Дмитрий Инин

Звенящая весенняя капель

Глава 1

Кто-то говорит, что весна, это самое прекрасное время года, оживающая природа, уходящие вечные сумерки зимы, первые зеленые листочки. Но все это относиться уже к поздней весне, которую легко перепутать с летом, весны победившей, а не той, грязной, скользкой и мокрой, что развернулась сейчас под моими окнами.

Я стоял и с высоты второго этажа наблюдал за неприглядной картиной, что разворачивалась у входа в мой бывший караоке бар, а нынче в самый модный клуб в Караваеве.

За зиму мы расширились, я выкупил соседнее помещение и целый этаж над клубом, причем мне это даже обошлось крайне дешево, наше здание находилось в собственности у мэрии, и они мне его уступили за бесценок, за символическую плату и обещание, больше никогда не участвовать в тендерах. Слишком большое впечатление на них произвело то, как я, за условный рубль взялся ремонтировать заросшую и заброшенную дорогу к старому корпусу НИИ, тому самому, через который я дважды проникал на территорию Института.

Но давайте по порядку. Новый год в Караваеве начался со скандалов, кадровых перестановок и репрессий, репрессировали всех, кто хоть раз, даже в приватной беседе отзывался плохо об Институте или его менеджменте. И в итоге, вместе с депутатом, тем самым, который пытался создать движение против нас, должности потеряли и многие другие. Мэр предпринял массу усилий, чтобы восстановить взаимоотношения с Институтом, по началу, городские власти, конечно, пытались брыкаться, пыжились и строили из себя не пойми что, ход противостояния переломил тот самый тендер.

Василиса, заявила, что мы будем восстанавливать старый корпус, вернее не восстанавливать, а отстраивать заново, но для начала, нужно было отремонтировать дорогу, что вела к нему от города и построить новую, напрямик через лес к Институту. Местные подрядчики уже потирали руки, радовались, что выжмут из зарвавшихся «тварей» в трое больше денег, когда я подал заявку на участие в тендере и выиграл его за условный рубль. Как же они смеялись, уверен, я был поводом для шуток и издевательств для всех местных дорожников и строителей, про «идиота из Караваева», наверное, даже коллегам в соседние регионы сообщили. Длилось правда это не долго. Буквально за ночь, дорога была построена, и вот после этого, караваевские шишки и приползли к Василисе на коленях… Просили прощения, молили о снисхождении, рыдали и умоляли не бросать их сиротинушек. Та их конечно простила, предупредив, что если подобное повторится, то жить им на одну зарплату и государственные дотации.

После этого, сбылась и моя мечта, я наконец-то познакомился с тем самым человеком, который отвечал за дороги в городе, вопреки моим ожиданиям на нем не было усыпанной бриллиантами короны, или выточенных из цельного изумруда ботинок, простой чуть полноватый мужчина средних лет, чье несметное богатство выдавали только швейцарские часы на руке, и хищный взгляд.

Собственно, благодаря соглашению с ним, я и получил помещение, я был рад удачному решению проблемы тайного… простите, секретного убежища, для работы, а он тому, что так легко устранил конкурента, способного за одну ночь и всего за один рубль построить объект, за который лично он получил бы десяток миллиардов бюджетных и инвесторских денег.

Спросите, почему я пошел на такие уступки? На то три причины, первая, это то, что мне не нужны деньги, у меня их и так достаточно, не сумею потратить столько, за оставшиеся мне пару месяцев жизни. Второе, меня бы просто-напросто грохнули, если б я отказался, нет напрямую мне никто не угрожал, наоборот, беседа прошла в исключительно дружелюбной атмосфере, но я прекрасно понимал, что, отнимая такую уйму денег у человека с такими связями, я становлюсь на край пропасти. Ну и третье, у меня нет времени на всё это баловство, оно словно песок утекает у меня сквозь пальцы, и кога упадет последняя песчинка… Не хочу даже думать…

Ну а дальше, мы расширили клуб, обустроили кухню, на втором этаже сделали офис для управляющего, и кабинет для меня, вернее не так, для себя я устроил секретное логово, за потайной панелью в кабинете, пряталась большая комната с доской на которой я чертил схемы и версии, просто не реально гигантской библиотекой, различных изданий сказок и легенд, и конечно спальней с душевой.

Шум внизу снова привлек мое внимание, компания из четверых парней и одной девушки, сразу определить, городские это или Институтские было невозможно, стоят и конфликтуют с охраной. Невозмутимые соловьевичи стоически терпели их крики и оскорбления в свой адрес и не пускали ребят в клуб.

— Это потому, что мы Институтские? — Совершенно не к месту завопил один из парней, я усмехнулся, Институтские, были моими лучшими клиентами, вернее элита, топ менеджмент. Василиса заруливала к нам с регулярностью раз в пару недель точно, Злата, та и вовсе была постоянным гостем. Кроме того, в заведении работали многие из тех, кто не нашел себя на службе у Кощея, я же принимал их с удовольствием, не взирая на, зачастую, жуткий внешний вид. Кому, например какое дело, как выглядит шеф повар, если он отлично готовит? Или уборщики, которые появляются только после закрытия? Официанты, эти да, этим необходимо иметь приятную наружность, поэтому, мне пришлось нанимать девчонок из местных, но в целом, мое заведение дало работу многим изгоям, из тех, кто без дела околачивался либо в общежитии, либо и вовсе на нижних уровнях главного корпуса. От этого, услышав возмущенные и абсолютно не справедливые обвинения парня, я поморщился.

Компания вообще была своеобразная, разношерстые ребята, двое откровенных гопарей, крупные мордовороты, смахивавшие на соловьевичей, но все же другие, тощий очкарик в клетчатой рубахе. Дерзкий не бритый пацан, лет восемнадцати, который и орал на охранника, был словно на шарнирах, казалось, он просто не в состоянии стоять спокойно, ему нужно было постоянно двигаться. И девчонка в безразмерном бесформенном худи с ярко зелеными волосами, красивая, такую я бы без разговоров принял в официантки, или даже в танцовщицы.

Охранники тем временем, просто прекратили реагировать на парней и стояли молчаливой стеной, не пуская тех в клуб.

Я со вздохом засунул за пояс громовые перчатки и направился вниз. Спросите зачем? Да потому что мне нужно было тупо развеяться, сменить обстановку, впустить немного жизни в свой мир.

Буквы уже сливались в одну бесформенную массу, сказки, легенды, басни, все это перечитывалось на миллионы раз и все без толку. Досье Бельского я изучил во всех подробностях, я встретился с его одноклассниками, одногруппниками, родственниками, с которыми он сам в жизни не встречался и все в пустую. И да, вы правильно поняли, теперь я мог беспрепятственно выезжать из Караваева, доверие ко мне было полное. Вот только выезжать у меня не было времени, потому что оно все уходило на изучение чертовых материалов.

Постепенно я замкнулся в себе, проводя все время тут, в своем логове, где меня не могла найти ни Василиса, ни Варька, только от птиц я скрыться не смог, несмотря на то что в комнате не было окон, и вообще помещение закрывалось, я однажды обнаружил их дерущими на груде моих бумаг. На вопрос, как они меня нашли, я получил простой ответ, «Мы соскучились и вот!»

Остальные по мне, видимо не скучали, потому что убежище найти не смогли. Но это я конечно вру, скучали и еще как, Василиса, приезжая в клуб, неизменно старалась навестить меня, зачастую просто, молча сидела со мной в обнимку, я знал, что она волнуется за меня, за мое состояние. Они все волновались, кто-то более явно, вроде той же Василисы, кто-то сдержано, Марья, к примеру просто не умела демонстрировать свои чувства, но то, что она все чаще бросала работу и требовала, чтобы я проводил с ней время, уже говорило о многом.

Я же… Я загонял себя, загонял работой. Рутинным изучением всего, что касалось чертова Андрея Бельского… И все это было впустую, его исчезновение, так и оставалось загадкой, химерой, которая ускользала от меня и тем приводила в отчаяние, спасение от которого я все чаще пытался искать в безлимитном алкоголе и доступных, веселых посетительницах клуба.

Вот и сейчас, чтобы переключить свои мысли и вообще развеяться, я спускался ко входу в клуб, где подвижный словно ртуть юноша, прыгал на охранников.

— Что тут происходит? — Я вышел из-за спин парней.

— А ты кто вообще такой? — Тут же принялся хамить мне пацан.

— Этих выставили, после того как они бутылку вискаря из бара попытались стырить. — Невозмутимо пояснил охранник, соловьевич из братства, серьезный, солидный, опрятный. Василиса уйму сил приложила, чтобы выпытать у меня, как я умудрился их привести в такой вид, больше этого, ее интересовало только то, как я дорогу построил, и что характерно, ни на один из вопросов ответа она не получила, зато мы оба получили массу удовольствия от процесса расспросов.

— Ты чего несешь? — Снова взбеленился парень. — Ты нас за руку ловил?

— Камера зафиксировала. — Пояснил охранник. — Мы шум поднимать не стали, все же ребята из наших, но вывели, а они теперь бузят.

— Слышь ты! — Взвизгнул подвижный. — Манекен сраный, мы тебе не свои!

Щелк, и паренек отлетает в сторону, задергавшись на земле и получив разряд тока, его друзья несколько секунд смотрели на трясущееся тело, но мгновенно сориентировались и пошли в атаку.

Первого здоровяка успокоил охранник, тот попытался выполнить ему проход в ноги, и даже ухватил за бедра, но соловьевич резко нанес удар локтем по почкам парню и тот, тихо скуля, осел на землю. Второму здоровяку я привычным жестом метнул в лицо перчатку, старый испытанный способ, разряд был послабее, чем от удара, но обычно его хватало. Я оглядел поле боя, трое противников повержены, один куда-то исчез, и только грустная, красивая девчонка в мешковатом балахоне смотрела на нас безразличным взглядом, а потом… Свет в моих глазах померк.

Пришел в себя я на кушетке в своем кабинете, и надо мной, сияя белоснежной улыбкой нависла Варька.

— Дим! — Она больно ущипнула меня за бок. — Ну ты чего? Ну как можно быть таким не внимательным то? Опять повелся на смазливую мордашку и сиськи и упустил из виду самого опасного противника? — Я охнул и попытался подняться, но Варька силой прижала меня обратно к кушетке. — Куда собрался, лежать, я еще не все смешные шутки и подколы тебе высказала. Ты раз уж в драку полез, то почему кикимору сразу не обезвредил? Она ж в этой компании самая опасная.

— Какую еще кикимору? — Не понял я.

— Знакомься! Ирина Кощеевна Кикимора! — Варька картинным жестом указала на пол, где в коконе ее волос спокойно лежала та самая зеленоволосая девушка. — Обладает даром телекинеза, швыряет предметы на расстоянии! Она то тебя куском льда и приложила, скажи спасибо, мы вовремя приехали.

— А вы в честь чего пожаловали? — Хмуро поинтересовался я, мне было сейчас очень плохо, похоже сотрясение мозга, хотя какой тут мозг, и вправду ввязался в не нужную драку, да еще и выхватил от девчонки.

— Нас охрана вызвала. — Подмигнула мне Варька. — Мы же все-таки полиция, а тут наши бузу затеяли, как было не приехать. Лучше расскажи, с чего ты на ребят кинулся.

— Хамили! — Коротко пояснил я. — Но, если честно, сам не знаю. Стоял, смотрел, как один из них выёживается перед охраной и так мне мерзко стало. Ты прикинь, этот придурок, соловьевичам заявил, что те его в клубне пускают, потому что он институтский! Понимаешь? В мой клуб!

— Понимаю! — Варька ласково погладила меня по щеке и раскупорив пузырек с восстанавливающим зельем влила мне его наконец в рот. — Понимаю, что ты замотался на бумажной работе, стал раздражителен и вспыльчив, не сумел удержать себя в руках и с радостью ввязался в первую же попавшуюся драку. Ир! — Она повернулась к спутанной девчонке. — А вы чего с соловьевичами расовые вопросы поднимать начали?

— С какими соловьевичами? — Округлила глаза девчонка до того лежавшая спокойно.

— Так тут на охране соловьевичи стоят. Или не признали? — Рассмеялась Варька. — Тут половина персонала из наших. А по дурной башке ты зарядила Дмитрию Галицкому, одному из топов Института, как тебе такое развитие событий?

— Ой. — Только и сумела выдавить из себя девчонка.

— Ну? — Варька повернулась ко мне. — Что делать с этими охламонами будем? С теми то все ясно, посидят у нас трое суток в камере и на волю с чистой совестью, а девчонку, может ты лично хочешь отшлепать? — Она игриво подмигнула мне.

— Да пусть валит. — Не подержал я игру подруги. — Видеть ее не хочу.

— Вот видишь, подруга. — Волосяной кокон, опутавший девушку, распался, освобождая ее. — Чтобы Дмитрий тебя отшлепал, это еще заслужить надо, честным трудом.

— Пф. — Сморщилась она, поднимаясь и окидывая меня презрительным взглядом. — Больно надо.

— Кстати про честный труд. — Остановил я девушку, собравшуюся было уходить. — Если работа нужна, можешь к Аристарху Кощеевичу подойти, он тут управляющим, у нас как раз официанток некомплект. — Тут я немного лукавил, официанток у нас было достаточно, просто и девчонка мне понравилась, красивая, как все Кощеевны, да и я последнее время придерживался политики, что чем больше институтских будет занято общественно полезным трудом, тем в городе будет спокойнее, от того и старался пристроить их к делу.

— Скажи честно. — Варька уселась со мной рядом, как только дверь за Кикиморой закрылась. — На хрена она тебе нужна? Нет, я Ирку знаю, она нормальная девчонка, компания у нее правда стремная, Серый этот, оборотень, ну дерганый парень, которому ты три зуба выбил. — Я удивленно раскрыл глаза, не хотел я настолько сильно его бить, но видимо тренировки, которые я посещал последние три месяца, давали эффект. — Но зачем?

— Честно? — Я заглянул в ее темные карие глаза. — Вспомни, какая у официанток униформа, короткая клетчатая плиссированная юбочка, майка с декольте, ты представь, как она в этих шмотках выглядеть будет…

— Идиот! — Хихикнула Варька. — А если серьезно?

— Варь! Человек, если он не при деле, склонен творить глупости, вот они сегодня бузу затеяли, завтра нападут на кого-нибудь, знаешь, чем закончится?

— Преступлением. — Она наклонилась и чмокнула меня в губы. — Мне очень нравится, как ты стараешься заботиться о совершенно не знакомых тебе людях.

— Ой, — Отмахнулся я. — Только не надо мне приписывать всякого такого. Обрати внимание, я не предложил работу всей компании, я ее предложил только красивой девочке, с длинными ножками. Так что, рано ты меня в рыцари то записываешь. Но — Я поднял вверх указательный палец. — Если ты еще раз меня поцелуешь, я буду совершенно не против.

Варька рассмеялась и демонстративно чмокнула меня снова, после чего, привычным движением проследовала к бару и вернулась оттуда, держа в руках два бокала, с соком для меня и с вискарем для себя.

— Тяжелый день или ты уверенно движешься к алкоголизму. — Я кивнул на напиток в ее руке.

— Обычный день. — Она пожала плечами. — Очередное беспочвенное обвинение в адрес Института. Заявитель обвинил нас в краже денег, подняли записи видеонаблюдения, там все чисто.

— Денег много? — Уточнил я, для меня сейчас любая информация, любое дело, в котором не фигурировал Бельский, было словно глоток свежего воздуха, мне было интересно все, кроме бывшего директора Института.

— Тридцать тысяч. — Пожала плечами Варька. — Выручка ларька с сигаретами. Деньги скорее всего сами потеряли, а нас обвинить пытаются.

— Что-то больно уж сумма не серьезная. — Нахмурился я. — Варь, я, конечно, не в праве тебе советовать, но сама посуди, это ж бред. Ладно бы там был миллион, или что-то вроде того, но тридцать тысяч, да еще и сейчас, когда отношения между нами и городом только нормализовались. Бред какой-то.

— Так они и забрали заявление, после того как мы им видео с камер продемонстрировали. — Пожала плечами девушка. — В ларек никто не входил, никто не выходил. В общем дело закрыто.

— Дело закрыто, но ты бухаешь. — Подмигнул я девушке.

— Да это не из-за работы. — Варька отставила в сторону стакан. — Я наконец то с Валерой порвала, дурацкие отношения, но все равно, как-то не по себе. Вот и решила выпить с тобой.

— Эх, милая моя. — Я приобнял девушку за плечи. — Бухать в таких случаях невыход, бухать вообще никогда не выход. Все переживания, надо встречать трезвым умом.

— Ой! — Она потеснее прижалась ко мне и положила голову на плечо. — Трезвенник нашелся, прежде чем такие советы давать, вспомни, что мы с тобой не раз выпивали вместе, бывало даже, что до бессознательного состояния.

— Так-то ж на радостях. — Рассмеялся я. — На радостях можно, когда настроение хорошее. Алкоголь, он усугубляет имеемое, если тебе весело, то становится еще веселее, а если грустно, то… То ты делаешь глупости, типа пьяных звонков бывшим с попытками выяснить отношения до конца.

— Не. — Варька снова взяла стакан в руки и в два глотка осушила его. — Я не грущу и не переживаю. Для меня, это закрытый вопрос. Надоело. Просто надоело.

— Твое решение. — Усмехнулся я, хотел было сказать «не мое дело», как это сделала бы Марья, но вовремя употребил другую фразу.

— И я не забуду, про то, что ты мне предложил нажраться на радостях, — Усмехнулась моя подруга. — Близится первое апреля, помимо твоего профессионального праздника, мы планируем снова поймать Кузьму. Отмечать будем у тебя! Я уже платье купила, красивое. — Она закатила глаза. — Вот такое, чуть ниже жопы, тебе просто обязано понравиться. — Я лишь рассмеялся в ответ. Нет полюбоваться на ее прелести я всегда был рад, да и выпить текилы слизывая соль с ее груди, горячей и пьянящей без всякого спиртного, это я завсегда, вот только дальше этого у нас никогда не шло и не пойдет.

— Заметано! — Кивнул я. — Хотите, отделу кабинет в караоке, хотите столик в клубе, что угодно на выбор.

— Вот и договорились! — Варька меня крепко обняла и прижала к себе так, что мне стало трудно дышать, — А я в свою очередь, обещаю, что выпивать стану только с тобой. Расскажи, как твои дела в расследовании?

— А… — Махнул я рукой и не сумел скрыть от подруги грусти. — Все так же, Бельский никому не был нужен, больше того, про него все и думать забыли, еще до исчезновения, его перестали воспринимать, как важного человека, он занимался исключительно исследовательской работой, причем ни с кем не делился, в каком именно направлении эти исследования велись. Вот и все, зацепок нет, подозреваемых нет. У меня ничего нет, кроме черных кругов под глазами от недосыпа.

— Отдохнуть тебе надо. — Обеспокоенно сообщила мне напарница. — Расслабиться.

— Да я только и делаю, что отдыхаю и расслабляюсь, весь алкоголь в баре перепробовал, половину местных девчонок по именам знаю. Мозги мне переключить надо, Варь. — Пожаловался я. — Ну не могу уже, сижу один запертый в четырех стенах и сказки читаю, ну дур дом же честное слово. Вот если бы одна моя подружка взяла меня на какое-нибудь интересное дело… — Моя рука переместилась с ее плеч на талию и пальцы пощекотали твердый как камень плоский животик.

— Тогда бы твоей подружке, Василиса Андреевна так всыпала, что она бы неделю сесть не могла. — Она потерлась щекой о мой не бритый подбородок. — Но я подумаю, что можно сделать. Полностью с тобой согласна, нельзя держать человека исключительно на бумажной работе. Ладно! — Она сделала вид, что начала собираться, но явно не торопилась вставать с диванчика. — Ты со мной домой, или еще поработаешь?

— Поработаю! — Вздохнул я. Варька чмокнула меня в щеку и вышла из кабинета. Домой мне не хотелось, а тут, в клубе жизнь, движение, молодые, красивые девчонки на танцполе.

Несмотря на то, что на дворе был вечер четверга, народ в клубе был, мало, но все же. Я еще походил из угла в угол, пытаясь настроиться на работу, после чего плюнул и решил спуститься в бар. Там люди, там шумно, там никто не рассказывает сказки, по крайней мере русские народные.

А еще, с удовольствием заметил, что после драки, я взбодрился, хлынувший в кровь адреналин, требовал реализации, снова захотелось жить, пойду, может быть, даже тряхну стариной и с кем-нибудь познакомлюсь, без обязательств и продолжения, просто потрепаться, потанцевать, а потом, может быть и подняться сюда…

В приподнятом настроении я выдвинулся из кабинета, и собрался было вниз по лестнице в бар и клуб, когда услышал крики Аристарха, карлик был явно чем-то возмущен.

Аккуратно зайдя в кабинет управляющего, я застал удивительную картину.

Карлик стоял на цыпочках перед высоченной официанткой и глядя снизу вверх орал. При учете того, что в девчонке роста было примерно метр восемьдесят, и управляющий был ей чуть выше колен, складывалось впечатление, что он орет ей куда-то под короткую юбку. Я не смог удержаться и заржал.

Услышав мой смех, оба участника странного действа, вздрогнули и развернулись ко мне.

— Дмитрий! — Так же на повышенных тонах обратился ко мне Аристарх. — Вы как раз вовремя! Я поймал воровку!

— Я ничего не крала! — Заорала на него девчонка, она была из местных, высокая фигуристая, с длинными курчавыми волосами и милыми канапушками по всему лицу. — Я зашла за ключ картой от кассы! И никаких денег не брала!

— Подождите! — Остановил я их. — Аристарх Кощеевич, расскажите по порядку, а Вы, девушка, помолчите пожалуйста, обещаю, я во всем разберусь. — Я одарил ее лучезарной улыбкой, при виде которой девушка только закатила глаза.

— Дим! У меня тут в тумбочке, выручка за смену, я каждые два часа забираю деньги из кассы и приношу сюда. — Начал Аристарх.

— В тумбочке? — Уточнил я. — У нас нет сейфа?

— Есть. — Покраснел управляющий. — Просто так проще, тут же все под камерами, охрана следит, никто просто не может украсть, а сейф, его открывать надо…

— Подождите. — Остановил я его. — Если украсть не могут, то как?

— А вот так! — Карлик победоносно погрозил девушке кулаком. — Доступ имеет персонал, я пришел с очередной порцией денег, застал тут эту… эту… А денег нет! — Эмоции переполняли его.

— Так. — Теперь я посмотрел на девушку. — Теперь рассказывайте Вы, Аристарх, Кощеевич, а Вы помолчите, будьте любезны. — Управляющий задохнулся от возмущения, но послушался.

— Ключ карта от кассы. — Угрюмо сообщила девушка. — Чтобы открыть смену, нужно воспользоваться специальным ключом, он хранится здесь, меня за ним и послали, я поднялась, взяла карту и собралась уже возвращаться, когда пришел гном… в смысле Аристарх Кощеевич, заглянул в тумбочку и начал на меня орать, обвиняя в краже.

— Аристарх Кощеевич. — Я со вздохом смерил управляющего взглядом. — Сколько было денег?

— Около пятидесяти тысяч. — Нахмурился карлик.

— И наверняка не самыми крупными купюрами. — Как бы сам себе сообщил я. — И куда она их спрятала? — Я кивнул на девушку, одетую в короткую юбочку и обтягивающую майку. — В труселя? Тогда извините у нее бы выпирало.

— Может она где-то тут спрятала? — Пробурчал он. — Чтобы потом забрать…

— А еще, если я правильно помню, кабинет оборудован камерами видеонаблюдения, и достаточно позвонить охране и уточнить у них, брала ли девушка деньги.

Официантка смерила победным взглядом управляющего и улыбнулась мне.

— Аристарх Кощеевич, я думаю мы можем отпустить девушку. Пусть идет работать.

— Алиса. — Официантка фамильярно протянула мне руку, и я на автомате пожал ее. — Спасибо Вам.

Девушка гордо удалилась, а я остался наедине с карликом.

— Так почему выручка хранится в тумбочке? — Уточнил я.

— Я не открываю сейф каждый раз. — Я неохотой сообщил управляющий — Там выручка за месяц. Поэтому я ключ тут не держу, выручка за день собирается в тумбочке, после чего сводится касса, и только после этого, я убираю ее в сейф.

— А из сейфа? — Уточнил я. — Я так понимаю, в банк наличку мы не сдаем?

— Не сдаем. — Обреченно вздохнул Аристарх. — Это же не учтёнка, свободные от налогов деньги!

Я подавил злость, этого мне не хватало, игры с налоговой добром не заканчиваются, впрочем, плевать, это дела Аристарха и его риски.

— И сколько там? — Я кивнул на стальную дверцу.

— Порядка тридцати миллионов рублей. — Выдохнул карлик, и словно вторя ему со стола упал письменный набор, мы с управляющим кинулись собирать рассыпавшиеся ручки и карандаши. Собрав, я не стал больше совать нос в дела управляющего и молча спустился в бар.

По идее, стоило поругать Аристарха, и за то, что начал мутить с налогами и выручкой, и за то, что не справедливо сорвался на официантку, но это было не мое дело, его наняли именно для того, чтобы я не вмешивался в дела клуба, и я не собирался в них лезть.

Поэтому, я выбросил все эти вопросы из головы, спустился в бар и заказал пиво.

— Еще раз спасибо. — Шепнула мне на ухо официантка Алиса, проходя мимо и как бы ненароком задев бедром, я проводил взглядом ее ладную фигурку, и вернулся к своей кружке, что-то не давало мне покоя. Какая-то мысль, что-то было неправильно в произошедшем… Черт! А где деньги! Куда пропали пятьдесят тысяч из тумбочки управляющего. Он ведь при мне позвонил охране, те посмотрели по камерам и подтвердили, что к тумбочке никто не подходил.

Пропавшие деньги Аристарха, пропавшие деньги из сигаретного ларька, про которые рассказывала мне сегодня Варвара, нет ли тут связи?

Глава 2

Домой я вернулся под утро, немного потрепался с птицами, радостно делившимися со мной городскими сплетнями, позавтракал и завалился спать. Сон, как и всегда, в последнее время, не принес покоя, я слишком волновался и переживал за то, что расследование исчезновения Бельского идет туго, буквально стоит на месте, и как следствие сон был беспокойный и с бредовыми сновидениями, и я даже обрадовался, когда кто-то схватил меня за плечи и принялся трясти.

Открыв глаза, я увидел перед собой чрезвычайно довольное Варькино лицо.

— Сглазил, сволочь. — Очень ласково и с довольной усмешкой сообщила мне девушка.

— Чего? — Не понял я.

— Сглазил, говорю. — Пояснила мне девушка, впрочем, не внося в вопрос ни крупицы ясности. — Вставай, приводи себя в порядок и поехали со мной. Я вчера поговорила с тобой и решила вывести тебя в свет.

— Чего? — Снова повторил я.

— Дело у нас! — Она кинулась на меня и принялась щекотать. — Вставай говорю! Попытка ограбления, странная, как раз наша тема. Так что! Проснись и пой. — Я перехватил и прижал ее руки к телу, но Варька извернулась и чмокнула меня в щеку. — Вставай, вставай, вставай!

— Да встал уже. — Буркнул я.

— Я чувствую, — Притворно хрипловатым голосом сообщила мне Варька и рассмеялась, я чертыхнулся, тупая шутка. И вообще, с чего у нее такое хорошее настроение с утра, вроде, как и работы подвалило, а нет вон, сидит, лыбится. — Ладно! — Варька встала и порывистой походкой отправилась на кухню. — Приводи себя в порядок, и иди завтракать, надеюсь у тебя в холодильнике найдется, хоть что-нибудь.

В холодильнике что-то нашлось. Когда я после душа завалился на кухню, натягивая на все еще сырое тело футболку с надписью, «Выплаты в случае смерти», Варвара как раз собирала бутерброды с копчёным мясом, параллельно пытаясь отгонять от тарелки птиц.

Девчонки заметили меня и загомонили.

— Дима! Дима! Дима! — Они забыли и про Варьку, и про бутерброды и радостно запрыгали вокруг меня. — Проснулся! Проснулся! Проснулся!

— Дим! — Варвара пристально вгляделась мне в лицо. — Ты очень плохо выглядишь! Уставший, круги под глазами. Тебе на полном серьезе, нужно отдохнуть, переключить мозги.

— Вот и помоги мне с этим. — Я ухватил с тарелки бутерброд и с аппетитом заработал челюстями.

— Так я же для этого и пришла! — Радостно сообщила мне девчонка. — У нас ночью произошел инцидент, кто-то пытался ограбить отделение банка и дело, очень странное.

— Это хорошо, что дело странное. Поехали? — Инициатива захлестнула меня волной, ну наконец то, действие, а не тупое сидение в кабинете в поисках неизвестного.

— Ешь давай нормально. — Рассмеялась Варька. — Мы никуда не торопимся, мы же с тобой руководство, приедем, когда рядовые информацию соберут, постоим с умным видом, посмотрим, ну а дальше уже сделаем свои выводы.

— А как же истеричные метания, схватки с врагами, которые, может и не хотели драться, самоличные допросы и расследования. — Возмутился я, на что Варька снова расхохоталась.

— Дим! Мы так больше не работаем. — Она потрепала меня по голове. — Времена, когда ты носился, а мы плевали в потолок в отделе и ждали, что ты все раскроешь и расскажешь нам, прошли. Мы теперь нормально работаем. Сейчас на месте волк и Виталя, собирают улики, оформляют отчеты, исследуют место преступления. Волк же обладает уникальным нюхом, В девяносто девяти процентах случаев, я вообще приезжаю только на задержанного посмотреть, потому что он уже всех выследил.

— Скучно работаете. — Я наконец то доел бутерброд и встал, демонстрируя, что уже вполне готов выдвигаться. — Без огонька, без безуминки!

— Это да. — Согласилась Варвара. — Зато эффективно.

Ехали мы на ее машине, Варька всю дорогу без умолку болтала, делясь сплетнями и забавными историями из жизни и работы отдела, и я вдруг понял, что очень скучаю по ней, по всем ребятам и по такой вот простой работе, когда мчишься куда-то, чего-то там расследуешь. Варвара, судя по приподнятому настроению, тоже по мне соскучилась, все же время, проведенное в совместной работе со мной, было в ее жизни самым насыщенным на приключения, не говоря уж о том, что тот период для нее фактически был детством, а люди склонны идеализировать его.

За окном проносился парк, сквозь голые черные ветви деревьев проглядывалось озеро, лед на котором все еще был заметен снегом, но в некоторых местах возле берега уже начал таять, обозначив кромку воды. Скоро уже, снег окончательно сойдет, лед растает, освобождая водную гладь и по озеру поплывет прекрасной белоснежной птицей знаменитый карваевский гусь. И, может быть, я даже в последний раз пройдусь по сверкающим свежей, изумрудной листвой парковым аллеям, прежде чем предстать пред ярко синие очи директора Института. В последний раз поцелуюсь с Василисой и Марьей, последний раз поем вкусный, но осточертевший плов в узбекской забегаловке… Последний раз приду на пустырь, на котором все остальные горожане видят отель и ресторан…

— Чего загрустил? — Варвара ткнула меня кулачком в плечо, привлекая внимание. — Весенняя хандра? Капель депрессию накапала?

— Да нет. — Я натянул притворную улыбку. — Так, задумался о будущем.

— Не думай! — Со знанием дела перебила меня девушка. — От мыслей появляются морщинки. Живи сегодняшним днем и радуйся.

— С тобой что сегодня творится? Дерябнула что ли элексир какой для поднятия настроения? — Я пристально посмотрел на напарницу. — Если так, то дай и мне.

— Да ничего я не дерябнула. — Рассмеялась она. — Просто я радуюсь! Мы с тобой снова едем на дело, как в старые добрые времена, и мне это поднимает настроение. Я по тебе, балбесу, скучала. И сейчас мне хорошо!

И вот в этот момент я понял ее, настроение девушки мгновенно передалось мне. Мне ведь тоже с ней было сейчас очень хорошо, красивая родная девчонка, везет меня на встречу неожиданным событиям, туда, где не надо думать ни о том, что произойдет через два месяца, ни о тупых поисках непойми чего, впереди нас ждет простое и понятное приключение.

Машина остановилась возле отделения банка, перед которым скучали парочка местных полицейских. Когда я вышел, они смерили меня ненавидящим взглядом, в полиции меня не любят, после того как из-за меня уволили половину личного состава, относились они ко мне с нарочитой вежливостью, при этом всегда бросали ненавидящие взгляды. А вот на Варьку они смотрели с уважением, нет конечно первые взгляды парней сразу же устремились на ее стройные ножки в обтягивающих штанах, но было видно, девчонка для них не просто красотка с круглой задницей, она авторитет.

— Ребята привет! — Помахала девушка рукой патрульным, те расплылись в улыбках, я в качестве приветствия просто кивнул, и мы прошли в пустой зал отделения банка.

Все же, без сотрудников подобные организации кажутся мертвыми, несмотря на то что в отделении суетились полицейские, казавшиеся тут чем-то посторонним и не естественным, отделение выглядело безжизненно. Может тому виной тусклый свет, видимо из экономии электричества, были включены только половина ламп, может то, что за столами и стойками не было сотрудников, которых я привык там видеть.

— Скажите мне! — К нам подошел суетливый мужчина в пиджаке. — Когда уже все закончится и мы сможем приступить к работе? У нас рабочий день, между прочим.

— А Вы простите кто? — И глазом не повела Варвара.

— Я директор отделения банка! — Мужичок важно выпятил грудь. — Меня зовут Виктор Степанович. И я требую ответа.

— Виктор Степанович. — Грустно выдохнула Варвара. — Отделение Вашего банка, ночью пытались обворовать и Вы сами написали нам заявление. Поэтому дождитесь окончания следственных мероприятий и не мешайте людям работать.

— Я требую ясности… — Начал было истерить дядька, но Варвара проигнорировав его прошла внутрь, где в уголке сидел волк, почему-то с ярко красными глазами.

— Серый! С тобой что? — Я потрепал друга по лохматой башке. — Все нормально? Почему глаза такие большие и красные?

— Ой! — Скривился любитель пирожков. — Только давай без дурацких анекдотов. Привет, Дим! Эти твари в помещении, какую-то забористую дрянь рассыпали, у меня кажется не только нюх, но и вкус отбило. Прикинь? Как я теперь пирожки есть буду? А если это навсегда?

— Не переживай. — Успокоил я товарища. — Я у Златы эликсир какой-нибудь выпрошу он тебя вмиг вернет в ряды потребителей выпечки. Луше расскажи, что тут произошло? — Волк воспрял духом.

— Да я не знаю, мы когда приехали, мне практически сразу нюх и отбило, знали сволочи, что я в полиции работаю и перестраховались.

— Да? — Заинтересовался я. — И с помощью чего можно такое сотворить? Магия?

— Можно и магией. — Недовольно поморщился волк. — Уверен, та же Злата могла какую-нибудь гадость подобную сотворить, но вообще, можно и простым перцем такого эффекта добиться.

— Варь. — Я повернулся к напарнице. — Надо пыль с пола на анализ взять, выяснить, чем траванули нашего друга. — Она ничего не ответила, лишь широко улыбнулась, а мне вдруг стало очень стыдно, наверняка, все уже сделано и даже отправлено в лабораторию на исследование, ну вот и к чему все это, вроде как меня взяли в помощь, но теперь я чувствую себя не нужным.

Варвара словно считала мои эмоции и прихватив за локоть, потащила за собой.

— Пойдем, посмотрим, что там на камерах видеонаблюдения. — Она подтащила меня к Витале, который дружелюбно улыбнулся и пожал мою руку. — Рассказывай. — Потребовала Варвара у оперативника.

— Да что рассказывать. — Отмахнулся парень. — Если бы не та дрянь, которой наш волк надышался, то я бы вообще решил, что ложное срабатывание сигнализации. В час ночи на пульт дежурного поступил сигнал, сработала сигнализация в этом отделении, на место тут же выехал наряд. Как водится, все двери и окна банка были заблокированы, так всегда бывает если запускается тревога. В помещении при визуальном осмотре никого обнаружено не было. Решили дождаться утра.

Утром директор отделения разблокировал двери и коллеги вошли внутрь. Внутри пусто, но есть следы попытки взлома сейфового помещения. И так как все это странно, вызвали нас. Мы приехали, и волк сразу вышел из строя. — Виталя криво усмехнулся своей не смешной шутке.

— Погоди! — Перебил я его. — А что странное то? При чем тут мы?

— Пойдемте. — Оперативник поманил нас с Варькой за собой и провел к тяжелой металлической двери, на которой красовались рваные борозды, словно от когтей. — Три миллиметра бронированной стали. — С гордостью заявил он. — Вскрыты словно фольга, из-за этого и сработала сигнализация, вот только злодеи не учли, что современные сейфы, они не как в вестернах, это не просто железка, под металлом стекло, на котором крепятся стопоры, и как только стекло разбилось, стопора заблокировали сейф, теперь открыть его дверцу невозможно, а там внутри, кое-что покрепче стали, на это у злодея не хватило сил.

— Кто такое мог сделать? — Поинтересовался я, но вместо Виталия мне ответила Варя.

— Дим! Мы не знаем, на самом деле у наших ведь есть и не зарегистрированные способности. Например, когда создавали Соловья, у него задумывался суперсвист, звуковая волна, поражающая противников, а как итог, он только чижика пыжика в кружке самодеятельности может насвистеть, зато обладает физической силой, превышающей человеческую. Многие из наших скрывают или даже не знают про то, что у них имеются таланты. Поэтому на вскидку мы не знаем, кто такое мог сотворить, надо работу проводить, общаться с народом, может кто-то где-то хвастался чем-то подобным.

— Ладно. — Смирился я. — Так и что с видео записью с камер?

— О! — Улыбнулся Виталий. — А вот тут-то самое интересное!

Он достал свой телефон и запустил видео, камера была направлена четко на сейф, на котором ни с того ни с сего начали проявляться рваные разрезы.

— Что за фигня. — Хором выдохнули мы с Варькой.

— Невидимка. — Радостно сообщил нам Виталя.

— Бред. — Перебила его Варвара. — Все знают, что невидимости не существует.

После этих слов я аккуратно толкнул ее локтем в бок, и та возмущенно глянула в мои честные любящие глаза, после чего осознание пришло и к ней.

— Где она? — Варька не удержалась и ухватила меня за лацкан пиджака.

— Когда я ее в последний раз видел, то была у меня дома.

Мы, не сговариваясь, быстрым шагом направились к выходу, к машине мы уже подбегали.

— Дим! Твою мать! — Возмущалась девушка. — Если банк грабили с помощью мантии, то ты первый на подозрении.

— Да ее кто угодно взять мог. — Оправдывался я. — У меня же не квартира, а проходной двор.

Внедорожник с визгом тормозов остановился перед нашим подъездом, и мы словно птицы взлетели на пятый этаж и вломились ко мне. Я тут же кинулся к шкафу, и аккуратно, достал с антресолей тот самый предмет. Мантию невидимку, с помощью которой, мы зимой проникли в Институт.

— На месте. — С облегчением произнес я. — И судя по куче хлама, которым она была завалена, ее никто не трогал с декабря.

— Слава богу. — Облегченно выдохнула девушка. — Но теперь, ты просто обязан рассказать мне, откуда ты ее взял.

— И расскажу и покажу. — Кивнул я ей. — Дело приобретает странный оборот, да и тебе пришло уже время строить более тесные отношения с ребятами из «братства».

— Я так и знала! — Стукнула меня кулаком в грудь девушка. — Ну кто, кроме соловьевичей, мог умыкнуть из секретного хранилища Института подобный артефакт.

— Ничего подобного. — Я отрицательно помотал головой. — Ничего они не крали, и даже не заимствовали, это предмет из того, что было списано в утиль.

— В смысле в утиль? — Округлила глаза девушка.

— Варь, ну что за удивление, как, по-твоему, куда деваются результаты не удавшихся экспериментов? — Мой голос приобрел нравоучительный тон. Варька пожала плечами и принялась внимательно меня слушать. — Их скидывают на самые нижние уровни института.

— Ну… — Закатила она глаза. — Про это я в курсе, те, кто не проявил агрессии, и имеют более-менее человеческий вид, живут в общежитии и имеют минимальную стипендию от Института. Условно опасные отправляются на нижние уровни, тоже м не открыл Америку.

— Я не про разумных существ. — Горько вздохнул я, то, как Институт обходился с разумными и то, как Варька легко об этом говорила, вызывало в моем сердце злость и раздражение. Это было не справедливо и даже подло, но сейчас я не собирался разговаривать с ней на эту тему. — С предметами поступают так же.

— В смысле? — Она аж схватила меня за руки. — Это же полный бред, ведь среди забракованного может встретиться что-то реально опасное, такое, чьи свойства не увидели сразу при приемке.

— Именно так я и разжился мантией. — Грустно усмехнулся я девушке. — Мне ее передал Второй, а он в свою очередь выкупил у кого-то, кто копается в мусоре на нижних уровнях, если что, они пытаются контролировать свалку и время от времени изымают опасные артефакты.

— Дим! Про это срочно надо доложить руководству, это не шутка! — Возмутилась Варвара.

— Да? — Я с иронией глянул на нее. — Хорошо. Мы доложим, свалку уничтожат и лишат тем самым единственного способа заработать себе на пропитание, для тамошних жителей. Они скатятся сначала к каннибализму, к вражде с теми, кто живет наверху, а потом, ты получишь резню.

— Да ладно. — Махнула рукой девушка. — Кощей такого не допустит.

— Напомнить, как Бессмертный в декабре месяце, рискуя жизнями людей отказался вводить комендантский час? А знаешь почему? — Варька опустила глаза, она прекрасно все знала и понимала. — Потому что, это убыток. Такой же убыток, как заботиться о тех, кто живет на нижних уровнях. Пока они сами по себе и не требуют дотаций, он о них и думать не думает, но как только они станут строчкой в бюджете…

— Да поняла я! Поняла! — Перебила меня Варька. — Костя конченый говнюк, ты прав, он придумает способ или причину от них избавиться.

— Вот именно! Избавится только потому, что они рожей не вышли, потому что там живут бабки со скрипящими коленями, а не молодые девчонки с шикарной жопой и торчащими сиськами. Те кто живет в подвалах, для Бессмертного бесполезны, но они ведь тоже люди.

— Хренов ты гуманист. — Варвара ласково погладила меня по щеке. — А ты правда считаешь, что у меня шикарная жопа?

— Выше всяких похвал. — Расхохотался я. Разговор был закончен, Варька, как всегда, выслушала меня и встала на мою сторону, умненькая девочка и хорошая.

— Я никому не расскажу про свалку. — Наконец подумав выдала она. — Ни Василисе, ни даже Злате.

— То есть. — Усмехнулся я. — Златка тебе ближе Василисы.

— Мы дружим. — Уклончиво ответила девушка. — Она кое в чем помогает мне, я помогаю ей.

— Эх! — Я приобнял девушку за плечи. — Научит она тебя плохому.

— Пыталась. — Ехидно усмехнулась мне в ответ подруга. — Но я морально крепка и не поддаюсь на соблазны.

— Ладно! Крепкая духом и телом героиня моих фантазий. — Рассмеялся я. — Поехали в Институт, пока еще не совсем поздно, а то если явимся ближе к ночи, за нами будет неотступно следовать конвой из Василисы и всех имеющихся богатырей. Решат еще, что мы снова задумали вломиться в секретное хранилище и тогда все, пиши пропало.

— Поехали. — Согласилась Варька, но вместо того, чтобы двинуться на выход, обняла меня обеими руками за талию и тесно прижалась. — Оказывается я и вправду скучала по тебе.

— Я тоже. — Так мы простояли с минуту, она просто прижимала меня к себе, я гладил ее густые черные волосы, но вспышка нежности прошла, мы разлепились и как ни в чем ни бывало направились вниз, к машине.

На проходной Института, Варвара с завистью смотрела на то, как я прошел, не демонстрируя пропуска, ее же предсказуемо остановили и заставили прикладывать пластиковую карточку к индикатору, и даже после того, как лошадиный череп осветил ее зеленым светом из глазниц, еще несколько минут мурыжили тупыми вопросами. Делали соловьевичи это показательно, они всегда проверяли входящих на вшивость, не проявят ли те слабость, вернее, так поступали только те соловьевичи, что не состояли в «братстве», этим не надо было никому ничего доказывать, они и так чувствовали себя важными, необходимыми и просто не реально крутыми, коими, кстати и являлись. Ну насколько я мог судить, те парни, которые обеспечивали охрану клуба были именно такими.

Мы шли по коридору в сторону столовой, есть я совершенно не хотел, зато я ждал любого из службы безопасности, кто поклонится мне. И он не заставил себя ждать. Интересно, его специально направили мне на встречу, чтобы проверить не нужно ли мне чего от «братства», или просто, в коридорах Института такая тьма сотрудников службы безопасности, что не встретить кого-либо из «братства» просто невозможно. Я шепнул встретившемуся мне соловьевичу, что мне необходимо переговорить со Вторым, после чего со спокойной совестью отправился в столовую.

На обед сегодня давали рассольник, я как только увидел дымящееся варево с перловкой и здоровыми кусками мяса, так у меня тут же началось слюноотделение, этот суп я не ел, наверное, с детства, обычно в столовках его готовить не умели, давая вместо наваристого супа, какую-то жижу, а моя бывшая готовить категорически отказывалась.

Можно было, конечно, стрясти суп с Искусницы, но у Марьи был один серьезный недостаток, все что она готовила, было настолько совершенно, что даже вкуса практически не ощущалось, съев приготовленные ей блюда, ты просто понимал, что это идеально и ты сейчас получил гастрономический оргазм, а вот вкуса ты не помнил, как мне поясняла Марья, это защитная реакция мозга, если бы он запоминал, то не смог бы воспринимать еду хуже той, что готовила она, а работать на меня кухаркой до конца своих дней она отказывалась… Хотя… Иногда у нас обоих мелькали мысли о том, чтобы прожить вместе жизнь и умереть в один день, но мы оба эти мысли быстро выкидывали из головы и ссорились из-за какой-нибудь мелочи, вроде разбросанных по комнате носков или работающей в три утра швейной машинки.

— Фу! Рассольник! — Скривилась Варька.

— Уау! Рассольник! — Радостно вторил я ей.

В общем я употребил две порции, пока не появился очень загадочный соловьевич и одним взглядом не указал нам следовать за нами. Впрочем, торопиться я не стал, понимая, что существует очень большая вероятность того, что некто с васильковыми глазами, сейчас наблюдает за мной пытаясь понять, что это меня опять принесло в Институт, а раскрывать Василисе тайну Второго и его ребят, я пока считал не целесообразным. Должны же у меня быть какие-то тайны. А отмазок, что я забыл в Институте у меня больше не было, раньше я мог хотя бы сказать, что приехал к Марье, по дружбе или за экипировкой, но теперь, Искусница жила этажом ниже.

Переехала сразу после новогодней вечеринки, все дело в том, что моя пьяная подруга случайно вломилась в кабинет, где Кощей проводил, так сказать, просветительскую работу со своими секретаршами, и мало того, что вломилась, она, увидев, что происходит, нагора выдала примерно сотню язвительных шуток и мудрых советов, потом еще три минуты ржала в голос, прежде чем Бесссмертный вытолкал ее порч, пообещав, что в Институте ей больше не работать.

На следующее утро, протрезвев и осознав все произошедшее, Марья ржала еще минут десять без остановки, сообщила, что это того стоило и в тот же день перевезла свои вещи ко мне, несмотря на то, что этажом ниже у нее была собственная точно такая же квартира. Впрочем, длилась наша идиллия, как всегда, не долго. Камнем преткновения стали те самые носки, которые аккуратненько лежали в уголке спальни, пока не попались блондинке на глаза…

Переживали наш очередной разрыв всем подъездом, и не подумайте, что этих бессердечных мерзавцев заботило наше счастье, нет, просто освободив ночь от меня, Искустница заняла ее работой, и теперь, весь подъезд слушал круглосуточно стрекотание ее швейной машинки, не дававшей никому нормально спать. Отчасти по этой причине, я и проводил все ночи в своем убежище в клубе, все равно ведь дома выспаться не получится.

Не знаю почему, но все эти мысли про Марью, вызвали на моем лице довольную улыбку.

— Чего лыбишься? — Варька ткнула меня локтем под ребра. — Не делай так, это я понимаю, что ты идешь и про баб думаешь, а посторонние могут подумать, что ты крышей поехал.

Соловьевич, за которым мы следовали, дошел до лестницы и еле заметным кивком указал на нее, после чего скрылся из виду. Конспираторы хреновы, понятно, что он старался делать все так, чтобы по камерам было не понятно, что именно он нас встретил и привел сюда, со стороны все выглядело, словно мы покушали, вышли в коридор и самостоятельно пошли к лестнице ведущей на нижние этажи. Значит мои подозрения, что за мной наблюдают через камеры не такой уж и бред параноика, нужно будет после встречи со Вторым, набрать Василисе, а то измучается в подозрениях своих, да и соскучился я по ней, надо признаться, с тех пор как я перебрался в кабинет над клубом, наши встречи стали редки.

— О! — Сбила меня с мысли Варька. — Опять у тебя идиотская улыбка на губах, интересно ее причиной выступай та же дама, что и в прошлый раз или ты уже про следующую думаешь?

— Мои мысли останутся тайной от всех. — Усмехнулся я.

— Ой! Больно надо мне знать, про кого ты там фантазируешь! — Притворно надула губки Варвара и отстранив меня первая начала спускаться, видимо где-то там, впереди, нас ждал очередной встречающий, но мы до него не добрались, потому что нам навстречу вверх по лестницу, перескакивая через две ступеньки несся жуткий волосатый карлик со страшно вытаращенными глазами и ртом полным оскаленных желтых клыков.

— Дмитрий! Дмитрий! — Затараторил он, чем-то напоминая мне птиц, наверное, текстом своего выступления. — Там такое! Вам обязательно нужно посмотреть. Мы только недавно нашли, и тут сказали, что Вы в Институте…

Он ухватил меня за руку и потащил за собой, силища у него была просто не человеческая, поэтому сопротивляться я не мог, за мной заинтересованно проследовала Варвара. Ох наверняка сейчас идет и лыбится, она то убеждена, что я магнит, для приключений и неприятностей, я же считаю, что все это совпадение.

Глава 3

Этаж сменялся этажом, коридор коридором, давно уже пропал свет любых ламп, даже самых старых и мы подсвечивали себе путь фонариками, и вот наконец то мы достигли места назначения, мы достигли дна. Я взглянул на то, что мне хотел показать странный человечек и меня вывернуло на изнанку. Блевал я, наверное, минут пять к ряду, только останавливался и бросив взгляд на груду, лежавшую на полу, начинал по новой.

Варька же напротив, хранила хладнокровие, она осмотрела бесформенную кучу, и едва ли пальцем в ней не поковырялась, профессионал, мать ее…

— Мужской труп. — Выдала она наконец заключение. — Вернее, нижняя его половина, ты посмотри-ка, срез какой ровный, так простым лезвием не сделать, даже самым большим и острым.

Я попытался посмотрел на то, что она мне показывает и меня снова вырвало.

— Ой. Да хватит уже. — С язвительной усмешкой уставилась на меня девушка. — Кто это его так? — Она посмотрела на человечка. — Вы ведь Аука Кощеевич?

— Так и есть! — Согласно закивал тот. — Я Аука! А кто его, и вообще кто это, я не знаю. Притащили его, судя по вони, позавчера, из наших никто не пропадал, так что, это кто-то оттуда. — Он указал пальцем вверх, давая понять, что усопший обитал уровнями выше, ну или его как-то пронесли в Институт. — Я кровь нашел, пошел по следу, и обнаружил тело, мы сразу же подсуетились и попытались узнать, кто это, но наши ничего не знают. У нас же все просто, если б кто-то и убил кого, то скрывать бы не стал. Зачем? Дело то житейское. Хотели просто скинуть труп поглубже, на съедение крысам, но Бабайка говорит, надо Диме, полицейскому, показать, вдруг дело серьезное, а тут как раз и сообщили, что Вы, значится, в Институт пожаловали.

— Дело житейское. — Пробормотала под нос Варька. — У них тут половина трупа в подвале, а они, «дело житейское», Карлсоны хреновы.

— Мы не Карлсоны. — Поправил ее человечек. — Аука я. Что забыла, что ли уже. Глупая она у тебя Димитрий! Лучше б из наших помощницу себе взял, наши то поживее, да посноровистее…

Мы проигнорировали человечка, и я наконец то смог мельком глянуть на труп.

— Варь. Вызывай наших. — Попросил я, вытирая рот рукавом. — Пусть поднимают тело, исследуют и надо выяснять кто это и каким образом тут оказался. И волка сюда, пусть след обнюхает.

— Есть шеф. — Она шутовски отдала мне честь. — Будет сделано, без Вашего чуткого руководства, мы ни шагу ступить не умеем.

— Не ерничай. — Я снова отошел подальше, потому что почувствовал новый приступ тошноты. — И прости, дурная привычка.

— Прощаю. — Усмехнулась Варвара и вытащив из кармана телефон, чертыхнулась. — Блин! Связи нет. Дим? — Она смерила меня смеющимся взглядом. — Выбирай, ты останешься тут и подождешь вместе с трупом или пойдешь наверх и вызовешь наших.

— Наверх! — Тут же выбрал я совершенно не задумываясь, ну а что мне тут делать с телом? Блевать у стенки при каждом взгляде на останки?

— Хоть бы для вида повел себя, как джентльмен, и выбрал посидеть в темноте. — Рассмеялась девушка, нет у нее явно от этой работы появился очень уж не здоровый цинизм. — Ладно, пошли вместе наверх. Ну не убежит же тело, честное слово. Аука Кощеевич, у Вас тут не бывало случаев побега половинок трупов?

— До сегодняшнего дня не наблюдалось. — Задумчиво потерев подбородок сообщил человечек.

— Вот и замечательно. — Варька взяла меня под руку. — Значит пойдемте, Вы нас наверх выведете, а потом наших ребят сюда проводите. Идет?

— Идет… — Нехотя согласился человечек. Одно дело меня знаменитого, героического и любимого в подземных катакомбах, сюда привести, и совсем другое, оперативную группу полиции. Местные как-то правоохранительные органы недолюбливают, как и представителей верхушки Института, к которым они относили и Варьку.

— Аука Кощеевич. — Я положил руку на плечо человечка, от чего он вздрогнул. — Варя наша, она не такая как те, высокомерные наверху, она делает все в интересах общественности, а не только чтобы продвинуться по службе и заработать, и в отличии от Василисы, для нее общественность, это и те, кто обитает на нижних уровнях, тоже.

— Слова-слова. — Пробормотал человечек, но потом поднял на меня взгляд. — Но я помогу. Ради тебя помогу, потому что ты нашим помогаешь, и не брезгуешь нами.

Он гордо пошел вперед, а Варька проводила его взглядом и взяла меня под руку.

— Объясни, почему они тебя принимают, а меня нет? — Потребовала она. — Я ведь ничего плохого им не делала. И обращаюсь как со всеми.

— Плохого ничего не делала. — Пожал я плечами. — Но и хорошего, а у меня репутация, я же искренне пытаюсь сделать им добро, ничего не требуя взамен, это всегда работает, и с нелюдями, и с людьми. Живу по принципу, «Можешь? Помоги! Не ожидая от этого дивидендов.»

— Учту. — Очень серьезно ответила девушка и еще теснее ко мне прижалась, любят бабы благородных рыцарей.

На верхних уровнях нас встретила целая делегация соловьевичей.

— Вот вы где. — Облегченно выдохнул один из парней. — Мы уже думали, потеряли. Выше не пойдем, там камеры…

— Подождите. — Велел я ему. — Варь. Поднимись и вызови наших. Аука Кощеевич, когда появятся ребята, проводите их к телу? — Человечек кивнул, мы подождали, пока Варька выберется из подземелий туда, где ловит сотовая связи и вызвав опергруппу вернется. — Все! — Я приобнял вернувшуюся девушку за талию. — Теперь пойдемте, наши появятся еще минут через тридцать, минимум, так что, время у нас есть.

И снова коридоры и лестницы, обшарпанные стены, тусклый моргающий свет старых ламп.

— Эх. — Вздохнул наш провожатый. — Скоро придётся перебираться отсюда?

— Почему? — Не понял я.

— Здание ремонтируется, планы все грандиознее. — Пояснил он. — Уже на два уровня вниз продвинулись и останавливаться не собираются.

— А сколько тут всего уровней? — Мне и вправду было любопытно, грандиозность строения была просто потрясающей, казалось, спускаться вниз, можно было просто бесконечно.

— Не знаю. — Пожал плечами парень. — Мы спускались до минус семнадцатого, Ваши друзья, вроде того лохматого парня, наверняка ходили и глубже, а вообще, я слышал легенды о старых работниках Института, которые до сих пор обитают там, на нижних уровнях.

Я с трудом подавил смешок, сказочный персонаж верит в сказки, подобные байки я слышал постоянно с самого детства. Уже тут мне рассказали, что под славным городом Томском существуют катакомбы, не уступающие размером городу на поверхности, а в Новосибирске, например, рассказывают о том, что от их оперного театра до кремля проложена подземная железная дорога, причем прокладывал ее, чуть ли не лично товарищ Сталин. И вот снова, подземная цивилизация советских ученых, которые питаются, скорее всего, фосфоресцирующими грибами и исходя из специфики прошлой жизни, строят ядерные ракеты из подручных материалов.

Знакомая лестница привела нас к уже ставшему родным черепу бедолаги бэтмена, насаженному на арматурину, я улыбнулся ему, как старому другу. Мне было даже интересно, каким предстанет передо мной сегодня штаб «Братства», в прошлые разы, он эволюционировал от задрипанного бомбоубежище до центра управления полетом в прямом смысле этого слова.

Войдя, я даже немного разочаровался, все было, как и в прошлый раз, пуль. Мониторы, множество сотрудников, сидящих за ними, и даже Второй не изменился, по всей видимости, он достиг нужного уровня и дальше эволюционировать ему было просто без надобности.

— Дмитрий! Варвара! — Он поклонился нам. — С чем пожаловали?

— Во-первых, — Начал я. — Я хотел еще раз познакомить Вас с Варварой Красой, и высказать надежду и пожелание, что в случае, если со мной что-либо случится, Вы будете работать вместе на благо Института. — Варька смерила меня удивленным взглядом, Второй же только кивнул.

— Мы наблюдаем за деятельность уважаемой Варвары. — Он очаровательно улыбнулся девушке. Это он что? С ней флиртует? Не знаю уж почему, но мне это не понравилось, скорее всего инстинкт собственника взыграл, с Варькой я старался держать дистанцию, даже секса избегал. Я мысленно хмыкнул, «даже секса», всего год назад, интимная близость, представлялась для меня чем-то важным, но тут в Караваеве, обилие красоток, которым от меня не нужны были серьезные отношения, кардинально поменяли мое мнение об этом, все это превратилось в «просто секс», хотя нет, вру, с той же Василисой, или Марьей, или Марь… Тьфу с Ярой. На этот раз мысль о владелице гостиницы не вызвала у меня обычного ступора, наоборот, сам не знаю почему, перед мысленным взором возникло лицо Марьи с небольшим шрамом под глазом. Тычок локтем под ребра вернул меня в действительность.

— А во-вторых? — Снова спросил меня глава соловьевичей. — Какие еще причины привели Вас к нам?

— А! — Спохватился я. — Следующая причина, это плащ невидимка, ну помните, Вы давали мне его в конце прошлого года? — Второй кивнул. — Мне нужно знать, нет ли больше подобных артефактов?

— Ну… — Задумался Второй. — Нам о таковых не известно. Его нашел один из обитателей нижних уровней, дай бог памяти, как же его звали то, имя еще такое нелепое… Чудь! Точно! Чудь Кощеевич, жуткий тип, крайне неприятный и не приветливый. У него мы плащ выкупили, хотите с ним пообщаться?

— Было бы не плохо. — Кивнул я.

— Но сразу говорю, у него больше ничего подобного не было. — Предупредил Второй. — Мы с ним и работу провели, да он и заинтересован был, чтобы нам продать подобные вещи. Поганец очень до денег жаден, а артефакты ему без надобности.

— Игроман очередной? — Злая усмешка пробежала по моим губам.

— Не. — Отмахнулся глава «Братства». — Он просто помешан на женском поле, но сами понимаете, с внешностью обитателей нижних уровней, им безвозмездное внимание красавиц не светит, так что, деньги ему были нужны на ночных бабочек.

— А такие в Караваеве разве есть? — Я удивленно уставился на соловьевича. Ответила мне Варька, расхохотавшаяся в голос.

— Дим! Ну что ты за человек то такой. — Она потрепала меня по волосам, от чего стало обидно за себя. — Конечно есть. Проституция, это же легкие деньги, не надо у станка стоять восемь часов, не надо утруждаться, пользуйся тем, что природа дала и все. Я пятерых знаю, кто на стоянке дальнобойщиков работает, той, что на выезде на трассу. В городе, с десяток индивидуальные услуги оказывают, Дим, да даже в Институте, в общаге, где живут те, кто себя в жизни не нашел, есть те, кто не против лишних деньжат по легкому срубить.

— Но как же. — Возмутился я. — А почему вы ничего не делаете? — Тут уже к Варькиному смеху присоединился и Второй.

— А что мы сделаем? — Варвара смотрела на меня словно на ребенка. — Это их выбор. Я могу следить только за своим моральным обликом, остальные пусть следят за своим. Говорю же, соблазн велик, работать трудно, а тут за удовольствие, еще и денег заплатят.

— Варька! — Я погрозил ей пальцем. — Что-то ты меня сегодня своим цинизмом добиваешь! Сначала радуешься при виде трупа, теперь вот про судьбы несчастных женщин с такой легкостью рассуждаешь.

— Да какие они несчастные? — Вспылила Варвара. — Они сами на это идут без принуждения и великой нужды, в городе работы тьма, пусть она тяжелая и не очень высокооплачиваемая, но она есть.

— Стоп! — Перебил ее Второй. — А про какой труп речь?

— Да вот! — Пожал я плечами. — Мы как раз и задержались из-за того, что Аука нам труп показывал, вернее, пол трупа, у убиенного отсутствует верхняя половина тела, в смысле, присутствует только нижняя, в смысле, ну ты сам понял, там, в катакомбах половинка трупа валяется.

— С чего ты взял, что он убиенный? — Недовольно буркнула Варвара. — Может это по естественным причинам?

— Ну да! — Я рассмеялся в голос. — По естественным причинам у парня отвалилось тело пониже пупа! И кто из нас наивный.

— Погодите! — Снова вмешался Второй. — Тело в наших коридорах? — Мы с Варварой дружно кивнули. — Твою мать! — Он повернулся к коллегам. — А почему я не в курсе? Господа офицеры, у нас ЧП, а мы спим? Поднимайте весь личный состав по тревоге, мне нужны все данные, все записи с камер, опросить свидетелей!

— Минуточку. — На этот раз его прервала возмущенная Варька. — А чего это Вы, господин хороший, лезете в расследование полиции? Это наше дело! Так что, все записи мне, мы сами опросим свидетелей. — Второй развернулся к девушке и собирался уже было что-то сказать, но я встал между ними.

— И вот! — Сказал я заунывным голосом, которым в моем воображении следовало излагать мудрости. — Пришло время и для третий заповеди для «Братства черепа», сотрудничайте с теми, кто действует в тех же интересах, что и Вы, ненужные свары и соперничество, лишь помешают общему делу, рассорившись между собой, Вы лишь укрепите силы врага. — Второй как-то мгновенно оттаял, после чего оглядел меня с довольной усмешкой и поклонился, скрестив руки на груди.

— Простите, Шеф, я и вправду что-то забылся. Привыкли мы, действовать автономно, полагаясь только на себя, и скрываясь от чуткого руководства, даже забыли, что в Институте есть и другие службы. Варвара Василисовна, Вы не откажетесь от нашей помощи? Все данные с камер и свидетельские показания мы соберем вместе с Вашими сотрудниками и конечно предоставим Вам. Это Ваше расследование, но в отделе слишком мало людей, чтобы оперативно провести такую масштабную работу, поэтому, можете мной располагать.

— С удовольствием. — Варька оттолкнула меня и взяла под руку Второго. — Люблю, знаете ли, всеми располагать. Но раз мы пришли к консенсусу по поводу того, кто кому помогает. Давайте вернемся к предыдущему разговору, где нам найти этого Чудь?

— С этим сложно. — Вздохнул Второй и погладил Варварину руку. — Мы не контролируем подземелья, тут слишком много всего, он обычно примерно раз в неделю появляется у нас, приносит чего-нибудь, или просто просит. У нас же тут не только штаб, мы по мере сил пытаемся налаживать контакты с теми, кто внизу обитает, обеспечиваем их всем необходимым. Тут же как провианта у местных достаточно, но это лапша быстрого приготовления, а они ведь тоже люди, им иногда и чего-то вкусненького хочется, плюс одежда, гигиенические принадлежности всякие, мы их этим всем и обеспечиваем, по символической цене.

— А откуда у них деньги, чтобы приобретать, пусть даже по символической цене? — Уточнил я.

— Они продают артефакты, что нашли на свалке, иногда медь таскают. — Пожал плечами соловьевич. — Кроме того, мы привлекаем их к работам, уборка, стройка, расчистка коридоров. В общем у нас некий симбиоз. Ты не подумай, мы их не эксплуатируем, все что, продаем по идее могли бы и даром раздавать, но в этом случае народ обнаглеет и сядет на шею.

— Это да. — Поддержала его Варвара. — С людьми всегда так, они воспринимают доброту, как данность и начинают требовать все больше и больше. Так что? Вы нам обеспечите встречу с Чудьем этим?

— Для Вас, Варвара, что угодно. — Второй элегантно поклонился девушке. — Вот только его для начала найти нужно. Он человек скользкий, непостоянный, искать его почти бессмысленно, но уверен, он скоро должен появиться, и тогда мои ребята его придержат, до Вашего приезда. — Он снова улыбнулся девушке, и как мне показалось, Варьке это понравилось. — А сейчас… — Казалось он с огромной неохотой снова обратил внимание на меня. — Можно мне с Вами прогуляться до места преступления?

Обстановка на месте преступлений изменилась кардинально. На полу разместили несколько ярких ламп, и от того, труп выглядел еще отвратительнее, я снова почувствовал, как к горлу подкатывает тошнота и отошел к стене, где с красными глазами сидел волк.

— А ты чего такой? — Поинтересовался я у товарища.

— Опять эта дрянь. — Пожаловался зверь. — Та же самая, что была в банке, только еще хуже, кажется, она чем дольше настаивается, тем хуже.

— Вот как. — Я одобряюще потрепал его по холке. — А Злата, что-нибудь сказала насчет этой дряни?

— Сказала. — Грустно кивнул лохматой головой волк. — Состав не волшебный, умелое применение специй, трав и перцев, вот только убей бог, не могу понять почему запах то крепче становится со временем. Если тут все без магии обошлось, он ведь выветриваться должен, а тут вот. — Он указал лапой на свои слезящиеся глаза. Выглядел мой приятель и вправду жутковато, словно конъюнктивит в тяжелой форме. Глаза начали заплывать и похоже, скоро они совсем закроются отеком. Нет, надо его вести к ведьме, срочно.

— Варь! — Позвал я подругу, которая чуть ли не копалась в вывалившихся внутренностях руками, когда она подняла на меня взгляд, я кивнул на волка. — Я тут все равно бесполезен, пойду отведу нашего пострадавшего товарища к твоей родственнице, для лечения. — Та лишь кивнула в ответ и вернулась к работе, от меня не укрылось, что рядом с ней постоянно вился Второй, ревность снова кольнула меня, но я постарался взять себя в руки. Что мне до нее? Все равно же не собирался с ней никаких отношений строить, а если Варька сойдется со Вторым, то за них можно будет только порадоваться, он как раз ее типаж, серьезный, надежный и в отличии от ее бывшего, молодой и не женатый, так что, возможно, это к лучшему. Но все равно, смотреть на них было, как-то… Завидно что ли.

Я аккуратно прихватил волка за шерсть на загривке, он к этому моменту уже почти ослеп в довесок из узких щелей, что остались вместо его глаз, начал сочиться гной. Черт, да ему же с каждой минутой тут, в окружении этой дряни становится все хуже и хуже.

— Бегом! — Потребовал я. — Буду тебя направлять, а ты постарайся как можно быстрее шевелить лапами, приятель, чувствую, для тебя пребывание в тесном пространстве полном этой дряни губительно. — Волк что-то прохрипел, и мы припустили по коридору.

Тремя уровнями выше произошло то, чего я боялся, волк завалился на бок и захрипел, эта дрянь, похоже вызвала у него отек дыхательных путей. Индивидуальная непереносимость? Аллергия?

Я выхватил телефон, чтобы потребовать у Златы выдвигаться к нам на встречу, но сеть была не доступна, мы находились все еще слишком глубоко, поэтому я, чертыхаясь взвалил волка на плечи и пригибаясь под его весом помчался наверх.

Прежде чем, мы выбрались на обжитые уровни, я проклял все, и то, что волчара такой здоровый, и что я идиот не ношу с собой восстанавливающих зелий, и то, что я такой слабый, хотя, не такой уж я и слабый, четыре этажа и пяток коридоров тащить на себе эту тушу, это реальный подвиг.

— Дима? — Мне навстречу невесть откуда кинулась Василиса в сопровождении парочки богатырей, и я под тяжестью волчьей туши рухнул на них.

— Василис! Срочно! Волка к Злате, ему совсем хреново. — С моих плеч тут же сняли тяжелую ношу, и мы чуть ли не бегом направились вверх по новым лестницам. — Опять за мной следила? — Поинтересовался я у жены директора Института.

— А то. — Подмигнула она мне. — Сначала появились вы с Варькой, потом пропали с камер, потом в Институт наведался весь отдел полиции в полном составе, и опять вся жизнь мимо меня, а мне ведь страсть как любопытно.

— Да ничего интересного… — Попытался я оправдаться.

— Ага! — Рассмеялась девушка, она пребывала в явно хорошем настроении. — Не интересно… Как, по-твоему, как часто по коридорам Института шастают мужики со здоровенными умирающими волками на плечах?

— Он не умирающий. — Возмутился я. Не хватало еще, чтобы она сглазила.

Мы, тем временем, наконец то добрались до лифта, в который загрузились и направились в Златину лабораторию, Василиса с присущей ей предусмотрительностью набрала уже ведьме и велела готовиться принять пациента.

— Да твою мать, Дим! — Встретила нас возмущенная ведьма. — Вот ты не мог бы хоть раз, как нормальный мужик прийти с вином, с цветами, но нет, это не твой путь, ты являешься, либо с кем-то помирающим, либо умирающего приносят тебя, либо ты сам просишь себя убить!

— Злата! Милая! — Я помог богатырям устроить уже почти бездыханное тело волка на кушетку, он тихо сипел и грудь его вздымалась еле-еле. Похоже успели мы вовремя, не встреть я Василису с эскортом, даже не знаю, успели бы или нет. — Если бы я ходил к тебе с цветами и вином как все, то ты бы и относилась ко мне как ко всем. А так, я для тебя уникален, со мной ты чувствуешь себя особенной. — Она в ответ только хмыкнула и влила в пасть волку светящуюся розовую жидкость.

— Особенный ты мой. — Ведьма с улыбкой повернулась ко мне и у меня отлегло от сердца. Улыбается, значит все с моим приятелем будет нормально. — Ты мне расскажи, что за дрянью вы несчастное животное каждый день пичкаете? Вчера я его еле откачала, а сегодня и того хуже. Угробите ведь парня! — Она погладила серого по шерстяному боку, который начал мерно подниматься, отек спал, и волк наконец то начал нормально дышать.

— Я тут вообще не при чем! — Возмущению моему не было предела. Вот с чего подозрения? — Это его Варька отправляет здоровьем рисковать. Волк. Подтверди!

— Не наговаривай на нее. — Серый, все еще тяжело дыша, поднялся с кушетки и посмотрел на меня стремительно светлеющими глазами, отек спал. — Она хорошая!

— Да мы шутим. — Успокаивающе погладила его Василиса, а я отметил, что он встал на защиту Красы, несмотря на все те пирожки, что я ему скормил, уважает значит. Молодец, все-таки, Варвара у меня, в смысле, не у меня, конечно, а в принципе, молодец. Вон отношения с коллективом наладила, себя поставила настоящим начальником, не то, что некоторые раздолбаи.

— Вы, ребятки, мне лучше расскажите, что у нас такое интересное происходит. — Ласково проворковала Василиса. — Что опять сотрудников полиции с того света вытаскивать приходится?

— Ну… — Я задумался. — Попытка ограбления банка в городе, тогда волк впервые надышался этой дрянью, Злата, кстати, что скажешь про состав?

— Не отвлекайся. — Василиса взяла меня под руку и одним взглядом велела ведьме молчать.

— Ну и сегодня, когда мы обнаружили труп на нижних уровнях…

— Что? — Супруга директора Института не сумела сдержать эмоций, и этот крик у нее получился каким-то визгливым что ли. Я пристально посмотрел на Василису, и та, перехватив мой взгляд, мгновенно успокоилась.

— Сегодня. Мы с Варварой обнаружили, на нижних уровнях половину тела, так что либо в институте произошло убийство, либо где-то по территории гоняет верхняя половина на доске с колесиками в поисках утраченного.

— Так. — Остановила меня Василиса. — Поподробнее. — Тон ее не терпел возражений.

— А я не знаю подробнее. — Я мило улыбнулся ей. — Я же больше не полицейский, подробности, это их дело, я занимаюсь этим, потому что… — Я хотел сказать, «Потому что мне скучно копаться в бумажках», но вовремя остановился, Василиса все острее воспринимала мои неудачи на поприще поисков Бельского, она в прошлую встречу, когда узнала, что я не продвинулся в этом деле, даже чуть не расплакалась. — Потому что, это возможно очередная угроза, очередной заговор. — По ее взгляду я понял, обмануть у меня ее не получилось, все она понимала, слишком хорошо знала меня.

— Ладно! — Смилостивилась красавица. — Узнаю все у Красы, я так понимаю, она на месте преступления? — Я кивнул подтверждая. — А ты чем займешься?

— Планировал пообедать и возвращаться к себе, в смысле к работе.

— Вот и отлично! Пошли поедим. — Она окинула остальных взглядом. — Злат! Позаботься о волке, и снабди его уже зельями какими-нибудь, от той дряни, если уже второй раз с ним такое происходит, значит может и в третий повториться. А вы двое. — Она кивнула на богатырей. — Возвращайтесь на место, думаю сегодня вы мне больше не понадобитесь. — Она ухватила меня под локоть и буквально силком вытащила в коридор.

— И что это у нас происходит? — Полюбопытствовал я после того, как мы остались одни. — Василис, только не говори мне, что все нормально, я слишком хорошо тебя знаю.

— Знает он меня. — Буркнула под нос Василиса и внезапно остановившись заглянула мне в глаза. — Я просто устала, Дим. От всего от этого, от Костиных измен, от вечного аврала, все эти игры с политиками, проекты Института. Я просто немного устала. — Повторила она и я потянулся, чтобы обнять девушку, но вовремя вспомнил, что мы под наблюдением камер.

— Василиса… Андреевна. — Вздохнул я. — А давайте, как в старые добрые времена проведем вместе денек, покой, телевизор и сон? Ну мы же оба знаем, что поможет.

— И от тебя я устала. — Выдохнула Василиса с печалью глядя мне в глаза. В груди у меня защемило, это были очень неприятные слова. — Стой. — Василиса ухватила меня за локоть. — Я не так сказала. Я не устала от тебя, мне за тебя страшно, я боюсь, что мы с тобой проведем день в неге и лени, и именно этого дня тебе не хватит. Дим! Я боюсь за тебя, сама не ожидала, что все так обернется, но я за тебя очень боюсь, за это время ты стал мне как брат… — Я чувствовал себя как подросток во время буйства гормонов, вот только я чувствовал неизбывную грусть и спустя секунду, чуть не заржал в голос, брат, как же, то, что мы с ней творили, родственникам делать просто противозаконно. Василиса все прочитала по моему лицу и тоже ухмыльнулась.

— Василиса Андреевна. — Сдерживая смех, торжественно произнес я. — Если спокойствие Ваших нервов можно купить за мою жизнь, то я с легкостью расстанусь с ней. Так что, давай ка выделим денек на ленивый отдых? Это нужно нам обоим, я уже видеть не могу эти книги и записи Бельского, надо отвлечься, возьмем пирожных, поп корна, устроимся с утра перед телевизором и будем до самой поздней ночи смотреть фильмы. «Игру престолов», там как раз про брата и сестру.

— Дурак. — Усмехнулась мне Василиса. — У тебя одно на уме. — Она задумчиво закатила глаза. — И меня это устраивает. Но вообще, ты прав, надо отдохнуть! А еще, мне надо выведать, как тебе удалось дорогу за ночь построить, и у меня есть потрясающая идея, как это сделать!

Глава 4

В итоге Василиса даже не доела, ей кто-то набрал, и она умчалась решать неотложные проблемы Института, я же спокойно пообедал, посидел, побездельничать, ожидая, что может хоть Варька принесет какие-нибудь новости, но та мне коротко отписалась, чтобы я ее не ждал, дел у нее тут до вечера.

Как итог, реши вернуться в клуб и снова засесть за осточертевшие бумажки. Ну а что мне еще оставалось делать? К расследованию убийства меня не подпустят просто потому, что я стану там мешаться под ногами, Чудя этого, я самостоятельно тоже не найду, можно было бы, конечно, обратиться к жителям нижних уровней, я там в авторитете, только вряд ли они смогут помочь больше, чем «братство», жители подземелий ведут уединенный образ жизни и секретами не делятся даже между своими.

Перехватили меня уже перед самой проходной, девчонку я бы так сразу и не узнал, бесформенное худи сменилось на джинсы в обтяжку с низкой посадкой, и короткую куртку, открывавшими на всеобщее обозрение ее плоский животик. К тому же, вчера я не слишком то запомнил ее лицо, зато ярко зеленые волосы выдавали ее с головой.

— Здравствуйтеее. — Заступила она мне дорогу. Она тянула гласные, отчего речь казалась чуточку заторможенной, но это совершенно ее не портило, опять сработала дискриминация, если бы так говорил парень, я бы решил, что он тормоз, а когда вот так тянет слова очаровательная девушка, то это очень даже мило. — Вы меня помните? Мы познакомились недавно в Вашем клубе.

— Конечно. — Я пощелкал пальцами вспоминая, как ее зовут, то, что она кикимора болотная я помнил, а вот имя… Простое какое-то. — Ира? Правильно?

— Все верно. — Девушка лучезарно мне улыбнулась, и я решил, что она мне нравится, внешне так даже очень, у Кощея просто не могли получиться не красивые молодые девушки, дуры это да, через одну, как те же его нынешние секретарши, а вот уродин, не было. — Я хотела еще раз извиниться и еще… — Она смутилась и выглядело это чрезвычайно мило, щечки налились румянцем, зеленые глазки потупились, пухлые губки она поджала. Я поймал себя на мысли, что в своем воображении, я эту девчонку уже раздеваю… Мне пришлось даже слегка тряхнуть головой, чтобы отогнать наваждение. Она мою тряску башкой восприняла как жест призывавший ее продолжать. — Вы вчера говорили, что можете помочь мне с работой?

— С собеседованием так точно. — Кивнул я. — Окончательными вопросами найма занимается управляющий, я не лезу в его дела, но по сути, могу замолвить за тебя словечко. Если хочешь, можем прямо сейчас поехать. Я попрошу Аристарха Кощеевича, чтобы он как можно быстрее провел с тобой собеседование, по условиям работы и оплате, уточнишь у него. Поехали?

Девушка только кивнула и пошла за мной следом.

— Ой! — Удивилась она, когда мы подошли к моему форанеру. — А это Ваша машина? Я часто ее вижу, но не знала, что на ней Вы ездите, она выделяется из всех. Обычно то наши ездят на таких одинаковых, черных и квадратных, а эта… у нее есть индивидуальность. — В чем-то она, конечно, права была, автомобилями в Институте выделялся только я и Василиса, она, потому что гоняла на новеньких дорогущих элитных авто, а я… Мой древний внедорожник, вряд ли мог впечатлить юную особу, да еще и с такими внешними данными, наверняка ей предлагали покататься и не на таких машинах. Эта, казалось бы, маленькая, но фальшь, заставила меня немного напрячься.

Девушка, словно почувствовала изменение в моем настроении, лучезарно улыбнулась мне.

— Я просто увлекаюсь старыми авто. — Пояснила она свой интерес. — А Ваше, оно просто в идеальном состоянии.

У меня отлегло от души, форанер мой и вправду был в идеале, спасибо Римме, машина была, что называется, «состояние нового авто», новый салон, новые кузовные детали, новая покраска, под капотом тоже все новое, девчонка свое дело знала, а Институт за все это платил. И если честно, мне даже льстило то, что в Институте, я так выделяюсь на общем фоне, и внимание этой девушки, мне тоже льстило, я словно десять лет с себя скинул. Не то, чтобы я что то там собирался с ней делать, просто… Да что просто, я никому ни чем не обязан, Яра сама от меня свалила до весны, обязательств у меня ни перед кем нет, почему бы и не закрутить роман с зеленоволосой красавицей.

Я открыл девушке пассажирскую дверь и с удовольствием оценил округлость ее обтянутой джинсами попки, хороша чертовка. Эх не теряет Кощей хватки, строгает красивых девчонок, словно конвейер.

Сев за руль, я обнаружил, что девчонка уже скинула свои полуботинки и подобрав ноги под себя устроилась на сидении повернувшись ко мне.

— А давно у Вас, вообще, этот клуб. — Поинтересовалась она, когда мы тронулись.

— Да пару месяцев. — Я старался не смотреть на нее, не хватало еще врезаться в кого-нибудь на парковке. — Приобрел по случаю.

— Вот так запросто? — Удивилась она. — Хотя оно и понятно, Вы мужчина солидный, это сразу видно, жаль, что среди моих сверстников таких не встретить. — Она показательно вздохнула, и у меня возникло ощущение, что она ко мне клеится. Ну вернее флиртует, больно я нужен молодой девчонке… Хотя, это я раньше был не нужен, а теперь, я богат, известен, занимаю высокое место в иерархии Института, и даже более-менее в форму себя привел, пузо вон, почти не торчит, не такое конечно, как у сидящей рядом девушки. Я кинул взгляд на плоский животик с аккуратным пупком, вот интересно, зачем Институтским пупки, у них ведь пуповины нет, появляются в мир из ниоткуда, хотя если углубляться в эти мысли то и грудь Институтским девушкам не нужна, детей же они ей не вскармливают, а она вон имеется, я снова скосил глаза, нет, в отличии от красивого животика грудь девушки оценить не получалось, она была скрыта за толстой зимней курткой.

Девушка, заметив, что я то и дело скашиваю на нее глаза, как-то самодовольно и обидно цокнула языком и развернувшись на сидении, вытянула ноги, укладывая их на торпеду.

Все, очарование прошло, ненавижу, когда так делают, что Васька, что Варька, что даже Полина постоянно складывали туда ноги, а меня это жутко бесило, мне казалось, что в этом есть что-то неопрятное, некрасивое.

Я уставился на дорогу и дальше, до самого города мы ехали в тишине, вернее я позвонил Аристарху и предупредил, что везу к нему девушку на собеседование, тот в ответ посетовал, что и так персонала с избытком, но противиться не стал, он понимал и поддерживал меня в начинаниях давать работу тем институтским, кто не находил себя в жизни, это он считал благотворительностью, и одобрял, тем более, что он и сам мотался без дела в общежитии почти полтора года, прежде чем я его к себе не взял. О чем, кстати, ни разу не пожалел. Аристарх и вправду был очень крепким управляющим, а клубная жизнь, для него была смыслом существования, ему нравились шум и тусовка, танцующие молодые люди, постоянный драйв и грохочущая музыка, это все была его среда обитания, зона комфорта, и я совершенно не удивлюсь, что деньги, заработанные в Караваеве, он потратит на открытие уже своего клуба, где-нибудь в большом городе, типа Новосибирска, больше того, я ему в этом постараюсь помочь, у меня ведь есть Васька, а у Васьки миллион знакомых там. Надеюсь только, что он оставит мне кого-то, кто будет управляться с делами не хуже него, хотя, если я не найду Бельского, а к тому есть все предпосылки, может мне и дела не будет уже ни до клуба, ни до Аристарха.

Мысли о неудачах в поиске испортили мне настроение окончательно, и девушка на пассажирском сидении заметив это, беспокойно заёрзала.

— Что-то не так? — Она положила ладонь мне на руку, теплую такую, мягкую ладошку, мне захотелось накрыть ее своей или доже поцеловать. Черт, у этой девчонки способность, что ли, какая? Чего это я так плыву, хотя какая там способность, я плыву от любых красивых девчонок, была б на ее месте Варька, точно бы чмокнул ручку, а если бы Василиса, так и вовсе свернул на проселок, хотя нет, Василиса была бы против, эта любит комфорт и уют, а заднее сидение авто… Зараза, о чем я вообще думаю. Точно это из-за девчонки, феромонами, наверное, какими-нибудь надушилась, слышал я про такие, в магазинах для взрослых продавали, сам не пробовал, но рекламу видел.

— Да нет. — Я постарался улыбнуться как можно искреннее. — Просто, про работу задумался, вот, не ладится кое-что, представляешь, сегодня в подвалах Института нашли половину человеческого тела.

— Серьезно? — Девушка удивленно округлила глаза. — Расскажите пожалуйся. Я очень такие истории люблю. Ну пожалуйстаааа! — Она убрала руку и легонько погладила меня по плечу. Было, надо сказать, приятно, даже через куртку.

— Да чего рассказывать. — Пожал я плечами. — Нашли половину тела. Подробностей пока никаких. Но ничего, народ в Институте весь наперечет, а значит скоро мы узнаем, кто был жертвой, что с ним случилось, как половина тела оказалась в подвалах и главное, где его верхняя половина.

— У Вас такая интересная работа. — С завистью протянула девушка. — Я тоже думала в полицию пойти, тем более что пару месяцев назад, Краса, даже искала сотрудницу…

— И чего не пошла? — Спросил я скорее из вежливости. Как по мне, так лучше уж оказаться в нашей компании, чем вместе с теми отморозками, с которыми я видел ее в клубе.

— Да как-то не сложилось. — Пожала она плечами. — Все времени не было, сходить на собеседование, постоянно с мальчишками нашими возиться приходится, они же как дети малые, не углядишь чуть-чуть и уже что-то натворят, ну как тогда, в клубе.

— Ты с ними близка? — Задавая этот вопрос, я не имел ничего такого, но прозвучал он очень двусмысленно.

— Что? — Рассмеялась она. — Нет, они мне как братья.

Мне почему-то вспомнились сегодняшние слова Василисы, она тоже сказала, что я ей как брат, может в Институте, это понятие имеет иное значение? Ну не поверю я, что толпа молодых парней таскается за красивой девчонкой с чисто родственными чувствами, это она кому другому может рассказывать, а я свою наивность уже подрастерял там, на первых тридцати годах жизни.

— Погоди. — Мне в голову пришла одна мысль. — Ты же в тусовке Институтской молодежи.

— И не только. — Кивнула девушка. — Я много с кем общаюсь, у меня очень хорошие коммуникативные навыки, я даже хотела на должность секретаря к Бессмертному пойти, но не дошла…

— Еще лучше. — Слушать то, чего она хотела и почем это у нее не получилось я не собирался, на самом деле, я еще с первого раза, как она сказала, что не дошла к Варьке на собеседование, понял, она из тех, кто только собирается, но делать самостоятельно не будет, если бы я не потащил ее с собой к Аристарху, она бы и к нему, только собиралась. — А ты не знаешь такого, Чудя, или Чудь?

— Чудь? — Девушка задумалась, на этот раз серьезно, у нее даже на лбу пролегли несколько морщинок. — Что-то знакомое, он же не из общаги? Верно? — Я кивнул.

— Да! Это паренек с нижних уровней.

— Да точно! Страшненький такой. — Как-то фальшиво рассмеялась она. — Да я видела его, лично не общалась правда. А что такое? Подозреваете, что он убийца?

— Не совсем… — Я уже успел подумать, что сказал лишнего, что-то разговорился я с этой девчонкой, чертова молодость, смазливая мордашка и плоский животик, взяли верх над мозгом, которого и так-то было не слишком много. — Он по другому делу проходит, но это все проблемы полиции, нас с тобой они не касаются, не знакома, так не знакома, лучше расскажи о себе?

Девушка как-то грустно вздохнула и пожала плечиками.

— А что рассказывать. Мне уже семь лет! Представляете? А я все еще околачиваюсь в Институте, хотела вот тоже, как Василиса Прекрасная, стать региональным представителем, уехала бы в Москву, там вся жизнь. — Я усмехнулся, опять это, «хотела», все бедняге мешает в воплощении ее мечтаний, но семь лет, это срок, Варьке вон чуть больше полугода, а она… Это со мной она милашка заботливая и трепещущая, а с окружающими, это матерая волчица, начальник отдела полиции, профессионал. Как же так получилось, что этот божий одуванчик не нашел себя в жизни? С ее то внешними данными, уверен, Бессмертный «закредитовал» бы ее по полной и на лучших условиях, а с деньгами, любой бизнес, любой проект доступен. Видимо нет у девчонки жилки той самой и тяги добиваться в жизни высот.

— А чем в свободное время занимаешься? — Продолжал я светскую беседу уже понимая, что девчонка кроме как внешне мне ничем не интересна.

— Да с мальчишками тусуемся. — Вздохнула она. — Но это уже надоело, хуже горькой редьки. Они молодые и глупые. Я думаю, завести кого-то постарше. — Она окинула меня оценивающим взглядом, который я полностью проигнорировал, делая вид, что сосредоточен на дороге, впрочем, я и вправду сосредоточился, мы въехали в город, а тут как никак другие автомобили, пешеходы, стало некогда глазеть на милую девчушку, хотя какая к черту девчушка, семь лет для порождения Института, это как… Блин у них год как у собаки что ли? Нет, еще круче, Варька ведет себя с подчиненными будто на свете уже лет сорок прожила и жизнь эту прохавала до донышка, хотя, тут скорее влияет то, какой у нее характер и какие были внешние факторы для взросления были. Но все равно, семь лет, даже в тепличных условиях, она по развитию своему должна быть, как тридцатилетняя тетка, а она вон пузом голым на морозе светит.

Додумать мысль до конца, я не успел, остановившись возле входа в клуб, я кивком велел девушке идти за мной, та послушно последовала.

Сюрприз ждал меня сразу возле двери, что вела на лестницу, там обнаружился охранник, да и сама дверь, была заперта на магнитный замок.

— Это чего? — Уставился я на соловьевича, который скучая нес свою стражу, тот лишь пожал плечами.

— Дмитрий! — Из зала показался Аристарх Кощеевич и протянул мне руку для рукопожатия, впрочем, смотрел он не на меня, он пристально изучал мою спутницу, и, судя по всему, увиденное ему понравилось, управляющий кивнул сам себе и вытащил из кармана белую пластиковую карточку. — Прошу прощения, что не обсудил с Вами. — Он снова улыбнулся и снова не мне, а Ирине. — Вчерашняя кража, заставила предпринять меры, теперь вход наверх, только по пропускам, и разрешен исключительно нам с Вами. Нечего персоналу делать в административных помещениях.

— Аристарх Кощеевич. — Я недовольно поморщился, нет, безусловно, пропажа денег должна была заставить его реагировать, но он не посоветовался со мной, и эта чертова пропускная система, теперь могла доставить не нужные неудобства. — Вы же знаете, я работаю там и днем, и ночью, это что же, мне теперь, чтобы получить кофе, или ужин, нужно будет спускаться сюда? — То, что я мог заказывать еду к себе наверх, было огромным плюсом, я мог не отрываться от работы, а теперь что же? Управляющий, верно, прочитал возмущение на моем лице и усмехнулся.

— Дмитрий! Вы делаете из мухи слона! — Он похлопал меня по ладони. — Я велю охране обеспечивать доступ в Ваш кабинет одной из официанток, да хоть той же Алисе, ну помните ту дылду, которую вы словно лев защищали от меня. Тем более, что она единственная, кого я не подозреваю в краже. Ну и будем честны, она ведь Вам понравилась? — Он подмигнул Кикиморе. — Так что, никто не претендует на Ваш комфорт, просто придётся носить с собой дополнительную карточку.

Я закатил глаза и зажав между пальцами брелок со стебельком разрыв травы, так, чтобы его не было видно и просто провел ладонью над электронным замком.

— Ахалай махалай! Маза фака! — Буркнул я под нос и замок послушно щелкнул. — Можно было ограничиться тем, что в свой кабинет новую железную дверь с замком бы поставил и не выдумывать всех этих премудростей.

Аристарх смотрел на меня открыв рот, но все же быстро взял себя в руки.

— Я так и поступил, там теперь тяжелая железная дверь с дорогим замком. — Я не стал говорить ему, что все эти замки вообще ничего не стоят. Разрыв трава открывает их на раз. Зачем расстраивать дядьку, пусть и дальше считает, что оградил себя от воров. — Уважаемая! — Он повернулся к Кикиморе и отвесил ей элегантный поклон. — Прошу тогда со мной наверх, проведем собеседование, заключим договор…

Дослушивать я не стал, оставив их одних, поднялся к себе и ввалившись в кабинет уселся на удобный кожаный диванчик. Все это меня раздражало, раздражал Аристарх, с его самодеятельностью, раздражала непонятная Ирина, к которой вроде, как и тянет, но при этом она одновременно бесит, своей пассивностью, раздражало, что я не мог ничем помочь в расследовании. Неопределенность и бессмысленность бытия! Вот! Именно так! Я не мог найти себе места и при этом, не мог справиться с порученным мне важным делом, что бы я ни делал, везде был тупик. Ну никому не нужен был этот Бельский! Ни-ко-му! Бессмысленный, бестолковый мужичок, который делал предельно нелепые вещи.

Если бы его захотел похитить кто-то ради давления на институт или прибыли, то почему не потребовали за все это время ни выкупа, ни выполнения условий? Если его убрал Кощей или Василиса ради власти, то хрен угадали, с его пропажей, они получили только кучу проблем. Вот и сижу я теперь лопачу, его записи на сто рядов в поисках подсказки, кому он мог насолить, кто мог к нему плохо относиться. На самом деле, я все больше склонялся к версии, что этот козел просто спрятался. Он в прятки играет, а мне подыхать. Я скрипнул зубами и со злостью принялся лупить подушки дивана.

Минут через десять, меня отпустило, я успокоился и принялся убирать устроенный беспорядок.

Да уж, что-то определенно надо делать, этот срыв с истерикой был первой ласточкой, время неумолимо утекало, и с каждым днем все четче понимал, что смерть моя близка, а ничего с этим поделать я не могу. Собственно, поэтому, я позвонил вниз, в бар и заказал себе бутылку коньяка и чего-нибудь поесть, хотелось нажраться, и я вовсе не еду имел в виду.

Через пол часа дверь открылась и в дверь ввалилась та самая официантка Алиса, с тяжеленым подносом в руках, на котором красовалась груда шашлыка и бутылка коньяка. Девушка быстро оглядела мой кабинет и заметив в углу сервировочный столик направилась к нему.

Я с удовольствием рассматривал ее длинные стройные ножки, пока она расставляла на столике снедь, интересно, как Аристарх рассчитывал длину юбок, чтобы они одновременно были короткими и не демонстрировали ничего лишнего, даже когда девчонки вот так наклоняются? Явно же применял какую-то формулу, точные расчёты.

Алиса наконец то управилась с сервировкой стола и повернулась, критически осматривая мой кабинет.

— А у тебя тут уютно. — Заключила она, сдувая прядку кучерявых волос, упавших ей на лицо. — Ты ведь не против, что я на ты?

Я махнул рукой показывая, что мне все равно и девушка, взяв столик подкатила его к диванчику, на котором я так и сидел, жалея себя и думая над тем, какой я бедный, несчастный и что жить мне осталось пару месяцев.

— Знаешь, что народ про тебя говорит? — Она без спроса ухватила кусочек шашлыка и смачно откусила его. — Что ты чертов трудоголик и проводишь тут все время!

— Выпьешь со мной? — Я лишь хмыкнул и кивнул ей на бутылку, ее фамильярность на самом деле мне нравилась, в ней была некая непосредственность.

— Не. — Отмахнулась она. — Если не против я с тобой поем, тебе все равно тут много, а у меня, с утра маковой росинки не было во рту.

— Аристарх против не будет, что ты так надолго работу оставила? — Я подмигнул ей и подвинулся, приглашая присесть рядом.

— Не. — Девушка проигнорировала мое приглашение, вместо это стоя продолжила таскать мясо с подноса. — Он решит, что мы тут трахаемся. Я ведь должна быть тебе очень благодарна за то, что ты меня выгородил, спас от увольнения, от надуманного обвинения в краже и все такое.

Я налил себе бокал коньяку и покрутив его в ладони, как видел это в иностранных фильмах, вдохнул аромат, воняло крепким алкоголем и клопами, нет, все же не быть мне утонченным джентльменом, я если и пил крепкий алкоголь, то только стопками и залпом, как можно смаковать эту гадость, я не понимал.

— А ты не благодарна? — Усмехнулся я, и отставив бокал, так же, как и она ухватил кусочек мяса, больно уж аппетитно она его ела, вот так, жадно, руками. — Ну и правильно. Ничего я для тебя не сделал, Аристарх погорячился тогда, банальный просмотр с камер видеонаблюдения подтвердил бы, что ты не подходила к тумбочке с деньгами. Да и от твоего увольнения, клуб бы потерял. Таких красавиц одна на миллион.

Тут я немного покривил душой, ну да девчонка была красивая, высокая, но ничего особенного, любая Институтская дама даст ей сто очков вперед. Хотя, я почему-то вспомнил Алену, с которой крутил роман летом, та тоже на первый взгляд была обычной, а когда ее накрасили, дорого одели, да привезли на бал… Я снова оценивающе оглядел девушку, длинные стройные ноги, высокая большая грудь, девушка перехватила мой взгляд и приняла картинную позу.

— Нравлюсь? — Со смехом спросила она, и оттолкнув коленом столик с едой, подошла ко мне вплотную.

— Нравишься! — Признался я и моя рука скользнула по ее бедру под юбку, ну а что, именно это мне сейчас и было нужно, жаренное мясо, алкоголь и красивая девушка.

— Но-но. — Она шлепнула меня по руке, но тем не менее не отошла. — У меня парень есть. — С минуту она смотрела на меня сверху вниз, после чего уселась рядом.

— Ну ладно, — Кивнул я. — Тогда составишь мне компанию? Просто! Без всяких глупостей? — Я указал на бутылку коньяка. — Не хотелось бы пить в одиночку, а выпить хочется.

— Я на работе же… — Попыталась возразить девушка, на что я просто пожал плечами.

Мы все же выпили, я написал Аристарху сообщение, что у Алисы сегодня оплачиваемый выходной и мы опустошили бутылку закусывая остывшим мясом, после этого, Алиска сбегала за следующей.

Мы сидели с ней на диванчике рядышком, она вольготно сложила на меня свои длинные ноги, а я рассказывал ей все, что наболело, что ничего не получается с расследованием, что личная жизнь, хоть и наполнена событиями, но пуста.

— Я не понимаю. — Пьяно, срываясь на слезы рассказывал я ей. — Не понимаю, почему Яра не дала мне даже шанса объясниться, это ведь совершенно нормально, что я пытался подстраховаться, позаботиться о тех, кто мне дорог, на случай если со мной что-то произойдет… Вот Марья бы поняла. А она… Ты знаешь, я был так разбит, когда она ушла. Если б не Марья… И ведь дело вовсе не в сексе. — Алиса делала вид, что слушает меня, но судя по тому, что она пыталась отвечать мне невпопад, она сама была изрядно пьяна и интересовали ее только личные мысли и истории, а не тот бред, что я несу. — А Васька! Ты представляешь, она мне даже не звонит. Получила деньги и свалила, ни слуха, ни духа, ну иногда поздравления с праздниками и те шаблонные. Марья говорит, что это нормально, что она занята, а мне все равно обидно. Получается, что я нужен ей был только ради денег? Да и ладно! Она мне тоже нужна была только ради секса… Хотя нет… Мне с ней было хорошо, она веселая! Вот интересно, для меня веселая и интересная, это разные, с Васькой было весело, а вот с Варварой интересно, я так скучаю по расследованию дел вместе с ней. — Мой бред становился все более бессвязным, поэтому я постарался впихнуть в себя побольше мяса, жирная пища, должна посодействовать протрезвлению, к сожалению, на сухую холодное мясо идти не хотело, поэтому пришлось снова пить коньяк. — А Вас… — Я хотел было рассказать о Василисе, но вовремя опомнился и приложил палец к губам. — Тссс. Это вообще секрет, про это даже Марья не знает, хотя… — Я задумался, насколько это позволял мой пьяный мозг. — Может и знает, просто считает, что это не ее дело. Искусница, она такая молодец, она никогда не лезет не в свои дела.

— Знаешь! — В какой-то момент Алиса остановила меня. — Ты не замечаешь, что когда говоришь о своих женщинах, то неизбежно все разговоры сводятся к одной?

Я поднял на нее удивленный взгляд.

— Прости? — Извинился я. — Знаю, что не стоит одной женщине про других рассказывать…

— Что? — Алиса звонко рассмеялась и игриво пнула меня, я перехватил ее ножку и потащил к себе. — Я не про то! На меня вообще можешь планы не строить, у меня парень есть. — Ага, она мне кажется уже про это говорила, вот только почему сейчас мои руки лежат на ее бедрах… — Я про то, что ты, когда о них обо всех говоришь, то постоянно заканчиваешь рассказом об одной и той же, об этой своей Марье! Если бы мы с тобой встречались, я бы к ней ревновала! — Она пьяно рассмеялась и полезла ко мне целоваться.

Не знаю уж, что там у нее был за парень, и что у нее с ним были за отношения, но после того, как вторая бутылка показала донышко, я по большому секрету показал Алисе свою секретную спальню с большой кроватью и девушка, как мне показалось, восприняла наличие подобного помещения с радостью.

Глава 5

Голова болела дико, и глаза открывать совершенно не хотелось, правда были и плюсы в этом состоянии, меня кто-то очень нежно гладил по волосам, а щекой я чувствовал мягкое бедро.

Как там звали вчерашнюю девчонку? Алиса? Точно, как гостью из будущего… Черт! Что мы с ней вчера творили, эх вот он огонь молодости, мне кажется, даже пришлось что-то из особых Златиных эликсиров принимать, чтобы за ней угнаться, лучше б я протрезвин принял, честное слово. Я с трудом пошевелил глазными яблоками под закрытыми веками, больно и не приятно, и ведь выпили то не так уж и много, хотя… Алиса, кажется, еще пару раз в бар бегала…

— Проснулся? — Знакомый смешливый голос. — Герой любовник. Жених!

— А? — Я открыл глаза, голова моя покоилась на коленях у Марьи, по обыкновению сидевшей голышом на кровати, вот только это была не моя кровать…

— Ага! — Она протянула мне стакан воды и я, ухватив его трясущимися руками опрокинул в себя, казалось, вода испарилась, даже не достигнув языка. — Ты приперся под утро, пьяный до умопомрачения, воняющий коньяком и сексом. Спасибо, хоть подружку не приволок с собой, а дальше и того занимательнее. Рассказывать? — Я лишь обреченно кивнул головой. — Ты, дурак пьяный, мне жениться предлагал, да как предлагал. Это вообще отвал башки, такого сокровища я в своей жизни упустить просто не могу. Была бы я дурой не адекватной, я бы это предложение на видео записала и демонстрировала тебе и всем знакомым. Цитирую, не дословно, но близко к тексту, «Я тебя люблю, но я не уверен, потому что, Яру я тоже люблю, но не знаю, мне же с ней пожить не дали, а вдруг она, как ты, в постели супер, а в быту деспот, садист, узурпатор», ты, кстати, знаешь, что значит слово узурпатор? — Она давилась от хохота, но все же держала себя в руках. — Но это не все, дальше про Яру. «Маш! Я к ней пойду поживу ненадолго, а потом снова к тебе вернусь!» — Тут она не удержалась и заржала в голос. — Во-первых я не Маша, сколько раз говорить! Во-вторых, можно, конечно, милый! Мы женщины такие вещи не просто прощаем на раз, мы их обожаем, конечно же перед тем, как остановиться на мне, ты просто обязан попробовать и всех остальных, а вдруг они лучше.

Я почувствовал, как полыхают мои щеки. Мне сейчас было просто невероятно стыдно, я приперся к ней после другой женщины, в дупель пьяный, да еще и нес такое…

— Прости! — Только и сумел выдавить из себя я.

— Да ничего! — Махнула она рукой. — Ты еще много чего говорил, но это уже не мое дело, одно скажу, ты хренов самоубийца! — До этого, мне казалось, что еще сильнее покраснеть я не смогу. Смог! — Да ладно тебе. — Марья склонилась ко мне и нежно поцеловала меня в лоб. — Ничего страшного не произошло. Ничего нового ты мне не открыл. Я и так знала, что ты меня любишь, одно любопытно, кого же ты вчера такого умного трахал, что тебе глаза на очевидное раскрыли?

— Официантку из клуба. — Со вздохом признался я.

— Познакомишь потом! — Усмехнулась девушка и вручила мне таблетку антипохмелина. — На, пей! Тебе еще убийство раскрывать.

— Какое убийство? — Удивился я. — То, что вчера что ли, так меня отодвинули от расследования.

— Кто посмел? — Деланно удивилась Искусница. — Варька что ли? Как у нее получилось? Она ниже тебя в иерархии, она отодвинула, а ты пододвинься. Иначе ты от рутины умишком тронешься! Дим! Ты вчера нажрался от безысходности, пустился во все тяжкие. Как часто ты так поступал в жизни?

— Ни разу. — Признался я.

— Вот именно! — Марья щелкнула меня по кончику носа. — Ты в отчаяние начал скатываться напридумывал себе непойми чего, что ты никому не нужен, что ты бездарь, потому что не можешь Бельского найти. Его и до тебя всем составом Института и местной полиции найти не могли. И это первая ласточка, а такого нельзя допускать, до последнего надо держать марку, быть в деле. Так что, бери все в свои руки. Вспомни, что ты молодец, что ты профессионал, убеди всех вокруг и себя в первую очередь, что без тебя тут не справятся!

Я выпил таблетку и согласно кивнул, права Искусница, совершенно права, к черту пьянку, к черту принятие ситуации, ну не найду я Бельского, да и ладно. Напоследок хоть в очередном приключении поучаствую.

Блаженство разлилось по моему телу, я попытался вспомнить, подробности вчерашнего вечера, да уж, устроили мы вчера… А под утро, я оставил обессилившую девушку спать, а сам поперся сюда… Боже, стыдно то как, к тому же надо бы вернуться к себе в кабинет, как бы девчонка не полезла куда не следует, это из кабинета в спальню, вход спрятан хорошо, а из спальни то, все остальные помещения в свободном доступе, включая и мою рабочую комнату со всеми материалами по делу Бельского.

Я попытался встать, чтобы одеться, но Марья удержала меня.

— Погоди. — Она взволнованно жевала губу. — Я тебе сказать хотела. — Она молчала, наверное, минуты две, решаясь. — Я тебя тоже люблю! И не как брата. — После этих слов, она разразилась гомерическим хохотом, значит точно, про Василису я ей вчера тоже рассказал. Твою мать!

Я с минуту смотрел, как она с хохотом катается по кровати, а потом пошел собирать одежду.

— Ладно ты, не дуйся! — Марья обняла меня за шею, когда я уже почти оделся.

— Да я не дуюсь. — Я крепко прижал ее к себе. — Мне стыдно.

— Да ну ты брось. — Она чмокнула меня в губы. — Все нормально, это твоя Василиса, после подобного устроила бы скандал, — Она снова прыснула от смеха и мне пришлось пару минут ждать пока, девушка просмеется. — Но вообще, мне даже не ловко, какая-то случайная девка, тебе мозги поставила на место, а у меня, это не получилось за четыре месяца. — Я пристально посмотрел в ее лучащиеся весельем глаза, провел большим пальцем по шраму под глазом и просто поцеловал. Слова и выяснение отношений были не нужны, про свои чувства и то, как складывается ситуация я думать буду потом, ближе к лету. Там и решу, кого я люблю по-настоящему её, с которой мы совместно прожили бок о бок несколько месяцев, пусть и ссорясь по мелочам, или все же Яру, которая для меня некий идеальный образ…

— Езжай уже. — Марья потерлась щекой о мою щетину. — Вижу, что не ловко себя чувствуешь, и еще раз повторю, все нормально. На самом деле, то, что ты пришел ко мне, что ты нес весь этот бред, это не просто так, и мне это даже, наверное, приятно.

— Да уж… — Я пристально посмотрел в ее голубые глаза, просто невероятно красивые и глубокие. — Что может быть приятнее, чем алкоголик на пороге. Женя Лукашин Караваевского розлива.

— Кто такой Женя Лукашин? — Тут же заинтересовалась Искусница.

— Мерзкий алкоголик из Москвы, разрушитель семей, отморозок и крайне неприятная личность, которую нам демонстрируют каждый новый год напоминая о том, что жизнь не справедлива.

Спустившись вниз, я с удовольствием заметил, что форанера перед подъездом нет, значит несмотря на крайнюю степень алкогольного опьянения, за руль я садиться не стал.

Вообще, всегда не одобрительно отзывался о тех, кто пьяный лезет за руль, но в то же время, многие мои знакомые, кто по трезвости придерживался тех же взглядов, выпив воображали себя мегаводителями, а я вон какой молодец, догадался такси вызвать, ну или же меня просто охрана клуба в него усадила, от греха подальше.

Вытащив телефон, я вызвал к подъезду машину, караваевское такси было дешево и доступно, если бы мне не приходилось мотаться время от времени за город, да еще и иногда участвовать в перестрелках, от личной машины и вовсе можно было бы отказаться.

Машина подъехала почти сразу, будний день все же, народ на работе, а значит и машины свободны, это по утрам и вечерам у извозчиков аврал, а я проснулся уже в одиннадцатом часу.

— Отлично выглядите. — Похвалил меня водитель. — Можно позавидовать Вашему здоровью. — Он с усмешкой смотрел в мое непонимающее лицо. — Я Вас ночью из клуба вез, и видеть Вас так рано, да еще и живым здоровым, это большая неожиданность. — Я снова почувствовал, что краснею.

— Вел я вчера себя нормально? — Щеки мои горели от стыда.

— Вполне. — Радостно усмехнулся водитель. — Рассчитались щедро, не грубили, все про свою эту зазнобу рассказывали. Только все больше сбивчиво, не понятно, такое ощущение, что про трех или четырех разом. Но вот я Вам одно скажу, если дама Ваша в этом подъезде живет, то лучше б Вы другую выбрали…

— Чего это? — Поинтересовался я, усаживаясь в автомобиль.

— Так этот дом и подъезд все в городе знают, здесь только институтские живут, тут постоянно чертовщина творится, говорят в подъезде этом уже шесть человек убили.

— Ого! — Присвистнул я. — Прям шесть человек?

— Ну да. — Закивал водитель, не сводя взгляда с дороги. — Одного взорвали, второго зарезали, сам видел, как отсюда двоих жмуров, по осени увозили. Народ говорит, они хату на пятом этаже снимали, так их Институтские и грохнули, чтобы значится жилплощадь освободить.

— А зачем им жилплощадь? — Меня искренне забавлял этот разговор, интересно же послушать местные байки и сплетни.

— Народ говорит, что из этого подъезда открывается путь в потусторонний мир, откуда и приходят все эти… — Таксист не смог подобрать слова. — Существа. Народ то их больше тварями называет, но как по мне, они ничем от остальных горожан не отличаются. Я даже к одной из них на сервис машину загоняю, хорошая девчонка, но все равно, я бы подальше держался на твоем месте, они все же не такие как мы…

— А чем отличаются? — Меня почему-то задели его слова.

— Не знаю. — Пожал плечами водитель. — Просто не такие.

Машина как раз доехала до клуба и я, рассчитавшись с ним пошел наверх, хотелось, конечно, продолжить этот разговор и выяснить что же с нами… тьфу, с ними не так. Чем Институтские отличаются по мнению населения Караваева, кроме того, что у них волки с котами говорящие, и русалки в наличии. Но я плюнул на бессмысленный разговор и провожаемый ухмылками охраны направился к себе.

Алиса, еще даже и не думала просыпаться, лежала на смятых простынях широко раскинув руки и ноги и выставив на обозрение, аппетитные круглые ягодицы. Я не смог удержаться и шлепнул по ним. Девушка недовольно забормотала и подняла на меня сонный взгляд.

— Что ты вообще такое? — Задала она вопрос хриплым голосом.

— В смысле? — Я подал ей стакан воды, присаживаясь рядом.

— Ты ведь не человек! Ты пришелец из космоса. — Она с благодарностью приняла воду и в три глотка влила ее в себя. — Я бы решила, что ты из Институтских, но ты же мне вчера паспорт показывал, с пропиской. Вот я и спрашиваю! Кто ты? Меня, так как прошлой ночью, вообще никогда не драли. — Я поморщился, почему-то было очень неприятно слышать это слово, оно было какое-то грубое и не уместное в устах очаровательной молодой девушки, к тому же, это была вовсе не моя заслуга, а того зелья, пузырек от которого я стыдливо отправил пинком под кровать, войдя в комнату. — И сейчас, ты вон бодрячком, живчиком, а ведь пили наравне…

Я со смехом выдавил из блистера таблетку антипохмелина и вручил девушке со следующим стаканом воды.

— Держи! — Я потрепал ее кучерявую шевелюру, чувства девушки я прекрасно понимал, сам не так давно мучался диким похмельем, и, если бы не институтские таблетки, валялся бы сейчас у Марьи и молил всевышнего о быстрой и легкой смерти.

Девушка проглотила таблетку и тут же уставилась на меня мгновенно прояснившимся взглядом.

— Это что такое? — Она привстала на кровати, совершенно не стесняясь своей наготы, да и чего там стесняться то, вчера надо было о смущении думать, а сегодня… я с удовольствием погладил ее грудь.

— Антипохмелин! Институтские разработки. Спецсредства.

— Ничего себе спецсредства. — Девушка с удовольствием помотала головой от чего ее длинные волосы рассыпались по веснушчатым плечам. — А у тебя не найдется такого для доброй подруги? — Я вытащил из кармана блистер, там оставались пара таблеток и положил на тумбочку рядом с кроватью, средство свободно продавалось в фирменных магазинах Института, вот только стоило оно запредельных денег, и понятно, что простой официантке подобные штуки были не по карману, не говоря уж о каких-то иных волшебных плюшках.

— Все для тебя дорогая. А теперь пошли-ка в душ. — Я шлепнул девушку по круглой заднице, и она, притворно ойкнув, окинула меня страстным взглядом.

Сегодня я оценил в полной мере, что ребята устроили мне большую душевую, в которой комфортно помещались двое, да черт побери тут бы и четверо поместились. До Алисы, я сюда никого не приводил, про убежище знали птицы, Аристарх, который видел план здания и парни из кольца, которые мне его и оборудовали, они же и позаботились о том, чтобы тут было все комфортно и просторно, насколько позволяло помещение, конечно.

— А у тебя тут уютно. — Сообщила мне девушка, натягивая трусики, после того как мы наконец то закончили водные процедуры. — У меня комната меньше, чем эта кровать.

— Живете не богато? — Поинтересовался я. — Если честно, то примерно год назад, мы вдвоем ютились в квартире меньшей, чем мой кабинет.

— У нас семья многодетная. — Пожала плечами девушка. — Мама с папой на заводе работают, мелкие двое в школе, двое в детском саду, вот и ютимся, квартира вроде как большая, но и нас много. Мы с парнем стараемся накопить на свою квартиру, но пока не выходит. — Она прекратила одеваться и пристально посмотрела на меня. — Ты не подумай ничего, я его вроде как люблю, просто мы вчера перебрали немного, ну и к тому же… — Она смутилась. — Я ведь и вправду тебе благодарна, что ты за меня тогда вступился, карлик бы на меня вполне мог повесить украденные деньги, да и уволить в довесок…

— Да ничего я для тебя не сделал. — Я поманил ее к себе, и девушка уселась рядом. — И даже не думай, что ты мне чем-то там обязана, меня даже немного задевает мысль о том, что произошедшее прошлой ночью, это типа благодарность.

Я напоследок взял Алисин телефон, уточнив, когда она снова работает, девчонка мне понравилась, ну а парень, а что парень, я сплю с женой директора Института, интрижкой больше, интрижкой меньше, мне уже терять нечего.

После ухода девушки, я зашел к Аристарху, который по обыкновению был на месте, вот что странно, я точно знал, что у него тут точно нет секретного логова типа моего, но коротышка всегда находился на работе. И как у него это получается?

— Дмитрий! — Усмехнулся мне управляющий. — Я так понимаю, что теперь вопрос о работе Алисы в Ваших руках?

— Отчего же? — Удивился я, но посмотрев в его ухмыляющееся лицо кивнул. — Она все еще сотрудница клуба, просто мне вчера нужен был, так сказать, собутыльник.

— Неприятности на работе? — Насторожился коротышка. — Я надеюсь на клубе это никак не скажется?

— Нет, что Вы. — Отрицательно помотал я головой. — Клуб отдельно, а моя работа на Институт отдельно. Но если честно я пришел поговорить как раз про Вас и клуб. — Управляющий напрягся, видимо, решил, что я его буду строить или того хуже, высказывать претензии. — Я тут подумал недавно, Вам ведь скучно в Караваеве? Если что, я могу оказать содействие в открытии других клубов, в крупных городах.

— Скучно? — Аристарх округлил глаза. — Дмитрий, я надеюсь, Вы меня не гоните?

— Нет, конечно. — Я поднял руки в успокаивающем жесте. — Просто я хочу сказать, если вдруг, Вам станет тесно, у меня есть связи в том же Новосибирске, и если Вы решите расширяться…

— А! — Понял управляющий. — Вы про это… Кто-то разболтал. Я действительно планировал открыть еще заведение, но пока мало денег. Большие города, они… сложные. Это в Караваеве у нас тепличные условия, полная поддержка властей, своя надежная охрана, шикарное помещение. А там, взятки плати, персонал ищи, клиенты требовательные, как не знаю что. Так что, я конечно буду открывать что-то свое, но не скоро, минимум через год.

— Через год, меня вполне устраивает. — Хмыкнул я, ну а что, может быть мне жить осталось два месяца, зачем думать о том, что будет через год? — Как новая сотрудница? — Интересовался я больше для проформы, мне дела не было до дел клуба и персонала, разве что до Алисы… Хотя нет, до нее тоже дела не было. Нет, она, конечно, девчонка красивая, дерзкая и не глупая, но протекцию я ей оказывать не собирался.

— Слушайте. — Внезапно поморщился коротышка. — Вот если честно, я не знаю. Все в девчонке нормально, слова говорит правильные, выглядит на все сто, не грубит, но что-то в ней есть такое, странное и настораживающее. Я за последнее время видел много народа, научился в них не плохо разбираться. К примеру, та же Ваша, Алиса. Она открытая, да чуть хитренькая, не удивлюсь, если у нее скоро и оклад вырастет и появится, к примеру новая машина…

— Она ни о чем таком меня не просила. — Смутился я, нет я прекрасно понимал, что молодая девчонка вряд ли так легко и бескорыстно, закрутит роман с владельцем заведения в котором работает, наверняка у нее были какие-то планы, но мне то она ничего не озвучивала, к тому же у нее парень есть, как она ему объяснит появление машины?

— Я же говорю. — Усмехнулся Аристарх. — Хитренькая, она ничего не станет просить в открытую, сами все дадите, уж поверьте мне! Но я не про то. Алиса, она понятная, логичная, а эта Ваша Ирина… В ней есть что-то не правильное и в то же время притягательное, если честно, то вчера я сам подумывал, не взять ли ее к себе в, так сказать, фаворитки… А я таким на работе не занимаюсь принципиально, первое правило, не сближаться с подчиненными. И это правило я блюду очень строго, а вот с этой девчонкой, думал о том, чтобы нарушить. И еще… — Он смутился. — Когда с ней общаешься, мысли путаются слегка…

— Магия? — Уточнил я, пристально глядя на управляющего.

— Вряд ли! — Пожал он плечами. — Я же с ней и раньше был знаком, мы в общежитии пересекались, но никогда я к ней ничего подобного не испытывал. Если бы это было ее природное притяжение, в соответствии с каноном, тогда, я бы про это знал, но тут что-то другое.

— Зелья? Артефакты? — Загадка заняла меня, сказывалось, что мне было скучно и я хватался за что угодно, лишь бы не заниматься Бельским.

— Артефакты, точно нет. — Снова помотал головой Аристарх. — Про зелья не знаю, но я при ней ничего не пил. Может все проще, девчонка тонкий психолог, и знает кому, что и когда сказать, может она манипулятор. Вот только зачем тонкому манипулятору работать официанткой в клубе? Думаю, это меня и настораживает. К тому же, мне не хотелось бы, чтобы эти ее дружки придурки к нам зачастили.

— Вы про тех отморозков, с которыми я на днях сцепился на входе? — Аристарх кивнул.

— Именно! Насколько я помню, Иру всегда окружали парни из наших, так сказать, ее свита. Но они все сплошь горячие головы и склонны к деструктивному поведению. Так что…

— Так что, — Перебил я коротышку. — Увольняйте если понадобится. Но девчонке следует дать шанс, вдруг она и вправду одумалась, и решила что-то поменять в жизни. Таскаясь по городу в компании отморозков, она не найдет для себя ничего, кроме неприятностей. — Карлик снова кивнул, вроде как получив мое разрешение, хотя оно ему было вовсе не нужно. Это он был тут настоящим хозяином, а я… я просто владел помещением, без Аристарха не было бы этого клуба, и мы оба это понимали. — Еще вопрос. — Я уже было собирался прощаться, но остановился. — Если Вы не сближаетесь с персоналом, то Алиса…

— Дмитрий! — Устало улыбнулся управляющий. — Вы себя видели в зеркало? На протяжении вот уже полутора месяцев, Вы не вылазите из кабинета, Вы стали намного хуже выглядеть, стали нервным, и теряете, так сказать, связь с реальностью. Когда я узнал, что Вы полезли в драку, я понял, что Вам нужна помощь, только не подумайте, что я сделал глупость и договорился с девчонкой, все что произошло, если произошло. — Он смерил меня ехидным взглядом. — Это Ваше и ее решение. Вам надо было отвлечься, если бы под руку не подвернулась Алиса, я бы, просто предложил Вам, расслабиться в баре и там познакомил с кем-нибудь из посетительниц. Алкоголь и красивые женщины, лучше всего расслабляют мозг, если не злоупотреблять конечно. Ну а то что, девушка оказалась нашей сотрудницей, так Вы к управлению не имеете никакого отношения, Вы не сможете начать ее выделять из общей массы, или потакать капризам, нарушая тем самым трудовую дисциплину. Тут нет конфликта.

Я кивком попрощался с управляющим и направился на выход, в чем-то он был прав, прошлая ночь, она как бы отодвинула проблему. Я перестал ныть и впадать в депрессию. А еще, с утра я все же проснулся с Марьей, которая тоже внесла свою лепту, я не стану тупо сидеть и жалеть себя, а лучше кинусь в расследование, и никто мне в этом помешать не сможет.

Садясь в форанера, я набрал Варьке.

— И чем я обязана звонку высочайшего руководства в столь ранний час? — Промурлыкала она в трубку томным грудным голосом.

— Какой ранний, — Я сверился с часами. — На дворе почти обед.

— Беру пример с тебя, — Хихикнула девушка. — Являюсь на работу к полудню.

— Это правильно! — Хмыкнул я в ответ. — Начальство так и должно себя вести, приходить к обеду, чтобы пообедать, а потом снова отправляться домой, дабы не мешать сотрудникам выполнять свои обязанности. Ты, кстати, пообедать со мной не хочешь?

— Осточертевшим пловом в забегаловке? — Грустно протянула Варька. — Как я могу отказаться от столь заманчивого предложения.

— Вот и хорошо. Тебя забрать из участка или там встретимся?

Встретиться мы договорились на месте, и уже через пять минут, дешевая забегаловка разнообразной, кухни мира, где во все блюда добавляли зиру, встретила меня знакомым теплом и уютом.

Надо признаться я даже немного соскучился по этому месту с его дешевой чуть ли не пластиковой мебелью, традиционно липкими столами и, как ни странно, вкусной едой. Последние месяцы, пищу мне все больше приносили в кабинет, откуда я не вылазил, считай, сутками.

Завидев меня, дружелюбный владелец, узбек, расплылся в широченной улыбке и даже в качестве комплимента дорогому гостю, два раза махнул грязной тряпкой по столу, за который я сел.

Варвара появилась минут через десять, вся какая-то взъерошенная с опухшими глазами.

— Что-то ты не производишь впечатление человека, который спит до обеда. — Усмехнулся я, а она лишь отмахнулась.

— Дела Дим, дела! Мало того, убийство это, попытка ограбления банка, так еще ведь и первое апреля на носу, а первое апреля у нас что? — Она испытующе посмотрела на меня.

— День дурака? — Да, замоталась девчонка, забыла уже, что буквально вчера напоминала мне про ежемесячную институтскую забаву.

— Балбес. — С какой-то нежностью в голосе мурлыкнула она. — Первое число каждого месяца, у нас охота за Кузьмой! А мне вчера слили инсайдерскую информацию, про то, что бродяжный прикупил по случаю сапоги скороходы.

— Погоди! — Перебил я ее. — Их же не продают в свободный доступ, тем более, откуда у бродяжного такие деньги? Штука то очень недешевая, а насколько я помню, Кощей скидок даже своим не делает.

— За материальное благополучие деда ты не переживай. — Рассмеялась Варька и я невольно залюбовался ее улыбкой, когда она вот так смеялась то на щеках у нее, появлялись милые ямочки, девушка заметила, что я ее рассматриваю и нахально подмигнула. — Денег у деда с избытком, но ты прав, сапоги скороходы ему бы никто не продал, в смысле качественные.

— Он что-то купил у жителей нижних уровней, из того, что утилизировать должны были? — Догадался я.

— Точно! Очко, господину Галицкому. — Снова рассмеялась девушка.

— И информацию ты получила от Второго. — Не обращая внимания на ее издевку, продолжал я.

— Уау! — Варвара округлила глаза. — На манеже мастер дедукции. Дмитрий ты стал слишком умен, убивать тебя пора.

— Без тебя справятся. — Перебил я поток искрометных шуток, несмотря на уставший вид настроение у Варьки явно было отличное. — Так и в чем же дефект сапог?

— А вот этого мы не знаем. — Пожала плечами девушка. — Источник наотрез отказался раскрывать тайну, вернее он был готов ее раскрыть, но цена, которую он заломил, была неприемлема. Так что, нам остается только гадать. И если мы не поймем, что там за недостаток, то есть огромная вероятность, что дед в этом месяце выиграет.

— А зачем тебе гадать? — Я удивленно уставился на нее. — Сапоги они дальность свою имеют?

— Сапоги дальность имеют. — Кивнула Варька. — Триста километров, это качественные. Дальше, износ подошв, по сути, это одноразовый предмет, неремонтопригодный. А вот тот, кто их носит, тот послабее. Даже с учетом отличной физической силы и волшебства сапог, бегуну преодолеть расстояние больше сотни километров довольно трудно.

— Ну и все. — Я вытащил из кармана телефон и открыл приложение с картами. — Вот смотри. Мы же не в Европе, тут Сибирь, тут расстояние в сто километров, это ни о чем. Из Караваева одна дорога, есть конечно небольшая вероятность, что он рванет по железке, но что он тогда будет делать, когда его скороходство закончится? Тормозить идущий на полной скорости поезд? Я, конечно, верю в способности Кузьмы Андреевича, но в многотонную махину я верю больше. Так вот, рванет он по трассе, в конце своего спринта будет устал и вымотан, значит ему надо будет где-то остановиться прийти в себя, и в итоге, тебе достаточно будет устроить засаду в тех забегаловках, гостиницах и на автозаправках, которые будут у него по пути. А таких. — Я пальцем очертил радиус на экранчике телефона. — Всего пять точек. Причем, если сапоги бракованные, я бы отмел самые дальние. Я больше скажу, вот смотри, кафе «У Гарика», идеально подходит по расположению, к тому же хорошие отзывы, пишут, что кормят вкусно. Я бы на твоем месте засел там с утра и стал ждать, нашего неугомонного старца. Если отзывы о заведении хорошие, значит там и дальнобойщиков много кормится, и деду проще будет найти попутку. Остальные варианты я бы естественно тоже контролировал, но этот наиболее вероятный.

— Разумно! — Варька пожевала в задумчивости свою пухлую губу, и лучезарно мне улыбнулась. — Если все так, то с меня простава!

— Ага. — Я улыбнулся в ответ. — В моем клубе, где вы постоянно гуляете бесплатно.

— Естественно! — Она щелкнула меня по носу. — Это ты у нас миллионер, топ менеджер и владелец увеселительных заведений, а мы скромные служащие, у нас голый оклад!

Я не стал с ней спорить, хотя прекрасно знал, что и оклад у нее вполне себе, и что главное, она очень хорошо наживается на ставках, теперь конечно коэффициенты на победу полиции в погоне за бродяжным были не такими большими, но имела она на этом очень неплохо.

— Ну а теперь, когда про деда Кузьму мы все порешали. — Мое лицо стало серьезным. — Поговорим о делах более важных! Расскажи-ка мне подруга, что у нас там про убийство!

Глава 6

Не могу сказать, что Варька сдалась без боя, она до последнего упиралась и уверяла меня, что это только их расследование и если я буду совать в него нос, то помешаю. В итоге мы так громко спорили, что из заведения нас вежливо попросили и мы вынуждены были переместиться ко мне на кухню.

— Дим! — Взмолилась наконец девушка. — Ну ты пойми, у меня четкая инструкция с самого верха, к делам тебя не подпускать, ты должен заниматься только Бельским. Меня же накажут, причем не приятно, а по-настоящему.

— Отшлепают? — Усмехнулся я. — А можно мне будет посмотреть.

— Дурак. — Варька ласково погладила меня по щеке. — Дим! Если кое у кого возникнет даже идея того, что ты провалил задание из-за того, что помогал нам, что мы отнимали твое время, что мешали тебе… Короче Василиса нас на куски порежет, причем не в переносном смысле.

— С Василисой я разберусь. — Я перехватил ладошку девушки, которой она так и гладила мою не бритую щеку и поцеловал. Варька на секунду даже смутилась. — Варь! Мне это нужно. Я начал скатываться в алкоголизм! Бухать от тоски и безнадежности. Представляешь?

— Отлично представляю! — Варька мне обворожительно улыбнулась. — Я с алкоголиками каждый день работаю, причем не могу сказать, что причиной тому скука, или тоска, или безнадега. Просто вам мужикам ничего в жизни не надо кроме баб и выпивки.

— Да в том, черт побери, и дело. — Возмутился я. — Мне надо другое. Для меня внезапная пьянка без повода, это звоночек. Сигнал о том, что я иду в не верном направлении. Мне надо заняться делом!

Варвара с неохотой вытащила свою руку из моих ладоней и глубоко вздохнув, отчего ее маечка аппетитно натянулась, отошла к чайнику и по-хозяйски достав себе кружку, налила чай.

— Давай так. — Наконец то решилась она. — Если Василиса даст мне команду…

— Ничего подобного! — Я встал и подойдя к ней обнял девушку сзади, от чего она вздрогнула, но через секунду теснее прижалась ко мне. — Варь! Я твой начальник! Тебе было четко сказано, что ты подчиняешься мне. И я тебе сейчас приказываю как начальник. Мне нужна вся информация по делам об убийстве и попытке ограбления, вся информация о странностях, происходящих в городе. Ну и тот чай, что ты себе налила, тоже мне приглянулся.

— Эх! — Она развернулась в моих объятиях так, что теперь смотрела мне в глаза снизу вверх. — Все самое ценное отнимаете, господин начальник. — Слово, «господин» она произнесла со страстным придыханием. — Ладно! Черт с тобой. Расскажу я тебе все! Но учти, Василисе я на тебя, все же, наябедничаю! Скажу, что, ты зажал меня в углу и под угрозами сделать со мной совершенно противоестественные вещи, заставил.

— Что за противоестественные вещи? — Тут же заинтересовался я, но Варька вместо ответа просто вручила мне кружку с чаем, и чтобы ее взять мне пришлось выпустить ее из объятий.

Девушка вывернулась, и налив себе вторую кружку чая, уселась на табуретку.

— Спрашивай, начальник. — Она подмигнула мне. — Отвечу на любые твои вопросы, в рамках приличия, конечно.

— Чего спрашивать то! — Возмутился я. — Рассказывай! А я послушаю.

— Начнем с банка. — Вздохнула Краса. — Там явно был кто-то из наших, в смысле Институтских, следы когтей на сейфе, вот только такие следы могли оставить очень и очень многие, ребята сейчас работают, выясняют кто и где был во время попытки взлома. Только это дело не быстрое, говорю же, многие так умеют, у нас и зубастых и когтистых пруд пруди, что среди штатных сотрудников, что среди тех, кто в общежитии кантуется, что из тех, кто на нижних уровнях. Ко всему еще, надо учесть тех, кто работает вне города, но мог приехать. А еще, ведь есть нелегалы, вроде твоей подружки Рысевой, которую создали, но нигде не зарегистрировали.

— А еще, к воображлятору имел доступ Горох. — Напомнил я. — По крайней мере одно нелегальное существо он создал, копию себя.

— Кстати! — Кивнула Варька. — Это версия, и не самая плохая. Все же мне тебя не хватает иногда. Ребята они старательные, но не мыслители, Виталька простой исполнитель, хоть и усердный, Емеля технарь, ему интереснее в тарелочки пялиться, волк, правда в последнее время радует все больше, он в работу втянулся, азартный стал, но он тоже не мыслитель.

— А девчонка эта ваша, ну новенькая? — Напомнил я.

— Ринка то? — Варька как-то ласково усмехнулась. — Хорошая девочка, только скромная, даже если и приходят в ее голову светлые мысли, стесняется делиться. Она не оперативник. Так что, пока на наш отдел мыслительный центр один и это я.

— Погоди. — Прервал я ее. — То есть, по сути, ты тянешь всю работу? А мне показалось, что вы хорошо сработанный коллектив.

— Не всю! — Усмехнулась девушка. — У нас и вправду сработанный коллектив, у каждого своя роль. Емеля, эксперт криминалист. Рина, канцелярия, волк с Виталей опера, а я следователь. Конвейер, каждый выполняет свою функцию. Я подумала, что так будет эффективнее и такая схема вполне оправдывает себя.

— Подожди! — Удивился я. — А кто на роли идиота, который без всякой системы бегает по городу и встревает в неприятности? Как же вы работаете без такого человека? — Варька заливисто рассмеялась.

— Скучно, Дим! — Вытирая слезы наконец ответила она. — Скучно мы без тебя работаем, зато продуктивно. В нас никто не стреляет, никто не пытает, я уже забыла, когда у Златы брала зелья восстанавливающие, запас стоит не тронутый уже два месяца. Кстати! Ты упомянул про нелегалов… — Варька вскочила, и ухватив меня за грудки пристально устаивалась в глаза. — Иногда в караоке я встречаю парочку мужичков странных, близнецов. Я выясняла, они кабинет всегда через тебя бронируют, что за люди такие? Признавайся!

— Ну сама бы познакомилась и спросила. — Я попытался освободиться от ее хватки.

— Я как-то попыталась, — Варька поджала губы. — Так их бабы мне чуть волосы не повыдергали, главное с виду приличные такие женщины, а лаются, как хабалки базарные! Ты не увиливай! Что за люди, я тебя спрашиваю?

— Это племянники мои! — Я почувствовал, что начинаю задыхаться, держала она меня вроде, как и шутя, но воздуха уже не хватало. — Из Конотопа! Федя и Валера, они в Томске работают на стройке, иногда меня навещают тут, а тетки эти…

— А про теток я знаю. — Мило ухмыльнулась мне Варвара. — Местные они, разведенки, бросили недавно мужей, и невесть откуда обзавелись довольно приличными для Караваева деньгами. Дим! У нас закрытый город, все на учете, включая приезжих, особенно приезжих. Ну так вот! Никакие Федя с Виталей в город не приезжали, тем более из Конотопа. Тьфу, что за название то такое? Где это вообще?

— На Украине. — Захрипел я. — Они мне сало в качестве гостинцев привозят еще.

— Сало ты покупаешь у фермера, с которым зимой познакомился, родни ни в каких Конотопах у тебя нет. Что за парни, я тебя спрашиваю!

— Поц… — Я сделал вид, что совсем задыхаюсь, хотя и симулировать было ничего не нужно, Варька держала мен крепко. — Поц…

— Что? — Не поняла она.

— Поцелуешь, скажу. — Выдавил я из себя наконец.

— Дурак. — Констатировала Краса, но все же меня отпустила.

Я потер шею, после чего отвесил ей звонкий шлепок по заднице.

— Не делай так больше никогда! — Погрозил я девушке кулаком. — Я не сторонник жестких игр, а ребята… Короче, это мои ребята, помогают мне в некоторых темных делах.

— Познакомь! — Потребовала девушка. — А то вдруг и мне пригодятся.

— Обещаю! — Я поднял правую руку. — Торжественно клянусь, если до весны Бельского не найду, то познакомлю! А теперь! Давай уже вернемся к делам? А то мы с тобой уже час мусолим, два раза пообниматься успели, один раз подраться, а по сути, я так ничего и не услышал.

— Это все потому, что я, всеми силами увиливаю от разговора, — Довольно улыбнулась Варька. — Даже сейчас, я тяну время, надеюсь, что на пороге возникнет Василиса, и либо разрешит мне все рассказать, либо тебя осадит. — Я закатил глаза. — Да не кривляйся ты. — Как-то извиняясь посмотрела на меня Варвара. — Ты, конечно, босс, начальник, но она то всем начальникам начальник, если что с меня на полном серьезе три шкуры спустят.

— Варь! Ну мы же уже все обсудили. — Вкрадчиво принялся я ей объяснять. — Деваться тебе некуда, все расскажешь и расследование дальше буду вести я. Только отношения со мной портишь. Да и Василиса, она по утрам приезжает, а за окном вечер.

— Да уж… — Протянула девушка. — Вечер близится, а Германа все нет… Эх!

— Да уж. — Раздался у меня из-за спины приятный женский голос. — А ведь ты прав! — Василиса грациозно вошла в кухню, встала рядом со столом и стала выкладывать из большого пакета на стол продукты. — К тебе ведь можно не только завтракать приезжать, но и ужинать.

Я окинул взглядом довольно ухмыляющуюся Варьку, та в довесок показала мне язык, вот засранка, наверняка скинула Василисе сообщение, когда я начал на нее авторитетом давить, а та, вскочив в машину помчалась сюда, хотя нет, если бы она мчалась сломя голову, то не прихватила бы пакет с продуктами, кстати, то что она выкладывала на стол выглядело очень даже аппетитно. Напоследок на свет появилась бутылка французского коньяка, увидев которую, я лишь недовольно поморщился. Выпивать мне, после вчерашнего не хотелось.

— Чего встали? — Василиса развернулась к нам, закончив с продуктами. — Садитесь, да давайте поговорим.

Варька с видом победителя примостилась на табуретку, я сел напротив, Василиса же, встав за спиной у девушки обняла ее за шею и пристально уставилась на меня.

— Во-первых! — Начала супруга директора Института. — Варю не вини. У нее четкий приказ был на такой случай, я прекрасно знала, что ты попытаешься влезть во все это. Во-вторых, Дим! Мне надо понять, зачем тебе это? Это же банальное дело…

— Банальное дело? — Рассмеялся я. — У Вас часто в катакомбах находят трупы кого-то из Института? — Василиса лишь пожала плечами, мол «Случается» и мне тут же вспомнился череп бедолаги бетмена, который встречал нас на пути к логову «братства черепа». — Как часто у нас волка травят не понятными смесями? — На этот раз супруга директора Института, даже улыбнулась, это для нее был вообще не аргумент. — Ну и еще, помнится, мне обещали не мешать в расследовании, и дать полную свободу действий, именно этого я и требую!

Василиса тяжело вздохнула.

— Дим! Ну я же ради тебя…

— Не надо ради меня! — Прервал я ее. — Если ты не дашь мне делать дела так, как я считаю нужным, то я просто закроюсь у себя с десятью ящиками алкоголя и толпой женщин с низкой социальной ответственностью, и выйду только к моменту своей казни! Так устроит? — Василиса пристально смотрела на меня в течении минуты, после чего, взъерошила Варьке волосы и повернувшись к столу принялась нарезать мясо на бутерброды.

— Варь. Расскажи ему все, заодно и я послушаю. И знаешь, он прав, он твой начальник, так что… — Заканчивать фразу она не стала, предоставив Варьке слово.

— Значит по проникновению в банк я уже, по сути, все рассказала, ребята сейчас шерстят всех, кто мог бы это сделать на предмет алиби. — Даже как-то обрадовавшись начала Краса. — По убийству, там сложнее, мы опросили всех, кто живет на поверхности, никто не пропадал, ничего странного в последнее время не происходило. С жителями катакомб сложнее, их и найти то не всегда получается оперативно, а уж опросить… Они не очень любят нас, тех кто живет наверху, думают, что мы относимся к ним пренебрежительно. Я попросила наших общих знакомых… — Варвара сделала пространный жест рукой, давая мне понять, что попросила она Второго. Василиса при этом, чуть замедлила движения, явно заметив, что Краса не договаривает, но спрашивать или уточнять ничего не стала. — В общем, у подземного народа поспрашивают.

— Я могу сходить поговорить с ними. — Вмешался я. — Мне кажется ко мне у жителей катакомб хорошее отношение.

— Дим. — Усмехнулась Варька. — Жители катакомб — это не сообщество, не фракция, и не какое-то государство. Некоторые к тебе относятся хорошо, кто-то терпимо, а некоторые ненавидят. В данном случае, лучше действовать моими методами. К тому же, как по мне, это тупиковый вариант.

— Почему? — Заинтересовался я.

— Потому что нижняя половина тела нормальная! — Грустно усмехнулась Варька. — Те, кто обитает внизу, они, в основном с дефектами, человека, обладающего нормальной внешностью проще пристроить в жизни. Вот я и думаю, что вряд лм это был кто-то из жителей нижних уровней, ноги нормальные, даже ухоженные, педикюр и все дела. Так что, либо кто-то из наших сверху, либо, к нам на территорию привели горожанина. — Мне вспомнилась история Златы, которая пыталась протащить через проходную любовника в безразмерной сумке, и что тот после этого бесследно исчез. Надо будет задать ведьме пару наводящих вопросов. — Кроме этого, разрез, вернее это даже разрезом нельзя назвать, такое ощущение, что у умершего просто пропала верхняя половина, никаких следов, ни от ножа или пилы, ни даже от гильотины. Все чисто.

— Что по той дряни, которой травили волка?

— А вот тут странно. — Нахмурилась Варвара. — Состав простой, в том смысле, что ничего магического, вот только, чтобы такой состав собрать, надо обладать не дюжими знаниями. Ты же в курсе, что у Бессмертного есть свой нюхач? Анчутка Кощеевич. Так вот, тому было еще хуже, чем волку от этой дряни. Злата очень ругалась на тебя за это, кстати.

— На меня то почему? — Глаза мои округлились от возмущения.

— А тут все просто! — Ответила на мой вопрос Василиса, вручая Варьке бутерброд с копченым мясом и такой же подавая мне. — Во всей не понятной фигне, что происходит в Институте, Злата винит тебя, ну… — Она на секунду задумалась. — Винит, это не верное слово. На самом деле, она тебе очень благодарна, она теперь, один из самых востребованных и авторитетных специалистов, к ней прислушиваются, она постоянно на виду. Но причиной всего странного и опасного в Институте, она считает тебя.

Я откусил большой кусок от бутерброда и запил остывшим чаем. Василиса, заметила это, и забрав у меня кружку, налила свежего и горячего. Хозяюшка моя, в смысле не моя, конечно…

— Так вот! — Продолжила Варька. — По поводу, той дряни. Злата сказала, что смесь из стандартных специй и бытовой химии, но составлена так, что даже она бы повторить быстро не смогла. Но вот, кто может подобное сделать, она не в курсе. На этом все. Ребята пока работают, как только появится новая информация, я тебе сообщу.

— Все значит… — Задумчиво повторил я. — Варь, а давай все же с тобой завтра съездим в Институт, поговорим с народом.

— Почему бы и нет. — Пожала плечами девушка. — Вот с утра и наведаемся.

— И я, пожалуй, с вами. — Неожиданно вмешалась Василиса.

— Это еще зачем? — Удивился я.

— Затем же зачем и ты в это лезешь. — Скорчила мне рожу Василиса так, чтобы этого не видела Варвара. — Варь! Если ты все рассказала… — Повторять девушке было не нужно. Она, прихватив еще один бутерброд, удалилась.

Василиса подождала, пока хлопнет входная дверь, после чего повисла у меня на шее и страстно поцеловала.

— Черт! — Выговорила она, наконец отрываясь от меня и глядя на меня мутными глазами. — Я сама не понимала, как же соскучилась по тебе.

— Кто мешал приехать? — Поинтересовался я, оперативно расстегивая пуговки на ее шелковой блузке, руки девушки в свою очередь проникли под мою футболку с надписью «Три двери вниз», потом в ее глазах загорелась искорка озорства, и она резким движением разорвала ее на мне.

— Ненавижу эти твои дурацкие футболки! — Ласково проворковала Василиса, мои руки легли на ягодицы девушки, и она обвила свои ноги вокруг моей талии. — И тебя дурака, ненавижу! Ненавижу, что у меня в этой жизни нет ничего настоящего, кроме тебя…

Я не стал уточнять, что именно она имеет в виду, задрав ее юбку, сорвал дорогущие трусики, почему-то я не сомневался, что этот скромный клочок ткани стоил дороже всего гардероба той же Алисы. Впрочем, это все не важно, не важна хорошая девочка Алиса, не важны обрывки ткани, которые больше ничего не стоят, важны только ее губы, ее тело…

Василиса застонала и откинулась в моих руках, я с трудом удержал ее, еще полгода назад, я бы на такое был не способен, слишком уж слабым и запущенным было мое тело в те времена, да в те времена мне бы и не светила близость с такой красавицей.

Девушка застонала снова, но на этот раз она теснее прижалась ко мне и тело ее затрясло.

— Не хочешь ничего рассказать? — Спросил я. Василиса сидела за столом так и не удосужившись поправить юбку и уплетала бутерброды с мясом. Странно все это было, обычно то она следила за тем, что ест, мучное конечно употребляла, но чтобы вот так, толстые куски хлеба с не менее толстыми шматами мяса. И ела она жадно, не аккуратно, так, словно голодала дня три.

Василиса подняла на меня мутный после секса взгляд и очень эротично облизала пальчики, испачканные в жире.

— Не хочу! — Категорично заявила она. — И вообще! Ты мне обещал отдых, спокойный вечер, с уютной кроваткой и фильмом. — Она в два глотка осушила чашку с чаем и оглядевшись ухватила со стола бутылку коньяка после чего плеснула его в освободившуюся тару.

За раз опрокинув в себя пол кружки крепкого алкоголя, она мне игриво подмигнула.

— Пошли! — Вздохнул я. — Дам тебе футболку.

Я прекрасно знал то состояние, в котором сейчас пребывала Василиса, чуть меньше года назад пребывая в точно таком же, я бросил все и купил билет на поезд, на котором и приехала в Караваев. Загнанный зверек, в отчаянном положении, выгоревший без остатка и осознавший, что вся жизнь, прожитая до этого момента, шла по какому-то не тому руслу.

Василиса послушно направилась за мной в спальню и чуть скривившись приняла футболку с надписью «Театр мечты».

— Ненавижу эти твои футболки. — Пробормотала она, но все же натянула ее на себя и во внезапном порыве, крепко меня обняла. — Дим! Я похоже срываюсь!

— Я вижу! Что происходит? — Я нежно погладил ее по голове, у всех, даже у самых сильных и независимых бывают срывы, и очень плохо, когда в такой момент, у тебя нет такого человека к чьей груди можно было бы прижаться. А у Василисы похоже именно так дела и обстояли, несмотря на всю власть и положение, несмотря на наличие законного супруга и толпы подчиненных, кроме меня в ее жизни близких людей не оказалось.

— Да ничего особенного. — Вздохнула девушка. — Просто все в целом и по мелочам. Костя бесит, рутина, интриги, вроде как ничего нового, и все складывается наилучшим образом, но какое-то состояние… Общей бессмысленности происходящего. Ну прогнули мы город, на какие-то скидки и бонусы, сэкономили денег, а что с тех денег? У Института их столько… С Костей тоже, ты бы знал, как меня все достало, он пытается залезть под каждую юбку, уже даже не стесняясь меня. И бросить его я не могу, наш брак, он ведь не просто так, это некий символ стабильности и единства руководства Института и в то же время, демонстрирует, что не все сосредоточенно в одних руках. Я сдерживающий фактор для него, он для меня.

— Знаешь. — Я зарылся лицом в ее волосы и вдохнул ее терпкий аромат, от нее пахло дорогими духами, сексом и немного алкоголем. — Ты мне сейчас напомнила Ваську, ну Василису Прекрасную, та тоже была не счастлива с мужем, только она оправдывала свои страдания любовью, а ты прагматизмом. Оправдания разные итог один. Вы обе несчастны.

— Предлагаешь уйти от него? — Василиса заглянула мне в глаза, и я понял, что если сейчас скажу да, то она уйдет, в этом состоянии она точно это сделает, как я в свое время рубанет с плеча и начнет новую жизнь.

— Предлагаю, для начала поговорить с ним, еще предлагаю сменить деятельность, сама только что сказала, что у Института денег куры не клюют, а у тебя народ в общежитиях, да в катакомбах без дела дурью мается, мне кажется если бы ты пообщалась с ними поближе, то могла найти тех, кому для счастья не хватает поддержки и финансирования.

— Поиск талантов? — Улыбнулась Василиса. — А ведь идея не плохая. Заодно, если я начну тратить деньги, то Костя начнет психовать, как раз и отыграюсь за все! Я, если честно и сама над этим думала, помнишь, ту женщину с нижних уровней, которую ты проспонсировал, чтобы она песни в интернете петь начала? Удачный же проект. Если бы она тогда тебя не встретила, то так бы и бродила там, в пустых коридорах, а так человек при деле, зарабатывает хорошие деньги…

Мне стало даже на секунду стыдно, я совершенно забыл про тот эпизод, и дав деньги на оборудование и продвижение, просто выбросил ее из головы, даже не поинтересовавшись дальнейшей судьбой, а Василиса то нет, она проследила, проконтролировала.

— Ну вот тебе и цель. — Улыбнулся я ей. — Маленькая и светлая, главное не делать из нее смысла жизни, жить для других, это тоже путь в никуда, им это не нужно, так же, как и тебе. А вообще посвяти больше времени себе, не себе и Косте, не себе и подругам, не себе и мне, а только себе. Хотя бы раз в две недели забей на все и проводи день так, как нравится тебе, наплевав на все планы и ответственность, на обещания друзьям и близким. Проживи денек в кайф!

— Да я и так почти каждую неделю у тебя в клубе отдыхаю. — Попыталась было спорить девушка.

— Это не то. — Перебил я ее. — Василис, меня то не обманывай. Ты там не отдыхаешь, ты обязательную программу по отдыху выполняешь, собрала вокруг себя свиту и вышла с ними в свет.

— Ой тоже мне свита… — Закатила она глаза.

— Именно свита. — Я ласково погладил ее по щеке, и в последний момент поймал себя на мысли, что чуть было не провел большим пальцем под глазом девушки по тому самому месту, где у Марьи был шрам. Хорошо, что не сделал, Василиса наверняка бы это заметила и не простила мне, вернее дулась бы пару недель. К Марье она меня ревновала, в последнее время даже сильнее чем к Яре. — Тебе же с ними не интересно. Ты их выбрала потому, что Злате ты распланировала перспективы, а Ключница, помимо внешних данных обладает статусом в иерархии Института.

— В принципе ты прав. — Вздохнула девушка. — И это меня тоже бесит, как я говорила, у меня получается, кроме тебя, вообще друзей нет… Знаешь когда я расслаблялась в последний раз, чувствовала себя уютно и комфортно? Когда мы перед новым годом, собрались у тебя на кухне, сидели на полу, пили текилу… Было очень уютно. Еще с тобой… но с тобой по-другому.

— Ну вот! Теперь ты сама понимаешь, к чему стремиться. — Василиса пребывала в задумчивости и я не нашел ничего лучше, чем переместиться в кровать и включить телевизор, вскоре она пришла и устроилась под боком, молча засопев у меня на плече. Когда все кончится, мне будет очень не хватать ее, наших с ней вот таких уютных встреч, в Василисе есть миллион отрицательных черт, она властная, деспотичная, при этом жуткая собственница. На мне она, по всей видимости, реализовывала все то, что не могла применить к мужу, стараясь встать между мной и другими женщинами, запретила в свое время встречаться с Ярой, постоянно пыталась отогнать от меня Марью, не напрямую, а исподволь, то загружая ее работой, то еще какими хитрыми способами. Мою блондинистую подружку это, конечно, скорее забавляло, ну и выгоды она для себя с этих выходок Василисы поимела не мало, но все же.

Я аккуратно склонился к девушке и нежно поцеловал ее в лоб, супруга директора Института довольно улыбнулась и игриво куснула меня за плечо.

— Ты не передумала завтра с нами идти в народ? — Поинтересовался я. Если честно, мне не хотелось, чтобы она нас сопровождала, в этом случае я не смог бы напрямую обращаться к «братству», которое для Василисы все еще оставалось тайным, народ на нижних уровнях тоже стал бы излишне напрягаться. Василису не очень-то любили, уважали, это да, но ее опасались и рассчитывать на откровения в ее присутствии не приходилось.

— Мне надо сменить обстановку. — Серьезно посмотрела на меня девушка. — Дим! Точно так же, как и тебе. Я обещаю не мешать, честно-честно. — Она сделал круглые глаза и надула губки, показывая, насколько честно она говорит, ну вот и как можно ей отказать, такой милой и красивой, особенно когда ее упругая грудь упирается мне в предплечье…

Я закатил глаза, и пытаясь отвлечься, включил фильм, сегодня наш выбор пал на детскую сказку. Старый, еще советский фильм про мальчика Митю, приехавшего в гости к бабушке, оказавшейся Бабой Ягой, показался мне достаточно ироничным выбором. И я даже в голос рассмеялся, когда неподражаемая актриса Татьяна Пельтцер, игравшая ту самую Ягу, выдала фразу, «Про тайну у нас все знают». Василиса удивленно посмотрела на меня, но не поняв причины моего веселья вернулась к просмотру фильма. Сказка и вправду была шикарна, остроумные шутки, отличный сюжет, образ проржавевшего Кощея и хитрого писаря Чумички покоряли. Мы досмотрели его до конца и только после этого уснули, крепко сжимая друг друга в объятиях.

Проснулся я ночью, обнаружив, что Василиса уже ушла, оставив на подушке только аромат своих духов. Обняв подушку, и уткнувшись в нее лицом, я глубоко вдохнул ее запах и снова уснул, чтобы проснуться уже только утром.

И как я буду разбираться со всеми этими моими женщинами, когда придёт время «Х»? Марья, Яра, Василиса? В моей жизни должна будет остаться только одна, но ведь каждая из них мне по-своему дорога, близка и даже любима… А может и разбираться не придётся, впрочем, нет, эти упаднические мысли надо от себя гнать. Справлюсь я со всем, не знаю еще как, но достану Бельского, хоть с того света.

Глава 7

— Любимый! Жрать! — Разбудил меня крик из кухни.

Я открыл глаза и томно потянулся, на улице уже начало светать, а по моей квартире разносились ароматы блинов, не этих модных панкейков, которыми потчуют в московских кофейнях, а наших обычных блинов, тонких, золотистых, жирных на ощупь и безумно вкусных. Тем более, что, судя по голосу, который меня звал на завтрак, пекла их настоящая Искусница.

Марья стояла у плиты, причем на удивление, девушка была одета, обычно она разгуливала у меня по квартире голышом, а тут смотри-ка, халат, фартук, но главное перед ней высилась огромная груда блинчиков.

Я потянулся было за одним, но получив звонкий шлепок, отдернул руку.

— Чайник поставь! — Хихикнула блондинка. — Зная тебя, сейчас сюда паломничество начнется, птицы, Варька…

— А мы уже тут! — Троица влетела на кухню и закружилась вокруг Марьи утаскивая с тарелки блины один за другим. Уже через минуту, стопка блинов уполовинилась, а на столе разлеглись три изрядно потолстевшие и довольные тушки.

— Я же говорила. — Хмыкнула Марья. — Ставь чайник быстрее, Варька должна появиться через три, два, один…

— Доброе утро. — Голос был холоден и высокомерен, и принадлежал вовсе не Варваре. Василиса стояла на пороге кухни и сверлила блондинку взглядом, та тоже пристально глядела на нее и с трудом пыталась сдерживать улыбку.

— Василиса Андреевна! — Радостно поприветствовала она супругу директора Института, после чего не выпуская из рук лопатку, которой секунду назад переворачивала блины, подошла ко мне сзади, по-хозяйски обняла и поцеловала в щеку. — Рада видеть Вас у нас. — Она голосом выделила это, «У нас», после чего вернулась к плите.

Я избегая встречаться с Василисой взглядом подошел к чайнику и включил его.

— Дмитрий! Доброе утро! — Василиса тоже подошла ко мне и не сводя с Марьи взгляда и тоже поцеловала в щеку. Твою мать, вот не хватало мне сейчас конфликта между двумя любимыми женщинами на ровном месте, по сути, ни у одной из них прав на меня нет. Марья сама от меня съехала, Василиса вообще замужем за другим. Вот, спрашивается и зачем они устроили сейчас эту сцену? Причем напряжение, которое повисло сейчас в воздухе можно было ощущать просто физически, даже птицы на столе притихли и подобрались.

Ситуацию спасла Варька, она в приподнятом настроении влетела на кухню с кружкой кофе в руках, поздоровалась с Василисой, чмокнула меня в губы и проходя мимо Марьи, шлепнула ее по заду.

— Утро то какое прекрасное! — Радостно заявила Краса. — Марья, а ты чего в халате? Холодно что ли?

— Голышом по подъезду идти не хотелось. — Буркнула Искусница. — Вот, думаю, снова к Димке переехать, тогда можно будет свободно разгуливать, а так приходится одеваться.

— А его ты не спросила, хочет ли он чтобы ты к нему переезжала? — Встрепенулась Василиса.

— Тааак! — Варька начала отступать, не забыв правда прихватить блинов и розетку с вареньем, а я понял, что мне тоже хочется вот так же пятясь удалиться из кухни.

Птицы оказались даже проворнее Варьки, они тремя молниями вылетели прочь и затаились где-то в глубине квартиры.

— Девочки! — Строго произнес я. — Не ссорьтесь, я это не стою…

— Не стоишь! — Дружно согласились красавицы, а я в этот момент подумал, вот по идее, мне должно было льстить, ситуация, когда за меня сражаются две таких потрясающих дамы, это же просто мечта идиота. Но тогда почему мне так жутко?

Я встал между ними прерывая зрительный контакт и как ни странно, это сработала.

— У тебя муж есть, вот и валила бы к нему. — Буркнула Марья.

— Я с ним развожусь. — Выпалила в ответ Василиса, да так громко, что у меня уши заложило, что, впрочем, не помешало мне услышать, как в дальнем конце квартиры что-то брякнуло, судя по звуку, это три небольших покрытых перьями тела бухнулись на пол услышав столь горячую и неожиданную новость.

— Серьезно? — Настроение Марьи тут же сменилось. — Дай пять подруга! — Она подскочила к Василисе, которую только что готова была порвать на куски и принялась дружески трепать за плечо. — Супруг твой паскудник редкостный, а все эти его оправдание каноном, полный бред! Канон он может на первых этапах нашей жизни что-то и значит, а потом, приходит понимание, что это все чушь.

— Да конечно! — Язвительно скривилась Премудрая, хотя уже было видно, что конфликт исчерпан и ей польстила такая реакция и поддержка Марьи. — То-то ты к Димке прицепилась, конечно, не из-за канона.

— В смысле? — Не понял я.

— Так ты ее спас от злодеев. — Охотно пояснила мне Василиса. — А у нас ведь как, герой спасает красавицу и дальше они живут долго и счастливо. — Я удивленно уставился на Марью, с этой точки зрения я наши отношения не рассматривал.

— Вот уж нет. — Рассмеялась блондинка и подойдя ко мне крепко обняла. — Я к нему раньше прицепилась. Когда первый раз из Института сваливала, у меня даже сомнений не было где я хочу оказаться и с кем жить, так что, промашка вышла. Не канон меня к нему привел, а…

— А холодный расчет. — Передразнила ее Василиса.

— Не. — Отмахнулась Марья. — Тоже мне расчёт, он старый, не красивый, не самый умный, не богатый, не целеустремленный… — С каждым этим ее «не» моя самооценка падала все ниже и ниже.

— И футболки еще эти его идиотские. — Добавила Василиса.

— О да! — Марья закатила глаза. — Сожгла бы их все разом! Честно признаться, время от времени, в тайне от него, я их выкидываю, но он снова их где-то берет, причем сразу старые и застиранные! Интересно, у нас в городе что ли есть магазин старых футболок с дурацкими надписями.

— А я их рву постоянно. — Усмехнулась брюнетка и села за стол. — Ну знаешь, типа в порыве страсти, уже штук двадцать в помойку отправила, а он и вправду где-то все время берет новые. Загадочный он парень, у меня.

— У меня! — Поправила ее Марья, и в воздухе снова повисло напряжение.

Я выскользнул из кухни, слушать все эти разборки у меня не было ни малейшего желания, тем более что были дела поважнее.

Троицу я успел перехватить в самый последний момент, они уже сидели на подоконнике и собирались улететь прочь из квартиры.

— Стоять! — Скомандовал я и девчонки замерли словно статуи. — Девочки. — Они повернули ко мне головы синхронно и на их человеческих лицах была такая неизбывная тоска, что у меня чуть слезы не потекли, они все поняли сразу, я явился, чтобы испортить им жизнь, помешать растрепать по всему городу такую горячую и важную новость, сплетню не то, что года, а целого десятилетия. — Девочки! — Повторил я уже настойчивее. — Если Вы кому-то расскажете, меня убьют! Это и так скорее всего произойдет, когда Кощей узнает, что жена его бросает, он не станет искать причины в себе, он будет уверен, что она от него уходит из-за меня. Но это произойдет позже, а если вы растреплете про развод сейчас, то я не доживу даже до вечера.

— А я вам говорила. — Назидательно обратилась к подругам Алька. — А вы всё, «полетели, полетели.»

— Да что ты нам говорила то? — Возмутилась Сирин. — Что рассказывать надо только тем, кто может за информацию заплатить? Ты ни слова не сказала про то, что Диму могут убить.

— Девочки! Успокойтесь! — Вмешалась Юна. — Вы обе правы. — Хрясь, хрясь, два удара крыльями и две ее подруги летят с подоконника на пол, а сама она с победным воплем пикирует на них сверху. Секунда и у моих ног развернулось побоище. Счастливые создания, плевать им теперь и на новости, и на то, что меня из Василисиного решения могут в расход пустить. Живут одним днем, порывом. Хотя нет! Вру. Эти трое, когда за мной придут, первыми и встанут на мою защиту.

С кухни раздался грохот бьющейся посуды и злое рычание, похоже мои подруги перешли от слов к делу, делу раздела моей тушки без моего участия. Ну что же, это меня вполне устраивает, плохо только, что блинов мне на завтрак похоже не достанется… Хотя… Варька же утащила с собой целую тарелку.

Открыла девушка мне почти сразу, подмигнула и кивком головы пригласила внутрь.

— А не хило они там разошлись. — Хихикнула она. То, что у нас между квартирами тонкие стены и отличная слышимость мы знали прекрасно, но даже с учетом этого, творившееся сейчас на моей кухне было чем-то из ряда вон выходящим, там билась посуда, кто-то рычал и визжал, слышались гулкие звуки ударов. — Я не знала, что ты и Василису того, — Девушка сделал непривычный жест, на что, я только пожал плечами, мол, «так уж вышло». — Хотя догадаться можно было, слишком уж она была к тебе благосклонна. Что теперь делать будешь? Бежать из города? Из страны? С планеты? Когда Костя узнает, тебе хана.

— А мне и так хана, если Бельского не найду. — Отмахнулся я. — Так что, мне только и остается, как получать от жизни все удовольствия. И начну я с чая с блинами, надеюсь, ты не все съела.

— Угощайся. — Варька кивнула на чайник и стоявшие рядом с ним кружки.

Налив чаю, мы сели друг напротив друга за маленький стол, у Варьки он был заметно меньше моего, да оно и понятно, у нее никогда не собирались такие толпы народа, как у меня.

— С делом Бельского совсем плохо? — Сочувственно поинтересовалась девушка, на что я лишь неопределенно махнул рукой, понятия не имею куда этот мутный дядька мог пропасть, и даже идей никаких. — Хреново! — Грустно выдохнула девушка. — Ну тогда ты прав, бери от жизни все, пытайся напоследок принести как можно больше пользы.

— Про пользу это как раз про меня. — Усмехнулся я ей, обильно макая блинчик в варения и засовывая в рот целиком. — Так что, сама понимаешь, расследование этого убийства, для меня крайне важно, оно не только способ переключить мозги, но еще и шанс сделать что-то хорошее, пусть и напоследок.

Девушка, подобрав под себя ноги сидела на табуретке и пристально смотрела на то, как я уминаю блины.

— Тебе не страшно, что ты его не найдешь, что Костя тебя казнит и все такое? — Внезапно спросила она.

— Нет. — Честно ответил я. — Каждый из нас умрет, бессмертных нет… — Я почему-то вспомнил в этот момент девушку Марину из Лавки фальшивых чудес, не знаю уж почему. — Главное уйти из жизни ярко, чтобы о тебе у людей остались хорошие воспоминания. Кстати, ответь мне на вопрос. — Варька удивленно подняла на меня взгляд, она обдумывала сказанное мной о страхе смерти. — Вот этот ваш канон. Сегодня Василиса сказала, что после того, как я спас Марью, она просто не могла в меня не влюбиться, мол таков ее канон.

— Бред все это! — Закатила глаза Варвара. — Оправдание для общественности. Вон Костя, к примеру, он жадный и это типа его канон, но это все бред. Он жадный, потому что жадный, на телках он не экономит. То, что он за каждою юбкой волочится. Канон? Да черта лысого! Ему так удобно, нравятся ему молодые и послушные девки. Весь этот канон, это просто характер, а он меняется со временем. На меня посмотри. Я холодная, беспринципная карьеристка, верная до гроба своей создательнице. Похожа? — Я не знал, как должны выглядеть женщины, обладавшие подобными чертами, но на всякий случай, отрицательно помотал головой. — Вот именно! Кстати, благодаря общению с тобой, я поняла, что все это чушь, что карьера не важна, если работа не приносит радости, что если постоянно подавлять эмоции, то крыша съедет, ну а верность создательнице… — Она встала и подойдя ко мне вплотную наклонилась к уху и прошептала. — Да клала я на эту верность, если Василиса зарвется, я ей первая накостыляю! — Словно в ответ на это за стеной что-то громыхнуло, похоже в стену метнули старую чугунную сковороду. — Так что. — Варька встала позади меня и обвила шею тонкими ручками. — Фигня весь этот канон. Если и работает, то только в первый год существования. А что Марья на тебя запала… Дим! Ты же хороший, не урод и не дурак. Всегда рвешься помочь, зачастую наплевав на себя и свои интересы, естественно она на тебя запала, а что ты героически ее спас, ну это только плюс к общей картине. — За стеной зазвенело и кто-то грязно выругался.

— А Василиса?

— А Василиса как раз пример подавленных эмоций. — Усмехнулась Краса. — У нее, кроме тебя никого нет, она одинока в своем высокомерии и амбициях. Был Костя, но она для него не смогла стать всем в этом мире, а на меньшее она не согласна.

— Да уж… Дела… — Я отправил в рот еще один блин.

— Для Златы ты идеал властного карьериста, для Риммы, надежный тыл, папочка которого у нее никогда не было, для русалки Руси, мудрец, советам которого нужно следовать неукоснительно, раз уж своих мозгов нет, с ней вообще веселее всего, ты на самом деле, для нее, Кот Ученый, только в человеческом теле, она к тебе тянется потому, что ты, в ее пустой головке, похож на этот комок пафосной шерсти. — Да уж таких откровений я не ожидал. — Как видишь, все кого я знаю и кто тебя любит, любят тебя не по канону, а по совершенно иным и логичным причинам, не знаю уж, что там у Яги к тебе за чувства, да и Рысева мне не очень понятна, но что остальные с тобой не из-за канона это точно!

— А ты? — С усмешкой повернул я голову к девушке. — Ты меня почему любишь.

— Комплекс причин! — С совершенно серьезным лицом ответила девушка. — Ты мой первый начальник, авторитетная фигура. Патерналистский образ, если угодно. Только не как у Риммки, заботливый родитель, который всегда поможет и выручит, а образец для подражания в некоторых аспектах. Хотя ты тоже на первых парах и защищал меня и заботился, но это на меня не произвело такого впечатления. Потом, ты верный товарищ в приключениях, и я тебе доверяю, а доверие многого стоит. Я тебя уважаю за смелость и отвагу… — Она перешла, так, чтобы смотреть мне в глаза, благодаря тому что роста в ней было не так уж и много, ей было достаточно лишь чуть наклониться, чтобы быть со мной на одном уровне. — Про внешность говорить не стану, тут мне судить сложно, но Римма говорила, что я парней выбираю твоего типажа. Блин! — Она внезапно заулыбалась. — Не могу так, я с ним серьезные разговоры разговариваю, а у него губы жирные от блинов и в уголках рта варенье. — Она послюнявила палец и попыталась оттереть варенье с моего лица, — Герой, мать твою, любовник с вареньем по всей харе.

— Да ладно тебе. — Смутился я. — Давай лучше обсудим, что делать сегодня будем в Институте?

И вот стоило мне это произнести, как у нас у обоих, одновременно зазвонили телефоны. Варька тут же подобралась, схватила трубку и вышла из кухни, прикрыв за собой дверь. Я тоже глянул на экранчик смартфона, мне звонил Аристарх.

— Доброе утро Аристарх Кощеевич. — Поприветствовал я управляющего.

— Кому как. — Грустно вздохнул он и у меня похолодело в груди.

— Что-то случилось, что-то страшное. Клуб сгорел? Пострадали люди.

— Ой простите. — Тон его сменился. — После бессонной ночи, голос трагическим кажется, представляю, чего Вы себе уже на придумывали. Ничего слишком страшного не произошло, рядовое происшествие, просто решил, что Вам нужно узнать, Ваша протеже под утро споткнулась и повредила ногу, похоже перелом.

— Моя кто? — Не понял я, мне вообще было сложно сейчас вникать в то, что он мне пытается сказать, утренняя сцена скандала Марьи и Василисы, кстати, они что-то подозрительно там затихли. Рассказ Варьки о том, что ко мне испытывают знакомые дамы и причины их чувств, в общем мне было о чем подумать, помимо каких-то рядовых происшествий в клубе.

— Ну Алиса! — Пояснил Аристарх. — Та, длинная официантка. Она упала и сломала ногу, мы отправили ее в больницу, я решил, что Вам эта информация будет полезна.

— Аааа. — Понял я. У Алиски неприятности, ну что же, на обратном пути заеду к ней к больницу, мне не сложно, ей приятно. — Спасибо Аристарх Кощеевич, обязательно ее навещу.

— Никого ты не навестишь! — Дверь распахнулась и в кухню влетела Варька. — Собирайся бегом! У нас еще одно убийство.

— Эх. — Вздохнул я. — Значит в Институт сегодня не едем.

— Именно туда и едем! — Варька в два глотка осушила свою кружку с уже остывшим чаем. — Убийство в Институте. Собирайся говорю, и делай что хочешь, но Василиса с нами ехать не должна, это уж совсем не ее дело!

Я молча встал и направился к себе, мельком заглянув на кухню, я опешил от увиденного, нет, то что эти двое разгромили мне все, я ожидал, что у Марье окажется расцарапано лицо, а у Василисы набухает хороший такой фингал под левым глазом, я тоже предполагал, но что обнаружу их вот так, сидящих на полу прижавшись спиной к холодильнику и крепко обнявшимися, это для меня стало сюрпризом.

— Ну что? — Поинтересовался я. — Поделили меня? Кому такое сокровище достанется или нужен второй раунд.

Они синхронно окинули меня взглядом, сморщили носики.

— Да пошел ты! — Так же одновременно выдали они.

— Ок! Ладно! Я пошел, а вы двое, чтобы к моему приходу навели порядок.

— Не! — Отмахнулась Марья. — Мы сегодня в СПА, в сауну, потом в клуб. Мы тут подумали, порешали. Ты нас не достоин.

— Хм. — Я потер подбородок. — Вывод неожиданный, но на данный момент приемлемый. Хорошо отдохнуть, но потом все же приберитесь за собой.

Я выскользнул из кухни, чтобы не напрашиваться и дальше на разного рода комплименты и отправился одеваться.

К тому времени, как я собрался и спустился вниз, Варька уже прогрела машину, и теперь с любопытством выглядывала из-за руля.

— Смог все-таки Премудрую уговорить не ехать? — Довольно уточнила она очевидное. — Чего они там вообще?

— А все нормально. — Я залез на пассажирское сидение и пристегнулся. — Помирились! Нашли общего врага. Меня! Теперь вон вместе в какое-то СПА собрались.

— Банально. — Хихикнула Варька. — Но на самом деле оно и хорошо. Подружатся, будут тебя меньше дергать. Марья с Василисой на самом деле очень похожи, обе властные, независимые, только Василиса больше на карьеру настроена, а Марье на всю эту мышиную возню плевать. Они стоят друг друга. Подружатся, объединятся и начнут тебя вместе изводить! — Она весело рассмеялась, а мне от такой перспективы стало как-то грустно, не хотел я, чтобы меня изводили, я хотел жить и радоваться. — Ладно не грузись поехали быстрее, пока след не простыл.

— Чего там вообще? Следственную группу вызвала уже? Волка? — Начал задавать я вопросы по предстоящему делу.

— Волка я туда не потащу. — Нахмурилась девушка. — Помрет еще, он вообще на бумажной работе пока мы изготовителя той смеси не поймаем, а ребят вызвала, но они только через час, полтора приедут. Мне Второй позвонил. — Начала она рассказывать. — Помнишь мы просили его найти того парня, ну Чудь Кошеевича, который им плащ невидимку продал? Вот они его и нашли, свеженького, едва остывшего, подрали его жутко, еле опознали.

— Подрали? — Я задумался, кому нужно было убивать относительно безобидного обитателя катакомб? Может это их местные разборки, а то, что мне этот человек был нужен, просто совпадение?

Варвара вырулила на трассу и вдавила педаль газа в пол, машина взревела и рванула вперед, да так, что у меня желудок сжался.

— Мне Римма новый движок поставила. — Радостно сообщила Краса. — Теперь до двухсот махом разгоняется. — До двухсот то он может и разгоняется, вот только когда мы с ней так несемся, у меня седые волосы появляться начинают. Та же скорость в Василисиных спортивных машинах ощущалась куда менее страшно, все же они были для нее созданы, а тут кубикообразный крокодил мчится по лесной дороге скрипя деталями, или это не детали скрипят, а мои в ужасе стиснутые зубы. Страшнее было ездить только на волке, ну и еще с Риммой на мопеде. Поэтому, за всю поездку я не проронил ни слова, а когда показалось здание Института я радостно выдохнул.

Через проходную я шел уверенной походкой, несмотря на свой бледный вид и трясущиеся до сих пор руки, нет все же скорость — это не мое.

На входе, меня как обычно даже не подумали остановить, а вот чертыхавшуюся Варвару тормознули и заставили пройти все необходимые процедуры, я дождался пока глаза лошадиного черепа в руках вахтера загорятся зеленым, после чего подруга присоединилась ко мне.

— Ну и что дальше? — Поинтересовался я. — Нас встретят?

— Должны. — Пожала она плечами. — Уверена Второй уже в курсе и дал своим распоряжение, но у них же тут своя конспирация, так что, пока пошли сами спустимся на пару уровней, он конечно не уточнял, где именно нашли труп, но очень сомневаюсь, что на людных этажах.

И вот тут она ошиблась, один из парней «Братства» перехватил нас на лестнице, по которой мы уже собирались спускаться и вопреки логике повел на третий этаж.

— Его сегодня нашли. — Начал рассказывать соловьевич ведя нас по коридорам. — В одной из комнат для отдыха, ей не часто пользуются, третий этаж, это не слишком то популярное место.

— Почему? Не удержался я от вопроса.

— Да потому что он третий. — Хохотнул безопасник. — Мы на минусовых чаще бываем, если кто-то не слишком важный из внешнего мира в Институт приезжает, вроде поставщиков или подрядчиков, то с ними общаются на первом этаже, там для этого помещений достаточно. Ну а еще, тут есть стереотип, что чем на более высоком этаже ты проводишь свое время, тем ты более значим. Помещений масса, на любой вкус, хоть переговорок, хоть таких вот комнаток отдыха, вот и пустуют обычно они. Все хотят почувствовать себя более важным и отдыхают на этажах повыше. Комнаты отдыха и переговорки выше восемнадцатого, вообще по времени расписаны, а тут вон свободно, его могли бы и дня три не найти, если бы не уборка.

Абсолютно безликий институтский коридор привел нас к абсолютно безликой двери, таких коридоров и дверей я видел массу и чем отличается комната отдыха на третьем этаже от комнаты отдыха на двадцатом, не понимал категорически. Внутреннее содержание тоже не отличалось ничем, когда-то давно, в точно такой же комнате отдыха с кожаным диванчиком, холодильником и маленькой кухней, я взял в заложницы Василису и угрожал ее взорвать, если меня не проведут к Кощею на прием. Все то же самое, за исключением трупа на полу.

Неказистый мужчина, одетый абы как, лежал в луже крови уставившись мертвыми белыми глазами в потолок, на груди и шее у него зияли рваные раны. Умер мужчина, судя по всему, очень быстро, за этот год я успел насмотреться на трупы, и прекрасно знал, что человек, какие бы ему серьезные травмы не нанесли умирает вовсе не мгновенно, должно пройти время, пока жизнь оставит тело, даже если повредить ему жизненно важные органы. Тут же, раны были нанесены настолько страшные, что кровь за считанные минуты вытекла из тела, да еще и вскрытая жутким ударом грудная клетка, через развороченные ребра были видны рваные легкие и едва ли не вытащенное наружу сердце.

Удивительно, но при виде этого мертвеца меня не мутило и не тошнило, в отличии от того раза, когда мы нашли половину тела, ну труп и труп и что с того, с этим все понятно, парню нанесли два сильнейших удара, один в грудь, второй в горло, все четко и понятно, а там… там была половина тела, там страшнее и неприятнее!

Варька присела рядом с телом, а я встал над ней, заглядывая из-за плеча.

— Ничего не напоминает? — Поинтересовалась она, не поворачиваясь ко мне.

— Страшная рваная рана. — Констатировал я. — Удар очень сильный.

— Пока рано говорить. — Вздохнула девушка. — Но подобную отметину мы видели на двери сейфа в отделении банка. Сильнейший удар когтистой лапы.

— Ага. — Я присел рядом и провел пальцем по полу. — А еще, я готов поспорить, что вот эта пыль на полу, тот самый порошок из-за которого волк не может учуять преступника.

— Дим! — Закатила глаза Краса. — Ну вот обязательно все пальцами тыкать на месте преступления? Но скорее всего, ты прав. Уважаемый. — Варвара повернулась к нашему сопровождающему. — Нам нужны записи с камер видеонаблюдения.

— Уже работаем. — Кивнул тот. — Что-то еще?

— Да нет. — Отмахнулась Варька. — Остается ждать опергруппу и эксперта. Эх — Тяжело вздохнула она. — Не было печали, вот работали же спокойно, за Кузьмой гонялись, но нет, на тебе, убийства, да еще в самой цитадели, где до начальства рукой подать. Димк? А может ну его? Давай по-тихому утащим тело на нижние уровни да скормим крысам людоедам, а потом махнем с тобой на море?

— На Баренцево… — Мечтательно протянул я, закатывая глаза.

— Нет в Институте крыс людоедов. — Раздался от входа грустный голос, мы дружно обернулись и в дверях обнаружили нашего давешнего знакомца, Ауку Кощеевича. — Крысы, если в подвалах появляются, то сами проходят по статье деликатес, свежее мясо, дичь. Так что ничего не выйдет.

— Это мы так шутим. — Я подошёл к мужичку и пожал его руку. — Расследуем как следует, найдем убийцу, будьте уверены.

— Это хорошо. — Совершенно серьезно кивнул Аука. — Мы доверяем Вам, Дмитрий. Это очень важно для нас, убийство одного из наших прощать нельзя… — Он на секунду задумался. — Если, конечно, мы сами в нем не виноваты, тогда можно. — Ох уж мне эти двойные стандарты и высокопарные фразы, убийство мы не простим, если не сами убили, то нормально все. Это буквально отражение политики Института, которые не прощают смерти своих, но если убивают их сами, то вроде как ничего.

— Кстати про ваших. — Отвлекся я от мыслей. — У убитого не было конфликтов ни с кем.

— Были. — Честно признался Аука. — Со всеми, у нас же развлечений других нет, кроме как склочничать и конфликтовать, у нас на ссорах, драках и вражде социальная жизнь строится, если бы у нас конфликтов не было, то жить нам совсем уж скучно было. Но убивать мы не убиваем, в смысле редко убиваем, для такого, это совсем уж сволочью быть нужно, окружающим жить мешать, а Чудь, он никому особо не мешал.

— А расскажи нам про него. — Поинтересовался я, с их мироустройством мне и так было все ясно, все как везде, воюют конечно и враждуют, но больше от избытка свободного времени, от скуки.

— Да и рассказывать особо нечего. — Пожал плечами Аука. — Он больше бирюком ходил, одиночкой значит, особо ни с кем не дружил и не враждовал, так, нагрубить, обматерить, может в морду дать. Но чтобы серьезного чего-то, то нет. Девок красивых любил это да… — Она осторожно осмотрелся вокруг, будто боялся, что его подслушают. — Я слышал, что у него там… — Он указал пальцем вниз. — Логово есть, так там все стены обклеены вырезками из срамных журналов, сам я не видел, но люди говорят…

— А что за люди такое говорят? — Вмешалась Варвара. — И можно как-то в это логово попасть?

— Дмитрий! — За Спиной Ауки Кощеевича появилось видение в белоснежном деловом костюме, не естественно узкая талия, огромная грудь, пышные бедра и совершенно противоестественные губы. Все мужики в комнате затаили дыхание глядя на Меланью, секретарь Кощея стояла, уперев руки в бока и пристально смотрела прямо на меня. — Константин Андреевич, желает Вас видеть! Немедленно! — Тон ее совершенно не терпел возражений, поэтому я обреченно вздохнул и не прощаясь направился к выходу. Ну вот и все! Пришло мне время ответить за все свои шалости с Василисой. И знаете что? Я гордо поднял голову, подходя к секретарше и широко ей улыбаясь. Я ни о чем не жалею! Мне с ней было хорошо!

Глава 8

Меланью я зажал практически сразу, как мы вышли с места преступления, молча заглянув за одну из дверей с табличкой «Переговорная», я убедился, что там никого нет и просто втолкнул девушку внутрь.

Та притворно охнула, и сама прижалась ко мне тяжело дыша.

— Ну и зачем я понадобился шефу? — Строго поинтересовался я. — И почему это для меня становится неожиданностью?

Девушка обиженно надула свои невероятно пухлые губы и насупилась, они с Фионой работали на меня еще с зимы, практически с того самого момента, когда Кощей назначил их своими секретарями, ничего особо важного они мне не сообщали, конечно. Слишком уж не активную я роль играл в жизни Института, хотя благодаря им я и сумел пресечь в зародыше маленькую интригу в мой адрес, которую пытался закрутить новый начальник службы безопасности. Тот написал на меня докладную, будто я хожу в Институт как к себе домой, нарушая все возможные правила и регламенты и могу даже устроить хищения и диверсии.

Увидев эту докладную, Меланья тут же сообщила мне о ней, и на следующее утро, Черномор со своими богатырями лично при поддержке отдела снабжения, устроил ревизию всех складов. Два дня по моему приказу они лопатили абсолютно все имущество Института, начиная со складов готовой продукции и заканчивая пересчетом табуреток в столовой. После чего я прилюдно сообщил безопаснику, что теперь, «когда он лично убедился, что я ничего тут не ворую, то может он перестанет писать на меня кляузы». Надо ли говорить, что это не добавило ему популярности в глазах коллег понявших, что два дня они бегали по всему зданию, дышали пылью и пересчитывали совершенно никому не нужные столы и стулья, исключительно благодаря его попыткам облить меня грязью в глазах руководства.

Мне правда это тоже не добавило популярности, Варвара Ключница, самолично вынужденная участвовать в той инвентаризации, со мной неделю не разговаривала, оттаяла только после того, как я им в один из визитов в клуб, подарил шесть бутылок «Кристалла», ох и насвинячились же они тогда со Златой, впрочем, это не важно.

А важно то, что меня вызывают на самый верх, а я даже не подозреваю зачем, вернее подозреваю я сейчас самое худшее, а эта дура, которая должна меня предупреждать обо всем, что касается моей персоны, стоит надув свои губищи и молчит.

— Рассказывай все что знаешь! — Потребовал я и настойчиво ухватил девушку за подбородок. — Все что произошло сегодня с утра, вчера. Все!

— Да ничего такого не происходило. — Меланья потупила взгляд. — Сегодня ему с утра супруга позвонила, он был очень зол. Даже чашки кофейные побил. Я как раз у шефа была, он так громко ругался, мне даже из-под стола страшно было вылезать.

— Вот! Это уже ближе к делу. — Я довольно похлопал девушку по щеке и та воспряла духом. — На кого ругался? Что кричал? Давай уже, рожай.

— Ой! — Снова потупилась та. — А мы не можем. Константин Андреевич говорит, что у нас функция деторождения не заложена.

— Да я в переносном смысле! — Я закатил глаза, нет ну что за дура, насколько мне жаль, что у Бессмертного работают эти, а не Роза с Бэллой, хотя быть может, если бы за мной пришла Шемоханская, то она бы мне все быстро и четко изложила, вот только ставленница Василисы внезапно оказалась заложницей у Кощея, нет ничего криминального, никаких оков и холодных сырых казематов, просто из троицы секретарей, она была единственная способна к умственному труду и теперь тянула лямку за троих, в то время как задачи Меланьи и Фионы сводились к варке кофе, исполнению простых поручений и лежанию на спине с широко раскинутыми ногами.

— Нуууу… — Задумчиво закатила глаза блондинка. — Дословно я не помню, но смысл был в том, что он ругался на Василису, требовал, чтобы она немедленно вернулась в Институт, потом он сменил тон и начал просить, очень жалостливо, я никогда не слышала, чтобы он говорил таким тоном, а после того, как она ему отказала, он положил трубку и начал громить все в кабинете, включая кофейные чашки, их очень жалко, между прочим, это же настоящий фарфор… — Я не стал ее слушать дальше, все равно эта губастая дура ничего дельного больше не расскажет.

Значит моя теория была верна, Василиса сообщила мужу о разводе, и он быстро выяснил, кто именно стал его причиной, и теперь, мне хана… Или нет… Почему за мной пришла Меланья, а не Черномор, к примеру, у него то, даже без подручный получилось привести меня к шефу куда как быстрее. Его бы я уж точно не сумел остановить и разговорить.

Я глянул на блондинку, которую я до сих пор вжимал в стену, а та увлеченно вещала мне что-то на тему того, как сейчас трудно достать качественный фарфор, трахнуть ее что ли напоследок, последняя трапеза, так сказать, перед казнью, но нет, лучше пусть последней женщиной в моей жизни останется Василиса, ее я хотя бы уважаю за ум и характер, а эту… все равно, что надувную куклу… Я отпустил девушку, и она тут же принялась поправлять пиджак.

Нет, все же, то, что за мной пришла эта губастая курица, это определенно хорошо, может я конечно себе сейчас чего-то там и надумал, но как по мне, это верный знак, что меня не будут сразу убивать…

— Дмитрий! — Вырвала меня из размышлений Меланья. — Говорят у Вас теперь помимо того бара, где мы Новый Год отмечали, еще и клуб есть? А можете, по дружбе как-то обеспечит нам ВИП досуг?

Я натянул на лицо дежурную улыбку и поправил лацкан пиджака девушки, как бы невзначай проводя костяшками пальцев по ее коже. Черт, да если я переживу этот день, я всему Институту ВИП досуг устрою, но ей про это знать не надо, она должна понимать, что за услугу с моей стороны, ей придётся рассчитываться, пусть и не так, как она привыкла…

— Конечно, милая. — Я снова потрепал ее за щеку, если бы кто-то так сделал мне, я бы его убил, а эта губастая дурочка, воспринимает такой жест, как само собой разумеющееся. — Если соберетесь отдохнуть, звони. Отдельный кабинет, шампанское, лучшая закуска, все для тебя. — Она стрельнула в меня глазками и возбужденно приоткрыв рот страстно задышала, дура, как есть дура, зато обходится не дорого…

Меланья постояла еще несколько минут, теребя пуговку на пиджаке и не понимая, раздеваться ей сейчас или после того, как она получит бесплатное шампанское в клубе, мне даже пришлось в итоге подтолкнуть ее к выходу, чтобы она решилась.

Виляя своей выдающейся задницей, секретарша провела меня к лифту, который и помчал нас к директору Института, она еще пыталась строить мне глазки, пока мы не достигли нужного этажа, но я ее игнорировал, нет уж, мне своих дам хватает, у которых в комплекте к внешности еще и ум прилагается и характер.

Константина Андреевича Бессмертного я застал в полном раздрае, он сидел на своем кресле-троне, и был абсолютно потерян, у его ног стояла полупустая бутылка из-под виски, а в руках он крутил полный стакан с золотистой жидкостью.

— Настроение нажраться. — Сообщил он мне, когда мы с Меланьей подошли. Директор Института поднял мутный, но трезвый взгляд на секретаршу, и скривившись, жестом отправил ее проч. — Тебе секретарши не нужны? — Поинтересовался он, когда дробный цокот каблучков смолк за закрывшейся дверью. — Три, нет две, комплектом со скидкой? — Я отрицательно помотал головой. — Она меня бросает, Дим! — Кощей поднял на меня потерянный взгляд, он сейчас выглядел таким жалкими несчастным, что мне захотелось упасть перед ним на колени и извиниться за все. Вместо этого я сделал морду тяпкой и спросил.

— Кто? Меланья? Да и черт с ней, новую придумаете.

— Да какая Меланья⁈ — Кощей метнул стакан с вискарем в стену от чего он разлетелся фонтаном стеклянных брызг. — Василиса! Она позвонила сегодня и сказала, что нам надо сделать паузу в отношениях, что она поживет в городе! Понимаешь?

— Константин Андреевич. — Я отошел в сторону, туда, где стоял стол для переговоров и притащив оттуда стул, уселся напротив директора. — Во-первых, пауза, это еще не разрыв. А во-вторых… — Тут я даже затаил дыханье на секунду, я сейчас ступал на очень тонкий лед. — А она Вам нужна? Василиса то? — Бессмертный уставился на меня непонимающим взглядом. — Ну, в смысле, Вы ее любите? Просто, когда, любят, то уважают чувства партнера. А Вы уж извините… Трахнули, или хотя бы попытались, всех, включая ее подруг, при этом не стесняясь ее, не считаясь с ее мнением.

— Таков мой канон. — Насупился Кощей. — Я ничего с этим не могу поделать.

— Так ли это? — Усмехнулся я, ну а что, мне было от чего пребывать в хорошем настроении, Кощей ничего не знал обо мне с Василисой, так что я сейчас вполне мог сидеть и изображать из себя все понимающего психолога, вместо того чтобы болтаться на цепях, пока мои кишки вытягивались бы раскаленными щипцами. Я даже бросил быстрый взгляд на кандалы, встроенные в стену, вроде как предмет был тут для антуража, но уверен, если нужно, ими можно было бы воспользоваться и по прямому назначению. — Вы знаете Бармалея?

— Да блин! — Кощей закатил глаза. — Как Вы все достали с этим Бармалеем. Да я его знаю, знаю, что по канону он должен разбойничать, бегать по Африке и кушать детей, а на самом деле он работает в детском саду вопреки всем канонам, и знаешь, что я тебе скажу. Этот человек и по канону, и по жизни злодей! Только злодеяние его тоньше, вместо простого разбоя, он таким образом усложняет жизнь нам, тем кто не может противостоять канону.

— Как это? — Не понял я.

— А вот так! — Вызверился на меня Кощей. — Ты бы знал, сколько мне Василиса с ним крови попила, говорит, он смог, и ты сможешь. А он это специально делает, чтобы его мне в упрек ставили, он таким образом мне жизнь портит, как настоящий разбойник!

— Не очень понятно и спорно. — Возмутился я. — Да он наверняка даже не в курсе, что им кого-то там попрекают.

— В курсе! Будь уверен! — Зло усмехнулся Кощей. — Ему не раз морду били за то, что он весь такой правильный и на его фоне, такие как я, смотрятся в не выгодном свете. Да ты ведь и сам насколько я знаю, постоянно твердил о своей любви к Яге, а сам…

— Мы сейчас не про меня. — Напомнил я ему. — Тем более, что с Ярой мы не женаты.

— А с этой тварью Марьей? Вы же все равно, что женаты, живете вместе, ты ее спас…

Я сам не понял, как это произошло, вот только я сидел на стуле и уже через мгновение я стою рядом с Кощеем сжимая в кулаке ворот его рубахи и заглядывая сверху вниз ему в глаза…

— Не смей называть ее тварью! — Словно со стороны наблюдаю за собой, жуткое зрелище, бешено вытаращив глаза, я сквозь сжатые зубы рычу в лицо своего собеседника, вот только, его глаза светятся весельем. Сильнейший удар в живот отбрасывает меня на пару метров, я слышу треск ткани и только после этого, меня пронзает боль.

— Хм… — Кощей встал с кресла и вальяжно подошел ко мне корчившемуся на полу. — Похоже селезенку я тебе порвал, ну извини. Впрочем, будет тебе урок. — Он рывком перевернул меня на спину и прижав к полу коленом влил мне в рот зелье. — Никогда не смей на меня нападать. Понял?

— Договорюсь! — Прокашлял я, давясь жидкостью, боль уже начала отступать, чудесные микстуры от красавицы Златы, интересно, сколько уже раз они спасли мне жизнь и здоровье.

— Что? — Не понял Кощей.

— Еще раз позволишь себе грубость по отношению к Марье, и я договорюсь с Ягой, чтобы она тебя в Навь отвела! — Я смотрел на него с ненавистью, а он откровенно веселился. Хотя, после упоминания Яры, веселья во взгляде поубавилось.

— Ладно! — Он поднялся и подал мне руку, чтобы помочь встать. — Прости! Не удержался, это все из-за Василисы, она меня немного из себя вывела, да и эта твоя… Марья. Бесит она меня!

— Что поделать. — Я поднял стул и снова уселся. — Но это не повод, чтобы про нее плохо говорить. — На самом деле, сейчас в моем мозгу роился просто ураган мыслей, что это я сейчас вытворил, кинуться на Бессмертного. С чего бы? Это было тупо и бессмысленно. А кинулся бы я на него, если бы он что-то такое сказал про Яру, или Василису, или Варьку? Не, за Варьку, пожалуй, не кинулся бы, я бы ей рассказал, и она б его разорвала на части, а вот за Яру с Василисой… У тех бы, конечно, тоже хватило силенок Кощея на место поставить самостоятельно, но их я бы тоже попытался защитить. Почему? Не знаю. Помню, когда я встретил Яру, мне показалось, что это человек, который остро нуждается в помощи, не просто в помощи, в спасении, так же как в этом нуждался я, всего год назад, поняв, что моя жизнь зашла в тупик. И я попытался ее спасти, пусть и всего лишь вытащив с собой на прогулку.

С Василисой было нечто подобное, но далеко не при нашей первой встрече, ответственность за нее я почувствовал совсем недавно, осознав, что, по сути, я единственный близкий ей человек в этом мире.

— Ну вот. — Кощей, не поворачиваясь ко мне рассматривал в зеркало порванную рубашку. — А говоришь, канона не существует, да ты сам воплощение этого канона.

— В смысле? — Не понял я.

— В прямом. — Усмехнулся он, рассматривая меня в отражение в зеркале. — Как ты на меня кинулся, а все потому, что я задел твою женщину, понимаешь? Ты ее спас, теперь по всем правилам, вы единое целое, должны жить долго и счастливо и умереть в один день. И передай ей. — Он повернулся наконец ко мне и яростно сверкнул глазами, как это у него так получается, скорее всего подобный эффект происходит за счет того, что глаза у него светятся изнутри синим светом. — Если она не прекратит про меня гадости рассказывать, то день этот наступит очень скоро. Хотя я ведь тебя не за этим позвал.

Изменения в Кощее произошли за время нашего разговора просто кардинальные, когда я к нему пришел, он был жалкой развалиной, а теперь вон, гордый, высокомерный и чрезвычайно опасный. Да он же кайф словил от моего избиения, маньяк чертов, садист.

— Я знаю, что в городе у Василисы есть квартира. — Начал Кощей. — Знаю, что эта квартира в твоем подъезде. Так вот! Присмотри за ней, чтобы никто к ней не ходил, чтобы никаких там любовников, поклонников, понял? Теперь она на твоей совести! Понял? — Еще бы я не понял, мне остаётся только козырнуть в ответ на его приказ. Прослежу, проконтролирую, не отпущу ни на шаг, буду как верный пес спать возле нее, причем в прямом смысле этого слова. И уже сегодня ночью, в отместку за этот удар, Ваши рога станут втрое ветвистее! Я скрипнул зубами и встал, готовясь уходить.

— Постой. — Голос Кощея снова заставил меня вздрогнуть. — Что там с Бельским? Если я правильно помню, срок уже подходит?

— Два месяца осталось. — Кивнул я. — Ищу! Пока ищу!

— Ищи. — Кивнул он. — Честно скажу, мне не доставит радости тебя убивать, но уговор есть уговор…

Провожала меня Шемоханская, как только я вышел в приемную, Фиона с Меланьей бегом кинулись в кабинет следуя зову шефа.

— Он тебя что бил? — Зуля удивленно уставилась на меня не торопясь вызывать лифт.

— Почему ты так решила? — Нахмурился я, по идее, зелье должно было убрать все последствия уже давно.

— Потому, как эти две клуши помчались. — Она взяла меня под руку и отвела на диванчик. — Насилие его возбуждает. Тяга к нему сгубит нашего руководителя. Насилие и вседозволенность. Раньше для него сдерживающим фактором Василиса Андреевна была, но она уже несколько месяцев, сквозь пальцы смотри на все, что тут происходит, если ничего не поменяется, я боюсь представить, во что он превратится сам и превратит Институт.

Она сходила и налила мне чашку ароматного кофе, которую я с благодарностью принял из ее рук.

— Я постараюсь немного разбавить топ менеджмент Института в ближайшее время. Вернется Бельский…

— Боюсь это ничего не изменит. — Грустно улыбнулась девушка. — Насколько я слышала, первый директор не очень-то суров и властен, нужно, чтобы Василиса снова стала сама собой.

На это, я лишь неопределенно пожал плечами, ну как мне вернуть ту, старую Василису, если ее уже нет, если на ее месте уже живет другая, та, кому помимо процветания Института, хочется и личного счастья.

Я молча допил кофе и направился к лифту, Шемоханская направилась следом и так же молча проводила меня вниз.

Варьку в окружении ее группы я нашел на месте преступления, в то время пока Виталий с Емелей на коленках ползали вокруг тела, что-то фотографировали, что-то собирали в пакетики и колбочки, она, развалившись на диване, попивала кофе из здоровенной кружки, рядом с ней сидел Второй и с интересом посматривал на девушку.

— Ну? — Уставилась она на меня. — И чего от тебя нужно было самому главному главному? — Взгляд ее искрился иронией, было видно, что девушка прилагает просто невероятные усилия, чтобы не сострить.

— Премировал! — Пожал я плечами. — Загородный дом, с прислугой и собственной конюшней.

— Ага! — Варька бесцеремонно вручила свою кружку Второму, после чего подскочила ко мне и критически осмотрев, потёрла ворот моей футболки. — Метод дедукции подсказывает мне, что ты гонишь. — Ухватив меня под локоть, она вытащила меня прочь из комнаты и отвела в ту же переговорку, где я часом ранее кошмарил Меланью. — За что он тебя? — Требовательно спросила девушка.

— Что? — Округлил я глаза.

— Бил он тебя за что? — Взгляд ее был серьезен. — Только не ври мне и не увиливай. У тебя на футболке липкие темные капли, это восстанавливающий эликсир, причем не та дешевка, которыми нас снабжают, а кое-что из специальной Златиной аптечки. Так что рассказывай! — Она на секунду задумалась. — Но и лишнего не говори, тут может быть прослушка.

— Да так. — Пожал я плечами. — Повздорили. Он Марью тварью назвал, вот я и не выдержал. — Варька закатила глаза.

— Ты бы уже с ними разобрался что ли. — Она, игнорируя стулья уселась на стол.

— С кем? — Сделал вид, что не понял я.

— С ними! — Девушка закатила глаза. — Вот точно тебе говорю, грохнут тебя не из-за Бельского, а из-за баб твоих. Напрыгнуть на самого Кощея, из-за того, что он о твоей пассии плохо отозвался… Он тебя не убил, уже чудо, а теперь представь, что сделает та, вторая, когда узнает про это? Она ж из ревности тебя на куски порежет, ради нее то ты такого не сделал, а где-то там в гостинице еще третья сидит и за всем происходящим со стороны наблюдает, злобу копит. Знаешь что? Димк! А может и правда давай свалим отсюда? Бросим все и махнем на теплое море? Где нет забот, и ты еще ничего накосячить и напутать не успел?

— Ага! — радостно закивал я. — Поженимся!

— Да кому мы с тобой на хрен нужны! — радостно подхватила цитату из старого анекдота Краса. — Ладно! Шутки шутками, но я на полном серьезе говорю. Разберись с бабами!

— Займусь этим сразу же, как разберемся с убийствами. — Пообещал я, а про себя подумал, что ни с кем я разбираться не хочу, очевидно, что Марью я люблю, даже полному идиоту вроде меня, это ясно, но и я Яру я люблю, мне без нее очень тоскливо, хотя честно признаться, после того как она ушла тогда, зимой, я немного обиделся, и чувства притупились… И Василису я тоже похоже люблю, ну или просто привязался к ней. И распутывать этот клубок я не хочу, не буду ничего трогать до самой весны, до того самого дня, а до тех пор… А что до тех пор, я же сам взвою если хотя бы раз в неделю не буду завтракать с Василисой, а с Марьей так сладко спать в обнимку.

— Дим! — Варвара соскочила со стола и отвесила мне подзатыльник. — Ты работать будешь или в голове одни бабы?

— Бабы! — честно признался я.

— Вот и у нашей жертвы тоже в голове одни бабы были! — усмехнулась девушка. — И посмотри, до чего его это довело.

— Рассказывай! — Вздохнул я.

— Присаживайся и слушай интереснейшую историю! — улыбнулась Варвара указывая мне на стул. — Вчера вечером, около восьми часов наш убиенный заявился в комнату отдыха, зашел и никуда не выходил. Кроме него к двери тоже никто не подходил. Сегодня утром, женщина, что занимается уборкой помещений, открыла дверь и не заходя в комнату убежала, через пять минут вернувшись с соловьевичами. То есть! Убитый, вчера вечером вошел в пустую комнату, умер лютой смертью, и сегодня утром, был обнаружен уже мертвым. Отдельно уточняю, что в комнату никто не входил. Даже когда тело было обнаружено, дверь просто прикрыли, поставили охрану и вызвали меня.

— Да уж, — задумался я. — Загадка. Ты про все это знаешь из видеозаписи?

— Ага! — Варька достала смартфон, не стесняясь уселась мне на колени и включила видео.

На повышенной скорости мы минуты три смотрели на пустой коридор, в котором наконец то появился Чудь, он немного потоптался перед дверью, заглянул внутрь, подождал еще чуть-чуть, вытащил что-то из кармана, после чего вошел внутрь. Дверь закрылась… Варька снова повысила скорость воспроизведения, на этот раз увеличив ее раз в двадцать, но несмотря на это, в коридоре все оставалось неизменным, до тех пор, пока не появилась уборщица. Дальше видео продемонстрировало нам появление соловьевичей, взявших комнату под охрану и наконец то наше явление.

— Блин! Какая у меня нелепая походка. — Буркнул я, глядя на то, как мы с Варькой входим в комнату.

— Ну да. — Согласилась та. — А вот я грациозна как лань.

— Не стану спорить, моя милая лань. — Кивнул я ей. — Лучше расскажи мне, телефон уже разблокировали?

— Какой телефон? — Удивилась девушка. — При нем телефона не было. У него имущества то при себе было, десяток презервативов и бумажник с мелкой купюрой.

— Подожди! — Остановил я девушку. — Покажи снова видео, тот момент, когда Чудь, топчется у двери. — Девушка включила видео, и я остановил его в нужный момент. — Вот! Смотри, он что-то достает из кармана и сверяется, это явно телефон, на котором он либо время смотрит, либо читает пришедшее сообщение.

— Зараза! — Варька соскочила с моих колен. — И ведь правда, как я сама не заметила, я же это видео смотрела раз десять.

— Потому что жест привычный. Ну достал человек телефон, посмотрел время и что такого. Вот если бы он на наручные часы смотрел у тебя бы в памяти это отложилось, как что-то в наше время необычное.

— Погоди тут. — Остановила она мои пояснения. — Я сгоняю наших напрягу, пусть ищут телефон.

Она умчалась, а я откинулся на стуле, все бесполезно, ничего они не найдут, так же как не найдут и того, что пробрался в отделение банка.

Варвара вернулась через пол часа, вся взлохмаченная и с удивленным выражением лица.

— Телефона нет… — Вздохнула она.

— Нет! Потому что убийца его забрал с собой. — Кивнул я ей.

— Ты уже что-то понял?

— Ага. — Варька уселась на стол передо мной. — Во-первых, Чудь убил тот же, кто пробрался в банк, невидимка. Именно поэтому мы не видим его на камерах, больше того, думаю если просмотреть видео внимательно и на обычной скорости, то мы увидим, как входная дверь открывается и закрывается сама собой, впуская и выпуская убийцу. Предмет, позволяющий ему, становится невидимым, убийца приобрел именно у Чудя, и избавившись от него, он оборвал ниточку ведущую к нему.

— Это понятно. — Хмуро буркнула Варька. — Не совсем же я дура, два и два сложить сама умею, скажи мне что-то такое, что меня удивит и я тебя поцелую.

— Убийца женщина! — Самодовольно сообщил я ей.

— Это с чего бы? — Варька закинула Ногу за ногу и посмотрела на меня сверху вниз.

— Суди сама! — Ухмыльнулся я ей. — К кому бы наш приятель помчался на ночь глядя, с ворохом презервативов в кармане? Кого он мог так нетерпеливо ждать? Нам все говорили, что Чудь очень любит красивых женщин, вот тебе и ответ.

— Вообще не убедил! — Весь ее вид сейчас выражал превосходство надо мной глупым. — Само собой, что он пришел на встречу с девкой, но может она просто была приманкой. Димк! Я не полная дура. Мы уже перепроверили, всех оборотней, чудишь, перевертышей женского пола, их не так много в Институте, женщины не очень-то подходят для боевых задач. Единственная, кто мог бы нанести хоть что-то похожее на такую рану, это твоя подружка, Рысева, но у нее алиби, так что, похоже ты сегодня без поцелуя.

— Ну… — Разочарованно хмыкнул я. — В следующий раз повезет.

— Обязательно! — Варька наклонилась ко мне и чмокнула в губы. — Но если честно, за то, что ты заметил телефон, поцелуй ты точно заслужил. Я попозже Витальку попрошу, он рассчитается.

— Очень смешно. — Оскалился я. — Пыль на полу, та самая дрянь, на которую у волка аллергия? — Варька только кивнула. — Надо искать логово это Чудя…

— А то я без тебя не знаю! — Девушка закатила глаза давая понять, что все, что я ей говорю, это невероятно очевидные вещи. — Я уже попросила и Второго и Ауку, узнать про его логово, но это сложно. Аука говорит, что слухи про его логово, ограничивались, что кто-то видел, кому-то сказал, тот где-то сболтнул. В общем найти нужного человека будет крайне сложно, а Второй со своими парнями, хоть в катакомбах и обосновались, но их не исследуют, им оно не нужно. Так что, найдем конечно, но на это уйдет время.

— Блин, да неужели сложно найти это логово? В катакомбах народа ошивается немерено…

— Дим! — Рассмеялась Краса. — Мы даже не знаем на сколько этажей вниз уходит здание! Плюс коммуникации, плюс секретные и не очень переходы между корпусами, там внизу город больше Караваева!

— Да быть не может… — Удивился я.

— Может! Еще как может! — Рассмеялась девушка. — Советские люди тяготели к мега стройкам.

— Да я не про то. — Отмахнулся я. — Быть не может, что там под землей такое сооружение, а крыс людоедов нет…

Глава 9

Варвара высадила меня у больницы, причем мне стоило огромных усилий, чтобы от нее отделаться, очень уж девушке было любопытно, что это я тут забыл. Мне даже пришлось прикрикнуть на нее и напомнить, что я все же начальник, после чего, она со словами, «ай, сама все узнаю», умчалась по своим безусловно важным полицейским делам.

Надо признаться, сейчас я ей даже немного завидовал, у нее беззаботная и интересная жизнь, расследуй себе всякое, Кузьму лови в свое удовольствие. Не то, что у меня, рутина, грязь, бабы эти все… Кстати вот, какого черта я приперся сюда, чтобы навестить еще одну? Что мне до той девушки Алисы? Ну переспали разок, ну да, было не плохо, но сейчас то я зачем сюда явился? У меня перед ней никаких обязательств, у нее насчет меня никаких иллюзий.

Я вздохнул, немного потоптался и направился в больницу.

— Здравствуйте. — Поприветствовал я, сидевшую за столом дежурную медсестру, — Я тут к пациентке вашей, только я ее фамилию не знаю, зовут Алиса, высокая такая, красивая, мне сказали, что она ногу подвернула и ее к вам привезли.

— Вот же мужик пошел. — С неприязнью скривилась смутно знакомая медсестра. — Хорошо хоть имя спросил. А если б была не высокая и не красивая, не пришел бы?

— Пришел. — Меланхолично кивнул ей я. — Она моя сотрудница, я ко всем сотрудникам прихожу, как ответственный наниматель и просто чрезвычайно приятный человек.

— Знаю какой ты ответственный, меня несколько месяцев назад премии лишили за то, что ты сбежал без выписки. — Зло оскалилась дама в белом халате. — А с каких пор у нас Алиска стала на Институт работать?

Меня начало бесить ее любопытство, хотя, честно признаться я ее понимал, совершенно не хочется помогать человеку, из-за которого тебя лишили денег, да еще и который работает на Институт. Я бы и сам, отказал такому неприятному типу.

Хотя, быть может, то, что я был одет пусть и аккуратно, но не слишком броско и богато, делало меня чуть более народным, что ли, и позволяло окружающим делать вывод, что мне можно грубить и хамить. Быть может, заявись я сюда в костюме ценой в годовой оклад этой медсестры, та не позволила бы себе такого панибратского отношения?

— Премии той много было? — Вместо ответа поинтересовался я.

— Семь тысяч! — Хитро прищурилась, глядя на меня медсестра. Я молча выложил перед ней две пятитысячных купюры.

— Я извиняюсь за свое поведение. Я вовсе не хотел, чтобы из-за меня кто-либо пострадал. Прошу прощения, что Вы понесли убыток из-за моей безответственности. И выражаю лично Вам и всему персоналу больница благодарность, за то, что меня дурака вытаскивали с того света.

— Ай. — Медсестра оттолкнула купюры мне обратно. — Благодарность нам уже Институт выразил и всей больнице, и каждому сотруднику отдельно. Не надо мне твоих денег, я про премию так, для красного словца сказала, никто меня ничего не лишал, пожурили, было дело, да и то, без особого фанатизма. Так что, забирай свои деньги. А Алиска то, что и вправду теперь на Институт работает?

— Да какое там. — Усмехнулся я. — В клубе она у меня официанткой трудится, к Институту никакого отношения не имеет.

— Жаль. — С Искренним сожалением, вздохнула женщина. — Я ее семью хорошо знаю, многодетные они, хоть одна бы в люди выбилась, красивой жизни посмотрела.

— А, по-Вашему, все институтские красивой жизнью живут? — Меня почему-то сейчас очень задели эти ее слова. — Вот птицы у меня живут, они до недавнего времени вообще на свалке обитали, с голубями за еду дрались. Как-то это не совпадает с моим представлением о красивой жизни, да и многие из наших… — Я сам не заметил, как произнес это «наших». — Отнюдь, ведь не сладко живут. Я, если честно вообще не вижу разницы между институтскими и городскими, все одно и то же, за одним исключением, городские могут отсюда уехать на поиски лучшей жизни, в Москву там или Новосибирск, а институтские нет. Много ли вероятности, что говорящий кот в столице добьется успехов? Его даже в цирк не возьмут, нынче животных там показывать нельзя.

— Да ладно тебе, не горячись. — Примирительно сказала женщина. — Я если честно сама все это понимаю, не первый день на свете живу. Подруга твоя в двадцать шестой, на втором этаже как поднимешься направо, только у нее там посетитель.

— Не важно. — Отмахнулся я. — Говорю же, с работы, поддержка от коллег и все такое. — На это женщина только молча усмехнулась, видимо и вправду не первый день живет.

Алиса лежала на кровати, ее левая нога была подвешена перед ней и зафиксирована, страдальческое лицо девушки явно выдавало, что она больше играет на публику, притворяется, тем более и благодарный зритель находился тут же, рядом. Такой же молодой, как и она, парень, коротко стриженный в спортивном костюме, хотя по его фигуре нельзя было сказать, что он увлекается спортом. Он сидел рядом с ней и взирал на подругу держа ее за руку.

— Здравствуйте. — Поприветствовал я их, входя. Алиса на мгновение вздрогнула, но тут же взяла себя в руки, а вот парень уставился на меня подозрительным взглядом, пытаясь понять, кто я есть и что мне тут нужно.

— Здравствуйте Дмитрий. — Слабым голосом поздоровалась девушка. — Паш, это мой шеф из клуба.

Паша тут же уставился на меня еще пристальнее, на этот раз взгляд его должен был выглядеть еще и угрожающим, но после сегодняшней встречи с Кощеем меня напугать ревнивым мужиком было совершенно невозможно, что этот хлюпик вообще может мне сделать? Забодает?

— Алис! — Я, полностью игнорируя ее бойфренда, взял табуретку и тоже присел возле кровати. — Мне только что, сообщили, что ты получила травму на работе, я заехал сообщить, чтобы ты не беспокоилась, все будет хорошо, лечение и восстановление за наш счет, оплаченный больничный, и вот… — Я вытащил из внутреннего кармана куртки небольшой конверт, девушка выбрала момент, когда ее парень отвернулся и пальцами изобразила сердечко, на что я лишь слегка кивнул. — Ты как вообще умудрилась-то так споткнуться? — Я кивнул на ногу. — Я так понимаю, это перелом, к тому же не простой?

— Да как-то непонятно вышло. — Пожала плечами девушка. — Я смену почти отработала, и споткнулась на ровном месте, странно споткнулась, нелепо. Словно меня кто-то за ногу дернул, да еще и ступню крутанул. Больно было, капец, ну Аристарх Кощеевич сразу скорую вызвал, меня в травматологию, а дальше наркоз, и очнулась я уже тут. — Она элегантно пожала плечами.

— Да уж. — Вздохнул я. — История нелепых травм. Давай так, я сейчас тебе микстуру одну дам, нога до вечера заживет. Идет?

— Чудесное зелье Института? — Загорелись глаза у девушки.

— Дорогое, наверное. — Вмешался ее парень.

— За цену не переживайте. Так сказать, компенсация производственной травмы. — Махнул я рукой, естественно зелье было дорогое, как и все, что производил институт. Это мне подобные пузырьки выдавались бесплатно и в огромных количествах, так как раньше улетали в промышленных масштабах и применялись едва ли не чаще активированного угля, а для простого гражданина, подобное снадобье стоило серьезных денег. — Вот. — Я протянул девушке пузырек, похожий сегодня в меня вливал Кощей, когда своим молодецким ударом чуть не отправил меня в реанимацию, только то зелье, что было у меня, было в разы слабее, и времени на восстановление ноги Алиске понадобится куда как больше, чем несколько минут, возможно даже пара дней.

Девушка с сомнением приняла пузырек и совершенно не стесняясь зубами выдернула пробку, я усмехнулся, глядя на этот ее жест, я поступал точно так же. Жидкость отправилась в рот блондинки и ее глаза удивленно распахнулись.

— Ого! — Только и смогла вымолвить она. — Я себя отлично чувствую, нога практически не болит, хоть сейчас в пляс.

— Погоди недельку. — Я ласково улыбнулся ей, вставая и направляясь на выход. — Отдохни, посиди дома, все равно больничный оплачивается, а потом уже хоть в пляс, хоть снова на работу.

Ушел я, не прощаясь, уж больно неприязненным взглядом провожал меня парень, нет догадаться он естественно ни о чем не мог, просто я был для него конкурентом, мы самцы всегда настороженно воспринимаем других мужиков, слишком близко подходящим к нашим самкам.

Я поймал себя на мысли о том, что у меня было желание подразнить его, спровоцировать. Вот только зачем, устроить Алиске неприятности? Мне он сделать не сможет ничего, максимум в драку кинется, а вот ей после нервы помотает, скандалами и ревностью. Да и у них там все вроде как серьезно, а мне эта пусть и симпатичная девчонка не нужна совершенно.

Стоп! А какого черта я вообще об этом думаю? Иду весь такой самодовольный и перебираю в голове варианты, как мог бы унизить ни в чем не повинного парнишку, сломать может быть их отношения. Что со мной происходит, раньше я таким не был. Или был?

Все же, прошедший год поменял меня очень значительно, я стал увереннее в себе, сильнее физически и морально, изменился мой характер. Да, черт побери, я вообще стал другим человеком. Прошлой весной, я был загнанным, отчаявшимся, безответным и послушным роботом, вся жизнь для которого сводилась только к работе, выполнению функции ради иллюзорного, придуманного самим себе долга. Долга перед работодателем, долга перед девушкой, с которой жил, долга перед окружающим миром, которому я вроде как, должен был соответствовать. А теперь? Не срывает ли у меня крышу от стремительности изменившейся ситуации, я тащу в постель каждую подвернувшуюся под руку женщину, я лезу в не нужные драки, я уже подумываю о том, чтобы самому эти драки провоцировать. Новая жизнь, с ее легкостью, богатством и популярностью ударила мне в голову. На это наложилось осознание того, что эта новая жизнь конечна, причем конечна в определенную дату, о которой мне известно. И этот дикий бурлящий коктейль провоцирует меня делать глупости. Причем не безобидные, а такие, которые могут отрицательно сказаться на чужих жизнях.

Нет, Дим! Возьми себя в руки, ты не царь и бог, и то, что ты сегодня богат и обладаешь маленькой толикой власти, не должно сделать из тебя высокомерную, агрессивную сволочь.

Да и так ли я изменился? Буквально несколько дней назад я был в том же отчаянии и тонул в рутине, как и год назад, единственное, что тогда я отправился на край света, чтобы в итоге наложить на себя руки, а сегодня, я убивал себя алкоголем и тем, что влезаю в сомнительные конфликты. Тоже мне, герой романа.

Я вышел из больницы и остановился в сквере перед ней вдыхая ледяной, зимний воздух, в который, впрочем, уже добавился тот самый, неуловимый запах весны.

— Ой! Дмитрий! Здравствуйтеее. — Знакомый тягучий голосок заставил меня отвлечься от дыхательной гимнастики, и я уставился на Ирину. Она то тут что делает?

Девушка была одета в те же самые джинсы в обтяжку и коротенькую куртку, отчего я тут же уставился на ее плоский животик с аккуратным пупком.

— Ты куда уставился? — Из-за спины Кикиморы выступил парень, тот самый которого я вырубил у клуба, «человек на шарнирах», который ни секунды не мог стоять на месте находясь постоянно в движении.

— На ее живот. — Спокойно сообщил ему я. — Красивый он у нее.

— А что еще у нее красивого? — Парень явно пытался нарываться на конфликт, вот только, судя по всему, ума у него было не слишком то много, отчего и слова он подбирал совершенно не уместные.

— Все красивое. — Пожал я плечами. — Ирина в принципе, очень красивая девушка, или ты не согласен?

Звонкий смех Кикиморы огласил маленький сквер, и парнишка словно бы осекся.

— Алик! Прекрати немедленно. Дмитрий не хотел, да и не сделал ничего плохого. — Она глянула на меня в ее глазах плясали бесенята. — Алик просто постоянно пытается защищать мою честь, даже когда ей ничего не угрожает. А Вы, наверное, Алису навещали? Мы вот тоже решили зайти. Я хоть и познакомилась с ней только вчера, но уже успела сдружиться. А дружеская поддержка, она лечит лучше любых лекарств, сами понимаете, иначе бы не пришли сюда. — Девушка озорно мне подмигнула, будто бы на что-то намекая. Ну а на что я рассчитывал, естественно теперь в клубе ходят сплетни, что мы с Алиской спим вместе, может поэтому ее парень и косился на меня с такой неприязнью. Хотя нет, он молодой, так что, если бы были хоть какие-то подозрения, он бы или ей мозг вынес, или со мной в драку полез, а тут нет, только глазами посверкал, да нижнюю челюсть повыпячивал. — Как у нее дела? Перелом серьезный?

— Да нет. — Пожал я плечами. — Мелочи, через пару дней уже сможет вернуться к работе. — Я не мог не заметить того, как глаза Ирины расширились от удивления.

— А ты чего доктор? — Вмешался в наш разговор наглый Алик. — Тебе бы только к работе девчонку припахать. Экспроприатор!

— Эксплуататор! — Поправил я его. — Экспроприаторы, это те, кто воруют. А те, кто пользуется чужим трудом, эксплуататоры.

— Чего? — Глаза парня налились кровью, он явно меня недолюбливал.

— Алик! — Одернула его Кикимора, при этом голос ее был тверд и в нем звучала сталь. Парень даже замер на несколько секунд, что было для него совершенно противоестественно. — Иди ка, найди мальчишек.

— А ты? — Как-то обреченно уточнил он.

— А я прогуляюсь с Дмитрием по парку. Вы ведь составите мне компанию? — Я лишь подставил ей руку, если честно, гулять с ней мне не хотелось, зато мне очень хотелось еще сильнее выбесить этого самого Алика. Да и по пути мне. Через парк так и так идти придётся, чтобы добраться до припаркованной перед клубом машины.

Поэтому, под ручку с зеленоволосой юной дамой я горделивой походкой с расправленными плечами и не оборачиваясь, удалился по направлению к местной достопримечательности, провожаемый ненавидящим взглядом подвижного парня.

— Вы на него не обижайтесь. — Попросила меня девушка, когда мы свернули за угол. — Он хороший парень, верный друг…

— И в чем верность проявляется? — Насмешливо уточнил я. — Что он готов в любой момент поддержать любой движ? Всегда рад потусоваться с тобой и пацанами и попить пива? Что, ребят с вами могло произойти такого, чтобы проверить друг друга на верность? — У меня таких вот верных друзей в детстве и юности было пол двора, тусоваться с пацанами это одно, иногда даже в драках поддержать кореша, ну, когда преимущество в силах за тобой, но как доходило до дела, такие вот «верные друзья», всегда куда-то исчезали.

— Может Вы и правы… — Задумчиво ответила она в этой своей манере тянуть гласные, и потеснее прижалась ко мне. Терпкий аромат защекотал мои ноздри. — Мальчишки всегда много треплются, а вот Вы человек дела. Сказали, что устроите на работу и устроили. А расскажите о себе что-нибудь?

— Да рассказывать, собственно, нечего. Я самый скучный человек во вселенной, работа, дом, клуб. — Смутился я, сейчас во мне боролись два чувства, скромность и желание растрепать ей про все свои приключения, многократно преувеличив их, чтобы она слушала с раскрытым ртом, а потом… — Тебе не холодно? — Мы только вошли в парк, и я обратил внимание на то, как девушка ко мне жмется, сибирская весна она такая, несмотря на то что снег на асфальтовых дорожках уже растаял, ветер то все еще был по-зимнему промозглый, и менять теплый гардероб на весенний, было еще рановато.

Девушка, лишь хмыкнула и еще крепче взяла меня под локоть, нет все же она очень вся такая приятная, в нужных местах мягкая, улыбчивая, я аж помотал головой. Ну вот откуда у меня взялись эти мысли.

— Мне кажется, что, говоря о том, что Вы скучный, Вы немного лукавите. — Заворковала она. — Я ведь своими глазами видела, как Вы одним прикосновением открыли замок, а Вы ведь не институтский, я это знаю точно. — Ее тонкие пальчики пробежались по моей руке, и я почувствовал возбуждение, но все же усилием воли убрал ее ладонь. Ирина пьянила, она завораживала и вызывала… Доверие? Желание? Меня что? Опять опоили чем-то? Что там мне Василиса подмешивала год назад в кофе? Яд медянки? Но ведь я ничего не принимал из рук этой девушки, ничего с ней не пил и не ел. Откуда такая реакция?

— С чего Вы взяли, что я не Институтский? — Рассмеялся я, отгоняя от себя наваждение, и отстраняясь от девушки. — Обещайте, что сохраните мой секрет? — Девушка в ответ на это очаровательно улыбнулась и показала жест означающий, что ее рот на замке. — Я такой же как вы все… — Прошептал я, склонившись к ее уху. — В свое время, меня создали вместе с Ягой и теми тварями, которые устроили нам не большой кипишь по зиме. Вот только в то время, Бельский, Яру с собой забрал, а я был вынужден выкручиваться самостоятельно. Долгие годы, я скитался по бескрайним просторам нашей Родины, пока наконец то не нашел вас тут. Слухи о странном городе дошли до меня случайно и словно молнией поразили мое сердце, я примчался сюда, встретил Яру…

— Врешь ты все! — С упреком перебила меня Кикимора. — Я точно знаю, что кроме Яги, из тех, первых не выжил никто. Мне Бельский лично рассказывал.

— Ты знала Андрея? — Удивился я. Наваждение от красоты моей спутницы схлынуло мгновенно, я словно охотничья собака сделал стойку, это что же, источник информации?

— Ну да. — Легко пожала плечами девушка. — Я пару месяцев была у него ассистенткой. Он мне многое рассказывал, в том числе и про те события.

— Серьезно? — Сказать, что я удивлен, было ничего не сказать. Я прребывал в абсолютном шоке, это что же получается? Институт скрыл от меня целую ассистентку? Мне все это время говорили, что Бельский был редкостным бирюком и работал все время один, а тут выясняется. — Расскажи мне о нем? Каким он был человеком? Чем занимался? Чем увлекался?

Ирина неуловимо поморщилась, было видно, что она чем-то не довольна, вот только непонятно, чем именно, на дворе весна, мы гуляем по парку, у нее такая восхитительная компания, а она вон носик морщит.

— Да обычным он был. — Наконец решилась она ответить на мои вопросы. — Обычный такой дед, упертый, занудный, скучный. Все время он проводил в исследованиях, представляешь, вообще все! Никаких интересов. Вот вроде как еще не старый даже, лет сорок ему было, а уже дед. Равнодушен ко всему, даже к женщинам интерес проявлял по минимуму.

— По минимуму? — Уточнил я, на что Ира очень мило смутилась.

— Ну не то, чтобы совсем не проявлял… — Начала она, таким тоном, что мне сразу стало ясно, что эту тему она развивать не станет, оставив все домыслы моему воображению. — У него на Премудрую пунктик был. — Внезапно сообщила мне девушка. — Нет, он к ней не подкатывал, мне даже казалось, что он ее немного побаивается и ненавидит, но после встреч с ней, он себя вел поживее.

— А с кем еще он контактировал? — Продолжил я допрос.

— Из посторонних ни с кем. — Закатила она глаза к небу, будто вспоминая события тех дней. — Его вообще чужие люди больше напрягали. Из наших… — Она очень мило прикусила губу. — Только с Василисой и Константином Андреевичем. Я же говорю, он был очень упертым и замкнутым, работал постоянно. Вечно в своих исследованиях… Ах да. К Яге выбирался иногда, поужинать или даже переночевать… — И снова укол ревности в сердце настиг меня. Мужчина, который выбирался переночевать к Яре. — Но я не думаю, что между ними что-то было. — Словно угадав мои мысли, продолжила Кикимора. — Его время от времени накрывали панические атаки, трясся весь, потел, вот в такие дни он и ездил ночевать в гостиницу, мне кажется, он с Ягой просто себя чувствовал в безопасности и все.

— Панические атаки? — Уточнил я на что получил утвердительный кивок. — Интересно, что же это его так могло напугать?

— Так антиквар. — Легко мне сообщила девушка. — Понятно, что его будут преследовать страхи, после всего, что ему пришлось пережить из-за этого человека.

— И что же он такое сотворил? — Испытующе глянул я на нее.

— Вы же из тех времен. — Ехидно осведомилась она, ясно давая мне понять, что отвечать на этот вопрос не будет. — Покопайтесь в своей памяти, может и вспомните. — Я прикусил язык, она явно пыталась вернуть меня в то русло разговора, которое было нужно ей, и мне стоило огромных трудов, продолжать расспросы про Бельского.

— А вот ты сказала «упертый»? — Уточнил я. — Что ты имела в виду? Упорно двигался к своей цели не взирая ни на что?

— Нет! — Рассмеялась Кикимора. — Тупой и упертый как осел. — Она ладошками изобразила ослиные уши у себя над головой. — Он циклился на одном! Вот захотел он создать сапоги скороходы, и все, на многие месяцы выключился из любой другой работы и деятельности, пока не создал. Поэтому, я и говорю, упертый. Причем, чем сложнее была задача, тем более одержимым он становился.

— А до своего исчезновения он чем занимался? — Уточнил я, просто физически чувствуя, что ответ на этот вопрос важен для меня как воздух.

— Понятия не имею. — Пожала она плечами. — Я к тому времени вообще перестала с ним даже видеться, стала ему не нужна, зато зарплату получала регулярно. — Ирина мечтательно закатила глаза. — Не работа, мечта, делать ничего не надо, а денег платят очень даже хорошо.

— И даже подозрений нет? — Округлил я глаза.

— Да откуда мне знать? — Девушка игриво стукнула меня в плечо кулачком. — Я, когда он исчез, не нужна ему была. А как он пропал, так и меня сократили. Дим! Да черт с ним с Бельским, давай лучше о чем-то другом? Вот ты как отдыхаешь? Как расслабляешься?

Эх, ну вот и как мне объяснить ей, что любому отдыху и расслабону я бы предпочел сейчас поговорить как раз о первом директоре Института. От этой информации зависит моя жизнь, а все эти светские беседы, они для меня бессмысленные и бестолковые. Вот только по какой-то причине после того, как девушка снова оказалась рядом со мной эти мысли, улетучились из моей головы.

— Да ну как расслабляюсь. — Смущенно пробормотал я. — Ну в клубе, иногда спускаюсь в зал, с друзьями отдыхаю, с бывшими коллегами.

— Это очень мило! — Лучезарно улыбнулась мне она, вот понимаю, же что ей совершенно не интересно то, что я говорю, но ведь верю. — Знаете! А может быть пока Алиса в больнице, я смогла бы ее заменить? — Она остановилась и положив руки мне на плечи, пристально уставилась в глаза.

— Вы не понимаете. — Замялся я, борясь с желанием впиться ей в губы поцелуем. — Между нами с Алисой ничего нет.

— Так и я Вам ничего такого не предлагаю. — Она игриво подмигнула мне и мои ладони инстинктивно легли на ее холодный плоский животик, и вот почему то прикосновение к этому ледяному телу меня отрезвило, я перестал думать о ее глубоких зеленых глазах, о манящих губах искривленных ехидной усмешкой, в моей голове возникла мысль из серии, «вот же у нее пузень, наверное замерзла», которая и заняла там все место. — Просто у Алисы, насколько я знаю, за счет того, что она обслуживает лично Вас, зарплата повыше, а мне бы эти деньги ой как пригодились. Вы не представляете, какая я алчная. — Последние слова она буквально прошептала мне на ухо, страстно так, с придыханием. Вот только мои мысли были заняты иным, я наглаживал ее открытый животик, вот только в моих действиях не было ни капли эротизма, я пытался ее согреть.

— Да ради бога. — Согласился я, ну а что, должен же мне кто-то таскать ужин, а эта девчонка ничем не хуже остальных. — Пошли уже быстрее, а то я что-то замерз. — Сообщил я наконец девушке, на самом деле я совершенно не замерз, а вот ее голый живот начал вызывать у меня беспокойство, застудится еще, чего доброго, и все, минус две официантки.

Девушка согласно кивнула, и мы уже вовсе не прогулочным, а самым обычным шагом добрались до здания клуба, перед которым был припаркован мой внедорожник.

— Тебя отвезти в Институт? — Поинтересовался я напоследок, на что получил отрицательный ответ и быстро попрощавшись отправился домой.

Новые подробности самого важного расследования моей жизни, требовали уточнения, и в этом городе, лишь двое могли дать ответы на возникшие у меня вопросы, к одному из них меня совершенно не тянуло, утреннее избиение не располагало к продолжению общения с Константином Бессмертным, а вот его супругу я был рад видеть всегда.

Двигатель взревел, и я с пробуксовкой сорвался с места, настроение у меня было отличное, месяцы топтания на одном месте и тут внезапно, хоть какая-то информация.

Глава 10

Я стоял на площадке четвертого этажа и не мог решиться в какую из дверей постучать, было нечто ироничное, что эти двое купили квартиры друг напротив друга. Вообще, надо сказать, что Марья и Василиса были чем-то очень схожи между собой, обе упертые, обе все из себя деловые, помешанные на достижении цели и работе, правда вот работа у них была разная. Марья могла себе позволить послать весь мир к черту, запереться в помещенье со швейной машинкой и полностью в нее погрузиться, а вот Премудрая, нет, ей важно было взаимодействовать с людьми, контактировать, строить свои схемы, устраивать отношения, размещать окружающих, словно пешки на доске, для своей очередной партии. Марья была проще, и это мне нравилось. Да мы с ней могли скандалить, ругаться, но это все было из-за мелочей, бытовухи, которая по большому счету не стоила выеденного яйца, ну бесят ее мои носки, так я же могу их и убрать, ну раздражает ее то, что я тарелки за собой не мою сразу, как поем, так она же может мне об этом не каждый день говорить, да и вообще, я могу их и мыть…

С Василисой же все иначе, с ней скандалов не будет, я прекрасно понимаю, что если бы мне довелось жить с ней, то мы и не ругались бы вовсе, просто, я бы все делал так, как ей нужно. Где-то ласковым словом, где-то намеком, где-то вовремя оброненной фразой, она бы всегда добивалась своего, и я стал делать все правильно. Все правильно с ее точки зрения! Может именно поэтому Кощей и сорвался? Она не оставила ему свободы действия, вот он и пошел во все тяжкие? Хотя нет, у Бессмертного просто натура такая. Я с каждым днем проведенным в Караваеве, все меньше и меньше верю в этот их канон, но вот в характер я верю.

Я снова перевел взгляд с одной двери на другую, и даже с некоторым удивлением для себя понял, что постучаться мне хочется к Марье, завалиться сейчас к ней вкусно и сытно поужинать, прижать к груди эту, пусть и немного вредную, но такую уютную и родную женщину… Черт, о чем это я вообще? Я тут не просто так, я тут по делу, и думать тут не о чем, в виду новых обстоятельств мне нужно поговорить с Василисой.

Кинув напоследок взгляд на дверь в квартиру Марьи, я постучался во вторую. Дверь открылась не сразу, мне даже пришлось стучаться трижды, прежде чем замок все же зашуршал и на пороге появилась… Марья! Одета она была в уютный даже на вид длинный махровый халат, а в руках держала бокал с вином. Она окинула меня чуть пьяненьким взглядом, после чего уперла мне в грудь палец и сообщила.

— Изменьщик! Охальник! Паршивец. — Затем девушка очаровательно улыбнулась и посторонилась, впуская меня в квартиру, после чего повернула голову и крикнула. — Все нормально, это Димка.

— Чего это? — Не понял я. — И почему ты тут?

— Мы тут отдыхаем и расслабляемся. — Пояснила Искусница. — Мы тут с Василисой подумали и поняли, что у нас нормального полноценного отпуска никогда не было, а ведь отдыхать-то надо.

— А тут вот он я. Мешать пришел. — Проскальзывая в квартиру я попытался чмокнуть ее в губы, но девушка отвернулась, подставив щеку, что ни мало меня насторожило, я бы даже сказал задело.

— Не. — Отмахнулась она. — Василиса Костю ждала, он ей сегодня весь день названивает, объяснений требует, скандалы пытается закатывать. В общем, ведет себя, как истеричка.

— Ничего неожиданного. — Хмыкнул я. — Он даже на меня сегодня напал, избил.

— Серьезно? — Ее большие голубые глаза округлились и по моему телу прокатилась волна радости, волнуется значит. — Он знает?

— Если б знал, убил бы. — Пожал я плечами, разуваясь и проходя на кухню, где в таком же уютном пушистом халате, сидела Василиса.

— Димка! — Обрадовалась она мне отставляя бокал вина. На полу, возле мусорного ведра я заметил четыре пустых бутылки с длинными шеями, ну хорошо хоть вино пьют, если б это было шампанское, то внятного ничего бы я от нее вообще услышать не смог.

— По какому поводу пьянка? — Осведомился я, по-хозяйски включая чайник и открывая дверцу холодильника. — Всемирный день турнепса?

— Чего? — Не поняла Премудрая. — А! Нет! Просто мы сегодня отдыхаем. Знаешь, а оказывается Марья не такая уж и стерва. В смысле стерва, но такая же как я.

— Это да. — Согласился я, делая бутерброд с копченым окороком, за что и получил сразу же подзатыльник от моей голубоглазой подружки. — Я имел в виду, она клевая и все такое, а что вредная, руки там распускает, это она все от избытка эмоций.

— Балбес. — Блондинка ласково погладила меня по щеке. — На самом деле, сегодня с утра после того, как мы маленько спустили пар, разрешили наши разногласия, и провели день вместе, то поняли, что мы с ней не такие уж и разные, во многих вопросах имеем одинаковую точку зрения, да и вообще, делить нам нечего.

— Как это нечего? — Возмутился я. — А меня? Разве не из-за меня вы сегодня утром устроили кошачью свару? Кстати, кто выиграл? Кому я достаюсь в качестве приза?

— Ой не льсти себе. — Хмыкнула Василиса. — Ты даже не повод, не то, что не причина. Просто накопилось у нас взаимных претензий разных. Кое кто больно много воли взял, самостоятельность почувствовал и забыл, что всем обязан Институту.

— Вот-вот! — Поддержала ее Марья. — А кое кто, воображает себя пупом мироздания, думает, что вокруг него весь мир крутиться должен, забыл этот кое кто, что самомнение бывает завышенным.

— Нууу! — Остановил я их, заметив, что в глазах девушек начали появляться не добрые искры. — А я-то думал, вы из-за меня. Решил, что я теперь победительнице достанусь в качестве приза, это, кстати, очень моему самомнению льстило весь день, а тут смотри-ка. Причины оказывается только в том, что вы друг друга бесите.

— Именно! — Василиса отсалютовала мне бокалом. — И очень хорошо, что ты это понимаешь. Что же касается тебя…

— Было принято решение. — Хищно сообщила мне Марья, обвивая мою шею руками. Я на это лишь усмехнулся, я слишком хорошо изучил ее за те месяцы, что мы прожили вместе, сейчас должен был последовать, дурацкий прикол, что-нибудь в моем стиле, в меру тупое и нелепое. — Так не доставайся же ты никому. — И ее руки сжались на моем горле, да крепко так сжались, дыхание перехватило. Василиса, глядя на это с милой улыбкой, лишь повторно отсалютовала мне бокалом. Я же, ухватив подругу за руки попытался отцепить ее от себя, сдурела она что ли, больно же и не приятно.

Наконец Марья со смехом разжала руки и тоже уселась за стол.

— Мы приняли решение, что пока ты не поймешь, кто из нас тебе дороже, то… — Она повращала пальцами. — Ну сам понимаешь. Короче ты наказан и оставлен без сладкого, но это вовсе не значит, что отменяются совместные завтраки, уютный просмотр фильмов и радости иного характера. Просто, мы для себя вот так решили. Рядом с тобой будет только кто-то один и это не обсуждается.

Я на это лишь пожал плечами, ну и ладно, в принципе, я их даже понимаю. Эти двое, пришли к некоему соглашению, причем даже не относительно меня, а в куда более глобальном смысле. Я же являлся неким камнем преткновения для них, конфликтным моментом, и вот, чтобы его устранить, они решили так. Ну что же, если честно, меня это устраивает. Женским вниманием я и без них не обделен, а тот вариант, если бы они устроили соревнование с целью получить меня, был куда как хуже. Нет я совершенно не тешил себя иллюзиями, что я для них такой уж прям весомый фактор, даже утренняя драка, что они устроили, что я, что Варька, мы оба прекрасно понимали, это именно апофеоз их давнего внутреннего конфликта, а вовсе не попытка поделить меня. Поэтому, решение, что они обе от меня отстанут на время, было оптимально, и для меня в том числе. Ну а выбор… Придёт весна и, может быть, его вовсе делать не придется.

— Ну вот и хорошо. — Согласился я с подругами. — На том и порешим. — Мне показалось или в глазах обеих сейчас промелькнуло возмущение. — Я, собственно, и зашел то по работе.

— Да? — С каким-то удивлением спросила Василиса.

— Именно! — Кивнул я. — Василиса Андреевна, а почему, Вы не сообщили мне, что у Бельского были помощницы?

— Так, потому что их и не было. — Удивленно подняла на меня свои васильковые глаза красавица. — Дим! Бельский был сыч! Он никого к себе не подпускал, ну да, была у него секретарша, Машка, но это было за полгода до его исчезновения, да и погибла она. А ту, что ей на замену взяли, так она вообще только зарплату получала, сомневаюсь, чтобы она Андрея больше трех раз в жизни видела. Вот и к чему тебе эта информация?

— Да? — Деланно удивился я. — А я вот сегодня пообщался с этой помощницей, и она мне про Бельского много интересного рассказала?

— Ой! — Скривилась Василиса. — Что она тебе могла рассказать то? Машка, та хоть немного с Андреем поработала, а та, вторая, там вообще все странно было, по началу мне даже казалось, что он ее слегка того, ну поджуживал…

— И что в этом странного? — Удивился я. — Андрей ведь не старый еще мужик был.

— Дим! — Василиса закатила глаза. — У него башка не в том направлении работала. Ему вообще ничего интересно не было, кроме сказок, да историй. Он мог не есть целыми днями, просто закопавшись в свои бумаги, забыть об этом и все. Женщины его практически не интересовали, правда по поводу меня, как оказалось у него, фантазии были. Стоит только вспомнить тот уродливый плакат, что у тебя висит. — Она брезгливо сморщила носик. — Но и то, мне кажется, там эротического подтекста не было. А с этой… Не помню, как ее звали, противная такая девчонка. Короче, после того как Машка погибла, он лично просил, чтобы ее назначили.

— Так. Подожди. Давай по порядку. Машка это кто? Как она погибла? Зачем Бельскому вообще была нужна помощница. — Перебил я Василису.

— Помощница ему нужна была как раз напоминать про то, чтобы поесть, поспать, в туалет сходить. Я же говорю, Андрей сильно не от мира сего был. — Терпеливо начала рассказывать Василиса, отставляя от себя бокал с вином, по всей видимости, пить она больше не хотела, привычно перейдя на разговоры о делах. — Да и по должности ему было положено. Он все-таки директор. Маша была, своеобразным персонажем, эдакая комбинация сказки про Машу и медведя и Златовласку и трех медведей. Дело было так, как-то Бельский увидел мультфильм про Машу и медведя. Слава богу я вовремя это заметила и все поняла. Перехватила его, воображлятор из рук силой вырвала, иначе все, хана, шлялась бы сейчас по Институту мерзкая дурно воспитанная девчонка со склонности к бессмысленным и жестоким пакостям. Вот кстати пример характера Андрея. Мы же с ним тогда чуть не подрались, вернее даже подрались, я ему подзатыльник отвесила, а он за мной бегал и канючил, мол у него гениальная идея, это стоит воплотить. Мне сил пришлось потратить не меряно, чтобы для начала объяснить, что такая мерзость в мир приходить в принципе не должна, а потом выторговать у него, чтобы Костя альтернативу создал. Так на свет появилась тихая, но воспитанная Маша и трое парней, медведи оборотни. Они, кстати до сих пор где-то в Институте ошиваются. Машку тогда к нему в помощь и пристроили, она ему вроде, как и не нужна была, но не пропадать же девчонке. Ну а потом, Машка погибла, нелепо так, по глупости, по лестнице спускалась, споткнулась и шею себе свернула.

— Споткнулась говоришь? — Задумчиво повторил я. — А потом, на ее место наняли Кикимору.

— О! Точно! Кикимора! — Хлопнула себя по лбу Василиса. — Кикимора болотная. Мутная девка с зелеными волосами. Вечно всем недовольная.

— Почему мутная? — Заинтересовался я.

— Не нравится она мне, Дим. Вот Марья, например, она меня бесит, но я ее уважаю. — Блондинка при этих словах отсалютовала ей бокалом с вином. — А эта девчонка… Короче с ней все не так было. Не логично. Бельский сначала настоял, чтобы она заняла место Маши, пару дней она с ним поработала, а потом, он абсолютно утратил к ней интерес. Это неправильно, а все, что неправильно, меня настораживает.

— А еще она шлюха и на ней клейма ставить некуда. — Внезапно пьяненьким голосом сообщила нам Марья. — Она сожительствует одновременно с шестью парнями! И поговаривают, что очень падка на подарки…

— Так они вроде просто дружат… — Попытался вставить я свои пять копеек.

— И правда. — Поддержала меня Василиса. — То, что они все время проводят вместе, вовсе не значит, что они ее того.

— Все равно! — Марья пьяно рассмеялась я махнула рукой, так, что вино вылилось из бокала.

— Так, подруга. — Со вздохом проговорила Василиса, неодобрительно поглядывая на нее. — По-моему тебе хватит.

— Ввверно! — Протянула она, после чего пошатываясь подошла ко мне и взяла под руку. — Дим, ты же не откажешься, проводить меня до кроватки? — Я глянул на Василису, но она лишь махнула рукой, мол, «иди уже».

— И к чему этот спектакль? — Поинтересовался я. Уж мне ли не знать, что выпитое вино для нее, как слону дробина, вот если б она его смешала с шампанским, тогда может я и поверил бы в ее неровную походку, но чтобы мою подругу так развезло с вина, это нет, такого быть не могло, уж что-что, а чтобы Искуснице накидаться, этого было мало.

— Да надоело просто. — Подмигнула мне блондинка, переставая изображать опьянение. — Я целый день слушала, какой Бессмертный козел, то, как она с ним ругается по телефону, то, как она ругается с кем-то из их общих друзей, которые звонят ей, чтобы по просьбе Кости, выяснить в чем же дело. По моим подсчетам, он через часок другой к ней и сам припрется, чтобы отношения выяснить лично и в этот момент, я рядом быть не хочу. Ну и тебе тоже, следует быть, как можно дальше. И еще. — Марья открыла входную дверь и повернулась ко мне. — С девчонкой этой, Кикиморой, будь осторожен, Василиса права, она мутная.

Девушка на прощание подмигнула мне и поцеловала в щеку, нет, они что и вправду договорились с Василисой, игнорировать меня, пока я не сделаю выбор? Но это же полный бред, как дети, честное слово.

Я секунду стоял, глядя на закрытую дверь, после чего вздохнул и направился наверх к себе.

И уже почти поднявшись на площадку я столкнулся нос к носу с Варькой, которая спешно засовывала руки в рукава куртки, а во рту держала надкушенный бутерброд с колбасой.

— Фы фля ффо, фовлефя фли. — Произнесла она, глядя на меня задорно горящими глазами.

— Что? — Не понял я, после чего девушка все же откусила от бутерброда кусок, спешно его прожевала, и проглотив, повторила.

— Говорю, ты вовремя! Поехали быстро, у нас ЧП очередное. — Я вот был абсолютно уверен, что изначально она сказала мне что-то совершенно иное, но уточнять времени не было абсолютно, потому что девушка ухватила меня за рукав и уже тащила вниз по лестнице.

— Блин. Только же с работы вернулась. — Пожаловалась мне Варька, устраиваясь за рулем и заводя машину. — Но нет. Пожрать не дадут, то смерти, то попытки ограбления, теперь вот, нападение!

— Нападение? — Удивился я. — А при чем тут мы? Что вообще происходит, давай по порядку.

— Помнишь директора филиала банка? — Не стала спорить со мной девушка и принялась излагать. — Так вот, прикинь, его похитить пытались, среди белого дня.

— Ого! Так при чем тут мы?

— А его пытался похитить невидимка. — Охотно пояснила Варвара и прибавила газу. — Ну а подробности, он тебе сейчас сам расскажет.

К моему удивлению, машина ехала не к банку, а в тихий спальный район на другом конце Караваева, где остановилась рядом с двумя такими же авто, принадлежавшими сотрудникам отдела и двумя полицейскими машинами.

— О! А вот и начальство пожаловало. — Как-то желчно сообщил один из городских полицейских. — Ну теперь все. Считай дело раскрыто.

— Какие-то проблемы? — Ледяным тоном поинтересовался я. Надо будет запомнить этого говорливого парня, на будущее. Спускать такие вещи, значит снова давать почву народным движениям против Института.

— Сержант, рот закрой. — Скомандовал знакомый голос и из-за машины показался мой старый знакомый, капитан Орлов.

Выглядел он паршиво, вроде, как и виделись мы с ним не так уж давно, но старый полицейский сильно сдал за это время, видимо тяжко ему пришлось, после того как он остался единственным из компании заговорщиков, работать на своем месте. Ну а что, презрение коллег, осознание тщетности бытия, да и, наверняка, претензии начальства, они даром не проходят. И если честно, мне было его немного жаль, Сан Саныч хороший специалист, грамотный и упорный и пострадал он именно из-за этого, пытался докопаться до сути, раскрыть дело, обезопасить горожан, а вышло, ну как вышло.

— Добрый вечер Сан Саныч. — Я протянул ему руку, и капитан нехотя пожал ее, не простил он мне того, как мы разогнали их кружок по интересам, увольнения коллег, и скорее всего даже разрушенные жизни. Ну а я что мог поделать? Они сами выбрали свой путь, пошли против меня и Института, не оставили нам выбора.

— Добрый. — Буркнул он себе под нос. — Потерпевшего опрашивать будете? Или нашими протоколами обойдемся.

— Будем! — Не дала мне и слова сказать Варька, и не спрашивая никого, двинулась к машине, вокруг которой толпился народ. Среди них, помимо наших коллег, затесались и несколько городских полицейских.

Я проводил ее взглядом и решив, что от меня при опросе будет мало толка пошел осмотреть место преступления.

Все же Караваев был не правильным городом, в обычных маленьких городках оно ведь как, смесь архитектуры, деревянные частные дома, остатки тех времен, когда городки были еще деревнями, перемежаются, неизбывными бараками, и вечным хрущевками. Более богатые и престижные районы как правило построенные в восьмидесятых из типовых панелей, в тех домах жить престижнее и комфортнее, в подъездах там, в отличии от хрущевок не пахнет мышами, а во дворах, даже построены типовые детские площадки, сваренные из стальных труб. А в Караваеве все не так, тут все иначе, тут нет разнообразия, глядя на этот город, создается впечатление, что его взяли и целиком построили в один момент, по единому плану, от того и районы тут, словно братья близнецы, одинаковые и предсказуемые. Уверен, что пойди я налево, то через два дома обнаружу продуктовый магазин, расположенный на первом этаже здания, а если направо, то будет пивнушка, причем если продуктовый будет только через два дома, то пивнушка обнаружится в каждом доме. Удивительно, как они выдерживают конкуренцию между собой.

Вообще, первые этажи каждого дома, выходящие на проспект, были предназначены под бизнес, под магазинчики, студии, небольшие офисы, вот только почти все они пустовали, за зеркальными витринами не горел свет, не было жизни, а на многих из них уже появились уродливые граффити.

Я осмотрел улицу и брезгливо поморщился. Вот, что мы за народ за такой, даже если нам дать самое лучшее и красивое, через какое-то время мы превратим это в отбросы, разрисуем стены, разобьем стекла, загадим тротуары.

Тут было это все, местные подростки разукрасили из баллончиков витрины пустующих помещений, некоторые из них были разбиты и словно бы в насмешку над этим, на мокрую дорогу налипли грязные лепестки алых роз.

— Чего залюбовался? — Волк подошел ко мне абсолютно бесшумно и услышав его я ощутимо вздрогнул. — Красота?

— Красота! — Согласился я с ним. — Вот что меня поражает в людях, это тяга жить в свинарнике, это ведь новые дома, тут регулярно и усердно убирают, зачем жители, а ведь это. — Я кивнул на граффити на стене. — Сделали именно местные жители, творят такое со своим домом?

— Протест. — Пожал плечами мой серый приятель. — Они таким образом высказывают недовольство.

— Чем? — Не понял я.

— Всем. — Охотно пояснил волк. — Человек всегда чем-то недоволен, но вместо того, чтобы остановиться, подумать, и поступить так, как ему подсказывает логика, он лучше вон, кракозябру на стене нарисует, витрину разобьет, или кнопки в лифте подожжет, а все чтобы, «вот вам всем гадам». А вообще не спрашивай, я в людской психологии не силён. Я больше по пирожкам.

— Пирожки это да. — Согласился я с ним. — А чего ты отдельно ото всех?

— Так опять ту дрянь рассыпали, вот меня и отправили куда подальше. — Вздохнул волк. — Что ж за гадина то такая у нас объявилась, что травит меня бессовестно?

— Не знаю. — Я потрепал его лохматую голову. — Но обещаю, что выясню и примерно накажу. Значит опять ту дрянь распылили? — Волк кивнул. — Вот значит, как… А это значит, что мы имеем…

— Проблемы мы имеем. — Перебила меня подошедшая Варвара. — Вернее, это они нас имеют.

— Это значит, что два убийства в Институте, попытка ограбления банка и покушение на банкира звенья одной цепи. Чего от него хотели то, кстати?

— А вот не понятно! — Варька с интересом уставилась на одну из надписей на стене, пытаясь ее прочесть. — Дядька шел себе по улице. Весна, прекрасное настроение, птички поют, а потом в какой-то момент, глянул на свое отражение в витрине, вот тут-то у увидел, что за ним топает здоровенный амбал, подняв руки вверх. Причем в витрине он его увидел, а обернувшись, нет. Понимаешь, что я имею в виду? — Естественно я понял, тот, кто напал на банкира держал перед собой мантию невидимку, аналогичную той, что лежала сейчас у меня в шкафу. — Ну а дальше, наш потерпевший заорал, и принялся убегать, преследователь тогда проявился словно из воздуха и кинулся следом, догнал, попытался скрутить, но тут, на счастье нашего банковского клерка, появились свидетели и помощники, которые и помешали творящемуся беспределу. Двое мужичков, из местных, с преступником справиться они не смогли, он им навалял, зато вспугнули его.

— То есть, чего тот парень от банкира хотел, не понятно. — Констатировал я.

— Ну да. — Пожала плечами Варвара. — Ясно только, что у нас действует тот, у кого на руках, плащ невидимка и этот кто-то причастен ко всей фигне, что творится в последнее время в городе.

— Знаешь. — Я задумчиво почесал затылок. — А помнишь ты рассказывала мне про пропавшие деньги, мол в каком-то ларьке исчезла выручка.

— Твою мать! — Выругалась Варвара абсолютно не по-женски, я даже поморщился, не люблю, когда красивые девушки ругаются, им это не идет, примерно так же, как курение или леопардовые лосины, они от этого выглядят вульгарно. — А ведь и вправду, там ведь тоже были кражи, которые мог совершить невидимка.

— Вот именно! — Подмигнул я ей. — Только то были пробные кражи, и вполне возможно, что на них, преступник не использовал еще ту дрянь, что травит нашего серого приятеля. — Я снова потрепал волку голову. — И значит, на месте преступления мог остаться запах вора.

— Это вряд ли. — Нахмурился серый, если на улице, то точно нет, тает все, текут ручьи, запах смывается.

— Проверить стоит. — Перебила его Варвара. — Волк. Ты тогда дуй в участок, подними те заявления и проверь адреса, может что и найдется…

Серый сделал некий жест, который должен был продемонстрировать, что он взял под козырек и тут же умчался.

— Ого, как ты его выдрессировала. — Похвалил я Варвару.

— Не выдрессировала. — Поправила она меня. — Просто мы коллектив профессионалов, каждый из которых знает свое дело.

— Ну пусть будет так. — Согласился я. — Что по подозреваемому? Приметы? Описание?

— Здоровый! — Пожала плечами Варвара. — Потерпевший вообще ничего описать не может, а те двое, которых он избил, ограничились короткими и емкими фразами не цензурного характера. Так что, просто здоровый.

— Плохо. — Вздохнул я. — Ну тогда остается одно.

— Поквартирный обход. — Как-то грустно и обречённо пробормотала Варька. — А я ведь так и не поужинала, да и планы на вечер были. Ну да ладно. Пошли, забудем на время, что ты какой-то там спецпредставитель, а я начальник отдела и пройдемся по квартирам, как обычные рядовые?

— Пошли! — Я приобнял ее за плечи, и мы направились к коллегам.

Глава 11

Пусть обход квартир, это и не барское дело, но мы направились в первый подъезд. И словно нашей парочке не доставало звездности, к нам присоединился еще и капитан Орлов.

Я попытался было воспротивиться такой компании, мне этот человек был не приятен. Нет, я признавал, что он хороший человек, отличный специалист, и при других обстоятельствах мы могли бы подружиться, да мы и подружились на какое-то время, когда я только появился в Караваеве, но теперь, находиться в его компании было не комфортно.

А ведь это все Варька, она, увидев, что я собираюсь послать капитана куда подальше, больно ткнув меня локтем под ребра, с очаровательной улыбкой согласилась принять его в нашу компанию.

— Что? Не нравлюсь я тебе? — С усмешкой поинтересовался полицейский, как только мы вошли в подъезд. — А раньше вроде нормально работали.

— Так, то раньше было. — Пожал я плечами, — До того, как Вы со своими друзьями начали воду мутить.

— Нет у меня больше своих и вы чужие и они. — С какой-то горечью произнес капитан и фигура его сгорбилась. Весь его вид, осанка, походка и тон, которым он со мной разговаривал указывали на то, как этот человек устал. — Те, что были своими, уволены, а тем, кто пришел на их место рассказали, что из-за меня. Ты не думай, я не жалуюсь, так… Рассуждаю…

— Увольняйся. — Спокойно сказал я, вставая перед самой первой дверью.

— До пенсии дослужить надо. — Буркнул Орлов. — Сюда можешь и не стучаться, хозяева на работе.

— Откуда знаете? — Удивился я его осведомленности.

— Дим! Я тут всех знаю. Всю жизнь тут прожил! Всю жизнь с этими людьми…

— И с не людьми. — Едко подметил я.

— И с ними. — Не стал спорить Орлов. — На третий этаж пошли! К бабе Маше. Если она ничего не видела, то и в остальные квартиры стучаться смысла нет.

— Все на работе? — Уточнила Варька.

— Почти. — Полицейский направился вверх по лестнице. — На пятом этаже алкаши живут, но они уже года три ничего кроме синего дыма и чертей не видят.

— А на что бухают. — Полюбопытствовал я, нет ну мне правда было интересно, я в своей жизни подобных личностей встречал очень много, нигде не работают вечно пьяные, но при этом у них всегда есть, что выпить, чем закусить и рядом с ними постоянно ошивается такая же задрипанного вида, как и они сами, бабенка.

— Слушай. Не знаю! Сам постоянно над этим вопросом гадаю. — Внезапно оживился полицейский. — Я бы даже Институт заподозрил в спаивании населения, ну вдруг вы там у себя создали бесконечную пол литру и теперь алкашам подсовываете, но они ведь такую жизнь и до института вели. Я еще когда участковым работал поражался, не работают, не воруют, но при этом вечно пьяные. Чудеса!

— Магия! — Согласилась Варька, становясь рядом с Сан Санычем на площадке третьего этажа, перед типовой дверью с цифрой «8».

Орлов вежливо постучался и принялся ждать, из-за двери не раздавалось ни звука.

— Нет что ли никого? — Не выдержала моя подруга.

— Да куда она денется. — Усмехнулся полицейский. — Мария Станиславовна всю жизнь учителем проработала, все время на ногах провела, вот они под старость лет ее и отблагодарили. Ходит она очень плохо, поэтому и сидит все время у окна, мир наблюдает. Телевизор смотреть отказывается, говорит, что те передачи, что нынче по нему крутят, оскорбляют ее интеллект. Книжки тоже читать отказывается, потому что, еще в бытность учителя литературы их все прочитала, обдумала, разобрала и возненавидела, поэтому и пялится в окно круглыми сутками.

— Кто? — Раздалось наконец из-за двери. — Если резинки на окнах менять или счетчики, то бегите сразу, я вас паскудников ненавижу и, если хоть одного с собой в могилу заберу, считай жизнь не зря прожила.

— Мария Станиславовна, это я, Саша Орлов. — Ответил ей капитан, и чему-то усмехнулся в усы.

— Это тот Орлов, что в сочинении про Анну Каренину, написал, что лучше бы эту бл… кхм, проститутку в самом начале телегой задавило?

— Он самый. — Хмыкнул полицейский. — И с тех пор своего мнения не поменял и двойку ту Вам не простил.

— Не простил он… — Зашуршал, открываясь, замок. Дверь приоткрылась и на нас строго глянула высокая статная старуха, опиравшаяся на два костыля. — Если бы свою мысль без мата сумел донести, то и оценка была другая.

— Я был под слишком большим впечатлением от произведения, от того, как Лев Николаевич, сумел передать характер и насколько живыми у него получились персонажи. Здравствуйте Мария Станиславовна. — И он очень искренне обнял старуху. — Я очень рад Вас видеть.

— Рад видеть. — Передразнила его бывшая учительница. — Заходите, хорошо если раз в году. Скольких выпустила, скольких вырастила, научила и воспитала, а теперь вот в одиночестве, хоть бы один зашел. Хорошо хоть Римма есть, а то бы померла тут, и никто бы не заметил.

— Римма? — Насторожился полицейский, профессиональное чутье заставило его напрячься, ну конечно, кто кроме аферистов мог навещать одинокую старуху.

— Ну да. — Мария Станиславовна прошла в коридор впуская нас в чистую и уютную квартиру. Тот порядок и чистота, что царили вокруг вовсе не подходили, для практически не ходящей старухи. — Да ты не топорщи усы. Хорошая девчонка, она уже сколько лет ко мне ездит, еду привозит, готовит, убирается, а какие пироги она печет.

— А Римма, это блондинка такая в красной бандане? — Уточнил я, хотя и без этого было все понятно, вот значит к какой бабушке ездила наша красная шапочка, и вот значит кого объедал наш прожорливый серый волк.

— Ну да! — Кивнула старуха. — Вы знакомы? Хотя погодите, Вы Дима! Так? Ты ей денег на квартиру дал! — Она внезапно нахмурилась и погрозила мне костылем. — Ты это! Того! Гляди мне! Если что удумал! Вон, Сашка же тебя и посадит, она ж малая еще совсем.

— Да ничего я не удумал. — Щеки мои внезапно стали пунцовыми, этого мне еще не хватало.

— Вот и дальше не думай. — Предупредила старуха. — Она, хоть и умная, но девчонка ж еще.

— Я присмотрю, чтобы он ее не трогал! — Вмешалась Варька. — Бабушка, мы по делу вообще-то, у Вас тут под окнами на человека напали.

— Да какой же он человек. — Старая учительница развернулась и поковыляла на кухню, где устроилась в кресле перед окном. — Это ж Витька Лиховцев. Он в седьмом классе, кошку побрил. Представляете, поймал на улице животинку, побрил, притащил в школу и пытался продать однокласснику, как чистопородного канадского сфинкса, и ведь продал бы! Живодер он и выжига, а не человек.

Я глянул на полицейского и тот только молча кивнул, подтверждая слова старухи.

— Я допускаю, что он получил по заслугам. — Усмехнулась Варька. — Карма, эффект бумеранга и все такое…

— Глупости все это. — Перебила ее старушка. — Карма не так работает, если интересно, потом расскажу, а эффекта бумеранга и вовсе нет, если бы он был, то в мире наступили бы мир и благодать. А тут логично все. Витька, козел плешивый, до продажных женщин намылился. Вот ему рога и отшибли.

— Стоп. — Перебил я ее. — Давайте по порядку. Про Витьку понятно, это потерпевший, с козлом тоже все более-менее ясно, добрый человек кошек брить не станет. А вот все остальное то?

— Да что остальное? — Рассмеялась старушка. — Он же не местный! Живет на шестом микрорайоне, на том конце города, а тут нарисовался, да с цветами. Я его сразу то и не узнала, растолстел раздобрел, идет такой, хозяин жизни.

— Ну что к женщине намылился тут ясно, по букету поняли, а почему к продажной то? — Я уже даже заинтересовался той логикой, которой руководствовалась эта старая женщина в своих умозаключениях.

— Нет! Что к женщине, да не к своей было понятно потому, что он пешком шел. Оно и ясно, не на своей же машине он сюда приехал и таксиста попросил высадить подальше, чтобы если что, не было понятно, в какой он дом направился. А что к продажной бабе шел, было ясно по букету, большой, пафосный, но дешевый, чтобы значит и пыли в глаза пустить и не сильно потратиться. Он всегда жадноват был, но такой дрянной букет, кому-то порядочному дарить не стал бы.

— А проститутке зачем букет дарить? — удивился я. — Там же все на товарно-денежных отношениях.

— Ты ведь не местный? — прищурилась старушка и внимательно изучила меня. — Из Новосибирска? Или даже москвич? Это у Вас там, в больших городах все просто, спрос большой, предложение огромное, а тут…

— Дим! — перебил ее Орлов. — Речь не про обычную путану из тех, что на выезде, дальнобойщиков обслуживают. Тут немного все по-другому, тут целый ритуал, в городе элитных чмар по пальцам пересчитать, к ним как к хорошему врачу ходят, не только с деньгами, но и с подарками.

— Чмара, — хихикнула Варька. — Слово-то какое!

— Это он передо мной блистает, — усмехнулась бывшая учительница. — Из «Двенадцати стульев» словечко, там босяк Остапу Бендеру Эллочку Людоедку описывал, как «шикарная чмара». Хоть чему-то тебя остолопа научила. — Гордо посмотрела она на полицейского. — Гулящая у нас на районе только Ирка Самсонова, но она уже неделю как на юга смоталась, отдыхать от трудов тяжких своих, будуарных, но может кому-то ключи от своей квартиры оставила, не знаю.

— А Вы — вот так, сидите на месте и про всех все знаете? — удивилась Варвара.

— Чего тут знать-то? — рассмеялась бывшая учительница. — Про Ирку я еще тогда все знала, когда она в третьем классе, за шоколадку мальчишкам черте чего показывала, я ее лично тогда линейкой отходила, да что толку. Что она на юга отправилась, я видела, как она в такси садится, чемодан у нее был здоровый, на колесиках, а одета по летнему. А погода то ой-ёй. Сразу понятно, на машине до Томского аэропорта, там сразу в самолет, одежду ей с собой тащить лень, надеется, что не замерзнет. Вот тебе и вся логика. Я милая моя, половину этого города как облупленных знаю, нет, тех кто помоложе, тех нет. А вот этих. — Она кивнула на Орлова. — Кто что из себя представляет, у кого какие склонности, от кого чего ожидать. Вот Сашка всегда был дуболом и правдоруб, в драку лез очертя голову, ему и дорога была либо в милицию, либо в армию. Лиховцев, выжига и плут, причем лишенный принципов и совести напрочь, этого ждал бизнес, тут все однозначно. Я их всех помню, всех вижу насквозь. — Проговорила старушка и почему-то снова погрозила мне костылем, нет, от Риммки точно буду держаться подальше, ну на всякий случай.

— А как напали на Лиховцева видели? — уточнил Сан Саныч.

— А как же, — усмехнулась старушка. — Я уже, грешным делом, решила, что умом тронулась, здоровяк этот, он же как Гарри Поттер был. Ох и не люблю я эту книжку, шесть раз читала, а так и не поняла, чего ее все так хвалят.

— В смысле нападавший был брюнет, у него был шрам? — напрягся полицейский.

— Да нет! — отмахнулась Мария Станиславовна. — У него в руках была мантия невидимка. Я же говорю, решила, что умом тронулась. Я его увидела только под определенным углом, когда он уже под окном прошел, а потом со спины, ну а дальше, он на Витьку кинулся попытался его схомутать, машина еще к ним рванула, по всей видимости в нее и планировали это телепня грузить, но тут народ подоспел, шум, гам, в общем сорвалось у них все, машина мимо уехала, а этот, здоровый сбежал.

— Что за машина? — Тут же взвился Орлов. — Марка? Номер?

— Да не знаю я марки эти. — Поморщилась бабулька. — Серая такая, цвет мокрый асфальт, а номер — Р714ВР, семидесятый регион.

— Вооот! — Обрадовался полицейский. — Уже есть с чем работать. Мария Станиславовна, еще что-нибудь необычное видели?

— Видела! — Кивнула старушка. — С неделю назад видела, как три птицы с человеческими головами кошака соседского дразнили, тот навроде меня у окошка сидит целыми днями, а они его…

— Относящееся к делу? — Усмехнувшись в усы перебил ее капитан.

— Да нет. — Пожала плечами старушка. — Что видела, рассказала!

— Ну тогда мы пойдем… — Вздохнул Сан Саныч и склонившись тепло обнял старуху.

— Ты это. — Остановила она его. — Не переживай сильно. Кто от тебя отвернулся, те и друзьями тебе никогда не были. Работу свою выполняй честно, как всегда, и не слушай никого!

— Все то Вы знаете. — Грустно улыбнулся ей капитан.

— А что мне еще остается? — Рассмеялась она. — В окно смотреть да сплетни собирать.

— А Вы бы смогли, если увидите, опознать того парня? — Вмешался я. — Ну который напал?

— Смогла бы. — Кивнула Мария Станиславовна. — Походка у него приметная была, те кто в залы тренажерные ходят да химией балуются, так ходят, ну знаешь, будто им в теле тесно. А вот в лицо, нет, я его не видела.

— Значит. — Резюмировала Варвара, когда мы вышли от старушки. — Мы ищем, машину, продажную женщину и качка на стероидах? Нас трое, объекта три, кто куда?

— Я к продажным девкам! — Тут же вызвался я.

— Хитренький! — Прищурив глаза протянула Варька ехидным голосом. — Самое сложное выбрал.

— Чего это? — Удивился я.

— Да потому что, машину найти пять секунд времени займет. — Хохотнул Орлов. — Пробить по базе, да посмотреть по камерам. Качка никто и искать не будет, больно уж описание не четкое, фоторобота пока нет, а искать по описанию, «здоровяк», дело безнадежное, а с того, самое простое. А вот с путанами, там труд, их нужно обойти, узнать с кем наша отпускница дружна, с кем близка, да настолько, что разрешила квартирой своей пользоваться. Там ноги бить придётся, да и пустое это скорее всего, не факт, что нашего банкира именно тут ждали, может его от отделения вели, и только тут решили прихватить. Машину надо искать и через нее выходить на неудавшихся похитителей.

— Но все же поговорить с потерпевшим надо, может он что-то скажет про девицу, к которой приехал, может это ниточка.

— Говори. — Согласился Сан Саныч. — Вон он сидит. А я пойду машину искать.

Я направился в сторону полицейского автомобиля, в котором сидел бывший торговец редкими кошками, и Варька бесшумно направилась за мной.

— Чего ты к нему привязался? — Поинтересовалась она. — Ну решил мужик по бабам прошвырнуться и что?

— Смотри. — Вздохнул я. — Этот решил по бабам прошвырнуться и его чуть не похитили, и Чудь на свидание с кем-то шел, когда его убили, взаимосвязи не улавливаешь?

— Сомнительную. — Поморщилась девушка. — Ну да ладно время твое, от потерпевшего не убудет, занимайся.

— А ты не хочешь поприсутствовать?

— Не. — Отмахнулась она. — Он тогда будет на меня больше пялиться, чем думать и вспоминать, я еще в прошлый раз это поняла, тут мужчина дознаватель нужен.

Мы разошлись в разные стороны, Варвара направилась к своим, черт прошло ведь всего ничего времени, а они для меня своими быть перестали, они стали именно ее. Я же направился к хмурому мужчине, который скукожившись сидел на заднем сидении полицейской «Лады».

— Виктор Лиховцев. — Спросил я больше для проформы, чем чтобы убедиться, я его знал и в лицо, да и других потерпевших тут уже не было.

— Виктор Степанович. — Хмуро поправил он меня. — Я уже все рассказал Вашим коллегам. Больше мне сказать нечего.

— Да? — Изобразил я удивление. — Так уж и нечего? — Он хмуро смерил меня взглядом брезгливо поджал губы и отвернулся. — Всего один вопрос, и я пойду. Идет? — Виктор вздохнул и решил, что проще будет мне ответить, чем изображать из себя невесть что. — Вы зачем к Ирине пришли, если знали, что она на курорт умотала.

Банкира словно током поразило, он вытаращил на меня глаза и заерзал на сидении.

— К…Какой Ирине? — Наконец вымолвил он.

— К Самсоновой. — Мило улыбнулся я ему. — Ну которую вы того самое, раз в неделю или две, полагаю по пятницам, чтобы стресс снять и все такое.

— Откуда Вы знаете? — Опешил потерпевший, но быстро взял себя в руки. — Никакую Самсонову я не знаю, в смысле знаю одну, учились вместе, но я ее с выпускного не видел.

— Врете. — Грустно вздохнул я. — А главное зачем? Я ведь Вам не враг, я хочу найти человека, который на Вас напал, а для этого мне нужно восстановить картину. И я это в любом случае сделаю, с Вашей помощью или нет. Если нет, то я поеду к Вашей супруге и проверю свою теорию о том, что каждую пятницу или около того, Вы на пару часов задерживаетесь на работе, потому что у Вас планерки. Потом я подниму записи с камер, и мы увидим, что в эти часы, Вы бываете тут, ходите в один и тот же подъезд…

— Ладно. — Согласился банкир. — Не для протокола. Хожу я к Самсоновой. Иногда не к ней, но у нас в городе сами знаете, эскорт услуг приличного уровня почти нет. А у Ирки, я полгода назад встретил одну девочку, сладкая такая, молоденькая, блондинка. Я с тех пор Ирку и тряс, мол познакомь, а та ни в какую, то ли, та не при делах, то ли клиента терять не хотела. А тут я ей позвонил, а она на Мальдивах, я ей то да се, может сведешь, может познакомишь, в общем она согласилась. Сотку баксов с меня взяла, но обеспечила встречу на своей хате. Ну а дальше Вы знаете, я не дошел. Думаете это она на меня отморозка навела?

— Вряд ли. — Пожал я плечами. — Какой ей в этом толк, денег у Вас с собой наверняка не много, а лишиться хорошего клиента…

— Все равно ей предъявлю. — Зло сплюнул банкир. — Пусть отвечает.

— А Вы описать ту девушку можете? — Перебил я, выслушивать его фантазии, мне не хотелось совершенно.

— Да обычная. — Пожал он плечами. — Только красивая очень, такая, знаешь, как с обложки, все при ней, сиськи, жопа, ноги от ушей. Рост средний, волосы длинные, белые, но может и парик.

— Ну да. — Кивнул я. — Подробное описание.

— Да я ее полгода назад видел то. — Принялся оправдываться банкир. — Времени прошла уйма.

— Ладно, — Махнул я рукой и повернулся, чтобы уходить.

— Этот мужик. — Остановил меня Лиховцев. — Ну что на меня напал. Может это покажется бредом, но я видел такого же у банка. Не его, но вот такого же.

— В смысле? — Заинтересовался я.

— Не знаю, — Смутился он. — Рожи разные, а сами одинаковые.

— Разные рожи значит. — Почесал я затылок. — Ладно приму к сведению. Спасибо за сотрудничество. И уверяю Вас, от меня про Ирку никто не узнает. Школьная любовь — это святое.

Не дожидаясь ответа, я крутанулся на каблуках и направился к Варваре, которая как раз заканчивала что-то обсуждать с Виталием и Емелей.

— Чего узнал? — Полюбопытствовала Варька, как только я подошел.

— Да мутно все. — Пожал я плечами. — Он и вправду шел на встречу с какой-то не понятной девчонкой, которую когда-то давно увидел в гостях у этой Ирки, по описаниям, ничего ясного вроде блондинка, но может быть и парик, красивая и молодая, но по всей видимости, девка и вправду выдающихся данных, потому что, он ею одержим был несколько месяцев.

— Пустой вариант. — Отмахнулась моя бывшая напарница. — Как, по-твоему, чего им от него нужно было?

— Да тут то все просто, ключ от сейфа, коды от системы безопасности, или чего там еще у этих банкиров. — Хмыкнул я. — Ну а что, а прошлый раз, когда наши злодеи в банк проникли, то сейф им не по зубам оказался, вот и решили, зачем ломать, если можно открыть ключом. И еще… — Я на секунду замялся, хотя чего уж, тут все свои, все городские полицейские в сторонке от нас держатся. — Он сказал, что возле банка видел человека, который фигурой напоминал того, что на него напал, но лицо другое. У нас нет никого, кто мог бы менять внешность?

— Невидимка, который меняет лица… — Задумчиво пожевала губу девушка. — Не чересчур ли? Это ж какой-то суперзлодей, который умудрился засветиться на кражах по мелочи в городе и на неудачном ограблении банка. С такими возможностями, можно было бы найти способ куда проще, как заработать денег.

— Если меня спросишь, я вообще скажу, что любой законный способ заработать денег лучше и безопаснее не законного, а главное выгоднее. — Хмыкнул я.

— Это почему? — Заинтересовался Емеля.

— Ну смотри сам. — Я принял вид прожжённого жизнью знатока. — Украл ты миллион, даже если успел потратить его или припрятать. Тебя ловят, сажают в тюрьму, где ты следующие семь лет пашешь за заработную плату в две тысячи, хотя мог бы работать грузчиком, допустим, за тридцать тысяч. Грузчиком, ты бы за этот промежуток времени заработал в два раза больше.

— А если не попадаться. — Азартно вмешался в наш разговор Виталя.

— А не попасться невозможно. — Снисходительно глянул я на него. — В наше время повсюду камеры, всякие анализы ДНК, отпечатки пальцев и так далее. Не пройдет и десяти лет, наличку вон в магазинах принимать перестанут. Следовательно, тебе эти украденные деньги надо будет светить перед банком, перед налоговой и так далее. Преступления совершать все тяжелее. Уже сейчас избежать наказания, у многих, получается не потому, что они умные и хитрые, а потому что мы с вами, господа полицейские, ленивые.

— Не наговаривай на нас давай. — Стукнула меня кулачком в плечо Варька. — Ты сейчас куда? Обратно домой? — Мне сразу почему-то вспомнились слова Марьи о том, что скорее всего вечером к Василисе припрется ее благоверный с разборками и выяснением отношений, поэтому я решил, что домой сегодня, пожалуй, не поеду, все еще свежи были воспоминания о том страшном ударе, что он мне нанес.

— Не! — Отмахнулся я. — Я в клуб, поработаю.

— Давай я тебя отвезу, — Взяла меня под руку Варька. — Заодно Аристарха предупрежу, чтобы нам кабинет на завтрашний вечер забронировал. Ты то наверняка забыл.

— Ничего я не забыл. — Насупился я. — А что завтра вечером?

— Ну вот. — Рассмеялась девушка. — А говоришь не забыл. Завтра первое апреля! А значит, ровно в полночь мы бросаем все дела, откладываем расследования убийств и нападений в долгий ящик, забиваем на поиски преступника, терроризирующего город и занимаемся тем, для чего, собственно, и существует наш отдел. Ловим Кузьму. Ну а потом празднуем!

— Если поймаете конечно. — С сомнением пробормотал я, усаживаясь в ее машину.

— Поймаем. — Хищно ухмыльнулась девушка. — Никуда он от меня не денется. Что думаешь по поводу сегодняшнего?

— Я думаю девку искать надо. — Невпопад ответил я. — Выходить на связь с этой Ириной, расспрашивать ее, что за человек, и все такое.

— Ну вот и зачем? — Варька нажала на газ, и машина рванула с места. — Вот объясни, что ты к ней прицепился, сам же говоришь, потерпевший нападавшего пусть и с другим лицом видел у банка, значит вели они его оттуда.

— Не знаю… — Я задумчиво смотрел в окно на проносящиеся мимо одинаковые аккуратные домики. — Считай, что это интуиция, думаю, что надо обработать все версии и все концы, поднять записи видеонаблюдения, выяснить не засветился ли на них нападавший или та девчонка…

— Дим! Тут не Москва. — Хихикнула девушка. — Тут камеры не на каждом углу, да если бы и на каждом, они нам пользы не принесли даже в Институте, где их натыкано как селедок в бочке. Камеры не панацея, а Ирина эта, вот где я тебе контакты ее возьму, чтобы опросить? Или прикажешь самой за ней на курорт полететь… Хотя… — Она мечтательно закатила глаза. — Я была бы не против. Хочу море посмотреть! Теплое, и чтобы песчаный пляж…

— Телефон у старушки сегодняшней можешь взять. — Усмехнулся я. — Уверен, у нее контакты всех бывших учеников есть, даже если они ей их не давали.

— Это да. — Расхохоталась Варька. — Бабка лютая. Если бы я писала детективы, то про нее бы точно книжку написала, ну а что, прикинь, главная героиня прикована к инвалидному креслу, сидит перед окном и глядя на улицу разгадывает преступления просто потому, что у нее отличные аналитические способности, развитая логика и она как облупленных знает всех тех, кто проходит под ее окнами.

— Ага. — Поддержал я фантазию подруги. — Причем преступления не только случившиеся, но и такие, которые только планируются, вот идет Иванов с работы, сегодня он шаркает ногами сильнее, чем обычно, зубы и кулаки сжаты, значит в бухгалтерии завода он краем уха услышал сплетню о том, что его супруга спит со скотником Михалычем и теперь, стащив с работы киянку идет домой, чтобы покарать супругу за обиду. Старушка звонит в полицию, и она приезжает ровно в тот момент, когда Иванов замахивается на жену шанцевым инструментом.

— Почему шанцевым? — Удивилась Варька. — Он же киянку с работы спер.

— Да черт его знает. — Пожал я плечами. — Я если честно не знаю, ни что такое киянка, ни что такое шанцевый инструмент и почему он так называется.

— Балбес. — Хмыкнула Варвара. — Но про бабку ты прав, лютая старушенция. Интересно, что нашу Риммку с ней связало?

— Канон. — Пожал я плечами. — Она ж воплощение красной шапочки, вот и возит пирожки бабушке, через темный лес, а что бабушка не ее, так плевать, условия соблюдены и ладно.

— Ну нет. — Нахмурилась Варька. — Это ты ее плохо знаешь, Римма что-то против воли делать не станет, если ездит она к старухе, да еще и столько времени, значит нравится ей это.

Машина тормознула перед входом в клуб, и я уже собрался вылезать.

— Погоди. — Остановила меня Варька и зачем-то полезла в телефон. — Вот! Киянка, это деревянный молоток. А шанцевый инструмент — это лопата, шанцевый, потому что предназначен для рытья окопов. Шанец, это устаревшее название окопа.

— Да тьфу на тебя! — Шутливо рассердился я, после чего потрепал ее по волосам и направился к себе в кабинет.

Все же с Варькой мне было очень комфортно, она была какая-то своя, родная, и я ничуть не жалел, что наши с ней отношения не ушли дальше поцелуев, потому что вот с теми же Марьей или Василисой, существовало некое напряжение, я их рассматривал не как подруг, они были чем то большим для меня, а Варька, своя девчонка, пусть я ее и ревновал порой к другим мужчинам, но все это не то.

Я привычно кивнул соловьевичу, что дежурил перед дверью на лестницу и провел ладонью, с зажатым в ней брелоком разрыв травы, над магнитным замком.

— Дим! — Окликнули меня сзади и обернувшись, я увидел спешащую ко мне Ирину Кикимору.

— И снова привет. — Подмигнул я девушке. — Что-то хотела?

— Уточнить. — Она взяла меня под локоток и отвела чуть в сторону от охранника. — Все в силе? Пока Алиска на больничном, я твой личный помощник? Пойми, мне очень нужна эта прибавка.

У меня был огромный соблазн узнать, что же там за сумму платит Аристарх официанткам за то, что они носят мне еду и выпивку, что они так рвутся на это место, но мне если честно было лень, поэтому я просто кивнул и пошел к себе, оставляя за спиной довольную Ирину.

Глава 12

Поднимался к себе я с настроем немедленно приступить к работе, энергия просто била у меня через край, надо признаться, что смена обстановки, причастность к расследованию, общение с людьми, все это меня очень бодрило и заряжало на действие. Вот только, человек предполагает, а бог располагает. Открыв дверь, я замер в проеме словно статуя.

— Дима! Дима! Дима! — Троица вещих птиц, соскочили со стола и по своему обыкновению запрыгали в мою сторону, словно воробьи.

— Окно сломали. — Горько выдохнул я.

— Мы не сломали! Мы проверили на взломоустойчивость! — Сообщила мне Сирин.

— Дура! Это называется сопротивление проникновению. — Перебила ее Юна и снизу вверх заглянула мне в глаза, словно ждала одобрения.

— Нет! — Вмешалась Алька. — Они именно сломали! А я им говорила, не ломайте, а они все равно сломали! Потому, что они две дуры.

Подруги смерили ее неприязненным взглядом и развернувшись начали обходить с двух сторон.

Я же, наконец вошел в свой кабинет и закрыв за собой дверь, направился к столу, все как обычно, все ожидаемо и предсказуемо, драка начнется через три… два…один… А что окно сломали, так ничего страшного, заодно с ребятами из кольца вечером пообщаюсь, а то что-то забросил я их. Нет каждую неделю по средам я их вызываю, даю дурацкое поручение, чтобы они могли провести время с подругами, а потом его быстро выполнить и вернуться в кольцо, а вот чтобы просто, посидеть по-мужски…

Вот интересно, за все это время в городе у меня мужской компании то так и не появилось, двое из кольца, они конечно поддержат, но я знаю, что им интереснее время с подругами провести. Волк, ну да, пожалуй, волк мне стал другом, но он не человек, у него свои проблемы волчьи, выяснить где пирожки вкуснее, да что Варвара работой грузит нещадно. Вот и выходило, что вокруг меня за время, проведенное в Караваеве, собралось сугубо женское общество, вон даже тот клубок перьев, что катается сейчас по ковру, они ведь тоже дамы, пусть и пернатые.

Хотя нет! Леший! Дедушка Фрол, он мужчина и мой друг, вот только он сейчас в спячке, так что, нет у меня товарищей для совместной пьянки и ведения задушевных бесед, хоть с бродяжным Кузьмой общение налаживай, честное слово.

Мои горькие размышления прервал стук в дверь после чего, не дожидаясь ответа, она открылась и в проем протиснулась очень красивая попа, в форменной мини юбке, за ней показалась и девушка целиком. Пятясь Ирина Кикимора тащила за собой сервировочный столик, на котором был накрыт обильный ужин.

— Шеф. — Мелодично пропела она. — А я тут покушать принесла. Если что тут и на дво… — Договорить она не сумела, потому что, развернувшись с удивлением уставилась на троицу, которая при ее появлении тут же оставила междоусобную свару и растянувшись цепью принялась обходить девушку по дуге, шипя и угрожающе топорща перья. Такими вещих птиц я еще никогда не видел.

— Ой! — Испуганно пискнула девушка. — Вы тут не один. А откуда они.

— Магия, — Горько Вздохнул я с грустью рассматривая сломанную оконную фурнитуру. — Они, когда им нужно, сквозь стены проходят. Появляются, так сказать, из закатных теней…

— Еду принесла? Вот и вали. — Угрожающе зашипела на Кикимору Алька. — А то ишь.

— Ишь-ишь. — Согласилась с ней Сирин.

— Еще и юбку какую развратную нацепила! Я тебе ууух сейчас! — Присоединилась к подругам и Юна, после чего девушка аккуратно отодвинула в сторону тележку и чуть ли не бегом удалилась, громко хлопнув дверью.

— Не нравится она нам! — Заключила за всю троицу Сирин.

— Да! От нее воняет! — Согласно закивала маленькой головкой Юна.

Я втянул ноздрями воздух, и ничего не воняет, я бы даже сказал, от девушки остался приятный аромат, такой чуть терпкий, сладковатый и такой манящий… Я на секунду даже пожалел, что троица сегодня ко мне наведалась, было бы не плохо сейчас устроиться с Иринкой на диване, возможно даже в обнимку, и употребить все то, что там нагрузили на тележку повара, она была права, еды вполне хватило бы на двоих.

А теперь, все! Не будет романтики, и ужина не будет, если я не поспешу, потому что эти трое уже начали кружить вокруг тележки.

— Вы чего заявились то? — Спросил я, поспешая к еде, знаю я их, сейчас налетят все пожрут, а что не пожрут понадкусывают или разбросают, и не видать мне заслуженного ужина.

— Нас выгнали. — С какой-то гордостью заявила Алька, которой, чтобы ответить мне на заданный вопрос понадобилось остановиться на долю секунды, что и позволило мне урвать с подноса шпажку шашлыка. Все, на большее рассчитывать мне не приходилось, они добрались до столика.

— Чего это? — Не понял я. — Из дома? Это кто же посмел-то? Кто-то уверовал в собственное бессмертие. — И произнеся эти слова я все понял, ответ был в вопросе. — Выгнал их никто иной, как Директор Института. — Костя приехал выяснять отношения с Василисой.

— Ага! — Согласно кивнула Сирин и тут же пискнув сцепилась с Юной за пучок зелени, отвоевав который тут же отбросила в сторону, поморщившись. — Приперся. Орать начал, потом рыдать, а мы все подслушивали, вот нас и выгнали.

— Ну и зачем вы это делали. — Вопрос можно было не задавать. Делали они это просто так, а ко мне приперлись не потому, что соскучились или им податься, было некуда, просто я единственный, с кем услышанным можно было поделиться, держать же рот на замке, было против их природы.

— Так интересно же! — Дружно хором пояснили мне все трое, удивительное единодушие они иногда показывают, особенно в тех вопросах, в которых вроде, как и не нужно бы.

— Интересно им. — Буркнул я. — Утаскивая со столика последний кусочек лаваша, вот удивительно, как в них только помещаются все эти продукты, сами то не слишком большие, а жрут… а еще скорость, с которой они поглощают пищу, наверняка тут магия какая-то замешана.

— Так и что? В итоге. — Уточнил я. — Бессмертный до сих пор там? Отношения выясняет?

— Когда мы улетали там был, — Пожала плечиками Сирин. — Только он в то время про Василису уже и забыл, он с Марьей ругался!

— Чего это? — Вот тут я и вправду удивился очень сильно, вроде как Марья вместе со мной уходила, предсказав появление Василисиного мужа, с которым встречаться не желала.

— А она над ним издевается. — Усмехнулась Алька. — Из-за двери. У нас же стены тонкие, все слышна вот, она сидит у себя и комментирует происходящее, да интересно так, вроде как без злословья и оскорблений, но очень обидно.

— Обидно говоришь… — Эти слова я сказал уже беря в руки куртку и направляясь к выходу. Вот этого мне сейчас не хватало, чтобы взвинченный, доведенный до белого коленья Кощей, супруга которого явно обозначила намерение его бросить, кинулся на мою острую на язык подругу. Что Марья Кощея презирала, что он ее ненавидел, чувство неприязни у них было обоюдное, а при учете, расшатанных нервов, Константин Андреевич, точно мог наделать чего-то такого, о чем и сам бы потом пожалел.

Я не знаю, как я это сделаю, но, если он Марью хоть пальцем тронет, хоть в мелочи навредит, я приложу все силы, чтобы его уничтожить, что там у нас, он Ягу боится? Так вот, загадаю в качестве последнего желания, чтобы она его в мир мертвых забрала, думаю она мне не откажет. Или откажет? Последнее время, наши отношения с Ярой очень сильно охладели, вернее они просто оборвались, тогда зимой, она по ведомой только ей причине решила, что я сдался, бросил поиски, борьбу за жизнь, и выказав мне явное презрение, ушла. Вот с тех пор, мы и не общались. Более того, мысленно, только что, я назвал ее не привычным именем «Яра», а именно Яга. Все же правду говорят, что чувства на расстоянии невозможны, охладевают они, да и были ли те чувства так сильны? Вспышка страсти, не более того, или более… Ладно, черт с ним, разберусь с чувствами позже, а пока, мне нужно к Марье, если она доведет Кощея, я должен быть рядом с ней.

— Ты куда? — Заинтересованно закружилась вокруг меня Алька. — Мы с тобой. Нам тут одним скучно!

— Домой! К Марье. — Буркнул я. — Распахивая дверь.

— Мы с тобой! Мы с тобой! Мы с тобой! — Загомонила троица. — Мы за нашу Марью, Кощею глаз натянем.

— Куда… — Встреченный нами за дверьми Аристарх видимо собирался спросить, «Куда я собрался», но троица, вившаяся у меня вокруг головы и беспрестанно галдящая, дослушивать его не стала.

— Куда дотянемся, туда и натянем. — Гордо сообщила коротышке Юна, и подруги тут же ее поддержали, причем без конкретики, что было удивительно, видимо им так понравилась манера Марьи дразниться и оскорблять без мата и грязи, что они решили ее перенять.

— Не обращайте внимания, Аристарх Кощеевич. Девочки шутят. — Искренне улыбнулся я управляющему, мало ли в каких он отношениях с директором Института, донесет еще…

— Да я понимаю. — Хмыкнул коротышка и продемонстрировал птицам большой палец, то ли шутка ему понравилась, то ли идея. — Вы уходите? Я поговорить с Вами хотел. — Я вопросительно глянул на него. — Насчет Вашей последней протеже.

— Алисы то? — Широко улыбнулся я. — Не переживайте, я ей больничные сам выплачу, компенсации там и прочее.

— Да, бог с Вами. — Грустно вздохнул управляющий. — Алисонька, как выйдет я ее на руках носить стану, раньше сам не понимал, какое она золото. Я по поводу девушки этой, из Института. Кикиморы.

— А что не так? — Вот разговоры мне эти сейчас были абсолютно не интересны, у меня там может уже на лестничной площадке четвертого этажа любимую убивают, а он ко мне с этой кикиморой болотной, будь она не ладна.

— Все не так. — Аристарх видя, что я пытаюсь ускользнуть придержал меня за локоть. — Дмитрий! Эта девушка кошмар. Она ленива, не воспитана, конфликтна. Она грубит коллегам, посетителям, умудряется даже мне хамить. И от того мне грустно, что Вы приближаете ее к себе просто потому, что… — Он смутился. — Ей нет места в нашем коллективе! — Наконец решительно заявил он.

— Ну и увольняйте. — Легко пожал я плечами. — Мы дали ей шанс, она с работой не справилась, что теперь возиться с ней? Все, ладно, Аристарх Кощеевич, мне и вправду пора.

— Ну тогда ладно, пусть еще пару дней поработает, пока замену найдем и в путь. А вам удачи. На святое дело идете. — Иронично с притворной заботой сообщил он мне и картинно перекрестил напоследок. Да уж, этот точно Кощею ничего не донесет.

Только выйдя на улицу, я обнаружил, что машины моей, на парковке перед входом нет, ну да, я же приехал с Варькой, так что и форанер остался дома, пришлось ловить такси, хорошо, что недалеко у входа караулил молодой нескладный паренек за рулем старой мазды.

— Здравствуйте! — С улыбкой поздоровался он. — Такси? Куда едем?

Молодой человек казался мне смутно знакомым, что впрочем и не странно, я последнее время довольно часто ездил из клуба домой на такси, по причине того, что стал чаще выпивать.

Назвав адрес я сразу с ним расплатился и всю не долгую дорогу слушал городские сплетни в исполнении троицы, казалось, они знают все городские секреты, все слухи, все новости, вот только для меня, этот информационный поток был бесполезным шумом, я не знал ни людей с которым случилось что-то интересное, ни их родственников, мне вообще было на них плевать. Эти трое были как жадная до общения старушка, которая рассказывает продавцу в магазине все новости про свою родню, вроде, как и не интересно и остановить человека ты из вежливости не можешь.

Подоспел я надо сказать вовремя, застав на площадке смеющуюся Марью и ярко пунцового Кощея, которого держали двое богатырей из службы безопасности.

— Крепче его держите, крепче. — Комментировала происходящее веселящаяся Марья. — А то он меня ненароком забодает.

— На что ты намекаешь? — Ярился, краснея еще сильнее Кощей, отчего его ярко синие глаза, казалось, светились еще ярче.

— Ни на что не намекаю. — Веселилась блондинка. — Я тебе прямым текстом говорю. Козел ты! Просрать такую женщину, и ради кого? Ты как наркоман со своими хотелками, совсем сорвался и берега потерял, вот тебе и логичный итог. А теперь приперся… — В этот момент она увидела меня и лицо ее стало настороженным.

Кощей последний раз попытался вырваться из крепких рук телохранителей и просто зашипел.

— Я тебя уничтожу, растопчу! Ты больше ни одного заказа от нас не получишь.

— С чего бы это? — Из дверей напротив вышла Василиса, холодная и мрачная. — Или ты с каких-то пор начал единолично управленческие решения принимать? Марья приносит Институту доход, и то, чем ты ей угрожаешь, не логично, неправильно, принесет потери финансовые и репутационные. Кость! — Тон ее сменился на проникновенный и даже немного ласковый. — Езжай домой, там успокоишься, обдумаешь ситуацию, проанализируешь. Ты за сегодня уже наговорил и наделал столько такого, за что завтра будет стыдно, что и представить трудно.

От ее слов, Кощей будто осунулся, хмуро оглядел присутствующих, потом остановил взгляд на мне и птицах, что выглядывали из-за моей спины.

— Ты права! — Признал он. — Не при посторонних, но я надеюсь мы сможем с тобой поговорить все же, наедине?

— Почему нет? — Пожала плечами его жена. — А теперь, правда, Кость, езжай домой, там у тебя секретарши, любовницы, сбросишь пар, обдумаешь все, зачем тебе я, как жить дальше и так далее…

Бессмертный не удостоил ее ответом, просто развернулся и не прощаясь ни с кем пошел вниз по лестнице, богатыри двинулись следом.

— Слушай. — Я повернулся к Василисе. — А зачем ему телохранители? Он же бессмертный.

— Статус, Дим. — Скривилась девушка, словно вынуждена была объяснять мне прописные истины, а после этого пристально посмотрела на Марью. — Перегнула ты подруга. — Голос ее был суров и безжалостен. — До последних слов все в рамках было, но вот обозвав его козлом…

— Да я его всегда так обзываю. — Отмахнулась блондинка. — Козел он и есть. Вот ты на себя посмотри, ну как такую можно было променять на тех троих? Он всегда таким был и таким останется.

Если честно, мне сейчас стало немного не по себе, потому что, я-то был ничем не лучше, будучи в отношениях, с этими двумя, я не упустил ни одной юбки, и какая разница между мной и Бессмертным? Разве только в том, что я ни на одной из них не был женат?

— Это все верно. — Грустно улыбнулась Василиса. — Но теперь, ты его унизила при свидетелях, да еще и в такой момент…

— Да и черт с ним. — Пожала плечами блондинка. — Вон, Димка Бельского найдет и сбежим мы с ним из Караваева куда-нибудь к теплому морю. А? — Она лукаво глянула меня. — Ты как? Сбежишь со мной?

— Чего это он с тобой сбежит? — Приблизилась к Искуснице Василиса. — Может он со мной останется?

Вот с одной стороны и лестно мне сейчас, что бьются они за меня, а с другой, понимаю, что к этому соперничеству я не имею никакого отношения, просто эти двое делят что-то там между собой, какие-то свои сферы влияния, а я… Я просто повод. Именно поэтому, не дожидаясь развития конфликта, я взял их обеих под руки.

— Девочки, а пошли ко мне, кино смотреть? Плюнем на все, включим фильм, из старых, когда еще умели и хотели снимать кино с хорошими сценариями и сюжетами?

— А пошли! — Легко согласилась Марья. — Я поп корна сделаю.

— Я сделаю. — Прервала ее Василиса. — У тебя все получается слишком идеальным, настолько, что вкуса не чувствуешь и ничего вокруг не видишь.

— Это да. — Согласились птицы, которые все еще ютились за моей спиной. — Наша Марья, она такая, она идеальная.

В глазах этой троицы, Искусница, выигрывала все соревнования, только ее они признавали хозяйкой у меня дома, и расстраивались, когда мы расставались в очередной раз. А вот Василису, они хоть и уважали, но относились к ней напряженно, не сказать, что они ее боялись, эти трое не боялись вообще никого. Более чем уверен, что если бы сегодня дело дошло до того, что Кощей с охраной, по какой-либо причине на меня кинулись, то эти трое встали бы на мою защиту, и не факт, что проиграли. Вот кстати, еще способ, если мне понадобится избавиться от директора Института, а Яра откажет, попрошу их, они его проклянут и все.

В итоге, через десять минут мы уже собрались у меня на кухне, троица слиняла, сославшись на то, что им завтра в охоте на бродяжного участвовать, но мне думается, что просто не хотели нам мешать. Хотя, чему там мешать, если раньше с этими двумя отношения были полны романтики, флирта, прикосновений и страсти, то теперь они обе вели себя, словно ничего между нами не было, нарочито дружелюбные улыбки, добрые слова, но без ласки и тепла, да черт побери, они друг с другом общались больше и теплее, чем со мной. Поэтому, когда в микроволновке приготовился попкорн и я наконец то выбрал фильм на вечер, то я был счастлив переместиться наконец в уютную кровать перед большим экраном, где эта парочка заняла места с двух сторон рядом со мной.

И надо сказать, вечер прошел ужасно. Нет, я выбрал хороший фильм, классический, американский, комедийный детектив «Улика» с неподражаемым Тимом Карри, который хоть и ассоциировался у меня с жутким клоуном в экранизации Стивена Кинга, но все равно играл отлично и выглядел очень даже гармонично в роли дворецкого.

Нет, дело было в напряженной атмосфере, я лежал в кровати с двумя женщинами… я бы даже сказал любимыми женщинами и не знал, что делать, не понимал, что происходит. К тому же, к концу фильма, они обе начали нудеть на тему, «ну и как мы должны были понять, кто убийца!», «почему концовок много!». И мне вместо того, чтобы наслаждаться финалом не плохой комедии, пришлось занудно объяснять, что это фильм по настольной игре, где по правилам убийцей может быть любой. А несколько финалов, это троллинг над зрителем. По задумке режиссера, в разных кинотеатрах должны были показывать фильм с разными концовками и зрители, после просмотра, обсуждая с друзьями, должны были спорить о том, кто убийца, потому что посмотрели разные финалы.

И словно этого было мало, из-за стены начали доноситься страстные Варькины вздохи, у нее то похоже вечер удался куда лучше, чем у меня.

— Ммм у Варвары новый бойфренд? — Непонятно у кого уточнила Василиса. — Интересно кто?

— Не мое дело. — Пожала плечами Марья. — Плохо только, что ей завтра Кузьму ловить, а она вон, расслабляется.

— Это да. — Согласилась с ней брюнетка. — А, кстати, какие там коэффициенты.

— Я бы не советовал ставить против полиции. — Флегматично заметил я.

— А что такое? — Тут же заинтересовалась Василиса. — У тебя есть информация? Ну же… — Ее пальчики пробежались по моей груди. — Поделись?

— Не могу. — Вздохнул я. — И рад бы, но не могу. Верной информации нет, а сплетни и домыслы, не наш стиль.

В общем, вечер шел из рук вон плохо, кино дамам не понравилось, мне не понравилось то, как они решили со мной себя вести и поэтому, когда Василиса, которой осточертело смотреть телевизор, предложила поехать в клуб, мы все восприняли это предложение на ура. Девочки мои потому, что им требовалось выпить и потанцевать, ну а я хотел все же поработать.

Дело Бельского манило к себе, теперь, когда у меня появилась хоть какая-то новая информация, я просто жаждал углубиться в бумаги, в изучение детских книжек, библиотечных формуляров и подобной чепухи, работы рутинной, но такой необходимой.

Как ни странно, поздний ужин мне принесла все та же зеленоволосая Ирина. Девушка аккуратно заглянула в кабинет, убедилась, что я один, и вкатила знакомый сервировочный столик. Кстати, интересно, кто его забирал после моего отъезда, если кто-то посторонний, то и в чем смысл всех охранных мероприятий Аристарха?

— Устал? — Как-то ласково и по свойский поинтересовалась девушка, выставляя передо мной блюда с едой.

Я даже ответить ничего не успел, как она, встав у меня за спиной принялась массировать мне плечи. Старается девчонка, из сил выбивается, пытаясь угодить начальнику. У меня почему-то к ней сейчас было отношение, не то, чтобы неприязненное, но какое то, равнодушное что ли. И это было очень даже странно, всего то несколько часов назад, до того, как Аристарх сообщил, что хочет от нее избавиться, я был бы не прочь провести с Ириной время, а теперь, с меня словно пелена спала, ну да Кикимора была красивой девчонкой, но абсолютно не целеустремленной, бестолковой, которая не стремится ни к чему, а если еще и верить Аристарху, конфликтной и не приятной. Даже вот этот ее массаж, я прямо физически ощущал, что она его делает только для того, чтобы подлизаться ко мне, втереться в доверие.

— Может мне еще что-нибудь для Вас сделать? — Склонившись к моему уху проворковала она.

— Нет, Ир. Спасибо. — Отказался я, стараясь придать голосу хоть какие-то нотки тепла. — Мне поработать нужно. Скажи охране, чтобы никого ко мне не впускали.

Девушка как-то особенно грустно вздохнула и чеканя пол каблучками удалилась. Нет, с ней явно что-то не то. В ней словно два человека живут, приятная девушка к которой хочется тянуться, при общении с которой улыбаешься и от близости, с которой путаются мысли и вот эта…

Впрочем, думать об Ирине Кикиморе, времени не было, да и не хотелось, я с головой погрузился в работу, нырнул, так сказать, как в омут. И даже ни разу не задумался, что это стало возможно именно благодаря той самой Кикиморе, которую я сегодня обрек на увольнение. Именно она и подала мне идею, где нужно искать, ту самую зацепочку, с помощью которой я должен был понять, над чем же таким в последнее время работал Бельский, кому это могло помешать и, следовательно, выяснить вероятную причину его исчезновения.

Надо признаться, это была, похоже последняя зацепка. За прошедший год, я уже отработал и варианты врагов, и похищение с целью проникнуть в тайны Института и правительственные заговоры, и даже инопланетян. Я выяснил все про взаимоотношения Бельского со всеми коллегами, знакомыми и случайно встреченными людьми. Отработал версии сектантов, маньяков и просто сумасшедших, кто мог по каким-либо причинам украсть директора Института. Оставался только вариант с тем, что Андрей занялся изучением чего-то эдакого. Того, что могло понадобиться кому-то конкретному. И мне предстояло выяснить, что же это было такое.

Именно поэтому я сейчас и сидел, изучал осточертевшие библиотечные формуляры и раскладывал их по датам, мне предстояло выяснить что общего найдется в книгах, которые Бельский брал последними, именно в них содержался ответ на мой вопрос.

Минута шла за минутой, час за часом, а я все раскладывал перед собой библиотечные карточки, проклиная себя за лень, ведь чего проще было перенести все данные в электронные таблицы. Причем, делать это самому было абсолютно не обязательно, можно было припахать под это дело наемных работников, за совершенно не большие деньги, и тогда бы я сейчас уже получил список, а не занимался бы этим нелепым пасьянсом.

Эх. Бедный я несчастный, сижу и занимаюсь полной фигней, а где-то там, внизу отдыхают Марья с Василисой, пьют шампанское, веселятся. А я… Один! Позаброшен!

С этими мыслями я прикрыл глаза, чтобы дать им отдохнуть и открыл их только тогда, когда ласковый солнечный лучик, пробившийся сквозь аккуратно прикрытую оконную створку, мазнул меня по лицу ласковым светом.

Глава 13

Помню, когда я был маленьким, первое апреля казалось мне очень веселым праздником, ты прикалывался над друзьями и одноклассниками, высокомерно радовался тому, как удавалось раскусить их не мудреные розыгрыши, расстраивался, когда им удавалось то же самое в отношении твоих, но не сильно, потому что, день смеха или день дурака, он всегда был беззлобным, лучше и веселее него был только Ивана Купала. Потом я повзрослел, наступило время работы и коллективов. И праздник этот повзрослел вместе со мной, он изменился, причем не в лучшую сторону, шутки и обман никуда не делись, но они стали серьезнее и злее, помню как то раз, меня с утра отправили на другой конец города, к нашим поставщикам, подписать бумаги, под предлогом того, что если этого не сделать, то те приостановят отгрузку. Я полтора часа трясся в метро, а приехав увидел лишь недоумение на лицах деловых партнеров и поздравление с первым апреля в сообщении от коллег. И ладно бы я просто впустую скатался, меня за отсутствие на рабочем месте еще и премии лишили, что вызвало дополнительное веселье у «шутников».

С Институтскими коллегами было намного проще, они в силу того, что не проходили процесса взросления в общем понимании этого слова, и не были посвящены в суть традиций, особого внимания ему не придавали. Нет, безусловно, они знали, что есть первое апреля, день дурака, но, например для той же Варьки, это был праздник из разряда профессиональных. Есть, к примеру, день бухгалтера, есть день милиции, ну а есть день дурака, что такого-то? Все профессии нужны, все профессии важны!

Поэтому с утра мой телефон молчал, никто не сбрасывал сообщений вроде, «Дима, тебя переводят в Томск, срочно зайди в отдел кадров», или «Заедь, после работы, забери мои туфли из ремонта!». Причем от этого не было грустно ни капли, все эти шутки, они глупые и злые. Они доставляют дискомфорт причем не только тебе, нет в отделе кадров ты наверняка вызовешь веселье и подколки в свой адрес, а вот старенький кавказец в ремонте обуви, который совершенно искренне потратит целый час твоего и главное своего времени на поиск не существующих туфлей, он ведь ни в чем не виноват. Зачем из-за дурацкой прихоти гонять его?

В итоге, утро у меня было спокойным и продуктивным, я наконец то разобрался с библиотечными карточками и даже начал изучать первые книги, когда ко мне в кабинет словно ураган ворвалась Варька, лихо перемахнула через стол и ухватив меня за щеки, смачно поцеловала в губы, парадирую кролика Багза Бани из мультфильма. Эротизма в этом ее действии не было никакого, я бы даже сказал, что это было не приятно и немного больно.

— Взяли! — Констатировал я, когда она, оттолкнув меня устроилась на столе.

— Взяли! — Подтвердила девушка. — Ты бы видел его лицо! Такая обреченность и безысходность. Сдает старикан. Возраст берет свое. — На ее лице светилось удовлетворение и радость.

Эх, прости подруга, но в следующем месяце, я буду ставить против полиции. Варька сама еще не понимает того, что произошло, да в этом месяце она его взяла, но в следующем, Кузьма уже победил, и дело не в том, что я знаю его очередной хитрый план, или еще чего. Нет, просто он сумел убедить ее в собственной слабости, Варька уже расслабилась, она поверила в собственное превосходство, а значит, она проиграет.

Но естественно говорить ей об этом я не собирался, нет ничего страшного в том, что это случится, наоборот, для Красы, победа бродяжного станет важным уроком, таким, который возможно даже спасет ее жизнь в будущем. Даже если твой противник выглядит слабым и поверженным, относиться к нему нужно всерьез.

— Так что сегодня вечером гуляем! — Закончила фразу моя подруга, начала фразы я не слышал, погруженный в свои мысли, ну да и ладно, скорее всего она рассказывала о моменте поимки, а эту историю, я вечером услышу еще не один раз, причем с тысячей подробностей, как реальных, так и придуманных на ходу, возможно, Варвара даже расскажет про то, как старик плакал умоляя его отпустить, во что поверить просто невозможно, не тот человек Кузьма, чтобы всерьез расстраиваться или рыдать, хитрить и торговаться да, а вот умолять… Уверен что увидев Варьку, он даже не стал тратить время на разговоры, он в то же мгновение просто начал придумывать новый план побега, новую авантюру.

Я даже слегка усмехнулся, поняв, что за проведенное в Караваеве время и сам проникся этой нелепой гонкой, соревнованием местного розлива, тем более что в свое время я ведь тоже в нем участвовал.

— Чего ухмыляешься? — Поинтересовалась Варька.

— Радуюсь. — Соврал я. — Отличный солнечный день, красивая девушка у меня на столе и выигранные деньги на счету. Да еще и вечер обещает быть веселым, я ведь приглашен? Или Вы только отделом отмечаете.

— Ты часть отдела. — Совершенно серьезно сообщила мне Краса. — Так было и так будет всегда, так что не смей даже шутить про то, приглашен ли ты. Ты наш и все тут!

Я снова улыбнулся, было очень приятно осознавать, что ты частичка чего-либо, что у тебя есть некие «свои», люди, для которых ты не просто случайный человек. Хотя, в нынешнем отделе, как к своему ко мне скорее всего относились только Варька и волк, с остальными ребятами я проработал совсем не долго, не было ничего такого, что связало бы нас нерушимой цепью. Но и эти двое, уже не мало.

— Ладно! — Обратилась ко мне Варька, слезая со стола. — Я побегу, еще дел море. Надо с местными ментами переговорить, чего в городе творится. Текущие дела никуда не делись, преступники наши не пойманы, дело стоит.

— Меня тоже в курсе дел держи. — Попросил я напоследок, на что она сделала лишь не ясный непонятный жест, то ли попрощалась, то ли пообещала выполнить мою просьбу, то ли просто махнула рукой.

Я с минуту смотрел ей вслед, потом со вздохом начал приводить в порядок книги на столе, которые эта бестия разбросала, влетая ко мне.

И вот в какой-то момент я с глупой улыбкой откинулся в кресле сжимая в руках одну из них, потому что на меня нахлынула волна приятных и не очень воспоминаний. Я держал в руках ту самую книгу, которую этим летом забрал из одного загородного дома, в котором пропали дети.

Вот ведь и было то это совсем недавно, старик сосед, заботившийся о чужих ребятишках, Полина Рысева, творение Андрея Бельского, созданная им еще в те времена, когда не было никакого Института и учета тому, что выходит из воображлятора. Прекрасное лето, поездки на озеро с Васькой, тот проселок, куда мы с ней сворачивали… Я снова по-доброму улыбнулся своим мыслям. Хорошо тогда было, и смерть еще не выглядывала у меня из-за плеча и проблем, по сути, не было, только найти пропавших ребятишек, да сделать так, чтобы Иван Царевич не застукал меня со своей супругой. Хотя может я и идеализирую, может просто все плохое забылось и в памяти осталось только приятное?

Я даже вытащил телефон и открыл переписку в Васькой, последнее сообщение она мне прислала на Новый год, поздравление хоть и не дежурное, но уже не подразумевавшее близости и родства душ. Теперь она изменилась, повзрослела, стала настоящей деловой дамой, я перестал быть ей нужен, ну да и ладно. Сколько таких вот случайных людей входило в мою жизнь, чтобы затем, пропасть навсегда. Вот и Васька, ну да у нас есть приятные воспоминания, ну и что теперь? Ушла и ушла!

Я открыл книгу, вдыхая аромат старой бумаги, и начал листать страницы, мельком читая текст, а вот интересно, если я сейчас отправлюсь к лесу и позову Арысь поле, то Полинка явится, или на это есть какие-то ограничения. Было бы не плохо с ней повидаться. А у тех ребятишек, как дела?

Я отложил книгу в сторону, интересно, как она то сюда попала? По такой же Бельский работал в самом начале, когда только приехал в Караваев, а я вроде выбирал и складывал на стол книги из тех, что он использовал последними.

Я потер виски, нет мысли явно начинали путаться, надо немного передохнуть. Сверившись с часами, я обнаружил, что время уже обеденное и позвонив на кухню, заказал себе еду.

Повар в клубе был не плохой, разнообразием не радовал, но те блюда, которые умел и которые входили в меню, у него получались отменно, поэтому обеда я ждал с нетерпением, смазывало мою радость только то, что я по какой-то причине не хотел видеть Кикимору. То ли потому, что уже понимал, что ей у нас не работать и испытывал некое чувство стыда от того, что мы заставляем ее работать несмотря на то, что решение о ее увольнении уже принято, то ли еще почему.

И насколько же я обрадовался, когда дверь открылась и сервировочный столик в кабинет вкатила, чуть прихрамывая Алиса.

— О! А ты тут откуда? — удивился я. — Ты же должна в больнице лежать.

— Так все твой волшебный эликсир! — Она крутанулась на одной ножке, той самой, которая вчера еще была в гипсе, и поморщилась от боли, по всей видимости нога до конца еще не зажила. — Зашла вот! С лилипутом поговорить, в смысле с Аристархом Кощеевичем, а он злой, как не знаю кто, у него сотрудница на смену не вышла, позвонила и сообщила, что только вечером сможет. Прикинь? Начальница нашлась. Сама решает, когда ей на работу приходить, а когда нет, вот я и предложила, за двойную оплату днем поработать. Нога уже почти не болит, а деньги лишними не бывают.

— Тебе бы до конца в себя прийти, — неодобрительно глянул я на девушку. — Деньги — бумага, здоровье важнее.

— Деньги — бумага для тех, у кого их куры не клюют, — веско сообщила мне она и я покраснел, вспомнив, что не так давно я сам, являлся на работу несмотря на температуру, лихорадку и что угодно другое, потому что без зарплаты, я не смог бы оплатить аренду. А больничные, это что-то из Советского Союза да? Из времен, где заработная плата была вся белой и о людях государство проявляло заботу. — Да и днем тут особо бегать не нужно. Вообще не понимаю, зачем клуб днем открыт.

— Из-за бара. — Пояснил я, сам не зная зачем. — Есть категория граждан, кто днем выпивает. К тому же, кое кто сюда обедать ходит. Эдакий привкус элитарности, для тех, кому в ресторан дорого, а в забегаловку с пловом противно.

— Тем более, что у нас обеды ненамного дороже, а обслуживание в разы приятнее. — Согласилась она, обходя стол и по-хозяйски усаживаясь мне на колени.

— Как нога то? — С усмешкой поинтересовался я после того, как она меня долго и страстно поцеловала, ну вот, Марья с Василисой меня игнорируют, зато есть милая девчушка Алиска, без претензий на серьезные отношения.

— Отлично. — Она вытянула поврежденную ножку, демонстрируя мне ее. — Ты чего сегодня такой серьезный?

— Важное дело с мертвой точки сдвинулось, не факт, что в нужном направлении, но хоть что-то.

— Важное дело да? — Она взяла со стола книжку, которую я только что отложил. — Интересные у вас там в Институте важные дела, что целыми днями сказки читаете. У меня в детстве такая книжка была. Верне я ее в библиотеке брала. Особенно любила сказку про мужика, которому вещий сон приснился, у него там куча всяких приколюх магических были, сапоги скороходы, ковер самолет, шапка невидимка, вот бы и в жизни такое было.

— Фигня все это. — Как-то на автомате отмахнулся я. — Сапоги скороходы, очень быстро изнашиваются, материала достаточно прочного не существует для их производства, поэтому штука это довольно бессмысленная, хоть и дорогая и пользуется спросом у покупателей, к тому же, чтобы ими пользоваться, нужно здоровьем отменным обладать, а то пробежишь марафон и помрешь на финише от инфаркта. Ковер самолет тоже есть в продаже, и тоже штука дорогая и больше статусная, чем полезная, летает не далеко, на высоте пассажир мерзнет в лед, к тому же, говорят на нем летать очень страшно. Сама посуди, ты на высоте на куске ткани летишь. Ну а шапок-невидимок, этих да, этих не суще… — Завершить фразу Алиса мне не дала, запечатлев на губах поцелуй, а ее руки скользнули мне под рубашку. Ну вот вечно так вместо того, чтобы действовать, я рассуждаю, истории вон какие-то взялся рассказывать…

— Вообще-то, я планировала на тебя обидеться. — Сообщила мне девушка немногим позже, уже разметавшись на большой кровати в моей, так сказать, рабочей спальне. — Как ты вообще мог, заменить меня этой зеленоволосой дурой?

— Ты про Ирину? — Зачем-то уточнил я, и так было понятно, о ком речь. — Я думал вы дружите, она же приходила навестить тебя в больницу.

— Кто? — Алиса от удивления аж приподнялась на локтях. — Меня в больницу, кроме тебя и Пашки, никто навещать не приходил! Он, кстати, очень к тебе ревнует.

— С чего бы? — Я шлепнул девушку по голому заду. — Повода то мы ему не давали.

— Ай отстань. — Отмахнулась она. — По пьяни не считается.

— А сегодня? — Лукаво поинтересовался я.

— А сегодня. — Задумалась она. — Не знаю, бонус за выздоровление и спасибо за все. — Ну слава богу, хоть не сказала, что спасибо за деньги, что я ей вручил. — Так ты не увиливай! От Ирки этой подальше держись. И поверь, это не ревность.

— А что тогда?

— Здравый смысл! — Она ткнула мне пальцем в живот. — Она тварь! Подлая, гадкая, не надежная, а еще у нее сиськи обвислые! — Вот это она зря, фигурка у Кикиморы была на загляденье. — Впрочем, ее Аристарх после сегодняшнего точно уволит. Но все равно, держись от нее подальше.

— Волнуешься за меня? — Усмехнулся я, подтягивая девушку к себе.

— Скажем так, мне на тебя не наплевать. Эй! Куда? Руки фу! Все, поиграли и хватит, я по быстренькому в душ и дальше работать. Солнце еще высоко, вечерняя смена еще не скоро появится. Хотя… — Она показательно задумалась. — Душевая у тебя большая, можем и вместе сходить, для экономии воды.

Не знаю уж сколько мы той воды сэкономили, при учете того, что провели в душе вместе времени куда больше, чем провели бы по отдельности, но после того, как Алиска удалилась, к работе я вернуться просто не смог, сбила она мне настрой напрочь. И мысли, которые должны были стремиться к расследованию исчезновения Бельского, сейчас почему-то устремились к той самой зеленоволосой Ирине Кикиморе, что не так с этой девчонкой, все, абсолютно все в один голос мне твердят, что она плохая, более того, я и сам это понимаю. Но тогда зачем? Почему я вообще устроил ее в клуб, помог? Загадка. Впрочем, нужно ли мне ее гадать? Все, про Ирину можно забыть. Насколько я понял, это именно она сегодня своей волей не явилась на работу и именно за нее вынуждена была выйти на смену Алиса. Так что… Отработает вечернюю смену и Аристарх ее рассчитает, расстанемся без обид и совместных претензий.

День пролетел как-то незаметно, казалось, вот только я выпроводил Алиску, и снова засел за книги, как брякнуло пришедшее сообщение, это Варька уведомляла меня, что они уже подъезжают. Я посмотрел в окно и чертыхнулся, совершенно не заметил, как на город опустилась ночь.

Пригладив ладонью растрепавшиеся волосы я направился в свое секретное логово, где помимо прочего был и шкаф с одеждой, ну честное слово не идти же на празднование в футболке с надписью «Сексуальные пистолеты», не то, чтобы кто-то удивится, но это не красиво. Варвара, наверняка напялит очередное умопомрачительное платье провокационного фасона, а парни, просто, хотя бы чистое, вот и мне, следует соответствовать.

Появился я как раз вовремя, как раз принесли закуски и ребята, разливали по очередной рюмке горячительных напитков.

— О! А вот и он! — Радостно воскликнула Краса и прыгнула мне на шею, от чего я чуть было не повалился назад. Как я и предполагал, на ней было нечто ультракороткое, да еще и с декольте, вернее не так, это были некие два куска ткани, распасться которым мешала лишь тоненькая цепочка, расположенная чуть ниже ее крупных грудей.

— Тебе не холодно? — С усмешкой поинтересовался я, восстанавливая равновесие. — На дворе не лето, а ты в таком виде.

— Зато красиво. — Подмигнула она мне отцепляясь и поведя плечами так, что казалось еще чуть-чуть и я увижу ареолы ее сосков. Я сглотнул, и Варька довольная эффектов ухватила меня за руку и потащила за собой. — Садись с нами. — Она устроила меня между собой и Риммой, которая невесть по какой причине тоже затесалась в эту компанию. — Ты у нас сегодня тоже герой. Если бы не твоя идея, с радиусом действия сапог… Нет, мы бы все равно его поймали, но было бы сложнее.

— И как ты планировала его поймать? — Ехидно поинтересовался я, усаживаясь поудобнее и приветственно приобнимая Римму за плечи. Парням я руку жать не стал, им было не до того, если Варька моему появлению искренне радовалась, то их сейчас больше занимал процесс распития, ну а третью девушку за столом я знал недостаточно хорошо, поэтому тоже поприветствовал лишь кивком.

— Вот все тебе расскажи! — Варька скорчила мне рожицу и всучила стопку с коньяком, странно, обычно на подобных застольях все начиналось с текилы, а тут смотри-ка, коньяк. Девушка заметила мой немой вопрос и склонившись к уху шепнула. — Некоторые слишком увлекаются, забываются, так сказать. — Я скосил глаза на этих самых некоторых, которые вовсю уделяли внимание своей новой коллеги, то подливая ей в бокал вино, то подкладывая закуски. Ну что ж, значит сегодня пить текилу слизывая терпкую от поля соль с груди красавицы и закусывать долькой лимона с ее сладки губ мы не будем, ну и ладно, не велика потеря. Я опрокинул стопку и Варвара тут же сунула мне ломтик лимона в рот, проведя по губам большим пальцем с идеальным маникюром. На секунду она задержала длинный ярко красный ноготь на моей нижней губе после чего рассмеялась каким-то своим мыслям и закинув руку мне на плечо, второй рукой принялась нанизывать на вилку кусочки мяса с тарелки.

— Как дела? — Склонился я к Римме, девочка была чуть напряжена. — Что нового в мире?

— Да все хорошо. — Со скромной улыбкой сообщила она мне. — Бизнес в гору идет, думаю даже еще двоих мастеров нанять, сама с потоком клиентов не справляюсь. Бабушка говорила, что вы к ней заходили?

— Бабушка, это та старушенция, что целыми днями перед окном сидит? — Уточнила Варька, вслушиваясь в наш разговор. — Лютая она. Ты, кстати, как с ней познакомилась то вообще?

— Мария Станиславовна хорошая. — Римма как-то по-доброму улыбнулась, отчего сразу становилось понятно, что она испытывает к этому человеку очень теплые чувства. — А познакомились, лет семь назад, меня тогда только воплотили, она и тогда уже ходила плохо, но все же выходила, я ее случайно встретила, помогла сумки из магазина донести. А потом подумала, ну вот чем она не бабушка на том конце темного леса? Ну и стала ее навещать, помогать, ходить за продуктами, возить пирожки, убираться. Она очень интересная и добрая, очень много знает, а еще, мне кажется, что она вообще все в мире книги прочитала. Сами знаете, у нас семьи и родных нет, а она вот мне стала родной.

— Чего это нет? — Возмутилась Краса. — Димка вон мне как брат родной.

— Ага. — Ехидно хмыкнула девчонка и покосилась на мою руку, которая совершенно не по-братски лежала на Варькином бедре.

— Да ну тебя. — Совершенно беззлобно отмахнулась от нее Краса и вручила мне новую стопку. — Ты что будешь? Шампанское?

— Не. — Отмахнулась девушка. — Давай чего покрепче! Нажраться хочу!

— О как! — Я обеспокоенно глянул на Римму. — Что произошло? — Вместо ответа она лишь подмигнула мне и опрокинула в себя стопку, которую передала ей Варька, закашлявшись и требовательно постучав по емкости, требуя наполнить ее снова. — Римм! Что случилось?

— Да отстань ты от нее. — Перебила меня Варька. — Пьет, значит так надо. У тебя что ли таких ситуаций не было, когда накидаться было необходимо? С нами она в безопасности, даже если переберет, ничего не случится.

— Ситуации бывали. — Согласился я. — Только вот алкоголь в них никогда не помогал. Поделись проблемой? — Я сейчас немного давил своей настойчивостью, но как показывает практика, иногда лучше поступить так и вовремя узнать корень проблемы, чем потом разгребать последствия.

— Да ничего. — Притворно весело подмигнула мне девчонка и неожиданно чмокнула в щеку. — Просто призрака прошлого увидела, не приятного, но такого, который уже не сумеет доставить проблем.

— Ты если что, не стесняйся, говори. — Предупредил я ее. — Я всегда готов прийти на помощь.

— Спаситель юных дам. — Варвара тесно прижалась ко мне обдавая ароматом дорогого парфюма и своего горячего тела, на этот раз ломтик лимона она держала во рту и я, опрокинув третью рюмку принял его, задержавшись на пару лишних секунд прижавшись к ней губами. — Гиперопека тоже плохо. — Шепнула она мне на ухо, еле слышно и я решил отстать от девчонки со своими расспросами, есть время для решения проблем, есть время для отдыха, и сейчас именно оно.

— Ууууу. — Завыл волк, запуская свою любимую песню в караоке, и я откинулся на диванчике пытаясь расслабиться.

Ну вот и вправду, чего я докопался до девчонки, может у нее просто плохое настроение, а я тут с разговорами, захотела выпить, ее право, да выглядит она молодо, но на деле, она прожила на свете куда дольше той же Варьки.

И действительно, стоило мне отпустить ситуацию, оставить попытки контролировать происходящее вокруг и пытаться решать проблемы, которые меня никто не просил решать, как все стало хорошо и правильно, мы еще выпили, покушали, потом сходили с Варькой поплясать, причем я опять чуть не подрался, какой-то парень, перебрав в баре, пытался приставать к Красе, за что был в итоге вышвырнут из заведения прочь.

— Ты какой-то агрессивный последнее время. — Сообщила очевидное Варвара, отводя меня обратно в кабинет, после того как конфликт разрешился. — Пар сбросить некуда?

— Возможно. — Согласился я. — Сидячая работа, стресс и постоянные мысли о том, что время уходит, смерть близка.

— Я тут подумала. — Как-то серьезно сообщила она мне. — Даже если ты не найдешь Бельского, я тебя в обиду не дам. Грудью встану.

— Грудью это хорошо. — Перебил я ее. — Она у тебя красивая. Но не надо из-за меня глупости делать, я принял условия игры, и сам не нарушу их. За свои поступки и решения, я должен отвечать сам, а если из-за меня пострадает кто-то из близких, а ты как раз из них, то я себе этого никогда не прощу.

— Вот и Марья так же сказала. — Грустно вздохнула моя подруга. — Только ты знай, если ты Бельского не найдешь, то близкие все равно пострадают, та же Искусница, тебя так просто не отдаст, а возможно и Василиса… Ну и я за компанию. — Она внезапно меня обняла и чмокнула в подбородок, ну а что, куда достала туда и чмокнула. — Поэтому ты Бельского найти просто обязан! — Совершенно трезвым и серьезным голосом сообщила она мне. — От этого не только твоя жизнь зависит! Ну что? — Тон ее мгновенно сменился обратно на пьяный и игривый. — Текилы?

И ведь права она была сейчас, не даст Марья просто так меня убить, не знаю уж что там замешано, канон этот дурацкий по которому мы с ней должны жить долго и счастливо или просто, что по какой-то нелепой причине любит меня эта красавица, но что встанет она в урочный день рядом со мной, как бы я ее не гнал, это точно. Да и Василиса, казалось бы, причина всех моих бед, я точно знаю, что будет она рядом, вцепится в меня руками и ногами, но приложит все силы, чтобы не потерять единственного, как выяснилось, дорогого для себя человека.

Вот только от осознания их поддержки и привязанности мне сейчас больше грустно, выходит, что я следом за собой на смерть других людей потащу…

Впрочем, грустные мысли ушли уже через две рюмки коньяку, я сумел выкинул грустные размышления и теперь сидел, вальяжно развалившись на диванчике между Риммой и Варькой, слушая задорное волчье «Ууууу», когда дверь в кабинет открылась и на пороге показалась знакомая фигура с зелеными волосами.

— Текилу заказывали? — Очень дружелюбно, поинтересовалась Кикимора, выставляя с подноса на стол квадратные бутыли с золотой этикеткой, тарелки с дольками лимона и лайма и дополнительные солонки.

— Оооо! — Радостно загомонили пьяными голосами парни, поглядывая на Варьку.

— Девка. — Внезапно очень грубо обратилась к официантке, до этого спокойная и вежливая, Римма. — Посуду грязную забери. На большее ты никогда не была способна, только жратву разносить да ноги раз… — Договорить девчонка не успела стоявший на столе кувшин с морсом опрокинулся прямо на нее заливая ее платье красным. Риммка ахнула и вытаращила глаза, официантка же со злой ухмылкой развернулась на каблуках и удалилась прочь.

— Оооо! — Снова издали радостный вздох парни, а виной всему было то, что, намокнув плате девушки стало совершенно прозрачным, вот и нашли на что пялиться, фигурка то у Риммы была тощенькой, грудь маленькой, вон у той же Варьки, даже при отсутствии прозрачности посмотреть было на что, а тут…

Я снял пиджак и накинул девушке на плечи.

— Пойдем ка ко мне, я тебе футболку дам. — Сообщил я ей склоняясь к самому уху. — Да и хватит с тебя, наверное, на сегодня выпивки.

— Текилы хочу! — Упрямо сообщила мне блондинка, беря мою руку, что лежала у нее на плече и крепко сжимая. — Два шота! А потом, пойдем за твоей футболкой!

Спорит с ней было бессмысленно, она уперлась, да и если честно, она не производила впечатления слишком уж пьяной.

В итоге, я сумел ее уговорить пойти переодеваться только через пол часа, когда не трезвая девчонка, сообщив всем, что ей жарко отшвырнула мой пиджак в сторону.

Глава 14

В кабинет я ее втащил на себе, усадил на кожаный диван и тут же вручил таблетку протрезвина, этого мне еще не хватало оставаться наедине с пьяной девчонкой, которая выглядит как подросток. Черт с ним, что у этих институтских возраст считается как-то по-другому, и та же Римма, может считать себя в свои семь лет существования, чуть ли умудрённой жизнью матроной, но некоторых вещей проще не делать, чем потом объясняться в суде, что да как.

— Вуфффф! — Выдохнула из себя Римма, когда таблетка начал действовать, после чего прикрыла руками просвечивавшую из-под платья грудь.

— Вот тебе и «вуффф». — Согласился я с ней и открыв потайную дверь в спальню пошел за футболкой. Вот так, мое секретное логово теперь официально считается тайным и про него все знают. Ну да и ладно. Расследование дела Бельского скоро завершится, не ясно в чью пользу, но завершится точно, так что и скрываться уже считай не от кого.

— Держи! — Я вручил Римме футболку с надписью «Массовое вымирание людей после ядерной бомбардировки».

— Клевая какая. — Она развернула футболку и внимательно изучила надпись. — Отвернись. — Девчонка взяла меня за плечи и повернула к стене лицом. Правда вот на этой стене располагалось здоровенное зеркало, поэтому я во всех подробностях видел, как она через голову стянула с себя мокрое платье оставшись в одних стрингах, после чего надела футболку, а затем… Повернулась лицом к зеркалу и продемонстрировала острый розовый язычок, вот ведь засранка, она прекрасно знала, что я все вижу в отражение.

— Если нравится, подарю. — Я повернулся обратно весь пунцовый от стыда. — Если расскажешь, чего тебя так заколбасило сегодня.

— Да все из-за этой твари. — Риммка устроилась на диванчике, и я присел рядом с ней. — Кикимора эта! Ненавижу ее! Ненавижу так сильно, что убить готова.

— О как. — Удивлению моему не было предела. Нет, то, что Ирину никто не любит, это я уже уяснил, но вот чтобы так. — Рассказывай давай.

— У тебя чая нет? — Скорчила жалостливую рожицу девчонка. — Пить охота капец, протрезвин это здорово, но остальные эффекты алкоголя никуда не делись.

Я на секунду задумался, можно конечно было заказать чай прямо сюда, но ведь принесла бы его все та же Кикимора, поэтому я счел за лучшее, сходить вниз самостоятельно, и прихватить и пару чайников чая и минеральной воды, и ассорти из холодных закусок, мало ли, чего моей подружке еще захочется.

Все что я принес, Римма восприняла с благодарностью, напившись чая она откинулась на диване сложив на меня ноги.

— С чего бы начать. — Наконец вздохнула она. — Короче, у меня был парень. — Я приложил все силы, чтобы не отпустить какую-нибудь глупую шутку, если ее сейчас перебить, то девчонка замкнётся в себе и я не узнаю ее истории. — Нас воплотили примерно в одно и то же время, обычный парнишка, я бы даже сказала, очередной Ивашка, но так все сложилось, он один, я одна, мы вместе вышли из воображлятора считай в один день, ну и держались тоже вместе. Но, к сожалению, любовь была только с моей стороны. Однажды он встретил эту, Кикимору. — Римма, словно сплюнула ее имя. — Причем, знаешь, что обидно, ладно бы он ушел к ней, и у них бы получилась идеальная пара, они бы жили долго и счастливо, возможно умерли в один день… — Она на секунду задумалась. — В автокатастрофе, я бы постаралась. Нет! У нее, на тот момент, уже был натуральный гарем, только из мужиков, она крутила ими как хотела, а те, словно послушные собачки выполняли все ее команды, и вот, мой Ваня, стал таким же как они, послушным и верным песиком этой стервы.

— Вот же кикимора болотная. — Сочувственно произнес я.

— Почему болотная? — Уточнила Римма. — Никакая она не болотная, обычная.

— А почему все говорят болотная?

— А вот этого я не знаю, — Пожала плечами девчонка. — Причем, я постоянно слышу, «болотная-болотная», но кикимора — это ведь домашний дух, что-то вроде домового, только вредная. Она может швырнуть что-либо, или например, еду испортить.

— А волосы у нее тогда почему зеленые? — Уточнил я.

— Так красит. — Пожала плечами Римма. — Раньше она блондинкой была, теперь вот зеленые волосы, что такого-то? Я тоже подумываю в брюнетку перекраситься или в рыжую, рыжие внимание привлекают больше.

Я не стал ей говорить, что рыжие внимание привлекают, когда у них фигура, как у той же Полины Рысевой, шикарная и в нужных местах с нужным объёмом, а тощая девчонка подросток, покрасившаяся в рыжий цвет, и будет выглядеть как швабра.

— Короче, у меня и так с парнями не очень, а когда Ванька меня бросил, то совсем самооценка упала. — Продолжала жаловаться девчонка.

— А Виталя? — Зачем-то спросил я, за что тут же получил укоряющий взгляд.

— Виталя за Златой бегает. — Вздохнула девушка. — Ему ценнее доступное тело, чем отношения. Знаешь, чем все вечеринки отдела заканчиваются? — Я вопросительно поднял бровь. — Сейчас они нажрутся, текила то заказана. Емеля ходит на все эти мероприятия исключительно ради того, чтобы, так сказать, припасть к груди любимой начальницы. После первой бутылки, Виталя пойдет вызванивать Злату, если та его пошлет, поедет к ней в Институт, ну а там, все как у ведьм принято. Вот и скажи мне, зачем он мне такой нужен. Мне в принципе очень трудно с кем-то отношения завести.

— Почему это? — Не понял я. — Ты умная, красивая у тебя свой бизнес.

— Я выгляжу, как сраный подросток, — Горько рассмеялась девчонка. — На меня западают, только извращенцы, а с ними мне не по пути. Вот ты бы смог сейчас меня того? — Она подняла одну ногу и уложила ее мне на плечо, я вздохнул и вернул ногу на место. — Вот именно! Я заложница внешности. Как, к примеру Ивашки и Жихарки, только те уж очень маленькие на вид, у них совсем с башкой проблема, а у меня не совсем. Вот поэтому я Кикимору ненавижу, если бы у меня кроме Ваньки кто-то был, или была перспектива, то и ладно, ушел и скатертью дорога, а так, она ведь у меня единственное отняла. Вот я и сорвалась немножко, а она меня этим морсом…

— Так это она тебя?

— А кто еще. — Хмыкнула девушка. — Но это еще ладно, могла и чего похуже устроить, например если бы шла, она могла за ногу дернуть, так, что я бы упала или подвернула ее. Это любимый трюк нашей Ирочки. — Она снова поморщилась.

— Погоди! — Меня внезапно осенило. Алиска, она поскользнулась на ровном месте, а ведь все это могло быть неспроста, Кикиморе нужно было более хлебное место, и она вполне могла провернуть такой трюк. — То есть, она запросто может такое устроить?

— Ну да. — Пожала плечами Римма. — Какая разница, ногу человеку подвернуть или кувшин с морсом на него опрокинуть. Она же кикимора, швырять предметы телекинезом это их природная способность.

Ну да, я ведь сам пострадал от этого, в свое время она швырнула глыбу льда мне в голову, когда я подрался с теми парнями. Так, стоп! Парни!

— Римм! — Я старался, чтобы мой голос был совершенно спокоен и в то же время, выдавливал на ладонь таблетку протрезвина. — А вот те ребята, что за Кикиморой ходят ты их знаешь?

— Ну да. — Девушка пристально смотрела на меня, похоже мне не удалось скрыть обуявшего меня возбуждения. — Колька, Мишка и Потап, они медведи оборотни, там какая то мутная история была, про сказку о Златовласке и трех медведях, вроде как сначала думали Машу и медведя воплотить, но вмешалась Премудрая, запретов навводила, в итоге Бессмертный под контролем Бельского и воплотил Машу и трех медведей, только все это происходило в атмосфере скандала и смятения ума, поэтому три медведя вышли братьями оборотнями, а вот Машка, кстати, была хорошей девчонкой, правда погибла по нелепости… А эти трое за Кикиморой ходя, это ее мускулы, они словно братья близнецы, здоровые и тупые. Еще Женя, он из сказки про портняжку, тощий такой, очкастый. Алик-арлекин, он дерганый весь, словно на шарнирах. Ну и Ванька мой. Всего шестеро, я их так и зову, великолепные шестерки.

Я скинул с себя ноги девушки, вскочил с дивана и несколько минут ходил из угла в угол, после чего сел обратно и обхватил голову руками.

— Так! Так! Так! — Повторял я словно безумец. — Мне срочно нужно поговорить с Варькой. — Я схватил телефон и набрал номер Красы. Голос в трубке сообщил мне, что абонент отключил аппарат.

— Да она, наверное, уже уехала, у нее новый парень, ты со мной ушел, чего ей тут еще делать, не с Емелей же текилу пить….

— Римм! — Обратился я к девчонке. — Подожди меня пока тут, если что, вон там спальня, душ, располагайся, будь как дома, мне нужно срочно найти кого-нибудь из отдела…

И я, не дожидаясь ответа рванул вниз.

Клуб встретил меня мерцанием стробоскопа и грохотом музыки, вот просил же Аристарха убрать эту мерцающую штуку, ну вот к чему она тут, только эпилептические припадки провоцировать.

Я склонился к уху охранника, что дежурил у лестницы наверх.

— Срочно, всем передай, мне нужно найти официантку, Кикимора, которая, зеленоволосая. Предельно вежливо, осторожно и аккуратно задержать и привести ко мне. Ясно?

Он кивнул, и приложив палец к уху, что-то забормотал. Вот интересно, зачем они когда говорят, палец к наушнику прикладывают? У них там кнопка какая-то секретная что ли?

В кабинете, где мы отмечали Варьки не нашлось, только волк выл уже изрядно охрипшим голосом свое «Ууууу», да Емеля уютно лежал лицом на столе с блаженной улыбкой.

— Черт! — Выругался я.

— Ква! — Ответила мне из вороха ткани на диванчике крупная жаба, на которую я сразу уставился с изумлением. Это-то тут откуда?

С огромным трудом мне удалось вспомнить, что это новая сотрудница отдела, Рина, кажется. Она была царевной лягушкой, вот только с некоторыми нюансами, поцелуй превращал ее из жабы в красавицу, но он же способствовал и обратному процессу, это что же получается, кто-то из моих недавних собутыльников девушку поцеловал и оставил в таком виде?

Я беспомощно огляделся надеясь, что в кабинете обнаружится еще хоть кто-нибудь, может пьяный Виталя под столом? Или Варька за диванчик закатилась, но кроме лягушки и Емели, от которого даже трезвого толку было не много, не было никого.

Собственно, поэтому с обреченным вздохом, взял в руки крупную жабу и зажмурившись чмокнул ее.

— Ой! — Раздался девичий голос и передо мной предстала быстро краснеющая голая девица.

— Не ойкай! — Строго погразил я ей пальцем. — Краса где? И Виталий?

— Варвара Василисовна уехала. — Сообщила девушка, быстро натягивая на себя одежду. — Когда Вы с Риммой ушли, она Вас по матушке обложила, потом рукой махнула, позвонила кому-то и уехала домой.

Ну все понятно, вызвонила своего нового ухажёра и помчалась приятно завершать вечер.

— А Виталий, он на танц поле с этой стервой Златой. — Продолжала вещать девушка. — Она напоследок меня… Короче в лягушку превратила и ушла с ним.

Уже лучше, Виталя он человек действия, с ним дело иметь можно, ну и что, что я ему вечер обломаю, работа прежде всего.

Я чуть ли не бегом покинул уютный тихий кабинет и снова окунулся в атмосферу грохочущей музыки и мерцающего света.

Злату на танцполе я обнаружил без труда, с ведьмой все было просто, иди туда, где толпа мужиков и в ее центре обнаружишь ведьму, хорошо хоть она по моей просьбе перестала стравливать между собой поклонников, а то первое время охрана заведения только и была занята тем, что разнимала возникшие из-за нее драки.

Нет, Злата это конечно великолепно, но только Виталия в толпе не наблюдалось.

— Злат! — Я ухватил ведьму за локоток, та развернула ко мне свой мутный от алкоголя и возбуждения взгляд, в нем промелькнуло узнавание, и девушка попыталась меня поцеловать, прижавшись всем телом. — Стоп! Не время! Я на работе.

— Нуууу. — Надула губки красавица. — Ну разок!

В этот момент мне на плечо легла тяжелая рука и меня развернули на месте. Я уже ожидал, что меня сейчас будут бить, конфликты вокруг ведьмы я наблюдал не единожды, даже хотел для Института диск выпустить, что-нибудь вроде, «Лучшие драки спровоцированные Златославой», но так руки и не дошли. Развернувшись, я оказался лицом к лицу с Виталием и уже даже приготовился облегченно выдохнуть, когда парень сквозь зубы прошипел.

— Ты всех классных баб что ли себе забрать решил? — Пьян он был до умопомрачения. Все же он сделал огромную глупость связавшись с ведьмой, ну да, секс разнообразный и доступный, но она же ему откровенно мозги пудрит, нервы мотает, провоцируя на непойми что, очевидно же, что единственным ему у нее не быть, да и вообще не быть, раз уж он начал с ней вести себя как собственник, пошлет его Злата, возможно даже прямо сейчас.

Все эти мысли промелькнули в моей голове, пока я наблюдал то, как Виталий заносит руку, чтобы нанести мне сокрушительный удар, этому парню не нужны были никакие громовые перчатки, чтобы отправить меня туда, где осознанное и бессознательное встречаются друг с другом.

Я закрыл глаза, ожидая получить по морде, но вместо ожидаемого только почувствовал, как дёрнулась рука полицейского соскальзывая с моего плеча.

— Шеф! — Один из соловьевичей, обеспечивавших охрану в клубе, подергал меня за рукав. — Все в порядке?

Я открыл глаза и оглядел картину, вокруг нас на танц поле образовалась пустота, и лишь Злата с блаженной улыбкой извивалась в такт музыки. Виталий стоял на коленях пьяно рыча и вырываясь из рук пары соловьевичей.

— Так! Держите его. — Скомандовал я. — Поднимите голову вверх и разожмите чем-нибудь челюсти, если не получится, придётся выбить зубы, ничего, потом новые отрастут, а он будет знать, как меня хватать.

Зубы выбивать не пришлось, злобно сжатые челюсти разжали принесенной из бара ложкой, после чего я закинул в рот парню таблетку протрезвина.

Эх, хорошая штука эти Институтские препараты, мгновение и пьяный отморозок, пускавший изо рта пену, и угрожавший тебя убить, смотрит словно побитый щенок.

— Отпускайте. — Скомандовал я соловьевичам и помог Витале подняться. — Все объяснения потом. Скажи мне! Кто опрашивал народ в общежитии после того, как мы обнаружили половинку трупа.

— Я… — Смущенно пробормотал парень, ему явно было крайне стыдно за случившееся.

— Хорошо. — Кивнул я. — Ты лично проверил наличие всех или схалтурил и спрашивал у друзей на месте ли кто-то? Конкретно интересует один из Иванов.

— Ничего себе конкретно. — Как-то глупо усмехнулся полицейский. — У нас Иванов… — Я бросил на него строгий взгляд. — Я понял о ком речь, то, что парень жив здоров подтвердили пятеро свидетелей.

— И среди этих пятерых свидетелей трое медведей оборотней? — С усмешкой поинтересовался я. — И эти же пятеро или шестеро свидетелей подтвердили алиби оборотней по делу о повреждениях сейфа в банке.

— Ну… — Задумался Виталий. — Твою мать… Шеф!

— Ну вот! Теперь я шеф, а минуту назад морду мне бить собирался. — Вздохнул я. — Бегом! Задержать эту троицу и их друзей. Ребят. — Я повернулся к соловьевичам. — Кикимору задержали?

— Нет. — Пожал плечами один из них. — Она как в воду канула.

— Ну вот все и встает на свои места. — Вздохнул я, после чего кивнул Виталию. — Действуй. А я пока поеду к Варваре, она телефон отключила, но наверняка дома.

Виталий кивнул и поймав брошенный мною блистер с остатками протрезвина двинулся будить Емелю, я же направился к выходу. Время было дорого, нужно было как можно скорее обеспечить задержание этих ребят, а для этого, мне понадобится Варвара и как я предполагаю тот самый человек, с которым она нынче встречается.

Те взгляды, которыми они со Вторым обменивались при последних встречах я не заметить не мог, ну а что, за них можно только порадоваться, он как раз ее типаж, сильный, властный, надежный, а она… Она сама знает, как себя вести и что делать, кто в этой парочке хитрее и умнее еще неизвестно, соловьевич конечно далеко шагнул в своем прогрессе, но Варька изначально создавалась такой, кем он стал вот только недавно. Так что…

Я вышел на улицу и поежился, апрельские ночи в Сибири пусть и весенние, но все же еще морозные. Достав из кармана ключи от машины я чертыхнулся, приехали то мы вчера сюда на Василисином «Порше», она наотрез отказалась садиться в мою колымагу при наличии, как она выразилась «нормального авто», и теперь я стоял перед стоянкой, забитой чужими машинами в то время, как моя, была мирно запаркована перед подъездом.

На счастье, передо мной тут же остановилась старенькая мазда и знакомый улыбчивый паренек за ее рулем, приветственно замахал рукой.

— Привет! Вы домой? — Спросил он. — Довезу со скидкой, как постоянного клиента!

— Со скидкой не надо. — Выдохнул я, садясь в авто. — С ветерком надо. Время дорого.

— Время деньги. — Хохотнул он и резко стартанул с места. — А Вы же в Институте работаете?

Разговаривать с ним мне сейчас совершенно не хотелось, но парню явно было скучно, и хотелось поговорить.

— В Институте. — Коротко ответил я.

— И я Институтский. — Ослепительно улыбнулся мне водитель, поворачиваясь и заодно паркуясь у темной обочины. — Представляете какое совпадение, я персонаж из сказки «Храбрый портняжка».

И вот тут я вспомнил, где я его видел, тем самым вечером, когда я вмешался в конфликт охраны и группы отморозков. Вмешался в драку, которая мне была совершенно не нужна.

Я поднял на парня взгляд раздумывая, что же ему сказать такого.

— Семерых одним ударом! Представляете? — Не переставая улыбаться сообщил мне таксист. — Вот так!

Если бы знать, к чему все это приведет, то по морде, сегодня, я бы предпочел получить от Виталия, оно бы вышло и менее болезненно и последствия имело не такие катастрофические, а теперь, я явственно услышал, как крошатся мои зубы и трещит челюсть, может она с таким звуком ломалась, а может это трещали мышцы, которые ее держали. Вот и зачем, спрашивается думать о таких глупостях, когда теряешь сознание?

Сознание возвращалось неохотно, мир встречал меня жуткой ноющей болью, болело лицо, а особенно нижняя челюсть, ныли зубы, вернее десны, передних зубов у меня больше не было, опять…

— Ну вот спрашивается и зачем его было так бить? — Услышал я знакомый женский голос. — Жень! Если бы я хотела его изувечить, то направила бы вон Мишку.

— Если бы за рулем был Миша, то охрана клуба точно не позволила бы этому олуху сесть в машину. А что получилось так… Ну так, а чего он? К тому же все равно эликсир, восстанавливающий при нем, нашелся.

— Балбес. — Как-то обреченно сообщила ему Ирина Кикимора, которая стояла рядом с кроватью, к которой я был прикован. Основательной такой, я вам скажу кроватью, которая словно бы и создавалась для того, чтобы к ней людей привязывали. Стоп! А ведь все так и есть, они же привезли меня не куда-нибудь. Они привезли меня на квартиру той самой местной эскортницы, которая оставила ключи подруге и передала ей на разок постоянного клиента. — Мы этот эликсир могли продать, ты представляешь, сколько такой флакончик стоит?

Я приоткрыл глаза и постарался аккуратно осмотреться.

— Ир. — Раздался глухой бас. — Он проснулся!

Теперь скрываться смысла не было. Я огляделся. Ну так и есть, альков, темные портьеры, огромная кровать к спинке которой я прикован наручниками, причем оформлены мои оковы были в игривый розовый мех, под которым чествовалась крепкая сталь.

— Ир! А почему ты не на смене? — Проворно возмутился я. — До закрытия клуба еще работать и работать.

— Я уволилась. — Сообщила мне Кикимора, присаживаясь на край кровати и ласково улыбаясь. — Не умею я работать. Вот сколько не пытались меня к этому делу пристроить, всегда через день другой, я понимала, что это не мое. Вот и официанткой быть не приятно, всякие жлобы тебе на задницу пялятся, потрогать норовят, мажорки мелкие хамят. Вот, кстати, скажи мне, Дим. Чем я хуже той мелкой дуры, что сегодня с тобой сидела? Почему она сидела в твоей компании, а я разносила напитки?

— Ну. — Я задумался. — Римма, усердная, трудолюбивая, она добивается всего своими силами.

— Ой да ладно. — Как-то мерзко рассмеялась девушка. — Все знают, какими она силами чего добивается, Бессмертный просто так кредиты не раздает, а еще поговаривают ты ей квартиру купил, в своем подъезде, чтобы значит далеко не ходить. Любишь молоденьких?

Вот несмотря на всю ту мерзость, что она сейчас говорила, я по какой-то причине просто не мог на нее злиться, больше того, я даже на полном серьезе начал задаваться вопросом, а действительно почему Римма сегодня сидела со мной там, потому что, куда как интереснее было провести время с Кикиморой.

— Ну вот! — Девушка с улыбкой провела пальчиком по моим губам. — Ты сам все начал понимать.

— Что за фигня творится? — Мне стоило огромных усилий, чтобы не поцеловать ее палец.

— Феромоны! — Охотно пояснила Ирина. — Но не то дерьмо, которое продают в магазинах для взрослых, а настоящие. Видишь ли, у меня есть некий дар, природный, как нечисть домашняя, я очень хорошо понимаю в, так сказать, бытовой химии. Не той, что чистящие средства, а химии для жизни, я, к примеру, могу собрать идеальный набор специй к блюду, или там чайный сбор, да вот хотя бы вспомни тот состав, которым я твоего шерстистого приятеля потчевала, чтобы он ничего вынюхать не смог?

— И при всех этих талантах, ты без работы, и занимаешься какой-то фигней? Мелкие кражи, убийства, попытки похищений? — Удивился я, и с удовольствием увидел, что Кикимора тоже удивленно приподняла бровь. — За последнее время вы убили двоих, плюс множество мелких краж по городу, которые вы совершили с помощью мантии невидимки, попытка ограбления банка, попытка похищения директора банка, это все уже числится за Вами. Может проще сдаться?

— Ваньку мы не убивали. — Со вздохом сообщила мне Кикимора. — Один из артефактов оказался с сюрпризом. Мы у Чуди, приобрели… — Она задумалась. — Нет приобрели, это когда за деньги, он подарил мне несколько предметов, среди которых две мантии, мешок и три шапки. Мантии работают не плохо, с ними что-то можно сделать, а вот мешок Ванька на себя натянул ну его и разрезало напополам, половина в мешке, половина снаружи.

— Ну что Чудя вы убили отрицать не станешь? — Усмехнулся я.

— А куда деваться было? — Со вздохом пожала плечами Кикимора. — В его смерти, кстати ты виноват. Ты у меня про него спросил, и я тогда поняла, что от уродца нужно избавляться. Да и честно признаться, надоел он. Как клиент никакой, от него и толку то было, что эти мантии…

— Ир! — Перебил я ее. — Я снова вопрос задам, при твоих талантах, зачем все это, я так понимаю ко всему еще и проституция?

— Я же говорила, работа не мое. — Скривилась Кикимора. — А проституция. Это самые легкие деньги, тебя кормят, поят, трахают, носят на руках и за это тебе еще и платят.

— Ириш! — Перебил Кикимору Алик, стоявший у окна. — Ну чего ты с ним, будто злодей из кино, ты ему еще все наши планы расскажи.

— Ах ну да! — Словно опомнилась девушка и снова провела пальцем по моим губам. — И вправду, чего это я, может потому, что давно ни с кем вот так просто не общалась?

Ее аромат пьянил, прикосновения будоражили, и я с неким смущением понял, что там внизу, у меня поднимается то, чему в данном конкретном случае вообще места быть не может.

— У него встал. — Хохотнул Алик. — Смотрите. Торчит!

— А у тебя бы не встал? — Одернул его очкастый Женя, после чего дерганый тут же заткнулся. — Феромоны.

— Они самые. — Усмехнулась девушка и склонилась ко мне. — С каждой минутой они действуют на тебя все сильнее, с каждым часом тебе будет все труднее сдерживаться и только ради моего прикосновения ты сделаешь все, что я тебе прикажу.

— С каждым днем ты будешь все ближе к цели, с каждой неделей, я стану все покорнее. — Передразнил я ее. — Дозировку надо было большую применять. А то ждать долго.

— Нельзя! — Вздохнула Кикимора. — Были бы мы наедине, тогда да, но тут кроме тебя и другие… самцы.

— Так это чего? — Уточнил я. — Как в фильме «Парфюмер»? Они тебя сожрут если переборщишь?

— Не сожрут… — Поморщилась Ирина, словно вспоминая что-то не приятное. — Но ты прав, идею по изготовлению, я взяла из этого фильма. Пот, после жаркого страстного секса. — Эти слова она прошептала мне на ухо да так сладко и страстно.

— Слушай! — Попытался я отвлечься. — А твои мальчики, вон те трое, знают, что это именно ты Машу с лестницы то сковырнула? Знают, что ты убийца их подруги?

— Знают. — Легко сообщила мне Кикимора. — Я с ними все обсудила, прежде чем делать, они ничего против не имели, им та Маша кто? Знакомая! А я любимая женщина! Причем, обрати внимание, без всяких феромонов. Мальчики со мной еще с тех времен, когда я из своих способностей только про телекинез и знала. А ты, кстати, откуда знаешь, про то, что именно я Машку того?

— Так ты только что призналась. — Усмехнулся я в ответ и меня снова обдало волной желания, и вот какое мне дело до той Машки, если рядом эта красавица.

— Ну да… — Задумчиво произнесла девушка. — Неловко вышло, впрочем, ты же никому об этом не расскажешь? — Она снова склонилась ко мне, и я дернулся в наручниках, только не пытаясь вырваться, а в попытке поцеловать ее. — У Маши была та работа, о которой я мечтала. Дело, которому я могла бы посвятить жизнь.

— Ничего не делать и получать зарплату. — Констатировал я. Когда она ко мне не наклонялась желание немного отступало и я мог мыслить более разумно.

— Ну да. Работа на Бельского была мечтой. Ему не нужно было ничего, больше того, он готов был доплачивать, чтобы я не мозолила ему глаза. К сожалению, он пропал и меня уволили. — Кикимора горестно вздохнула, ну да, я бы тоже расстроился потеряй я такую работу. — Ну а дальше…

Что было дальше, мне узнать было не суждено, потому что в дверь забарабанили.

— Откройте! Полиция. — Раздался грубый голос, и я с самодовольной усмешкой откинулся на кровати.

Глава 15

На моем лице отразилось торжество, когда горе жулики, чертыхаясь заметались по комнате.

— Ну что, граждане бандиты. Вот и наступил вам карачун. — В голосе моем просто сквозило ехидство и самодовольство, ну конечно, наверняка же, Виталя объявил уже мой розыск по городу, встретился с Варькой, узнал, что я к ней не приезжал и все. Вычислил машину на которой я уезжал от клуба, а дальше дело техники, город не большой, нашли значится, куда меня жулики умыкнули.

— Заткните ему пасть. — Велела Ирина, кивая на меня и в то же мгновение Алик, метнулся к тумбочке, из которой вытащил красный шарик на ремешках, я такой в фильме видел «Криминальное чтиво» и никаких добрых ассоциаций он у меня не вызывал. Попытавшись было сопротивляться, я получил кулаком под дых, после чего шарик плотно и надежно заткнул мой рот. — Миша! Ты на кухню, Паша ты в ванной спрячься, я их сейчас запущу, ну а там, как кривая выведет.

Кикимора несколько раз глубоко вздохнула после чего нацепила на лицо широкую улыбку. Вот именно нацепила, она возникла у нее словно предмет туалета, словно она репетировала ее часами у зеркала, хотя так скорее всего и было. Расстегнув несколько, пуговиц на блузке, она секунду подумала и подвернула пояс юбки, чтобы ее подол поднялся выше, открывая на всеобщее обозрение ее красивые бедра, после чего направилась к входной двери.

— Иду-иду. Не шумите, соседей разбудите. — Раздался шум открывающихся замков и снова голос Ирины уточнил. — Ребят! Чего не спится?

— Да мы бы и рады вздремнуть. — Как-то проворковал молодой мужской голос.

— Отставить. — Строго велел второй. — Сигнал поступил, что в эту квартиру вносили бесчувственное тело, возможно труп.

— Вот прямо в эту квартиру? — Удивилась Ирина.

— В эту, в эту. Вы, кстати не хозяйка, кто Вы такая и что тут делаете? — Снова жесткий строгий голос, вот это настоящий полицейский, сразу видно, если останусь в живых я у Сан Саныча для этого человека премию попрошу.

— Хозяйка на курорте, отдыхает. — Томно вздохнула Кикимора. — Меня попросила за квартирой присмотреть, вот только бесчувственных тел у нас тут нет. Если хотите, зайдите да проверьте. Раздались тяжелые шаги и в дверном проеме появилась мужская фигура с коротким автоматом в руках.

— А это что за? — Только и успел вымолвить полицейский, когда из темного угла ему на встречу вышел один из братьев медведей и мгновенно приняв форму зверя, страшной когтистой лапой ударил полицейского по горлу, из коридора раздалась автоматная очередь, видимо тот, второй полицейский, понял, что что-то не то в этой квартире и успел открыл стрельбу. Впрочем, выстрелы очень быстро смолкли.

— Твою мать! — Кикимора ввалилась в комнату, за ней следовал Женя.

— Ирк! — Из коридора пробасил один из медведей оборотней. — Этот козел Алика подстрелил.

— Ну так добей. — Вызверилась Кикимора бешено, вращая глазами и крутя головой. — Черт! Черт! Черт! Принесла же их нелегкая! Вот жили бы себе дальше.

— Ир! — Осторожно коснулся ее очкарик. — Алик живой еще, зачем добивать.

— А что ты с ним делать будешь? — Взвизгнула девушка. — С собой потащишь? Единственное восстанавливающее зелье, что у нас было, пришлось на него вон тратить! Пакуйте его и поехали быстрее.

Из коридора раздался хриплый всхлип и на одного злоумышленника в банде стало меньше, ну что ж мне это на руку, а дерганый Алик мне все равно никогда не нравился, хотя они все мне не особо, ну кроме Кикиморы, вот с ней я бы сейчас…

Снова удар и я отправляюсь в объятия темноты. Как там было? «Ступай скорей в объятия тьмы, твои друзья отныне мы…» Кто мы? Откуда эта фраза? И вообще, зачем я ее сейчас вспомнил?

Сознание возвращалось неохотно, нет все же не самый лучший способ отправлять человека в великое бессознательное путем нанесения побоев, способ уж до боли ненадежный, никак не рассчитать время, на которое клиент засыпает, к тому же нет никаких гарантий, что снова придёт в себя. Вот, к примеру сейчас, если бы до повторного путешествия в темноту я не принял восстанавливающий эликсир, то вполне и загнуться бы мог, этот чертов очкарик имеет просто убийственный удар, а вот рассчитывать силы совершенно не умеет.

— Ну слава богу. — Выдохнула Кикимора, которая до это усердно поливала мое лицо водой и хлестала мягкой ладошкой по щекам. — Пришел в себя. Женька, идиот конченый, вообще сил своих не соизмеряет.

— Сама себе свиту выбирала. — Скривился я. Голова болела жутко, да еще эти зубы… На месте тех, что мне выбил очкарик на кануне ночью, уже начали резаться новые, здоровые и красивые, вот только десны чесались и болели одновременно, не удивительно, что младенцы вечно плачут, когда у них зубы растут. — Да и сама ты, уж извини, разумом не блещешь. Это же надо, обладая такими талантами, вляпаться вот во все это. — Я кивнул вокруг. Кстати, где это мы?

Вокруг царил полумрак, тесное душное помещение освещали несколько ручных фонариков, аккуратно установленных по углам комнаты. Сама комнатенка была узкой и вытянутой, всего то квадратов десять двенадцать, зато все стены у нее были обвешаны плакатами, вырезками из журналов, картинками, общего в которых было одно, эротическое содержание, но главное, что на самом почётном и видном месте, среди всего этого разнообразия эротической печатной продукции, были наклеены фото, на которых была изображена моя новая знакомица.

— Да уж. — Вздохнул я. — Если бы мы логово Чудя тогда нашли, то все сразу бы встало на свои места. Вот не стыдно тебе? Охмурила, использовала, потом убила. А Ир?

— Он за все страдания получил сполна. — Отмахнулась девушка. — Да и убила его не я, а Мишка. Я только приманкой выступала.

— И планировала. — Продолжил я. — И была организатором, и идейным вдохновителем, и приманкой заодно. Влюбленный дурачок ведь к тебе на свидание пришел.

— Судьба у него такая. — Пожала плечами девушка. — Не он первый, не он последний кто принимает смерть ради женщины.

Меня немного коробил этот ее цинизм, вот неужели она и вправду не понимает, что все то, что она делает, это неправильно, это полнейший бред. Может она маньячка какая-то?

Ирина подсела ко мне поближе, и я снова уловил тот самый аромат, нет она не маньячка, она просто заблудившаяся девочка, или даже нет, она жертва, это парни ее подставили, они заставили красивую, одаренную девчонку, творить зло. Самостоятельно она бы до такого не додумалась. Они ее скорее всего шантажировали.

Кикимора самодовольно посмотрела на меня и сев мне на ноги так, что ни оказались плотно прижаты к полу, начала расстёгивать мою рубашку.

Наваждение, чертово наваждение вызванное феромонами, все это бред, те мысли что сейчас роятся в моей голове, это не мои мысли, я задержал дыхание и почувствовал, что меня сильно тошнит. Сотрясение мозга. Ну да, такие удары не проходят бесследно. Я резко дернул головой из стороны в сторону и меня стошнило.

Кикимора взвизгнула и соскочила с меня.

— Идиот! — Выругалась она, на что я лишь рассмеялся.

— Ир! Слушай. — Просмеявшись наконец уточнил я. — А чего Вам вообще от меня нужно? Вот к чему вся эта чехарда с похищением, с убийствами? Зачем я вам? Я ведь абсолютно бесполезен!

— Не ври мне! — Усмехнулась Кикимора. — Я своими глазами все видела. Мне нужен твой талант?

— Это какой еще? — Удивлению моему не было предела. — Если ты про то, что я кончиком языка до левой брови достать могу, так это я врал, чтобы казаться солиднее!

— Хватит дурака валять! — Взвизгнула девушка, похоже ее нервы тоже были на пределе, все валилось у нее сегодня из рук и шло не по плану. — Я про талант вскрывать замки. Я лично видела. Как ты, прикоснувшись к замку открыл его!

Ржал я, наверное, минут пять, не обращая внимания ни на крики, ни на злобные пинки, ни на ласковые прикосновения, направленные на то, чтобы вызвать у меня очередной феромоновый трип. Смеялся я искренне и беззаветно, отдавшись этому процессу полностью. Это же надо было такому случиться, что дурацкая шутка так обернётся. Ирина и вправду видела, как я прикосновение вскрыл замок, вот только в тот момент у меня между пальцами был зажат брелок с разрыв травой, служебным артефактом, которым были экипированы все полицейские, знай она об этом, то просто могла бы вытащит такой, ну допустим, у спящего на столе Емели из кармана. Или добыть еще каким не мудрящим образом.

— Помнишь тот день, когда ты парней избил? — Начала очередной рассказ Кикимора, ну вот действительно, стереотипный злодей, хлебом ее не корми, дай рассказать про свои похождения и планы. — Так вот, тогда Женька прокрался в кабинет карлика и стащил выручку. Мы этого не панировали, чистый экспромт, он в принципе парень такой, отчаянный, рисковый, способный быстро думать и принимать решения. Вот и тогда, вместо того чтобы участвовать в мордобое, он предпочел денег поднять. Так вот! Вы в кабинете разговаривали, что в сейфе у Аристарха денег полно, он это услышал и мы решили, что я устроюсь туда на работу, осмотрюсь, и мы эти денежки заберем. В тот момент, мы планировали банк грабить, как раз в ту ночь Потап пытался сейф взломать, а тут, новая цель, и не менее сладкая. Ну и вот, я когда пришла с тобой, тогда-то и выяснилось, что Вы меры безопасности усилили, двери поставили, охрану. — Она села рядом со мной на пол, вытянула ноги и снова я почувствовал неуловимый запах и тягу к ней. — В итоге беспрепятственно наверх только та блондинистая дылда ходила, которую ты пялишь, вот я и решила, что заменю ее на время.

— И свернула ей ногу. — Кивнул я. — Ну а что, логично, так ты получаешь доступ наверх, а при необходимости, можешь чуть дольше подержать дверь, чтобы твой приятель в мантии мог проникнуть. Сейф у Аристарха не то, что в банке, ему бы и грубой медвежьей силы хватило.

— Ну да! — Она потерлась об меня плечиком. — Но банк все же был основной целью, поэтому мы попытались похитить банкира. Ты представляешь, судьба, мне коллега позвонила, говорит, одержим он мной, навсегда она мне его не отдаст, это ее клиент, но на пару раз, легко, да еще и квартиру предоставит, своей то у меня нет. — Произнесла она с такой грустью, что мне тут же захотелось приобрести ей жилье, да и вообще, зачем ей этот банк, сейф Аристарха, у меня же в клубе в кабинете целая коробка долларов, я могу ей ее отдать и все будет здорово. — В общем, судьба! Но парни все запороли, клиент сорвался, а сегодня, когда он меня увидел, якобы случайно, то так быстро рванул к ближайшему полицейскому, что я сразу поняла, пришло время для крайних мер. А крайняя мера это ты. Человек умеющий прикосновением вскрывать замки.

— Это да! — Согласно вздохнул я. — Но боюсь! В данном случае, прав был мой папаша, я сплошное разочарование. Ничего не получится моя хорошая.

— Получится, Димочка, получится. — ласково пропела она. — Лишняя капелька моих чудесных духов и все у нас получится.

Кикимора вытащила невесть откуда малюсенький пузырек из темного толстого стекла и вынула резиновую пробку.

— Ты бы знал, сколько труда мне стоило наполнить его. — Пожаловалась девушка. — И трачу я эти духи с огромной неохотой, обычно одной капельки хватает, чтобы мужик мечтал о том, чтобы мне угодить во всех прихотях, но вот ты, остолоп и хам, который просто вот не желает сделать девушке приятно. — Я молчал, ну не стану же я ей говорить, что я желаю, мечтаю, но не могу, ну не умею я открывать замков, не научился. Причем, спроси она у меня напрямую, чем я это делаю или попроси отдать разрыв траву, я бы это сделал с удовольствием.

Кикимора заткнула горловину пузырька пальцем, затем склонилась ко мне с соблазнительной усмешкой и тонким пальчиком провела сначала у тебя за ушком, потом между грудей, и ее палец опускался все ниже… ниже…

Я не удержался и взревев кинулся к девушке, сдержали меня лишь наручники, которыми я был прикован к батарее, но мое движение напугало ее, она отпрянула, попятилась и упала на задницу попутно опрокинув на себя пузырек.

Не знаю уж сколько там капель из него вытекло на ее руки и одежду, но я взревел словно возбужденный бык, и роняя с губ кровавую пену начал рваться в наручниках. Тяжелая, советская чугунная батарея, не выдержала напора и оторвалась от стены, я снова взревел и в этот момент дверь открылась. На пороге появился один из братьев медведей. Он жадно втянул воздух ноздрями и спустя мгновение, на его месте уже стоял на задних лапах огромный, с трудом помещавшийся в дверной проем зверь.

Кикимора несколько секунд сидела, глядя на медведя, а потом увидела нечто, что заставило ее испуганно взвизгнуть и начать пятиться ко мне. Все дело было в том, что на мишку феромоны тоже подействовали, и он выказывал все признаки того, что готов к акту чистой любви, не омраченной ничем.

Я тоже заревел, и кикимора взвизгнула повторно, сейчас она оказалась меж двух огней, с одной стороны я, тянущий за собой батарею, с кровоточащими лохмотьями кожи на запястьях, разодранных наручниками, с другой возбужденный медведь. Добил ее рев еще двух медвежьих глоток, видимо аромат феромонов дошел до соседней комнаты, где обретались и оставшиеся двое братьев. Ирина подскочила к старому шкафу, стоявшему возле стены, и опрокинула его, за шкафом обнаружился еще один дверной проем, по всей видимости тайный лаз, на случай прихода врагов. Кикимора юркнула в него рыбкой и исчезла в темноте, за ней приняв человеческое обличье, друг за другом ринулись три брата медведя, видимо до них дошло, что в своей звериной форме они просто не пролезут в узкий дверной проем. Я тоже попытался было последовать за ними, я очень хотел туда, к ней в темноту, чтобы снова оказаться рядом, прижать к себе ее горячее тело, срывая одежды, боже, что за женщина эта Кикимора, я таких до этого не встречал никогда и никогда не встречу, потому что она особенная.

Батарея, к которой я был прикован и которую я сорвал со стены стесняла мои движения, а вмурованные в стену трубы, отказывались отпускать меня изгибаясь от моих усилий и позволяя чуть свободнее перемещаться по комнате, но все же крепко сдерживая мой натиск.

Минут через двадцать метаний и попыток отгрызть себе руки, я понял, что за Ирочкой последовать не смогу, поэтому я улегся на то место, куда она не так давно упала и вдохнул аромат, ее аромат, запах самой любимой и желанной женщины. Звякнул пузырек толстого стекла проливая остатки духов, и я снова взвыл раненным зверем, после чего лег на пол и принялся кататься, старясь как можно сильнее изваляться в этом запахе, чтобы он проник в каждую складочку моей одежды, в каждую пору кожи. Я урчал и рычал словно опьянённый валерьянкой кот и катался, катался, катался!

Блаженное безумие овладело мной, рвалась о бетонный пол одежда, в кровь истиралась кожа, но мне было плевать, хоть чуточка моей любимой, но будет сейчас тут, на мне.

Я понятия не имею, сколько это длилось, время просто перестало существовать для меня, как и все остальное, никто не приходил ко мне, никто не пытался остановить.

Очнулся я благодаря голоду и жажде, в какой-то момент, осознание того, что мне нужно попить и поесть, пересилили это противоестественное желание близости с одной конкретной женщиной и вот тогда я начал приходить в себя.

Тело и лицо саднило, валяясь по шершавому бетонному полу я во многих местах сорвал себе кожу до самого мяса, думаю, если бы не остаточное действие эликсира, я бы тут просто истек кровью, от ран полученных подобным нелепым образом. Одежда превратилась в лохмотья, а что самое главное, я похоже настолько потерял человеческий облик, что справлял нужду под себя, от того, бурые пятна на полу были не всегда кровавыми.

Я поморщился от отвращения. Нет, Кикимора не должна покинуть Караваев ни при каких условиях, если бы эта девчонка была хоть капельку умнее, она бы с такими талантами пол мира захватила, пробралась бы на какой-нибудь прием большой семерки и все, главы, огромных стран были бы готовы пустить в ход ядерный арсенал, ради ее улыбки. Нет, ну какой дурой надо быть, чтобы вместо реального обретения власти и богатства заниматься кражами? Или может быть содержимое пузырька, осколки которого частично были разбросаны по полу, а частично торчали из моего тела, добыть было не так уж и просто? Вопросы без ответов, да мне сейчас и не ими нужно было заниматься.

Меня мучала жажда, страшная и лютая, жажда человека, который не пил несколько дней, поесть бы, конечно, тоже не помешало, и помыться, и раны обработать, но жажда, стояла на первом месте. Видимо только благодаря ей и отступило наваждение Кикиморы, мозг понял, что если не переключится на первостепенные задачи, то умрет, и поэтому приложил все силы, чтобы я пробудился, пришел в себя.

Я попытался встать, батарея к которой я все еще был прикован, тянула вниз, но дело было не в ней, дело было в трубах, не дававших мне передвигаться, изогнутых искорёженных, но все еще державших меня.

Глянув на свои изувеченные наручниками запястья, я чертыхнулся, нет все же Кикимора полная дура, если бы я и умел вскрывать замки, что мне помешало бы снять эти наручники? Дура, чертова дура! Вот сколько же неприятностей от идиотов…

Я огляделся по сторонам в поиске чего либо, что могло мне помочь. Опрокинутый шкаф, некогда закрывавший тайный выход из комнатки, несколько металлических тумбочек непонятного назначения, покрытых мерзкой светло зеленой краской, и грязь. Хорошо хоть фонарики, дававшие свет до сих пор работали, повезло мне, что живу в эпоху светодиодов, была бы лампочка обычная, батарейки давно бы сели и я остался в кромешной тьме.

Трубы не давали мне полной свободы перемещения даже по комнате и мне удалось только с трудом добраться до одного из металлических шкафов в котором обнаружилась старая спецовка и, к моей радости, разводной ключ.

Взяв его в руку, я с трудом пристроил его на гайку соединявшую батарею с трубой и попытался ту открутить. Слежавшийся за десятилетия монолит пакли, краски и ржавчины не поддавался, к тому же, из-за наручников, которыми я был прикован к батарее, я не мог приложить всех сил, крутить было не удобно, я трижды впадал в ярость и истерику, раз сто ключ срывался, к тому же растревоженные раны на запястьях принялись довольно сильно кровоточить, но наконец то гайка подалась, одна труба освободилась, а главное, из нее тонким ручейком потекла ржавая застоявшаяся вода.

Я припал ртом к трубе стараясь не упустить ни капли, вода была мерзкая, отдававшая металлом и тухлятиной, но это была жидкость, так необходимая мне сейчас. К сожалению, она закончилась довольно быстро, я с сожалением слизал с трубы последние капли и даже попытался покрутить батареей там ведь тоже, наверняка была живительная влага.

Хотел бы я сказать, что со второй гайкой было справиться легче, да вот черта с два, это только в книжках пишут, что поняв, что ситуация решаема, герой обретает какую то там силу надежды и все у него идет как по маслу, черта с два, со второй гайкой я провозился еще дольше чем с первой, но в итоге, все же гордо встал на ноги держа в руках тяжеленую чугунную батарею. Ну и конечно, мой приз. Из второй трубы, как и из батареи потекла живительная влага.

Не знаю уж сколько я там сейчас бактерий нацеплял, какое спасибо мои почки мне скажут, за употребление столь богатой железом воды, но выпил я ее всю, до капли, и с удовольствием бы выпил еще столько же, если бы было.

Матерясь и чертыхаясь, я с трудом передвигая ноги вышел из комнаты, что стала моей тюрьмой и вполне могла бы превратиться в склеп, и принялся ругаться еще сильнее.

То помещение, где некогда располагались братья медведи, не слишком отличалось от того, где содержался я, ну разве что размером было побольше, вот только тут вдоль стен стояли аккуратными рядами двадцатилитровые бутыли с чистой водой. На стеллажах, лежали армейские сухие пайки и бесчисленное количество упаковок с лапшой быстрого приготовления, тут был накрыт стол с алкоголем и уже начавшим портиться мясом. Я значит там тухлую воду из труб высасываю, а тут вот…

Подскочив к одной из бутылей, я свернул ей крышку и наклонив к себе, жадно присосался к горлышку, вода вливалась в меня потоком, и я словно Кощей Бессмертный из недавно просмотренной сказки наполнялся силушкой богатырской. Вот только, к сожалению, это все была иллюзия, потому что, утолив наконец-то жажду, я попытался взять с полки сухой паек и не сумел, мне просто не хватило сил, чтобы поднять руки с батареей, пришлось подбородком скидывать пакет на пол, а там уже, сидя на четвереньках, потрошить его и с пола, словно собака, есть.

Был небольшой страх что, удовлетворив жажду и голод, вернется наваждение Кикиморы, ее феромоны никуда не делись, уверен они мне прямо в мясо въелись за то время, как я катался по полу. Но все обошлось, может мозг начал воспринимать их как угрозу, или может еще чего, но безумной страсти к Кикиморе, я больше не испытывал.

Что ко мне вернулась удача, я окончательно убедился, обнаружив свою куртку, аккуратно повешенную на спинку одного из стульев, что стояли вокруг стола, в ее кармане нашлись и ключи от квартиры, которые имели больше значение символичное, так как я ими ни разу не пользовался предпочитая, брелок в форме серебряной травинки, что висел рядом с ними.

Разрыв трава не подвела и в этот раз, щелкнули наручники, и я наконец то смог бросить на пол осточертевшую батарею.

Боже, Вы не представляете себе какую легкость испытывает человек, если ему не приходится таскать с собой кусок чугуна, какое это счастье и блаженство, сравниться с этим может только употребление воды, что простояла в системе отопления лет тридцать. Я расправил плечи и скривился от боли, тело болело, кожа болела, запястья те вообще отдавали невыносимой пульсирующей болью. Я был оборван, покалечен, окровавлен и весь измазан собственными экскрементами, но я был жив! Черт побери, я был жив, а мои противники… Впрочем они тоже скорее всего живы. Кикимора с медведями где-то там, в темноте. Надеюсь, они все же ее догнали и теперь вовсю развлекаются, феромонов то Ирина на себя вылила не мало, если меня без ее присутствия так заколбасило, то что говорить о братьях медведях, которые кроме мыслеобразов имеют вполне себе телесное воплощение идеала. Куда-то пропал очкарик Женя с его убийственным ударом, и удивительно, что он еще не заявился сюда. Вот его бы появление сейчас для меня было бы уж совсем лишним.

Я, вспомнив о своих врагах, решил не терять времени, по-быстрому обшарив бывшее логово Чудя, парень, кстати, очень неплохо устроился, целых две комнаты, пусть и непонятного назначения, пусть и по всей видимости на каких-то уж совсем нижних уровнях Института, но все же. В логово он натаскал всего необходимого, еды, воды немудрящей одежды, которой я был особенно рад, пусть по размеру она была мне и мала, но это хоть что-то. К тому же, часть ее я пустил на тряпки, намочив которые обмыл тело, промыл порезы и ссадины и даже смастерил какие-никакие перевязки на особо страшные на вид раны.

Закончив с гигиеной, я напоследок еще помародерил, собрав в нашедшийся рюкзак немного еды и несколько фляг с водой, к сожалению, других вещей, кроме куртки, найти не удалось, видимо мои громовые перчатки, ключ карту от дверей в клубе, телефон и бумажник, злоумышленники прихватили себе.

Кстати, вот отсутствие ключ карты меня беспокоило сильнее всего, значит, они все же попытаются обворовать сейф Аристарха. Надо было выбираться к людям как можно скорее, деньги то черт с ними, но ведь могли пострадать сотрудники, случайные свидетели, да и вообще…

Оглядев на прощание логово Чудя, я вздохнул и направился к выходу подсвечивая себе одним из фонариков. Мне предстоял долгий путь наверх. Вот, кстати, интересно, как это Кикимора с парнями сюда пробрались, значит есть какой то путь снаружи, путь пока не известный и не изученный. Впрочем, таких путей тут наверняка миллион, вот закончу с делами, точно надо будет с Василисой поговорить, о том, что работы по реконструкции подземных уровней главного корпуса Института, нужно ускорять, не дело это, чтобы на такой секретный и важный объект кто угодно проникнуть мог.

Глава 16

Блуждания в подземельях Института стали для меня уже делом привычным и рутинным, ну а что, в любом приключении должно быть место неизведанное, загадочное и опасное, а при нашем развитии цивилизации, с такими вот местами реальный дефицит. Подобная атмосфера могла бы сохраниться лишь в глухой тайге, где из людей встретить можно только староверов, которые по сей день прячутся от царя Петра, в каких-нибудь горных пещерах, на дне океана, да вот тут, в разветвленных подвалах бывшего советского секретного НИИ, которое строилось для того, чтобы сотрудники пережили, хоть прямое попадание тунгусского метеорита, хоть ядерную войну с последующей за ней ядерной зимой.

Логово Чудя располагалось по всей видимости, где-то очень глубоко, затворник предпочел удалиться ото всех настолько, чтобы его точно не нашли, а самое интересное заключалось в том, что даже на этом, глубочайшем уровне, мне то и дело встречались лестницы и спуски вниз, еще глубже, туда к центру земли. То ли советские физики ядерщики пытались докопаться, в свое время, до преисподней, то ли еще что, но подземелья тут были знатными.

Я, освещая себе путь фонариком старался, двигаясь вперед выискивать подъёмы наверх, вся прелесть заключалась в том, что в подвале заблудиться очень сложно, так или иначе, лестница за лестницей, но я выберусь в жилые сектора, ну а там… Там горячий душ, вкусная свежая еда, мягкие объятия любящей женщины. Там цивилизация!

Ну а пока, шаг за шагом опираясь рукой о стену, я продвигался вперед, освещая перед собой пространство узким лучиком фонаря, ко всему еще и раны на запястьях начали довольно сильно кровоточить, импровизированная повязка вся пропиталась кровью и та, принялась капать на бетонный пол. И вот тут меня накрыла паника, что если я, в то время как катался, словно обезумевший от валерьянки кот, повредил себе наручниками какие-то вены, что, если я сейчас истеку кровью, помру тут в этих подвалах, и мой мумифицированный труп найдут только при их реконструкции?

Нет, нет, нет! Такого не должно произойти ни в коем случае, я не хочу так сдохнуть. Не! Хочу!

Я ускорил шаг, насколько сумел и даже ускорившись пролетел очередные две лестницы вверх, было бы не плохо обнаружить нормальную лестницу, которая вела бы отсюда до самого верха, пусть мрачные и казённые проемы советской постройки, но такую, которая подняла бы меня не на один а хотя бы десяток уровней, но нет, уже даже на тех этажах, где размещалась штаб квартира «братства», перемещение осуществлялось по металлическим техническим лестницам, а тут они ко всему еще и располагались в совершенно непредсказуемых местах и были абсолютно ржавыми.

С одной из таких лестниц я уже чуть было не сорвался, когда болты, крепившие ее к стене с противным звуком, обломились и металлическая конструкция, по которой я полз, начала заваливаться под моим весом. Пришлось быстро спускаться и искать новый, более надежный путь наверх.

В общем, подземелья Института, как всегда, были ко мне не дружелюбны, вспомнился тот самый первый раз, когда я полз по техническому тоннелю, как в его конце обнаружил запертую гермодверь и то отчаяние, которое в тот момент меня охватило.

Грустные воспоминания, капающая кровь и усталость делали свое дело, шаги мои замедлились, я начал шаркать ногами и все чаще останавливаться чтобы отдохнуть.

Очередные пропитавшиеся кровью тряпки полетели на пол и я, прикладывая неимоверные усилия, оторвал новые лоскуты от одежды, чтобы хоть как-то перетянуть ими запястья и остановить кровь. Сколько там ее в организме? Литров пять? Да нет, больше, мне от чего-то вспомнился возмущенный отзыв на пункт приема крови от одного из бесконечных пользователей интернета, тот жаловался, что у него там отказались принимать кровь в пятилитровых бутылях. Значит крови в человеке больше пяти литров, но вот насколько…

Тряпка вновь пропиталась и капли багровой жидкости потекли на пол. Кап! Кап! Отдавалось в моих ушах, хотя нет, ну как я могу слышать капающую кровь? Нет! Это не капли, это стук моего сердца! Тук! Тук! И ноги по бетону. Шарк! Шарк! При этом и тот и другой звук раздается в моих ушах все реже и реже.

Я сам не заметил того, как опершись спиной о стену, сполз на пол. Сил больше не было, ноги перестали подчиняться, глаза закрылись сами собой, и я погрузился в сон, по всей видимости в свой последний сон, без сновидений и возможности вернуться…

Ну и ладно! Ну и черт с ним! Смерть ждет каждого из нас, бояться ее глупо. А уж тем более мне, я-то с этой милой дамой накоротке, не первый раз я ступлю на простор серой степи, где меня наверняка опять встретит Яра, посмотрит на меня, поругает, да и отправит верхом на белом коне туда, где покой…

Вот только вместо Яры, открыв глаза я увидел две странных чумазых мордочки, совершенно не похожих на человеческие, эти существа трясли меня за плечо и что-то гомонили на непонятном языке. «Сла-сла-сла», это все, что мой воспаленный от усталости и кровопотери мозг мог разобрать.

— Позовите кого-нибудь. — Прохрипел я. — Василису, соловьевичей, Бабайку в конце концов… Позовите, я должен рассказать…

Существа еще немного погомонили вокруг, одно из них приложило к моим губам фляжку, которая оказалась наполнена молоком, а потом удалились прочь, таща за собой здоровенный чемодан.

Вот и что это сейчас было? Галлюцинация, скорее всего, даже для Института существа выглядели странновато, и вкус молока на губах, ладно бы воды, или алкоголя, но кто будет таскать с собой фляжку с молоком?

Я снова прикрыл глаза, и провалился в темноту, к счастью, в этом мраке не было серой равнины, а значит, жизнь все еще теплится во мне.

Приходил я в себя несколько раз, ненадолго, буквально на минуту другу, в первый раз от того, что меня хлестали по цекам и лили на лицо воду, второй, когда больно ударился о стену головой. Очнулся на мгновение, чтобы только понять, меня кто-то несет на себе, кряхтя и громко ругаясь.

Ну а в третий раз меня разбудил свет. Тут я в сознании задержался надолго, даже успел разобрать, что стоящий надо мной человек кричит в рацию.

— Сектор С, минус шестой уровень, Альфа здесь! — Буквально кричал мужской голос, принадлежавший одному из многочисленных представителей семейства соловьевичей. — Да откуда я знаю. Мне почем знать, что он тут делает, его приволокли с нижних уровней, срочно сюда наших и реанимацию, он совсем плох, большая кровопотеря, похоже он себе вены вскрыл или что-то еще.

Снова мрак, а потом… Открыв глаза я увидел заспанное и злое лицо Златы.

— Дим! Ну сколько можно? — Боже, какие же у нее красивые глаза, и как я раньше мог ее бояться? Она ведь просто чудо, мой ангел хранитель, золотце мое. Нет я не проникся внезапно любовью к ведьме, и это даже не было остаточное действие феромонов, которые наверняка все ещё были на моей коже, феромоны могли вызвать желание в отношении Кикиморы, а Злата… Ну просто увидев ее, я понял, что не все кончено, я жив и даже вскоре буду совершенно здоров.

— Как же от тебя воняет. — Между тем продолжала возмущаться ведьма. — Ты что? В дерьме купался?

— Валялся. — Поправил я ее. — В собственном дерьме, в чужих феромонах, а еще, я не знаю уже сколько не чистил зубы, так что вонять еще и изо рта может, хотя на фоне остального, это мелочи.

— Надо валить! — Вмешался в нашу беседу один из соловьевичей. — Сюда Черномор со своими идет. Кто-то, стуканул.

— А чего происходит? — Уточнил я с трудом вставая и опираясь на любезно подставленное плечо ведьмы.

— Да так. — Отмахнулась она. — У нас тут междоусобица небольшая, пока ты ошивался непойми, где, в Институте произошли некоторые события.

Завершить рассказ ей не дала короткая автоматная очередь, раздавшаяся неподалеку, ответил ей такой же стрекот.

— Все! Валим вниз! — Скомандовал соловьевич. — Тут нам не отбиться, у них численное преимущество, нельзя допустить, чтобы шеф попал в руки к Бессмертному.

— Шеф, это я. — Не спросил, а скорее сделал для себя вывод. — Но почему я должен избегать директора Института? Срок вроде не вышел.

— Бегом, бестолочь. — Злата потащила меня в сторону от стрельбы. — Все объясню. Помогите мне! — С другой стороны меня подхватил Бабайка, по всей видимости, это именно он меня сюда и притащил на себе, а еще я с удивлением увидел, тех странных существ, которые усердно пыхтя тащили свой чемодан, не отставая от нас.

— И все же. — Тяжело дыша выдохнул я.

— Ну. — Сквозь зубы сообщила мне ведьма. — Начнем с того, что твой роман с Василисой больше ни для кого не секрет. Боже, как же ты воняешь! Что это?

— Я же говорил, дерьмо. — Честно признался я. — Я в беспамятстве валялся несколько дней в том числе и гадил под себя. Какое сейчас вообще число?

— Седьмое. — Буркнула Злата. — Тебя неделю не было, и за эту неделю ты успел столько всего натворить и начудить, что сам не представляешь. Помимо дерьма что?

— Феромоны! — С гордостью сообщил я. — Зелье, которое должно было вызвать у меня безрассудное желание угождать.

— Фу. — Снова скривилась ведьма. — Что за дура его применила в таких количествах то? Ну ладно капельку, а от тебя прям несет. Единственное чего она бы добилась, так это, чтобы ты сдох на ней от инфаркта, после многих часов беспрерывного совокупления. Сказать и сделать ничего бы не смог, тебе было бы нужно иное.

— То есть ты про такую штуку знаешь? — Удивился я. — Сама пользовалась?

— Мне то зачем? — Даже немного оскорбилась девушка. — Дим, я красивая, я роскошная, я богиня в постели, за мной мужики табунами увиваются, и девушки, кстати тоже. Но про подобную дрянь я в курсе, кино смотрела одно, там мерзкий мужик, красивых теток убивал, чтобы с них собирать супераромат.

— Да-да, «Парфюмер» называется. — Кивнул я. — Похоже все его смотрели, а кого-то он еще и вдохновил на всякое не хорошее.

Сзади снова раздался стрекот автоматов.

— О! Похоже, наши сверху подоспели. — Сообщил нам соловьевич, подменяя Злату и подхватывая меня под руку. — Теперь время есть затеряться в подвалах. Черноморовы богатыри туда не сунутся, мы им уже дважды там глаз на нос натягивали, человек пятьдесят положили без потерь для себя.

— Да что у вас тут вообще происходит, — Не выдержал я.

Это что же получается, соловьевичи изо всех сил убивают богатырей, причем в массовых количествах, и откуда богатырей пол сотни, их всего тридцать три может быть…

— Воюем. — Лаконично ответил соловьевич и пожал плечами. — Если коротко, то сейчас в Институте, три группировки, мы, то бишь «братство» официально выступили на стороне Василисы, Черномор со своими парнями, сохранили верность Бессмертному, их меньше, но в их руках воображлятор, а значит бесконечная подпитка ресурсами, ну и наш родитель, Соловей, с теми соловьевичами, что либо пока не приняли проклятие разума, либо уже для себя решили, что тупым отморозком быть проще и веселее.

— Проклятие разума? — Не понял я.

— Это я его так называю. — Хохотнул соловьевич. — Звучит красиво.

— Ногами шевели. Романтик, блин! — Ругнулась Злата. — Вечно наше счастье продолжаться не может, покрошат богатыри ваших и в погоню.

— Уже. — С сожалением сообщил нам соловьевич. — Тут уже рация не берет, но пока связь была, пацаны попрощались со всеми!

— Мертвы? — С удивлением воскликнул я и остановился. — Из-за меня? Да к черту такое спасение, не хочу, чтобы из-за меня люди гибли.

— Это же соловьевичи… — Попыталась было вмешаться ведьма.

— Это люди, Злат. Такие же как ты или я. — Я пристально посмотрел ей в глаза.

— Вот поэтому и стоит за тебя гибнуть, шеф. — Рассмеялся парень и ухватив меня за шкирку одним махом взвалил на плечо. — К нам как к людям то особо никто тут не относится, так же вон, как к твоим приятелям. — Он кивнул на странных чудиков с чемоданом и облегченно вздохнувшего Бабайку, который так все это время и помогал меня тащить. — Мы расходный материал, они брак, а теперь, появилась возможность все поменять, поэтому и гибнут парни не за тебя, а за себя, за свободу, равенство и братство, так сказать.

— Да что же у вас тут происходит… — Снова повторил я свой вопрос, оставшийся опять без ответа.

Меня тащили словно мешок с картошкой, попеременно передавая от одного соловьевича к другом, пока мы наконец не оказались у знакомого бункера, двери в который, впрочем, были на этот раз закрыты.

Тот самый соловьевич, что нес меня первым подошел к устройству спрятанному в стене и по всей видимости служившим связью с бункером и скороговоркой проговорил в него, кто он, кто с ним, и еще какие-то числовые коды.

— Конспираторы хреновы. — Буркнула себе под нос Злата. — Опомнились. Прикинь, когда все началось, выяснилось, что у них по базе шпионов Соловья околачивается полтора десятка, причем как выяснилось, почти все они сами признались, сказали, что им стыдно за то, какими они были и они хотят вот как все, умными значит стать, а если бы не признались то, так бы и продолжалось, они же на вид ничем не отличаются.

Дверь, тяжело и уныло заскрипев, открылась, и нас встретили десятка три вооруженных людей, среди которых я с удивлением увидел и нескольких Емель, причем, один из них мне радостно помахал рукой, по всей видимости это был наш, отдельский Емеля.

— Шеф! — Радостно раскинув руки ко мне двинулся Второй, но тут же сморщил нос и отпрянул.

— Да-да. — Понимающе закивал я. — Все объятия после душа. Второй, мне бы отдохнуть немного, смерть по всей видимости отступила, но я с ног валюсь.

— Дима! — Как только мы вошли в просторный холл бывшего бомбоубежища, у меня на шее повисла Варька. Эту, вонь не смутила, впрочем, она тут же от меня отпрянула и как-то искоса глянула на Второго, ну да, вот так, отношения они такие, теперь уже и не пообнимаешься с кем хочешь, когда захочешь. — Мы весь город перерыли, пока тебя искали. Но от квартиры, где полицейских расстреляли, твой след потерялся в лесу, а дядька Фрол еще не проснулся. — Затараторила она.

— Стоп! — Прервал я девушку. — Подожди, мне надо вымыться, поесть, а потом по ситуации, либо я сразу усну, либо расскажу, что и как, а потом выслушаю тебя.

Разговоры пришлось отложить, потому что после того, как меня отвели в душ, а после покормили, я отрубился прямо за столом и сколько проспал, понятия не имею, потому как телефона у меня не было, по всей видимости, похитители избавились от него сразу.

Открыв глаза, я вздрогнул, потому что обнаружил себя снова в узком длинном помещении более всего походящим на кладовку, оно было даже меньше того, где меня держали похитители, успокаивало только то, что я не был прикован к батарее, да и расположился на пусть узкой и не удобной, но все же раскладушке с брезентовым основанием.

Еще пять таких же раскладушек располагались вдоль стен, и на одной из них вдохновенно храпя спал Бабайка. Его похоже поселили со мной просто по той причине, что не знали, что с ним делать. Под раскладушкой Бабайки на полу лежал чемодан, на котором так же подсвистывая спали двое чудиков.

Я ласково посмотрел на них, если бы не эти двое, то я бы точно умер там, на нижних уровнях, да и Бабайка, который самоотверженно вынес меня наверх… Вот выживу, точно найду способ их отблагодарить.

Аккуратно спустив ноги с раскладушки, я встал, и стараясь не шуметь, направился прочь из комнаты.

Картина, встретившая меня в холле штаба «браства» была совершенно привычной, соловьевичи, сидели у мониторов и что-то наговаривали в гарнитуры, вот только, двери в бомбоубежище были закрыты, столы сдвинуты в центр помещения, застелены какими-то планами и чертежами и вокруг них суетились люди, а еще, на некоторых мониторах время от времени были видны перестрелки, а иногда и трупы.

— Господа. — Громогласно провозгласил я о своем присутствии. — Кто-нибудь мне пояснит, что же тут происходит?

— Проснулся! — Радостно улыбнулась мне Варька. — Пошли в столовую, там я тебе все и расскажу.

Она отвела меня в отдельное помещение с длинными столами и такими де длинными скамьями, где вручила стальную плошку каши с мясом и граненый стакан компота.

— У нас без разносолов. — Словно оправдываясь начала она, но я уже не слушал, наворачивая предложенную еду. Боже как же вкусно это было, и дело даже не в том, что я долго не ел ничего нормального и буквально стоял недавно на грани смерти, просто вот такую кашу с тушенкой я в последний раз ел, наверное, в детстве, а уж компот из сухофруктов, это не стареющая и любимая классика. Когда я наконец насытился и откинулся на скамейке, я начал рассказывать ей свою историю, начиная с того момента, как мы с Риммой поднялись ко мне и она рассказала, о подлой Кикиморе. Затем я рассказал, как искал ее, от чего Краса почему-то покраснела, видимо в это время, она как раз развлекалась со своим новым бой френдом. Потом поведал, как меня похитили, затем, как братья-медведи убили полицейских, ну а потом, все по порядку. Феромоны, пролитый флакон, побег и чудесное спасение.

— Ну да. — Кивнула Краса, слушавшая меня до этого молча и очень внимательно. — Эти ребята, Вифсла и Тофста, они тебя обнаружили уже почти у обитаемых этажей. Подробностей их рассказа я конечно не поняла, больно уж они выражаются невнятно, но они привели к тебе Бабайку, а он уже притащил тебя наверх. И ты бы знал, как тебе повезло, что первыми его встретили наши…

— Да что же у вас происходит? — Неизвестно в который раз задал я этот вопрос.

— Ну… — Задумалась Варька. — Когда ты пропал, ясно еще ничего не было. Виталя рассказал, про Кикимору и ее банду, мы естественно тут же подняли всех в ружье, но тебя-то нет, еще и полиция местная закусилась, убили двоих их сотрудников, причем убийцы были из наших, тут не надо быть Эркюлем Пуаро. Либо наши, либо цирковые медведи. Цирка в городе нет, ответ очевиден. Короче они с нами на контакт перестали идти. Это уже гораздо позже, я догадалась съездить к той старушке, ну помнишь, которая все в окошко видит. Оказывается, в тот день это именно она увидела подозрительную машину, через боль перешла и в другое окно проследила, как выгружали тебя и сообщила в полицию о том, что в такую-то квартиру привезли тело, в том куда именно привезли, она не сомневалась, слишком много событий в последнее время с той распутной дамой было связано. Вот только тогда я поняла, куда ты делся, а до тех пор… — Она залпом опустошила стакан компота. — Мы перевернули город. Чуть ли не в каждую квартиру заглянули, волк все обнюхал, птицы твои всех на уши поставили. В итоге, остался один вариант. Кощей узнал про тебя и Василису, ну и… Сам понимаешь.

— И тогда, мое чернявое несчастье заявилась к мужу и устроила скандал! — Догадался я.

— Все именно так. — Вздохнула Варвара. — Вот только, как она его устроила, она собрала всех основных функционеров, и потребовала ограничить Костину власть, мол он ведет Институт в пропасть, пользуется служебным положением, не проявляет заботы о таких же как мы созданиях, в общем некая смесь идеологически красивой чуши, подкрепленная реальными цифрами финансовых результатов. Плюс выкатила огромный список его, скажем так злоупотреблений, среди которых и твое похищение. Ну а там слово за слово, скандалы и взаимные претензии и в какой-то момент, очень выгодный для Василисы она ему вые выложило. Прикинь. При всем честном народе. Он впал в бешенство, начал творить непойми что, повел себя не адекватно. Ну а дальше завертелось. В общем, Кощей власть отдавать не собирается, Черномор встал на его сторону, они взяли в заложники некоторых важных функционеров, но большинство успели смотаться. Тут-то мне и пришлось использовать Второго, чтобы прикрыть наш отход и как следствие, рассказать о «братстве» Василисе. Ну вот теперь и воюем. У Кощея остался доступ к воображлятору, поэтому он может богатырей плодить без счета, так что, мы наверх не суемся, у нас преимущество в знании подземелий и поддержка местных, так что они сюда не лезут. Но если честно мы в проигрышной позиции.

— Марья? — Хмуро спросил я.

— Партизанит. — Хмыкнула Варька. — Она с того совещания свалила, еще когда Василиса список претензий зачитывать начала, она умная, просчитала. Так что, думаю, осела она у своей подружки Рысевой, ну а что эти двое дальше предпримут, я не знаю.

— Василиса?

— С этой все ясно, у них перманентные переговоры, сидят у Кощея в кабинете и решают судьбы людские, в то время как мы тут режем друг друга на лоскуты. С Соловьем забавно получилось, он вообще забаррикадировался на нескольких этажах с верными людьми и всех в зад шлет. Говорит, что если кто к нему пожалует, то он вызволит все то, что в хранилище заперто, в том, где мы с тобой жар птицу щипали, помнишь? Чего хочет, никто не знает, да он и сам похоже еще не решил, пока ограничивается тем, что его никто не трогает и тем счастлив. А его парни, ну те, которые по зданию разбрелись, как и положено классическим соловьевичам, сорвавшимся с цепи, творят, всякое.

— Всякое? — Не понял я.

— Убийства, грабеж, насилие. — Пожала плечами Варвара. — Мы их убираем, как бешеных собак, но сам понимаешь…

— Рожи у них точно такие же, как у наших… — Задумчиво произнес я. — С этим надо заканчивать, там же и мирные, общежитие…

— А как, Дим? — Обреченно взглянула на меня Краса. — Что мы можем сделать?

— Для начала, захватим воображлятор. — Усмехнулся я. — Пока он у Бессмертного, шансов у нас нет, зато, если им завладеем мы…

— Пользоваться мы им все равно толком не умеем. — Кивнула Варька. — Но хотя бы остановим бесконечный поток богатырей.

— Марья умеет им пользоваться. — Криво усмехнулся я. — Кстати, ей бы сообщить, что со мной все в порядке.

— Тут связь не ловит. — Словно оправдываясь посмотрела на меня Варвара.

— Так ты позвонишь из города. — Очаровательно улыбнулся я ей.

— Из города? — Удивилась девушка. — И как я туда попаду, а главное зачем?

— За мантией. — Заговорщики подмигнул я красавице. — За той самой, что у меня в шкафу лежит. Невидимке-то поди проще будет воображлятор достать. Ну а на вопрос, как ты туда попадешь, и того проще ответить, у нас там вон. — Я кивнул в сторону. — Дрыхнет тот, из чьего дома есть ход наружу, или забыла?

— Не подумала. — Кивнула мне Варвара. — Вот только как оттуда до города добраться?

— Как наверх поднимешься, такси вызови. — Рассмеялся я. — Я зимой туда дорогу проложил, асфальтированную, широкую и комфортную, так что, проблемы не будет.

После еды и разговоров, меня снова потянуло в сон, да так, что Варьке пришлось буквально под ручку вести меня к той самой раскладушке и укладывать. Поцеловав напоследок в лобик, словно ребенка, она убедила меня, что к тому моменту, как я проснусь, она уже вернется обратно с плащом невидимкой и мы вместе обязательно с гарантией сопрем воображлятор у Бессмертного, а потом заставим его… Чего мы его заставим, я уже не слышал, глаза закрылись, и я погрузился в сон.

И снилась мне Яра, которая как-то грустно улыбалась, сидя со мной в обнимку на скамейке в парке и рассказывала мне, что гусь, он куда романтичнее лебедя, к тому же в разы полезнее, по той простой причине, что гуси Рим спасли, а лебеди никого никогда не спасают, а даже наоборот вредят, вспомнить хотя бы лебедей, что детишек воруют.

Я хотел было возразить, что детей воруют некие «гуси-лебеди» и от того совершенно непонятно, кто они именно такие, но Яра, лишь посмотрела мне в глаза с усмешкой и ласково погладила по щеке прохладными кончиками пальцев.

Я распахнул глаза от неожиданности и увидел, что надо мной сидит и действительно очень аккуратно гладит по щеке девушка, только это была не Яра, у этой были дивно голубые глаза и как всегда уложенные в строгую прическу белоснежные волосы.

— Марья. — Прошептал я и поднявшись с кровати заключил ее в объятия, лицо девушки было чуть влажным, от слез и я постарался поцелуями осушить их.

— Я думала ты все! — Ее руки обвились вокруг меня и крепко стиснули. — Уже мстить начала.

— Как? — Едва не рассмеялся я. Ну ведь и вправду как эта хрупкая девушка, которая только и умеет, что шить и готовить, думала отомстить за меня Бессмертному?

— Да очень просто. — Пожала она плечами. — Для начала, измучила бы его бессонницей, есть у меня знакомые, кому такое под силу, а потом, когда он бы окончательно сошел с ума и возжелал смерти, тогда бы и Яга в дело вступила. Но это так, уже финишная прямая, а пока, нашего дорогого директора, обсыпало чирьями, у него все валится из рук, боли в костях…

— Девочки? — С умильной усмешкой поинтересовался я.

— Они! — Согласно кивнула Марья и поцеловала меня в губы. — Они совсем озверели, когда мы решили, что ты… — Она смутилась. — Что это Костя тебя похитил. Мне больших трудов стоило их остановить, чтобы Институт до фундамента не сравняли.

— Они с тобой? — Я удивленно приподнял бровь.

— Со мной. — Довольно рассмеялась девушка. — Опять же, мне стоило огромных усилий, чтобы хоть немного времени выторговать нам с тобой наедине побыть. И Полинка со мной, и волк. Варька как раз мне отзвонилась, когда мы у Яги планировали наши действия.

— Ты была у Яры? — Я как-то подобрался и Марья, увидев это, грустно вздохнула.

— Ну а где еще прятаться если не у нее, — Ее пальцы снова пробежались по моим щекам и мне стало очень-очень хорошо. — Что теперь делать планируешь?

— Воровать! — Самодовольно произнес я и страстно ее поцеловал. — Я похищу воображлятор!

— Идиот. — С какой-то веселой обреченностью произнесла красавица блондинка и снова крепко меня обняла, я не видел, но чувствовал, что в этот момент из ее глаз снова полились слезы.

Глава 17

— Да не прижимайся ты ко мне так. — Буркнула Варька и сама вжалась в меня, так, что я до боли впечатался в стену.

— Сама жмешься! — Возмущенным шепотом сообщил я ей на ухо.

— Так патруль же. — Возмутилась она.

— Вот и не возмущайся, и вообще замолчи пока нас не замели!

Вот все же мне с ней комфортно, работать я имею в виду, несмотря на все перебранки, некоторое возмущение и прочее, ни с кем другим, сейчас под этой мантией в окружении патрулей богатырей Черномора, постов охраны и видео камер, я оказаться бы не хотел, да и ей, как мне кажется со мной работать приятно, ну а то что мы под этим небольшим куском ткани вынуждены друг к другу жаться, так тут уж ничего не поделаешь.

— У тебя со Вторым серьезно? — Внезапно для себя спросил я, когда шаги в конце коридора стихли, Богатыри службу свою знали и несли хорошо, и у нас было ровно две минуты, пока камера отвернется от нас, а потом будет минута чтобы продвинуться еще на сто метров, ближе к цели.

— Нашел, блин время! — Буркнула девушка.

— У нас две минуты, можно и потрепаться. — Усмехнулся я. Камера сейчас смотрела прямо на нас, вернее на мантию невидимку, которой мы прикрывались. Ее стеклянный зрачок, медленно поворачивался в сторону.

— Полторы минуты. — Буркнула она. — Дальше галопом вон до того дверного проема.

Мы подождали еще чуть-чуть, а потом по сигналу Красы рванули вперед. Все было бы в сотню раз проще, если бы мантия делала нас реально невидимыми, а так, получалось, что скрыты мы были только спереди. Сзади, сверху и с боков мы были как на ладони, если же ей обернуться, то артефакт начинал сбоить и демонстрировать вообще черт знает что. Вот, собственно, поэтому мы и двигались таким странным образом, постоянно останавливаясь, чтобы выждать время и оказаться в слепых зонах для камер, а еще ко всему эти патрули.

— Не знаю! — Выдохнула Варвара, когда мы снова прижались друг к другу в очередном дверном проеме. — Он мне нравится, причем у нас взаимное влечение, но меня не покидает чувство, что я многое упускаю.

— Ну так. — Хмыкнул я. — Это же второй мужчина в твоей жизни. — Варька лишь хихикнула. — Я имею в виду серьезные отношения. — Тут же поправился я и сам смутился, глупо было думать, что она, встречаясь с женатым мужиком ему верность хранила. — Я думаю мы все этот этап прошли, когда, вся жизнь впереди и хочется пробовать новое и новое, дело в том, что зачастую именно в этот период жизни, мы и встречаем тех самых, к которым испытываем искрение чувства, но бросаем их в погоне вот за таким иллюзорным счастьем, а в итоге, жалеем.

— На последней вечеринке, я собиралась тебя трахнуть. — Неожиданно призналась девушка.

— Это ты сейчас к чему? — Не понял я.

— Это я к тому, чтобы ты прекратил нести всю эту праведно романтическую чушь. — Она сунула руку за спину и больно ущипнула меня за бок. — Дим! Мы, воплощенные, всю эту психологическую бредятину, что в книгах пишут, познаем в первый месяц своего существования. Я про процесс взросления и становления личности знаю больше, чем Зигмунд Фрейд о сигарах. Слова и знания это одно, а то, что ты переживаешь лично, это другое, вот и сейчас я знаю, что Второй, отличный мужик, мне с ним хорошо, он мне глубоко симпатичен, но мне это вообще ни разу не помогает, я сомневаюсь и не перестану этого делать, потому что ты мне прописные истины говоришь. Вот ты вспомни свою первую любовь.

— Ну.

— Вот тебе и ну! Почему ты сейчас не с ней, а со мной жмешься по углам?

— У нее, колготки розовые были. — Вздохнул я. — Если бы я с ней остался, меня бы парни не поняли. Понимаешь? Розовые колготки западло! Даже для девчонки.

— Что ты опять несешь! — Вздохнула Варька. — Пошли! Камера отвернулась.

Мы снова перебежали и снова вжались в стену выставив перед собой кусок невидимой ткани.

— Это в детском саду было. — Продолжил я объяснение. — У нее был отличный совочек и абсолютно ужасные колготки. И из-за этих предрассудков я упустил свое счастье.

— Балбес! — Варвара развернулась ко мне всем телом, потом привстала на цыпочки и чмокнула в подбородок. — Я знаю, почему тебя все любят. Потому что ты настоящий, а мы все фальшивые, сказочные, рядом с тобой мы тоже начинаем казаться себе настоящими.

— Вот уж глупости, Варь, я с Вами уже год общаюсь, Вы ничем от обычных людей не отличаетесь, даже вон наша ультра злодейка Кикимора, она конечно сказочная дура, но не в том смысле, что сказочная, а в том, что невероятная, но я на вскидку знаю, примерно десяток дам, которые делают ровно такие же глупости, обладая колоссальными талантами, пускают свою жизнь под откос из-за лени и поиска простых путей. Или ты, например, ты же обычная девчонка, просто волосами шевелить умеешь и что такого? Я вот одну знал, она могла грудью дергать, ты так можешь?

Варька посмотрела вниз несколько раз напряглась, потом озадаченно посмотрела на меня.

— Вот видишь, а умение титькой шевелить, это куда как невероятнее, и зрелищнее, чем твои трюки с волосами. Поверь, ничем вы от обычных людей не отличаетесь. Ну кроме, пожалуй, того, что не стареете, мне тут Римма понарассказывала о своих проблемах из-за внешности вечного подростка.

— Ой тоже мне проблема. — Закатила глаза Варька. — Воображает она больше. Нашла бы кого из наших с такой же проблемой. Двигаемся.

Короткая перебежка и мы наконец оказались перед дверью с кодовым замком, первая линия обороны, так сказать.

— Теперь ждем! — Сообщила мне Варька, хотя я и сам прекрасно все знал. Пересменка дежурных на посту за дверью происходила каждые четыре часа и вот как раз с ними мы и должны были аккуратно проникнуть внутрь.

Двое богатырей появились в конце коридора четко по времени, все же есть в соблюдении дисциплины некая уязвимость, всегда можно просчитать, кто, когда и где будет находиться. Варвара зорко следила за камерами видеонаблюдения и подгадав момент мы повернулись так, чтобы и в объективы не попасть и прикрыться от богатырей.

Один из них подошел к двери и набрал восемь цифр кода, после чего открыл ее, и в этот же момент в конце коридора загудел виброзвонком, оставленный там заранее телефон. Богатыри мгновенно заняли позицию спиной к двери, давая нам время проскользнуть внутрь, пока они убеждались, что коридор пуст.

Мы затаились в углу, наблюдая, как навстречу тем, кто нас впустил бегом движутся их копии. Соловьевичи, те хоть чем-то отличались друг от друга, иногда разный цвет волос, по-разному всклокоченные бороды, а эти были буквально копиями, клоны, иначе и не скажешь.

— Что там? — Спросил один из них у сменщиков.

— Гул! В том конце коридора! — Коротко ответил настороженный богатырь. — Движения не видно, но проверить надо.

— Вот мы и проверим. — Хмыкнул один из тех, кого пришли сменить. — Что там в здании, беспокойно?

— Пятерых наших с утра положили. — Сообщил товарищу богатырь. — Дикие вообще страх потеряли. Нашли где-то запасы спиртного и все, понеслось. Они когда пьяные вообще разум теряют.

— Хреново. — Буркнул дежурный. — Ладно, заступайте. У нас все спокойно. Бессмертный сегодня не заявлялся, все с женушкой трут о чем-то. Договариваются.

— Ох уж мне эти переговоры. В расход ее и всех мятежников. Да и Кощея…

— Рот закрой. — Велел богатырь товарищу. — Черномор пока приказа не давал, так что… Заступайте, короче!

Вот оно как, вот тебе Василиса Андреевна и протеже. А не мутила бы воду, оставила бы мирного, ленивого и туповатого Соловья на его месте и не было бы у тебя, амбициозного заговорщика под боком.

Мы дождались, когда дверь закроется и двинули следом, за вновь заступившими на пост, разница была в том, что богатыри вошли, в комнату охраны, а мы юркнули в чулан со швабрами.

— Ну вот! Мы и на месте. — Сообщила мне Краса. — Можешь сворачивать мантию. Шума она все равно не блокирует, а увидеть нас тут некому.

— Ты уверена? — Уточнил я. — Может все же обычным путем?

— Дим, ну мы же проговорили уже. Там впереди коридор, напичканный камерами, плюс сигнализация на полу, а дальше и того хуже, жуткие звери. Как ты все это обойдешь?

— Ладно-ладно! Жги давай!

Варвара достала из рюкзачка металлический цилиндр, с точно такими же мы охотились на тварей зимы в декабре, вот только этот цилиндрик был куда больше тех, с чем довелось работать мне, потому что внутри располагалось огромное хвостое перо несчастной пернатой.

— Да не парься. — Подмигнула мне девушка. — Я такое в звездных войнах видела.

Она развернулась к стене я из ее руки в стену ударило пламя, мгновенно стало невыносимо жарко, и я не задумываясь проглотил исцеляющее зелье, несколько секунд жуткой жары, от которой обугливалась кожа, и стена начала с грохотом рушиться, открывая нам проход в смежное помещение.

— Фигня все эти ваши джедаи. — Недовольно пробурчала Варька, проводя ладонью по голове, с которой опадали остатки обугленных волос. С восстановлением обожжённой кожи, зелье кое как справлялось, а вот ее роскошные локоны опали сажей на пол.

Взвыла сирена и мы бегом двинулись к следующей стене, если верить планам здания, на нашем пути оставалась она одна.

— Стоять! — Раздалось у меня из-за спины и я, не раздумывая вскинул короткий автомат, врученный мне Вторым, и нажал на спуск.

Грохотнула очередь и мои руки вскинуло вверх отдачей, черт, а у соловьевичей стрелять из этих штук получалось куда как ловчее, то ли тренировки, то ли они пользовались другими автоматами.

Злобный крик, и вой раздались из бывшей подсобки, по всей видимости, куда-то я все же попал, очень надеюсь, что без летального исхода, все же эти парни не были моими врагами, пусть и работали в данный момент против меня.

— Не стоим! Вперед! — Крикнула Варька и мы, не дожидаясь, пока осядет пыль влетели в святая святых Института.

— Что за! — Уставился на нас вытаращенными глазами Черномор, который стоял посреди комнаты с серебристым обручем на голове в окружении пяти богатырей, по всей видимости только появившихся на свет.

— Люк! Я твой отец! — Выкрикнула Варвара и махнула пером жар птицы от чего голова Черномора с глухим стуком покатилась по полу.

— Чего встали? — Вызверился я на новорождённых богатырей. — Бегом туда. — Мой палец ткнул в разлом стены. — Остановите любого, кто попытается проникнуть внутрь!

Я и сам не верил, что это сработает, но богатыри, переборов растерянность, сжали кулаки и кинулись туда, куда я им указал. Несколько секунд и оттуда раздался звук мордобоя.

— Бегом! Не тупи! — Варька подхватила с пола голову Черномора и сорвав с нее обруч, пинком отправила в сторону. Я подхватил переданным мне артефакт и спрятал в рюкзак. — Ну! Погнали!

Девушка уперла конец трубки в пол и медленно пошла по кругу, за ней оставалась борозда прожжённого бетона и вскоре, часть пола с грохотом рухнула.

Я тем временем закрепил конец веревки, второй скинул в открывшийся зев, после чего спустились по ней вниз.

И снова Варвара применила перо, правда в этот раз времени на прожигание отверстия у нее ушло куда больше, после чего она и вовсе отбросила ставший бесполезным цилиндр.

— Все! — Варвара с грустью наблюдала, как улетает брякающая по полу железяка. — Закончился световой меч, дальше бежим ногами.

Вопреки ожиданиям мы не стали спускаться на следующий уровень, а просто скинули в образовавшийся лаз веревку, это был запланированный шаг, чтобы сбить со следа преследователей. Не факт, что мы таким образом выиграем много времени, но надежда на то, что в горячке, преследователи кинутся именно туда, была.

Мы выглянули в коридор и осмотрелись, сирена выла как безумная, уведомляя весь Институт, что случилось непоправимое, но в коридорах было пусто, по всей видимости, все рванули в хранилище воображлятора.

— Бегом! — Скомандовала Варька. И мы что было сил помчались к той двери, которая просто обязана была быть открыта.

Влетев в туалет, я бегом проверил кабинки, чтобы там не дай бог не оказалось случайного свидетеля, после чего вернулся к двери и щелкнул замком.

— Слушай. — Повернулся я к Варьке, крепившей трос к толстенной металлической трубе. — А помнишь, когда мы с тобой в хранилище пробирались?

— Ну? — Она, ни на секунду не прекращая работы, подняла на меня озадаченный взгляд.

— Так вот, почему мы снизу вверх поднимались? Сверху вниз же проще?

— Если такой умный, сам бы и планировал. — Недовольно буркнула девушка и раскрыв окно выбросила в него конец веревки. — Крепи карабин и пошли. До низа не доберемся точно, но хотя бы этажей пять семь проскочить должны!

На этот раз, процесс пребывания на фасаде Института был куда комфортнее, во-первых, на улице было светли и высота, как ни странно, была не так страшна, тогда ночью, мне казалось, что подо мной бездна, а сегодня, ну подумаешь, два десятка этажей, ну и чего такого. А, во-вторых, снаряжение было заметно лучше, специальный пояс с блоками и карабинами, внушал уверенность. Ну и конечно то, что сегодня мы спускались вниз, под тяжестью собственного веса, а не как в тот раз…

Варька прыгнула первой и отталкиваясь ногами от фасада здания длинными прыжками помчалась вниз, насколько позволяла веревка, а в конце тяжелыми ботинками выбила окно и влетела в него. Я последовал за ней, но уже влетая в очередной туалет, я понял, что что-то пошло не по плану. Начиная с того, что меня за грудки ухватили чьи-то сильные, волосатые руки. В лицо пахнуло перегаром, а потом убийственный удар отправил меня спать.

Да что же это творится то, люди добрые, почему я последнее время постоянно теряю сознание? Ну нельзя же так, ну раз, ну два, но не постоянно же, эдак привыкну и все, буду жить без сознания.

Очнулся я от сдавленных криков и мата и приоткрыв глаза увидел, как трое соловьевичей прижав к полу брыкающуюся Варьку, пытаются стянуть с нее штаны, причем несмотря на численное превосходство, это получалось у них довольно паршиво, девушка отбивалась ногами, кусалась и рычала. Четвертый соловьевич, стоял рядом со мной, увлеченно наблюдая за борьбой, у него на спине висел мой автомат. Рюкзак и все остальное они не тронули, решив видимо, что ничего ценного кроме автомата и Варькиных штанов у таких голодранцев быть не может.

На меня бандиты внимания не обращали, то ли решив, что я уже умер, то ли, что я близок к этому, и думается, что если бы не эликсир, который я принял, чтобы восстановить обгоревшую кожу, то так бы оно и было.

Штаны наконец не выдержали натиска и с громким хрустом расползлись в руках насильника, Варька забилась вдвое сильнее, но и соловьевичи увидев вожделенную награду тоже усилили натиск.

Четвертый, который до этого не участвовал в действии сделал пару шагов в сторону группы, собираясь хоть на финальных этапах помочь товарищам с непослушной жертвой, чем я и воспользовался.

Вскочив на ноги, я подскочил к нему, пнул мужика под колени, от чего он рухнул на пол и схватив автомат, дал очередь, выстрелы прогремели, пока не лязгнул затвор, сообщая о том, что магазин пуст. Впрочем этого хватило, один из насильников рухнул сверху на Варьку, сраженный шальной пулей, другой попытался сбежать, но запутавшись в спущенных штанах упал и с размаху приложился головой о раковину, третий улегся лицом в пол прикрыв голову руками, и только четвертый, тот самый на которого я напал со спины, с ревом попытался подняться, но я несколько раз крутанул в руках разряженный автомат, используя его как рычаг и затягивая ремень на его шее и под мышкой, от чего бандит чуть захрипел и тоже утратив волю к сопротивлению послушно сел на пол.

— Вы какого хрена творите? — Строго спросил я. — Вообще, что ли страх потеряли?

— А чего мы? — С испугом глянул тот, что лежал на полу. — Мы как все.

— Как все? — Вызверилась Варька, высвобождаясь наконец из-под трупа соловьевича. — Да я лично Вас повешу, уроды. И каждого, кто беспредел творит сейчас.

— Так это… — Скромно возмутился соловьевич. — А как нас опознать то? Как доказать, кто и что творил? Мы ж одинаковые, а всех не повесят!

— Я разберусь! — Она подскочила к соловьевичу и с размаху пнула его в голову, вот что странно, штаны с нее сорвали, а тяжелые ботинки нет, хотя вот их бы я снял первым делом на месте горе насильников, от пинков им досталось особенно сильно еще в процессе, а уж теперь, Варвара отрывалась как могла. — Твою мать, еще волосы, как назло, сгорели, я бы этих мразей порвала в секунды, но нет… — Она провела ладонью по лысому черепу и всхлипнула, похоже адреналин схлынул и до нее стало доходит, что с ней пытались сделать эти парни.

Я не стал дожидаться ее истерики и освободив руку соловьевича от автоматного ремня крутанул его еще несколько раз, чтобы придушить бандита, тот пытался сопротивляться, но против физики не попрешь и вскоре его бессознательное тело обмякло.

Обшарив его, я обнаружил два запасных магазина, что были у меня в карманах, а потом перекочевали к бандитам, и перезарядил автомат.

— Варь! Валить надо! — Я приблизился к всхлипывающей девушке, на выстрелы точно враги заявятся.

Краса мгновенно вытерла слезы, а потом подобрала с пола осколок стекла от разбитого окна.

— Говоришь не узнают? — Сквозь зубы прошипела она, а потом резкими жвижениями располосовала лица, всем троим оставшимся в живых соловьевичам. — Рекомендую сдохнуть, как можно скорее. Когда все наладится, я вас найду и устрою такое, что вас в аду будут жалеть. Пошли! — Она отбросила стекло в сторону и уверенным щагом двинулась на выход.

— Так, без штанов? — Удивился я догоняя.

— Некогда. — Рявкнула девушка. — Сюда уже наверняка бегут.

Мы рванули к лестничному проему и даже преодолели несколько этажей, где-то там, внизу послышались звуки перестрелки, это наверняка наши двинулись нам навстречу. Но между седьмым и восьмым этажами, нас внезапно взяли в клещи, и что обидно это снова были соловьевичи, и к сожалению не наши.

— Стоять! — Скомандовал один из них. — Оружие на пол.

— Я Дмитрий Галицкий — Начал было я, кладя автомат на пол и поднимая руки.

— Нам плевать! — Оборвал меня соловьевич. — До прояснения обстоятельств у нас один начальник, Соловей Кощеевич, так что свои чины и звания оставь при себе. Руки выше, и ты тоже.

— Март. — Перебил нашего пленителя один из соловьевичей, — Глянь, да это ж Краса. Ну Варвара Краса, ментовка! А чего лысая? А жопа у нее глянь какая. Красивая!

— Отставить. — Рявкнул главный, а я для себя отметил, что этот парень точно кандидат в братство, выделяется он умом среди остальных, причём судя по имени, ему от силы месяц от роду — Ты совсем тупой? Если ты с ней сейчас чего сделаешь, тебя потом повесят, и нас заодно, рожи то одинаковые.

Остальных членов группы не прельщала мысль о том, чтобы сдохнуть за сиюминутное удовольствие, поэтому они поворчали и ограничились тем, что бросали на Варьку бесстыдные взгляды.

Мне в спину ткнулся автоматный ствол.

— Пошли! Скомандовал старший. — Пусть Соловей сам решает, что с Вами делать. Март 7, дай Красе куртку, пусть на пояс повяжет, задницу прикроет, от греха подальше. Мы же не железные.

Варька, вся пунцовая от стыда повязала на бедра куртку одного из парней и мы, быстрым шагом двинулись вперед.

Соловей расположился с комфортом, он, со своими парнями забаррикадировался на седьмом этаже, перекрыл все проходы с лестниц и ощетинившись стволами держал круговую оборону, как ни странно, тут же обнаружились и многие из тех, кто проживал либо работал в Институте, включая большинство обитателей общежития, места им конечно было маловато, ну еще бы, народ, который обычно обитал на двадцати этажах, нынче был компактно собран на одном.

Увидев меня, лицо бывшего начальника службы безопасности просветлело.

— Живой! — Воскликнул он и чуть ли обниматься ко мне не полез.

— Я тебе говорила! Что с ним случится. — Показательно строго буркнула Ключница, вышедшая из-за его спины, обычно элегантная и предпочитавшая деловые костюмы начальница снабжения, нынче щеголяла в камуфляжных штанах, берцах, а на поясе у нее красовалась кобура с пистолетом. — Рады видеть тебя Дим. Варь это ты что ли? — Ключница с удивлением посмотрела на Красу. — Что с твоими волосами?

— А что с твоим лицом? — Мило улыбнулась моя напарница. И правда у Варвары ключницы, через все лицо тянулся жуткий багровый порез.

— А! Мелочи! — Отмахнулась та. — Мы с Соловьем, когда с совещания того уйти решили, так пятеро парней Черномора, нас остановить попытались. Вот, один мне на память оставил такую ранку, но это ничего, я знаю, у Златы крем есть, не то, что порез уберет, еще и морщинки разгладит.

— Ой да какие у тебя морщинки. — Заискивающе улыбнулся я.

— Комплименты позже. — Перебил меня Соловей. — Я так понимаю, что шум наверху, это из-за вас двоих.

— Ну да! — Невинно пожал я плечами. — Воюем помаленьку.

— Уроды вы все. — С какой-то безысходностью выдохнул Соловей. — Вы воюете, а народ страдает. Ты знаешь, сколько усилий мне приходится прикладывать, чтобы мирных по Институту собрать, да эвакуировать? Мало нам отморозков Черномора, так еще и предатели эти, которые за Василисой пошли.

— Ой да ладно, эвакуировать. — Скривилась Варька. — А от кого тебе их спасать приходится, от твоих же отпрысков, или скажешь не они там беспредел творят на этажах?

— Погоди, Варь. — Перебил я подругу. — Соловей, а почему это за Василисой предатели пошли? Что они предали? Какие обещания нарушили? Мне кажется, наоборот, они, как и ты занимаются тем, что спасают сотрудников, не дают Кощею беспредел творить.

— Меня! — Сорвался Соловей. — Меня они предали. Братство какое-то организовали, дела у них там какие-то.

— Ну да. — Согласился я. — Дела по защите Института, все верно, они уже полгода этим занимаются, наладили работу, параллельно со всеми, чтобы контролировать и в случае чего пресекать, сам вспомни, когда ты по старинке дела вел, к каким неприятностям это привело, Гороха вспомни, или вот сегодняшняя ситуация, не было бы их и что? Захватил бы Кощей всю верхушку Института, а что дальше? Под нож? — Я абсолютно не культурно ткнул пальцем в сторону Ключницы, и проследив куда я указываю, Соловей скривился, словно от зубной боли, видимо для него, ранение подруги было очень серьезным ударом. — Они просто переросли бандитизм. Есть время, когда дети балуются, и есть, когда взрослеют. Часть твоих детей просто повзрослела, и тебе надо не кричать о том, что они предатели, а гордиться тем, какими они стали. И поверь, тут есть чем гордиться. Они профессионалы с головой на плечах, и именно они сейчас борются за право Института стать лучше.

Соловей смотрел на меня с сомнением, он размышлял, а вот некоторые из его людей внимали моим словам, открыв рты, им явно по душе было то, что я говорю. Ну да, все верно, человек стремится к развитию, никто в здравом уме не хочет оставаться вечным ребенком, или на уровне развития животного, когда цели в жизни лишь пожрать, да выпить. Нет естественно, что соловьичи старого формата останутся, в семье не без урода, но большинство все же со временем станут членами «Братства». И надеюсь, что их создатель, Соловей, поймет, что это процесс неизбежный и безусловно положительный.

— Шеф! — К Соловью подошел один из его детей и протянул тому телефон. — Тебя, Бессмертный!

— Да? — Бывший безопасник удивленно приподнял бровь. — И что же ему от меня нужно? — Вопрос этот он адресовал именно мне. Видимо звонка от директора Института он не ждал. Ну и правильно, чего ему с ним разговаривать, после появления Черномора, Соловей был на вторых ролях, а во время бунта и вовсе заперся на этаже и занял позицию вооруженного нейтралитета.

— Не знаю даже. — Пожал я плечами. — Вариантов масса. Может голову мою будет просить, может воображлятор вернуть, а может и то и другое… — Вид я при этих словах имел предельно невинный, но услышав, что я ему говорю, рот бывшего начальника службы безопасности открылся, он часто заморгал и выронил телефонную трубку, та ударилась об пол и разлетелась на запчасти.

— Вы сперли воображлятор. — Как-то обреченно проговорил он. — Вы двое, проникли в самое сердце института и сперли бесценный артефакт. Черномор, наверное, сейчас волосы на голове рвет.

— Не. — Отрицательно помотала головой Варька. — Я ему ее отрубила, так что, точно нет.

— Шеф. — К нам подбежал очередной соловьевич с докладом. — Там перед баррикадой два десятка богатырей, требуют тебя на разговор.

— Перестреляйте их к чертям. — Как-то отстраненно проговорил Соловей. — Вам вниз надо? На подземные уровни? — Я кивнул. — У Кости больше ни черта нет. — Вздохнул безопасник. — Варь, вот теперь я точно определился со стороной в этом конфликте.

— А я тебе сразу говорила, Василиса, сгоряча ничего не делает, раз уж пошла она на такой шаг, значит давно все продумала, спланировала и точно все козыри у нее на руках, а ты мне не верил. — Ключница подмигнула мне и обняв поцеловала Соловья в щеку.

А дальше, мы спускались с комфортом, на лифте, Соловей, конечно, предварительно послал на первый этаж группу зачистки, которые встретились там с нашими союзниками, о чем и сообщили начальству, ну а потом, мы с Варькой, Соловьем и Ключницей, загрузились в лифт и поехали вниз.

— Я уже давно замечала, что Василиса, что-то мутит. — Рассказывала Ключница. — Свои люди на ключевых постах, со мной вон сблизилась в последние пару лет, а потом я заметила, что она формирует совет значимых сотрудников Института и потихоньку, помаленьку отжимает у Бессмертного власть, представлялось то это как способ его разгрузить от трудов тяжких, но на деле масса важных и ключевых решений уже принималась либо на совете, общим решением, либо отдельно назначенными лицами. Были конечно лишние, вроде того же Гороха, но… Где он теперь, и думается, что после всей этой заварушки мы еще многих недосчитаемся, особенно тех, кто за Бессмертным добровольно пошел.

— Как это? — Не понял я.

— А вот так. — Усмехнулась Ключница. — Костя сторонников своих на верхних этажах держит конечно, под охраной, вот только кофе им подает Зарина Василисовна Шемоханская, а подруга у нее, Златослава Василисовна, большой специалист по разного рода зельям и ядам. Так что, считай нет у Кости сторонников.

— Даже так, — Удивился я и искоса глянул на Варьку, на лице у той не отразилось вообще никаких эмоций.

— Вот так. — Хмыкнула Ключница. — Так что, единственный козырь что был у Кощея, это воображлятор, который он ни за что бы не выпустил из рук, и козырь этот бил всю колоду Василисы на раз, воображлятор, это источник бесконечной власти, сторонников можно создать за мгновение, армию за два. А теперь, когда он у нее.

— Пока он у меня.

— Он у нее. — Уверенно повторила Ключница. — Ты человек Василисы, было бы иначе, она бы с тобой спать не стала, уж поверь мне. Она умеет к себе людей расположить, тем более мужиков. — Ключница, внезапно замолкла, осознав, что сказала нечто лишнее, но потом поправилась. — Ты не подумай, чего про нее плохого, ты для нее дорог. У нее без любви был только один мужчина и то… — Она отмахнулась от меня, словно от назойливой мухи. — А что она тебя использовала, чтобы Костю из себя вывести, так она всех использует, все на благо Института, включая себя.

Я хотел было что-то возразить, но Краса сжала мой локоть, заставляя замолчать, и вправду, зачем эти разговоры сейчас, а главное с кем, все, что осталось недосказанным, между нами, с Василисой, мы скажем друг другу при встрече, а этот разговор, он не нужен.

Двери открылись, и мы вышли на встречу своим друзьям, тут были и Марья и Второй собственной персоной, который первым делом заключил в объятия Варьку, а уже потом, потупив взгляд пожал руку своему родителю.

Я с удовольствием глянул напоследок на солнечный свет, пробивавшийся сквозь стеклянные двери входа в институт, а потом мы снова направились в подземелья. Все поменялось сегодня, раньше, руководство Института, сидело на самом верху, а теперь, оно ушло под землю, туда, где солнечный свет не появится никогда.

Глава 18

— Варь! Ну вот на кой черт мне тут сидеть? — Возмущался я, пытаясь вырваться из цепкой хватки девушки. — Теперь все, теперь дело за Василисой, за ее дипломатией. А я лучше туда! В подземелья! У меня там Кикимора от медведей бегает не наказанная, братья медведи опять же.

— Да хана уже твоей Кикиморе давно настала. — Не унималась Краса. — Сколько времени прошло? Она там без еды, воды и постоянно пытается убежать от похотливых мишек, а ты представляешь, какую скорость может медведь развить? Особенно когда он жаждет любви! Мне Златка рассказала, про феромоны. А еще, прикинь, если она все еще жива, что с тобой будет, когда ты ее встретишь?

— Да ничего не будет. — Отмахнулся я. — Выдохлась наверняка эта дрянь. А ее найти нужно, и особенно нужно найти и арестовать медведей этих, и этого очкастого Женю.

— Ну вот зачем? — Упиралась девушка. — Зачем их арестовывать?

— Они полицейских убили, — Я с трудом отцепил ее руку. — И должны понести наказание, по всей строгости закона. Хотите прав, как у людей, будьте любезны иметь обязанности.

— С этим все понятно. — Перебила меня Варвара. — Не понятно, почему их поимкой решил заняться ты и почему именно сейчас. Ну подожди немного, все пойдем в эти подземелья и примем их, будь уверен. У меня волосы отрастут, они уже вон. — Он погладила себя по черепу, где уже проклюнулся скромный ершик волос.

— Да не отговаривай ты его. — К нам подошла Марья, одетая в кроссовки, короткую куртку и обтягивающие ее стройные ноги спортивные штаны, за ее спиной гордо вышагивала одетая примерно так же Полина, озорно мне подмигнувшая и тряхнувшая гривой огненно-рыжих волос. — Закусился он просто, нужно пар спустить. До него маленького дошло, что Василиса его чуть-чуть использовала, вот он и бесится. Причем аргументы, что ему все говорили, что она такая на него не действуют. Поэтому и рвется в бой, то ли голову буйную сложить то ли злость выместить.

— Злость выместить. — Согласно кивнул я. — Вы чего так вырядились?

— Так с тобой идем. — Она сунула мне в руки сверток. — Держи, тут оборудование, одежда.

— Что? Какое еще оборудование. — Я опешил. — В смысле вы со мной идете?

— Да в прямом! — Пожала плечами Марья. — Я тут посидела, подумала, в общем я это, с тобой в горе и в радости и помрем если что, в один день, а Полинка она вон за компанию, говорит, что за время воспитательного процесса столько злости накопила, что надо ее излить в честной драке.

— Никуда ты не пойдешь. — Возмутился я.

— И я с вами. — Вмешалась Варька, перебивая меня.

— Тебе, лысенькая моя, нельзя. — Марья склонилась и чмокнула Варьку в макушку. — Ты Василису должна сейчас поддерживать, рядом быть. Да и еще один преступник, он ведь где-то в городе, как я поняла из рассказа моего сердечного дружка, его в подземельях не было, так что тебе его ловить, а нам этих четверых.

— Я говорю, ты никуда не пойдешь. — Я ухватил Марью за локоть разворачивая к себе.

— Значит против Полинки ты ничего не имеешь, только против меня? — Лукаво улыбнулась мне Искусница. На самом деле все именно так и было, против Рысевой я ничего не имел, она оборотень в драке с другим оборотнем может очень даже пригодиться, а то, что она подвергнет себя опасности, если честно это меня волновало куда как меньше, чем опасности подвергнет себя Марья. — Дим! Я взрослая девочка! И пусть у меня нет когтей и клыков, у меня есть вот это. — Она постучала себя пальчиком по лбу. — Ты и вправду думаешь, что я так развязно вела себя с Бессмертным, не имея возможности постоять за себя? Дим! Я Мастер, я могу создать такое, от чего дурно станет даже Кощею, и это без всякой магии, а теперь, когда мне дали на время воображлятор, представь, насколько опасные штуки на мне надеты?

Она крутанулась на каблуках, и я сглотнул слюну, не знаю уж что за смертоносное оборудование она себе создала, но в этих штанишках она выглядела просто потрясающе.

— А еще! — Она обняла мне и заглянула в глаза. — Представь себе, как я себя чувствовала, когда узнала, что ты пропал? Я не хочу испытывать это снова. — Она на секунду задумалась. — По крайней мере до тех пор, как не увижу твои чёртовы грязные носки, раскиданные по комнате, в этот момент, я захочу убить тебя сама.

— Я волнуюсь за тебя… — Пробормотал я так тихо, что бы никто не услышал, хотя готов поклясться, после того как я произнес эти слова, уши Рысевой чуть-чуть дернулись, а на ее губах появилась умиленная улыбка.

— С тобой мне будет безопаснее, чем тут. — Совершенно серьезно пояснила Марья. — Скоро сюда заявится Бессмертный, от него можно ожидать чего угодно, а так, с нами же пойдут и волк, и птицы.

— Эти то трое зачем… — Мученически протянул я, уже предвкушая бесконечные свары, драки и трескотню в пути, дома мне все это очень даже нравилось, шум, который они перманентно производили в космических масштабах, умилял, успокаивал и не давал чувствовать себя одиноким, но вот во время преследования и поимки преступников…

— Зря ты про них так. — Перебила меня Варька. — Когда они работают, то ведут себя очень серьезно, поверь мне!

— Да! — Три фигуры сорвались откуда-то из-под потолка и устроились у меня на плечах. — Ты к нам не справедлив, а мы, между прочим, такие профессионалы. Ух какие! — Заявила мне Алька, пытаясь спихнуть Сирин с левого плеча, на котором им двоим было тесно. Больше, чем уверен, даже если бы их было двое, они бы устроились на одном плече и учинили свару и толкотню просто потому, что иначе не умели.

Я перехватил слетевшую с плеча Сирин и держа в ладони принялся поглаживать ее птичью спину, та сначала немного ошалела от такой фамильярности, затем с превосходством глянула на подруг, и закатила глаза изображая притворное удовольствие.

— Но все же. — Снова вмешалась в разговор Варвара. — Девочки, я бы попросила вас остаться со мной? — Птицы удивленно уставились на нее. — К нам возможно скоро Кощей пожалует, а вы одни из немногих, кто может его сдержать.

— Ну вот и все! — Подвела итог Марья. — Ситуация решилась сама собой, девочки, вам действительно лучше будет остаться тут. Не каждый день представляется возможность напугать Кощея. — Птицы очень заинтересовались ее словами, попереглядывались и в конце концов сорвались с моих плеч и умчались в глубь бомбоубежища. — Ну вот и все, раз с нами больше никто не идет, то ждем волка и выдвигаемся, а ты пока, может откроешь сверток? Я старалась…

Я, немного смутившись разорвал упаковочную бумагу, и вытащил на свет божий удобные брюки, куртку, пару тяжелых ботинок с высоким берцем, пару перчаток и ремень с подвешенными на него несколькими кошелями.

— Куртка, аналог бронежилета. — С гордостью начала инструктировать меня блондинка. — Но не как с дурацкой синей тканью, ты в ней потеть не будешь, просто она не разорвется никогда, этот материал просто не знает, что можно рваться, так что, проникающее ранение тебе не грозит. Штаны тоже стойкие к износу, и заодно делают твой шаг быстрее, не сапоги скороходы, просто немного тебя ускорят и сделают движения легче, я ж не хочу, чтобы ты после марафона на десяток километров умер от инфаркта. Ботинки усилят десятикратно силу твоего пинка, они сами определят, когда ты наносишь удар, а когда просто споткнулся, ну и защитят стопу, не дадут ей раздробится. Перчатки аналог той дряни, которую ты обычно таскаешь, вот только, выстави вперед указательный палец и щелкни большим и безымянным. — Я сделал, как она говорила и с кончика пальца сорвалась молния, ударившая в стену, от чего с той посыпалась штукатурка. — Мне всегда казалось глупостью эта твоя манера швырять перчатки в противника, и раз уж у меня под рукой артефакт, способный сотворить что угодно, то почему бы не сделать вещь, удобную и функциональную.

— А почему ты никогда не творила такого для Института? — Не скрывая удивления уточнил я.

— Чтобы сделать Бессмертного еще богаче? — Лукаво изогнула бровь Искусница. — Ну уж нет. Уперся он в создание всякой фигни, вот пусть и работает на этом поприще. Я тебе больше скажу, воображлятор, он скорее всего изначально был заточен не под сказочных персонажей, это стереотип навязаны Косте Бельским. У Андрея с головой были не лады, для него весь этот фольклор был смыслом жизни и единственным интересом, Костя же воспринял его правила игры, как единственно верные. Ну да ладно, что у нас осталось? Ремень? Это вообще чудо штука, он поможет тебе в самой трудной ситуации, поддержит штаны, им можно будет выпороть непослушного ребенка, да и вообще вещ стильная, я бы даже сказала уникальная. Но по сути, это обычный ремень, а вот кошельки, что на поясе, с ними интереснее, первый это просто сумка, вроде той, что у Златы, только размер у нее поменьше, да и живого человека в него засунуть невозможно, чтобы ни дай бог никто не пропал без следа, а второй это тоже аналог того, что у Златы, в ней две дубинки, слово активатор то же самое, вот только лупить призванные палки станут не всех подряд, а того, на кого укажет владелец кошелька.

— А что? — Вытаращил я глаза. — Так можно было?

— Дим! — Потрепала меня по волосам блондинка. — Я же тебе объясняла, с воображлятором вообще почти все можно. Больше скажу, даже то, как я его сейчас использовала, это глупость, стрельба из пушки по воробьям. Не знаю уж кто создал этот артефакт и зачем, но он может сотворить не в пример большее. Например, может решить проблемы с голодом в Африке, создать неиссякаемые источники энергии, сотворить космические корабли, с двигателями противоречащими законам физики. Но вместо этого, Костя плодит похотливых баб, сомнительной красоты. Ну да и бог с ним, все это не мое дело! Где уже там волк?

Волк появился только минут через двадцать, видимо все это время получал самые тщательные инструкции от Варьки, касательно того, как меня нужно холить и оберегать. Ох уж эти караваевские дамы, где же вы все были пока я был молод, если бы мне тогда, хотя бы одну вот такую любящую и заботливую, может и жизнь пошла бы по-другому. Хотя нет, я-то остался бы прежним…

Провожать нашу компанию вышли все, Варька жалась ко Второму, бросая на меня тревожные взгляды, соловьевичи же из братства смотрели с неким благоговением, я для них был былинным героем, отправлявшимся сейчас на битву со смертельным злом, ну а что это зло, хрупкая девушка и три озабоченных мишки, это уже были мелочи.

Впереди гордо вышагивал волк, на спине которого устроились те два чудика со своим чемоданом, что спасли меня недавно в подвалах, ну а за волком, уже не так торжественно и красиво вышагивали мы с Марьей и Полиной, я так на фоне этих красавиц и вовсе смотрелся блекло.

— Слушай. — Склонился я к уху блондинки. — Все как-то не было времени спросить. А вот эти двое, что на волке верхом едут, это кто?

— Ну ты чего? — Марья игриво стукнула меня кулачком в плечо. — Это Тофсла и Вифсла, персонажи из муми троля! Они практически ни с кем не разговаривают, потому что их речь все равно не понятна. По сути существа совершенно безобидные и даже во многом приятные, потому что беззлобные, но тоже предпочли уйти в подвалы.

— Почему это? — Удивился я. Тофлса и Вифсла не были ни опасными, ни гадкими на вид, просто странными.

— Они вынуждены скрываться. — Заговорщицки сообщила мне девушка. — За содержимым их чемодана идет охота. Их создали исключительно для того, чтобы посмотреть, что же там внутри, но эти двое сумели улизнуть и спрятаться тут, причем я уже и думать про них забыла, так давно это произошло.

— Погоди! — Я аж встал на месте от возмущения. — То есть Кощей создал двух живых существ, только чтобы заглянуть в их чемодан?

— Почему Кощей? — Округлила глаза Марья, и это смотрелось крайне очаровательно, они у нее и без того были огромные, а вот так она напоминала персонажа из аниме, мультики в этой стилистике я не люблю, а вот девушкой невольно залюбовался. — Их Бельский создал. Я же говорила, Андрей особой адекватностью тоже не отличался, он странный был, инфантильный, чудаковатый. И да, он создал их не задумываясь, что станет делать с этой парочкой, как они дальше будут жить, просто ему было интересно содержимое чемодана.

— Так в книге же эта тайна раскрыта, там рубин, который разыскивал могучий волшебник.

— А он до этого момента не дочитал. — Пожала плечами Марья. — Так что, для нас тоже загадка, что же в чемодане у этих ребяток, знаем только, что для них это самое ценное сокровище, а уж что Бельский считал самым ценным сокровищем для подобных существ, это ведомо только его подсознанию.

— То есть воображлятор может создать даже то, чего ты сам не осознаешь? — Не понял я. — Если честно, то я понял так, что он создает только то, что ты четко себе представил, продумал как это работает, вообразил и только тогда, это появилось на свет.

— У меня так. — Согласилась девушка. — Я прагматик, и материалист, поэтому вещи, созданные мною, лучше, я могу выдумывать новое и куда более эффективное. У Бельского же склад ума романтика, он свою жизнь посвятил сказкам, он жил ими и воплощал вещи и персонажей, именно сказочного толка.

— А Бессмертный?

— А Бессмертный, тупой. — Рассмеялась Искусница. — Он копирует, у него не хватает своих мозгов создавать новое и интересное, сложные механизмы, полезные вещи, это не его. Удел Кощея, это «Я хочу бабу, чтобы губищи во! Жопа во! И чтоб послушная!» ну и с восьмого раза у него получилась Меланья. У Кости есть сильные черты, он управленец, он может заключить договоры, может наладить работу, но он не творец. Но если честно, как по мне то лучше пусть он создает продукт для Института, чем Бельский.

— Почему это? — Не понял я. — И если Костя лучше, Андрея, то зачем я вообще ищу бывшего директора?

— Я же говорю, Андрей инфантильный недоросль, он может просто ради сиюминутного интереса создать вещи, способные уничтожить мир. А ищешь ты его потому, что не гоже, когда люди пропадают. Ну и Василиса считает, что Андрей внесет свежую струю творчества в застоявшееся болото.

— А ты так не считаешь? — Хмыкнул я.

— Я опасаюсь, как бы струя творчества не обернулась потоком безумного хаоса. — Рассмеялась Марья. — Надо признаться, та деятельность, что развела сейчас Василиса, мне кажется, она принесет свои плоды и направлена во благо Института, надо что-то решать с этой монополией Бессмертного на управление, а вот возвращение Бельского не принесет ровным счетом ничего, ну будет время от времени сумасшедший старичок воплощать свои безумные идеи, и что с того, в глобальном смысле ничего не изменится.

Я, задумавшись над ее словами снова бросил взгляд на странных человечков, которые довольно улюлюкая ехали себе на спине волка. Да уж, повезло мне все же, что Бельский предпочитал читать книги, а не фильмы смотреть, вот если бы он заинтересовался, что там в другом чемоданчике, после просмотра одного известного кино, то мне точно несдобровать. Очень сомневаюсь, что если бы меня в подвалах обнаружили, к примеру Винсент Вега и Джулс, то они поспешили бы за помощью, а эти два милых и добрых существа, запросто. Забыли о своих претензиях к миру наверху, о том, что такие вот как я собирались отнять их чемодан, помогли, привели помощь.

— Чего лыбишься? — Ткнула меня локтем в бок Марья, затем немного подумала, и взяв меня под руку, тесно прижалась.

— Надо с тобой будет «Криминальное чтиво посмотреть». — Задумчиво выдал я, стирая с лица случайно появившуюся улыбку, ну как тут было не улыбнуться, когда я представил себе Сэмюэля Джексона в образе Джулса, склонившегося надо мной и говорящего, «Ты чего, тут помирать вздумал? Мазафака.», а Винсент с обдолбанными в хлам глазами ему так задумчиво говорит, «А знаешь как в Амстердаме называют истекающих кровью мужиков в секретных подвалах?». Глупость и сюр, но забавно.

— Посмотрим, но надеюсь без Василисы. — Лукаво улыбнулась мне девушка и крепко сжала ладонь.

— Ты тоже считаешь, что она все это со мной закрутила…

— У нее при встрече и спросишь. — Оборвала меня Марья, даже немного грубо, но после смягчилась. — Дим! Если я сейчас буду тебе высказывать свои соображения, то получается, что я топлю конкурентку. А это и не красиво и бессмысленно, а потом, если у нас с тобой сложится долгая совместная жизнь, я не хочу услышать во время очередного скандала из-за не опущенного стульчака, что я тебя разлучила с «любимой». Нет. Сам услышишь ее версию событий, сам сделаешь выводы.

— А чего там с Василисой? — Заинтересовалась Полинка, которая до этого просто молча шла рядом, но поймав строгий взгляд Марьи сделала жест, будто закрывает рот на замок.

— Тутсла! — Подбежал ко мне один из чудиков и подергал за штанину. — Тысла, подыхалсла!

— Блин! — Ругнулась Искусница. — Ну вот и что он говорит? Ничего ж не понятно, только «гыр гыр гыр».

— Чего непонятного то? — Удивился я. — Они просто к обычным словам, «сла» добавляют и все.

— Какие «сла», Дим? — Она воззрилась на меня небесно-голубыми глазами. — Нет тут никаких звуков даже отдаленно на это похожих. — Вифсла или Тофсла только закатил глаза услышав ее, впрочем, не обиделся, местный народ вообще Искусницу любил по причинам доброты, простоты и непосредственности.

Я не стал с ней спорить и только пошел вдоль стены, освещая ее фонариком, пока не наткнулся на лужу запекшейся крови.

— Волк! — Позвал я. — Отсюда тебе придётся идти по моему следу. Логово Чудя где-то там, в глубине.

Мой старый напарник лишь кивнул лохматой головой и опустив голову к полу шумно принялся дышать.

— Фу! Дим! — Сморщил он нос. — Ты что обделался тут?

— Ну не при всех же. — Смутился я. Рассказывать о том, что я не только обделался, но и извалялся во всем этом, мне совершенно не хотелось.

Марья, успокаивающе сжала мою ладонь, а вот Рысева не сдержала смешка, у нее тоже чутье звериное, и чуяла она все, пусть и похуже волка, но все же.

Ну а дальше все было просто, мы шли по моему следу, и, если по началу он был путанным, я бродил зачастую по одним и тем же помещениям, видимо кровопотеря сказывалась и на моем разуме, от того четко держать направление я не мог. Но чем глубже мы уходили в подземелья, тем прямее были мои маршруты и довольно быстро мы набрели на логово Чудя, в котором все было так, как я и оставил, ничего не говорило о том, что Кикимора или братья медведи сюда возвращались. Ну еще бы, они должны были некоторое время играть в догонялки по еще более глубоким уровням подземелий. А там уже, как кривая выведет, если оборотни добрались до Ирины, то боюсь даже представить, что мы найдем на месте их встречи, если же нет, то поиски беглецов, сумбурно носящихся по катакомбам, могли изрядно затянуться.

— Да уж. — Марья внимательно осмотрела комнатку, где меня содержали, оторванную от стены чугунную батарею, фотографии на стенах. — Не самое комфортабельное жилище. Впрочем, Чудю комфорт и не был особо нужен, он ценил уединение и красоту женского тела. Но надо признать, оборудовал он все тут у себя добротно. Если в первую комнату, где у него припасы, случайно забрести еще можно было, то в эту он проход скрыл качественно, и, если бы дверь не была открыта, мы бы ее не нашли, так что, Дим, повезло тебе и что ты освободиться сумел и что выбрался самостоятельно.

— Мне бы повезло, если бы я вовсе тут не оказался. — Буркнул я себе под нос.

— Ну тут уж извини. — Хихикнула блондинка. — Ты сам во все это ввязался. Кому, спрашивается, не сиделось на месте? Кто кричал, что хочет обратно на оперативную работу, а то с ума сойдет. Вот тебе и оперативная работа, все как ты любишь, с членовредительством и смертоубийствами.

— Ладно-ладно. — Я примирительно поднял руки. — Волк! Надеюсь, в коридоре они никакого порошка не насыпали, чтобы у тебя нюх отбить. Пошли искать наших преступников?

Порошка нигде насыпано не было, хотя емкость с ним и нашлась в вещах, что оставили братья медведи, их я перетряс особенно тщательно, прощупал каждый сантиметр помещения, каждую полку, каждый шкафчик, я искал мантии-невидимки, которых у преступников было как минимум и если верить Кикиморе, две. И плохим знаком было то, что я их не нашел, значит у бандитов есть еще какое-то логово, где скорее всего скрывается и храбрый портняжка Евгений, с его убийственным ударом и находятся искомые нами артефакты.

— Ничего тут нет. — Наконец заключил я. — Айда в катакомбы. Было бы не плохо оставить кого-нибудь сторожить выход, на случай если мы разминёмся со злодеями, и они найдут сюда дорогу. — Я глянул на Марью, намекая именно на нее, мне было страшно за девушку, я боялся брать ее с собой туда в темноту лабиринта, но она словно и не поняв намека, кивнул на пару чудиков с чемоданом.

— А вон, Вифсла и Тофсла покараулят. Если что, проследят, приведут подмогу. Они ребята шустрые и незаметные. Так ведь? — Она лучезарно улыбнулась чудикам и те согласно закивали.

Я, смирившись с тем, что блондинка твердо намерилась идти со мной, только глубоко вздохнул и вслед за волком шагнул в коридор, еще недавно скрывавшийся за шкафом.

Ну и что я могу сказать, мой серый приятель заблудился практически сразу. Его хваленый нюх не сработал, а все потому, что эти четверо метались по коридорам словно бешеные крысы. Постоянно пересекая собственные следы много раз перемещаясь вверх и вниз по уровням подземелья.

Полинка тоже скинув с себя одежду и бережно передав ее Марье, обернулась зверем и отделившись от нас, тенью скользнула в коридоры, сославшись на то, что, разделившись мы ускорим процесс поисков, а она если обнаружит злодеев в драку с ними не полезет, а позовет нас.

Провожая ее взглядом, я лишний раз убедился в том, что по отношению к Марье, я испытываю совершенно другие чувства, блондинку я бы точно не отпустил никуда от себя, а вот эту бестию, запросто.

Полина сильная, она сможет за себя постоять, а за этот хрупкий голубоглазый цветочек ответственность несу я.

Снова девушка к нашей компании присоединилась только часа через три, мы как раз зашли в очередной тупик, где Кикимора устраивала себе небольшой отдых. К тому времени, как она тут остановилась, судя по всему, феромоны уже переставали действовать, потому что, и братья медведи уже не так целеустремленно ее преследовали. Потому она и смогла позволить себе останавливаться, да и троица, двигавшаяся до этого строем, начала разделяться, по всей видимости голод и жажда у них тоже начали брать верх над иными низменными желаниями.

— Одного нашла. — Вынырнула из темного коридора обнаженная девичья фигурка, временно принявшая снова человеческий вид. — Шестью уровнями ниже. Сильно изможден и обезвожен, еле ноги передвигает, меня не заметил, ему вообще ни до кого сейчас дела нет, он заблудился и пытается найти путь назад.

— Вот и хорошо. — Довольно усмехнулся я. — Значит есть вариант взять его без боя.

— Я бы не рассчитывала. — Скривилась Полина. — Дим, он зверь, его загнали в угол, он понимает, что если его поймают, то его не ждет ничего хорошего, в лучшем случае неволя, а это для таких, как он и я, хуже смерти.

— Посмотрим. — Скривился я и надел на руки модернизированные Марьей перчатки. К бою я был готов. Более того, я хотел, чтобы они оказали сопротивление, злость, и унижение за пленение и то, что произошло дальше, будоражили кровь.

Рысева только пожала плечами и повернувшись к нам спиной направилась во тьму коридоров, мы двинулись вслед за ней.

Глава 19

Парень и вправду выглядел жалко, измотанный истощённый, когда мы подошли к нему, он занимался тем, что слизывал со стен капли влаги, словно дикое животное, в которое он и превратился, стоило свету фонарика его осветить.

Мгновение и оборванный, жалкий, полуголый молодой парень, еще совсем недавно блиставший атлетическим телосложением, обернулся в хищника, столь же жалкого и измождённого.

— Я же говорила! — С каким-то злорадством произнесла Рысева, так же в мгновение ока принимая свою животную ипостась и рванувшись вперед.

Медведь в которого обернулся парень, тем временем как-то очень заторможено встал на задние лапы и коридоры огласил его рев, полный боли и отчаяния.

Полинка изрядно уступала ему в размерах, но она была свежа, бодра и полна сил и поэтому, ударившись ему в грудь всем своим весом успела его изрядно располосовать когтями, прежде чем здоровяк осознал, что же тут происходит. Кровь хлынула из ран фонтаном, видимо хищница повредила ему какую-то артерию, и чтобы не истечь ею медведь вынужден был вновь обернуться человеком, чего я только и ждал, опережая волка я кинулся к упавшему на колени парню и что было сил приложил того в ухо кулаком. Перчатка ожидаемо не подвела, оборотня затрясло, и он навзничь упал на пол.

— Первый есть. — Теперь к павшему противнику подошла Марья и набросила на него нечто вроде сети из тонких почти невесомых нитей. — Аналог синей ткани. — Пояснила она, поймав мой вопросительный взгляд. — Меня всегда занимало, почему Иван для того, чтобы Кузьму связывать использует именно ткань, почему бы не сделать сеть. Ну и вот, когда мне дали воображлятор я немного помучалась, и сотворила. Основная сложность в том, чтобы она не путалась и была комфортной в переноске, но я решение подсмотрела на канале про рыбалку и вот. — Она затянула на сети снизу шнурок, так, чтобы оборотень оказался в некоем коконе, после чего достала флягу с водой и принялась поить парня, тот жадно глотал жидкость и в его глаза постепенно возвращалась жизнь и разум. — Ты только в медведя не вздумай перекидываться. — Предупредила его Искусница. — В форме мишки ты по габаритам крупнее, а значит в коконе не поместишься, и сеть тебя при этом порежет на мелкие кубики. Ясно? — Парень молча кивнул.

— Что меня ждет? — Хриплым голосом поинтересовался он, после того как в волю напился.

— Тюрьма. — Пожал я плечами. — Вы поганцы двоих полицейских убили, подставили весь Институт и ради чего?

— Нам надоело жить в нищете. — Сквозь зубы просипел пленник. — У всех машины, квартиры, бабло пачками, а мы прозябаем…

— И чтобы не жить в нищете, вы приняли решение убивать. — Жалости в моем голосе не было, эти парни были подонками, они, ради своей красивой жизни, лишили ее троих, а то и больше. Если вспомнить, ту девочку Машу, которая благодаря телекинезу Кикиморы свернула себе шею, на их совести минимум четверо.

— Ну. — Хмыкнула Марья, которая похоже думала о том же, о чем и я. — Теперь Вы научитесь ценить свою прежнюю жизнь, и это в лучшем случае. Была бы моя воля, вся ваша шайка отправилась бы в утиль.

— Институтские своих не убивают. — Как-то паскудно оскалившись сообщил ей оборотень, на что Марья лишь сплюнула.

Мы с Полинкой вдвоем погрузили тело на спину волка, который благодаря своей невероятной скорости и чутью, за считанные минуты доставил его на верхние ярусы в штаб-квартиру братства и вернулся к нам, после чего мы отправились дальше на поиски оставшихся преступников.

Второй из братьев медведей нашелся не далеко, вот только выглядел он не в пример лучше. Нет он был таким же тощим и вымотанным, но по всей видимости, хотя бы источник воды где-то умудрился обнаружить, а от того, находился в куда как более жизнеспособном состоянии.

Более того, он умудрился порвать Полинку, собственно, после возвращения волка мы снова разделились, и она отправилась в разведку, как и до этого, но уже через несколько минут мы услышали ее истошный вопль, от которого холодело в груди.

Секунда и я верхом на волке мчусь по ее следу. Еще десяток секунд скачки и мощный фонарь в моих руках освещает жуткую картину, медведь, навалившись на Арысь, прижимает ее к земле и рвет когтями куски плоти и кровь летят во все стороны. Я на скаку выставляю в сторону оборотня палец, щелчок и в зверя ударила молния, медведь на секунду опешил, затем замотал головой и уставился на меня, в его взгляде было столько злости и обиды, что мне даже на секунду стало его жаль. Он ведь почти победил, почти убил своего противника, который явился за ним в эти катакомбы, а теперь, к тому пришла подмога, да еще и так больно стреляющая.

Оборотень взревел, и снова было наклонился к Рысевой, чтобы добить ее, но в этот момент я почти вплотную подлетел к нему и на скорости сорвался со спины волка выставив ногу вперед.

Раздался жуткий хруст, и медведь отлетел к стене, я же рухнул на Полину сверху, ноги мои были сломаны, мало того, что я прыгнул с летящего на невероятной скорости волка, я ведь пнул противника теми самыми ботинками, модифицированными моей пассией, и делающими мои удар в десять раз сильнее. Вот только физику при этом никто не отменял, сила моего удара может и была сокрушительной, но кости то у меня тоже не стальные.

Я посмотрел на ноги и увидел, как быстро набухают от крови штанины, а судя по их форме, кости ног торчали во все стороны.

Я, превозмогая боль вытащил из сумки на поясе пузырек с восстанавливающим зельем, опрокинул его в рот и тут же пополз смотреть, что там с Полинкой. Волк тем временем встал между нами и недвижимой тушей медведя и оскалившись приготовился принять бой, правда вот, шансов против этого здоровяка у него было мало, даже меньше, чем у Рысевой. Наш серый приятель, он больше по пирожкам, чем по кровавым схваткам, тем более что противник превосходил его в разы.

— Полина! — Позвал я, вливая в пасть животной ипостаси своей подруги зелье, мне пришлось засунуть руку глубоко ей в пасть, чтобы жидкость затекла в горло, подрал медведь ее очень сильно, так, что я с ужасом пытался найти у нее хоть какие-то признаки жизни.

Арысь не шевелилась, и я чуть не в голос взвыл, да быть такого не может, нет, она не посмеет вот так умереть, из-за меня, из-за моей дурацкой прихоти, пойти на охоту за преступниками в таком вот составе, она ведь даже не сотрудница отдела.

Я поднял тело подруги на руки и затряс что есть силы и то ли от тряски, то ли от вовремя влитого в ее горло зелья, Арысь шевельнулась, приоткрыла глаза и начала прямо у меня на руках оборачиваться.

Секунда и я держу в объятиях полуживую, голую, рыжую девушку, раны затянулись, но состояние Полины оставляло желать лучшего, дыхание у нее было слабым, взгляд мутным. Я прижал девушку к себе и разрыдался. Да какого черта я вообще творю? Что я тут забыл? Кто я такой, чтобы рисковать их жизнями? А если бы на месте Полинки была Марья?

Понемногу сознание возвращалось во взгляд девушки, и вот она уже даже слабо мне улыбнулась, после чего я ласково чмокнул ее в губы.

— Он меня поймал. — Хрипловато произнесла она. — Подкараулил в одном из отнорков, и напал со спины, я бы увернулась или убежала, но неожиданно, из засады. Ты вовремя успел.

— И спас тебя. — Улыбнулся я ей. — Теперь и с тобой как с Марьей мы буем жить долго и счастливо.

— Что за чушь ты несешь? — В ее зеленых глазах появилось возмущение. — Дим, то, что мы пару раз переспали, ничего не значит, я нормального мужика себе найти рассчитываю так-то.

Эти ее слова меня просто ошеломили и вернули в реальность, я смотрел на нее ошалело моргая, а вот Полина, оказалась профессионалом куда лучшим, чем я, она быстро перевела взгляд на тушу, что так и лежала возле стены и кивнув на нее спросила.

— С этим-то что?

Я на это только пожал плечами, после чего выпустил из объятий девушку, аккуратно уложив ее на бетонный пол и осторожно, сжимая кулаки и готовясь нанести в любой момент удар громовыми перчатками пополз к туше. Ноги болели нещадно, эликсир безусловно делал свое дело, тем более что это было не стандартное зелье восстановления, а что-то из особой аптечки Златы, но мгновенно даже живая вода не действовала, поэтому, моим ногам нужно еще время.

Приблизившись к туше, я выпустил в нее пару разрядов молний, на которые медведь оборотень даже не отреагировал, причину этого я увидел уже через пару минут. Парень был мертв. При ударе сломались не только мои ноги, он был такой силы, что я проломил его почти каменный череп и сломал шейные позвонки, да так удачно для меня и не удачно для него, что зверь умер на месте. Если бы этого не случилось, хана бы нам, он ведь так же, как и Полинка мог обернуться обратно человеком, а затем снова медведем, и порвать и меня и волка разом. Именно в этот момент я понял, какой бестолковой авантюрой была вся эта охота. Преследование в темном не знакомом лабиринте порождений Института, это был полный идиотизм. О чем я и поспешил сообщить подоспевшей к нам наконец Марье.

— Ну не знаю. — Пожала она плечами, осматривая мои ноги. Рысева уже пыталась стоять самостоятельно, пусть и опиралась на волка. Она была просто очень слаба, я же, фактически потерял способность к самостоятельному передвижению. — Авантюра, безусловно, а вот на тему идиотизма, я бы поспорила. Счет два ноль в нашу пользу. Один из братьев медведей убит, второй арестован, как по мне результат положительный.

— Полину чуть не убили. — Попытался вставить я свои пять копеек.

— И что? — Пожала плечами красавица. — Дим. Мы все смертны, любого из нас могут убить, а еще больше вероятности, что мы помрем по нелепой случайности. Я вот у нее в гостях, когда была, то в холодильнике нашла три банки рыбных консервов, срок годности которых истек три года назад, она их по скидке купила в супермаркете. Так вот. Шансы помереть от ботулизма у нее были куда выше, чем сгинуть тут. А поверь мне, смерть от отравления рыбными консервами, куда более мучительная, чем от когтей врага.

— Да отстань ты от меня с этими консервами! — Раздался слабый голос Рысевой. — Выкину я их! Выкину!

— И… — С иронией протянула Искусница.

— И больше не буду покупать в том магазине ничего. — Смиренно закончила рыжая.

Я даже с неким облегчением подумал о том, что, хорошо быть раздолбаем, у которого в холодильнике никаких запасов вовсе нет, а если они и появляются, то сметаются птицами задолго до того, как срок годности истечет. А не то бы мне тоже сейчас досталось, честно признаться, я тоже считал, что срок годности консервов заканчивается в том момент, когда банка вздуваться начинает.

Сам того не заметил, как Марья какими-то вот такими нелепыми замечаниями перевела мои мысли от сожаления и самобичевание в совершенно другое русло, которое никакого отношения не имело ни к делу, по которому мы тут оказали, ни к сожалению и стыду перед людьми, которых я в него втянул.

— Дим! — Блондинка с ласковой улыбкой взъерошила мои волосы. — Ну так что? Пора возвращаться? Ты уж извини, но сегодня, да и завтра из тебя охотник никакой, Полинка вон тоже на ногах еле стоит, так что остаемся волк и я, но мне если честно преследование преступников не интересно, а у волка, с таким вот мишкой, вряд ли справиться получится. Ну так что? Домой?

Я попытался подняться, но не тут-то было, вскрикнув от боли, упал обратно на пол. Права Марья, ой как права, все, отбегался, придётся возвращаться. А Кикимора тем временем, вместе с оставшимся на свободе медведем, найдет путь наверх и скроется на бескрайних просторах страны, или даже за рубеж махнет, мантии невидимки — это очень неплохое подспорье для беглеца.

Кроме меня, ее искать сейчас некому, все заняты в местной междоусобице, они нужны там, вот и выходит, что оставляя поиски, я отпускаю преступников, но и поделать ничего не могу, стоять на сломанных ногах мне не под силу, Рысева тоже выведена из строя, ее особенности оборотня сумели зарастить раны, но кровопотеря, отрицательно сказалась и на ней. Она стоит сейчас абсолютно бледная, осунувшаяся и покачивается от слабости.

Остаются волк и Марья, но она не боец, а мой серый приятель, он, конечно, быстрый, очень быстрый, но в схватке с таким вот мишкой, ему не выстоять, он для пожирания пирожков хорош и для перевозки Иванов Царевичей на длинные дистанции, а прямая схватка, явно не его.

Так что, я в очередной раз потрогал свои сломанные ноги и скривившись от боли принял решение.

— Возвращаемся. — Наконец кивнул я. — Делать тут нечего, единственное, надо что-то с трупом придумать.

— А чего с ним думать? — Удивилась Марья. — Упакуй его в сумку, он же вроде как не живой уже, так что проблемы возникнуть не должно.

Ну да, безразмерная сумка была выходом, я уже думал, чтобы бросить тут братца медведя, забрать его позже, но Марьюшка у меня умная, она предусмотрительная.

Кривясь от боли, я подполз к мертвому телу и так же, как совсем недавно, зимой распустил завязки на сумке и принялся растягивать ее горловину, чтобы в него могло влезть тело.

— Отойди от брата! — Хриплый злой голос словно гром прозвучал в тишине коридоров, мы дружно развернулись на него и уставились на парочку, вышедшую из темноты, мужчина и женщина, Ирина Кикимора и последний из братьев медведей, выглядели они так же паршиво, как и те двое, кого мы уже встретили тут, не до такой степени, конечно, как первый из парней, который дошел до того, что пытался слизывать воду со стен, но тоже очень и очень паршиво.

— Я сказал, отойди от брата. — Повторил оборотень и начал было превращаться в зверя, но Кикимора положила ему руку на плечо, и тот мгновенно успокоился.

— Всем добрый день. — Попыталась улыбнуться девушка своими ссохшимися, потрескавшимися губами. Выглядела она паршиво, хотя, если судить по тому, что одежда ее пусть и замызганная, и местами рваная, но все же была на ней, она сумела спастись от преследователей, пока действие феромонов сошло на нет. Ее некогда зеленые волосы свисали грязными сосульками, лицо осунулось и под глазами залегли черные тени. — Или что там у нас на дворе. — Движения девушки все еще были грациозны и женственны, и я даже на миг засмотрелся на нее, находя притягательные черты в пусть даже таком замызганном образе.

— Ну и воняет же от тебя, как от борделя для бомжей. — Скривилась Рысева, ее обостренное обоняние уловило весь спектр ароматов, источаемый девушкой и тот ей ой как не понравился, меня же голос подруги привел в чувства, я осознал, что то, что я сейчас ощущаю, это остаточное действие феромонов, они уже не имели такого убийственного эффекта, но все еще работали. — Что за парфюм у тебя такой мерзкий?

— Мужикам нравится. — Подмигнула Кикимора рыжей, на что я только скривился, да конечно, нравится, волю мы теряет от этой дряни. — Но про все про это позже. Еда и вода у вас есть?

— Есть. — Ответила ей Марья, но не сделала ни единого движения, чтобы достать фляжку или пакет с бутербродами, она просто как обычно спокойным и безразличным тоном честно отвечала на заданный вопрос.

— Ну так давай ее сюда! — Взвизгнула Кикимора, теряя самообладание, похоже спокойствие Марьи стало для нее последней каплей. Напряжение последних дней, погоня по катакомбам Института, голод, жажда, бессонница, со всем этим она справлялась до нынешнего момента, и даже умудрилась встретиться со своим приятелем и снова взять его под контроль, но вот этот спокойный тон… Если честно, меня он тоже временами подбешивал, я достаточно легко относился к тем моментам, когда Марья ругала меня из-за бытовых неурядиц, раздражался, когда разговаривала со мной нравоучительно, а вот этот ее тон… Всегда складывалось ощущение, что с тобой разговаривают как с дебилом, холодно и безразлично разъясняют прописные истины, ни лишних слов, ни эмоций. Вот и сейчас, она врубила робота, лаконичные фразы, простые ответы, и главное, я знал к чему все это идет, за те месяцы, что мы прожили с ней, я прекрасно изучил эту женщину, так что, все что мне сейчас оставалось это горестно вздохнуть и ползком направиться к ней. Марья выводила противников на конфликт, она бесила их, а я очень и очень не хотел видеть того, как медвежьи когти, будут рвать ее плоть.

— Нет. — Так же спокойно ответила блондинка и я увидел, как глаза Кикиморы наливаются кровью.

— Ты смеешь мне перечить? — Выдохнула она, наконец справившись с гневом. — Давай сейчас же сюда воду и продукты.

— Я? Перечить? — Марья удивленно подняла бровь. — Да как я могу? Кто я такая? Я же просто швея, мастер рукоделия, а ты вон, преступный гений, глава банды! Что я могу тебе сделать? Мои инструменты вон. — В пальцах Искусницы что-то блеснуло. — Нитки, да иголка. Это не медвежьи когти и не твой знаменитый телекинез. Просто, ну не дам я тебе ничего своего. Не хочу и все! Ты вон и так моего мужика похитила и пыталась склонить непойми к чему, больше я тебе ничего не отдам. Принцип!

Кикимора снова начала звереть, оборотень же рядом с ней принял свое звериное обличье и с угрожающим рыком двинулся на блондинку, которая стояла, абсолютно спокойно крутя в пальцах небольшую иголку.

Я полз что было сил к Марье, чтобы прикрыть ее своим телом, моей последней надеждой было то, что я все еще нужен Кикиморе и она не станет меня убивать, а заодно и спасутся мои друзья.

Волоча за собой покалеченные ноги, я цеплялся пальцами в бетонный пол, покрытый толстым слоем пыли и грязи, но понимал, что не успею, будь я хоть чуточку быстрее, не сломай я ноги, то и Марья…

Медведь кинулся на блондинку, с прытью которую никто не ожидает от такой туши, медведи вообще животные обманщики, это с виду они добродушные увальни, на деле же, даже обычный мишка, машина для убийства, невероятно сильные и быстрое, они способны загнать в лесу лося, их острый ум помогает обходить ловушки и капканы, и самим зачастую устраивать такие засады, что не всякий охотник, даже хорошо вооруженный выйдет из схватки с ними живым. Тут же у нас имелся не обычный медведь, это был оборотень. С умом пусть не самого интеллектуально развитого, но человека.

Вот только Марья, она тоже была не столь проста, секунда и на том месте, к которому рванулся медведь ее уже не было, грациозным пируэтом, девушка переместилась в бок скрываясь в неприметной нише, и одновременно с этим словно в танце, очень элегантно и картинно взмахивая рукой, что она там такого сделала, я не видел, но Кикимора ахнула, закрыла глаза и упала мешком на пол.

Оборотень же, поняв, что добыча улизнула взревел и принялся крутиться выискивая ее, он был в этот момент ослеплен яростью и даже не увидел, как его подруга упала на пол.

Волк серой молнией кинулся на оборотня, пока тот повернулся к нему спиной и вцепился клыками тому в бедро, оборотень снова взревел и принялся крутиться, но наш серый приятель, словно бультерьер повис на нем, сжимая зубы стальной хваткой.

Зверь ревел и неистовствовал, он то крутился на месте, то вставал на задние лапы, судя по всему, ему было очень больно. Наконец он попытался сесть на зад, и только в этот момент волк отцепился, опасаясь оказаться под его могучей тушей, медведь радостно взревел и развернулся было к ненавистному врагу, но в этот момент на него со спины накинулась Арысь-поле, снова принявшая свой звериный облик. Полина запрыгнула ему на спину и принялась неистово рвать ему загривок, словно пытаясь отомстить за свое предыдущее поражение.

Медведь отвлекся на Полинку, что позволило волку снова обойти его сзади и вцепить во вторую ногу. Я тем временем старался уползти подальше, чтобы меня просто-напросто не растоптали в этой схватке.

Оборотень наконец сумел скинуть с себя Арысь и тем же самым способом, как и до этого избавился от волка, на этот раз он повел себя умнее, отступив к стене, он уперся в нее спиной и принялся отмахиваться лапами от противников. Волк же с Полиной кружили вокруг него словно акулы, изматывая, заставляя выложиться по полной, потратив последние силы и без того измученного голодом и жаждой существа. Добило оборотня то, что он наконец увидел, что его спутница без движения лежит на полу, в этот момент внутри у парня словно надломилось что-то, его медвежья туша грузно осела на пол и он превратился обратно в человека. Именно в этот момент, так же быстро и грациозно из темноты бокового коридора выскользнула Марья и накинула ему на шею петлю, сплетенную из простой красной нити.

— Я же говорила. — Звонко рассмеялась блондинка, затягивая петлю на шее оборотня. — Нитка, да иголка, вот мои инструменты. Попытаешься обернуться, она тебя удавит. — Сообщила она парню, после чего поспешила ко мне. — Дим! С тобой все в порядке.

— В порядке, — Хмуро ответил я. — Вот только я очень сильно за тебя испугался.

— Естественно. — Она села рядом со мной прямо на пол и обняла за шею. — Это все, потому что ты меня любишь, и даже готов за меня жизнь отдать, хотя тебя об этом никто и не просил.

— А остальные…

— А с остальными, ты просто спал. — Как-то легко и беззаботно сообщила мне блондинка, не давая мне закончить фразу и наговорить глупостей.

— Что это было? — Я кивнул на Кикимору, переводя тему. Я был сейчас не готов говорить о любви к ней, была еще Яра, Василиса. Мне скоро придется делать выбор между ними и признание в любви Марье, да еще и в такой момент, этот выбор сделает слишком очевидным, хотя она и права, я действительно ее люблю и похоже, что она тоже меня любит. Но есть Яра… Я попытался отбросить ненужные мысли.

— Игла, это что-то из сказки про спящую красавицу. — Пожала плечами Марья. — Не то, чтобы я как Кощей решила зациклиться на сказках, просто сочла, что для меня подобная штучка будет и полезна, и удобна и подойдет к образу, а нитка, ну просто шнур, крепкая, не рвущаяся. Тоже штука полезная, режется легко, а вот порвать невозможно, он сродни той ткани, из которой я пошила нам куртки, она просто не знает, что такое рваться и всё.

— Да уж, — Произнес я с некоей тягостью. — Подготовилась.

— Еще бы. — Лучезарно улыбнулась мне блондинка, ласково поглаживая по голове. — Я же перестраховщица, у меня всё продумано.

— Слушай. — Задал я наконец интересующий меня вопрос. — А чтобы Кикимору пробудить ее теперь нужно принцем целовать или достаточно иглу достать?

— А вот это секрет. — Усмехнулась Марья. — Мы, конечно, своих без нужды не убиваем, но и эту тварь я безнаказанно отпускать не собираюсь, ее теперь хоть королям на поругание отдавай, хоть иглу доставай, все равно не проснется, говорю же, для меня сказочные стереотипы не более чем условность, а дама эта, она теперь больше предмет, чем человек, не мертвая и не живая, когда выберемся, отправится она в хранилище запретных артефактов, чтобы место не занимать.

Коридор при этих ее словах огласило рыдание, это медведь оборотень, осознав сказанное впал в истерику, все же никогда мне не понять причин, почему эти парни хвостом ходили за Кикиморой, может у них была такая странная извращенная любовь, может какая иная глубокая связь, да мне и плевать. Вся их история, она странная, чрезвычайно одаренная девушка, которая благодаря своим талантам могла бы стать миллионером, но предпочла встать на путь преступления и группа странных парней, к ней привязанных до безумия и готовых идти за ней на край света не взирая ни на что.

— Собираться надо. — Констатировала Марья. — Хватит нам шариться по подвалам.

Пока я упаковывал труп медведя в сумку, волк перетаскал наших пленников и вернулся за мной. Марья с Полиной помогли мне взгромоздиться ему на спину и уже через минуту, я мешком свалился на пол штаб-квартиры братвста, где ко мне тут же кинулись Варвара со Златой.

— Дим! — Краса заглянула мне в глаза. — Как ты? Все хорошо?

— Да все с ним нормально. — Притворно холодно вместо меня ответила ей ведьма. — Для него норма быть побитым и поломанным, у этого парня скоро иммунитет выработается к моим зельям. Дим! А ты не специально все это с собой творишь? Может у тебя тяга к суициду?

— Может. — Не стал спорить с ней я. — Но не сегодня. Сейчас у меня тяга к уютной кровати и сытному обеду. Девочки, я домой хочу! Мне все эти приключения осточертели, сил нет!

Глава 20

Васильковые глаза, как же они прекрасны, вот только взгляд встревожен и всегда румяные щечки сегодня бледны.

— Все не так как выглядит. — Заявила мне Василиса, нервно теребя краешек одеяла.

Она заявилась ко мне с самого утра, только сегодня не направилась на кухню ставить кофе и раскладывать по тарелочкам круассаны и даже не влезла, недовольно кряхтя ко мне под одеяло, дразня обнаженным телом. Она просто сидела на краю кровати, нервно теребя краешек одеяла и дожидаясь, пока я проснусь.

Ждать чем у них там закончатся дела в Институте я не стал, свалил давно знакомым тайным ходом, тем самым, которым впервые и попал в Институт, и отправился к себе, в теплую и уютную кроватку, где и проспал до полного выздоровления, а проснувшись обнаружил рядом с собой Василису.

— Ты не использовала роман со мной, чтобы спровоцировать Кощея на конфликт? — Я лукаво приподнял бровь, если честно, я прекрасно знал, все, что она мне сейчас скажет, и надо сказать, меня это устраивало. — Василис! — Я положил ладонь на колено девушки, отчего она вздрогнула. — Я не в обиде, не в претензии. Нам с тобой было хорошо и знаешь мне не нужны от тебя оправдания, я все понимаю и принимаю. Я люблю тебя.

— И я люблю тебя. — Она склонилась ко мне и чмокнула в щеку, после чего убрала мою ладонь со своего колена. — Как брата… Все что я делала, было во благо Института. Мне нужна была провокация, всем провокациям провокация, и тут подвернулся ты. Я сначала хотела тебя просто затащить в постель, снадобья всякие подсовывала, потом мне стыдно стало, а потом…

— Потом я стал для тебя родным и близким, но процесс то должен идти своим чередом. Тебе нужна была измена, интрижка на стороне, причем такая, которая выбьет Костю из колеи, от которой ему снесет крышу, и он начнет действовать импульсивно и жестко.

Василиса начала стремительно краснеть. После чего резко обняла меня прижимая к груди.

— Ты стал для меня всем, но Институт превыше всего. — Наконец выдохнула она. — Но теперь, это должно закончиться, мы с Костей снова должны стать парой, символом стабильности Института, единым и нерушимым…

— Но не имеющим больше единоличной власти. — Я крепко обнял ее в ответ. — Я же говорю, Василис, ты можешь мне ничего не объяснять, я все прекрасно понимаю, я слишком хорошо тебя знаю. — Моя рука скользнула по ее спине и одним ловким движением пальцы расстегнули ей лифчик.

— Дурак! — Девушка со смехом выпрямилась и сделала вид, что собралась отвесить мне пощечину, но вместо этого ласково провела по щеке кончиками пальцев. — Между нами больше ничего не будет. — Наконец произнесла она, будто через силу. — Это первое условие. Костя не изменяет мне, я не изменяю ему, не знаю уж сумеет ли он сдержать слово…

— Но если не сумеет, то я все равно буду уже с другой, с единственной, так что… Это прощание нас как любовников, но приветствие, как друзей.

Василиса протянула мне ладонь для рукопожатия, после которого очень ласково поцеловала в щеку.

— Повезло ей… — С неким сожалением произнесла она.

— Ей могла быть и ты. — Я скинул одеяло, и не обращая внимания на наготу, поднялся на ноги, которые уже совершенно восстановились. Стесняться Василисы я не стал и вряд ли буду когда-нибудь, слишком многое между нами было.

— Ненавижу эти твои футболки. — Буркнула она, глядя на то, как я надеваю сначала трусы а следом застиранную черную майку с надписью «Глубоко фиолетовый», я на это лишь пожал плечами, все, больше она не будет рвать их на мне в порыве страсти, этот период наших отношений закончился, но может наступит другой, или не наступит, может быть я вообще решу, что Караваев стал для меня тесен, уеду отсюда и никогда не вернусь.

— Василиса Андреевна, а можно Вас попросить об одном одолжении? — Я повернулся к ней и с ласковой улыбкой взглянул ей в глаза. Та вопросительно вскинула подбородок. Нет все же она очень красива, просто невероятно, и то, что я пусть и ненадолго, но обладал этой женщиной, было счастьем. — Мы можем завтра с утра собрать тут, именно в этой квартире, нынешнее руководство Института?

— Ты нашел его? — Василиса вытаращила на меня глаза. — Ты понял?

В ответ я лишь пожал плечами и загадочно улыбнулся, после чего так же молча направился на кухню. Отвечать я не собирался, интрига есть интрига, да и не уверен я ни в чем до конца, а проверить никак не получился.

Нет ну это уже ни в какие ворота не лезет, Василиса со своими трогательными, но никому не нужными разговорами и объяснениями, даже чайник не поставила.

— Доброе утро! — В кухню завалилась Марья на пару с Рысевой, выглядели они изрядно помятыми. — Мы к тебе чай пить! У меня все закончилось, да и соскучились мы по тебе.

— Бухали да? — Я подозрительно глянул в их помятые лица.

— Отмечали! — Согласно кивнула блондинка. — Не каждый день должности в управлении получают.

— Ты тоже в совете директоров? — Я удивленно уставился на Рысеву.

— А куда без нее. — В кухню вошла Василиса с чуть припухшими веками, похоже пыльно у меня, вот и воспалились глаза, поверить в то, что эта железная леди прослезиться, я не мог. — Полина руководитель важного направления Института, тем более что она ко всем нейтральна. Я вот и Марью хотела привлечь, да она, отказалась. — Василиса подошла к блондинке, и они нарочита фальшиво расцеловались в щеки приветствуя друг друга.

— Мне это не интересно, — Пожала она плечами. — Пока вы там о судьбах мира думать будете, я вон лучше поработаю, сошью что-то полезное или смастерю, а ты чего тут с утра? — Она мгновенно оценила опухшие веки Василисы, мою безразличную позу и чайник, который я только-только поставил. — Понятнооо. — Протянула она. — Подруга. Ну ты и дура!

— У меня долг. — Попыталась было оправдаться красавица, но Марья только пожала плечами.

— А у меня там внизу три бутылки мартини! — Она озорно подмигнула Рысевой хватая ту за локоть. — Пошли обменяем твои долги на мой алкоголь? — Василиса, казалось, даже секунды не раздумывала, уже через миг я остался ну кухне один, наедине с закипающим чайником.

Впрочем, в этой квартире пребывать в одиночестве не получится, ну не располагает она к этому, так и случилось, следующей на пороге нарисовалась Варька в компании троицы птиц, которые препирались между собой, причем препирались все четверо.

— А я говорила, что надо было сразу на вокзал ехать. — Кричала Сирин. — А Вы, да он по трассе уходить будет, у него машина.

— Ничего ты такого не говорила, — Возмущалась в ответ Варвара, — Упомянула только, что иногда почтовые поезда останавливаются, а чтобы ехать на вокзал и искать его там, такого не было.

— Все равно я умная! — Пискнула Сирин.

— Дура ты! — Не согласилась с ней Алька.

— Точно так! — Согласилась с ней Юна.

— Девочки не ссорьтесь — Примирительно подняла руки Варька. — Мы все тут дуры.

— Упустили. — Грустно выдохнул я.

— Ну да. — Так же грустно кивнула в ответ Краса. — Из-за всех этих перипетий в Институте, времени совсем не осталось, и он свалил из города, но ты не переживай, поймаем, это тебе не рецидивист и даже не дед Кузьма, Евгений к внешнему миру не привык. Так что, никуда он не денется. Лично за ним поеду, вон, прихвачу Витальку, да рванем в командировку с ним.

— А твой новый парень не заревнует? — Я криво усмехнулся, до сих пор не мог с уверенностью определиться, рад ли я тому, что Варька сошлась со Вторым или нет. В принципе, он был в ее вкусе, да и мужик он порядочный и положительный, но к этой крохе я все же испытывал некие нежные чувства, пусть и не совсем романтического характера.

— Не. — Отмахнулась Краса. — У нас отношения достаточно свободные, не в том смысле, что мы спим со всеми подряд, просто мы доверяем друг другу.

— О как. — Я удивленно приподнял бровь. — Быстро вы.

— Да нет, — Варька хищно усмехнулась, — Просто у каждого из нас достаточно ресурсов, чтобы следить за другим не напрягаясь. Доверие, как ты правильно заметил, это результат проверки временем, может быть спустя десятилетия я и смогу ему верить безоговорочно, а пока, уж извините. Тем более! Кто для меня был всегда эталонной фигурой мужчины? Ты мой дорогой руководитель. А ты не упускал ни одной юбки! Кроме меня!

— Наговариваете Вы на меня, госпожа полицейская! — Попытался было я оправдываться, но перехватил ее насмешливый взгляд и замолчал. — Так и что теперь с этим нашим портняжкой.

— Да все как обычно. — Пожала плечами Варвара. — Коллеги определят, где он сошел с поезда, ну и я помчусь вдогонку, тут, кстати яблочки по тарелочкам сработали наконец-то, показывают его местоположение достаточно четко, ну в смысле пока что.

— А мантии? — Уточнил я. — Они при нем?

— Скорее всего. Лежку его в городе мы обнаружили, там искомых предметов не нашлось, да и не полный же он идиот, оставлять их в Караваеве, мантии, это его единственный шанс на выживание. У него из талантов только пушечный удар, а им не заработаешь много, а как известно, чтобы скрываться нужны деньги, причем большие. А с мантиями, хотя бы теми же мелкими кражами промышлять можно, но, если честно, я такое применение считаю крайне тупым и примитивным.

— Да вся эта шайка умом не блистала. — Хмыкнул я, садясь за стол и ставя перед собой кружку чая, ничего к нему, к сожалению, не было, обычно всякие вкусняшки к завтраку мне привозила Василиса, но она сегодня предпочла нужной еде ненужные разговоры, вот и приходилось давиться пустым чаем. — Я одного понять не могу, вот реально ведь, Кикимора была чрезвычайно одарена, сконструировать из банальных специй такую дрянь, что отшибла волку чуйку, феромоны создать, да какие. Вот чего бы ей не заниматься нормальным, легальным бизнесом.

— Я поспрашивала про нее. — Варька села напротив меня. — Натура у нее была вот такая, склонна к не логичным действиям, ветрена, никогда не могла долго удержаться на одной работе, даже самой простой, зато крутила мужиками, как хотела. Взять тех же братьев медведей, когда они окончательно пришли в себя, то первым вопросом у них было, что там с Ирочкой! Прикинь?

— И что там с Ирочкой? — Усмехнулся я, нет это было не остаточное проявление чар Кикиморы, банальное любопытство, сейчас, оглядываясь назад я вообще не понимал, как умудрился подпустить к себе эту дрянь, изначально же было очевидно, что как человек она полное дерьмо, а я ее пригрел на груди, дал работу, и даже сдал Чудя, сам того не понимая.

— Да не понятно с ней. — Хмыкнула Краса. — Лежит как овощ, а Марья не признается, как ее в сознание привести, говорит, что забыла, при этом ухмыляется так ехидно. В общем, тело ее отправится в специальное хранилище. Братья медведи же переданы сотрудникам полиции и понесут наказание за убийства. Сидеть нашим мишкам в клетке лет двадцать, если же попытаются удрать или чудить… Ну там будем решать. Специальных тюрем для Институтских мы строить не собираемся, зато на общем совете можем решить вопрос об их… утилизации. Паскудная история вышла, надо сказать, даже с Горохом было проще, он хотя бы был злодеем логичным, а эти, словно тупые подростки.

— Какие есть. — Я допил чай и поставил наконец кружку на стол. — Ты завтра меня посетишь? — Варвара вопросительно глянула на меня. — Я тут конференцию собираю, будут присутствовать все шишки Института.

— Чего это? — Удивленно приподняла она бровь, а потом ее осенило. — Ты нашел его? Нашел Бельского.

— Предполагаю, что нашел. — Поправил я девушку.

— И где? Рассказывай, не томи.

Я сходил в соседнюю комнату и вернулся с книжкой в руках передавая ее Варьке.

— На. — Гордо произнес я. — Изучай до завтра.

— Что это? — Не поняла девушка. — Сборник сказок? Тот самый, благодаря которому ты Рысеву в свое время вычислил?

— Он самый. — Самодовольно усмехнулся я. — Изучай. Завтра вернешь. А теперь, ты как знаешь, а я отправляюсь на поиски завтрака.

— И мы с тобой! И мы! — Закружились над моей головой птицы, словно три маленьких стервятника, почуявших добычу.

— И вы. — Согласился я. — Куда я без Вас.

Утро нового дня встретило меня ярким солнечным светом, именно такими и должны быть важные дни в жизни, дни, когда происходит переломный момент, чудо.

Чистое небо, пение птиц, хотя нет, пение птиц должно быть иным, это должен быть либо соловей, либо еще какая птаха из тех что поют красиво и радостно, а не троица пернатых дам затянувших матерную частушку на три голоса.

— Девочки! Доброе утро! — Поздоровался я.

— Дима! Дима! Дима! — Привычно зашумели они в ответ. Все же хорошо, что я их подобрал в свое время, без этой троицы мне было бы тоскливо жить.

— Девочки. — Я попытался смерит их серьезным взглядом, но не удержался и улыбнулся, такое умиление у меня вызывала эта стайка нелепых пернатых дамочек. — Мне надо по телефону поговорить, поэтому не могли бы вы ненадолго прервать свой концерт?

— Это не честно! — Возмутилась Сирин. — У Марьи вон всю ночь песни горланили, и ты им ничего не сказал.

— Так вы же с ними тоже горланили. — Возмутился я ее наглости.

Вчера этажом ниже Марья, Василиса и Полина устроили девичник с принятием горячительных, куда потихоньку стянулось все женское население нашего подъезда, исключая ту загадочную старушку с первого этажа, которая наотрез отказывалась продавать квартиру и была у нас единственной кто не имел отношения к Институту. В общем девичник перерос в банальную шумную пьянку с песнями, да еще и такой, куда меня наотрез отказались приглашать, я даже подумывал уехать в клуб, потому что из-за этого шума, спать было совершенно невозможно.

— Горланили! — Согласилась троица. — И знаешь что? Нам понравилось! Может быть мы от природы одарены талантом пения.

Не знаю уж насчет таланта, смысл тех рулад, что они выводили с утра и из-за которых я, кстати проснулся, заключался не в том, чтобы попадать в ноты, а в предельно скабрезном тексте песни, не знаю уж кто их ей научил, очень подозреваю, что Марья, эта на вид утонченная и интеллигентная дама имеет массу скрытых талантов.

Когда мне наконец удалось утихомирить троицу, а замолкать они не хотели из чистой вредности, ну бывают у них такие периоды, я достал телефон и набрал тот самый номер, который все время видел у меня на холодильнике прижатый магнитиком, телефон лавки фальшивых чудес.

— Доброе утро! — Радостно поприветствовал меня звонкий девичий голосок. — Как Ваши дела Дмитрий?

Вопреки ее жизнерадостности, фоном у девушки раздавались звуки стрельбы, крики и хрипы.

— Доброе утро, Марина. Я не вовремя? — Скромно поинтересовался я, судя по тому, что сейчас слышалось в трубке, она вовсе не в кинотеатре находилась, на просмотре боевика.

— Отчего же? — Удивилась девушка. — Все нормально, Вы не отвлекаете меня ни от чего важного! Ах тыж! Куда побежал поганец! На! У нас тут просто небольшая уборка, у товарища големы взбунтовались, вот, чистим, но они паршивцы такие шустрые, Вы бы знали! — Громыхнул взрыв и раздалось тягучее «уааааауууу» явно не человеческого происхождения. — Так чего звоните? Решили загадку с пропавшим человеком?

— Решил. — Кивнул я, и спохватился, все равно же она не увидит моего жеста. — Только не знаю, как его это… Выковырять, короче.

— О! Это совсем не проблема. — Так же жизнерадостно ответила девушка. — Главное, чтобы Вы загадку верно решили, если нет, то моя помощь будет противоречить принципам простой интересности, сами понимаете. — Я ничего не понимал, что за принципы такие и вообще, если она могла спасти Бельского еще в свой первый визит, то почему этого не сделала.

Но вместо того, чтобы задавать ненужные вопросы, я просто договорился, что она явится ко мне в четыре часа по Москве, у нас как раз будет полдень, уже и не слишком рано, для важных людей из Института и не слишком поздно.

Марина подтвердила, что будет как часы и положила трубку. Я же, прихватив троицу отправился завтракать в ближайшее кафе, все же плохо мне стало без Василисы, никто завтраками не кормит, не привозит круассаны. Ну да и ладно, уж с этим то я как-нибудь справлюсь.

В итоге к обеду я весь издергался и разволновался, да еще и визитеры, начавшие пребывать в квартиру Бельского, где я временно обитал, были все такие непривычно серьезные, даже Рысева, хотя подозреваю, что эта просто мучалась с похмелья проигнорировав таблетку и стоически решив расплатиться за вчерашнюю бурную ночь перед судьбой.

Особенно меня напрягло, когда завился Кощей под ручку с Василисой, девушка мне ласково улыбнулась, а вот директор Института показательно игнорировал, ох все же валить мне надо будет из Караваева, и как можно скорее, не простит он мне романа с супругой, что бы они там между собой не порешали, но пройдет какое то время и удавит он меня по тихому в темной подворотне, или даже не так, просто в очередной раз не даст порцию живой воды, когда меня приволокут в институт израненного и покалеченного.

Время шло, часики тикали, все представители руководства Института собрались и набились в тесную комнатку Бельского, а Марины все не было, я уже начал было волноваться, посматривая на часы, но как только пробил полдень, двери шкафа распахнулись и из него с криком «тадааам», показалась девушка, для разнообразия сегодня она была обета в короткое летнее платье, домашние тапочки в виде зайчиков, блистала ослепительной широкой улыбкой, а под глазом у нее набухал здоровенный свежий синяк.

— А вот и я! Заждались? — Она подошла к каждому из присутствующих, представилась и пожала руки. — Прошу прощения за мой внешний вид, я не стала переобуваться, мне, знаете ли, так удобнее.

— А это… — Варвара Ключница с интересом смотрела на гостью и аккуратно указала ей на синяк.

— А. — Отмахнулась та. — Это я со старушкой возле подъезда подралась, ну как подралась, она меня шалавой обозвала, ну я не выдержала и все ей высказала, так она меня клюкой отоварила, ну да это не интересная история. Дмитрий! Мы все собрались? Я если честно страсть как люблю эти вот моменты, как в классических детективах, когда все заинтересованные лица собираются в одном месте и детектив рассказывает кто же тут истинный убийца. Среди нас, кстати нет дворецкого? Нет? Ну и слава богу, иначе бы никакой интриги не было. Дворецкие всегда убийцы, у них это даже в должностной инструкции зафиксировано.

Я слушал весь этот сказочный бред, что несла девушка, не перебивая, просто по той причине, что не знал, чего от нее ожидать, я знал о ней лишь одно, она сильнее Института с его воображлятором, сильнее Кощея, сильнее Яры, а таких людей перебивать не стоит.

Впрочем, уже вскоре она затихла и уставилась на меня испытующим взглядом, давая понять, что пришло мое время.

— Итак, мы собрались тут, чтобы разгадать наконец тайну исчезновения первого директора Института. — Начал я свою речь. — Весь год, я землю рыл, расследуя это дело, перевернул тонны бумаг, пообщался с сотнями человек и раз за разом приходил к одному и тому же выводу, Бельский никому не был нужен, он никому не мешал, никому не вредил, полубезумный мужик, увлечённый своими сказками и баснями. Вредить ему никто не хотел, даже люди, которые его недолюбливали, относились к нему в худшем случае безразлично, но по чистой случайности я познакомился недавно с бывшей его помощницей. Той самой Ириной Кикиморой, с которой связаны недавние события, и вот она то мне и приоткрыла глаза. Бельский был человеком увлеченным и упертым, он с фанатичным упорством пытался реализовать свои задумки, какими бы бредовыми они не были. И если бы эту информацию о нем, я получил раньше, то и обнаружить Андрея смог еще летом.

— Как это? — Уточнила Василиса.

— А вот так. — Усмехнулся я. — Варь! Ты книжку мою принесла? — Та кивнул и передала мне сборник сказок. — Вот в этой книге, которая стала ключом в расследовании загадки пропавших детей, есть несколько сказок, Арысь-поле, Волшебное кольцо и про старшего купеческого сына, который видел вещие сны. Ну так вот, все до единого магические предметы из этой книги воплощены. Арысь поле. — Я обаятельно улыбнулся Рысевой, и та в ответ сделала книксен. — Волшебное кольцо. — Я продемонстрировал надетое на пальце колечко, то самое, с помощью которого призывал помощников, но о которой никому не рассказывал до сегодняшнего дня. — Сапоги скороходы и ковер самолет, поставлены на поток в Институте. Все предметы, кроме одного! Кроме шапки невидимки! — Марина восторженно пискнула и захлопала в ладоши, подтверждая, что моя догадка правильна. — Бельский перед своим исчезновением, занимался разработкой именно этого предмета, вот только у него ничего не получалось и максимум, что он сумел создать, это мантии невидимки, которые применяли недавно злодеи, чтобы обворовывать граждан. У него было множество неудачных попыток, к примеру он создал мешок, который должен был сделать человека, одевшего его невидимым, но вместо этого отправлял его в иной план бытия. Половина тела, которую мы нашли в подвалах института недавно, это жертва именно такого артефакта. Но Бельский не сдавался, он работал, он экспериментировал, создавал все новые и новые образцы, которые, как я полагаю мы можем найти на свалке. И вот однажды, он решил, что все, он наконец то создал то, что нужно. И как-то утром, встал перед зеркалом и одел на голову свое последнее творение, только вот вместо невидимости, он просто перестал существовать. Так? — Я вопросительно посмотрел на Марину.

— Именно так. — Усмехнулась она. — Технически не вполне точно, он даже план бытия не сменил, запутался в измерениях, зачем-то сократил себя до одномерного мира потеряв длину, ширину и время, но это не столь важно. Да! Все это время Андрей Бельский стоит здесь, в этой комнате, перед зеркалом и улыбается как дурак, тому, какой он умный и как ловко он решил задачку. И стоять бы ему и дальше, если бы в этой вашей глубинке, не появилось такой чудесное создание, как я.

— Так все же. — Перебила ее Ключница. — Кто Вы такая?

— Я то? — Марина перевела на нее удивленный взгляд. — Я же представилась, когда пришла. Я, Марина!

И с этими словами, она сделала жест, будто хватает, что-то из воздуха и перед нами проявился лысый толстый мужчина средних лет, слеповато моргавший и с удивлением смотревший на толпу народа, что набилась в его комнату. Наконец его взгляд остановился на Марине, и та, приняв грозный вид потрясла простой вязаной шапочкой, зажатой в руке, и погрозила ему пальцем.

— Бельский! Не шали! — выдала она строгим голосом и мне показалось что ее фигуру окутал серый туман, впрочем, длилось это лишь мгновение, после чего девушка залилась звонким смехом и гордо прошествовала в шкаф, захлопнув за собой дверцы. Почему-то я был уверен, что открой я их сейчас, шкаф окажется пуст.

— Андрей! — Радостно воскликнул Бессмертный и кинулся обниматься к мужичку. Шум и гвалт заполнили комнату, все радовались возвращению Бельского, ну или хотя бы делали вид. Я же, молча вышел из комнаты, подхватил рюкзак, тот самый с которым почти год назад я приехал в Караваев и вышел из квартиры прочь, теперь это больше не мой дом, прощай уютная квартира в которой я никогда не был одинок, ты видела много интересного.

Спускаясь по лестнице, я думал лишь об одном, о тех самых принципах простой интересности о которых говорила мне Марина, очень уж любопытно, что это за принципы такие и почему они помешали ей сразу спасти Бельского, все остальные задачки в моей жизни были решены, и на душе воцарился покой.

Внизу возле машины меня уже ожидала троица, которая только увидев меня дружно загомонила свое обычное «Дима! Дима! Дима!», вот уж кто всегда мне рад и счастлив встрече.

— Ты уезжаешь? — удивленно спросила Юна, бросая взгляд на рюкзак.

— Без нас? — В голосе Альки прозвучала искренняя обида.

— Да с чего вы взяли то? — удивленно поднял я бровь. — Я только из квартиры этой съезжаю, а так, остаюсь в Караваеве. Кстати, про квартиру, она теперь не наша, перебирайтесь на третий этаж.

— А ты сейчас куда? — Искренне полюбопытствовала Сирин.

— А я в гостиницу. — Выдавил я из себя, ох как тяжело мне далось это решение, сколько сил мне стоило пройти мимо двери Марьи, не остановиться там, и не остаться жить с ней, но нет, я выбрал Яру, ту, кто был для меня все это время недосягаемой целью, выдуманным идеалом, я выбрал мечту предав ту, кто был понятен и любим. И да, быть может, я совершал ошибку, но не попытаться построить отношения с этой женщиной, я просто не мог, не простил бы себе этого.

Машина остановилась на привычном месте, где я часто стоял и тупо пялился на заброшенный пустырь, но на этот раз его не было, моему взору предстала уютная маленькая гостиница с пристройкой, на которой красовалась надпись «Ресторан».

Я вышел из машины и двинулся к отелю с трудом передвигая ноги, волнение переполняло меня, сердце выдавало дикий ритм.

Дверь открылась прежде, чем я постучал и на пороге меня встретила она.

— Пришел все-таки, — усмехнулась мне Яра.

— А как иначе, — смутился я.

— Да так. — Игривые искорки блеснули в глазах девушки, в таких манящих и желанных глазах. — Разные варианты рисовали звезды, но ты все же пришел. Бельский вернулся, и ты тут.

— Почему ты тогда ушла? — задал я волнующий меня все это время вопрос.

— Потому что, если бы я осталась, ты бы не нашел его. Мы бы весело проводили время, в любви и неге, ты бы забыл о делах, смирился с таким положением дел и когда пришло бы твое время, словно покорный барашек положил бы голову под меч Кощея, а я… Я бы снова осталась тут одна. А так, он там, мы тут, и все хорошо. — Яра обняла меня и прижалась всем телом. — И вот теперь то мы можем придаваться радостям и неге сколько нам будет угодно. Ты со мной?

— С тобой хоть на лопату, — ответил я и шагнул в тишину пустой гостиницы.

Content

Дмитрий Инин
Звенящая весенняя капель

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20