Дмитрий Инин

Зимняя сказка

Глава 1

Редкие снежинки кружили в воздухе искрясь в ярких солнечных лучах. Там внизу во дворе резвились дети, радуясь зиме, и тем забавам, что она дарила.

Как по мне, детство, это единственное время, когда зима приносит радость, санки, горки, снежки, коньки…

Я смотрел на ребятишек во дворе, их было много, ну еще бы, я ведь оплатил постройку большой снежной горки у себя под окнами. Зачем мне это было нужно? Не знаю, просто как-то возвращался домой и вспомнил, как было весело кататься с нее, когда я был маленький.

Там в моем далеком детстве, горка была меньше и находилась во дворе школы, ее традиционно строил трудовик, сначала нагребая со всего двора здоровенную кучу снега, на которой мы играли в царя горы всей школой после уроков, а потом формировал ее в горку и заливал. Все это было конечно чрезвычайно травмоопасно, сколько разбитых носов, сотрясений мозга, вывихнутых пальцев и даже сломанных рук было на счету у ледяной красавицы. Но все равно, та горка в школьном дворе была чем-то светлым, веселым, символом моих школьных лет.

Вот и сейчас, я смотрел на толпу катающихся детишек и улыбался, быть может, я тоже дарю им воспоминание, которое пройдет с ними через всю жизнь?

— Дим! Ты меня вообще слушаешь? — Меня больно ткнули кулаком в плечо, так, что я чуть было не расплескал чай. Я бросил короткий взгляд назад и снова уставился в окно. — Дим! — Девушка сменила тон. — Я же не ради себя, эти скандалы устраиваю, я за тебя волнуюсь. — Вот так-то лучше, этот заботливый ласковый голос мне уже нравится больше, а то ишь чего удумала, приперлась ко мне с утра и начала строить.

Нет в том, что Василиса приезжала ко мне по утрам не было ничего необычного, после того, как Марья от меня уехала, традиция ее ранних визитов возобновилась, особенно мне нравилось, когда она забиралась ко мне под одеяло и мы в обнимку досыпали еще пару часиков, секса между нами так и не было, но мне было приятно, чувствовать в своих объятиях ее крепкое горячее тело, а ей… Ей было со мной уютно.

— Дим! — Она вплотную подошла ко мне, крепко обняла за талию и прижалась щекой к груди, так словно слушала мое сердцебиение. — Время уходит, а расследование не движется. Я за тебя начинаю бояться. — Ну да, бояться она за меня начинает, не будем говорить, что в этой ситуации, я оказался из-за нее. Поиск бывшего директора института был именно той ценой, что я согласился заплатить за свою голову. Ценой, которую, требовала именно она.

— Василис! Что случилось? — Я поставил кружку на подоконник и обнял ее. Девушка еще теснее прижалась ко мне, словно хотела слиться со мной в одно целое. — Ну не из-за моих же неудач в поисках ты сегодня на меня орать вздумала? — За эти семь месяцев я хорошо успел ее изучить, пожалуй, лучше, чем кого бы то ни было. И та вспышка эмоций, с которой она начала наше утро, была для нее совершенно не характерна, подумайте-ка, она даже орать на меня пыталась.

— Это все Костя. — Василиса смущенно спрятала глаза. — Были у него две секретарши, теперь три. Дим! — Она уткнулась мне в грудь. — Ты бы знал, как мне все это надоело. Все эти его бабы…

— Три секретарши… — Мечтательно протянул я. — Заехать что ли к вам, ну так просто посмотреть?

Василиса шутливо стукнула меня в плечо и рассмеялась.

— Можно и не только посмотреть, ты бы знал, какие про тебя в Институте слухи и легенды ходят. — Она хитро блеснула васильковыми глазками. — У тебя сейчас такая популярность, что только пальчиком помани и любая к тебе в постель кинется не раздумывая. Ну еще бы, рыцарь, спаситель девиц, при этом еще и большой начальник, с хорошим окладом. Шеф полиции, герой… внешне, конечно, не Ален Делон, но… — Ее прохладные ладошки скользнули мне под футболку.

То, что я стал звездой, мне рассказывали, Варька однажды завалилась ко мне пьяная и высказала миллион претензий на эту тему, мол я дурак и сволочь, пру против всех инструкций и разума в целом, но при этом меня почему то любят, а ее нет, потом правда разговор сместился в русло что не любят ее не все, а только я. И почему так? В итоге я влил в нее пол стакана коньяка и отволок бесчувственное тело к ней домой, не нужен мне был служебный роман, тем более по пьяни. Она ж как протрезвела бы, меня с потрохами сожрала за это.

Что я стал любимцем женщин, я тоже подозревал, правда думал, что тут все дело в перспективности и занимаемой должности, так как мне с регулярностью названивали Злата с Варвара Ключница, флиртуя и ненавязчиво намекая на то, что они могут приехать, по отдельности естественно. А эти особы, без выгоды шага не сделают, зато чуйка у них как у собак.

— Это все иллюзия. — Проговорил я, прикрыв глаза и наслаждаясь прикосновениями девушки. — Они хотят не меня, они хотят образ, отпечатавшийся в их неокрепших головках, мечтают о том, чтобы я, их измученных пытками, выносил на руках со склада полного злодеев, чтобы спасал их от чудовищ, и кормил в дорогих ресторанах. Начитаются романтических книжек, а потом примеряют образ принцессы к себе, но я-то не герой, на самом деле… — Ее руки скользнули мне в штаны и мое дыхание перехватило.

— Как это не герой. — Притворно удивленно округлила глаза Василиса, не прекращая своих действий. — Ты вон Институт спас, заговор раскрыл, кучу денег сэкономил… — Она игриво куснула меня за подбородок. — Только вот знаешь что? Все эти подвиги не будут стоить и гроша ломанного, когда весной Костя вызовет тебя на ковер и спросит: «Где Бельский?!». — Она с неприязнью глянула на мою футболку с надписью: «Девятидюймовые гвозди» и вытащив руки из моих штанов ухватила за ворот. Раздался треск, и девушка с усмешкой уставилась на меня, стоявшего в разорванной одежде, через секунду, она нежно поцеловала мою грудь. — А мне очень бы не хотелось тебя терять. — Она осыпала мое тело поцелуями, а я стоял, боясь пошевелиться, постепенно с груди она перешла на живот, затем рывком стянула с меня штаны, от чего я буквально опешил. Нет, этого не может быть, все это мне снится, сейчас Василиса встанет и сообщит мне, что меня засняла скрытая камера и теперь я должен ей услугу.

Я опустил голову и встретился с ней взглядом, в васильковых глазах плясали чертенята, язык Василисы смачно прошёлся по моему животу, ну слава богу, все нормально, она опять дразнит меня, сейчас шлепнет меня ладошкой по пузяке и со смехом прекратит всю эту комедию. Василиса подмигнула мне и…

Черед двадцать минут, поднявшись с колен, она взяла с подоконника мою кружку с остывшим чаем и сделала два больших глотка.

— Это что сейчас было. — С трудом выдохнул я. — Месть Кощею?

— Дурак. — С грустной улыбкой Василиса крепко обняла меня и прижалась щекой к груди. — Мне просто захотелось сделать тебе приятно, а Костя, ему про это знать совершенно не обязательно. Давай лучше вернемся к твоим вопросам.

— Можно я штаны надену хотя бы?

— Неа! — Она больно укусила меня, но тут же расцеловала укушенное место. — Ты так более уязвим и внушаем, а внушить тебе, что надо бросить заниматься всякой фигней и сосредоточиться на поисках Бельского, необходимо. Так что… Обещай мне!

— Что обещать то? — Не понял я.

— Обещай, что займёшься наконец своим непосредственным делом. Поисками Андрея.

— А работа… — Попытался оправдываться я.

— Работа… — Как-то брезгливо фыркнула Василиса. — С завтрашнего дня, приказом по Институту, начальником нашего отдела полиции по городу Караваеву, будет назначена Варвара Василисовна Краса. Должностные перестановки согласованы и уже отдано распоряжение в кадры.

— А я? — Нет, должности мне было не жалко, Варька объективно специалист куда лучший, чем я, она коммуникабельна, находчива, умна, она знает законы и людей. Но что же теперь со мной? Я обратно? Рядовым полицейским, которому просто не будут давать заданий?

— А тебя мы повысили! — Радостно сообщила Василиса. — И с сегодняшнего дня, ты можешь даже с гордостью всем говорить, что получил должность через постель.

— Чтобы получить должность через постель, удовольствие должен доставлять я, а не мне. — Хмуро буркнул я.

— Это обсудим потом! — Игриво подмигнула мне Василиса. — А с завтрашнего дня, ты следователь по особо важным делам, полномочный представитель, вроде, как и в структуре отдела, но никому там не подчиняешься. Правда, ничем и не руководишь, но это плюс, свободное время, свободное посещение, увеличенный оклад, к тому же, если тебе понадобится помощь ты вправе не просто ее просить, а требовать и от Варвары Красы и от Соловья. Ясно? — Я кивнул, ясно то мне все было, ясно, только что мне с этим делать? Я понятия не имел, за что хвататься с расследованием. Кабинет Бельского был изучен вдоль и поперек, я связался с нынешней владелицей Лавки фальшивых чудес, которая могла что-то знать о пропавшем, я перелопатил сотни досье, и теперь у меня был всего один подозреваемый, кто был заинтересован в пропаже бывшего директора. И этот подозреваемый сейчас стоял в моих объятиях, увлеченно нацеловывая мою грудь, и делал все, чтобы я продолжал расследование, странное, я вам скажу, поведение для злодейки. — Ну так что? Ты рад? — Она уставилась на меня шальным взглядом и явно ожидала от меня благодарности.

— Рад! — Честно признался я. — Всему рад, что сегодня произошло.

— Пффф. — Закатила глаза девушка. — Еще бы нет. Ну а раз рад, сделай мне подарок!

— Руку и сердце? — Я удивленно округлил глаза. — Могу только руку, вот эту, левую, было б у меня сердца два, я бы тоже одно отдал, но не выйдет.

— Зачем мне твои руки и сердца. — Хмыкнула Василиса. — Мне вон уже Кощей свои отдал, и что с ними делать, я теперь не знаю. Дим! — Она надула губки. — Подари мне машинку?

— Машинку? — Тут я удивился уже на самом деле, этих машин у Василисы было, наверное, штук двадцать, и это только те, что я видел. — Какую хотите? В каталоге уже выбрали? — Я прикидывал, денег, что я увел у Гороха было еще достаточно, но не так уж и много, несмотря на то что я за эти месяцы потратил совсем чуть-чуть, на эксклюзивную спортивную тачку, явно не хватит.

— Да нет. — Она принялась ковыряться пальцем мне грудь. — Свою машинку.

— Форанера? — Надеюсь в моем голосе сейчас не прозвучало возмущение, отдавать внедорожник я не хотел, он был мне как боевой друг. Римма восстановила его полностью, починила все что надо, заменила половину кузовных деталей, опять обновила салон.

— Да на кой мне твой крокодил. — Не выдержала Василиса. — «Ока»! Мне нужна твоя «Ока». Ты все равно на ней не ездишь, вон стоит сугробом во дворе, только парковочное место занимает.

— Зачем? — Вот уж странная просьба, ну вот зачем ей может понадобиться эта развалюха.

— Затем. — Хихикнула она. — Костя приказал, новым секретаршам служебный транспорт выдать, вот и пусть катаются.

Мне тут же вспомнилось то, как в свое время я получил раздолбанный внедорожник, ресурса которого хватило только разок доехать до Института, эх повторяется красавица. Или тогда машину мне подсунула не она, а соловьевичи? Но в целом идея запихнуть трех эффектных, длинноногих дам с модельной внешностью в ржавую «Оку», хотя бы ненадолго, мне понравилась.

Я сходил в спальню и принес оттуда ключи и документы.

— Держите, Василиса Андреевна, но снег с нее сами чистите! — Машина и правда стояла под окном и к концу декабря была уже обильно завалена снегом, у нас в Москве столько за пять лет не выпадает, сколько тут за месяц, или это так только кажется, потому что в Москве снег чистят.

— Ну Дим… — Она надула губки и посмотрела на меня трогательным щенячьим взглядом, но я был непреклонен. К тому же я сослался на то, что Бельского искать куда важнее, чем махать лопатой во дворе, она ведь сама сказала, что мне надо торопиться и вообще, в этом их Институте куча народу, кто с лопатой управляется лучше, чем я, мало было соловьевичей, так теперь там еще и тридцать три богатыря ошиваются, хмурые и молчаливые, пусть они копают. — Ну и ладно! — Смирившись с моим отказом, Василиса уселась за стол и грациозным движением взяла с тарелочку круассан. Спросите, как это? Да вот черт его знает, как можно брать круассаны грациозно, но у нее это получилось очень красиво, я аж засмотрелся. От взгляда Василисы это не укрылась и она, откусив кончик булочки, медленно язычком принялась слизывать заварной крем, которым он был начинен, при этом еще и всхлипнула, еле слышно, но мне пришлось закрыть глаза и, наверное, с минуту восстанавливать дыхание после этого зрелища.

— Дурачок! — Девушка победоносно посмотрела на меня. — Марья то к тебе заезжает? — Я неопределенно пожал плечами, все она прекрасно знает и так, после того как Искусница уехала, казалось, она забыла меня, ну еще бы у нее там заказы большие, куча любимой работы… И почему-то я уверен, что без Василисиного вмешательства тут не обошлось, очень уж ей не понравилось, что она не могла приезжать ко мне по утрам пить кофе с круассанами. Вот только вчера, Марья мне позвонила, и мы втроем с ней и Полинкой съездили на замечательный пикник, в ту самую деревню, где я летом искал ребятишек. Ну а что? Шашлыки, катание на горках, глинтвейн и горячий шоколад. Чудесный был день, но теперь мне похоже за этот чудесный день собираются предъявить.

— Не заезжает. — Слукавил я, ну а что, она и вправду ко мне не заезжала давно, забирал я их из интерната, туда же и отвез после пикника.

— Жаль. — С плохо скрываемым злорадством вздохнула супруга директора института. — Вы были красивой парой.

— Я отлично смотрюсь с любой из сотрудниц Института, я выгодно оттеняю их красоту своей обыденностью. — Она испытующе посмотрела на меня, но промолчала, говорить было больше особо не о чем, поэтому Василиса допила свой кофе, накинула на плечи пушистую белоснежную шубку и отправилась по делам, не забыв захватить ключи от «Оки».

Я же, нацепив на себя новую футболку, взамен разорванной, на этот раз на груди красовалась гордая надпись «Система падения», отправился на работу. Обещания обещаниями, а с должности меня пока не сняли.

— Шеф! — Приветственно помахала мне Варвара. Когда я спустился, она как раз заканчивала чистить свою машину от снега. — Доброе утро! Чего это у тебя лицо такое довольное? Гадость задумал?

— Доброе утро! — Не дал мне ответить появившийся из подъезда Виталий, вот так вот, внезапно мы стали соседями, и не только с ним, так же теперь в моем подъезде жил и Емеля и Римма, и я подозреваю, что Марья тоже тут купила квартиру, только никому про это не говорит, со мной ей жить было, на самом деле невыносимо, как и мне с ней. В итоге подъезд стал Институтским из посторонних, в десяти квартирах, нашего подъезда, теперь оставалась только вредная старушенция с первого этажа, которая и сейчас выглядывала из-за занавески. Кому принадлежали остальные пустые квартиры я не знал, но в какой-то момент, соседи стали съезжать повально, довольные выгодной сделкой.

— Дим! — Варька приобняла меня за руку, она часто так делала, привычный уже вроде бы жест, только я заметил краем глаза, что Виталий неодобрительно покосился на нас. — А зачем меня завтра в Институт вызывают?

— Мне то откуда знать. — Я пожал плечами, хотя и знал, Василиса буквально недавно открыла передо мной все карты.

— А тебя не вызывают? — Продолжала выпытывать у меня девушка, я отрицательно помотал головой. — Но ты же со мной поедешь? — Варька надула пухлые губки, да черт бы их всех побрал, у них что других способов воздействия на меня нет, кроме трепетных взглядов и частого моргания?

— Зачем это? — Я попытался высвободить руку, но она держала меня крепко.

— Нуууу… Моральная поддержка. — Она плотнее прижалась ко мне, а Виталий принялся яростно махать щеткой, сметая снег со своей машины. — Вдруг меня ругать будут?

— Обязательно будут! — Закивал я. — Работа в отделе налажена плохо, сотрудники весь день пропадают непойми, где, волк бабку Ирину загнал, старуха не справляется с выпечкой пирогов!

— Обнаглел? — Она мгновенно отпустила меня и больно стукнула кулаком в плечо. — Это все твои косяки, ты должен был наладить работу отдела. Сотрудники? Дисциплину трудовую, у нас, нарушаешь только ты. А про бабку Ирину с ее пирожками, я вообще молчу, она себе второй ряд золотых зубов уже вставила, ходит, как акула.

— Ну вот! — Я пристально глянул на нее. — Виноват я, а отвечать за все тебе. Я начальник, я отмазался! Так что, готовься к карам. А я с тобой туда ни ногой, потому что мне стыдно за то, что я тебя подставил, и мне не хочется страдать муками совести, пока тебя будут ругать. Лучше буду сидеть в теплом отделе, крутиться на кресле глядя в потолок и трескать пирожки с батоном, причем батон, это начинка!

— Фу! — Варька поморщилась, выпечка бабки Ирины с ее экзотическими начинками не нравилась в отделе никому, кроме волка, а так как пирожки покупал именно он, то брал их на свой вкус. Надо будет серьезно поговорить с этой вредной старушенцией, на тему не традиционных начинок в традиционной выпечке. — Дииим! Ну съезди со мной? А? Я слышала, что ты как лепрекон, удачу приносишь!

— Лепреконы деньги приносят. — Поправил я ее. — И кажется радугу, или что-то вроде того, я же приношу лишь суету и беспокойство. О! Ты, кстати, не в курсе, Институт лепреконов не воплощал? — Я попытался было соскочить с темы, но Варька была непреклонна.

— Завтра! Ты едешь со мной в Институт! — Ее пальчик уперся мне в грудь, вот интересно, если бы я так сделал, то это бы считалось сексуальным домогательством, а когда она, то нет. Вот же несправедливость.

— Ладно. — С показательной неохотой согласился я. Ну а что? Мне на самом деле не сложно, к Марье зайду, она мне вчера обещала зимний пуховик пошить, та куртка, что я купил в местном бутике, ее не устраивала категорически. — Но ты чистишь мне машину за это!

— Офигел? — Возмутилась девушка. — С моим ростом, твоего крокодила чистить неудобно, даже длинной щеткой.

— Я почищу. — Перебил ее Виталий, он как раз закончил избавлять от снега свой автомобиль, и после этого перешел к моему форанеру.

Варвара окинула меня победным взглядом, а я заинтересованно посмотрел на парня, ну не из мелкого же подхалимажа он сейчас сметает снег с моего авто, явно не передо мной пытается выслужиться, что-то между ним и Варькой происходит. Ох парень, не лучший ты себе объект для ухаживаний выбрал, не зря Варвара у нас Василисовна, вроде вся такая мягкая и ласковая, но уже завтра она станет начальником отдела, идет к своей цели как бронепоезд…

— Ой Виталь! Спасибочки! — Расплылась в улыбке девушка, после чего повернулась ко мне и по девчачьи показала язык. — Значит завтра, мы едем. — Она снова ткнула меня пальцем в грудь.

— Едем-едем. — Согласился я, надо будет завтра с нее проставу стрясти, за должность, и уточнить насчет лепреконов у Кощея, любопытно же, а ну как есть.

Несмотря на вчерашний снегопад, Караваев блистал чистотой, почищенные дороги, тротуары и даже парковочные карманы, куда мы поставили свои авто, все было вылизано до асфальта, и снег был лишь на газонах. Причем это был чистый беленький снежок, а не то, что соскребли с дороги и свалили, туда, чтобы сэкономить на вывозе. Нет! Караваев в этом плане идеальный город, отличные дороги, чистые улицы…

В участке нас встретил волк, сидевший напротив бледного мужичка в старомодном овчинном тулупе и валенках. Волк скалил зубы, мужик не шевелился.

— Доброе утро! — Радостно поприветствовал я собравшихся. — Это что у нас тут происходит?

— Это у нас тут вор. — Ласково оскалился волк.

— Я не вор! — Возмутился мужик. — Я просто пришел, смотрю, что кроме собаки нет никого…

— И поэтому он решил пошариться по ящикам. — Продолжил серый.

— Но ведь это тупо! — Я озадаченно пожал плечами. — В городе все знают, что у нас волк работает, что он сотрудник, что он почти разумный…

— В смысле почти. — Возмутился мой лохматый напарник. — Я совсем разумный.

— Совсем разумные пироги с пшеничными колосками не покупают. — Остановил его возмущения я. — Так что же это Вы? При свидетелях в отделе полиции и шариться по столам?

— Я не знал. — Нахмурился мужик. — Я ж не городской! Фермер я! И вообще, я бы ничего не украл, посмотрел бы и положил обратно, а за это статьи нет! Я знаю! Я в сериале смотрел!

— Ладно! — Махнул я рукой. — Так и быть, раз ничего не украл, прощу на первый раз. Но что Вас к нам привело то?

— Скотину у меня порезали! — Начал рассказывать мужик. — Вчера ночью, во время метели.

— Какой еще метели? — Не понял я. — Снег был, но метели никакой не было.

— Это у Вас в городе не было. — Буркнул фермер. — А у меня была, в одно мгновение небо потемнело, и поднялась жуткая метель, ветер выл словно стая волков, снега столько, что на улице свою же вытянутую руку было не видать. А утром я пошел скотину кормить, а там все мертвые.

— А мы тут причем? — Не понял я.

— При том! — Мужик ударил кулаком по столу. — Мне сват сказал, что если что-то непонятное происходит, то Институт виноват! А раз виноваты, значит платите.

— Если в этом вина Института, то он оплатит. — Я холодно улыбнулся мужчине. — Но только это доказать еще надо.

— Надо? Доказывайте. — Не унимался фермер. — Два десятка овец порезали, ни одна не выжила, мясо унесли, а кровью и кишками символы всякие выложили.

— Символы? — Заинтересовался я. Мужчина вытащил из кармана тулупа смартфон, и открыв фото, продемонстрировал мне, фотографии были мутные, фокусировки не было, и единственное, что можно было по ним понять, что на снегу была кровь. — Что-то не очень-то видно. — Нахмурился я и мои коллеги меня поддержали.

— Если мало, то сами езжайте и фотографируйте. — Я лишь кивнул.

— Варь, волк. — Я кивнул коллегам. — Поедемте, посмотрим на место преступления. Виталь, а ты пока прими заявление у гражданина. — Я незаметно кивнул Варваре и вышел из кабинета, привычно направившись к камерам.

— Дим! — Девушка проследовала за мной и уселась рядом на узкую лавочку в камере. — Вот ты мне скажи, у тебя на втором этаже отличный кабинет, просторный светлый с удобными креслами и столом, почему мы всегда секретничаем тут?

— Кабинет может прослушиваться! — Веско заметил я. — К тому же мне лень по лестнице подниматься, я все понимаю здание старое, архитектурный памятник и все такое, но блин, тут лестницы вообще не удобные, крутые и узкие, мне даже иногда кажется, что я когда-нибудь умру, упав именно с такой. К тому же, есть еще одна причина. — Я смущенно потупил взгляд.

— Ну-ка ну-ка, интересно? — Варька с улыбкой смотрела на меня, чем больше мы с ней работали, тем лучше она меня узнавала, и тем легче воспринимала мои глупые шутки.

— Я боюсь оставаться с тобой наедине! — Я горестно вздохнул. — Опасаюсь, что однажды не сдержусь и отпущу вожжи сдерживаемой страсти, и тот стол, станет для нас брачным ложем!

— Чушь! — Отмахнулась девушка. — В прослушку и то, что тебе лень подниматься по лестницам я поверю, в это уж извини, но нет. Я прекрасно понимаю, что твои детские комплексы и страхи никогда не позволят тебе даже близко подойти к такой девушке, как я, поэтому все, что тебе остается, сжимать вожжи страсти в крепком кулаке. — Вот же язва, я довольно улыбнулся в ответ на ее тираду.

— Что думаешь о нашем заявителе? — Резко сменил я тему. Такая манера вести разговор тоже уже стала традиционной для нас двоих, шутки, глупый флирт, быстрый переход на работу и так же обратно. Мне было комфортно работать с ней, ей, я надеюсь, со мной тоже. Все взаимные претензии и шероховатости в отношениях ушли за последнее время, и мы даже стали почти что командой… во всем, кроме дела Бельского, тут я подробностями не делился ни с кем, кроме птиц, да и с ними только потому, что был вынужден.

Дело в том, что в какой-то момент я устал от того, что моя квартира превратилась в проходной двор, казалось, что ключи от нее есть вообще у всех, Марья, Варвара, Василиса, волк, Виталий и даже Емеля, могли запросто и без приглашения наведаться ко мне, абсолютно не думая о том, что мне иногда нужно уединение. Поэтому, я приобрел одну из квартир в своем подъезде, денег, что я забрал у Гороха было достаточно, и я не думал ни секунды, купив ее, и оборудовав там свое тайное логово, личный кабинет, куда перетащил материалы по делу Бельского.

Почему про это знали птицы, да потому что от них ничего не скроешь, и однажды, пробравшись в свою тайную пещеру, я обнаружил их на кухне, дерущихся за бутерброд, который они притащили с собой. Оказалось, что им было любопытно, куда это я иногда пропадаю и они меня выследили.

Впрочем, против них я ничего не имел, их общество меня не напрягало и им не нужно было объяснять, когда я хочу побыть один, они у меня жуткие умницы.

— Заявитель… — Проговорила Варвара, вырывая меня из моих мыслей. — Он вполне может пытаться парить нам мозг, человек в городе бывает редко, он может быть не в курсе, что аферы с возмещением от Института, потеряли актуальность.

— Может быть… — Я почесал затылок. — Но съездить в любом случае надо. — Варвара лишь согласно кивнула.

Глава 2

Красота зимнего леса, пьянящая, завораживающая, шапки искрящегося снега на лапах вековых сосен, белоснежные сугробы, в которых можно утонуть по шею, а это морозное потрескивание, деревья словно переговариваются между собой.

Я стоял на опушке и полной грудью вдыхал ледяной воздух, все же обманчива чистота города, только тут, далеко от остальных людей, ты понимаешь, что там снег был серым, грязным, пропитанным выхлопными газами и смогом, а вот тут…

— Какая мерзость! — Варька вылезла из машины и встала рядом со мной. — Ненавижу холод и зиму, нет смотрится то оно может и красивенько, но весь этот мороз, промозглость и снег, который норовит забиться в ботинки и там растаять. Не люблю зиму!

— Не люби! — Щедро позволил ей я. — Где там волк?

— Бегает. Вынюхивает. — Пожала плечами девушка. — Ну что? Пошли к загону? Вон хозяин уже на нас не добро смотрит.

Мужик в полушубке и вправду поглядывал на нас с презрением, ну еще бы, приехали, городские, уставились в лес. Что они снега не видели, что ли? Он то и на этот снег, и на этот лес насмотрелся уже вдоволь, оттого и не понимал, моих чувств.

— Ну что? — Обратился он к нам. — Пошли смотреть?

Я кивнул и последовал за ним, ему то хорошо в валенках, ногам наверняка было тепло и уютно, а вот я в своих кроссовках, уже начинал страдать. Я глянул на Варькины ноги, она тоже была обута не по сезону, в осеннее, ну еще бы, никто из нас не планировал поездки на природу, а в машине или в помещении теплая обувь была лишней.

— Твою мать… — Выдохнула Варька, когда мы подошли к загону, на плотно утоптанном снегу повсюду были кровавые пятна, неизвестный хищник порезвился тут в ночи как следует, но главное, посреди загона, словно бы специально начертанный кровью и кишками, красовался косой крест, с перекладинами на каждом из лучей.

— Ну что? — Довольно уставился на нас фермер, сейчас он ликовал, увидев выражения наших лиц. — Я же говорил, ваших работа, как есть Институт, руку приложил. Местные бы так заморачиваться не стали, овец украсть это да, но вот чтобы так.

— Может это сатанисты какие… — Неуверенно пробормотал я, а Варвара аккуратно подергала меня за рукав.

— Дим! Можно тебя кое о чем попросить? — Я вопросительно глянул на нее. — Посади меня к себе на шею…

— Это еще зачем? — Вот и что ей пришло в голову? Ноги что ли замерзли и ей захотелось побыть подальше от земли?

— Сверху получится заснять этот петроглиф целиком. — Пояснила девушка. — Либо к тебе на шею, либо карабкаться на крышу сарая. Этому хлипкому строению я не доверяю, вот и выбрала тебя.

Я послушно присел на корточки, и девушка с явным удовольствием взгромоздилась на меня верхом, хорошо все же, что она такая кроха, весит не много, опять же когда я поднимался, она поплотнее стиснула бедра и теперь моим ушам стало теплее. Нет определенно завтра пойду к Марье, пусть шьет для меня зимнюю униформу.

Сверху раздалось щелканье камеры.

— Ну и как? — Нетерпеливо заерзал я. — Кадры получаются?

— Не торопи меня. — Потребовала девушка. — Все! Фотографий достаточно! А теперь! Вези меня в машину, а то холодно по этому снегу ходить.

— А ты не обнаглела? — Попытался возмутиться я.

— Вези говорю. — Она настойчиво похлопала меня по макушке, и я смиренно зашагал обратно, собственно, что мы тут могли еще увидеть? Следы нападавшего? Так их волк и без нас найдет, сейчас побегает по окрестностям, понюхает и все, наша миссия выполнена.

— Эй, а как же я? — Возмутился мужик, когда мы направились к авто. — Мне то, что делать?

— Овец сколько было? — Со вздохом остановился я.

— Два десятка. — Пожал плечами фермер. — Все что были.

— Мы изучим фото, установим виновных и, если к происшествию причастен Институт, Вы получите возмещение. Свои контакты Вы же при написании заявления оставили? — Мужик кивнул. — Ну вот и все. Разберемся, гражданин, с Вашей бедой.

Я отвернулся от фермера и бодро зашагал, снежок хрустел под моими ногами, а ладошки уютно лежали на коленках Варвары.

— Эх! — Мечтательно закатила глаза девушка. — Каталась бы так и каталась.

— Так Витальку попроси, — Не упустил возможности вставить шпильку я. — Мне кажется он готов тебя хоть всю жизнь вот так, на шее катать.

— Ревнуешь? — Она запустила ледяные ладошки мне за шиворот. — Правильно делаешь! Ну же! — Она плотнее сжала бедра. — Вези меня к машине и поскорее, а то чертов холод пробирает.

Я не ускоряя шага двинулся к машине, был, конечно, соблазн скинуть ее с себя прямиком в сугроб, ну а что, будет знать, как подгонять меня, а то смотри ка, она еще и по спине меня нахлестывает отогревшейся ладошкой.

Мы наконец то добрались до форанера, где я ссадил ее прямиком в салон. К тому времени, как я обошел машину, и сам, устроившись на водительском сидении, запустил двигатель и включил на полную печку, она уже успела скинуть с себя обувь и носки и теперь подставляла застывшие ноги под раструб печки.

— Вообще не греет. — Возмущенно пробормотала девушка. — А ноги застыли, сил нет.

— Двигатель успел остыть. — Я тоже нагнулся и принялся расшнуровывать кроссовки, так можно и ноги отморозить, а ведь это только середина декабря, и эта снежная задница продлится еще до… Сколько в Сибири длится зима? Вечно? Нет, где-то до марта или апреля.

— Сил нет терпеть! — Варька смерила меня оценивающим взглядом, потом резко повернулась на сидении, и я взвыл, эта мерзавка засунула мне свои ледяные ступни прямо под куртку и майку, и теперь собиралась греться о мое теплое беззащитное тельце?

— В честь чего воем? — Дверь открылась и на заднее сидение запрыгнул волк. — Полнолуние? Ууууууу! — Поддержал он мой вой. То ли от этого, то ли от того, что Варькины ноги быстро теплели, я замолчал и со злостью уставился на напарницу, которая с невинным видом только развела руками.

— Не делай так больше. — Недовольно ругнулся я на девушку, но секунду подумав, локтями поплотнее прижал ее ноги к себе, чем быстрее она согреется, тем быстрее уберется. Варька на это лишь благодарно улыбнулась мне. — Ну! Что нашел? — Я обернулся к волку.

— Это наши, Дим. — Обреченно вздохнул волк. — Вокруг загона ничего кроме снега, чужих запахов нет, только фермера этого сального.

— Почему сального? — Не понял я.

— Сало он с чесноком на завтрак жрал, судя по запаху вкуснючее! — Волк закатил глаза, а у меня рот наполнился слюной, мне внезапно дико захотелось сала, с кусочком черного хлеба и стопкой ледяной водки, причем хотелось именно не напиться, а ощутить этот вкус. — Ну так вот, что следов нет, это понятно, тут и правда метель была страшная, все следы, что есть, они с утра натоптаны, но дело то не в этом, запахов нет, и в загоне, все вытоптано, но вытоптано давно, то есть ночная метель будто бы обошла его стороной, чтобы оставить не тронутым знак.

— И кто такое мог учудить? — Я переводил взгляд с Варвары на волка и обратно, но те лишь пожали плечами.

— Может у Фрола Кощеевича спросить? — После осенних событий вера моей напарницы в то, что леший знает вообще все, что происходит в его лесу, была непоколебима.

— Варь! — Я осуждающе глянул на девушку. — Он же леший, он зимой в спячку впадает, так что, самим придётся управляться. Своими силами! Согрелась? — Я вытряхнул из-под одежды ее ноги и наклонился обуваясь.

— Ты чего? — Удивилась Варька. — Собрался куда-то? Я с тобой.

— Нет уж! — Хмуро отказал я девушке. — Тебя таскать надо, потом греть, сам справлюсь. Сидите тут.

Управился я быстро, даже ноги застыть не успели, пять минут и я снова запрыгнул в теплую машину держа в руках крупный плотный сверток.

— Чего это? — Заинтересовалась Варька. — Улики?

— Сало! — Разоблачил меня волк. — Вкуснючее… с чесноком…

— Нуууу. — По всему было видно, что девушка разочарована, она то думала, что я сейчас явлюсь с какими-то таинственными уликами, благодаря которым мы в считанные минуты найдем злодея. Впрочем, глаза ее тут же загорелись, но уже по-новому. — Угостишь?

Отвечать я не стал, закинул сверток через спинку заднего сидения в багажник и нажал на педаль газа.

— Фотки мне скинь. — Потребовал я, когда мы запарковались у отдела, Варька послушно потыкала в экранчик смартфона и мой телефон глухим гудением сообщил мне, что она прислала мне снимки.

Я сидел в своем кабинете на втором этаже и рассматривал фото, бывал я тут редко, мало того, что лестница мне не нравилась, так еще, тут было дико скучно, там внизу была жизнь, перепалки с Варькой, бухтение Виталия, рассуждения волка на тему достоинств тех или иных пирогов. А тут… Скука! Но именно скука и тишина мне сейчас и были нужны. Я пялился на фотографии с фермы и пытался вспомнить, где же я такое видел. Память подводила, и я глупо пялился на изображение.

В итоге я плюнул и набрал той, у кого по моему мнению было больше всего информации про порождения Института.

— Дима? — В голосе Василисы слышались веселые нотки. — Ты уже соскучился?

— Соскучился Василиса Андреевна. Соскучился! Внезапно понял, что ни секунды без Вас не могу. — Начал дурачиться я.

— Ой, да ладно. — Голос девушки внезапно стал серьезным. — Я ж не эта твоя наивная дурочка, говори, чего надо. — Про какую наивную дурочку она сейчас говорит, я понятия не имел, с утра она вскользь упоминала про Марью, но эту циничную холодную стервочку трудоголичку, уж точно наивной назвать было нельзя.

— Василиса Андреевна, у меня тут дельце образовалось, похоже на проделки кого-то из наших. — Да, все именно так, теперь Институтские стали для меня своими, окончательно и бесповоротно, в моем кругу совсем не осталось обычных людей, начинали было общаться с Сан Санычем, но он сам отморозился и начал считать меня чуть ли не монстром, вернее, предателем всего рода человеческого, пытался я строить какие то отношения с девушкой Аленой, но быстро понял, что со сказочными женщинами мне уютнее, они мозг выносят меньше и к отношениям подходят куда как проще.

— Дельце? — Повысила голос Василиса. — Дим! Мы про что с утра с тобой разговаривали? Какие к черту дела? Делегируй все Варваре! Немедленно! А сам займись Бельским! Дим! Я серьезно!

— Так Вы же сами сказали, что я буду следователем по особо важным делам. — Не согласился я. — А это, быть может оно самое.

— Я тебя убью при встрече. — Пообещала мне Василиса, но голос ее стал заметно тише, значит взяла себя в руки, странно вообще все это, раньше мне никогда не удавалось вывести ее из себя, а тут, смотри-ка, буря эмоций. И главное из-за чего? Из-за меня? Правда, что ли влюбилась? Это она зря, чувство ее безответно. Я вообще сомневаюсь, что люди за тридцать сохраняют способность влюбляться, цинизм и расчет убивают всю юношескую романтику и мы начинаем смотреть на других людей иначе, как на источник выгоды что ли. Дружба, и то меняет свое значение, а тут, любовь. Хотя вот к Яре, там да, я что-то испытал, что-то такое, что до сих пор вызывает на моих губах улыбку. А все остальные, они просто подруги… — Ну! — Оторвала меня от мыслей девушка. — Что тебе надо то? Кроме как меня побесить?

— Да вот. — Начал объяснять я. — Как я говорил, попалась сегодня задачка. Насвинячил кто-то из наших, отчет на возмещение, я уже в бухгалтерию отправил, но было бы не плохо выяснить, кто именно это сделал и приструнить паршивца.

— И? — Не поняла Василиса.

— И я не знаю, кого винить. — Пояснил я. — Он вроде как метку оставил, но я понять не могу чья она, уже все в голове перебрал, но не могу вспомнить ни сказку, ни былину про такое.

— А мне ты позвонил потом у что… — Иронично начала Василиса.

— Потому что, Вы. Василиса Андреевна, самая умная и красивая в Институте, у Вас лучшая память и Вы помните всех, кто в Караваеве живет и чем он живет. — Попытался подольститься я.

— Всех только отдел кадров помнит. — Хмыкнула она. — Я держу в памяти только тех, кто выгоден, либо опасен. Ладно, шли свою загадку, чем смогу, помогу.

Я оторвал телефон от уха и отправил фото Василисе.

— Фу. — Раздалось в трубке. — Это что? Кровь и кишки? Дим! Ну ты совсем дурак, мне такое отправлять?

— А что надо было? — Усмехнулся я. — Фото своей пипирки.

— Этого тоже не нужно. — Фыркнула девушка. — Я вообще считаю, что это тупость какая то, ну какую девушку может привлечь фото члена? Интересно, хоть кому-то на это ответили, что-нибудь вроде: «Какая красота, я выезжаю»! — И опять несправедливость, значит фото «пожарника», это тупо и нелепо, а то, что у меня полная галерея откровенных фото, которые она прислала, это эстетично, красиво и вообще флирт. — Нет, Дим, не знаю я этого символа, ни разу ни у кого не видела.

— Жаль. — Вздохнул я, на самом деле, я рассчитывал, что Василиса мне поможет, мы немедленно выясним, кто же это шалит и сделаем ему атата, ну что же, значит придётся копать дальше.

— Прости, что не смогла удовлетворить… — Василиса сделала многозначительную паузу. — Твое любопытство, я разошлю фото нашим, может кто чего и вспомнит.

— Спасибо огромное.

— Не за что. — Хмыкнула в трубку Василиса. — Ты же завтра у нас появишься? Не пропустишь вступление в должность своей подружки?

— А что? Планируется что-то торжественное? — Заинтересовался я.

— Да какое там, просто мне кажется, что ей приятно будет, если в момент ее триумфа ты будешь держать ее за ручку. — Хихикнула супруга директора Института.

— Приеду. — Уверенно заявил я, я и до ее вопроса решил, что поддержу Варьку в самый счастливый момент ее жизни, к тому же дела у меня в Институте, поэтому несмотря на то, что завтра у меня выходной, посвятить его Варьке я готов. — Нужно же посмотреть на новых секретарш Вашего мужа! Заценить, так сказать, тела и души.

— Вот ты гад. — Лениво протянула Василиса. — Все тебе мало. Ладно! До завтра!

Василиса положила трубку, а я снова уставился на странный символ, ну вот не могу понять, что, то есть в этом знакомое, и это совсем не связано со сказками, вроде такие символы рисуют разного рода родноверы и психи косплеящие викингов? Ну да… Точно, их тема, только простовато выглядит, всего то буква «Х» и палочками на концах, а тем в амулетах нужно что-то посложнее, позабористее, чтобы значится издалека могущество было видно. Хотел было поискать в интернете, когда дверь открылась и в образовавшейся щели возникла голова Варвары.

— Шеф! Есть пойдем? — Я посмотрел на часы ну да время к вечеру, обед мы пропустили, пока катались.

— Борща хочу! — Заявил я напарнице. — Но только домашнего. Варь! Ты борщ готовить умеешь?

— Не! — Отрицательно помотала она головой. — За готовкой, это тебе к Марье, вот съедетесь снова и будет тебе борщ домашний, а я предлагаю плов в кафешке, от повара с волосатыми руками и сомнительными представлениями о гигиене. Поехали?

— Как от такого можно отказаться. — Пожал я плечами и засобирался, возвращаться на работу я не планировал, не знаю уж как Варька, но я на сегодня уже наработался.

— Шеф? — Мы сидели друг напротив друга за дешевым пластиковым столом и перед нами дымились тарелки с пловом, порции тут были огромные, еда вкусная, а цены низкие, поэтому то мы и питались тут часто. Нет Институт платил хорошо, особенно мне, особой нужды в деньгах мы не испытывали, но мы как-то неосознанно приучили себя экономить. Я поднял взгляд на Варвару.

— Что? — Ну конечно, я не слушал того, что она мне говорила, как только мы сели, сначала я думал о том, что хочу есть, потом, что плов тут не плохой, а вот слова своей напарницы пропускал мимо ушей.

— Я говорю, не стоит ли поставить в известность местные власти? Ну по поводу инцидента на ферме?

— Так это вроде чисто наше дело. — Я втянул ноздрями горячий пар, исходивший от блюда. — Не знаю, как тебе, а мне с Орловым лишний раз общаться просто не хочется.

— Вы знаете, что он собрал вокруг себя кружок единомышленников? — Варька с удовольствием смотрела как я ем, но сама к плову не притрагивалась. — Назвал это «Отряд самообороны».

— Да? — Удивился я. — И чем они там занимаются?

— Тренируются. — Пожала плечами девушка. — Физическая подготовка, к тому же у них проходят собрания, где активисты движения рассказывают неофитам о том, какое зло Институт. У них уже десятка два бойцов, многие караваевские полицейские в их рядах.

— Хотят развязать войну? — Нет я видел, что изо дня в день с Орловым становится все сложнее и сложнее общаться, из разумного холодного человека, он превратился в истеричку, к тому же эти его завиральные идеи про «городских» и «институтских», про противостояние, заговор, и мне было грустно осознавать, что причиной этих изменений мог быть я.

— Я не знаю. — Пожала плечами Варвара. — Я пыталась вызнать сама, просила знакомых, покрутиться в их кругу.

— Валеру Чекалина? — Ехидно уточнил я. Вот и зачем я это сейчас ляпнул? Ну да, я прекрасно знал, что Варвара, время от времени, встречается с этим изрядно побитым жизнью, пожилым, женатым мужиком, служившим когда-то в полиции, все же стены у нас тонкие и слышимость отличная. Но зачем я сейчас у нее это спросил.

Варвара смерила меня насмешливым взглядом.

— Его самого. И он сказал, что они там все долбанутые по голове. То ли сектанты, то ли экстремисты, он такое в девяностых видел, когда нацисты молодых пацанов вербовали в ряды бритоголовых. Мозга нет, одни лозунги и уверенность в собственном превосходстве.

— И что делать будем? — Уточнил я. — Хочешь, я птиц попрошу они их проклянут, не сильно, так недели на две сверхскоростного поноса?

— Не вздумай. — Лицо девушки стало очень серьезным. — Наоборот, мы вообще не должны их трогать, если разгоним силовыми методами, это только добавит им популярности в городе.

— Нет, я определенно не понимаю. — Я аж отодвинул от себя тарелку, Варька вопросительно подняла на меня взгляд. — Институт приехал в умирающий город отстроил его, дал людям работу, дал условия для жизни, построил всю необходимую инфраструктуру, им даже гуся в пруд запустили. Чего еще не хватает? Зачем все эти дрязги, склоки, отряды самообороны?

— Они боятся, Дим! — С грустью пояснила девушка. — Это для тебя мы обычные, ты видишь нас каждый день и привык к тому, что есть говорящий волк, к тому, что я могу волосами пользоваться, как человек паук паутиной, к тому, что твоя подружка может в любой момент, даже в самый интимный обернуться диким зверем. — Я вздрогнул, и Варька хитро посмотрела на меня. — Она никогда так не делала? — Я насупился, это не ее дело. — Мы для тебя обыденность, а для них неизвестность, а все непонятное, оно пугает.

— Меня вы тоже время от времени пугаете. — Не согласился я. — Вот сегодняшняя ситуация, я не могу сказать, что картины кровью на снегу стали для меня обыденностью.

— Это скорее исключение из правил, среди нас, так же как среди обычных людей встречаются сумасшедшие… — Она мгновенно прикусила язык, поняв, что сболтнула что-то не то.

— Да? — Заинтересовался я. — И что же с этими сумасшедшими происходит? Насколько я знаю, Вы никого не убиваете. — Ну да, этим для них последний раз занимался я. Убив Гороха, я два месяца трясся, что за мной прейдут и покарают, а на деле, все сделали вид, что ничего не произошло.

— Мы не убиваем. — Кивнула Варька с неохотой. — Решением подобных вопросов занимается Яга. По сути, она штатный киллер Института… Прости, — Она потупила взгляд. — Я знаю, что ты с ней был близок. — Я ничего не сказал, ну не стану же я говорить, что я до сих пор с ней близок, несмотря на то, что мне запрещено общаться с Ярой, несмотря на то, что прошло много времени, нет-нет, бывает, я паркуюсь перед пустырем, который вижу на месте ее гостиницы и просто смотрю, лелея маленькую надежду, что вот сейчас откроется дверь форанера и она стряхивая снег со своих зимних сапожек усядется ко мне на пассажирское сидение, мимоходом чмокнет меня в щеку и скажет ехать отсюда куда подальше.

Она убийца, да плевать, я сам убийца. Орлов был прав, я менялся, если, раньше приведя людей, заслуживавших смерти на казнь, я мучался совестью, страдал и переживал, то теперь, застрелив человека, я даже не напрягался, я только знал, что поступил правильно. Или может быть роль играло то, что я убил своими руками не человека, а порождение Института? Может, я как тот же Орлов, подсознательно делю окружающих на настоящих и выдуманных?

— Эй! — Варвара довольно грубо толкнула меня выводя из потока мыслей. — Ты вечно зависаешь если при тебе Ягу упомянуть. Я как-то даже эксперимент проводила, для интереса, говоришь при Диме, Яга, и он зависает на три минуты.

— Прости. — Смутился я. — Так, о чем мы говорили? Ты предполагаешь, что это кто-то из тех институтских, кто проскочил через психологические тесты и теперь поехал головушкой?

— Я не знаю. — Пожала плечами девушка. — В головах многих из нас творится что-то странное, у нас есть канон, которому мы обязаны неотступно следовать, может у кого-то необходимость вот такие обряды совершать? Как по мне, если все ограничится бедными овечками, так и черт бы с ним, Институт не обеднеет, а человек не виноват в том, что у него такая необходимость в жизни.

— Ну не скажи. — Не согласился я. — Найти его мы обязаны, хотя бы для того, чтобы знать, в нашей епархии есть тот, кто способен на такое, если у него есть необходимость, значит заложим в бюджет покупку ему овец. Пусть он рвет своих, а не вредит населению, а то непорядок получается же. Может это какой оборотень? — Мысли мои все крутились вокруг кровавых следов на снегу. — Тогда раз в месяц в полнолуние у того же фермера пусть ему Кощеи и покупает по овечке.

— Не, точно не оборотень. — Отмахнулась Варька. — Я когда в общаге жила, был там парень один, волкодлак, так он когда из душа по коридору шел, такая вонища стояла, жуть, мокрая шерсть все же, волк бы такого точно учуял. Но вообще ты прав, найти виновника обязательно нужно. Порядок есть порядок. — Она внезапно замолчала. Я сидел и изучал ее, а она пристально смотрела на меня.

— Дим! — И снова надутые губки и частое моргание длинными ресницами. — Ты мне так и не сказал, зачем нас завтра на ковер вызывают?

— Не нас, а тебя — Я вернулся к плову, тот уже остыл, и был не так приятен, нет ну вот чего ее прибило со мной общаться, пока я не поел? — Со мной у них все понятно, меня просто премируют, даже не уведомляя, а вот к тебе вопросики, так что готовь попец, будет тебя завтра начальство шлепать.

— У меня одно начальство, это ты. — Возмутилась Варвара. — А если ты попытаешься меня шлепать, я тебе руки сломаю, тоже мне придумал.

— Ладно-ладно. — Я поднял руки в примиряющем жесте. — Не буду я тебя шлепать, даже если попросишь, а теперь, давай уже пожрем в конце то концов?

После позднего обеда, каждый из нас отправился по своим делам, Варвара в отдел, я же, заявив, что работа для не красивых, поехал домой, ну вот смысл мне возвращаться? Посидеть час в кресле с умным видом? Спуститься к Емеле посмотреть котиков в тарелочках? Нет, с появлением Варвары и ребят, мое присутствие в отделе практически утратило смысл. А вот дома, там да, там сериал не досмотрен, чай недопит, и подушка, она же по мне так скучала.

Привычно озираясь, я поднялся на свой этаж, на этот раз засады не обнаружилось, я открыл дверь и вошел в коридор, как ни странно, никто меня не вышел встречать с громкими и радостными «Дима! Дима! Дима!», непорядок, странно это. Следующая странность обнаружилась на вешалке, длинная белоснежная пушистая шуба, на вид очень дорогая.

Я тут же натянул на руки громовые перчатки и тихо вошел в кухню…

— А однажды! Мы у тетки заколку украли. — Донеслось из кухни. — А Юнка, дура тогда…

— Сама ты дура! — Возмутился другой голос.

— Вы обе дуры! — Третий голос еще не успел договорить фразу как разговор сменился звуками шумной драки. Я с облегчением выдохнул и сняв перчатки вошел на кухню.

Глава 3

Васька с радостным писком повисла у меня на шее и принялась страстно целовать всем своим видом демонстрирую, как она соскучилась по мне, а может и вправду соскучилась, тогда почему даже не писала эти пару месяцев?

Мы с ней виделись последний раз, когда я ей деньги передавал, после всей этой канители с Горохом, и мне тогда показалось, что деньгам она рада куда как больше, чем мне.

Тогда, два месяца назад, я отметил, что девушка изменилась, причем не в лучшую сторону, она стала более меркантильной что ли, цинизма и алчности в ней добавилось.

— Димк! Я соскучилась. — Она чмокнула меня в кончик носа. — Ты бы знал, как я по тебе скучала. — Я так же сообщил ей, что скучал по ней, и это даже была правдой, Васька для меня осталась все той же умной, обаятельной и непосредственной блондинкой, которую я пытался спасти от не здоровых отношений.

Я взял девушку за плечи и осмотрел ее, да уж, большой город явно пошел ей на пользу, дорогой макияж, дорогой деловой костюм, дорогой парфюм, что-то мне подсказывает, что парфюм не уступает тому, которым пользуется ее тезка, Премудрая. Васька стала дорогой, вернее очень дорогой девочкой. Бизнес-леди.

— Ну что ты на меня так смотришь? — Показательно смутилась она, я ей даже почти поверил, почти… Пройдет еще пара месяцев, и она научится играть совсем уж убедительно, а пока… чуть не та интонация, чуть не то выражение глаз…

— Любуюсь. — Улыбнулся я. — Где та наивная девчушка в коротенькой юбочке, которую я встретил впервые. Вась, ты восхитительно выглядишь, тебе очень к лицу и новые вещи и…

— Ой, Дим! — Отмахнулась она. — Это просто бабки! Они всем к лицу, вбухай в любую девчонку с улицы столько, сколько я каждую неделю оставляю в салоне красоты, и она будет выглядеть не хуже. — Тут она лукавила, Васька была одной из самых красивых женщин, что я видел в своей жизни, даже без всякого макияжа, уж я то ее видел и с утра, совершенно без косметики и даже зареванной с опухшими веками и красными глазами, она в любом виде была восхитительна, сейчас, она была скорее… ухоженной, лощеной.

— Я так понимаю, дела идут хорошо? — Усмехнулся я.

— Дела идут. — Отмахнулась девушка. — Институт зарабатывать не дает, но на нем свет клином не сошелся. Новосибирск идеальный город, ты представляешь, там можно просто взять денег из бюджета города, ничего не делать или даже немножко навредить, и тебе ничего не будет. Я тут контракт получила, на украшение пешеходной улицы, семнадцать миллионов, так мы просто повязали на фонари три ленточки и все, деньги в кармане, правда пришлось половину отдать, но все равно, деньги на ровном месте.

— Ох Васьк, — Я с тоской посмотрел на девушку, ну что же ее тянет то всякое мерзкое, это сейчас ей ничего не будет за эти ленточки, а потом придёт новая власть, которая сама захочет их повязывать, и на нее всех собак повесят.

— Да не переживай ты. — Угадала она мои мысли. — Но вообще, мне очень льстит, что ты за меня волнуешься. Я уже как-то отвыкла от того, что не всем на меня наплевать.

— Ой да ладно. — Я прижал ее к груди. — Ну кому на тебя наплевать то? Вокруг тебя куча любящих людей, даже Ванька…

— Мы разводимся, Дим! — Она подняла на меня взгляд и лучезарно улыбнулась. — Я его бросила. Почему и в Караваев приехала, надо с Институтом кое какие вопросы утрясти, а потом я обратно в Новосиб.

— Ну и молодец. — Я погладил ее по голове. — Давно пора.

— Я и сама сейчас не понимаю, что меня с ним держало. — Пожала она плечами. — Вокруг полно мужиков, умных, богатых, заботливых, которые готовы мне ноги целовать, лишь бы я бросила на них взгляд, а я тратила время на этого…

— Ты была молода и глупа. — Объяснил я. — Проблема всех Институтских, вы появляетесь в этот мир взрослыми, но не опытными, и делаете ошибки свойственные юности, вот и ты, связалась с плохишом красавчиком.

— А потом я встретила тебя. — Заворковала она, ох не спроста все эти телодвижения не спроста, эта новая Васька, она сейчас в той стадии, когда просто так не делается ничего, это та пылкая и юная, она была откровенна со мной, может через год она снова изменится и поймет, что дружба и человеческая теплота важнее материальных ценностей и тогда я снова смогу воспринимать ее слова за чистую монету, а сейчас, я видел перед собой Ваську расчетливую, Ваську карьеристку, ищущую выгоду. Поэтому и не верил, ни ласковым словам, ни нежным прикосновениям, ей было что-то надо от меня.

Вообще очень интересно было наблюдать за институтскими, все эти этапы взросления, все это смущение и познание жизни экстерном. Та же Варька, когда я ее встретил, она строила из себя непойми что, вся такая деловая, как ребенок старающийся показать родителям, какой он хороший и положительный, сейчас, она больше подросток, ошибки, эмоции, познание мира. Или Василиса, когда мы встретились, она была в той стадии, что сейчас Васька, холодная, расчетливая стерва, а теперь вон, к ней пришло осознание, что без духовной близости ей не комфортно и она ищет ее во мне.

Полноценной и целостной личностью, мне представлялась только Марья, минимум эмоций, предельно откровенна в своих желаниях и действиях, сложившаяся личность, которая точно знает, чего хочет именно здесь и сейчас и берет это, не заморачиваясь на душевные метания, а остальные… растущие организмы блин.

— Дим? — Привлекла к себе мое внимание Васька, и я понял, что вот он тот самый момент, сейчас она скажет, чего ей надо, вот только я тоже умею играть в эту игру, я тоже повзрослел и изменился. Теперь, прежде чем я позволю просто попытаться с меня что-то поиметь, я возьму предоплату, и возьму ее по максимуму.

Я приложил указательный палец к ее пухлым и мягким губам, останавливая ее вопрос и увлек девушку в спальню. Ну а что, все по-честному, она решила использовать меня, я использую ее, взаимная выгода.

— Мне нравится, когда ты такой. — Ее голова лежала на моем животе, а руки крепко обнимали бедра. — Сильный, властный. Просто захотел и взял, что посчитал нужным. — Было видно, что сейчас она не играет, после секса ее пробило на откровения. — Там. — Она махнула рукой. — В Новосибе, за мной увивается миллион мужиков, богатые, при власти, иногда жестокие в жизни, но они в основном мямли, Василисонька-Василисочка. — Передразнила она кого-то. — Тьфу. А вот так… Я, наверное, и запала на тебя после того, как ты меня впервые просто уткнул лицом в подушку и трахнул без разговоров.

Я не отвечал, говорить особо было нечего, все это я знал и так, как знал и то, что с ней нужно быть таким постоянно, чтобы держать в узде, а у меня так не получится, все же в постели я предпочитал нежность и ласку, а это… разнообразия ради. Ну и немного из вредности, не просто так ко мне явилась сегодня девушка, не по дружбе и не потому, что скучала, она видела во мне выгоду, еще в прошлый раз, когда я привозил ей деньги, я засветил, что у меня их полная коробка, и она пыталась всеми силами получить с меня помимо своих ста тысяч долларов, еще и бонус. Вот и сегодня, по всей видимости, она приехала сюда, зная, что та коробка никуда не делась. Ну куда, честное слово, в Караваеве тратить такие деньги?

— Ты когда обратно? — Перебил я девушку, та глянула на меня настороженно.

— Ты мне не рад? — В голосе ее прозвучала обида, настоящая, не поддельная, уж это то я отличить мог.

— Рад. — Усмехнулся я. — Просто думаю, если ты надолго, то надо за зубной щеткой сходить в магазин и продуктов на завтрак прикупить.

— А! — Заметно успокоилась она. — Не. Я так, поздороваться заехала, планировала еще до ночи домой вернуться, а тут ты со своими страстными порывами. Дим! — Она подняла на меня свои огромные голубые глаза. — А ты не хотел бы вложиться в одно дельце? Верная прибыль.

— Что за дело и сколько надо? — Денег мне жалко не было, открытая коробка с ними пылилась в кладовке, еще одна не распечатанная стояла в квартире на третьем этаже, что с ними делать я и вправду не знал. Тратить их тут некуда, да мне ничего и не было нужно, использовать, чтобы скрыться от Института… Чтобы скрываться, нужно иметь денег больше, чем у того, кто тебя ищет, а тут даже будь у меня была полная кладовка денег, шансы у меня были бы нулевые.

Нет, они до сих пор показательно ищут Розу с Бэллой, но это именно, что показательно, никому они не нужны, пропали и ладно, все равно, не понятно, что с ними делать, если найдут. Со мной же ситуация иная, я не институтский…

— Строительство. — Хмыкнула Васька. — У меня есть знакомые, они могут выделить мне участок под малоэтажную жилую застройку. Но у меня не хватает оборотного капитала для того, чтобы начать этот проект.

— Сколько, Вась? — Я погладил ее по голове.

— Миллион долларов. — Неуверенно выдохнула она, я в ответ лишь хмыкнул, самое забавное, что у меня была такая сумма, и я готов был прямо сейчас с ней расстаться, как я уже говорил, эти деньги были мне не нужны, только место занимают, но вот сумма уж больно не серьезная, это только звучит красиво, миллион долларов, а на деле, это пшик, не хватит даже одну жизнь прожить в комфорте и безделье, по сути, цена одной, пусть и очень элитной квартиры.

— Сумма не серьезная для того, чтобы в строительство заходить. — Озвучил я свои мысли.

— Так я тоже вложу столько же и мои партнеры… — Девушка начала волноваться, она даже не рассматривала вариантов, что я смогу ей отказать. Эх Васька, напарят тебя твои партнеры…

— Я дам тебе денег. — Махнул я рукой, и девушка аж подпрыгнула от радости. — И еще. — Я остановил ее. — Я снова скажу тебе то же, что говорил и про твои проблемы с Иваном. Даже если у тебя ничего не получится в бизнесе, если партнеры окажутся сволочами, если ты прогоришь. Знай, у меня ты всегда найдешь поддержку и кров. — Девушка очень внимательно посмотрела на меня и лишь кивнула. Надеюсь… Я очень надеюсь, что она, как и Василиса перерастёт этот период, хитрой алчной стервочки и вернется ко мне той самой веселой и умной блондиночкой, которая мне так нравилась, а если это будет стоить мне всего миллиона долларов, то не так уж и высока цена.

Тем более, что эти деньги я не зарабатывал, пришли на халяву, пусть так же легко и уходят, не жалко!

Василиса умчалась в ночь прижимая к груди увесистую сумку и пообещав написать, как доедет. Я проводил ее и сейчас стоял, смотря вслед уносящимся габаритным огням. Опять начинался снегопад, да что же это такое, опять завтра машину чистить. Я закрыл глаза и вдохнул морозный воздух.

— Шеф? А Вы чего тут? — Ко мне подошел Виталий, он как раз запарковался перед подъездом и вытаскивал с пассажирского сидения большой сверток, в котором угадывался букет цветов, завернутый в оберточную бумагу.

— Да вот. — Улыбнулся я, на душе у меня сейчас было тоскливо, не из-за денег, из-за Васьки, я понял, что скучаю по ней, по той, Ваське с которой познакомился этой весной. — Вышел проветриться, подышать свежим воздухом.

— Смотрите, простудитесь еще. — Пробормотал Виталя.

— Варваре цветы? — Сменил тему я, и кивнул на сверток. Виталий не ответил лишь густо покраснел. — Молодец! А я вот так и не научился дарить девушкам цветы, не переборол в себе убеждение, что это глупость, пустая трата денег.

— Зря! — Покачал головой мой коллега. — Они цветы любят, хоть и не едят их, это для них, как жертвоприношение, а любая женщина хочет себя почувствовать богиней.

Снег все усиливался, да еще и ветер поднялся, казалось, в нем слышится далекий вой, словно какой-то неведомый монстр изливает свою тоску метели.

— Ладно! — Махнул я рукой. — Пошли уже, а то застудишь свой дар богине, и она его не примет.

— Шеф! — Виталий внезапно остановился на четвертом этаже, и я вынужден был остановиться вместе с ним. — А у Вас с Варькой ничего нет?

— Да нет-нет, не переживай. — Я хлопнул его по плечу. — Действуй парень, смелее и настойчивее, главное не скатиться в своих порывах до глупости и преследования, а я тебе тут не конкурент, Варька меня не любит.

— Да конечно. — Впервые на лице Виталия я увидел ехидство, злое такое, недовольное и не приятное, он ревновал меня и ревновал сильно, хорошо, что я с завтрашнего дня перестаю быть его начальником, иначе, такое чувство могло бы помешать работе. — Она Вам чуть ли не в рот заглядывает, а еще, она всегда прическу поправляет, перед тем как Вы приезжаете. Вот!

— Между нами ничего нет. — Отчеканил я и обойдя здоровяка направился к себе, ох уж мне эти шекспировские страсти, мне вот только не хватало, чтобы этот Отелло меня придушил в приступе ревности. А Варька…Эх, в пролете Виталик тут со своими цветами, ей другой нужен, роковой, сильный, умный, наглый и равнодушный, не зря она с Чекалиным хороводится, этот как раз ее тип, если б не разница в возрасте, у них бы легко все сложилось. А Виталька, он романтик, цветочки вон потащил, лучше б три бутылки шампанского и две пачки презервативов купил, тогда бы хоть заинтересовал богиню. Я ухмыльнулся своим мыслям, нет тут я тоже не прав, Варвара пока еще недостаточно цинична, вот через полгода, год, тогда да, а пока…

Птиц я застал на кухне уплетавших бутерброды из черного хлеба с салом, с моим салом, с тем самым, что я привез с фермы.

— Дима! — Они подняли ко мне личики, испачканные темными ржаными крошками.

— Девочки! — Кивнул я. — А ну ка, сделайте мне таких же бутербродов. И чаю! — Если честно, я не рассчитывал на то, что они меня послушаются, но нет, уже через минуту, передо мной оказалась дымящаяся кружка и пара бутербродов. — Как дела? Что в городе слышно?

— Да что там может быть слышно. — Надулась Юна. — Там холодно ветрено и снежно!

— А еще в меня камнем кинули. — Возмутилась Алька. — Представляешь? Вот прям камнем. Вот прям в меня. Я еле увернулась.

— Кто посмел? — Удивился я. — Мальчишки? Почему ты сразу мне не сказала?

— Мужик! Бородатый. — Продолжила жаловаться птица.

— Узнать его сможешь?

— Смогу. Он на рынке, рядом с вокзалом торгует.

— Покажешь мне его. — Нет, ну это уже ни в какие ворота не лезет, девчонки маленькие, их камнем и убить можно, так что это покушение. Завтра же выкачу претензию местным, агрессивные действия должны караться. Сделав себе пометку, завтра же позвонить Орлову, я допил чай и отправился спать.

Постель все еще хранила запах Васьки, запах страстной женщины и в сон я провалился с мыслями о ней, интересно, увижу я ее еще когда-нибудь? Вряд ли она появится до весны, до того самого дня, когда я предстану перед Кощеем…

— Проснись и пой! — Меня схватили за плечи и принялись трясти, вот и откуда в этой маленькой девчонке такая силища, а главное зачем она применяет ее ко мне? Я глянул в окно. Темно! До рассвета еще далеко, раннее утро или поздняя ночь, суббота, а меня тут будят, нагло и беспардонно.

— Варь! — Буркнул я, и попытался снова закрыть глаза.

— Просыпайся говорю. — Она не переставала меня трясти. — Сам виноват, вот сказал бы вчера все, что знаешь, я бы не мучалась от неизвестности, и спали бы оба спокойно.

— Варь! — Снова попытался остановить ее я. Девушка все же выпустила мое безвольное тельце из рук и я, потянувшись взял телефон, цифры на экранчике сообщили мне, что на дворе шесть утра. — Варь! — В моем голосе была вся мировая скорбь. — Суббота! Утро! Ну вот зачем?

— Затем. — Она с ногами взобралась ко мне в постель, при этом полы ее длинного махрового халата распахнулись, представив моему взору кружевные трусики.

— Отличные труселя! — Кивнул я. — На рынке брала?

Она проследила куда я указываю, мгновенно покраснела и запахнула халатик.

— Идиотина! — Она секунду раздумывала не отвесить ли мне еще и подзатыльник, но решила, что я и так на голову слаб, а если меня по ней еще и бить, то будет совсем грустно.

— Так чего ты приперлась? — Вернулся я к теме нашего разговора.

— Я заснуть не могла, решила, что и ты тоже не сможешь. У тебя пожрать чего-нибудь есть? — Что-то не нравилось мне ее поведение, слишком много энергии, слишком хаотично все.

— Варьк! Ты под наркотой что ли? — Я ухватил ее за руку, насильно усадил рядом с собой и оттянул веко, проверяя зрачок.

— Что? Нет! — Как ни странно она вообще не сопротивлялась, принимая все мои действия, как должное. — Вчера зелье приняла, ну чтобы отчеты все доделать перед встречей с начальством, мне его Злата дала, оно лучше, чем стандартное зелье бодрости.

— Что? — Я чуть в голос не заорал, эти Златины эликсиры… Нет она и вправду была талантливым зельеваром, я даже как-то брякнул, что она местный Северус Снейп, за что получил от ведьмы в ухо. Вот только она была склонна к тупым розыгрышам, даже больше, чем я. В свое время, она вылечила меня одной из своих микстур, леченье то прошло на ура, вот только после этого, мой инстинкт размножения затмил способность здраво мыслить, и хорошо, что мне в тот момент под руку попалась девчонка и хорошо, что знакомая, иначе бы казус мог выйти. — Так! — Я внимательно посмотрел на девушку. — Как себя чувствуешь? Голова не болит? Хвост не ломит? Противоестественных желаний нет? А естественных?

— Да чего ты ко мне пристал? — Девушка вывернулась из моих рук. — Все хорошо, просто энергия прет, куда девать не знаю.

— Энергия из нее прет! — Матюгнулся я. — Я тебе сколько раз говорил от этой ведьмы подальше держаться? Ты прикинь, каким откатом тебя накроет после этого? Нам на ковер, с важными людьми разговаривать, а ты либо как дурочка будешь кругами бегать, потому что из тебя прет, либо уснешь!

Я схватил телефон и набрал Злату.

— Да… — Ответил мне заспанный голос. — Дим! Если это не вопрос жизни и смерти, то иди в задницу! Ты время видел?

— Это вопрос жизни и смерти! — Проорал я в трубку.

— Что? — Она проснулась мгновенно. Вот только она была сонная и вальяжна, и тут же волнение, собранность. — Ты живой? Ты в Институте? Мне хватать аптечку и бежать? Ты один?

— Не настолько срочно все. — Успокоил я ведьму. — Ты что Варьке дала, мерзавка?

— Что я Варьке дала? — Голос снова становился вальяжным. — Крем от морщин, смазку повышающую чувствительность… Стоп! Твое какое дело? И какого черта ты вообще с Ключницей? Я этой стерве волосы вырву!

— Да не той Варьке, а моей… Тьфу! Красе! Что ты дала Варваре Красе? — Принялся объяснять я.

— Твоей значит? — В ее голосе промелькнули не добрые нотки.

— Да я не в том смысле! — Сорвался я, вот только этого еще мне не хватало, сцены ревности от Златы, которую я вообще старался избегать после истории с Горохом. — Она приперлась ко мне с утра вся на взводе, носится тут кругами, словно ребенок, пережравший сахара.

— Да ничего такого. — Возмутилась ведьма. — Клянусь. Она ж мне почти как родная, ну… — Она задумалась. — Как двоюродная. — Обычное зелье бодрости, эффект только чуть сильнее и побочных в разы меньше, она сказала, что ей надо поработать, ну я ей и дала пузырек с запасом.

— С каким еще запасом?

— Я ж ей говорила, три капли на десять килограмм веса. — Ведьма явно раздражалась с каждой минутой все сильнее, утренний разговор в выходной, кого угодно из себя выведет. — Этой тощей крохе того пузырька должно было раз на пять хватить. — Я оторвал трубку от уха и посмотрел на Варвару, та ходила из угла в угол спальни, при этом постоянно поворачивая голову, чтобы держать меня в поле зрения. — Варюш. А где пузырек, что тебе Злата дала?

— Так выкинула. — Взмахнула руками девушка. — Чего его хранить, пустой то?

Я глубоко вздохнул и снова приложил трубку к уху.

— Златочка, милая. — Мой голос просто сочился медом. — А вот если предположить, что твоя троюродная родственница, не следовала инструкциям и выпила все разом? Ну как обычное зелье.

— Мне нравится, когда ты называешь меня «милой» — Проворковала в трубку ведьма. — Но в принципе, если она натурально употребила разом весь пузырек, то ее надо на стадион, пусть денек побегает, спустит пар.

— А если допустить, что у нее через три часа важная встреча с руководством Института?

— Чего? — Злата заливисто и искренне расхохоталась. — Ну тогда я бы на эту встречу билеты продавала. — Она все еще давилась смехом. — Короче привози ее ко мне. Приведу в порядок твою подружку! Но учти! Ты будешь мне должен свидание.

— Злат! — Попытался выкрутиться я. — Ну ты же знаешь, что между нами не может быть ничего серьезного.

— На кой черт мне твое серьезное. — Снова рассмеялась она. — Если я схожу с тобой на свидание, а Ключница нет, ты прикинь как она беситься будет? Ей пренебрегли, ею побрезговали! Ты не представляешь, как это весело!

— Хорошо! — Согласился я. — Но только ресторан и целомудренная прогулка за ручку по парку.

— Вези уже свою беспокойную давай. — Злату явно веселила ситуация. — Время уходит. Чтобы столько энергии спустить нужен минимум час!

Добрались мы до Института за пол часа, это с учетом того, что нам нужно было одеться и по-быстрому почистить машину, чертов сибирский снег, становился ежедневной проблемой.

Злата распахнула перед нами дверь, вставая в картинной позе, и без того полупрозрачный халатик распахнут, под ним лишь малюсенькие трусики, она оперлась плечом о косяк и пристально глядя мне в глаза, страстно облизнула губы.

— Ну что? — Она показательно не смотрела на Варьку, которая беспрерывно вертела головой и топталась на месте будто собирается вот прямо сейчас куда-то бежать. — Как тебе вид?

Я, игнорируя ее прелестную грудь, заглянул в комнату, которую почти полностью занимала кровать, а на той кровати вповалку спали обнаженные люди обоих полов.

— Хочешь к ним присоединиться? — Коварно улыбнулась ведьма, а я лишь отрицательно помотал головой. — Ну тогда вали! — Она ухватила Варьку за руку. — Когда я приведу ее в порядок, напишу. А теперь все! Иди думай, как устроить идеальное свидание!

Думать про свидание я конечно не стал, поперся прямиком к Марье, то, что Искусница не спит было слышно сразу, шумела ее адская швейная машинка. Когда я вошел она лишь мельком бросила на меня взгляд и мне ничего не оставалось как тихонько сесть в уголке дожидаясь, пока она закончит этап работа и сможет уделить мне внимание.

— Ну и чего приперся в такую рань? — Она наградила меня теплыми объятиями и страстным поцелуем. — Вот все с тобой не так, я специально встаю в пять утра, чтобы меня часов до девяти никто не дергал, и я спокойно могла поработать, но нет, вот он ты, красавец, нарисовался.

— Слушай, а ты никогда не задумывалась о том, что этот твой жуткий агрегат, издает столько шума, что вместе с тобой просыпаются и все остальные? — Я попытался расстегнуть молнию на ее юбке, но получил по рукам.

— Плевать! — Отмахнулась девушка. — Не моя проблема, если они не могут спать при таком шуме, значит не слишком то и устали.

— Логика прям как у дегенератов, которые летом гоняют на мотоциклах эндуро, а зимой занимаются дрифтом под окнами домов.

— Ты меня не совести! Чего приперся? Говори быстрее. — На светскую беседу и уж тем более на романтику Марья сегодня настроена не была, свой лимит ее драгоценного времени в этом месяце я похоже выбрал, свозив красавицу на шашлыки.

— Мне нужна одежда! — Не стал тратить я временя.

— И мотоцикл? — Она картинно изогнула бровь, причем это у нее вышло так очаровательно, что руки сами снова потянулись к молнии на юбке. — Зимний комплект? Куртка, шапка и штаны?

— Еще ботинки! — Вот! Вот оно! Пришло мое время требовательно надуть губки и широко раскрыв глаза, часто заморгать.

Смотреть на то, как она работает можно было бесконечно, Марья словно автомат жонглировала тканью, она кроила резала, шила, подшивало, взгляд ее при этом был расслаблен и пуст, словно она находилась в некоем трансе, а на губах, блуждала улыбка, вернее даже не так, тень улыбки, будто ей в этот момент было очень хорошо, но она не хотела делиться этим с миром вокруг, потому что это только ее счастье, личное, которым она ни с кем делиться не собирается.

Через час мне вручили тугой сверток, унижать Марью примеркой я не стал, кто я такой, чтобы даже мысль допускать о том, что она могла промахнуться с размером. Еще через двадцать минут, передо мной оказались элегантные кожаные ботинки, я не очень люблю такую обувь, предпочитая кроссовки, но это был шедевр, произведение искусства, и я был уверен, что по уровню удобства и комфорта, а также тепла, они дадут сто очков вперед любой другой обуви.

— Держи! Бедный родственник. — Она шумно поставила обувь на плотный сверток с одеждой. — Надеюсь теперь ты не простудишься.

— А если простыну, ты будешь мне чай с лимоном носить? — Я лукаво прищурил глаза.

— Премудрая тебе будет его таскать со всем старанием. — Рассмеялась Марья, и у меня в душе что-то оборвалось, неужели в Институте уже знают, что Василиса… — Я тебе кстати огромное спасибо сказать должна. Этот огромный заказ. — Она кивнула на груду одежды. — Это она мне подогнала, все сделала, чтобы я от тебя поскорее свалила. Так что, с меня причитается, а как заскучаю, я снова к тебе перееду на время. — И снова у меня в груди екнуло, не хочу я чтоб она ко мне снова переезжала, за то время пока мы с ней делили кров, она меня до белого коленья довела своим аккуратистом и претензиями. Впрочем, она сама, наверняка, не рвалась повторять тот опыт, она меня бесила своей педантичностью, я ее своим раздолбайством, и только по ночам мы мирились. Так что, надолго она точно ко мне больше не переедет.

— Ладно! — Марья толкнула меня в грудь. — Получил, что хотел, а теперь вали! У меня сроки горят.

Сам не понимаю, как я оказался в коридоре, мгновение и бах, передо мной захлопнулась дверь, а через секунду снова раздался шум швейной машинки. Странная женщина, но черт побери, она мне даже ближе, чем Варька, ближе мне разве что Василиса и Яра… Стоп! Нельзя думать о Яре! Выкинуть из головы, забыть!

— А ты чего так рано? — Раздался из-за спины голос еще одной родной и любимой институтской дамы.

Глава 4

— Василиса Андреевна! — Я развернулся на каблуках и очаровательно улыбнулся. Одета она была странно, я то привык ее видеть в деловых костюмах, в строгих пиджаках, иногда к моей радости в нижнем бельишке, она как то задолжала мне, что будет подавать кофе в постель в игривых корсетах и выплатила свой долг в полной мере, а тут короткий спортивные топ легинсы и кроссовки, видимо она шла из тренажерного зала, утренняя зарядка, так сказать, мне даже стало стыдно, я то ничем подобным не занимался и даже не планировал, а она вон, держит себя в форме. Интересно, а сказочные девушки толстеют? Скорее всего да, по крайней мере морщинки от усталости и переутомления у них появляются, вон у Марьи совсем незаметные и очень милые, но они есть. Я окинул взглядом ладную подтянутую фигурку жены директора Института, и решил, что этой в ближайшее время ожирение точно не грозит. — Так я с Варварой приехал. Вызвали ее сегодня на ковер.

— Знаю, что вызвали. Чего так рано то? — Василиса посмотрела на меня, на дверь в Марьину мастерскую и в глазах ее мелькнула не добрая искра, собственница чертова, не хватало еще чтобы она мне с Искусницей общаться запретила, как с Ярой. Снова укол в сердце.

— Вот! — Продемонстрировал я сверток, — Зимняя одежда, к тому же, хотел позавтракать нормально, я ж холостяк, мне завтраки никто не готовит, кофе с круассанами не возит.

Василиса ухмыльнулась и прихватила меня под локоть, уж на это мне было грех жаловаться, при учете того, что она ко мне заявлялась почти каждое утро и привозила выпечку, а иногда даже готовила завтрак, причем, делала это очень неплохо. Претензии мои были надуманы и мы оба это знали.

— Пошли страдалец. — Она увлекла меня прочь от дверей Марьи. — Будет тебе и завтрак и круассаны.

Сегодня одним секретом стало меньше, я узнал, где именно Василиса брала те самые круассаны, которыми потчевала меня по утрам, их пекли здесь же, в Институте, в ограниченном количестве, только для самых ранних пташек, даже сегодня, в выходной день и почти в девять утра, мы успели ухватить последние.

Помимо круассанов на завтрак давали омлет и разного рода каши. Интересно, зачем здоровое питание тем, кто в любой момент может привести себя в порядок зельем?

Василиса отпила кофе и откусила кончик булочки, в моей памяти тут же всплыло воспоминание, как она, сидя у меня на кухне ловкими, страстными, томными движениями нежного язычка слизывает сливочный крем…

Я чуть не вскрикнул от боли, когда она меня пнула под столом.

— Если ты будешь на меня так смотреть. — Холодно улыбнулась мне девушка. — Тебя кастрируют. Будь уверен Косте донесут о таких взглядах сразу, а он не станет раздумывать, отсутствие у тебя члена, вовсе не повредит поискам, а может даже ускорит их.

Я хотел было ответить, но тут зазвонил мой телефон. Злата сообщила, что экзорцизм завершен и спросила, куда вести болезную. Я ей сообщил, что мы с Василисой ждем их в столовой, и та, уточнив в какой именно, повесила трубку.

— Злата? — Девушка удивленно приподняла бровь. — Вы же вроде терпеть друг друга не можете?

— Помирились! — Вздохнул я. — После того, как я спас ее от похитителей, мы вроде как общаться начали, не дружим конечно, но хоть не воюем.

— И она через тебя пытается получить очки для продвижения по карьерной лестнице. — С улыбкой заключила Василиса.

— Как это? Где я и где карьера.

— Димка, Димка. — Она ласково улыбнулась мне. — Какой ты еще дурачок. Ты один из функциональных менеджеров Института, на уровне Соловья или Ключницы. — Она на секунду задумалась. — Теперь уже повыше Соловья точно. Ты напрямую общаешься со мной, с Костей. Твоей компании теперь все ищут, для одних, ты поддержка, для других путь наверх.

— Бред! — Возмутился я. — Я же ни в каких совещаниях не участвую, не принимаю никаких решений, да блин, я даже не всех функционеров Института знаю. Какая власть? Какая выгода?

— Злату два месяца назад повысили… — Подняла на меня невинные глазки Василиса, ах эти васильковые глазки, пухлые алые губки, я снова ощутил пинок под столом. — С очень заметным повышением оклада. Выделили ей ресурсы для работы и экспериментов… А все потому, что Дмитрий Галицкий включил ее в свою хитрую схему… Русалка Руся, смогла позволить себе на зиму взять в аренду не зачуханную сауну в подвале, а целый бассейн, двадцать пять метров на цокольном этаже, а все потому, что у нее появился некий знакомый, Дима Галицкий. Серый волк, попрошайничавший на вокзале еще в начале года, теперь на окладе у Института, на хорошем, я хочу сказать окладе. Дальше продолжать? Римма, Полина Рысева, вещие птицы. Все, кто так или иначе пересекался с тобой, сейчас в шоколаде. — Она хитро подмигнула мне. — Я вчера Василису Прекрасную видела, отлично выглядит, уже вовсе не та простая девка, какой была всего полгода назад. Люди все это видят! Люди делают выводы.

— Тут есть бассейн? — Удивился я, вот поплавать я бы точно не отказался.

— Есть! — Кивнула Василиса. — Но с Русей сам договаривайся, я ее не люблю, общение с тупыми людьми меня угнетает. Но в целом, ты уловил суть того, что я только что тебе сказала?

— Конечно. — Я широко улыбнулся. — Пока все считают, что я очень крутой, нужно не упустить возможности и пользоваться ситуацией, красивые женщины, взятки за протекцию, шантаж слабых и наивных в своих целях!

— Какие у тебя интересные фантазии. — К нам подошли Злата с Варькой и уселись рядом. Варвара больше не выглядела дерганной и нервной, ее ускорение ушло, теперь она выглядела ошарашенной.

— Ну как? — Поинтересовался я. — Сбросили лишнюю энергия? — Злата одарила меня злым взглядом, а Варька покраснела.

— А что у нас произошло? — Елейным голосом полюбопытствовала Василиса.

— Ай… — Махнул я рукой. — Инцидент с зельем!

— Что? — В голосе Премудрой послышалась сталь, она вперила свой взгляд в ведьму. — Ты опять за свое? Мало тебя пороли!

— Василиса Андреевна, это не то, что Вы думаете. — Злата вся скукожилась, словно ожидала удара, а Василиса начала вставать со своего места.

— Василиса Андреевна, это не то, что Вы думаете. — Слова, я произнес точь-в-точь те же самые, что и Злата за секунду до меня, но реакция на них была совершенно иная. То ли тон был другой, то ли роль сыграло, что именно я их сказал. Но Василиса расслабилась и медленно села на место.

— Рассказывай. — Потребовала она.

— Варвара дозировку нарушила. — Принялся объяснять я. — Взяла эксклюзивное зелье и приняла как стандартное, вот, Златочка помогала нам решить проблему. — Я взял ведьму за руку и нежно ее погладил. — Сегодня она молодец, я бы даже сказал умничка. — Злата расплылась в улыбке и было видно, что ей сейчас очень приятно, нет не от моих слов, нелепых комплиментов, ей приятно, что я ее выгородил, принял удар на себя, и она совершенно не помнила, что десятком секунд до этого, я же ее под этот удар и подставил.

Вот так, сейчас я на практике видел то, про что мне говорила Василиса, местные видят, что я могу прикрыть их от начальства и будут бороться за мое внимание, теперь главное не зазнаться.

— Ладно. — Василиса милостиво махнула ручкой. — Вы завтракайте, я пойду переоденусь, Дим. Мы ждем вас к девяти у Кости в кабинете. Вас встретят на первом этаже за пять минут до назначенного времени, заодно и оценишь новых секретарш Кощея, как и хотел. — Она обворожительно мне улыбнулась и упорхнула.

— Я не хочу завтракать. — Чуть ли не плача сообщила нам Варька.

— Надо, милая, надо! — Ласково улыбнулась ей Злата. — Сходи возьми себе две порции каши и мне одну, овсяную на воде, ту, что и изюмом. — Варька встала и чуть покачиваясь побрела к раздаче.

— Ты чего с ней сделала? — Ведьма мне озорно подмигнула. — Ты же не кинула ее к этим своим… — Договорить она мне не дала, звонко рассмеялась.

— Дим! Чтобы путем даже самого жесткого секса, слить с нее избыток энергии, понадобилось бы часов пять самой жесткой грязной и не прекращающейся долбежки! Нет! Все проще! Даешь пациенту рвотное, потом слабительное и закрываешь в туалете на час вместе с открытой банкой рыбной консервы, рвотное и слабительное делают свое дело, причем одновременно, а вонь от рыбной консервы убирает все психологические блоки, мешающие процессу. И уже через пол часа обычный человек валится без сил. Варваре понадобился на это час.

— А все остальное время, что Вы делали? — Удивился я, отсутствовала Варька больше двух часов.

— В порядок я ее приводила. — Снова рассмеялась Злата. — Макияж, прическа. Ей сегодня в должность вступать.

— А ты откуда про это знаешь? — Я пораженно смотрел на ухмыляющуюся ведьму.

— Так это ж тайна. — Пожала она плечами. — А про тайны у нас все знают.

— Тайна… — Повторил я и вдруг мне в голову пришла идея. — Злат, ты ж всеведущая, может ты подскажешь, что за знак. — Я открыл на телефоне вчерашнее фото и продемонстрировал ведьме, та нахмурилась и поджала губы.

— Не знаю. — Честно призналась она. — Не сатанинские символы точно, не призыв демона, не печать дьявола… Знакомое что-то, но все эти символы, они друг на друга похожи, и одинаково бестолковы.

— В смысле? — Не понял я.

— В прямом. — Она приняла из Варькиных рук тарелку с кашей и поставила перед собой. — Фигня все эти символы. Чтобы посвятить себя дьяволу, надо дела черные творить, а не картинки рисовать, пентаграммы демонов тоже удержать не могут, те просто развлекаются так, являясь и всякий раз придумывая причину, почему они не сработали, руны, кабалистические знаки не больше, чем алфавит, а кресты и прочие полумесяцы служат для того, чтобы среди людей обозначиться в какого бога ты веришь. Картинки не работают, как и заклинания. Важны лишь твои действия!

— Но зачем рисовать тогда символы кровью на снегу? — Не понял я.

— Мне откуда знать? — Пожала плечами ведьма. — Я не рисую, тупость это, я лучше мелкую или крупную пакость сотворю, это в моем ведьмовском каноне, на оргию смотаюсь, или по городу буду ездить на шее пьяного священника, это веселее и пользы с того больше.

— А какая польза от езды на пьяном священнике? — Заинтересовалась Варька, она как раз подошла к столику с разносом, в глазах появился блеск, казалась девушка начала оживать.

— Сплошная. Во-первых. — Злата подняла кулачок и разогнула первый палец. — Это весело, вечер, парк, люди гуляют, а ты верхом на этом пьяном борове, по центральной аллее, юбка развивается, ветер в волосах. Красота! Во-вторых, он мне заплатил. А деньги лишними не бывают. В-третьих, я тогда засветилась в трендах ютюба.

— А что потом со священником было? — В этой ее истории было замечательно все.

— Похмелье. — пожала плечами ведьма. — Что с ним еще быть может. Ну еще запыхался он тогда.

— И не уволили? — Возмутилась Варька.

— А за что? — Не поняла ведьма. — Он заповедей не нарушал, а что я богомерзкая ведьма, так про то, кроме меня и него, никто больше в курсе не был.

— А он значит был. — Я хитро прищурил глаза.

— Конечно. — Злата искренне удивлялась моей наивности. — Зачем бы он тогда просил, чтобы я на нем верхом каталась. Захотелось ему почувствовать себя Хомой Брутом, а у меня и внешность и профессия подходящие.

У Варвары внезапно зазвонил телефон, это оказался будильник, уведомлявший, что нам пора на прием.

Мы очень тепло распрощались с ведьмой.

— Златочка. — С сжал в руке ее ладошку. — Мне было сегодня очень приятно с тобой пообщаться. — И я ничуть не кривил душой, это была первая наша встреча, от которой я получил удовольствие, как-то у нас с ней всегда не ладилось, а тут, она мне даже милой показалась.

— Помни! — Ведьма подняла палец вверх. — Должок за тобой! — И она игриво подмигнула мне поглаживая на прощание мою ладонь.

Меланья, одна из новых секретарш Кощея, что ждала нас у лифта была дамой в высшей мере эффектной, ее формы буквально выпирали из одежды, что при учете ее чрезвычайно тонкой талии смотрелось просто противоестественно, словно этого было мало, на ее красивом круглом лицо, словно знамя социализма, алели яркой помадой просто умопомрачительные губища, такими бы губами да во сне плямкать…

— Господин Галицкий? — она широко улыбнулась нам при этом ее губы приоткрылись и я, шумно сглотнув, кивнул. Девушка, оставшись довольной произведенным впечатлением, развернулась и зашагала к лифту.

— Озабоченный! — Варька ткнула меня острым локотком под ребра. А что я? Я не виноват, это все природа. И вообще, ей то какое дело? Следуя за мерно, словно на волнах раскачивавшейся кормой новой секретарши Кощея, мы вошли в лифт.

— Как Вам работается у Константина Андреевича? — С широкой улыбкой поинтересовался я у секретарши, как только двери лифта закрылись. Делал я это больше в пику Варьке, ну а чего она дерется.

— Ах! — Вздохнула Меланья, отчего грудь ее чуть не порвала белоснежную блузку. — Тяжело! Константин Андреевич такой требовательный начальник, столько задач ставит, иногда практически невыполнимых, но мы справляемся, днем и ночью трудимся на благо Института. — Варвара скорчила рожицу, закатила глаза и начала пародировать томную манеру движений секретарши, я не сдержал улыбки. — К тому же. — После предыдущих секретарей осталось столько не разобранных документов, доклады, отчеты, даже доносы. Представляете?

Я представлял, я даже предполагал, что под частью доносов значится подпить «Агент Череп», эх как бы не перетрудиться девушке, впрочем, их у Кощея теперь три, справятся как-нибудь.

Мягкий звонок сообщил, что лифт достиг нужного нам этажа, двери открылись и нам предстало очередное чудное видение. Эта девушка не выделялась особыми формами, но я едва не завыл от волны нахлынувшего желания, рыженькая, спортивная, подтянутая, с классическим 90−60–90, причем все цифры на своих местах.

— Дмитрий! — Поприветствовала меня она, и только тут я понял, Варьку эти влажные фантазии подростка игнорировали напрочь. — Мы ждали Вас, меня зовут Фиона, если захотите кофе или еще чего-нибудь, обращайтесь.

Я осмотрел помещение, словно выискивал в углах спрятавшегося монстра, на самом деле я конечно искал третью девушку, очень уж мне интересно было, что она из себя представляет.

Но кабинет был пуст, Фиона прошествовала перед нами царственным жестом открывая дверь в кабинет Кощея и приглашающе кивая.

В кабинете находились четверо, снова тут располагался круглый стол, вокруг которого стояли четыре кресла, за ним сидели, сам Константин Бессметртный, его супруга и неизвестный мне коренастый бородатый мужичек со злыми и цепкими глазами. Четвертая персона разносила кофе, так вот она, третья секретарша, ну по сути ничего особенного высокая, очень худая, жилистая, вся какая-то сжатая словно пружина или вернее будет сказать, как сабля, вот точно, она больше всего напоминала оружие, а не человека. Чуть раскосые черные глаза, милая улыбка идеальной формы губ, пухлых, но не гипертрофированных, как у Меланьи. Интересный выбор, я бы даже сказал, очень нестандартный для Кощея, те двое, были понятны, эталонные самки, с пухлыми губками, большими сиськами, круглыми задницами, а эта… Нет девушка тоже была красива, в Институте не красивы только мужики, вроде того же бабайки или Бармалея, да и Фрол Кощеевич, он не красавец, но это можно списать на то, что он старый. Но тут… она была красива, но недостаточно что ли… у нее не было такой сочной задницы, явно маленькая грудь, ноги длинные, ну так и что? В общем, эта секретарша мое внимание привлекла куда больше, чем предыдущие две, за счет того, что она выделялась.

— Дмитрий? — Василиса эффектно выгнула бровь. — А что ты стоишь? Присаживайся. — И она кивнула мне на последнее свободное место за столом. — Я на негнущихся ногах прошествовал к креслу и отодвинув его уселся за круглый стол. — Зуль, предложи Дмитрию кофе. — Секретарша элегантно прошествовала ко мне и лучезарно улыбнулась, стрельнув черными восточными глазками.

— Меня зовут Зульфия Василисовна Шемоханская. — Проворковала она тихо мне на ухо. — Можно просто Зуля. — Вот и все, нет тут никакой тайны, те двое наверняка были Кощеевны, а эту Василиса специально внедрила, потребовала у мужа, чтобы рядом с ним всегда находилась ее протеже.

— Давайте быстрее решим вопрос с Варварой. — Вмешался Кощей. — Кофе Дмитрий и потом попить сможет. — Он вперил взгляд своих ярко синих глаз в мою напарницу, отчего она заерзала и уставилась на меня, ища помощи. — Варвара Василисовна. В виду Ваших успехов и заслуг перед Институтом, нами принято решение назначить Вас начальником отдела полиции. — Глаза Варьки расширились от удивления, а я лишь с невинной улыбкой пожал плечами, теперь, полиция — это ее забота.

— Но как же… — Попыталась возмущаться Варвара. — А как же Дима? Он лучше подходит на эту должность.

— Дмитрий тоже идет на повышение, теперь он представитель Института по вопросам особой важности. Базироваться он будет так же в здании Вашего отдела, но у него будет отдельный кабинет, отдельные поручения, и отдельное руководство. Подчиняться он будет напрямую, либо мне, либо Василисе Андреевне. В свою очередь, отдел полиции и служба безопасности Института, представленная тут уважаемым Черномором, обязаны оказывать ему любую помощь по первому требованию. Понятно? — Варька с бородачом одновременно кивнули, я же отметил, что на этом совещании отсутствует Соловей, эх, видимо подвинули его окончательно с руководящих должностей, хотя соловьевичи, все так же стояли на проходной, и вообще их в Институте мне сегодня встретилось в достатке. — Если всем все понятно, то вас, Варвара и Вас, Черномор, я не задерживаю, идите работайте. Варвара, зайдите в отдел кадров, распишитесь в приказе о назначении. Дмитрий, Вы задержитесь.

Как только двери закрылись, и мы остались одни, Василиса грациозно прошествовала к незаметному шкафчику и вытащила оттуда пузатую бутылку с тремя бокалами.

— Дим! Прошлое твое назначение мы не отметили, так хоть сейчас исправим этот недочет.

Она разлила бурую неприятно пахнущую клопами жидкость по бокалам и вручила по одному мне и Кощею.

— Дим! — Начал директор Института. — Давай начнем с того, что расставим все точки над i, мы очень благодарны тебе за возвращение воображлятора и контрафактных артефактов, такое количество товара, выброшенное на рынок единовременно, могло серьезно подорвать устоявшийся порядок, более того, это могло нанести Институту и иной ущерб. — Что это был за ущерб, он пояснять не стал, да мне и без того было ясно, появление магических предметов в массовой продаже нарушило бы шаткий режим секретности, толпы простых людей узнали бы о существовании Института и хлынули в Караваев, кто-то из любопытства, а кто-то и с дурными намерениями. — Я бы хотел тебя наградить, несмотря на то что Василиса сказала, что ты уже все получил из ее рук. — Я еле сдержался, чтобы не покраснеть, ага, наградила. Я невольно бросил взгляд на девушку. — Я бы хотел лично даровать тебе что-нибудь, проси, что угодно.

Я не размышлял ни секунды.

— Я хочу, чтобы мне позволили встречаться с Ярой! Больше мне ничего не нужно. — Я видел, как лицо Василисы скривилось от злости, Кощей же просто задумался.

— Хорошо! — Наконец кивнул он. — В понедельник я позвоню ей и сообщу, что теперь Вам можно видеться, если она, конечно, этого захочет. — Я ни секунды не сомневался, что захочет, я был уверен, что она чувствует ко мне то же, что и я к ней. Все! К черту и утренние чаепития с Василисой и встречи с Марьей и Полинкой, я наконец то смогу жить с той, с кем действительно хочу.

— Теперь второй вопрос. — Прервал мои мысли Кощей. — Ты убил одного из наших. Я долго думал, что делать, и решения не нахожу до сих пор, скажи мне что-нибудь на этот счет.

— Да тут и вовсе все просто. — Пожал я плечами. — Это самоубийство, я же докладывал, отчет писал, даже карикатуру нарисовал. Горох убил Гороха тремя выстрелами в грудь. В чем проблема то? У нас есть мертвый Горох, с тремя пулевыми. И есть отчет по расследованию, где четко указан убийца.

— У нас два трупа Гороха. — Начал было Кощей.

— Быть такого не может. — Перебил его я. — Я уточнял по ведомостям в отделе кадров, в отделе материально технического снабжения, даже в безопасности, Горох из воображлятора вышел один, и его убил Горох. Самоубийство чистой воды.

— Бред это чистой воды. — Рассмеялась Василиса, — Но Юридически все верно, Институт выпустил Царя Гороха в одном экземпляре, Царя Гороха в одном экземпляре убил Царь Горох. Дебет с кредитом сошлись.

— Ладно! — С неохотой согласился бессмертный. — Будем считать, что дело закрыто и забыто. Подельники Гороха скрылись в неизвестном направлении, все артефакты вернулись в Институт, заговор задушен в зародыше. И опять, Дима молодец.

— За что и имеет место и право голоса за столом. — Василиса побарабанила тонкими пальчиками с идеальным маникюром по дубовой столешнице. — Ты, Дим, теперь в совете Института, и иногда даже, тебя будут вызывать на совещания и голосования по важным вопросам. Ты же не против?

Вообще то я был против, но перечить Василисе было сейчас просто нельзя, это была ее игра, и я был ее картой, козырной шестеркой в рукаве, не знаю уж кто входит в этот совет, но уверен, что туда войдут все Василисовны и Василисович, кроме возможно Зули, у этой иная роль. Изучив действия Гороха, Василиса оценила эффективность работы его шпионов в секретариате и теперь помимо тупых, но красивых Маланьи с Фионой, рядом с Кощеем появилась и крошка Зуля, молчаливая, исполнительная и полностью преданная Премудрой. А теперь еще она и меня сажает в управление, а я… Я ведь полностью ее человек, и даже если буду артачиться и пытаться принимать решения самостоятельно, можно будет повторить недавнюю процедуру, и тогда-то я ей точно отказать не смогу. Ну и честно сказать такой расклад меня устраивал, Василисе я симпатизировал куда больше, чем Кощею, она мне представлялась порядочнее, хотя, кто его знает, что за тьма клубится в ее голове.

— Еще вопрос. — Кощей залпом осушил свой бокал. — Как продвигается дело Бельского?

— Туго. — пожал я плечами. — Из успехов, мы обнаружили рабочий кабинет Андрея, но работа по нему, пока ничего не дала. Я общался с теми, от кого Бельский сбежал в Караваев…

— Когда? — Глаза Василисы расширились, и она чуть ли не ухватила меня за грудки. — Почему ты мне об этом не рассказал?

— А зачем? — Удивился я. — Это был тупиковый вариант, она Бельского не крала.

— Она? — На этот раз удивление отразилось на лице Кощея. — Если я правильно помню, Андрей боялся мужчину.

— Джона Бо. — Кивнул я. — Все верно. Но как мне сказали, Джона убили, теперь лавкой чудес управляет некая Марина, чудеснейшее я Вам скажу создание, умная, обаятельная, с потрясающим чувством юмора, мультфильмы любит.

— Ты виделся с ней? — Как-то тихо и обреченно прошептала Василиса.

— Да! — Кивнул я в ответ. — Она заходила ко мне, даже помогла избавиться от ложных обвинений со стороны Орлова.

— И как? — Я впервые видел на лице Кощея страх. — Какое впечатление она на тебя произвела?

— Нуууу. — Я показательно задумался. — Я скажу одно, никогда не пытайтесь повторять, то, за что Бельского сюда выгнали. Никогда. Это вам не воображлятор, этот человек страшнее, я думаю, ей достаточно пальцами щелкнуть и наш мир сгорит в пламене взрыва, или на его месте зародится другой, а не делает она этого просто потому, что это было бы тупо и не интересно. — Тут я, конечно, преувеличивал, не думаю, что Марина могла бы уничтожить мир, но вот торт из ниоткуда меня впечатлил, это же она таким образом что угодно воссоздать может, она сама себе воображлятор, а способность мгновенно перемещаться, и всеведение, откуда она узнала, где я нахожусь? Нет, это человек из тех, кого в книгах называют Мэри Сью, неуязвимый персонаж. Но в то же время, Джона Бо кто-то убил?

— Расскажи о визите со всеми подробностями. — Потребовал Кощей, ну я и рассказал, заодно накляузничал на Орлова, сказал, что он ко мне придирается, и что формирует какие-то там отряды самообороны, на Орлова Кощею было плевать, его больше торт интересовал, и исчезновение через шкаф. — Василис. — Он повернулся к жене. — Прикажи чтобы все шкафы в Институте отныне запирались на ключ. Мало ли. Только незваных гостей нам не хватало. — Василиса серьезно кивнула мужу и выскользнула за дверь. — Хорошо, что ты нам о ней рассказал. — Кощей выдавил из себя вымученную улыбку — Мы всегда знали, что антиквар может уничтожить нас, но Андрей очень неохотно делился информацией о нем, а тут… Спасибо. И можешь идти. Помни, что ты обязан найти Бельского, остальные дела брось, займись вплотную поисками Андрея. — Я лишь согласно кивнул и вышел проч.

Василиса ждала меня в лифте, вернее сказать, поджидала, потому что как только я вошел, она вцепилась мне горло и прижала к стенке.

— Какого черта, Дим! — Она сжимала руки все сильнее. — Ты почему от меня информацию утаил, а эта твоя выходка с Ягой? Тебе баб мало? Хочешь, завтра же у тебя в койке от них будет не протолкнуться?

Я возмущенно захрипел и она, будто опомнившись отпустила мою шею, ну и силища у нее, захоти, она убила бы меня прямо тут, и ничего бы я не сделал.

— Василиса Андреевна. — Начал я, горло саднило и голос у меня был хриплым. — Не рассказал я Вам, потому что был занят, и вообще мне о каждом шаге докладывать?

— Было бы не плохо. — Буркнула девушка. — У нас с тобой времени была уйма, мы считай каждое утро вместе часа по два проводим.

— В то время я занят обычно другими делами, куда более для меня приятными. — Я подмигнул ей.

— Что возвращает нас к вопросу о Яре. — Она бросила на меня леденящий взгляд. — Какого черта, Дим? Я думала, у нас все хорошо.

— У Вас никогда не было такого, что Вы не можете выкинуть человека из головы, что бы не происходило? — Начал я. — Все мысли возвращаются к нему и только к нему. — Василиса отрицательно помотала головой, а меня кольнула гордость, я-то думал, что она скажет, что у нее такое отношение ко мне. — Для меня, Яра именно такой человек, в моем воображении и фантазиях она самая лучшая и любимая, а знаете кто в этом виноват? Вы! Вы превратили ее в запретный плод для меня, именно Вы сделали все, чтобы Яра стала для меня идеалом, нарисованным в воображении, а не увиденным в реальности со всеми недостатками и изъянами. Теперь, я хочу развеять это наваждение. Хочу обжечься и понять, что она действительно та, кем мне ее все описывают. Понятно? — Василиса кивнула. — Ну а раз понятно, давайте вернемся к делам приземленным, по вчерашнему символу что? Кто-нибудь узнал его?

— Черт! — Выругалась девушка. — Совсем забыла. Сейчас же разошлю всем, прости… — Она посмотрела мне прямо в глаза. — Прости не за то, что забыла про фото. Прости что влезла в твои отношения.

Я хотел было сообщить что давно уже ее за все простил, но лифт звякнул и двери открылись.

Глава 5

— Довольна? — Спросил я у Варьки, когда мы наконец то оказались наедине.

— Еще бы, повышение, да еще и основную проблему мою устранили. Тебя-то моим подчиненным не будет. — Она со смехом щелкнула меня по носу, потом секунду подумало, и ухватив за щеки поцеловала в губы, без страсти, просто она была очень рада. — И сегодня вечером, мы отправляемся отмечать мое назначение. Ты хоть и не член коллектива больше, но идешь с нами, ресторан вино, вкусная еда, а не этот твой плов из тошниловки.

Собственно, я против и не был, немного беспокоило, как Варька себя чувствовать будет после утренней чистки желудка, но это не мои проблемы, я буду жрать за ее счет, а это удовольствие не сравнимое ни с чем. И дело тут не в экономии, дело именно в факте халявы.

Машина тормознула перед подъездом, и Варька с пробуксовкой кинулась наверх, меня ждать она не стала.

Я же неспешно вышел из машины и поднялся по лестнице, вот только я пошел не к себе, я остановился на третьем этаже, подозрительно огляделся и открыл дверь одной из двух квартир.

В моем логове все осталось на своих местах, стены, заклеенные вырезками и заметками, графики и схемы, фото с сотрудниками Института, что занимали ключевые посты во времена Бельского.

Отдельно прямо по центру стены, распечатанный на огромном листе бумаги рисунок, я с трудом нашел в Караваеве полиграфию, которая взялась сделать мне плакат такого формата, еще большего труда стоило сохранить в тайне и факт распечатки и главное, сюжет. Посреди стены красовалась Василиса Андреевна Премудрая, изображенная с легкой руки художника, летевшей на метле, которую он вставил ей…. Впрочем, не важно, просто мне нравилась эта картина, к тому же, когда у меня, вот как сейчас, возникало желание проделать с Василисой нечто подобное, картина меня успокаивала. Вот же гадина она, я должен перед ней оправдываться, за то, что хочу увидеться с Ярой, да и перед дверью Марьи она оказалась наверняка не случайно, донесли ей, что я в Институте, и где именно, вот и помчалась она мне на встречу, ведомая непонятной ревностью. Нет уж Василиса Андреевна, у Вас муж есть, эти все претензии Вы ему предъявляйте, а я птица вольная, сплю с кем хочу, люблю кого хочу.

Я уселся за стол и разложил перед собой несколько предметов, книгу сказок, из которой я и узнал, что Бельский воплотил Арысь поле, коробочку, что забрал из его кабинета в Институте и длиннющий список книг, которые он читал в библиотеке. Что со всем этим делать, я понятия не имел, поэтому, как и сотни раз до, я просто вперился в предметы умным взглядом.

Полистав книгу сказок, я ее отложил, это был тот самый экземпляр, которым пользовались ребятишки, пропавшие летом, тут не могло быть никаких пометок или кодов, Бельский к нему никогда не прикасался, а текст, этот чертов текст я знал наизусть. Я вообще теперь знал уйму сказок, недавно, мы с Полинкой поспорили, что я смогу рассказывать ее детишкам сказку на ночь в течении шести часов к ряду и ни разу не повторюсь, детишки остались довольны, я выиграл спор.

Открыв коробку, я вывалил на стол канцтовары, минуты три баловался со степлером, потом взял в руки простенькое золотое колечко. О прежней жизни Бельского известно было мало, был ли он женат, имеются ли у него дети. Судя по тому, что кольцо больше всего было похоже на обручальное, когда-то давно, Андрей все же был женат, скорее всего сразу после окончания своего ВУЗа женился на какой-нибудь одногруппнице, больно уж скромное было колечко.

Я попытался напялить его на безымянный палец, но оно было явно мне мало, поэтому я нацепил его на мизинец. Тощий и хлипкий был бывший директор. Кольцо давило мне даже на мизинце правой руки, я стянул его и надел на мизинец левой.

— Чего надо, начальник? — Громыхнул у меня над ухом не знакомый голос, я от неожиданности свалился со стула, и уселся задницей на пол, нелепо моргая. Ну и кто это у нас такой умный, вломился ко мне в квартиру, подкрался и орет на ухо. — Чего ты зенки таращишь? Ущербный! Чего надо спрашиваю?

Передо мной стояли двое парней, идентичные как пары носков у холостяка, даже если перепутать, ничего страшного не произойдет. Крупные, розовощёкие, русоволосые, одеты правда как-то странно в лапти и красные косоворотки в белых горох. Смотрели они на меня с явной неприязнью.

— Вы кто? — Наконец я смог побороть страх. — Что вы тут делаете?

— Мы то? — Мужик пристально глянул на меня, будто оценивая, что мне можно говорить, а чего говорить не стоит. — Мы шабашники! Я Федор, он Валера. Мы из кольца. Ты колечка с пальца на палец перекинул, вот, мы явились, теперь загадывай службу и не тяни, время наше дорого.

Я понемногу начал понимать суть происходящего, никакое это не обручальное кольцо, а обычный институтский артефакт, правда чуточку не стандартный, он включал в себя не только предмет, но и двух парней в нем заключённых, один говорливый и нагловатый, второй молчит и сверлит меня не хорошим взглядом. И что совсем уж плохо, я совершенно не представляю, как эта парочка себя поведет, если им дела никакого не дать.

— А, простите. Что Вы можете? — Я смущенно отвел взгляд от здоровяков.

— Можем? — Задумался говорливый. — Все можем, хочешь дворец построим? А хочешь шведскую сантехнику смонтируем? В общем. Все!

— Ну то есть, Вы по строительной части будете? — Уточнил я, в голове у меня уже формировалась некая идея. Моя новая квартира, та самая, где мы сейчас находились, досталась мне от старушки, и требовала некоторого ремонта, поэтому я пригласил парней в маленькую комнату и указав на стены потребовал.

— Значит так. — Проговорил я начальственным голосом. — Желаю, чтобы вы сделали в этой комнате ремонт.

— Нуууу. — Задумался говорливый. — Демонтаж старых обоев, штукатурка, шпатлевка, выравнивание стен, плинтуса, ламинат… С тебя тысяч пятьсот будет!

— Сколько? — Я буквально заорал от удивления, ценник был грабительский, да за такую цену всю квартиру можно было отремонтировать!

— Ну ты сам суди, тут сложные работы, сезон опять же, цена выше, профсоюзные взносы нам платить надо. Ты же сам понимаешь, комната в запущенном состоянии, тут только на укрепление стен и выравнивание пола понадобится недель восемь потратить или даже десять. Так что не меньше пятисот.

— Так не пойдет. — Возмутился я. — Валитесь в свое кольцо.

— Это с чего бы. — Говорливый ощерился, а молчаливый двинулся ко мне явно с не добрыми намерениями. — Мы потратили время, явились, обсчитали объект, а ты нас теперь гонишь? Придётся неустойку заплатить, за ложный вызов и трату времени.

— Да вашу мать! Сколько? — Неустойку мне платить очень не хотелось, тем более что я не особо то и виноват в ложном вызове.

— Ну? — Говорливый посмотрел на близнеца, молча что-то решил и повернувшись ко мне сообщил. — Двести тысяч.

— Сколько? Да вы совсем оборзели?

— Таковы расценки. — Пожал плечами здоровяк. — Не мы их устанавливаем, а профсоюз. Так что, или плати неустойку или заказывай работу.

Я чертыхнулся, сходил в другую комнату и вернулся с пачкой купюр.

— Черт с вами. — Я передал деньги парню. — Приступайте.

— В смысле приступайте? — Тот смотрел на меня большими, наивными глазами. — А материалы, а инструмент? Где все? Чем работать?

— Мне что? Еще и все это купить за свой счет, и привезти? — Нет ну это уже наглость, они ценник заломили раз в десять, так теперь мне еще и время тратить на покупку материалов?

— Можем мы купить, — согласился парень из кольца. — У нас как раз скидки в строительных магазинах, и мы знаем, где взять материалы получше.

— Сколько? — обреченно спросил я.

— Пятьсот, — пожал он плечами. — Тут же как в смете примерно равны стоимость материалов и работ, так что, все по-честному.

— Это же грабеж! — Возмущению моему не было предела, эти двое в наглую обирают меня, причем на ровном месте. — Возвращай деньги и убирайтесь.

— Деньги не возвращаем! — с серьезным лицом заявил говорливый. — Правила профсоюза, это не наша проблема то у Вас не хватает средств на закупку материалов.

— Знаешь что! — Я оскалился в зловещей ухмылке. — Я это Ваше кольцо после выполнения заказа переплавлю на блесны для зимней рыбалки, не знаю уж что с Вами потом произойдет, но уверен ничего хорошего.

— Ваше право. — Пожал плечами парень, но я-то видел… не он, нет, его напарник на мгновение вздрогнул, ну нет падлюки, вы у меня за все ответите! Шабашники хреновы!

— Ты прав. — Я хищно усмехнулся ему. — Это мое право. Валите обратно в кольцо.

— Не можем, — вздохнул парень. — Работа не выполнена, вернуться не имеем права.

— Сколько срока вам надо, чтобы отремонтировать комнату? — уточнил я.

— Ну. — Он оглядел стены, шкрябнул ногтем старые обои и даже попробовал на зуб дверной косяк. — Месяца три.

— Идет! — ехидно усмехнулся я. — Срок три месяца. Расценки озвучены, жить будете тут, питание за ваш счет. Деньги я сейчас выдам, но через три месяца, вне зависимости от того, будут выполнены работы или нет, вы возвращаетесь в кольцо, и оно идет в переплавку, не в ломбард, не на подарок, а в огонь, в тигель. Договорились!

— Эй стой, хозяин. — Здоровяк поднял руки, но я уже вышел и вернувшись через минуту, протянул ему пачку купюр. — Хозяин. Мы тут подумали! Мы можем скидку сделать…

— Не надо скидки, — ощерился я. — Это против правил профсоюза. Бери деньги! — Я буквально силой впихнул пачку расстроенному парню. — Три месяца. А дальше…

— Хозяин! — Здоровяк бухнулся на колени передо мной, следом за ним последовал и молчаливый. — Не губи. Ну погорячились. Не подумали, перепутали. Ну ты же сам понимаешь, хотели подзаработать. Ну а ты бы на нашем месте иначе поступил?

— Да! — Кивнул я. — Я бы честно себя повел, ценник бы не ломил не припирал клиента к стенке, даже если бы удалось получить с него десятикратно не стал бы пытаться получить еще больше, а вы… Зачем вы такие нужны на белом свете, по ошибке получились и я эту ошибку исправлю. — Мне было совершенно не жаль эту парочку, бракованные Институтские. Куда их? В лучшем случае сошлют на нижние этажи, в худшем за ними придёт Яра. Но конкретно с этими, я могу разобраться и лично, не учтенные, наглые сверх меры, к тому же хамить мне вздумали. Нет уж, в огонь!

— Не губи! — взмолился здоровяк. — Мы отслужим. Как надо! Без каверз и ловушек. Деньги вернем. Работу сделаем как надо и бесплатно. К завтрашнему дню комната будет как новая. — Его товарищ не говорил, а просто смотрел на меня глазами полными слез, умирать никому не хочется. А особенно страшно, когда ты знаешь точную дату своей смерти, уж я-то это знаю как никто другой.

— Деньги? — Я протянул руку, и в ладонь мне легли две пачки пятитысячных купюр. — Завтра я проверю работу, и, если вы еще раз попробуете провернуть нечто подобное, уничтожу без раздумий.

Парни дружно кивнули и кинулись к стенам, выяснилось, что никакого инструменты им и не было нужно, старые обои отваливались от одного прикосновения сильных рук. Я еще пару минут наблюдал за их деятельностью, а потом пошел обратно к столу.

Хм ну вот, еще один незарегистрированный артефакт Бельского, уверен про него в Институте никто не в курсе, иначе не валялся бы он просто так в его столе, или все же позвонить уточнить…

В итоге я позвонил, конечно же Василисе, та убедила меня что подобных артефактов в институте не производили, да и в принципе это невозможно, это же надо объединять предмет и личность, а это если и реально, то крайне сложно. Напоследок я лишний раз напомнил ей про фото символа на снегу, Василиса опять чертыхнулась и пообещала, что разошлет его немедленно.

Повесив трубку, я взял кольцо и крутанул его на столе так, что оно завертелось на одном ребре, любопытненько, очередной значит артефакт, про который никто не знает. Плод воображения больной фантазии бывшего директора Института, сначала Полинка, теперь значит эти двое. Скольких еще Андрюшка Бельский выпустил в мир, сколькие еще скрываются, запрятанные в артефактах, интересно, лампу Алладина он не удосужился смастерить, хотя нет, то сказка восточная, а Бельский только по родному фольклору заморачивался, это вон у Кощея и маленькие Муки бегают курьерами и красные шапочки машины мне ремонтируют, кстати давненько с Риммой не общался, как у нее дела, все ли нормально, хотя судя по тому, что она у себя в мастерской целыми днями пропадает, все у девчонки идет отлично.

— Шеф! — В комнату заглянул здоровяк. — Все готово. — Я, грубо вырванный из своих мыслей, уставился на парня, а потом вспомнил, о чем речь.

— Уже? — Удивился я. — Оперативно! Ну пойдем посмотрим.

Ремонт в комнате не был чем-то особенным, никакой восхитительной лепнины или золота по стенам, что так любят прокуроры и начальники полиции у себя дома, обычный чистенький ремонт, светлые ровные стены, дизайн без претензии на шик, но уютный и приятным.

— Молодцы. — Похвалил я парней. — По деньгам что? Только честно.

— Да не нужны нам деньги. — Смутился говорливый. — Нам и тратить то их не куда, это была так, дань традиции, развести клиента…

Да уж и тут я их понимал, мне тоже деньги были не особо нужны, вон в кладовке их целая коробка стоит, и что? Куда мне их потратить? Купить самый роскошный клуб в Караваеве, и устроить самую разбитную вечеринку, с приглашением на нее всех звезд города? Или купить себе дорогущий спорт кар, как у Василисы и разъезжать в нем туда обратно по улице Ленина? Ну бред же. Какой в этом толк? И вот, если, по сути, разобраться, то денег слишком много и не надо вовсе, их должно быть достаточно, ровно столько, чтобы о них не думать, а все эти яхты, дорогие машины, виллы на Мальдивах, зачем все это, простому человеку. Для статуса? Перед кем мне метать бисер? Для каких-то земных благ? Каких? Шмотки? Так брендовые ничем не отличаются от не брендовых. Курорты? Они хороши, когда ты выехал туда на месяц максимум, в отпуск, а если там жить, то это уже не курорт, а бытовуха, рутина.

Вот и получается, что много денег, просто на просто не нужно одному человеку, была бы семья, там понятно, вырастить детей, вывести в люди, но опять же, если растить ребенка в роскоши, то получается мажор, и ни в какие люди он не выбьется, будет с такими же золотыми ребятишками жизнь прожигать без смысла и азарта.

Я глянул на часы, время приближалось к пяти, скоро уже и Варька за мной зайдет, и отправимся мы вместе со всем отделом отмечать ее назначение. Заслуженное надо сказать назначение, а вот я опять профукал день впустую и ни на миллиметр не приблизился к разгадке исчезновения Бельского, ну хоть ремонт в комнате сделал и то прок.

Поднимаясь к себе, я настрочил Варваре сообщение с простым, но логичным вопросом на тему, по какой форме на праздник наряжаться. Нет, конечно же, меня везде впустят и как я есть сейчас, в джинсах и футболке с надписью «Глухой леопард», но зачем грубить, если мы пойдем в приличное заведение, то мой простецкий задрипанный вид может испортить праздник другим людям, пришедшим в то же место, но уже придавая этому какое-то значение.

Опасения мои сбылись, Варвара потребовала костюм и побриться. Костюм у меня был, у меня их был целый шкаф, на все случаи жизни, пока у меня гостила Марья, мой гардероб пополнился таким невероятным количеством вещей, какого у меня, наверное, за всю предыдущую жизнь не было. Костюмы, сорочки, брюки, ботинки, ремни, носки, носовые платки, причём такие, которыми не сопли вытирают, а декоративные, под определенные костюмы и галстуки. Все это было аккуратно скомпоновано по наборам, чтобы я ни дай бог не надел, синее с желтым и не выглядел как выразилась моя подруга: «Как сутенер из голливудского фильма!».

Ну я ничего и не перепутывал, вся эта роскошь лежала себе на полочках или висела на плечиках и пылилась, я же предпочитал удобные джинсы, кроссовки и футболки с яркими надписями, выдававшими во мне любителя хорошей музыки.

Но, раз Варвара просит, мне не сложно надеть на себя неудобный пиджак, повязать галстук и даже надушиться дорогим парфюмом, подарком той же Марьи. Василиса, кстати, почуяв его однажды на мне, очень раздражалась, позже выяснилось, что она сама хотела мне такой подарить, но Марья ее опередила.

С тем, что мне было не сложно я погорячился, сложность была, пусть одна, но довольно неприятная, и когда появилась Варька, я, как раз глядя одним глазом в зеркало, а вторым в обучающее видео, пытался завязать галстук.

— Ты готов? — Она влетела ко мне без стука, привычно отомкнув замок разрыв травой. Вот и смысл в этих замках? Вообще можно дверь не закрывать. — Боже, Дим! Ну ты и увалень.

Она повернула меня к себе и быстрыми ловкими движениями повязала мне проклятую удавку. Пахло от нее чем то неуловимым и свежим, словно свежескошенная трава, перекликалась с арбузной ноткой, да и выглядела она, соответственно, я то думал, что она напялит на себя короткое платье, видел я ее в таком, когда забирал из местного околотка, шикарный наряд оставляющий не особо большой полигон для фантазии, но тут девушка решила проявить солидность. Нет никаких вечерних нарядов, подходящих скорее для бала или оперы, а довольно скромное платьице, заканчивавшее чуть выше колен, правда декольте чуть глубоковато, но с ее формами, она может себе такое позволить, как там в анекдоте было? «-Доктор, у меня постоянно верхняя пуговка на рубашке расстегивается. Что мне делать? — Гордиться, девушка, гордиться!».

— Глаза не сломай. — Хмыкнула Варька, отвлекая меня от выреза платья. — Отличный костюм, кстати. Я боялась, что ты нацепишь дурацкую футболку с какой-нибудь надписью типа, «Алмазные головы» или «Культ голубой устрицы». А ты нет, смотри-ка, решил человеком нарядиться.

— Фу. — Я поморщился. — Культ голубой устрицы. В наших краях такую футболку точно не оценят, морду набьют как минимум.

— Морды бить не надо. — Серьезно кивнула девушка. — Хотя бы сегодня! Сегодня у меня праздник! Должность! А это тебе не фунт изюма, это практически вершина карьеры, к такому люди годами стремятся.

— А ты добилась в кратчайшие сроки. — Улыбнулся я ей совершенно искренне. Варьку создавали под эту должность, в ней были все черты руководителя, необходимые знания и навыки, а за время, проведенное со мной, она еще и обросла связями, ну не мне же самому было взаимодействовать и с городской администрацией, и с руководством полиции и с Институтскими шишками.

— А все, благодаря кому? — Она взялась за лацканы моего пиджака, и пристально заглянула в глаза, медленно приближая свое лицо к моему, и вот, когда наши губы почти слились, она внезапно остановилась. — Все благодаря себе и вопреки твоим каверзам! — Она с довольной улыбкой оттолкнула меня от себя. Я рассмеялся, все же взяла она от меня и глупую манеру шутить и еще пару не плохих черт, ну или плохих, как посмотреть.

— Кто за рулем поедет? — Уточнил я. Жили мы в одном подъезде, кроме волка естественно, где у того логово, не знал никто. Поэтому, было логично ехать на одной машине, оставалось только решить, кто поведет.

— Какой руль! — Возмутилась девушка. — Дим! Мы сегодня гуляем, отрываемся по полной.

— И пусть же никто не уйдет на своих двоих? — Усмехнулся я, на что Варька лишь хищно ухмыльнулась и выдала радостное: «Даааа!»

А потом наступило разочарование! Все же заметно, что в девчонке не хватает жизненного опыта, ну кто же на пьянку приглашает коллег в дорогой ресторан? Да тут при виде одного только высокопарного официанта начинаешь заказывать исключительно минеральную воду определенного года разлива, пропущенную через фильтр на восточном склоне горы Монблан.

В итоге, мы сидели скучно, за столом с белой скатертью и смотрели то друг на друга, то на обилие приборов, выложенных перед нами.

— Я немного иначе себе это представляла… — Пробормотала Варька под нос.

— А что бы ты хотела? Клуб? — Уточнил я.

— Нет. Клуб шумно. — Помотала она головой. — Я хочу приватности для нас, и чтобы весело, и выпить, и чтобы плясать, но без посторонних.

— Поехали в караоке. — Пожал я плечами. — Там отдельные кабинеты, еда правда паршивая, зато алкоголь самый забористый.

— Так я петь не умею. — Смутилась девушка.

— Не переживай. — Рассмеялся я. — Там никто не умеет, это же караоке, там песни не поют, их там насилуют!

В итоге, оставив в ресторане кругленькую сумму не пойми за что, мы, найдя в Караваеве караоке бар, укатили прямиком туда.

Заведение, как ни странно, оказалось очень даже приличным, с отдельными кабинетами, хорошей аппаратурой, единственный его минус был в том, что пирожков в меню не было, но с того страдал только один из нашей компании. Впрочем, все минусы заведения в глазах волка померкли, как только мы начали петь, особенно ему пришлась по душе песня группы Boney M Gotta Go Home, вернее бэквокал, он так вдохновенно выл «Уууууу» в то время, как я сбивчиво пытался читать не русский текст, что все мысли про пироги оставили его серую лохматую голову.

Сначала у него получалось, конечно, не очень, но после того, как мы опустошили третью бутылку текилы, его завывания начали казаться нам просто отличными.

После текилы на столе зачем-то оказался коньяк, скорее всего потому, что текила в баре закончилась, а лимон с солью на столе еще были в избытке.

Весь вечер виновница торжества отрывалась, она пела то с одним, то с другим дуэтом, искрометно шутила пила на брудершафт с каждым, даже с волком, правда его она поцеловала в мокрый нос, впрочем, и остальные были вознаграждены лишь дружеским чмоканьем в губы.

В общем, вечер радовал, единственное, Виталий, чем больше накидывался, тем ревностнее относился к своей новой начальнице, он даже чуть в драку со мной не полез, после того, как Варька плюхнувшись ко мне на колени заявила, что я в ее сердце останусь, как самый пресамый лучший начальник, и надеюсь, что больше дураков руководителей на ее веку не встретится. Не знаю уж, что он в этом нашел такого, к чему стоило ревновать, то ли слова ее показались ему не правильными, то ли, то, что я во время этой тирады слизывал соль с груди новой начальницы отдела, текила к тому времени уже закончилась, но соль то оставалась, не переводить же продукт в пустую.

Но Варвара остановила намечавшуюся драку одним лихим движением головы, и мы оба уже готовые накинуться друг на друга, оказались замотанными в волосяные коконы, после чего пили мировую, закусывая лимончиком с губ красавицы Варвары. Такая щедрость со стороны предмета обожания, как ни странно, охладила пыл парня, и он, приняв залпом двести грамм коньяку, остыл к конфликтам.

— Я так же хочу! — Завистливо загундосил Емеля. — Кивая на Виталю и протягивая Варьке солонку и четвертинку лимона.

— Ууууууууу. — Тянул волк под хит Boney M, игравший, наверное, уже в сотый раз.

Варька расхохоталась, щедро сыпанула себе на грудь соли и взяла в рот кусочек лимона. Ох и стыдно же ей будет за это завтра, но то завтра.

Я со смехом смотрел как наш скромный наблюдатель, смачно слизнув соль, употребил залпом стопку коньяка и слился со своей новой начальницей в поцелуе, затянувшемся чуть ли не на пару минут, эх Виталик, рано ты спать отправился, возможно, сегодня бы тебе чего и обломилось.

— Выпьем? — Варька с солонкой и лимоном бухнулась ко мне на колени.

— Выпьем! — Согласился я, ее терпкий кислый поцелуй, как ни странно, немного прочистил мне мозги. Я со смехом наблюдал за увлеченным воем волком, за тем, как мерно сопит, уложив щеку на стол Виталий, как Емеля рюмку за рюмкой засаживает коньяк, не было уже ни соли, ни лимона, была лишь грудь в декольте и поцелую на закуску, но он и тому был рад, как итог, скоро Емеля отправился спать к Витале.

— А ты! — Пальчик Варьки обвинительно уткнулся мне в грудь. — Гад! На летнем балу бросил меня, а сам плясал с Марьей и этой Рысевой на столе. А меня не позвал! А я тоже хочу на столе.

— Голой? — Уточнил я. Ситуация меня сейчас больше забавляла, мои коллеги нажрались, конечно, но я не мог допустить, чтобы все перешло грань.

— Нет! — Подумав замотала головой Варька. — Голой нельзя! Суббор… Субботни… Субстра… Субординация! Вот!

— И отлично! — Хмель брал свое, возможно, что в адекватном состоянии мне оставалось находиться пару часов от силы, а скорее минут двадцать, после чего, я как тот же Емеля потребую закусить поцелуем и не только… — Голой нельзя! Тебе с ними еще работать!

— Работать! — Согласно кивнула Варвара, язык ее заплетался, фразы были все сумбурнее. — Но я хочу танец. На столе!

Я рывком скинул на пол посуду и лихо заскочив на стол протянул ей руку.

— Мадам! Я приглашаю Вас на танец! — Она хихикнула и оказалась рядом со мной. — Волк! Вырубай свою шарманку! Поставь нам что-нибудь медленное и романтичное.

— Что поставить то? — Серый в отличии от нас не употреблял и был трезв, его пьянила лишь песня.

Я задумался, перебирая в уме сотни роковых баллад, но ни одна не подходила к моменту.

— Владимирский централ ставь! И ради бога не пой! Пусть музыка нас унесет, и никто этому не помешает.

С первыми аккордами я взял Варвару за талию, она тесно прижалась ко мне положив руки на плечи и под звуки бессмертного блатного шансона я вдохнул аромат ее пьяного разгоряченного тела.

Глава 6

Нет нет нет нет! Мой больной похмельный мозг кричал и отказывался верить в происходящее. Да да да да! Ехидно вторило ему тело, давая ощутить реальность происходящего.

Я посмотрел вниз, все верно на груди у меня лежит брюнетка, по ощущениям голая, хоть бы Василиса, да черт с ним, пусть даже Злата, но только не Варька, нет, только не она. Близость с ней сулит неприятности, от банальных сцен ревности и до конфликтов по работе. Это чисто технически, мы теперь в разных службах, а на деле, она как бы мне обязана подчиняться, а спать с починенными, это мало того, что не культурно, так они ведь еще могут воспринять, что теперь им позволено больше, чем должно.

Я приподнял одеяло, так и есть Варька, лежит на мне сверху, ее крупная красивая грудь утыкается в мою не красивую и волосатую.

Твою мать, что же вчера было… Я помню мы танцевали, потом целовались, а потом она сказала, что хочет шампанского, для торжественности момента, я еще ей говорю, что шампанское после текилы и коньяка нас убьет. Да-да! Точно, как сейчас помню, волк самозабвенно воет свое «Уууууу» а я сижу, в одной руке бокал шампанского, вторая у Варьки в декольте, и я говорю, «Варвара, шампанское нас погубит!». Зараза и вот результат! Голая! Под моим одеялом!

Я аккуратно потянулся к тумбочке за антипохмелином. Упаковку я заначил там еще вчера, предполагал, что будет не очень хорошо, жаль не предвидел, что будет так плохо.

Аккуратно, чтобы не потревожить Варьку, я перегнулся и…

— Твою мать! — Сдержаться я не мог, на полу, явно свалившийся с кровати лежал Виталий, без штанов, да и вообще без всего низа, причем судя по его виду, сверху он был одет, как и вчера, сорочка, пиджак, вон даже галстук выбивается из-за воротника рубашки, а вот снизу… Беда… Это что же получается, мы вчера Варвару на радостях того? Мне сразу вспомнилось с какой легкостью она одаривала поцелуями Емелю, не удивлюсь, что он тоже тут, где-нибудь под диван закатился…

Нет, стоп, надо решать проблемы по мере поступления, то, что тут Виталька на полу валяется, сверкая своими интимностями, еще ничего не значит, что Варька на мне голая сопит, тоже.

Я аккуратно приподнял одеяло и медленно выдохнул, на Варваре были красивые кружевные стринги, на мне тоже мои застиранные, но верные труселя, то, что они на нас, уже дает шанс, на счастливое завершение истории. Я еще пару секунд полюбовался на круглые ягодицы девушки и повторил свою попытку дотянуться до антипохмелина.

Таблетка с не приятным треском покинула блистер, я закинул ее в рот и именно в этот момент дверь распахнулась и на пороге возникла растрёпанная, разъярённая Василиса.

— Дима! Какого хрена! — Таблетка встала в горле, и я вытаращил глаза на жену директора Института. Эх, как она прекрасна в ярости, васильковые глаза сверкают, волосы развеваются словно на ветру, блузка криво застегнута, видимо торопилась, мчалась ко мне. Все бы это я подумал, если бы не застрявшая в глотке таблетка, а так я только краснел и вращал глазами.

Да еще Варька, мгновенно отреагировавшая на шум и угрозу, вскочила и словно дикая кошка заняла позицию между мной и Василисой, готовая драться за меня до конца!

— Ты! — Взвизгнула Премудрая и замахнулась на девушку, та зашипела и волосы ее словно щупальца гигантского осьминога устремились к Василисе. Та, оценила расстановку сил и не придумала, ничего лучше, как со злостью пнуть храпящего Виталия в живот, тот даже не шевельнулся, лишь громко испортил воздух. Как раз в этот момент, я справился и проглотил таблетку. Блаженная нега растеклась по моему телу, вот нет удовольствия больше, чем когда ты после болезни снова начинаешь чувствовать себя нормально, вот вроде бы ничего и не произошло, ты просто вернулся к прежнему состоянию, но это такой кайф.

Я улыбнулся, потом осмотрел присутствующих, включая Виталия на полу, и заржал. Василиса пару секунд смотрела на меня с недоумением, потом глянула на тело на полу и тоже усмехнулась.

— Так! — Обратилась она ко мне. — Герой любовник! Даю пять минут, чтобы разобраться с этими двумя и жду тебя на кухне. Лишних ушей, мне не надо. А ты красавица. — Она бросила взгляд на Варьку, так и прикрывавшую меня своим роскошным обнаженным телом. — Еще раз на меня зашипишь, покараю. Поняла? — Голос ее был спокоен, но было ясно, она все это сейчас очень серьезно, и если сегодня Варька была прощена, то случись такое снова, головы ей не сносить.

Василиса развернулась и с видом победителя покинула мою спальню.

— Дим! Это что сейчас было? — Девушка бросила на меня мученический взгляд. — Это я что, на Василису наехала? А вчера что было? Почему мне так плохо то? Твою мать! — Чуть не выкрикнула она, увидев на полу Виталия. — Только не это! Нет! — Она глянула на себя. — Хотя нет. Трусы на месте. — Она на секунду задумалась. — Нет! Точно нет! Прав ты был вчера, шампанское лишним оказалось. Но почему он тут и без трусов?

— Загадка. — Пожал я плечами. — Вот тебе и первое дело на посту начальника отдела полиции. «дело о пропавших трусах или была ли оргия?» Держи! — Я вручил ей блистер с таблетками антипохмелина. — Приходи в себя, приводи в человеческий вид подчиненного, и чтобы через три минуты, Вас у меня не было. — Я встал и как был в трусах и носках направился в кухню, где Василиса уже ставила чайник.

— Вот! Гульнули вчера немного. — Я развел руки словно оправдываясь.

— Понятно. — Василиса хитро прищурила один глаз. — Жалеешь, что без приятного окончания?

— В смысле? — Не понял я.

— Так у тебя с ней ничего не было. — Рассмеялась девушка. — Ты ж балбес в носках, ни одна уважающая себя дама не будет заниматься сексом, если партнер носки не снял, это табу, это мерзко, это не эстетично, а вот своего голозадого приятеля, это да, это ты мог, вот теперь мучайся такой мыслью.

— Не мог. — С уверенностью заявил я. — Все эти байки про бисексуальность и раскрытие склонностей к садомии, они хороши для подростков, я же считаю, что тут, как с шизофренией, если не проявились симптомы до тридцатника, то уже и не проявятся.

— А они не проявились? — Снова рассмеялась Василиса.

— Могу доказать. — Я пожал плечами. — Но Вы же тут не для этого? Мчались вон, торопились, даже пуговки криво застегнули, уверен не для того, чтобы зубоскалить надо мной или Виталькиной голой задницей.

Девушка осмотрела себя, чертыхнулась, и принялась расстегивать блузку, чтобы застегнуться нормально, но в какой-то момент хитро глянула на меня, и оставила ее расстегнутой, демонстрируя мне плоский животик с аккуратным пупком и дорогой бюстгалтер. Дразнится, вот же натура, оба понимаем, что примчалась она по серьезному делу, но она не упускает возможности меня спровоцировать.

— Скажи мне дорогой друг! — Она подошла ко мне и взяв за подбородок приподняла мое лицо так, чтобы я смотрел не в содержимое ее бюстгалтера, а прямо в глаза. — Что это такое, вы задумали с Ягой?

— Мы с Ягой? — Я удивился, и, судя по всему, моя реакция ей понравилась, она была сочтена искренней. — Я ничего с ней не задумывал, мы не виделись с того самого дня.

— Не виделись и не общались? — Взгляд сверлил меня.

— Не виделись. — Уверенно повторил я, почему-то мне казалось, что врать сейчас не стоило, но вот юлить и изворачиваться я буду до последнего.

— А когда Вы с ней общались в последний раз? — Рука ее скользнула мне в труселя и сжалась на достоинстве.

— Летом… — Прохрипел я. Все! Я раскрыт. Но похоже, я снова угадал с ответом, потому что рука разжалась и болезненные прикосновения сменились очень даже приятными поглаживаниями.

— Дим! Яга исчезла для нас. — Я было дернулся, но Василиса сдержала меня, ее ладонь лишь чуть напряглась, давая мне понять, что шевелиться не стоит. — Теперь мы все в таком же положении, как и ты. Никто в Караваеве не видит гостиницу. На ее месте пустырь!

— Как это? — Я смотрел в ее глаза с хитрым прищуром на чуть закушенную нижнюю губу.

— А вот так. — Она внезапно отошла от меня и кивком велела сесть за стол. — То, что ты не видел ее отель, было сделано силами Яги, только она хозяйка в своей избушке, только она решает, к кому та повернется передом, а к кому задом. Вчера, уже ночью, я вспомнила о твоей просьбе, ну уточнить про фото. Помнишь? — Я кивнул. — Я разослала фотографию нашим. Ответ пришел только от Яги, матерный ответ. На моей памяти Яга никогда не материлась, а тут вот такой всплеск эмоций, и после этого, она закрылась от нас. Я попыталась дозвониться до тебя сразу, уточнить все подробности дела, сначала трубку никто не брал, потом взяли, но там был какой-то жуткий вой, нечто пугающее, не человеческое, я думала тебе уже конец. Волновалась за тебя. Думала вы вдвоем с Ягой замыслили нечто эдакое, чтобы тебя от Кощеева задания избавить… — Она встала передо мной одним движением отбрасывая блузку в сторону и оставаясь в одной юбке и бюстгалтере. — Ну так что? Скажи мне, что вся эта канитель не ваш хитрый план, что ты честный парень и не замышляешь ничего такого?

— Я ничего не замышляю! — Признался я, сглатывая тяжелый комок, стоявший в горле, Василиса была чудо как хорошо. — Все по-честному. Весной либо вы получите назад Бельского, либо мою жизнь!

— Какой хороший мальчик. — Она быстрым движение стянула с себя трусики и кинула мне в лицо, я постарался не поморщиться, ну черт побери, неприятно, это же трусы. Впрочем, дальше мне объяснять было не нужно, и я как настоящий хороший мальчик кинулся к зазывно усмехающейся девушке. И получил ощутимый удар в грудь, который отбросил меня на стул и дальше спиной на пол. Твою мать, опять эти игры, ну вот к чему это все, верность хранить Кощею уже вроде как поздно, а дразнить меня вообще глупо и бессердечно с ее стороны.

— Дурак! — Василиса села на меня сверху. — Я же говорила. Носки сними!

— А я тебе говорю, она тебя хочет. — Василиса уплетала уже шестой бутерброд с салом, запивая крепким сладким чаем, не знаю уж где птицы в этот час нашли черный хлеб, но притащили его без разговоров, стоило мне только попросить. — Ты для нее идеал! Сильный, умный, вернее, конечно, кажешься таким. — Ага вставила шпильку. Если бы я был слабый и тупой, то сама она, что бы тут сейчас делала? А то ишь, сидит вся такая гордая, волосы растрепанные, в одном полотенце после душа, сало мое уплетает. — Вот я и говорю. — Продолжала Василиса. — Кроме того, ты показал себя порядочным, заботливым. Помог ей в карьерном плане, а для Варвары, карьера — это почти все в жизни. И как ей на тебя не вешаться?

— Да легко! — Рассмеялся я, нарезая еще сала. — По трезвянке то она меня отталкивает. А тут просто перебрала вот и оказалась со мной в одной постели, к тому же, даже в таком состоянии, между нами, ничего не было.

— Именно, потому что в таком состоянии! — Подняла тонкий пальчик Василиса. — Она не хотела момент портить. Ты, Димочка, ей нужен трезвый в полной моральной и физической готовности. Ты где сало это взял? Вкусное зараза! И ведь понимаю, что мне после него в зале пахать не разгибаясь, а остановиться не могу. — Еще один бутерброд исчез с тарелки. — Так что, хороший мой, будь с ней аккуратнее, служебный роман, он до добра не доведет.

— Так ты же вон тоже, вроде как, моя начальница, а я тебя того. — Я медленно потянул за краешек полотенца, и оно скользнуло на пол.

— Это я тебя того. — Хмыкнула Василиса, не отрываясь от сала и словно не обращая внимания, что осталась в чем мать родила. — И это совсем другое дело. С моей стороны, это мотивация. Ты спас воображлятор, ты молодец, я тебя наградила, постепенно ты привыкнешь к тому, что за отлично выполненную работу ты получаешь награду, и это заставит тебя работать еще лучше.

— Сплошной расчет и никаких эмоций. — Хмыкнул я, и она лишь кивнула. — И это вовсе не потому, что я тебе нравлюсь. — Снова кивок и очередной бутерброд с салом оказывается в тонких пальчиках. — А знаешь… — Я откинулся на стуле и сделал большой глоток обжигающе горячего чая. — Я сало вкусное нашел, я такой молодец…

Василиса посмотрела на меня, потом в потолок, затем кивнула, что-то для себя решая и взяв со стола резинку собрала волосы в пучок.

— Знаешь! А ты мне тогда сразу понравился. — Она сидела, обхватив мои колени руками и положив голову мне на бедро. — Стоял такой, толстый, нелепый, растерянный, пялился на здание вокзала, я еще подумала, какой забавный увалень. Это уже позже, когда мы сидели в кабинете у начальника станции, я подумала, что ты мог бы мне пригодиться.

— И поэтому, ты решила устроить на меня охоту? — Усмехнулся я и запустил пальцы в ее угольно черные волосы.

— Не охоту. — Она расцеловала мою ладонь. — Я подумала, что тебя можно было бы использовать, чтобы устранить Царевича. Костя имеет склонность приближать к себе хронических идиотов, что Иван, что Соловей, они находились не на своем месте, вот я и решила тогда тебя сыграть. Ну а что, назначить тебя полицейским, тебе и делать ничего не надо было, чтобы быть лучше Ивана, а ты с Ягой сошелся, погоню всю эту устроил, меня вон даже в плен взял.

— А ты что планировала? — Мне стало интересно, именно с того эпизода и начались все мои приключения в Караваеве.

— Ну тебя бы арестовали, привезли в Институт и для начала промариновали в казематах денек, и только после этого, я бы Косте идею заронила, о том, что это, возможно, судьба. В итоге все бы получилось точно так же, ты полицейский, ищешь Бельского, только без всех этих погонь, угроз мне гранатой, сговоров с Ягой. — Она подняла на меня свои синие глаза, просто не естественного цвета.

— Но в итоге то все получилось так, как ты планировала верно? — Я провел ладонью по ее щеке, и она больно прикусила мне большой палец.

— В целом да. Ты теперь мой человек в совете. — Она очаровательно улыбнулась. — Ты ведь мой человек? — Я неопределенно пожал плечами. — Костя хороший специалист, но в людях совершенно не разбирается, от того у нас в совете и сидели такие люди, как Соловей, или Горох, я же постепенно все меняю. Для меня интересы Института на первом месте, выше личных, выше Костиных. И для блага Института, я должна немного подвинуть его…

— Но он ведь твой муж. — Попытался я вставить свои пять копеек.

— Три минуты назад, ты предпочел об этом забыть. — Рассмеялась она. — Повторюсь. Костя отличный специалист, он выгоден для Института, несмотря на свои заморочки. Я лишь пытаюсь улучшить существующий порядок. И для этого, мне нужен ты… — Она на секунду закрыла глаза и словно через силу произнесла. — И Яга! Поэтому, Дим! Найди способ вернуть ее нам. Это сейчас задача по важности почти такая же, как найти Бельского. Выясни, что случилось. Верни Ягу. Я дам тебе все, что попросишь, деньги, людей, ресурсы, главное, верни ее.

Вот мы и подобрались к главному, я сейчас смотрел на девушку с искренней любовью, да, это именно та Василиса, которую я знал, к которой я привык и которую ценил. С чего началось утро? Скандал! Вломилась ко мне, наорала, взвинтила, потом смилостивилась. Снизошла до смертного, наградила своим телом. Дала почувствовать, что я для нее важен и ценен. Потом разговор ни о чем, и снова сладкий пряник, и только после этого, доведя меня до состояния, когда она для меня самая лучшая, и замечательная, мне заронили две мысли, первая и она же главная, я ее человек! Это не обсуждается. Она меня выбрала с самой первой встречи, она меня поставила туда, где я есть, а еще у нее такие милые пухлые губки, что впредь, отказать ей ни в чем я не смогу, ведь я тут только из-за нее. Но это мысль глобальная, она на будущее, а сейчас есть задачи сиюминутные, а конкретно вернуть выскользнувшую из-под контроля фигуру в большой игре Василисы. Ну а кому еще возвращать Яру, если не мне?

Я с любовью смотрел на девушку и поглаживал ее по щеке, маленькая хитрюшка. И как в этой хорошенькой головке помещаются то все эти планы и комбинации? Ведь ни слова в простоте не сказано, ни одного жеста не сделано просто так.

Мне внезапно стало очень ее жаль, она живет не для себя, а во благо Института, все что она творит, должно принести пользу родной конторе, даже со мной она сейчас не потому, что ей это приятно, а потому, что должна. Хотя, чего ее жалеть, она так же легко сметет меня со своей шахматной доски, когда это будет ей нужно, как, впрочем, и сама сойдет с нее, если того потребуется для достижения цели.

— Не смотри на меня так. — Внезапно холодным, приказным тоном сообщила мне Василиса.

— Как? — Уточнил я.

— Да вот так! — Она резко встала и заозиралась, видимо в поисках полотенца. — Сочувствующе, все понимающе! Ты сейчас чего-то там у себя в голове напридумывал? Так вот, это не так! — Глаза ее метали молнии, а я в ответ лишь улыбнулся и похлопал себя по бедру, приглашая ее присесть. Жест, ставший для нас привычным за эти месяцы, сейчас она сядет ко мне на колени, я положу одну руку ей на бедро, вторую на талию, и она станет поить меня кофе. Вместо этого, мне в лицо бросили полотенце. — Я серьезно, Дим. Никогда больше так на меня не смотри. И никогда больше, так про меня не думай. Я живой человек, не машина, я не играю и не просчитываю комбинации.

— И не читаешь мысли? — Я снова повторил приглашающий жест, но уже настойчивее.

— Твои мысли прочитать не сложно. — Она стала чуть спокойнее. — Пошляк. — Я ей развязно подмигнул, и Василиса, решив сбросить градус внезапно возникшего напряжения, все же уселась мне на колени. — Я сегодня была с тобой предельно искренней, а ты меня обидел своими подозрениями.

— Я не сказал ни слова. — Спокойно сообщил я ей.

— Да не надо слов. Дим, я по лицам читаю, а ты как букварь. — Она не сильно, но ощутимо отвесила мне пощечину. — Ты думаешь я со всеми сплю? Думаешь, это для меня разменная монета для достижения цели? У меня в жизни было три мужчины! Двоих ты знаешь, третьего не узнаешь никогда, для меня, интимная близость слишком важна, чтобы ее использовать для влияния. Так что…

— Прости. — Я поцеловал ее в щеку. — Может я чего не так подумал, может ты чего не то прочитала. В любом случае, прости.

— Вернешь Ягу, прощу! — Совершенно серьезно сообщила она мне. — А пока… — Она встала и принялась собирать разбросанную по кухне одежду. — Как я говорила, любые ресурсы в твоих руках! Будут нужны деньги, звони мне. Люди, Варваре или Соловью… — Она секунду стояла в задумчивости, но все же подошла и чмокнула в губы на прощание. — Работай, Дим! Мне нужен результат!

Я смотрел, как она грациозно удаляется прочь и в голове моей крутилось: «не верю!», все это ей спланировано, ну может не в деталях, но все рассчитано, и со мной она эту канитель закрутила не просто так. Больше, чем уверен, что сегодняшнее утро разыграла как по нотам, пожалуй, кроме последнего аккорда, где я не сдержал своих эмоций и мимикой дал понять, что-то пошло не так. Красивая, умная женщина, такую бы любить и на руках носить, жаль чужая, и моей не будет никогда. А моя там, спряталась от всех, напуганная неизвестной опасностью, скрылась от мира и ждет, что я приду и спасу ее.

— Эх, Яра! Яра! Что же тебя так напугало то? — Задумчиво пробормотал я, отправляясь в спальню за телефоном.

— Какого хрена тебе надо? — Варька явилась ко мне хмурая и помятая.

— О! А ты чего такая? Антипохмелин что ли не выпила? Или еще где накатить успела?

— Дим! Не надо а? — Она смерила меня неприязненным взглядом. — Физическая боль от произошедшего вчера, это мелочь.

— А чего не так? — Не понял я.

— Мне стыдно! Понимаешь? — Из ее глаз хлынули слезы. — Стыдно! Мне с ними работать! А они… Они мне вчера сиськи облизывали, и я с ними целовалась.

— И что? — Не понял я. — Хорошо ж посидели. Ты и со мной целовалась, ты вообще со мной проснулась сегодня, голой, между прочим.

— В трусиках! — Поправила меня Варька, словно это имело какое-то значение. — И ты больше, не член коллектива, а эти двое, что мне теперь делать? Уволить их?

— Эй-ей, ну ка приостанови репрессивную машину. — Я чуть ли не силой усадил ее за стол и налил чаю. — Давай разберемся, что вчера произошло? Мы выпили…

— Мы нажрались! — Поправила меня Варька.

— Хорошо! Мы нажрались, расслабились и повели себя так, как ведут все люди. Ты знала, что ты красивая и желанная? — Варвара кивнула. — Знала, что на тебя все слюни пускают в отделе? — Снова кивок. — И в итоге, несмотря на измененное сознание и желание твоих коллег ты смогла сохранить самообладание и не скатиться к непотребствам, пара дружеских поцелуйчиков, и что?

— И правда, чего это я. — Варька откинула полу халата демонстрируя мне черно-фиолетовый засос на груди. — Емеля гад, а я ржала как дура…

— Варь. — Я подошел и поправил её халат. — Тебе вчера хорошо было? Весело?

— Ну да. — Подумав кивнула она.

— Вот и не парься. — Рассмеялся я. — Меня больше волнует, не учинили ли мы чего такого в заведении вчера, и то, как Виталя у меня на полу оказался, да еще без штанов.

— Ой. — Махнула рукой девушка. — Насчет этого можешь вообще не париться. Ты вчера купил тот караоке бар!

— А? — Челюсть у меня отвисла.

— Вот так вот! Мы там посуды немного побили, когда пришло время рассчитываться, обслуга закатила скандал, ты врубил режим неуязвимого героя полицейского, приехал владелец клуба и ты у него тот клуб, купил. Честно признаться мы все, включая официантов и директора там охренели, даже наши мальчики, хоть и были в полностью не вменяемом состоянии, особенно, когда волк притащил банковский брикет денег. Откуда они у тебя кстати? Ты говорил, что у тебя таких еще много!

— Караоке бар… — Я сел на пол и обхватил голову руками. — Я купил караоке бар… Я идиот!

— Согласна, но ты же вчера хорошо провел время? — Заботливо спросила девушка. — Вот и не парься! Про Виталю рассказывать?

— Да уж пожалуйста… — Я не был уверен, что хочу знать историю дальше, но это было необходимо.

— С ним все просто. Когда мы приехали, он сообщил, что не оставит меня с тобой наедине, а нам очень хотелось остаться наедине, но он не отставал, тогда ты сказал, что черт с ним, пусть посмотрит, и мы направились к тебе, но увидев постель ты сообщил, что спать хочешь сильнее чем трахаться, разделся и залез под одеяло. — Она злобно ухмыльнулась. — При этом сказав, чтоб мы валили. Я посмотрела, как ты уютно устроилась, разделась и полезла к тебе. Виталик же, рассудив, что мое сочное молодое тело не должно этой ночью простаивать, снял штаны и… я его вырубила. Вот и вся история, сплошная банальщина, про покупку бара куда интереснее. Правда же?

— Как, по-твоему, сделку можно назад отыграть? — С надеждой уставился я на Варвару.

— Вряд ли. — Рассмеялась девушка. — Бывший владелец уже на по пути в теплые страны, зато мы теперь можем ходить, петь на халяву, особенно волку эта идея пришлась по душе, только надо пирожки в меню добавить.

— А может просто бросить это заведение? Ну будет в городе брошенное здание и что с того…

— Зачем это? — Удивилась Варвара. — Ну самому нет времени заниматься управляющего найми, есть у меня знакомый, без дела в Институте ошивается, размером мелкий, но башковитый, давай я договорюсь, вы завтра встретитесь и все решите?

— Да некогда нам встречаться. — Вздохнул я. — Дело у нас.

— Ого! Второй день на должности и уже особо важное дело? — Насторожилась девушка, интуитивно чуя серьезную тему. — Давай ка подробности!

— Да все то же дело, Варь! — Вздохнул я принялся описывать ситуацию.

Глава 7

— Ремонт тут нужен. — Маленький человечек, с удивительно густым басом не характерным для карликов, стоял рядом со мной и осматривал помещение. — Предыдущий владелец, вроде и правильно мыслил, но до разумного завершения дело довести не сумел, увидел где то, что сейчас караоке на отдельные кабинеты разделены, но толком не сделал ничего, шумоизоляции ноль, кабинеты выглядят, как сарай. Короче, ремонт нужен.

Несмотря на всю занятость я встретился с протеже Варвары прямо в понедельник с утра. Наведался с ним с свой новый бар, заодно на трезвую голову познакомился с персоналом. Те косились на меня с некоторым испугом и ожиданием, ну еще бы, они сейчас находились в подвешенном состоянии. Что с ними будет дальше, чего от меня ожидать? Тем более, знакомы они со мной были только с очень пьяным.

— Но в целом. — Продолжал коротышка, представившийся Аристархом Кощеевичем и строго настрого запретивший обращаться к нему, как бы то ни было, иначе. — Заведение перспективное, может выйти интересный проект. Пять отдельных кабинок, и общий зал на двадцать посадочных мест со сценой. Почему нет.

— Ну да! — Вмешался один из официантов. — Заодно можно, кроме караоке, будет поминки проводить.

— Что? — Удивился коротышка. — Какие еще поминки?

— Так у нас городишко то маленький. — Пояснил парень. — Провинциальный. У нас на песнях много не заработаешь, вот мы раньше и проводили, не большие банкеты, поминки…

— Поминки в караоке… — Задумался Аристарх. — Креативно… на уровне бреда, конечно, но должен признать, что необычно.

— Давайте, побыстрее. — Взмолился я. — Время не ждет. Готовы ли Вы взяться за управление заведением? Если да, то что нужно от меня.

— Готов. — Кивнул коротышка. — У нас говорят, что Вы Дмитрий, удачу приносите и упустить шанс поработать с Вами, было бы глупо. Работать я готов с доли, допустим тридцать процентов от прибыли. Идет? — Я чуть было не завопил от радости, конечно, идет, если у меня сейчас получится свалить на него всю работу, то это будет великолепно, считай я легко отделался за пьяные шалости. Но все же здоровый прагматизм меня остановил.

— Десять! — Я добавил в голос льда, такую манеру говорить я перенял у Василисы, со мной то она не работала, но вот на остальных наводила ужас.

— Пятнадцать, без торга. — Коротышка протянул мне руку. — Плюс, затраты на ремонт, в кратчайшие сроки, с Вас, плюс содержание персонала, пока этот ремонт будет длиться. Это не обсуждается.

— Идет. — Я пожал его руку. — Тем более, что у меня есть пара ремонтников. Давайте вечером встретимся, и Вы объясните им что и как?

Завершив дела тут, я с легким сердцем направился было на работу, но меня прервал звонок. Экран смартфона поведал мне, что в столь ранний час я понадобился капитану Орлову.

— Доброе утро, Сан Саныч. — Хмуро поприветствовал я полицейского, мне стал крайне неприятен этот человек.

— Кому как. — Зло бросил он мне. — Бери своих и приезжайте в центральный парк. Срочно!

— Что случилось? — Насторожился я.

— Убийство! Двойное! — Орлов был особенно груб сегодня, и я так понимаю, у него были на это веские основания. — Ваши постарались!

Я быстро набрал Варьку и передал ей слова капитана, та, не став долго уточнять детали, быстро ответила, что они выезжают и повесила трубку.

Да что же это происходит, вот был же Караваев спокойным городком, со своей чудинкой, со счастливой ленивой жизнью, пока сюда не заявился я. Или я все преувеличиваю? Нет в этом моей заслуги? Убийства тут наверняка случались и до меня, правда в основном на бытовой почве, ну повздорил сосед с соседом или супруги по пьяни до ножа дотянулись, но последнее время тут, то перестрелки с засадами, то штурм зданий, трупов в морге не переводится, теперь вот еще, двойное убийство, причем мне с уверенностью заявили, что виноваты наши… Тьфу, то есть Институтские.

Место преступления я увидел сразу, обилие людей, мигалки полицейских и медицинских служб, все бегают, суетятся и особняком на их фоне выделялась Варвара с ребятами, они стояли словно отдельно от всех, их избегали. Ох надо что-то делать с деятельностью Орлова по демонизации Института, или может я себя накручиваю и нет никакой проблемы?

— А вот и он! — С ехидной и фальшивой улыбкой произнес капитан, когда я подошел к своим и приветственно пожал всем руки. — А тебе, Дмитрий, оказывается не сюда, оказывается теперь работа на земле это не твое и расследованием простых убийств должна заниматься Варвара.

— Сюда! — Уверенно заявил я. — Тут не только убийство.

— Да? — Удивленно приподнял бровь Сан Саныч, Черт побери, вот был же нормальный мужик, с которым комфортно было работать, а возможно в дальнейшем и дружить, но нет, ему попала вожжа под хвост, сначала подозрения в мой адрес, потом ненависть, основанная на том, что он был точно уверен в моей вине, а сделать ничего не мог и вот итог, злоба…

— Да. — Я ему безразлично кивнул. — Мне поручено заняться прямыми угрозами Институту, дискриминация сотрудников и… порождений. Попытки провокации конфликтов, даже попытки убийств. — И ведь я не совсем и врал, именно сейчас я видел, на примере отношения к отделу, что деятельность Орлова с его самообороной, приносит плоды.

— Даже покушение на убийство? — Округлил глаза капитан. — А мне про такое не докладывали. Обращения не было.

— Сейчас обращаюсь. — Пожал я плечами. — Рядом с вокзалом на днях, было совершено покушение на мою подругу. — Орлов на этот раз уже не притворно удивился и уставился на Варвару. — Не на эту. На птицу. Ну Вы знаете, со мной три таких проживают. Бородатый мужчина, торгующий рядом с вокзалом, с применением особого цинизма и камня, покушался на ее жизнь.

— А? — Переспросил Орлов. — Это на тех птиц, которые везде лезут, хамят и дразнятся? Он камнем что ли ее шуганул?

— Не шуганул, а покусился на жизнь! — Поправил я. — С особым цинизмом! Имени его, я пока не знаю, но за свой поступок он ответит, будьте уверены. В полной мере! И это только один инцидент. Расследование продолжается, вырисовываются новые фигуранты. — Историю про бородатого мужика я рассказал специально, чтобы Орлов не подумал, что я знаю о его кружке по интересам, и не начал раньше времени конспирироваться. Пусть думает, что я занимаюсь черти чем, лишь бы платили, или того хлеще, рассказывает своим сторонникам, что Институт нанял карателя, полицая из числа людей, что они как нацисты в сорок втором, для борьбы с партизанами используют подлецов и предателей.

— Решим. — Хмуро буркнул капитан. — А пока пройдемте.

Мы направились в глубь парка, туда, где суетились полицейские.

— Вот. — Указал он на дерево. — Первая жертва, она замерзла насмерть, сидя на ветке.

— Да? И при чем тут Институт? — Меня немного мутило, смотреть на застывший труп, уцепившийся в ствол раскидистой сосны, было как минимум не приятно, несмотря на то что к трупам я начал относиться намного легче, все же они не оставляли меня равнодушным.

— Она убегала от кого-то — Пояснил Орлов. — Возвращались с подругой из кафе, решили срезать через парк, вот итог. С подругой и того хлеще. — Он кивнул головой и повел меня в глубь парка, там тоже было оцепление, но не так много полиции. — Вот. — Капитан указал на вытоптанную площадку, где кровью и внутренностями был начертан знакомый мне уже символ.

— Твою мать! — Выдохнули мы с Варькой хором, после чего переглянулись и так же синхронно полезли за телефонами, делать снимки.

— Ну и что? — Как-то зло и грустно усмехнулся Сан Саныч — Скажете не ваших работа? Когда мы нашли это место, поляна была вытоптана, но следов, которые бы вели сюда или отсюда не было и снег… — Он на секунду замолчал. — Такое ощущение, что тут вчера вечером была сильная метель. При этом в городе снегопада не было! Погода была ясная. Дим, скажите честно, что за деда Мороза вы выпустили в город?

— Не знаю. — Ответил я, не отрываясь от экранчика телефона. Сейчас я отправлял фото с соответствующим докладом всем заинтересованным лицам, Василисе, Кощею, Соловью, телефона нового шефа безопасности Института у меня не было, но я не сомневался, что он обо всем узнает в тот же момент, как и Василиса. — Мы поднимем все отчеты. Пусть это на первый взгляд и выглядит проделками Института, но я все еще не уверен в этом.

— Проделками… — Скривился полицейский. — Погибли две женщины! У них остались семьи, дети, а для тебя это проделки?

— Если это вина Института. — Я добавил в голос холода, — Об их семьях и детях позаботятся, а пока что, простите, будем разбираться. Есть еще что-то, что мне следовало бы знать?

— Нет. — Хмуро помотал головой полицейский. — Тут, на снегу все, что осталось от первой жертвы, в том, что она мертва сомневаться не приходится, сам понимаешь, без кишечника, которым нарисовали эту дрянь долго не живут. Вторая предварительно умерла от переохлаждения, что тоже странно, одета тепло, по-Сибирски, а замерзла. Более точную информацию Вам передадут. Вернее, передадут Варваре, раз уж ты теперь не полицейский.

— Мне тоже продублируйте. — Настоял я. — Дело бросает тень на репутацию Института, и относиться к особо важным, так что, это в первую очередь касается меня.

Орлов только кивнул и удалился, оставив нас одних.

— Волк? — Обратился я к серому. — Что скажешь?

— Все то же. — Хмыкнул любитель выпечки. — Запахов нет. Вторую тетку на дерево загнали, и она явно боялась спускаться, боялась сильнее, чем замерзнуть, но под деревом нет ничего, ни следов, ни запахов.

— И что все это значит? — Скорее для проформы спросил я. — Кто мог это устроить?

— Понятия не имею, — Ответил волк. — Но я знаю того, кто точно знает всех наших, ошивавшихся в парке, может она что и подскажет.

— Руся? — Уточнил я, волк кивнул. — Кажется она на зиму снимает бассейн в Институте?

— Именно так. — Вмешалась Варька. — Когда мы к ней поедем? Давай завтра у меня как раз свободное время.

— Мы? — Я приподнял бровь. — У тебя с ней хорошие отношения? — Варвара отрицательно помотала головой.

— Да мы и не знакомы с ней в общем то.

— Вот и все. — Усмехнулся я в ответ. — Значит, поеду я один, а то она еще испугается официального визита и замкнется в себе, а я, вроде как, старый знакомый.

Если честно, я считал, что этот вариант тупиковый, ну что может знать наивная и простая Руся, про того, кто переступил черту и ринулся убивать людей? Она, конечно, со своей ивы видит всякое, но про подобное давно бы уже растрепала тому же волку. В визите к Русе меня привлекал бассейн, плавать я любил, а тут официальная причина напроситься в гости и не один раз, в городе то такого сооружения не было.

— А сейчас? — Подозрительно быстро смирилась Варька.

— А сейчас поехали в отдел. — Я кивнул в сторону припаркованных авто. — Будем опять лопатить архивы Бельского и надеяться, что нам повезет наткнуться на что-то, хотя по моей версии, это дело вовсе не Андреевичей или Кощеевичей…

— А кого? — Перебил волк.

— Я думаю, что это Гороховичи. — Оскалил я зубы. — Ведь до этой зимы такого не происходило? Значит тварь, делающая все это, появилась на свет божий недавно, буквально в этом году и если мы можем легко поднять официальные бумаги и выяснить кто выходил из воображлятора легально, то чего успел наворотить Горох, мы не знаем.

— Хорошо. — Кивнула Варвара. — Это версия, но зачем тогда лопатить архивы Бельского?

— А чем еще заняться? — Пожал я плечами. — Варь, для начала нам надо выяснить, что это за символ, с кем мы имеем дело, поэтому часть из нас лопатит архивы, часть проверяет журналы регистрации Института за год. Нам надо выяснить, кто этот загадочный монстр, кто может сотворить такое. Кстати, отдельно надо проверить и версию с дедом Морозом, мало ли, решил Кощей воплотить его к празднику, народ, так сказать порадовать.

— Да твою мать! — Скривилась Варвара. — Ведь меня же повысили, я теперь начальник, а все равно должна выполнять твои приказы? Какой во всем этом тогда смысл?

— Ну да! — Ухмыльнулся я. — А смысл, в том, что у нас был повод нажраться.

— Не напоминай — Скривилась девушка. — Текила эта…

— Никогда больше так не будешь поступать? — Я подавил улыбку, но Варька внезапно посмотрела на меня, и пожала плечами.

— Почему нет? Мне понравилось. Обязательно повторю. — Затем она показала мне язык. — Только не с вами!

Я рассмеялся, что было откровенно неуместно в данной ситуации, на дереве труп, на снегу узор кишками, а я ржу, но надо сказать, что я стал в разы циничнее, и если честно, я отметил про себя, что их смерть меня не очень волновала, все мы умрем, конец неизбежен.

— Ты чего ржешь? — Одернула меня девушка. — Сейчас кто-нибудь увидит и скажут, что Институтские смеются над гибелью горожан.

— Прости. — Смутился я.

— Поехали уже в отдел. — Варвара взяла меня под руку, от чего почему-то стало очень уютно. — Сестричка написала, что меня там ждет сюрприз, но не говорит какой.

— Сестричка? — Удивился я. — Это Злата что ли? Какая она тебе к черту сестричка.

— Она самая. — Кивнула девушка. — И зря ты на нее наговариваешь, она хорошая… в чем-то.

— Хорошая. — Согласно кивнул я. — Но не для всех и только пока ей это выгодно. Ты сейчас начальник полиции, и поэтому, «сестричка», а пока была простым сотрудником, то тебя можно было ни в грош не ставить.

— Тем ни менее, она что-то узнала и предупредила. — Насупилась девушка. — Информация лишней не бывает, какая бы она не была.

— Тебе виднее. Поехали, посмотрим на твой сюрприз. — По идее, мне бы сейчас заниматься своими делами, все же время идет, помимо Бельского, мне теперь нужно еще искать и как вернуть Яру, а для этого, для начала надо определить, что за символы рисует загадочный убийца на снегу и найти его. Но нет, мне интересно, что же там такое творится в отделе, что за сюрприз преподнес Варваре Институт.

Сюрприз мы обнаружили сразу как вошли в кабинет, подоспели как раз вовремя чтобы предотвратить назревающий конфликт, ибо «подарок» Института, расположился за моим бывшим, а теперь Варвариным, столом и пытался руководить работой, на правах, так сказать, старшего сотрудника.

— Да вы вообще страх потеряли! — Возмущался Иван Царевич, сверкая глазами на коллег. Те, все трое, Виталя, Емеля и конечно же волк, окружили стол и были уже накалены до предела. — Да я в этом отделе работал, когда вас, сопляков, еще в помине не было. Да я Кузьму, знаете сколько раз ловил?

— Ни разу. — Ехидно вклинился волк. — Ни разу ты его не поймал, дед всегда своей волей при тебе возвращался, а вот мы его дважды переиграли. Почти в половине случаев ловим! — Он гордо выпятил грудь, в обоих случаях мы не давали бродяжному даже из города выбраться, по сути, за счет этого и ловили, ведь если старикану таки удавалось вырваться на простор, то схватить его становилось сложнее в разы.

— А ты вообще заткнись! Инвентарь! — Брезгливо бросил ему царевич, после чего волк оскалился и двинулся вперед, за ним сжав кулаки подались и двое парней. Похоже, если я сейчас не вмешаюсь, Царевича будут бить.

— Всем стоять! — Голос Варвары прозвучал спокойно и властно, и в одно мгновение ситуация разрядилась, сотрудники отдела развернулись к нам и даже вытянулись по струнке. — Что тут происходит?

— О, какая красавица! — Восторженно заулыбался Иван, он даже не удосужился встать с кресла, вальяжно развалившись в нем и пренебрежительно игнорируя коллег. — Здравствуй, милая. Меня к тебе на усиление направили, чтобы, так сказать, в отделе был кто-то опытный, вроде наставника.

— Вас вежливости не учили? — Холодно поинтересовалась девушка. — Встаньте, представьтесь как положено, или уважение не про Вас? — Где-то я уже слышал и эту фразу, и этот тон. Иван нехотя поднялся с кресла, снова улыбнулся белозубой улыбкой и протянул руку.

— Иван Кощеевич Царевич, я тут работал, начальником.

— Начальник мне не нужен. — Варька проигнорировала протянутую руку. — Ступайте домой, Вы нам не подходите.

— Да ты что себе позволяешь, пигалица? — Моментально настроение Ивана сменилось, еще секунду назад на его лице было эдакое высокомерное дружелюбие и вот уже ярость, кулаки его сжались, и он шагнул на встречу девушке.

И тут произошло ожидаемое, вернее, этого ожидал я, для Варьки думаю, произошедшее стало приятным сюрпризом. Все трое наших сотрудников встали между ней и Царевичем, Виталий сжал кулаки, Емеля прихватил со стола дырокол и протянув через него, невесть откуда взятый, галстук крутил им теперь как кистенем, а волк, тот оскалил клыки и вздыбил шерсть, жуткое я скажу вам зрелище.

— Иван. — Я вышел вперед. — Вас Кощей послал сюда? — Обратился я к бывшему сотруднику, тот нехотя отвел взгляд от соперников и кивнул.

Я же достал телефон и набрал Константина Бессмертного.

— Доброе утро. — Поприветствовал я директора Института, хорошо все же, что у меня был его прямой номер, если бы пришлось дозваниваться через секретаря, то быть может, ребятки и успели бы сцепиться. — Константин Андреевич. Позвольте поинтересоваться, почему Вы саботируете работу полиции?

— Что? — Не понял меня Кощей. — В смысле саботирую? Я? Да каким боком?

— Присылаете нам не годных сотрудников, мешающих работать, провоцируете конфликты в коллективе.

— Это Ваньку что ли? — Понял, наконец, Кощей. — Дим! У парня сейчас сложный период, его жена бросила, его бы к делу пристроить, чтобы ум занять.

— Про него самого. — Хмыкнул я. — Если просто к делу пристроить, устройте его дворником, мерное махание метлой способствуем моральной стабильности. А в полиции он не нужен, профнепригоден, поэтому, забирайте как его обратно, а освободившуюся строчку, согласно штатному расписанию, мы закроем своими силами, без вмешательства извне. И на будущее, прошу в дальнейшем любые решения по поводу отдела принимать, исключительно посоветовавшись с его начальником, Варварой Красой.

Кощей что-то хмыкнул, по всей видимости соглашаясь со мной и повесил трубку.

— Это кто тут не пригоден. — Взревел Царевич и двинулся было ко мне, но в тот же миг ноги его разъехались, усаживая парня на шпагат, а руки намертво притянули к телу угольно черные пряди Варькиных волос.

— Пошел вон. — Тихо, но уверенно произнесла Варвара. — Я сейчас тебя освобожу, и чтобы через минуту тебя тут не было, если еще раз вздумаешь, поднять руку, на кого то из отдела, то помни, мы карательный меч Института, для нас нет правила, «Своим не вредим». Понял? — Она заглянула в глаза парня и тот хмуро кивнул. — Теперь вали. — Путы спали, и Иван, отряхиваясь встал на ноги, казалось, он хотел что-то сказать, кинуть напоследок пафосную фразу, но передумал и просто вышел проч.

— Шеф! — Прервал повисшее молчание Виталя, причем обращался он сейчас не ко мне, а к Варваре. — А мы что, действительно можем теперь своих, ну того…

Чего того, он уточнять не стал, и так было ясно, у Института было единственное табу, своих не убивать, и то оно, как оказалось периодически нарушалось, соблюдаясь только на словах.

— По ситуации, — Не стала напрямую отвечать Варвара, по всей видимости разговор у нее на эту тему уже с кем-то был, может с Василисой, а может и на прямую с Кощеем, но ничего пока не утвердили. — Дим! Пойдем к тебе в кабинет, надо поговорить приватно.

Где теперь находился мой кабинет, я не знал, тот, что на втором этаже теперь по всей видимости принадлежал Варваре, хоть она, как и я прежде, предпочитала сидеть со всеми в общей комнате.

Впрочем, пошли мы привычным маршрутом, в камеру для задержанных.

— Зараза. — Варька в ярости стукнула кулачком в бетонную стену и ойкнула от боли. — Вот и что это сейчас было? А?

— Это была попытка устроить по протекции своего человека на хлебную должность. — Усмехнулся я и взяв ее ушибленную ручку чмокнул и пробормотал. — У собаки боли, у кошечки боли, а у Варварушки не боли. Но если честно, все произошедшее было к лучшему, видела, как наши за тебя встали? — Та кивнула. — И что? У тебя все еще остались мысли их увольнять из-за дурацкой пьянки?

— Если честно, я бы сейчас даже повторила все. — Хихикнула девушка. — Это было очень трогательно, я даже не подозревала, что они такие… Нет ну что Виталька в драку впишется за меня, это понятно, но Емеля… — Она рассмеялась, на этот раз уже в голос. — Я так и представила, как он этим степлером лупит Царевича, очень больно, наверное, было бы. А волк? Свирепый хищник, гроза пирожков. — Она смеялась совершенно искренне, а я почему-то вспомнил тело с разорванным горлом на складе, где держали Марью, ох недооценивает она своих сотрудников, волк на деле свирепый хищник, да и Емеля, проломил бы он черепушку Царевичу не задумываясь, и чем раньше Варька поймет, что у нее работают не милые котятки, тем лучше.

— И какие мы выводы делаем из сложившееся ситуации? — Я пристально посмотрел на нее.

— Какие? — Переспросила девушка.

— У тебя хороший коллектив, готовый за тобой пойти в огонь и воду, а еще у тебя свободная строчка в штатном расписании, которую надо занять побыстрее, чтобы к тебе не прислали очередного человечка, которому очень нужна зарплата, но не очень нужна работа. И желательно, чтобы это была девочка. — Варька вопросительно приподняла брови. — Ты единственная женщина в мужском коллективе, вы все время проводите вместе, надо разделить их внимание. Знаешь, есть такие рыбки гуппи, если держать вместе самца и самочку, он ее будет постоянно домогаться и не даст жизни, поэтому надо несколько самочек.

— Да не станут они ко мне домогаться. — С сомнением произнесла девушка.

— Да? — Усмехнулся я. — Тут как с этим вашим каноном, они ничего с собой поделать не смогут, Виталий с его любовью только первая ласточка, повторюсь, в их окружении, ты единственная особь женского пола, все свое время ребята проводят на работе, знаки внимания неизбежны.

— Ой, да так и скажи, ты просто хочешь, чтобы в твоем окружении еще одна девчонка появилась, все тебе мало, кобелина. — Говорила она вроде как в шутку, но я видел, что над моими словами она задумалась. — Сегодня с Василисой обсужу этот момент, она в людях понимает лучше.

— Лучше со Златой. — Не согласился я. — Причем мельком, за бокальчиком вина, посидите по-сестрински поговорите, пожалуйся ей на свои проблемы. С Василисой, ты попадешь в ту же ситуацию, что и сегодня с кощеевым протеже, она поставит к тебе своего человека, а тебе нужен работник, а не ставленник одной из шишек Института.

— Ты и меня воспринимал как ставленника Василисы. — Усмехнулась Варька. — Но ничего страшного же не произошло.

— С тобой я сразу расставил все точки над Ё, да и ты сама прекрасно помнишь, как бесилась, когда я не доверял тебе никаких своих дел, а это было неправильно. Вы отдел, не набор индивидуальностей, а единый организм, где все выполняют свои функции, где ты, как его глава доверяешь каждому, и уверена в каждом. Так что… Не нужны тебе ничьи родственники или должники.

— Хорошо? — Как-то отстранённо кивнула девушка, видимо сейчас она крепко обдумывала мои слова. — Я постараюсь найти своего человека, без спешки.

— Это все, что ты хотела со мной обсудить? — Девушка кивнула.

— Да мне, если честно, просто выговориться нужно было. — Махнула рукой девушка. — Не каждый день такие ситуации вырисовываются, еще Иван это, говно какое, но надо признаться, что он красавчик.

— Не ведись. — Я потрепал ее за плечо. — Мне кажется, это его природная способность, вызывать у женщин притяжение. Возможно, за это его Кощей и держит при себе, чтобы использовать в случае чего как шпиона или агента влияния. Жаль, что он получился хроническим идиотом, ему бы манеры и разумность Джеймса Бонда, цены бы не было, а так, секси придурок с национальным колоритом. Ладно! Варь! Займитесь символом, пожалуйста, мне еще сегодня кое куда надо наведаться.

— Мы работать, а он по бабам. — Грустно хмыкнула девушка. — Нет, определенно, от того, что я теперь начальник ничего не поменялось.

— Поменялось. — Не согласился я с ней. — Теперь у тебя проблем больше, и, если ты не справишься с порученным мной делом, тебя ругать буду не только я, но и все руководство Института. Так что, радуйся, а я поехал!

Собственно, дело у меня на вечер было запланировано одно единственное, встреча с карликом Аристархом, которому я перепоручил парочку из кольца и повелел тем сделать в моем новом заведении ремонт, согласно требованиям.

Парочка согласно закивала, правда без особой инициативы, надо будет с ними потом поговорить, без мотивации они работать будут спустя рукава, и раз уж деньги им не нужны, то надо выяснить, что нужно, но это позже, пусть для начала ремонт закончат, а там видно будет, пока что, у меня других дел по горло, чертов символ, чертовы убийства. Надо с Русей поговорить будет, может и вправду она что-то знает.

С этими мыслями я добрался до своего подъезда и вошел в него, мучимый тысячью мыслей.

Мрачна фигура выступила мне навстречу, как только я вошел с мороза в темный зев родного дома.

Глава 8

Организм сработал как надо, организм уже был тренирован, как никак это не первое покушение на меня в подъезде. Ловким движением, я вжался в стену и вскрикнул.

— Эй мужик ты чего? — Возмутился незнакомец. — Ты это, паники не надо, я поговорить просто.

Из темноты вышел мужчина средних лет довольно задрипанного вида с густой черной бородой.

— Я это… — Начал он. — Я на вокзале торгую, мне сегодня это… Мусор мне звонил, ну этот, Саныч.

— Аааа… — понял я, сердце мое стало биться уже чуть медленнее, разум оставил панику, я понял, что убивать меня сейчас не будут. — Ты тот самый мужик, который в моих подруг камнями кидался? — Он кивнул. — А ты не подумал, что будет, если бы ты в них попал.

— Так я ведь не попал. — Пожал он плечами. — Я же это… Шугануть только. Они же это… Ну спасу от них нет, дразнятся, стырить вечно что-то пытаются. Ну я это… и не выдержал.

— Дразнятся говоришь. — Я нахмурился. — Стырить пытаются, а ну ка, пойдем со мной. — Я поманил мужичка, и он следом за мной поднялся ко мне на пятый этаж.

— Не богато живете, однако, — высказался он, когда мы вошли в квартиру. — А нам говорят, что все Институтские с золота едят, а тут вон, стены голые, ремонтишко старый, да из обуви одни тапки домашние, и те вон затасканные какие.

— Как все живут, так и мы. — Я не стал вдаваться в подробности, по сути, насколько я знал многие Институтские, особенно те, кто не смог найти себе применение в жизни живут похуже, чем городские, я на их фоне чисто олигарх. — Ты не стой, пошли на кухню, судя по шуму там они, сейчас будем очную ставку проводить. Аля! Ты тут?

— Тут она! Тут! — хором закричали два других голоса.

— Это хорошо, что тут. — Мы вошли в кухню, где, судя по всему, всего минуту назад, вовсю происходило побоище, что они делили на этот раз, я не знал, да и знать не хотел, обычная штатная драка, которые происходят у них по времени, раз в пол часа. — Аля! Хорошая моя, этот злой дядька в тебя камни кидал? — Они все трое уставились на бородача и закивали.

— Он! Он это! — Вид при этом они имели самый воинственный. — Ух мы тебе сейчас, борода!

— Погодите. — Перебил я. — А почему он кидал в вас камни? — На секунду они смутились, а потом начали бурно краснеть. — Ну… — Я внимательно наблюдал за тем, как меняются их лица. — Думаю вопрос исчерпан. — Я повернулся к мужику и протянул ему руку. — Я проведу воспитательную работу, со своими подругами, но и Вы на будущее учтите, что камнями бросаться не стоит, убей вы ее или покалечь, разговор бы складывался совершенно иначе.

— А они что? Особые? — Пробурчал мужик.

— Не особые. — Криво усмехнулся я. — Они просто более хрупкие, судите сами, если вы подрались, ударили человека, он упал и ударившись головой о поребрик умер, что Вам за это будет?

— Тюрьма… — Хмуро кивнул мужик.

— Вот и тут так же. Неизбежное наказание.

— Так они же сами…

— Они дразнились. — Пояснил я. — Словами, на которые можно не реагировать, Вы же решили их камнем проучить, последствия надо описывать?

— Не надо. — Он хмуро кинул взгляд на птиц и смущённо пробормотал. — Извините и спасибо, что разобрались.

— Не за что. — Пожал я плечами. — От себя обещаю, что больше такого не повторится, отныне мы будем вести себя культурно. Ведь будем? — Я повернулся к троице и те закивали. — Вот и хорошо. Инцидент исчерпан.

Я проводил мужичка и вернулся к птицам.

— Так и что это значит? — Я стоял в дверном проеме уперев руки в бока. — Значит мелкие кражи, дразнилки и вообще провокация конфликта с горожанами? Это недостойно звания тайных агентов и шпионов.

— Нам стыдно. Мы больше не будем! — Загомонили они.

— Вот и хорошо. — Я, нахмурив брови, осмотрел их. — Больше так не делайте. А то отстраню от расследования.

— Какое расследование? — Тут же заинтересовались они.

— Расследования! — Поправил я. — Сегодня даже два, первое это некий отряд самообороны, организованный сотрудником полиции Орловым и деятельность которого направлена против Института. Ваша цель, установить личности, всех членов, адреса, явки пароли, делать это все следует предельно незаметно. Ясно?

— Да! Да! Да! Мы выследим! Вы всех раскроем! Мы им ууух! — Загомонили девчонки, но я немного охладил их пыл сообщив, что их не должны заметить, и чтобы они ни в коем случае не попадались на глаза экстремистам, как я охарактеризовал группу Орлова. Мне еще не хватало, чтобы их и вправду убили, во время этого задания. Такого бы я себе точно не простил, одно дело равнодушно смотреть на тела не знакомых людей и совершенно другое терять близких.

— А второе дело, оно менее конкретное. — Я открыл фотографии и продемонстрировал их подругам. — Я ищу сейчас того, кто это сделал, сначала на ферме за городом убили овец, вчера вечером в парке убили двух женщин, поспрашивайте, посмотрите, может чего и увидите.

— Мы видели! — Внезапно перебила меня Сирин. — Вернее мы слышали! Вчера вечером в парке, метель поднялась, не правильная, не настоящая, она как будто бы на одном месте стояла. Вокруг все спокойно, а в одном месте метель, и завывала так страшно, словно стая волков в ней выла на луну.

— Метель значит? — Я задумался. Ну точно, рождественское чудо от Кощея и компании. Вернее, рождественское чудище! Ох надо серьезно разговаривать с нашим ясноглазым руководителем, чего это он там выпустил в мир. Вот завтра наведаюсь в Институт, как раз к Русе зайду и к Кощею, попробую, по крайней мере, не настолько я важная шишка, чтобы так запросто к директору Института в гости ходить. Или уже настолько? Надо будет у Василисы уточнить, свой вес в иерархии Института. Ну а пока поужинать, на скорую руку, и отправляться на третий этаж, архивы лопатить, глядишь чего и удастся выяснить.

Копаясь в записках Бельского, я просидел до полуночи, и даже заснул за столом, правда ненадолго, меня разбудил звук пришедшего сообщения. С номера Златы мне пришло фото, где ведьма была изображена с Варькой, с парой бокалов вина в руках. Текст гласил, что они там выпивают, будто это и так было не понятно по фото. Я не стал отвечать. Следующее фото прилетело через три минуты, на нем Злата очень элегантно откусывала банан, сообщая, что кроме выпивки у них еще и закуска. Я снова проигнорировал и поудобнее устроившись на кипе бумаг попытался заснуть. Три минуты и новое сообщение, на этот раз с означенным бананом позировали уже обе девушки и не двусмысленно спрашивали, не хочу ли я присоединиться, В другой день, я может быть был бы и не против, но не тогда, когда у меня важное дело на завтра и вообще, не с Варькой, да и не со Златой! Через двадцать минут я понял, что спать они мне не дадут и выключил телефон, будем надеяться, что они, даже если пойдут меня искать ограничатся проверкой моей квартиры и успокоятся.

Я нырнул в теплую воду и активно заработал ногами, хлорка щипала глаза, но я не обращал на это внимания, плавать я любил всегда, не могу сказать, что у меня это получалось хорошо, но всяко лучше, чем у русалки, как бы странно это не звучало. Руся вообще на воде держалась довольно плохо, нелепо била хвостом по поверхности, пыталась плыть по-собачьи.

В обычной жизни она предпочитал проводить время на берегу, лишь изредка опуская хвост в воду, исключительно, чтобы он не сох. Вообще она и выглядела не как водный житель, те должны были быть обтекаемыми, вон пловцы даже волосы на теле бреют, чтобы снизить сопротивление воды, а Руся… Короче, она была слишком выпуклая для пловчихи.

Но во время моего визита, она не отказала мне в чести, поплавать вместе со мной, в итоге, чуть не утонула, мне пришлось вытаскивать ее на берег. Именно поэтому, сейчас я плескался в отличном двадцатипятиметровом бассейне на две дорожке, а она сидела на кафеле свесив хвост в воду и просто смотрела, как я ныряю.

— Ты красиво плаваешь. — Заключила она.

— Не. — Помотал я головой отфыркиваясь и опираясь на бортик рядом с ней. — Плаваю я посредственно, уверен, если бы ты тренировалась, то у тебя бы вышло куда как эффектнее.

— Зачем? — Пожала плечами русалка. — Мне и так хорошо, сижу, расчесываю волосы, снимаю видосики, выкладываю фоточки, не жизнь, а малина.

— Это да. — Согласился я. Насколько малиной была ее жизнь я не знаю, но судя по количеству фото и видеооборудования в бассейне, свое дело в интернете она поставила на достаточно серьезные рельсы. — А как же развитие? Ну рост личности.

— Я росту! — Закивала русалка. — Ты знаешь, я начала вслух книжки детские читать, и собираю по три миллиона просмотров. Представляешь? — Я представлял, особенно если она их читает вот так как сейчас, с обнажённой грудью, а если еще и очки на носик при этом напяливает и время от времени их поправляет, то просмотры должны и вовсе зашкаливать. — Еще планирую кулинарные шоу, и вообще, у меня очень много разнообразных проектов.

— Не сомневаюсь. — Совершенно серьезно закивал я. — Ты молодец, и общественность это ценит. Но вообще-то я забежал к тебе сегодня не за этим.

— Ты по мне соскучился? — Русалка всплеснула руками и мне пришлось отвести от нее взгляд. — Мне это очень льстит, ты не поверишь, конечно после того, как я стала звездой у меня появилось много друзей, но это ведь все виртуально, а вот так, из обычных людей….

— Конечно я соскучился. — Соврал я, ну какое тут, общение с русалкой оно как бы больше напрягало, и дело вовсе не в ее здоровенных… кхм… в общем они огромные и взгляд вечно падает туда. Просто Руся туповата, общение с ней оно угнетает, это только ненормальные мужчины увидев тупенькую, но красивую девушку говорят, ох повезет кому то, на деле они просто никогда не общались с такими, буквально через неделю общения с таким вот персонажем начнет бесить, если ты конечно, сам не такой же. — Ты не поверишь, я даже часто про тебя думал.

— Да? — Руся удивленно захлопала глазами. — Ну тогда приходи почаще.

Естественно, я стану к ней приходить, бассейн то отличный.

— Русь. — Я понял, что тут бессмысленно юлить и искать подходы и решил задать свой вопрос напрямую. — А ты не знаешь, нет ли в парке кого-то из Институтских, кто умеет контролировать погоду, метели например насылать или вот такого символа ты ни у кого не видела? — Я изобразил на мокром полу пальцем тот самый символ. Руся с любопытством посмотрела на картинку, надула губки, наморщила лобик.

— Нет, такого я не видела, но я же в парке только летом обитаю, кто там живет зимой, я не знаю. — Ну как и ожидалось, с русалки толку было ноль, зато поплавал вдоволь.

— И поэтому, коллега я с уверенностью заявляю, что в коробке спать удобнее. — Не обращая внимания на нас, к бассейну вышли два здоровенных черных кота, просто нереальных размеров, куда там ваши мейн куны, эти котики соперничали с мелким леопардом. Они подошли к бассейну и один из них, склонившись к воде, принялся лакать.

— Не могу с вами согласиться, коллега. — Возмутился второй кот, пока его товарищ пил. — Лучшее место для сна — это ноутбук, ну судите сами, тепло, уютно, а главное, ты же человеку работать мешаешь, а это бесценно.

— Кот! — Замахала им рукой Руся. — Кот! — Оба черных зверя ее показательно игнорировали, видимо выказывая тем самым свое презрение и независимость. — Не слышат, наверное. — Пожала плечами Руся и неуклюжим движением скользнула в воду, после чего поплыла к игнорировавшим ее зверям.

— Кот Учёный, Баюн, это я, вы что меня не видите? — Она вынырнула рядом с ними и истово замахала руками.

— Здравствуй Руся. — Хором, обреченно выдохнули оба черных хищника. — Как дела.

— Отлично. У меня вот гости — Она указала на меня. — Это Дима Галицкий, ну помнишь, который весной помог с цепью разобраться и воров наказать.

— Тот самый Дмитрий? Полицейский? — Они явно заинтересовались дружно встали и неспешно горделиво направились ко мне.

— Здравствуйте Дмитрий. — Поздоровался со мной кот. — Рад нашей встрече, я Кот Ученый, а это мой друг и коллега Кот Баюн. — Я если честно разницы между ними не видел никакой.

— Я тоже чрезвычайно рад нашей встрече, мы, кажется, не знакомы лично?

— Да не довелось. — Согласно кивнул кот. — Какими судьбами к нам? Поплавать? Простите уж, но я не поверю, что ради общения с этой… — Он кивнул на русалку, нелепо плавающую в бассейне.

— Ну почему же, в ней есть определенные достоинства… — Попытался оправдать я свою знакомую.

— Сиськи? — Понимающе кивнул Баюн. — Я не очень понимаю их привлекательность, но признаю ее как факт.

— В том числе и они, — Усмехнулся я. — Но на самом деле я пришел кое-что у нее узнать, как у той, кто постоянно обитает в парке.

— Бесполезно. — Ученый кот раздраженно замахал хвостом. — Она глупа как пробка, даже если что-то и видела, не поняла бы, что это было. Но быть может мы с коллегой, чем-то сможем помочь.

— Может быть. — Я задумался, что именно можно рассказать этим пушистым. В общем так, недавно было совершено нападение на домашний скот, трупы животных были съедены, а на месте преступления был оставлен этот символ, я снова начертил его. Позавчера уже напали на людей, двое погибших, одна из жертв пыталась спастись, забравшись на дерево, вторую, как и животных съели, и снова на месте преступления тот же символ.

— Простите. — Перебил меня кот. — А у Вас нет фото?

Я вытащил телефон и чертыхнулся, на меня смотрел темный экран, я как выключил его вчера ночь, так и не включил. После того, как экранчик засветился я снова чертыхнулся помимо десятка сообщений от Златы, которые она отправляла мне ночью, за сегодняшнее утро у меня было штук сто пропущенных, от Орлова, от Варвары, от Василисы и даже от Кощея. Твою то мать, что у ни там случилось?

Впрочем, я не стал терять времени и выяснять, а просто продемонстрировал фотографии коту.

— Хм… — Задумчиво пробормотал он. — Коллега взгляните пожалуйста.

— Ах коллега Вы же знаете я не силен в древних символах, и рунах. — Баюн все же глянул на экранчик и сморщился. — Но то, что этот рисунок сотворен внутренностями, это точно. Причём без какой-либо системы, что подвернулось под руку то и использовали, вернее, что не доели, где не хватало использовали кровь.

— Ну. — Промурчал Ученый, — Я в свою очередь не так силен во внутренностях, зато я знаю, что это за символ такой. — Я в ожидании глянул на него. — Стыдно такое не знать, молодой человек, все же не первый день в нашем Институте работаете. — Я не стал ему говорить, что из всей Институтской братии, символ опознала одна Яга, после чего предпочла спрятаться. — Этот символ называется, зимний крест, и символизирует он, богиню Морану, слышали о такой?

— Морана… Морана… — Я задумался, я про нее слышал. — Это та самая Морана? Единственная богиня, за всю историю, кого воплощали воображлятором? После чего воплощение богов стало жестким табу?

— Про это не знаю. — Мурлыкнул кот. — Я владею чисто энциклопедическими знаниями про сплетни Института и его жизнь я не в курсе, это мне не интересно. Но помнится, Яга, она ведь Морановна? Или я ошибаюсь?

— Дмитрий! — В помещение бассейна вошла новая фигура, и какая, невероятные формы, удивительные пухлые губы, Меланья, секретарь кощея была сегодня наряжена в пиджачок и длинную юбку карандаш светло бежевых тонов. — Вас срочно вызывает к себе Константин Андреевич. Срочно!

Я извинился перед котами, быстро метнулся в раздевалку, где натянул на мокрое тело джинсы и футболку, и вышел к ожидавшей меня секретарше.

— Что Вы так долго, — Надула она губки, от чего они стали казаться еще более огромными. — Мы вас уже час по всему Институту ищем, телефон выключен, знаем, что Вы приехали с утра, а потом пропали с камер, тут то видеонаблюдения нет. Хорошо один из сотрудников смотрит стримы Русланы, там Вас и заметили.

— Что? — Я встал как вкопанный. — Я засветился на ее трансляции?

— Еще бы. — Усмехнулась девушка, — И Вы бы знали, какие к ней были комментарии, — Она показательно прикусила нижнюю губу. Да уж представляю, какие там комментарии, у модели, транслирующей в основном эротический контент в кадре, появляется мужик в трусах. Твою мать, хоть бы никто из знакомых не увидел, а то ведь донесут родителям, проблем не оберусь.

— Кстати, должна признать, что Вы в отличной форме, и так великолепно плаваете к тому же. — Продолжала секретарша от чего я насторожился, явно ей что-то нужно. — Такой мужественный, сильный.

— Это да. Я такой. — Придурковато усмехнулся я и цапнул ее за ягодицу, она томно ойкнула и задышала так, что ее грудь, совершила почти попытку вываливаться из маечки, что была у нее под пиджаком.

— Ах. — Она остановилась и прижалась ко мне, положив руку на грудь. — Дмитрий! А Вы не могли бы мне помочь? Для Вас это сущий пустяк, а я… мы… были бы так благодарны…

Я прижал ее к стене, памятуя, что тут нет видеонаблюдения, дело могло бы зайти и дальше, но я ограничился тем, что оттянул ее маечку и заглянул в декольте, там все было не хуже, чем у Руси, только и ниже пояса, все было хорошо.

— Ну проси.

— Машина. — Выдохнула девушка. — Мы знаем, что Вы имеете влияние, нельзя ли Вас попросить обеспечить нас нормальной машиной?

— А чем не устраивает нынешняя. — Знал я чем она не устраивает, начиная с того, что это ржавое ведро, полученное Василисой от меня и заканчивая тем, что втроем им в ней просто-напросто тесно.

— Она ужасна. Над нами все смеются. — Надула губки девушка. — К тому же из нас на механике умеет ездить только Шемоханскаая. И если нам нужно куда-то поехать, приходится с ней договариваться.

— И какая мне с того выгода? — Я запустил руку ей в декольте, и девушка победно улыбнулась, эх приучил их Кощей, что все в жизни достается через постель.

— Что угодно…

— Что угодно только от тебя? — Я сдавил пальцами ее сосок.

— От меня и Фионы, — Меланья облизала свои чрезмерно пухлые губы. — Шемоханскую все устраивает.

— Вот и отлично. — Я вытащил руку из ее декольте и похлопал девицу по щеке. — С сегодняшнего дня, все приказы, донесения и сплетни, поступающие к Кощею и касающиеся меня лично и отдела полиции, должны первым делом попадать ко мне.

— А? — Удивленно вытаращила на меня глаза красотка.

— Ага! — Усмехнулся я. — Ты машину хочешь или нет?

— Хочу… — Пробормотала девушка.

— Ну тогда… — Я приподнял бровь.

— Мы согласны. Скажите Ваш номер телефона, и мы будем сбрасывать все Вам. — Эх, я мысленно скривился, зря Кощей себе таких дур создал, Роза с Бэллой были на порядок лучше, те хотя бы продались от безысходности, а эту дуру я завербовал на обещание, да еще и получил ее подружку на сдачу.

— Умница девочка. — Я ласково погладил ее по щеке, та с притворным удовольствием прижалась щекой к моей ладони, и я провел большим пальцем по ее пухлым губам. — С машиной я решу в ближайшее время, если будете хорошими девочками, то возможно и в других делах помогу. А теперь, пойдем к Бессмертному. Не просто же так, он меня хотел видеть, срочно.

— Тебя где носит? — Вызверился на меня директор Института, как только я вошел, он был взволнован, что совершенно не соответствовало его характеру, по всей видимости дело и вправду срочное. — Почему телефон выключен?

— Так работал я. — Я, пожав плечами, прошествовал к столу и не спрашивая разрешения сел за него. — А телефон выключил, чтобы не мешали, не отвлекали, а то сами говорите, поиски Бельского медленно идут и сами же дергаете по пустякам.

— Пустякам. — Передразнил меня Кощей. — Прошлой ночью убили Царевича! Это пустяки?

В груди у меня екнуло, нет, только не это, неужели группировка, созданная Орловым, перешла в наступления и по городу начались погромы? В этом случае надо срочно эвакуировать Институтских, которые проживают в самом Караваеве, и Полинку с ее ребятишками.

— Кто? — Пересохшими губами вымолвил я.

— Не знаю! — Признался Кощей, — Про это лучше у Красы поинтересуйся, она сейчас на месте преступления, разбираются с местной полицией, я так понял, что это связано с теми смертями… Ну две женщины вчера в парке.

— Монстр из метели. — Пробормотал я.

— Монстр? — Нахмурился Кощей. — Ты думаешь, что это кто-то из наших? Думаешь прощальный привет от Гороха? Он создал кого-то, кто убивает горожан?

— Я думаю нет. — Я вытащил телефон и продемонстрировал Кощею символ, выложенный внутренностями на снегу. — Знаете, что это? — Он лишь мельком глянул ан фото и отмахнулся.

— Я уже Василисе говори, что нет. Понятия не имею, что это за художество.

— Это зимний крест! — С усмешкой сообщил ему я полученную недавно от кота информацию. — Символ богини Мораны!

Кощей молча встал из-за стола, подошел к знакомому мне ящичку на стене и открыв его налил себе бокал коньяка, мне он предлагать не стал, впрочем, я не обиделся, выпивать сейчас мне вовсе не хотелось, я считаю, что проблемы надо встречать на трезвую голову.

— Яга пропала. — Принялся перечислять он, скорее для себя, чем беседуя со мной. — Убийства в зимние ночи… Ты думаешь, она вернулась?

— Вряд ли. — Я откинулся на спинку стула. — Но может так случиться, что Яра не единственная Морановна из выживших. Яра узнала символ, не могла не узнать, и спряталась, она боится той твари, что убивает людей.

— Дим… — Задумался Кощей. — События с Мораной они были давно, очень давно. Почему убийства начались именно этой зимой?

— Этого, я пока не знаю, так же как не знаю, что именно за тварь убивает людей. — Я пристально уставился в яркие Кощеевы глаза. — Сейчас, мы должны понять, что именно нам делать, если мы не отреагируем немедленно, завтра будут новые трупы.

— Предложения?

— Комендантский час. — Пожал я плечами. — Убийства происходят только по ночам, предлагаю просто-напросто не выпускать людей на улицу в темное время суток.

— Дим! У нас конец декабря, самая длинная ночь в году, если мы заставим всех сидеть дома… — Кощей чуть ли не плакал.

— То сохраним им жизнь. — Не дал я закончить ему фразу. — Константин Андреевич, если будут гибнуть люди, мы получим бунт, он и так уже начал зарождаться, а тут еще и смерти.

— Что за бунт? — Заинтересовался директор Института.

— Группировка. — Нехотя начал я, досадуя о своей оплошности, не следовало Кощею пока рассказывать про отряд самообороны Орлова, с ними пока еще ничего не ясно. — Возмущены существованием Института в их замечательном городе.

— Да? — Кощей выглядел искренне удивленным. — И чем они не довольны? Работой, Благоустройством города? Бесплатными больницами?

— Нет, этим они как раз довольны. — Усмехнулся я, ну еще бы, редко где у нас в стране живется лучше, чем в Караваеве. — Думаю не нравится им, что в Институте все богатые и красивые, ездят на роскошных машинах, а у них таких нет. Кстати, о машинах, почему Вы своих секретарш на такое ведро посадили?

— В смысле на ведро? — Удивленно раскрыл глаза Кощей. — У нас стандартные авто для всех, договор с Крайслером на оптовую поставку, они нам делают за это огромную скидку.

— Да? — Я изобразил удивление. — Видимо договор с КАМАЗом, как-то прошел мимо Вас. Ну да бог с ним. Что с комендантским часом?

— Я сегодня поговорю с властями города, но пока, просто выпустим на улицы патрули соловьевичей!

— Как знаете. — Я безразлично пожал плечами — Но что-то мне подсказывает, что завтра снова будут жертвы.

— Посмотрим. — Нахмурился Кощей и встал, давая мне понять, что разговор закончен.

Я вышел из его кабинета и тут же у меня зазвонил смартфон, Варвара наконец то сумела до меня достучаться.

— Ало. — Я аккуратно приложил трубку к уху, подмигнул секретаршам, сидевшим на ресепшне, и направился к лифту.

— Тебя где носит? Почему телефон выключен? — Вызверилась на меня девушка.

— Носит меня в Институте, вот только от Кощея выхожу. Телефон выключил, потому что вы, две алкоголички, мне спать мешали. Про Ивана я уже в курсе, при встрече жду подробностей. И сразу, я тоже без дела не сидел, мне тоже есть, что тебе рассказать. Поэтому я сейчас пойду покушаю, а потом направляюсь к себе домой, потому что хочу поспать в нормальной кровати хотя бы несколько часов, перед ночным дежурством.

— Перед каким еще дежурством? — Не поняла девушка.

— Сегодня ночью, мы всем отделом отправляемся охранять покой граждан. Патрулировать город вместе с соловьевичами. — Охотно пояснил я. — Я пытался выбить у Кощея введение комендантского часа, но он сказал, ограничиться патрулями, в него то я и отправлюсь сегодня ночью на добровольной основе. Больно уж охота лично посмотреть, что же за монстры такие у нас шалят.

— Дим. Ты дурак? — Как-то обреченно осведомилась у меня Варька. — Он Царевича порвал! Ты то куда лезешь?

— А что прикажешь? — Грустно усмехнулся я, входя в лифт и махая на прощание рукой Меланье. — Сидеть и ждать? Я так не хочу, ты же знаешь, мне надо с шашкой на голо и чтоб голова в кустах.

— И зачем?

— Не знаю. — Хмыкнул я. — Иначе не могу.

— Я не про то. — Пояснила девушка. — Зачем, если голова в кустах, шашку наголо? Смысла ж нет, если мертвый, то она все равно из рук выпадет.

— Не знаю. — Пожал я плечами. — Поговорка такая, а может я чего и напутал.

Глава 9

За завтраком я пролистывал вчерашние сообщения, по сути ничего интересного, правда, после того как я выключил телефон, поток фотографий от Златы не прекратился. Вот они на фоне моей двери требуют открыть, вот они у меня на кухне и интересуются, где я вообще. Вот короткое видео, как Варька гоняется за птицами уперевшими у нее пакет с фруктами, вот они снова пьют, только почему то уже на моей кухне, вот на фотографиях появляются Виталя с Емелей, вот Злата целуется с Виталей, вот с Емелей, вот Варька отбивается от нее и не хочет целоваться, примерно в час ночи пришла фотография со злой Риммой, видимо девушка явилась с разборками к шумным соседям, которые обнаглели и не дают спать, вот в два утра, фото с пьяненькой Риммой. Заканчивалось все совсем уж не приличным фото, присланным в четыре утра, подпись к которому гласила: «На его месте мог быть ты!». Судя по всему, вчера ночью в моей квартире произошла очередная дикая пьянка, надеюсь, после нее то Варьке не будет стыдно.

— Чем любуешься? — На плечо мне легла прелестная ручка. Василиса заглянула мне через плечо, хмыкнула и устроилась на стул напротив. — Костя сказал, что ты кое-что выяснил?

— Выяснил. — Кивнул я, смущенно убирая телефон. — Правда без подробностей. Боюсь, что единственный человек, который знает, что происходит и как с этим бороться, сейчас от всех спрятался и каналов связи с ней никаких.

— Опять ты про Ягу. — Закатила глаза девушка. — В общем так, я не против если ты найдешь способ с ней общаться. А теперь расскажи мне все, что знаешь, я хотела бы узнать все из первых рук, а то Костя больше стонал про убытки и крайне мало говорил по делу.

Я рассказал ей то же самое, что рассказывал до этого Кощею, в конце пожаловавшись, что Бессмертный не соглашается вводить комендантский час.

— Рано для таких мер. — Покачала головой красавица. — Комендантский час — это убытки, паника среди людей, претензии к Институту, это очень и очень серьезное решение, Костя прав, для начала надо попытаться решить вопрос простыми, силовыми методами.

— А если новые жертвы? — Я с сомнением смотрел на нее, на мой взгляд абсолютно неправильно было рисковать жизнями.

— Дим. Ну мы же подстрахуемся. — Ласково улыбнулась мне девушка, будто разговаривала с наивным ребенком. Спорить я не стал, им виднее, это у меня нет видения картины целиком, а они там умные, осведомленные. — Ладно! — Она снова улыбнулась мне, на этот раз ласково. — Не дуйся. Доедай свою кашу, да поехали твой новый клуб смотреть.

— Клуб? — Не понял я.

— Ой не притворяйся. — Она подмигнула мне. — Мне с утра сегодня доложили, что ты с этим мелким, ну мальчиком с пальчиком, клуб открываешь. Выкупил какой-то сарай, там ремонт отгрохал, теперь у нас в городе есть еще одно модное заведение.

— Ремонт уже сделали? — Я удивленно вытаращил глаза, нет, определенно те двое из кольца заслуживают премии, раз уж деньгами не берут, то нужно уточнить, что им надо и обязательно вознаградить, это же надо, за ночь…

Я достал трубку и набрал карлику Аристарху, который подтвердил, что ремонт в помещении закончен, причем он тоже был очень удивлен, что парни управились за ночь. Я уточнил еще некоторые моменты, и он заверил меня, что заведение можно будет снова открывать уже в пятницу.

— Ну? — С ухмылкой поинтересовалась Василиса. — Убедился? Вечно ты мне не веришь, вечно сомневаешься, а я ведь такая лапочка, к тебе со всей душой.

— Я никогда в Вас не сомневался, Василиса Андреевна. — Я очаровательно улыбнулся. — Но раз клуб готов, то почему бы и не съездить.

Конечно же ее новенький Порш примчался к зданию первым и теперь, Василиса стояла, картинно оперившись спиной о его дверь и рассматривала свой и идеальный маникюр.

— Пожалуй, я подарю тебе на новый год новую машину, твое ведро слишком медленное, да и по статусу тебе положено, что-то более роскошное. — В задумчивости произнесла она, когда я все же припарковал своего старенького форанера рядом с ее сияющим чистотой и новизной кроссовером.

— Что? — Усмехнулся я. — Вы уже в курсе, что Ока освободилась? — Василиса, лишь мельком глянула на меня и чертыхнулась.

— С тобой становится совсем не интересно. — Она притворно надула губки от обиды. — Мог бы и притвориться, чтобы розыгрыш удался.

— Не переживайте! — Отмахнулся я. — Я с удовольствием приму ее в дар, тем более что у меня есть на эту машинку некоторые планы.

— Да черта с два. — Возмутилась девушка. — Знаю я твои планы, ты на летний бал на ней поедешь важных гостей встречать!

— С Вами становится совсем не интересно. — Передразнил я Василису. — Могли бы хоть притвориться, что не догадались.

— Еще чего. — Она мне лукаво улыбнулась. — Но машину тебе и вправду надо бы получше.

— Зачем? — Удивился я. — Меня в этом авто все устраивает, он проверен временем и трудностями, минимум автоматики, максимум надежности. Танк, а не машина.

— Ага. — Кивнула девушка, от чего у нее очаровательно выбилась прядка волос и упала на лицо. — И выглядит, как трактор, и ездит так же медленно, я тебя уже минут десять жду в картинной позе, коленки замерзли!

— Ничего не медленно. — Начал противиться я, еще мне не хватало, она мне сейчас подарит спорт кар, вроде тех на которых сама летом ездит и встанет у меня перед подъездом еще один сугроб, парковочное место займет. — Это я вожу, как бабка, которая на тот свет не торопится.

— Ладно! — Отмахнулась она. — Машину дарить не буду, но вопрос про новогодний подарок с повестки дня не снимается.

— Мне достаточно будет открытки и трогательного поцелуя в щеку. — Очаровательно улыбнулся я. Если честно, то я рассчитывал отделаться таким же подарком, не потому, что мне было жалко денег, потому что я терпеть не мог подарки покупать, выбирать, придумывать. Вот что мне подарить Василисе, у которой все есть? Марье, которой ничего не нужно? Полинке, которой нужно всё, но только не для себя, а для ее подопечных?

— Только в щечку? — Василиса удивленно приподняла бровь, я в ответ лишь подмигнул, ну а что мне было ответить, самое логичное сейчас было обнять ее за талия и поцеловать в пухлые манящие губы, но не на людях же. — Тебя так легко читать. — Рассмеялась Василиса. — Вообще все на лице написано, как бы тебе не пострадать из-за этой твоей открытости.

— Это только Вам меня читать легко, — Я снова натянул маску вежливости. — Потому что мы проводим очень много времени вместе, Вы меня знаете хорошо, а кто-нибудь посторонний…

— Кто угодно, даже посторонний бы сейчас увидел, как у тебя слюни потекли. Пошли уже! — Я подставил ей руку, и Василиса вальяжно и высокомерно взяла меня под локоть. — Скажи мне, зачем ты вообще клуб купил? Хлопот же немеряно с ним.

— Для дела было нужно. — Пояснил я, ну не признаваться же ей, что все произошло по пьяни, а сохранил его только из-за того, что нашел, кому перепоручить.

Вывеска над караоке баром осталась прежней, довольно безвкусная, кричащая пародия на неон, в которой можно было перепутать микрофон и мороженое.

— Так это что? — Разочарованно протянула моя спутница. — Караоке бар? Я-то думала, тут настоящий клуб, с танцами, диджеем, девочками гоу-гоу на шестах, я-то думала, у нас хоть одно заведение в городе приличное будет, где можно потанцевать, расслабиться.

— У нас можно и потанцевать. — Дверь перед нами открылась и в проходе появилась миниатюрная фигурка моего нового управляющего. — Добрый день Василиса Андреевна, не ожидал, что будет столь высокая приемная комиссия у нашего заведения.

— Аристарх Кощеевич. — Лучезарно улыбнулась супруга директора Института. — Ну какая же я приемная комиссия, так, заглянула по-свойски, посмотреть, что за бизнес, организовал тут мой друг. — Карлик удивленно приподнял бровь, от него не укрылось то, что Василиса назвала меня своим другом, не товарищем, не коллегой, не подчиненным, а именно другом, это видимо многого стоило в глазах обитателей Института.

— Прошу Вас. — Он сделал приглашающий жест, и мы вошли в слабо освещенное помещение. — Тут у нас зона встречи гостей и гардероб. — В помещении пахло свежим ремонтом, сырая штукатурка, краска, и новизна… я не знаю, как описать этот запах, просто тут пахло всем новым. — Дмитрий! Отдельно, хочу отметить, Ваши ремонтники, это что-то чудесное, сделать все за ночь, к тому же я даже не видел, как завозились материалы. — Василиса бросила на меня подозрительный взгляд.

— А можно поподробнее про этих ремонтников? — Она стиснула мой локоть и Аристарх, заметив это, прикусил язык.

— Да обычные ребята из местных, — Попытался юлить я. — Тут ремонта то было, плюнуть и растереть, стены покрасить, да штукатурку подновить. — Хватка девушки стала слабее, но взгляд все еще оставался подозрительным, по всей видимости, она не бывала в этом заведении ранее, поэтому и на лжи поймать не могла, на деле же, тут поменялось все, кроме новой краски на стенах, новая тумба для хостес, новая стойка гардероба, и даже вешалки с номерками были новыми.

— Пройдемте. — Карлик подхватил Василису за руку, от чего она поморщилась, по всей видимости, такие фамильярности были ей крайне неприятны, лишнее напоминание мне, насколько я симпатичен и приближен к ее величеству.

Большой зал был заставлен столиками с белыми скатертями и перед этими столами красовалась сцена с бордовой портьерой, посреди которой красовался старомодный микрофон. Все было обставлено в стиле Америки тридцатых годов, не хватало джазового ансамбля и парней в шляпах и с автоматами Томпсона.

— При желании можно убрать основную массу столов в подсобку, на сцену поставить, диджея и организовать танцпол, получится пусть небольшой, но довольно уютный клуб. — Распинался Аристарх. Василиса же критически оглядела обстановку и чуть поморщилась.

— Я предпочитаю диванчики, а то эти стулья…

— Это специально! — Улыбнулся карлик. — Гости не должны засиживаться, это же караоке, их место на сцене. А с диванчиками у нас есть четыре отдельных кабинета, три на восемь и один на десять человек, для шумных компаний. — Он с ехидством посмотрел на меня, похоже ему уже доложили, при каких именно обстоятельствах я стал владельцем этого заведения.

Я не обращал внимания ни на его косые взгляды, ни на высокомерное выражение лица Василисы, я смотрел по сторонам, парни из кольца постарались на славу, помещение преобразилось просто кардинально, тут было новое все. Ладно стены, но они сделали и сцену, и стойку бара, и даже достали мебель, единственное, уменьшилось количество приватных кабинетов для караоке, за счет них была увеличена площадь общего зала, но это не страшно, подозреваю, что заведение ни разу за свою историю не было наполнено полностью. Надо будет спросить у парней, как с ними рассчитаться, а то не дело, это пользоваться их услугами нахаляву. Понятно, что денег им не надо, но что-то им все же нужно?

— Да, Дим. — Протянула Василиса, после того как мы осмотрели каждый кабинет и даже уборную. — Должна признаться, что это не самое глупое вложение денег. Петь я не люблю, но тут уютно, и даже можно посидеть с подругами, не привлекая внимания толпы похотливых мужланов из местных.

— А смысл тогда? — Я удивленно поднял бровь. — Наряжаться, краситься, идти куда то, и не разбить за вечер ни одного сердца? Не спровоцировать ни единой драки?

— В чем-то ты прав, конечно. — Игриво хихикнула девушка. — Но это больше в стиле Златы, мы с Варварой предпочитаем более спокойный отдых, хотя, бывает тоже не прочь тряхнуть стариной. Аристарх. — Она обратилась к коротышке. — Когда будет готов план мероприятий сообщите мне, я обязательно посещу ваше заведение. — Карлик раскланялся, и девушка потащила меня к выходу.

Когда мы наконец оказались на свежем морозном воздухе, она снова взяла меня под руку и прижалась всем телом.

— Хорошее вложение денег. — Констатировала она увиденное только, что. — Но разговор о том, откуда у тебя эти деньги и что за мастера такие тут делали ремонт, мы отложим на потом. И будь уверен, ты мне на эти вопросы ответишь.

Отвечу, конечно же отвечу, но как можно позже, не хотелось мне рассказывать Василисе ни о деньгах, что я умыкнул у Гороха, ни о колечке Бельского. Да и времени сейчас на это не было, солнце неуклонно клонилось к закату, и мне было пора выдвигаться на ночное дежурство.

Девушка тоже посмотрела на солнце, зимний день скоротечен, вот только мы завтракали в институте и он уже близится к концу.

— Я очень надеюсь, что ты не собрался этой ночью выходить в город? — Взгляд ее стал одновременно жестким и обеспокоенным.

— Ну что Вы, Василиса Андреевна, в городе и так будет полно соловьевичей, зачем я стану мешаться у них под ногами.

— Вот и ладно! — Она ткнула мне пальцем в грудь, после чего развернулась на каблуках и чертыхаясь пошла по заснеженному тротуару к своей машине, идти видимо было не удобно, а с сибирскими снегопадами, даже очень богатые караваевские коммунальщики уже не справлялись.

Добравшись домой и поднявшись к себе, я обнаружил прямо в коридоре чудесную картину, вот уж чего я не мог себе представить так этого. Сама важная ведьма Злата, одетая в мои старые треники и застиранную футболку с надписью «Неприкаянные», и словно этого было мало, она стояла на корточках и руками мыла пол в прихожей.

— Это что за неожиданность? — Радостно поприветствовал ее я, отвешивая звонкий шлепок по мягкому месту, от чего ведьма взвизгнула и подпрыгнула. — Только не говори, что вчера ночью, вы мне так квартиру загадили, что уже пол дня отмываете?

— Мы проснулись недавно. — Ведьма поправила прядь волос, выбившуюся из-под повязанной на лоб банданы. Ну и да, гульнули мы вчера хорошо, а сегодня твои соседки нас заставили тут все драить.

— Нас? — Я удивленно приподнял бровь, и словно в ответ на мой вопрос из кухни показалась Римма, одетая примерно, как и Злата, только вещи н ней были свои.

— Ой! — Пискнула девчонка. — Не успели к твоему приходу…

Я молча разулся и направился на кухню, все было не так уж и плохо, кроме стоявшего в воздухе тяжелого алкогольного духа и двух пакетов с мусором, причем основное место в них занимали пустые бутылки.

— Хорошо посидели! — Констатировал я факт и открыл холодильник, там обнаружилась мясная нарезка, кастрюлька с рассольником, сморщенный лимон и пара бутылок текилы. Странно, что не допили, но видимо ее было столько, что уже просто не влезла.

— Не плохо! — Злата показалась из коридора и обняв меня сзади за талию, положила подбородок на плечо. — Я тебя вчера ждала, ждала… — Голос ее был томным и многообещающим. — Может текилы?

Я краем глаза заметил, как Римма одновременно покраснела от смущения и побелела, видимо от нахлынувшего спазма. Судя по всему, вчера она тоже пила текилу. Не став реагировать на провокации ведьмы, я достал и поставил разогреваться кастрюльку и нарезал лимон для чая.

— Девочки, вам еще долго тут прибираться? — Уточнил я. — А то я бы поспать хотел, ночью работать…

— Работать? — Злата больно ущипнула меня за бок. — Дим! Ты вчера работал, что за не здоровая тяга к этому дурному занятию? Ты вообще помнишь, что ты мне должен?

— А? — Не понял я.

— Свидание! Ты мне должен свидание, и я требую долг! — Она сверкнула глазами.

— Злат… — Попытался вывернуться я. — Не время, мне правда надо сегодня патрулировать город!

— Вечером сводишь меня в ресторан! Потом отвезешь домой! А потом, патрулируй сколько хочешь! — Требовательно уставилась на меня ведьма, ох, чувствую не спроста это, с чего бы Злата стала такой требовательной и настойчивой.

— Ей Василиса недавно позвонила. — Вмешалась Римма. — Велела тебя любыми способами ночью в город не пускать.

— Что? — Округлившимися глазами уставилась на нее ведьма. — Ах ты! — Она замахнулась на девчонку тряпкой, но та лишь показала ей язык и выскользнула из кухни. — Вот засранка мелкая. Это она мне за вчерашнее мстит! — Пояснила мне ведьма. — Рассказать, что я ей устроила?

— Не надо! — Отмахнулся я. — Что было на пьянке, пусть там и остается. Я сейчас поем и спать. А Василисе передай…

— Василисе я ничего передавать не стану, а просто выполню то, что она поручила! — Злата требовательно ткнула в меня пальцем. — Ты мне должен, и ты этот долг вернешь! Понял?

Я испытующе посмотрел на нее и понял, что ведьма не шутит.

— Ладно. — Отмахнулся я. — Но я все равно спать, прошлой ночью было не очень удобно, да и ты со своими сообщениями меня постоянно будила.

— Приехал бы и все было бы отлично. — Пожала плечами ведьма. — Спал бы как младенец, до обеда в теплых ласковых объятиях.

— Заманчиво, но тогда бы я работу не сделал. — Я налил себе рассольника и уселся за стол. — Ладно! Я жрать и спать. Меня не тревожить ни с ласками, ни с обещаниями оных. Ясно?

Ведьма шутливо отдала честь и развернувшись на каблуках направилась прочь, вскоре из глубины квартиры раздался писк Риммы и ругань ведьмы.

Поспать мне не дали, буквально через пару часов заявилась Варька со всей честной компанией и вытащила меня из блаженной неги грез на душную кухню.

— Дим! Это капец! — Краса сунула мне под нос телефон с фотографиями, фото были жуткими, у Царевича были вырваны куски мяса из ног, разорвана грудь, и свернута шея. — Я не знаю, кто мог такое сделать. Причем неподалеку нашли пистолет, с пустой обоймой, он сначала отстреливался, а когда кончились патроны то дал бой из последних сил, громовые перчатки, одна была сорвана, а вторая раздавлена прямо на кисти страшным укусом, ты представляешь того, кто мог безболезненно уцепиться зубами за шокер? Причем у Царевича ведь была не гражданская модель, теми, что были на нем, можно запросто убить медведя.

— Укусы. — Кивнул я. — Зверь?

— Я бы сказала звери. — Кивнула Варвара. — Судя по следам, его кружили.

— В смысле? — Не понял я.

— Ты никогда не видел, как лайки на медведя охотятся стаей? — Девушка взяла моя чашку с чаем, отпила и брезгливо поморщившись выкинула оттуда кружок лимона. — Они его окружают, и пока одна или две вызывают его агрессию на себя, другая кусает хищника за ноги сзади, когда агрессия переключается на ту, что кусала, то же самое повторяет и следующая, так они держат его до прихода охотника. Только вот у нас, охотник был не нужен, хищники управились сами.

— Жуткая смерть… — Пробормотал Виталий и все согласно кивнули.

— И что нам стало еще известно? — Сейчас не было времени для эмоций и жалости.

— Да ничего больше. — Пожала плечами Варвара. — Все то же самое, ни следов, ни запахов, но судя по укусам, это звери вроде волков, очень крупных, даже больше нашего обжоры, и что характерно, я уверена, что Иван их ранил, но ни крови, ни каких-либо последствий заметно не было.

— Может промахнулся? — Неуверенно спросил я.

— Дим! Царевич был дурак, но он был подготовлен. Я не допускаю, что, потратив две обоймы он ни разу не попал. Ту нечто иное.

— Иное… — Повторил я. — И это иное связано с богиней Мораной…

— Почему? — Поинтересовался Виталий.

— Сегодня я узнал, что это за символ. — Я продемонстрировал фото в телефоне. — Это зимний крест, символ богини. Поэтому и Яра закрылась, она знает, кто наши гости, она боится их, а если уж Яра кого-то боится…

— То у этого просто нет смерти. — Подытожила Варька, на самом деле я про это не думал, предполагал, просто, что это какие-то дико страшные твари, но чтобы вот так… Бессмертные, как Кощей? Нет, Кощей бессмертный только на словах, на деле, он Яру боится, да и в сказках его смерть спрятана путем противоестественных экспериментов с несчастными животными. А тут, что это за твари?

Постепенно Варька разогнала всех с кухни отправив коллег с поручениями, Злата же сама умчалась готовиться к вечернему свиданию, за ней же отправилась и Римма.

— Дим. — Прервала мои мысли Варвара. — Что делать то будем?

— Я не знаю. — Мысли мои крутились вокруг полученной информации. — По идее, если это твари из метели, из зимы, то можно попытаться воздействовать на них жаром, огнем! Пули против них как мы убедились, благодаря Ивану, бессильны, электричество тоже вреда им не наносит, а вот огонь… Можно попробовать.

— Я сообщу в Институт. — Кивнула Варька. — Может у них чего и найдется, огнемет или еще что-то в этом роде.

— Позвони. — Согласился я. — Лишним не будет. И еще, те существа, они всегда атакуют тех, кто на улице, нужно, чтобы всегда была под рукой теплая машина или помещение, куда спрятаться.

— Будет сделано. — Шутовски козырнула мне девушка. — Учтем, постараемся устроить. Ты то не передумал идти ночью в патруль? Если пойдешь, учти, я должна быть рядом с тобой.

— Зачем это? — Удивился я.

— Затем, что волнуюсь за тебя, дурака. — Она нежно погладила меня по щеке. — Мне будет куда комфортнее видеть тебя рядом, чем беспокоиться, где ты там в ночи. Кстати, где ты вчера в ночи ошивался? Мы тут отлично посидели вечером.

— Ночью. — Поправил я девушку. — Ночью вы отлично посидели, да так что спать всему подъезду не давали.

— Римма нажаловалась? — С ухмылкой спросила Варвара. — Не верь ей, ох не верь. Это она только на первый взгляд милая и наивная, а как пол литра текилы засадит…такая…тихоня…

— После полулитра текилы, даже я тихим становлюсь, так как с ног падаю. — Прервал я ее, мне не хотелось слушать, что тут было вчера, даже если это было что-то дикое и не пристойное, хотя Римму сложно было заподозрить в чем-то непристойном, милая девочка, божий одуванчик. — Ты от внимания Виталия избавилась?

— В принципе да. — Пожала плечами девушка. — Ты был прав, ему не я нужна была, а любая самка, что кстати ударило по моему самолюбию.

— Сильно? — Усмехнулся я.

— Не особо. — Отмахнулась девушка. — Проблемой меньше, хоть цветы мне таскать перестанет. Вот скажи мне в чем прикол дарить цветы? Они быстро вянут, их надо куда-то ставить, вазы покупать…

— Эх Варвара! Не понять тебе простых женских радостей. — Хмыкнул я. — Цветы это не просто символ, это подношение, это повод устроить скандал, если тебе их не дарят или дарят редко, это некий тайный код. Цветы говорят женщине о том, что мужчина ее ценит. Ну наверное, я сам цветов почти никогда не дарю, тупо это, поэтому и живу один.

— Один ты живешь, потому что на компромиссы идти не хочешь. Вон с Марьей жили же, но разбежались, потому что ни ты ей навстречу идти не хотел, ни она. Так и остались при своем, одни.

— Это да. — Я притворно тяжело вздохнул. — Но у меня все еще остаешься ты, моя платоническая любовь.

— Ну уж нет! — Хихикнула девушка. — Нафиг мне твоя платоническая любовь. Ты мне лучше скажи, все же что насчет ночи?

— Этим вечером я иду на свидание со Златой. — Нехотя признался я. — Василиса велела ей за мной присматривать и не пускать на поиски неприятностей.

— Это правильно. — Кивнула Варвара одобряя решение супруги директора Института. — Златка, она хоть и шебутная, но с ней ты будешь в относительной безопасности.

— Черт, это вообще то унизительно, мало того, что мне оказывается нужна охрана, так еще и охранять меня будет девчонка.

— Я девчонка. — Рассмеялась Варька. — Я могу тебя разделать под орех одной левой.

— Ой да ладно. — Поддержал я игру. — У Златы нет твоих чудо волос.

— Давай на спор. — Глаза Варвары азартно загорелись. — Если я тебя уложу на обе лопатки без использования своих сверхспособностей, то я тебе… Ну… — Она задумалась. — Поцелуй!

— Ха! — Подмигнув девушке я переместился к раковине помыл стакан из-под чая и взяв в руки полотенце принялся их вытирать. — После последней пьянки, твои поцелуи изрядно потеряли в цене.

— Вот ты гад. — Возмутилась девушка. — А что же тебе тогда надо.

— Ничего! — Рассмеялся я. — Мы же про это, уже говорили как то, если мне что-то будет нужно, я и так попрошу, и ты сделаешь, а в обязаловку, мне от тебя ничего не надо.

— Ну ладно! — Согласилась она. — Тогда так, если победишь ты, то ничего не получишь, а если я, то ты мне рассказываешь откуда у тебя куча денег, я конечно и так знаю, так что, это все равно, что ничего.

— Идет. — Кивнул я и чуть было не пропустил быстрый хлесткий удар в голову, чертова пигалица просто-напросто прыгнула с места и похоже на полном серьезе решила меня вырубить. По всей видимости ей показалось не слишком надежным то, что вечером меня от безрассудства будет оберегать Злата и она придумала отправить меня в объятия морфея насильственным способом.

Я взмахнул руками, в которых у меня было зажато полотенце, больше инстинктивно, зацепил ее за ногу, летящую мне в голову, и опрокинул девушку на обеденный стол, громыхнуло и я остался без мебели. Девушка извернулась и вскочив на ноги, снова ринулась ко мне.

— Ты чего творишь! — Раздался тоненький голосок и маленькое крылатое тельце кинулось Варьке в лицо, Алька била ее крыльями и царапала когтями, при этом красочно обзывалась. На шум подтянулись и ее подружки и не разобравшись в ситуации, тоже присоединились к драке, только эти мутузили не только Варьку, но и друг друга. Девушка в панике прикрыла лицо руками спасаясь от острых когтей и крыльев. Я же, просто обошел я ее и обхватив за шею, подставил подножку, аккуратно укладывая ее легкое хрупкое тело на линолеум.

— Все, подруги. — Скомандовал я птицам. — Мы победили! Ты не ушиблась? — Это я уже обратился к Варваре, лежавшей на полу и гневно на меня сопевшей.

— Если бы не эти трое, я бы тебя сделала! — Возмущению ее не было предела.

— Про них уговора никакого не было. — Я ласково потрепал своих подружек по перьям, те надулись от важности и даже принялись то ли курлыкать, то ли квохтать. — Ты зачем в драку то по-настоящему полезла? Решила так меня сегодня вечером дома оставить?

— Была такая мысль. — Она осмотрелась. — Эх. Стол жалко. Руку дай. — Я протянул ей руку, и она подло меня за нее дернула. Я, не удержав равновесие рухнул на пол, вернее на нее, после чего Варька извернулась и оказалась на мне верхом прижимая мои руки к полу. — Тебе сейчас очень повезло. — Ее лицо склонилось ко мне, так, что наши губы едва не соприкасались, даже птицы затихли в предвкушении и конечно же я попытался ее поцеловать, но Варвара была быстрее, она отстранилась и ехидно усмехнулась. — Ты же сказал, что мои поцелуи утратили ценность. — Я в ответ лишь усмехнулся и пожал плечами, я чувствовал, как ее горячие бедра сжимаются вокруг моей талии, видел, как вздымается грудь под обтягивающей майкой, да и она наверняка все чувствовала, поцелуй без продолжения, сейчас был бы явно лишним. Она тоже это поняла, поэтому отпустила мои руки, хоть и не торопилась с меня слазить. — Ты сейчас победил только потому, что тебя защищали девчонки, помни про это. Поэтому и выигрыш в споре получат тоже они. Я куплю им торт.

— Торт! Торт! Торт! — Радостно загомонили они, потом внезапно остановились, переглянулись и синхронно продолжили. — Три! Три! Три!

Варька рассмеялась, глядя на эту троицу и согласно кивнула.

— И новый стол! — Вмешался я.

— Ну нет! — Отрицательно помотала головой девушка. — Стол ты сломал, вот зачем меня на него было кидать, было, между прочим, больно. Но… — Она внезапно улыбнулась. — Я знаю, как оставить тебе о нем память.

Девушка слезла с меня, как мне показалась с неохотой, отряхнулась и направилась к выходу.

— Я очень надеюсь, что сегодня ночью, ты ни на шаг не отойдешь от Златы. — Она подмигнула мне напоследок. — А если отойдешь, то будешь полным дураком.

Глава 10

Я ждал ведьму на подземной парковке, сумерки уже сгущались, короткий зимний день был на исходе, а она все не торопилась.

Телефон в кармане завибрировал уведомив, что у меня новое сообщение, наверняка ведьма пишет мне в очередной раз, что ей нужны еще дополнительные пять минут на сборы, если их с Василисой план заключался в том, чтобы всю ночь меня на парковке Института продержать в ожидании, то это было бы с их стороны подлостью.

Я достал смартфон и открыл сообщения, а нет, сообщение от Варьки причем, текст прошел, а вот фото к нему не загрузилось, интернет на подземном паркинге ловил плохо, сообщение гласило, «на память о столе», интересно, что там, позже посмотрю.

— Ну ты и хам, Галицкий. — Гулко цокая высокими каблучками, ко мне приближалась ведьма, наряженная как ночное видение подростка, короткое сверкающее платья с тонкими бретельками и глубоким декольте, туфли, в руках сумочка, а на плечи накинула легкая короткая шубка. — Нет чтобы ко мне подняться, проводить меня до машины, так нет же, вынудил меня переться сюда в одиночестве.

— А ты хотела, чтобы все видели с кем именно ты на свидание идешь? — Я вышел из машины и открыл перед ведьмой двери, ну не совсем же я хам.

— Естественно. — Злата легонько щелкнула меня по носу. — Это же статус, возможность уесть конкуренток и подруг, не каждый день, сам Дмитрий Галицкий везет простую девушку из Института на свидание.

— Я все ещё не смирился со своим статусом. — Хохотнул я в ответ и завел двигатель. — Вчера еще я был простой парень Димка, на которого ты и смотреть не желала, а сегодня я, «Сам».

— Ну да. — Кивнула она. — По началу ты на меня впечатления совсем не произвел, я все думала, что это Василиса в тебе нашла, она ведь в людях не ошибается. Она ни в чем не ошибается. И знаешь, со временем я к тебе притерпелась, ты уже не кажешься таким уж бессмысленным увальнем.

— Ну и зря. — Хмыкнул я. — Я все еще такой же бессмысленный увалень, как и раньше, только похудел немножко и нервишки начали шалить по-другому.

— В смысле?

— Раньше я был просто депрессивным и загнанным, а теперь я пофигист, которому наплевать на себя и будущее. — пояснил я.

— Жить одним днем прекрасно. — Закатила глаза Злата. — Каждый обед, как последний. Каждый секс, словно в последний раз, не думаешь о стыде и последствиях. Я стараюсь так жить.

— Ага! — Я теперь уже рассмеялся в голос. — И именно поэтому ты переживаешь из-за депремирования, именно поэтому, ты идешь вверх по карьерной лестнице не взирая ни на кого, именно поэтому ты сегодня поехала на свидание со мной, который тебе, будем честны не особо то и нравится, вместо того чтобы придаваться радостям в очередной оргии.

— Пффф — Закатила глаза ведьма. — Ну во-первых, ты мне не так уж и не нравишься, вполне себе такой, еще и перспективный. Димк! Я с тобой всего за пару дней таких успехов достигла в карьерном плане, какие мне и не снились. — Я усмехнулся, вот именно про это я ей и говорил только что, ну какая жизнь «одним днем», если у нее там все задумано и запланировано, к тому же, честно сказать, я был уверен, что приключение со мной было просто использовано Василисой, для продвижения помощницы, она бы ее и так двинула вверх по карьерной лестнице, Василисе нужны свои топ менеджеры в Институте, а таких своих у нее по пальцам одной руки пересчитать. Вот и выходит, что Злате было на роду написано выбиться к вершинам, а я просто подвернулся под руку, что, впрочем, не мешает мне ситуацией пользоваться.

— А во-вторых? — Спросил я.

— Что во-вторых? — Не поняла девушка.

— Ну ты сказала, «Во-первых», значит должно быть, «во-вторых».

— Во-вторых, все эти оргии, они однообразны. — Отмахнулась она. — Честно признаться, вчера ночью совращать твоих друзей было куда веселее, причем процесс совращения был куда занимательнее, полученного результата.

— Что не оправдал Виталий надежд? — Хохотнул я.

— Почему только Виталий? — Она облокотилась мне на плечо, и ее рука скользнула мне по бедру. — Мы втроем были, но кто был третий, я не скажу, пусть останется тайной.

Я косо глянул на нее, тоже мне тайна, наверняка, Емеля, а если нет, помнится ведьма не только по мальчикам была… Ну нет, да и вообще, она меня разводит, заставляет думать про всякое. Вот же… ведьма, ну да, она же ведьма, ей по канону положено смущать разным там философов Хомей Брутов… или Хом Брутов, интересно как множественное число от имени Хома? Вот и сейчас, она меня просто разводит, Риммка, наивная девчонка, она бы в такое не вписалась, а Варька с Виталей бы не стала, так как работе навредит. Поцелуйчики, это одно, а ночь провести, совсем другое, так что, либо Емеля, либо, что вероятнее, врет она мне сейчас. Разводит!

— Ну и ладно! — Я не сводя глаз с дороги убрал ее руку со своего бедра. — Втроем так втроем! Я рад, что тебе было весело.

— Пффф. — Сморщила носик ведьма. — Как с тобой не интересно. Но я правду сказала, мне было весело вчера ночью, ребята у тебя хорошие и не скучно с ними. Жаль ты где-то потерялся. Кстати, где именно?

— Я в ночи искал ответы на страшные загадки. — Загадочно проговорил я. — Некоторые тайны открываются лишь в свете луны, знаешь ли.

— Знаю! — Согласно кивнула Злата. — Но еще я знаю, что таким тоном говорят, только когда провели время за чем-то очень скучным. Бумаги лопатил?

— Ага. — Согласился я. Быстро же она меня раскусила. — Время идет, а расследование по Бельскому стоит.

— Если помощь нужна… — Совершенно серьезно посмотрела она на меня. — В бумагах я, конечно, копаться не стану, но эликсир, какой, на бодрость там или внимательность, это запросто. — Я усмехнулся. — Все по-честному, без побочных эффектов, главное дозировку соблюдать.

— Спасибо. — Искренне поблагодарил я ее. — Я подумаю. На самом деле, было бы не плохо, иметь при себе пару пузырьков для быстрого и более серьезного восстановления здоровья, а то такое чувство, что к стандартным уже привыкание идет.

— Это не привыкание. — Хмуро бросила мне ведьма. — Это тебя с каждым разом все сильнее и сильнее калечат. Вот. — Она залезла в свою сумочку, и вытащив пару невзрачных пузырьков, протянула мне.

— Ого! — Я с благодарностью принял мензурки и засунул во внутренний карман пиджака, одет я сегодня был по парадному, все же мы ехали в приличное заведение. — Ты всегда таскаешь при себе запас?

— Все свое ношу с собой! — Она потрясла сумочкой. — Это безразмерная сума. Все хорошо, только есть побочный эффект.

— Какой?

— Стоит сказать слова из сказки, ну там, сума, дай кое чего. И из нее вылетают две дубины и начинают мутузить все, что под руку попадется, но достаточно сказать, «сума хватит ума», и они уходят обратно в сумку, вот только момент, если тебя лупят, то ты далеко не всегда можешь это выговорить, говорят, что даже кто-то из испытателей погиб, поэтому предмет в серию не пошел, ну а мне, эта сумочка вполне.

— А когда дубины там, внутри сумки, они ничего не могут разбить? — Заинтересовался я.

— Нет. — Отмахнулась ведьма. — Внутри сумки они деактивируются, ничего живого, кстати, я туда тоже засунуть не могу, пыталась как-то любовника через охрану протащить, так он исчез, прикинь?

— Совсем исчез? — Удивился я. — А у полиции потом вопросов не возникло?

— Совсем! — Вздохнула девушка. — А полиция… Ну ко мне не обращались.

— А не мог Бельский вот так же в сумочку нырнуть? — Внезапная догадка осенила меня.

— Нет. — Злата покачала головой. — Сумка — это достаточно новый продукт, а Бельский еще когда пропал.

— А часто, вообще такие вот артефакты опасные получаются? — Заинтересовался я.

— Нет! — Рассмеялась Злата. — Кощей вообще редко экспериментирует, с чем то опасным, если даже выходит что-то такое, то сразу в утиль. Сумка мне случайно досталась. Костя, как-то зашел ко мне после очередного эксперимента и давай жаловаться, мол штука такая получилась отличная, сумка бездонная, вот только дубины слишком сильно лупят, горевал, что вещ отличная, жаль в серию не пойдет. В итоге я себе одну и выпросила, а что туда живое помещать нельзя я позже выяснила и никому, кроме тебя не рассказывала.

— Польщен доверием. — Я припарковался перед уже набившим оскомину рестораном, нет все же не хватает городу развлечений, что на пользу мне и моему новому клубу, вернее караоке бару.

На улице уже совсем стемнело и даже началась небольшая метель, опять чертов снег, опять с утра машину чистить, да что же это за край то такой, зачем тут так много этого снега?

В ресторане было предсказуемо скучно, мы вкусно ели, скромно пили, флиртовали, меня даже под столом ножкой немного поласкали, потом станцевали медленный танец… и все, заняться больше было нечем. Не удивительно, что веселая пьянка на кухне с моими коллегами так понравилась ведьме, там то было в разы веселее. В общем выдержал я эту нудятину два часа, нет не подумайте, все было вкусно, и даже бокал вина, который я себе позволил был замечательным, но тут было невероятно скучно, пафосный официант, богатые гости. Нет честное слово, когда я тут оказался впервые и сцепился с бандитами за Васькину честь, тут и то было живее и веселее, а вот так, сидеть и мирно вкушать еду… Нудно! А не становлюсь ли я адреналиновым наркоманом?

— Ладно! — Злата положила мне ладонь на руку. — Пошли уже, а то смотрю ты извелся весь, поехали к тебе, в кроватке то, я надеюсь, тебе будет веселее.

Противиться я не стал, ну и правда, ну что тут делать? Жрать? А там, дома, да в постели с красавицей ведьмой… Я жадно осмотрел Злату, удивительно, как вообще раньше она могла вызывать у меня страх?

Погода на улице совсем разбушевалась, ветер выл, метель мела, я даже не видел своей машины, припаркованной рядышком, а ведь Злата вообще одета вовсе не по сезону. Я даже подумывал не вернуться ли в ресторан, но теплое тело ведьмы, прижимавшееся ко мне, заставило меня отбросить эту мысль, все равно же придётся возвращаться домой, мы сделали несколько шагов по направлению к авто, когда особо сильный порыв ветра, чуть не сшиб нас с ног.

— Дим! — Ведьма дернула меня за рукав и указала куда-то в метель. Я посмотрел туда и опешил, из снежного марева на меня скаля клыки шел здоровенный волчара, шерсть его была соткана из снега, клыки изо льда, и при каждом шаге он скрипел, словно первый снег под ногами.

— Твою мать! — Я прикрыл ведьму своим телом. — Злата! У тебя нет ничего огненного?

— Нет конечно! — Взвизгнула она, но через секунду радостно пискнула и полезла в свою сумку. — Вот! — Она вынула пузырек и пихнула мне в руку, я, не глядя схватил протянутый мне предмет и швырнул в оскалившуюся пасть, готового прыгнуть на нас зверя. Вот только вместо пузырька в моей руке оказалась сумочка ведьмы, и она сквозь снежные вихри полетела прямиком в распахнутый зев монстра.

— Сума, дай ума. — Прокричал я в тот момент, когда клыки захлопнулись на артефакте, надеюсь шум метели не помешает ему активироваться.

Снежный волк секунду стоял и с непониманием смотрел на нас, а затем его пасть буквально разорвало, если бы это был обычный зверь, то тут бы ему и конец, две здоровенных дубины разворотили его челюсти не хуже Самсона, разрывавшего пасть льва, и мало того, что они разворотили ему голову, они принялись его еще и избивать, выбивая с каждым ударом здоровенные комья снега и льда.

Зверь завыл, и я понял, что уже слышал этот вой, недавно, ночью в метели, я принял его за шум ветра, но нет, это был вой чудовища, хищника зимы, монстра на службе богини Мораны. Вот только этот вой, он был полон боли, дубины делали свое дело заставляя зверя пятиться. А через секунду с двух сторон раздался новый вой, стая отвечала своему члену, и вот из метели на помощь собрату, кинулись еще две туши, они вцепились в дубины и принялись рвать их когтями, крошить зубами и надо сказать, получалось это у них вполне себе успешно.

— Злата! — Я развернулся к девушке. — Бежим к машине, быстрее.

— Куда? — Простонала она, и тут я понял, что в этой страшной метели я совершенно не понимаю ни где вход в ресторан, ни где моя машина. — Вот. — Она протянула мне пузырек. — Это зелье огненного дыхания. Маленький глоток и выдох пламени. Главное помни, не вдыхай! Только выдох!

Я кивнул и сорвав зубами пробку сделал крошечный глоток, затем повернув лицо к зверям, терзавшим дубинки, выдохнул.

Не знаю уж для чего у ведьмы в сумочке было такое зелье, скорее всего, для проведения фаер шоу.

Поток изрыгаемого из моего рта огня был, наверное, метра два в длину, и попав в одного из зверей заставил его заскулить и отскочить, оставив дубину в покое. Обгрызенная палка, не теряя времени взлетела с земли и что было сил ударила покалеченного зверя, тот находился к ней ближе всех, я же сделал еще один глоток, на этот раз куда больший, и подбежав к своему недобитку почти вплотную, выдохнул. В боку зверя образовалась дыра, сочившаяся водой, он взвыл и рассыпался снежными хлопьями, и в то же мгновение метель словно бы стала слабее, оставшиеся два зверя развернулись ко мне и кинулись, не обращая внимания на удары, наносимые уже изрядно потрепанными палками. Я успел вылить себе в рот последние капли элексира и выдохнуть пламя прямиком в раскрытую пасть снежного волка, что готовился вот-вот вцепиться мне в горло. Снова вой и метель почти утихла, теперь в вихре снежинок я мог рассмотреть и стоявшую рядом машину и здание ресторана, вот только ни туда, ни туда я не успевал. Последний волк, тот самый что напал на нас первым и которому пасть разворотило дубинами, несся на меня и спасти меня теперь было не кому. Остатки дубин летели за ним не поспевая. Секунда и его развороченная пасть перед моим лицом, я поднимаю руку, чтобы прикрыть горло, а губы сами шепчут.

— Сума. Хватит ума. — Он все же успел меня цапнуть за руку, я почувствовал, как ледяной холод пронзает ее, а потом, глаза волка широко раскрылись, и он рассыпался хлопьями снега. Что это? Как это? Что произошло? Были мои последние мысли, прежде чем я понял, что теряю сознание, рука по самое плечо была заледеневшим куском мяса и этот холод с каждой секундой все ближе подбирался к сердцу. Я еще видел над собой сосредоточенное лицо Златы, чувствовал, как она шарит у меня по карманам, а потом, я просто заснул.

Проснувшись, я почувствовал, что на меня облокотились и на моем лице лежит чья-то тяжелая грудь.

— А если валета! — Раздался знакомый голос, встречавший меня с того света уже не единожды.

— И вот еще и вот! — Поддержал его другой, звонкий девичий, это Римма, она то тут что делает.

— Да так не четно. — Это Злата.

— А я тебе говорила. В дурака вшестером играть не интересно, чистая удача, никакой тактики или ума.

Я открыл глаза, ну так и есть, надо мной сложив груди мне на лицо, сидит Василиса, а вокруг кровати на стульчиках, Злата, Варька, Римма, Марья и Полинка, и они вшестером на моем бесчувственном теле играют в карты.

— Меня в игру возьмете? — Пробормотал я.

— Не. — Помотала головой Злата. — В дурака можно максимум в шестером играть.

— К тому же. — Вмешалась Василиса. — С тобой играть бес толку, ты и так чемпион, бесспорный. Ты скажи, бестолочь, вот как ты умудрился?

— Выжить? — Уточнил я.

— Нет, как ты умудрился выжить я и так знаю. — Я почувствовал, как она нежно погладила меня по голове. — Злата в тебя уйму зелий влила, дотянула, пока живую воду не привезли. Как ты умудрился ввязаться в драку с тварями, причем без подготовки, без оружия. Вот скажи мне, Дим! Как? А главное зачем? В двух кварталах патруль стоял, пятеро бойцов, при огнемете, а главное их не жалко было. Но нет! Дмитрию приспичило прогуляться в ночи. На звезды Златку повел смотреть?

— Я нечаянно. — Я попытался встать, чувствовал я себя великолепно, да и лежал я не в больничной палате, а в собственной кровати. — Я вообще не хотел, чтобы они на меня нападали. Я даже по-честному не поехал патрулировать город, рассчитывал приятно провести эту ночь, а тут они. Клыки во! Зубы во! А главное на контакт не идут, на уговоры не поддаются. Златочка, милая спасибо тебе огромное. И за то, что жизнь спасла и за то, что последнюю тварь убила.

— А это не я. — Ведьма просто взяла свои карты и уставилась в них, даже не глядя на меня. — Это тоже ты.

— Я? — Глаза мои сейчас похоже готовы были вывалиться из орбит.

— Ты-ты! — Подтвердила ведьма. — Сначала ты этой твари мою сумочку с эликсирами скормил, дубинки когда вылетали, ему пасть разворотили изрядно, это его ослабило, но не добило, а потом уже, когда в конце, он тебя кусанул, ты по всей видимости дубинкам приказал обратно в суму возвращаться, сумка была у монстра в животе, дубинки следовали прямо за ним, короче, когда они одна за другой ему под хвост влетели, то зверь такого унижения не вынес и решил рассыпаться осадками. И все бы ничего, вот только его укус, он словно яд, начал твою плоть морозить, хорошо я тебе пузырьки с зельем дала, их хватило, чтобы выиграть время пока я свою сумку искала. Ох, я тебе скажу и замерзла я, в коротеньком то платье, но ничего, сумку нашла, продержала тебя живым, пока наши не приехали, там уж в тебя живую воду влили, у тебя же рука по самое плечо ледышками кровавыми рассыпалась.

Я поднял к глазам обе руки сжал и разжал кулаки, никаких следов или намека на то, что одна из них новая, но оно и понятно, живая вода. Помнится, меня ею уже поили по весне, чудесная штука.

— А вы все тут тогда почему? — Я обвел удивленным взглядом всю компанию.

— Вот же хам! — Буркнула Варька. — Ты не думал, что мы за тебя волноваться можем, переживать? Вон Полина из своей глуши приперлась, как узнала, что тебя дурака опять с того света вытаскивать пришлось.

— С того света… — Повторил я и мне в голову пришла одна мысль. — Злат! А у тебя нет какого-нибудь зелья, чтобы меня в кому ввести, ну чтобы не убить, но почти.

— Совсем сдурел. — Констатировала Василиса. — Дим! Ну честное слово, жизнь не так плоха, как кажется, ты посмотри, ты живой, здоровый, как я слышала богатый, вокруг твоей кровати собралась толпа красавиц. А ты все туда же, убейте меня, мне жизнь не мила.

— Да нет. — Я поднялся на подушках. — Ты не понимаешь! Там, на грани, я смогу встретиться с Ярой.

— С Ягой? — Удивленно уставилась на меня супруга директора Института. — А зачем? Тварей ты убил, скоро она сама заявится.

— Я их не убил. — Грустно сообщил я собравшимся. — Можете у любого коммунальщика спросить, снег победить невозможно, он приходит снова и снова до самой весны, пока сам не растает.

— Ты хочешь сказать, что это только отсрочка? — Поняла Варька.

— Именно! — Грустно усмехнулся я. — Пройдет день два, и они вернутся, набравшись сил, новая метель, новые звери. Ты же сама говорила, у них нет смерти, поэтому Яра их и боится.

— Бездоказательно! — Махнула рукой Василиса.

— Будем ждать новых жертв, чтобы подтвердить мою теорию? — Хмуро спросил я.

— Не будем. — Кивнула девушка. — Патрулирование по ночам продолжится, количество патрулей будет увеличено. Но вводить тебя в кому, пока мы не убедились, что проблема все еще существует, бессмысленно, да и не выйдет ничего. Живая вода не даст, еще дня два или три, твой организм будет реагировать на вредоносные зелья не стандартно, так что… Жди! Возможно, через три дня мы и попробуем твой способ связаться с Ягой, если он все еще будет нужен. Ну а пока, раз уж ты жив здоров. Марья? Злата? Вы со мной в Институт?

— Нет конечно! — Ведьма бросила на меня игривый взгляд. — Мне обещано отличное завершение свидания.

— Не. — Помотала головой Марья. — Я с Димкой останусь, он нуждается в моей заботе и ласке. Полинк, ты ведь тоже не попрешься к себе в ночь, а то мало ли, какие там еще монстры. Переночуем тут.

— Она у меня может переночевать. — Ехидно сообщила Варька. — У меня места много. Или вон у Риммы.

— Не. — Марья взяла рыжую за руку. — Я без нее спать боюсь, так что мы остаемся с Димкой, вон лучше Злату приютите, а то, чего она, одна на диванчике тут спать будет.

— Чего это я на диванчике? — Возмутилась ведьма. — Сами вы на диванчике, я ему жизнь спасла, мне с ним и спать!

— А мне похоже пора. — Встала с края кровати Римма.

— Куда? — Варька ухватила ее за руку. — Тут самое интересное начинается, сейчас за Димку мордобой начнется с вырыванием волос и нанесением легких увечий. Я если что на Рысеву ставлю, у нее животное начало, она свирепая.

— А я, пожалуй, тоже посмотрю. — Согласилась Василиса. — Ставлю на Злату, она ведьма, Она будет драться подло и бесчестно, и наверняка победит.

— А я тогда на Марью. — Пискнула Римма, устраиваясь обратно на краешек дивана.

— Спасибо моя хорошая. — Марья потрепала ее за щеку. — Постараюсь тебя не подвести, тем более, у меня утюг в сумочке, да и с Полинкой мы по началу будем на одной стороне, это потом уже, когда мы Злату ухайдакаем, я ее предам и в спину ударю.

— А я ставлю, что не подеретесь. — Буркнул я, и знаете, я выиграл. Мало того, они остались, все шестеро. Вот только вместо потрясающей ночи меня ждал сплошной ад.

В итоге они еще минут десять упражнялись в остроумии, а потом ушли на кухню и всю оставшуюся ночь куролесили там, мешая мне спать, громким смехом и звоном бутылок. Нет надо все же что-то делать со своей жизнью, раньше моя квартира была сплошной проходной двор, а теперь тут шалман для пьяниц.

Не в силах заснуть от шума на кухне, я вытащил телефон и открыл сообщение, которое мне прислала Варька, ну то самое, про стол. На фотографии она сидела с недовольным лицом и веером карт в руках за моим, канувшим в вечность, столом, вот только она была, так сказать топлес. И фотографию сделала не она сама. Вот значит, как, видимо, в прошлый раз играли в карты на раздевание, что объясняет, откуда у меня дома взялась колода, валявшаяся сейчас на кровати.

Уже под утро ко мне под бочок устроилось крепкое обнаженное тело, Марья пьяненьким голосом сообщила мне, что выиграла меня в города у них у всех, после чего сильно-сильно обняла и засопела, я же, нежно поцеловав ее в щеку подумал о Яре…

Глава 11

— Ой, ну вы посмотрите на него, чисто султан. Я тебе чаю в тарелку налью, за неимением пиалы. — Марья ехидничала, но по-доброму, она прижалась обнаженным бедром к моему плечу и потрепала по голове.

Мы сидели на полу кружком, я и четыре девушки, под утро все же Римма и Василиса удалились, первая не выдержала веселья второй день подряд, у второй были важные дела, поэтому на кухне мы сейчас были впятером, рассевшиеся кружком на полу вокруг расставленных тарелок с завтраком, приготовленным нам любезной Искусницей.

— Марья! Ну ты бы хоть оделась. — Обратилась к блондинке Полина, смущенно отводя взгляд от ее обнаженного тела.

— Я дома, хожу, как хочу. — Заявила Искусница. — Вы чего сидите, ешьте давайте, зря я все это что ли готовила.

— Да, но ты не у себя дома! — Хмуро вмешалась Злата, она была крайне недовольна тем, что спать ей выпало не со мной, они с Рысевой разместились в соседней спальне, Варька же и вовсе уходила к себе, но на завтрак явилась обратно.

— Не важно. — Марья плюхнулась рядом со мной. — К тому же Дима вроде не против. — Мы прожили с ней около месяца и все ее прелести я уже рассмотрел во всех подробностях, Марья принципиально ходила дома голой, либо в удобных труселях.

— Еще бы он был против. — Хмыкнула Злата. — А если я тоже разденусь?

— Девочки не ссорьтесь. — Вмешался я. — Вы все можете раздеться, я не против.

— Вот гад. — Как-то буднично заявила Варька, доедая свой омлет. — Все б тебе на баб голых пялиться, лучше бы о работе думал.

— Я и думаю. — Начал оправдываться я. — Только не помогает, что бы я не придумал, обязательно фигня выходит.

— Это да. — Согласилась со мной Варвара. — А если серьезно, какие планы?

— Бумаги. — С неохотой сообщил я. — Опять буду исследовать записки Бельского, раз уж с делом про снежных хищников у нас пока затишье.

— А у нас сегодня испытание огнеметов…. — Как-то отвлеченно протянула она.

— Да? — Заинтересовался я. — А можно с вами?

— Куда ты собрался? — Возмутилась ведьма. — Ты вчера был серьезно ранен.

— Ага. — Перебила ее Марья, утаскивая с тарелки хрустящий тост и обильно намазывая его плавленым сыром. — Но его напоили живой водой, так что сегодня он абсолютно здоров. Полин. Тебе, когда надо в интернат возвращаться?

— Не знаю. — Задумалась рыжая. — По идее могу и вечером, но хотела бы поскорее.

— Ну вот и договорились. — Марья очаровательно улыбнулась. — Дима с Варварой на испытания, я тебя в интернат отвезу, а ты Злат, на хозяйстве, прибраться тут после вчерашнего, посуду помыть, стол заказать?

— Чего? — На ведьму было жалко смотреть, ее вот так на ровном месте припахали работать. — Ну уж нет, я тут вчера полы драила, да и вообще, я вспомнила, что у меня в Институте дел по горло.

Она как-то очень быстро засобиралась и уже через пять минут за ней захлопнулась дверь.

Варька звонко и очень весело рассмеялась, наблюдая в окно, как ведьма в своем совершенно не зимнем наряде, выбежав из подъезда, обнаружила там чистящего машину Виталю и теперь приплясывая вокруг него, видимо убеждая отвезти ее в Институт.

— Ладно, ребят! С вами весело, но мне надо еще в душ и собираться. — Она повернулась ко мне. — Дим, я заеду за тобой к обеду, поедем на полигон, посмотрим, что там нам приготовили из волшебных предметов.

Дверь снова хлопнула, и мы остались на кухне втроем.

— Ну а ты чего? — Марья вперила взгляд в рыжую.

— Чего? — Полинка чуть тостом не подавилась.

— Раздевайся давай, пока еще кто-нибудь не приперся!

Рыжая игриво заурчала и принялась расстегивать блузку.

— Это что за хреновина, я вас спрашиваю? — Варвара держала в руках палку, к которой синей изолентой был примотан трехголовый ящер грустного вида.

— Это все, что мы смогли придумать из имеющихся у нас ресурсов. — Принялся оправдываться Емеля, не наш, конечно, другой, номера его я не запомнил, но что-то из первой десятки.

— И как с этим работать? — Варька трясла палкой от чего вид маленького змея становился все более и более грустным.

Мы, собственно, находились на полигоне, не знаю, зачем уж в этом здании был тир, но он тут имелся, и строили его еще в те времена, когда тут разрабатывали ядерное оружие. Удивительные строения возводили в стране Советов, тут в одном корпусе было и свое общежитие, и рабочие кабинеты, и бомбоубежище, и бассейн и чего тут еще только не было. Вот сейчас мы, например находились в небольшом тире, где перед нами выложили с десяток ящериц, примотанных к палкам, ах простите не ящериц, это были самые настоящие змеи Горынычи, как выразился тот Емеля, что нам их принес, «те, что покрупнее».

— Да очень просто! — Емеля взял палку, направил головы змея в сторону дальней стены и трижды дернул рептилию за хваст. Пха! Пха! Пха! Издал звуки змей и в стену понеслись три самых настоящих огненных шара. — Целиться правда не очень удобно, зато машинка надежная, как швейцарские часы, время перезарядки десять секунд, заправлять не надо, кормить только через месяц, это ж змей, ему еды мало надо.

— Всего три заряда? — Гнев Варвары немного поутих после демонстрации.

— Есть вариант с расширенным магазином, но такой агрегат получается тяжелее. — Емеля засунул руку в мешок и вытащил такую же палку, но к ней были примотаны два змея Горыныча, спина к спине. — Вот! Инновационное изобретение! На шесть зарядов. Главное в хвостах не запутаться.

Я еле сдержал смех, а Варька, оглядев собеседника с ног до головы со вздохом взяла в руки агрегат «с расширенным магазином».

— Ну да. — Девушка взвесила конструкцию в руке. — Тяжеловат, но в принципе, Виталя справиться должен. Дим? Ты как? Потянешь такую штуку?

Я даже брать в руки этот шедевр отечественного живодерства не стал, помотал головой, ну это же форменное издевательство над зверушкой, хотя помнится из этих ящериц, вообще шаверму делают…

— Что-то еще придумали? — Варька повернула змеев в сторону от нас и попеременно дергала их за хвосты выпуская уносящиеся с ревом огненные шары, было видно, что игрушка ей понравилась, хоть и выглядела нелепо, зато делала прикольный «Пх! Пх!» и шары получались красочные.

— Сейчас. — Засуетился Емеля. — Приглашу демонстрационную модель.

Он выбежал из помещения и вернулся, ведя за руку еще одного Емелу наряженного в нечто очень странное, больше всего это напоминало костюм, который кинологи надевают на помощников для притравки собак. Человек в этом нелепом наряде передвигался кое как с трудом переставляя ноги, в довесок ко всему, наряд был ярко синего цвета.

— Вот! — Гордо продемонстрировал он свое «изделие». — Сверху, нервущаяся синяя ткань, из такой делают ленты, которыми вы Кузьму вяжете. Под тканью, двадцать пять слоев теплейшего синтепона.

— Ага! — Кивнул я, и забрав у Варьки палку с динозавром вручил ее неваляшке. — На! Стреляй!

Тот неуверенно взял приспособление, и даже попытался было дернуть ящерицу за хвост, но не смог дотянуться, руки не гнулись.

— А теперь. — Словно демонстрации с оружием мне было мало. — Пусть пробежится, ну хотя бы метров двадцать без посторонней помощи.

— Шеф! — Взмолился демонстрационный экземпляр.

— Вот и я о том же. — Мне, парня в костюме, было сейчас искренне жаль. — И вообще, Вы бы его вытащили поскорее, в костюме же как в сауне, сейчас, наверное, градусов сто.

— Вы плохо знаете физику, Дмитрий. — Буркнул Емеля. — Это ж термос. Там комфортная температура тела.

— Я ее вообще не знаю, не давался мне в школе этот предмет, но Вы ведь школ вообще не заканчивали и судя по внешнему виду, Вашего подопечного, ему там совсем хреново!

И словно в подтверждение моих слов, парень в костюме потерял сознание, не знаю уж какой там термос, но ему было сейчас очень плохо. Емеля кинулся разоблачать подопечного, а мы с Варькой переглянувшись направились прочь.

— Куда дальше? — Варвара по привычке спрашивала меня, что ей делать.

— А ты поплавать не хочешь? — внезапно поинтересовался я.

— В смысле? — Не поняла девушка.

— Ну в бассейне, тут отличный бассейн в подвале, правда с Русей договариваться надо, и надо убедиться, что она стрим не ведет.

— Так у меня и купальника нет, — пожала плечами девушка, а потом ее глаза подозрительно сощурились. — Так ты значит, получил мое фото и решил поглазеть в жизни, а может и не только поглазеть.

— Так я и в жизни уже все видел, — усмехнулся я. — Забыла, как мы спали в одной постели? Нет. Купальник не проблема, к Марье сейчас зайдем, она должна была уже вернуться, и будет тебе любой на выбор, хоть открытый, хоть закрытый, хоть бикини, хоть даже, как в начале двадцатого века с рюшечками и оборочками.

— А зачем нам в бассейн? — Обиды ушли мгновенно, она опять что-то заподозрила, эх, вот что за человек, вечно она думает, что я замышляю что-то за ее спиной.

— Ну как, поплаваем, вода успокаивает, к тому же, у русалки там котики замечательные живут, я слышал, что эти животные помогают сосредоточиться, и войти в гармонию с мыслями. — Очаровательно улыбнулся я, ну не рассказывать же ей, что у нее там кот ученый, с которым я хотел бы посоветоваться, потому что своего ума мне не хватает, чтобы решить эту задачку.

Марья была на месте, и конечно она не отказала мне в том, чтобы по быстренькому смастерить для Варвары купальник, вернее так, она выслушала мою просьбу, даже не отвлекаясь от работы, а через минуту просто бросила мне готовое изделие. Куда большего труда стоило убедить русалку прекратить стрим, и объяснить, что не вежливо в своих видео показывать других людей без разрешения, она сделала круглые глаза и все спрашивала, «а что такого?», но в итоге согласилась и теперь, я, поплавав сидел на бортике бассейна и качая ногами наблюдал как у другого бортика резвятся русалка и моя подружка, плавали они обе паршиво, зато выглядело это все отлично.

— Это правильно, что ты решил ко мне сначала зайти, посоветоваться. — Кот ученый сидел рядом со мной и тоже наблюдал за девушками, его коллега лежал у меня коленях и мерно урчал, что надо признаться, убаюкивало, уснуть мешало лишь то, что веса в нем было немеряно и я от его тушки испытывал страдания. — Тут ведь как, не надо стесняться, что своего ума не хватает, надо стесняться, если при этом ты к умным людям за советом не обращаешься.

— И чего не так со всем этим делом? — поинтересовался я.

— Да все не так, — хохотнул кот. — Начнем с огнеметов ваших. Дим! Змей Горыныч он кто?

— Кто? — Я прикусил губу и задумался. — Сказочный персонаж, олицетворение степных народов, монстр о трех головах, вероятно сын какого-то Горына, еще я слышал шаурма из них вкусная получается.

— Не то! Все не то! — возмутился кот. — Дима! Он в первую очередь змей. Тварь хладнокровная. И знаешь, что с ним на морозе будет?

— Что?

— Уснет он, — пробормотал Баюн, давая мне ответ на заданный его собратом вопрос.

— Вот-вот, — согласно кивнул Ученый. — И окажетесь вы перед лицом врага с голыми руками и в дурацких костюмах.

— Да уж… Дела… — Я взлохматил себе волосы, ко мне только что пришло осознание, что очень похоже, этот комок шерсти спас сейчас не одну жизнь.

— Но и это не основная проблема. — Продолжал кот. — Ну выкрутитесь вы как-нибудь, придумаете нормальные огнеметы, найдете защиту, а что дальше? Каждую ночь патрулировать город до самой весны? Рано или поздно, твари из метели опять убьют горожан, а если ты не замети в Караваеве Институт не особо любят, вопреки логике. Так вот! Убьют кого-нибудь, и не дай бог, это будет ребенок, и тогда поднимется волна народного гнева, и вместо того, чтобы патрулировать и выслеживать монстров, вы будете вынуждены отбиваться от горожан, пытаясь сохранить свои жизни.

— И какие варианты? — Вот это я как раз прекрасно понимал, все эти отряды самообороны, косые взгляды полицейских, все это было неспроста, это надо было подавлять в зародыше, вот только что для этого нужно было делать? Я не мастер интриг, не политик, я даже не настоящий полицейский. — Знаете, ведь в городе уже сформирован отряд самообороны, настроенный против Института.

— Этих надо давить, — промурчал Баюн.

— Коллега прав, — кивнул ученый. — Но не физически, а по закону, чтобы к вам придраться нельзя было, а еще лучше, устроить им внутреннюю борьбу, тогда вся эта самооборона развалится на мелкие отряды без единого центра и постепенно утихнет, останутся конечно особо непримиримые идиоты, но их будут единицы, и к ним будет отношение, как к опасным городским сумасшедшим, изгои-отморозки.

— Я подумаю, как это лучше сделать, — проговорил я.

— Подумай, — согласился кот. — Думать полезно, мы с коллегой следим за Вашей карьерой, и могу сказать, что иногда, думать Вам было бы все же не плохо.

— Например? — уточнил я.

— Например лезть в одиночку спасать Марью, было глупостью, или вот когда вы направились в логово Гороха…

— Аааа, — я махнул рукой. — Эти случаи, это да, но так было нужно.

— Зачем? — Баюн удивленно поднял голову. — Ради самочек? Бесспорно, я уверен, что вы получили за эти подвиги массу женского внимания, но оно того не стоит, мимолётная радость, взамен жизни?

— Вот как раз про самочек я думал в последнюю очередь. — Мне с трудом удалось подавить смех. — Я думал про себя, про самоуважение, про то, как буду смотреть на себя в зеркало, и корить за то, чего не сделал.

— Ну раз так, — тяжело вздохнул ученый. — Но все равно, это не разумно.

— Согласен, — кивнул я. — Уважаемые, у меня еще одна просьба к вам. — Коты вопросительно подняли ко мне свои мордочки. — Моя коллега, ну вон та, что плещется там. Вы не против, если я вас ей представлю? Может так случиться, что летом меня не будет в Караваеве и ей понадобится мудрый совет или интересный собеседник.

— Если она не такая дура, как Руся, то конечно, почему бы и нет. — Ученый вильнул хвостом и вальяжно развалился на кафеле, а я замахал рукой Варьке.

— Вот скажи мне. А? — Варька приперла меня к стенке, когда мы вышли из раздевалок. — Просто скажи, как у тебя это получается, эти двое хвостатых, вообще ни с кем же не общаются, с русалкой этой ошиваются, чтобы собственное чувство превосходства тешить, да и типа, коту ученому положено где-то рядом с ней отираться, а с остальными они даже не разговаривают, Василиса как то жаловалась, что они над ней издеваются вечно, к этому ученому приходишь с важным разговором, а он то песни, то сказки и ни слова по делу, а с тобой раз и общаются.

— Я не знаю. — Ну вот как ей объяснить, что в свое время коту ученому, я помог цепь вернуть, да и в принципе, ну я же не знал, что они ни с кем не общаются. — Варь, на самом деле, я же практически ничего осмысленно тут не делаю, верчусь как флюгер, куда повернет, туда и иду. Знаешь, мне иногда кажется, что я в этой жизни просто, главный герой.

— В смысле. — Девушка опешила от моих слов, и я даже сумел вывернуться из ее хватки.

— У меня есть теория, что в нашей жизни есть герои главные и второстепенные, у главных героев все хорошо, все классно, их любят женщины, у них куча денег, у них все получается, за что бы они не брались. Я в жизни встречал нескольких таких, вот глядя на них, я и вывел эту свою теорию. Ну так вот, единицы, это главные герои, а остальные они второстепенные, на них судьба не тратится, их преследуют неудачи, они не привлекательны внешне, с работой постоянно не везет, то начальник говно, то на зарплату кинут, а все потому, что единственная роль такого вот, человека второго плана, дожить до сорока лет, идти по улице и вот в тот момент, к нему подойдет главный герой жизни и спросит сколько времени, и тогда второстепенный глянет на часы и скажет, «семь пятнадцать!» Понимаешь?

— Вообще ничего не понимаю. — Помотала головой Варвара. — Дим, что за бред ты несешь? Ты что воды с хлоркой наглотался?

— Да нет. Смотри. Если мы представим, что наша жизнь это… ну допустим, книга, чья цель рассказать кому то там на небесах историю, ну допустим про девчонку Варьку, которая движется по карьерной лестнице к мировому господству, в конце ее обязательно ждет счастливый конец, и вся жизнь устроена так, что мир крутится вокруг нее, у нее приключения, ей валятся всякие плюшки, это если книга счастливая, если она про страдания, то все наоборот. И в итоге, эта девчонка Варька получает от жизни все, что только пожелает. Потому что она, главная героиня. А все остальные статисты, и им судьба показывает козу.

— Дим! Ну что ты несешь. — Варвара закатила глаза. — Ну так бы и сказал, что не хочешь раскрывать свой секрет.

— Да я сам не знаю. — Принялся оправдываться я. — Ну честно, я же говорю, куда несет туда и иду, коту этому я еще весной помог цепь вернуть, вот он мне и симпатизирует, ну и я ему за тебя слово замолвил. Ты вообще если подумаешь, то поймешь, что я с людьми мало контактирую, в основном с девушками и то исключительно в плане совместного досуга, карьера как-то сама по себе идет в гору, расследования эти… Вот кот сегодня мне сказал, что я глупостей творю куда больше, чем разумных вещей, но все же как-то получается. Вывод один! Я главный герой этой жизни. Тридцать лет был статистом, но по нелепой случайности сел на поезд и раз, все для меня, деньги карьера и любовь красивых женщин.

— Да уж… Любовь. — Хмуро пробормотала девушка. — Максимум симпатия.

— Ну не скажи. — Не согласился я. — Кто-то больше, кто-то меньше, кто-то за дело, кто-то просто так, а кто-то ради выгоды, но ведь все вы вчера собрались вокруг моей постели.

— Ну. — Задумалась девушка. — В чем-то ты прав. — Она внезапно посмотрела мне в глаза. — А ты бы, в такой ситуации, оказался возле моей постели?

— Я бы предпочел, чтобы ты в такой ситуации не оказалась. — Я попытался развернуться, но она требовательно ухватила меня за локоть и не отпускала. — Да! Я бы сидел возле твоей постели и лил слезы, потому что я тебя тоже люблю, но как подругу.

— А Марью? — Прищурила глаз девушка.

— Честно? — Она кивнула. — Она тоже моя подруга, я не рассматривал, что мы будем с ней жить долго и счастливо и умрем в один день.

— А вела она себя, у тебя дома, как хозяйка. — Наябедничала девушка.

— А она везде себя как хозяйка ведет. — Пожал я плечами. — Марья сильная, уверенная в себе личность, это тот редкий человек, который может делать, что ее душе угодно, не считаясь вообще ни с кем. Она и у тебя дома вела бы себя как хозяйка, потому что она хозяйка жизни.

— Чего? — Удивленно уставилась на меня Варвара.

— Ну вот смотри, в этой жизни есть хозяева и гости, хозяева они уверены, решительны полны сил и идей, а гости, они на то и гости, и чувствуют себя в этом мире не уютно…

— Ааааа. — Ее крик прервал меня, разносясь по коридору. — Хватит нести всю эту чушь, я еще теорию главных героев не переварила….

— Ну ладно! — Согласился я. — Тогда пошли?

— Куда? — Удивилась девушка.

— Как куда? К Злате, конечно, пока что она единственная, кто смог создать более-менее комфортное средство от тварей из метели.

— Я этих чертовых Емель… Изведу под корень. — Гневно пробурчала Варвара. — Прикинь если б мы и вправду с этими ящерицами на палках на улицах показались?

— Думаю народу бы полегло много. — Согласно кивнул я. — Но их тоже винить особо не стоит, они хоть что-то попытались сделать с имеющимися на складах предметами, от остальных, насколько я знаю, вообще идей не поступало. А что не провели испытаний на улице, так они ж изобретатели, не практики.

— Уроды они! — Вызверилась Варька. — Слушай, а как, по-твоему, Руся разрешит мне без тебя к ней приходить, поплавать?

— Почему нет. — Пожал я плечами. — Она девчонка добрая, слегка наивная и глупенькая, но добрая. Только ты это, проси, чтобы, когда ты приходишь, она трансляцию отключала.

— Какую еще трансляцию? — Девушка озадаченно посмотрела на меня и даже остановилась.

— А ты не знаешь, чем она на жизнь зарабатывает? Ну пошли, по пути я тебе все расскажу…

К тому времени, как мы достигли комнаты Златы, Варька как раз закончила материться и ругаться на меня, все мои увещевания, о том, что я попросил на время моего визита отключить трансляцию, на нее не действовали, хотя по идее что такого, купальник у нее был довольно скромный, делать она там ничего такого не делала. Хотя, если вспомнить как я себя чувствовал узнав, что попал на русалкин стрим…

— Опять вы… — Как-то обреченно заявила нам ведьма, открыв дверь. — Дим ну это уже ни в какие ворота, ну что опять? Ты снова потащишь меня на смертоубийственное приключение или пьянку, которая закончится тем, что я вынуждена буду делить постель с бабой, от которой кошатиной прет?

— Почему кошатиной? — Не понял я.

— У меня обоняние острее, чем у других людей, и поверь от нее воняет кошатиной, от вас двоих, кстати, тоже. Вы где в институте кошек нашли? — Я никогда не замечал, чтобы от Полинки как-то не так пахло, обычных запах, даже приятный, а ведьме значит… Черт, а если у нее такое обоняние, как она, например меня воспринимает, если я вместо душа одеколоном пользуюсь? Вот сейчас мне стало стыдно, не то, чтобы я часто так поступал, но иногда, когда времени не хватало… — Так чего приперлись? За зельями? Заходите давайте.

Она пропустила нас в свою комнату, я тут был впервые, ну а что вполне себе миленько, правда беспорядок, на полу по щиколотку было накидано вещей включая какие-то плетки, наручники, нижнее белье, пустые пузырьки из-под зелий и прочий хлам.

— Не обращайте внимания на беспорядок. — Махнула рукой ведьма. — Уборщица приходит по понедельникам, так что, сами понимаете.

— А сегодня у нас среда. — Прошептала мне Варька. — Значит она такой срач умудрилась развести всего за два дня, причем почти все это время, она ошивалась у тебя дома.

— Зато я сейчас ее стал ценить еще сильнее… — Так же тихо проговорил я ей в ответ.

— Это с чего бы? — Варвара удивленно подняла бровь.

— Она позавчера у меня дома прибиралась! Прикинь как ей пришлось через свою натуру переступить, чтобы этим заняться. А ты еще говоришь, что она меня не любит.

— Вы чего там шепчетесь? — Повернулась к нам ведьма. — Гадости против меня замышляете?

— Да боже упаси! — Я выставил вперед ладони. — Наоборот, я говорю, какая ты у нас замечательная.

— Да? — Злата смерила меня подозрительным взглядом, но все же смягчилась. — Ну тогда ладно, хвалить меня можно! Так, я знала, что вы припретесь за этими зельями. Мне с утра уже Василиса заказала пятьсот пузырьков, на всю толпу значится, а то эти Емели-пустомели со своими змеями Горынычами на палках, конечно убедительны, но больно уж это по-дурацки смотрится.

— Василисе сама позвони. — Повернулся я к Варьке. — Предупреди про опасность пути живодера, пусть отвязывают несчастных рептилий и отпускают на волю.

Варвара лишь кивнула и мы, забрав у ведьмы заветные пузырьки направились каждый по своим делам.

Глава 12

— Дима! — Голос был столь возмущенным и не приветливым, что я просто замер в дверях кухни. Вот к такому я совершенно не привык, обычно-то мои соседки встречали меня радостным «Дима! Дима! Дима!», а тут, боль и возмущение, что же такое произошло. Что-то плохое? Я оглядел всех троих, нет вроде бы никто не пострадал. — Дима! — Снова тот же тон. — Ты зачем стол сломал? — Возмутилась Юна.

— Да! И почему до сих пор не починил! — Поддержала ее Сирин.

— И мы хотим торт! С розочками! — Не к месту заявила Алька, но подруги ее в этом поддержали.

— Фух. — Выдохнул я. — Это вы из-за стола такие раздраженные? — Девчонки дружно засопели. — Вы же тут были, когда все произошло, видели, что случайно и иначе было никак. Негоже, чтобы меня Варька побеждала. А стол… Ну ничего починим мы его. — Взгляды птиц смягчились. — Вы мне лучше скажите, как там наши дела? Как задание.

— Все выполнено шеф! — Гордо доложили они мне хором. — Члены вражьей ячейки установлены, места их встреч, явок и адреса проживания вычислены и задокументированы, все оформлено честь по чести и ждет тебя в оперативном штабе.

— Где? — Не понял я.

— На третьем этаже! — Пояснила мне Юна словно неразумному отроку.

— Ага! — Я усмехнулся. — Значит там у нас теперь оперативный штаб.

— Да! — Кивнула Алька. — И тайное логово.

— Конспиративная квартира. — Поддержала ее Сирин.

— Тайное логово? — Я подозрительно глянул на Альку, и та покраснела. — А про тайну у нас, помнится, все знают. Признавайся! Кому растрепала?

— Я не растрепала! — Птица попятилась под моим пристальным взглядом. — Она сама нашла! Варька зараза! Она на прошлой неделе по всем пустым квартирам прошлась и в нашу заглянула, на третий этаж, у нее же разрыв трава, замки ей не помеха, а я все видела, я подглядывала.

— И что она? — Заинтересовался я.

— Да ничего. — Пожала плечами птица, — Покопалась в бумагах осторожно, долго стояла напротив портрета Василисы, ну того, что на стене, очень смеялась, потом ушла. Но если теперь про логово знают, значит оно теперь тайное, а не конспиративное, правильно?

— Не темни! Кто еще знает? — Продолжал я настаивать. — Про тайну все знают, значит не одна Варвара.

— Василиса еще. — Понурилась Алька. — Она тоже любопытство проявила, у нее тоже разрыв трава есть. Она зашла, на стену посмотрела, долго материлась, потом ушла.

— А еще. — Ну а что, надо выпытывать всю информацию до конца.

— Виталий и Емеля… — На этот раз голос подала Сирин. — Они же на втором, так я им строго настрого запретила шуметь по ночам, потому что у нас квартира на третьем, для дел секретных, и чтобы они работать своим шумом не помешали.

— Так… — Я перевел взгляд на Юну.

— Волк знает… — Призналась она. — Я перед ним хвасталась, что мы себе целую большую комнату с телевизором на всю стену сделаем, а его звать детективы смотреть не будем, потому что он злой и нудный.

— Еще! — Я вошел в азарт и теперь словно игрок на блек Джеке просил новую карту.

— Римма! — Снова Алька, — Я тебя хвалила, рассказывала какой ты богатый и сколько у тебя квартир.

— И все? Не верю.

— Марье по секрету рассказали, — Вздохнули они дружно. — Но она же своя, к тому же сказала, что это не ее дело.

— Еще?

— Мужику на вокзале, ну тому, бородатому, который в меня камнем кидал. — Погрустнев сообщила мне Юна.

— О! А этому то зачем?

— А чего он говорил, что у нас тут бедненько, тоже мне богатей нашелся, у него одна квартира, а у тебя две.

— И?

— Трем соловьевичам, ну из вредности, потому что им надо было что-то рассказать, а сплетен не было. Бабке Ирине, которая пирожками торгует, старушке с первого этажа, а то, чего это весь подъезд знает, а она не знает, дядьке в парке в смешной ушанке, продавцу мяса на рынке, девчонке с синими прядями, мужику с залысинами. — Они все перечисляли и перечисляли, и я понял, что моя конспиративная квартира больше таковой не является, получалось, что про нее не знает только Злата, которая пару дней назад наверняка бы ко мне туда наведалась, если бы была в курсе.

Вот уж поистине, «про тайну у нас все знают», и если Василиса и Варька нашли мое логово самостоятельно, то всем остальным растрепали вот эти трое пернатых, ну вот спрашивается и где мне теперь работать? А главное, Василиса! Ладно, она увидела свой портрет, «верхом на метле», тут мне извиняться не за что, это Бельский ее так изобразил я лишь отдал должное автору, но она у меня там висела как подозреваемая с соответствующими пометками, перечисленными мотивами, и то, что она это видела, было вовсе не хорошо. И уж не по этой ли причине она стала ко мне так… благосклонна?

— Расскажите. — Я укоризненно взглянул на птичек. — И зачем вы растрепали всем этим людям?

— Мы не знаем. — Они смущенно понурили головы.

— Ладно. — Махнул я рукой. — Пойду посмотрю на ту информацию, что вы собрали, заодно решу со столом и подумаю, куда переносить свой рабочий кабинет, чтобы никто про это место не знал.

То, что оставлять материалы расследования на третьем этаже нельзя, я уже понял. Покупать еще одну квартиру в этом же подъезде несмотря на все удобство, было бессмысленно, Варька, да и Василиса обнаружили мое логово именно потому, что им стало интересно, кому же принадлежит эта квартира и они проникли просто посмотреть. Спопугайничать за Бельским и снять себе отдельный кабинетик в библиотеке, тоже не вариант. Библиотека заведение казенное, работает в строго определенные часы, там не остаться на ночь, там нет душа, туда не притащить кровать.

Эх, вот не было печали. На самом деле, когда я покупал эту квартиру, то планировал оставить ее в наследство, тем же вещим птицам, случись со мной что, та квартира на пятом этаже, она же принадлежит Институту, и если их выгонят, то куда им податься? Нет, Варька мне обещала, конечно, позаботиться о них, но так, с их собственным жильем, будет понадежнее.

Ладно, черт с ним, сейчас проблема моего тайного логова, тьфу… секретного логова, слова тайна надо избегать как огня, стоит наименее актуально, в первую очередь надо придумать как разобраться с теми снежными волками.

— Вы холодные снежные звери, неисчислимы ваши потери. — Фальшиво напевая старенькую песенку и вошел в квартиру, замкнул все замки и подпер дверь стулом, правда толку от этого не было, замки вскрываются на раз штатными средствами, а стул… Так дверь открывается наружу, от него толку нет, разве что шума наделает и предупредит, если кто-то заявится.

Усевшись за стол, я первым делом вытащил кольцо и перекинул его с пальца на палец, правы были птицы, негоже без стола жить, что я животное, чтобы с пола есть?

Парни появились мгновенно.

— Что нужно хозяин? — Тон говорливого был какой-то грустный, да и сам он был смурной. — Опять ремонт?

— Мелкий. — Махнул я рукой. — И то, чисто для формальности.

— Как это? — Не понял здоровяк.

— Ну надо же мне какое-то задание вам дать, если вызвал. — Пояснил я. — А вообще, я поговорить хотел. Похвалить, поблагодарить за отлично проделанную работу в клубе. — Парни приосанились. — А заодно спросить, чем могу вас вознаградить?

— Да не надо нам награды. — Замялся говорливый. — Мы же это обсуждали, деньги нам тратить то некуда.

— Я не про деньги. — Пояснил я. — Чего бы вы хотели, ну скучно же только в кольце сидеть, да работать. Кстати, как это? Ну, когда вы в кольце.

— Да никак. — Пожал плечами здоровяк. — Вроде, как и не существуем, потом появляемся, работаем, для проформы и развлечения клиентов разводим, до тебя вон мужичок был такой щуплый, мы его на ровном месте на триста тысяч развели и вообще ничего в итоге не сделали.

Щуплый мужичок по всей видимости как раз был Андрей Бельский, который колечко воплотил, испытал и бросил в стол, как явный брак.

— Да? — Я показательно удивился. — И чего этот мужик хотел?

— Да фигню разную, — Махнул рукой говорливый. — Это ты все по делу, почини это, да отремонтируй то, а тот, говорит, «хочу ковер самолет», ну я ему за сто тысяч и подогнал коврик в виде самолета, потом говорит, «хочу сапоги скороходы», опять же я ему принес кирзачи, новые, не растоптанные, самый шик.

— И?

— Он их одел прошелся и говорит, а чего так медленно? А я глаза круглые удивленные сделал и говорю, так эти сапоги лишь часть комплекта, к ним еще должен старший сержант прилагаться, вот тогда Вы в них все рекорды по бегу на длинные дистанции поставите.

— Ой да ладно, только не говори, что последние сто тысяч он на старшего сержанта потратил? — Усмехнулся я.

— Зачем? — С абсолютно серьезным лицом, пожал плечами говорливый. — Он шапку невидимку заказал, тут я и вовсе заморачиваться не стал, сказал, что она тут, где-то в его кабинете, просто она невидимая. Забрали мы деньги, и свалили, больше он нас не вызывал.

— А вы вообще предметы магические создавать или доставать умеете? — Поинтересовался я.

— Нет, конечно, мы же обычные парни, отремонтировать чего, перетащить, это запросто, а вот чтобы волшебство разное, это не по адресу, но тот мужик, про это не спрашивал. — Хитро улыбнулся парень.

— Ладно. — Я усмехнулся ему в ответ. — Так говорите, чего хотите?

Парни из кольца переглянулись, словно молча беседуя о чем-то и принимая решение, потом говорливый снова посмотрел на меня.

— Отдохнуть хотим, по-людски, ну чтобы еда вкусная, вино, женское общество.

— Продажной любви? — Я приподнял бровь.

— Не! — Отмахнулся здоровяк. — Именно женское общество. Чтобы пообщаться, потанцевать, пофлиртовать, а там уж как само пойдет.

— Хммм. — Задумался я. — Хорошо. Как раз в пятницу открытие клуба, что вы ремонтировали, обеспечу вам столик за счет заведения и компанию постараюсь устроить. Так что, ждите, жив буду, все устрою! — Они согласно кивнули и благодарно улыбнулись, но при этом не спешили исчезать. — Что-то еще?

— Так службу то нам дайте? — Парень развел руками. — Без службы никак.

— А! Ну да! — Я поднял палец вверх. — Над нами на пятом этаже квартира, там на кухне сломанный стол, надо либо его починить, либо новый сделать, покрепче. Ясно?

— Будет сделано, начальник. — Парни залихватски отдали честь и исчезли.

Я же взял со стола стопку папок и углубился в чтение, надо же птицы все распределили по папочкам, создали досье на каждого, очень серьезная и грамотная работа, им бы еще чуток серьезности, и я бы смог свое личное КГБ тут создать. В кратчайшие сроки они собрали подробнейшее досье, а если учесть, что мои девочки могут и убивать своими проклятиями…

Я около трех часов посвятил изучению дел, девчонки проделали просто колоссальную работу, все же, то, что они существа волшебные в таких вот делах проявляется очень сильно, и это играет мне на руку.

Как ни странно, изучая дела, я даже находил знакомые имена, помимо известного мне Орлова, который, кстати, не был главой организации, хоть и значился основателем и одним из верхушки, в организацию входили многие полицейские, а также особо активные граждане, ну а официальным главой числился депутат городского совета. Ну что же. Вот и начнем, сначала уберем пехоту, а потом срубим голову.

Я взял листик и принялся чиркать, со стороны мои художества могли бы показаться бредом сумасшедшего, какие-то буковки, кругляшки и стрелочки, но главное, что это помогало мне систематизировать мысли.

Еще час я чиркал на листике, и когда у меня все же сложился план я взял смартфон и набрал Василисе.

— Дима? — Проворковали в трубку. — Соскучился?

Ну понятно, значит Василиса где-то одна и говорит со мной без свидетелей, раз уж позволяет себе ворковать и обращаться на ты, к тому же судя по гулу мотора, она в дороге.

— Врать не буду, скучал и очень хотел бы встретиться.

— Ты дома? — Василиса по моему тону поняла, что вопрос не шуточный и сразу взяла быка за рога.

— Нет. — Усмехнулся я. — Я в другой своей квартире, ну вы понимаете в какой.

Девушка несколько секунд молчала, она не ожидала, что я узнаю о ее визите в мое логово, но быстро взяла себя в руки и заявив, что скоро будет, повесила трубку.

Вскоре замок зашуршал и раздался грохот, я подскочил в кресле, черт я же совсем забыл про стул, который облокотил на дверь.

— Дим. Ты дурак? — Василиса вошла в комнату потирая коленку. — Ну вот зачем а?

— Чтобы враги не могли подкрасться. — Пояснил я. — А то про мой рабочий кабинет оказывается знает толпа народа. Сильно ударилась?

— Да! — Василиса надула губки и подойдя ко мне уселась передо мной на столе. — Целуй коленку!

Я склонился и поцеловал ушибленное место.

— У собаки боли, у кошки боли, у Василисы заживи! — Пробормотал я и секунду подумав начал целовать дальше, когда добрался до внутренней стороны бедра, девушка оттолкнула меня.

— Не сегодня! — Довольно сообщила она мне, после чего кивнула на стену, где висела злополучная картина. — Это что такое?

— Это рисунок Андрея Бельского. — Охотно пояснил я ей. — Кажется у него насчет тебя были кое какие фантазии.

— Дурак. — Ласково произнесла девушка и погладила меня по щеке. — Это у тебя обо мне фантазии, а он меня ненавидел, что кстати четко ясно и по картине, тут сексуальности никакой. Удивительно зачем ты ее на стенку повесил, впрочем, исходя из пометок, ты меня подозреваешь. Ведь так?

— Ну да. — Кивнул я, юлить не было смысла к картине были прикреплены стикеры, где большими красными буквами были написаны аргументы в пользу того, что именно Василисе было выгодно исчезновение Бельского.

— Я не обижаюсь! — Хмыкнула девушка. — Ты работу свою делаешь, и судя по тому, что я увидела на доске, делаешь вполне себе не плохо, ну а что я главная подозреваемая, так это жизнь, отрабатывай версии, но если хочешь по-честному… Я и правда Андрея не люблю. И раньше считала, что он вредит Институту, но после его исчезновения… Институт в стагнации, мы не развиваемся. Костя, отличный управленец, но он не творец, все что у него получается это телки, причем даже тут идет очевидная деградация. Помнишь какими были Роза с Бэллой? Умные, красивые, находчивые. То, что они легли под Гороха, это вина Кости и его неуемного желания поиметь каждую, кто попадает в его поле зрения, мне иногда кажется, что он и Царевича жалел и лелеял, потому что сам такой же. И посмотри на тех, кто рядом с ним сейчас? Фиона хоть молчит, а та губастая дура, это же просто позорище!

— Зато губы. — Усмехнулся я.

— И ты туда же. — Закатила глаза девушка. — Так что, будь уверен, если бы к исчезновению Андрея была причастна я, то я бы или уже его вернула, или навела бы тебя. Без Бельского Институт скатывается.

— В принципе я с тобой согласен. Кризис за кризисом, вот только мы разобрались с Горохом и его махинациями, как на пороге новая проблема.

— Поподробнее? — Я кивнул ей на стопку папок у себя на столе.

— Пролистай прямо сейчас. Можно не углубляться, там и так все понятно.

Василиса переместилась ко мне на колени и принялась быстро пролистывать папки с делами, и брови ее от удивления все выше и выше ползли наверх.

— Дим! — Она отбросила последнюю папку и повернула голову ко мне. — Какого хрена? Что им вообще надо? Что за отряды самообороны? Да этот чертов город живет только за наш счет!

— Я полностью с тобой согласен. Караваев чудесный городок, просто идеальные дороги, новое жилье, рабочие места для всех, но вот. — Я щелкнул папку. — Мы видим, что чего-то не хватает народу.

— Предложения есть, по ситуации? — Несмотря на нашу романтическую идиллию, мы сейчас с ней общались совершенно серьезно, по-деловому, и наша беседа больше напоминала совещание.

— Да! — Я одной рукой выбрал папки. — Мне нужно будет пообщаться с городским начальством, естественно при тебе или даже при Бессмертном.

— Зачем?

— А мы им продемонстрируем это досье, и сообщим, что все инвестиции в Караваев отныне прекращаются, и виной этому конкретно этот кадр и его деятельность.

— Костя на это не пойдет. — Отрицательно помотала головой девушка. — Через Караваев идет логистика…

— Построим новую дорогу. — Пожал я плечами. — К тому же, я не говорил, что мы и вправду прекратим финансирование Караваева, мы им пригрозим этим. Пригрозим что закроем заводы, что перестанем давать деньги на ремонт дорог, строить новое жилье. Ты представляешь, сколько люди в городском правлении имеют с Института? Они толь за намек на прекращение денежного потока, своими руками повесят этого революционера на ближайшем столбе.

— Мне не нравятся пустые угрозы. — Нахмурилась девушка. — Если они не поведутся на наш блеф, мы будем выглядеть жертвами, и тогда нас сожрут.

— А это не блеф, — Я положил подбородок ей на плечо. — Сначала мы прекратим вкладывать деньги в строительство и дороги. А освободившиеся средства направим на ремонт старых корпусов Института, и постройку новых. Ты ведь знаешь, что даже под нынешним корпусом, целый подземный город и если те помещения отремонтировать, то можно будет там разместить и всех ныне существующих Институтских и кучу производственных помещений, чтобы обеспечить их работой, плюс дорога в обход города, в перспективе даже сэкономим.

— Мы когда-то рассматривали такой вариант. — Задумчиво произнесла Василиса. — Но в итоге решили, что лучше развивать город. Надо покопаться и поднять те проекты…

— Ну да. Заодно постройте отель для гостей, а то насколько я помню, летом с этим были проблемы.

— С тобой что случилось? — Она чмокнула меня в губы. — Откуда умные мысли и этот цинизм? Тебе собратьев вообще не жалко? Ты понимаешь, во что этот город превратится, если мы прекратим финансирование.

— В то самое, чем он был, до того, как пришел Институт с его деньгами. — Пожал я плечами. — Но ведь конфликт провоцируем не мы. К тому же я не говорю, что мы финансирование прекратим, я показываю, что варианты есть. А эту гниль надо давить в зародыше. — Я снова кивнул на папки.

— Ты очень активно взялся за свои обязанности полномочного представителя, ты с каждым разом удивляешь меня все больше и больше.

— Так оно и понятно. — Моя ладонь скользнула ей под юбку. — Вы же меня мотивируете. — Василиса в ответ рассмеялась в голос и шлепнула меня по ладошке.

— Бельского найди, я тебя еще и не так замотивирую. — Она подмигнула мне. — А пока прости, мне пора, на самом деле, я ехала на важное совещание.

— Мое присутствие не нужно?

— Только если сам захочешь. — Хмыкнула девушка. — Там рутина, принятие первоначального бюджета, но думаю, что в виду сегодняшней информации я потребую его пересмотра.

— Не. — Я отрицательно помотал головой. — Тогда точно не поеду, про бюджеты мне скучно.

— Ну тогда и сиди в своей конуре с извращенскими картинками на стенах. — Василиса напоследок страстно меня поцеловала и умчалась по своим делам.

Я же взял в руки телефон и нашел номер, по которому не звонил с весны.

— Ало? — В трубке раздался испуганный старческий голос.

— Добрый вечер, Петр Евграфович. Это Дмитрий, полицейский, помните? Вы мне кое-что задолжали! — Идея провокации мне пришла в голову, когда я увидел, среди членов самообороны, знакомые имена, имена тех самых людей, которых я поймал на махинациях со страховкой и чьих жен я использовал как приманку в той скверной истории с шабашниками, из-за которой на меня и ополчился Орлов.

— А Дмитрий! — Изобразил фальшивую радость старик. — Понадобилось что-то?

— Понадобилось! — Ласково произнес я. — Ваши красавицы-невестки, на один вечер, все в рамках приличия, просто нужно чтобы они составили компанию паре славных ребят из Института, повторюсь, все в рамках приличия, никаких непотребств, только их общество, если что, я готов оплатить вечерние платья и услуги салона красоты, они должны быть милы и прекрасны.

— Ээээ. — Замялся старик.

— Напоминаю, что Вы мой должник, у нас был уговор.

— Так я не отказываюсь, — Тут же заюлил старик. — А сколько денег? А когда? А куда им подъехать?

Я сообщил дату, время и адрес, особый упор делая на то, что сопровождать надо будет именно институтских парней. После чего перевел ему обещанную сумму денег.

Суть этих манипуляций была проста, я одним выстрелом убивал двух зайцев, во-первых, мне нужны были дамы на вечер, для парней из кольца, а во-вторых, мне нужно было спровоцировать «самооборону» на какое-то действие, те обязаны были рваться в бой, но сдерживались старшими до поры до времени, тот же Орлов, наверняка не давал особо буйным развернуться. А тут, повод, «Институтские забирают наших баб!». Кто такое стерпит.

Мне же теперь остается только организовать засади у сидеть ждать тех, кто придет разбираться, ну а потом, я нанесу удар и по тем, кто стоит выше, в идеале, еще до нового года развалить организацию, кто-то пойдет в тюрьму, кто-то на пенсию, кому-то мы вырвем зубы и пусть он брызжет слюной в бессильной злобе. В общем я задумал масштабную пакость!

Довольный собой я поднялся на пятый этаж, где на кухне уже красовался новенький, крепкий и похоже дубовый стол, красота, интересно, можно ли будет привлечь парней для ремонта Институтских корпусов, или они для такого слабоваты.

На плите я обнаружил кастрюлю со свежесваренным борщом, и налив себе тарелку, принялся жадно его поглощать, да так увлекся этим занятием, что поздно заметил, в кухне я не один.

Я вздрогнул и чуть не подавился, когда тонкие ручки обвились вокруг моей шеи и мое ухо защекотало горячее, чуть пахнущее алкоголем дыхание.

— Дим! А как ты относишься к проникновению со взломом?

— Варьк, а ты не слишком часто начал выпивать? — Она чмокнула меня в щеку.

— Это для дела было надо, я добывала информацию! Ну так как?

— Отлично отношусь, — Я прижался щекой к ее щеке. — Какой бы чертовщиной не заниматься, лишь бы в бумажках не копаться.

— Вот и замечательно! — Проворковала она. — Значит, завтра мы идем с тобой грабить Институт!

— Чего? — Я аж подскочил, едва не пролив на себя суп.

— Того! Кроме тебя, мне доверять не кому, а одна я с этим делом не справлюсь!

Глава 13

— Рассказывай давай. — Потребовал я, указывая Варваре на стул напротив себя, та послушно уселась и с завистью уставилась на мою тарелку. Пришлось вставать и наливать ей суп.

Девушка с благодарностью приняла тарелку и минут пять, кроме шума ложки от нее не было слышно ни звука. В конце концов она довольно откинулась на стуле и не стесняясь расстегнула пуговку на штанах.

— Фух! Ну и вечерок у меня был. — Начала она свой рассказ. — Прикинь меня сегодня дернули на совещание, мало того, что я два дня потратила на составление бюджета отдела на следующий год, так мне еще пришлось переться в Институт, чтобы просто посидеть за большим столом с умным лицом в компании таких же молчаливых руководителей, пока Костя при нас листал бумажки и что-то черкал красным фломастером. А под конец второго часа, заявилась Василиса и заявив, что вообще все меняется, перенесла совещание на следующую неделю.

— Сочувствую. — Я состроил жалостливую мину и решил, что говорить Варьке о том, что вся эта кутерьма с отменой бюджета из-за меня, не буду. — Но это ничего не объясняет.

— Подожди… — Она задумалась. — Лучше чаю мне налей! И не перебивай. — Я послушно встал и налил ей чаю, и даже вазочку с печеньем перед ней поставил. Удивительно и откуда у меня печенье, обычно если такое и появляется дома, то его тут же птицы растаскивают. — В общем после совещания мы все вышли и так возмущались, так возмущались, почти все, а я смотрю, Соловей стоит отдельно от всех, грустный такой, оттеснённый от власти, ну я и подумала, надо поддержать коллегу. — Я понимающе кивнул. — Ну а дальше, слово за слово, разговоры о жизни, рюмка ликера, легкий флирт. Вами, мужиками так легко манипулировать, ты бы знал. Но я когда к нему подходила, то даже не предполагала, что из этого получится что-то полезное. Мне и вправду было его жалко, честно. У него же сейчас очень серьезный стресс, власть уходит из рук, он чувствует себя не нужной марионеткой. Ну так вот, пожаловался он мне на жизнь свою, я выслушала, а потом как водится, и я ему о своих проблемах рассказала, про зверей этих он и так знал, а вот про то, что с оружием против них у нас туго, был не в курсе, прикинь они уже даже ученья провели как Горынычами на палке пользоваться, естественно в теплом закрытом тире, тоже мне профессионалы. Знаешь, как по мне правильно его двигают, может когда-то массовость и отчаяние соловьевичей и были нужны, но сейчас другое время, на страже института должны стоять профессионалы, а не лихие люди.

— Я даже спорить с тобой не буду. — Кивнул я, но надо признать, что братство черепа в перспективе и должно было стать именно такой структурой, они эволюционировали с колоссальной скоростью, за полгода от простых доносов, они доросли до очень серьезной организации, которая реально контролировала положение дел в Институте, причем делала это не привлекая внимания, руководства. — Так что дальше?

— Ну он горевал, что оружия нет, с эликсирами у них не очень-то получается, там же надо много действий умных совершать, чтобы заработало.

— Каких это? — Я удивленно уставился на девушку.

— Ну как же, вдохнуть, глотнуть эликсир и выдохнуть, целых три действия, порядок которых не должен быть нарушен, в общем они на этом человек десять уже потеряли, кто-то проглатывает зелье, кто-то сначала глотает потом вдыхает и как следствие пламя идет вовнутрь… В общем зелья это не для них.

— И?

— Что «и»? Потом мы еще выпили, и он начал распаляться… Да не в том смысле, пошляк. — Она перехватила мой ехидный взгляд. — Просто начал вести себя более дерзко, позволять себе мысли всякие, и вот за одну из них я уцепилась. Он сказал, что на этих тварей было бы не плохо жар птицу напустить… — Варька смерила меня взглядом полным превосходства.

— И? — Снова повторил я.

— Да что ты заладил «и», да «и». В общем я выпытала, что когда-то давно, такую тварь на свет божий в Институте производили, но эксперимент получился не удачный, пламенеющее создание плавило любую клетку, прожигало любую поверхность, в итоге сбежала и устроила серию лесных пожаров по всей Сибири, прежде чем ее поймать смогли.

— Ну а нам то какой толк с этой информации? — Пожал я плечами. — Ее наверняка уже утилизировали, а создавать новую такую тварь Кощей не станет, к тому же, как это связано с проникновением в Институт?

— Да ты дослушаешь меня или нет. Не выдержала девушка и стукнула кулаком по столу. — Её не утилизировали, она была признана ограничено перспективной, вроде, как и бестолковая, но в будущем может пригодиться, например отправить ее жечь нефтехранилища предполагаемого противника или что-то в этом роде. Короче ты даже не представляешь себе, сколько сил мне стоило разговорить Соловья. Дим! Я выяснила, что у Института есть собственная тюрьма для таких вот персонажей, я даже выяснила, как туда проникнуть, я и хочу, провернуть это с твоей помощью.

— У меня очень много вопросов. И первый, я-то тебе зачем?

— С тобой весело. — Легко пожала плечами девушка. — Ты уже проникал в Институт тайно, у тебя связи в «Братстве черепа», и если нас поймают, то может быть даже мы сумеем замять дело. А если не сумеем, я скажу, что это все твоя идея и меня не накажут, ну а тебя по обыкновению простят.

— Аргумент… — Задумался я. — Теперь дальше, если мы вытащим эту жар птицу, то не получим ли проблему еще большую, чем имеем. В том смысле, что твари из метели орудуют только в Караваеве, а эта пернатая, если улетит, то может устроить огненный апокалипсис по всему краю.

— Нам не нужна птица. — Радостно улыбнулась Краса. — Нам нужны ее перья. Пылающие перья жар птицы, от которых и свет и тепло, возьмем по такому в руки, естественно в огнеупорных перчатках, и ну словно саблей этих снежных волков рубать. Мы проникнем в тюрьму и ощиплем жар птицу!

— Какой идиотский план… — Пробормотал я себе под нос. — Словно я сам лично его придумал. Варь, а у тебя температуры нет?

— Нет! — Гордо сообщила она. — Зато у меня есть два огнеупорных костюма, в которых пожарные в горящие здания ходят, пол бутылки вискаря и свободное время завтра ночью.

— Великолепно… — Мысли мои сейчас лихорадочно роились в голове. — Давай начнем с вискаря!

Варвара довольно улыбнулась и вытащила из внутреннего кармана пиджака плоскую фляжку, эх не спилась бы девчонка.

— Ты к нам зачастил. — Отметила Василиса. Мы сидели друг напротив друга и завтракали. Сегодня девушка выглядела очень уставшей и помятой, к тому же сидели мы не у меня на кухне как обычно, а в институтской столовой. Я с утра наведался сюда, нужно было утрясти кое какие вопросы перед ночной вылазкой.

— Да вот! — Пожал я плечами. — Дела. К тому же, мне нравится с утра поплавать, вот я и навещаю Русю.

— Как ты вообще можешь общаться с этой тупицей. — Не выдержала Василиса.

— Она не тупица, она миленькая простушка. — Встал я на защиту русалки. — А Вы чего такая раздраженная с утра? — При посторонних я всегда старался называть ее на Вы, зачем нам нужны лишние подозрения.

— Прости. — Она потупила взгляд. — Не сдержалась, устала как собака, всю ночь с Костей бюджет лопатили, варианты продумывали. Если быстро уходить от схемы Караваева, то это колоссальные деньги, нам придётся выкидывать на рынок массу товаров разом, увеличивать спектр оказываемых услуг и еще много чего… В общем сложно все.

— Но вы справились? — Уточнил я.

— Справились. — Кивнула Василиса. — Но я спала от силы час. Знаешь, чего бы я сейчас хотела? — Она наклонилась ко мне поближе. — Сбежать к тебе и проспать весь день с тобой в обнимку под хороший фильм!

— Почему нет? — Хмыкнул я. — На следующей неделе, после того как решим все дела с городскими властями, можем и устроить себе выходной.

— Можем! — Согласилась девушка. — Но ты не увиливай, чего приперся, ну вот не поверю, что только ради плавания, опять какую-то гадость задумал?

— Нет! — Я отрицательно помотал головой. — Просто я с Русей отношения налаживаю. Всегда хотел это… Ну Вы понимаете, с русалкой, интересно ж, как оно.

— Ничего интересного. — Отмахнулась она. — Она откладывает икру в воду, а ты на эту икру выпускаешь молоку, ну в твоем случае… — Она подмигнула. — Или вот еще, она откладывает икру, а ты ее собираешь и солишь к новогоднему столу, но в этом случае не вздумай молоку на нее выпускать, а то гости могут побрезговать.

— Фу! — Сморщился я. — А что? Руся и правда икру откладывает?

— Мне откуда знать? — Пожала плечами красавица. — Я с ней почти не общаюсь, она своей тупостью способна меня до белого коленья довести. Так, предположила.

— Почти не общаетесь, но все же общаетесь? — Наверняка Василиса вызнавала, зачем я приходил к Русе, а значит и про мое общение с Ученым и Баюном она теперь знает.

— Ну да, иногда приходится, вчера вот к ней заходила, дельце одно к новому году мы запланировали, нужна была ее помощь.

— Вам, помощь русалки? — Я от удивления чуть челюсть на стол не уронил. Сама всемогущая Василиса Премудрая просила о чем-то дурочку Русю?

— Ну да. — Она смерила меня взглядом. — А что такого-то? Дела разные бывают, и к каждой задаче нужен свой ключик или инструмент. Впрочем, не будем про это, сам все узнаешь со временем. А теперь колись! Зачем ты приехал. — И в третий раз не ответил я ей на заданный вопрос, а предпочел отшутиться, в итоге Василиса махнула рукой и отправилась спать. Я же, двинулся на подземные уровни.

Предсказуемо мне на встречу попался один из соловьевичей, который поклонился мне скрестив руки на груди, я ухватил его за локоть и отвел в сторону.

— Друг, мне бы со Вторым встретиться… — Начал было я, но тот лишь коротко кивнул и делая вид, что я его даже не останавливал прошествовал дальше по коридору. Вот же конспираторы хреновы.

Я еще минут пять постоял в этом коридоре, ожидая, что быть может за мной кто-нибудь придёт, и не дождавшись двинулся на нижние уровни.

Я впервые оказался тут один, и скажу вам, тут было жутко и крайне неуютно, цивилизованные коридоры быстро кончились, сменившись ободранными с облупившейся краской. В прошлый раз меня тут вел Бабайка, превозмогая мучавшие его голоса в голове, и помнится он мне тогда же рассказывал, что на нижних уровнях обитают всякие разные существа, иногда даже не очень-то дружелюбные. И вообще, с моей стороны, было крайне глупо идти сюда одному, нет бы дождаться кого-то из «братства черепа», мне все равно с ними надо будет поговорить и обсудить все подробности сегодняшней акции, которую затеяла Варвара. Как я не думал, но без вмешательство местной службы безопасности не обойтись, камеры мы не обманем, а выключить их самостоятельно не сумеем, я очень сомневаюсь, что в городе есть суперхакер, который как в фильмах сумеет взломать систему безопасности и обеспечить нам свободный доступ в тайную тюрьму Института. Хотя, быть может Емеля… Я на секунду задумался и тут же отогнал эту мысль, Емели только в печах хороши и в рыбалке, и недавние их опыты с Горынычами об этом четко говорили.

Я добрался до очередной лестницы, которая меня привела на еще более жуткий уровень, тут даже древние лампы дневного света горели лишь изредка. И словно этого было мало, откуда-то из глубины темного коридора раздался мерный противный скрип. Я вжался в стену стараясь держаться подальше от тусклого света ламп.

Вскоре, с той стороны показался небольшой силуэт, именно от него и исходил тот самый скрип, раздававшийся с каждым шагом. Постепенно приближаясь ко мне, существо еще и песню завело, причем довольно приятным хрипловатым женским голосом.

— Я иду! Я иду! По железному мосту! У крестьянина семь дочерей, восьмая падчерица! Всех съем! — От содержания этой милой песенки, у меня волосы зашевелились на голове. А фигурка завела свою песню, но уже на другую мелодию. — Я иду! Я иду… Тьфу… — Выругалась она самой себе. — Ритм вообще не подходит, надо другую мелодию… Эх! Я иду! Я иду…

— Здравствуйте. — Я выступил из темноты.

— Аааа! — От неожиданности фигура, оказавшейся пожилой, чумазой, взлохмаченной старушкой подскочила на месте. — Ты кто? Чего пугаешь? Бетмен что ли очередной? Выходи на свет давай!

Я выступил под не ровный свет старой лампы.

— А! Дмитрий! — Удовлетворенно протянула старуха. — Помню тебя. С летнего бала помню, ты с Марьей плясал смешно. Ты чего тут? Сослали к нам? Признали не годным и списали в подвалы?

— А сюда только не годных отправляют? — Удивился я.

— Как видишь! — Старушка пожала плечами. — Мы, знаешь ли, рылом не вышли на верхние уровни ходить, к делам институтским нас не пристроить.

— И вовсе Вы не бесполезная. — Я был действительно возмущен. — У Вас вон голос какой замечательный, и музыка, Вы ведь мотив на ходу выдумываете? — Тетка кивнула. — И знаете, ведь звучит, только текст подкачал.

— Других не знаю. — Старушка вроде, как и насупилась, но было видно, ей приятно, что я ее похвалил. — Музыку придумать могу, а вот тексты, не мое это.

— Так и не надо. — Рассмеялся я. — Сейчас вон в интернете уйма народа поет чужие песни перекладывай их на другую музыку. Мне кажется, у Вас бы получилось.

— Ха! В интернеты… — Рассмеялась тетка. — Я ж страшная! Зловещая и людоедская.

— И вовсе Вы не страшная. — Не согласился я, хотя признаться честно лукавил, тетка и вправду была очень уж на любителя. — Умыть, постричь, глаза накрасить, не хуже какой-нибудь Земфиры будете, главное петь русский рок, там к внешности не требовательны, что-то вроде, «Белый снег, серый лед, на растрескавшейся земле»… — Пропел я.

— Ай! — С довольной улыбкой посмотрела на меня тетка. — Как у тебя это противно получается, слуха вообще нет, ни в одну ноту же не попал. Но что-то в твоих словах то есть, да и народ наш про тебя говорит, что ты плохого не посоветуешь. Меня Аглая зовут. Аглая Кощеевна, я эта, собирательный образ скрипучей старушки, и бабы Яги, только не настоящей, а людоедской.

— О как! — Удивился я. — А зачем Кощей Вас создал, извините за бестактность.

— Ай. — Махнула рукой старушка. — На него находит временами, пытается противовес Яге создать. Чтобы, так сказать, достичь статуса кво. А то непорядок же, она его убить может, а он ее нет, вот однажды и получилась я. Против Яги я слабовата, из суперсил у меня только зубы железные и песня страшная, поэтому и списали меня сюда.

— Железные зубы? Жуть какая.

— Еще бы. — Согласно закивала тетка. — Они ж заразы такие ржавеют! Нет чтобы сделать мне из нержавейки или хотя бы оцинкованные, но нет же, железные! Тупость какая.

— Ну ничего! — Успокоил я ее. — Я Вам серьезно говорю, выходите в интернет, пойте, Вам будут деньги донатить и Вы вместо железных зубов себе виниры поставите. Белоснежные, что аж противно, будете всех кукольной улыбкой пугать и забудете о вечном привкусе железа во рту.

— Ты сейчас издеваешься что ли? — Смерила меня подозрительным взглядом женщина.

— Вовсе нет. Я совершенно серьезно, поговорите с Бабайкой, он все Вам объяснит, как там в интернете устроено, а как разберетесь, я попрошу русалку Русю, она Вас пропиарит, у нее конечно контингент своеобразный, сомнительный я бы сказал, но для начала пойдет. Могу даже профинансировать Вас на первых парах, аппаратура, салон красоты, стилист.

— Щедрый какой. — С сомнением осмотрела меня тетка. — А знаешь, давай. За попытку то поди не побьют, а петь, оно все лучше, чем тут без дела ошиваться.

— Вот и отлично! — Я радостно улыбнулся. — Я как раз к Бабайке направлялся, пойдем вместе?

То, что я встретил эту странную Аглаю в коридорах, было для меня большой удачей, так как я бы сто процентов не нашел самостоятельно логова бабайки, лабиринт под институтом был просто гигантский, и ведь это были еще не самые нижние его уровни, а так, лохматая тетка, быстренько провела меня по нему и вскоре мы оказались в логове, того, кем испокон веков пугают детей.

Бабайка сидел перед огромным монитором, стучал по клавиатуре и глупо хихикал.

— Да! — Приговаривал он себе под нос. — Вот так! Поощряйте в детях любые начинания, даже самые тупые. Если ребенок хочет быть котиком, пусть будет, даже если ему уже под тридцатник. Чем дольше они задержатся в детстве, чем инфантильнее они будут, тем больше вероятности, что они не размножатся! И голоса наконец то затихнут! Да! Дети мудрее взрослых. Да! Такой дуры как ты, естественно умнее.

— Привет! — Поздоровался я. И Бабайка вздрогнув, обернулся.

— Дима! — Радостно вскочил он. — Надо же, в гости зашел. Я же тебя с летнего бала не видел.

Интересные дела, меня на летнем балу видели, кажется все, а я никого, впрочем, тому было множество причин, множество выпитых с Марьей и Полинкой причин, к тому же, Бабайка не тот человек, кто бы был заметен там, он если и выбрался к нам, то ненадолго, слишком уж его мучали детские капризы в голове.

— Чем занят? — Я поприветствовал его.

— Тролю! — Радостно оскалился он мне. — Ты представляешь, в этом интернете, люди готовы воспринимать любую чушь, что ты несешь, за чистую монету. Но вот что удивительно, какой бы бред я им не придумал, они извратят его еще сильнее, и из простой тупости получается супертупость. Вот сейчас сижу на форуме про воспитание детей, обсуждаем, рамки для детей младшего школьного и дошкольного возраста. Что стоит запрещать, а что нет. Так вот, я им продвигаю идею, что ничего не надо запрещать, ничего не надо заставлять делать, потому что если заставлять, то у ребенка появляется инстинктивное неприятие. Ну бред же полнейший. Если ребенка не заставлять мыться, он покроется лишаями, если не заставлять учиться, он вырастет тупым. Но нет, они меня поддерживают. Почти все! А одна дура и вовсе заявила, что дети они умнее взрослых. Понимаешь? — Я сделал вид, что мне интересно. — Вот с чего? С чего они будут умнее, у них ни знаний, ни опыта, великая мудрость надувать пузыри из соплей. Мне иногда хочется просто на весь свет заорать, «Идиоты, вы что творите?», но дело то в том, что такие мысли, они в моих интересах.

— Я смотрю, ты совсем избавился от своих навязчивых голосов в голове? — Рассмеялся я, было видно, что Бабайке лучше, он буквально цвел и пах, и даже следа не осталось от того загнанного, измученного существа, с которым я встретился весной.

— А то! — Усмехнулся он. — Теперь все намного лучше.

— Ну раз тебе лучше. — Я отступил в сторону, демонстрируя стоявшую за моей спиной Аглаю. — То пришло время и другим помочь. Раз самому хорошо, то надо счастьем с родными и близкими поделиться.

— Привет Аглая! — Помахал ей рукой Бабайка. — Что случилось.

— Так. — Перебил я начавшую было говорить тетку. — Сначала по-быстрому мое дело, потом в подробностях разберемся с твоим. Бабайка, ты помнишь, как мы встретились? Мне нужно, чтобы ты опять открыл мне дверь…

Собственно, на обсуждение моего вопроса ушло минуты три, Бабайке не надо было объяснять, зачем я проникаю тайно в Институт, что я задумал, и что буду тут делать, ему было плевать. Куда больше времени ушло на вопрос Аглаи, обсуждение платформ, список необходимой аппаратуры, продвижение ее контента, у меня голова кипела от всего этого, в итоге сговорились на том, что я просто даю денег и поговорю с Русей, всем остальным, пусть они занимаются сами, и такой расклад меня вполне устроил.

Они вдвоем что-то обсуждали, спорили, даже немного поругались, а я сидел тихонько в уголке, и ковырялся в телефоне, делать мне было нечего, сегодня было бы не плохо еще поговорить со Вторым, вот только, как это сделать, я понятия не имел. Про то, как попасть в логово братства я спрашивал и Аглаю и Бабайку, но оба наотрез отказались меня туда вести, не объясняя причин.

Так я и сидел, лениво взирая на парочку, увлеченно обсуждавшую новый проект, когда кто-то вежливо постучался в дверной косяк. Я поднял глаза и уставился на двоих соловьевичей, что стояли в проеме.

— Шеф! — Они синхронно поклонились мне. — Второй готов Вас принять! Следуйте за нами.

Бабайка с Аглаей с испугом смотрели на визитеров, но все же благодарность пересилила страх и человечек напоследок дернул меня за рукав, привлекая внимание, шепнул.

— Дим! Это не правильные соловьевичи! Они умные! Опасайся их. — Я поблагодарил его и направился следом за этими не правильными соловьевичами.

Меня проводили все в тот же бункер, вернее не так, бункер то был тот же самый, только атмосфера в нем изменилась, теперь это был скорее центр управления, стены увешаны мониторами, на которые транслировалось видео с камер наблюдения, был организован пульт, за которым сидели аж пятеро соловьевичей, которые постоянно были с кем-то на связи, кого-то контролировали, что-то координировали, в общем, работали. Изменился и Второй… Это был уже не псих в робе с черепом, и не всклокоченный разбойник в нелепо смотревшемся на нем костюме, нет, передо мной предстал, собранный, солидный молодой человек, от которого просто веяло опасностью, да и остальные присутствующие… Они отличались. Бороды пострижены, сами они собраны, молчаливы, в них появилось спокойствие, спокойствие хорошо выдрессированных служебных псов.

— Вы изменились. — Констатировал я факт, на это Второй лишь улыбнулся. — А цели? Не пересмотрели? — Сейчас, глядя на них я задумался о том, что мог создать голема, который обернется не только против своего создателя, то есть, меня, но и против Института.

— Немного. — Пожал плечами лидер сектантов. — После нашей последней встречи, мы поняли, что слепое следование инструкциям не оптимально. Теперь для нас приоритетно благо Института.

— Василиса мне то же самое говорит. — Заметил я.

— У нас с госпожой Премудрой очень во многом схожие взгляды. — Черт, он и вправду эволюционирует просто с не реальной скоростью. Спокойный, серьезный, опасный, очень опасный, в нем не было мелочности старого служаки, дорвавшегося до должности и пытающегося всех прижать к ногтю, не было уже и заискивания передо мной, как перед основателем их секты, нет, это был человек, который имеет реальную власть, понимает это и не выставляет ее на показ. — Не во всем, конечно. И судя по отчетам наших аналитиков, действия её не бесспорны в некоторых направлениях, но, да и мы и она действуем на благо Института, но как бы… независимо. И я бы попросил не рассказывать ей о нашем существовании. Достаточно того, что о нас знает и находится с нами в постоянном контакте, госпожа Краса. Кстати, замечу, Ваша ученица, показывает себя как очень толковый специалист. — Ага, вот значит, как, Варька моя ученица, интересно, она сама им так представилась, чтобы втереться в доверие, или про это рассказали неведомые аналитики? — С чем пожаловали, шеф? — Я отметил это обращение, интересно, это они по привычке, или мое мнение все еще чего-то значит в этой организации?

— Два дела! — Я не стал тянуть кота за хвост и решил сразу брать быка за рога, черт почему эти афоризмы такие схожие, но имеют такое различное значение. — Мне нужна помощь братства в двух делах, первое, это помощь людьми в пятницу, у меня открытие клуба и мне кажется, что против Института затевается насильственная акция.

— Подробности? — Удивленно приподнял бровь Второй. — Мне не известно ни о каких угрозах для Института в городе.

Я коротко рассказал ему про отряды самообороны, формируемые капитаном Орловым и местным депутатом, и про свои планы. Соловьевич выслушал меня и искренне расхохотался.

— Шеф! Это называется не «Мне кажется нас будут бить», обычно в таких случаях говорят, «Я спровоцировал противника на активные действия». Кстати, спасибо Вам. Мы проглядели эту группировку, впрочем, и не удивительно, эта опасность еще в зародыше, но Вы правы, их надо уничтожать прямо сейчас, пока зараза не разрослась. Вы не могли бы поделиться с нами информацией по террористам? Я так понял у Вас собраны полные досье.

— Могу. — Кивнул я. — Сразу после пятничной акции, готов передать копии.

Соловьевич что-то отметил у себя в телефоне, а может написал сообщение отдавая приказ.

— А второй вопрос? — Он откинулся на стуле.

— Со вторым вопросом чуть сложнее. — Замялся я. — Вы знаете о проблеме снежных зверей? — Второй чуть кивнул. — Эти хищники, они боятся лишь пламени, а как недавно выяснилось, у нас нет внятного оружия, только зелья.

— Да уж. — Хмуро пробормотал Второй. — Эта история со змеями… Возможно, — Он на секунду задумался. — Да что там возможно, скорее всего, Вы спасли несколько жизней наших парней тем, что вовремя предупредили о них.

— Ну так вот. — Продолжил я, слушать похвалу было, конечно, приятно, но я же сюда по делу. — Есть одно средство, оружие, которое способно нам помочь, но, чтобы его получить, мне необходимо пробраться в специальную тюрьму Института, туда, где заключена жар птица.

— А про это то Вы откуда знаете? — Сказать, что сейчас Второй был удивлен, было ничего не сказать. Его глаза, буквально, вылезли из орбит.

— Есть источники… — Расплывчато пояснил я. В том, что эти источники будут выявлены уже к завтрашнему дню, я не сомневался, похоже, секрет специального хранилища, держался в Институте в строжайшем секрете.

— Ладно! — Глава «братства черепа» взял себя в руки. — Что нужно от нас?

— Ничего. — Пожал я плечами, — Просто не смотреть сегодня ночью в некоторые камеры.

— Не выйдет. — Заявил он и внутри меня все оборвалось, неужели, братство откажет мне в этом? Неужели я для них больше никто? Это было плохо, очень плохо, у меня не было другого плана, как обойти камеры видеонаблюдения. — Сейчас в комнате наблюдения постоянно дежурит один из богатырей Черномора. — Пояснил соловьевич. — Они, как бы это лучше сказать, не совсем люди. Вернее только выглядят, как люди, а на деле, словно роботы. Четкое следование инструкциям, соблюдение регламента, исполнение приказа. Идеальные солдаты, но лишены гибкости и способности оперативно реагировать на ситуацию. Они не поймут просьбы отвернуться в нужный момент.

— Хреново. — Вот сейчас я прям расстроился, неужели придётся идти к Василисе или Кощею и просить выдать мне доступ к жар птице, как положено? С их бюрократией это займет с неделю, это же им надо будет все обсудить, собрать совет, вынести решение, а тем временем звери зимы будут рвать горожан, а соловьевичи будут гибнуть, глотая по глупости Златин эликсир.

— Впрочем… — Задумался Второй. — Есть способ. — Он развернулся к одному из своих. — Седьмой! Принеси-ка нам объект за инвентарным номером ИБН71424. Он же, накидка. — Соловьевич кивнул и быстрым шагом отправился в бункер — В последние годы. — Начал рассказ Второй. Андрей Бельский был очень увлечен невидимостью. Сам я этого, понятно, не застал, люди говорили. В итоге, шапку невидимку он так и не создал, зато наделал много такого, что было забраковано и пошло на утилизацию. Среди них и накидка. Предмет, вдохновленный фильмами о Гарри Поттере, оказался не настолько бесполезен, как думал Бельский, в итоге, мы его умыкнули себе.

— В смысле? — Не понял я. — Создавал то он его, когда, а братство появилось совсем недавно, как вам удалось получить ее, если предмет был отправлен на утилизацию.

— Шеф! — Усмехнулся соловьевич. — Тут утилизацию эту, похоже не проводили вообще ни разу, скидывают эти предметы просто на нижние уровни и все. Во-первых, всем лень с этим возиться. Во-вторых, тут же, в глубине тоже народ обитает, они в этой помойке копаются, ищут полезные предметы, применяют их к своим нуждам, очень во многом за счет этого живут, например неудачная партия скатертей самобранок, генерирующая лапшу быстрого приготовления, уже лет десять не дает сгинуть или скатиться в каннибализм местному сообществу. Вот в этой помойке мы и нашли накидку, вернее мы выкупили ее.

— Подожди! — Остановил его я. — То есть Институт настолько забил на существ на нижних уровнях, что они вынуждены питаться одной лапшой? Да они там охренели что ли?

— Не все так просто. — Усмехнулся Второй. — Это на первый взгляд кажется, что там сливки, красивые женщины, галантные мужчины, а тут типа мрачный осадок. Местные сами «отслоились», им не интересно с тем, наверху, да, помнится, Вы и сами, праздновали летний бал тут, с простыми, а не там, с элитой. Местным не нужна ни помощь Института, ни их внимание, они сами управляются, им так интереснее. Так что, не надо их жалеть, а что копаются в помойке… Знаете, это чертовски интересное занятие, я на выходных сам бывает в ней роюсь, это как поиски клада, любой предмет, что там валяется, может оказаться сокровищем, полезные свойства которого просто проглядели.

— Или страшным оружием… — Пробормотал я.

— Может! — Согласился Второй. — И такое случается, такие предметы мы изымаем, и либо размещаем у себя на складе, либо утилизируем по-настоящему.

Тем временем, нам принесли сверток, соловьевич с гордостью развернул его и продемонстрировал мне пустые руки.

— Вот! — Он с довольной улыбкой протянул мне… ничто. — Мантия невидимка, работает по принципу проекции на лицевую сторону изображения, поступающего на тыльную, исключая человеческую фигуру. — Я из вежливости протянул руки и с удивлением ощутил, что мне вручили, что-то мягкое. — Технология не бесспорная. — Продолжал Второй. — По сути ее нельзя накинуть на плечи, обмотаться ей, потому что тогда, наружу будет проецироваться изображение подкладки, зато ее можно использовать как занавес, а этого вполне хватит, чтобы укрыться от камер. Двигайтесь быстро, держа мантию перед собой на вытянутых руках и помните, это не панацея, со спины Вас будет видно, но тут уж мы постараемся, выведем на экраны вид с нужной стороны, камер ведь много, мониторов столько нет, поэтому не снимать коридоры, по которым Вы пойдете мы не сможем, зато выбрать нужный ракурс сьемки, это в наших силах.

— Вот и отлично! — Я радостно улыбнулся, пряча мантию подмышку. — Значит, как сказал бы Гарри Поттер, сегодня вечером, я наведаюсь в тайную комнату!

Глава 14

— Да твою мать! — Я повернулся назад и с усмешкой глянул на барахтавшуюся в снегу Варьку.

Вот говорил я ей, причем несколько раз, идея добираться по лесу на лыжах, она, конечно, вполне логичная и даже правильная, только вот зря она про эти лыжи так легко рассуждала. Без должных навыков и привычки, это штука не такая уж и простая. Я кое как с ними справился, спасибо школе и урокам физкультуры, но тоже, падал постоянно, да и устал уже как собака, тяжелые широкие лыжи, которые невесть откуда достала девушка, были просто неподъёмными.

Я весь взмок от пота, мало того, что идти по снежному лесу было тяжело, так я еще и на себя взвалил оба рюкзака, иначе бы мы вообще не двигались.

— Твою мать! — Снова выругалась девушка, она только встала и тут же вновь завалилась на бок потеряв равновесие. — Ненавижу лыжи! Вот говорил мне Валера, «Возьми санки», а я думала он прикалывается, сейчас запрягла бы тебя в них и помчалась с ветерком.

— Я бы не согласился тебя тащить, сам уже заколебался, как не знаю кто. Долго нам еще? — Пока Варька там в сугробах барахтается, я почувствовал, что без движения пропитанная потом одежда начинает застывать.

— Еще полтора километра. — Она сверилась с навигатором. — Будем надеяться, что ход не перекрыли, а то попремся с тобой обратно, тоже на лыжах.

— Не перекрыли! — Успокоил я девушку. — Я у Бабайки спрашивал, он сказал, что комиссия приходила, дверь проверила и этим ограничилась, велев больше Кузьму через нее не выпускать.

— Думаешь он послушается? — Усмехнулась девушка.

— Думаю, что если деду понадобится, то он бабайку на раз два перехитрит. — Кивнул я. — Даже думаю, что в свое время бродяжный этим путем побега воспользуется, рассчитывая на наглость и что тут то, в хорошо известном месте, мы его точно не ожидаем. Поэтому я сюда, наблюдателя и ставлю.

— Одну из птиц? — Уточнила девушка, я лишь кивнул. — Интересно, а мне разрешат тобой пользоваться во время охоты за Кузьмой? Официально то ты теперь не в отделе, а лишняя пара глаз не помешает… В смысле четыре пары глаз. Девчонки то помогают нам только из-за тебя.

— Вряд ли. — мы опять двигались в нужном направлении, и я время от времени придерживал девушку, чтобы она не падала. — Меня и повысили только чтобы я больше времени делу Бельского уделял, так что, теперь охота полностью в твоих руках. А с птицами, с ними договориться легко, даже без взятки, в них можно просто азарт возбудить, и они тебе этого Кузьму сами в когтях притащат. Так что, дерзай.

— Без тебя это будет уже не то. — Вздохнула девушка. — Помнишь, как мы его в первый раз поймали, ну, когда он с крыши Института спикировал? Круче того раза он ничего больше не придумал.

— Нуууу. — Рассмеялся я. — Погоди! Впереди январская игра, там самые высокие ставки, там престиж. Так что, готовься, милая!

Так за разговорами мы добрались до полуразрушенного корпуса и сняв лыжи, проникли внутрь заброшенного гаража.

— Бррр! — Варвару трясла мелкая дрожь, и она, забрав у меня рюкзак, начала снимать лыжный костюм.

— Ты чего делаешь? — Удивился я.

— Переодеваюсь, или ты думаешь, что мы пойдем в этих шуршащих комбинезонах? — Она сбросила костюм на пол, туда же отправился и мокрый от пота свитер. Варвара осталась передо мной в одних трусиках и приняв картинную позу игриво подмигнула. — Любуйся быстрее, холод пробирает. — Я сглотнул комок, вставший в горле, и она, довольная собой натянула черную обтягивающую водолазку и такие же трико. — Чего встал, переодевайся, твои шмотки во втором рюкзаке!

В рюкзаке и вправду оказался плотный черный спортивный костюм, как раз моего размера, наверняка Марья постаралась, вот не могла она мне сразу рассказать, про то, что мы переодеваться будем, хотя нет, наверняка все это тоже ей было продумано, особенно момент с демонстрацией мне ее прелестей.

Варвара спустилась за мной в смотровую яму и я, подцепив ножом дверь, открыл ее. Из темного коридора на нас дохнуло теплом. Трубы в техническом тоннель были теплыми, совсем немного, но достаточно, чтобы после морозного леса, после мокрой одежды, я почувствовал радость, которую приносит тепло. И даже дурные воспоминания об этом месте не смогли ухудшить моего настроения, там, впереди не было ни снега, ни ветра, ни мороза.

— Ну что? — Варвара заглянула мне через плечо. — Пойдем?

— Пошли! — Я напялил на лоб фонарик, включил его и шагнул в узкий проход.

Надо сказать, что в этот раз путь по тоннелю, был намного проще, во-первых, я с весны очень похудел, ушло пузо, которое в прошлый раз цеплялось за стену, во-вторых, в этот раз у нас были фонарики, ну и в-третьих, я был не один, так что шли мы с шутками и прибаутками, с Варькой было очень комфортно, она была настоящим боевым товарищем, своим парнем, так сказать. Поэтому мы отпуская остроты и пикируясь, бодро двигались по коридору.

— Дим! А как вообще получилось, что ты тут оказался, — Задала мучивший ее вопрос Варвара. — Ну ты же не страшный, не глупый, но почему в таком возрасте ни семьи, ни детей, ни карьеры?

— Сложный вопрос. — Хмыкнул я. — Потому что я дурак, я не верно расставил в своей жизни приоритеты, а когда понял, что совершил ошибку, то было уже поздно.

— Как это? — Не поняла она.

— Я всегда плыл по течению. Ставил чужие интересы превыше своих, пытался всем угодить, пытался делать как правильно, а как это, правильно, я не понимал. Вот так и получилось, что я все свое время тратил на то, чтобы заработать денег, чужому человеку, который этого не ценил, жил с женщиной, которую сначала даже не любил, а потом и вовсе начал ненавидеть и даже чуть-чуть презирать, но презирать на самом деле стоило меня, за слабость, за неспособность встать и уйти. И как итог, жизнь прожита в пустую, имущества не нажил, детей не народил, следа не оставил, сел в поезд и умчался в никуда. И знаешь, что самое жуткое? — Я посмотрел на Варвару, ее лицо выглядело не знакомым в свете фонарика. — Про меня там теперь даже никто не вспоминает. Вместо меня работает другой дурачок, гробящий жизнь ради чужих интересов, бывшая нашла нового парня, и теперь, максимум по пьяни с подружками обсуждает, что зря потратила на меня свои годы. А я тут… Счастлив.

— Я тоже рада что ты тут. — Варька аккуратно взяла меня за локоть. — Мы все рады, мы тогда на кухне сидели, перемывали тебе кости, и знаешь, тебя тут любят. Причем к тебе хорошо относятся все, и руководство и даже те, с кем ты ни разу не встречался. Я тут предложила одной, к нам на службу поступить и знаешь, она первым делом заявила, что для нее будет честью с тобой работать.

— Вот она расстроится, узнав, что я больше не в отделе. — Ухмыльнулся я.

— А то. — Подмигнула мне Варька. — Ладно! Давай прибавим шаг, а то у меня от этих кирпичей уже в глазах рябит.

— Можем выключить фонарики. — Рассмеялся я. — Когда я пробирался тут в прошлый раз, то шел в темноте, жуткое, я тебе скажу, ощущение.

Вскоре тоннель закончился, и мы оказались перед той самой тяжелой стальной дверью, я подошел к ней и принялся барабанить. Потребовалось минут пять, прежде чем дверь с противным скрипом открылась, и мы попали в логово Бабайки.

— Добрый вечерочек. — Варвара радостно помахала ему рукой… или все же ей, нет, точно ему, судя по тому какие взгляды Бабайка кидал на девушку в обтягивающем наряде, никакой он не Бабайка, а как есть Бабай!

— И Вам того же… — Пробормотал новоиспеченный психолог в области воспитания детей. — У нас все тихо! — На этот раз он посмотрел на меня. — Только вот… — Он на секунду затих. — Василиса приходила! Вынюхивала, что ты у нас забыл.

— Вот значит как. — Я сжал зубы, ну вот чего ей надо? Почему не может даже в мелочах оставить меня без контроля. Не устроило ее, что я не рассказал о цели своего визита в Институт, пошла выяснять. И ведь выследила, добралась прямо до сюда.

— И что?

— Я ей всю правду рассказал. — Усмехнулся человечек. — Что ты за Аглаю приходил хлопотать, открыл новый талант в наших трущобах, даже дал послушать демонстрационную запись. Она очень ругалась.

— Чего это? — Удивился я.

— Что сама такой талант проглядела. — Довольно сообщил мне Бабайка. — Что-то странное с ней происходит, я тебе скажу, она раньше в наши катакомбы ни за что бы не спустилась, здесь же и туфельки замарать можно, да и не очень у нас ее тут любят, больно уж она резка и не сдержана в суждениях. А тут пришла, вежливая, ласковая.

— Взрослеет. — Пожал я плечами. — Юношеский инфантилизм и категоричность уступают место мудрости и жизненному опыту. Я смотрю у институтских вообще эволюция характера быстрыми темпами идет.

— Это только на первых этапах. — Не согласился со мной бабайка. — Потому что мы появляемся на свет взрослыми, вот и развиваемся словно на реактивной тяге. Потом это все замедляется, а Василиса, она ж уже старая, ей лет десять или пятнадцать, у нее уже давно характер сформирован, а тут видимо переосмысливает чего-то.

— Может и переосмысливает. — Не стал спорить я. — Варь, куда мы дальше.

— На минус первый уровень. — Радостно сообщила мне напарница. — Там у меня спрятано оборудование.

— Какое? Еще оборудование? — Удивился я.

— Ну как. — Она смутилась. — Огнеупорные костюмы, должны ж мы как это эту пламенеющую тварь прищучить!

— Слушай. — Я на секунду задумался. — Если сегодня мы оба с тобой были в Институте, то не могли мы просто отсюда начать наш путь, не шариться по лесу на лыжах, не ползать по тоннелю? Мы ведь могли все это время плескаться в бассейне у Руси, или играть в карты у Златы. Вот зачем все это? — Я кивнул на закрытую дверь, что вела в тоннель.

— Ну как, — Закатила глаза девушка. — Приключение, тим билдинг. К тому же, если бы мы тут ошивались до вечера, то точно бы привлекли внимание. Ты в Институт заявляешься исключительно по работе, что, кстати подтверждает интерес Василисы, а если бы задержался до ночи, то за тобой, только ленивый бы сейчас не следил. Вот я, да. Я могла не проходить через весь этот ад, но я решила тебя поддержать!

— Да ты просто не знала, какая тебя ждет мука с этими лыжами. — Усмехнулся я и судя по смущенному лицу Варьки, был прав.

Где-то до минус третьего уровня мы с ней шли довольно спокойно, тут не было ни камер наблюдения, ни соловьевичей совершающих обход территории, а вот потом мне пришлось развернуть мантию невидимку, за которой мы укрылись тесно прижавшись друг к другу, все же отрез ткани был довольно не велик.

— Ты где такую штуку достал? — Тихонько спросила меня Варвара, обхватив меня за талию и пытаясь еще плотнее прижаться.

— Дядька из Болгарии привез. — Прошептал я ей на ухо в ответ. — Он у меня дальнобойщик, в командировки ездит, вот и возит разный дефицит из капстран, то жвачку, то вот невидючку.

— Ты что несешь? — Она больно ущипнула меня за бок. — Какой дядька, какие командировки?

Я еле сдержал крик, и слава богу, потому что в другом конце коридора показались двое соловьевичей, один тащил большой поднос с запотевшими пивными бутылками, а второй два пакета. Видимо ребята собирались где-то посидеть, отдохнуть.

Мы бочком, стараясь, чтобы между нами и случайными встречными оставалась мантия, прижались к стене и затаили дыхание. Хорошо, что этим двоим совсем не было до нас дела, они куда то торопились, то ли им так не терпелось выпить, то ли мероприятие какое-то было намечено.

— Футбол сегодня. — Прояснила ситуацию Варвара, когда парочка, позвякивая бутылками скрылась за поворотом. — Нам вроде как на пользу, большинство соловьевичей матч смотреть будут.

— Такие фанаты? — Удивился я.

— Это же повод выпить, поорать и подраться. — Усмехнулась девушка. — Они даже жребий перед большими соревнованиями тянут, кто за какую команду болеть будет, и значит кого им по пьяни битью Беспокойный народ эти соловьевичи!

— Куда нам дальше? — Слушать про соловьевичей я не хотел, тем более что не права Варька, они разные бывают.

— Вверх по лесенке. — Ласково проворковала девушка. — На семнадцатый этаж…

— Да блин! — Чертыхнулся я.

— Ну же! Милый! Не расстраивайся, эти два десятка этажей ты преодолеешь словно молодой козлик.

— Издеваешься да? — Не выдержал я. — У меня и так уже руки затекли простыню держать, а теперь еще козлом скакать по лестнице.

— Я могла бы тебя подменить. — Она посмотрела на меня своими темными карими глазами. — Но я такая кроха! Я не смогу держать мантию на нужной высоте.

— Погоди! — Мне в голову пришла мысль. — Ты же можешь обвить ее волосами и держать своими суперспособностями, я помню, что ты ими и человека способна поднять, не то, что держать дурацкую тряпку.

— Могу! — Согласилась девушка и мы даже, после не долгих препирательств, сделали, по-моему, после чего я все же смог опустить затекшие руки. Мантия хоть и была легкой, но попробуйте длительное время держать руки вытянутыми вверх.

— Ну вот! — Радостно сообщил я, растирая мышцы. — Больше ты не сможешь меня безнаказанно щипать!

— Чего это? — Удивилась она и подтверждая мою неправоту опять ущипнула меня за бок. На этот раз я сумел сохранить молчание, а вот она нет, потому что я ущипнул ее в ответ. — Дурак, не за титьку же…

— Хорошо. — Согласился я, после чего она снова пискнула, но в этот раз уже тише. — Ладно. Пошли уже, нас ждут кардио нагрузки.

Казалось, эта чертова лестница никогда не кончится, мы дважды останавливаясь отдохнуть и поругаться на советских архитекторов, спроектировавших такие высокие этажи, пролет за пролетом, этаж за этажом мы карабкались наверх к заветной цели и наконец то остановились напротив цифры «17».

— Ну наконец то. — Выдохнул я. — Самое трудное позади.

— С чего ты это взял? — Уставилась на меня Варвара. — Семнадцатый, это жилой этаж, а нам на восемнадцатый.

— Тогда почему мы сразу туда не поднялись? — Не понял я.

— Потому что туда все проходы замурованы! Одна лестница, под серьезной охраной, один лифт, тот, что к Кощею в кабинет ходит, и тот исключительно по коду доступа.

— А мы, тогда как? — Я смотрел на нее с недоумением, вот уж чего не хватало, переться сюда сначала на лыжах, потом через подземелья, потом через весь Институт, под этой тряпкой, чтобы упереться в стену.

— А мы, Димочка! — Она мне лучезарно улыбнулась. — Как человек паук! По стене.

— Чего? — Я чуть не разрыдался, глядя на ее довольную физиономию.

— Того. — Она была явно довольна собой. — Сейчас мы с тобой идем в туалет, там окно на улицу, я вылажу в окно, ты меня в это время нежно, но крепко держишь, наслаждаясь прикосновениями к моему горячему девичьему телу, я забрасываю в окно этажом выше кошку, забираюсь по веревке, потом поднимаю рюкзаки с огнеупорными костюмами, скидываю веревку тебе, и ты лезешь за мной следом.

— Тебе животное не жалко? — С тоской спросил я.

— Какое? — Удивленно приподняла бровь девушка. — Тебя что ли? Нисколько!

— Да не меня! Кошку, которую ты в окно швырять собралась.

— Дурак. — Вздохнула она. — Кошка — это такой стальной крюк. Там окна старые. Кошкой я разобью стекло и зацеплю ее за подоконник.

— А охрана не услышит? Усомнился я, как по мне так грохот стекла должен был бы привлечь всех на этаже.

— Не! — Отрицательно помотала головой Варька. — Там внутри, на этаже всего один охранник, шансов, что он будет сидеть именно в этом туалете практически никаких, скорее он сидит и грустно на трезвую голову футбол смотрит. Так что, пошли, пока матч не кончился, нам еще обратно валить.

В итоге, мы пробрались в туалет и Варвара открыв окошко высунулась оттуда по пояс спиной вперед, я же держал ее за крепкие бедра и старался думать о мертвых монашках. Раздался звон, и Варька с довольной ухмылкой вернулась в здание.

— Ну все! — Она подергала веревку, проверяя крепко ли та зацепилась. — Я полезла! Как увидишь, что веревка дернулась трижды, крепи к ней рюкзаки, я втащу их наверх, а потом, когда веревка снова опустится, лезь следом, если не испугаешься конечно.

Я лишь хмыкнул, чтобы я, да испугался. Да я не такой, я же герой, я смелый, я вообще молодец.

Грациозная фигурка девушки скользнула с подоконника и ловко полезла вверх по веревке, секунда и ее пятки скрылись, еще минута и конец веревки задергался, я втянул ее в туалет и закрепив рюкзаки столкнул груз на улицу. И снова быстро и оперативно груз скрылся где-то наверху. А потом…

Потом мне стало очень страшно, когда веревка снова оказалась за окном я осознал, что мне сейчас карабкаться наверх, на ветру, на высоте полусотни метров без страховки и необходимых навыков. На ватных ногах я подошел к окну, крепко ухватился за веревку и влез на подоконник. Что там говорят? Не смотри вниз? А знаете почем? Потому, что если смотреть вниз, то это очень страшно, я почувствовал, как кружится моя голова. С чувством обреченности я перекинул одну ногу через подоконник и намотал на нее веревку. Сердце бешено колотилось, в животе словно ваты набили, мне было сейчас очень и очень страшно. Вторая нога, и я повис на руках над бездной.

Что я творю? Закричало сознание, и я попытался закинуть ногу обратно, но лишь отталкивался от стены и раскачивал веревку от чего становилось еще страшнее.

— Дим? Ты долго там? — Раздался сверху возмущённый голос. — Я мерзну!

Долго ли я ту? Да я тут навесно, мать вашу. Вот и на кой я вписался в эту историю, лучше бы к Марье завалился, или к Злате, отличная ночь, бурный секс, а не вот это вот висение высоко над землей.

Я с трудом разжал руку и перехватившись подтянул себя, ладно, первый шаг сделан, теперь вторая рука. Вторую руку разжать было проще, нельзя сказать, что с каждым разом перехватываться и подтягиваться было легче, нет, даже когда я добрался до самого верха, мне все еще было люто страшно, а ведь нам еще обратно спускаться, боже, надеюсь меня там убьют в этом хранилище, обратную дорогу я не выдержу.

— Ты как? Нормально? — Как только я залез в окно, меня накрыла волна адреналина и я упал на колени, хорошо хоть мозгов хватило не опереться руками об пол, заваленный битым стеклом.

— Терпимо! Почему ты мне про это сразу не рассказала? — Я посмотрел на нее снизу вверх.

— Ты бы тогда не пошел. — Пожала она плечами. — Ладно! Давай приходи в себя и двинули. Мы на финишной прямой.

Из туалета мы вышли только минут через пять, слишком сильное впечатление на меня произвел подъем. Осмотревшись, мы выскользнули в пустой коридор, вокруг была тишина. Только из дальнего конца, там, где из-под одной двери пробивался свет слышались звуки телевизора, права была Варвара, охранник смотрел футбол.

— Нам туда. — Она указала направление. — Левое крыло, там и находится вход в тюрьму хранилище.

— В смысле вход? — Я удивленно посмотрел на нее. — Я думал это и есть тюрьма.

— Нет. — Она отрицательно покачала головой. — Это карантин, последний рубеж обороны на случай прорыва. Тюрьма она в специальном артефакте, в ларце, там вроде как другой мир, пространство в пространстве.

— А. — Понял я. — Как бездонная сумка Златы. Слушай, как ты много умудрилась у Соловья выведать.

— Ооо. — Она игриво глянула на меня. — Когда я захочу я умею быть такой убедительной, — Она провела кончиком язычка по губам и я покраснел. — А еще я умею очень внимательно копаться в бумагах собутыльников, когда они засыпают пьяными! Соловей совершенно не воздержан, когда добирается до выпивки, поэтому и пьет, только в исключительных ситуациях, когда стрессует.

— Если мы отсюда выберемся, я тоже буду не воздержан в выпивке… — Пробормотал я.

— Конечно выберемся. — Обнадежила меня Варька. — Тем более, у тебя завтра открытие клуба же, не знаю как ты, а я собираюсь напиться и плясать до упада.

Я ничего ей не ответил, у меня на завтрашний вечер были другие планы, хотя, если все пройдет быстро, то почему бы и не отметить и открытие и начало ликвидации отряда самообороны…

Темный коридор прервался внезапно, и мы уперлись в черную блестящую, словно из обсидиана сделанную стену.

— Вот мы и на месте. — Варвара положила ладони на стену и произнесла. — Чары-мары! Шуры-муры! Открывайся дверь!

От ладоней ее по поверхности стены побежали огненные всполохи, она начала таять, и перед нами отказался точно такой же коридор, по которому мы шли только что, вот только он был длиннее раз в десять и вместо дверей по обоим сторонам были огромные в размер дверного полотна стекла.

Мы шагнули вперед, и стена за нашими спинами восстановилась.

— Обратно так же? — Поинтересовался я.

— Не! — Варька достала зеркальце. — Обратно через него пойдем.

— Как это? — Не понял я. — Артефакт какой-то?

— Не! — Повторила она. — Обычное зеркальце, придёт время покажу.

Я подошёл к одному из стекол и заглянул в большую комнату вход, вход в которую оно закрывало. Из-за стекла на меня смотрел молодой высокий мужчина с квадратной челюстью и голубыми глазами.

— Это еще что такое? — Я удивленно смотрел на парня. — Вроде нормальный же?

— А! — Усмехнулась Варька. — Этого я знаю. Бэтмен! Вернее Брюс Уэйн. У Кости пунктик на них, никогда ничего дельного не получается, но он все пытается и пытается. Обычно их либо хулиганы убивают, либо они по глупости гибнут, не совместима реальная жизнь и герой комикса, но этот был слишком мрачен и депрессивен, убийственно занудлив. Прикинь он своими высокопарными речами умудрился троих безопасников занудеть, прежде чем его сюда определили! На удивление скучный персонаж!

Мы шли по коридору, и я старался заглянуть за стекла, где-то сидели реально жуткие монстры, где-то существа более похожие на людей, за одним из стекол, стояла и призывно мне улыбалась очень красивая женщина, просто удивительно красивая.

— О! — Варька остановилась напротив ее «окна». — Смотри.

— Я смотрю… — Я неотрывно пялился на ее грудь, как такую красоту могли закрыть в этом ужасном месте, это не справедливо, нужно немедленно ее освободить, разбить стекло к чертям, а потом, выпытать у Варьки, как выбраться из этого места, я должен спасти ее…

— Дурак! — Она отвесила мне оплеуху. — Туда смотри, в глубь комнаты. — Я отвел взгляд от красавицы и присмотрелся, там в дальнем углу помещения в самой темноте прятался монстр, отвратительная тварь с жуткой пастью и клыками, и от нее к девушке тянулась тонкая нить.

— Эта тварь как рыба удильщик! — Рассмеялась Варвара. — Она показывает нам то, чего мы хотели бы больше всего. И из этого, я делаю вывод, что ты, Дима, сексуально озабочен!

— Чего это? — Я уставился на нее. — Серьезно?

— Да нет. — Снова расхохоталась девушка. — Она всегда бабу показывает, иначе бы я тоже стояла рядышком и размазывала слюни по стеклу. О! — Она указала пальцем на одно из стекол. — Похоже наше!

Из-за указанной двери бил яркий свет, словно там находилось маленькое солнце.

— Да уж… — Пробормотала Варвара. — Судя по свету, я даже не знаю, хватит ли наших костюмов…

— А куда деваться? — Хмыкнул я и скинул рюкзак.

Экипировавшись в костюмы, мы неуклюже подошли к стеклу и сквозь черные очки заглянули внутрь.

Посреди комнаты на жердочке сидела птица, что-то вроде павлина, только чуть крупнее.

— Смотри какой у нее шикарный хвост. — Выдохнула Варвара.

— Ага! — Согласился я — Вот мы его сейчас у нее и повыдергаем! — Мы переглянулись и по нашим лицам пробежали зловещие ухмылки. — Как это стекло вскрыть?

— Это не стекло. — Варвара легонько надавила на прозрачную поверхность, — Это что-то вроде мембраны. Туда проникнуть можно, обратно нельзя, штука практически не разрушимая. А войти туда можно только в определенном состоянии ума… Посмотри мне в глаза. — Она внезапно схватила меня за плечи и повернула лицом к себе и спиной к проему. — Смотри мне в глаза! Думай о чем-либо незначительном! Об облаках, овечках… внешней политике… — Все же глаза у нее очень красивые темно карие, практически черные, да и сама она тоже очень даже, маленькая, улыбчивая, с пухлыми губками, которые чуть кривятся в плохо сдерживаемой усмешке. Стоп! А чего она лыбится то? Додумать мысль я не успел Варька толкнула меня спиной вперед, и я влетел в комнату, не встретив никакого сопротивления. Вскочив на ноги, я вскрикнул от неожиданности, потому что оказался лицом к лицу с пылающей птицей. Та тоже закричала и был этот крик очень громким и противным. Чисто инстинктивно я протянул руки вперед и ухватил эту тварь за горло.

Птица подавилась своим воплем и начала биться в моих руках, ладони жгло неимоверно, краем глаза я видел, как Варвара на той стороне стекла раз за разом падает на него спиной, потом встает и снова падает, что это она такое делает я понять не мог, да и не до того мне было.

Огненная тварь билась в моих рука и я, поняв, что зря теряю время, потому как долго удержать ее не смогу, принялся рвать ее перья начиная с хвоста, это вызвало у птицы еще больше эмоций, дергаться она начала сильнее, и орать она стала еще громче.

Трудно было сказать, кто из нас побеждал, вроде и я успешно ощипывал пернатую, но и ладони мои горели, я чувствовал будто мясо слазит с них, секунда и вместе с птицей заорал я…

Глава 15

Дыхание мое перехватило, мне казалось, что я тону, воздух перестал поступать в легкие и я, открыв глаза понял, что Варвара вливает мне в рот эликсир.

— Ну вот! — Радостно улыбнулась она мне. — Очухался!

— Что со мной произошло? — Я смотрелся, вся комната была завалена пылающими перьями, а в уголке, настороженно нахохлившись сидела жар птица, больше напоминавшая общипанную курицу.

— Тепловой удар, серьезные ожоги обеих рук, ну и еще ты сознание потерял, видимо перегрелся. Я еле как успела. Чертова дверь, я никак не могла настроиться на то, чтобы ее не ощущать.

— Как это? — Не понял я.

— Ну я же говорила, чтобы попасть в камеру, нужно находиться в определенном состоянии сознания, когда я тебя втолкнула, ты просто не ожидал встретить за спиной преграду, не успел подумать, что она там есть, а мне было сложнее, я мучалась.

— Это ты то мучалась? — Я со злостью оглядел окружающий беспорядок. — Да я тут чуть не сгорел заживо.

— Ой ей! — Передразнила она меня. — Экая фифа, все же хорошо закончилось, ты живой, я тут, перья вон, по комнате раскиданы. Ты зачем ее совсем то ощипал?

— Как получилось, так и ощипал. — Я недовольно насупился. — Собирай давай добычу, а то моим перчаткам хана пришла, эта гадина их прожгла. Ух я тебе… — Я погрозил кулаком забившейся в угол птице, и та жалобна заорала. Без перьев она жар не источала, да и перья, отделенные от птицы, были уже не такими ужасными, нет, безусловно они были горячи, но уже вовсе не такими, как во время схватки.

— Перышки! Перышки! Перышки! — Приговаривала Варька, собирая их в специальную сумку. — Я нам с тобой оставлю два самых крутых, из хвоста, ну и нашим тоже, из хвоста, а соловьевичам и обычные сгодятся. Нет ну как ты ее… — Она укоризненно глянула на меня. — И ведь не пожалел животинку, ободрал, как на суп!

— Не надо было так орать и дергаться. — Бросил я сквозь зубы и снова неприязненно глянул на жар птицу. — А ты собирай быстрее, и давай выбираться!

Варвара ускорилась и вскоре все, до единого перышка было в ее сумке.

— Ну! — Она достала зеркальце. — Следи за курицей этой, чтобы она за нами не увязалась.

Я глянул на жар птицу, она смотрела на меня с не скрываемым ужасом, сейчас ее очень сложно было заподозрить в том, что она попытается сбежать вместе с нами, скорее уж она сделает все, чтобы мы как можно быстрее убрались, оставив ее одну.

— Так! Иди сюда! — Она поманила меня к себе и обняла одной рукой. — Прижмись ко мне как можно крепче, зеркальце маленькое.

Мы буквально вжались друг в друга и Варвара подняв зеркало над головой велела смотреть в него. Сначала ничего не происходило, а потом, отражение словно бы начало приближаться, оно становилось все больше и шире и внезапно рухнуло на нас. Раздался звон битого стекла, и мы с Варварой оказались в темном коридоре, перед той самой обсидиановой стеной. Варька быстро приложила к ней зеркальце и оно, словно бы слилось с обсидиановым монолитом.

— Ну вот и все! — Радостно сообщила мне напарница. — Дело сделано, нас не поймали!

— Да конечно! Не поймали! — Раздался из-за наших спин знакомый голос, вспыхнул свет и к нам горделиво шагая вышла сама Василиса Андреевна Премудрая в сопровождении десятка солдафонов, здоровенные, на одно лицо… по всей видимости это и были богатыри Черномора. — Дим! А ты не расскажешь, какого хрена тут происходит?

— Так мы это… — Смутился я. — Гуляли, а потом заблудились и вот…

— Гуляли! — Зловеще усмехнулась Василиса. — А я весь день думаю, что происходит, ну вот какого черта, сам Дмитрий Галицкий, почтил нас визитом. Ну не просто ведь так, в Институт же ехать надо, а он свою ленивую задницу просто так от дивана отрывать не любит, светской жизнью брезгует. Начала выяснять, и узнала, что ты певичку из местных продвигать решил, ну чуточку успокоилась, но сердце то оно чует, не на месте сердце! И представляешь, я уже спать собралась и тут мне докладывают, что какой-то придурок на фасаде здания на веревке качается. Ну и конечно, я сопоставила факты, раз придурок, значит кто?

— Значит я. — Грустно выдохнув я опустил взгляд в пол.

— Бинго! — Хлопнула в ладоши Василиса. — А теперь дубль два. Какого хрена тут происходит?

— Мы оружие добывали. — Тихо произнес я, окинув взглядом Варьку, которая молчала и, казалось, пыталась спрятаться за мою спину. — Которым можно снежных волков развеивать, хотя бы на время.

— Да? — Заинтересовалась Василиса. — Покажи!

Она требовательно протянула руку и Варвара, выйдя вперед, открыла мешок с перьями. В коридоре мгновенно стало невыносимо жарко и очень светло.

— Ого! — Василиса с уважением глянула на нас. — Перья жар птицы. Отлично придумали! Вопрос только почему с этой идеей ко мне не пришли? Зачем вся эта авантюра.

— Из-за бюрократии. — Снова вздохнул я. — Пока вы бы там согласовали, допуски, в хранилище, изъятие материалов. Прошла бы неделя, а это новые жертвы.

— Какая неделя? — Василиса хлопнула себя ладонью по лбу. — Дим! Мы прекрасно понимаем, что ситуация критическая. Максимум пара дней, но нет же, тебе надо было устроить шоу… В очередной раз унизить службу безопасности, между прочим, на этот раз мою службу безопасности! Понимаешь? Если Костя узнает, Черномору так нагорит… Ты вообще откуда узнал про хранилище, про жар птицу? Как обошел охрану и камеры? Я ведь проверила, вы двое нигде не засветились.

— А что про хранилище и птицу это тайна? — С удивлением поинтересовался я.

— Ну да. — Кивнула Василиса.

— А про тайны у нас все знают! — Ехидная ухмылка озарила мое лицо. — Вот у меня тоже было убежище, как только оно стало тайным, так про него все и узнали, это как электричество, никто не знает, как оно работает, но оно же работает.

— Бред! — Махнула рукой Василиса. — Электричество — это направленный поток частиц, а про убежище, твои же подруги всем растрепали. Ладно! Кто-то еще про хранилище знает? — Мы с Варькой дружно помотали головами. — Так пусть и остается, по идее, у Вас двоих допуск к этой информации и так должен быть, так что, черт с вами. Но вопрос о способе проникновения в Институт остается открытым.

— Секретный хакер отключил камеры? — С надеждой спросил я.

— Не ври! Все с камерами нормально. — Нахмурилась Василиса. — Да и откуда у нас тут хакеры? У нас маленький город, у нас хакер это тот, кто знает где кнопка перезагрузки компьютера.

— Тогда мы по стене забрались! — Выдвинула версию Варька.

— Мы ваше оборудование нашли, веревка короткая. — Супруга директора Института была непреклонна.

— Мантия невидимка? — Я глянул в глаза девушке.

— Дим! Хватит бред собирать! Невидимость невозможна. Это святой грааль Бельского, он с ней вечно носился, как с писаной торбой, куча времени, сотни экспериментов и все неудачно. Не бывает ни шапок невидимок, ни мантий, ни колец.

— Но вот же она. — Я продемонстрировал Василисе пустые руки. На самом деле они были не пустыми, сейчас я держал в них самую настоящую мантию невидимку.

— Ой отстань а. — Отмахнулась от меня девушка. — Не хочешь говорить не говори, стоит мне тут чушь собирает. Ладно! Пойдемте, ребята проводят вас вниз. Перья, что добыли сдадите Соловью, он распределит их по своим парням. Да, Варь, Вам на отдел два пера. Тебе и Виталию, остальные не бойцы, их даже не вздумай привлекать в патрули.

— А мне? — Вмешался я.

— А ты обойдёшься. — Василиса строго глянула на меня. — Ты один из менеджеров Института, тебе по должности не положено по улицам бегать за какими-то там снежными волками. Все! Пошли вниз.

Вопрос о том, как мы будем добираться домой, отпал сам собой, когда Василиса с ехидной ухмылкой вручила мне знакомые ключи. Все же хорошо, что Варька такая кроха, и в Оку мы с ней поместились вполне комфортно.

Маленький КАМАЗ, добросовестно доставил нас до того места, где я бросил своего форанера, и я пересел за руль привычного внедорожника, Варька же повела малолитражку, от чего осталась в полном восторге, не знаю уж чем ей понравилась эта малюсенькая машинка, но радовалась девушка, как ребенок.

— Ну что? — Улыбнулась она мне, когда мы наконец то поднялись на свой этаж. — Какие планы на завтра?

— Грандиозные! — Честно признался я.

— А ну да! — Она подмигнула мне. — Завтра же открытие. Кабинетик коллегам забронируешь? Если что, готова весь вечер поить тебя текилой. — Снова подмигивание, я обнял ее и склонившись нежно поцеловал в губы, она ответила на мой поцелуй, но после с усмешкой оттолкнула. — С начальством не сплю! — Гордо сообщила мне девушка и удалилась к себе.

— Эх. — Вздохнул я. — А жаль. — Вот сегодня ночью это было бы очень уместно, после всего, что мы пережили вместе… Но нет, так нет. Я вошел в свою квартиру разделся прямо в коридоре, и приняв душ упал в кровать, чтобы забыться сном.

Проснулся от того, что меня очень нежно и ласково гладили по волосам, в комнате было темно, зимнее утро оно такое, мрачное и непроглядное. Девушка сидела у меня в изголовье, и я никак не мог понять кто это, только эти нежные прикосновения. Я повернул голову и поцеловал ее руку.

— Яра… — Произнёс я сонным голосом. Хлоп! Мне прилетела звонкая оплеуха, от которой я мгновенно проснулся. Втянул носом воздух и понял, как ошибся. Как вообще можно было так ошибиться? Ведь этот парфюм, его ни с чем нельзя было спутать.

— Ты сегодня без сладкого! — Сообщила мне Василиса, вставая и включая свет. — Ты и так за вчерашние подвиги должен быть наказан, а теперь еще и называешь меня чужим именем… Вот скажи мне, Дим. Чего тебе не хватает? Вот чем она тебя приворожила?

— Мы же это уже обсуждали. — Я откинул одеяло и встав осмотрелся в поисках одежды. — Она придуманный идеал, женщина к которой я стремлюсь, у меня не было шанса убедиться, что она не та, кто мне нужен… Где мои вещи, черт побери?

— В коридоре валяются. — Пожала плечами Василиса. — Да не суетись ты, что я тебя голым не видела.

— Я в трусах. — Недовольно буркнул я в ответ, но и вправду перестал искать одежду и вернулся в кровать. — Чего-то ты рано сегодня.

— Не спится. — Пожала плечами девушка. — Всю ночь думала, а если бы ты сорвался? Если бы сгорел? Злилась на тебя, а потом знаешь, что поняла? — Я вопросительно поднял голову. — Я Варьке завидую! Я вчера тоже хотела бы проникнуть в Институт, лезть по веревке, драться с жар птицей.

— Она не дралась с жар птицей. — Поправил я красавицу. — Это я ее ощипывал, а Варька тем временем о стену билась.

— Да не важно. — Она махнула рукой. — Зато вам было весело. Кстати, про веселье, сегодня открытие клуба же, я рассчитываю на бронь отдельного кабинета, для меня и моих подруг…

Да что они вообще привязались к этому клубу. Тоже мне событие, хотя… В скучном Караваеве, так, наверное, и есть. В Институте из развлечений только летний бал, да и тот в плане веселья мероприятие довольно сомнительное. Проблема мелких городков, пойти не куда, отдохнуть негде. В деревнях там хоть дискотека по пятницам с самогоном и мордобоем, а тут… Удивительно как к ним это караоке то затесалось.

— Все будет, Василиса Андреевна, все лучшее для Вас. — Надо будет набрать Аристарху и сообщить, что у нас важные гости, вот он обрадуется. Что может быть лучше, чем предупредить о визите институтских шишек в последний момент, да еще и для моих ребят надо кабинет забронировать, пусть песни орут, да текилу пьют стаканами, хоть и не заслужили, особенно эта зараза Варька, из-за которой я вчера так настрадался… Хотя нет! Правильно она все сделал, добыла информацию, спланировала операцию, а что можно было в разы проще все устроить, так это я виноват, что не перепроверил, можно ведь было обсудить с той же Василисой…

— Вот и хорошо! — Она мне очаровательно улыбнулась. — Тогда до вечера. Завтрак на столе, а я полетела! — И девушка, не дожидаясь ответа выскользнула в коридор, а через минуту я услышал, как хлопнула входная дверь.

В воздухе все еще витал аромат ее дорогого парфюма, я улегся обратно в кровать, немного покрутился, «завтрак на столе», я усмехнулся, вспомнив ее слова, мы почти как семья… почти…

Сон не шел, и я направился на кухню, где меня ждали свежие круассаны и даже пара сэндвичей.

Вот все же странные у меня взаимоотношения с женщинами, вроде как все мои, и спим вместе и заботятся они обо мне в меру сил, но в то же время, все они чужие…

— Дима! Дима! Дима! — Ураган ворвался в кухню сметая с тарелок и выпечку и бутерброды.

— Девочки! — Усмехнулся я, радуясь тому, что успел-таки урвать один круассан с тарелки. — Как наши дела?

— Дела отлично! — Они голодными взглядами следили за булочкой в моих руках. — Все по плану! Враги планируют погромы!

— Вот и замечательно, — Я разделил едва надкушенный круассан на четыре части и раздал им, ну и что, что мне почти ничего не досталось, могу же я их побаловать. Вот что характерно, когда на кухне Василиса они тут не появляются, а вот остальных не стесняются ни капли. — Значит сегодня мы и начнем!

Все шло по плану, конечно оскорбленные самцы не могли спустить, что какие-то там Институтские гуляют с их женщинами, тем более что некоторым из членов «отряда самообороны», они приходились женами, а мне только того и было нужно, теперь главное, чтобы все остальные сработали как надо…

— Дима! — Сирин смерила меня серьезным взглядом. — А нас пытаются вербовать!

— Кто? — Я удивленно поднял бровь.

— Все! — Безапелляционно заявила Юна.

— Почти все! — Поправила ее Алька. — За последнюю неделю нас пыталась переманить на свою сторону Василиса, причем она просила в том числе присматривать за тобой, не следить, а просто присматривать, чтобы с тобой ничего не случилось. Вчера Варвара, просила помогать, а еще… — Она огляделась, будто бы на кухне нас мог кто-то подслушать. — Соловьевичи… Но это были другие соловьевичи, серьезные! И к Соловью они отношения никакого не имеют.

— Да? — Оперативно мои друзья работают, ладно Варька, я вчера как раз с ней про это разговаривал, ладно Василиса, она знает, что птицы для меня шпионят, но Второй то, как узнал, что именно эта троица и есть мой источник важной информации. — И как? Кто Вас завербовал?

— Все! — Хором сообщили мне подружки. — Мы со всех денег взяли! Мы молодцы!

— И как? — Усмехнулся я. — Будете теперь на них работать?

— Еще чего! — Возмутилась Сирин. — Зря они нам вперед заплатили.

— Да! — Поддержала ее Алька. — Мы крайне ненадежные и не постоянные.

— Поэтому будем делать только то, что нам выгодно или интересно, ты же не против? — Юна заискивающе заглянула мне в глаза.

— Нет конечно. — Поддержал я их начинание. — И главное не стесняйтесь с них плату брать, они не я, они могут много раз платить за одно и то же. Ясно?

— Так точно! — Откликнулись они хором.

День проходил в рутине и подготовке к делу, для начала, я предупредил карлика управляющего и про гостей званных, и про гостей не званных. Аристарх был в ужасе.

— Да как это… — Бормотал он. — Такое и при Василисе Андреевне, а как же мы… А если они…

— Ничего. — Успокаивал я коротышку. — Все будет отлично. Главное позаботьтесь о том, чтобы алкоголя хватило и закуски подавали гостям вовремя и в нужном объеме. А то насколько я помню, когда мы тут гуляли в прошлый раз мне после текилы, пришлось пить коньяк и шампанское, а закусить так и вовсе было не чем.

— Как же Вы живым то остались после такого коктейля. — Сокрушался коротышка. — А закуски, я привлек стороннюю фирму, своей кухни тут нет, но думаю не ударим в грязь лицом. Но может все-таки с погромщиками этими…

— Все будет так, как я сказал! — Я подпустил в голос металла, и управляющий обреченно затих.

По всему выходило, что совсем без ущерба заведению не обойтись никак, ну в конце концов должен же я что-то предъявить злодеям, а то еще выкрутятся, скажут, что просто на открытие клуба пришли, чунгу-чангу спеть, а что с вилами и факелами, так они везде с ними ходят, традиция, элементы национального наряда. Вот и пришлось рассказывать все управляющему, заодно предупредив, что этим вечером хостесом и в гардеробе поработают наши, соловьевичи из тех, кого не сильно жалко, да и вообще, в клубе сегодня будет чуть больше охраны… в смысле чуть больше, чем посетителей. А поэтому все индивидуальные кабинки, да и несколько столиков перейдут в пользование ВИП гостей и парней Второго.

В итоге Аристарх поупирался, но смирился, тем более что ему даже не пришлось отменять брони, ожидаемо, открытие нашего клуба сегодня, не вызвало в городе никакого ажиотажа. Не удивительно, что предыдущий владелец караоке продал его мне с такой охотой, петь в Караваеве, судя по всему, не любили…

Близился час икс, и я стоял на крыльце наблюдая за заходящим солнцем, знакомая лада припарковалась прямо перед заведением, наплевав на знак парковки для инвалидов и из нее выплыли две нимфы. Причем при их появлении у меня даже рот от удивления открылся, нет, это были все те же дамы средних лет симпатичные, но вполне себе обычной наружности, только теперь, судя по их виду и одежде, они как то умудрились у свекра добыть те самые деньги, которые я перевел им на одежду и салон красоты. Все же деньги женщинам очень идут, хороший макияж, модные платья, и пусть поверх были накинуты простые, дешевые куртки, они не могли скрыть, что дамы постарались и выглядели очень неплохо.

— Здравствуйте. — Поздоровались они хором. — Вот, мы приехали. — Одна из них развела руки, демонстрируя что они и вправду тут во плоти, и эта плоть очень так волнительно вздымается в вырезе платья.

— Акх. — Закашлялся я. — Здравствуйте. Пойдемте в кабинет. Ваши спутники скоро появятся. — Мы вошли в холл и дамы сбросили свои уродливые пуховики, от чего стали еще краше. — Напоминаю. Милые леди, Вы не проститутки, никаких требований, желаний или фантазий, выполнять не обязаны, ваша цель, просто составить ребятам компанию, они у меня мальчики хорошие, порядочные, а если вдруг перепьют и станут себе чего-то такое позволять, сразу зовите меня. Ясно?

Дамы переглянулись и кивнули. Я провел их в отдельный кабинет, где уже был накрыт стол с деликатесами и алкоголем, а потом перекинул кольцо с пальца на палец. Двое из кольца появились мгновенно.

— Что надо, хозяин? — Спросил говорливый, я в ответ только кивнул на стол, на опешивших дам и вздохнув сообщил.

— Знакомьтесь, отдыхайте, для начала, как с этим закончите… Ну не знаю. — Я задумался на секунду. — Чаю мне принесите.

Я закрыл за собой дверь кабинета и направился обратно на улицу, хотя честно сказать и был некоторый соблазн остаться там, с парнями. Черт, я отмахнулся от этой мысли, постепенно, я сам становлюсь как Царевич, ни одной юбки пропустить не могу. Но дамы и правда выглядели очень неплохо, к тому же, после идеальной красоты институтских девушек, они выглядели экзотическими, настоящими, со своими изъянами, а еще… в них сегодня не было той дешевой вульгарности, что присутствовала в предыдущие разы.

— Деньги девушкам идут. — Снова повторил я, кажется, это были слова Василисы или еще кого-то, но не согласиться с ними я не мог.

Вот вспомнишь черта он и появится, вернее она, следующей появилась именно супруга директора Института, в компании Златы и Варвары Ключницы, разряженные в пух и прах, словно на дискотеку, короткие платья, каблуки, прически, я мгновенно забыл про ту парочку, что должны были развлекать парней из кольца и стоял с раскрытым от восхищения ртом.

Василиса припарковалась рядом с Ладой, вышла из своего Порша и зло пнула чудо отечественного автопрома по колесу.

— Вот же гады! — Вызверилась она. — Понаставят своих ведер. На знаки вообще не смотрят. — По всей видимости она сама хотела встать на это место, а бесилась от того, что ей теперь придётся сделать на три шага больше. — Дмитрий! — Она лучезарно улыбнулась мне. — Ты вышел нас встречать? Как мило! Рот закрой и прекрати слюнями на асфальт капать, а то заледенеет, и случайный прохожий может поскользнуться.

— Простите. — Я взял себя в руки, и поприветствовав ее подруг, проводил в клуб.

— Хммм. — Сморщила носик Василиса. — И тут соловьевичи. Надеюсь, пропуск предъявлять не надо? Так стоп! — Она встала как вкопанная, и принялась пристально разглядывать хостес. Потом обошла его кругом и чуть ли не обнюхала. — Дим, что за фигня? — Соловьевич не обращал на происходящее ни малейшего внимания и просто улыбался гостям. — Он гладко выбрит, он прямо стоит, и даже за две минуты ни разу не почесал свой зад! Дим! — Она развернулась ко мне. — Кто это?

— Это мой троюродный дядя из Конотопа, — Я взял Василису под локоток и чуть ли не силой потащил в зал. — Просто так получилось, чисто случайно, что он внешне очень похож на наших соловьевичей.

— Дим! Я серьезно. — Василиса упиралась, но шла. — Кто эти соловьевичи? Откуда они, почему они… как люди себя ведут?

— Не забивайте свою головку Василиса Андреевна, — Я оскалил зубы в ухмылке. — Вы приехали отдыхать, вот и отдыхайте.

— Я же все равно узнаю. — С некоей угрозой произнесла девушка, но все же послушно прошла в предназначенный для нее кабинет. Тут все было тоже готово, стол накрыт, только в отличии от предыдущего помещения, закуски тут были более изысканными и вместо крепкого алкоголя, на столе стояло ведерко с ледяным шампанским.

Вот не хотел я раньше времени демонстрировать Василисе членов «братства», но куда деваться, ставить встречать гостей, лохматых битюгов, что охраняли Институт было нельзя, это было не красиво. А теперь, да что теперь, скажу, что наемные соловьевичи, их просто в порядок привели, а что за соловьевичи, пусть ищет там у себя, не мои проблемы. Да и в принципе, все равно не сегодня, завтра, про братство станет известно. И я даже искренне надеюсь, что Второй, займет место Черномора, нельзя Василисе давать в руки всю власть, как бы я ее не любил, а она тоже начудить может многое, пусть и свято веруя, что это во благо Института.

Я только вышел на улицу как меня чуть с ног не сбил волк.

— Ууууууу. — Завыл он, готовясь снова петь любимую песню. — Дима! Мы прибыли!

Следом на парковку лихо влетели два внедорожника и из них повалили мои ребята, кроме привычного состава с ними была высокая, чуть нескладная девушка, очень скромная на вид и… веселая и уже чуть пьяненькая Римма.

— Эй! — Варька повисла у меня на шее. — Поздравляю с открытием. Мы уже успели дерябнуть в отделе. Отмечали знакомство с новой сотрудницей, ну и Риммку вон с собой прихватили, а то, чего она только дома, да в мастерской.

— Рина. — Подошла и скромно протянула мне руку новая девушка, я аккуратно и с очаровательной улыбкой пожал ее, красива, как и все Институтские, но есть в ней какая-то нелепость, походка чуть порывистая, фигурка угловата, в целом красивая девчонка, но…

— Ну ка, иди сюда. — Варька с силой оттащила меня в сторону. — Это Рина Андреевна Лягушкина. Зная тебя сразу предупреждаю, целоваться к ней не лезь.

— Поподробнее? — Не понял я.

— Дим! Она Андреевна! Понимаешь? — Я отрицательно помотал головой. — Андреевна, значит с изъяном. Она царевна лягушка, только вот у нее особенность, если ее поцеловать в форме лягушки, она в царевну превращается, если в форме царевны, то в лягушку. Так что, если полезешь целоваться, то учти, целовать придётся четное количество раз. Приятно! Неприятно! Понимаешь? — Она громко расхохоталась своей шутке. — Приятно! Неприятно!

— Вы чего так надергались то раньше времени? — Усмехнулся я в ответ. — Чтобы тут денег меньше оставить, так не стоило волноваться, сегодня банкет за мой счет.

— Да нет. — Отмахнулась Варька. — Просто у меня капля спиртного попала на благодатную почву, я после вчерашнего отойти еще не могу, вот и начала заранее, а ребята поддержали.

Мы вошли в холл и Варвара пристально глянула сначала на хостес, потом на меня, затем снова на хостес, после чего скрестив руки на груди поклонилась, Соловьевич ответил тем же.

— И чего у нас тут намечается. — Она ухватила меня за лацкан пиджака, но я не стал отвечать и так же, как до этого Василису проводил девушку в их кабинет.

Собственно, из гостей мне было встречать некого, я для вида еще постоял на улице, после чего вернулся в холл и встал рядом с хостес. Гостей было много, видимо слух о том, что бывший скучный караоке бар отремонтировали и открывают немного в другом формате все же облетел город, поэтому столики были заняты почти все, невиданное событие для этого заведения. Люди прибывали, начали расслабляться, на сцену начали выходить первые певцы, пьяными голосами, не попадая в ноты завывая неизменных «Офицеров» и «Владимирский централ», впрочем, иногда попадались и те, кто пел хорошо, редко, но народу нравилось, люди отдыхали.

— Готовность. — Сообщил мне соловьевич, приложив ладонь к уху. — Семеро парней, с арматурами и обрезками труб. Направляются сюда. Вам лучше уйти в зал.

Я кивнул и последовал его совету, можно было бы конечно встретить погромщиков лично, но тогда мне достанется, а это доля тех двоих что остались в холле.

В зале никто и внимания не обратил, что одинаковые подтянутые парни, встали из-за столиков и дружно направились на выход, только две стоявших у стены девушек, наблюдали за этим с интересом, время от времени бросая на меня угрожающие взгляды.

Василиса и Варвара, стояли оперившись на стену, обе держали в руках по бокалу с шампанским и переговаривались между собой. Варька показала мне кулак, а Василиса просто хищно улыбнулась, они обе прекрасно поняли, что я задумал нечто особенное, не посвятил их в свои планы и теперь сбежав от своих компаний, наблюдали, пытаясь угадать, что же именно тут происходит.

— Девушки! — Я, очаровательно улыбнувшись, подошел к ним. — Вам стало скучно в кабинетах, вышли послушать как поют другие?

— Вышли шоу посмотреть. — Ехидно скривилась Василиса. — Что происходит?

— Ничего не происходит. — Пожал я плечами. — Обычный пятничный вечер. — И как бы в подтверждение этого, из холла раздался вопль, затем звон стекла и соловьевичи дружно кинулись туда. — Простите дамы. — Я снова очаровательно улыбнулся. — Вы отдыхайте, а мне пора работать.

— А можно мне с тобой. — Хором спросили обе, но я лишь улыбнулся в ответ и пожелал им приятного отдыха.

Глава 16

Семеро молодых парней, изрядно побитых сидели сейчас в камере отдела и ждали. На моей памяти, впервые я пользовался этим помещением по назначению, сначала она была архивом для старых дел, потом я тут проводил переговоры, и вот, наверное, впервые за свою историю она использовалась так, как должно.

— Ну и чего мы ждем? — Нетерпеливо осведомилась Василиса. Конечно же ни она, ни Варвара не вернулись к своим компаниям, они увязались за мной, причем Василиса яростно пыхтела и угрожающе смотрела на меня всю дорогу, если двоих не стандартных соловьевичей она еще могла понять, аномалия, стероиды в самогоне, да мало ли что. Но теперь она увидела два десятка таких вот, вундеркиндов, причем в одном месте разом, да еще и выполнявших беспрекословно мои приказы.

— Ждем мы местную полицию. — Вздохнул я. — Василиса Андреевна, Варвара. Не могли бы вы подождать наверху? В моем кабинете.

— Смотри ка, какой деловой. — Недовольно прошептала Варька, но перечить не стала.

Первым, как я и ожидал появился Орлов.

— Дима! Какого хрена! — Он влетел в участок весь растрепанный, видимо его подняли с кровати, и сообщили неприятную новость. — Почему ты задержал горожан.

— Добрый вечер Сан Саныч. — Я лишь мельком глянул на него и снова повернулся к задержанным. — Эти граждане, сегодня вечером напали на заведение, где отдыхали топ менеджеры Института, они кричали лозунги, направленные на разжигание розни, напали на сотрудников службы безопасности, разнесли заведение. — Ну тут я приврал, пара ламп и зеркало в холле, причем лампы я специально поставил, чтобы их разбили, они остались от старого хозяина и их должны были выбросить, но я рассудил, что бить то погромщикам что-то надо, вот их и подсунули. — Я подозреваю, что это было покушение на Василису Премудрую.

— А? — Удивился один из парней, после чего ухватился за прутья решетки и заорал. — Ты чего гонишь? Ни на кого мы не покушались. Просто морды хотели набить, чтоб баб наших не трогали.

— Сергей, помолчи. — Осадил его Орлов. — Дим. Я знаю этих ребят, они хорошие, добрые мальчики…

— Хорошие добрые мальчики, нанесли побои двоим сотрудникам службы безопасности, между прочим, личным охранникам той самой Василисы. Хорошие мальчики, были вооружены холодным оружием, в том числе у них изъяли помимо арматуры, три ножа, газовый пистолет и предмет, внешне напоминающий самодельное взрывное устройство. — Вот эта штука, кстати для меня стала сюрпризом, бутылка начиненная серыми порошком облепленная пластилином в который была обильно натыкана охотничья дробь, не знаю уж, насколько эта штука была страшна, но и узнавать я этого не хотел. — Это покушение, капитан. — Я наконец то повернулся к Орлову, он смотрел на меня широко открытыми глазами, он прекрасно понимал к чему я все это веду и ему было страшно. — Покушение на топ менеджера Института. Эти семеро умрут! Умрут те, кто их туда послал. Завтра, в город приедет сотня бойцов, и вырежет к чертям всю их террористическую ячейку…

— Подожди, Дим. — Орлов оперся на стену. — Подожди! Это доказать же надо.

— Не надо! Они напали, их взяли на месте преступления.

— Дим! Не горячись, это же просто пацаны…

— Это бандиты, погромщики, убийцы. — Я смотрел сейчас на старого полицейского и мне даже было его жалко. — Они проломили череп одному из охранников, сломали нос другому.

— Но это же просто соловьевичи… — Он заискивающе мне улыбнулся. — Нельзя же, та, вот губить семерых парней.

— Почему семерых? — Я склонил голову набок. — Мне известно о более чем сорока членах, террористической группировки, чья цель убийство сотрудников и выходцев из Института.

— Сорока… — Капитан смотрел на меня обреченно.

— Да! — Кивнул я. — Пойдемте ко мне, я продемонстрирую материалы.

Он шел за мной послушно, словно баран на убой, не говоря ни слова, шаркая ногами, этот сильный человек, опытный сотрудник, который ничего в жизни не боялся, принципиальный и смелый, сейчас он был жертвой. Естественно, эту акцию планировали без его ведома, естественно никто даже подумать не мог, что в захудалом караоке баре, окажется Василиса. Они просто планировали продемонстрировать силу, показать, кто тут главный, а теперь все выходило так, что они, против всех правил и договоренностей напали на Институт, вот такая самооборона…

— Добрый вечер Сан Саныч. — Поприветствовала Василиса полицейского, когда мы вошли, тот лишь молча кивнул в ответ.

Я сел за стол, открыл тумбочку и принялся выкладывать из нее стопки папок, досье на каждого члена отряда самообороны.

— Вот! — Я продемонстрировал их Орлову, тот лишь окинул дела невидящим взглядом. — Будем договариваться или воевать?

Капитан поднял на меня глаза, в которых блеснула надежда.

— Договариваться! Конечно договариваться. Дим! Меня убейте. Пацанов не трогайте. Они же дураки, малолетки еще.

— Эти малолетки разгромили бар. Напали на людей. — Я зло скрипнул зубами. — Дураки они, потому что к вам уродам прибились. Сан Саныч, ты не знал к чему приводят все эти кружки, отряд, клубы патриотические? Ты в полиции работаешь дольше, чем я живу. — Тут я, конечно, преувеличил. — Ты не знал, что молодёжь собирают и тренируют исключительно для того, чтобы использовать потом как тупых бойцов, как мясо. Не важны лозунги, патриоты, националисты, футбольные фанаты, борцы за права людей. Итог почти всегда один, арматура в руки и погромы во славу коммерческих интересов мецената.

— Я не знаю, когда утратил контроль над этим. — Орлов схватился за голову. — По началу мы просто со своими ребятами, ну из полиции собирались. Ты же сам знаешь, это ты виноват, вы проворачиваете свои делишки, убиваете горожан… — Василиса бросила на меня удивленный взгляд, она не понимала, о чем говорит полицейский.

Я взял одну из папок, подошел к Сан Санычу и открыв ее продемонстрировал ему фото, фото того самого белого деда, которому шлиф машинкой стесали пол лица.

— Вот, что сделали те двое шабашников. — Сказал я спокойным тоном. — Вот за что они поплатились. И если что, я их не убивал. — Ну а что, все чистая правда. Я не убивал, а дальше пусть думает что хочет.

Орлов посмотрел на фотографии и кивнул сам себе, видимо что-то встало для него на свои места, после этого он снова посмотрел на меня.

— Что с пацанами?

— Ответят по закону. — Я вернулся к столу, и выбрав несколько папок, протянул их Орлову. — А эти люди пойдут как организаторы, я думаю будет справедливо, если Вы лично займетесь этим делом, и даже не вздумайте пытаться его развалить. Мальчишки ваши пусть условным отделаются, а вот эти. — Я потряс папками. — Должны получить по полной и рекомендую после отсидки в Караваев не возвращаться.

Я потратил очень много времени изучая дела, анализируя, кого из членов отряда самообороны надо убирать, а кто может и остаться в городе, по идее, убирать надо было всех, но тогда, по городу поползли бы ненужные слухи, и я бы уже через неделю получил точно такой же кружок по интересам, только с большим количеством членов.

Орлов кивнул и принял из моих рук папки с делами, как раз в этот момент за дверью послышались шаги, она распахнулась и на пороге появился полицейских чин в звании не меньше… да черт его знает, я так и не научился разбираться в погонах, генерал, наверное. При виде его капитан вытянулся по стойке смирно и отдал честь.

— Что это значит? — Требовательно спросил генерал. — Меня подняли, привезли сюда, ничего не объяснили. Василиса Андреевна, какого черта происходит? — Девушка лишь пожала плечами и кивнула на меня.

— А происходит следующее. — Я взял в руки вторую стопку папок. — Заговор господа! Сотрудники полиции объединяются в банду с целью убийства сотрудников Института. Вы в курсе?

— Что? — Полицейский чин уставился на меня ошалелым взглядом. — Василиса Андреевна, что за бред несет этот парень.

— Этот парень. — Отчеканила Премудрая. — Специальный представитель Института по особо важным делам. Так что, воспримите происходящее всерьез. — Полицейский насупился.

— Так вот! — Продолжил я. — Как я уже сказал, Ваши сотрудники, решили организовать банду. Глупостей пока наделать не успели, но это лишь вопрос времени. Я бы очень попросил, прямо завтрашним числом уволить их из рядов правоохранительных органов и направить на развитие народного хозяйства. Быть может, там у них не будет столько свободного времени, чтобы заниматься глупостями.

Можно было конечно не вытаскивать этого генерала из кровати, не тащить сюда, а спокойно в понедельник самому заявиться к нему с материалами и требованиями, но он был запасным вариантом, на случай если Орлов отказался идти мне на встречу. Только при таком раскладе, и папка с делом капитана, тоже перекочевала бы к его руководству, а так, она осталась у меня в столе, вместе с еще одно, но ее судьба как раз должна решиться в начале следующей недели.

— Ну все! — Улыбнулся я полицейским, — Больше не смею Вас задерживать. Все вопросы решены. Сан Саныч, пришлите людей, чтобы задержанных отвезли к вам. А то у нас на выходных тут никого, им скучно будет.

— И что это мы сейчас тут наблюдали? — Василиса уселась на краешек стола, как только дверь за стражами порядка закрылась.

— Ай! — Махнула рукой Варька. — Наверняка ничего интересного. Очередной заговор раскрыт, злодеи наказаны! Вы, как хотите, а я поехала обратно! У меня там коньяк с шампанским не допиты. — Она подмигнула мне и тоже скрылась за дверью. Врет она все, ей происходящее очень интересно, но она то понимает, что поучаствовать уже не сможет, а полноценную историю, будет интереснее слушать позже, она должна вылежаться у меня в голове, поэтому и выбрала отдых, а не очередной треп.

Мы остались с Василисой наедине.

— Даже не думай! — Предупредила она. — Я все еще дуюсь за утро! Так что это было? Я так понимаю, сейчас ты разобрал по косточкам отряд самообороны?

— Именно! — Я коварно улыбнулся ей. — Нужно было внести раздор в их ряды, убрать самых непримиримых, создать вакуум власти. Поэтому, те самые непримиримые пойдут топтать зону за организацию молодежной банды. Самые верные и подготовленные из рядов полиции, завтра окажутся на бирже труда, и представь, что они станут думать, когда они работы лишатся, а Орлов нет?

— Злой ты. — Усмехнулась девушка. — А что дальше.

— А дальше. — Я подошел к ней и погладил ее бедра, Василиса шутливо зарычала на меня, но призывно раздвинула ножки позволяя моим пальцам проникнуть под подол платья. — В понедельник мы с Вами встречаемся с городским главой и его помощниками и сообщаем, что прекращаем финансирование города и объясняем причину… — Василиса прикусила нижнюю губу и страстно всхлипнула. — И мне кажется, что после этого, Институт получит массу преференций, мы, конечно, в этом не нуждаемся, но это будет очень приятно, а тот депутат, чье дело лежит у меня в столе, будет похоронен руками собственных коллег. Причем, вполне возможно, что в прямом смысле этого слово. Все эти лозунги, идеалы они прекрасны, но большинство предпочитает им деньги.

Василиса ухватила меня за галстук, притянула к себе и поцеловала.

— Я люблю, когда ты такой вот весь из себя серьезный. — Хрипло прошептала она мне на ухо, потом ее тело затряслось, я достиг цели. — Черт бы тебя побрал. — Всхлипнула она. — И все равно ты сегодня без сладкого.

Ох уж мне эти Василисины принципы, я крутился в постели, сон все не шел, да еще и Варька за стеной стонала особенно громко, похоже она опять вызвонила Валеру и снимала стресс или нашла себе кого-то в клубе. Ей хорошо, она вон удовольствие поучает, а я один, позабыт, позаброшен.

Я принялся долбить кулаком в стену, и был грубо послан, голос вроде не знакомый, но какой-то беззлобный, послали меня скорее для проформы, впрочем, совершенно справедливо, нечего людям кайф ломать, когда у меня все хорошо и Варька долбит в стену я тоже ее посылаю, так что квиты.

Я крутился еще, наверное, с час, прежде чем глаза наконец закрылись, и я начал проваливаться в сон. Но не тут-то было, что-то бахнуло в комнате, кто-то вы матерился пьяным голосом, я вскочил на кровати и обнаружил, что в спальне не один.

— Твой чай, хозяин! — Двое здоровяков в косоворотках, до изумления пьяные и довольные стояли над моей постелью и трясущимися руками держали чайник с кипятком. Вернее, чайник держал только один, второй сжимал в руке заварник.

— Как вечер прошёл? — Поинтересовался я, вместо ответа тот, что молчаливый, только осклабился, а говорливый вытаращил глаза и радостно заявил:

— Они с нами такое творили… — При этом он махнул рукой и чайник полный кипятка опрокинулся прямо на меня. Я заорал, парни в этот же миг исчезли, видимо они решили, что чай доставлен, а в стену возмущенно застучали.

Я стоял в ванной комнате и рассматривал свой быстро краснеющий живот. Грязно выругавшись, я взял телефон и набрал номер, трубку взяли сразу же.

— Злат! Привет! — Поздоровался я. — Ну а что на дворе всего то третий час ночи, как раз время для вежливости. — У тебя есть что-нибудь от ожогов?

— Сейчас приеду. — Сообщила она мне пьяным голосом, и не соврала, уже через десять минут она была у меня на пороге, пьяная, босая в разорванном платье, она счастливо улыбалась.

Правда вот от ожогов у нее ничего не было, да это было и не важно, не так уж сильно я и ошпарился…

— Да блин! — Ведьма сидела на куне, завернувшись в полотенце и критически рассматривала свое не подлежащее восстановлению платье. — Это я со стола вчера навернулась. Когда Василиса уехала, нам скучно стало, мы пошли искать приключений, я в один кабинет заглянула, а там, короче два здоровых мужика, одну тетку, а вторая…

— Так избавь меня от подробностей, — перебил я ее.

— Да нет! — махнула она рукой. — Ты не понял, там все прилично было.

— Злат! Ну что может быть приличного в истории, которая начинается со слов «А там два здоровых мужика, одну тетку, а вторая им…»

— Ну. — Ведьма задумалась. — например, «А там два здоровых мужика, одну тетку кормят клубникой, а вторая им песню поет про полюшко-поле».

— Серьезно? — С сомнением посмотрел я на нее.

— Не! — отмахнулась она. — Все именно так было как ты подумал. Короче я решила, что мы с Ключницей там лишние будем, а вот в другом кабинете твои ребята оказались, волк воет, а остальные сидят, друг на друга смотрят с осторожностью и недоверием, короче мы к ним и завалились, а потом Варька приехала, сказала, что ты гад вообще. За это мы и пили. А потом я со стола упала и платье порвала.

— А шуба где? Туфли, или в чем ты там вчера приехала?

— Шуба в гардеробе осталась, — хмыкнула ведьма — Ты когда мне позвонил, я так обрадовалась. А Ключница провокаторша чертова и говорит, к такому парню можно и по снегу босиком бежать!

— В общем, отдохнули хорошо?

— А то! — подтвердила Злата. — Жаль там танцпола нет. А то бы еще лучше оторвались, представь, клуб, музыка грохочет и я в рваном платье страстно извиваюсь под нее? Да я бы сто драк за вечер могла спровоцировать, все мужики в клубе бились бы за мое пьяное внимание, чисто Колизей.

— Сомнительное какое-то удовольствие. — Хмыкнул я и налил чаю, чайник как раз вскипел.

— Я ведьма, Дим! — рассмеялась Злата. — Злодейство, секс и доставка неприятностей окружающим! Вот моя суть. Кстати, о сексе! Давай ка еще разок и вези меня в Институт, у меня там работа еще.

— Какая работа в субботу утром? — удивился я.

— Никакая, — честно призналась Злата. — Мне просто показалось, что ты западаешь на трудоголичек вот я и пытаюсь тебе понравиться.

В итоге, я отвез Злату в Институт, там же позавтракал и завалился в бассейн к Русе, вернее я просто завалился в бассейн, русалка просто была приятной декорацией.

Руся была сердита, я бы даже сказал, что она была зла, никогда ее не видел в таком состоянии, обычно веселая и непосредственная, сейчас она метала молнии.

— Гадина! Гадина! Гадина! — Русалка яростно хлопала ладошкой по воде. — Вот знала же, что от нее кроме пакостей ничего ждать не приходится.

— От кого? — Я сел рядышком.

— Да от Василисы этой. Вот! — она собрала свои роскошные волосы в пучок демонстрируя мне тонкую шейку и аккуратные ушки. — Смотри!

— Куда? — Не понял я.

— На уши смотри! Разве я ушастая? — Русалка крутилась демонстрирую себя со всех сторон.

— Нет. — Признался я. — У тебя очень красивые аккуратные ушки. Расскажи, что случилось то?

— Не могу. — Насупилась девушка. — Это сюрприз! Но она все равно гадина! Я ей отомщу! Еще не знаю как, но отомщу!

— Не отомстишь. — Мурлыкающий голос сзади заставил нас вздрогнуть. Кот Ученый. Как водится бесшумно подошел к нам и потерся о Русю, та сразу немного успокоилась. — Ты вообще обо всем забудешь через час. Натура у тебя такая. Не задумываться, не обижаться и не париться. Блондинка, одним словом. Счастливая! — Она сграбастала его в охапку и принялась яростно гладить надув губки. Кот подмигнул мне и не вырывался, давая девушке успокоиться.

— Что произошло то. — Спросил я его, когда Руся все же отпустила котика и прыгнула в бассейн, плавать она все же стала чуточку лучше.

— Ай не важно. — Кот помахал хвостом. — Это сюрприз! И я не буду его портить. Ты уже слышал, что ночью произошло? — Он уставился на меня не мигающим взглядом.

— Что именно? — Уклончиво спросил я. Этой ночью много чего произошло, вон я «отряд самообороны» почти разогнал, Злата со стола рухнула, причем эти две новости для народа в Институте имели примерно равное значение, про Злату даже, пожалуй, им было более интересно.

— Опять твои снежные волки вернулись. — Сообщил мне кот. — Но Соловьевичи их быстро утихомирили, какая-то летучая бригада, размазали за секунды. Говорят сабли у них были джедайские, пламенем прям горели, они их вжух-вжух и все, нет зверей зимы. — Эх знаю я, что там за сабли, перья жар птицы, наверняка. А я, пока, происходила вся самая интересная суета, делами перед полицейскими чинами тряс. Тьфу, скукотища, так все приключения мимо меня пройдут. — И понимаешь, что это значит? — Кот подмигнул мне, вот интересно, он, как и обычные коты, подмигивает и совершенно не ясно делает он это со значением или же просто так. — Через три дня, они снова вернутся. — Пояснил Ученый. — И надо уже решать, что с ними делать, а то убивают их конечно теперь лихо, но не факт, что в следующий раз они не достанут кого-то из горожан или наших.

— Надо! — Согласился я. — Только вот, сам я не знаю как с этим управиться, для меня природа этих тварей не понятна, а для того, чтобы ее выяснить, мне надо умереть.

— Умирать не вариант. — Мурлыкнул кот.

— Почему же. — Не согласился я с ним. — Именно этим я и собрался сегодня заняться. И в бассейн пришел, чтобы обмыться перед смертью.

Кот посмотрел на меня как на идиота и я, рассмеявшись рассказал ему свой план.

— Куда ты столько белладонны сыплешь? — Возмутился кот. — Нам надо его в кому отправить, а не на тот свет с гарантией.

— Не учи ученую. — Спокойно ответила ему Злата. — Я все делаю по схеме.

— Это ты то ученая? — Хмыкнул кот. — Это я Ученый, фамилия у меня такая и суть, а ты самоучка.

— Зато я в тапки никому не ссу. — Все так же не отвлекаясь от электронных весов парировала ведьма.

— Это не я был! Это Баюн. — Тут же ощетинился мой новый пушистый товарищ.

— Да конечно! — Тут уже Злата не выдержала и повернулась к коту. — Поссорились мы с тобой, а в тапки мне Баюн нагадил?

— Все так. — Кивнул своей черной как ночь головой Ученый. — Я его попросил, он сделал, но технически то это был он! У меня докторских степеней столько, сколько у тебя любовников за жизнь было. Мне по статусу не положено в тапки гадить. Да куда ты еще больше то сыпешь? — Он страшно округлил глаза.

— Да отстань ты. — Не выдержала ведьма. — Я все по схеме делаю, по весу.

— Так ты его в одежде взвешивала! — Кот встал между мной и ведьмой. — Там одних ботинок пол кило и трусы мокрые!

Ну да, к Злате мы завалились прямо из бассейна, я как был в трусах, так и пришел, только ботинки надел, помимо нас в лаборатории ведьмы присутствовала еще Василиса и Кощей, что стало для меня неожиданностью, сам директор института явился отправить меня на тот свет, причем вовсе не за то, что я сплю с его женой, а из научного интереса.

— А! — Злата остановилась и осмотрела меня. — Ты прав, блохастый! Дима! Снимай трусы и пошли по новой взвешиваться!

Это шоу я наблюдал уже с пол часа, препирательства, взаимные уколы и подколы, ведьма с черным котом умудрялись как-то очень гармонично оскорблять друг друга, причем делали это беззлобно и весело, а еще, он ведь и вправду ей давал дельные советы, и возможно даже за эти пол часа раза три уже спас мне жизнь.

Меня снова взвесили и Злата вновь приступила к приготовлению зелья.

— Дим! А ты уверен? — Внезапно спросила Василиса. — Ну погоняем мы этих тварей до весны, подумаешь, раз в три дня на них охотиться, а там с наступлением тепла, глядишь, Яга сама вернется?

— Уверен. — Кивнул я. — Временные меры всегда дают сбой, мы не можем себе позволить новых жертв, и так ситуация не слишком хорошая в городе, а тут еще эти…

— Одобряю! — Вмешался Кощей, — Все ради дела, все ради Института, это правильный подход. Он приведет тебя к успеху.

Ага, в могилу такой подход меня приведет, вот и зачем он влез, сколько раз в этой жизни я уже слышал этот пафосный бред, мол отдай нам все ради высшей цели, мы это все заберем, а ты дальше иди лесом. Выкладывайся на работе по полной, забыв про сон и отдых, а потом, когда не сможешь больше пахать, мы пнем тебя на улицу, забыв о прежних заслугах. Паршивый это подход, не правильный, но я сейчас шел на это не ради Института, я шел на это ради спасения жизней. Жизней тех, кого еще могут порвать снежные волки, жизней тех, кто пострадает, если город, напуганный убийствами, пойдет громить Институт. Да даже ради своей жизни. Меня то точно не пощадят, Орлов был прав, я для них, предатель своего вида, переметнувшийся на сторону этих пафосных не настоящих существ.

— Ну все! — Злата подала мне пузырек. — Вроде все правильно!

— Вроде… — Хихикнул кот, вот его судя по внешнему виду вовсе не волновало, выживу я или нет, но на самом деле, я знал, что он тоже беспокоится, иначе бы не пришел со мной сюда.

Я принял пузырек из рук ведьмы и не раздумывая опрокинул его себе в рот.

Секунда и меня скрючило, я упал на пол и забился в судорогах, зрение померкло, слух обострился, тело скручивало, а потом меня вырвало болью иначе и не сказать…

Серая равнина, покрытая густым ковылем, я провел ладонью по траве, запаха которой не ощущал, улыбнулся и уселся на землю.

Итак, что я сделал в этой жизни хорошего? Да ничего! Жизнь прожита впустую, ни семьи, ни друзей, уйду и никто меня не вспомнит. Хотя нет… Друзья есть, подруги, а подруги ли они? Я же со всеми ними сплю, кроме Варьки… И Риммы… И Руси…

— То есть, — Яра присела рядом со мной. — Ты не трахнул только малолетку, рыбу и тетку, от секса с которой, проблем больше, чем удовольствия? Молодец ничего не скажешь, я ему тут верность храню, а он там… Погоди! — Глаза ее округлились. — В смысле, ты и с Василисой? Дим ты совсем дурак? Может тебя уже тут оставить? Ну а что, здесь хоть боли не будет. Поднатаскаю тебя в вопросах самооценки и пойдешь ты в рай с чистой совестью и целой задницей. Ты представляешь, что Кощей с тобой сделает?

— Нельзя мне в рай. — Отмахнулся я. — У меня там снежные волки людей жрут, а я в рай.

— Сколько их? — Внезапно Яра стала серьезной.

— Трое.

— Много. — Нахмурилась она. — Даже одного много, а тут трое.

— Да чего в них страшного то? — Возмутился я. — Мы их вон уже дважды на тот свет отправляли.

— Нет для них того света. — Яра ласково потрепала меня по волосам. — Они в зиме живут, пока зима есть, и они будут. И души убитых ими, они отправляются не сюда, не в навь или правь, они теперь зиме принадлежат, им теперь вечно в стуже мучаться у престола Мораны. Самой богини нет, а престол ее есть. Я поэтому и укрылась, даже мне спасения от них нет.

— А как справиться с ними?

— Никак. — Пожала плечами девушка. — Это было оружие судного дня, от него спасения нет. Морана создала тогда три ледяных яйца, в которых и жили звери. И спрятала их в своей стуже. Морану убили, со временем ее стужа исчезла, яйца растаяли и вот, звери вышли на охоту. Я надеялась, что они не найдут нас здесь, все же далеко мы с Андреем забрались, но нет, вот они, воют в ночи…

— Погоди отчаиваться. — Я обнял ее за плечи, и девушка прижалась ко мне. — Теперь, когда я выторговал нам с тобой возможность встречаться, умирать было бы глупо.

— Выторговал? — Удивленно приподняла бровь Яра. — И Василиса на это пошла? Да в жизни не поверю, тем более теперь, когда она тебя наверняка своим считает.

— Выторговал. — Уверенно кивнул я. — Я им Институт спас, им некуда было деваться.

— Аааа. — Понимающе протянула девушка. — Та история с Горохом, я была уверена, что ты что-то поинтереснее попросишь, яблок молодильных мешок, или миллион долларов, или вторую жизнь, это, кстати решило бы твой вопрос с поисками Бельского, даже если б ты его не нашел, тебя бы конечно убили, но вторая то жизнь осталась бы.

— Ого, а что, такая штука есть?

— Есть, — Кивнула девушка. — Сердечко пиксельное, его Костя в игре про Марио подсмотрел, и представляешь, получилось, сил правда на его изготовление уходит масса, но, по сути, такая штука существует. Правда одно неудобство, короче, чтобы оно сработало на него надо задницей прыгать…

— Да ладно! — Рассмеялся я. — Ну врешь же.

— Вру, — Согласилась Яра. — Жизнь она одна, и так живая вода баланс сильно нарушает, а тут, дополнительная жизнь…

— Жаль! Но история хорошая. — Хмыкнул я. — Но вообще то, меня сюда занесло не байки слушать. Те звери. Расскажи все, что знаешь.

— Да я мало что знаю. — Девушка встала и отряхнула подол платья от невидимой пыли. — Яйца эти, были сложным артефактом. На моей памяти, такие могла только Морана и Бельский творить. Это вроде как предмет, но с живым существом внутри. Вот, собственно, и все. Прости, что не смогла помочь.

— Смогла. — Я задумался. Мое колечко со строителями виртуозами как раз артефакт такого же типа, надо будет поговорить с ними, выяснить все.

— Ну а раз смогла… — Яра прижалась ко мне всем телом. — Поцелуй меня! Я очень скучаю по тебе. — Я заглянул ей в глаза и впился в губы девушки. Мир вспыхнул, и я вскочил с холодного пола.

— Ну вот! — Самодовольно заявил кот. — А вы все, «Что мы теперь с трупом делать будем? Что мы теперь с трупом делать будем?»

Глава 17

До дома я доехал еле-еле, дорога на тот свет и обратно вымотала меня неимоверно, Василиса даже требовала, чтобы я на ночь остался в Институте, но я отказался, не знаю почему, но мне там неуютно, хотя, может быть если бы я остался у Марьи… но нет, душа просилась домой.

Припарковавшись у подъезда, я застал Римму, что было очень странно, девушка обычно все время проводила у себя в мастерской, встретить ее тут, было редкостью.

Сейчас хрупкая девчушка, выгружала из багажника старого УАЗа, здоровую коробку, и ведь там этих коробок было еще пять. Я вздохнул, и переборов усталость подошел к ней.

— Привет! Давай помогу. — Девушка ойкнула от неожиданности и с испугом уставилась на меня, чуть не уронив свою ношу. Я вовремя подхватил коробку и радостно ей улыбнулся. Коробка и вправду оказалась тяжелой, что у нее там? Кирпичи.

— Что у тебя там? Кирпичи? — Не замедлил я озвучить свою мысль.

— Там это… Подарки новогодние. — Она смутилась еще сильнее. — Вот, меня попросили забрать и у себя оставить до нового года.

Я крякнул, потребовал поставить на первую коробку еще одну и направился к подъезду, вот все же плохо, что у нас лифта нет, вроде всего пять этажей, но таскать тяжести по лестницам очень неприятно.

В итоге я перенес все коробки, несмотря на усталость. Сгрузив все в коридоре я осмотрелся, квартира у Риммы была пусть и меньше моей, но какая-то уютная, женская, в нужных местах картины, цветастые шторы и какая-то аккуратность, какой мне никогда не добиться сколько бы я не прибирался.

— Может чаю? — С улыбкой спросила девушка, разуваясь. — У меня вкусный, еще деда Фрол по осени мне собирал. — Надо же, а меня леший чаем не угощал, впрочем, мне грех жаловаться, он мне и так много хорошего сделал, за время знакомства.

— Не откажусь. — Внезапно для самого себя согласился я. Мозг то рвался домой, а вот язык ляпнул то, чего не хотел.

— Хорошо! Проходите… В смысле проходи на кухню, я сейчас быстренько переоденусь и приду. Она юркнула в одну из двух комнат и закрыла за собой дверь, мне же ничего не оставалось, как раздеться и пройти на такую же чистенькую и аккуратную кухоньку.

Я хозяйским жестом включил чайник и сел рядом с окном вглядываясь в наступающую ночь. У Риммы окна выходили на другую сторону дома, и я с удовольствием разглядывал не привычный пейзаж хоть и со знакомыми людьми. Вот тетка из второго подъезда выгуливает своего относительно породистого кобеля, вот с работы спешит дядька, с которым мы боремся за парковочное место, он как раз заруливает во двор, сейчас он обрадуется, увидев, что я приехал раньше него и поставил своё авто чуть удобнее. Я ехидно ухмыльнулся, наша молчаливое соперничество длится уже полтора месяца с переменным успехом.

— О! Ты чайник включил. Молодец! — Римма переоделась в домашние трико и мешковатую футболку и стала почему-то чувствовать себя гораздо увереннее. — У меня пирожки вчерашние есть и булочки, будешь?

— А то! — Обрадовался я. В Институте мне есть не хотелось. Вообще, когда я вернулся из серой степи, мне хотелось только спать, а теперь, я почувствовал просто зверский голод.

— К сожалению свежих я не напекла… — Оправдывалась девушка, глядя как я закидываю в себя вовсе еще не черствую выпечку. Я, наверное, сейчас напоминал волка, точно так же запихивая пирожки в пасть.

— А ну да! — Ухмыльнулся я. — Ты же вчера с нашими отдыхала. Кстати, как прошло? Они тебя не обижали? Вели себя прилично?

— Вполне. — Рассмеялась девушка. — Чуть развязно, конечно, но в рамках, правда потом пришла Злата и рамки очень расширились, тебе бы понравилась. — Она смерила меня веселым взглядом. — Помнится, ты тоже большой поклонник плясок на столе. — Пришла моя очередь густо краснеть.

— Ты это… — Выдавил я из себя. — Если они чего лишнего себе будут позволять, сразу мне говори.

— Дим! — Рассмеялась Римма. — Чем они меня удивить таким могут? Ты думаешь, это вы придумали закусывать текилу слизывая соль с груди девушки? Или в карты на раздевание играть? Или пошлые фанты? — Ого вот значит, как, а я с ними только текилу пил… Прогрессируют мерзавцы. — Я в этот мир пришла раньше Златы, раньше Ключницы, у тебя не так много знакомых, кто старше меня. Я летних балов видела уже штук пятнадцать. Так что, ни чем меня удивить твоим ребятам. Главное руки не распускают особо, а остальное. — Она мне подмигнула. — Я такое уже видела.

— Однако… — Пробормотал я себе под нос.

— Но ты не подумай. — Она внезапно осеклась и снова покраснела. — Сама я ни в чем таком не участвую. Я скромная очень, мне обычно не слишком комфортно в таких компаниях, но вы вроде хорошие, так что… — Она лучезарно улыбнулась. — Я с вами! И отсюда вопрос! Скажи, а у Витали, кто-нибудь есть?

Так мы с ней и трепались где-то с час, после чего девушка велела мне подождать, упорхнула в комнату и через минут двадцать вернулась, держа в руках, большой плоский сверток.

— Вот! — Она протянула мне его. — Подарок на Новый Год. Только обещай не открывать до полуночи тридцать первого! Это сюрприз, причем не только от меня!

— Ой. — Смутился я. — А мне тебе и подарить нечего. — Она рассмеялась заливисто и искренне.

— Дим! — Утерла слезы девушка. — Благодаря тебе у меня есть мастерская, ты мне дал денег на эту квартиру, даже с компанией, в которой я провожу время, я познакомилась из-за тебя! В общем ты мне можешь не дарить подарки на новый год и день рождения… — Она показательно задумалась, поглаживая подбородок тонкими пальчиками. — Наверное еще лет пятьсот!

Я рассмеялся и внезапно для себя порывисто обнял ее, девчонка пискнула, но не отстранилась и не оттолкнула меня.

— Надеюсь в следующий раз ты не убежишь по делам и затусишь с нами. — Она подмигнула мне на прощание, и я с довольной улыбкой и нелепым свертком остался на площадке.

Черт, а она ведь права, Новый Год! Он ведь уже через полторы недели. Интересно его в Институте как-то отмечают? Корпоратив там, вроде бы нет, помнится у них гулянка только на летний бал. Надо будет это исправить! Тем более, что у меня теперь клуб есть, не большой, но все же. Приглашу всех знакомых. Это и будет мой им подарок.

Я покрутил в руках сверток, нет открывать не буду, обещал ведь! Хотя и чертовски интересно, что там внутри. Зайдя в свою рабочую квартиру на третьем этаже, я положил подарок на стол и наконец то отправился к себе, спать.

В итоге я проспал почти до вечера воскресенья, удивительно, но никто меня не потревожил, не вломился ко мне, хотя может и вломился, просто я не проснулся.

Взяв в руки телефон, я убедился, что никому не нужен, да что же это такое, неужели, теперь, когда я перестал быть полицейским, я стал не востребован? Ну что же, может оно и к лучшему, спокойствие и умиротворение, настроят меня наконец на поиски Бельского…

На кухне меня ждала кастрюлька с тушеным мясом, интересно птицы постарались, или же кто-то все же заезжал. Зачерпнув ложку ароматного соуса, я попробовал, нет, чуть отдает пригарками, значит птицы, у Марьи блюдо получилось бы идеальным, а остальные не стали бы заморачиваться с готовкой. С удовольствием употребив пищу, я довольный и сытый откинулся на стуле.

Мою идиллию прервал телефонный звонок, номер был не знакомый и я уже приготовился ругаться с очередными рекламщиками.

— Ало? — В трубку шептали, интересно, это новый маркетинговый ход, мне станут кредит тайно предлагать, голос был женский и смутно знакомый, к тому же на заднем плане раздавалось хихиканье и еще более тихий шепоток. — Дмитрий Здравствуйте. Это Ирина Анохина…

— Кто? — Не понял я. Что за странная фамилия? Интересно она Кощеевна или Андреевна?

— Ну невестка Петра Евграфовича. Мы в клубе встречались… — А! Теперь я понял, это одна из тех дам, которые вчера обеспечивали компанию моим парням.

— Да Ирина. Добрый вечер. — Я был само дружелюбие, ну а что, дамы доказали свою пользу, помогали мне уже второй раз, причем не стеснялись дел мрачных и тайных. — Чем я могу Вам помочь?

— У нас просьба, ну не совсем обычная. — Замямлила женщина, и я напрягся. Ловушка? Последний шанс отряда самообороны нанести удар. — Вы бы не могли нам дать телефон Феди или Валеры?

— Чьи? — Не понял я.

— Ну тех двоих ребят, с которыми Вы нас в пятницу познакомили. — Я едва не подавился смехом, покорили значит молодцы сердце девичье, а судя по хихиканью и шепотку на заднем плане, обоих девиц.

— К сожалению. — Я прокашлялся. — У них нет телефона, но в принципе, Вы можете договориться о встрече через меня… — Мне почему-то казалось, что парни будут только за, к тому же, будет формальный повод их вызвать и порасспросить про природу их кольца.

В итоге, я договорился с дамами, что передам ребятам всю информацию и повесил трубку, главное, теперь, чтобы эти встречи не стали регулярными и меня не принялись использовать как связного, отвлекая от работы.

Я перебросил кольцо с пальца на палец и передо мной тут же возникли двое молодцев.

— Хозяин? — Лучезарно улыбнулся мне говорливый, кто он, Федя или Валера я не знал, я вообще забыл, что их так зовут. Я и имен теток то этих не помнил. Старость, наверное. Возраст берет своё и первым теряется способность запоминать не важные имена.

— Так! Для начала. — И я пересказал им суть состоявшегося только что разговора. — В принципе, для встреч можете использовать квартиру на третьем этаже, главное не пускайте никого в ту комнату, где у меня кабинет организован, а так, двух комнат вам хватить должно. И еще одно! Те дамы. — Именовать их девушками у меня язык не поворачивался, мне вообще не нравилось, что в нашем обществе к любой особи женского пола принято обращаться, «девушка», до абсурда же доходит, едешь в автобусе, «девушка, передайте за проезд», а той «девушке», на вид, лет сто пятьдесят и собственно девушкой она перестала быть в далеком семнадцатом году с революционным матросом с фрегата «Смелый», но нет все равно, «девушка». Есть же нормальное обращение, «женщина», это и звучит солидно и показатель статуса, женщина, это состоявшаяся в жизни дама, она успешна, у нее семья, карьера, у нее жизнь удалась, а «девушка», это малолетка босоногая, которая соплю по щеке кулаком вытирает, и домашку ленится делать, но нет, слово «женщина» у нас чуть ли не оскорбление. — В общем, те дамы, они замужние.

— Мы знаем. — Кивнул говорливый. — Но это ничего, мы не привередливые.

— Да я про то, что не спалитесь! — Усмехнулся я, не привередливые они. — А теперь ребята, расскажите-ка мне, про колечко свое? И, знаете ли, про подобные артефакты.

А не знали они ничего, вот в буквальном смысле, вообще жизнь у парней была скучной, они существовали только тогда, когда их вызывали из кольца. И как следствие, в мир этот являлись только по моему зову и один единственный раз по зову Бельского, все остальное время они пребывали в… нигде… Они просто не существовали.

— Хммм. — Задумался я. — Перестаете существовать, что-то знакомое… — Я потер подбородок. Мысль витала вот прямо где-то рядышком, но я не мог поймать ее за хвост.

— От нас еще что-то надо? — Прервал мои размышления говорливый. — Если нет, то мы бы тогда к Ире с Леной смотались, ну и дело нам надо поручить.

— Не. — Отмахнулся я. — Валите давайте к своим красавицам. А дело. Ну как закончите, приберитесь за собой, мусор вынесите, комнату там проветрите, главное ко мне больше среди ночи не заявляйтесь!

— Будет исполнено. — Парни радостно отдали честь и исчезли.

Я же еще походил из угла в угол, пытаясь понять, что же мне напомнили слова парней, в итоге плюнул, и взяв телефон набрал Варьку, вместе то оно и думается лучше и вообще, чего это она там пребывает в безмятежности. Пусть тоже головоломку решает.

— Руки! — Требовательно одернула меня Василиса и я убрал ладонь с ее бедра. — Дим! Ну честное слово, а! Мы едем общаться с очень важными людьми, с главными в Караваеве, а у тебя все мыли только об одном.

— Ну да! — Я положил ладонь обратно. — Я сделал свой выбор, думать о тех жирных котах, что управляют городом мне вообще не интересно, ну и что, что они все из себя властные, мне до них вообще дела нет. Мы живем с ними в разных мирах, словно на расстоянии сотни миллионов световых лет, а твоя коленка, она вот она. Она близкая, теплая и родная.

— Пока ты меня за коленку трогал, я и слова не говорила. — Возмутилась в ответ Василиса. — А мне, для разговора, с этими, как ты выразился, «жирными котами» настрой нужен. Да куда ты ладошку убираешь, пусть уже лежит, где лежала! — Она глубоко вздохнула. — Там дядьки прожжённые, они своего не упустят, так что надо их прижать к стенке сходу.

Черный тонированный Майбах, очередная новая машинка Василисы, припарковался перед зданием администрации. Василиса собрала совещание прямо с утра в понедельник, буквально потребовала, чтобы тут присутствовали все, от мэра Караваева, которого я, между прочим, за все это время не видел, не слышал и даже не знал, как зовут, до самого распоследнего подрядчика, занимавшегося уборкой улиц, сюда же пригласили и руководство фабрик и заводов, что были в собственности Института.

— Ну! — Василиса глубоко вдохнула, затем медленно выдохнула. — С богом!

— Сами справимся. — Перебил я ее, вылез из машины и оббежав вокруг, открыл дверь девушке, не нужный галантный жест, зато его увидели все и теперь меня будут воспринимать, как простого секретаря, шустрилу при хозяйке, а мне это на руку, меньше внимания к моей скромной персоне.

Такое количество народа не поместилось в зал для совещаний, и решено было собраться в актовом зале, эдакий пережиток советской эпохи, никто не знал, зачем они нужны в наше время, не было больше таких массовых собраний, не выступали коллективы, занимавшиеся художественной самодеятельностью, но все же, при проектировании здания администрации, актовый зал запланировали и даже построили.

На небольшой сцене стояли столы, за которыми сидели «лучшие люди» мэр, министры, главные подрядчики, я пробежался взглядом гадая, где тот человек, который в Караваеве дороги строит, по моему представлению, это должен был быть человек в золотом пиджаке, усыпанном бриллиантами, но такого вроде не наблюдалось.

Чиновники поменьше расположились в зале, и сейчас явно скучали, бездельничали либо же занимались своими чиновничьими делами, вроде раскладывания пасьянса на смартфоне.

Когда Василиса вышла на сцену, зал затих, вот он тот самый эффект, который производит очень красивая женщина. Я шел за ней незаметной тенью и не отсвечивал.

Супруга директора института, не здороваясь подошла к столу и взяла микрофон.

— Вы, наверное, гадаете зачем я тут сегодня вас собрала? — Голос ее прогремел над затихшим залом, все взгляды устремились на нее, холодную, красивую, чрезвычайно эффектную в дорогом брючном костюме. Принцесса! Нет не принцесса! Королевна! — А я вам отвечу. Я собрала вас всех чтобы задать один единственный вопрос. Задать его каждому! И знаете, что это за вопрос? Это вопрос, «За что?» — Она замолчала и обвела зал взглядом.

Минуту длилось молчание, которое все же решился прервать мэр, он склонился к микрофону.

— Василиса Андреевна. Поясните пожалуйста.

— С удовольствием. — Холодно улыбнулась ему девушка. — Когда Институт пришел в Караваев, этот город был дырой! Самой настоящей дырой, разваливающиеся бараки, алкоголизм, безнадега. Вы помните? — Она снова не обращалась ни к кому конкретному, она разговаривала со всеми разом, и многие молча кивнули. — Мы отстроили этот город заново! Сейчас, в Караваеве всего два здания старой постройки, это вокзал и отдел полиции. Новые дома, комфортабельные квартиры.

— Дороги! — Подсказал я.

— Дороги! — Согласно кивнула девушка. — Причем напоминаю, в новые квартиры люди переехали совершенно бесплатно! Им выдали их взамен комнат в гнилых бараках. Не торгуясь, не выкраивая своей выгоды. Мы просто дали это. Кроме того, мы открыли производства, мы отремонтировали дороги, районные поселки, мы так же отстроили заново. Фермы и хозяйства, получили беспроцентные кредиты на развитие. И теперь, после всего этого, я задаю вам свой вопрос. За что?

— Василиса Андреевна, я думаю, что выражу общее мнение, сказав, что не вполне Вас понимаю. — Снова вмешался мэр.

— Да все вы понимаете, — Скривилась девушка. — Разговоры в кулуарах, тихий шепот, подначивания, пьяные обсуждения. Мы все это терпели до тех пор, пока это не наносило вреда. Теперь же, один из вас создал группировку, натуральное банд формирование, цель которого убивать нас! Убивать людей… Или как вы там говорите? Существ! От которых вы не видели ничего кроме добра. — Ну тут она лукавила. За период моей службы в полиции, я для себя уяснил, что куролесят в городе отнюдь не одни горожане, институтские тоже чудили будь здоров, так что насчет «только добра», это сейчас Василиса перегибала. Как по мне, так вклад институтских и городских в преступность города был примерно одинаков. — В пятницу, они совершили покушение на меня! Лично на меня! Погромщики вломились в заведение, где я отдыхала с подругами. Естественно, я заинтересовалась этим фактом и выяснила, что это была банда организованная одним из чиновников города. — Тут она лукавила, не был он чиновником, он был депутатом, а на эту должность любой дурак мог пробиться, лишь бы деньги были. — И вот у меня возник этот вопрос. Мы мало вам давали? Мы били с вами грубы или безжалостны? Нет! Но нашу доброту и щедрость вы восприняли за слабость! Поэтому сегодня, я собрала вас тут, чтобы сообщит. Отныне все поменяется! Город больше не получит от Института ни копейки сверх положенных налогов. — Глаза мэра и всех чиновников округлились. — Мы закрываем наши заводы, сворачиваем производства и вывозим их в Томск, естественно, все сотрудники будут сокращены по закону, получив два месячных оклада, но больше, вы не увидите ни копейки! Все! Я закончила! А теперь! Прощайте!

Она развернулась на каблуках и гордо ушла со сцены, я суетливо бежал за ней.

— Не слишком ли? — Спросил я, когда мы сели обратно в машину.

— Не. — Отмахнулась девушка. — Естественно, ничего такого мы делать не станем, Костя как увидел смету на строительство объездной, так сказал, что надо мириться. Я просто их пугала, будь уверен, уже через час, к нам явится делегация, то, что я сейчас им обозначила, это смерть для города. Даже если бы мы продолжали ремонтировать жилье и дороги, закрытие заводов и фабрик, это смерть. Людям просто негде будет брать деньги, и всю эту братию в дорогих пиджаках поднимут на вилы, причем в прямом смысле этого слова. Вот! — Она достала из сумочки яростно вибрирующий смартфон. — Не прошло и пяти минут, уже звонок от директора одного из заводов. Эти самые хваткие, они реалисты, им лозунги не важны, им надо людей работой обеспечивать!

Трубку она не сняла, просто положила телефон обратно в сумочку.

— Тебя куда? Домой? В отдел? Или может со мной в Институт? Хочешь посмотреть на ползающих на коленях чиновников. — Я не отвечал, я неотрывно смотрел на ее сумочку в которой не успокаивался несчастный телефон. — Эй! — Василиса пощелкала пальцами перед моим лицом. — Ты чего?

— Я того… — Пробормотал я себе под нос. — Я совсем того! В Институт, Василис! Вези меня как можно быстрее в Институт. Я понял, что нам делать с этими чертовыми зверьми!

Майбах взревел мощным двигателем и с пробуксовкой рванул с места.

Ну конечно! Вот оно! То самое!

Звери вышли из артефакта, живое из не живого. Те самые ледяные яйца, из которых они вылупились были уничтожены, но что нам мешает создать им артефакт на замену, новую клетку.

А мысль эту я сумел ухватить, глядя на сумочку Василисы, ведь мне не так давно Злата рассказывала, как пыталась пронести любовника в своей чудо сумке, а тот просто пропал. Та же и с этими тварями! Мы загоним их в мешок и утопим, как котят. Нет, о чем это я говорю, котят топить плохо, котят топить нельзя!

Глава 18

— Дим! Вот скажи мне, какого хрена? — Мы с Варькой стояли, обнявшись на тротуаре, и со стороны выглядели, наверное, влюбленной парочкой. На деле же, она просто замерзла как собака и сейчас засунув руки мне под одежду отогревалась. — Вот что ты тут забыл? Как будто мало соловьевичей. Богатырей этих отмороженный вон тоже на улицу вывели. Ты тут зачем?

— Контролирую! — Я насупил брови и огляделся вокруг, в радиусе двухсот метров от нас я видел троих соловьевичей, казалось их вообще всех сегодня выгнали на улицы, все же Караваев, пусть и маленький городок, но, чтобы полностью перекрыть его патрулями, народу нужно было просто немеряно. — К тому же, если бы меня тут не было, ты бы замерзла.

— Если бы тебя тут не было, я бы сидела в машине и контролировала ход операции оттуда, но нет, стою тут, задницу морожу…

— Сейчас погреем! — Я схватил ее ладонями за ягодицы, и даже зажмурился в ожидании удара или хотя бы недовольного вопля.

— Можешь не стараться, там все уже застыло и чувствительность пропала. — Усмехнулась Варька. — Как думаешь? Сработает?

— Посмотрим. — Пожал я плечами. — Если мять сильнее, то кровообращение улучшится, и чувствительность вернется.

— Дурак! — Надула губки девушка. — Я про ловушки эти твои.

— Поймать бурю в мешок. — Пожал я плечами. — Это как в сказке, а институт специализируется на всем сказочном. Так что, вполне может быть. Ты если сильно замерзла, или и вправду в машину, я-то, благодаря Марье одет тепло…

— Ага. — Недовольно скривилась моя напарница. — Как только я отойду, тут то и произойдет все самое интересное! Тебя хлебом не корми, дай в одиночку учудить, что-нибудь эдакое.

— Да не собираюсь я ничего творить. — Рассмеялся я. — Говорю же, просто контролирую! У меня вон даже пёрышко, самое что ни есть мелкое. — Я вытащил из кармана маленький футляр, сдвинул флажок и из него вырвалось пламя. С виду и вправду напоминало чем-то световой меч из звездных воинов, опять же эту штуку изобрели Емели, только в отличии от прошлого опыта, в этот раз у них получилось. Ребята просто засунули перья в огнеупорные коробочки с регулятором. И теперь приоткрыв клапан, из этой самой коробки начинало бить пламя, сила пламени зависела от размера пера, вот только, таким вот маленьким перышкам, как досталось мне, требовалась перезарядка.

— Теплооо! — Прошипела Варька, пытаясь держаться поближе к факелу, бившему из моей ладони. — Но лучше спрячь его, не трать энергию, вдруг и вправду пригодится.

— Как у тебя в коллективе дела? — Поинтересовался я больше из вежливости. — Я прекрасно знал, что у них там все хорошо, и тешил себя надеждой, что это вовсе не потому, что теперь с ними нет меня.

— Да отлично! — Вздохнула Варька. — Ты был прав, разбавив мужской коллектив еще одной женщиной, я решила проблему томных вздохов в свой адрес. Да и вообще, компания стала больше. Римма вон с нами теперь гуляет, Злата…

— Римма на Витальку запала. — Зачем-то сообщил я ей.

— Зря. — Пожала плечами девушка. — Виталик парень со всех сторон положительный, но какой то не счастливый, то за мной бегал без шансов на взаимность, теперь вот за Златой, а та вообще вариант сомнительный со всех сторон. Я его понять то конечно могу, у него с ней лучший в его жизни секс, но он для нее, как фастфуд. Удовлетворить потребность и бежать дальше. Если бы он хоть в плане карьеры был перспективен, тогда быть может, а так… Лучше бы и вправду с Риммой замутил, она девчонка хорошая.

— Хорошая. — Согласился я. — Ты там за ней присмотри, чтобы наши не обидели.

— Еще один! — Варвара закатила глаза. — Ты, наверное, уже десятый, кто мне эти слова говорит и первой была Василиса! Вы поймите уже, она несмотря на свой внешний вид наивной хрупкой девочки, взрослая девка, она сама может о себе позаботиться, — Она секунду смотрела на меня. — Но я присмотрю!

— Я тут еще вот о чем подумал. — Варвара начала переминаться с ноги на ногу, видимо совсем замерзла. — Новый год всей нашей компанией в клубе будем отмечать, позовем всех желающих и будем надеяться, что места хватит.

— Это само собой. — Согласилась она. — Не зря ж ты его купил. Блин, Дим, я, наверное, в машину пойду, совсем холодно что-то стало, не могу больше.

— Сейчас согреешься. — Сообщил я ей мрачно и кивнул на не естественно быстро сгущающиеся тучи.

— Вот! — Торжествующе вскрикнула девушка. — А я тебе говорила! Говорила же! Ты просто обязан угодить в самую глубокую задницу из всех возможных!

— Готовься давай! — Выкрикнул я, отстраняя девушку себе за спину.

Усилившийся ветер, тем временем начал страшно завывать, поднимая и закручивая хлопья снега, свет уличных фонарей практически померк в этом внезапном урагане. Я сделал два шага назад, так, чтобы упереться спиной в стену, вернее уперся то я в мягкую теплую Варвару, но та быстро вывернулась и встала со мной рядышком, так же достав свой «огненный меч».

— Перо пока не используй. — Приказал я. — Еще нам не хватало напугать этих тварей. Мы с тобой сейчас должны выглядеть предельно беззащитными и уязвимыми. Поняла?

— Да знаю я! — Варвара была сосредоточена, и куда девалась та замёрзшая трясущаяся девчушка, которая только что грелась об меня. — Уже раз сто повторил и мне и всем остальным.

Где-то вдалеке полыхнул огонь, его было практически не видно из-за метели, и тут же со всех сторон раздался заунывный вой. Вроде как это был вой ветра, но очень уж он напоминал волчий.

— Черт! — Кивнул я в сторону пламени. — А ты говоришь, «повторял». Эти бараны не слушали.

— Может быть у них шанса другого не оставалось вот и использовали перо. — Принялась оправдывать Варвара неизвестного нарушителя приказа.

— Надеюсь! — Буркнул я. — А то не хотелось бы еще три дня ждать, пока они вернутся…

Повозмущаться мне не дали, в пурге мелькнул знакомый силуэт и горящие глаза вперились прямо в меня. Вот что странно, как раз эти пламенеющие глаза меня и успокоили, то, что было призвано внушать страх, наоборот придавали происходящему ощущение нереальности, в жизни глаза хищников никогда не светятся, все это выдумки криптозоологов и производителей бесчисленного множества фильмов ужасов, мои инстинкты воспитанные сотнями поколений хомо сапиенсов просто отказывались верить в то, что это существо реальный хищник, вот если бы от этих глаз просто отражался свет, как у кошек, тогда да, а тут. Словно ему в череп светодиодный фонарик засунули.

Впрочем, зверь зарычал, и я тут же поменял свое мнение, рык был настоящим, жутким, он оскалил свои страшные клыки и начал медленно приближаться по дуге, стараясь зайти к нам с боку, причем с Варвариной стороны, она казалась ему менее опасной добычей, глупый песик!

Я снова переместился, вставая между ним и Варварой, хищник ощерился еще сильнее, и из его пасти закапала слюна, вернее, она ледяными кристаллами падала на снег.

Зверь приготовился к прыжку поджав лапы, я же в этот момент вытащил из кармана заранее приготовленный мешок.

— Ну же! Тварь! — Заорал я на волка, и тот прыгнул. Одновременно с прыжком монстра, я услышал новый рык, раздавшийся у меня из-за спины. Твою мать! Их двое! Они окружили нас, пока один отвлекал, второй зашел с другой стороны Черт! Черт! Черт! Надеюсь, Варька сориентируется и успеет среагировать, потому что, у меня на вторую тварь точно времени нет.

Мысли пронеслись в моей голове за одно мгновение, то самое, которое потребовалось хищнику, чтобы оторваться от земли, я сделал резкий взмах рукой и передо мной развезся зев мешка, и не просто мешка, а специального, метров пять в диаметре. Я еще заметил непонимание во взгляде снежного волка, когда он со всего маху влетел в него и в то же мгновение, мешок закрылся и сам собой завязался на узелок.

За моей спиной возмущенно взвыли, второй хищник все видел, и сейчас своим воем высказывал нам свое возмущение, с его точки зрения, это было не честно.

Я развернулся к нему и увидел, что он отступает, а ему на встречу с невероятной скоростью тянутся черные нити Варвариных волос. Девушка, как и я за секунду до этого, держала в руках мешок, аналогичный моему.

Волк оценил ситуацию, злобно рыкнул и развернувшись к нам спиной рванул проч.

— Твою мать! — Закричал я. — Он убегает! Он оценил ситуацию и теперь пытается свалить.

Метель после поимки одного из зверей и бегства второго начала утихать, но видимость все еще была нулевая.

— Нет! — дернула меня за рукав Варька и проорала на ухо. — Смотри, он возвращается.

И правда, в снежной круговерти показался силуэт несшегося во весь опор зверя, вот только глаза его не светились. Мы уже даже приготовились кидать перед ним мешок, как Варвара заорала, «Нет!» и перед нами из снежной бури выскочил волк, только не снежный, а наш, пирожколюбивый.

— Одного завалили! — Крикнул он нам. — По нелепости. Он когда увидел мешки, сам кинулся на огонь, мы ничего не могли поделать.

— Да и черт с ним! — Перебил я его. — Иди ка сюда, мой верный конь, мы отправляемся в погоню.

Я ухватил серого за ухо и не давая ему шанса со мной поспорить взгромоздился ему на спину.

— Туда! — Я указал ему направление куда сбежал второй зверь. — Скачи быстрее ветра. Он не должен уйти. — Варька тоже пыталась забраться на волка, но я лишь выхватил из ее рук мешок и оттолкнул, лишний вес, пусть даже такой не большой, мог стать критичным в этой погоне.

Волк рванул с места, у меня аж в ушах зашумело, и голова закружилась, колкие снежинки впивались мне в лицо и, казалось, царапали его до крови, но я боялся прикрыться ладонью, ведь для этого пришлось бы отпустить шкуру волка, а это было невероятно страшно.

Дикая скорость, вой ветра, колкий снег и мороз, я чувствовал, как лицо немеет, словно мои щеки подвергаются шоковой заморозке, и в то же время по лицу что-то текло, скорее всего как раз кровь. Впрочем, чувства эти быстро прошли, больше я своего лица не чувствовал, я лишь цеплялся за шкуру волка и щурил глаза.

Именно из-за того, что мои глаза были закрыты я и не видел того момента, когда волк догнал своего снежного родственника, я определил это только по тому, что мой «скакун» слегка замедлился и только тогда я решился приоткрыть глаза. Холод и колючий снег тут же резанули по ним, но я успел заметить, что мы в бешенной скачке несемся рядом, волки едва ли не касались друг друга боками. Серый ронял пену изо рта, а вот его конкурент, словно и не замечал усталости, он мчался вперед с метелью, он был в своей стихии, но при этом, наш волк был быстрее.

Я склонился к уху напарника и практически в лед застывшими губами прошептал. «Чуть обгони!».

Не знаю, услышал ли меня волк или сам понял, что надо поднажать, но он сделал так, как было сказано, опередил соперника на пол шага и я, перебарывая страх и холод, сковавший мышцы швырнул мешок перед снежной тварью. Секунда и утихшая метель сообщила мне, что ловушка захлопнулась. Волк остановился, и я без сил упал с его спины потеряв сознание.

— Вот и скажи мне. — Услышал я, придя в себя и открыв глаза. — Если ты со своей Ягой сойдешься, кто тебя с того света встречать будет? — Горячие губы расцеловали мое лицо.

— Не знаю, Василиса Андреевна. — Я попытался поцеловать ее в ответ, но она увернулась. — Мне кажется, что придётся с Ярой поговорить, чтобы вот в таких случаях, она разрешила Вам ко мне приближаться и даже проявлять ласку и заботу.

— Пф. — Презрительно скривилась девушка. — Нужно мне ее разрешение. К тому же она точно откажет. Яга страшная собственница.

Оглядевшись по сторонам, я убедился, я дома, не больничная палата, не комната в институте, я именно у себя дома.

— Ты проспал всю ночь. — Ответила мне Василиса на невысказанный вопрос. — Вчера тебя сюда Варвара притащила на пару с волком и в этот раз даже не пришлось живой водой отпаивать. Так, рожу немного отморозил и все.

— Зато два хищника на моем счету. — Гордо заявил я.

— И за это ты лишаешься новогодней премии! — Хмуро заявила мне супруга директора Института. — Дим! Вот какого черта? Вместо того, чтобы руководить операцией, ты лезешь на самое острие атаки? Сколько раз тебе говорить? Ты нужен живым, хотя бы до тех пор, пока не найдешь Бельского. — Цинично, но все так и было, причем Василиса даже не стала мне говорить фальшивых фраз на тему, что именно ей будет грустно, если я погибну, хотя возможно, что и будет по мне скучать, но скорее всего, недолго. — Ладно! — Смягчилась девушка. — Я тебе подарок принесла. Боюсь до Нового Года не увидимся, у меня дела, хлопоты. Вот! Она вручила мне две коробочки, одна маленькая и приятно пахнущая, явно парфюм, явно что-то дорогое, иного от нее ожидать не приходилось. А вот вторая коробка…Большая и плоская, мне это что-то напоминало, точная копия этой самой коробочки, лежала у меня на столе двумя этажами ниже. — Парфюм можешь открыть хоть сейчас, а вот эту красавицу, только на новый год. — Она щелкнула ноготком по большой коробке. — Договорились?

— Да без проблем. — Пожал я плечами, меня мучало любопытство, но я все же решил сдержать слово, да и не честно бы это было, если бы я слово, данное Римме, сдержал, а ей нет.

— Вот и хорошо! — Очаровательно улыбнулась мне девушка. — Я попросила Злату, она заедет к тебе к обеду, проверит как дела. А мне уж извини, пора. — Я попытался ухватить ее за руку, но Василиса вывернулась из моих рук и показав язык умчалась.

Злата и вправду приехала к обеду, осмотрела мое лицо, удовлетворенно поцокала языком и вручила мне… точно такую же коробку, заставив дать и ей обещание, что я открою ее только после Нового года, и вот тут уже мое нетерпение и любопытство чуть не взяло верх. Чтобы не было соблазна, я взял оба подарка и унес их на третий этаж, остаток дня посвятив чтению сказок из списка Бельского.

Часов в семь мне пришло сообщение от Варьки, она интересовалась, где я, видимо вернулась с работы и пожелала провести со мной время, обсудить случившееся, построить планы.

Поднявшись к себе, я застал ее на своей кухне, нет все же иногда, то, что моя квартира проходной двор напрягает, подумал я, но тут же сменил гнев на милость, Варька притащила с собой целый пакет продуктов, среди которых нашлись и мясо с сыром и хлеб и даже овощи, отдельную радость доставил тортик, вернее кусочек тортика, который мне оставила неугомонная троица.

— Как дела? — Поинтересовался я у девушки наливая себе чаю и присаживаясь перед ней, только увидев на столе бутерброды, я осознал, что мне дико хочется жрать. Все же, целый день я не ел…

— Дела отлично! — Отмахнулась Варька. — Сегодня вон пол дня разбирали прошлую ночь и планировали, как не повторить совершенных ошибок.

— Каких еще ошибок? — Не понял я. — Вроде нормально прошло.

— Ну! — Закатила глаза Варвара. — Мне сообщили о двух. Первая в том, что одну тварь мы убили, а вторая… То, что тебя взяли на операцию. Ты бы знал, как Василиса на меня орала! Прощай новогодняя премия. И все из-за тебя!

— Прости… — Я не вполне понимал, за что извиняюсь. По сути, что Варька могла мне сказать в этой ситуации? Я ее начальник, она не могла сказать, «ты сиди дома, мы сами справимся!»

— Да плевать. — Отмахнулась девушка. — Это все показуха, нужно было пожурить, вот и пожурили. Вместо новогодней премии выпишут премию за спасение города, то на то и выйдет. А вот когда на тебя орут, это не приятно, но это тоже неизбежно, Василиса не может всегда быть хорошей, ей обязательно нужно время от времени устраивать показательную порку, и чтобы подчинённые не расслаблялись, и чтобы остальным показать, что любимчиков нет. Так что, все нормально, но больше я тебя в патрулирование и охоту на чудовищ не возьму.

— Ой да ладно. — Сморщился я. — Это я тебя не возьму.

— Дим! Я серьезно, это не шутка. — Нахмурилась девушка. — Та тварь, она учится, ты же видел. Так легко как ты справился с первыми двумя, больше не выйдет.

— Да ладно! — Криво усмехнулся я ей в ответ. — Я просто глупо пошутил, ну не пойду же я один в самом деле охотиться на монстра, и так вон в очередной раз очнулся на больничной койке.

— Ну да. — Согласилась девушка. — Когда мы тебя притащили, выглядел ты очень жутко, я даже не предполагала, что люди с обморожением такие страшные. Интересно, если бы не зелья, что бы с тобой стало?

— Некроз тканей. — Хмуро произнес я. — Лицо бы у меня сгнило, если обморожение сильное, а в том, что оно было сильным, я уверен. Что еще интересного в Институте?

— Да ничего! Сначала меня в неприятные позиции ставили на совещании, потом к Марье зашла! О! Кстати! — Варька вскочила и умчалась, но уже через пару минут вернулась. — Вот! — Она протянула мне два одинаковых по размеру свертка. — Это подарки, один от Марьи, второй от меня, но есть условие…

— Не открывать до нового года? — Уточнил я, принимая подарки.

— Именно! — Усмехнулась девушка. — Ты откуда такой умный?

— Мама говорила из капусты… — Отвлеченно ответил я ей, тряся свёртки и пытаясь по звуку понять, что там внутри. — Папа нес что-то про птичек и пчелок… В общем, история моего появления в этом мире загадочна!

— Дурак… — Как-то обреченно сообщила мне Варвара.

— Есть немножко. — Согласился я. — Лучше расскажи, что с последней тварью делать станете?

— Да все то же самое. — Пожала плечами девушка. — Патрули, вот только кроме перьев жар птицы, вооружим их еще и сумками.

Я сидел, пил чай и думал, на мой взгляд, такой вариант больше не сработает, твари учатся, твари прогрессируют. Вчера, пока мешки ловушки были для них неожиданностью, шанс поймать монстров действуя в лоб еще был, теперь же… Теперь надо думать…

— О чем задумался? — Прервала мои мысли Варвара.

— Да все про то же… — Грустно усмехнулся я. — Зверь, даже если его загнать, он просто ринется в огонь и через три дня, придётся на него снова охотиться, а ведь надо обеспечить охраной не только город, но и окрестности, ты ведь помнишь, что нападения начались с фермы возле Караваева.

— А ты уверен, что нападения продолжатся? — Перебила меня девушка. — Если тварь учится, то может быть у нее хватит ума свалить и поискать добычу полегче? Пусть в лесу на оленей охотится.

— Вряд ли… — Я откинулся на стуле и взглянул на сиротливый кусочек торта, все, что мне осталось. — Они не просто так явились сюда… Они пришли за теми, кого винят в смерти своей создательницы, они пришли мстить!

— А я говорю, нет никого лучше в вопросах охоты, чем коты. — Ученый не на шутку сердился, его товарищ, Баюн, по своему обыкновению, лежал у меня на коленях и умиротворяюще мурчал. Громкий рокот, издаваемый им, так же как легкая вибрация его тела убаюкивали, ну а что, природа у него такая, на то он и Баюн, чтобы усыплять. — Поэтому! — Продолжал кот. — Я настаиваю, чтобы меня пригласили для планирования операции по поимки, все эти ваши снежные волки, они ведь те же мыши, только волки!

— Да я не против. — В очередной раз попытался я перебить кота. — Я ведь поэтому и пришел, чтобы посоветоваться со знающими людьми, в смысле с котами. С кем мне еще эти вопросы обсуждать? С Василисой? С Кощеем? Они считают, что обеспечили патрули и все, на этом их миссия закончена.

— Ха! — Кот презрительно сморщился. Как это у них получается? Вот что у этой пары пушистых, что у волка, я всегда четко понимал, какие эмоции отражаются на их мордах, опять, наверное, что-то сказочное, магия, волшебство. — Не решится. Эта тварь, она же людоед, умная и хитрая, если раньше их стая все время действовала по одной и той же схеме, это вовсе не значит, что он не сможет оперативно поменять тактику. Просто раньше, та схема не давала сбоев, и им не нужно было эволюционировать, а теперь… Позавчера ночью он потерял двоих своих собратьев, н остался один, теперь в его жизни и методах охоты поменяется все. Я тут книжку одну читал, «Злой дух Ямбуя» называется, там про медведя людоеда было, так вот, там простой мишка партию геологов вокруг пальца обвел. Понимаешь? А тут зверь волшебный, богиней созданный!

— Нору его надо искать. — Не открывая глаз вмешался Баюн. — Перед выходом из норы затаиться, а как он нос покажет, то песню ему спеть, он уснет, а ты его цап и все! — Кот ученый только закатил глаза.

— Нет у него норы, зима его логово, метель его берлога. Где ты в метели засаду устроишь? — Он недовольно помахал хвостом. — К тому же. — Он посмотрел на меня. — Его надо живым ловить, тут капкан нужен, а не эти ваши загонщики. Он же не дурак, он все понимает, почует, что выхода нет и сам кинется на огонь, сгинет, а через три дня воскреснет.

— Предложения? — Уточнил я. Все это мы понимали и так, все это я обсудил еще вчера с Варькой, сидя на кухне, кот, он конечно, кот ученый, но теоретик. А мы все же практики, и эта практика уже показала, что патрульные не решат вопроса, снежная тварь при первом признаке опасности кинется на огненное перо жар птицы, как она сделала это позавчера. Ему что, для него это только передышка, а нам потом снова тратить ресурсы института, волновать людей.

— Мышеловка. — Деловито глянул на меня кот. — Надо строить мышеловку, способ, конечно, бесчестный, но если гоняться за добычей невозможно или лень, то почему бы и нет.

— Вот Вам просто говорить, «надо строить мышеловку», а как ее строить, что за наживку положить? Ну не пойдет же снежный зверь за сыром, честное слово. Он мясо жрет, а этого мяса по городу без мышеловки бегает в товарных количествах.

— Значит, надо найти то, что ему интереснее, чем мясо. — Кот принялся яростно бить хвостом. — Что эти твари любят? Снежную волчицу там… Или деда Мороза.

Я вздохнул, и прикрыл глаза. Если честно, ко всем этим выводам мы вчера пришли и сами, сегодня с котом я пришел посоветоваться больше из вежливости, и потому, что он умный, в глубине души, я надеялся, что он сейчас мне скажет, «Дима, ты дурак, есть простой способ…», но нет, судя по всему, другого способа не было, и мне все же придётся…

— Ну! Вы договорили? — Руся, которое все это время крутилась рядом с нами, наконец не выдержала. — Дима! У меня для тебя подарок! Пойдем со мной срочно! — Срочность заключалась лишь в том, что ей просто не терпелось. Я аккуратно ссадил с колен Баюна и двинулся за русалкой по краю бассейна.

Наконец, она подвела меня к месту, где был сложен ее реквизит для сьемок и выскочившая из воды на кафель русалка, вручила мне сверток, уже знакомой формы.

— Вот! — Гордо сообщила мне она. — Только одно условие.

— Знаю! — Привычно кивнул я. — До нового года не открывать.

— С чего бы это? — Возмутилась русалка. — Мне не терпится на твою реакцию посмотреть! Обещай, что не будешь читать, что там написано! — Я удивленно глянул на нее, и молча разорвал упаковку.

В руках у меня оказался простой настенный календарь, на обложке красовалось изображение Института. Я перекинул титульную страницу и опешил, на картинке была изображена Шемоханская, секретарша Кощея, на фото она стояла перед зеркалом и была одета в нижнее белье… Я перекинул страницу… Варвара ключница, в короткой юбке и фривольной позе сидела на кресле… Это что же, сотрудницы Института, сделали календарь… Март… Меланья… Апрель, и тут я задохнулся, Римма, скромница Римма, сфотографировалась на фоне спортивной машины у себя в гараже… в крайне провокационных шортах. Май… Июнь… Июль… С каждой фотографии на меня смотрели знакомые лица. Варька в полицейской форме, Фиона в офисном наряде, Марья, Полинка, Злата, Руся… тут я еле сдержал улыбку, на фотографии русалка по пояс высунулась из воды сложив руки на груди и выглядела возмущенной, как будто ее недовольной физиономии было мало, подпись над фото гласила «PR менеджер. Руслана Рыбина-Ушастая». Двойная фамилия, видимо с претензией на дворянское происхождение, наверняка придумка Василисы, чтобы позлит несчастную девчонку. Так вот почему не так давно, Руслана, интересовалась все ли у нее нормально с ушами.

— Кхммм. — Прокашлялся я, стараясь сдержать улыбку и не выдать себя, шутка, конечно, дурацкая и наверняка обидная, но выглядело забавно. — Русь, ты отлично тут получилась, кстати очень непривычно видеть тебя в бюстгальтере…

— Она меня заставила! — Возмутилась девушка. — Сказала, что мы не порно снимаем и заставила надеть! Ох мне эта Василиса! — Она погрозила кулачком небу. Я с усмешкой глядя на нее перелистнул страницу, и опешил, а вот и сама Василиса Андреевна, в дорогом комплекте нижнего белья, сидит на столе, на моем столе, в моем тайном рабочем кабинете. Вот тебе и ноябрь месяц… Нет, точно надо менять место дислокации, перевозить материалы в другое место, теперь еще и фотограф знает про эту мою квартиру, и визажист, и человек, который ей свет ставил.

С этими мыслями, я перелистнул страницу на декабрь… Твою мать… Василиса Прекрасная, наша бизнес-леди, во всей красе, она стояла на улице, одетая только в шубку, причем вокруг ходили люди, которые ее вовсе не смущали, фотография была сделана не в Караваеве, похоже, она просто прислала фотографии, которые и вошли в календарь. Я сглотнул слюну.

Глава 19

— Эх Дим! — Злата пристально смотрела мне в глаза. Мы сидели в ее комнате, на кровати. Памятуя о той груде тел, которую я тут застал в тот раз, когда приводил Варьку, я испытывал легкую брезгливость и старался лишний раз не касаться ладонями простыни и одеяла. — Если бы ты мне полгода назад сказал такое, я бы, наверное, от счастья прыгала, а сейчас, я даже не знаю.

— Злат! Ну Злат! Ну родная, любимая моя! Дорогая моя.

— Дорогая. — Согласилась со мной ведьма. — А вот про любимую, это ты врешь. Я женщина, я это чувствую. Не знаю, Дим, без согласования с Василисой я на это снова не могу пойти.

— Да согласовывай ради бога. — Согласно закивал я. — Она мне не откажет, понимает, что для дела необходимо, к тому же, я ведь дорожку на тот свет уже протоптал торенную. Чай не первый раз…

— Не первый. — Поджала она тонковатые губы, которые ее, впрочем, ничуть не портили. — Это и пугает, если для тебя походы туда-обратно станут обыденностью…

— Да последний раз! — Я ухватил ее за руку и крепко сжал. — Ты думаешь мне там приятно, да там скука смертная уныние и вообще у меня аллергия на смерть!

— У всех аллергия на смерть… — Пробормотала ведьма. — Ладно, сейчас Василисе позвоню, пусть она команду дает, я не готова единолично на себя брать ответственность за тебя.

— Вот и отлично! — Я на радостях ее даже обнял.

— Ладно. — Она встала с кровати. — У меня, кстати для тебя подарок к новому году.

— Но я не должен его открывать да? — С ухмылкой поинтересовался я.

Злата смерила меня подозрительным взглядом.

— Что уже знаешь да? Какая сволочь раскололась?

— Подарок заранее почти все вручили. — Не стал спорить я. — Но попалась одна, кто потребовал, чтобы я открыл и поделился своим мнением, немедленно, а все потому, что ей любопытно было мое мнение. Ты мне лучше расскажи, как вы Римму в это вовлечь умудрились?

— В смысле вовлечь? — Возмутилась Злата. — Это она и предложила, ну помнишь, когда ты в очередной раз полудохлым валялся? Мы тогда у тебя на кухне еще сидели, обсуждали всякое, в том числе и новогодние подарки, вот она и… — Я лишь беззвучно рассмеялся, в тихом омуте, черти водятся, в данном случае очень милые чертенята.

Ведьма, поняв, что со мной больше разговаривать не о чем, тяжело вздохнула и пошла звонить.

Как ни странно, Василиса не стала ни спорить, ни запрещать, она даже не появилась на этот раз у Златы в лаборатории, видимо после первого раза удостоверившись, что отравление меня у ведьмы получаются на высшем уровне, решила, что это безопасно, ну или занята была сверх меры, и нашлись тысяча вещей, которые были важнее моей жизни.

Злата уже привычными движениями растолкла и смешала в ступке травки и залив их кипятков, заставила меня выпить мерзкий чай. На этот раз боль была слабее, нет это все равно была адская мука, но не так, как в прошлый раз, то ли я начал привыкать к смерти, то ли она улучшила рецепт, но в агонии я бился куда как меньше.

Серая степь, ковыль, вот только в этот раз на этой бескрайней степи меня встречали.

Яра словно маленькая девочка в парке, сидела на спине белоснежного жеребца с платиновой гривой, животное было чертовски красиво, я-то этих ваших лошадей не очень, от них потом несет и кусаются они больно, но то, что это животное было прекрасно, я отрицать не мог. Конь ходил по кругу, а девушка сидела у него на спине, болтала ногами и напевала песенку.

— Вот скажи мне. — Поинтересовалась она, не глядя в мою сторону. — Чего тебя сюда так тянет то?

— Так ведь ты тут, а меня к тебе влечет. — Конь остановился рядом со мной и она, спрыгнув с него порывисто обняла меня.

— Дурак. — Ласково улыбнулась мне Яра. — Не надо тебе сюда ходить. Дважды я тебя уже отпускала, отпущу и в третий раз, но больше от меня такой щедрости не жди, не могу я, если человек сюда так стремится, его выгонять постоянно.

— Да не стремлюсь я сюда. — Вызверился я. — Тоже мне радость, яды жрать да мучаться каждый раз, ты бы это если бы хоть номер телефонный оставила, это бы кучу проблем решило.

— Тут сотовые операторы не ловят. — Вздохнула девушка. — Скучно тут… Одиноко и уныло. Даже там. — Она неопределенно махнула головой. — В гостинице веселее, там хоть народ, дурачков на лопату можно заманить…

— Ну так и возвращайся.

Яга смерила меня недоверчивым взглядом, затем пристально посмотрела в глаза, зачем-то подергала за рукав.

— Никак справились с тварями Мораниными? Не верю!

— С двумя справились. — Согласно кивнул я. — Осталась третья.

— Ааа… — Разочарованно протянула Яра. — Так мне и одной с лихвой хватит…

— Хватит — Согласился я. — Но ты послушай, что я придумал.

— А что ты мог придумать? — Пожала она плечами. — Если вы изобрели способ как от них избавиться, то все очевидно, ты придумал меня использовать как приманку. Нет, Дим, не хочу. Риски большие, я лучше тут до весну посижу, тут хоть и скучно, но безопасно. Вон, на лошадке буду ездить туда-сюда. Месяц по часовой стрелке, месяц против часовой, это как на карусели, только потом задница в синяках.

— Хорошо! — Легко согласился я.

— Хорошо и все? — Яра настороженно посмотрела на меня.

— Ну да. — Пожал я плечами. — Не потащу же я тебя силком. Да и не получится у меня это, ты тут хозяйка…

— Не хозяйка. — Поправила меня Яра. — Я тут сотрудник, как вот эта лошадь. — Я даже не стал поправлять ее, что это, явно, конь.

— Не важно. — На лице моем было безразличие, ну по крайней мере я на это надеялся. — Тем более, что выбор есть. Ты, конечно, в качестве приманки, была бы куда лучше, но может и другая сойдет… — В глазах у девушки появилась подозрительность. — Пришли твари сюда за тобой или Бельским, но быть может, ее устроит и тот, кто двух ее товарок поймал. Встану в чистом полюшке с голыми руками и буду ждать и надеяться, что она узнает, кто виновен в том, что она теперь одна.

— Он… — Как-то хмуро сообщила мне Яра. — Это самцы. А ты Дима, сволочь…

— Ага, — С довольной улыбкой сообщил я ей, по всему было понятно, что мой шантаж удался, и в поле стоять будем мы с ней вместе, плечом к плечу. А еще, было невероятно приятно, что я ей не безразличен.

Девушка отвесила мне подзатыльник, да такой сильный, что я аж зажмурился, а когда открыл глаза, то увидел над собой Злату.

— Ну? — Вопросительно подняла бровь ведьма. — Удалось?

Ответить я не успел, у меня зазвонил телефон, номер был не знакомый, но, когда я снял трубку, требовательный голос Яры, сообщил мне, что я немедленно должен ехать к ней в гостиницу.

Я гнал что было сил, выжимая максимум из своего старенького форанера, сбавил скорость только тогда, когда чуть было не вылетел с дороги на повороте, логично рассудив, что если разобьюсь, то Яру точно увижу еще не скоро, медицина в Институте конечно шикарная, но и она занимает время.

Подъезжая к гостинице Яры я затаил дыхание, до последнего я думал, что увижу на ее месте привычный пустырь, но нет, здание было на месте и отель и ресторан, а на пороге… На пороге меня ждала она.

Кажется, я даже не заглушил машину, выскочив из нее и молнией метнувшись к девушке, я заключил ее в объятия, поднял и поцеловал.

— Что-то тебя твои бабы, похоже, совсем не балуют? — Мы лежали в кровати в том самом номере на втором этаже, где я жил только приехав в Караваев. Яра водила пальцем по моей груди и с усмешкой смотрела прямо в глаза.

— Я очень по тебе соскучился. — Проигнорировал я ее замечание. — Все что было, это в прошлом. Теперь у меня есть ты! И никто мне больше не нужен. — Яра лишь криво усмехнулась и укусила меня за подбородок. Нет, я, конечно, вру ей сейчас, мне будет очень не хватать и посиделок по утрам с Василисой, и холодного циничного, но такого родного общения с Марьей, и флирта с Варькой, и даже наивной и раздражающей хитрости Васьки, но все, теперь у меня наконец, то есть она…

— Я тоже по тебе скучала. — Призналась Яра. — Вот сама не пойму, с чего, ты же вроде простой балбес, мелькнул в моей жизни на краткий миг и все… Но… Я по тебе скучала.

— Настолько, чтобы меня ужином на кормить? — Хитро прищурился я.

— Настолько чтобы тебя не кастрировать. — Она шутливо стукнула меня кулаком в грудь. — Это ж надо… С Василисой. Дим, ты про что думал?

— Думал, что грудь у нее красивая, ноги длинные… — Начал я загибать пальцы, за что снова получил удар, на этот раз уже более ощутимый.

— Я тебе дам! — Поморщилась Яра. — Грудь красивая. Хотя и вправду, грудь у нее красивая, не такая, конечно, как у Прекрасной, но тоже вполне, хотя кому я рассказываю… — Новый удар.

— Это все в прошлом! Яр, я не собираюсь от тебя ничего скрывать, все это было, но прошло. Теперь, у меня есть ты!

— Да ничего у тебя еще нет. — Расхохоталась девушка. — Дим, мы с тобой почти не знакомы, вот поживем немножко, тогда и поймем, кто у кого есть и надо ли оно нам. А пока, все это слова, ты же не подросток, чтобы верить в любовь с первого взгляда. Вот и не неси весь этот романтический бред. Совместная жизнь это не поцелуйчики, это работа. Я вообще представить себе не могу, как это, жить с кем то, ты же стульчак в туалете опускать не будешь, а еще вот чай попьешь, и оставишь кружку с присохшим на дне сахаром, а мне мыть. Я же тебя через неделю на лопату усажу, ну или выгоню к чертям.

Я усмехнулся, примеры, конечно, утрированные, но, по сути, с подобной проблемой я уже столкнулся, когда у меня жила Марья, секс прекрасен, быт невыносим, но в отличии от Марьи, с Ярой я почему-то был готов идти на уступки, может потому, что с Марьей мы просто друзья, а Яра… А что Яра, права она во всем, мы понятия не имеем, как это жить друг с другом. Да я даже о ней ничего не знаю, кроме того, что в Караваеве ее боятся панически. И более того, когда я говорил Василисе, что влюблен не в Яру, а в ее образ, я говорил правду, и никто не знает, чем все это закончится.

— Вот! — Довольно глянула на меня девушка. — Вот теперь ты думать начал, таким ты мне нравишься, а то весь этот бред, про, «ты моя единственная», это лицемерная чушь, которая просто неимоверно раздражает. Оно может и должно звучать приятно, но я-то понимаю, что это ложь. Так что, лучше расскажи, чего ты там придумал, чтобы снежного волка отловить?!

— Что? — Я поднял на нее возмущенный взгляд. — Прямо сейчас? — Я поднял одеяло и красноречиво посмотрел на девушку. — Ты серьезно?

Она только вздохнула и закрыла мой рот поцелуем.

— Так и с чего ты вообще решил, что это сработает? — Мы в конце концов переместились с Ярой из спальни в просторный зал ресторана, посетителей не было, Яра никого не пускала сегодня к себе, вот удобно так, решил и закрылся ото всех, просто сделал свой дом невидимым и все.

Мне бы так, а то, как бы не прятался, тайное убежище становится достоянием общественности.

— А я и не уверен, что это сработает. — Пожал я плечами намазывая джем на хрустящий тост. — Яр! Я вообще ни в чем не уверен, про этих тварей ведь вообще никакой информации, полез читать в интернет, там ни слова о том, что у богини Мораны, были снежные волки, вернее, про снежных волков есть, но они Карачуна сопровождали. Вот я и вынужден импровизировать и действовать исключительно руководствуясь догадками и интуицией.

— Ну то есть ты, как куренок с отрубленной головой бегаешь по двору с надеждой на светлое будущее? — С усмешкой уставилась на меня девушка.

— Почти! — Согласно кивнул я. — Про яйца, из которых освободились эти звери, мне рассказала ты, потом, мне в руки попал артефакт… аналогичный, там тоже существа заключенные в предмет, и вот от них я узнал, что когда они внутри, то просто перестают существовать, ну и напоследок, мне на глаза попалась сумочка Златы, безразмерный мешок, в котором она потеряла любовника, он просто пропал попав туда. Вот я и задумался. Чем эти волки лучше Златкиного хахаля? Что если их загнать в такую сумку и пусть они там пропадут?

— С этим понятно. — Яра ласково потрепала мои волосы. — Тут ты молодец. Я понять не могу, с чего ты решил, что хищники поведутся на меня? Как они вообще узнают, что я вернулась и где нахожусь?

— Так магия же! — Я сделал загадочные пассы руками. — Почему они в Караваев заявились? Как поняли, что вы тут? Нет, милая моя, что-то их сюда привело, как-то они тебя выследили, а что сразу же не заявились на твой порог, это скорее всего потому, что надо им было подкрепиться с дороги, а потом… потом ты спряталась, и они просто принялись убивать всех подряд. — Мне было неловко произносить эти слова, почему-то казалось, что это вызовет у девушки смущение, но нет, Яра даже не моргнула, для нее, смерть не была чем-то страшным или неприятным, разве что своя смерть.

— Ну так и? — Поторопила она меня.

— Вот тебе «и». — Грустная усмешка скривила мои губы. — Просто встанем на открытом месте, вон, хоть посреди парковки Института, и будем ждать! Уверен, тварь явится. А дальше, посмотрим, кто ловчее…

— Гениальный план! — Зааплодировала девушка, не скрывая сарказма. — Дим, ты долго над ним думал?

— Два дня! — Радостно кивнул я. — Еще и не один, а с ученым советом в составе двух кошаков.

— Что? — Удивилась она. — Баюн и Ученый с тобой общаются? Я-то думала, эти самодовольные ублюдки, только издеваются над всеми.

— Общаются. — Согласно кивнул я. — Я с утра с ними обсуждал план действий, и мы пришли к выводу, что если мы хотим избежать дальнейших жертв, то ловля на живца единственный способ, причем такая ловля, при которой у зверя не будет возможности кинуться в огонь…

Яра смотрела на меня очень внимательно, затем взяла мою ладонь и крепко ее сжала.

— Ну что ж… — Наконец выдохнула она. — Как бы приторно это не прозвучало, давай, если сгинем, то вместе. Умрем как в сказке, в один день?

— Умрем! — Согласно кивнул я. — Обязательно умрем, но не скоро!

Мы стояли с ней взявшись за руки и смотрели как тусклое зимнее солнце опускается за горизонт.

— Знаешь… — Прервала молчание Яра. — Я люблю зиму, но со стороны. В том смысле, что весь этот снег, покрытые инеем деревья, лыжи и санки, каток с коньками, они хорошо смотрятся на картинке, а вот так, когда ты сталкиваешься с этим в реальности, холод, промозглость и ночь почти все время. Не люблю зиму.

— А что любишь? — Я покрепче сжал ее ладонь. — Море солнце, и чтобы песок хрустел на пляже под ногами?

— Не знаю. — Пожала она плечами. — Я никогда на море не была, но жару я тоже не очень-то люблю, может и съездила бы на пару недель, посмотреть, что это такое, но не дольше. Я бы хотела жить там, где море есть, но, где не жарко.

— В лукоморье? — Рассмеялся я. — Ты знаешь, что лукоморье. Это изгиб морского берега?

— Ой только не надо этого сейчас а? — Поморщилась девушка. — У нас тут с тобой разговор романтический про прелести погоды в разных климатических зонах, а ты сейчас шутками дурацкими про лукоморье и сказки сыпать начнешь.

— Не начну. — Успокоил я ее, хоть и собирался. — А ты не переживай, закончится вся эта фигня, съездим и к морю, а может и вовсе из Караваева уедем, туда, где не жарко и зимы нет.

Я бросил взгляд в сторону леса, там, верхом на волке сидела и внимательно смотрела на нас, Варвара, рядом с ней на снегоходах расположились пара соловьевичей, она должна была вступить в игру, если не справимся мы. Волк уже доказал, что в случае необходимости, он в состоянии загнать даже тварь из метели, а Варвара… Да что Варвара, ей я доверял…

Я обернулся в сторону Института, к которому мы стояли спиной, я просто физически ощущал, прикованные к нам взгляды, где-то там наблюдая за всем из окна стоит Василиса… И Марья, интересно она остановила работу, чтобы посмотреть, или просто отмахнулась и заявила, «не мое дело». Нет, она точно смотрит, и наверняка переживает, я почему-то вспомнил ее лицо, улыбку, небольшой шрам на щеке, и словно устыдившись своих мыслей, обнял Яру за талию и плотнее прижал к себе.

Пошел снег, чертова Сибирь, кажется, тут всегда идет снег, вот как начинает падать в октябре, так до мая и сыплет.

— А может он сегодня не придёт? — С надеждой спросила Яра. — Может твоя теория про то, что они пришли за мной не верна?

И словно в пику ее предположению, где-то вдалеке раздался жуткий вой, снег еще усилился и поднялся ветер, закручивавший его воронками.

— Вот тебе и ответ… — Грустно усмехнулся я.

Тьма наступила внезапно, как и все разы до этого, одномоментно небо заволокло тучами, ветер усилился началась метель, непроглядная, густая, страшная.

Когда-то давно, когда я был маленьким городским мальчишкой, то я искренне не понимал, как может человек, в здравом уме заблудиться в метели, ну это же просто снег, иди себе и иди, вон же дома, свет фонарей, все видно, так нет же люди в приключенческих книжках, они блуждают в пурге, замерзают насмерть, они же, наверное, глупые какие-то? И только тут, в сибирской глуши, я увидел, что такое настоящая метель, когда несмотря на яркий свет фонарей, освещавших парковку, ничего не было видно на расстоянии вытянутой руки.

Вой раздался совсем рядом, и я, отстранив Яру себе за спину, вытащив мешок, приготовился.

Зверь появился неожиданно, не было ни угрожающего рыка, ни сверкания глаз, просто сбоку из метели на меня ринулась фигура, и он широкой грудью врезался в меня, отшвыривая мое тело в сторону.

Я даже сделать ничего не успел, мешок выпал из моих рук и улетел в снег. Кувыркнувшись, я попытался встать на четвереньки, но это было не так просто, удар оглушил меня.

— Яра! — Заорал я что было сил, но ответом мне был только вой ветра.

С трудом я вытащил из кармана мощный фонарик и включил его. Как выяснилось, сделал я это как раз вовремя, зверь, так же молча подкрадывался ко мне, с другой стороны, девушки видно не было, метель застилала мне глаза.

Хищник нацелился на меня, оскалил свою жуткую пасть, и я уже даже видел, как напряглись его мышцы перед броском, но вот когда он оттолкнулся от земли, то у него ничего не вышло. Волк заозирался, он явно не понимал, что произошло, я же с довольной усмешкой обратил внимание, что его белоснежное тело, снизу вверх оплетают словно корни растения, черные толстые пряди.

Он задергался сильнее, принялся грызть путы, но все было бессмысленно, и уже через минуту, поняв это, он задрал голову к небу и тоскливо завыл. И ему ответили, совсем рядом в пелене вьюги раздался другой вой, только этой вой был торжествующий.

Я достал из кармана запасной мешок, подошел к зверю и накинул его ему на голову, навсегда заключая зверя в темницу, из которой ему уже не выбраться.

— С тобой все в порядке? — Поинтересовалась Варька.

Я не стал ей отвечать, и кинулся к Яре, которая так и стояла, она даже не увидела, что произошло, зверь, прежде чем разделаться с ней, решил устранить меня, что было логично, вот только он упустил из виду Варьку, которая мало того, что была нашим местным человеком пауком от профсоюза парикмахеров, так еще и верхом на волке могла передвигаться невероятно быстро. В отличии от меня то у нее был нормальный вестибулярный аппарат и ее после скачек, на нашем сером, не выворачивало на изнанку.

— Погоди! — Отстранилась от меня Яра. — И это все? Это и была финальная битва со страшным злодеем?

— Ну да! — Пожал я плечами. — А ты чего ожидала? У нас был план, он сработал…

— Все равно. — Возмутилась девушка. — Это… ну легко.

— Все легко, когда сначала все обдумать и спланировать. Мы вот как-то Кузьму поймали…

Она не дала мне рассказать потрясающую историю, а просто поцеловала. Варька, видя это только фыркнула и повернув волка в сторону леса неспешно двинулась туда.

— Поехали к тебе. — Когда наконец наш поцелуй завершился, заявила девушка. — Я ведь у тебя дома никогда не бывала…

Не знаю почему, но повел я ее не на пятый этаж, где была и уютная кровать, и я мог бы познакомить ее с девчонками, я повел ее на этаж третий, где был мой рабочий кабинет.

— Шикарная картина! — Рассмеялась Яра увидев на стене изображение Василисы, насаженной на метлу. — Скинешь мне потом, я тоже себе принтов наделаю, может быть даже футболку… Представляю, как бы она бесилась, если бы увидела.

— Она видела — Усмехнулся я. — И мне за это ничего не было. Это рисунок Бельского, я обнаружил его в кабинете, том, что был в библиотеке. А это мое тайное логово. Тут я веду расследование… — Яра подошла к столу и быстро пролистала лежавшие на ней папки и книги. — А еще! Эта квартира останется птицам, если я это расследование не завершу…

Девушку словно молнией поразило, она замерла, затем развернулась и я с удивлением увидел в ее глазах… презрение.

— В смысле не завершишь? — В голосе ее был лед. — Ты что? Уже сдался? Соломку готовишь, на случай если сдохнешь? Дима! Какого черта?

— Я не то имел в виду. — Попытался оправдаться я, хотя и не вполне понимал, почему у нее такая реакция.

— А что мне оставишь, ты уже продумал? — Зашипела Яра. — Нет! Все же права была Василиса, когда запретила нам общаться, если тебе дать шанс, просто получать удовольствие от момента, а потом сдохнуть со спокойной совестью, то ты ничего делать не будешь! Значит так! — Я попытался обнять ее, но она грубо оттолкнула мою руку. — Я ухожу! И все возвращается к прежнему сценарию, ты меня больше не увидимся до весны, и вообще, увидишь только в том случае, если найдешь Бельского! Понял? Надеюсь, встретимся весной!

Если честно, то я сейчас ни черта не понял. Что вообще произошло, как это понимать? Я просто стоял и совершенно пораженно смотрел как Яра уходит.

Это уже позже, обдумав все, я понял, что она мои слова о том, что я подстраховался, расценила, словно я сдался, заранее принял поражение, но ведь, это было совершенно не так. Да я подстраховался, но это не значит, что я опущу руки… Но это уже было не важно, она уже ушла, и о том, что она не права, я смогу ей сообщить только весной!

Глава 20

Я стоял у стойки бара и с грустной улыбкой смотрел на веселящийся народ, тут сегодня были все и помещение еле умещало в себя желающих заглянуть на мою вечеринку, столы были убраны, чтобы освободить место для празднующих, и только замученные официанты безостановочно подносили новые бутылки, выставляя их на стойку и унося пустые. Алкоголь лился рекой, не хитрые закуски исчезали с умопомрачительной скоростью, но народ веселился.

Вон Руся, сидевшая на краешке неглубокой емкости, в которую опустила хвост, в окружении толпы поклонников строит мне глазки, русалка отсалютовала мне бокалом с шампанским, и я в ответ поднял свой стакан. Нет, я не пил сегодня, знаю я такое состояние, грусть, печаль и депрессия, их алкоголь только усугубляет, к неприятностям надо приходить с чистой головой, поэтому в моем стакане со льдом, изображая виски, был налит простой яблочный сок, который я медленно тянул.

Я бы с удовольствием и не пришел сегодня на эту вечеринку, настроения после того, как Яра ушла не было никакого. Вот только она была рядом, родная и близкая и в одно мгновение, я снова ее лишился, она снова оказалась там, далеко. Хотя, может быть оно и к лучшему, будет дополнительный стимул выполнить поручение… Так я и вправду смогу сосредоточиться на деле… Но черт, побери, как же мне тоскливо!

— Димк! Чего киснешь? — Ко мне подошла Варька. Она была одета в какое-то умопомрачительно короткое платье с декольте, вся разгоряченная и потная, видимо только, что вырвалась с танцпола. Бисеринки пота блестели на ее груди, волосы налипли на лоб. Девушка отрывалась, как могла. — Я тебе скажу, тут в разы веселее, чем на том дурацком летнем балу. Надо чаще устраивать подобные вечеринки.

— Если их чаще устраивать, то это станет банальным. — Пожал я плечами и сделал глоток из своего бокала.

— Ты чего там пьешь такое, что такой нудный? — Возмутилась девушка и перегнулась через стойку бара, отчего ее и без того короткая юбка задралась, демонстрируя всему клубу кружевные красные стринги. Обратно она вынырнула уже с бутылкой вискаря, выхватила из моих руку стакан и не стесняясь выплеснула содержимое на пол, наполняя ее по новой. — Вот! Пей до дна! — Потребовала она.

— Пол стакана вискаря и без закуски… — Я с сомнением уставился на девушку.

— Ой! Как мило с твоей стороны мне налить! — Рядом с нами появилась Римма, выхватила мой стакан и залпом вылила в себя вискарь. — Димк! Ты такой хороший! А все остальные козлы! — Девчонка была уже изрядно пьяна, и я, глянув на нее поискал взглядом причину такого ее поведения.

Сверкающее платье Златы ярким пятном выделялось в толпе танцующих, ведьма страстно извивалась в кругу восторженных поклонников, среди которых я и обнаружил Виталия. Эх не выдержала девчонка того, что парень, который ей нравился, предпочел другую, предпочел умненькой, красивой и хорошей девочке Римме, похотливую и доступную ведьму. Ну то есть… Он поступил как глупый подросток, коим Виталий и являлся, несмотря на свое тело взрослого мужика, парню все же четыре месяца от роду, он не способен адекватно оценить то сокровище, что падало ему в руки.

— Милая! — Варька кинула на нее обеспокоенный взгляд. — Ты бы притормозила с выпивкой…

— Римм! — Я приобнял девушку за плечи и пристально заглянул ей в глаза, в ответ на это она попыталась меня поцеловать. — Он глупый еще… Повзрослеет поймет… А тебе домой бы.

— Я уже взрослая! — Глаза ее в миг протрезвели и в них появилась злость. — Я никуда не поеду. Я сама себе хозяйка, и вообще, мне надоело, что ко мне все относятся как к ребенку. Я остаюсь! — Она попыталась вырваться из моих объятий, но я удержал.

— Вот и хорошо. — Приобняла ее, с другой стороны, Варька. — С нами и остаешься. Мы же твои друзья! Пойдем в туалет, пощебечем по девичьи и в порядок себя приведем!

Варвара силой утащила девчонку за собой, а я секунду подумав налил все же себе виски и вернулся к созерцанию.

Народу было весело, вон Марья с Полинкой вылезли на сцену, и принялись отплясывать что-то дикое, вот что у Искусницы за фетиш, дикие пляски на публике, хорошо хоть раздеваться не начали, а нет, вот уже и начали. Надеюсь, она контролирует ситуацию, слепая вера в то, что на таких вечеринках все по-доброму и весело, казалась мне не очень-то правдоподобной. Хотя… Этот сабантуй не слишком то отличался от летнего бала для институтских второго сорта, а там, как меня убеждала та же Римма, ничего произойти просто не могло.

— Дмитрий! — Ко мне подошел Кощей, державший под руку Василису, за ним, словно тени следовали три секретарши, впрочем, девушки то и дело бросали завистливые взгляды на веселящуюся толпу, похоже формат простого хожденья за начальством их не очень-то устраивал. — Отличная вечеринка. Замечательное заведение. — Похвалил меня директор Института. — К тому же гости… Знаешь, я ведь уже и забыл про существование многих из них.

— В том и проблема. — Одернула его Василиса. — Кость, ты слишком мало внимания уделяешь устройству в жизни тех, кого уже воплотил. Я ведь тебе говорила…

— Василис! Ну давай не сейчас. — Закатил глаза директор Института. — Все рабочие вопросы на работе…

— А ты прав. — Девушка отдёрнула руку от мужа. — Сейчас время веселья. Поэтому я пойду выпью, потанцую. — Она бросила взгляд на сцену, где Марья с Полинкой в голом виде изображали танец клоуна из нового фильма «Оно», выглядело это абсолютно не эротично, но народ радовался и улюлюкал. — Вон на сцене вроде очень даже весело. — И она с гордым видом ушла, впрочем, не на сцену, это было бы уже перебор, а на танцпол, где зажигали ее подружки, Злата и Варвара Ключница.

— Эх! Женщины. — Вздохнул Кощей, после чего кинул жадный взгляд на сцену. — Дмитрий. Я слышал тут приватные кабинеты есть.

— Есть. — Кивнул я. — Но они заперты, на всякий случай, чтобы не разгромили.

— А нельзя ли мне открыть один… — Кощей, оглядевшись, облапал за зад фигуристую Меланью, после чего я молча достал из-за стойки один из ключей и вручил ему. Ну а что, не мое дело, каждый отдыхает, как хочет.

— Только выпивку возьмите с собой. — Предупредил я. — Официанты туда не ходят.

— А это отличная идея! — Сразу, как Кощей ушел, рядом со мной возникли Варька с Риммой, ее белоснежные волосы были мокрыми, а с лица смыта вся косметика, видимо Варвара ее отрезвляла, путем макания головой в холодную воду. — Хватаем пару бутылок и пошли в кабинет. Римм, ты песню про Владимирский централ знаешь? Нет? Ну тогда я пою, а вы с Димкой на столе пляшете. Что? Не умеешь? Он тоже не умеет, не страшно!

Уже через две минуты девчонка сидела зажатая между мной и Варькой.

— Значит так! — Увещевала моя напарница. — Сначала слизываешь соль, потом выпиваешь, потом закусываешь лимоном. — Она обильно сыпанула соли в свое декольте, от чего голубые глаза девчонки расширились. — Короче ты сама все уже видела. Давай! Пей! — Римма кинула на меня испуганный взгляд ища поддержки, я ничего не ответил, происходящее мне самому казалось странным. Но наконец решившись она зажмурилась, нерешительно провела розовым язычком по груди моей напарницы, опрокинула в себя стопку и попыталась аккуратно взять губами дольку лимона из Варвариных губ. Уже через три шота, движения ее стали более раскованными и процесс закусывания, перерос в поцелуй, после пятого шота, Римма оттолкнула Варьку и взобравшись мне на колени поцеловала меня, после чего вырубилась.

— Ну слава богу! — Со вздохом произнесла моя напарница. — Я уж думала она никогда не отключится, это ж надо из-за какого-то дуралея переживать, нажираться. В мире четыре миллиарда мужиков, на этом свет клином не сошелся. — Сейчас Варвара провернула тот же самый трюк, какой я в свое время провернул с ней, напоила девчонку до бесчувствия, чтобы она сама не натворила ошибок. — За нее не переживай, я ее потом к себе увезу, а по утру антипохмелина не дам! — Злая усмешка гуляла на ее губах. — Чтобы осознала всю прелесть такого поведения. А ты чего сидишь? Ну ка бегом, лимон в зубы и воротник расстегни. — Я послушался и она, сыпанув соли мне на ключицу, медленно и смачно ее слизала, после чего впилась в мои губы. Язык девушки проник мне в рот, а ладошка скользнула под ремень.

Поцелуй длился долго, кровь разгоняла алкоголь по телу, да и голова кружилась, от близости горячего тела, останавливала только сопящая, между нами, девчонка, настроение сбивало. Впрочем, Варька и не собиралась заканчивать начатого. Она наконец оторвалась от моих губ, сплюнула на пол лимонную корку и поправляя платье уселась рядом.

— Хороший был год! — Неожиданно выдала она. — Первый год моей жизни, и сразу череда приключений, как, по-твоему, это знак, что и вся остальная жизнь удастся?

Она скинула туфли и поджала под себя ноги, демонстрируя мне свои бедра.

— Не знаю. — Честно признался я. — Я во все эти приметы не очень верю. Вот есть дурная примета, если черная кошка дорогу перебежала, то быть несчастью. А я, лично, в этой жизни от кошек, а особенно котов, видел только хорошее. А значит, кошки, к удаче. Или вот, например сонники, если говно снится, значит к деньгам, сколько мне в той жизни говно не снилось, никогда денег после этого не было.

— Пффф! — Рассмеялась Варька. — Это только вши к деньгам снятся, остальное не считается. Выпьем? — Она взяла в губы дольку лимона, и я со вздохом переложив спящую Римму на край диванчика. Выпить я не успел, дверь распахнулась и на пороге, возникла голая и веселая Марья.

— Дим! Мы решили к тебе ехать! Ты с нами? — Она медленно обвела взглядом представившуюся ее взгляду картину, на краю дивана лежит пьянющая до бессознательности Римма, Варька с кусочком лимона во рту и выставленной вперед грудью, и я склонившийся к ней. — Хотя нет! Тут все еще весело! Полинк! Идите сюда. — Она подскочила к нам выхватила у меня стопку, слизнула соль из Варькиного декольте, опрокинула в себя шот и слилась с девушкой в поцелуе.

— Опять. — Закатила глаза Полина входя в кабинет, на ней платье уже было, за ней тащился Емеля, прижимая к себе наряд Марьи. Впрочем, увидев меня, взгляд девушки смягчился.

— Как вы нас нашли, — Поинтересовался я, когда Марья оторвалась от Варьки и налила себе еще один шот, опрокинув его в себя уже без какой-то там «закуски».

— Со второго раза! — Гордо призналась моя подруга. — И знаешь что! Я переезжаю из Института! Боюсь, той череды шуток, которые я спонтанна выдала, Кощей мне точно не простит! Так что! Димк! Мы теперь соседи! Не хотела тебе говорить, но я купила квартиру в вашем подъезде.

— Пффф. — Закатила глаза Варька. — Тоже мне тайна. — Марья смерила ее пьяным взглядом и ущипнула за грудь, от чего девушка пискнула.

Я же принял для себя решение, что мне точно надо перевозить мой кабинет в другое место. С Марьей в соседях, работать у меня точно не выйдет, я понимаю, что наведываться она ко мне будет крайне редко, но даже эти визиты будут отнимать массу времени, причем не на приятное времяпрепровождение, а на всякую чушь, вроде наведения порядка и уборки.

Я почувствовал, как у меня завибрировал телефон, и потянулся к нему, причем краем глаза я заметил, что одновременно со мной, к своим смартфонам потянулись Варвара и Емеля…

Достав телефон, я глянул на экранчик, сообщение пришло от букмекерского агентства Гороха, которое гласило: «Уважаемые участники соревнования, наше Агентство поздравляет Вас с Новым годом. Желает счастья и успехов. И уведомляет Вас, что в честь праздника сроки проведения соревнования, «погоня за бродяжным» переносятся. Старт соревнования перенесен на 02 января!»

— Ураааа! — Выдохнула Варвара. — Значит не придётся завтра бегать как ужаленная и ловить чертова деда! Бухаем дальше! — Она схватила со стола стопку текилы.

— Стой! — Прервал я ее. — Тебе ничего тут не кажется подозрительным?

— А? — Подняла на меня девушка свои пьяные карие глаза.

— С чего мне то сообщение пришло? Я ведь больше не часть отдела! — Начал я ей объяснять. — Адрес отправителя, он отличается на одну букву от того, с которого нам приходили уведомления до этого! Варь! Это фейк! Дед пытается нас обмануть! Он выигрывает себе день форы! Напаривает нас, как лопухов!

Варвара вскочила с дивана и ругаясь принялась копаться у себя в сумочке.

— Вот хрен старый! — Ругалась она. — Ну ни секунды же покоя. Ох я ему устрою. — Она вытащила из сумочки блистер с протрезвителем и проглотила таблетку, запив ее из горла текилой. — Так! — Ее взгляд трезвел с каждым мгновением. — Я пойду все выясню, а вы… — Она окинула нас взглядом. — Вы развлекайтесь.

Развлекаться я не стал, прекрасно понимая, что если останусь, то все для меня закончится тем же, чем и для Риммы, ну не то у меня настроение, чтобы веселиться сегодня. Поэтому, я, сославшись на то, что Варьке надо помочь, выскользнул из кабинета, оставляя компанию в одиночестве, если Емеля сегодня не поведет себя, как я, в смысле как полный идиот, то его ждет интересная ночь…

Варьку я не догнал, она уже куда-то умотала, прижимая трубку к уху. Ох, чувствую, ждут деда Кузьму в этом месяце приключения…

Я занял свое прежнее место за барной стойкой со стаканом яблочного сока в руках.

— Дай сюда. — Да что же за вечер сегодня такой, каждый норовит отобрать мою выпивку. Василиса выхватила из моих рук стакан, сделала большой глоток и посмотрела на меня с какой-то детской обидой. — Это что? Яблочный сок? Дима! Ты чудовище!

— Чего это? — Не понял я.

— Ты в курсе про движение, антивеганов? — Она допила содержимое моего стакана и требовательно пощелкала ногтем по его стенке, я вытащил бутылку виски и пакет сока, Василиса кивнула на сок. — Это такие люди, которые едят исключительно мясо, потому что жалеют овощи и фрукты и им претит жестокое обращение с ними. А тут сок… Это же словно кровь яблока, выдавленная из него живьем!

— Какую только чушь народ не придумывает от безделья… — Вздохнул я и тоже налил себе сока.

— Ты прав! — К нам подлетела злая Варвара. — Это обман! Никакой рассылки не было, все по плану, охота за бродяжным начинается завтра, никаких изменений! — Она схватила мой бокал, сделала глоток и тут же выплюнула, обиженно посмотрев на меня.

— На! Возьми мой. — Василиса протянула ей свой напиток, Варька благодарно приняла и снова выплюнула.

— Да вы, блин, издеваетесь? — В ее голосе было столько возмущения и грусти, что мы с Василисой дружно рассмеялись. Варвара махнула рукой и удалилась.

— Что это с ней? — Поинтересовалась Василиса, и я продемонстрировал ей сообщение, та сначала не поняла, но уже через секунду ее губы расплылись в улыбке, а еще через секунду, она заглянула мне в глаза. — Поехали к тебе?

— А муж? — Удивился я.

— Ему не до меня. — Девушка кинула взгляд на закрытую дверь кабинета и не дожидаясь ответа пошла к выходу, я через секунду двинулся за ней, и надеюсь, что руководителю Института не донесут, что мы уехали вместе.

Проснулся я в объятиях Василисы, причем этой ночью, между нами, ничего не было, настроение было не то, мы вообще с ней до утра просто разговаривали, она жаловалась на жизнь, на мужа, на то, что у нее что-то там не получается, я делал вид, что слушаю, каждому из нас нужно время от времени выговориться, даже если ты сильная и очень независимая женщина. В итоге, мы заснули в объятиях друг друга, так же и проснулись.

Я аккуратно склонился к девушке и нежно поцеловал ее в лоб, она, не открывая глаз расплылась в улыбке.

— Когда все закончится, мне будет тебя не хватать. — Она расцеловала мою грудь. — Почему-то мне кажется, что после того, как ты найдешь Бельского, наши встречи закончатся.

— Скорее всего. — Честно признался я, на у зачем юлить, у нас с Василисой были предельно откровенные отношения, не любовь, зато честность и понимание на высшем уровне, у меня даже мелькнула мысль, что из нас бы вышла самая крепкая супружеская пара из возможных. Ведь наиболее крепкие союзы, вопреки всеобщему мнению, основаны не на любви, а именно на взаимоуважении и взаимопонимании. Вот, к примеру Васька, Царевича именно любила и что из этого вышло? Развод, разрыв и презрение, она ведь даже не приехала на его похороны…

— Тогда… — Вздохнула девушка, взбираясь на меня. — Используем оставшееся нам время по полной!

От Василисы, а мы провели эту ночь у нее, как я и предполагал, еще одну квартиру в нашем подъезде приобрела именно она, я отправился к себе. Дверь в квартиру на пятом этаже была открыта, не на распашку, конечно, просто замок не заперт, я осторожно вошел в коридор, мало ли, кто затаился в ванной комнате или кухне, такое уже было и не раз, что меня дома ждал не приятный сюрприз.

На этот раз сюрприз был приятный, вернее даже вовсе это был не сюрприз, а ожидаемые и даже в какой-то мере родные тела, лежавшие вповалку у меня в кровати. По всей видимости, вечеринка вчера затянулась, и Марья вместе с Полинкой предпочли переночевать у меня, удивительным было только то, что вместе с ними на кровати спала и Римма.

Я аккуратно погладил подругу по щеке, ласково провел большим пальцем по маленькому шраму на ее щеке, и Искусница улыбнулась, не открывая глаз.

— Не знаю уж, куда ты там вчера сбежал, но ты многое пропустил…

— Римма тут откуда? — Задал я вопрос, доставая из прикроватной тумбочки блистер с таблетками антипохмелина и бутылку воды.

— Принесли! Емеля притащил, наивный паренек думал, что ему что-то обломится, а его начальница припахала пьяных теток таскать. — Усмехнулась Искусница. — Уф и зачем было вчера столько пить. — Она проглотила таблетку, сделала большой глоток воды и только после этого открыла глаза. — И ведь хотела же пораньше свалить, так нет же, Варька со своей текилой…

— Кто заставлял? — Она поцеловала меня в раскрытую ладонь, которой я все еще гладил ее по щеке.

— А как можно было отказаться? — Звонко рассмеялась девушка, от чего остальные два тела на кровати недовольно закряхтели.

В моем кармане завибрировал телефон и я, не отвечая Марье, достал его и глянул на экран, букмекерское Агентство Гороха сообщало, что в январской охоте за Бродяжным победила полиция, а значит, мой выигрыш по ставке составляет… Сумму я даже смотреть не стал, не интересно, главное, что Варька все же успела и в этом месяце взять деда…

Content

Дмитрий Инин
Зимняя сказка

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20