еду из того, что у нас было. Казалось, сам процесс готовки возвращал им силы и уверенность. Я впервые за долгое время увидел, как у них на лицах появляется хоть какое-то подобие спокойствия. Мы поели, и когда солнце стало медленно опускаться за горизонт, мы разложили наши нехитрые постели прямо на полу одного из более-менее сохранившихся домов.

Но я понимал, что останавливаться нельзя. Времени на отдых у нас не было. Деревня — это шанс, шанс на убежище, где они смогут наконец обрести хоть какой-то покой, но для этого её нужно было укрепить. Я понимал, что без настоящей защиты этот небольшой клочок земли мог стать очередной ловушкой.

Следующие несколько дней я полностью посвятил фортификации деревни, с радостью осознавая, что у меня наконец-то появился шанс применить навык Фортификатора в деле. Этот навык оказался далеко не просто формальностью: стоило мне сосредоточиться на укреплении, как в голове начали всплывать схемы, идеи, словно Система сама подсказывала, как лучше защитить это место от возможных угроз. Мужчины из группы выживших, хоть и измождённые и ещё не оправившиеся от дороги, тоже включились в работу, помогая чем могли. В их движениях ощущалась усталость, но я видел в их глазах желание сделать этот клочок земли надёжным убежищем для всех нас.

Первым делом мы взялись за создание периметра, который должен был стать основной защитной линией деревни. Для этого использовали все подручные материалы, что удалось найти в заброшенных домах и их окрестностях: доски, трубы, железные прутья, обломки мебели и инструментов. Но этого оказалось недостаточно, и пришлось рубить деревья неподалёку. Каждый ствол мы очищали от веток и обрезали лишние сучья, чтобы остались ровные, прочные бревна, которые можно было плотно поставить одно за другим, создавая нечто вроде частокола. Каждое бревно вкапывали в землю на достаточную глубину, чтобы они стояли прочно, образуя непрерывную стену вокруг деревни. Но как только устанавливался очередной элемент, я замечал странную рябь, проходившую по стыкам. Бревна словно «склеивались» друг с другом на наших глазах, становясь частью монолитного барьера. Система, казалось, фиксировала результат, и передо мной на мгновение возникало голографическое свечение, как будто она закрепляла каждую часть стены.

Кое-где нам приходилось укреплять конструкцию дополнительными распорками и металлическими перекладинами, чтобы усилить её сопротивляемость ударам. Но и эти места словно оживали — соединения металлических и деревянных частей покрывались рябью, будто Система вплетала их в единое целое, помогая создать действительно прочную, неразрушимую линию защиты.

Когда основная линия была готова, я увидел перед глазами сообщение. Система отозвалась успехом, выдав уведомление «Фортификация +2». Это подбодрило меня, хотя я понимал, что работа едва началась. Первая линия защиты была всего лишь барьером, способным замедлить зомбаков и мобов, но нам требовалось нечто более изощренное, чтобы не допустить их до этого частокола.

Следующим шагом мы взялись за создание более сложных преград. Вместе с мужиками я вбивал длинные заостренные колья в землю, устанавливая их под небольшим углом, чтобы если зомби или мобы приблизятся, они наткнулись на эти шипы и замедлились или вовсе упали на них. Колья располагались в шахматном порядке вдоль периметра и чуть дальше, за первым барьером. Они выглядели грозно и немного дикарски, но служили нашей цели, создавая дополнительные препятствия для противников.

Фортификация +1

Не остановившись на этом, мы перешли к следующей линии обороны. Совместными усилиями мужчины и я начали выкапывать ловчие ямы — достаточно глубокие, чтобы любой, кто попадет в них, уже не смог выбраться. Мы покрывали ямы сверху ветками и тонким слоем земли, маскируя их под окружающий ландшафт. Углубления мы заполняли острыми прутьями и обломками металла, превращая каждую ловушку в смертельную западню. В нескольких таких ямах мы добавили ветки с колючками, создавая нечто вроде капканов, из которых было бы не так просто выбраться даже самому упорному зомби.

Мы делали всё в тишине, не отвлекаясь на разговоры. Весь этот процесс требовал концентрации и точности, особенно когда мы закладывали ловушки в самых уязвимых местах — там, где заграждения не могли полностью перекрыть проход. Ямы должны были прикрыть эти зоны, компенсируя возможные слабости периметра.

После того как ямы были готовы, мы вернулись к основной стене, чтобы усилить её еще одной идеей, которая возникла благодаря навыку Фортификатора. Я соорудил длинные деревянные подпорки, на которые крепили любые острые предметы — колья, лезвия от сломанных инструментов, обломки стекла. Мы разместили эти ловушки на уровне пояса, где они могли пронзить любого, кто попытается перелезть через частокол. Когда всё было готово, эта линия защиты казалась чем-то суровым, но эффективным. Стена из бревен, колья, маскированные ловчие ямы, подступы с капканами — всё это превращало деревню в непростой рубеж для зомби или мобов, если те решат нас атаковать.

Фортификация +1

Завершив установку ловушек, я сделал последний обход периметра. Теперь этот простой, казалось бы, пустой клочок земли начинал приобретать новый облик. Из-за деревьев, веток и подручного материала он стал похож на лесное убежище, усиленное не силой технологий, а острыми предметами и хитростью.

Следующим этапом стали окна и двери в домах. Мы взялись за самые уязвимые постройки, где должны были спать дети и женщины. Обходя каждый дом, я старался понять, как лучше укрепить его, чтобы он стал крепостью даже при минимуме ресурсов. Нашли фанеру на чердаке одного из домов, несколько старых металлических листов и даже дверцы от холодильников — это всё пошло на усиление окон. Мы заколачивали проёмы, закрепляя фанеру в несколько слоёв, металлические листы прикручивали болтами и даже заделывали края старыми кабелями, чтобы не оставалось брешей.

Когда мы закончили с окнами, я обратил внимание на двери. Тут понадобилось усиление крепежа. Взяли старые доски, запустили их в распорки, а сверху добавили металлические прутья, чтобы любые попытки выбить двери столкнулись с серьезным сопротивлением. У нас даже получилось собрать что-то вроде замков из стальных трубок и ручек от старых инструментов. Каждый дом стал своего рода бункером, пусть и сделанным из остатков прошлого, но я понимал, что такие меры могли спасти жизни.

Система снова отметила мой прогресс, и я почувствовал, как навык Фортификатора даёт о себе знать. Идеи теперь приходили сами собой, казалось, что Система усиливала моё восприятие, помогая рассматривать дома не как обычные строения, а как будущие бастионы. Я начал мысленно чертить схемы следующего этапа.

Дальше мы взялись за создание более сложной системы оповещения. Идея была проста, но в условиях ограниченных ресурсов её нужно было воплотить с умом. Подростки с детьми перерыли весь хлам в деревне, стараясь отыскать всё, что могло издавать звук: металлические кастрюли, цепи, старые железные банки. Нашли даже пару колокольчиков, оставшихся на чердаке, и привязали их к длинной леске, которую натянули за периметром частокола, закрепив концы на деревьях и столбах.

Работа оказалась кропотливой. Мы пробирались среди деревьев, аккуратно закрепляя леску так, чтобы она была незаметной, но могла натянуться и издать резкий звук, если кто-то пойдёт напрямик через защитную зону. Я закрепил банки и колокольчики на определённом расстоянии друг от друга, так что любой, кто пересечёт линию, вызовет настоящий оркестр из грохота и звона. Конечно, эта сигнализация была далеко не идеальной, но она позволяла хотя бы услышать приближение зомби или других гостей.

— Ваня, проверяй по утрам и вечерам леску на периметре, — сказал я, когда мы завершили установку. — Если оборвётся или что-то сломается, сразу обнови или хотя бы скажи. Это пока наш единственный шанс заметить приближение врагов заранее.

Ваня кивнул, внимательно оглядывая наши «колокольчики». Вид у него был серьёзный и сосредоточенный, хотя я видел, как его изматывала вся эта работа. Он понимал, что от этого зависит не только его собственная жизнь, но и жизнь всех тех, кто был здесь с нами.

Когда с системой оповещения было покончено, я подумал, что ещё можно сделать, чтобы превратить это место в настоящее убежище. И тут мне пришла в голову идея использовать старые стекла, которые мы нашли в одном из домов. Мы разбили их на мелкие кусочки и рассыпали вокруг периметра, особенно у входов. Теперь, если кто-то попытается подкрасться к деревне ночью, ему придётся пройти по этим стеклам, что точно вызовет треск и хруст, предупредив нас.

Кроме того, мне пришла идея сделать в деревне несколько тайных выходов. Я выбрал пару домов на краю деревни, рядом с которыми находились густые кусты, и вырезал там скрытые проходы, которые в случае атаки могли бы служить запасным путём для выхода. Мы завесили их старыми тканями, чтобы замаскировать, и закрепили ветками, оставив проходы едва заметными. Теперь у нас были варианты для отступления, если вдруг прямая атака станет слишком серьёзной.

Завершив работы, я понял, что наша деревня уже не просто скопище домов — это стало настоящим защитным оплотом.

Последний этап обустройства заключался в том, чтобы создать хоть какой-то арсенал оружия. Мы начали с самых простых видов защиты — копий и дубин. Для копий использовали стальные прутья и крепкие ветви деревьев, которые тщательно заостряли с помощью ножей. Все шло в ход: металлические детали, найденные по домам, старые дверные замки и даже крепления от мебели. Мы добавляли стальные наконечники к деревянным рукоятям, делая импровизированные копья как можно более смертоносными. Дубины создавали из наиболее прочных обломков, добавляя металлические шипы из гвоздей, чтобы с каждым ударом они могли наносить серьёзный урон.

Работа шла неспешно, пока я случайно не наткнулся в пристройке одного из домов в углу деревни старую, полуразрушенную кузницу. От воспоминаний о том, как с дедом в детстве учился ковать железо, в крови разгорелся азарт. Кузница была потрёпанной, с проржавевшим горном и полками, заставленными инструментами, покрытыми слоем пыли. Осмотрев всё, я с радостью понял, что кое-что можно было привести в порядок. Несколько железных заготовок, пара молотков и даже старая наковальня — здесь было почти всё, что нужно, чтобы дать жизни новым инструментам.

В этот момент я понял: у нас появился шанс сделать настоящее оружие, а не просто дубины и копья. Я разжёг горн, пытаясь вернуть к жизни этот старый уголок ремесла. Уголь и древесина, что остались в кузнице, зашипели и вспыхнули, и вскоре из горна уже вырывались языки пламени. Металл нагревался, и я, вспомнив всё, что знал о работе с железом, приступил к созданию оружия.

Первым делом я взялся за наконечники для копий. Металлические прутья, нагретые до красна, легко поддавались ударам молота, и вскоре у нас появились несколько прочных наконечников. Я прикрепил их к деревянным древкам, сделав несколько копий, которые выглядели куда более серьёзно, чем наша первая версия. Затем я занялся ножами — нагревал куски металла, проковывал их, а затем затачивал, добиваясь остроты лезвия.

Одним из интересных решений стало создание топора из обломков старой пилы. Я нагрел и переплавил её лезвие, придавая ему форму топора. Вставив его в крепкую деревянную рукоять, я создал оружие, которое было достаточно мощным для рубящих ударов и вполне подходило для ближнего боя.

Не удержавшись, я попробовал изготовить даже несколько заострённых сюрикенов. Конечно, это были не идеальные звёздочки, как в фильмах, но они могли сработать вблизи, вонзаясь во врагов при броске. Я изготовил несколько шипов и прикрепил их к толстой верёвке, создав импровизированный плетень.

После нескольких дней работы я отошёл от горна, уставший, но невероятно довольный результатом. Теперь у нас был настоящий арсенал: прочные копья с металлическими наконечниками, топоры, набор крепких дубин с шипами, ножи и даже несколько сюрикенов.

Система услужливо повысила мне дважды оружейника — до шести.

Работа была тяжёлая, но в голове каждый раз возникали схемы, указания, как будто сам навык подсказывал, что и как делать. Система снова отметила, что я продвинулся в навыке Оружейника, и чувство усталости постепенно сменялось чем-то вроде удовлетворения. Видеть, как из полуразрушенной деревни, из этих скромных остатков прошлого создается настоящее укрытие, — это было нечто большее, чем просто строительство. Это была надежда.

Глава 16

Утро я решил провести в отдыхе, наконец-то позволив себе немного расслабиться после напряженных дней. Пока я отдыхал и приводил в порядок свои вещи, заметил, что мужчины из группы начинали присматриваться к моим действиям, явно интересуясь, как я управляюсь с оружием и навыками, которые приобрел благодаря Системе. Я позвал их на разговор, и вскоре мы решили, что неплохо бы им тоже повысить уровни — без этого они оставались в прямом смысле слабыми звеньями. Сергей, единственный среди них, кто достиг третьего уровня, и то, выглядел, честно говоря, далеко не готовым к серьёзным сражениям. Остальные же застряли на первом или втором уровнях.

К тому же с каждым днем становился всё острее вопрос с провизией. Мой хомяк, казалось, жалобно поглядывал на меня каждый раз, когда я отдавал свой лут для поддержания сил, людям. С едой было туго — что-то удавалось найти, что-то оставалось от лута, но этого явно не хватало. Чувствуя нарастающее давление нехватки ресурсов, я решил, что пришло время сделать вылазку. О чем и сказал мужикам, а сам пошел в кузницу, твёрдо решив создать метательный топор из материалов, найденных в луте. В голове крутилась идея сделать его не просто обычным, а именно системным, используя всё, что удалось добыть. Я достал лут, выложив перед собой на деревянный верстак добытые из схваток обломки и металлические детали, из которых должен был родиться новый инструмент:

— Обломки кирасы — искорёженные пластины прочного металла, явно способного выдержать удары, но требующего переплавки и обработки.

— Обломки пики — немного изогнутый металл, но плотный и качественный. Я знал, что сковать его в нужную форму будет непросто, но прочность обещала быть отличной.

— Куски медальона — они выглядели более декоративно, но сам металл казался устойчивым и твёрдым, возможно, с добавлением серебра.

— Пластина от древнего щита — это небольшая, но толстая пластина, покрытая ржавчиной и старыми символами, которые уже еле просматривались. Материал был тяжёлым и прочным.

— Обломок амулета — металл тёмного цвета, с небольшой эмблемой, от которой исходила странная энергетика. Хоть этот кусок был небольшим, я чувствовал, что он придаст топору уникальность и, возможно, дополнительные свойства, если Система того захочет.

Разложив всё это перед собой, я начал мысленно прокручивать процесс ковки. Я чувствовал в себе готовность, и Система, казалось, подсказывала, как лучше соединить материалы, чтобы получить результат наилучшего качества.

Я разжёг горн, добавив туда древесного угля и дождавшись, когда жар дойдёт до нужной температуры. Первым делом я взял обломки кирасы и пики, поместив их в горн, чтобы металл раскалился докрасна. Пламя шипело, окутывая металл, и я держал его на огне, пока он не достиг яркого, алого свечения, что говорило о готовности к ковке. Вынув раскалённые куски щипцами, я положил их на наковальню и принялся за выравнивание.

Сильные удары молота по металлу эхом раздавались по кузнице, с каждым ударом металл сплющивался, становясь более податливым и ровным. Я работал методично, вспоминая всё, что знал о ковке: как управлять силой удара, как распределять давление, чтобы металл не потрескался и обрел нужную форму.

Система тут же откликнулась: «Оружейник +1». Чувствуя, как навык оживает внутри меня, я продолжил ковать с большей уверенностью. Руки двигались быстрее, удары становились точнее, и с каждым движением я видел, как металл поддаётся, превращаясь в форму лезвия топора.

Когда основное лезвие было готово, я взял обломок амулета, который, как я предполагал, придаст топору уникальность. Этот металл был более сложным в обработке, но я нагрел его и постарался вставить в центр топорища, создав что-то вроде сердцевины. Края закрепил остатками кирасы, чтобы центральная часть не только придавала прочности, но и добавляла веса метательному топору.

Затем пришёл черед кусков медальона и пластины от щита. Я переплавил медальон и сделал из него заострённый край для обратной стороны топора, превратив его в дополнительное оружие для ближнего боя. Кусок щита пошёл на укрепление ручки — я прикрепил её к заготовке и закалил в огне, чтобы рукоять была устойчивой к ударам.

С каждым этапом работы Система снова и снова отмечала прогресс: «Оружейник +1». Теперь я видел, как детали соединяются в единое целое, как каждое усилие добавляет топору новые свойства. Когда я наконец отбил последнее соединение и заточил лезвие, передо мной лежал готовый топор — прочный, тяжёлый, с идеально сбалансированным центром, чтобы метать его можно было с точностью.

Я почувствовал, как Система отметила завершение работы проявлением ряби на топоре:

Получен предмет: Топор «Гром». Может использоваться как метательное оружие.

Урон: Сила*3.

Дополнительная характеристика: в определенных случаях может оглушить противника на 10 секунд.

После создания топора «Гром», который получился на редкость удачным, у меня остались несколько обломков из того же лута. Глядя на них, я решил не тянуть время и использовать их для ковки новых сюрикенов — оружия, лёгкого и точного, но при этом смертельного в моих руках. Старые сюрикен отслужил своё, и у меня появилась возможность создать что-то более прочное, используя системные материалы.

Я подготовил обломки медальона, пластины от щита и пару кусочков от пики. Эти металлы отличались по своим свойствам: медальон был крепким и немного гибким, пластина от щита давала твёрдость, а части от пики обеспечивала бы баланс, необходимый для метательного оружия. Идея была в том, чтобы создать сюрикены, которые, помимо остроты, обладали хорошей аэродинамикой и могли наносить серьёзный урон при метании.

Сначала я раскалил обломки в горне, наблюдая, как металл постепенно принимает насыщенный красный цвет, готовый к ковке. Когда они стали достаточно податливыми, я вынул их щипцами и начал методично ковать каждый кусочек, превращая их в небольшие, идеально заточенные лезвия. Молот в моих руках уже двигался привычно, с точностью и ритмом, оттачивая острые края сюрикена и придавая ему форму, которая обеспечивала бы стабильный полёт и максимальную точность.

Каждый сюрикен состоял из трёх равномерных лезвий, которые сходились в центр, обеспечивая хороший баланс. На центральной части я оставил небольшой углублённый круг — не только для того, чтобы сюрикен легче держать и метать, но и чтобы при попадании он создавал более серьёзные повреждения за счёт смещения центра тяжести. Края я затачивал до состояния бритвы, чтобы каждый бросок мог пробить плоть, нанести глубокую рану и оставить противника истекать кровью.

Система снова отозвалась, сообщив о повышении навыка Оружейника. С каждым движением я чувствовал, как навык помогает мне обрабатывать металл быстрее и точнее, подсказывая, как лучше обрабатывать края, чтобы сюрикены не теряли остроты даже после нескольких бросков. Когда первый из них был готов, я протестировал его на деревянном столбе. Сюрикен вошёл глубоко, зацепив волокна дерева и оставив прочную засечку. Этот тест подтвердил, что прочность и вес распределены идеально.

Каждый сюрикен получился с уникальными боевыми характеристиками:

— Урон: Ловкость × 1.5. Благодаря остроте и тяжести лезвий, сюрикен может проникать глубже, особенно в незащищённые участки противника.

— Точность: Благодаря балансу, сюрикен летит точно в цель на расстоянии до 10 метров, не отклоняясь в полёте.

— Дополнительная характеристика: Каждый сюрикен может поразить несколько слоёв брони.

Мы собрались в небольшую группу: я, Ваня и несколько мужчин из выживших. Припасы подходили к концу, а есть хотелось всем. К тому же нужно было прокачать этот «отряд», иначе они оставались просто группой слабо подготовленных людей, каждый из которых был потенциальной жертвой при нападении зомби. Так что, решив не терять времени, я повёл их в сторону соседнего поселка, что находился примерно в семи километрах.

Мы шли по узкой, тропинке, и, пока тишину не нарушало ничто, я решил немного рассказать о принципах выживания, которые открыл для себя за время существования Системы. Мужики слушали внимательно, стараясь не упустить ни одного слова.

— Первое и главное, — начал я, слегка обернувшись к ним, — выживание теперь зависит не только от силы и удачи. Система — это как незримый судья, который меняет правила игры каждую секунду. Чем больше врагов ты побеждаешь, тем выше поднимается твой уровень, и вместе с ним — твои характеристики. Уровень — это твоя новая сила. Никакие мышцы и никакие старые умения не помогут, если ты не прокачан. Поэтому с каждым боем тебе нужно становиться сильнее.

— И что именно растёт? — осторожно спросил Сергей, самый опытный из них, хотя и на низком уровне.

— Характеристики. Сила, ловкость, выносливость, интеллект, — перечислял я. — От силы зависит урон. Ловкость отвечает за точность, реакцию. Выносливость даст тебе шанс держаться дольше в схватке. А интеллект… — я усмехнулся, — лучше просто не забывать о нём, он может пригодиться.

Мужики молчали, переваривая услышанное. Понятия «уровень» и «характеристики» небыли для них чем-то новым, но с этой позиции они явно не рассматривали и я видел, как в их глазах светился интерес, смешанный с лёгкой тревогой.

— А что ещё важного? — подал голос один из них, Пётр, уровень 1.

— Прокачка навыков и тактика, — объяснил я. — В бою не обязательно геройствовать. Главное — тактика. Зомби можно перехитрить, если знать, как. Чем лучше ты понимаешь, как они действуют, тем больше шансов выжить.

Пока я рассказывал, мы уже подходили к окраине поселка, который лежал среди редких деревьев и покосившихся домиков, давно забытых и оставленных на произвол судьбы. Но я знал, что это затишье обманчиво. Слишком тихо, слишком спокойно — и это всегда значило одно: что-то ждёт нас впереди.

И точно: стоило подойти чуть ближе, как я заметил вдалеке несколько зомби. Они медленно брели вдоль тропы, едва передвигая ноги. Но что меня больше насторожило, это пара мобов второй волны, притаившихся за зомби. Одно из этих созданий походило на гигантского паука с блестящей черной кожей и острыми, как лезвия, когтями, а другое напоминало мутировавшую гиену с огромной челюстью, полной кривых зубов.

Я остановился и оглянулся на мужчин.

— Слушайте внимательно, — тихо сказал я, указывая на зомби и мобов. — Сейчас мы попробуем их зачистить. Ваши задачи — держаться рядом, не разбегаться. Сергей, ты будешь следить за тем, чтобы никто не отстал. Ваня, твоя задача — замечать угрозы и предупреждать нас, не вступая в бой.

Мужчины кивнули, напряглись, готовясь. Я оценил расстояние и принял решение начать с зомби, чтобы их толпа не успела нас окружить.

— Мы начинаем с первого зомби, — объяснил я. — Я пробью его топором. А вы, как только я его отвлеку, — бейте по нему вместе, всем сразу. Помните, главное — не геройствовать. Держитесь вместе.

Я приготовил топор, вдохнул и выдохнул, чтобы сосредоточиться. Когда зомби подошёл на нужное расстояние, я метнул топор, вложив в бросок всю силу. Лезвие с глухим звуком вонзилось зомби в плечо, и тот дернулся назад, зашатался, едва удержавшись на ногах. Мужчины бросились на него и начали добивать его дубинами, нанося удары по голове и шее, пока он не рухнул.

Я подал сигнал на следующего зомби, и теперь уже работал ближе. Топор, как и ожидал возвращался обратно в руку после каждого броска. Вихрем нанося удары, я чувствовал, как топор в моих руках отзывается, усиливая урон. Один из зомби, получив прямой удар в грудь, вдруг застыл на месте, оглушённый. Топор «Гром» сработал — противник на несколько секунд замер, и мы с мужиками успели его добить, не потеряв времени.

Когда зомби были повержены, пришёл черед мобов. Теперь мы остались против паукообразного существа и гиены. Понимая, что они быстрее и опаснее, я решился использовать сюрикен. Держа его в руке, я прицелился в мутанта-паука, который злобно шипел, готовясь к прыжку.

Бросок — и сюрикен, закрутившись, полетел вперёд, со свистом пронзая воздух. Он угодил пауку прямо в сустав на лапе, из-за чего тот рухнул на бок, потеряв равновесие. Я быстро метнулся вперёд, занося топор, и ударил его в голову, раскроив черепину наполовину. Мужики подоспели, нанося дополнительные удары и удерживая паука на земле.

Тем временем гиена, ощетинившись, метнулась на нас, рыча и клацая зубами. Я успел отскочить и снова запустить топор — на этот раз прямым броском в её бок. Гиена взревела, но замерла на пару секунд, что дало мужикам время, чтобы вонзить в неё свои дубины. Несколько ударов — и моб завалился на бок, затихая в предсмертной судороге.

Бой завершился, и лес вокруг нас вновь наполнился тишиной. Мужики, задыхаясь, но с видом триумфаторов, смотрели на поверженных мобов. А перед их глазами замерцали сообщения Системы: уровни подскочили на 1–2 пункта у каждого по разному.

Когда бой закончился, и мужики, собирая лут, с изумлением разглядывали поверженных зомби и мобов, я усмехнулся, предчувствуя, что им предстоит увидеть кое-что ещё.

— А теперь… предупреждаю, не пугайтесь, — сказал я, поднимая руку над телом поверженной гиены. Активировав навык Призывателя, я сосредоточился, направляя поток энергии в это кошмарное существо. Лёгкое свечение окутало тело, и сквозь него поднялся вихрь из сизой дымки, в которой виднелись мельчайшие частицы и обломки кости. Секунду — и скелет гиены ожил, готовый подчиняться мне. Он встал, громыхая костями, и готово глянул на нас горящими углями пустых глазниц. Система немедленно подтвердила: Скелет гиены, уровень 8.

Мужики ахнули, отступив на шаг, но тут же снова сделали вид, что это их ничуть не удивляет. Сергей усмехнулся, но я видел, как он с трудом оторвал взгляд от гиены, пробормотав:

— Если бы сам не увидел, не поверил бы…

Сдержав смешок, я подал знак двигаться дальше. Мы направились вглубь поселка, решив заодно зачистить его от зомби и других тварей, которых могла оставить тут Система. Как только мы оказались на первой улице, где узкие проулки пересекались один за другим, прямо за углом нас встретила небольшая толпа из трёх зомби. Их безжизненные взгляды сразу нацелились на нас, и они зашагали в нашем направлении, ускоряясь.

— Разойтись по бокам! — коротко приказал я, поднимая топор.

Первого зомби я встретил броском — топор свистнул в воздухе и, словно молния, вонзился ему в грудь, оставив глубокий разрез. Лезвие пробило грудную клетку, и зомби застыл на мгновение, оглушённый. Я шагнул вперед, не теряя времени, и, когда топор снова оказался в моей руке, нанёс новый удар по шее. Череп, словно в замедленном кадре, откатился в сторону. Мужики, ободренные таким началом, врубились в бой с остальными зомби, нанося удары дубинами. Скелет-гиена бросился в атаку, ударяя оставшегося зомби мощной челюстью и ломая ему рёбра.

Проулок оказался зачищен, и мы пошли дальше. Около полуразрушенного дома из подъезда выползло ещё одно создание, какое-то мутировавшее существо второй волны, похожее на огромного слизня с челюстью, усеянной зубами. Существо скользило по земле, оставляя липкие следы и шипя. Оно попыталось подползти ближе, но я мгновенно метнул сюрикен, прицелившись в голову. Сюрикен засвистел в воздухе, пронзив монстра насквозь и вернувшись в мою руку. Слизень дернулся и разлетелся тёмной массой по дороге, а мужики, увидев это, снова переглянулись, явно впечатленные такой точностью.

Скелет-гиена был просто на высоте — то и дело он кидался вперед, отрываясь от нас на несколько метров, и, если замечал угрозу, нападал первым. Так, возле магазина, когда нам попалось несколько зомби, он прыгнул на одного из них, мгновенно сбивая его с ног и разрывая грудь острыми костяными когтями. Зомби сопротивлялся, но тут же был добит — глухой треск костей, и на земле остался только окровавленный труп.

Скоро мы подошли к центральной улице, где увидели несколько зомби, бродящих вблизи заброшенной площадки. Я жестом показал мужикам держаться на расстоянии и приготовился к броску топора. Метнув его в первого зомби, я увидел, что лезвие прошло насквозь, а зомби с хрипом повалился на землю. Топор тут же вернулся ко мне, и я снова бросил его — в следующего противника. Мужики подхватили момент и, действуя по отработанной схеме, подошли ближе, нанося удары дубинами по телам зомби, не давая им ни малейшего шанса.

Последний бой случился, когда мы уже подходили к магазину. Прямо у дверей нас встретила ещё одна пара мобов, похожих на гиену, но покрытых какими-то странными шипами. Один из них угрожающе рычал, оскалив зубы, но я не дал ему ни секунды на атаку. Метнув топор, я попал прямо в грудь, и тварь застыла, получив удар с оглушающим эффектом. Пока она пыталась прийти в себя, Скелет-гиена, почувствовав момент, прыгнул вперёд и разорвал ей горло. Второй моб тем временем бросился на нас, но я встретил его сюрикеном, который вонзился в шею, оставляя глубокий порез. Мужики подоспели на подмогу и добили его дубинами, заканчивая бой.

Когда все было кончено, мы наконец подошли к магазину, осмотрев его. Ваня зашёл первым и быстро ухватил шоколадки, которые были у кассы. Оглядев же остальное помещение — пусто. Он сжал кулаки и разочарованно выдохнул, а мужики, поддерживая его, похлопали по плечу, мол, ещё найдём. В этот момент я заметил дверь в подсобку и жестом позвал всех.

Мы осторожно вошли внутрь. Полки были полуразрушены, но несколько банок и коробок с крупами, макаронами и даже пару ящиков с консервами оставалось нетронутыми. На складе за подсобкой обнаружили мешки с мукой, немного сахара и несколько упаковок с водой, еще несколько нераскрытых коробок с макаронами, масло, какие-то специи, соль. Мужики с радостью начали собирать добычу, переполняясь уверенностью и чувствуя, что усилия были не напрасны.

Когда собрали всё, что смогли унести, мы двинулись обратно в деревню, предвкушая вкусный ужин и довольные тем, что им удалось поднять по пару уровней и вернуться с таким нужным уловом.

Когда мы вернулись в поселок, нас встретили с настоящей радостью и, что ещё важнее, с надеждой. Женщины и старики, видя, что мы возвращаемся нагруженными провизией, сразу окружили нас, помогая разобрать мешки и коробки. Дети глазели на нас с восхищением и почти не скрываемым удивлением: для них мы, похоже, выглядели как герои из легенд. На лицах мужчин, что остались в поселке, отражалось уважение, и желание так же быть полезными в нашем общем деле.

Когда мы принесли всё в центральный дом, где обычно собирались для обеда, женщины принялись готовить ужин. Запахи готовящейся еды вскоре наполнили дом, а вокруг царило оживление. Мужики рассказывали остальным, как впервые прокачали уровни, как орудовали дубинами и отбивались от зомби и мобов. Их рассказы полнились весёлым духом товарищества, и каждый из них теперь уже не скрывал гордости за то, что сумел преодолеть себя.

Я сидел в сторонке, грея руки о миску с горячей кашей, и наблюдал за этой дружеской суетой. В эти минуты я понял, что мы действительно стали оплотом, единым сообществом, где каждый знал своё место и делился всем, что имел. Система, словно чувствуя завершение этой части моего пути, мелькнула перед глазами очередным уведомлением: Задание «Создайте оплот выживших» выполнено. Это было похоже на тихое признание того, что поселок стал настоящим убежищем.

Но следом за этим сообщением передо мной возникло ещё одно, краткое, но выразительное: Дополнительное задание: Найти выживших.

Я выдохнул и закрыл уведомление, мысленно прикидывая будущий путь. Это означало, что мне придётся отправиться дальше, оставив Ваню и остальных в этом временном, но надёжном убежище. О чем и объявил всем присутствующим.

Одна из женщин, мать с потерянным в Системе подростком, подошла ко мне и, глядя серьёзно, сказала:

— Знаешь, я могу позаботиться о Ване, пока ты будешь в пути. Понимаю, что тебе нужно идти дальше, и он… ему будет лучше пока остаться.

В её голосе я услышал нечто большее, чем просто слова — боль от утраты собственного ребёнка и желание хоть как-то компенсировать эту потерю. Я кивнул, испытывая лёгкое облегчение. Ваня не говорил об этом вслух, но в его взгляде я видел, что ему было тяжело постоянно быть на грани, он нуждался в тепле и заботе, пусть и на время моего отсутствия.

После ужина, когда остальные начали расходиться, я нашёл Ваню сидящим на крыльце. Он смотрел на звёзды, хмуро и задумчиво, точно понимал, что мне предстоит уходить. Подойдя, я сел рядом, положив руку ему на плечо.

— Мне нужно будет отправиться дальше, Система настаивает на этом, — начал я, стараясь подбирать слова. — Здесь, в поселке, ты с остальными будешь в относительной безопасности. Это место — лучше чем каждый день подвергаться опасностям и быть на острие.

Ваня кивнул, но в его взгляде я заметил смешанные чувства. Он понимал, почему я ухожу, но в то же время чувствовал, что остаться здесь — значит быть в некой безопасности. Да и привязались мы как-то друг к другу.

— Пока ты здесь, — продолжил я, — учись всему, что сможешь. Потренируй свои навыки, помогай этим людям. Они тебе доверяют, и ты здесь можешь научиться тому, что поможет в будущем.

Я чувствовал, что мальчишка действительно готов ко всему, что может его ожидать.

— Но главное, — сказал я, глядя ему в глаза, — не теряй свою человечность. Эта Система, этот мир — они могут затягивать, превращать нас в тех, кто не видит дальше силы и уровня. Не забывай, что значит оставаться человеком.

Ваня слушал молча, но я видел, как он впитывает каждое слово, словно это были не просто наставления, а руководство к жизни.

Глава 17

Путешествие в одиночку всегда было особенным — ни с кем не нужно сверяться по маршруту, делиться мыслями или беспокоиться, что кто-то отстанет. Наедине с собой я чувствовал себя вольным и сосредоточенным, но, с другой стороны, это путешествие в глухие, почти безжизненные места добавляло к одиночеству и мрачную тишину, что не давала расслабиться ни на минуту.

Шаг за шагом я продвигался вперёд через безлюдные тропы, заброшенные поля и глухие перелески, где в каждой тени мог прятаться зомби или нечто похуже. Лес казался молчаливым, почти наблюдающим, и эта мертвая тишина усиливалась, как только я начинал подолгу идти один. Случалось, что посреди очередной поляны, где из травы виднелись остатки заброшенной техники, на меня внезапно выползал зомби, или появлялись существа второй волны — те самые твари, искажённые и жаждущие только разрушения.

Зачастую, каждую такую встречу я как будто предчувствовал, с топором в одной руке и сюрикеном в другой. Однажды, Система подтвердила ход моих мыслей сообщением Интуиция +1.

На одном из привалов, когда я устроился у небольшого ручья, чтобы отдохнуть и подкрепиться, из зарослей ко мне подобрался медленно движущийся зомби. Его шаги были настолько тихими, что я успел его заметить только в последний момент.

Одним резким движением я метнул сюрикен — лезвие свистнуло в воздухе, и зомби замер, когда острая звездочка вошёл ему прямо в висок. Я сделал ещё пару шагов вперёд и с точностью метнул топор в другого, что пытался подкрасться сбоку. Топор пробил ему грудную клетку, и зомби рухнул, а я в очередной раз радовался, что возможность атаковать на расстоянии давала мне некоторое преимущество в схватке с этими медлительными, но опасными существами.

Путешествуя дальше, я всё время держался начеку. И в такие минуты, когда вокруг царила не просто тишина, а какое-то гнетущее, мертвенное спокойствие, я словно чувствовал, как Система непрерывно наблюдает за мной, подталкивая к следующему шагу, следующей схватке.

На одном из привалов я решил проверить инвентарь, а заодно пролистать параметры навыков.

Имя: Артем

Уровень: 11

Характеристики:

— Сила: 52(57)

— Ловкость: 53(59)

— Выносливость: 52(57)

— Интеллект: 53(59)

Нераспределенных очков: 40

Скрытые характеристики:

— Интуиция: 9

Пассивные способности:

— Скрытность

— Метатель

— Шанс

Пассивные навыки:

— Наблюдательность

Активные навыки:

— Перемещение (до 25 метров) КД 1 минута

— Лечебное касание (1 уровень)

— Призыватель (одно животное одновременно, не более 5 часов в сутки).

Ремёсла:

— Алхимия 3

— Оружейник 10

— Фортификация 9

Дополнительная награда??? 1

Я сфокусировался на Призывателе и тут выскочило детализирующее описание моего навыка.

Призыватель: Время призыва 5 часов может быть распределено между разными призванными существами. Когда один из питомцев погибает или его освобождают, оставшееся время можно потратить на призыв другого.

Эта новость меня обрадовала. До сих пор я знал, что любой призыв — это выбор, когда и кого призывать, и часто приходилось рассчитывать так, чтобы призванный скелет дожил до конца боя. Теперь же, зная, что время можно разделить между разными созданиями, я получал новые возможности. Это было нечто вроде запаса, который можно тратить в зависимости от ситуации, и, честно говоря, придавало уверенности, ведь теперь не нужно было беспокоиться на одном призванном существе в период действия навыка.

Я шел дальше и вот, когда деревья начали редеть, а лесная тропа открылась в полупустынное пространство, впереди замаячили тёмные силуэты. Сначала одна фигура, затем вторая, затем ещё несколько. Они двигались медленно, как будто не боялись ничего вокруг, с ленивой самоуверенностью, что сразу насторожило меня. Это были не обычные путники, и даже на этом расстоянии я мог уловить агрессивные черты в их облике, которые так и кричали об опасности.

Приглядевшись, я понял, что передо мной какая-то банда. Их внешность говорила сама за себя — эти люди, похоже, давно перестали заботиться о порядке или хотя бы об элементарной чистоте. Вместо этого они всячески стремились подчеркнуть свою грубость и жестокость, как будто их внешний вид сам по себе должен был внушать ужас. Одежда на них была не столько грязной, сколько измазанной чем-то чёрным, жирным, и, возможно, кровавым. Они были словно ожившие символы разложения и безразличия к цивилизации, которую те давно оставили позади.

Один из них, крупный мужчина с немытой бородой и грязной повязкой на голове, был увешан цепями, как будто они были частью его доспеха. На каждой руке у него висели примитивное оружие — старые ржавые гайки, железные обломки и обрывки проволоки.

Рядом с ним шёл другой, худощавый и нервный на вид. Он крутил в руках длинный, кривой нож, и его движение было настолько отточенным, что я понял — этот человек знает, как обращаться с оружием. Лезвие ножа блестело в свете, и я мог поклясться, что видел на нём следы чего-то тёмного — скорее всего, уже засохшей крови. На шее у него болтался какой-то амулет, сделанный из нескольких зубов и обломков металла, что придавало ему вид дикого, полубезумного охотника.

Третий мужик нёс самодельный арбалет. На первый взгляд казалось, что он собран из старого дерева и металлических обломков, обмотанных тряпками и кожаными ремнями. Он держал его уверенно, как если бы арбалет был для него не просто оружием, а чем-то вроде личной защиты, которая обеспечивала ему власть над теми, кто не может ответить. Его лицо было изрезано шрамами, а глаза смотрели мрачно и беспокойно, как у животного, загнанного в угол и готового броситься на кого угодно, кто осмелится приблизиться.

Эти люди были не просто выжившими, которым пришлось адаптироваться к суровым условиям нового мира. Их лица выражали жестокость, презрение к слабым и, что самое пугающее, наслаждение своей властью над другими. Они были хищниками, полностью перешедшими на сторону закона силы, и каждый элемент их внешности — от грязных обрывков тряпок до грубых самодельных оружий — говорил о том, что они предпочли жизнь на самых тёмных окраинах общества.

Но самое тревожное, что я увидел, был человек, которого они тащили за собой. Связанный по рукам и скрючившийся от боли, он был едва ли в состоянии идти, его одежда висела клочьями, и на коже виднелись ссадины и кровоподтёки. Рейдеры не проявляли к нему никакой жалости. Когда он споткнулся и упал, один из них — тот самый крупный — с хриплым смешком нагнулся, пнул его сапогом и потащил за собой, будто он был просто мешком с грузом, а не живым человеком.

Пока рейдеры тащили связанного пленника, я уловил отрывки их разговора. Один из них, усмехаясь, бросил другому:

— Ну что, куда его? На какие работы пристроим?

Другой, с ленивой усмешкой, пожал плечами:

— К остальным рабам кинем для начала, а там пусть главный решает. Жаль только, что не девка. За бабу бугор, глядишь, и бухлом бы выставился, — он хмыкнул, и я почувствовал, как в груди закипает гнев.

Для них этот человек, едва державшийся на ногах, был лишь вещью, а не живым существом.

Приняв решение действовать, я отступил в тень ближайших деревьев, дождавшись активации Скрытности, мысленно настраиваясь на бой. Рейдеры продолжали издеваться над пленником, стоя в расслабленных позах, и, как мне казалось, наслаждаясь моментом своего «триумфа». Это было последнее, что они могли себе позволить.

Первым делом я выбрал цель. Один из них, с обмотанными тряпками предплечьями, отошёл от остальных и внимательно осматривал дорогу. В его взгляде мелькало какое-то напряжение, возможно, предчувствие, что они не одни. Я выждал момент, и, когда он сделал шаг вперёд, метнул в него сюрикен. Лезвие свистнуло в воздухе, вонзаясь в горло душегуба, и тот захрипел, схватившись за рану. Остальные тут же вскинули головы, оглядываясь в растерянности, но сюрикен уже вернулся в мою руку.

Они заметно напряглись. Тот, что держал арбалет, громко выругался и вскинул оружие, медленно обходя место, откуда раздался звук. Я активировал Перемещение, и всё пространство вокруг замерло. За долю секунды я оказался у него за спиной, и он не успел среагировать. Я занёс топор и с силой ударил его по плечу. Лезвие разрезало ткань, мышцы и кости, а душегуб с громким криком осел на колено, выронив оружие. Пока он пытался осознать, что произошло, я поднял топор снова и обрушил его ему на грудь. Тот захрипел, повалившись на землю, а его товарищ, наконец, понял, что происходит.

Оставшийся выхватил оружие — кривая сабля что ли, которая была ржавой, но, судя по виду, всё ещё могла нанести серьёзный вред. Не тратя времени, я метнул сюрикен, вынудив его завыть от боли. Он поднял саблю, и я, не дав ему времени на размышления, бросился вперёд, занося топор для удара. Сабля мелькнула в его руке, и я успел уклониться, но не до конца — лезвие задело моё плечо, оставив резкую боль.

Я отскочил, активируя Лечебное прикосновение. Боль отступила, а рана стала затягиваться, и я снова бросился в бой. Топор в моей руке тяжело опустился на его саблю, и лезвие противника треснуло. Он оступился, потеряв равновесие, а я, воспользовавшись моментом, ударил его топором в грудь. Лезвие пробило его доспех, и он отшатнулся, захрипев от боли.

Его рука ослабла, сабля выскользнула из пальцев, и душегуб пошатнулся, оседая на колени. Я стоял над ним, тяжело дыша, чувствуя, как адреналин всё ещё пульсирует в венах.

Как только он рухнул на землю, перед глазами замерцало привычное уведомление Системы. Получен уровень. Я выдохнул, ощущая, как внутри разливается странное чувство удовлетворения, смешанное с лёгким головокружением от боя. Воспользовавшись моментом, я активировал Лечебное прикосновение, чувствуя, как тянущая боль от раны постепенно стихает, а мышцы наполняются прежней лёгкостью.

Закончив с ранами, я повернулся к пленнику, всё ещё лежащему на земле, связанного и в измученном состоянии. Быстро разрезав путы, я помог ему подняться. Парень выглядел измотанным, но всё же, когда его руки были освобождены, он устало улыбнулся. Ему на вид было не больше двадцати трёх лет, с чёрными короткими волосами и измазанным лицом, на котором читались и облегчение, и недоверие.

— Спасибо… Спасибо, что помог, — хрипло произнёс он.

Игорь. Уровень 2.

Я кивнул, наблюдая, как он пытается прийти в себя. Оценив его состояние, я понял, что ему нужно время, чтобы восстановиться, и решил пока заняться трофеями.

На телах душегубов осталась куча хлама, но среди этого мусора я заметил и кое-что полезное. Первый труп, тот, что держал арбалет, имел при себе оружие, способное нанести серьёзный урон на близком расстоянии. Я забрал его и проверил остальное. С них выпали коробочки от Системы, которых я раньше не видел. Она была какая-то многоуровневая, что ли, напоминающую что-то вроде инвентарного контейнера — неожиданные ресурсы. С ней я решил разобраться позже, сейчас же сунул её в свой инвентарь, как и остальные шкатулки и обычные, уже привычные коробочки.

Обыскав второго, я обнаружил длинный нож с затупившимся лезвием, но достаточно крепким, чтобы использовать его как запасное оружие. Нож был покрыт ржавчиной и следами крови, но я не стал слишком разборчивым: зачистка его займёт всего пару минут. Ещё одна шкатулка лежала у его ног — небольшая и запечатанная, она выглядела как награда от Системы, и я решил её также оставить на потом. Тут же был арбалет, сделанный на скорую руку из обломков металла и дерева, но удивительно крепкий. Проверив его, я обнаружил, что стрела у арбалета была самодельной, с наконечником, выточенным из кости. На его поясе болталось ещё две стрелы, которые могли пригодиться, и я забрал их вместе с арбалетом, решив испытать его позже или вооружив будущих союзников.

Последний из них, который был еще жив, носил на шее амулет — тяжёлый, вырезанный, похоже, из кости и металла. Я не знал, имеет ли он какую-то особенную ценность, но его внешний вид был странным и, возможно, даже значимым. Я забрал и его, решив, что проверю значение амулета, когда будет спокойное время.

Собрав лут, я ещё раз оглядел трупы и, не заметив ничего ценного, вернулся к Игорю. Его вид вызывал жалость — уставший, избитый, с синяками и ссадинами, он еле держался на ногах. Я активировал Лечебное прикосновение, позволив Системе подлатать ему самые серьёзные раны. Мягкое свечение прокатилось по его телу, залечивая разрывы на коже и помогая ему прийти в себя.

— Спасибо, — тихо сказал он, когда боль в теле немного стихла. — Я думал, что мне уже не выбраться.

— Что случилось? — спросил я, стараясь оценить, в каком он состоянии.

— Я шёл с Нефтекаменска, — начал он, чуть отдышавшись, — но где-то пару километров отсюда наткнулся на этих бандюков. Они на меня сразу набросились, даже шанса не оставили. Связали, как собаку, и потащили за собой.

Я кивнул, понимая, что такие истории все чаще будут встречаться в этой новой жизни.

— Как там, в Нефтекаменске? — поинтересовался я, стараясь понять, что сейчас происходит в окружающих городах.

— Ничего хорошего, — ответил Игорь, угрюмо опустив взгляд. — Там теперь совсем другое место, не город, а просто выжженная пустошь. Зомби и монстры второй волны бродят по улицам, словно хозяева. Живых людей мало, но оставшиеся сбиваются в банды, как эти, — он кивнул на лежащие тела рейдеров. — Каждый день идёт борьба за еду, за воду, за всё, что ещё хоть как-то пригодно для жизни. Обычных правил давно не осталось. Теперь всё по закону джунглей: сила — главное, а кто слабее, тот и не выживет.

Я подошёл к единственному оставшемуся в живых душегубу, который лежал на земле, тяжело дыша и пытаясь с трудом удерживать остатки гордости. Его глаза злобно сверкали, а губы искривились в презрительной ухмылке, словно он совсем не воспринимал всерьёз свою ситуацию.

— Какого хера тебе надо? — пробормотал он, пытаясь приподняться, но тут же схватился за бок, корчась от боли.

— Рот закрой, и слушай. Я спрашиваю, ты отвечаешь. Иначе присоединишься к дружкам, — холодно сказал я, склонившись к нему. — У тебя сдохнуть быстро.

— Че мне с тобой базарить? — пробормотал он, бросив на меня взгляд, полный скрытой ярости. — Думаешь, испугаюсь? Ты просто ещё один придурок! Знаешь что будет дальше? Ты меня сейчас подлечишь и мы пойдем куда я скажу. Сечешь?!

Скрестив руки, я холодно смотрел на него, не позволяя себе выйти из равновесия.

— Ошибаешься, — сказал я, приподняв топор и направив его лезвием к его лицу. — У меня в арсенале есть разные методы общения, и я уверяю, что никто не вспомнит о тебе, когда я закончу. Если ты не хочешь это проверять — лучше отвечай на вопросы.

Его заносчивая ухмылка чуть сползла с лица, но, собравшись с силами, он усмехнулся снова.

— Что тебе нужно? Ты пойми одно. Такие, как мы, всегда были и будут. Приход Системы просто развязал нам руки!

Не обращая внимания на его заносчивый тон, я нагнулся ближе и рявкнул:

— У вас есть лагерь. Где он?

Рейдер замер, на мгновение потеряв самоуверенность, но тут же принял прежний вид, пожав плечами.

— Вопросы задаёшь, будто тебе кто-то обязан отвечать. Если хочешь узнать, найдёшь сам. Но ты вряд ли дойдёшь туда живым. Там у нас свои порядки, свои законы, и уж явно такие, как ты, там не приживаются.

Я нахмурился и, без дальнейших слов, резко ткнул его древком топора в бок, заставив его закашляться и застонать от боли.

— Ещё раз спрошу: где лагерь? — медленно и чётко повторил я, давая понять, что это не просьба, а приказ.

На этот раз он замолчал, тяжело дыша и сверля меня глазами, но, видимо, понял, что дальше разговор будет другим.

— Не надо вот этого, я понял, — прошипел он, чуть осев, словно смирившись. — Лагерь в шести километрах к востоку отсюда, в старом заброшенном посёлке. Мы там укрепились. Наши держат в клетках людей, вроде него, — он кивнул в сторону Игоря. — Да, у нас рабы! Такие же, как он, работают на нас.

Эта информация вызвала во мне острое чувство гнева. Держать людей в клетках, обращая их в рабов, — это было даже хуже, чем обычное мародёрство, с которым мне уже приходилось сталкиваться. Они пошли ещё дальше, превращая чужую жизнь в инструмент своего выживания.

— Сколько вас там? — спросил я, прищурившись.

— Хватит, чтобы разорвать тебя на части и скормить зомбакам, — ответил он, снова обретая уверенность. — Думаешь, можешь всех нас одним махом победить? Ошибаешься, придурок. Там не дети и не изголодавшиеся выжившие. Там люди, которые видели всё, чего ты никогда не поймёшь.

На этот раз я не сдержался и снова ткнул его древком топора в плечо, чтобы сбить его дерзкий тон.

— Число, — произнёс я угрожающе.

Он зашипел от боли, но, видимо, решил, что всё равно ему некуда деваться.

— С десяток нас. Может, больше, может, меньше. Иногда приходят новички. Один ты точно не справишься.

— Это моя забота, — бросил я, отпуская древко. — Теперь сиди здесь и молись, чтобы тебе хватило сил уйти от наказания.

Развернувшись, я бросил взгляд на Игоря, который всё это время стоял неподалёку и слушал разговор, сжимая кулаки. Его лицо стало мрачным, но в глазах читалось уважение и, как мне показалось, готовность к действиям.

— Игорь, я отправлюсь в их лагерь. А там как карта ляжет, — сказал я, поднимаясь.

Парень сглотнул, как будто собравшись с духом, и шагнул ближе.

— Я с тобой, — твёрдо произнёс он, смотря мне прямо в глаза. — Эти мрази меня пытали, избивали, а потом тащили на веревке, словно я не человек. Я с тобой.

Я на мгновение задумался, понимая, что брать его с собой — это риск. Но в его взгляде я видел непреклонность и решимость, и понимал, что для него это не просто вопрос справедливости.

Глава 18

Отморозок с мольбой посмотрел на меня, его голос дрожал:

— Слушай, я же тебе всё рассказал, как ты просил. Не убивай меня, прошу!

Я внимательно посмотрел ему в глаза, раздумывая над его судьбой. Затем достал из рюкзака прочную верёвку и подошёл к нему вплотную.

— Не бойся, убивать я тебя не стану. По крайней мере своими руками, — произнёс я, начиная связывать его по рукам и ногам.

Он сначала с облегчением выдохнул, но затем его глаза расширились от ужаса, когда до него дошёл смысл моих слов. Я методично затянул узлы и приволок его к ближайшему дереву, крепко привязав к стволу.

— Вот видишь, ты жив, как я и обещал, — сказал я, глядя на беспомощно извивающегося бандита. — А теперь можешь спокойно ждать, пока мимо не пройдёт какой-нибудь голодный зомби. Если повезёт, может он тебя и развяжет… хотя вряд ли, — усмехнулся я.

Напарник отвёл взгляд, но возражать не стал. Видимо, и он считал, что этот ублюдок вполне заслужил такую участь. Мы подхватили свои вещи и, не оглядываясь, двинулись прочь, оставляя за спиной полный отчаяния и ужаса вопль бандита. Впереди нас ждал вражеский лагерь и неизвестность.

Мы с Игорем шли в направлении лагеря, продвигаясь сквозь лесные заросли, придерживаясь тропинок и просек, избегая открытых мест. По словам оставленного, лагерь располагался примерно в шести километрах к востоку, в заброшенном поселке, который они обжили и укрепили. Понимая, что там нас могут ждать не просто случайные мародёры, а вполне организованная и готовая к бою группа, я настроился на предельную осторожность.

По пути, прячась среди деревьев, я краем глаза заметил впереди движение. Присмотревшись, увидел несколько фигур, медленно бредущих по тропе, словно охваченных каким-то общим, тягучим ритмом. Это были зомби, пятеро, бредущие не спеша, но с тем зловещим постоянством, которое вызывало ощущение неминуемой угрозы.

— Зомби, — прошептал я Игорю, показывая на фигуры. — Справишься?

Игорь кивнул, крепче сжав самодельный арбалет, который я отдал ему после боя с рейдерами. Его лицо, ещё недавно усталое и потерянное, теперь выражало уверенность. Похоже, после пережитого нападения и допроса рейдера в нём проснулась твёрдость.

— Я готов, — ответил он, стараясь не выдавать волнения.

Я жестом показал ему оставаться за моей спиной и приготовился к бою.

Первого зомби я метнул сюрикен, прицельно попав ему в голову. Зомби, словно замерев на мгновение, покачнулся, но через секунду упал, не издав ни звука. Сюрикен, следуя навыку, вернулся ко мне в руку, и я тут же перехватил его, готовясь ко второму броску.

Игорь, увидев это, воспрянул духом и, прицелившись, выстрелил в ближайшего зомби. Стрела арбалета вошла в плечо монстра, замедлив его движение, но не остановив. Зомби, пошатываясь, продолжал идти, протягивая к нам свои искривлённые пальцы. Не теряя времени, Игорь снова взвёл арбалет и произвёл ещё один выстрел. На этот раз стрела попала точно в голову, и зомби, застонав, рухнул на землю.

— Неплохо, — тихо бросил я, кивая ему, и переключился на следующую цель.

Третий зомби оказался ближе всех, и я, не дожидаясь подходящего момента для метания, использовал Перемещение. На долю секунды всё вокруг замерло, и в следующее мгновение я оказался рядом с зомби. Топор в моей руке мелькнул, и мощный удар пробил ему грудь. Лезвие вошло глубоко, и зомби издал глухой рык, оседая под тяжестью удара.

Оставалось ещё двое. Игорь, видя мою уверенность, снова перезарядил арбалет и уверенно направил его в сторону ближайшего зомби. Я заметил, что его выстрелы стали точнее, и это только подстёгивало мою решимость. Его стрела пронзила ближайшего из зомби, а я занялся последним.

Метнув топор, я увидел, как лезвие с силой вошло в шею зомби, и тот сразу обмяк. В момент, когда топор вернулся мне в руку, всё вокруг стихло. Мы стояли среди поверженных тел, пытаясь отдышаться после напряжённого боя.

Игорь повернулся ко мне с выражением изумления и лёгкого ужаса на лице.

— Слушай, как ты так легко с ними расправился? Я про тех уродов говорю. Я вот каждый раз, как зомби убиваю, чувствую, что меня чуть ли не выворачивает наизнанку. А ты будто и не напрягался даже…

Я лишь пожал плечами и бросил на него усталый взгляд.

— Понимаешь, для меня это далеко не впервые. Ещё задолго до прихода Системы, я побывал в таких местах и передрягах… А уж к тем, кто превращает людей в рабов и использует как скот, у меня особый пунктик. Так что не заморачивайся на этот счёт, парень. Главное — дело сделано, а моральные терзания лучше оставить на потом.

В этот момент глаза Игоря на долю секунды расфокусировались. Я понял, что тот читает сообщение Системы. Он улыбнулся, сказав, что получил третий уровень. Теперь он не просто выживший, спасённый от рейдеров, а тот, кто сделал первый реальный шаг к выживанию и готовности противостоять угрозам Системы.

Мы продолжили путь, продвигаясь ещё осторожнее. Когда до лагеря оставалось не более километра, я жестом остановил Игоря. Теперь нам нужно было соблюдать предельную осторожность и разведать территорию, не попадаясь на глаза. Я отыскал невысокий холм, поросший кустарником, и, оставив Игоря чуть позади, осторожно поднялся на него, чтобы осмотреть лагерь с безопасного расстояния.

Сквозь ветви мне открылся вид на заброшенный посёлок, который рейдеры облюбовали для своего убежища. Несколько зданий, раньше бывших частными домами и сараями, были укреплены: окна забаррикадированы, крыши заняты самодельными наблюдательными пунктами. На одном из зданий я заметил вышку, а на ней — пару часовых, которые, хоть и выглядели расслабленно, но явно следили за подозрительной активностью.

— Вполне укреплённый лагерь, — прошептал я Игорю, указывая на постройки. — Видишь тех двоих на крыше? Они будут проблемой, если нас заметят.

Игорь кивнул, напряжённо вглядываясь в лагерь. В глубине поселка виднелся небольшой загон, огороженный колючей проволокой и заборами. Даже отсюда я разглядел несколько фигур внутри, которые вяло передвигались, словно заточённые животные.

— Это и есть их пленники, — продолжил я. — Они держат их там, как скот.

Игорь сжал кулаки, и я увидел, как в его глазах вспыхнуло негодование. Я поставил руку ему на плечо, жестом призывая к спокойствию.

— Спокойнее. Нам нужно тщательно продумать наш план, если мы собираемся их освободить. Прямая атака на лагерь обернётся для нас гибелью. У них численное преимущество и подготовленные укрепления. Если мы собираемся действовать, то должны использовать каждый шаг с максимальной осторожностью.

Мы оба вернулись на несколько десятков метров назад, чтобы оставаться вне поля зрения часовых.

Под покровом ночи, когда лагерь рейдеров затих и часовые на вышках начали расслабляться, я приготовился к проникновению. Игорь остался неподалёку, скрывшись в тени деревьев, наблюдая за мной и готовый прийти на помощь, если понадобится. Но наш план был предельно простым: тишина, скрытность и, главное, неожиданный удар.

Я убедился, что навык Скрытность в темноте при медленном перемещении работает, ощущая, как тело становится будто легче, движения — плавнее. Пригнувшись, я начал обходить лагерь, выбирая самые тёмные участки, где свет костров не достигал земли. Часовые наверху выглядели полусонными, изредка перемещаясь по периметру, но всё же их взгляды были сосредоточены на внешней стороне лагеря. Это дало мне шанс бесшумно проникнуть внутрь.

Продвигаясь всё глубже, я чувствовал холодок напряжения, смешанный с острым адреналином. В тени одного из домов я остановился, вглядываясь в лагерь. Прямо передо мной, поодаль от костра, располагался загон, окружённый грубо сколоченными заборами и опутанный колючей проволокой. Внутри виднелись несколько фигур, сгорбленных и неподвижных, как если бы они давно смирились с участью пленников.

Я подкрался ближе, стараясь не привлечь внимания часовых. Остановившись в метре от забора, я тихо прошептал:

— Эй, тихо, не двигайтесь. Я пришёл помочь.

Фигуры во тьме зашевелились, голову подняли несколько из пленников — бледных, с осунувшимися чертами. Один из них, молодой парень с короткими волосами, глянул на меня в недоверчивом удивлении. Его взгляд был усталым, но в нём теплился слабый огонёк надежды.

— Кто ты? — спросил он, шёпотом, но настороженно.

— Артём, — ответил я тихо, скользя взглядом по остальным. — Я пришёл освободить вас, но для этого мне нужна ваша помощь.

Слова повисли в воздухе, и на мгновение среди пленников воцарилась тишина, словно никто не мог поверить, что такое возможно. Я понимал, что они уже привыкли к жестокости, к насилию, к тому, что сражаться за свою свободу было делом бесполезным и даже смертельным. Но мне нужно было пробудить в них желание бороться.

— Послушайте, — начал я, стараясь говорить как можно убедительнее. — Я видел, как эти твари обращаются с вами, как держат вас за рабов. Я хочу помочь вам. И есть шанс это сделать — прямо сейчас.

Я внимательно наблюдал за ними, стараясь понять, за какую ниточку можно потянуть, чтобы разбудить их дух. Они переглядывались, но никто не проронил ни слова. Наконец, один из мужчин, крепкого телосложения, с иссечённым шрамами лицом, произнёс с горечью:

— Мы ничего не сможем сделать против них. Они лучше вооружены и не знают жалости. Попробуем восстать, и нас прикончат на месте.

Его слова были тяжёлыми, но я видел в них неуверенность, а не полное смирение.

— Именно поэтому мы должны действовать неожиданно, — возразил я, глядя ему прямо в глаза. — Сейчас они расслаблены, не ожидают ничего подобного. У меня есть план, и если вы поддержите меня, мы сможем освободиться.

— Что за план? — вмешался парень, сидящий у края заграждения, всё ещё настороженно смотря на меня.

— Я отвлеку внимание часовых, если получится, сниму их, а вы нападёте на охрану. Они привыкли считать вас слабыми и беспомощными. Но если мы ударим быстро и решительно, у них не будет времени понять, что происходит. Я помогу вам обезвредить их. У меня есть оружие, и вы получите его. Это наш единственный шанс.

Пленники переглянулись, и на лицах некоторых я увидел зарождающуюся решимость. Постепенно взгляд каждого начинал светиться огоньком, гаснувшим, возможно, в течении этих дней. Один из мужчин, пожилой и худощавый, с коротко остриженными седыми волосами, сжал кулаки и кивнул.

— Что ж, хуже нам уже не будет, — сказал он тихо, обводя остальных взглядом. — Я за.

За ним последовали и другие, шёпотом поддерживая его, пока, наконец, не остались лишь двое, смотрящих в пол с сомнением. Им не нужно было объяснять, что они рискуют, но я видел, как внутри каждого из них пробуждается желание бороться за свою свободу.

— Отлично, — сказал я, почувствовав уверенность. — Когда я подам сигнал, вы должны быть готовы. Мы ударим быстро и решительно, так, чтобы они не успели сориентироваться.

Скрываясь в темноте, я передал пленникам оружие, которое собрал с поверженных бандитов. Среди них были ножи, цепи и несколько самодельных дубин — всё, что осталось от прежних хозяев. Мужчины, получив своё вооружение, ощутили в руках реальную силу и, похоже, впервые за долгое время начали верить, что теперь у них есть шанс.

— Держитесь вместе, — тихо произнёс я, раздавая ножи и объясняя каждому, как и где лучше держать оружие, чтобы не потерять его в схватке. — Нападайте одновременно, не давайте им времени прийти в себя. Они привыкли считать вас беззащитными, и это их слабое место.

Лица пленников начали преображаться. В глазах каждого вспыхнула решимость, которую они таили в глубине души. Люди переглядывались и молча кивали друг другу, признавая готовность к действию. У всех в глазах читалась смесь страха и гнева — эмоций, которые, когда подкреплены оружием, превращаются в опасный порыв.

Освободив пленников из загона, я жестом подал сигнал, и мы начали действовать. Один из пленников, держа самодельный нож, подкрался к ближайшему охраннику у ворот и быстро всадил клинок в его бок. Охранник даже вскрикнуть не успел и рухнул, издав лишь короткий хрип. Остальные бросились вперёд, как только первый охранник пал, нападая на ближайших отмороозков, которых заставили врасплох. Стук ударов и короткие выкрики резали тишину ночи, но, несмотря на это, лагерь оставался погружённым в сон. Весь расчёт был на внезапность.

Я незаметно двинулся к вышке, где дремали два часовых, у которых даже не было мысли, что прямо под их носом начался бунт. Поднявшись по лестнице, я замер у края вышки, оценивая, как лучше всего напасть. Скрытность прятала меня и я проскользнул за спиной одного из них и, не теряя времени, ударил его топором по шее, оставив противника беззвучно рухнуть на пол. Второй охранник, услышав шорох, развернулся, но я уже метнул сюрикен, который вонзился ему прямо в горло. Часовые устранены, и теперь над лагерем не было наблюдателей, способных подать тревожный сигнал.

Снизу раздавался гул. Пленники, преодолевая свою неуверенность, нападали на остальных членов банды. Один из них выхватил дубину, но тут же оказался окружён четырьмя уже бывшими пленниками, которые сбили его на землю и начали яростно наносить удары. Огонь костра отражался в их глазах, и в их движениях чувствовалась решимость, превращавшаяся в силу с каждым ударом. Этим людям не нужно было ничего объяснять — они использовали свою ярость и отчаяние как оружие, отбивая каждый удар и атакуя с неожиданной для них жестокостью.

Тем временем я направился к самому добротному дому, который, судя по всему, принадлежал лидерам банды. Подкравшись, я откинул занавес и, не теряя времени, бросился на одного из мужчин, что в панике хватался за оружие. Топор в моей руке просвистел и пробил его броню, и он рухнул на пол, не успев ничего предпринять. Его напарник среагировал быстрее и замахнулся на меня коротким мечом. Я уклонился, метнув топор, который вошёл ему в плечо и откинул его на стену. Подходя ближе, я поднял топор и нанёс последний удар.

Покидая дом, я видел, как оставшиеся охранники пытались отбиваться от пленников, но силы были неравны. Пленники превратились в организованную массу, сметавшую всё на своём пути. Один из них, тот самый крепкий мужчина с резкими чертами лица, к которому я обратился первым, вёл остальных, как настоящий лидер, направляя атаки и вселяя уверенность в тех, кто колебался.

— Давайте! — кричал он, размахивая дубиной. — Чтоб ни одна тварь не ушла!

Темнота ночи, нарушаемая лишь слабым мерцанием костров, превратилась в ожившее поле битвы. Это был шанс для тех, кто слишком долго терпел унижения и боль, но вместе с тем — смертельно опасное столкновение, в котором выжить суждено не каждому.

Один из отморозков, напал на бывшего пленника и вонзил нож ему в бок, тот сгорбившись, едва успел схватиться за рану, упал. В это же время несколько других пленников накинулись на нападавшего, сбив с ног и утопив в волне ударов. Ярость в глазах мужчин выдавала всё, что накопилось за дни неволи, а лица застыли в мрачной решимости. Их руки, измазанные в крови, не останавливались — они действовали с яростью, которая только усиливалась с каждым падающим противником.

— Не давайте им шанса! — крикнул я, подавая сигнал к следующей атаке.

Я направился к очередной группе врагов, метнув сюрикен в одного из них. Лезвие вонзилось ему прямо в горло, и он, издав глухой хрип, рухнул на землю. Второй, осознав опасность, выхватил дубину и ринулся на меня. Я активировал Перемещение и в одно мгновение оказался у него за спиной. Секунда — и мой топор, обрушившись на него, рассёк его броню и пробил плечо, заставив противника согнуться от боли.

Но тут раздался крик с другой стороны лагеря. Один из пленников, молодой парень, сжимавший нож, отчаянно пытался отбиться от двоих, которые прижали его к забору. Его удары были порывистыми, неумелыми. Прежде чем я успел подбежать, один из этих мразей нанёс ему удар по голове дубиной. Парень пошатнулся, и тут же второй истязатель пронзил его грудь ножом. Парень, тяжело дыша и захлебываясь, упал, медленно оседая на землю, и его глаза остекленели. Остальные, увидев его гибель, закричали, но, вместо того чтобы отступить, ринулись вперёд с ещё большей яростью.

Один из мужчин, крепкий и жилистый, с обветренным лицом, вцепился в охранника, который пытался взвести арбалет. Ударив его кулаком в лицо, он выбил оружие из рук противника и, схватив дубину, принялся наносить удары с такой силой, что дерево едва не разлетелось на куски. Лицо его покрылось потом и грязью, но он не останавливался, пока не превратил врага в сплошное месиво.

В это время центральная часть лагеря превратилась в настоящее поле сражения. Отморозки, охваченные отчаянием и злостью, сгрудились вокруг костра, отбивали атаки бывших пленников. Они пытались сражаться, но паника и численное превосходство освобожденных лишали их преимущества.

Старший среди них, с седыми волосами, яростно орудовал дубиной, направляя остальных. Он кричал им подбадривающие слова, каждое из которых вселяло уверенность в тех, кто ещё недавно колебался. Его дубина со стуком встречалась с телами тех, кто еще вчера издевался над ними, пробивая их защиту и оставляя противников корчиться на земле.

Но бой еще продолжался и не обходился без потерь. Еще одни из освобожденных, женщина с короткими волосами, пыталась прикрывать своих товарищей, когда на неё набросился мерзавец с ножом. Она отбивалась изо всех сил, но противник оказался сильнее. Один из пленников попытался помочь ей, но не успел: лезвие отморозка пронзило её бок, и она, тяжело дыша, рухнула на колени. Её руки сжались в последние мгновения, и она тихо прошептала что-то, прежде чем жизнь покинула её.

Видя её гибель, остальные пришли в неописуемую ярость. Один из мужчин, чей взгляд теперь был полон ненависти, метнулся вперёд и, схватив дубину, со всей силы обрушил её на голову душегуба, свергнув его наземь. Мужчина продолжал наносить удары, пока не осталась лишь бесформенная масса, но он не останавливался, пока не выплеснул всю свою злость и горечь утраты.

Я ринулся к последней группе отморозков, отступавших к выходу из лагеря. Один из них, главный из оставшихся, громко выкрикивал команды, пытаясь собрать оставшихся в единый фронт. Но его приказания терялись в общем хаосе, и они не могли сдержать натиск разъярённых людей, теперь уже безжалостно атакующих с отчаянной решимостью.

Подбежав максимально близко, я метнул топор в их лидера, который с глухим звуком вонзился ему в грудь. Он вскрикнул, схватившись за рану, но топор тут же вернулся мне в руку, и я, подскочив ближе, нанёс финальный удар. Остальные же, видя его падение, замерли в растерянности и страхе, и это дало освободившимся последнюю необходимую искру для победы.

Как только последний из врагов пал, и лагерь наполнила тишина, прерываемая лишь тяжёлым дыханием уцелевших, в воздухе повисло чувство освобождения, которого многие здесь и не надеялись испытать. Осознание того, что их мучители повержены, заполнило лица людей, которые ещё минуту назад сражались, переполненные отчаянием и злостью. Постепенно это чувство сменилось неверием и, наконец, облегчением, когда первые сдержанные улыбки начали мелькать на усталых лицах.

Получен новый уровень!

«Хм, а на душегубах то уровень быстрее поднялся», — цинично подумал я.

Люди смотрели на меня с благодарностью и удивлением, как если бы не верили, что кто-то смог прийти и вытащить их из этого ада. Вдруг, один из них, мужчина в годах, с короткими седыми волосами и следами борьбы на лице, шагнул ко мне и крепко сжал мою руку.

— Спасибо тебе… Артём, — его голос слегка дрожал. — Сдох бы тут у этих мудил.

Остальные подошли ближе, окружив меня полукругом. Мужчины и женщины, ещё недавно погружённые в страх и бессилие, сейчас стояли выпрямившись, осознавая, что кошмар наконец позади. Кто-то сжатыми кулаками стирал слёзы, другие просто опустили головы, вбирая в себя этот момент тишины, символизирующий их новую свободу.

— Вы сами вырвали свою свободу. Я лишь помог в нужный момент, — тихо, но твёрдо сказал я, обводя их взглядом. — Теперь у вас есть будущее, и если вы хотите, я помогу вам начать его. У меня есть место — деревня, где вы сможете укрыться и восстановиться. Там вы будете под защитой, и у вас будет шанс построить что-то новое.

Несколько человек переглянулись, и по их лицам было видно, что слова вызвали отклик. Пожилая женщина с серебряными прядями, стоявшая рядом, кивнула и обратилась к остальным:

— Пойдём с ним. Мы слишком долго были здесь, среди этих зверей. Если там действительно безопасно, то я точно пойду.

Люди сдержанно закивали, поддерживая друг друга в этом решении. Я видел, что среди них были раненые, измотанные и те, кому потребуется помощь. Но никто не выглядел готовым сдаться; напротив, в каждом взгляде светилась решимость.

— Хорошо, — сказал я, чувствуя, как внутри разгорается уверенность. — Но сперва давайте соберём всё, что здесь можно унести. Нам понадобятся припасы и всё, что найдём полезного.

Лагерь захватчиков превратился в оживлённое место: люди, движимые новой целью, начали обыскивать палатки и дома заглядывать в запертые ящики и рюкзаки. Я присоединился к ним, понимая, что каждая находка может оказаться спасительной в их будущем. В одной из палаток я нашёл несколько ящиков с консервами, пшёнкой и крупой, видимо, украденных рейдерами у других выживших либо смарадеренными по магазинах. Люди, обнаружив пищу, радостно передавали её друг другу, собирая в небольшие сумки и мешки всё, что могло пригодиться.

На краю лагеря я заметил несколько канистр с водой. Это была удача: запасы воды были на исходе, и её наличие значительно облегчало наше путешествие. Мы начали передавать канистры по цепочке, и каждый из освобождённых помогал перенести их к выходу из лагеря.

В одном из шатров мы обнаружили простейшее медицинское снаряжение — бинты, несколько пакетов с обезболивающими и даже самодельные настойки. Я знал, что это важно: среди нас были раненые, и оказание первой помощи могло оказаться решающим на пути к деревне.

Подлечив всех, кто нуждался в помощи, используя Лечебное прикосновение, и убедившись, что раны обработаны и боль не сковывает движения людей, я осмотрел собранные припасы.

Для удобства мы соорудили примитивные волокуши из обломков дерева и оставшихся в лагере веревок, сложив туда вещи, продукты и всё, что могло пригодиться в деревне. Люди, хоть и измотанные, переглядывались с теплотой, готовые отправиться в путь. С первыми проблесками света на горизонте мы двинулись обратно — теперь уже не как пленники и спасители, а как единая команда, готовая бороться за свою новую жизнь.

Глава 19

Спустя несколько часов хода, когда мы углубились в лес, я почувствовал, что что-то не так. Воздух словно сгустился, наполняясь напряжением, которое невозможно было игнорировать. Вокруг всё замерло: птицы стихли, ни один лист не шелохнулся. Природа, казалось, сама затаила дыхание. Мы шли осторожно, осматриваясь по сторонам, но тишина не предвещала ничего хорошего.

Внезапно, из тени деревьев начали проявляться силуэты — сначала едва заметные, но с каждым шагом становящиеся всё чётче. Это были монстры второй волны, но не такие, как те, которых я видел раньше. Их движения были медленными и почти осознанными, как у хищников, поджидающих добычу. Гигантские создания с костяными шипами, изогнутыми когтями и жёлтыми, горящими глазами, выступили из-за деревьев и кустов, медленно сжимая кольцо вокруг нас.

Они держались так, будто знали, как окружить нас, и это насторожило ещё сильнее. Казалось, они не просто нападали — они вели себя так, будто засада была спланирована. Их движения были странно слаженными, и в какой-то момент мне показалось, что эти твари или следуют приказам, или обладают пугающим коллективным разумом.

Интуиция +1

— Всем назад, держитесь ближе друг к другу! — крикнул я, осознавая, что это не будет простой стычкой.

Темнота вокруг сгущалась, и время словно замедлилось, когда монстры второй волны сомкнули кольцо. Их злобные, горящие глаза наблюдали за нами, и я понимал, что у нас нет иного выхода, кроме как сражаться. Я крепче сжал топор, сосредоточившись на дыхании, и приготовился к бою, который мог стать нашим последним.

Первый монстр, массивная тварь с когтистыми лапами и рогами, похожими на изогнутые копья, бросился на нас, протягивая свои изуродованные конечности, чтобы схватить кого-то из группы. Я метнул сюрикен прямо в его морду, и он пронзил один из его глаз, заставив тварь взвыть и отступить. Но не успел я обернуться, как ещё два монстра бросились с боков, пытаясь застать нас врасплох. Держась за топор, я прыгнул вперёд, нанося сокрушительный удар по ближайшему из них, и лезвие разрезало плоть и шкуру, оставив глубокую рану на его боку. Зверь завыл, отступая, и на мгновение вокруг стало чуть тише.

Но это было только началом. Из тени, словно в такт друг другу, начали выступать другие твари. Они передвигались с пугающей слаженностью, словно были частью одного разума. Их зубы щёлкали, когти скребли землю, и каждый шаг этих созданий звучал, как глухой удар по земле. Одна из тварей, похожая на гигантского многоножку с кольцами из шипов, проскользнула ко мне сбоку, но я активировал Перемещение, и пространство замерло на долю секунды. В мгновение ока я оказался позади неё, и топор со всей силой вонзился в её спину, разрубая хитиновую броню и оставляя за собой кровавый след.

Затем я вновь метнул сюрикен, который молниеносно разрезал воздух и точно попал в горло другому монстру, пронзив его насквозь. Зверь замер, захрипел и рухнул, но сразу же рядом с ним выскочил ещё один, крупнее и агрессивнее. Я не успел на него среагировать, и его когти с силой ударили по мне, откидывая в сторону. Мужики, придя на помощь, стали бить его дубинами.

Пока они отвлекли монстра, я быстро использовал Лечебное прикосновение, чтобы унять боль в плече, куда пришёлся удар когтей зверя. Тёплая энергия разлилась по телу, и рана начала затягиваться. Боль постепенно отступила, и я почувствовал прилив новых сил.

Поднявшись на ноги, я снова был готов к битве. Мужики продолжали сражаться с монстром, не давая ему приблизиться ко мне. Я знал, что должен действовать быстро, пока у меня есть шанс. Сжав в руке сюрикен, я приготовился к атаке.

Следующим оказался противник, которого нельзя было игнорировать. Ящер, уровень 8 был массивным, покрытым толстой шкурой, с огромными когтистыми лапами и хищными, изогнутыми челюстями, которые блестели в полумраке. Его жёлтые глаза, сверкающие в темноте, смотрели на меня с явным намерением убить.

Как только я занял боевую позицию, ящер зарычал, и это был не просто звук — это был рёв, который заполнил пространство, словно волна, пробирающая до костей. Он метнулся вперёд, выбрасывая передние лапы, и мне едва удалось увернуться, вновь используя Перемещение, чтобы мгновенно оказаться у него сбоку. Я метнул сюрикен, прицелившись в шею, и лезвие оставило глубокий порез, но не остановило его. Зверь замер на секунду, оскалился, и затем ринулся на меня с ещё большей яростью.

Сжимая топор, я выждал момент и, уклоняясь от его когтей, нанёс сокрушительный удар по передней лапе, чувствуя, как лезвие проходит сквозь кость и мышцы. Ящер взвыл от боли и дёрнулся назад, но это лишь разозлило его ещё больше. Вздыбившись, он атаковал снова, но теперь, с одной раненой лапой, его движения стали менее точными. Я шагнул вперёд и, собрав всю свою силу, обрушил топор на его череп.

Топор, пропоров толстую кожу, пронзил кость, и ящер застыл, захрипел, затем, сотрясая землю, рухнул передо мной, наконец поверженный.

В этот момент я решил использовать одно из самых полезных умений — Призыватель. Времени на раздумья не было. Бегло осматривая поле боя, выбрал конечно же только что поверженного гигантского ящера и активировал навык. Мгновение — и передо мной заклубился тёмный вихрь, завораживающий светом и дымкой. Из него начал вырисовываться скелет, который, постепенно собравшись, ожил и встал передо мной, готовый к битве.

Скелет ящера, уровень 8, — высветилось уведомление перед глазами, и я увидел, как вокруг началось настоящее смятение.

Призванный из тени павшего врага, он выглядел зловеще и грандиозно. Его костяная броня поблёскивала в тусклом свете, и на каждом отростке, на каждой лапе виднелись острые, как ножи, когти. Казалось, что сама смерть встала на мою сторону, и это ощущение давало мне новый прилив уверенности. Скелет издал зловещий скрежет, будто приветствуя свою вторую жизнь, и, не дожидаясь моего приказа, ринулся в бой.

Монстры, увидев своего бывшего товарища, ожившего и готового к нападению, на мгновение отступили, как будто это вывело их из равновесия. Это дало нам краткий момент для перегруппировки.

Питомец же ринулся на ближайшего монстра, его массивные челюсти с треском захлопнулись на конечности твари, разрывая её на части. Тот завыл, пытаясь вырваться, но ящер не отпускал его, пока не перекусил пополам. Этот отвлекающий манёвр позволил мне и остальным пленникам отбить новых нападавших: люди, вдохновлённые успехом, с новыми силами взялись за оружие и атаковали с ещё большей яростью.

Еще один монстр, рискнувший приблизиться, оказался в смертельной хватке ящера. Скелет вонзил когти в его грудь, и хруст костей заполнил воздух, когда челюсти сомкнулись на шее врага. Монстр захрипел, тщетно пытаясь вырваться, но ящер без малейших колебаний разорвал его на части.

Скелет-ящер переключился на следующего, поменьше, и в мгновение ока обрушил на него всю ярость своей костяной мощи. Он с ловкостью и злобой впивался в плоть врагов, его когти оставляли глубокие борозды на шкурах монстров, а челюсти сокрушали броню, как сухие ветки. Один из монстров, похожий на огромного паука, попытался обойти ящера сбоку, но тот, словно прочитав его намерение, разворотом лап сбил его с ног и, оказавшись сверху, вонзил когти в грудь, разрывая врага на части.

Это было не просто сражение — ящер стал настоящей бурей среди монстров, напоминая смерть, явившуюся за ними. Его атаки были мощными и непреклонными, он не знал ни усталости, ни боли, и это заставляло врагов отступать, наполняясь паникой.

Но бой не утихал. Ещё несколько монстров ворвались в наш круг. Я метнул топор прямо в грудь одному из них, и тот рухнул, не успев понять, что произошло. Топор, следуя способности Метателя, вернулся ко мне в руку, и я сжал его, готовый к следующему противнику. В этот момент ещё один монстр, огромный и сгорбленный, приблизился ко мне, протягивая лапы, на которых поблёскивали острые, как ножи, когти. Я использовал сюрикен, целясь в его голову, и лезвие с глухим звуком вонзилось ему между глаз.

Всё происходящее вокруг было похоже на хаотичную симфонию битвы — люди и монстры, окружённые шумом, криками и визгом, сошлись в едином порыве. Скелет-ящер, мой верный призванный союзник, разрывал нападавших, его кости покрылись пятнами крови, но он продолжал бороться, не испытывая ни усталости, ни страха. Один за другим монстры падали под его ударами, и на мгновение я понял, что бой, казавшийся безнадёжным, мог закончиться в нашу пользу.

В самый критический момент, когда казалось, что силы на исходе, перед глазами мелькнуло уведомление от Системы: Получен уровень. Сила хлынула по венам, и я почувствовал, что моё тело, теперь восстановленное и наполненное новой энергией, готово продолжать бой. Но бой уже был выигран.

Когда последняя тварь упала на землю, а тишина вновь окутала нас, я смог перевести дыхание и осмотреться. Бой оставил всех нас измотанными и покрытыми кровью — своей и монстров. Каждый человек вокруг выглядел так, словно побывал на краю смерти, но в глазах уцелевших светилась решимость. Мы выжили, но цена была высока: ранен был каждый, в той или иной мере. Я видел усталость на лицах людей, раны, которые не могли ждать и нуждались в срочной помощи.

Пришлось действовать быстро. Я подошёл к каждому из выживших, активируя Лечебное прикосновение снова и снова, ощущая, как эта магия помогает людям. Постепенно я обрабатывал самые серьёзные порезы и ушибы, снимая боль, закрывая разорванные ткани и восстанавливая потерянные силы. Один из мужчин, старик с раной на плече, смотрел на меня с благодарностью, как будто до конца не верил, что всё это реально.

— Спасибо тебе, Артём, — прошептал он, когда тёплое сияние навыка сошло на нет, оставив лишь усталость.

Я кивнул, сосредоточенно переходя к следующему раненому. Каждый использованный раз требовал немалых сил, и я ощущал, как с каждым Лечебным прикосновением энергия в моём теле постепенно истощается. Но останавливаться было нельзя: люди смотрели на меня, видя и понимая, что сейчас это лечение — их единственный шанс вернуться к полноценной жизни и пройти оставшийся путь до деревни.

Когда самые серьёзные раны были залечены, а измученные лица немного разгладились, я позволил себе сделать передышку. Люди переглядывались, ещё до конца не веря, что смогли одолеть такое количество монстров. В глазах некоторых отражалась смесь изумления и облегчения, словно они ещё не до конца осознали, что смерть осталась позади.

— Мы справились… — произнёс один из мужчин, всё ещё сжимая в руках оружие. — Не знаю, как ты это сделал, Артём, но спасибо.

Я коротко кивнул, принимая его благодарность. В глубине души я понимал, что это сражение оставило след на каждом из нас, укрепив внутреннюю силу каждого, кто смог устоять. Но нам предстояло не только собраться с силами, но и собрать всё, что могло быть полезным для нашего выживания.

— Давайте соберем лут, — сказал я, оглядывая поле, усеянное телами монстров второй волны. — Здесь может быть то, что поможет нам в дальнейшем. Монстры оставляют после себя награды, и это может облегчить нам жизнь.

Люди, хоть и усталые, начали двигаться, обходя тела поверженных существ. В этот момент я заметил кое-что странное. Обычно с монстров выпадали самые разные предметы — коробочки с едой, водой или полезными инструментами, но здесь, среди трупов монстров второй волны, не было ничего подобного. Вместо привычных коробок, которые мы уже привыкли ожидать, на земле лежали лишь небольшие шкатулки, темнеющие в полутьме.

Я поднял одну из них. Она была не просто обычной шкатулкой — её поверхность отливала мрачным блеском, на ней были выгравированы странные знаки, похожие на древние символы, как будто эта шкатулка несла в себе что-то гораздо более ценное. Осторожно, я обвёл её взглядом и затем спрятал в свой инвентарь, решив, что разбираться с этими шкатулками мы будем позже, когда доберёмся до безопасного места.

Сквозь лесной сумрак мы вышли к деревне, когда небо уже начинало бледнеть, и первые лучи рассвета окрасили её силуэты в теплый золотистый свет. Каждый шаг возвращал нас к жизни, наполняя ощущением безопасности, которое стало непривычной роскошью. Люди вокруг устало улыбались, глядя на постройки, как на истинное спасение. Я заметил, как на лицах мелькали облегчение и тихая радость: мы смогли пройти это испытание и вернулись. Впереди, на краю деревни, уже ждали наши — те, кто оставался позади, взирая на наш приближающийся отряд с надеждой и волнением.

Из толпы выбежал Ваня, на его лице была искренняя радость. Он подбежал ко мне и крепко обнял.

— Артём! Ты вернулся! — воскликнул он взволнованно, но в его голосе слышалась огромная радость.

Я устало улыбнулся и похлопал его по плечу.

— Да, мы вернулись, Вань. Нашел еще людей и пообещал им, что здесь безопасно, — сказал я, оглядываясь на тех, кто пришел со мной.

Жители деревни начали выходить из домов, собираться вокруг нас. Они смотрели с любопытством, тревогой и надеждой. Люди окружили нас, их лица светились от радости и облегчения, когда они поняли, что я не только вернулся, но и привел новых выживших.

Один из жителей, крепкий мужик с морщинистым лицом, вышел вперед. Он оглядел нас, обращая внимание на раны, припасы и выражения лиц.

— Рад, что ты вернулся. Да еще и не один!

Я заметил, что все смотрят на меня. Было приятно осознавать, что для них я теперь не просто парень, который пришел с добычей и спасенными.

— Конечно вернулся, — сказал я шутливо. — Принимайте пополнение. Нам нужно держаться вместе и поддерживать друг друга, только так мы сможем выжить и остаться людьми.

Дополнительное задание: Найти выживших — выполнено.

Награда: Получен активный навык Боевой дух. (Активируя навык, вы на пол часа повышаете все характеристики себе и членам группы на 5 %).

Я повернулся к тем, кого привёл с собой, указал на припасы, что удалось забрать у тех отбросов и собрать с монстров. Всё это было сейчас ценнее любого золота. Люди принимали все это с благодарностью, и, казалось, атмосфера становилась легче, надежда возвращалась в их сердца.

Ваня, с сияющими глазами, наблюдал за всем происходящим. Я заметил, как он в какой-то момент отвёл меня в сторону.

— Артём, — начал он, его голос был серьёзен, не по-детски твёрд, — я видел, как ты сражался, как защищал нас… Я хочу быть таким же. Научи меня.

Я почувствовал, как в груди потеплело от его слов. Ваня хотел расти, и в его взгляде была та решимость, которая не терпела сомнений. Я положил руку ему на плечо.

— Твоя сила уже здесь, Ваня, — сказал я, улыбаясь. — Но всему своё время. Я помогу тебе, и ты станешь тем, кем захочешь, когда настанет момент.

Пока я разговаривал с Ваней, вокруг нас начало собираться всё больше людей, и я понял, что нам нужно обсудить дальнейшие действия. Пригласив всех на небольшую поляну в центре деревни, мы уселись кругом, чтобы провести что-то вроде неформального совета.

— Первым делом, — начал я, окинув взглядом присутствующих, — нам нужно продолжать укреплять деревню. Мы уже сделали первую линию обороны, но теперь у нас есть больше людей, а значит, и больше возможностей для защиты. Мне нужно, чтобы все взрослые мужчины, кто готов взять оружие, участвовали в охране. Кто ещё не знает, как сражаться, должен учиться.

Мужчины переглянулись, их лица были полны решимости и готовности действовать. Среди тех, кто пришёл с нами из плена, нашлось не мало людей, выразивших желание присоединиться к обороне.

— Мы все хотим помочь. Если ты научишь нас, мы будем сражаться рядом с тобой.

Я кивнул, принимая его слова как данность.

— Отлично. Я помогу вам с основами, а дальше мы будем работать вместе, как одна команда.

Пока разговор продолжался, я также предложил распределить задания. Кто-то займётся сбором ресурсов и созданием ловушек, чтобы защитить деревню снаружи, другие — охраной, разведкой и поиском припасов. Люди восприняли это предложение с одобрением, каждый был готов вложить свои силы и навыки, чтобы деревня стала неприступным местом, где можно не бояться спать ночью.

— Но это ещё не всё, — продолжил я, когда совет уже подходил к концу. — Я собираюсь отправиться дальше, искать ещё выживших. Сейчас нам нужно больше людей, чтобы построить сильное сообщество. Каждый человек важен, и я знаю, что где-то есть такие же, как вы, кто нуждается в помощи.

Толпа замерла, переваривая мои слова. Взгляды наполнились уважением и опасением. Несколько человек подошли ко мне, их лица выражали сомнение.

— Ты же понимаешь, это опасно, — сказал один из мужчин, пожилой и крепкий. — Ты наш лидер, и мы нуждаемся в тебе здесь. Если ты уйдёшь, деревня потеряет защиту.

Я выдохнул, осознавая, что его слова были от частью правдой. Но я знал, что нужно действовать.

— Мне нужно найти ещё выживших, — ответил я твёрдо. — Если мы хотим создать что-то большее, нам нужны люди. Здесь у вас есть возможность стать сильнее и защищать друг друга.

Глава 20

На рассвете, когда первые лучи солнца только начали пробиваться сквозь утренний туман, у границы деревни появились тёмные силуэты. Сначала их было не различить издалека, но постепенно мы поняли, что это группа путников. Я подал знак остальным мужчинам, и мы приготовились к встрече.

По мере того как они приближались, стало видно, что их было не меньше десятка. Мужчины и женщины несли на себе следы длительного пути: одежда, изношенная и покрытая пылью, глаза, полные тревоги и ожидания. Однако в их взглядах, устремлённых на деревню, читалось нечто большее — надежда. Впереди шёл крепкий мужчина, средних лет, с мужественным лицом, на котором были видны шрамы. Он остановился на краю деревни и поднял руку в знак приветствия, осторожно осматривая нас.

— Доброе утро, — начал он, его голос был хриплым, но уверенным. — Мы пришли с юга и ищем убежища. Мы надеемся, что здесь можно найти защиту… и, возможно, присоединиться к вашему оплоту.

Люди вокруг меня переглянулись, некоторые сразу закивали, готовые принять новых выживших. Я шагнул вперёд, оценивая группу путников. Они выглядели вымотанными, но какая-то надежда чувствовалась в каждом из них.

— Мы рады вам, — сказал я, протягивая руку мужчине. — Я Артём, один из тех, кто организовал это поселение. Что привело вас сюда?

Мужчина крепко пожал мне руку и представился:

— Виктор. Мы бежали из Оренбурга, с юга, получается, когда там стало совсем небезопасно. Повсюду монстры, группы мародёров и… — он осёкся, словно подбирая слова, — Система. Слышали, что в разных местах люди объединяются и создают безопасные зоны. Мы шли, надеясь найти такие объединения и вот наткнулись на вас.

Его слова вызвали в толпе шёпот. Все, кто стоял вокруг, прислушивались к каждому его слову, стараясь уловить больше информации о том, что происходит в других городах страны.

— Расскажите, что видели по пути? — спросил я, понимая, что его рассказ может быть для нас важен.

Когда Виктор и его спутники начали рассказывать, вокруг собралась вся деревня. Люди слушали, затаив дыхание, а я видел, что рассказы пришедших задели каждого: новости о происходящем в стране, о борьбе с монстрами Системы и других выживших, отчаянно борющихся за жизнь, стали глотком свежего воздуха, внезапным напоминанием, что мы — не единственные, кто пытается выжить.

— Городов, как таковых, больше нет, — сказал Виктор, устало опустив взгляд, словно воспоминания о разрушенных улицах были слишком болезненными. — Те места, о которых мы слышали, ещё держатся, — это крупные общины, небольшие крепости или лагеря, но в самих городах… там смерть. Зомби и монстры второй волны обосновались там так, словно это теперь их владения. В больших зданиях, на дорогах, в метро — повсюду они. Никто из тех, кто пытался пробраться за припасами или чем-то ещё, не вернулся.

— Так же слышали о других местах, — добавила молодая женщина из группы Виктора, её голос был тихим, но твёрдым. — На западе, говорят, есть настоящие крепости выживших, защищённые от монстров. Они нашли способ делать границы, в которые не проникают зомби, хотя и не без жертв. Другие используют примитивные заграждения, отгороженные кострищами, а сами строят баррикады и ловушки. Это не спасает от всех атак, но даёт шанс выжить.

Жители деревни начали переглядываться, и я заметил, что в их глазах появились новые искры. Слова о том, что где-то есть общины, способные противостоять монстрам, придавали уверенности. Вдруг выступила женщина из группы путников. Анна, уровень 5.

— Мы слышали о местах на западе, — добавила она. — Группы выживших собираются на окраинах городов, на сельских территориях, как у вас, и там держатся. Многие пытались наладить связь между группами, чтобы обмениваться информацией, но радиостанции и электрические приборы Система блокирует — это её правило. Всё, что они могли, это ходить между общинами, пересказывать друг другу, кто и где живёт, кто ещё не сдался.

Я заметил, что среди нас начинался шёпот, люди оживлённо переговаривались. Долгое время мы думали, что Система сделала нас уязвимыми и одинокими, но теперь, зная, что есть и другие, кто готов выживать и объединяться, становилось легче.

— На западе много общин, — продолжил Виктор, кивнув Анне, словно подтверждая её слова. — Там люди закрепились в сельской местности, в небольших посёлках. Без техники и электричества у них получилось создать оборону: они укрепляют дома, строят ловушки, и как-то находят способ держаться. Эти общины называют себя «Сопротивлением». Говорят, что среди них есть сильные бойцы, те, кто уже не раз выживал в боях с монстрами, и они берут под защиту всех, кто приходит к ним. Слышали, что у них есть свои правила, появились свои наставники, и это напоминает старые деревенские общины, но теперь люди идут туда за защитой и ради жизни.

— Сопротивление, — повторил кто-то из нашей деревни, словно пробуя это слово на вкус.

— Да, — ответил Виктор, проводя взглядом по лицам вокруг. — Мы сами шли туда, пройдя немалый путь, и нам встречались не только те, кто сражался, защищал других. Есть и другая сторона. Мы видели и банды, мародёров, которые используют слабость других, чтобы выживать. Они захватывают лагеря, берут людей в плен, как это было с некоторыми из нас раньше. С такими нужно быть начеку, они не уступают монстрам — порой даже хуже, ведь они сами когда-то были людьми.

Его слова вызвали тяжёлое молчание. Мы знали, что мир стал жестоким, и каждый день нам приходилось сталкиваться с угрозой, но теперь я видел, как в глазах многих читалось понимание — они готовы принять это. Принять и не сдаваться.

Решение созрело во мне, как только Виктор и его люди рассказали о других группах, стоящих на защите выживших. О тех, кто не сдался, кто борется и строит что-то новое, несмотря на хаос и разруху вокруг. Я знал, что наш оплот важен, что деревня теперь стала настоящей надеждой для всех нас, но также понимал — если есть возможность найти подобные оазисы цивилизации, я должен это сделать. С каждым словом путников я всё больше убеждался, что нам нужно не просто выживать, а быть частью чего-то большего. Объединение сил с другими выжившими — это был единственный способ не просто спасать свои жизни, но и бороться за будущее.

Когда все собрались на поляне я сказал, что отправлюсь в путь, разузнать больше об этих очагах сопротивления. Ваня, стоявший чуть в стороне, слушал меня внимательно, и в его взгляде я видел беспокойство, замешанное с пониманием.

— Вань, подойди, — позвал я его, когда люди стали расходиться. Он приблизился, глядя на меня серьёзно, и я понял, что он уже осознал, что это мой путь, мой выбор.

— Я… Ты уйдёшь надолго? — спросил он, стараясь не выдать волнение.

Я улыбнулся, положив руку ему на плечо.

— Надеюсь, ненадолго, Ваня, — ответил я. — Но мне нужно оставить здесь кого-то, кому доверяю, кто сможет помогать поддерживать порядок, помогать людям и заботиться о деревне. Это важно и я знаю, что ты справишься.

Его лицо озарилось смесью гордости и серьёзности. Он кивнул, и я начал рассказывать, что делать в экстренных ситуациях, какие решения принимать и когда звать на помощь. Я рассказал ему обо всех тонкостях обороны, укреплений, что строили вместе, и о том, как удерживать дух людей, даже если меня долго не будет рядом. Ваня слушал внимательно, кивая и время от времени задавая вопросы. Я видел, как в нём росла уверенность, и это придавало мне сил.

— Артём, — сказал он, когда я закончил, — я сделаю всё, чтобы, когда ты вернёшься, деревня стала ещё сильнее.

Я крепко обнял его, чувствуя, что у нас обоих есть своя миссия, своя цель.

Когда я собирался уже отправляться, ко мне подошли Виктор и Анна. В их руках я заметил небольшой предмет, который сразу привлёк внимание — это был тёмный амулет, вырезанный из камня с красными вкраплениями, словно он был покрыт застывшими каплями крови. На его поверхности поблёскивали символы, которые, как мне показалось, были Системными, и их свет мерцал, когда я приблизился.

— Артём, мы хотим дать тебе это, — сказал Виктор, держа амулет обеими руками, будто передавая нечто драгоценное. — Это артефакт, который мы выбили с сильного моба, когда ещё были частью одной из групп выживших. Он обладает странной силой, но никто не смог понять какой именно.

Анна, стоявшая рядом, кивнула.

— Тебе он будет нужнее, — добавила она. — У тебя впереди опасный путь, и возможно он тебе пригодится.

Я принял амулет, и сразу перед глазами вспыхнуло уведомление от Системы:

Сработал навык Наблюдательности. Интеллект +1.

Амулет разового усиления. Вы можете усилить любую свою способность.

Немного подумав, я выбрал Скрытность. Система вновь откликнулась, и я с любопытством наблюдал, как строки текста заполнили интерфейс:

Навык усилен. Скрытность: активный навык. Вы сливаетесь с окружающей средой, враг теряет вас из виду.

Интересно. Оказывается, теперь Скрытность больше не просто пассивная способность — она стала полноценным активным навыком, который я могу контролировать. Теперь я могу включать или отключать её по своему усмотрению, полностью исчезая из видимости противника. Всякая зависимость от движения и тьмы исчезла — навык стал одинаково эффективен при любых условиях. Просто идеально!

Единственный нюанс, который отметила Система, — на поддержание Скрытности теперь тратится Внутренняя энергия. Интересно, что это значит? Я сразу вспомнил то чувство слабости, которое накатывало, когда я многократно применял Лечебное прикосновение. Похоже, что теперь каждый раз, используя подолгу Скрытность, буду испытывать подобную усталость, ведь она, видимо, также задействует этот загадочный ресурс.

Утром деревня собралась проводить меня. Вокруг стояли люди, ставшие мне не просто соратниками, но семьей. В их глазах читались тревога и надежда, но главное — решимость защищать свой дом.

Ваня, ставший мне как младший брат, вышел вперед. Я похлопал по его плечу:

— Ты справишься. Они могут на тебя рассчитывать, как и ты на них.

Он кивнул:

— Я сделаю все, что смогу.

Коротко попрощавшись с остальными, я поднял руку в прощальном жесте. Люди провожали меня взглядами, полными надежды.

Закинув рюкзак за плечи, я пошел на юг, в поисках других общин. Вокруг — руины некогда живого мира. Каждый шаг отдавался тишиной, изредка нарушаемой ветром.

Мрачные пейзажи становились зловещими в безмолвии. Пройдя несколько километров, я наткнулся на речушку. Присел на берегу, достал воду и еду. Глядя на спокойное течение, понял — мир все еще живет и не сдается. Как и мы.

Шагая дальше по пустошам, я вдруг почувствовал странное давление в воздухе — как будто нечто огромное и зловещее двигалось поблизости. Звуки стали глухими, мир вокруг замер, и в голове вспыхнуло сообщение от Системы:

Вы обнаружили рарника. Бой начнется через 3 минуты. У вас есть время подготовиться. Сбежать невозможно.

Я быстро огляделся, пытаясь понять, откуда грозит опасность, но не успел ничего заметить, как из-за остовов деревьев показался монстр. Это был великан, возвышающийся над землёй на два, если не три метра, и его тело, покрытое грубой серой кожей, напоминало сланцевую породу. Уродливые рога, извиваясь, словно корни, торчали из головы, а глаза светились зловещим красным светом. Его массивные руки, заканчивающиеся острыми когтями, были размером с небольшие брёвна, и каждый шаг зверя заставлял землю дрожать.

Костолом, Уровень 14

Понимая неотвратимость приближающейся битвы, я быстро сбросил с плеч рюкзак, чтобы освободить движения. В руках у меня оказались верные спутники — топор и сюрикен. Я крепче сжал рукояти оружия, мысленно готовясь к бою.

Мой цепкий взгляд выхватил несколько крепких деревьев толщиной с руку. Недолго думая, я ринулся к ним и в несколько точных ударов топора срубил эти деревья под корень. Затем я ловко воткнул их под острым углом, направив в сторону монстра. Колья мгновенно пошли рябью по краям и будто слились с землей, превратившись в несокрушимый частокол.

Едва я успел закончить приготовления, как воздух сотряс яростный рев чудовища. Время на подготовку истекло. Монстр, разъяренный моим видом и возведенными укреплениями, ринулся в атаку, топча землю тяжелыми лапами. Его налитые кровью глаза горели жаждой убийства.

Боевой дух.

Все ваши характеристики увеличены на 5 %. Время действия 30 минут

Я стоял наготове, сжимая оружие, полностью сосредоточенный и собранный. В воздухе повисло напряжение, подобное натянутой тетиве. Решающая схватка была неизбежна. Все мышцы моего тела напряглись, готовые к молниеносной реакции. Топор и сюрикен замерли, направленные в сторону врага. Мой пристальный взгляд был прикован к приближающейся туше монстра.

Через мгновение начнется смертельный танец между мной и чудовищем. И только один из нас выйдет из него победителем…

Звон металла разрезал воздух, когда я, не колеблясь ни секунды, метнул свой верный топор прямо в грудь чудовищу. Следом, словно его неразлучный брат-близнец, в полет устремился сюрикен, сверкнув остро заточенными краями. Едва покинув мою руку, оружие, повинуясь Метателю, вернулось ко мне.

Не дожидаясь, пока монстр опомнится от полученных ран, я призвал на помощь свою способность скрытности. По телу прошла едва заметная рябь, скрывая меня из вида. Я стремительно скользнул в сторону, стараясь увеличить дистанцию между собой и разъяренным противником.

Костолом взревел, когда топор и сюрикен впились в его плоть, окрашивая шкуру алыми потеками. Ослепленный болью и яростью, он совершил мощный прыжок, намереваясь раздавить меня своей тушей. Но его ждал неприятный сюрприз — острые колья, которые я предусмотрительно установил, впились в его тело, усугубляя ранения.

Боль подстегнула ярость монстра до немыслимых пределов. Он взревел так, что задрожали стволы деревьев, и начал неистово молотить лапами воздух, пытаясь меня достать. Я снова метнул топор, используя момент, когда Костолом развернулся ко мне боком, подставив незащищенный бок. Оружие с глухим стуком вонзилось в плоть, едва успев вернуться в мою руку, как я тут же швырнул его снова.

Моя скрытность слетела, больше не даруя защиты. Костолом заметил меня и с утробным рыком ринулся в атаку. Его когти со свистом рассекали воздух, норовя распороть меня на части. Я извивался в немыслимых кульбитах, уворачиваясь от смертоносных ударов. В очередном перекате я ухитрился запустить топор в морду чудовища. Раздался характерный звон — сработал эффект оглушения, даруя мне несколько секунд передышки.

Понимая, что это мой шанс, я со всех ног бросился обегать монстра, стремясь оказаться позади него. На ходу я вложил всю свою силу и ярость в бросок топора, целясь прямо в уродливую голову Костолома. Пока топор со свистом рассекал воздух, мои пальцы уже сжимали сюрикен. Еще одна вспышка стали — и острые лезвия понеслись к колену монстра в надежде замедлить его движения.

Время растянулось, секунды превратились в вечность. Я затаил дыхание, глядя на стремительный полет своего оружия, от которого зависела моя жизнь. Сердце колотилось так, что, казалось, вот-вот выскочит из груди. Это была битва не на жизнь, а на смерть, где малейшая ошибка могла стать фатальной. Но отступать было некуда — оставалось только сражаться до последнего вздоха, веря в свои силы и верное оружие.

Топор и сюрикен со звоном врезались в плоть монстра, заставив его взреветь и пошатнуться. Капли черной крови полетели во все стороны. Но битва еще не была окончена. Костолом, хоть и раненый, все еще представлял смертельную угрозу. Я перехватил вернувшийся топор поудобнее, готовясь к следующей атаке.

В тот самый миг, когда я готовился нанести очередной удар, Костолом издал чудовищный рев, сотрясший самые основы мироздания. Звуковая волна ударила меня с невероятной силой, парализуя тело и разум. Система безжалостно констатировала: Вы оглушены на 3 секунды. Три секунды, которые растянулись для меня в бесконечность, в страшную вечность беспомощности перед лицом разъяренного монстра.

Я стоял, окаменев, не в силах пошевелить и пальцем. Мышцы налились свинцовой тяжестью, веки отказывались смыкаться, заставляя смотреть в глаза своей, казалось бы, неминуемой смерти. А Костолом, торжествуя, приближался ко мне, упиваясь беззащитностью своей жертвы. Каждый его шаг грохотом отдавался у меня в ушах, как барабанный бой самой судьбы.

С садистским наслаждением чудовище замахнулось, вкладывая всю свою чудовищную силу и ярость в единственный сокрушительный удар. Время будто замедлилось, позволяя мне в мельчайших деталях разглядеть, как массивный кулак Костолома рассекает воздух и неумолимо приближается к моему лицу. Каждая бугрящаяся мышца, каждый шрам и каждая капля крови на его лапе отпечатались в моем сознании с пугающей четкостью.

Я смотрел на приближающийся кулак, готовясь к неизбежному, но удар не последовал. Вместо этого прошла некая дезориентация на долю секунды, и перед моими изумленными глазами вспыхнуло системное сообщение:

Сработала пассивная способность Шанс. Урон проигнорирован. Эффект неуязвимости (Интеллект/10) 7 секунд.

Судьба, капризная и непредсказуемая, подарила мне спасительную соломинку в самый критический момент!

Эйфория и неудержимый боевой азарт опьянили меня. Семь секунд абсолютной неуязвимости! Семь секунд, чтобы переломить ход битвы и утолить жажду реванша! Не теряя ни мгновения, я ринулся в атаку, превратившись в смертоносный вихрь из клинков и ярости.

Мои удары обрушивались на Костолома с бешеной скоростью, словно град метеоритов, не давая ему и шанса на передышку. Но могучий монстр не собирался сдаваться без боя. Его мощные лапы молотили воздух, стремясь встретить мою плоть и кости, а острые как бритва когти со свистом рассекали пространство, жаждая нанизать меня.

Однако все было тщетно — дарованная мне неуязвимость превращала меня в неостановимую силу, в само воплощение возмездия. Удары Костолома проходили сквозь мое тело, будто я был сотворен из тумана и теней. Его когти скользили по моей коже, не оставляя и следа, а лапы утопали во мне, словно в зыбучих песках.

Каждый раз, когда он обрушивал на меня свой сокрушительный натиск, я лишь усмехался, упиваясь своим временным бессмертием. Его ярость и отчаяние, бессилие перед лицом неотвратимой расплаты лишь распаляли мой пыл, придавали сил. Я кружил вокруг своего врага, оставляя на его туше все новые раны и увечья.

Это была уже не просто битва — это был акт высшей справедливости, триумф охотника над своей добычей. Семь секунд, отмеренные мне судьбой, тянулись целую вечность, позволяя насладиться каждым мгновением своего превосходства. И даже когда Костолом, извергая рычание, обрушил на меня всю свою чудовищную мощь в последнем рывке, его лапа просто прошла сквозь мою голову, не причинив и малейшего вреда.

Топор и сюрикен слились в моих руках в единый инструмент расправы, повинуясь малейшему движению пальцев. Они врезались в плоть монстра раз за разом, окрашивая его кровью и исторгая новые вопли боли и гнева. Но теперь эти крики звучали для меня сладчайшей музыкой триумфа, симфонией долгожданной победы.

На последней секунде неуязвимости, когда Костолом уже занес лапу для очередного удара, я применил свое Перемещение. Мир смазался на краткий миг, и я возник на максимальном удалении от своего врага. Но это не было бегством — это было начало нового раунда нашей схватки, где все козыри были у меня на руках!

Издали, вне досягаемости когтей и клыков Костолома, я принялся безжалостно осыпать его градом метательных атак. Топор и сюрикен, мои верные друзья, жужжали в воздухе подобно шершням, без устали жаля израненную плоть чудовища.

Обессиленный, теряющий реки крови, монстр из последних сил ковылял ко мне, стремясь в последнем отчаянном рывке достать своего мучителя. Но было уже слишком поздно. Изрешеченный десятками ран он рухнул на землю в нескольких шагах от меня. Эхо его падения разнеслось по всему лесу, знаменуя окончание этой битвы.

Я стоял над поверженным телом своего могучего противника, и осознание победы медленно наполняло каждую клеточку моего существа. Кровь стучала в висках, дыхание с хрипом вырывалось из груди. Этот бой забрал у меня все силы, измотал до предела, но подарил взамен ни с чем не сравнимое чувство торжества.

Но оно как всегда было прервано воплем интерфейса, возвестившего о присвоении мне нового уровня и россыпи наград за бой с рарником.

Подняв шкатулку с лутом, которая была больше похожа на кокой-то сундучок, я ее сразу же раскрыл.

Наручи Костолома. Легендарное качество. Все характеристики +5 %.

Мое победное ликование было прервано ослепительной вспышкой света, что затмила собой все вокруг. Я зажмурился, инстинктивно вскинув руки, чтобы защитить глаза, но свечение проникало даже сквозь сомкнутые веки, заполняя весь мир удушающей белизной.

А когда свет, наконец, померк, и я осмелился вновь взглянуть на окружающий мир, то потрясению моему не было предела. Передо мной, будто выжженные на самой ткани мироздания, горели слова системного сообщения, что повергли меня в состояние глубочайшего шока и замешательства:

Ваши подвиги засчитаны Системой годными для включения в одну из групп, сформированных для бета-тестирования новой волны.

Вы и еще четверо представителей вашего сегмента будете перемещены в особую зону для тестирования.

До переноса осталось

5…

4…

3…

— Вот сука!

2…

1…

Content

Ник Тарасов
Метатель

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20