Алексей Аржанов, Виктор Молотов

Класс: Боевой Целитель

Глава 1

— Спаси… — позвал меня хриплый голос из темноты. — Пожалуйста… Не могу больше.

Я резко открыл глаза. Сработал рефлекс, выработанный на дежурствах в больнице. Кому-то стало плохо, а это значит, что надо встать и разобраться с проблемой.

Но сейчас ситуация иная. Не знаю, кто меня зовёт. Куда больше меня сейчас волнует другой вопрос: где я, чёрт подери, нахожусь?

— Помоги… — вновь завыл незнакомец.

— Подожди, — просипел я. — Дай хоть разобраться.

Голос… Это не мой голос. Слишком высокий, слишком слабый.

И я наконец-то окончательно проснулся. И первое, что почувствовал после пробуждения — это дикий голод. Он разрывал меня изнутри, будто кишки и желудок давно атрофировались.

Я похлопал глазами, но увидел только тьму. Воздух вонял застарелой болезнью и гнилой соломой. Сначала я подумал, что лежу в больничной палате. Где-нибудь в травматологии или в реанимации.

Перед взором на долю секунды промелькнули какие-то цифры. Затем я увидел перед собой текст. Он будто ворвался в моё сознание. От раны на руке пошёл жар, и буквы вспыхнули ярче, словно выжигались прямо в зрачках.

/Инициализация системы… Ожидайте/

Холодок пробежал по позвоночнику. Это было не просто видение — слова ощущались физически, как инородное тело в голове. Затем вспышка. И эта иллюзия испарилась.

Проклятье, что это вообще было⁈

Я заморгал, и темнота начала отступать. Серый рассветный свет сочился сквозь щели в стене. Это не больница. Это… сарай? Лачуга?

А в углу, на такой же соломенной подстилке, лежал мужчина. Исхудавший, с всклокоченной бородой. Его грудь вздымалась с тяжёлым бульканьем.

«Пневмония», — автоматически отметил я. Двадцать лет в медицине не прошли даром. Этот человек долго не протянет. День. Максимум — два.

Я попытался пошевелиться — руки показались чужими. Короткие. Пальцы тонкие. Правую руку пересекают чёрные полосы. Сначала я подумал, что это шрам. Но нет! Просто кожа на предплечье изменила окраску. А внутри, под кожей, что-то горит. Будто рука вот-вот лопнет. Сколько лет работал в медицине — и никогда такого не видел!

Сердце ёкнуло: я провёл ладонью по грудной клетке и тут же понял, как изменилось моё тело. Я стал меньше, уже. Не знаю, что происходит, но точно могу сказать одно — это тело не может принадлежать взрослому мужчине.

— Избавь меня от этого, Лад, я не выдержу… — вновь послышался хриплый мужской голос.

Лад? К кому он, чёрт возьми, обращается? Да что б меня! Это какое-то безумие. Как я здесь оказался? Почему я… будто не в своём теле?

Лежащий рядом со мной мужчина задыхается. Если ничего не предпринять — этот человек захлебнётся собственной мокротой. И тогда я останусь здесь совсем один. Даже хуже — в незнакомом месте. Наедине с трупом.

Возможно, он сможет объяснить мне, что тут происходит, если я ему помогу?

Я попытался встать. Голова кружилась, однако скоро это должно пройти. Боли в животе уже поутихли. Такое ощущение, что тело, в котором я нахожусь, не ело уже неделю. Но запас сил ещё остался. Этого резерва мне должно хватить, чтобы разобраться в сложившейся ситуации.

Главное, что я ничем не болен. Дискомфорт в животе не был похож на воспалительный процесс. Это не аппендицит, не панкреатит и даже не перитонит. Просто желудок сжимается от чувства голода.

Проклятье… Надо собрать мысли в кучу. Может, всё это — предсмертная галлюцинация? На деле я сейчас лежу рядом с полыхающей машиной скорой помощи, доживаю свои последние секунды, а мозг порождает нечто подобное. Иллюзию. Ведь именно этим должна была закончиться моя жизнь.

Пересилив себя, я добрался до больного. Мне нужна информация. Возможно, он отблагодарит меня за помощь. Объяснит, какого лешего я тут делаю.

Я опустился на колени рядом с больным. Инструментов нет, поэтому придётся собирать информацию вручную. Благо такими методиками я тоже владею. В прошлом ещё успел застать врачей старой закалки, которые обучили меня ставить диагнозы без рентгена, УЗИ и прочей аппаратуры.

Приложил пальцы к запястью — нащупал пульс. Частый, больше ста ударов. Кожа горячая. Лоб покрыт холодным потом.

Лихорадка.

Перед глазами снова появилось странное сообщение, чёрная рана на руке пульсировала в такт словам, но на этот раз они исчезли быстрее.

/Инициализация системы. Ожидайте. Готовность: 48 %/

Внутри груди что-то переворачивалось — будто два противоположных течения боролись за место. Тепло и холод. Жизнь и… что-то ещё.

Что-то мозг у меня знатно барахлит. Я будто от галлюцинаций страдаю.

Вернувшись к осмотру, я поднял больному рубаху. Приложил ухо к груди. Хрипы — влажные, булькающие. На полу — желтоватые пятна мокроты.

Пневмония. Тяжёлая. Без антибиотиков не вытянуть.

Я схватил незнакомца за левую руку и потянул на себя. Положил его на бок. Как раз в этот момент он снова содрогнулся от очередного приступа кашля и сплюнул тот самый комок мокроты, из-за которого только что чуть не задохнулся.

— Что ты делаешь? — прохрипел он. — Лад, я же прошу тебя — помоги. Убей меня. Избавь от этих страданий…

Он совсем, что ли, рехнулся? Должно быть, бредит из-за лихорадки.

Я нащупал бадью с водой. В ней плавали грязные тряпки. Но выбирать не приходилось. Я достал влажную ткань и обложил ею тело больного. Нужно хотя бы немного сбить температуру. Иначе лихорадка убьёт его быстрее, чем инфекция.

Больной перестал молить о смерти, заснул.

Не успел я прийти в себя, как дверь за моей спиной задрожала от громкого стука.

— Лад! Открывай! — послышался грубый мужской голос снаружи. — Это я, Бажен.

Лад? Да почему все ко мне так обращаются? Это точно не моё имя. Или… Или теперь оно моё?

— Лад, чёрт тебя возьми, ты там подох, что ли? Я твоему отцу поесть принёс. Открывай дверь, лободырный, пока я её не вышиб! — начал злиться незнакомец. Хотя в голосе Бажена звучала тревога. Похоже, он переживал за кого-то, кто находится в этой лачуге. И уж точно не за меня.

Стоп. Он упомянул отца?

Я посмотрел на больного в углу. Значит, это… мой отец? Нет. Отец того тела, в котором я оказался.

Проклятье. Не время на раздумья. Тем более, этот человек наш знакомый и пришёл, чтобы помочь. Если не открою дверь, есть риск, что он подумает о нашей смерти и вовсе выломает хлипкую дверь.

Надо действовать.

Я собрался с силами, прошёл вдоль стенки к двери, продолжая бороться с головокружением, а затем отодвинул засов. Проклятье… А доска тяжелее, чем кажется. Сразу видно — это тело куда слабее моего прошлого. И еще не восстановилось после… перемещения душ? Или предшественник вовсе умер? Мне только предстояло во всём разобраться.

Узнать бы, в кого я вообще превратился? Хоть до зеркала бы добраться…

Дверь тут же распахнулась, вошедший мужчина оттолкнул меня в сторону и прошёл вглубь помещения. Я рухнул назад — на солому. Причём отлетел далеко, будто совсем ничего не вешу. Глаза обжёг ворвавшийся в сарай ослепительный солнечный свет. Через открывшуюся дверь я увидел редкие деревянные дома. Как я и думал: это — не город. Какая-то деревня, захолустье.

Бажен, крупный широкоплечий мужчина, прошёл мимо меня к подстилке, на которой лежал больной человек.

— Да, Лад, смотрю, твой отец ещё держится. Добромир всегда был крепким мужиком, — вздохнул Бажен. — Жалко мне вас двоих, но больше ничем помочь не могу, — он шмыгнул носом и поставил на стол свою сумку. — Говядину вяленую вам принёс, несколько яблок, хлеба. Воды чистой. Всё, и так уже у своей семьи еду отбираю! Может, хоть немного ещё протянете. Надеюсь, ты понимаешь, что беспокоюсь я не о тебе, а о твоём отце. Он вылечил меня месяц назад. А я ему так до сих пор и не заплатил. Отплачиваю чем могу.

Так… Уж не знаю, как я здесь оказался, но дело дрянь. Тот человек, что лежит в другом конце комнаты — это мой отец. Вернее… Отец тому пацану, в чьём теле я оказался.

Пока не совсем понятно, кто мы такие. Какие-то нищие? Мы же практически на улице живём. Вряд ли вообще даже этот сарай нам принадлежит. Думаю, кто-то нас сюда впустил. Возможно, этот же Бажен.

Он упомянул, что Добромир вылечил его месяц назад. Выходит, мой отец — кто-то вроде врача. Знахарь или местный лекарь.

Судя по всему — я не в России. Даже не в моём времени. Деревянные дома, холщовая одежда, имена… Это либо глубокое Средневековье, либо какой-то альтернативный мир.

Будь я проклят… Как я вообще могу всерьёз думать об этом? Всё это какой-то бред! Я ведь ещё час назад был совсем в другом месте. В другом теле.

Отмалчиваться больше нет смысла. Надо разведать обстановку. Думать, как выжить.

— Что… — голос сорвался. Я сглотнул и попробовал снова: — Что я могу сделать, чтобы помочь отцу?

Бажен повернулся, взглянул на меня как на полного недоумка. Потом усмехнулся — криво, без радости.

— Ты себя видел, Лад? Сам как думаешь, чем ты можешь ему помочь? — пожал плечами Бажен. — Вы оба до сих пор живы только потому, что я уже неделю ношу вам еду.

Он замолчал, разглядывая меня с нескрываемым недоумением.

— Хотя… Ты вообще понимаешь, о чём я говорю? Или опять в своём мире витаешь?

— П-почему… — я прокашлялся, чтобы говорить чётче. — Почему не понимаю?

— Ха! Впервые слышу от тебя вопрос по делу, лободырный Лад, — развёл руками Бажен. — Обычно ты только мычишь да слюни пускаешь. Твой отец — знахарь. Может, объяснил бы, отчего ты дурачком уродился. Да поздно уже спрашивать.

Да плевать кем я тут уродился! Главное, что сейчас голова у меня соображает, как и в прошлом. А значит, ещё поборюсь!

Надо спасать отца. Либо спасаться самому. Но второй вариант явно отпадает. Как ни крути, но если всё это со мной происходит на самом деле, мне придётся адаптироваться к новой среде. А в одиночку будучи бездомным пацаном это сделать очень трудно.

Чисто в теории можно спасти отца. Раз он местный знахарь, значит можно будет обучиться у него местному врачебному делу. А затем совместить это с уже имеющимися у меня знаниями. Так я точно не пропаду!

Осталось только придумать, как всё это дело реализовать.

— Воды попей и хлеб пожуй, — посоветовал мне Бажен. — Только много не ешь. Я не для тебя это принёс, а для отца твоего.

— Возьмите меня на работу! — решил попросить его я. — Придумаю, как отца выходить. Только дайте мне возможность потрудиться.

— Заканчивай с этим, — отмахнулся от меня Бажен. — Я и сам еле концы с концами свожу. Ты мне ничем не поможешь. Тем более, вы с отцом ещё Харитону должны. Не знаю, понимаешь ли ты, что я говорю, или нет…

— Понимаю, объясните! — закивал я.

— Что-то ты слишком много понимать начал. Только поздно, — хмыкнул Бажен. — Начал бы помогать отцу раньше, не оказались бы в долгах. Эх, ладно… Не батька я тебе, чтобы уроки давать. Просто втемяшь в свою глупую башку, что Харитон вас в своём сарае держит не просто так. Твой отец снимал у него избу для приёма больных. Но аренду выплатить не успел. Как только Добромир помрёт, Харитон, скорее всего, продаст тебя кому-нибудь. У торговой гильдии есть такие связи — даже не сомневайся. А жизнь в рабстве ты не потянешь. Будет хуже. Гораздо хуже, чем здесь.

Он достал из-за пазухи самокрутку, чиркнул огнивом и затянулся.

— Вот так-то, пацан.

С этими словами он вышел наружу.

Я остался один. Точнее, вдвоём с умирающим отцом.

Ладно. Хватит. Думай головой. Нужно всё расставить по полочкам и перейти к действию.

Я чётко помню всё, что произошло полчаса назад. У нас был вызов в селе. Спасли дедулю с высоким давлением и погнали назад. Уже почти добрались до города, но на встречную вылетел грузовик.

Бум. И всё. Темнота. Иронично, я даже боли не почувствовал в этот момент. Зато почувствовал её здесь, сразу же, как проснулся. Но этот приступ прошёл. Правда, старая врачебная интуиция мне подсказывает, что эта боль ещё вернётся. Никуда она не делась — просто затихла. Надо перекусить, чтобы она не вернулась.

В голове всплыли последние минуты моей прошлой жизни. Точно, а ведь пациента в машине не было. Могло пострадать куда больше людей. Больному я смог оказать помощь на дому, не пришлось его госпитализировать. Выходит, в аварию попали только два человека — я и водитель скорой.

Хотя водитель-то, может быть, и выжил. Но удар пришёлся в правую половину машины. Значит, от меня точно ничего не осталось. Однако, как это ни странно, я всё ещё жив.

Раз чувствую боль, значит не отправился в мир иной.

Или отправился? И где же я тогда, чёрт подери? Не похож этот мир ни на рай, ни на ад. Я всё ещё в реальном мире. Повезло ещё, что я привык холодно мыслить. К этому меня привила работа в медицине. Мыслить холодно, здраво, не позволять себе паниковать.

Поставил бы я себе какой-нибудь диагноз из психиатрии, но что-то сейчас совсем не хочется. Хотя там есть несколько болезней, при которых человек не узнаёт ни окружение, ни собственное тело.

Но раз я осознаю безумие происходящего, значит я не сумасшедший. И это — первая хорошая новость за сегодня.

Довольно думать о прошлом! Сейчас нужно понять, что мне делать дальше.

Подытожим… Получается, что сейчас с отцом мы живём в сарае некоего Харитона на птичьих правах. Не продал меня этот торгаш только потому, что отец был знахарем. Судя по тому, что я вижу, мы сейчас в какой-то деревне. А в таком поселении без знахаря — никуда.

Но прежде чем предпринимать какие-либо действия, нужно немного перекусить. Иначе точно подохну.

Я налил в стакан немного воды, размочил в ней хлеб и начал аккуратно, дозированно глотать еду. Сначала воду, затем смоченный хлеб, затем снова воду.

Нельзя набрасываться на еду после длительного голода. Желудок ещё не готов. Отвык уже от пищи. Если я сейчас, например, в себя говядину закину — будет, мягко говоря, неприятно.

Хорошо что у меня сохранились прошлые знания. Я и о себе смогу позаботиться, и отца вытяну. Ничего, прорвёмся!

Закончив трапезу, я сразу почувствовал, что меня начало клонить в сон. Видимо, вся кровь из головы потекла к желудку. Но скоро энергии станет больше. Парень, в котором я оказался, может, и ослаб немного, но тело у него крепкое. С этим можно работать.

Я подошёл к соломе, на которой лежал мой отец — Добромир.

Бажен пока что с кем-то болтал снаружи. Это хорошо. Не будет задавать лишних вопросов о том, откуда деревенский дурачок знает, как осматривать больного человека.

Да… Я не ошибся. Это пневмония. Причём тяжёлая. Бактериальная. Заразиться от него, скорее всего, ни я, ни Бажен не сможем. Но вот отца точно надо спасать. Как можно быстрее! И причин на то у меня целых две.

Во-первых, как врач… точнее, бывший врач, бросить больного в беде я не могу. Во-вторых, без отца мне и самому настанет конец. Пока у меня нет представления, как выжить одному в незнакомом мире, будучи подростком. Особенно с риском быть переданным в рабство.

Но такую инфекцию можно побороть только антибиотиком. А где я, чёрт возьми, возьму антибиотики?

Как я уже понял, в этом мире их, скорее всего, нет.

Я сжал кулаки. Два варианта: бросить отца и спасаться самому. Или попытаться ему помочь. Первый вариант логичен. Рационален. Но…

Я посмотрел на исхудавшее лицо Добромира. Этот человек не бросил слабоумного сына. Кормил его. Заботился о нём, даже когда сам болел. Я не могу знать об этом наверняка, но худеть тело парня, в котором я оказался, ещё не начало. Значит, отец ухаживал за ним до тех пор, пока не свалился сам.

Чёрт.

Я не могу его бросить.

— Эй, пацан! — Бажен вернулся в сарай, волоча за собой едкий дым самокрутки. Прокашлялся. — Ты чего с отцом делаешь?

Хм… Травы. Вот что мне нужно. Возможно, с помощью них я смогу сделать какой-нибудь отвар. Но опять же, для этого понадобится знающий человек. Знахарь тут всего один — и это Добромир.

— Отцу помогу, — твёрдо сказал я. — Только подскажите — где тут можно найти другого знахаря? В соседней деревне, может? Я дойду, узнаю, что нужно!

Бажен прищурился.

— Лад, а ты с каких пор человеческим языком разговариваешь? Что-то я тебя совсем не узнаю.

— За отца переживаю, — быстро ответил я. — Умирать не хочу. Понимаете?

Он промолчал.

Лучше не бросаться заявлениями, что я неожиданно излечился от слабоумия. Только лишние вопросы появятся. Логичнее будет оправдать свою мотивацию так. А дальше — посмотрим.

— В соседних деревнях знахари так себе. Да и далеко. Я бы посоветовал… — он замялся. — Есть ведьмак. За болотами живёт. Говорят, в знахарстве разбирается. Скитальцы так говорили.

— Скитальцы? — переспросил я.

Ведьмак? Интересно, это такая фигура речи, или этот мир настолько отличается от моего? Хотя… Вполне может оказаться, что так обзывают обычного знахаря-изгнанника.

— Тьфу! — Бажен махнул рукой. — Думал, поумнел, а тебе от голода только хуже. Месяц назад ты по деревне с палкой носился и орал: «Я стану Скитальцем! Буду монстров мочить!» Всё? Забыл?

— Забыл-забыл, — решил перевести тему я. — Так как до ведьмака добраться? В какую сторону нужно идти?

Скитальцы, монстры, ведьмак… Какого чёрта здесь вообще творится? Может, я всё-таки лежу в реанимации под ИВЛ, а мой мозг сочиняет историю на основе недавно прочитанной книги?

Даже если это так — сдаваться нельзя. Слишком уж я здраво мыслю. Не похоже это на сон. Буду бороться, сделаю всё, что в моих силах.

А уж если выяснится, что всё это — просто иллюзия… Ничего страшного! Потом посмеюсь с коллегами над тем, какие выкрутасы выдал мне собственный мозг.

— Повторю в последний раз, Лад, — нахмурился Бажен. — Болота находятся за Чертой. Черта — это единственное, что отделяет нас от обитающих за границей существ. Твой поход к ведьмаку может стать последним, что ты сделаешь в свой жизни. Всё равно пойдёшь?

Да куда мне деваться? Подыхать в рабстве? Нет уж.

Похоже, отправиться в путь — это единственное рациональное решение.

— Пойду, — уверенно кивнул я.

Не в моих принципах бросать умирающего в беде.

Тем более я уже гораздо лучше себя чувствовал, чем после пробуждения. Голова постепенно проходила, желудок наполнился едой. А вот со слабым телом я сейчас ничего не сделаю — над этим нужно будет работать постепенно.

— Что ж, ладно, — пожал плечами Бажен. — Ты уже в любом случае не жилец. Будет лучше, если ты сам выберешь свою смерть. Я не вправе тебе мешать. Пошли, — он хлопнул меня по спине и повёл за собой на улицу.

Солнце било в глаза. Я зажмурился, привыкая к свету. Лишь оказавшись на улице, смог снова разглядеть чёрные полосы на своей руке. Странное ощущение… Будто здесь была рана, но внутри сохранялось неестественное жжение.

Я осмотрелся.

Вокруг — покосившиеся избы, грязные тропы. Деревня. Маленькая, бедная.

Люди оглядывались на нас. Женщина с вёдрами поспешно отвернулась. Мужик у кузницы сплюнул.

А у изгороди стояла кучка детей.

Они смотрели на меня. И шептались.

— … как он вообще выжил после стычки с монстром?

— … говорят, твари в лес его уволокли…

— … он же не дышал, когда тело нашли…

— … отец что-то сделал, колдовство это…

— … на руку его взгляни!

Дети замолчали, когда я посмотрел на них. Разбежались.

Что это было? Возможно, это и есть причина, по которой погиб мой предшественник. Встреча с неведомым монстром. Звучит жутко.

Холодок пробежал по спине.

— Не обращай внимания, — буркнул Бажен. — Детвора всякую чушь болтает.

Но голос его прозвучал неуверенно.

Мы остановились у края тропы. Внизу, за холмом, расстилались бескрайние болота. Серо-зелёная жижа, торчащие мёртвые деревья. Испарения поднимались, скрывая горизонт.

— Вон туда тебе надо идти. Скитальцы говорят, что ведьмак живёт в двух километрах от нашей деревни. Но из наших туда никто не ходил. Как спустишься с холма — сразу же пересечёшь Черту. Если доберёшься до ведьмака — считай, что тебе повезло.

Он помолчал. Потом добавил тише:

— Хотя… Знаешь, Лад, мой тебе совет. Добрый совет. Если доберёшься до ведьмака — забудь про отца. Он уже не жилец. Это последняя еда, что я принёс. Больше не будет. К вечеру он захлебнётся — я видел такое. На этом мой долг ему будет выплачен. Лучше набейся к ведьмаку в ученики. Может, он тебе мозги вправить сможет. В деревне тебя всё равно ничего доброго не ждёт. Харитон с тебя шкуру спустит.

— Спасибо за совет, — ответил я. — Но я попробую отцу помочь. Не хочу его бросать.

Бажен удивлённо моргнул. Потом усмехнулся.

— Ну надо же. Ты, может, и лободырный, но храбрый. Удачи, пацан.

Он потрепал меня по голове и ушёл.

Я вернулся в сарай. Покормил отца предшественника размоченным хлебом — по чуть-чуть, чтобы не подавился. Взял кусок вяленой говядины. Прихватил вилы — тяжёлые. Пока что это — лучшее оружие, которое я могу себе позволить. Отправляться туда с голыми руками нельзя. Чем-то же я должен себя защищать?

И направился к болотам.

По дороге мимо меня прошмыгнула та же кучка детей.

— Смотрите! Лад-дурачок с вилами куда-то попёрся!

— Кабы никого не заколол!

Но один мальчишка, самый младший, сказал тихо:

— А вдруг он правда… того?

— Цыц! Отец велел молчать!

Они убежали.

Я покачал головой и начал спускаться с холма. Скорее всего, настоящую правду они никогда не узнают.

Деревня осталась далеко позади. Болота встретили меня вонью гниющей тины. Я прощупывал вилами каждый шаг. Несколько раз земля проваливалась под древком — и я обходил стороной.

Мухи. Комары. Испарения щипали глаза.

Вскоре впереди показалась светящаяся линия. Она шла через болота, уходя куда-то за горизонт. Мерцала слабым серебристым светом.

Черта.

Я замедлил шаг. У самой границы, прямо перед светящейся полосой, лежали кости. Птичьи — мелкие, белёсые. Череп какого-то зверя, наполовину утонувший в трясине. И ещё что-то крупнее — рёбра, торчащие из грязи, как пальцы.

Ни одна тварь не переходила Черту изнутри. Они умирали, пытаясь.

Я сглотнул. Поднял вилы крепче. Сделал глубокий вдох.

Я переступил через неё.

И сразу почувствовал тяжесть. Будто на грудь положили камень. Тревога сжала горло. Воздух стал гуще. Звуки — приглушённее, словно болото поглощало их. Даже свет изменился — стал серее, мутнее.

Здесь опасно. Но пути назад нет.

Ничего! Я и в прошлой жизни через многое прошёл. Тоже рос в деревне. Учился изо всех сил, чтобы пробиться в медицинский университет. На грани смерти я никогда не был, но всё же воли у меня не отнять. Если уж что-то задумал — буду идти до конца.

Я продолжил идти.

Прошло два часа. По ощущениям, я уже бреду через эти вонючие болота целую вечность. Скорее всего, за спиной уже больше двух километров. Должно быть, я близко. Если, конечно, Бажен мне не солгал.

В глазах появилась рябь. Сначала я подумал, что это из-за парящих вокруг меня газов. Но вскоре рябь превратилась в буквы. А буквы в слова. Прямо перед моими лицом возник повисший в воздухе интерфейс.

/Инициализация системы завершена. Определён класс: Боевой целитель/

/Идёт анализ состояния. Загрузка: 37 %/

И всё-таки это не галлюцинации. Интересно, что система выдаст мне на этот раз? Боевой целитель? И что же это должно значить?

На всякий случай я помахал перед собой рукой, но текст никуда не исчез. Появилось новое сообщение.

/Идёт анализ состояния. Внимание! Уровень витальности ниже нормы!/

Витальность? Другими словами, здоровье? Ещё бы оно не было ниже нормы! Предшественник за последнюю неделю ничего кроме хлеба не ел!

/Внимание! За последние сутки спасено три человека, что соответствует тридцати Эссенциями Жизни. Эссенций Смерти — ноль/

В груди вспыхнуло тепло — приятное, живительное. Оно расползлось по телу волнами, и я почувствовал, как силы понемногу возвращаются.

Какие жизни были спасены? Речь о тех пациентах, которым я помог ещё перед смертью? Да, их действительно было трое. Получается, за них я получил по… по десять Эссенций Жизни? Числа казались абстрактными, но ощущение было реальным — каждая спасённая жизнь оставила след тепла в моей груди. Интересно, почему она учитывает то, что случилось фактически в другом мире?

Но рядом с этим теплом пульсировал холод — исходящий от чёрной метки на руке. Пустота. Ноль. Баланс был нарушен, и тело это чувствовало.

Проклятье, да о чём вообще речь? Какой баланс? Какие ещё Эссенции?

/Соблюдение баланса Эссенций откроет доступ к новым уровням и навыкам/

Пока я шёл, было много времени, чтобы подумать. И сконцентрироваться на своих ощущениях. Внутри явно что-то изменилось.

И всему виной рана на руке, от которой исходило два потока — теплый и холодный. Я их отчётливо чувствовал. Даже при том, что продолжал пробираться через болото. Смотрел вперёд и концентрировался на собственных ощущениях: внутри тела и внутри своего сознания.

Тёплый поток был сильнее — он пульсировал ровно, напоминая биение сердца. Живой. Наполненный энергией. Холодный же тянул слабее, но настойчиво, будто голодное существо, требующее пищи. Два потока. Жизнь и смерть? Спасение и убийство? Думаю, если улучшить концентрацию, то я смогу взаимодействовать с каждым по отдельности.

А для открытия новых навыков нужен баланс. Очень интересно выходит.

— И… Что мне нужно сделать, чтобы восстановить баланс? — прошептал я вслух, чувствуя, как метка на руке пульсирует.

Ответ не заставил себя долго ждать.

/Убить/

Метка на руке обожгла.

Я замер. Как раз в этот момент прямо передо мной появился небольшой дом. Он возвышался над болотными водами, а опоры здания уходили глубоко в трясину.

Убить? Кого убить? Ведьмака, что ли? Да с какой стати я должен это делать? Не знаю, что это за сообщения, но информация из них до сих пор гулом отдаётся в моей голове. Почему-то я на сто процентов уверен — если не восстановлю баланс, то мне точно настанет конец.

Я решил временно отстраниться от этих мыслей. Услышал чьи-то хлюпающие шаги далеко в тумане. Кто-то был совсем рядом. Передвигался по болотам. Возможно, это хищники выслеживают дичь — меня.

Ускорив шаг, я поднялся по ступеням к дому ведьмака. Собрался было постучать, но как только моя рука коснулась двери — та отворилась сама. Она была не заперта.

Я перешагнул через порог и понял — Бажен был прав. Вернуться домой — шансы невелики.

Вместо ведьмака внутри хижины я обнаружил высокое существо. Оно стояло на задних лапах. Как человек. Но кожа — чешуйчатая, серо-зелёная. Вместо головы — огромная продолговатая пасть, как у червя. Пальцы — когтистые.

И на руках этой твари лежала девушка.

Рыжие волосы. Обнажённая. Без сознания.

Заметив меня, монстр издал визжащий, скрежещущий звук.

Вот и всё. Бежать некуда.

Перед глазами пронеслось очередное сообщение.

/Получен Уровень 1. Открыты базовые навыки!/

Внутри два потока завихрились. Тёплый и холодный — теперь я чувствовал их отчётливее. Будто невидимая грань была пройдена. Будто я стал… сильнее.

Я сжал вилы.

Система хочет смерти. А прямо передо мной монстр. И сегодня один из нас двоих умрёт!

Глава 2

Болотная тварь отвлеклась, бросила девушку на пол и перевела взгляд на меня. Сразу вспомнилось всё, чему меня учили в прошлой жизни на занятиях по рукопашному и оружейному бою. Мастером я ни в одном направлении не стал, чисто ходил в разные секции, чтобы держать себя в форме. В своё время мне было интересно попробовать разное.

Хотя взглядом реакцию твари назвать точно нельзя. Потому что глаз у этой сволочи я не вижу! Либо они слишком мелкие, либо монстр опирается на другие органы чувств.

Существо медленно, словно готовящийся к рывку хищник, начало приближаться ко мне. Я же, наоборот, принялся с той же скоростью отходить назад. Но при этом продолжал держать перед собой вилы. Если оно бросится на меня — сразу же насадится на моё импровизированное оружие, как на копьё.

По спине пробежал холодок. Я впервые видел нечто подобное! Монстр, словно вышедший из фильмов ужасов. Так, сейчас главное сохранять здравый рассудок. Не поддаваться эмоциям. Подумаешь, болотная тварь!

Но бежать от неё не вариант. Если даже решусь — оно меня нагонит. По лапам вижу. Мышцы сильные. Это существо и на задних конечностях довольно быстро передвигается. А уж если встанет на четвереньки — шансов не останется совсем.

Именно поэтому я держу вилы ближе к врагу. Таким образом я не дам возможности занять более удобную для хищника позицию.

Драться в доме — плохая идея. Там слишком тесно. В болотах, к слову, тоже совсем небезопасно. Но я заприметил небольшую площадку с твёрдой почвой слева от хижины. Вот там я и приму бой, не опасаясь, что мои ноги провалятся в трясину. Главное — вывести монстра именно на это место.

Осталось придумать, как это сделать. А иного варианта у меня всё равно нет.

— Давай, иди сюда, — поманил я противника, отступая к выбранной мной площадке.

Ноги почувствовали твёрдую почву. Я не ошибся. Здесь можно дать бой. Оно сильнее меня — это точно. Но я умнее.

Чёрные полосы на моей руке загорелись. Правое предплечье словно кипятком обожгло. Чем ближе ко мне подходил монстр, тем сильнее болела рука.

Похоже, эти полосы как-то реагируют на моего противника.

Из огромной пасти монстра появился длинный язык, больше походящий на хобот. Ну и мерзкое существо! И самое неприятное — я прекрасно понимаю, как оно пользуется этим отростком.

Им оно высасывает кровь.

— Ну давай! — я сделал шаг вперёд, совершил выпад. — Нападай!

Монстр отскочил назад, но атаковать меня не стал. Решил обойти меня со стороны. Тихо рыча, побрёл в сторону. Мышцы не расслабил. Был готов атаковать в любой момент.

Хитрая тварь. Я собирался спровоцировать монстра. Заставить его атаковать первым, а затем насадить на вилы. Либо противник понимал мою задумку, либо решил для начала поиграть со своей жертвой. Не видел во мне угрозы.

А зря.

Перед глазами появились новые сообщения системы. Не знаю, как это возможно, но каким-то образом они не закрывали мне обзор. И время будто на миг замерло, давая мне возможность ознакомиться с сообщением.

Видимо, я уже адаптировался, научился направлять получаемую информацию прямо в мозг.

/Вы открыли два пассивных навыка ветви «Целитель» и ветви «Убийца»/

/Хотите изучить новые возможности?/

/Да. Нет/

Одуреть как вовремя! Пока что не знаю, что это значит, но целительская ветвь меня точно сейчас не интересует.

Покажи мне навык Убийцы!

И прямо в этот момент монстр сорвался с места и набросился на меня. Оттолкнулся от земли так, что комья торфяного мха отлетели на несколько метров назад.

Я крепче сжал вилы, прицелился в грудь. И в эту же секунду чуть не лишился оружия. Кожа врага оказалась толстой, как кирпичная стена. Вилы лишь слегка скользнули по чешуе, оставив едва заметные царапины.

По моим рукам пробежала болезненная вибрация, но я смог удержать своё оружие. Отскочил в сторону и назад. Однако длинная лапа твари всё же смогла дотянуться до меня. Острые, словно лезвия, когти задели моё левое плечо.

По руке пробежала горячая струйка крови.

/Витальность: 75 из 100/

Это тело и так потеряло много сил, так ещё и ранение. Но крупные сосуды когти монстра не повредили. Ничего, заживёт. Главное — не терять концентрацию.

Выбрав удобный момент, я быстро взглянул на текст, который показала мне система. Увидел описание полученного навыка.

И сразу же понял, как нужно действовать.

Вон оно! Мой главный козырь!

/Навык ветки «Убийца». Слабые точки. Цена: бесплатно (получается автоматически при достижении Уровня 1)/

/«Слабые точки». Пассивный навык (не требует затрат маны). Позволяет видеть уязвимые места на теле противника/

Метка на руке полыхнула холодом. Ледяные иглы пронзили предплечье. Холодный поток внутри рванулся вперёд — жадный и голодный.

Уязвимые места? Я взглянул на монстра. И мир изменился.

Времени на осмотр врага у меня было немного. Ему уже надоело со мной играться. Тем более царапины, которые я ему нанёс, настроение твари явно подпортили.

Однако теперь чётко вижу, куда нужно бить. Моё зрение изменилось. Перед моим взглядом возникло несколько сияющих точек. Синим подсвечивались скопления нервных клеток. Эти узлы находились в подмышках и паховой зоне монстра. Как раз в том месте, где чешуи совсем немного.

Но всё моё внимание приковало к себе совсем другое сияние. Красные пульсирующие полосы. Сосуды. И все они отходили от сердца. По какой-то причине оно находилось на стыке грудной полости и шеи — ближе к спине.

А раз это место отмечается как слабая точка, значит, чешуя там тонкая.

Нужно бить монстра не в грудь.

Я отскочил в сторону, позволил твари проскочить мимо меня. Чудом уклонился от очередного взмаха когтей. А затем собрал остатки сил, чтобы нанести удар.

Бить эту тварь нужно в спину!

Я поставил всё на одну рискованную атаку. Как я и планировал, противник пролетел мимо меня к границе островка и приземлился передними лапами прямо в трясину.

Выберется он оттуда очень быстро. У меня есть считанные мгновения, чтобы сделать то, что я запланировал!

Я разбежался и прыгнул, поднял над собой вилы. Силы моего тела может не хватить, но если добавить ускорение — этого будет достаточно! Должно быть достаточно!

Издав яростный вопль, я рухнул на спину монстра за секунду до того, как он вырвался из объятий болота. Вилы пронзили тонкую чешую на его спине, но…

Недостаточно глубоко.

Зубцы вошли всего на несколько сантиметров, застряв между рёбрами. Монстр взревел от боли и ярости. Я почувствовал, как древко вил содрогнулось в моих руках. Тварь начала дёргаться, пытаясь скинуть меня.

Я отпустил оружие и отскочил в сторону, едва не получив удар хвостом.

Проклятье! Не хватило силы!

Монстр замахал лапами, пытаясь достать до вил, торчащих у него из спины. Я думал, что это предсмертная агония. Что сейчас он рухнет и умрёт.

Но слабые точки не погасли. Красные полосы всё ещё пульсировали. Сердце билось.

А затем тварь замерла. Повернула голову в мою сторону.

И я понял — она всё ещё жива. И теперь по-настоящему разозлена.

/Витальность монстра: 34 из 120/

Чёрт. Я только ранил его. А теперь у меня нет оружия.

Монстр медленно развернулся, волоча за собой лапы. Из пасти капала слюна. Рычание стало глубже, угрожающе. Вилы торчали из спины, но явно не причиняли ему смертельных повреждений.

Он двинулся на меня. Медленно. Уверенно. Словно знал, что я безоружен и мне некуда бежать.

Я огляделся. Варианты? Варианты кончились. Единственное оружие — вилы — торчит из спины врага. Отступать некуда, позади трясина. Драться голыми руками против этой твари — самоубийство.

Но тут я заметил: монстр двигался неровно. Задние лапы подволакивал. Значит, я всё-таки задел что-то важное. Повредил мышцы или нервы. Он ослаб.

Но недостаточно.

Мне нужно довести дело до конца. Воткнуть вилы глубже. Прямо в сердце.

Но как подобраться к его спине, когда он смотрит прямо на меня?

Тварь рыкнула и бросилась вперёд. Медленнее, чем раньше, но всё равно быстро. Слишком быстро для измотанного человека.

Я отпрянул в сторону, перекатился по земле. Когти твари просвистели над головой. Вскочил на ноги.

Сердце бешено колотилось. Дыхание сбилось.

А монстр развернулся. Снова пошёл на меня.

И тут я понял. Единственный способ — зайти ему за спину. Использовать его заторможенность. Заставить промахнуться. А затем запрыгнуть на спину и дожать вилы своим весом.

Безумный план. Но другого нет.

— Ну давай же! — крикнул я, пятясь назад. — Попробуй ещё раз!

Монстр рыкнул и снова бросился вперёд.

Я ждал до последнего. До того момента, когда увидел раскрытую пасть в полуметре от лица. А затем шагнул вправо и вниз, присев под удар.

Тварь пролетела мимо. Я развернулся, сделал три быстрых шага и прыгнул.

Руки схватились за древко вил. Всё тело обрушилось на них сверху.

Зубцы вошли глубже. Гораздо глубже. Я почувствовал, как что-то внутри монстра разорвалось. Хлынула горячая кровь, обдав мои руки.

Красные полосы погасли.

/Витальность монстра: 0 из 120/

Тварь взревела. Захрипела. Рухнула на землю, увлекая меня за собой. Я перекатился в сторону, едва вырвав руки из-под его массивного тела.

Монстр ещё дёргался. Лапы скребли землю. Хвост бился о почву. Но это уже была агония.

Я лежал на спине, тяжело дыша. Всё тело болело. Руки тряслись. Кровь — моя и чужая — покрывала одежду.

Но я остался жив.

А оно — мертво.

/Получено достижение: «Первая кровь»!/

/Вы убили первого монстра/

/Получено 13 Эссенций Смерти/

Вместе с этим я ощутил лёгкий прилив холода в теле. Больше не было перекоса в сторону тепла.

Странная штука, эта система. Но благодаря ней мне удалось выжить. Если бы в моём арсенале были только ржавые вилы — я был бы уже мёртв. Может, и смог бы найти сердце монстра, но к тому моменту я бы получил куда больше ран.

Вот теперь точно лучше пройти в дом ведьмака и закрыться изнутри, пока сюда новые твари не набежали. А заодно проверить, что там за девка валяется.

Я отдышался после боя, а затем мысленно усмехнулся.

Уж что я точно успел понять, судя по её формам, она — не ведьмак. Им тут и не пахнет.

Выходит, я шёл сюда зря? Нет. Вряд ли. Может, самого ведьмака тут и нет, но рыжая девчонка явно должна что-то о нём знать.

Да и вообще — она ведь живёт за Чертой! На опасной территории. Как-то же она должна была тут выживать? Без знаний и умений это невозможно.

Хотя лично для меня остаётся загадкой: каким образом она, будучи полностью обнажённой, оказалось в руках уже убитого мной болотного монстра?

Я внимательно осмотрелся по сторонам, прислушался к окружающим меня звукам. Кроме жужжания комаров и кваканья лягушек больше ничего не услышал.

Я с трудом вытащил вилы и побрёл к дому ведьмака. В голове мелькали мысли о том, что мне сообщила система.

Разлад. Как выдастся спокойная минута, надо будет подробно изучить всё, что предоставляет мне система. Думаю, моя главная задача — следить за балансом.

За лечение выдаются Эссенции Жизни. За убийство — Эссенции Смерти. Нужно концентрироваться на двух потоках, которые я сегодня в себе обнаружил, и не допускать сильного перенасыщения одного из них.

Оказавшись в доме ведьмака, я запер за собой дверь. На всякий случай подпёр её тумбочкой, от ящиков которой исходил терпкий запах болотных трав.

Все окна в доме были целы, заперты изнутри. Выходит, монстр пробрался внутрь через дверь. Ага…

Я осмотрел лежащую на полу девушку и сразу же понял, каким образом она умудрилась так подставиться. В дальнем углу комнаты стояла наполненная ванная. Видимо, враг застал её в самый неудачный момент. Это объясняет её наготу.

Правда, как ей удавалось выживать раньше — это вопрос.

Совсем ещё юная. Хотя она явно старше моего нового тела. Лет восемнадцать-двадцать незнакомке точно есть.

Я присел на корточки рядом с ней, мысленно вызвал систему и заглянул в ещё неизученную мной ветку: «Целитель».

Второй навык, который я только что получил, как раз может пригодиться в этой ситуации.

/Навык ветки «Целитель». Диагностический взгляд (получается автоматически при достижении Уровня 1)/

/«Диагностический взгляд» (не требует затрат маны). Позволяет видеть повреждения в организме других живых существ. Возможен режим «Фокусировка»/

Фокусировка?

Тёплый поток внутри откликнулся. Он потёк к глазам — мягко, осторожно. Метка на руке потеплела.

Стоило мне об этом подумать, и мой взгляд тут же обострился. Веки будто налились тяжестью. Зрение сузилось и сфокусировалось. Мир вокруг меня поблёк. Цвета сохранил только силуэт лежащей на полу девушки. Она светилась бледным светом — живая, дышащая. Рядом с её головой появилась надпись: «Ушиб мягких тканей».

А затем всё вернулось.

Видимо, «Фокусировку» я могу использовать не более трёх секунд.

Что ж, значит, ей повезло. Скорее всего, навредить ей монстр не успел. Просто упала в обморок, перепугалась. А ушиб получила, когда ударилась о пол. Но с этим повреждением даже делать ничего не надо. Само заживёт.

— М? — простонала рыжая, её веки поднялись. Она прищурилась, осмотрелась по сторонам. А затем взгляд её зелёных глаз остановился на мне. — А-а-а!

Она завизжала на весь дом, прикрылась рукой, отползла от меня. Затем нащупала занавеску, сорвала её и тут же укрыла ею всё, кроме головы.

— Кто ты такой⁈ — воскликнула она. — Какого лешего ты на меня пялишься? Подсматривал за мной?

Похоже, ударилась она сильнее, чем я думал. Хотя её тоже можно понять. Пришла в себя в таком виде, а рядом какой-то пацан деревенский сидит. Она ведь и понять не может, откуда я взялся посреди болот.

— Не кричи, пока другие твари не услышали, — посоветовал я. — От одной-то еле отбился.

— Твари? — вскинула брови она. И тут же побледнела. В ужасе начала осматривать свою хижину. Видимо, вспомнила, что с ней случилось прямо перед моим приходом. — Где он⁈ Куда пропал упырь?

Упырь, значит? Будем знать.

— В окно выгляни, — я указал взглядом на западную стену. — Сама всё поймёшь. Нет его больше.

Она бросила взгляд на мои вилы. С них всё ещё капала кровь монстра.

— Держи от меня свои вилы подальше, — попросила она. — Отвернись!

— Ещё чего! — покачал головой я.

Вижу по её остервенелым глазам, что девка мне пока что не доверяет. Не поняла ещё, что я ей жизнь спас. Отвернусь — и она что-нибудь в меня кинет. А терять остатки витальности я не хочу. И так уже четверть запаса истратил.

Она что-то недовольно проворчала себе под нос, поднялась, придерживая сорванную занавеску, а затем проскользнула в другую комнату. Её не было всего несколько минут. Вскоре она выскочила наружу. На ней уже была надета льняная туника и сандалии. В руках она держала банку с каким-то порошком.

— Пойдём, — велела она. — Нам нужно наружу. Срочно!

— Там небезопасно, — напомнил я.

— Тут теперь тоже небезопасно! Магическая соль стёрлась! Я всё перепутала, — она громко простонала, стиснула зубы, вцепилась правой рукой в свои курчавые волосы.

Соль стёрлась? Чёрт… Кажется, я понимаю, к чему она ведёт!

Вот и ответ на вопрос, который беспокоил меня последние полчаса. Теперь ясно, как она выживала здесь всё это время.

Если я прав в своих догадках, то сейчас мы оба в большой опасности.

Я налетел на тумбочку, которой забаррикадировал дверь, отодвинул её в сторону, и мы оба выскочили наружу. Она тут же начала рассыпать вокруг дома блестящую голубую соль.

— У этих болот бывает прилив. Поднимается уровень воды. Особенно после таяния снегов, — создавая защитный круг, бормотала она. — Мастер Невзор предупреждал меня, но я совсем об этом забыла… Видимо, болотные воды смыли прежний круг.

— Мастер Невзор? — следуя за девушкой, переспросил я.

— Ведьмак. Он жил здесь раньше. Обучал меня.

Жил. Проклятье! Значит, информация Бажена оказалась неактуальной. Нет его больше здесь.

Как только рыжая сделала круг и добралась до западной стороны дома, ей пришлось резко притормозить. Она выпучила глаза на лежащее рядом тело упыря. Я заметил, как отпала её нижняя челюсть.

— Ты что… Ты правда убил болотного упыря? — выдавила из себя она. — Да кто ты вообще такой? От Скитальцев отбился? Где твои соратники?

— Я не из Скитальцев. Можешь считать, что мне просто повезло, — ответил я. — Моему отцу нужна помощь. Поэтому я сюда пришёл. Мне сказали, что ведьмак травами может помочь.

— Как, говоришь, тебя зовут? — нахмурилась она.

— Я не говорил. Лад, — представился я.

— Видана, — ответила девушка. — Жди меня в доме, Лад. Там поговорим. Ах да… Только перед этим подтащи эту тварь сюда — в круг. Упырь нам ещё пригодится.

Видана продолжила рассыпать магическую соль, я же схватил монстра за скользкие чешуйчатые лапы и переместил его к дому. Не знаю, зачем Видане понадобился труп этой твари, но предположения у меня есть. Раз эти существа не проходят через магические круги или через ту же Черту, значит и сами содержат в себе элементы местной колдовской силы.

Возможно, их органы или части тела как-то используются в алхимии.

Догадаться об этом было нетрудно. Удивляться происходящему я перестал уже после того, как впервые увидел Черту. Эта полоса проходила через всё болото, сияла ярче электрических прожекторов. Очевидно, что в её основе лежит какая-то невиданная сила.

Да и убитый мной упырь мало чем похож на любое известное мне животное. Этот мир отличается от моего. И очень сильно.

Я вернулся в дом. Пока Видана заканчивала чертить круг, я успел осмотреть быт, в котором жила ученица ведьмака.

В центре комнаты располагались два рабочих стола, заставленных колбами, пробирками, банками, посудой и прочими алхимическими принадлежностями. Только сейчас, почувствовав себя в безопасности, я наконец обратил внимание на стоящий в доме запах.

Трав Видана хранит очень много. Большая часть, судя по волнам аромата, хранится в её комнате. Там же, где виднеются полки с книгами. Но лезть туда я не стал. Это — её личное пространство. Там мне делать нечего. Хотя, не стану лгать, я бы с радостью завис здесь на несколько дней. Почитал бы местные труды, поизучал травы. Фармакологии в этом мире точно нет, зато её вполне можно заменить алхимией.

Я обратил внимание на несколько банок с магической солью. До меня уже дошло, как работает местная система защиты. Должно быть, эта соль — слабая версия Черты. Может удержать монстров, но ненадолго.

Черта же удерживает их постоянно. Это очевидно, раз в сотне метров от опаснейших болот располагалась целая деревня. Стражи на её границе я не заметил, значит нападения болотных упырей никто не опасается.

— Итак… — Видана вернулась в дом, заперла за собой дверь, тяжело вздохнула, а затем, закинув ногу на ногу, уселась около своего рабочего стола. — Самое страшное позади. Мы теперь в безопасности. Вынуждена попросить у тебя прощения, Лад. Извини, не поверила, что ты и в самом деле смог убить эту тварь. Первый раз вижу, чтобы парень твоего возраста в одиночку справился с таким существом. Повезло так повезло. Ты прямо в сердце этой твари вилы всадил! Не каждый Скиталец знает, где оно находится.

— Слухи по деревне ходили об этих упырях. Вот я и решил воспользоваться возможностью, — ответил я и расположился на табурете рядом с Виданой.

Не стоит ей знать про систему. Похоже, у других людей эти сообщения перед глазами не мелькают. Даже если попытаюсь кому-то объяснить — не поверят.

Интересно, может, эта система — и есть причина моего попадания в это тело?

Пока что ответить на этот вопрос не выйдет.

— Я помог тебе, поэтому рассчитываю, что и ты не откажешь мне в помощи, — перешёл к делу я. — Видана, дай мне травы, которые могут помочь моему отцу. Либо скажи, как найти мастера Невзора.

— Ишь какой! — она потёрла острый подбородок, улыбнулась, а затем добавила: — А ты уверен, что хочешь встретиться с ведьмаком? Тебе это не нужно, Лад. Поверь мне. Я сама не видела мастера больше года. Знаю только, что он сейчас живёт где-то за болотами, в лесах. И… Даже Скитальцы те места обходят стороной. Тебе туда точно не стоит соваться.

— Допустим, — согласился я. — Значит, ты можешь мне помочь сама? Без помощи Невзора?

— А куда ж я денусь? — пожала плечами она. — Ты ведь и вправду жизнь мне спас. Видимо, ты прибыл как раз вовремя. Обычно упыри утаскивают свою жертву к себе в болота, вводят свой яд. А затем посасывают кровь, пока тело не превратится в иссушенный труп.

— Когда я зашёл в дом, он тебя уже на руках держал, — ответил я. — Видимо, как раз собирался унести в своё логово.

Видана поморщилась, её ноги покрылись мурашками. Затем тут же покраснела. Догадываюсь, какие мысли промелькнули в её голове. Сначала представила, что её тела касалась эта тварь, а затем вспомнила, что я уже несколько раз видел её обнажённой.

А моему телу, наверное, лет четырнадцать. Парень ещё только-только начал взрослеть, когда я занял его организм. Как раз находился между ребёнком и взрослым юношей. Понимаю, почему Видане неловко из-за этого.

Правда, меня этим не удивить. Переведу тему. Тем более есть один вопрос, который сейчас куда важнее того, что я увидел полчаса назад.

— Ты упомянула яд, — отметил я. — А чем болотные упыри его выделяют?

— Своим хоботом. Присасываются им к сосуду. Один канал вбрасывает яд, а другой начинает втягивать кровь, — объяснила она. — А что?

Я поднял рукав рубашки и показал рану, которую получил в бою. Кровь уже успела остановиться. Даже перевязка не потребовалась.

— А на их когтях яда, случаем, нет? — поинтересовался я.

— Это он тебя так? Проклятье… — выругалась Видана. — Яда в когтях нет. Но бывали случаи, когда Скитальцам после таких ран руки отрубать приходилось.

Я уже осмотрел свою руку с помощью навыка «Диагностический взгляд». Воспалительного процесса пока что нет. Но туда могла попасть инфекция. Вот она-то и может послужить причиной для ампутации.

Про антисептики и антибиотики Видана точно ничего не знает. Если они и есть, то называются иначе.

— Насчёт моей руки не беспокойся. Мне нужна трава, которая дрянь всякую убивает. Ту, из-за которой в ранах гной появляется, — простым языком пояснил я. — Она же и моему отцу поможет. Он от лихорадки помирает. Кашляет, задыхается.

— А ты, случайно, не знахаревский сын? — вскинула брови Видана.

— Он самый. Как ты это поняла?

Неужто она моего отца знает?

— Да уж больно ты хорошо в этом деле понимаешь. Всё верно. И рану, и грудную болезнь одна трава лечит, — подметила Видана. — Вам с отцом нужно одно и то же лекарство.

Как я и думал! Значит, у неё есть трава, которая содержит в себе антибиотик. В моём мире таких толком и не существовало. А изобретать с нуля пенициллин в Средневековье — это, скажем так, дело совсем уж непростое.

— Угадала. Мой отец — знахарь. Если помрёт мой батька, то деревня останется без последнего человека, способного помощь оказать, — объяснил я.

— Да… Худо придётся вашей Погранке. Значит так, Лад, — потёрла ладонь о ладонь Видана. — Один час мне нужен, чтобы всё сготовить. Глянь пока в шкафчик. В тот, что слева от тебя. Перекуси. Заслужил!

От слова «перекуси» я вновь почувствовал, как потянуло в желудке. Однако свой организм я уже осмотрел с помощью нового навыка. Всё куда проще, чем я думал. Пищеварительный тракт уже запустился. Можно есть — ничего мне не будет.

Не стану отказываться от её предложения. Голод ни к чему хорошему не приведёт. Если не восполню силы, даже до дома не доберусь. А путь тут неблизкий. И как выяснилось, совсем небезопасный. Энергия понадобится!

Видана достала травы и принялась готовить из них отвар. Воздух заполонил горький запах освободившихся из растения эфиров. Я же достал из шкафа Виданы хлеб, несколько яблок, добавил к ним прихваченное вяленое мясо и приступил к трапезе.

Желудок всё равно недовольно выл из-за поступившего обилия еды. Ничего, стерпит. Захотелось стукнуть по подреберью кулаком.

Давай, мешок бестолковый! Переваривай! Наша с тобой жизнь только начинается. Нет времени на капризы. Люди во время войн даже кожу от ремней и сапог переваривать умудрялись. У нас ситуация гораздо проще.

— Твоя рука очень странно выглядит, — нарушила тишину Видана.

— Ничего особенного. Обычная рана.

— Я про другую, Лад. Про чёрные полосы на предплечье. Откуда они взялись? — поинтересовалась девушка.

Отличный вопрос. И вправду — откуда? Об этой странной пигментации я пока что знаю совсем немного. Но люди в деревне перешёптывались, несколько раз указывали на мою руку. Думаю, стоит ещё раз расспросить Бажена. Он точно должен что-то знать.

— Эти полосы начинают гореть, когда ко мне приближается монстр, — ответил я. — Откуда они взялись — не помню. Долгая история.

— Хм… Предупреждают об опасности? — поджала губы Видина. — Удобно. Я, конечно, не так уж много знаю о магических ранах, но думаю, что служить тебе на пользу эти полосы будут недолго. Уж извини, Лад, с ними я тебе ничем не могу помочь. Опыта не хватает. Невзор не закончил моё обучение.

Магические раны?

Я ведь уже осматривал свою руку. Ничего особенного в ней «Диагностический взгляд» не нашёл. Попробую-ка ещё раз, но теперь подключу «Фокусировку».

Повезло, к этому моменту возможность фокусироваться уже восстановилась. Видимо, я могу использовать её один раз в час. И всего лишь на три секунды.

/Неизвестное заболевание. Необходим более высокий уровень для постановки точного диагноза/

О как! Значит, даже система не может определить, что происходит с моей рукой. Вернее… Пока не может.

Ну, ничего. С этим я разберусь, как только вернусь домой. Изучу возможности системы, освою интерфейс и начну использовать его для дальнейшей адаптации в этом мире. Иного пути нет.

Прежде, чем я покину этот дом, нужно уточнить у Виданы ещё кое-что. Я понимаю, что мой отец сейчас лежит на смертном одре. Я работал в больнице не один год, так что не хочу строить иллюзий.

Риск его гибели очень большой. Да, я делаю всё возможное, чтобы его спасти, но заболевание сильно запустили ещё до моего перемещения сюда. Если отца не станет, мне придётся прибиться к другому человеку. Найти наставника.

И Видана на эту роль слабо подходит. Может, она и разбирается в травах, но куда хуже, чем её учитель.

— Если мой отец погибнет, я ещё вернусь, Видана, — заявил я. — Скажи, если это случится, ты сможешь указать мне дорогу к мастеру Невзору?

— Как я уже сказала — не советую, — переливая в склянку почти приготовленный отвар, произнесла девушка. — Невзор уже не тот, кем был прежде. Могу тебя понять. Сама попала к нему будучи сиротой. Но времена изменились. Учеников он больше не берёт. А если и возьмёт, то даст тебе совсем не тот опыт, который ты ищешь. Сейчас он занимается… далеко не лекарским делом.

Видана поднялась, подошла ко мне и поставила передо мной две склянки.

— Вот, держи, Лад. Густая — мазь. Она для твоей руки. Та, что пожиже — это отвар для твоего отца. Проследи, чтобы выпил всё до последней капли. А затем жди несколько суток. Если силы у него ещё остались — спасётся, — объяснила Видана.

— Спасибо, — убрав зелья в свою сумку, поблагодарил девушку я. — Теперь мы квиты.

— Не совсем, — неожиданно заявила она. — Хочу дать тебе ещё один совет, — Видана протянула мне нож. — Вот, держи. Вырежи болотному упырю его язык.

— Хоботок?

— Называй как хочешь, — усмехнулась она. — Тебе за него должны хорошо заплатить в деревне. Поинтересуйся. Кто-нибудь обязательно купит.

— Учту. Спасибо, Видана. Быть может, ещё пересечёмся в будущем, — поблагодарил девушку я.

— Ступай аккуратно, воин, — улыбнулась она. — Пока ещё не стемнело. После захода солнца здесь появляются такие твари, что болотные упыри в сравнении с ними покажутся тебе не страшнее обычных комаров.

Каким бы храбрым воином я ей ни казался, а встречаться с тварями опаснее упырей у меня желания нет. Более того, я даже одного болотника победил одним лишь чудом. В следующий раз мне может так не повезти. Да, я знаю, где у него слабое место, но лучше не испытывать судьбу.

Я попрощался с Виданой и вышел на улицу.

Да, судя по положению солнца, сейчас примерно четыре часа дня. Если поспешу, к вечеру буду уже в Погранке. Правда, на болотах всё время темно, как ночью. Из-за испарений солнечный свет сюда толком и не пробивается.

Прежде чем покинуть круг из магической соли, я последовал совету Виданы. Перевернул тело упыря. Затем оторвал кусок ткани от штанов, обмотал им руку, вытянул хоботок монстра и отрезал его у самого основания.

Старался не соприкасаться со слизистыми монстра. Не хватало ещё отравиться после всего, что я пережил. Вот это будет очень глупая смерть!

Я вновь подхватил свои вилы и направился назад — в сторону Погранки. Половина пути до поселения прошла без приключений. Монстров я больше не встретил. К назойливой мошкаре я уже привык. Главное, чтобы местные насекомые сами по себе не разносили никаких заболеваний.

Проблемы начались позже.

Когда я увидел на горизонте сияющую линию Черты, произошло то, чего предсказать было невозможно.

Тропа изменилась. Я готов поклясться, что шёл тем же путём, что и в прошлый раз. Но теперь земля проваливалась даже после того, как проверял её вилами.

В итоге я оказался в западне. Видимо, это и есть прилив, о котором говорила Видана.

Левая нога провалилась в зыбкую трясину. Рядом ни одного устойчивого участка почвы. Вокруг — бесконечный горизонт болот. На помощь никто не придёт.

Левая нога увязла по голень. Правая ещё стояла на еле удерживающейся почве, но и её уже начало затягивать.

Я сделал глубокий вдох. Чуть не поперхнулся от гнилостного запаха окружавшей меня воды.

Старался лишний раз не двигаться. Знал, как затягивает болото. Чем больше дёргаешься, тем сильнее тебя затягивает. Увидел в метре от себя свои старые следы.

А затем лёг на поверхность трясины, чтобы увеличить площадь соприкосновения. Так меня затягивать будет дольше. Справлюсь.

Выберусь отсюда! Не дождётесь! Здесь я не умру. Не сегодня. Я вернулся к жизни после аварии, прошёл через болота один раз. Одолел упыря. Утонуть на обратном пути?

Нет.

Из последних сил я взмахнул вилами, вонзил их в участок почвы. Раздался треск. Мой инструмент угодил в какой-то корень, застрял в нём. Видимо, раньше здесь было дерево. Корни ещё не успели сгнить.

Я аккуратно подтянулся. Один раз, другой. Берег был всё ближе и ближе.

В итоге я всё же смог выбраться на твёрдую поверхность. Но о вилах пришлось забыть. Как только я освободился от трясины, моё оружие исчезло в булькающих зловонных водах.

Да и чёрт с ним! Главное, что сам спасся.

Вилы, правда, были не мои. Но уж этот вопрос я как-нибудь решу!

Через пару минут я пересёк Черту. Вернулся на безопасную территорию. Поднялся на холм и, наконец, оказался в деревне. Ужасно уставший.

Назойливая детвора уже разошлась по домам. Никто больше не тыкал в меня пальцем. Не сказал бы, что меня это раздражало. Я уже понимал, что это стоит игнорировать.

Но я всё же обрадовался, что их нет. В таком виде они бы меня точно испугались. Дети — не проблема. А вот если они начнут рассказывать своим родителям, что я шастаю здесь весь покрытый болотной тиной, на меня могут обратить ненужное внимание.

Ещё посчитают каким-нибудь монстром. На кой-чёрт мне это надо?

Оказавшись в своём сарае, я проверил отца с помощью «Диагностического взгляда».

Живой. Лихорадка ещё не спала, но скоро я это исправлю.

Первым делом я отмылся в бадье. Смазал полученную рану мазью Виданы, а затем уже помог отцу выпить горький отвар. Добромир плевался, кряхтел, но я всё же смог влить в него всё содержимое пузырька.

— Знаю, та ещё дрянь, — сказал отцу я. — Зато через несколько дней на ноги поднимешься.

А дальше уже будем думать, как разбираться с долгами.

Кстати, о долгах…

Почему бы не сделать выстрел на опережение? Продам-ка я этот чёртов хобот упыря! Не знаю, правда, кто в здравом уме купит этот ломоть мяса. Я в этой деревне и не ориентируюсь пока что.

Но ещё не стемнело. Можно заглянуть к Бажену. Я видел, куда он пошёл. Знаю, где живёт старый знакомый моего отца. Возможно, он сможет подсказать, кто заинтересуется моей добычей.

Я добрался до дома Бажена, постучал в его дверь.

— Это я! Лад! — крикнул я. — Открывай, Бажен. Я вернулся.

Открыл мужчина не сразу. Сначала выглянул, недоверчиво взглянул на меня, усмехнулся.

— А я-то всерьёз подумал, что ты уйдёшь на болота, — вздохнул он. — Чего тебе от меня надо? Я же сказал тебе, пацан. Работы нет. И не будет.

— Я был на болотах, — уверил Бажена я. — Мне нужен торговец. Посоветуешь?

— Да ну? — ухмыльнулся он. Моё заявление его рассмешило. — И что же ты хочешь продать?

— Вот это, — я достал из сумки хобот болотного упыря. Победоносно ухмыльнулся. Уж это — точно неопровержимое доказательство, что я был на болотах.

— Ах ты… — у Бажена аж челюсть отвисла. — Ах ты засранец! Это ведь настоящий язык упыря! Я видел такие!

Бажен отворил дверь и вышел ко мне.

— Хобот, а не язык.

— Плевать, бестолочь ты дурная! — выругался он. — Не стыдно тебе, а? Такие есть только у Скитальцев! Украл ведь, зараза? Признавайся!

Бажен мне не поверил. И, похоже, уже собрался сдать меня местным властям.

Однако я знал, как можно использовать его недоверие в своих целях.

И всё бы ничего, если бы не очередное сообщение системы.

/Убейте/

/Награда: 5 Эссенций Смерти/

Эй, система… Какого чёрта⁈

Глава 3

Метка пульсировала с каждой секундой сильнее. Холодный поток внутри меня взбунтовался. Он требовал. Настаивал. Тридцать Эссенций Жизни против тринадцати Смерти.

Дисбаланс.

Я на уровне интуиции знал, что будет дальше. Разлад. Тело начнёт гнить изнутри, если не восстановлю равновесие.

И Бажен стоял прямо передо мной.

Вижу, что знакомый моего отца, может, и решил обвинить меня в воровстве, но человек он явно неплохой. По крайней мере, смерти он не заслуживает. Особенно если учесть, что этого требует некая система.

Может, конечно, она видит больше, чем я? Но даже если это так, я всё равно абсолютно не согласен с этим заданием. Да и не уверен, что это задание. Больше похоже на то, что система дает подсказки, она не указывает на конкретных людей.

Бажен больше недели кормил отца моего предшественника. Да, он был ему должен. И что с того? Готов поклясться, что большая часть людей на его месте не стала бы отплачивать отцу таким образом.

Для многих это стало бы облегчением. Нет знахаря — значит и платить не надо! Другие, возможно, дождались бы его выздоровления и только после этого выплатили долг. И это адекватная логика для многих людей. Народ здесь живёт бедно. Это видно невооружённым глазом. Никто не будет выносить из семьи последнюю буханку хлеба.

Так что я отказываюсь. Не знаю, слышит ли меня эта система или нет, но выполнять это задание я не буду!

Пусть будет Разлад. Справлюсь.

Холодный поток взвыл — будто что-то внутри поняло мой выбор и разозлилось. Метка полыхнула болью.

В груди возникло стойкое чувство — словно мне не хватает энергии смерти. Но вот откуда её взять, если не трогать Бажена?

А этот вопрос нужно изучить очень подробно. Если в итоге выяснится, что в случае увеличения дисбаланса энергий я умру или заболею неизлечимой болезнью, придётся очень хорошо обдумать своё решение. Да, убивать Бажена я не хочу. Но и умирать у меня желания нет. Умер уже один раз. Этого достаточно.

— Чего молчишь, остолбень? Ещё раз тебя спрашиваю, откуда ты взял этот чёртов язык? — продолжал допрашивать меня Бажен.

Руки мужчины напряглись. Я понял, что он уже готовится схватить меня. Опасается, что могу убежать.

Эх, из всех предсказанных мной сценариев сработал самый неблагоприятный. Я догадывался, что Бажен так воспримет мою добычу. Однако и к этому я был готов.

Есть у этого сценария один огромный плюс. Если правильно подобрать слова, я смогу перевернуть всю эту, казалось бы, неудачную ситуацию в свою пользу.

— Я добыл его во время вылазки на болота, — ответил Бажену я.

А уж поверит он мне или нет — вопрос второй.

— Ну-ну, — хмыкнул Бажен. — Так быстро сгонял к ведьмаку и вернулся назад? Через болота? Ха! Охотно верю, — с сарказмом произнёс он.

Моя история прозвучала неубедительно, что и требовалось доказать. И это я даже не стал упоминать о том, что сам лично прибил болотного упыря. Вот только значения всё это не имеет. Пора переходить к главному.

— Ну, если не верите, можете меня сдать. Сопротивляться не буду, — заявил я.

Сначала моё высказывания удивило Бажена, но вскоре он из-за моей реакции разозлился ещё сильнее.

— Совсем у тебя совести нет, Лад. Твой отец помирает, а ты чем занимаешься? Воровством? Решил опозорить Добромира напоследок? — процедил сквозь зубы он. — Что ж, пойдём.

Он подхватил меня за плечо и потащил к главной деревенской дороге. Однако, как только до Бажена дошло, что я не сопротивляюсь, он тут же ослабил хватку.

— И куда мы идём? — поинтересовался я.

— Как «куда»? — хмыкнул он. — В местный штаб Скитальцев. Чего толку тащить тебя к страже? Они всё равно не поймут, что это за кусок мяса у тебя в сумке.

Всё верно. А если Скитальцы подтвердят пропажу, тогда уже он поведёт меня к стражникам. Однако я не думаю, что эти господа обвинят меня в воровстве. Начнём с того, что на самом деле я у них ничего не брал. И винить меня не за что.

Но если вдруг кто-то из них захочет меня оклеветать, у меня и на этот счёт припасён план.

Пока мы шли по главной и чуть ли не единственной улице деревни Погранка, на нас постоянно указывали пальцами. Не столько на Бажена, сколько на меня.

Слухов о моём предшественнике здесь ходило немало — это я уже понял. Но это и странно. Лад, сын Добромира, обычный деревенский дурачок. Чему тут удивляться? Такие везде есть.

Но удивляться, как оказалось, есть чему. Я не мог не отметить, как дети сегодня утром отреагировали на мою руку. На чёрные полосы, растянувшиеся на моём предплечье. Слышал, как они шептались, упоминали лес, моего отца, некое колдовство.

Что-то тут нечисто. И чувствую, ответов на этот вопрос мне никто не даст. Лучше расспросить отца, когда ему станет лучше.

Точнее, если ему станет лучше.

Бажен, как я посмотрю, уже и сам не рад, что взялся со мной разбираться. Лишнее внимание ему было не нужно.

Однако теперь уже поздно. Вся деревня обратила внимание на то, как он возится со мной.

Чёрт знает, если честно, зачем он вообще решил тащить меня к Скитальцам. Вот не лень ему? Мог ведь просто отругать за «воровство» и попросить, чтобы я вернул украденное владельцам. Может, на награду надеется?

Штаб Скитальцев находился далеко за деревней. Сам бы я его за один день точно не нашёл. Именно поэтому и пришёл к Бажену. Это тоже часть моего плана. Зачем тратить время на поиски Скитальцев, если меня туда могут отвести?

Мы прошли по главной дороге до самого конца деревни. Минут десять пришлось идти по узкой тропе между холмов, за которыми простиралось громадное поле. Вдалеке мелькали едва заметные магические лучи. Я уже видел такие на болоте. Это Черта. Видимо, как раз здесь она и продолжается. А Скитальцы обитают непосредственно рядом с ней.

Интересно, какой длины эта магическая линия? Что-то мне подсказывает — она окружает не только деревню, но и все окрестные территории. Возможно, целое государство. Ещё неизвестно, каких размеров мир монстров, что находится за Чертой. Возможно, мы им окружены.

— Одни проблемы от тебя, Лад, — впервые нарушил тишину Бажен. — Пойми меня правильно, парень. Я ж вредить тебе не хочу. Просто есть какое-то дурацкое желание наставить тебя на путь истинный. Может, после наказания ты поймёшь хоть что-нибудь.

Чёрт… Возможно, в этом всё дело! Система решила, что Бажен представляет для меня опасность. Поэтому и выдала мне подсказку убить его. Но это всё равно было не задание. Ведь конечный выбор — за мной.

Как только появится возможность, нужно посвятить всё свободное время изучению системы. Если я не пойму, как она работает, большего в этом мире добиться уже не смогу.

Мы подошли к двухэтажному зданию. Оно располагалось буквально в сотне метров от Черты. Штаб Скитальцев больше напоминал ветхие казармы. Настолько ветхие, что здание, по ощущениям, может рухнуть в любой момент.

А это о многом говорит. Похоже, живут эти люди не так уж и хорошо. Хотя, если прислушаться к логике, исследователи опасных земель и убийцы монстров должны получать очень большие деньги. Видимо, у здешних Скитальцев что-то пошло не так.

Мы прошли в узкое фойе. У входа в следующее помещение стоял небольшой табурет. Бажен строго зыркнул на меня, а затем указал взглядом на сидение.

— Сиди здесь, — велел он. — Со Скитальцами буду говорить я. И учти, Лад. Если ты отсюда сбежишь — даже не сомневайся, я тебя найду. Найду и шкуру спущу. Отдам Харитону. Или того хуже… В общем, думаю, ты меня понял. Понял же?

— А чего тут не понять? — пожал плечами я. — Идите, Бажен. Я подожду. Никуда не денусь.

Затевать бестолковую ссору нет смысла. Пока что всё идёт строго по моему плану. Если начну показывать Бажену характер, это только усугубит ситуацию. Взрослым человеком меня пока что никто не воспринимает. Ещё больше усугубляет ситуацию слабоумие моего предшественника.

Но в каком-то смысле это даже к лучшему.

Бажен постучался в дверь. Через пару минут его впустили, и я остался наедине с собой. Дверь открылась, оттуда вышел Бажен и кивком головы попросил, чтобы я следовал за ним. Я прошёл в тесную комнатушку, в которую каким-то образом умудрились вместить большой круглый стол. Видимо, это зал совещания Скитальцев. Только вместо толпы воинов внутри я обнаружил лишь одного человека.

Зато какого! Двухметровая гора мышц. Волосы грязные, взъерошенные. Лицо и руки испещрены множеством шрамов.

— Ну, здравствуй, пацан, — сухо поприветствовал меня он. — Главного нет, так что разбираться с тобой буду я. Меня зовут Волибор.

— Лад, — коротко представился я.

Главное, чтобы система ещё и его не попросила убить. Интересно, а она вообще умеет давать сразу несколько заданий?

— Твой дядя сказал, что ты кое-что украл у нас. Дашь посмотреть? — попросил он.

В голосе мужчины была сталь. Это не просьба. Это приказ.

— Никакой я ему не дядя, — отмахнулся Бажен. — Просто решил поучаствовать. Убедиться, что он не украл у вас ничего ценного.

— Помолчи, Бажен, — не отрывая взгляда от меня, строго произнёс Волибор.

— Вот, смотрите, — я протянул Волибору комок ткани, в который был завёрнут хобот болотного упыря. — Только осторожнее. Возможно, в нём всё ещё остался яд.

— Ага, — усмехнулся Волибор. — Ещё поучи меня. Если там действительно есть яд, значит… ЧЁРТ!

Воин прорычал, одёрнул руку, и добытый мной трофей упал на деревянный пол.

— Какого лешего, Бажен? — разозлился Волибор. — Ты убить меня решил, что ли?

— Ч-что? — остолбенел мужчина. — Ты это о чём, Волибор?

— Ты мне пять минут жужжал, что пацан украл у нас трофей. Я был уверен, что ты прав. Рукой коснулся этой дряни! Она же ядовитая! Повезло ещё, что одним ожогом отделался!

— И… И что это значит? Разве это как-то оправдывает парня? — не понял Бажен.

— Оправдывает, — вмешался в их разговор я. — Такие яды очень быстро распадаются за пределами организма хозяина. Если бы он какое-то время полежал на складе Скитальцев, яда бы в этом хоботе уже не осталось. Поэтому я и предупредил — будьте аккуратнее.

Бажен и Волибор молча посмотрели на меня. Затем воин рассмеялся. Громко. Раскатисто.

— Вишь, а не такой уж он и лободырный, как все говорят, — утирая выступившие слёзы, выдавил из себя Волибор. — Пацан получше тебя соображает, Бажен, — воин перевёл взгляд на меня. — Всё верно, Лад. Яд испаряется через сутки. А если даже этого не происходит, мы извлекаем его сами. Ты сам-то откуда это узнал?

— Отец рассказывал, — солгал я.

На деле же я понял это сам. Несложно было догадаться, что такое хрупкое вещество, как яд, должно храниться в определённых условиях. В организме упыря оно, скорее всего, содержится в специальных железах. И чтобы яд никуда не испарился, после удаления хобота нужно поместить это вещество в особую среду, имитирующую те самые железы.

— Твой отец — мудрый человек, — хмыкнул Волибор. — Вот только это не объясняет, откуда ты взял свежий хоботок болотного упыря. Неужто отец сам тебе его дал?

— Его отец при смерти, — встрял в наш разговор Бажен. — Добромир. Наш местный знахарь. Я хорошо его знаю. Даже если бы он был здоров, не стал бы соваться на болота из-за какого-то дурацкого языка.

— Я сам его достал. Был на болотах, посещал Видану, — перешёл к делу я.

— Видану? — вскинул брови Волибор. — Кто тебе назвал это имя?

— О ком речь? — недоумевал Бажен.

— Погоди, Бажен, не лезь, — отмахнулся Волибор. — Я серьёзно, Лад, откуда ты про неё узнал?

А вот тут придётся немного надавить. Навязать им своё мнение. Поверят или нет — неважно. Главное, чтобы поняли, что от меня есть толк. Так я смогу получить работу.

— Говорю же, я был на болотах, — упёрся я. — Ходил к Видане, чтобы взять у неё лекарство для своего отца. По пути столкнулся с болотным упырём. Так и получил этот хобот.

— Хм, — усмехнулся Волибор. Не поверил мне. Сделал свои выводы. — Пацан не лжёт, Бажен. А точнее — врёт частично. Он действительно был на болотах, — Волибор принюхался. — По запаху чую. Удивительно, что он смог вернуться оттуда живым. Должно быть, кто-то из наших убил упыря, а язык срезать забыли. Так он и попал к нему в руки. Готов поклясться, что это Новик профукал трофей. Болван бестолковый… Ему ещё за это влетит.

— Так значит, мальчишка — не вор? — удивился Бажен.

— Вор? Нет, — усмехнулся Волибор. — Герой, можно сказать. Не каждый отважится залезть в такую задницу и выбраться оттуда живым.

Ещё один удачный момент. Я смогу получить максимум выгоды из это встречи, если всё получится…

— Волибор, купите у меня этот трофей? — спросил я.

— Лад, не наглей! — разозлился Бажен.

— Пока в нём ещё яд остался. Он может быть вам полезен, — продолжил настаивать я. — Вам он нужнее, чем мне. А мне нужны деньги.

Очень нужны. Нам с отцом есть нечего, а просить Бажена и дальше поддерживать нас — не вариант.

— Хм, — хмыкнул воин и оценивающе осмотрел хобот. — Вырезан грамотно, да и яд ещё на месте… Давай так: за полцены. С меня одна серебряная монета, с тебя трофей. Добро?

Одна серебряная равняется сотне медных. Я слышал, как общаются люди в лавках. Этого хватит, чтобы не голодать ещё три-четыре дня.

— По рукам, — уверенно кивнул я.

Сделка состоялась. В кармане зазвенела серебряная монета — первые деньги, заработанные в этом мире. Мы с Волибором совершили обмен, попрощались, а затем Бажен пошагал вместе со мной тем же путём назад в деревню.

— Ну ты выдал, Лад, — покачал головой он. — Умудрился толкнуть Скитальцу его же собственный трофей!

— Вы так до сих пор и не поверили, что я добыл его сам?

— Нет, поверил. Но упыря же явно не ты убил, — рассмеялся Бажен. — Ты просто чужую добычу подобрал. Советую тебе поблагодарить Волибора позже. На его месте я бы тебя прогнал. А вообще… Ты уж зла на меня не держи из-за того, что случилось. Откуда я мог знать, что ты и в самом деле был на болотах? Так что же получается, лекарство для отца ты добыл? Жить будет?

— Посмотрим. Пока загадывать рано, — покачал головой я. — Но я постараюсь его вытащить.

— Не думал, что я это скажу, Лад, но болезнь отца явно пошла тебе на пользу, — задумался Бажен. — Ты как-то рассудительнее, что ли, стал. Или, может быть, всё дело в…

Бажен осёкся. Я сразу понял, к чему вёл мужчина. Заметил, как он бросил короткий взгляд на мою руку.

— Я не помню, как получил эти отметины, — прямо сказал я. — Люди в деревне перешёптываются.

— Не слушай их.

— И всё же мне хочется знать: при чём тут отец? Зачем он ходил со мной в лес? Ведь именно после этого мы оба пострадали. Верно? — продолжил расспрос я.

— Не меня ты должен об этом спрашивать. Я слухам не верю, — отмахнулся Бажен. — Если отец твой выживет — его и спросишь.

Обязательно спрошу!

Как только мы добрались до Погранки, Бажен оставил меня одного. Затерялся в толпе людей между торговыми лавками. Рынок уже закрывался, поэтому мне пришлось поторопиться и закупить продукты на все полученные деньги.

Вышло, мягко говоря, негусто. Две чёрствые буханки хлеба, пять яблок, несколько кусков вяленого мяса и небольшой ломоть сыра. Что ж, лучше, чем ничего!

Причём закупка стала для меня той ещё проблемой. Моего предшественника знала вся деревня. Половина торговцев отказалась со мной иметь дело, поскольку решили, что эти деньги я украл. Вторая половина пошла на сделку, но всё же цену эти сволочи задрали. Но спорить с этими людьми пока что бесполезно. Иначе мы с отцом совсем без еды останемся.

Когда я вернулся в сарай, уже начало темнеть. Перед моими глазами мелькали цифры. Обратный отсчёт до отмены задания.

Что ж, теперь я в безопасности. Пора готовиться к худшему.

«Система, можешь ответить, что такое Разлад?» — мысленно задал вопрос я.

/Разлад Эссенции — магическая болезнь, возникающая из-за дисбаланса энергий жизни и смерти. При начале Разлада жизненная энергия больного начинает утекать, а тело постепенно разрушается изнутри. Скорость развития болезни зависит от степени Разлада. Чтобы восстановиться, необходимо восстановить баланс/

Другими словами, как только я откажусь убивать Бажена, количество моих Эссенций Смерти упадёт. И чтобы остановить Разлад, мне придётся снова кого-то убить.

Вот только убивать невинных людей я не хочу, а соваться на болота и искать упырей… Ещё неизвестно, что в таком случае убьёт меня быстрее — Разлад или монстр!

/Активирован «Разлад»/

/Прогресс Разлада: 1 %/

/Внимание! Когда прогресс достигнет 100 %, организм пользователя умрёт/

Я потратил час, чтобы проследить за тем, как быстро накапливается эта шкала. Оказалось, что всё не так уж и страшно.

Пока что мой организм распадаться не стал. Чувствую себя всё так же, только в теле начала нарастать слабость. Ещё неизвестно, из-за чего она возникла. Это может быть эффект магической болезни. Либо же я просто устал весь день шататься по болотам. Всё-таки это тело не привыкло к таким нагрузкам.

Именно этим я и займусь в ближайшее время. Нужно себя укрепить. Стать сильнее.

А заодно найти способ увеличить количество Эссенций Смерти.

Иначе мне конец.

* * *

Следующие несколько дней дел у меня было выше крыши. Уход за отцом, постоянные тренировки, а также изучение системы.

Я наконец-то выяснил, что из себя представляет интерфейс. Он появился сразу же после того, как я получил первый уровень, но разобраться с ним ранее не было времени.

/Интерфейс системы/

— Уровень 1. Прогресс опыта: 45/100

— Витальность: 70/100

Полезной информации тут навалом. Оказалось, что у меня по умолчанию были отключены уведомления о поступающем опыте. За использование навыков, убийство упыря и получение достижений я получил аж сорок единиц опыта.

Видимо, если я продолжу в том же духе, то смогу достичь следующей ступени своего развития. Стану сильнее.

Рисковать и соваться на болота я не стал, поэтому решил помочь жителям деревни с истреблением крыс. Под некоторыми домами жили целые выводки.

Времени я на это убил немало, целые сутки провозился, но уже к четвёртому дню своего проживания в этом мире мне удалось накопить ещё две Эссенции Смерти. Сколько ради этого пришлось убить грызунов — я уже и со счёту сбился!

Однако Разлад был остановлен. Перекос Чаш я больше не ощущал.

И остановил я этот процесс как раз вовремя. К тому моменту даже мельчайшие царапины на моём теле перестали заживать, а слабость нарастала так стремительно, что под конец дня я даже обычную палку поднять не мог.

Отцу стало значительно легче, и на утро пятого дня он пришёл в себя. Лёгкие очистились. Одышка всё ещё держалась, но признаков пневмонии я больше не видел. Лихорадка спала, хрипов нет.

Теперь остаётся только поддерживать его — и отец сможет встать на ноги.

Добромир оказался немногословен. Он лишь благодарил меня за помощь и снова засыпал. Хотя несколько дней назад отец умолял, чтобы я убил его. Избавил от страданий. Думаю, скоро он ещё пожалеет, что просил меня об этом!

За эти несколько дней мне удалось многое узнать о Скитальцах. И я всерьёз стал задумываться о том, чтобы присоединиться к местному штабу. Говорят, задач они выполняют много. Работа у них точно должна найтись.

Тем более, раз вся моя система выстроена на соблюдении баланса, то Скитальцы могут помочь мне в увеличении количества Эссенций Смерти. На одних крысах далеко не уедешь. Нужно учиться убивать монстров. Иного пути нет.

К тому же за эти дни успел узнать немного об устройстве мира, если хоть кто-то из местных решался со мной разговаривать, а не убегать. Шок от попадания в другой мир спал, и я начал постепенно привыкать к новой жизни.

Этим вечером снова решил посетить Волибора, однако у дверей сарая меня ждал неприятный сюрприз.

— Куда намылился, щенок? — вместо приветствия произнёс низкорослый полный мужчина.

— С кем имею дело? — нахмурился я.

Он злобно усмехнулся. Правда, его насмешка больше походила на хрюканье старого борова.

— Последних мозгов лишился, остолбень? — скривился он. — Забыл, кому вы с отцом жизнью обязаны?

А-а… Похоже, это и есть тот самый Харитон. Торговец, в сарае которого мы торчим уже несколько недель.

— Если вы пришли за нашим долгом, придётся ещё немного подождать, — спокойно ответил я. — Отец уже почти выздоровел. А я…

— Мне плевать, — фыркнул он. — Вы оба мне уже осточертели. Про своего папашку можешь забыть. Сейчас мою люди выкинут его на улицу. А вот ты, малец, пойдёшь со мной.

— Не смейте, — сжал кулаки я. — Ему нужно отлежаться ещё пару дней. Скоро мы оба сможем вернуться к работе. Вернём долг и больше никогда с вами не будем иметь дело.

— Ах ты наглая рожа… — вскинул брови Харитон, затем махнул рукой. Заметив сигнал торговца, на задний двор прошёл крепкий мужичок с дубинкой на поясе. Видимо, это его охранник. — Проучи этого полудурка, Семён. А отца его — на улицу. Закончилась моя доброта!

Глава 4

Доброта, значит, у этого ублюдка закончилась! Тьфу! Этот Харитон думает только о деньгах. Причём думает явно плохо. Я ещё по рассказам Бажена понял, что с думалкой у этого человека большие проблемы.

Если предположить, что я бы оказался на его месте… То первым делом бы направил все силы на излечение Добромира. Он тут единственный знахарь и снимает дом в аренду.

Мой отец — не просто источник денег, он инвестиция. Кроме него больше никто не может помочь жителям Погранки с их болячками.

Больше болезней — больше смертей.

От этого будет уменьшаться население.

Меньше людей — меньше покупателей и сотрудников. Болван Харитон делает всё возможное, чтобы нагадить своему же делу. Но сейчас объяснить это не получится. Меня он слушать не станет, по крайней мере — пока что. Плюс ко всему он уже приказал своему охраннику меня отдубасить.

Однако у меня есть весомое преимущество. Во-первых, благодаря навыку «Слабые точки» я могу видеть, куда нанести удар. Если объединить это с моими познаниями в медицине, от человека я практически в любой ситуации смогу отбиться. Если, конечно, он не закован в броню. Там уже будет потруднее.

Во-вторых, вряд ли охранник Харитона воспринимает меня всерьёз. Кто будет бить едва зрелого пацана, опасаясь, что он может дать сдачи?

Только тот, кто знает, что этот пацан может быть опасен.

Тут-то и лежит моё главное преимущество. Какое-то время я могу использовать недостатки своего предшественника в своих же целях. Слабоумный, совсем юный, ничего не умеет. Толку от него никакого.

Зато от меня толк есть. Никто пока что этого не понимает. И это на данный момент — моё главное оружие.

Мужик с дубинкой уже рванул в мою сторону. На его опухшем красном лице расцвела мерзкая улыбка. Молодец, подонок. Решил порадоваться возможности надавать малолетнему парню, который не может дать сдачи!

Ничего. Сейчас я это исправлю. А уж когда исправлю — попробую снова переговорить с Харитоном. Его мнение должно измениться.

Я активировал навык «Слабые точки». Приготовился к контратаке.

Моё зрение вновь изменилось. Мир посерел. Разными цветами горели только места, в которые я должен ударить.

Особенно ярко горел пах противника. Нет… Это не спортивно. Любой дурак знает, что удар по этой области выведет противника из строя. Хотя бы на время.

Поступлю иначе. Прямо сейчас я полностью безоружен. Но знаю, что у моих ног лежит большая дощечка. Крепкая. Она от сарая отвалилась. Однако я в ремонтники не нанимался, поэтому обратно приделывать её не стал. Тем более сейчас лето. Нам с отцом нужна вентиляция! А уж больному с воспалением лёгких жизненно необходим чистый воздух.

Чтобы схватить эту деревяшку, мне нужно меньше секунды. Успею. Сработает эффект неожиданности. Она, конечно, не такая крепкая, как дубина моего противника, но я точно знаю, куда нужно бить. Нужные точки уже разглядел.

— Добегался, засранец! — рявкнул Семён, а затем замахнулся.

Время для меня словно замедлилось. Ударить он решил прямо по моей голове. Прилетит дубина сбоку в правый висок. Но вторую атаку он совершить не успеет: мой противник, конечно, здоровый, но оружие у него слишком уж тяжелое. После удара его немного занесёт в сторону по инерции.

И это — мой шанс контратаковать.

Я резко пригнулся. Дубина, рассекая воздух, прогудела прямо над моей макушкой. Я одновременно уклонился и подобрал с земли дощечку.

Конец у неё не острый. Убить не убью. Но мне это и не надо. Достаточно просто его проучить.

И я сделал резкий выпад вперёд. Ударил концом палки прямо в правое подреберье, ближе к центру — там, где грудь переходит в живот.

У этого красноносого алкаша слабые печень с желчным пузырём. Один удар — и ему будет больно. Очень. Кроме того, я должен задеть солнечное сплетение. Если хорошо приложить по этому месту, вся вегетативная система организма ненадолго взбунтуется. Давление упадёт, организм ослабнет.

Есть даже шанс, что я смогу его вырубить.

На долю секунду перед моими глазами мелькнула шкала. Снова, как и в прошлый раз, я смог увидеть здоровье своего противника.

/ Витальность: 135 из 150/

Слабые точки, по которым я только что нанёс удар, вспыхнули ещё сильнее. Но продолжать бой смысла уже не было. Мой план сработал. Причём справился я даже быстрее, чем планировал.

Громко хрюкнув от острого болевого приступа, охранник Харитона рухнул на бок, сложился пополам. У него аж слёзы на глазах выступили. Могу понять. Печень здоровяка явно была не готова к такому сюрпризу.

— К-х-х-х… — корчась у ног Харитона, прошипел он.

— Семён, ты чего это? Эй! — торговец легонько пнул носком ботинка своего охранника. — Ты чего разлёгся, пентюх⁈ Тебя же лободырный Лад побил, ты чего на всю деревню позоришься? Мне что, самому всё придётся делать?

— Не нужно, Харитон. Послушайте лучше меня, — я опустил палку. — Мне есть что вам сказать.

— Да ну? — он перевёл взгляд на меня. — Поганец, ты чего с моим охранником сделал? Кто теперь склад мой будет сторожить, если он помрёт⁈

— Не помрёт он. Через пятнадцать минут уже на ноги поднимется, — заявил я, затем на всякий случай ещё раз посмотрел на Семёна с помощью «Диагностического взгляда». Решил убедиться в своей правоте.

М-да… Здоровьем этот громила не блещет. Но я тут ни при чём. Около тела поваленного мной мужика появились надписи.

/Алкогольный гепатит/

/Хронический холецистит/

/Хронический панкреатит/

/Язвенная болезнь желудка в стадии ремиссии/

/…/

Список продолжался и дальше. Мне пришлось отключить свой навык, чтобы в глазах не рябило.

— Хотя… Может, и помрёт, но явно не из-за меня, — обратился к Харитону. — Здоровье у него так себе.

— А ты с каких это пор так рассуждать научился, малец? — бросил мне торговец. — С чего ты взял, что я поверю тебе на слово? Ты же понимаешь, что будет, если ты мне врёшь? Я из тебя деньги вытрясу не только за отцовский долг. Ещё и лечение Семёна мне будешь оплачивать!

— А кто его лечить будет? — поинтересовался я. — Мой отец — единственный знахарь в деревне.

— Ты так говоришь, будто у Добромира есть хотя бы шанс выжить, — усмехнулся Харитон. — Смирись, пацан. Твой отец — труп. И платить за него придётся тебе.

— Я буду платить за него. Более того, я и отца своего спасу. Он уже скоро встанет на ноги.

— Хм… — пропыхтел Харитон. — Давай-ка подытожим, Лад. Ты предлагаешь мне не выселять вас из сарая ещё пару недель. Говоришь, что твой отец выживет и сможет вернуть мне долг. А эти две недели за него будешь платить ты. Верно?

— Так и есть, — кивнул я.

Он стал меня слушать только из-за демонстрации силы. Нелегко придётся, когда тебя вся деревня считает дурачком.

— А теперь расскажи мне, Лад, откуда же ты собрался деньги брать? Воровать станешь? Нет, даже не думай, — помотал головой Харитон. — Ворованные деньги я с тебя брать не буду.

— Отец обучил меня знахарскому делу, — солгал я. — Пока он болеет, я сам могу лечить людей. Навыков у меня хватит. Дайте лишь пройти в дом, в котором ранее работал мой отец. Всего на пару минут.

Там должны были остаться справочники. Или записи отца. Ставить диагнозы я умею. Тут мне поможет и мой опыт, и «Диагностический взгляд». Но я всё ещё не знаю, как действуют местные травы. Из чего варить лекарства? Ясное дело, что в этом лучше разбирается ведьмак или хотя бы его ученица Видана, но снова переться к ней через болота пока что не имеет смысла.

Мне нужен базис. Отцовские знания. Не подорожником же я всех лечить буду, в самом деле!

Это мой единственный шанс не оказаться на улице. Поэтому ни за что не отступлю!

Харитон прищурился. Весь разговор он даже не пытался воспринимать мои слова всерьёз. Но стоило мне объяснить ему свой план — и в глазах торговца что-то промелькнуло. Кажется, он наконец-то ко мне прислушался.

Догадываюсь, почему. Он увидел во мне выгоду. Возможно, решил, что я ещё смогу принести ему больше денег, будучи свободным, чем закованным в рабские колодки.

— Вот, — я достал из кармана пригоршню монет, чтобы подкрепить слова делом. — Тут десять медяков. Готов отдать их прямо сейчас. Остальное буду возвращать постепенно.

Харитон сделал глубокий вдох, а затем громко рассмеялся. Его хохот, наверное, даже у штаба Скитальцев было слышно.

— Хорошо, пацан, — он выхватил деньги из моей руки. — Десять медяков я забираю. А ты знаешь, сколько должен мне твой отец?

— Как раз собирался задать этот вопрос.

— Ровно в сто раз больше. Десять серебряников, — обнажив кривые зубы, улыбнулся Харитон.

Дерьмово…

Сто медяков — один серебряник.

Сто серебряников — одна золотая монета.

Курс тут предельно понятный. Но… Получается, в переводе на хоботы болотного упыря я должен Харитону аж десять убитых монстров. Десять!

Да я одного-то чудом убил…

И это если не учитывать, что часть денег нужно тратить на еду. Одной серебряной монеты мне хватило, чтобы кормить себя и отца в течение пяти дней. Остались гроши, которые дали мне жители деревни за то, что я поубивал крысиные выводки под их домами.

На одних крысах я далеко не уеду. Нужно браться за серьёзную работу. Лечить людей, убивать монстров. Иных вариантов у меня нет. Если напрошусь на более лёгкую работу, я таких денег никогда не скоплю.

За спиной Харитона появился силуэт Семёна. Мужик поднялся на ноги, вновь схватил дубинку и уже пошагал на меня. Однако торговец его остановил.

— Очухался, герой? — хмыкнул Харитон. — Не спеши. У нас тут с парнем деловой разговор.

— Я убью этого урода, — прорычал Семён. — Выбью из него последние мозги!

— Даже не думай. Приказа такого не было, — бросил ему Харитон. — Пока что.

Пока что. Ожидаемый ответ. Может, торговец и готов согласиться на мои условия, но доверять ему нельзя. Он может передумать в любой момент. Не удивлюсь, если он заберёт мои деньги, а затем всё равно попытается продать меня в рабство.

Поэтому нужно обезопаситься — создать себе репутацию. Я слышал, как люди отзывались о моём отце. Его здесь любят. Потому что кроме Добромира с болезнями местному населению никто помочь не сможет. И народ это понимает, но никто не хочет связываться с Харитоном.

Один только Бажен осмеливался приходить сюда — на территорию торговца, чтобы передать еду моему отцу.

— Хорошо, Лад, — заключил Харитон. — Если это правда и отец действительно передал тебе свои знания, я дам тебе шанс. Можешь заглянуть в дом, — торговец кивком указал на небольшую пристройку, в которой когда-то работал Добромир. — У тебя всего пять минут. Книжки твоего отца до сих пор там лежат. Но кроме них больше ничего не трогай. Ах да, кстати… Если ты вдруг решишь обмануть меня — украдёшь что-нибудь, или пойдёшь продавать книги, которые, по сути, теперь принадлежат мне — я об этом узнаю.

— Я не стану вас обманывать, — помотал головой я. — Сдержу своё слово. Надеюсь, и вы своё сдержите.

Хотя на самом деле надеяться на это не стоит. Главное, что я смог выиграть время. Этого хватит, чтобы вернуть сознание моему отцу.

— Одна неделя, Лад, — проворчал Харитон. — Не больше. Если за это время я не получу хотя бы половину суммы, Семён с радостью отомстит тебе за сегодняшний случай.

Кто бы сомневался. Этот мордоворот и сейчас бы с радостью набросился на меня ещё раз. Будто у меня был выбор! Стоять и терпеть побои? Нет уж. Да, жизнь тут у меня несладкая, но я уже решил, что буду бороться.

Буду биться до последнего.

Харитон впустил меня в старый домик, где находился приёмный кабинет моего отца. Времени у меня было мало. Я тут же рванул к рабочему столу, собрал все книги, записки и дневники, какие только смог найти.

Никаких инструментов у отца, разумеется, не было. Их ещё не изобрели. Либо же в такую глушь, как Погранка, их никто не поставлял.

Однако одно медицинское «орудие» я всё же нашёл. Харитон запретил мне брать что-либо, кроме книг. Но тут уж я никак не могу удержаться. Этот предмет может мне пригодиться. Не только в лечении, но и в качестве средства самозащиты.

Скальпель.

Старый, остроконечный, с большой деревянной рукояткой, как у столового ножа. Да уж, древний образец. Но это лучше, чем ничего. Им я хотя бы смогу вскрывать гнойники. Об операциях пока что и говорить не стоит. Не уверен, что в этом мире они проводятся. А если и проводятся, то у меня пока что нет прочих необходимых инструментов, которые могут помочь мне в этом деле.

Я закинул скальпель в сумку вместе с книгами. А вдруг пригодится? В самом деле, не стану же я вскрывать карбункулы и прочие гнойные наросты с помощью обычного кинжала? Только сильнее травмирую пациентов.

Перед тем как покинуть кабинет отца, я притормозил. Решил кое-что сделать с содержимым сумки. Перестраховался.

И судя по всему, не зря!

— Ты закончил? — бросил мне Харитон, когда я вышел из хижины. — Дай сюда сумку!

Спорить с торговцем я не стал. Харитон решил убедиться, что я не забрал с собой ничего лишнего. Он переворошил содержимое сумки, внимательно рассмотрел все книги и дневники. Кажется, даже попытался запомнить названия.

— Хорошо, — он вернул мне сумку, поморщился. — Подумать только… Лад, слабоумный сын Добромира. И ты теперь будет нашим новым знахарем? Что ж, поживём — увидим. Кстати, если навредишь кому-нибудь своим «лечением», платить пострадавшим жителям будешь сам. Лучше бы ты сразу согласился продать себя в рабство. Этих денег хватило бы, чтобы покрыть долг твоего отца. Я как раз знаю одного человека, которому… понравится такой дурачок, как ты. Будешь шутом. В лучшем случае.

— Я уже всё для себя решил, — отрезал я. — Одна неделя, Харитон. Как и договорились.

Больше торговец мне ничего не ответил. Я прошёл мимо него и скрылся в сарае.

С облегчением выдохнул.

Пронесло.

Он не заметил скальпель. Я спрятал его за поясом. Если бы оставил в сумке — Харитон бы точно передумал насчёт нашего договора.

Перед выходом на улицу я решил ещё раз осмотреть отца. Использовал «Диагностический взгляд».

/Витальность: 50 из 120/

Уже намного лучше. Когда я только попал в этот мир, отец был при смерти. Тогда я ещё не умел пользоваться этими навыками, но готов поклясться, что витальности у Добромира тогда и десяти единиц не набиралось.

Интересный, кстати, момент… Только сейчас заметил эту закономерность. Оба навыка — что «Диагностический взгляд», что «Слабые точки» — позволяют мне видеть витальность других людей. И не только людей.

Мне недавно даже удалось оценить состояние здоровья болотного упыря. Это очень удобно. Так я могу всегда понять, как сильно мне удалось навредить противнику.

Но есть очень любопытный нюанс: опыт я получаю только в том случае, если выполняю одну из двух задач — лечу или убиваю. К примеру, за схватку с Семёном система мне опыта не начислила, хотя я его победил!

А всё потому, что здоровяк после этого остался жив.

Но ради Эссенций и опыта обычных людей я убивать не стану. Как минимум это неправильно. Если Семён ещё раз полезет на меня, нанесу ему более серьёзную рану или убью. Но лишать жизни человека просто потому, что он следует приказу куда более гнилой личности… Сомнительно.

— Лад… — мой отец открыл глаза. — Я слышал шум. Это Харитон приходил? Требовал плату, да?

— Всё в порядке. Я с ним договорился, — успокоил отца я. — Лучше поспи ещё немного. Тебе нужно восстанавливать силы. Лихорадка уже отступила. Но организм истощён. Сегодня вечером я тебя ещё раз покормлю. Выкарабкаемся.

— Ох, Лад, ты ведь… Ты ведь вообще не понимаешь, что делаешь… — промычал отец. — Харитон убьёт нас обоих. Он просто играется с тобой.

Знаю. Поэтому собираюсь действовать аккуратно. Я готов к любому исходу. Харитон нас не получит.

Я не стал озвучивать это вслух. Зачем лишний раз беспокоить отца? Не сможет уснуть, попытается встать, сделает себе только хуже. Не знаю, каков он человек, лично я ещё с ним познакомиться не успел, но по деревне ходят слухи, что он чуть ли не собой пожертвовал, чтобы спасти своего сына.

Не знаю, что случилось с Ладом до того, как я попал в его тело, но подозреваю, что это как-то связано с чёрными полосами на руке. Откуда-то они ведь должны были появиться?

— Ты можешь рассказать мне, что это? — я показал отцу свою руку. Решил узнать о себе хоть что-то, пока он ещё в сознании.

— Нет… Потом. Ты не должен был… Пока ещё рано, Лад. Рано, — замотал головой он. Закашлялся, тут же повернулся на левый бок и, похоже, заснул.

Что ж, ничего. Подождём.

Пока он спит, самое время найти способ добыть деньги. Судя по внутренним ощущениям, сейчас баланс соблюдён. Я могу спокойно заниматься любым из возможных двух дел.

Лечить или убивать.

Но раз уж я добыл эти книги, самое время вернуться к своей основной профессии.

Большую часть дня я просидел над книгами. Изучал записи отца, запоминал его рисунки. Травы. Я уже видел их. Некоторые растут около болот, некоторые без каких-либо проблем можно найти в поле или даже около нашего дома — посреди деревни.

Но для начала стоит разыскать пациента. Это самое сложное. Далеко не каждый согласится принять от меня медицинскую помощь с такой репутацией.

Я направился к центру деревни. Расспрашивал прохожих, собирал слухи. Многие меня игнорировали. Те, кто всё же решался со мной заговорить, смеялись. Ожидаемая реакция. Однако вскоре мне повезло.

Я набрёл на бездомного, который решил заговорить со мной всерьёз.

— Больных, значит, ищешь? — почесал затылок худощавый темноволосый мужчина. — И не забавы ради, малец?

— Нет, клянусь вам, — максимально серьёзно ответил я.

Надо восстанавливать репутацию. Прежний Лад с его слабоумием, может бы, и посмеялся над больными, но точно не я.

— Могу тебя отвести к знакомым. Беда у них в доме случилась. Глава семьи помирает, а обратиться не к кому. Остались две бабёнки — жена его, Надежда, и дочка. Они меня часто нанимают, чтобы я за огородом у них ухаживал. Мужика-то в семье не осталось.

Вот! То, что мне нужно. Именно с таких людей мне и стоит начать. С тех, у кого уже надежды не осталось. Только они согласятся на помощь от малолетнего целителя… Хотя ещё не факт, ведь меня вся деревня дураком считает.

— Куда идти, дядь? — поинтересовался я. — Попробую им помочь. Опыт у меня есть.

— Ой, погоди-ка… А ты — не сын Добромира часом?

— Он самый. Лад, — представился я.

— Ну, парень, если хочешь — попробуй. Хуже Гостомыслу ты всё равно уже не сделаешь. Авось его бабы и согласятся на твою помощь, — пожал плечами он.

Я поблагодарил бездомного и направился к небольшому дому, что располагался на самом краю деревни. Найти его было нетрудно. Далеко не у всех был такой большой участок. Сразу видно — этот Гостомысл овощи выращивал чуть ли не в промышленных масштабах. Длинный участок уходит далеко за горизонт, в сторону необжитых полей.

Да, с таким количеством земли две женщины точно не справятся.

Я постучался. Дверь приоткрылась на ширину ладони.

— Чего надо? — раздался усталый женский голос.

— Надежда? Я пришёл помочь. Слышал, Гостомысл болен.

Дверь распахнулась. Крепкая женщина с красными от слёз глазами уставилась на меня. Секунду она молчала, затем её лицо исказилось.

— Ты⁈ Лад? Уходи! — она попыталась захлопнуть дверь, но я успел поставить ногу.

— Послушайте, я могу…

— Что ты можешь⁈ В прошлом месяце ты плясал голым под дождём, говорил, что разговариваешь с духами! Ты ел червей на спор! Мой муж умирает, а ты… ты решил поиграть в знахаря⁈

— Мама, что за шум? — из глубины дома появилась девочка лет двенадцати. Увидев меня, она попятилась. — Это же тот, странный…

— Иди в дом, Маша! — рыкнула Надежда, но тут из комнаты донёсся жуткий стон, переходящий в хрип.

— Надежда, — я говорил спокойно. — Послушай его дыхание. Ещё день, максимум два. Другого знахаря в деревне нет. Из соседней не позовёшь — далеко.

— Люди скажут, что я дурака позвала! Что я позволила…

Новый приступ рвоты прервал её. Гостомысл захрипел.

— Мама! С папой плохо! — закричала Маша.

Надежда метнулась внутрь. Я последовал за ней.

— Не трогай его! — но в её голосе уже не было силы. Она понимала — выбора нет.

— Или я пробую, или ждёте конца, — сказал я просто. — Что теряете?

Она долго смотрела на умирающего мужа, потом кивнула:

— Делай что знаешь. Но если что… — она не договорила.

Я прошёл в небольшую комнатушку. На старой кровати лежал осунувшийся мужчина. Дышал он с большим трудом, но никаких хрипов я не услышал.

У меня были подозрения, что по деревне ходит какая-то зараза. Полагал, что Гостомысл может болеть тем же, что и мой отец.

Но моя теория не оправдалась. Симптоматика тут совсем другая.

— Что с ним случилось? — спросил я.

— А ты по запаху не чуешь, что случилось? — вздохнула женщина. — Проносит его уже который день. Вода отовсюду льётся. Поначалу подумали, что он съел что-то не то. Но… Он ведь уже помирать стал. Нас толком узнать не может, — она с трудом сдерживала плач.

Вижу. Под кроватью горшок. Рядом наполовину заполненное ведро. Рвота и диарея. Лоб у больного горячий.

Тут тоже инфекция — в этом я не ошибся. Только не лёгочная, а кишечная.

Я активировал «Диагностический взгляд». Моя теория быстро подтвердилась. Желудок с кишечником сияют ярко-красным. Воспалительный процесс разыгрался не на шутку. Дрянь какая-то в нём поселилась. Возможно, сальмонелла.

Тут об этих бактериях никто не знает, но в записях отца я нашёл описание растений, которые могут помочь такому больному.

Всё просто.

Убить бактерий, замедлить моторику пищеварительного тракта. И дать ему больше воды. Много-много воды.

Ведь умирают такие больные не от самой инфекции, а от потери жидкости.

По дороге сюда я собрал много трав. И среди них было всё, что мне нужно. Клинический случай не такой уж и страшный. Я его живо с того света достану!

— Мне нужен котелок и огонь, — попросил я. — Пока я готовлю лекарство, принесите воды из колодца. Да побольше. Отпаивать Гостомысла придётся долго. Но он выкарабкается.

— Что-то я в этом с трудом верю, Лад, — поёжилась женщина. — Спасибо, что решил нам помочь. Но мы с дочкой уже смирились, так что…

— Рано смирились. К вечеру он придёт в себя — вот увидите.

Судя по записям отца, местные травы работают не хуже любого антибиотика из моей современности. От болезни лёгких они бы ему не помогли. Зато кишечник прочистить смогут запросто! Вытянут всю дрянь, поглотят токсины и убьют бактерии. У меня должно получиться…

Следующие несколько часов я готовил отвары и отпаивал ими больного. Поначалу его мучила рвота, но уже к вечеру, как я и предполагал, Гостомысл притих. Перестал содрогаться от мучительных спазмов.

И, наконец, пришёл в себя.

— Воды… — прошептал он. — Ещё воды, Наденька, пожалуйста…

/Получено 30 единиц опыта/

/Получено 10 Эссенций Жизни/

/Прогресс опыта: 75 из 100/

Я почувствовал, как по телу разлилось тепло, и теперь его становилось куда больше, чем холода. Баланс энергий сдвинулся в сторону жизни.

Ничего себе! Вот это я понимаю — рывок! Раз система меня наградила, значит, у меня получилось. Да и витальность Гостомысла уже начала восстанавливаться.

Было всего лишь пятнадцать единиц, а стало пятьдесят. Похоже, травы и вправду очень хорошо прочистили ему кишечник.

Надежда застыла. Чашка задрожала в её руках.

— Он… он говорит? Внятно говорит?

— Наденька… — Гостомысл слабо улыбнулся.

Женщина медленно опустилась на край кровати, всё ещё не веря.

— Как? Ты же… Мы все думали, что ты… — она запнулась, глядя на меня совершенно другими глазами.

— Мам, папа правда поправляется? — Маша подошла ближе, с опаской поглядывая на меня.

— Похоже на то, — Надежда провела рукой по лицу. — Я… я не знаю, что сказать, Лад.

За дверью послышались голоса — несколько соседей, привлечённые шумом.

— Надежда, всё в порядке? Мы слышали крики…

— Заходите, — неуверенно позвала она.

В дом заглянули трое соседей. Увидев Гостомысла, который сидел и пил воду, они замерли.

— Не может быть! Утром он при смерти был!

— Кто его вылечил? Неужели нашли знахаря?

Надежда помедлила, потом нехотя кивнула в мою сторону:

— Лад. Сын Добромира.

Повисла неловкая тишина.

— Лад? Это… это как?

— Тот самый Лад, который…?

— Помнишь, как он с лягушками целыми днями сидел у пруда? — прошептала одна из соседок.

Гостомысл прохрипел:

— Тот самый. Который спас меня. Может… хватит дураком звать парня? Да и репу мою он воровал не просто так, видать, — он горько усмехнулся. — Совесть его загрызла, вот и пришёл помочь. Да шучу я… — выдавил из себя мужчина. — Заплати ему, Надь. У нас ведь осталось там хоть что-то с прошлой продажи?

Соседи переглянулись. В их глазах читалось недоверие, смешанное с вынужденным уважением.

— Надо же, — пробормотал один. — Кто бы подумал…

Отказываться от оплаты я не стал. Но всё же решил не обдирать и без того страдающих людей.

— Много денег мне не надо, — ответил им я. — Если у вас самих ничего не осталось, поделитесь лучше едой. И расскажите другим жителям деревни, что я готов помочь. Знаю, что доверия ко мне мало. Но кроме меня больше сведущих в знахарском деле в Погранке нет.

Надежда встала, отсчитала монеты, потом достала мешок картошки:

— Вот, Лад. Это всё, что у нас есть сейчас. И… — она явно боролась с собой, — спасибо. Правда спасибо. Я была неправа насчёт тебя. Мы все были неправы.

— Расскажите другим, — попросил я. — Что я могу помочь. Что я не тот, кем был раньше.

— Расскажу, — кивнула она, хотя было видно, что ей всё ещё неловко. — Люди должны знать. Хотя… поверят не сразу.

Маша вдруг выпалила:

— Прости, что дразнила тебя дурачком.

— Маша! — одёрнула её мать.

— Всё в порядке, — я улыбнулся девочке. — Главное, что твой отец поправится.

На том и договорились. Надежда дала мне мешок картошки и двадцать медяков сверху. Это уже можно считать огромным успехом.

Теперь я смогу экономить на еде, а весь остальной заработок откладывать для Харитона. А если эта семья ещё и расскажет о моих услугах, то я получу полноценную рекламу.

Да, ясное дело, что мне даже после этого мало кто доверится. Но слухи уже начнут распространяться. Сначала одному помогу, потом другому. Так постепенно и заработаю репутацию. Может, со временем забудут, что Лад, сын Добромира, был слабоумным.

Я потащил мешок к своему сараю. Уходя, слышал, как соседи расспрашивают Надежду, а та неохотно, но подтверждает — да, именно Лад вылечил Гостомысла. Да, тот самый. Да, она сама не верит, но вот же — результат.

Первый шаг к изменению репутации был сделан. Не триумфальный, но настоящий.

На сегодня можно рабочий день закончить. Уже темнеет. А уж завтра начну с самого утра, с новыми силами!

— Лад! — послышался знакомый женский голос прямо за моей спиной.

Я обернулся. Людей на улице не было. Все уже разошлись по своим жилищам. На тропе между домами стояла всего одна девушка.

Рыжеволосая ученица ведьмака.

Видана.

— Видана? — вскинул брови я. — Ты что здесь делаешь?

— Тебя ищу, — бросила она. — У меня беда, Лад. Ты… Можно мне у тебя переночевать?

Глава 5

Вот уж кого я точно не ожидал увидеть этим вечером, так это ученицу ведьмака — Видану. И что она здесь забыла? Вокруг её дома должна была сохраниться магическая соль. Девушка говорила, что этого хватит на несколько недель.

Зачем ей выбираться за пределы своего укрытия и пробираться через болота в нашу Погранку? Как минимум это очень опасно.

Но факт остаётся фактом — она только что с болот. По её сандалиям вижу — на них сохранились следы ила и болотной тины. Но в остальном Видана выглядела целой и невредимой. Сразу видно: эти тропы она хорошо знает. Я же в прошлый раз с болот вернулся, весь с головы до ног измазанный этой смердящей дрянью.

На всякий случай я использовал на Видане «Диагностический взгляд».

/Витальность: 85 из 90/

Она сама по себе хрупкая, но никаких серьёзных ран нет. Остались только ушибы после прошлой встречи с болотным упырём.

— Лад, ау! — она помахала рукой перед моим лицом. — Я понимаю, что ты рад меня видеть, но, может быть, всё-таки ответишь на мой вопрос?

— Переночевать? У меня? — переспросил я и тихо усмехнулся. — Знала бы ты, где я сейчас живу, не стала бы просить об этом. Но если тебе некуда пойти, я могу тебя приютить. Только объясни для начала — за тобой кто-то охотится?

Я был обязан это уточнить. Если её преследуют люди или монстры, я не могу позволить ей ночевать в нашем сарае. Тогда я подвергну опасности своего отца. Пусть знаю этого человека недолго, но всё равно не хочется рисковать его жизнью.

— Не беспокойся. Те, кто меня преследовал, остались за Чертой. Сюда они не пройдут, — уверила меня Видана. — Я обещаю, что расскажу тебе всё, что случилось. Только для начала мне нужно скрыться. Не все люди в Погранке хорошо ко мне относятся.

Догадываюсь, почему так вышло. О ней хорошо отзывались только Скитальцы и Бажен. Причём Бажен слышал добрые слухи от тех же исследователей земель, что лежат за Чертой.

Остальные, скорее всего, относятся к ней не лучше, чем ко мне. Ведьм вообще редко чествуют, тем более в таких деревнях, как Погранка. Здесь люди живут тихо, без магии. Только опасливо поглядывают на возвышающуюся за горизонтом магическую Черту.

Эту информацию мне удалось раскопать из записей отца. Я уже пролистал его дневник. Однако страницы, на которых было описано некое колдовство, были изорваны. Будто он специально избавился от них. Опасался, что местные узнают о его тайне.

Мне бы самому ещё эту тайну раскрыть… Есть у меня ощущение, что это отцовское «колдовство» как-то связано с чёрными полосками у меня на руке.

— Идём, — бросил я Видане. — Через проулок пролезем, между заборами. Сильно не высовывайся, лучше надень капюшон. Твои волосы на всю деревню светят.

— Эй, чем тебя не устраивают мои волосы? — Видана пригнулась и последовала за мной. — Вообще-то совсем не просто ухаживать за такой шевелюрой, когда живёшь на болотах!

— Да тише ты! — шикнул я. — Речь о том, что тебя видно издалека, даже в темноте. Постарайся не шуметь. Меня в Погранке самого не больно-то любят. А если уж нас увидят вместе… Не хватало ещё, чтобы на нас с вилами вышли.

Я только начал восстанавливать свою репутацию. А точнее — создавать её с нуля. И строить её придётся очень долго. По кирпичику. Мой предшественник хорошо постарался, чтобы усложнить мне жизнь.

Ну, ничего. Прорвусь! А Видане в помощи отказать не могу. Пусть мы друг другу ничего не должны после того, что случилось на болотах, но терять такую знакомую явно не стоит.

Она ещё многому может меня научить. Кроме того, мне нужно узнать, почему она сбежала с болот. Пока что она — единственный надёжный источник информации об этом мире. А знать окружающую обстановку мне жизненно необходимо.

Я довёл Видану до двора Харитона. Подтянулся на заборе, убедился, что на улице никого нет. Затем отодвинул дощечки и впустил девушку во двор. К счастью, наш сарай с двух сторон скрывали кусты, а неподалёку от входа в него стояла старая пушистая яблоня. Даже если кто-нибудь и выглянет из окна — нас разглядеть в темноте всё равно не смогут.

— Погоди… А от кого мы скрываемся? — прошептала Видана. — Боишься, что твой отец будет ругаться, что ты укрываешь в доме болотную ведьму?

— Кажется, ты до сих пор кое-чего не поняла, — помотал головой я. — Это не мой дом. Обернись назад.

Видана взглянула на наш с отцом сарай и замерла.

— Только не говори, что вы живёте здесь… — оторопела девушка. — В Погранке совсем уже люди с ума посходили? Знахарь со своим сыном живёт… в сарае?

— Долгая история, — уклончиво ответил я. — Проходи внутрь.

Я впустил Видану в сарай, ещё раз осмотрелся по сторонам, а затем зашёл вслед за ней и запер за собой дверь.

Отец крепко спал. Его витальность продолжала восстанавливаться. Вряд ли до утра он проснётся. Так что Видану он не заметит.

— Не хоромы, но больше мне тебе предложить нечего. В углу есть сено, — я указал Видане на свою лежанку. — Можешь переночевать там. Устроит?

— Конечно устроит, Лад, — по её лицу пробежала улыбка. Правда, разглядеть её было трудно. Единственным источником света в нашем сарае была луна, лучи которой пробивались через щели в стенах.

— Почему ты пришла именно ко мне? — я присел на холодную землю напротив Виданы. — Насколько я помню, ты в хороших отношениях со Скитальцами. Уж у них точно нашлось бы более комфортное место для ночлега.

— Их сейчас нет. Штаб закрыт. А лезть в их убежище без спросу я не захотела, — ответила Видана. — Возможно, завтра они вернутся. И тогда я сразу же перекочую к ним. Не буду больше теснить вас с отцом.

— Всё в порядке. Можешь жить здесь столько, сколько хочешь. Главное — не показывай себя владельцу участка. Да и вообще на людях лишний раз не появляйся, — посоветовал я. — Кстати… Говоришь, все Скитальцы ушли?

— Угу.

— Странно, пять дней назад я виделся с Волибором. Он там был совсем один. На тот момент соратники его ещё не вернулись, — я задумался. — Это что же получается? В итоге и основная группа до сих пор не пришла, так плюс ко всему ещё и сам Волибор ушёл за ними?

— Скорее всего, так и есть. За Чертой сейчас очень неспокойно, — отметила Видана. — Я ведь так и не сказала тебе, почему мне пришлось уйти. Тот болотный упырь, которого ты убил… Он забрёл ко мне неслучайно. Подозреваю, что это был разведчик. Вскоре мимо моего дома пробежали ещё двое. Круг они пересечь не смогли. Но потом… Начался сущий кошмар. Целая стая.

— Такого раньше не было? — поинтересовался я.

— Нет, конечно! — замотала головой Видана. — Болотные упыри вообще не сбиваются в стаи. Их в группе двух-трёх особей-то редко увидишь. В основном они охотятся в одиночку. Но с этими явно что-то не так… У них была организованная орда.

Я мысленно представил армию болотных упырей. По спине невольно пробежала волна мурашек. Если оказаться на пути таких существ, побег — единственное верное решение. И то не факт, что оно гарантирует спасение. Передвигаются эти твари очень быстро. Настигнут в два счёта даже самого выносливого бегуна.

А потому возникает резонный вопрос.

— А тебе-то как удалось от них скрыться? — спросил Видану я.

— Мне крупно повезло, Лад, — голос девушки задрожал. — Когда они уже были готовы сломать мою магическую защиту, их кто-то отвлёк. Кто-то или что-то. По какой-то причине им пришлось вернуться назад. Но я не стала ждать их возвращения. Взяла всё необходимое и побежала сюда — за Черту. Но по дороге… — она осеклась. Рассказывать о произошедшем девушке было непросто.

— Достаточно. Тебе лучше отдохнуть, — прервал её я. — Остальное расскажешь потом, если захочешь.

— Нет… Тут и рассказывать-то больше нечего. Я просто услышала магический взрыв далеко за своей спиной. Они вернулись и сломали мой барьер. Другими словами, дома у меня больше нет, — выдавила из себя Видана. — Я не знала, куда податься. Хорошо, что тебя встретила. Спасибо тебе, Лад. Ночи сейчас холодные. Не думаю, что смогла бы заночевать где-нибудь в поле. Я снова у тебя в долгу.

Снаружи послышались шаги. Сначала я подумал, что нас кто-то услышал. Выглянул в щель, вздохнул с облегчением.

Всего лишь один из охранников Харитона вышел во двор справить малую нужду. После этого мы решили больше не переговариваться. Подождём утра, а затем уже сходим ещё раз проверить Скитальцев.

Видана заснула очень быстро. Видимо, вымоталась после пересечения болот. Могу её понять. Бежать, когда за твоей спиной целая армия монстров…

Пока что для меня это звучит как чистое самоубийство. Но только пока что. На достигнутом результате я не остановлюсь. Посмотрим, что скажет система, когда я получу второй уровень. А он, между тем, уже не за горами.

Этот мир опасен — я понял это сразу. Но на деле он куда опаснее, чем кажется. Я ещё многого не знаю. А потому должен стать сильнее. Шанс прожить вторую жизнь даётся не каждому.

И упускать его было бы глупо.

Большую часть ночи я не спал. А если глаза и закрывались, в глубокий сон я старался не проваливаться. В сарае сейчас лежат два абсолютно беззащитных человек. Если кто-то решит сюда заглянуть, защищать их придётся мне.

Уснул я уже под утро. Но быстро пришёл в себя, как только запели петухи. Ведь вместе с ними поступил ещё один бодрящий сигнал.

Сообщение от системы.

/Внимание! Баланс Эссенций поддерживается больше трёх суток!/

/Регенерация ускорена/

/Витальность: 100 из 100/

Я резко почувствовал прилив бодрости. Будто выпил чашку крепкого кофе. Сердце забилось правильно, дышать стало легче. Сонливость как рукой сняло. Я будто заново родился!

Вот только я понимал, что это — временное явление. Система дала мне небольшое усиление, но скоро она его отнимет. После того, как я вылечил Гостомысла, Эссенций Жизни вновь стало чуть больше, чем нужно.

Перекос баланса происходит постепенно. Но я чувствую, что скоро опять может наступить Разлад. Снова переживать это ощущение мне совсем не хочется. Значит, выход из этой ситуации один.

Нужно кого-то убить. Но не невинных людей, здесь я не собираюсь переступать через свои принципы.

Система не говорит, кого убивать, полностью предоставляя мне выбор. Проще всего было бы найти слабых среди людей и так восстанавливать баланс, но на такое я никогда не пойду. Двадцать лет я спасал жизни и даже после собственной смерти и попадания в новый мир не смог бросить больного на произвол судьбы… что уж говорить о жестоких убийствах.

Решено! Раз мне нужно убивать, значит буду сражаться с теми, кто заслуживает смерти. Благо в этом мире полно всяких монстров.

Возможно, в этом деле я как раз смогу получить совет от Скитальцев.

Проснувшись, я обнаружил, что Видана уже поднялась. Теперь девушка сидит около моего отца.

— Эй, что ты делаешь? — бросил я.

— Пока что удивляюсь, как грамотно ты смог воспользоваться моим зельем… — протянула она. — Как подсказывает мой опыт, твой отец уже полностью выздоровел. Осталось только восстановить силы — и он придёт в себя.

— А что тебя так удивляет? Как я вообще мог неправильно воспользоваться твоим зельем? — пожал плечами я.

— Я же вижу, что тут не только в зелье дело. Ты что-то ещё с ним делал… По крайней мере, правильный уход сыграл очень большую роль, — заключила Видана. — Что я ещё могу сказать? Ты здорово справился, Лад. Из тебя и вправду может выйти отличный знахарь!

Скорее уж не знахарь, а целитель, если верить системе. Сразу после инициации она назвала меня боевым целителем. И это — не просто красивое название. Чувствую, следующие уровни дадут мне новые способности. Возможно, я смогу лечить не только травами.

Это — только начало.

Прежде чем отправиться к Скитальцам, я накормил отца и поделился с Виданой нашей едой. С собой она продукты прихватить не смогла, а бросать девушку в беде мне не хотелось.

Ничего страшного, деньги у меня появились. А если мой план сработает, то уже скоро в деревне начнут обращаться ко мне за помощью.

— М-да… — Видана посмотрела на бадью с мутной водой. — А я рассчитывала, что смогу принять ванну.

— Ванну? — усмехнулся я. — Нет, таких удобств, как у тебя на болоте, у нас тут нет.

И это — одна из главных проблем. Антисанитария. Каждый вечер я таскаю сюда воду из колодца, мою отца, а затем отмываюсь сам. Не стану лгать сам себе — привыкнуть к таким условиям после жизни в современном мире совсем непросто.

Но деваться некуда. Глупо было бы надеяться, что в Погранке есть водоснабжение и центральная канализация.

После завтрака мы с Виданой пробрались на улицу тем же путём, что и в прошлый раз. Девушка накинула на голову капюшон, и мы двинулись по одной из крайних улочек деревни к полям — в сторону штаба Скитальцев.

— Эй, Лад! — послышался задорный крик за моей спиной. — Куда опять собрался? Снова в знахаря играть будешь? Может, и нас полечишь?

Из двора выскочила детвора под предводительством моего ровесника. Во мне проснулись смутные воспоминания. Неприятные. Принадлежат они явно не мне. Это — память прошлого Лада.

Кажется, этот парень уже давно задирает моего предшественника. Но со мной этот номер не пройдёт. Если уж я решил восстановить свою репутацию, то выслушивать унижения от сверстников — не вариант.

— Видана, иди вперёд, — прошептал девушке я. — Жди меня на полях. Я скоро тебя догоню.

Ученица ведьмака не стала задавать лишних вопросов. Сразу же продолжила свой путь и оставила меня наедине с назойливой детворой.

Забавно, я даже вспомнил, как зовут самого старшего из них. Третьяк. Высокий, жилистый. Примерно того же возраста, что и я. Может, чуть старше.

Ну и морда у него… Сразу видно — любитель искать неприятности. Противная ухмылка, фингал под глазом.

— Чего ты на меня так уставился, лободырный? — хмыкнул Третьяк. — Лечить, говорю, будешь меня? Или как?

— Осторожнее, Третьяк! — крикнул мальчуган помладше. — Он же тебя отваром из червяков напоит.

Раздался дружный смех.

Что ж, из этой ситуации можно сделать только один хороший вывод: слухи всё-таки начали распространяться. Местной детворе стало любопытно, каким это образом деревенский дурачок умудрился так прославиться.

Скорее всего, живут эти ребята по соседству с Гостомыслом. Узнали, что случилось вчера вечером, вот и решили надо мной поиздеваться.

Не верят, что я мог его спасти. И родители их не верят. Но это предсказуемо. Я был к этому готов.

— Если ты просто поржать пришёл — лучше ищи себе другую жертву, — сухо ответил я. — Если и вправду что-то болит — рассказывай. Если нет — уходи, пока под вторым глазом синяк не появился.

— У-у-у! — протянули друзья Третьяка и снова закатились со смеху.

Но их вожак не обиделся. Как раз наоборот. Ему стало ещё любопытнее. Видимо, прошлый Лад никогда не отвечал на его оскорбления.

— Да что ты можешь? — поморщился Третьяк. — Думаешь, раз твой отец знахарь, значит и ты так же хорош в лекарском деле? В таком случае Федька беззубый уже давно должен в столице кузнецом работать.

Самый младший из компании рассмеялся, обнажив гнилые дёсны.

— Ф столице рабофать, да! — расхохотался он.

— Что я могу, спрашиваешь? — спокойно переспросил я.

«Диагностический взгляд» включился. Я был уверен, что Третьяк здоров как бык. Просто захотел устроить небольшой спектакль перед своими прихвостнями.

Однако моя способность показала, что я ошибаюсь. У него и вправду есть отклонение, на которое стоит обратить внимание.

— Задери штанину, — попросил я.

— Чего? — нахмурился Третьяк.

— Правую штанину задери. У тебя там рана. Дай отгадаю, — решил предположить я. — Через забор перелазил? Воровал яблоки? И ногу порвал, да?

На этот раз рассмеялись все, кроме Третьяка.

— А ну заткнитесь! — бросил «вожак» своим друзьям. — Ты откуда об этом узнал, Лад? Следил за мной? Только попробуй кому-нибудь об этом настучать!

— Штанину, говорю, задери, — я достал из сумки широкий лист. Чем-то он напоминал лопух из моего мира. Только, судя по записям отца, это растение обладало по-настоящему целительскими свойствами.

Я уже использовал его на своём плече. Рана, которую оставил мне болотный упырь, превратилась в царапину всего за пару дней.

— Нога у тебя сгниёт, — прямо сказал я. — Отрежут — через забор уже не полазаешь. Вот, — я протянул ему лист. — Приложи.

В рану попала инфекция. Уже началось нагноение. Отрезать ногу, может, и не придётся, но без должного ухода зараза точно распространится по крови и лимфе.

— Не буду я твою хрень прикладывать! — отмахнулся Третьяк.

— Значит, тебе слабо? — улыбнулся я. — Слабак же ты, Третьяк. Через заборы лазать горазд, а лист обычный к ноге приложить не можешь?

Мальчишки уставились на своего вожака. Они поняли, что я бросил ему вызов. Взял на «слабо». Придётся отвечать, или сам потеряет репутацию среди своих же соратничков.

— Задолбал, — огрызнулся он. — Ничего мне не слабо! Давай сюда.

Он вырвал из моих рук заранее надрезанный лист и приложил его к своей ране. Из растения тут же начал сочиться сок. Именно он и обладает целебными свойствами.

— Ну всё? Доволен? — бросил Третьяк. — Ай… Чего так чешется-то? Ты что, крапиву мне подсунул, урод⁈

— Сам посмотри. Удивишься, когда узнаешь, что с раной происходит, — усмехнулся я.

Третьяк поднял лист. Детвора тут же собралась вокруг него, чтобы осмотреть гноящуюся царапину. Края раны порозовели, начали постепенно стягиваться. Гной полностью исчез — впитался в лист.

— Ну дела… — протянул беззубый Федька. — Фмотрите! Лад и фпрафду фто-то с ним фделал!

— Заживает… — оторопел Третьяк.

— Не благодари, — кивнул я. — Только лист подольше подержи. К вечеру полностью заживёт.

Продолжать разговор я не стал. Денег с них требовать смысла нет. Главное, что я поменял взгляд ещё одного жителя деревни. Или, по крайней мере, начал его менять.

/Получено 3 единицы опыта/

/Уровень 1. Прогресс опыта: 78 из 100/

Совсем чуть-чуть осталось. Система пока что не засчитала мне опыт за лечение отца. Когда Добромир восстановится, я точно доберусь до второго уровня. Очень уж любопытно, что мне подарит система на этот раз!

Мальчишки остались позади, я покинул деревню и нагнал Видану уже на полпути до штаба Скитальцев.

— Что случилось? — обеспокоенно спросила она. — Задирают?

— Мелочи, — помотал головой я. — Пришлось задержаться, чтобы провести небольшую демонстрацию своих навыков.

— Ты что, лечил этих гадов? — удивилась Видана. — Они этого не заслужили.

— Я бы на твоём месте не был таким строгим к детям, — улыбнулся я. — Вырастут — поймут. Между прочим, они — лучший способ распространить слухи по деревне. И я этим пользуюсь.

— А ты хитрый, — рассмеялась девушка. — Теперь я понимаю, как ты смог выжить в болотах. Хотя ты и сам… ребёнок.

Скорее подросток. Но я на её слова не обиделся.

— Опыта мне ещё не хватает. И я бы с радостью поучился у тебя чему-нибудь. Но ты, как я понимаю, все книги бросила в своём доме, верно?

— Пришлось бросить. И всю свою библиотеку, и платья, алхимическую лабораторию. Но больше всего ингредиенты жалко, — вздохнула она. — Все книги у меня здесь, — Видана постучала пальцем по лбу. — А вот травы эти я собирала очень долго. Не думала, что так быстро всё потеряю. А насчёт учёбы, Лад…

Знания о местном знахарском деле мне бы очень пригодились для выживания в этом мире.

Видана осеклась. Как раз в этот момент мы вышли к штабу. И на этот раз хозяева были на месте. Только выглядели Скитальцы, мягко говоря, плачевно.

Двое мужчин сидели на крыльце около своего здания. Одного из них я знал, это был Волибор. Рядом с ним сидел щуплый молодой парень. Весь трясся, будто его только что в прорубь голышом окунули.

Вся их одежда насквозь пропиталась смердящей болотной водой и кровью.

— Волибор! — крикнула ученица ведьмака. — Я уж думала, что вы и не вернётесь. Что с вами стряслось?

— Видана⁈ — он попытался вскочить на ноги, но тут же упал назад — на крыльцо. Обхватил больную ногу. — Ты что здесь делаешь? Мы тебя уже мысленно похоронить успели. Орда двигалась как раз в сторону твоего дома.

— Я успела от них оторваться, — ответила девушка. — Меня приютил Лад. Вы, наверное, уже знакомы.

Волибор взглянул на меня, его брови поднялись.

— Так ты — тот мальчуган, который продал мне хобот упыря! — вспомнил он.

— Рад видеть вас живым, Волибор, — я поприветствовал воина коротким кивком.

— А я был уверен, что ты нам соврал. Не думал, что ты и вправду знаком с нашей Виданой.

— С каких это пор я ваша? — хмыкнула девушка.

— Я же говорил, что добыл хобот своими силами, — напомнил я.

— Ой, кончай загонять! — бросил щуплый Скиталец, что сидел рядом с Волибором. — Мне рассказали, что ты за нами трофеи собирал. Знаешь, как мне из-за тебя досталось, дурень малолетний?

— Заткнись, Новик, — прикрикнула на него Видана. — Я этому «дурню малолетнему» жизнью обязана. Он заколол болотного упыря ржавыми вилами.

— Врёшь… — помотал головой Новик.

— Показала бы я тебе труп этого монстра, да только назад уже дороги нет, — ответила Видана.

Удивлённые лица скитальцев надо было видеть. Они поверили Видане. Просто в их головах не укладывалось, как я смог совладать с упырём.

— Что с вами случилось? — перебил я тишину. — Столкнулись с той самой ордой?

— Еле отбились, — вздохнул Волибор. — Трёх человек потеряли. Остались только мы с Новиком, Стоян и Радогост. Только боюсь, скоро мы и нашего лидера потеряем. Радогост помирает. Стоян сейчас его раны мазями покрывает, но… Вряд ли мы ему чем-то поможем.

А вот и мой шанс.

— Мы можем помочь. Да, Видана?

— Не мели чепуху, — вновь огрызнулся Новик. — Лучше вали отсюда, воришка. Нам такие, как ты, не нужны.

— Новик, тебя заткнуть или ты сам справишься? — рыкнул на него Волибор.

— Мы можем помочь Радогосту. По крайней мере, попробуем, — сказала Видана.

— Помощь нам пригодится, Видана. Твоя. Но пацана к лидеру я не пущу, — помотал головой Волибор, нахмурился, а затем спросил: — Как тебя, говоришь, зовут? Лад, верно?

— Лад. Сын Добромира, — вновь представился я.

— К Радогосту я тебе пройти не дам, Лад. Но у меня есть для тебя другое задание.

Глава 6

Так, отлично, вот и случилось то, чего я добивался! Задание от Скитальца — это хороший способ наладить взаимоотношения с этой организацией. А они — единственные, кто выбирается за Черту. Единственные, кто разбирается в убийстве монстров.

Этот навык мне необходим, поскольку я должен поддерживать баланс Эссенций. Иначе долго в этом мире не протяну. А умирать в третий раз мне совсем не хочется!

У меня уже возникала одна хитрая мысль о том, как можно выбраться из замкнутого цикла, в который меня толкает система. Есть способ избежать нового Разлада. Достаточно вывести Эссенции Жизни и Смерти на баланс.

А после этого прекратить следовать её указаниям. Не убивать и не лечить.

Но это решение может стоить мне жизни. Где я тогда буду работать? На что мне жить? Профессионально я умею только лечить людей. И имею очень уж примерные представления о том, как бороться с противниками.

А в мире, где все решает грубая сила, нужно быть готовым ко всему. Здесь только неведомая Черта спасает людей от монстров. Они постоянно живут под тенью их угрозы, и это мне не нравится.

Недавно мне пришлось сразиться с одним таким… и я надолго это запомню. Выжил я только благодаря навыкам системы, которые дали подсказки о слабых местах монстра. И ведь это была одна из слабейших тварей этого мира, если верить Скитальцам. А если мне придётся встретиться с сильнейшим? Сейчас я точно с таким не справлюсь.

И система — это мой единственный шанс гарантированно стать сильнее. Это инструмент, который сильно облегчит мне жизнь в будущем. И если я буду игнорировать её правила, скорее всего, в итоге пожалею об этом.

Этот мир суров. Тут запросто можно прощёлкать момент, когда смерть с косой уже поднимет над головой своё оружие. И тогда вспоминать про систему, метаться и что-то менять будет без толку.

Значит, открещиваться от системы и её подсказок — плохая идея. Это я уже давно понял. Нужно продолжать следовать по этому пути. Если продолжу лечить и убивать, если продолжу поддерживать баланс, то рано или поздно стану куда сильнее всех окружающих меня людей.

Поэтому…

— С радостью выполню ваше поручение, Волибор, — с энтузиазмом произнёс я. — Какова моя задача?

Мне нужно проявить себя. Показать, что я могу быть полезен, и тогда мне будут давать более сложные задания. Так и до охоты на монстров недалеко.

— Быстро же ты решился! — усмехнулся воин. — Не переживай, опасных поручений давать не стану. Всё предельно просто…

— Эй! — вмешалась Видана. — Да, я сказала, что Лад завалил болотного упыря, но это же не значит, что ему уже можно выдавать задания. Он ведь совсем ещё…

Она осеклась. Переживала за меня, но это было совсем не к месту.

— Видана, успокойся, — повысил голос Волибор. — Ты что, подумала, я его в Скитальцы собираюсь принять? Ха! — он усмехнулся и тут же схватился за грудь. «Диагностический взгляд» показывал, что у воина сломана пара рёбер. — Видана, не говори ерунды. Пацана мы в Скитальцы не примем. Хоть решать это не мне, а Радогосту. Если он, конечно, выживет после полученных ран… Но он к этому делу относится ещё строже.

— А жаль, — покачал головой я. — Мне бы хотелось обучиться у вас боевому мастерству. Не стану лгать, с тем монстром мне просто повезло. Он уже был измотан. Но я всё же нашёл его слабое место, поэтому и победил.

Я решил добавить своему рассказу больше реалистичности. Не могу же я рассказать Волибору, что умею видеть слабые точки. В общении с людьми тоже стоит поддерживать определенный баланс.

Все дни пребывания в этом мире я внимательно следил за людьми. И понял, что система есть только у меня. А поэтому не стоит никому о ней рассказывать. Мне, скорее всего, просто не поверят. А если и поверят и узнают, какие возможности за ней скрываются, то точно найдутся желающие похитить и продать в рабство. Ещё одна причина стать сильнее — чтобы не допустить этого ни в коем случае.

Если сейчас буду молчать и бездействовать, то никто на меня и не взглянет. Буду хвалиться своими силами — меня скорее сочтут за сумасшедшего Лада. Того самого, что жил в этом теле до меня.

Именно поэтому я теперь стараюсь придерживаться баланса во всём.

— Лад. Послушай меня внимательно, парень, — вздохнул Волибор. — Вижу, что отваги тебе не занимать. Но возраст у тебя пока что совсем не тот. Сколько тебе? Тринадцать-четырнадцать лет? Рано. Мы набираем добровольцев только после шестнадцати. Тебе придётся потерпеть. Я тебе больше скажу: мы, скорее всего, возьмём тебя в Скитальцы, если не передумаешь. Но через пару лет. Пока что слишком рано.

Ждать два года? Спорная ситуация. С одной стороны, мне четырнадцать лет — вся жизнь впереди. Торопиться некуда. Но… Всё продолжает упираться в мою работу с балансом Эссенций.

Да и мне кажется, Волибор сказал это, чтобы я успокоился. Перестал настаивать на своём, поняв, что добился своей цели. Однако на самом деле до неё ещё очень далеко.

Даже если он не слукавил, чтобы не умереть с голоду, мне придётся эти два года лечить людей. А чтобы восстанавливать баланс, параллельно с этим надо будет забирать жизни. Разумеется, монстров. Вот только на везение рассчитывать не стоит. И на стандартные навыки тоже.

Без обучения Скитальцев я точно погибну. Но смогут ли подсказки системы полноценно это заменить? Пока неясно. Поэтому нельзя упускать возможность, которая выдалась мне сейчас.

А спорить с Волибором бесполезно. Нужно принять его задание. А затем уже доказать, что я могу быть пригоден для них. Гораздо раньше, чем через два года.

— А чего ж вы не набирали себе никого раньше? — поинтересовалась Видана. — Не припомню, чтобы к вам за последние пять лет вступал кто-то, кроме Новика.

— Не хотел Радогост юные жизни губить, — ответил Волибор. — Мы же на юге королевства живём. Здесь всегда спокойно было. Сами со всем справлялись. А вот теперь… Теперь точно придётся набирать новобранцев. На днях начнём опрашивать жителей деревни. Может, кто согласится к нам присоединиться. Многих мы потеряли. Оставили там — за Чертой.

Звучит, мягко говоря, пессимистично. Занятие у этих людей очень опасное. Но отступать я не стану. Всё уже решено.

— Волибор, так какое задание вы мне хотите дать? — спросил я.

— Сейчас объясню, — он перевёл взгляд на Видану. — Если всё ещё не передумала помочь Радогосту — проходи. Найдёшь его со Стояном в дальней комнате. А я пока поговорю с пацаном. Скоро тебя нагоню.

Видана забежала в дом, а Волибор вернулся к разговору со мной.

— Видишь этого болвана, Лад? — он указал взглядом на Новика. — Он умудрился выронить одну из наших сумок. Причём прямо около Черты. Почти в безопасной зоне.

— А чего сразу болван⁈ — выпучил глаза Новик. — Вообще-то мы бежали как могли. Я упал в последний момент, не хотел попасться в лапы…

— В чьи лапы? — перебил его Волибор. — В лапы прибрежных кусачей? Ты их, что ли, так испугался?

— Нет! — замотал головой Новик.

— Да? Странно. А то упыри к тому моменту от нас уже отстали. Бежать было уже не от кого. Ты ведь целую сумку с трофеями в тине потопил, — Волибор зыркнул на меня. — Вот это мне от тебя и нужно, Лад. Пройди вдоль Черты вместе с Новиком. Поищите, где он сумку выронил. Я уже сам, честно говоря, не помню, какой точно тропой мы возвращались.

— А ещё на меня сваливаешь… — обиделся Новик.

— Да тихо ты! — Волибор отвесил крепкий подзатыльник молодому Скитальцу. — Так, Лад, детали тебе Новик объяснит. Там должно быть неглубоко. Сумка утонуть не могла. Если увидишь её очертания — сразу ищи Новика и показывай ему это место. Сам за Черту не переходи. Это понятно? Для нас-то прибрежные кусачи не страшны. Но ты мало весишь, тебя и утащить могут. И Новика, кстати, тоже. Может, поэтому он и испугался?

— Всё, надоело! — разозлился Новик. — Будет тебе сумка с трофеями, Волибор! — Новик хлопнул меня по спине. Причём постарался, зараза, сделать это как можно сильнее. — Идём, пацан. Сейчас найдём эту чёртову сумку.

М-да, Новик — далеко не самая лучшая компания. Молодой совсем, задиристый. Не упускает возможности самоутвердиться перед товарищами за мой счёт. Думает, что я не понимаю, зачем он это делает.

Телом я, может, и младше него, зато мой ум раза в два старше этого засранца. Знаю, бывают такие люди. И лучший вариант — найти с ним общий язык. Тогда будет проще пробиться в Скитальцы. Выяснять с Новиком отношения — бестолковая идея. Закончится это плохо и для меня, и для него. Но и позволять ему себя унижать — тоже не вариант.

Даже здесь нужен баланс.

— Чего ты вообще к нам полез? — бросил Новик, когда мы спустились с холма и начали приближаться к болотам. — Я ж тебя прекрасно помню, Лад. Когда я начал обучение у Скитальцев, ты в грязи во время дождя купался. Измазался весь, как свинья. А мальчишки заставляли тебя хрюкать, — Новик усмехнулся. — Думаешь, это такая же игра? Думаешь, среди нас ты сможешь развлечься? Посмотри на эту кровь, — он указал на свою рубаху. — Это не кровь упыря. Это кровь моего соратника. Я его на себе тащил, пока… Пока не пришлось его бросить. Там, в болотах.

— Спасибо за урок, — сухо ответил я. — Но в грязи я валяться больше не собираюсь. И червей на спор жрать не стану. Моя задача — научиться убивать монстров.

— О как? — ухмыльнулся Новик. — И зачем тебе это?

— Хочу заработать денег, — частично солгал я. Не стану же я рассказывать о том, что мне надо соблюдать баланс Эссенций. — Да. Денег. Отец в долгах. А один хобот упыря Волибор купил у меня за целый серебряник.

— Знаешь, что я тебе скажу? — Новик резко вырвался вперёд и преградил мне дорогу. — Прекращай врать, Лад. Волибору, может, и нравится притворяться добрым папашей, но меня твоей наивностью не купить. Я знаю, что никакого упыря ты не убивал. Не мог ты этого сделать. Я в твоём возрасте даже за Черту соваться не решался. Понимаю, с головой ты не дружишь. Но другим-то мозги не занимай своими россказнями.

Ясно. Ни Видана, ни Волибор его не убедили. Он до сих пор думает, что я — вор. Что я срезал хобот с уже убитого упыря. Злится, что ему досталось из-за этого, потому что он сам забывает снимать ценные трофеи.

— Может, не будем тратить время на эти дурацкие разборки? — прямо сказал Новику я. — Чем быстрее найдём сумку, тем лучше. Не факт ещё, что на поиски уйдёт всего пара часов. Нужно постараться управиться до заката.

Территория, которую нам предстоит осмотреть, очень большая. Ещё далеко не факт, что мы найдём сумку с первой попытки. Черта простирается на километры, и я до сих пор не знаю, есть ли у неё конец. А сумка, может быть, уже целиком затонула в болотной воде. Если не повезёт, мы можем провозиться допоздна.

— Именно, — хмыкнул Новик. — Отложим этот разговор на потом. Скажу честно — ты мне не нравишься, Лад. Можешь помочь, если тебе так хочется. Но я не буду голосовать за твоё вступление в Скитальцы, даже когда тебе шестнадцать исполнится. Дурачки нам не нужны.

Сам-то недалеко ушёл от моего предшественника. Гормоны, что ли, ему в голову ударили? Решил посоревноваться с подростком? Хотя у самого ещё даже усы расти не начали. Что ж, ладно. Его голос значения не имеет. Но я всё равно докажу ему, что на меня можно положиться.

— Как дойдём до Черты, надо разделиться, — я проигнорировал его высказывания и предложил план действий. — Ты пойдёшь налево, а я направо. Так больше шансов найти сумку до заката. Такой план тебя устроит?

— Это очевидный план. Я сам его собирался тебе предложить, — фыркнул Новик. — Меня всё устраивает.

— У меня к тебе только один вопрос. Как к старшему соратнику, — прежде чем разделиться, произнёс я.

— Мы не соратники.

— Допустим, — махнул рукой я. — На вопрос-то ответишь?

— Смотря что ты хочешь у меня узнать.

— Кто такие прибрежные кусачи? Вы с Волибором их упоминали. Я их не встретил, когда пробирался через болота, — отметил я.

— А они с той стороны и не живут, если ты и вправду наведывался к Видане, — ответил Новик. Я заметил, как он поёжился. Видимо, вспомнил этих существ. — Мелкие, слабые, но… но очень неприятные твари! Чаще всего прячутся в норах с этой стороны болот. Прямо около берега. Обычно вреда группе они принести не могут. Максимум куснут за лодыжку и снова спрячутся. Но если им попадётся один человек… навалятся кучей и сожрут. Либо утащат к себе в нору. Чтобы запас себе на зиму сделать.

Да уж, звучит так себе.

— На что они похожи? — поинтересовался я. — Если сравнивать с обычными животными.

— Тьфу, да что ты пристал с этими кусачами? — вновь поёжился Новик. — Ты же не собираешься лезть в болота? Чего тебе там делать? Тебе же объяснили: увидишь сумку — скажешь мне. А дальше я уже сам разберусь.

Вот ведь упёрся. Если эти кусачи действительно менее опасны, чем упыри, то я смогу поднять на них опыт и количество Эссенций Смерти.

— И всё-таки расскажи, как они выглядят, Новик, — попросил я.

— Ох… — вздохнул он. — Раков видел?

— Да.

— А медведок?

— Конечно, — кивнул я.

— А вот теперь смешай этих тварей с какой-нибудь рептилией, у которой есть длинная зубастая пасть. Вот тебе и прибрежные кусачи. Что? Не передумал ещё дальше идти? В штаны не нагадил?

— Нет, как раз наоборот. Стало любопытно их увидеть, — задумался я.

— О чём я и говорил, — пожал плечами Новик. — Дурак, ты Лад.

Мы остановились около Черты. С этой стороны острова, на котором располагалась Погранка, защитная линия проходила ровно по линии берега. Отлично… Я даже знаю, как это можно использовать в своих целях.

— Всё, расходимся, — скомандовал Новик. — Только постарайся лишний раз за Черту не соваться. Мне-то на тебя наплевать. Пропадёшь — и чёрт с тобой. Зато Волибор с меня потом три шкуры из-за тебя снимет. Уж не знаю, чем ты ему приглянулся…

Больше Новик ничего не сказал. Достал короткий меч из-за спины, срубил камыши, которые преграждали ему дорогу, и пошагал направо — вдоль Черты.

Я же пошёл в противоположную сторону. Так мы и разделились.

Очевидно, далеко уходить не стоит. Раз Скитальцы после своей вылазки пришли с этой стороны, значит и сумку Новик выронил где-то неподалёку.

Но моя цель — не только сумка. Я хочу ещё и на кусачей посмотреть. А ещё лучше — убить парочку. Глянем, сколько Эссенций Смерти я с них получу.

Правильно выразился Новик. Раз эти твари живут прямо под берегом в норах, значит, их поведение может быть похожим на раков. Только на чересчур агрессивных раков. И эту их черту легко использовать ради своей пользы.

Я прошёл сотню метров. Сумку не обнаружил. Зато нашёл широкую твёрдую палку, которая идеально подходила для плана, который я уже успел состряпать.

Идя вдоль берега, я аккуратно просовывал голову через Черту и рассматривал почву. Рассчитывал найти норы.

И очень скоро они себя показали.

Ага! Вот они! Здесь-то, скорее всего, и скрываются эти твари. Раз Новик так испуганно о них отзывался, значит они уже не раз кусали его за ноги. У них рефлексы на это заточены.

Я был в этом уверен, потому что осмотрел ноги молодого скитальца «Диагностическим взглядом». Там было много шрамов. Точечные, едва заметные участки соединительной ткани, которые когда-то были ранами от зубов этих существ.

Что ж, прибрежные кусачи, вы даже не представляете, какую ловушку я для вас заготовил!

Правда, такой ловушкой перед другими и не похвалишься толком. Выглядит она примитивно, зато должна хорошо работать. Я снял ботинок, просунул в него палку, закрепил.

И получилась самая обыкновенная деревянная нога. Палка крепкая, должна выдержать. Это даже не палка, а широкий сук. Видимо, раньше в этом месте росло большое дерево, но его спилили. И мне это только на руку.

Я подобрался к краю Черты, затем аккуратно опустил созданную мной ногу в воду и…

Ничего. Первые пару минут никакой реакции не последовало. Я аж вновь почувствовал себя рыбаком. Были времена — выезжал на выходные на реку, сидел, дышал свежим воздухом, ловил рыбу.

И чем я занимаюсь теперь? Ловлю каких-то монстров на собственный ботинок. Романтика!

Несколько минут — и почва под моими ногами пошатнулась. Похоже, кто-то из этих тварей всё же решил покуситься на мою импровизированную ногу.

На несколько мгновений вибрация прекратилась. Наступило затишье.

А затем…

ЦАП.

Из норы выскочило сразу несколько омерзительных мелких тварей. Правда, мелкими их можно назвать с натяжкой. Каждая размером со взрослую кошку. Может, чуть меньше.

И ведь не ошибся Новик в своих описаниях — медведка! Настоящая, чёрт её раздери, здоровенная медведка. Только от головы отходит длинная челюсть, как у какого-нибудь крокодила.

Настало время реализовать мой план.

Я резко потянул на себя искусственную ногу. Постарался сделать это максимально быстро, чтобы кусачи не успели отцепиться. В итоге, когда палка пролетела через Черту, три монстра оказались ровно на уровне магического барьера.

И тут же подохли. Их скользкие, покрытые хитином тельца попадали на траву около меня.

Эх, жаль! Только трёх удалось убить! Изначально в ветви застряло пять челюстей. Но две всё-таки оторвались.

/Получено 4 единицы опыта/

/Получено 4 единицы опыта/

/Получено 4 единицы опыта/

/Уровень 1. Прогресс опыта: 90 из 100/

/Получено 9 Эссенций Смерти/

Аж в глазах рябить начало от оповещений. Проклятье… А ведь это — отличный способ собирать дешёвый опыт! Завалю ещё трёх — и смогу получить новый уровень. А вместе с ним и новые полезные навыки.

Наверное…

Уверенности в этом у меня нет. Система может работать несколько сложнее, чем я думаю. Кто знает, может, навыки она даёт через раз? Или вообще единожды за пять уровней!

Стоп… Проклятье!

Пока я разглядывал тушки монстров, произошло сразу два события, которые привлекли моё внимание. Во-первых, мой ботинок так и остался в воде. Оторвался от палки и поплыл вперёд — за Черту.

Во-вторых, прямо напротив ботинка, примерно в пяти метрах, виднелась торчащая из тины кожаная ручка.

Сумка Новика. Вот же она! Готов поклясться, что это она скрылась там — за камышами.

Идти и звать Скитальца? Хм… Можно, конечно, поступить и так, но…

Только время зря потрачу. Новик мог уже на километр уйти. Пока я дойду до него, пока послушаю его нытьё, пока мы вернёмся назад… Да к тому моменту уже темнеть начнёт! Не будем же мы по темноте лазать по болоту? Тогда мы не только сумку, но собственные жизни потеряем.

А этих тварей я уже почти прикончил. Из нор вылезло пять особей. Три мертвы. Может, за мной ещё штуки три увяжутся. Но их это не спасёт.

Я успел разглядеть их слабые места с помощью своего навыка ветви «Убийства». У этих мелких засранцев очень мягкое брюшко. А ещё сочленения между клешнями и плечевыми частями конечностей очень слабые.

Правда, вил у меня больше нет.

Но они мне тут и не нужны. Зато у меня с собой есть нож, который дала мне Видана. И повышенная регенерация, которую даёт баланс.

С этим можно работать.

Я отступил назад, разбежался, а затем прыгнул в воду. Сразу же ухватился за свой ботинок, поспешно надел его и пошагал к сумке. Пока что никто из хищников свои норы не покинул.

Достать сумку было непросто. Как только я ухватился за ручку, до меня сразу дошло, что придётся применить большую силу. Основание сумки застряло в тине. Глубина тут небольшая, но сама вода очень вязкая. Не говоря уже о дне.

Как только я поднатужился, чтобы достать сумку, со стороны берега послышался шорох.

И я увидел их…

— Твою ж… — не удержался я.

Из нор выползло не двое, не пятеро и даже не семеро кусачей. Десяток — не меньше. Прав был Новик. Одного человека при желании они очень быстро задерут. Но я догадывался, что этим может закончиться моя вылазка. Просто этот вариант был записан мною в наихудшие.

Но я всё равно знал, как действовать.

Я потянул за ручку с удвоенной силой.

— Ну давай же, давай же! — пропыхтел я.

Приложив дополнительные усилия, мне всё же удалось достать утерянные запасы Новика. Затем я резко рванул к берегу, но не тем же путём, что пришёл. По диагонали. Попытался обогнуть стайку кусачей, которые уже активно нагоняли меня по дну.

Когда до берега осталось всего два шага, одна из этих тварей всё-таки выскочила. Не знаю, чем эти уродцы отталкиваются от дна, но прыгать они умеют сносно!

Кусач вцепился клешнями в мою грудь. Чуть не раздробил ключицы.

/Витальность: 96 из 100/

/Регенерация ускорена/

Интересно, как вообще работает эта регенерация. Магия какая-то? Или система умеет менять мой обмен веществ?

Так или иначе, мне удалось оторвать от себя монстра вместе с половиной рубашки. Убивать его времени уже не было. Пришлось мчаться к берегу. С такой толпой я точно не справлюсь. Всё-таки пока что лучше отступить.

Судя по приятному холоду в руке, я всё же смог накопить достаточно Эссенций Смерти, чтобы укрепить баланс. Этого ещё надолго хватит.

— Что, уродцы? — оказавшись за Чертой, бросил я кусачам. — Боитесь сюда ползти? Так-то! Ничего, я вас ещё навещу. Заскучать не успеете.

Навещу, когда сделаю для них более реалистичную ногу. Это почти как охота на раков. Надо создать приманку, позволить им зацепиться, вытянуть из норы и — бам! Смерть от соприкосновения с Чертой.

Я вернулся к тому месту, где мы с Новиком разделились. Его до сих пор не было. Лучше, конечно, его догнать. Оставлю, пожалуй, сумку здесь. Вряд ли её кто-то украдёт. В этих местах никто кроме Скитальцев не ходит.

— Новик! — крикнул я. — Сумка найдена! Ты здесь?

Я прошёл ещё сто метров, а затем ещё.

И только после этого услышал крик. Истошный. Полный боли и отчаяния.

— Новик!!! — крикнул я и рванул к берегу, откуда доносился вопль Скитальца.

Вот только ответить он уже не мог. Последнее, что я увидел — ноги парня, которого кусачи затаскивали прямо в свою нору.

И нора какая-то уж слишком большая… Проклятье, а точно ли в ней живёт кусач?

Я уж было решил, что придётся вернуться в штаб с плохими новостями, но мне хватило ума использовать «Диагностический взгляд».

/Множественные колотые и размозженные раны/

/Гипоксия/

Жив! Он ещё жив!

Может, Новик и ведёт себя как последний урод, но бросить здесь я его не могу.

Рискнуть своей жизнью? Стоит ли оно того? Проклятье! Да врач я всё-таки или нет⁈ Не о том думаю.

Нет, Новик. Уйдём мы отсюда вдвоём.

И мои ноги вновь опустились в вязкую болотную воду.

Глава 7

Действовать нужно быстро. Прямо сейчас мы оба в большой опасности — и я, и Новик. Судя по тому, что его эти твари уже затащили в нору, шансов выжить у молодого Скитальца очень малы. Да и я чертовски рискую.

Но бросать Новика в беде недопустимо. Был бы он уже мёртв — да, я бы не полез доставать его тело из норы, рискуя погибнуть сам.

Однако он ещё жив. «Диагностический взгляд» не лжёт. Только времени у него мало. Бросить Новика и позволить ему умереть так глупо? В клешнях каких-то паршивых медведок? Да ещё и в полуметре от защитной Черты?

Ну уж нет.

И дело тут не только в моём желании помочь человеку. Я и сам могу получить от этого выгоду. Если Скитальцы узнают, что я спас их человека, отношение ко мне будет уже совсем другое. А моя текущая задача — найти способ прибиться к ним. Обучиться убивать монстров.

Лучшей возможности поднять свою репутацию и придумать сложно!

Я вцепился в ноги Новика и потащил его на себя. Из норы послышалось бульканье. То ли это парень задыхался болотной водой, то ли прибрежные кусачи уже приготовились меня контратаковать.

В любом случае — нужно спешить.

Хватка у этих тварей сильная, так ещё и затащили они Новика прямиком в тину. Он не сильно больше меня по комплекции, но моими руками достать его оттуда всё равно не просто.

В какой-то момент хватка ослабла, я уже начал вытягивать Новика, но вскоре понял, почему задача стала проще. И это была совсем нехорошая новость.

Из норы выглянули два кусача, опустились на дно и побрели прямо к моим ногами.

Зараза! Всё-таки придётся вступить с ними в бой. Может, если я убью парочку, они всё же отступят?

Я выхватил из кармана заранее заготовленный нож. Вновь активировал навык «Слабые точки», чтобы лучше понимать, куда конкретно стоит бить своих врагов.

Брюшки и сочленения между хитином. Действовать придётся максимально точно. Я, может, и изучал в прошлой жизни, как обращаться с ножом, но этого мало. Тут нужны отточенные рефлексы. А у меня их нет.

С брюшком всё гораздое проще, но и тут есть нюанс. Для начала этих тварей нужно перевернуть на спину.

Первый кусач попытался вцепиться в мою стопу, но я откинул его в сторону хорошим пинком. Правда, никакого урона ему это не нанесло. Бить ногами, когда ты по колено в вязкой болотной воде — задача не из простых.

Второй поступил иначе. Взобрался на сапог Новика, а затем прыгнул на меня.

Я взмахнул ножом. Попытался отрубить ему клешни, но лезвие с неприятным скрежетом ударилось о хитин.

И тогда это существо сомкнуло челюсть на моей руке. По предплечью пробежала струйка крови, я выронил нож. Оружие с булькающим звуком опустилось на дно.

У меня был только один вариант. Единственный действенный способ избавиться от вцепившегося в меня противника, не имея при этом в руках никакого оружия.

Я сцепил зубы, стараясь отстраниться от боли. Раскрутился и метнул вцепившуюся в меня тварь в сторону берега. Кусач оторвал небольшой лоскут моей кожи, пролетел несколько метров и ударился о Черту.

Магическая линия затрещала, окатила монстра волной искр, и тот рухнул на берег уже мёртвый.

/Получено 4 единицы опыта/

/Получено 3 Эссенции Смерти/

У меня была ровно секунда, чтобы оценить обстановку.

Я перевёл взгляд на Новика.

/Витальность: 80 из 130/

/Гипоксия нарастает/

Он задыхается. Если мозг пробудет без кислорода более пяти-семи минут — возникнут необратимые изменения. Выжить то, может быть, и выживет, но станет новым деревенским дурачком. Или же его организм потеряет ряд возможностей. Такая гипоксия вполне может спровоцировать симптомы по типу того, что переживают люди после инсульта.

Я сделал ещё один рывок, вытянул Новика наружу. В норе осталась только его голова. Ещё немного…

Но ко мне уже возвращается второй кусач. А снова использовать себя как приманку я не хочу. Пока ещё на адреналине боль в руке практически не чувствуется. Но как только эта схватка завершится, гореть моё предплечье будет очень сильно.

Надо будет поскорее обработать рану. Ещё неизвестно, какую инфекцию можно подцепить тут — на болотах!

Я резко присел, попытался нащупать под водой утерянный нож. И кусач воспользовался ситуацией, чтобы меня атаковать. Однако я был к этому готов. Нож поднять не успел, зато вспомнил, что у меня есть и второе оружие.

Правда, этот инструмент для разделывания прибрежных кусачей совсем не предназначен. Я взял его с собой для других целей. Но раз уж иного выхода из этой ситуации нет…

Я выхватил из своей сумки скальпель, затем резко уклонился в сторону и встретил монстра пинком. Подбросилл его в воздух, как футбольный мяч. Стопа заломила. Ощущение, будто я не мяч, а пушечное ядро попытался пнуть.

А чего тут удивляться? Хитин! Это очень твёрдое органическое соединение. Многим насекомым и ракообразным он даёт небывалую живучесть.

Только бы получилось… Я следил, как монстр падает. Крутится, пытается перевернуться на ноги.

Но ему не повезло. Как только я увидел розовое брюшко этой твари, сразу же размахнулся и с боевым кличем вонзил наконечник скальпеля в слабую точку существа.

/Получено 4 единицы опыта/

/Получено 3 Эссенции Смерти/

Кусач, издав предсмертный писк, подох. Но ещё до этого я успел схватить его за клешню и бросить к берегу.

Пригодится. Возможно, кто-нибудь купит у меня этих засранцев.

Последний рывок… Я напряг спину и вытянул Новика из воды. Осматривать его времени не было. Из норы уже вылезали другие особи, жаждущие отомстить за то, что я похитил их добычу. Но к тому моменту пострадавший Скиталец уже был на берегу. За Чертой. Я даже утерянный нож успел со дна достать.

И вроде всё прошло гладко. Вроде мне удалось спасти Новика. Но есть беда.

Он не дышит. Вернее, пытается дышать, но ничего не выходит. Сознания нет. Нужно очистить лёгкие, а затем уже приступать к сердечно-лёгочной реанимации.

— Чёрт! — игнорируя свою рану, я повернул Скитальца на бок. Так, чтобы он лежал лицом к солнцу.

Мне нужно было осмотреть его нос и полость рта.

Ага… Ила и тины там предостаточно. Пришлось голыми руками вычищать эту дрянь из дыхательных путей. После этого я приступил к оказанию первой помощи.

/Гипоксия нарастает!/

Система продолжала предупреждать меня о том, что Новик вот-вот погибнет.

Нет-нет, это слишком глупая смерть. У меня ещё есть шанс его спасти. Мне уже доводилось делать это раньше. Я знаю, как нужно действовать.

Я встал на одно колено, схватил Новика за плечи и затащил его на себя. Так, чтобы моё колено упёрлось в его живот. Затем надавил ладонью него спину. Грудная клетка сжалась.

Надавил раз, ещё раз, ещё…

— П-ха-а-а! — прохрипел Новик, изрыгнул из себя кучу болотной тины. Это освободился его желудок.

Сразу после этого он принялся кашлять. Я положил его на бок, позволил отхаркнуть всю ту дрянь, которая успела оказаться в его лёгких.

Судя по данным «Диагностического взгляда», гипоксия начала снижаться. Воздух уже поступает в лёгкие. Пока усваиваться кислороду трудно, но вскоре ситуация наладится.

/Получено 2 единицы опыта/

/Получено 3 Эссенции Жизни/

О, а вот и награда за помощь утопающему. Стоп… Если я правильно понял, мой уровень должен…

/Уровень 1. Прогресс опыта: 100 из 100/

/Рекомендовано провести медитацию, чтобы перейти на Уровень 2/

Медитацию? Что ж, ладно, с этим разбираться буду позже. Сейчас точно не время приступать к медитации на глазах у задыхающегося от кашля Новика!

— Живой? Дышать можешь? — я тихонько похлопал его по плечу.

— Упырь меня раздери… — простонал Новик, утирая рукавом выступившие сопли и слёзы. — Чуть не утопили, мрази. Проклятые мерзкие хитиновые ублюдки! Я этим клешни запихаю прямо в…

— Успокойся, мы уже в безопасности. За Чертой, — предупредил его я. — Ты как вообще там оказался, Новик? Зачем полез за магический барьер?

— Издеваешься, что ли? — промычал парень. — Я сумку свою увидел. Хотел её достать, но они меня… Боги, как же это было ужасно.

— Сумку? — я перевёл взгляд на болото. Около камышей из воды что-то торчало. Но это была не сумка. — Это обычная коряга, Новик.

— Да брось… Что, хочешь сказать, что я чуть не подох из-за чёртовой коряги, Лад⁈ Дерьмо! — он ударил кулаком по земле и тут же поёжился от боли.

Все его руки и ноги были покрыты множеством ссадин и укусов. Особенно мне не нравились участки кожи, которые были зажаты клешнями. Размозженные раны. Возникают из-за повышенного давления на ткани.

— Постарайся не дёргаться, — посоветовал я.

— А чего ты мне взялся указывать? — возмутился Новик.

— Хм, даже не знаю, — усмехнулся я. — Наверное, потому что я разбираюсь в знахарстве? Или потому, что я только что спас тебе жизнь?

— Никому об этом не рассказывай, — замотал головой Новик. — Пожалуйста, Лад. Молчи об этом! Особенно Волибору ни слова! И Видане! Да, Видане тоже не надо. Дерьмо… Как же я умудрился так опозориться…

— Ты не опозорился. В итоге наша главная задача выполнена. Хоть нам с тобой и досталось по итогу, — подметил я.

— Как это выполнена, если… — прошептал Новик и тут же осёкся. Увидел свою сумку. Она стояла прямо за моей спиной. — Ты откуда её достал? — он уставился на меня так, будто я не сумку нашёл, а целую орду болотных упырей голыми руками завалил.

— Она была в другой стороне. Решил не звать тебя. Рискнул, — объяснил я. — Сам же знаешь: воды в болоте иногда поднимаются. Если бы потратил время на ходьбу туда-сюда, возможно, мы бы её потом не нашли.

— Ты меня обманываешь, да? Наверное, я совсем спятил… — Новик обхватил руками голову. — Тебе кто-то помог? Кто-то услышал мои крики и пришёл на помощь? Наверное, Волибор, да?

— Знаю, тебе трудно в это поверить, Новик, но больше здесь никого не было. Только я.

Он боится потерять свою репутацию. Волибор и так его постоянно шпыняет. Но и я не могу притвориться, что ничего не было. Сделать вид, будто я вообще никак в этом деле не участвовал? Зачем? Мне тоже нужно, чтобы Скитальцы взглянули на меня иначе.

А если я признаю, что Новик сам справился со всеми проблемами, то…

Я даже тушки этих поганых кусачей продать не смогу! Получится, что это он их всех переубивал. С какой тогда стати кто-то должен у меня их покупать?

— Тебе не стоило так рисковать, — Новик попытался подняться, но изувеченные ноги подкосились. Он ещё с прошлой вылазки не успел отдохнуть. Силы его покидали.

Я подставил ему плечо. Протянул руку. Он не сразу согласился на мою помощь, но после нескольких попыток всё же обхватил мою ладонь. Использовал меня как опору, чтобы устоять на ногах.

— Он меня засмеёт, — помотал головой Новик. — Волибор точно никогда не забудет, в какую задницу я попал. И кто меня спас? Ты? Лад, который…

— Хватит, — перебил его я. — Хочешь, чтобы я никому об этом не рассказал? Тогда нам придётся искать компромисс.

— Чего искать? — нахмурился Новик. Последнего слова он явно не понял.

— Нужно договориться. Найти среднюю точку. Придумать легенду, которая будет выгодна и тебе, и мне, — объяснил я.

— Например?

— Скажем, что ты сам нашёл свою сумку. Но кусачей оказалось слишком много. Поэтому мне пришлось прийти к тебе на помощь. И я сам убил пятерых монстров, — произнёс я.

— Пятерых? — усмехнулся он. — Хорош заливать. Ты только двоих прикончил.

— Да что ты? — я указал взглядом на свою сумку. — И ещё трёх чуть раньше.

Новик уставился на мою сумку, из которой торчали клешни монстров.

— Ты что, правда убил их сам? — оторопел он.

— Да, — кивнул я. — Нашёл один хитрый способ. И да, раз уж мы придумываем общую легенду, я никому не стану рассказывать, что ты чуть не помер в этой норе. Будем считать, что тебя просто покоцали. Но взамен ты замолвишь за меня словечко. Я собираюсь стать Скитальцем. Поэтому мнение остальных членов твоей команды для меня очень важно.

Новик ничего не ответил. В другой ситуации он бы точно съязвил. Посмеялся бы над моим желанием. Он так уже делал. Но после случившегося Новик уже не мог разбрасываться теми же заявлениями.

— Не знаю, кто тебя обучил драться с монстрами, Лад, но не стану спорить, проявил ты себя… неплохо, — сдержанно похвалил меня он. — Я согласен на твои условия. Только давай… Как-нибудь скажем об это Волибору не при Видане. Не хочу, чтобы она слышала, как я…

— Хорошо, без проблем, — улыбнулся я.

Новику явно нравилась Видана. Каждый раз, когда она заводила с ним беседу, он краснел. Причём даже в том случае, если в этот момент она его отчитывала.

Главное, чтобы он меня не обманул. Но такой возможности у него теперь нет. В другой ситуации, может быть, Новик и попытался бы солгать своим соратникам о произошедшем. Волибор скорее поверит ему, чем мне — это правда.

Но только не теперь. Новик весь изодран. Выглядит так, будто его через целый конвейер с этими клешнями прогнали. Волибор что-нибудь да заподозрит.

Как и планировалось, домой мы вернулись задолго до заката. Солнце едва вышло из зенита. Мы потратили всего три часа на поиски сумки.

— Мать моя женщина! — воскликнул Волибор, когда мы с Новиком вошли в главный зал штаба Скитальцев. — Новик, Лад, где вас черти носили? Выглядите так, будто вас стая волков потрепала.

— Вот, я исправил свою ошибку, — Новик поставил утерянную сумку на стол рядом с Волибором. Замолчал. Затем обернулся, посмотрел на меня и добавил: — Этот Лад — настоящий зверь. Я ему жизнью обязан. Не жадничай, Волибор, выкупи его добычу. Заслужил.

В какой-то момент в глазах Новика заметались сомнения. Он не был уверен, стоит ли сдержать своё слово. Но всё же сказал Волибору то, что должен. Всё как мы и договаривались.

— У нас остались травяные бинты? — Новик, хромая, пошагал к складу.

— Да, но трать их с умом. Большая часть ушла на лечение Радогоста. Мы теперь почти на нуле, — бросил ему вслед Волибор, а затем взглянул на мою добычу. — Хм… Пять прибрежных кусачей? Погоди-ка, Лад… Помнится, я давал тебе совершенно другое задание.

— Знаю. Помочь Новику. И я помог, — ответил я. — Но не мог не принести новые трофеи.

— Пока Новик не слышит, можешь рассказать мне, как всё было на самом деле, — прошептал Волибор, а затем положил ладонь на моё плечо. — Я видел его раны. Что у вас там стряслось? Мне можешь не лгать. Говори, как всё прошло.

Ага, а вот и удобный момент, чтобы подгадить Новику. Но я так поступать не стану. Не хочется мне врать Волибору, но договор есть договор. Новик своё слово сдержал. И я не стану его предавать. Припоминать ему то, как он ко мне относился — слишком глупо. Ради чего мне это делать? Отомстить ему за оскорбления? Настучать Волибору?

Нет уж. Может, для меня это и выгодно, но тут я лучше поступлю по совести. Если когда-нибудь действительно смогу примкнуть к этим людям, отношения с Новиком восстановить уже не удастся. Мой будущий соратник станет считать меня предателем. И уж точно не прикроет спину в тяжёлой ситуации.

— Всё как и сказал Новик, — ответил я. — Он нашёл сумку, его окружили кусачи. Я прибежал и помог ему отбиться. Вот и вся история.

— Хм, — прищурился Волибор. Выглядел мужчина куда суровее, чем обычно. Думаю, он догадался, что мы с Новиком ему врём. — Ладно!

Он улыбнулся, хлопнул меня по плечу и вернулся к принесённым мной трофеям.

— Дай пару минут, Лад. Посмотрю, в каком они состоянии. Сейчас обмозгую, сколько тебе заплатить…

Да. Точно. Он понял, что я вру. Но остался доволен моей ложью. Отметил, что я не стал сдавать Новика. Наверное, решил воспринять это как хороший жест с моей стороны.

Отлично. Будь у него другой характер, ситуация могла обернуться не в мою пользу.

— Слушай, Лад, а неплохо вышло… — почесал бороду Волибор. — Один с повреждёнными внутренними органами. Но четыре особи полностью целые. Ты их о Черту, что ли, ударил?

— Да, удалось их выманить.

— Хо-хо! Хитро. Быстро учишься, — усмехнулся Волибор. — Давай так… За целых дам по пятьдесят медяков, за повреждённого кусача тридцать. Итого с меня два серебряника и тридцать медяков. Сгодится?

Ещё бы! Это почти четверть моего долга перед Харитоном.

— Сгодится, Волибор. Рад был потрудиться, — кивнул ему я.

— Ты только учти, что носить мне этих тварей кучами не надо, — помахал рукой воин. — В таком количестве они мне не нужны. Часть отправим в город, а из другой части Видана, может быть, сделает для нас эликсиры. Куда нам ещё больше? Жрать их всё равно нельзя.

— Почему нельзя? — поинтересовался я.

— Да ты видел, где они живут? — усмехнулся Волибор. — Сама вода в болоте убивает. Если долго в ней возиться, со временем могут появиться красные пятна на коже. А уж если пить… Не советую пробовать. Мясо у этих тварей примерно такое же.

Жаль, от рачков бы я не отказался… Хотя кусачи больше на медведок похожи, так что аппетита особого от взгляда на этих монстров и не возникает.

Было предсказуемо, что Волибор откажется покупать больше кусачей. Я ведь при желании мог бы так за пару дней весь долг перед Харитоном отработать. Можно, конечно, поинтересоваться, нужны ли эти твари кому-то из местных торговцев, но что-то я сильно сомневаюсь, что тот же мясник станет продавать в своей лавке клешни этих проклятых кусачей.

Волибор отсыпал мне монет, но прежде чем покинуть штаб Скитальцев, я решил поинтересоваться о состоянии их лидера.

— Как там Радогост? Видана смогла ему помочь? — спросил я.

— Паршиво ему. Стоян с Виданой всё это время так и не высунулись из каморки. Только один раз выходили, чтобы бинты промыть, и снова исчезли.

— Моя помощь точно не нужна? Я разбираюсь в знахарском деле, — напомнил я.

— Даже не начинай, — отмахнулся Волибор. — Кусачей половил — молодец. Хватит с тебя. Кстати, спасибо, что спрятал у себя Видану. Бедняга дома лишилась. Но ничего страшного, дальше она будет жить у нас. Мы её не обидим. Давно уже с ней знакомы.

Больше отвлекать Скитальцев от работы я не стал. Слишком навязчивым быть точно не стоит. Если каждый день я буду приходить и требовать, чтобы меня приняли в их ряды, они точно перестанут со мной сотрудничать.

Поэтому я забрал деньги и пошёл домой. По пути обмотал свою руку заживляющим листом. Но большая часть кожи уже успела восстановиться. Я довёл баланс Эссенций до идеала. Регенерация ускорилась, поэтому я практически не чувствовал боли. Лишь лёгкое жжение, означавшее, что моя рука заживает.

Между тем, чёрные полосы никуда не исчезли. Недавно я даже начал думать, что эти отметины — это что-то вроде татуировки. Но кусач только что содрал часть кожи. А как только она восстановилась, полосы появились вновь.

Более того, они начали сиять. Будто намекали, что стоит обратить на них внимание. Скорее всего, это как-то связано с новым уровнем. Система ведь упомянула, что я должен… помедитировать?

Интересно, что это значит? Сесть в позу лотоса и дышать животом? В этом мире такая процедура будет смотреться очень уж странно. Однако откладывать в долгий ящик изучение нового уровня я не стал.

Вернулся домой, проведал спящего отца, спрятал заработанные деньги в свою заначку под камнем, а затем прошёлся до ближайшего невспаханного поля. Туда, где никто из жителей деревни не мог меня увидеть.

Ну что, система? Как должна проходить эта медитация?

Подсказка не заставила себя долго ждать.

/Рекомендовано расслабиться и отключить сознание/

Отключить сознание? Так себе формулировка. Может, имеется в виду, что нужно отстраниться от своих мыслей?

Так я и поступил. Присел на траву, сделал глубокий вдох, а на выдохе закрыл глаза. Поначалу мне казалось, что ничего не происходит. Даже голова начала кружиться из-за гипервентиляции лёгких — слишком сильно изменился состав газов в крови.

Но сразу после лёгкого головокружения я увидел свет. Нет… Два источника света.

Зелёный и фиолетовый.

Поначалу я решил, что это просто круги перед глазами. Оптические иллюзии.

Но затем осознал, что не могу открыть глаза. Моё сознание провалилось куда-то во тьму. В место, где были лишь две сияющие тропы.

Я почувствовал знакомую энергию. Тепло и холод. Жизнь и смерть. Зелёный и фиолетовый.

Вот они — потоки Эссенций, которые я накопил. Практически идеально равные. Одного и того же размера.

В моей голове появилось новое оповещение.

/Открыта возможность медитировать/

/Идёт процесс усвоения полученного опыта/

Я понял, что не могу дышать. В этом пространстве я не нуждался ни в кислороде, ни в еде, ни в воде. Я был где-то внутри своего мозга. В глубинах сознания. Или даже в прослойке между мирами. Система не потрудилась объяснить, что представляет из себя этот процесс медитации.

Волны Эссенций завибрировали. Я почувствовал, как половину моего тела заполнило теплом, вторую — холодом. Но ни то, ни другое чувство не доставляли мне дискомфорта.

Как раз наоборот… Я ощущал, будто всё делаю правильно. Ровно так и должен строиться мой путь. И это понимание родилось на уровне интуиции.

А затем появилось очередное сообщение.

И оно всерьёз заставило меня задуматься.

/Для перехода на второй уровень нужно сделать выбор/

/Навык Жизни/

/или/

/Навык Смерти/

/На решение даётся десять минут. После выбор будет сделан автоматически/

Глава 8

Пошёл обратный отсчёт. Я мысленно скрыл таймер, но его тиканье из головы никуда не исчезло. Система подгоняла меня к выбору. Но спешить с этим явно не стоит.

Нужно всё взвесить. Всё обдумать.

Значит, получать сразу два навыка, как на первом уровне, я уже не смогу. Теперь нужно выбирать между веткой «Целитель» и веткой «Убийца».

И будь я в прошлой жизни, скорее всего, даже и думать бы не стал. Выбрал навык Жизни и продолжил бы лечить своих пациентов. Но тут всё не так просто. Ещё сегодня утром я несколько раз чуть не попал в клешни кусачей.

Одна ошибка — и мы бы с Новиком погибли. Превратились бы в обглоданные скелеты в подводных норах. Может, когда-нибудь наши кости и вынесло бы болотной водой, но опознать нас уже никто бы не смог.

Но выбирать между Жизнью и Смертью вслепую я не могу. Кто знает, какие там навыки?

Я мысленно попросил систему уточнить.

— Покажи мне, что дают оба варианта. Сначала ветку «Целитель».

Фиолетовая тропа временно угасла, а зелёная зажглась ярче. И перед моими глазами начали появляться образы. Не сухой текст, а настоящие картинки, которые, судя по всему, генерировали сразу два мощных источника. Система и мой головной мозг.

Я увидел себя со стороны. Сидел около постели больного. Касался его своей рукой, и раны на его коже зарастали. При этом я чувствовал, что Лад, которого я вижу, отдаёт что-то взамен.

Почему-то в голове всплыло слово «Мана». Будто система подкинула мне объяснение напрямую в мозг.

Если «Диагностический взгляд» и «Слабые точки» моей энергии не расходовали, то новый навык должен был тратить ману. И её общий объём мне пока что неизвестен.

/Представлен навык «Базовая биомантия»/

/Стоимость маны: 5 единиц/

/Даёт возможность убирать мелкие симптомы болезни/

Система немного не договаривает. Судя по тому, что я увидел, эта сила способна и раны залечивать. Это может быть полезно.

— Теперь другой вариант, — мысленно велел я.

Зелёный путь погас, а на смену ему загорелся фиолетовый. Передо мной вновь предстала картина из потенциального будущего.

Вряд ли это какое-то предсказание. Просто система пытается объяснить, как я смогу пользоваться тем или иным навыком. Наглядность — это хорошо. Так проще сделать выбор.

На этот раз «я» атаковал человека в ночи. Едва коснулся его кожи и тут же нащупал точное расположение артерии. А затем вогнал в неё нож.

Очевидно, что применять этот навык можно не только на людях, но и на монстрах. Просто с последними бывает труднее.

/Представлен навык «Тактильное чутьё»/

/Стоимость маны: 5 единиц в секунду/

/Даёт сверхчувствительность пальцев. С помощью этого навыка можно наносить более точные удары по слабым местам противника/

Что ж, тоже недурно. Один навык даст мне больший простор для лечения пациентов, а второй — возможность лучше защищаться и убивать.

Правда, есть одно «но». На мой взгляд, навык ветки «Убийца» в данном случае проигрывает. Я уже умею видеть слабые места. А если речь идёт о людях, то мне их и видеть не надо. Большую часть слабых мест я знаю, поскольку разбираюсь в анатомии и физиологии человека.

О монстрах такого не скажешь… К ним нужен особый подход.

Но «Тактильное чутьё» скорее уж даст мне большую точность, а не новые способности. Всё упирается в точность. А этот навык я и сам смогу отточить, если возьмусь за тренировки.

И даже с этой силой я всё ещё могу получить рану. Вот только вечно залечивать повреждения одними лишь травяными бинтами — не вариант. Рано или поздно они могут закончиться.

Лучше иметь возможность лечить себя своими же силами.

/Осталась одна минута до автовыбора/

— Выбор сделан. Я беру «Базовую биомантию».

Таймер остановился, зелёный путь засиял ярче, чем прежде. Затем моё зрение ненадолго потухло. И я почувствовал себя… пустым сосудом. Даже не знаю, как объяснить это чувство.

Будто внутри меня есть полость, которая должна быть чем-то заполнена.

А затем в меня полилась сила.

/Открыта шкала маны/

/Мана: 25 из 25/

/Получен Уровень 2. Прогресс опыта: 0 из 200/

А затем меня выбросило из медитативного состояния. Я резко открыл глаза и сделал глубокий вдох. Поначалу даже напрягся, что до сих пор ничего не вижу. Но вскоре понял, что на улице уже успело стемнеть.

Это сколько же часов я просидел на этой поляне? Не меньше пяти — это точно. Пора бы уже возвращаться к отцу.

И на будущее нужно учесть, что медитации занимают столько времени. Пока что у меня знаний об этой методике не было. Казалось, что можно разобраться с вопросом минут за пятнадцать.

Как бы не так!

Видимо, система в этот момент перезагружается вместе с моим организмом. И определить, сколько на это потребуется времени, заранее невозможно. Значит, в любом случае нужно проходить через эту медитацию исключительно в безопасном месте.

А таких мест для меня пока что не существует. Практически. Пока отец не пришёл в себя, а долг Харитону не выплачен, из этого состояния меня могут вырвать в любой момент. Ещё, кстати, неизвестно, что случится, если меня кто-то потревожит во время медитации!

В будущем было бы неплохо провести такой эксперимент. Возможно, я просто потеряю прогресс общения с системой и мне придётся начинать медитацию сначала. Или же она сделает выбор за меня.

Хотя есть и другой вариант. Возможно, в этом состоянии враги могут меня бить, пинать и резать, а я продолжу находиться в этом сне, пока меня не прибьют окончательно. Такого исхода допускать нельзя.

Да. Точно. На следующих уровнях нужно будет обязательно попросить кого-то из близких людей меня побеспокоить.

Если, конечно, я обзаведусь такими людьми. Пока что, думаю, мои медитации даже отца удивят. Подумает, что это — очередной загон его слабоумного сына.

/Внимание! Автоматически получен и активирован новый навык/

А это ещё что за новость? Я ведь уже закончил с медитацией. Система продолжает давать мне новые возможности?

/Получено «Чувство Баланса»/

/Теперь изменения в балансе Эссенций будут ощущаться более чётко. Кроме того, запас маны и витальности начнёт анализироваться на интуитивном уровне/

Ага! Это — хорошая новость. Новый пассивный навык, который не требует затрат маны. Хорошо ещё, что я вообще понимаю, что такое мана. Мне ведь приходилось и читать художественные книги, и играть в подобные игры. Видимо, система подбирает для меня наиболее подходящее понятие. Упрощает мне жизнь.

Хм… Интересно. Пока я медитировал, рука полностью восстановилась. А ведь на ней кожи почти не было из-за этого проклятого кусача. Стоп…

/Витальность: 105 из 105/

Запас изменился. Едва заметно, но всё-таки он претерпел изменения. Моё тело окрепло, совсем чуть-чуть. Но эту силу даёт мне не система. Она лишь ускоряет регенерацию. Сама черпает ману для этого откуда-то, а затем передаёт её мне.

Но сам факт увеличения витальности — это чисто моя заслуга. Плод моих трудов. Я старался хорошо питаться, трудился, выживал — и тело окрепло. Хотя бы на пять жалких процентов, но я уже отошёл от уровня, которым обладал прежний Лад.

Я уже обращал внимание, что взрослые натренированные мужчины обладают большим запасом витальности. Тот же Новик недалеко от меня ушёл. Он старше меня года на четыре. Крепче, но не сильно. Он просто выше и взрослее меня, и мышцы чуть более привычны к борьбе с монстрами.

Интересно было бы проверить того же Волибора. Я пока что не пытался осматривать его «Диагностическим взглядом». А там такая гора мышц…

Предположу, что у него две сотни единиц витальности. Посмотрим потом, подтвердится моя прикидка или нет. В любом случае, прав я или не прав, думаю, итог меня удивит.

Пока я возвращался домой, мне выдалась возможность насладиться запахом растений, которые цветут только вечером и ночью. В этом мире таких было особенно много.

Какой же успокаивающий аромат! Чем-то напоминает сирень. Будто сама природа настраивает животных на крепкий сон.

Я вернулся в наш с отцом сарай, из которого мы должны были уже очень скоро переехать. По крайней мере, я рассчитывал, что скоро мы снова сможем снять дом у Харитона. Конечно, если тут больше никто не сдаёт дома. С этим человеком дела я буду вести в последнюю очередь.

А затем через несколько месяцев постараемся приступить к постройке своего жилища. Или же купить уже готовое жильё, если кто-нибудь вдруг решится переехать из Погранки.

Но что-то я сомневаюсь, что люди здесь в принципе склонны к таким переездам.

Добромир спал. Кашля, лихорадки не было. Все симптомы исчезли. Думаю, до его пробуждения осталось не больше двух суток. Сейчас организм восстановится, и он снова сможет встать на ноги.

На самом деле я был рад, что он поправился. Значит, все мои труды прошли не зря.

Перед тем как лечь спать, я снова взглянул на свою правую руку. На чёрные полосы. Их было три. И эта татуировка начала меняться. Крайние полосы немного изменились в толщине. Их основания стали чётче, шире. Срединная же осталась неизменной.

У меня начали появляться подозрения насчёт этих полос. Возможно, левая и правая отражают мои главные ветви. Жизнь и смерть. Целитель и убийца.

Но что тогда означает срединная полоса? Почему этих полос три, а не две?

Что ж, пока что запишем в загадки.

Куда важнее другое. Эти полосы на руке очень резко реагировали на приближение болотного упыря. Руку разрывало от вибраций, когда эта тварь боролась со мной около дома Виданы.

Но что случилось сегодня? Готов поклясться, что я чувствовал лёгкое жжение, когда подходил к норам прибрежных кусачей. Но особого значения этому не придал. И это — ошибка. Ошибка, которой нельзя было избежать. Ведь в прошлой жизни я с такими материями, как магия, система или монстры не сталкивался.

В тот момент мне показалось, что рука просто горит из-за наличия самих полос. Из-за патологический пигментации кожи. Поэтому я пошёл на риск. Большой риск, который чуть не стоил мне жизни.

В дальнейшем стоит внимательнее прислушиваться к своим чувствам. Этот урок я усвоил. Жжение было едва заметным, потому что атаковавшие меня кусачи сами по себе очень слабы. Но! Их, чёрт подери, было очень много! И это чуть не положило конец моему пути. Шаг влево, шаг вправо — смерть.

Повезло, что я смог поступить правильно.

С этими мыслями я и заснул. Если в предыдущие дни сны мне не снились, на этот раз всё изменилось. Видимо, тело успело отдохнуть, и кроме глубокого сна меня стали посещать фазы быстрого — небольшие промежутки, когда мозг порождает сновидения.

Правда, лучше бы обошлось без них. Кто меня в них только не атаковал. Упыри и кусачи — сущие мелочи. Как и Харитон со своим телохранителем. Во сне меня атаковали особенно опасные и уродливые твари. А когда одна из них вцепилась своими когтями в моё плечо…

— Лад! Ты меня слышишь? — над моим лицом навис силуэт отца. Добромир тряс меня за плечо, пытался привести в чувство. Видимо, опасался, что я могу впасть в кому от голода.

Уверен, он не помнит, что происходило последние несколько дней. Не помнит, как мы выживали за счёт моих вылазок. Вряд ли он даже понимает, сколько времени прошло с тех пор, как он свалился с тяжёлой пневмонией.

— Проснулся наконец? — слабо улыбнулся он, затем сделал несколько шагов назад и присел на свою лежанку. — Прости, сын, что-то я совсем уж прихворал после того, что с нами случилось. Но вроде очухался. Пару деньков отлежался — и стало лучше. Пора возвращаться за работу. Может, даже смогу кого-то из больных сегодня принять.

Так я и думал. Он вообще ничего не помнит. Пару деньков? На деле всё было совсем не так.

— Отец, ты правда не помнишь, сколько дней тебя на самом деле лихорадило? — поднявшись с лежанки, спросил я.

— Сказал же, день или два, — нахмурился он. — А ты чего такой серьёзный? Живой я, Лад! Живой!

— И я этому рад. Очень рад, — кивнул я. — Вот только ты не вставал с постели больше двух недель. Посмотри на свои руки, на своё тело. Ты сильно исхудал за это время. Не спеши быстро возвращаться к работе. Лёгкие ещё не привыкли…

— Скверна меня подери! — заглянув под рубашку, прокричал он. — Как… Лад, что со мной случилось? От меня же почти ничего не осталось… Боги! Кто за нами ухаживал? Кто кормил? Ты уверен, что прошло целых две недели?

— Уверен. Поначалу нам помогал Бажен, — ответил я. — Посчитал, что должен отплатить тебе за помощь. А затем уже над тобой трудился я. Сходил на болота, к ученице ведьмака… В общем, пришлось постараться, чтобы мы с тобой остались живы. Харитон пытался нас выселить, но…

— Стой-стой-стой, — несколько раз повторил Добромир. Он до сих пор никак не мог сообразить, правду ли я говорю ему или нет. — Ты всерьёз хочешь сказать, что ходил на болота? Сам? И выхаживал меня… Нет, Лад, погоди. Что-то здесь не так!

— Всё так, — настоял я. — Ты не дал мне договорить. Харитон пришёл требовать долг. Десять серебряников. Я смог выиграть нам ещё одну неделю. И уже накопил почти три серебряные монеты. Скоро сможем вернуть ему долг.

— Лад… — отец выпучил глаза, потерял дар речи. У него и так глаза вылезли наружу из-за того, что жировая клетчатка сильно уменьшилась за время лихорадки. А теперь и вовсе казалось, будто они вот-вот выпадут из орбит. — Я что-то не уверен… А я точно проснулся? Ты вообще настоящий Лад?

Этого я и опасался. Подозревал, что он будет испытывать сомнения. Но притворяться дурачком и дальше? Нет. Достаточно. Это — проблемы прошлого Лада. У меня таких не будет. Буду переучивать всех, с кем имею дело.

Скитальцы, вроде как, уже начали чуть серьёзнее ко мне относиться. Видана и вовсе не знала, что Лад был слабоумным. Даже с Харитоном удалось договориться. И жителей деревни я начал обрабатывать. Постепенно, шаг за шагом.

Остался только отец. И чувствую, с ним будет куда тяжелее, чем с остальными. Ведь он видел моего предшественника с младенчества. Знал, каким он рос. Знал, в чём его проблемы. И привык к ним. Судя по рассказам жителей деревни, Добромир смирился с состоянием своего сына. Он даже работать его не заставлял. Обеспечивал всем необходимым. Очень странная черта для жителя средневековой деревни.

Может, конечно, сработал отцовский инстинкт. Но я уверен, что любой другой на его месте уже отправил бы сына трудиться куда-нибудь, где не нужен интеллект. Например, рубить лес или помогать таскать камни рудокопам.

Хотя даже там нужен ум. Прежний Лад, думаю, мог и дерево на другого дровосека уронить.

Но суть не в этом. Отец берёг его. Знал сына. И теперь, очевидно, его удивляет, что Лад изменился.

— Это я, отец. Твой сын. Лад, — ответил я. — Знаю, что тебе трудно это понять. Ты долго был без сознания. И долго видел, как я… существую в том виде, к которому ты привык. Но мне пришлось действовать иначе. Пока тебя не было, я изменился. И тебе придётся с этим смириться.

— Нет-нет, — замотал головой он. — Я в это не поверю. Хочешь сказать, что это ты выходил меня? По-твоему, я должен счесть правдой, что… что ты ходил за Черту? И вернулся живым? Нет, ты… Ты — не мой сын. Тело его, да. Но то, что с тобой стало…

Он замялся. Боялся говорить на эту тему.

Я же, наоборот, считал, что это лучшая ситуация, чтобы переговорить с Добромиром о том, о чём перешёптываются жители Погранки.

— О чём ты беспокоишься, отец? Думаешь, что я изменился после «того случая»? — поинтересовался я.

— Да. После того, как ты столкнулся с тем монстром, — Добромир едва сдерживал слёзы.

— Стой. Успокойся. Расскажи мне, что тогда случилось? Что произошло? О каком монстре ты говоришь? — спросил я.

— Нет… Если в тебе осталась хоть крупица того Лада, которого я знал… — напрягся отец, — тогда я точно тебе ничего не расскажу. Тебе не стоит об этом знать. Не стоит!

— Последние недели я работал за нас двоих. Искренне пытался вытащить тебя из этого состояния, отец, — произнёс я. — И у меня получилось. Я тебе не враг. Просто мне пришлось измениться. Поверь мне, если сможешь.

Поверь… Да уж. А отец всё-таки чувствует перемены. Если другие жители воспринимают мои действия как очередную странность или, наоборот, как развитие старого Лада, то с отцом ситуация обстоит совсем иначе. Он чувствует — что-то изменилось. И сильно. Очень-очень сильно.

Но я не могу сказать ему правду. Какие у меня есть варианты? Ляпнуть ему о том, что я врач из другого мира? Его ровесник! Ага, ну-ну. Конечно.

Я — человек, который ценит отношения с родителями. Так меня воспитывали в прошлой жизни.

Я склонен говорить правду и не обманывать своих родственников. Но сейчас, к сожалению, совершенно другая ситуация. Исключение из правил.

Скажу Добромиру правду — и он откажется от меня. Перестанет мне доверять. Решит, что моё сознание изменил какой-то монстр. Я лишусь единственного близкого человека в этом мире, чего бы мне очень не хотелось.

Кстати, какой ещё монстр на меня тогда напал? О ком вообще речь? Эту тайну он мне так до сих пор и не раскрыл.

В любом случае, правда разобьёт ему сердце. Рассказывать о том, кто я на самом деле, ни в коем случае нельзя. Ни ему, ни другим людям. В лучшем случае они решат, что я всё тот же сумасшедший Лад. В худшем — окрестят меня проклятым. Каким-нибудь монстром, которого должна изгнать инквизиция. И почему-то я уверен, что в этом мире такая служба имеется. Хотя мне бы хотелось ошибаться.

Стоп, я знаю, куда нужно надавить… Пока что я не понимаю, есть ли в этом мире хоть какие-то боги. На окраине деревни я видел церковь. Вернее, здание, которое смутно напоминает какой-то старый храм. Но совсем не такой, как в моем прошлом мире. Возможно, мне стоит туда заглянуть. Узнать больше о местной религии, а затем…

Описать отцу, что я прозрел благодаря милости местного бога? Как вариант.

Уж лучше так, чем Добромир будет думать, что внутри меня живёт болотный монстр.

Ложь? Да. Но она необходима для моего выживания.

И не только для моего! Я ведь могу помочь Добромиру. Могу стать его учеником, ассистентом.

А без меня ему придётся туго. Он наивно полагает, что сможет выйти на работу уже этим вечером.

Но это — глупость. Скорее всего, Добромир рухнет, не пройдя и десяти метров. Голова у него работает, а тело — нет. Сосудам ещё нужно окрепнуть.

— Ладно… Я подумаю над тем, что ты сказал, Лад, — вздохнул отец. — Но мне нужно переговорить с Харитоном. Узнать, сколько этот урод накрутил нам за проживание… Было не десять серебряников… Было меньше! Гораздо меньше!

— Если соберёшься с ним говорить, обязательно учти, что часть суммы у нас уже есть, — отметил я. — Если вдруг он начнёт тебе угрожать, скажи, что я вернусь — и отдам ему часть денег. Ладно?

— И всё-таки от Лада в тебе осталось… ничего. Только оболочка, — отец поморщился и вышел из сарая.

Что ж, винить его я не мог. Кто-то на моём месте мог бы ожидать от него благодарности. Я ведь жизнью ради этого человека рисковал. Но Добромир потерял своего сына. Он чувствовал, что его уже не вернуть.

И лучшее, что я могу сделать — убедить его, что сын просто изменился.

С этого и начну этот день. Вот только одного красноречия для разговора с Добромиром недостаточно.

Деньги есть, немного еды ещё осталось, отец очнулся. Отлично.

Могу сделать короткий передых и пройтись до местной церкви. Соберу информацию. Придумаю, как внушить Добромиру самый простой сценарий. Легенду, в которую он поверит, и перестанет гнобить себя своими прошлыми деяниями.

А заодно расскажет мне, что же всё-таки случилось с ним и с прошлым Ладом незадолго до того, как я переместился в этот мир. Судя по слухам, эти полосы взялись как раз перед моим появлением.

Некоторые люди даже говорили, что Лад умер. Что он погиб, а Добромир понёс его в лес. И вернул оттуда уже живым.

И эта загадка может иметь большое значение для моей будущей жизни в этом мире.

Пока отец, пошатываясь, шагал к Харитону, я направился в сторону местной церкви. Она находилась на отшибе, как и штаб Скитальцев, но на противоположном конце деревни, за вспаханными полями, на которых работали местные жители.

В этой части Погранка совсем не отдавала той зловещей безысходностью, что и в моём районе. В целом люди живут здесь неплохо. Трудятся на поле, кто-то развивает своё ремесло. Жить можно. Если игнорировать существ, что живут там — за Чертой.

Но как объяснили мне Скитальцы, это место — одна из самых безопасных точек Королевства. Погранка находится на самом юге огороженных Чертой земель. Вроде как мне даже повезло.

Слышал, что в других частях страны ситуация обстоит гораздо хуже. Скитальцев там больше, они гораздо сильнее. Даже существуют специальные академии, где обучаются люди этой профессии. Но здесь, в глуши, разрешается брать новичков. «Корочка» для этого не нужна.

Значит, у меня всё ещё есть шанс присоединиться к местным Скитальцам. А дальше… Что ж, дальше посмотрим.

Я добрался до церкви. Никаких обозначений на ней не было. Сходу и не поймёшь, каким богам поклоняются в этом мире. Моё внимание привлёк лишь один рисунок.

Весы.

Интересно, что это должно означать? Может, тут боги соответствуя созвездиям? А что? Если в этом мире развита астрономия, то нечего удивляться такой разновидности язычества. Не огню и воде, так стрельцу и весам будут поклоняться.

Я вошёл в церковь. И сразу же обнаружил, что в главном зале кроме меня было ещё два человека.

Кроме священника, облачённого в бледно-жёлтую рясу, в зале сидела на коленях молодая женщина.

— Я больше не могу, Хотен. Они не возвращаются… Мои сын с мужем… Я боюсь, что они никогда уже не вернутся, — простонала она.

— Мы можем только молиться, чтобы они были в безопасности, — ответил старик с длинными седыми волосами. — Может, тебе стоит обратиться к нашим стражникам?

— Да что они могут? Они же ничего не делают! Только пьют весь день. Там всего два человека… И им всё равно на исчезающих людей! А между прочим, пропало уже три человека. Кроме моих, исчез ещё и старый выпивоха, который жил около болот.

— Тихомира, на что ты намекаешь? У тебя есть подозрения? Знаешь, кто может быть виновен в этих исчезновениях? — спросил священник.

И тогда женщина обернулась. Осмотрела меня с ног до головы, а затем заявила:

— Например, он!

Глава 9

Эх… И почему я совсем не удивлён? Не знаю, чем я насолил этой Тихомире, но она обвинила меня в пропаже людей уже через минуту после того, как я появился в местной церкви.

Пришёл, называется, собрать информацию о здешней религии. Хотел узнать, в кого верят местные люди, чтобы придумать хорошее объяснение для отца. Не успел зайти в церковь, а меня уже обвинили в похищении людей. Просто прекрасно!

Кстати, интересно: кто вообще может похищать людей в Погранке? Тут жителей-то раз, два и обчёлся. Если только они уходят за Черту и попадают в лапы к монстрам? Но это совсем глупо.

Очевидно, что эта деревня существует уже не один год. Люди должны были привыкнуть к соседству с опасной зоной. Не станут они лезть за барьер без особой причины. А кроме Скитальцев туда никто и не ходит, насколько мне известно.

Я прожил тут всего неделю, а уже усвоил это правило.

— Чего встал⁈ — крикнула на меня женщина. Голос Тихомиры превратился в эхо. Пронёсся по залу местной церквушки. — Про тебя ведь все шепчут. Все говорят, что ты вернулся живым с того света!

— Тихомира… — попытался перебить женщину священник, но та не замолчала.

— Соседи мои — дурни бестолковые! Расхваливают тебя. Ой, Лад спас Гостомысла! Ой, Лад вылечил ногу нашему дебильному сыночку Третьяку. Ой…

— Тихомира! — рявкнул священник. — Довольно. Оставь ребёнка в покое. Если захочешь поговорить — приходи. Но без криков и истерик. Я с радостью тебя выслушаю.

Хм… Получается, что родители Третьяка всё же узнали о том, как я исцелил его ногу. Это хорошо. Правда, уже по этой женщине видно обратную сторону репутации, которую я пытаюсь завоевать.

Деревня может воспринять мои действия двойственно, и я об этом думал. А вот — доказательство моей правоты. Да. Одни решат, что я и вправду умею лечить людей, а другие подумают, что я какой-нибудь полу-монстр из-за Черты, которому доверять не стоит.

И, может быть, я бы даже смог придумать, как избавиться от второго своего прозвища, но есть проблема. Отец пока что мне так и не рассказал, что случилось тогда в лесу. Что произошло, когда прежний Лад якобы погиб.

— Я вам не враг, Тихомира, — бросил уходящей женщине я. — Если понадобится помощь знахаря — зовите. И мой отец уже очень скоро сможет прийти.

— Отстань, Лад, — отмахнулась она.

Но я решил идти ва-банк. Раз пришёл сюда за информацией, значит выведаю максимум.

И я схватил её за предплечье. Она замерла. Взглянула на меня одновременно с гневом и удивлением.

— Что ты себе позволяешь? — процедила сквозь зубы Тихомира.

— Где вы в последний раз видели мужа с сыном? — твёрдо спросил я. — Возможно, я смогу помочь. А если не смогу — передам Скитальцам.

— Не притворяйся. Тебе всё равно! — она ещё раз дернула руку. Но я её не отпустил.

Священник не стал вмешиваться в наш разговор. Похоже, его самого заинтересовало, что я могу знать.

— Мне не всё равно, — настоял я. — К кому вы пойдёте за помощью? Вы же пришли в эту церковь, чтобы найти поддержку? И я вам её предлагаю. Может, спасти вашу семью я уже не смогу, но хотя бы постараюсь узнать, что с ними случилось.

Наверняка это как-то связано с территорией за Чертой. Здесь же безопасно, насколько принято считать. Если только её мужа и сына волки не задрали. Или медведь. Других вариантов я придумать не могу. Хотя нет, могу…

Есть ещё один опасный хищник, которого я не учёл.

Человек.

— Куда они ушли, прежде чем пропасть? — уточнил я.

— В лес, — она выдернула руку. — Тот, что на востоке. Ты уже был там. Твой отец уносил тебя туда. Поэтому я и не доверяю тебе.

— Зачем они туда пошли?

— Охотиться… — эта фраза вылилась из неё вместе со слезами. — Мой сынок хотел научиться отцовскому ремеслу, но в итоге… В итоге они оба пропали. Больше не подходи ко мне, Лад, сын Добромира. Я тебе не доверяю. И я убью тебя, если…

— Тихомира, не смей произносить это здесь, — вмешался в наш разговор священник. — Если, конечно, не хочешь, чтобы я тебе запретил сюда ходить.

— Лучше этому запрети, Хотен! — она указала на меня рукой, а затем пошагала к выходу из церкви.

Как только широкие двери захлопнулись за её спиной, священник тяжело вздохнул.

— Что ж, и такое бывает, Лад, — пожал плечами Хотен. — Не обращай внимания. Люди в скорби способны сказать и не такое. А уж то, что они могут сделать… Лучше тебе, мальчик, об этом и вовсе не задумываться. Прости, что тебе пришлось принять на себя гнев бедной вдовы.

— Всё в порядке, — помотал головой я. — Мне нетрудно её понять.

— Хм, — вскинул брови Хотен. — А что ты сам здесь забыл, Лад? Никогда тебя раньше не видел тебя в этой церкви. С тех самых пор, как твой отец приходил молиться за твоё здоровье. Ты тогда был совсем ещё маленький.

Эх, а я ведь даже не знаю, как правильно себя вести в местных церквях. Что ж, вот тут самое время воспользоваться своим прежним статусом.

— Как мне обращаться к вам, Хотен? — решил уточнить я.

— Жрец. Так вообще-то по правильному, — объяснил он. — Но все жители деревни называют меня по имени. Как тебе удобно, Лад. Расскажи лучше, зачем ты сюда пришёл. Хочешь помолиться за здоровье своего отца? Если надо — я тебя научу. Даже ты поймёшь.

Последнее явно относилось к прежнему Ладу, а не ко мне. Но я не обижался.

— Отец уже поднялся на ноги. Мне удалось его вылечить. Ещё немного — и он снова сможет работать знахарем, — ответил я.

— Ага! — старик вскинул брови и присел рядом со мной. Не похоже, что он мне поверил. Однако в помощи отказывать не стал. — Значит, ты хочешь поблагодарить Скалеса за помощь с отцом, верно?

Скалес? Видимо, так называют местного бога. Лучше поддержать Хотена. Пусть думает, что я пришёл сюда именно за этим. Заодно узнаю, как мне наладить отношения с отцом с помощью этой информации.

Я ведь знаю, что он мне не поверит. Так и будет сомневаться — Лад я или не Лад.

— Да, я поэтому и пришёл к вам, Хотен. Но это — не единственная причина. Я решил узнать, как мне объяснять отцу те изменения, что произошли со мной, пока он лихорадил, — произнёс я.

— Изменения? — нахмурился священник. — Ты это о чём?

— Вы знаете, каким я был раньше. Знаете, почему отец ходил сюда раньше, чтобы молиться за моё здоровье. Он молился не за тело, а за ум. Но… — я сделал паузу, чтобы подобрать правильные слова. — Но пока отца лихорадило, я сильно изменился. Многие в деревне говорят, что меня прокляли. Но я верю, что это — благословление Скалеса. Ведь я впервые за четырнадцать лет обрёл разум.

Да простит меня Скалес, если он на самом деле существует. Мне приходится врать, причём прямо в церкви. Но если этот Скалес действительно видит и слышит всё, что происходит вокруг Погранки, то он поймёт — я это делаю исключительно из благих побуждений.

В моих действиях нет ни крупицы злого умысла. Если бы я знал, что мой отец проще воспримет переселенца из другого мира — я бы сказал ему правду. Но любому дураку понятно: отец будет надеяться, что перед ним его сын. Тот, которого он всё это время растил.

Пусть душой я не его отпрыск, но мне всё равно хочется заменить Лада. Потому что я не хочу остаться совсем один в этом жестоком мире.

Я постараюсь это сделать как смогу. Буду помогать Добромиру. А он обучит меня знахарскому делу.

— Слушай, Лад, а ты и вправду изменился, — удивился Хотен. — И сильно. Я тебя прямо-таки не узнаю.

— Это плохо?

— Нет, как раз наоборот. Думаю, все слухи, что о тебе сейчас ходят… Это — ерунда. Не обижайся на этих людей. Они сочиняют этот бред, потому что им некуда девать свою злость. А направить её на тебя — удобнее всего. Понимаешь?

Ничего себе! Да местный священник оказался настоящим психологом. Уж не знаю, как обстоят дела с богами в этом мире, но Хотен мудр. Понимает людей. Ведь именно по той же причине я не держу зла на жителей деревни.

Одно дело, если бы это происходило в современную эпоху. Если люди в двадцать первом веке смеются над слабоумным человеком, то, очевидно, они сами от него недалеко ушли интеллектом.

Но здесь всё куда сложнее. Психические заболевания в средневековье чаще всего считали дьявольщиной, наказанием за грехи родителей, одержимостью потусторонними тварями или прочей бурдой.

Чёрт подери… Аж вспомнились лекции одного недоумка-нейрохирурга, который преподавал мне в университете. Он в двадцать первом веке заявлял, что злокачественные опухоли у людей появляются из-за проступков их родителей. Надо просто пройти его платный курс по прощению родителей, и онкология исчезнет! Тьфу!

Вот уж кого точно стоило бы сжечь на костре! И ведь это — не шутка. Маразматик и вправду пытался внушить будущим врачам, что это так и работает. Хорошо, что у многих из нас была своя голова на плечах.

Получается по итогу, что священник Хотен даже мудрее, чем наш ненормальный нейрохирург. Иронично.

— Я понимаю вас, Хотен, — кивнул я. — Но не могу понять: как так вышло, что я сам неожиданно поумнел? Долгие годы я жил с какой-то… пустотой в голове. В итоге я и сам себе не верю. И отец мне не верит. Скажите, мог ли Скалес помочь мне? Мог ли он ответить на молитвы отца?

Что ж, приходится притворяться, что я неожиданно для себя прозрел! Ну а что поделать? Хочешь жить — умей вертеться. Нужно, чтобы хоть кто-то поддерживал меня в этой деревне. Пусть хотя бы Скалесом оправдают эту перемену.

Я ведь лгу не для того, чтобы навредить кому-то. Невинным людям желаю только добра. И здоровья, разумеется. А потому хочу начать помогать им своими новыми силами. Но как мне это делать, если большинство считает меня каким-то безумным монстром?

— Как здорово, что ты обратился с этим вопросом именно ко мне, Лад! — обрадовался Хотен. — Конечно! Конечно, это возможно! Уверен, твой отец скоро это поймёт. Ты знаешь что-нибудь о Скалесе? Запомнил что-то из тех проповедей, что я читал ранее?

— К сожалению, нет, Хотен, — помотал головой я.

— Что ж, буду краток. Захочешь — придёшь на следующее собрание, — произнёс он. — Но Скалес — это бог баланса. Он понимает и хорошее, и плохое. Старается держать это в равновесии. Ты, между прочим, родился под его созвездием. Это о многом говорит, мой мальчик.

Интересно получается. Либо это простое совпадение, либо система специально подстроила способ моего развития под местную веру. Но факт остаётся фактом — слова Хотена соответствуют тому, что со мной на самом деле происходит.

— Так… Я это к чему? Ах да, — вспомнил старик. — Твой отец много молился. Поэтому не исключено, что Скалес, посмотрев на твою глупость, решил, наоборот, сделать из тебя умного молодого человека. Уж прости, если я резко выразился.

— Всё в порядке, — кивнул я. — Спасибо вам, Хотен. Надеюсь, и мой отец сможет это понять.

— Конечно, сможет, — махнул рукой жрец. — Добромир — умный мужчина. Он привыкнет. И что самое главное… Точно! Знаю, чем могу тебе помочь. Одну минуту!

Хотен поднялся, быстрым шагом прошёл в свои покои. И вскоре вернулся ко мне, держа в руках небольшую подвеску. Деревянный идол в форме тех же весов, что и висели снаружи.

— Надень это. Покажи отцу. И он поймёт то же, что и я, — произнёс он.

— А что вы поняли?

— Ну… Разумеется, в первую очередь я решил определить — монстр ты или нет. И Скалес помог мне в этом убедиться. Слухи соврали. Ты — обычный мальчишка. Знаешь, как я это понял?

— По магической соли, которая окружает церковь, — догадался я. — Она не пропускает монстров.

— Эй! — распахнул глаза Хотен. — Ты… Откуда ты это знаешь? Нет, даже думать об этом не хочу. Просто постарайся, пожалуйста, никому об этом не рассказывать. Люди думают, что это здание само по себе безопасно. Поэтому… Ох…

— Никто об этом не узнает. Клянусь, — я поднялся со скамьи. — Спасибо вам, Хотен. Вы мне здорово помогли.

Хитрый священник. Мудрый и хитрый одновременно. Подозреваю, что одних идолов Скалеса недостаточно. На самом деле здание защищает обычная магическая соль, которой пользовалась Видана.

Я сразу заметил знакомый блеск. Трудно с чем-то спутать этот цвет.

Но я Хотену не солгал. Раскрывать эту тайну нет смысла. Кто знает? Может, когда-нибудь эта тайна спасёт жизни другим людям. Не знаю, как работает Черта, но если когда-нибудь через неё прорвутся монстры, то защитить эту деревню смогут только стены церкви. И то ненадолго.

По пути домой я почувствовал странное ощущение. Изменения в своём организме. Ничего плохого или хорошего. Просто, наконец, все те странные магические колебания в моём теле приобрели смысл. Когда я получил доступ к мане, мне показалось, что это совершенно новое чувство.

Но после короткого отдыха всё встало на круги своя.

Мана — это не какой-то неведомый продукт, что даёт мне возможность управлять новой силой. Это — выжимка из двух Эссенций.

Тепло и холод. Когда я пытаюсь обратиться к своей мане, сразу же чувствую эти противоположные ощущения.

Другими словами, чтобы стать сильнее, мне нужно продолжать следовать ранее намеченному пути.

Больше Эссенций Жизни и Смерти — больше опыта. Больше опыта — больше уровней. Больше уровней — больше маны.

Все эти потоки между собой взаимосвязаны. Либо это какая-то местная магия, либо это сила, которую регулирует система.

Как говорил мой знакомый терапевт: «Без бутылки не разберёшься».

Бутылка, разумеется, мне не нужна. Я уже и сам смог понять эту схему. Но, чувствую, я лишь на самом пике айсберга. Понимать мне предстоит ещё много. И времени на это уйдёт предостаточно. Не недели, не месяцы. Возможно, годы или даже десятилетия.

По пути домой я приобрёл ещё еду. Тот же набор из мяса, хлеба и фруктов. Чтобы мы с отцом могли протянуть ещё пару дней. Добромир — мужик упёртый. Возможно, он уже сидит в своём кабинете.

Если мы будем работать вместе, то долг Харитону — это сущие пустяки. Мы закроем его всего за пару дней.

— Эй! Лад! Иди-ка сюда! — как только я собрался покинуть рынок, за моей спиной послышался знакомый голос.

Я уже знал, кому он принадлежит. Это Третьяк.

— Привет, — кивнул парню я. — Не вижу твоей «свиты». На этот раз ты один?

— Ты про этих молокососов? — хмыкнул он. — Они — болваны похлеще тебя. Не вижу смысла больше с ними водиться. Эти гады рассказали своим родителям, что ты меня заколдовал. Представляешь?

— А по-твоему, я действительно это сделал? — поинтересовался я.

— Не знаю… Вернее, я так не думаю, — замялся Третьяк. — Позволил бы я тебе себя заколдовать? Конечно же нет! И мои родители считают так же. Эта рана поганая очень долго не заживала. А обратиться было не к кому. И ты ведь всё одним листом решил. Признайся, тебе просто повезло? Отгадал, что нужно приложить?

— Думай как хочешь, Третьяк, — ответил парню я. — Главное, вижу, ты своё слово сдержал. Рассказал другим о том, как я помог. Остальное меня уже не интересует, — я опустил взгляд на его ногу, использовал свой навык. — Тем более, вижу, рана почти полностью зажила.

— Стой, Лад! — решил задержать меня он. — Я… Ну в общем, спасибо тебе. Наверное. Не знаю, соврал ты или нет насчёт того, что ногу отрезать придётся…

— Теперь уже не придётся. Не за что, Третьяк, — улыбнулся ему я. — Рад, что тебе помогло.

— Ты это… Ну, как его там… В общем, Скитальцы объявили созыв. Собирают новичков. Мне уже шестнадцать есть, так что меня они возьмут. Я обязательно схожу к ним. Ты если что — приходи через пару лет. Может, они и тебя примут.

Ну надо же. Как быстро переобулся местный задира. И меня отблагодарил, и даже к Скитальцам решил записаться. Вот это точно магия!

— Посмотрим, Третьяк, — ответил ему я. — Может, когда-нибудь окажемся в одних рядах. А пока что мне надо идти. Дел много. Если вдруг кому-то из знакомых понадобится помощь — сообщи мне, будь добр. Мы с отцом поможем чем сможем.

— Непременно, — кивнул парень.

Я же, наконец, покинул рыночную площадку и прошёл ко двору Харитона. Вот только ситуация оказалась не такой, как я ожидал. Пристройка, в которой всегда работал мой отец, была заперта.

Зато около нашего сарая стоял уже знакомый мне Семён. Тот самый громила, который пытался мне накостылять при первой же встрече. А в дверях — сам «барин». Богатейший человек в Погранке. Харитон.

И со стороны это выглядит так, будто этот подонок загнал моего отца в сарай силой.

— И какого же лешего здесь творится⁈ — крикнул Харитону я.

Семён тут же вышел мне наперерез, но торговец тут же его отозвал.

— Лад, а ты меня удивил, — поджал губы Харитон. — Кто бы мог подумать, что ты и в самом деле сможешь вытащить отца с того света. Вот только почему-то о деньгах он ничего не знает. Говорит, что у вас ни гроша за душой нет. Как же так вышло? Обмануть меня вздумал?

Плохо дело. Что-то больно рано он припёрся.

— Вообще-то, Харитон, у меня уже есть пятая часть суммы. И я готов выплатить её сейчас. Странно только, что вы не сдержали своё слово. Мы договаривались обождать неделю, — произнёс я.

— Не слушайте его! — воскликнул отец. — Лад же… Ты ведь знаешь, Харитон. Он ведь не соображает ничего. Пожалуйста, ты только его не трогай. Он этого не заслужил. Я всё тебе отработаю, обещаю.

И я побежал. В сторону, за кусты. Туда, где меня никто не увидит.

— Ха-ха! — послышался громкий смех Харитона. — Сбежал твой дурачок. А мне он втирал, как будет помогать тебе, как выплатит свой долг. Всё, Добромир, нет у тебя больше защитничка.

— На, держи, — я бросил под ноги Харитону две серебряные монеты. Не смог сдержать пренебрежения. Такого подонка ещё поискать надо!

Для него ведь эти десять серебряников — сущие мелочи. Он зарабатывает золото. Десятки, если не сотни золотых монет. Я видел, как его повозки постоянно катают туда-сюда. Из одной деревни в другую.

Так он ещё и меня решил очернить. Я отбежал только для того, чтобы достать свою заначку из-под камня. Мелочь оставил, она нам ещё пригодится. Но прятать в том месте свои деньги я больше не буду. Семён точно увидел мою заначку. Придётся теперь найти новое место.

Возможно, даже поближе к Черте. Уж туда точно ни один дурак не сунется.

— Семён, подбери, — не отрывая от меня взгляда, бросил Харитон.

Здоровяк тут же присел на корточки и принялся искать в грязи серебряные монеты. Видимо, болван решил, что торговец собирается ему отдать эти деньги. Ага, как же.

— Два серебряника, Харитон! — с трудом сложив «один плюс один», заявил Семён.

— Осталось восемь, — произнёс я. — Даже меньше.

— Но и у вас с отцом осталось меньше недели, Лад, — поморщился Харитон. — Пока долг не вернёте, я вас в свою пристройку не пущу. Хоть в сарае принимайте — мне всё равно. Ах да… Те деньги, которые ты дал мне в прошлый раз, теперь не считаются.

— Это ещё почему? — возмутился я.

— Куда мои вилы делись, уродец малолетний? — оскалился Харитон. — Что думаешь? Этот сарай вам не принадлежит. Всё, что находится на этой территории — моё. И вы тоже принадлежите мне. Если захочу — продам вас. Не захочу — заставлю работать на себя.

— Да пошёл ты! — на этот раз не сдержался мой отец. — Я был должен тебе всего пять серебряников. А ты удвоил сумму. Не переживай, Харитон, ты свои деньги получишь. Но после этого мы с тобой больше никогда не свяжемся. И помощи тебе от нас не будет. Помирать будешь, скотина — не вылечим.

— Следи за языком, Добромир! — рявкнул Харитон. — Одно моё слово — и Семён тебе шею ногой переломит.

Не станет он этого делать. Меня могут продать, а отца не тронут. За единственного знахаря дом Харитона жители сами подожгут.

Не сейчас. Не сразу. Потом. Когда вспыхнет какая-нибудь эпидемия. Правильно сказал жрец Хотен. Люди найдут, куда выплеснуть своё зло.

— Эй, уважаемые! — во двор Харитона забежал мужчина. Его аж трясло. Весь грязный, встревоженный. В деревне явно что-то случилось.

— Чего надо⁈ — огрызнулся Харитон.

— Так это… Знахарь ваш нужен.

— Добромир ещё не в состоянии работать, — отмахнулся от мужика Харитон.

— Так я не про Добромира. Я про вашего нового… Этого… Как его там называли? Про Лада, да!

Вот так номер. Пришли за помощью не к отцу, а ко мне. Где-то мой план явно сработал лучше, чем я думал.

На самом деле удивительная ситуация. Почему ко мне, а не к отцу? К нему по идее должны были обратиться в первую очередь. Но с этим разберемся позже, сперва надо узнать, что произошло.

Добромир схватил палку, опёрся на неё, как на трость. Вышел из сарая, попутно оттолкнув в сторону Семёна, который попытался преградить ему путь.

— Я пойду с тобой, Лад. Поработаем вместе, — сухо сказал он.

Вот уж не думал, что уже так скоро нам с отцом предстоит объединиться.

Но это — отличный шанс. Так я смогу и повысить свой авторитет, и получить деньги, а заодно и сблизиться с Добромиром.

— Пойдём, отец, — кивнул я. — Не будем бросать человека в беде.

— Да там… Это… — замялся мужик. — Там у нас проблема похлеще. Не один человек пострадал. Все жители дома свалились. Такие дела!

Глава 10

Очевидно, тут сработало какое-то слишком уж удачное стечение обстоятельств. Чтобы кто-то сам пришёл ко мне за помощью? Это уж совсем из ряда вон выходящая ситуация.

Я, конечно, уже начал распространять о себе хорошие слухи, но пока это не должно было возыметь такого эффекта. Уж слишком быстро ко мне пришли за помощью. Что-то здесь не так.

Скорее всего, жители деревни уже смирились с тем, что Добромир выкарабкаться не сможет. Но этого всё равно недостаточно, чтобы так срочно звать на помощь меня.

Отчаяние? Даже этого чувства не хватит, чтобы попросить о помощи едва заявившего о себе подростка-знахаря, которого всю жизнь считали главным дурачком Погранки.

— И чего ты добиваешься, Добромир? — Харитон схватил моего отца за плечо. — Хочешь помереть посреди деревни? Хороший же ты покажешь пример своему сыну! Какой же из тебя знахарь, если ты даже сам о себе позаботиться не смог?

— Лучше отпусти меня, — стиснул зубы мой отец.

Почему-то Харитон сразу же его послушался. Уж не знаю, чем его так испугал ослабевший Добромир, который сейчас даже вшивого кота не смог бы одолеть в поединке. Но торговец всё же отступил.

— И я должен вам двоим поверить? Довериться оборванцам! — разозлился Харитон. — А что, если всё это — подстава? И на самом деле там никаких больных? А вы просто хотите сбежать от меня, не вернув долг.

— Как это «никаких больных», Харитон? — удивился пришедший за нами мужчина. — Говорю же, там весь дом слёг! Три человека прийти в себя никак не могут!

— Да ну? А может быть, тебя этот мальчуган подкупил? — торговец указал взглядом на меня. — Может, у них с отцом денег на самом деле — хоть задницей жуй! Вот они и решили сэкономить. Захотели сбежать, оставить меня ни с чем!

Какая же всё-таки паскуда этот Харитон. Из-за какой мелочи он вообще развёл всю эту эпопею! Сходу не могу сказать, сколько примерно соответствуют местные десять серебряников в переводе на рубли из моего мира… Но, если навскидку, мы этому говнюку и сорока тысяч не должны.

Он просто пользуется своим положением. Почти все товары из крупных городов поставляет сюда он. И то, что продают местные фермеры, тоже отвозит в города именно Харитон. И имеет с этого очень большой процент выручки.

Вся экономическая система Погранки завязана на этом человеке. Поэтому он и позволяет себе такое поведение. Корона жмёт, видимо. Не знаю пока что, есть ли староста в этой деревне, но создаётся впечатление, что этот человек в сравнении с Харитоном никакой власти не имеет.

— Если бы у нас с отцом были деньги, мы бы уже давно вернули долг и обустроили себе отдельный кабинет. Не нужно держать нас за трусов. Мы никуда сбегать не собираемся, — решил встрять я. — Вы и так забрали у нас последние монеты. Что ещё надо? Договорились на неделю, значит давайте будем держать данное слово. И вы, и я.

Понимаю, что из уст подростка это звучит смешно, но не мог я удержаться. Слишком уж оборзел этот Харитон. Иногда можно выслушать и стерпеть, чтобы сохранить свою жизнь. Но тут уже перебор.

Он очерняет нас с отцом. На ровном месте! Без доказательств. И это после того, как я выплатил ему весомую часть суммы. Так дело не пойдёт. Тут уж я промолчать никак не могу.

— Простите, но я правда не могу больше ждать! Там Митрий со своей семьёй валяется. Он очень просил позвать знахарей! — взмолился присланный мужичок.

— Митрий? — удивился мой отец. — Это тот, что свиней разводит?

— Он самый, Добромир. Совсем загибается бедняга. Куда ж мы без него денемся? Я работу потеряю, да ещё несколько добрых мужиков! Спасать его надо.

— Хорошо, — махнул рукой Харитон. — Лихо вас всех подери, что ж ты сразу не сказал, что с Митрием плохо? Он же мне поставку обещал на следующей неделе. Кто мне будет платить? Его труп? Добромир, Лад, ступайте. Так уж и быть, на этот раз я вам поверю.

Ну конечно… Раз Митрий деньги должен, значит его надо спасать. А раз вся семья разболелась, то и продать будет некого. Готов поспорить, что в случае гибели Митрия и его семьи Харитон просто заберёт их свиней. И никто ему слова против не скажет.

— Пойдём, Лад. Заодно покажешь мне, чему смог научиться тут без меня, — прокашлявшись, произнёс отец. Для меня это звучало как вызов. — Митрий — хороший человек. Он всегда нашей семье доверял. В отличие от многих никогда над тобой не смеялся. Обязательно ему поможем.

— Вот, смотри, — я передал отцу сумку с травами. — Это всё, что мне удалось собрать. Больше ничего нет.

Хотя у меня есть и другой козырь. Я могу помочь семье Митрия и другими методами. Своей новообретённой силой. «Базовая биомантия» должна убрать хотя бы часть симптомов.

Вот только показывать эту силу отцу пока что не стоит. Лучше действовать аккуратно. Нужно дождаться момента, когда отец начнёт мне доверять. Когда он поверит, что перед ним настоящий Лад и возьмётся меня обучать своему ремеслу, тогда-то я и поведаю ему о своих способностях.

Возможно, через какое-то время он сможет их принять. Поймёт, что мы оба получим пользу от этих сил.

— Где ты был? — шагая к дому Митрия, спросил отец. — Куда ты ушёл сегодня утром? Знаю, что я тебя расстроил своими словами, но… Не знаю, может, ты теперь и вправду в состоянии меня понять, — Добромир пожал плечами. — Я просто был в ужасе из-за того, как ты изменился, Лад. Мне это показалось ненормальным…

— Я был в церкви Скалеса. Разговаривал со жрецом Хотеном, — я достал из-за пазухи деревянный оберег, который отдал мне священник. — Вот. В качестве доказательства, что я — не монстр. Видишь? На груди ношу. Хотен сказал, что твои молитвы были услышаны. Возможно, поэтому ко мне вернулся разум.

Добромир несколько раз кивнул, а затем тут же отвернулся. Понял меня, поверил. Но не хотел, чтобы я видел его слёзы.

— Прости, что вынудил тебя пойти на такие меры, Лад, — вздохнул он. — Зря я тебе не поверил. Видимо, башка до сих пор в себя не пришла после лихорадки.

Он был искренен в своих словах.

— Всё хорошо, — помотал головой я. — Если честно, я и сам удивился, что… так резко получил возможность мыслить.

— Ты прав, Лад. И Хотен прав. Видимо, дело не в том, что случилось в лесу. Это Скалес тебя благословил. Да, точно! — Добромир начал убеждать сам себя. Выбрал вариант, который ему самому по душе, а не тот, который вызывает больше всего подозрений. — Мы теперь с тобой, Лад, ох как заживём! Если ты правда научился… — он осёкся. Как раз в этот момент рука отца забралась в мою сумку. Он осмотрел несколько трав, удивлённо взглянул на меня. Даже вопрос не стал задавать. Я сам понял, что он хочет от меня услышать.

— Да, совался несколько раз за Черту. На болоте собирал некоторые цветки. И водоросли тоже оттуда. Всё строго по твоим записям, — объяснил я.

— Знаешь, как любой нормальный отец, я должен дать тебе подзатыльник за то, что ты выбрался за Черту! — покачал головой Добромир. — Но не стану. Только благодаря тебе я жив. И это мы ещё не разобрались, откуда ты взял столько денег для Харитона. Обсудим всё это дома, когда закончим с Митрием.

Что ж, вроде бы контакт налажен! Ссориться с отцом не вариант. Так я далеко не уеду. Поэтому надо хорошо обдумать суть предстоящего разговора.

Зато теперь он снова воспринимает меня как своего сына. Как бы только это не закончилось какой-нибудь бестолковой гиперопекой.

Ведь на его месте многие бы поступили именно так. Сын родился слабоумным, годами от него не было никакого толку, а тут вдруг он неожиданно прозрел!

В таком случае многие родители начинают излишне оберегать своих детей. А мне это как раз совершенно не нужно. Когда наступит время переговорить с отцом на эту тему, нужно сразу дать ему знать, что я работаю со Скитальцами. Ещё не вступил в их ряды, но собираюсь это сделать.

Пусть лучше он примет этот факт как можно скорее. Не хватало мне ещё от собственного отца постоянно скрываться.

Нас с Добромиром провели в дом, где жила семья скотовода Митрия. Проходя через главную дверь, я чуть не расшиб себе голову о проём. Никогда не понимал, почему в деревнях вырубают такие низкие дверные проёмы, что даже подросток в них едва пролезает. Будто тут не люди, а гномы какие-то живут.

Причём, помню, такая же проблема была и в моём мире. Мой сменщик как-то раз уехал на вызов в село, а вернулся оттуда в неврологическое отделение. Приложился головой о низкий проём так, что заработал себе сотрясение мозга. Даже кожу на лбу зашивать пришлось.

— Вот, уважаемые, проходите скорее, — зазывал нас мужчина. Он так до сих пор и не представился. Как я понял, этот человек работал на Митрия и очень хотел, чтобы мы помогли пострадавшему как можно скорее.

Видимо, отец прав. Хороший человек, должно быть, этот Митрий, раз даже его работники так о нём беспокоятся.

Эх, хотел бы я посмотреть, как поведут себя сотрудники Харитона, если тот заболеет. Что-то я сомневаюсь, что всё село начнёт молиться за его здоровье.

Кстати, странно, что Погранку тут называют именно деревней, а не селом. В моём мире было заведено так: есть церковь — село, нет церкви — деревня.

Видимо, тут свои правила даже в таких мелочах.

Мы с отцом прошли вглубь комнаты. У дальней стены лежало два человека. Митрий — худощавый мужчина лет сорока — и его жена. Напротив сидел парнишка, примерно того же возраста, что и я. Может, чуть помладше.

Он — единственный, кто не лежал в практически бессознательном состоянии.

— О… — промычал Митрий. — Добромир? Это что же происходит такое? Как это понимать? Это тебе стало лучше, или я уже присоединился к тебе на том свете?

— Рано нам с тобой ещё помирать, — Добромир сел рядом с Митрием. — Сейчас что-нибудь сочиним. Достанем тебя из этой задницы.

— Так Харитон сказал, что тебя сын уже давным-давно похоронил, — заявил Митрий. — Я как раз собирался узнать у Лада, где твоё тело лежит. Но слёг…

Похоронил? Вот ведь скотина, этот Харитон! То-то я удивился, что о помощи пришли просить именно меня. Интересно, зачем он вообще пустил такой слух? Возможно, это часть его плана. Собрался использовать меня в своих целях.

Чёрт подери… А ведь правда. Возможно, все эти россказни про то, что он собирается продать меня в рабство — полная чушь. На деле же он понял, что я кое-что смыслю в знахарстве. Поэтому решил смириться с гибелью моего отца, чтобы затем продавать мои услуги.

А с меня брать процент. Только Добромир взял и выжил!

Не факт, что это правда, но очень уж похоже на этого торговца. Поэтому он и возмущался. Не хотел, чтобы Добромир шёл осматривать больных. Потому что Добромир по его легенде уже мёртв, либо вот-вот отдаст концы.

Но могла быть и другая причина, почему Харитон распустил слухи. Пока это не столь важно, сперва надо больных осмотреть.

— Плевать на эти слухи. Мы с Ладом вам поможем, — заключил отец. — Только расскажите, что вас беспокоит. Из-за чего свалились-то?

— Да кошмар какой-то, Добромир… — вздохнул Митрий. — Всё вроде в порядке. Кашля нет, в туалет ходим нормально. Но лихорадит нас страшно. Того и гляди подохнем… И никак не можем понять, с чем это связано.

Хм, а вот это и вправду интересно. Обычно, если сразу несколько связанных между собой людей выходят из строя, значит дело в инфекции. И всё вроде совпадает. Ведь инфекция подразумевает лихорадку — ответ организма на внедрение бактерий или вирусов.

Но больше никаких симптомов нет. Либо больным так кажется. На деле же другие проявления они просто не замечают… Такое возможно.

С тем же вирусом гриппа много раз приходилось наблюдать схожую картину. Удивительно, но иногда он не вызывает никаких явных проявлений. Просто из-за присутствия вируса иммунитет нещадно жарит людей температурой — и всё.

Именно в этом, кстати, часто заблуждались мои пациенты ещё в прошлом мире. Почему-то большинство людей думает, что вирусы, бактерии и прочие микроорганизмы вызывают температуру. Но на деле это совсем не так.

Как раз наоборот, лихорадка — это способ нашего иммунитета убивать внедрившиеся в организм инфекционные агенты. Они не могут выживать при высокой температуре.

Но… Проблема в том, что и белки нашего организма на это неспособны. Поэтому часто лихорадка убивает людей быстрее, чем инфекция.

Пока отец разговаривал с Митрием, я активировал «Диагностический взгляд». Оценил, что происходит сейчас с его телом.

/Витальность: 70 из 110/

Ну, это ещё неплохо. Здоровья у него много, у жены и сына примерно такая же картина. Просто лихорадка скосила. Но если не вмешаться, витальность продолжит падать. И с каждым днём всё быстрее и быстрее. Это мы с отцом ещё вовремя пришли. Есть шанс поскорее управиться.

— Лад, ты, наверное, не кружись тут, — предложил Добромир. — Осмотри пока Кольку — сына Митрия. Может, найдёшь что-нибудь. А я пока взрослыми займусь.

Ну, я и не ожидал, что отец сходу доверит мне браться за полноценное лечение. Ничего, у меня уже есть план, как помочь всем троим. Это даже к лучшему, что отец меня решил отогнать.

Зато я смогу теперь аккуратно осмотреть других пациентов и выявить общую закономерность.

Я остановился напротив Коли — сына Митрия. Бледный мальчик поднял на меня взгляд.

— Только не мсти мне, пожалуйста, Лад, — прошептал он. — Не рассказывай отцу, что я… Что я так обходился с тобой. Мне сейчас так плохо… Ещё и эти пятна зудят. Невыносимо.

Видимо, и этот мальчуган когда-то насмехался над моим предшественником. Трудно уже сказать, кто только над ним не насмехался.

Но ситуация изменилась. Больше насмехаться над собой я не дам, но и в беде людей не брошу. Особенно ребёнка.

— Пятна, говоришь, зудят? — уточнил я. — А можешь их показать?

Он приподнял рубашку. На его плечах, груди и животе появились высыпания. Где-то обычные пупырышки — папулы, где-то просто красные пятна. Интересно…

Первый раз такое вижу. Так сходу и не скажешь, что это за болезнь такая. Возможно, я никогда ни с чем подобным не сталкивался.

Осматривая тело Коли, я активировал «Диагностический взгляд».

Тут же вокруг его силуэта появились подсказки системы.

/Лихорадка/

/Острая аллергическая реакция/

Это я уже и сам понял. И судя по тому, что я вижу, взглянув на его мать, там точно такая же картина. Как я и думал. Симптомов у них больше никаких нет! Ага, как же!

Пациенты часто ведут себя как пленники на допросе. Что-нибудь путное из них вытащить сложно. Зато уши заговорят только так! Поэтому важно уметь задавать правильные вопросы. Хороший сбор анамнеза — половина задачи.

— У тебя тоже больше никаких симптомов нет? — уточнил у мальчика я. — Только температура и эти пятна?

— Угу, — кивнул он. — Но я заболел позже. Отец с мамкой раньше свалились. Вы с Добромиром сможете нам помочь? Сможете же, Лад?

— Даже не сомневайся, — спокойно ответил я. Затем повернулся к Добромиру. — Отец! Посмотри, есть ли пятна или прыщики на теле Митрия.

Отец долго молчал. Пациентов он осматривал вдумчиво. Не спешил.

— Хм… Да, и вправду есть, — отметил он. — Митрий, а ты какого лешего молчал? Не мог сразу сказать, что у тебя кожа зудит?

— Да я подумал, что съел что-то не то… Такое бывает. Особенно когда чай из луговых трав выпьешь, — произнёс больной.

Ага… Аллергены. С луговыми травами всё ясно. От них может возникнуть индивидуальная аллергическая реакция. Но что за чертовщина происходит с остальными — ума не приложу.

Не могло такого случиться от обычных трав. Если, конечно, в этом мире нет растений, которые сами по себе вызывают лихорадку. Чисто в теории это очень даже возможно. Причём даже без всякой магии. Просто в этих растениях могли содержаться пирогены — вещества, которые и вызвали повышение температуры.

Однако интуиция подсказывала мне, что дело не в этом. Да, скорее всего, они все дружно съели что-то не то. Работники ведь не заболели? Нет. Значит инфекция не передаётся воздушно-капельным путём. Значит, тут что-то вроде кишечной инфекции, как у Гостомысла, которого я лечил пару дней назад.

Стоп… И опять не то. У Гостомысла была рвота и адовая диарея. Так себя обычно кишечные инфекции и проявляют. А эти отделались одной лишь сыпью.

Я мысленно обратился к системе. К своим навыкам, которые получил от неё.

Могу ли я использовать «Диагностический взгляд» и осмотреть внутренние органы более подробно?

/Усиление навыка «Диагностический взгляд» требует затраты маны/

/5 единиц маны за 30 секунд осмотра/

Этого хватит. Должно хватить! Я знаю, куда нужно смотреть. Знаю, из-за чего могла появиться эта сыпь. Тридцати секунд мне с головой хватит. А осматривать всех троих нет смысла. У них одно и то же заболевание.

Я сделал глубокий вдох, заставил ману выделиться из накопленных Эссенций. Что особенно приятно, Эссенции при этом не тратились. Он производили ману, но при этом сохранялись в прежнем количестве.

Активировал «Диагностический взгляд». Снова посмотрел на Колю. Только на этот раз постарался вгрызться своим зрением в его кишечник.

И нашёл то, что искал.

Да. Как я и думал. Инфекция, но совсем другого рода. Не бактериальная, не вирусная и даже не грибковая.

Паразитарная.

Поэтому иммунитет отреагировал сыпью. Такое часто происходит, когда в теле человека оказывается крупный организм, чьё тело само по себе вызывает аллергию.

И этот организм — червь. Причём выросла эта сволочь очень быстро. Удивительно даже. Но его форма совсем не похожа на типичных паразитов, которых в моём мире можно было подхватить из свиного мяса.

Да, именно на свиней я и грешил. Раз Митрий их разводит, значит часть мяса идёт на продажу. А часть — в дом.

Похоже, несколько дней или недель назад в организм этих людей попали яйца паразита. Он вылупился, заставил иммунную систему взбунтоваться.

— Это паразит, отец, — сообщил Добромиру я. — Вот в чём дело.

— Кто-кто? — не понял он.

Видимо, и это слово местные жители не знают.

— Червь, в кишечнике. Знаешь, как с такой дрянью работать? — уточнил я.

— Свиной яйцеклад… Ну конечно! — вскинул брови отец. — Ты прав, Лад. Ох и давно же я эту тварь не видел…

— Тварь⁈ — испугался Митрий. — Всё настолько плохо? Что в нас сидит, Добромир? Мы умрём? Нас сожрут заживо?

— Да тише ты, — Добромир легонько хлопнул Митрия по плечу. — Ишь разбуянился! Не пугай жену с детьми. Ничего с вами не будет. Лад правильно подметил. Знаю я, что с вами делать. Сейчас водоросли болотные съедите. Да, знаю, неприятно. А что поделать? Придётся. И вся эта дрянь из вас выйдет.

Пока отец успокаивал Митрия, я положил руку на плечо Коли и использовал свой новообретённый навык.

«Базовую биомантию».

Снизил ему температуру. Совсем чуть-чуть — буквально до тридцати семи градусов. Ниже опускать нельзя. Иначе червь решит, что ему можно размножаться.

То же самое я сделал с матерью Коли. Затем перешёл к Митрию, положил руку на его колени и повторил активацию навыка.

Почувствовал лёгкую слабость. Моему телу хуже не стало, но голова закружилась. Организм взбунтовался. Не привык терять так много маны за один раз.

А я только что потратил сразу двадцать единиц из двадцати пяти. Почти до нуля опустил весь свой запас. Но использовать эту силу было необходимо. И пациентам пойдёт на пользу, и я научусь лечить людей одним прикосновением.

Все в плюсе!

— Ты чего это делаешь, Лад? — заметив, как я трогаю ноги Митрия, поинтересовался отец.

— Проверяю, есть ли отёки. Вдруг эти твари ещё и в почки заползти успели! — выдал я.

Чушь, конечно, та ещё. Но логичная. А кто знает? Может, в этом мире паразиты и на такое способны? Уж если они растут так быстро, то чему тогда удивляться?

— А откуда взялись эти черви проклятые? — вздохнул Митрий. — Мы руки мыть стараемся, как ты нас и учил. Еду Любава хорошо готовит. Никогда проблем не было.

— Боюсь, Митрий, проблема в твоих свиньях, — сообщил ему Добромир. — В ближайшее время я не рекомендую тебе их продавать. И мясо есть не советую. Возможно, они заражены свиным яйцекладом.

— Но откуда эта дрянь могла в них взяться? — задрожал Митрий. — Боги… Добромир, ты же знаешь меня. Я всегда о своём скоте хорошо забочусь. У меня порой на еду для свинюшек денег уходит больше, чем на семью. Я же их всех по именам знаю!

Для него это большой удар. И дело даже не в его привязанности к животным. Он потеряет очень много денег, если свиней придётся забить и… Что дальше с ними делать? Только сжечь. Или выбросить на болота. Пусть упыри червями заразятся!

— Думаю, ты не виноват, — отец отвёл взгляд.

И мне это показалось странным. Будто он что-то знал, но не спешил рассказывать Митрию об этом. А вот это уже очень интересно. Отец полон загадок. И пока что ни одну из своих тайн он мне так до сих пор и не раскрыл.

— Будете есть водоросли, — он выложил на стол целую кучу найденных мной болотных растений. — Начинайте прямо сейчас. До рвоты их глотать не надо. Но постарайтесь съесть столько, сколько сможете. А потом… — Добромир пожал плечами. — Готовьтесь, что вам придётся в отхожее место сбегать. И не один раз.

— Спасибо тебе, Добромир, — Митрий вцепился в предплечье моего отца. — Спас нас. Снова. Мы этого никогда не забудем.

— Лучше скажите спасибо Ладу, — подметил отец. — Он быстрее меня понял, в чём беда.

— Хорошая растёт замена, — улыбнулся Митрий. — Кто бы что ни говорил, а я всегда знал, что у такого мужика, как ты, не может быть бестолковый сын. Спасибо тебе, Лад!

— Митрий, если ты не против, мы ещё твоих свиней посмотрим, — поднявшись с табурета, произнёс отец. — Идёт?

— Да, конечно. Вы их не бойтесь, они добрые. Макар вас проводит. Если что-то узнаете — обязательно мне сообщите.

Мы с отцом вышли на скотный двор.

Ноги у Добромира подкосились. Я вовремя подхватил отца под руку. Не дал упасть.

— Слабость так и не отступает? — спросил я.

— А куда она денется? Спасибо тебе, Лад. Ты и вправду хорошо себя показал. Удивил меня. Мы позже обсудим с тобой вопрос твоего обучения. Но для начала… Сам понимаешь. Нужно разобраться с животными. Боюсь, я знаю, что с ними происходит. Я ведь не просто так дал семье Митрия водоросли. Болотные водоросли. Ты ведь пока что не знаешь, как они работают?

Я помотал головой.

— Сейчас объясню, Лад. И если я прав… У нашей деревни очень большие проблемы. Погранка в опасности, как я и предполагал.

Глава 11

С тех пор, как я здесь оказался, Погранка постоянно в опасности. Только опасность эта не явная. С одной стороны, все монстры и прочая дрянь обитает за непроходимой Чертой. Я уже понаблюдал, что происходит с теми же кусачами при контакте с магическим барьером.

Моментальная смерть.

Думаю, что тут дело даже не в размере. Иначе бы те же болотные упыри уже давно начали пролезать сюда хотя бы по одному. Но при этом атмосфера в деревне всё равно неспокойная.

В церкви Скалеса я слышал, как исчезают люди. У женщины пропали муж и сын. И я бы, может, даже не обратил на это внимание. Всякое бывает! В лесу заблудились, на хищников нарвались или попали под атаку каких-нибудь бандитов или разбойников. Удивляться тут нечему.

Но дело в том, что разговоры о пропаже людей я услышал не в первый раз. Когда покупал продукты, кто-то из жителей упоминал пропажу одного старика, что жил на окраине деревни. И, если не ошибаюсь, даже тот случай не был единичным.

Кроме всего этого в деревне уж слишком много болезней. И дело тут вовсе не в отсутствии медицины как таковой. За одну неделю проживания здесь я увидел слишком уж много клинических случаев. Будто по домам ходит какая-то разношерстная хворь, которая у каждого человека проявляется по-своему.

По крайней мере, именно так я вижу всю эту картину.

Но отец, похоже, собрался рассказать мне о чём-то другом.

Добромир зашёл в загон, выбрал одну свинью и аккуратно осмотрел её голову. Прощупал кожу под ушами и на шее.

Интересно, это он её лимфатические узлы проверяет? В анатомии человека я разбираюсь хорошо, но положение органов в теле животных знаю лишь примерно.

— Вот ведь бедняга, — вздохнул Добромир. — Потрогай, Лад. Не бойся. Чувствуешь шарики под кожей?

Я повторил за отцом, параллельно активировал «Диагностический взгляд». Что ж… Я оказался прав лишь частично. Отец действительно прощупывал лимфатические узлы. Ведь именно в них и находилась эта зараза.

Другие живые существа. Моя способность быстро их уловила.

/Получены новые диагностические данные/

/Паразитарная инфекция. Инвазия взрослых особей в лимфатические узлы головы и шеи/

Так система ещё ни разу не формулировала свои отчёты. Видимо, она умеет показывать только то, в чём я сам разбираюсь. Но при этом записывает новые знания в свой внутренний справочник.

Это удобно. В следующий раз, если я снова столкнусь с такими паразитами, найти их будет совсем нетрудно.

— Ты сказал, что Погранке грозит большая опасность, — напомнил отцу я. — Что ты имел в виду?

— А ты сам взгляни на весь этот скот, — Добромир прошёл к следующей свинье. — У всех одна и та же проблема. Целое стадо заразилось этими тварями! Где-то они их подцепили. И я готов на последние гроши поспорить, что источник находится не на лугу, где они обычно пасутся. Там земля чистая. И с растениями никаких проблем нет. Ни разу в жизни не слышал, чтобы чьи-то животные подхватили хворь в этих местах.

Значит, остаётся лишь два варианта. Либо они подхватили паразитов из мясной пищи, которую им даёт Митрий. Либо…

— Вода, — заключил я.

— Именно. Это меня и тревожит, Лад, — заключил отец. — Мы с тобой только что дали Митрию и его семье водоросли. Помнишь, где ты их нашёл?

— На болотах. В твоих записях было отмечено, что они прочищают кишечник, — вспомнил я.

— Да, только в данном случае их главная задача в другом. Видишь ли, эти водоросли не перевариваются, проходят в чистом виде и тянут за собой всякую дрянь. Но самое важное — свиные яйцеклады питаются этими водорослями, пока не найдут себе хозяина. Такой у них инстинкт. Сейчас эти твари всей гурьбой зацепятся за съеденную водоросль и покинут организм. Выздоровление наступит очень быстро, в считанные часы.

Кажется, я понял, к чему ведёт отец.

— Раз эти яйцеклады живут на болоте за Чертой… Значит, попасть сюда им должно быть непросто, — отметил я.

— Верно мыслишь, Лад, — улыбнулся отец. Похоже, он впервые за день искренне порадовался тому факту, что теперь его сын может поддерживать беседу. — Где-то, значит, у нас вода подпортилась. Нужно переговорить со старостой, проверить колодцы.

Может, болотная вода каким-то образом попала в грунтовые воды? Если это так, то тут не один источник, а сразу несколько могли испортиться. Да и люди должны были почувствовать, что с водой что-то не так. Уж болотную вонь ни с чем не спутаешь!

Да и инфекция пока что возникла только в одном доме. По деревне она ещё не распространилась. А учитывая, что с этим очагом мы разобрались, вероятно, её распространение и не произойдёт.

Скорее всего, всё гораздо сложнее, чем мы думаем.

— А свиней придётся забить, — покидая загон, заключил Добромир. — Всё-таки я не ошибся. Оставлять их нельзя. Пойду расскажу о своих выводах Митрию. Заодно возьму оплату.

— А животных теми же водорослями вылечить не получится? — поинтересовался я. — Понимаю, что это сложнее, чем с человеком. Но всё же если есть возможность сохранить стадо, лучше ею воспользоваться.

— Да я тебя понимаю, Лад. Мне тоже их жалко. И Митрия жалко. Он теперь, считай, совсем без дела останется, — пожал плечами отец. — Но на животных эти водоросли почему-то не действуют. Такое только с человеком можно провернуть, и то — если поторопиться.

Ага… Кажется, я всё понял. Лично мне причина, по которой водоросли не действуют на свиней, предельно ясна. У них уже совершенно другая стадия заражения. Особи не только в кишечнике. Они уже попали в лимфатические узлы и мышцы. Оттуда этих тварей так просто не достать.

Тут нужно хорошее противопаразитарное средство. Или даже хирургическая операция. Такое тут пока что даже с людьми проворачивать не умеют, не говоря уже о свиньях.

Я подождал отца около дома Митрия. Вскоре он вышел ко мне. Всё ещё пошатывался. Первый выход из сарая дался ему с большим трудом.

— Что ж, Митрий не поскупился, — отец показал мне мешочек с монетами. — По пятьдесят медяков за человека заплатил. Этого нам с тобой на какое-то время хватит. Если продолжим в том же духе, то до конца недели вернём Харитону весь долг.

— Ты же не думаешь возвращаться назад — в старую пристройку, которую он нам арендовал? — поинтересовался я.

— Не хочу. Но не вижу иного выбора, Лад, — покачал головой отец. — Какие у нас ещё варианты? Больше жильё нам никто не даст. Мы, конечно, здорово с ним повздорили, но… Не на улице же нам с тобой жить? И больных тоже где-то принимать надо. Залежался я, пора уже снова возвращаться в свой кабинет.

М-да, и это очень серьёзная проблема, которая пока что только маячит на горизонте. Но скоро нам с ней всё равно придётся столкнуться.

Домой мы вернулись ещё до вечера и первым делом решили обустроить наше временное жилище. Пока что сарай выглядит даже хуже, чем свинарник Митрия.

Пока отец приходил в себя после похода к больным, я достал бадью с грязной водой, вылил содержимое, отмыл её, а затем натаскал свежей колодезной воды. На всякий случай внимательно осмотрел воду.

Запах обычный, вода прозрачная. Местами можно найти песчинки, но это — мелочи. Максимум, чем нам такое питьё грозит, так это появлением камней в почках.

Понимаю, что яйца паразитов так просто не разглядеть, но если бы в этот источник попала болотная вода, я бы точно это почувствовал!

Пока я возился с бадьёй, отец снова собрался с силами и принялся устраивать небольшую перестановку. Раз уж в ближайшие несколько дней сарай продолжит быть нашим убежищем, надо его обустроить.

Через пару часов работы в сарае даже стало не так пыльно — дышать теперь гораздо легче. Кроме того, вскрылось ещё несколько щелей, через которые к нам теперь мог поступать не только чистый воздух, но и свет.

— Ну а теперь рассказывай, — отец уселся на свою лежанку, насупился. Настало время для отложенного нами разговора. — Знаю, что ты помог несколько людям, но денег всё равно слишком много. Ты ведь отдал Харитону почти четверть долга! Скажи честно, Лад, ты же их не украл?

Как ответить отцу я уже продумал. Он знал, что я заходил за Черту. Знал, что я ходил к дому ведьмака. Утаивать это не было смысла — всё равно Бажен потом всё расскажет.

Я поведал о своём путешествии, но умолчал о том, что мне пришлось пересечься с монстрами. Поддержал старую легенду. Нашёл пару трофеев на уже убитых телах упырей, продал их Скитальцам — отсюда и появились деньги.

Остальное лучше пока что подержать в тайне. Слишком нереалистично звучит, что подросток сам смог убить монстра.

— Ох, Лад… Я понимаю, что это было необходимо. Но… Никогда не мог подумать, что ты сам осмелишься пойти за Черту, — Добромир задумался. — Знаешь, я не стану тебя ругать. Нечего тебе выслушивать эти нравоучения. Вижу, и сам уже всё понимаешь.

— Понимаю. А потому буду рисковать только в особых случаях, — ответил я.

— Пойми, моя задача — заботиться о тебе. Но если ты и вправду взялся за ум, опекать я тебя больше не стану. Просто пообещай, что не угробишь себя где-нибудь. Я своего единственного сына потерять не хочу.

Я кивнул. Рисковать всё равно придётся, но убивать себя я точно не стану!

Мы обменялись обещаниями. Я сказал, что буду осмотрителен, а отец пообещал, что возьмётся за моё обучение. Но эту тему он перенёс на завтра.

Этим вечером мы решили лечь спать пораньше. Допытывать отца своими вопросами я не стал. Хотя мы не обсудили ещё очень многое.

На утро у меня были большие планы. Жаль, список тут составить не на чем!

Пока Добромир удалился на встречу со старостой Погранки, я прошёлся до ближайших посадок, нашёл там подходящую палку, а затем немного поработал с ней ножом. Выскоблил на одном из её концов несколько щетинок.

Давно пора было организовать себе зубную щётку. Главное, пока что никому не показывать, как я ей пользуюсь. Иначе это станет ещё одним поводом для сомнений в моём интеллекте. Местным жителям этот инструмент покажется очередным бесполезным изобретением прошлого Лада.

А что делать? Я не хочу, чтобы у меня все зубы повыпадали! Питаемся абы как. Витамины, кальций, фосфор и прочие микроэлементы в организм совсем не попадают. От этого страдают кости и зубы. В стоматологии я разбираюсь очень посредственно. Максимум, что смогу сделать с зубами — это их вырвать.

Так что за гигиеной полости рта пока что буду следить с помощью самодельной зубной щётки и эфирных масел, которые выделяются из местных растений. В справочнике отца были упомянуты несколько трав, из которых готовится раствор для обработки ран.

Обычный антисептик. Вот его-то и можно использовать первое время как зубную пасту.

Этому занятию я и посвятил часть утра. Нашёл травы, выделил из них сок, смазал им ворсинки щётки, а уже после чистки обработал этим же раствором зубы и дёсны.

Чёрт меня раздери, а как же здорово стало дышать! Не могу сказать, что я изнежен и не переношу вонь изо рта, но всё же куда лучше, когда после пробуждения можно почувствовать свежий привкус, а не какую-нибудь кислятину, которую успели наплодить бактерии.

Раз уж выдалось свободное время, я решил и другие сферы жизни облагородить. Нужно создать для себя хотя бы минимальный комфорт. К колодезной воде доступ есть и благо платить за эту воду не приходится.

Значит, вопрос гигиены — не проблема. Есть, правда, одно «но». Купить мыло в условиях средневековья очень сложно. В Погранке его нет, это я уже узнавал. Если его тут вообще производят, то найти эту роскошь можно только в городе. И то, скорее всего, стоит оно примерно столько же, сколько мы с отцом должны Харитону.

Но и это решаемо. Следить за гигиеной тела можно с помощью тех же трав. Их здесь благо целая куча. И большинство жителей деревни понятия не имеют, зачем они нужны и как их можно использовать.

Видимо, травничество изучают только знахари. Остальные разбираются в этой теме весьма посредственно.

— Я вернулся! — отчитался отец. Добромир выглядел довольным. Видимо, разговор со старостой прошёл гладко.

— Удалось что-нибудь выяснить насчёт колодцев? — поинтересовался я.

— В этом плане пока что глухо, но…

Я вздрогнул от неожиданности. Перед глазами пробежало очередное сообщение системы.

/Получено 40 единиц опыта/

/Получено 15 Эссенций Жизни/

/Уровень 2. Прогресс опыта: 40 из 200/

Это что ещё такое? За что мне прилетел опыт? Я вроде бы ничего не сделал. Вряд ли я получил так много единиц исключительно за то, что изобрёл для себя зубную щётку!

— Лад, ты меня слушаешь? — вернул меня из размышлений Добромир.

— Прости, отец, — я потряс головой, чтобы прийти в себя. — Видимо, ещё до конца не проснулся. Что ты там говорил?

— Говорю — с колодцами староста обещал разобраться, как будет время. Но есть и хорошие новости! — продолжил Добромир. — Во-первых, по пути ко мне напросились ещё два больных. Уже сегодня я их посещу. А это значит, что у нас будет больше денег.

— Уверен, что тебе можно двигаться? Вчера ты еле-еле домой добрался, — отметил я.

— Так это и есть вторая хорошая новость, — улыбнулся он, а затем демонстративно сделал глубокий вдох. — Одышки больше нет. Сегодня даже голова ни разу не закружилась. Кажется, я окончательно окреп.

Ах, вот оно что…

Система не давала мне опыт и Эссенции за лечение отца, потому что он ещё не был долечен.

При этом он ведь находился при смерти. Шансов на спасение почти не было. Но я смог его вытянуть. Поэтому и получил так много бонусов за лечение. Вот только присвоила их система именно сейчас.

— Рад, что ты снова в строю, — улыбнулся я. — К пациентам меня возьмёшь? Помнится, ты обещал, что обучишь меня своему делу. По одному справочнику многому я не научусь.

— Да погоди ты, Лад, — махнул рукой он. — Понимаю твоё рвение. Но вчера тебе повезло. Ты быстрее меня отгадал, что семья Митрия заражена яйцекладом. Но так тебе всё время везти не будет. Лучше тебе пока что лишний раз к больным не соваться. Сначала изучим теорию, а уже потом перейдём к практике.

Всё-таки отказал. Но я понимаю его логику. Видимо, всё ещё опасается, что я могу отпугнуть некоторых клиентов. Далеко не все в Погранке готовы относиться ко мне как к новому ученику знахаря.

Между тем, я заметил, что речь у Добромира поставлена очень грамотно. Изъясняется он не как простой деревенский мужик. Интересно, где он обучался?

Тут же напрашивается другой вопрос. Может показаться, что с предыдущим он никак не связан, но я считаю иначе.

Почему у нас до сих пор нет своего жилья в Погранке? Если бы отец был родом отсюда, здесь остались бы его родственники. Остался дом.

Что-то мне подсказывает, что Добромир прибыл сюда из другого места. Возможно, из города. Отсюда грамотность, знания и отсутствие своего жилья.

Уж не знаю, как устроен этот мир — исследовать мне предстоит ещё очень много. Но одно я могу сказать точно: никто в здравом уме не побежит из города в глушь, на границу Королевства, чтобы жить на птичьих правах в полуразрушенной пристройке местного торгаша.

Возможно, он от кого-то бежал?

— У меня к тебе просьба, Лад, — произнёс Добромир. — Для тебя она сейчас важнее, чем возня с больными, которых ты пока толком лечить не можешь. Давай-ка ты лучше сгоняешь на рынок? Я пока помоюсь, а ты принеси нам продукты. Снова закупись дня на три. Остальное, может быть, отдадим Харитону.

Отец передал мне деньги, а сам прошёл за сарай — к бадье.

М-да, этого стоило ожидать. Взять и пропустить базовый уровень обучения он мне не даст. На это и не стоило надеяться. Придётся ему ещё раз доказать, что я могу лечить пациентов. Он пришёл в себя и всё пытается вновь взвалить на свои плечи.

Но я найду способ доказать ему обратное. Скорее всего, даже придётся скрывать, что я знаком со Скитальцами. Но работать с ними я не прекращу. Как я понял, платят этим людям очень много. Но и работа опасная. Фактически Скитальцы — это лотерейный билет. Если повезёт, можно стать сильным и влиятельным человеком.

В противном случае можно сгнить где-нибудь на болотах, встретив монстра, который тебе не по силам.

По пути на рынок я почувствовал, как моё тело содрогнулось. По коже пробежал холод, затем жар. Казалось, что солнечный свет вот-вот меня спалит. А стоит отступить в тень — и возникает ощущение, что я в лёгкой одежде вышел на зимний мороз.

Этот приступ быстро прошёл. Но я уже знал, что он означает.

Навык «Чувство баланса» активировался автоматически. Распределение Эссенций было нарушено.

/Приближается Разлад. Рекомендуется восстановить баланс/

/Ускоренная регенерация отменена/

Всё, больше раны моментально восстанавливаться не будут. В последние дни я слишком много лечил. На данный момент Эссенции я ощущаю лишь примерно, навскидку.

Кажется, Эссенций Жизни сейчас около шестидесяти пяти, а Смерти — сорок.

Никогда бы не подумал, что в моих мыслях промелькнёт нечто подобное, но… Как же не вовремя система сочла моего отца здоровым. Теперь я нахожусь на острие ножа. Одно лечение — и начнётся Разлад. А это — очень неприятное состояние.

В прошлый раз я пробыл в нём всего несколько дней, но под конец уже начало возникать ощущение, что я гнию заживо.

Найти бы способ куда-то тратить эти Эссенции… Не могут же они вечно копиться в моём теле? На ману они не расходуются. Наверняка в будущем я смогу найти способ самостоятельно регулировать излишки.

Немного очухавшись, я прошёл мимо лавки Харитона. Товарами распоряжался другой его сподручный. Сегодня он продавал новую одежду. Видимо, только что завезли её из города.

Вот и ещё одна проблема всплыла. Я уже давно об этом думаю. Найти бы хоть пару сменных штанов — уже будет лучше. Пока что приходится каждый вечер стирать своё рваньё и оставлять сушиться на улице. К утру обычно оно высыхает.

Когда как! Иногда приходится выходить в деревню во влажном тряпье.

— Куда это ты пропал, Лад? — послышался знакомый голос.

Рядом со мной стояла Видана. Лицо сокрыто под капюшоном. Девушка рассматривала ту же лавку, что и я.

— Меня всего пару дней не было. Куда ж я пропасть могу? — стараясь не привлекать лишнего внимания, ответил я. — А ты что тут забыла? Тебе же вроде нельзя показываться на людях.

— Не смогла удержаться. Хочу купить себе новую одежду. Пришлось оставить весь свой гардероб там — за Чертой, — произнесла она. Затем по её лицу пробежала лёгкая улыбка. — Вижу, ты тоже на эту же лавку засматриваешься. Хочешь, я куплю тебе что-нибудь? Деньги у меня есть. Тем более я до сих пор тебе должна за помощь.

— Нет, не стоит, — помотал головой я. — Деньги я у тебя не возьму.

Аж душу колит. Нужна мне новая одежда. Но мне она не по карману. А приобрести новую одежду за счёт юной девушки, которая старше меня года на четыре, мне не хочется. Это против моих принципов. Сам справлюсь.

— Но ты можешь вернуть должок другим способом, — подметил я.

— О чём это ты? — я всё ещё не видел её глаз, но готов поклясться, что мой ответ её удивил.

— Вижу, ты хорошо знакома со Скитальцами. Знаю, что они планируют набирать новичков. Порекомендуй меня им, — попросил я. — Ты видела, как я убил монстра. Причём не одного. На моём счету уже один болотный упырь и пять кусачей. Я хочу учиться у Скитальцев.

— Этим я тебе помочь не могу. Как раз наоборот. Если я порекомендую тебя — этим только разрушу твою жизнь, — заявила она. — Ты ещё юн. Не знаешь, как тяжело приходится этим людям. Их жизнь — настоящий кошмар. Бойня за бойней. Выживание, а не труд.

— И всё же я от своих слов не откажусь. Хочешь вернуть долг — обмолвись об этом при Волиборе, — продолжил напирать я. — Если не станешь, навсегда останешься моей должницей.

Она рассмеялась. Видимо, не восприняла мои слова всерьёз.

— Всё хуже, чем ты думаешь, Лад, — вскоре её улыбка спала с лица. — Радогост так и не пришёл в себя. Я никак не могу привести его в чувство. Слишком серьёзную рану он получил. Если не выкарабкается, то этот штаб Скитальцев могут распустить. Переведут сюда новых. Или вообще направят их в другое место.

Проклятье, а ведь я могу помочь им с Радогостом. Могу использовать свои новые силы. Но меня к нему не подпустят. И пока что мне нельзя никого спасать. Нужно восстановить баланс, а уже после этого возвращаться к работе с больными.

Но есть и другой способ…

— Мой отец пришёл в себя. Он уже принимает людей, — сообщил я. — Если хочешь, я позову его к Скитальцам. Пусть осмотрит Радогоста.

А я приду вместе с ним. Сам лечить не стану, зато могу дать совет. Как бы случайно предположу, чем нужно помочь их лидеру. Точно так же, как я сделал это с Митрием.

Так я и Эссенций Жизни не получу, и смогу изменить отношение Скитальцев ко мне.

— Это хорошие новости, — кивнула Видана. — Я поговорю с Волибором. Если он согласится — пришлёт за вами Новика.

— Да уйдите вы с дороги, лихо вас раздери! — между нами протиснулся полный мужчина, растолкал очередь и начал о чём-то оживлённо ругаться с торговцем одеждой.

Как только я обернулся, Виданы рядом со мной уже не было. Словно сквозь землю провалилась! Удивительная способность. Уж не знаю, как она это делает, но, думаю, без таких навыков на болотах она бы и дня не прожила.

Я закупил продукты по указу отца и направился назад. Ощущение приближающегося Разлада окончательно отступило. Я даже решил, что мне хватит сил добраться до болот, чтобы поубивать кусачей проверенным методом с палкой и сапогом. Нужно хоть немного восстановить баланс.

Однако, не успел я добраться до нашего сарая, как моё внимание привлекли чьи-то крики.

В проулке между двумя домами собралась группа подростков. Уже знакомые господа. Всё та же компания, только Третьяка с ними нет. Зато к ним присоединились двое других парней. Чуть покрупнее, чем их прежний лидер.

— Сейчас ты у нас получишь, утырок гнойный! — выругался один из них, а затем повалил рыжеволосого пацана на землю. — Налетайте! Запинаем его, как свинью!

Пятеро на одного? Очень «честный» бой. Думаю, примерно так и проходили будни прошлого Лада.

Проклятье… А ведь я почему-то даже могу вспомнить того рыжего. Но эти воспоминания не мои. Кажется, он тоже любил поиздеваться над моим предшественником. Да кто только над Ладом не издевался!

По-хорошему лучше обойти их стороной. До сарая я и в обход этого проулка могу пройти.

Но…

Нет. Кем я себя буду считать после этого? Они же его забьют. Ещё вчера он, скорее всего, был с ними в одной компании, а теперь его мутузят толпой. Пара крепких ударов по голове — и одним дурачком в Погранке станет больше.

Я прошёл в проулок, положил мешок с купленной едой на землю.

— Эй! — крикнул я. — Может, вам ещё подкрепление позвать? Пятеро на одного. Боюсь, не справитесь.

— Лад⁈ — удивлённо вскрикнул рыжий парень.

Да уж, не такого героя он ждал. Но кроме меня ему вряд ли кто-то поможет.

— Чего лег? Поднимайся, — бросил мальчишке я. — Сейчас уравняем шансы!

Глава 12

Рыжий тут же вскочил на ноги, но сразу споткнулся и упал на колени, содрал с них кожу. Перекатился ещё раз и уже окончательно поднялся рядом со мной.

Похоже, он и сам не мог поверить, что ему придётся воспользоваться моей поддержкой. Но обратной дороги нет. Мы всё ещё могли убежать, но что нам это даст?

Деревня маленькая. И мы в любом случае встретимся с задирами ещё раз. Бытует мнение, что их нужно игнорировать. Так, по крайней мере, часто говорили в моём мире. Если почувствуют, что нас их обиды не задевают, то они быстро потеряют интерес и найдут себе другую жертву.

Но лично я с этим не согласен.

Задир не игнорировать нужно, а наказывать. Показать им пару раз, что они ошибаются и мы в их иерархии должны занимать совершенно другое место.

Что мы выше них.

Разумеется, этой методике стоит следовать разумно. В моём мире с этим было сложней. За драку сам можешь попасть под статью. А уж если тебя подстерегают несколько отморозков, а ты при этом даже кулаки правильно держать не умеешь — лучше сбежать. В такой ситуации здоровье важнее репутации.

Но тут всё иначе. За драку нас никто не осудит. А репутация в деревне очень важна, так как все друг друга знают. Один вытрет об тебя ноги, затем второй, третий. И вот ты уже для всех жителей пустое место.

Кроме того, у меня есть способности, которых нет у этой пятёрки. Справлюсь или нет — вопрос другой. Главное — показать им, что без боя я не сдаюсь.

— П-ф-ф! — резко выдохнул старший из группы, сложился пополам со смеху. Его соратники тоже принялись хохотать. — Ничего себе! Кажется, у нас проблема, парни. Против нас сам Лад решил выступить! Сейчас будет нам показывать, как ловит лягушек из болота, а мы сразу испугаемся!

Дальше он продолжить не смог, так как его снова пробрал закатистый смех.

— Зря ты это сделал, Лад, — прошептал мне рыжий. — Теперь и тебе достанется, и меня из-за тебе ещё сильнее изобьют…

— Не ной, — ответил ему я. — Напомни, как там тебя звать?

— Ты точно лободырный, — рыжего всё больше начинал пугать тот факт, что нам с ним пришлось объединиться. — Радко, забыл, что ли?

— Да, запамятовал, — кивнул я. — Будь наготове, Радко. Они от нас так просто не отстанут.

Так. Теперь самое главное, что мне нужно сделать — это выиграть немного времени. Оттянуть начало драки на пару минут, чтобы успеть проанализировать ситуацию.

Первым делом нужно определить их слабые точки с помощью своего навыка. Ману он не тратит, но требует некоторое время на перезагрузку.

Я могу ускорить процесс и почти моментально осмотреть всех пятерых, но для этого придётся потратить ману. Спешить с этим пока не стоит, она ещё может пригодиться.

— Ну и что ты будешь с нами делать, Лад? — их лидер перестал хохотать, утёр выступившие из-за смеха слёзы. — Червями будешь в нас бросаться? А ты, Радко, просто предатель. Мы бы тебя разок наказали за излишнюю болтовню и приняли бы назад в нашу компанию. А ты присоединился к этому баламошке.

— Вы бы меня уже к себе не взяли, Микула, — замотал головой Радко.

— Да, с переломанными рёбрами он бы вряд ли пригодился вашему отряду, — сухо усмехнулся я.

Микула. Значит, так зовут их лидера. Интересно, сколько лет этому парню? Он выглядит гораздо старше остальных. Долговязый, руки и ноги длинные. С таким особенно неудобно драться.

Из остальных опасность представляет только его прихвостень, того же возраста, что и я. Оставшаяся троица — просто мелочь. Им, наверное, лет двенадцать.

Этих только раскидать, чтобы не лезли. Главная задача — поставить на место Микулу. Как только они поймут, что их лидер не справился, борьба сразу же сойдёт на нет.

Значит, проверить слабые места стоит только у двух старших парней. Остальные угрозу для меня не представляют.

— Зря ты к нам полез, Лад. Мы тебя ещё за Третьяка не простили, — Микула шмыгнул, сделал несколько шагов вперёд. Попутно махнул рукой. В итоге мелкие сразу же куда-то убежали. Покинули проулок.

Отступили? Нет. Это вряд ли. Я знаю, что они хотят сделать. Собираются подобраться сзади, чтобы нам с Радко некуда было бежать. Но бежать мы и не собирались. По крайней мере, я. Насчёт Радко не знаю. Но я бы на его месте не стал убегать. Всё-таки я за него заступился.

Теперь уже отступать поздно. Если Радко решит сбежать, то трусом его сочтут не только эти малолетние господа, но и я.

— Не понял, а что не так с Третьяком? — поинтересовался я. — С какой это стати я должен ждать от вас какого-то прощения?

— Пацаны рассказали, что ты с ним что-то сделал! — с вызовом бросил мне Микула. — Что с его мозгами сотворил. То же самое, видимо, что и со своими.

— Теряюсь в догадках, к чему ты клонишь, — подметил я, специально растягивая время до начала схватки. — Вообще-то я ему рану залечил листом. Или, по-твоему, у него мозги в коленке находятся?

— Смотрите-ка, кто у нас говорить по-человечески научился! — усмехнулся Микула. — Слышал, ходили слухи, что ты вести себя странно стал. Третьяк даже сказал, что ты вроде как теперь нормальный. А жаль, раньше с тобой смешнее было общаться. Но сути это не меняет. Нам начало казаться, что ты свою дурь каким-то образом Третьяку передал. Вот он теперь и не выходит из дома.

Да о чём он говорит? Что не так с Третьяком? Побочка, что ли, какая-то от трав проявилась? Да нет, это вряд ли. Сам себя такими бинтами залечиваю. Никаких проблем не было.

Сзади послышались шаги. Это мелкие уже успели обогнуть несколько дворов и подобрались к нам за спину. Загородили собой выход из проулка.

— Третьяк теперь городит какую-то ахинею о том, что ему Скитальцы задание дали. Чтобы он сидел и заучивал какую-то чепуху из книг, — развёл руками Микула. — Якобы они его к себе примут, если он в сути дела разберётся. Ясно же, что это бред! Мы тоже Скитальцами хотим стать. Только нам мозгов хватает понять, что там, за Чертой, никакие книги не помогут. Нужна только сила.

А-а… Так вот в чём дело! Третьяк ведь упоминал, что будет пытаться пробиться в новобранцы. Видимо, всё же сходил к ним. Готов поспорить, что Волибор велел ему для начала грамоте обучиться. Вот его друзья теперь из-за этого и изводятся.

— Похоже, как раз у Третьяка оказалось куда больше мозгов, чем у всех вас вместе взятых, — отметил я. — Никакая сила не поможет, если нет ума.

И сейчас я это им докажу. Пусть только попробуют напасть. А они попробуют. Драка начнётся с минуты на минуту. Я как раз уже заканчиваю изучать их слабые точки.

— Не понял, это ты меня сейчас тупым назвал? — вскинул брови Микула. — Ты⁈

— Ох, чёрт… — прошептал Радко. — Зря ты это, Лад. Нам теперь точно конец.

Воздух передо мной изменился. Его рассёк кулак Микулы. Тот не поленился, сделал замах. Видимо, хотел мне разом все зубы выбить. Вот только из-за этого он потерял драгоценные секунды времени.

Я был готов к этому. Рука у него тяжелая, длинная. Но я могу под ней поднырнуть. А затем нанесу удар в самое слабое место.

Кулак Микулы просвистел прямо над моей макушкой, он подался вперёд и тем самым только ускорил столкновение с моим кулаком.

А я ударил чётко в подсвеченную точку. Туда, куда указывал мой навык. Слабым местом Микулы оказалась, как ни странно, точка прямо под рёбрами. Посередине живота.

Я сначала подумал, что система в очередной раз указала мне на солнечное сплетение, но позже понял, что проблема у моего противника в другом. У Микулы там грыжа. Скорее всего, врожденная. Участок брюшной стенки в этом месте не развился, поэтому в едва заметной выпуклости сейчас находятся петли кишечника.

А этот болван только усугубил своё состояние тренировками. Скорее всего, много тяжестей таскал, а это ему противопоказано.

Мой кулак шарахнул по его грыже. Микула взвизгнул, как девка, которой задрали юбку, схватился за живот и тут же отступил назад.

И в этот момент начался хаос.

На меня тут же ринулся его прихвостень. Сзади на нас рванули мелкие. Причём ещё и палки, заразы, умудрились где-то подобрать!

Радко издал какой-то безумный боевой клич и сам рванул на троицу малолетних бандитов.

— Не дадимся, сволочи! Не дадимся! — взревел он, оторвал от забора деревяшку и принялся размахивать ею перед лицами наших противников.

Я же взял на себя второго парня постарше. Он был пониже Микулы, но более сбитый. Такого пробить будет трудно. Единственный вариант — попробовать один трюк, который мне приходилось изучать в прошлом мире. Правда, я его освоил, но так толком ни разу и не использовал.

Увернулся от его захвата, выгадал правильный момент и ударил стопой по его подколенным сухожилиям. Сработал рефлекс, его мышцы тут же сократились, и парень упал на одно колено.

А дальше произошло то, чего я совсем не планировал. Да и сам Микула, судя по всему, не думал, что так получится. Долговязый оправился от боли в животе, хотел меня ударить, но споткнулся через своего друга, который рухнул ему ровно под ноги.

Полетел вперёд, упал ничком, но перед этим, сам того не ожидая, умудрился ударить мне кулаком в скулу. Щека запульсировала болью.

Так и думал. Длинные руки — большая проблема. Но я и не рассчитывал выйти из боя без повреждений. В драках такое редко бывает.

— Колоти рыжую скотину! — послышался писклявый голос беззубого говнюка, который тем временем умудрился повалить Радко на спину.

Двое набросились на рыжего, один метнул камень и чуть не попал им мне в лоб.

Вот ведь зараза! А мелочь-то мы и недооценили. Микула больше не поднялся, поскольку умудрился удариться лицом о камень. Травм серьёзных он себе не нанёс, зато содрал кожу со своей морды.

Его друг как раз попытался встать с колен, чтобы нанести мне ответный удар, но я уже успел обнаружить другую его слабую точку. И ею оказалось правое ухо. Система, правда, не пояснила, что не так у него с ухом. Скорее всего, он уже по нему получил и до сих пор не оправился от травмы.

Ничего страшного, ещё немного походит с распухшей ушной раковиной.

Левым кулаком я бить не привык, но всё же смог попасть ему по уху. Противник тут же рухнул, но перед этим умудрился вцепиться мне в мою рубашку и порвал воротник.

Отлично, а то я недостаточно был похож на уличного оборванца!

— Эй! — крикнул я оставшейся троице. — Ну-ка быстро слезли с Радко! Предупреждаю сразу: если не послушаетесь — не посмотрю, что вы младше меня. А ты больше всех получишь, — я перевёл взгляд на мальчугана, который решил бросить в меня ещё один камень. — Только попробуй его в меня метнуть. Лучше тебе не знать, откуда тебе потом придётся доставать этот камень.

Слов оказалось достаточно. Он тут же выронил камень, отступил назад. Двое других уже с фингалами после столкновения с Радко тоже отошли от моего соратника. Больше нападать не решались.

И испугали их не мои слова. Наибольший вес был в действиях. Я только что смог уложить на землю их старших товарищей. Далось это не сказать, что очень уж просто. Без навыка «Слабые точки», скорее всего, я бы получил куда больше урона.

А так обошёлся порванной рубашкой и подбитым лицом.

— Микула, надеюсь, урок вы усвоили? — я присел на корточки рядом с согнувшимся пополам парнем.

— Урод, ты мне весь живот выкрутил… — принялся ныть он. — Какие-то знахарские штучки вытворил! Я даже разогнуться не могу.

Конечно, не может. Скорее всего, произошёл рефлекторный спазм мышц живота. А это тоже очень неприятное состояние.

— Да не переживай ты так. Через пару часов пройдёт, — усмехнулся я. — Но если ещё раз полезете ко мне или к Радко — будет гораздо хуже.

— Нужны вы нам больно… — промычал Микула.

— Ну, будем считать, что вы меня поняли, — заключил я и направился к выходу из проулка, где меня дожидался рыжий.

Если бы Микула с самого начала не вёл себя, как последняя сволочь, я бы даже подсказал ему, как лечить грыжу. Правда, без хирургической операции тут вряд ли что-то дельное выйдет.

Никакого серьёзного урона парню я не нанёс. Но в будущем, если его грыжа никуда не денется, он будет мало на что способен. В деревне ценится физический труд. А заниматься им с такой грыжей? Которая ещё и с малых лет вылезла? Тяжёлая парня ждёт жизнь.

Что ж, посмотрим. Если исправится и когда-нибудь обратится к нам с отцом за помощью, может быть, я что-нибудь и придумаю. Но пока что пусть разбирается со своими проблемами сам.

— Вот ведь гады мелкие! — глядя на убегающих мальчишек, выругался Радко.

— Пусть бегут, — сказал ему я. — Ты же не собираешься их догонять?

— Вообще-то, собирался. Они твой мешок украли, — заявил Радко.

Я бросил взгляд на то место, где ранее лежали купленные мной продукты.

Вот ведь заразы… Стоило на секунду отвернуться — тут же умыкнули. И догнать их уже точно не выйдет. Рванули врассыпную. Искать их теперь по всей деревне?

Плохая идея, никаких результатов мне это не даст. Выхода нет, придётся возвращаться к отцу ни с чем. Но я знаю, как это можно исправить. У меня ещё осталась небольшая заначка. Можно будет потратить оставшиеся деньги и купить хоть что-то. Не голодать же нам снова?

Пусть и пришлось заплатить за эту победу такую цену, но я всё же не жалею о своём решении. Одного человека от бесчестного избиения спас. Да и проучил этих гадов. Может, не будут больше лезть.

Проулок мы покинули молча. Я шёл в сторону дома Харитона — к сараю. Радко зачем-то плёлся за мной.

— Ты чего теперь меня преследуешь? — бросил ему я.

— Так я… Сам не знаю. Я думал, что ты меня куда-то ведёшь, — заявил парень.

— Куда я тебя веду? — рассмеялся я. — Домой я двигаюсь. И ты иди.

— Да мне это… Стыдно, если честно, — он почесал затылок и тут же всхлипнул. Как раз туда ему и врезали разок. Рассекли кожу под волосами. — Ты прости меня, Лад, я ж и сам тебя задирал точно так же, как и они. Но в оправдание скажу — я ведь не думал, что ты такой!

— Какой?

— Воин! — восхищённо воскликнул Радко. — Не знаю, что ты сделал с Микулой, но уж шибко хорошо это выглядело. Думаю, такого ответа он не ожидал.

— Я помог тебе, потому что их было большинство, — объяснил я. — Если бы увидел драку двое на двое — даже приближаться бы не стал. А ты был один.

— И я это запомню, Лад. Обещаю, — Радко задумался. — Слушай, а что у тебя в сумке было? Что они украли?

Я перечислил продукты. Наш стандартный с отцом паёк. Хлеб, овощи, мясо. Немного сыра.

— Слушай, я знаю, чем могу тебя отблагодарить, — оживился Радко. — Пойдём за мной. Пойдём-пойдём!

Я был не в том положении, чтобы отказываться от благодарности. Уж не знаю, что решил дать мне в ответ Радко, но я всё же последовал за ним. Мы прошли к дому, где жил рыжий.

Радко попросил меня подождать снаружи. Сам забрался в дом через окно. Не выходил он долго. Уже минут десять прошло. Вскоре он появился с точно таким же мешком, который только что у меня похитили.

— Вот, держи! — он всучил его мне. — Это за помощь. Я правда очень тебе благодарен, Лад. Сам в это поверить не могу, но без твоей помощи они бы меня могли и до смерти забить. Этот Микула совсем безголовый. Мой отец говорит, что толку от него не будет. Скорее всего, станет каким-нибудь разбойником или вором. А если нам повезёт, то сразу в тюрьму загремит.

— Погоди… — я осмотрел содержимое мешка. Там были все те продукты, которые я перечислил. Всё то же, что я купил сегодня на рынке. — Ты откуда это взял?

— Отцовские запасы забрал, — поморщился Радко.

— Не стоило, возвращай, — я протянул ему мешок. — Как вы сами без еды будете?

— Да у нас ещё есть, — уверил меня Радко. — Назад не возьму, даже не спорь со мной. Тем более, — он хитро ухмыльнулся, — я как раз придумал, как отомстить этим мелким засранцам!

Радко озвучил мне свой план. И стоит отметить, голова у рыжего очень хорошо соображает. Вот только в его идее было несколько пробелов, а потому я помог ему откорректировать план.

Тогда и еду никто не потеряет, и проказники от родителей нагоняй получат.

Отца Радко дома сейчас нет. Как вернётся — увидит, что сын весь побитый, а продукты пропали. Тут Радко и расскажет, что эта троица влезла в дом. Его поколотили, а еду украли.

Отцу достаточно будет пройтись по домам, где живут эти дети. Сожрать такие запасы они бы точно не успели. В итоге кража вскроется, и шпана получит по заслугам.

Так я завёл хорошее знакомство. В целом Радко, судя по общению, неплохой парень. Совестливый. Просто связался не стой компанией, но думать своей головой ещё не разучился.

Рыжий пошёл осуществлять наш план, а я направился домой. Отца там не оказалось. Видимо, уже ушёл на вызовы.

И это к лучшему. Не будет задавать лишних вопросов, где я умудрился порвать одежду и синяк схлопотать. Я сложил продукты в ящик, что стоял в углу нашего сарая, затем приготовил свой нож и двинулся в сторону болот.

Разлад приближается, пора приступать к охоте.

Самый лёгкий способ накопить новых Эссенций Смерти — поубивать кусачей. Их там много. Если смогу завалить штук семь-десять, баланс полностью восстановится.

Жаль только, что продать их никому не выйдет. Хотя… У меня есть идея, как можно использовать их тушки в своих целях. Уж не знаю, получится ли из этого что-нибудь хорошее, но попробовать всё-таки стоит.

Я добрался до Черты и долго бродил вдоль берега, пока не нащупал палкой уже знакомые норы. В ход пошёл старый трюк с ботинком.

Правда, на этот раз мне повезло меньше. Баланс я восстановил, опыт получил, но лишился ботинка. Под конец охоты эти твари, видимо, поняли, что их обманывают. Вцепились всей толпой в мой ботинок и утащили его в свою нору.

— М-да… — я вздохнул, взглянул на свою босую ногу. — Скоро так на мне и портков не останется.

Я мысленно усмехнулся. А затем инстинктивно замер. Резко пригнулся, скрылся в кустах.

На горизонте кто-то был. За Чертой. Причём двигался не в сторону безопасной зоны, а от неё. Я пригляделся. Подумал сначала, что это болотный упырь умудрился подобраться так близко к Черте.

Нет. Это человек.

Только зачем человеку идти чёрт знает куда — за Черту? Может, кто-то из Скитальцев?

Нет. Обычный деревенский мужик. По колено в воде прёт напролом в самые топи. Я бы предположил, что ему тоже зачем-то понадобилось посетить Видану, но её там больше нет.

— Э-э-эй! — я крикнул ему вслед. — Там опасно! Возвращайтесь!

Однако он даже не обернулся. Хотя с такого расстояния точно должен был меня услышать. Через пару минут он исчез в тумане. И что же это я только что увидел?

Ладно, меня это не касается. Уж лезть через Черту вдогонку за незнакомцем я точно не стану. Может, это вообще какая-нибудь болотная иллюзия? Специально заманивает людей в трясину. Этого я пока не знаю.

Да и неважно. Моя главная проблема на данный момент — это отсутствие ботинка. Как бы ничего критичного, кожа загрубеет, стопа привыкнет к земле. Но всё равно неудобно. Придётся найти какую-нибудь замену. Может быть, собью себе завтра с утра сандалии. Лишняя морока — да. Но ничего невозможного в этом нет.

Возвращаясь домой, я услышал ругань на улице. И плачь ребёнка. Ага… Значит, всё-таки наш с Радко план сработал!

Издали вижу знакомую физиономию. Один из напавших на нас пацанов стоит рыдает, мать лупит его тряпкой, а рядом стоят Радко с отцом. И с мешком в руках.

Круговорот продуктов прошёл успешно. И все получили по заслугам.

Отец уже ждал меня дома. Смог заработать ещё пару десятков медяков. На этот раз клинические случаи оказались проще, так что платить много не стали.

Этим вечером Добромир взялся за моё обучение. Мы зажгли свечу, отец достал свои записи и принялся рассказывать мне об основах знахарского дела.

Во многом это напоминало сильно упрощённый курс пропедевтики, который я изучал давным-давно, ещё на третьем курсе медицинского университета.

Однако даже из этих рассказов мне удалось узнать много нового. В частности, причину возникновения болезней в этом мире. Об этом я ещё не слышал ни разу.

— Монстры, сын, — произнёс Добромир. — Именно эти твари служат главным источником всех недугов. Любая встреча с тварями, что проживают за Чертой, несёт очень большие риски. Если даже человеку удаётся выжить после столкновения с монстром, после он обязательно заболевает. Именно поэтому обычно у Скитальцев имеется свой знахарь.

— Слышал, что у наших его нет, — подметил я.

— Был. Ты, наверное, его уже не помнишь. Самуилом его звали. Порвали его на очередной вылазке лет эдак пять назад, — объяснил отец. — А нового не прислали.

А вот и ещё один способ показать себя перед Скитальцами. Им нужны знахари. Поэтому они и пользуются услугами Виданы. Теперь я знаю, куда ещё можно надавить.

В наш сарай постучали. Отец резко захлопнул свою книгу и поднялся с кровати.

— Кто там? — с толикой угрозы бросил Добромир.

— Это… я, Новик! Из Скитальцев, — услышал я знакомый голос.

А вот и он! Видана передала моё сообщение.

— Нам нужна ваша помощь, мастер Добромир, — добавил Новик, когда отец приоткрыл дверь. — Наш лидер… Радогост. Не знаю, даже, как и сказать. В общем, вам нужно осмотреть его тело.

— Что случилось? Умер? — спросил отец.

— Нет. Хуже…

Глава 13

Как говорилось в одной сказке из моего мира: «Пациент скорее жив, чем мёртв. Пациент скорее мёртв, чем жив».

Теряюсь в догадках, что могло произойти с Радогостом такого, что Новик аж считает, что это — хуже смерти.

— Да вы с ума, что ли, там сошли? — мой отец побледнел. — Ты уверен, Новик? Уверен, что с ним именно…

— Да, именно это, — кивнул Скиталец. — По крайней мере, нам так кажется…

— А может быть, ты лучше ещё раз хорошо подумаешь? — попросил отец. — Уже поздно. Я сегодня устал. А мне ещё завтра людей смотреть. Если выяснится, что на самом деле вы что-то напутали и Радогосту помощь уже не нужна… Всё-таки сам понимаешь, путь до вас неблизкий. Туда-сюда, полночи пройдёт уже.

— Нужна помощь, мастер Добромир. Точно нужна. Иначе потом она понадобится уже кому-нибудь другому. Если вы понимаете, о чём я, — уверенно кивнул Новик.

Говорят загадками. От меня, что ли, скрыть пытаются? Нет, думаю, дело не во мне. Оба озираются по сторонам. Боятся, что их кто-нибудь услышит. Пока что не знаю, что происходит с Радогостом, но Скитальцы явно не хотят, чтобы эта информация утекла в деревню. И отец уже это понял.

— Лад, сегодня меня не жди, — сказал отец. — Я пойду с Новиком. Возможно, вернусь только к утру.

— На этот раз всё-таки возьми меня с собой, — попросил я. — Сам же говорил, сначала теория — потом практика. По теории мы уже немного прошлись.

— Там может быть опасно, а тебе лучше сторожить наше жилище, — ответил Добромир.

— Жилище? — усмехнулся я. — Этот сарай? И от кого его сторожить? Это — земля Харитона. Если только он сам сюда залезет и украдёт у нас еду. Мне нужно получить опыт. Иначе какой от меня толк как от знахаря?

Практика, практика и ещё раз практика. Когда я учился в медицинском, именно так и проходило большинство занятий. Проходили тему или нет — всё равно лучше уделить время наблюдению за работой опытного врача.

Пусть студент ещё совсем зелёный, пусть он вообще не понимает, о чём его наставник беседует с пациентом. Он всё равно уже начинает впитывать опыт. Мышление работает, включаются те участки головного мозга, которые дают нам возможность повторять за другими.

Если вечно сидеть за учебником, из новичка вырастет не врач и не знахарь. Просто хорошо разбирающийся в теме человек. Ходячая энциклопедия — не более того.

— Да возьмите его, мастер Добромир, — добавил Новик. — Он у нас частый гость. Если что, мы за Ладом присмотрим, пока вы разбираетесь с Радогостом.

— Частый гость? — нахмурился отец.

Ну… Я и не думал, что смогу долго это скрывать. И всё же молодец, Новик! Нашёл время рассказать об этом моему отцу.

— Мне приходилось общаться со Скитальцами, — уклончиво ответил я. — Но сейчас, думаю, не самое время говорить об этом. Лучше поспешим к Радогосту. Согласен?

— Ладно, — вздохнул отец, затем что-то пробурчал себе под нос.

Очевидно, он был недоволен, что я от него это скрыл. Но он и сам много от меня скрывает. В следующий раз, когда он захочет поговорить со мной об этом, придётся выдвинуть ультиматум. Тайна за тайну. Пусть раскроет хоть что-нибудь из своих многочисленных секретов.

Предполагаю, что он, возможно, не станет слушать мои условия. Воспримет это как каприз едва созревшего сына. Пока что самая главная сложность для меня в плане адаптации в этом мире — это мой возраст и репутация, которую успел нажить себе прежний Лад.

Я бы уже давно смог бы избавиться от долгов Харитона или, может быть, даже начал официально работать на Скитальцев, если бы попал, к примеру, в тело Добромира.

Но я не жалею, что стал именно Ладом. Сложностей много, но справиться с ними я смогу. Зато сколько возможностей открывается! Вся жизнь впереди.

Тот же Добромир примерно того же возраста, что и я на момент своей гибели в машине скорой. Окажись я в его теле, второй жизнью такое перерождение назвать было бы сложно.

— Лад, захвати сумку с травами. Я возьму книги, — Добромир принялся поспешно собирать всё, что может ему пригодиться. — Мы и так уже задержались. Лучше поспешить.

— Если что — деньги я тоже беру с собой. Вот как раз их-то у нас и могут стащить прихвостни Харитона, — прошептал я.

— Да, точно! — хлопнул себя по лбу Добромир. — Молодец, что вспомнил об этом. Я что-то впопыхах даже не подумал.

Мы собрались, быстрым шагом направились вслед за Новиком по тропе, что находилась у края холма. Там всегда мало людей. А на главной улице нас и ночью могут заметить. В целом, нам нет смысла скрываться, а местным жителям и без того только повод дай распространить слухи.

Уже утром до Харитона дойдут новости, что его должники сбежали вместе со Скитальцами куда-нибудь за болота. Зачем нам лишние проблемы? Лучше уж перестраховаться.

Пока мы шли к штабу Скитальцев, я осматривал Новика «Диагностическим взглядом».

/Витальность: 120 из 130/

/Рваные и размозжённые раны в стадии заживления/

Отлично, всё-таки он уже почти восстановился после нашей вылазки за сумкой. Практически полностью здоров.

— Мы несколько дней боролись за его жизнь, — рассказывал Новик Добромиру. — Чего только с ним не делали. И отпаивали отварами, и бинтами все раны обматывали.

— Обычными бинтами? — переспросил Добромир.

— Нет, конечно! С соком этих растений… Как их там? Об этом вам лучше спросить Стояна. Он учился у нашего покойного знахаря, но, видит Скалес, так ничему толком и не научился, — вздохнул Новик.

Ничего конкретного Скиталец рассказать нам не смог. Видимо, он и сам толком не понимал, что происходит с Радогостом. Но всё равно чего-то Новик очень опасался. Чего-то конкретного. Особой опасности, которую необходимо ликвидировать любыми способами.

В главном штабе Скитальцев нас встретила вся команда. Все, кто смог выжить.

Уже знакомый мне Волибор и Видана. Они о чём-то беседовали, расположившись у камина. За столом неподалёку от них сидел низкорослый усатый мужчина. В его светлых волосах уже блестела седина, хотя старым я бы его не назвал.

Видимо, это и есть Стоян. А он, похоже, даже ниже меня. Но жизнью, видно, помотан. Особенно это хорошо читается в его взгляде. Когда мы вошли в зал, он лишь приветственно кивнул и снова вернулся к своей кружке.

Не знаю, чем он запивают свою усталость — алкоголем или каким-то отваром, но ему это явно не помогает. Выглядит Стоян так, будто не спал уже несколько ночей. И дальше не собирался ложиться.

— Рад видеть тебя в добром здравии, Добромир, — Волибор крепко пожал руку моему отцу.

— Это взаимно. Поговорим позже. Покажите мне Радогоста. Новик уже намекнул, что с ним происходит. К осмотру нужно приступить незамедлительно.

— Некуда нам уже спешить, — вмешался в разговор Стоян. Он угрюмо посмотрел на дверь, за которой лежал лидер Скитальцев. — Я сделал всё, что мог. И Видана тоже. Но мы его упустили. Слишком поздно что-то менять.

— А ты что здесь делаешь? — проигнорировав заявление Стояна, обратился ко мне Волибор.

— Отец взялся меня обучать, — ответил я. — Тоже посмотрю на Радогоста.

— Ты уверен, что оно того стоит? — Волибор поднял взгляд на отца. — Он ведь ещё совсем мелкий. Надо ли ему видеть такое?

— Пусть смотрит, — недолго подумав, сказал Добромир. — Если хочет стать знахарем, то повидать ему придётся много. Работа у нас, как ни крути, неприятная. Характер нужно закалять с детства.

Ну наконец-то он принял мою правоту. Всё-таки сдержал своё слово, не стал больше меня опекать. Давно пора. Это в моём мире медиками становились лишь к двадцати четырём годам. И то в лучшем случае. Некоторые и до четвёртого десятка умудрялись учиться.

Здесь же тянуть смысла нет. Знания и опыт нужно получить как можно раньше.

Волибор отворил дверь и впустил нас с отцом внутрь, в небольшую спальню, где лежал Радогост. Вслед за нами вошла Видана.

— Эй, Стоян! — басом крикнул Волибор. — Ты к нам присоединишься?

— В задницу… — проворчал Стоян. — Я уже сказал вам: ничего изменить не получится. Лучше приготовиться к похоронам. И вы все прекрасно понимаете, что хоронить Радогоста придётся не здесь, а за Чертой.

— Тьфу ты… — выругался Волибор. — Не слушайте его. Стоян уже отчаялся, а мы — нет.

— Если честно, я придерживаюсь того же мнения, что и Стоян, — поделилась своим мнением Видана. — Правда, Волибор. Лучше не рисковать. Мы же не хотим, чтобы через пару дней вся деревня превратилась в…

— Тихо! — воскликнул Добромир. — Раз вы позвали меня, значит и заключение выносить придётся мне. Все, кто уже потерял надежду, лучше покиньте комнату. Только мешаться будете.

Видана лишь хмыкнула. Но выходить из спальни Радогоста не стала. В итоге снаружи остались только Новик и Стоян. Мы же с отцом приступили к осмотру.

Точнее, отец осматривал тело напрямую — щупал пульс, прислушивался к дыханию. Я же активировал «Диагностический взгляд».

/Витальность: 1 из 180/

/…/

/Интоксикация/

/Невозможно определить дыхание/

/Невозможно определить пульс/

/Критическое состояние. Определить точный объём поражения невозможно/

Ну, приехали. Даже система перестала справляться. Я даже почувствовал, как ей пришлось напрячься, чтобы выдать мне хоть какую-нибудь информацию.

Но оно и неудивительно. Пациент практически мёртв! Витальность околонулевая. Кажется, его можно тыкнуть иглой — и лидер Скитальцев тут же умрёт.

Я прошёлся вдоль кровати, внимательно рассмотрел Радогоста. Бледный, темноволосый. Гораздо моложе, чем я думал. Лидеру местного штаба Скитальцев было не больше сорока.

Некогда крепкий мужчина потерял всю былую силу. Мышцы усохли, жировой клетчатки почти не осталось. Ран на его теле и сосчитать трудно. Правда, система о них даже не упомянула. Уже почти все полученные раны затянулись.

Тут явно постаралась Видана со своей мазью. Да и Стоян вовремя перевязал его целительными бинтами.

Пока что вопросов куда больше, чем ответов. Почему дыхание и пульс не определяются, но витальность при этом не достигла нуля? Получается, что он сейчас и не жив, и не мёртв.

Окажись такой человек в современном отделении, врачи уже давно бы приступили к реанимационным процедурам. Но… здесь ситуация несколько иная.

Человек без дыхания и сердцебиения живёт недолго. Его мозг и десяти минут не протянет без кислорода. А Радогост уже давно в таком состоянии.

Второй вопрос — это интоксикация. Система упомянула об этом состоянии. Оно означает, что больной отравляется изнутри. Не внешними ядами, а тем, что производит его собственный организм.

— Плохи дела, — вздохнул Добромир. — Не дышит, сердце не бьётся. Но он тёплый. Мёртвым это тело я назвать никак не могу. Как давно он уже в таком состоянии?

— Примерно сутки, — ответил Волибор. — Когда мы принесли его сюда после вылазки, он ещё мог дышать. Иногда даже разговаривал с нами. Бредил во сне. Но его состояние ухудшилось. Если честно, Добромир, я хочу верить, что ты сможешь его вытащить. Но если поймёшь, что ничего не выйдет — скажи сразу. Мы похороним его, как подобает. Соблюдём все ритуалы.

Я подошёл к руке Радогоста, положил пальцы на его предплечье. Решил прощупать пульс самостоятельно, без помощи системы.

И в этот момент мою руку пронзила боль. Знакомая. Она пробежала по моему телу волной и сразу же испарилась.

Именно так я обычно чувствую приближение монстра. Но здесь монстров быть не может. И жжение в черных полосах на моём предплечье возникло только после того, как я коснулся его руки. И что это означает?

Вот и ответ на вопрос, о чём все молчат. Почему отец с Новиком были так встревожены. Почему Радогоста так спешат похоронить, да ещё и за Чертой.

Очевидно, он обращается в монстра.

И теперь понятно, о какой интоксикации идёт речь.

— Отец, ты упоминал, что монстры из-за Черты могут заражать людей различными заболеваниями, — напомнил я.

Видана, Добромир и Волибор одновременно взглянули на меня.

— Да, — коротко ответил отец.

— Он всё ещё жив, потому что его тело перестраивается, да? — предположил я.

— Тебе об этом знать пока не следует, — помотал головой Добромир.

— Пацан прав, — кивнул Волибор. — Мы все это понимаем. Выноси свой вердикт, Добромир. Не будем больше тянуть.

— Как ни прискорбно вам это сообщать, — вздохнул отец, — но Радогоста лучше как можно скорее изолировать ото всех. Если бы у него сохранился пульс, мы бы ещё могли его излечить. Есть такие травы. Очистить кровь было бы ещё возможно, но… Как мы прогоним кровь, если сердце остановилось?

— Значит, пора прощаться, — вздохнул Волибор.

— Нет, — замотал головой я. — Думаю, вы ошибаетесь.

— Лад, не надо, — попросил отец. — Ты пришёл сюда, только чтобы смотреть.

— Но его сердце не остановилось, — заявил я. — Как и дыхание.

Все присутствующие удивлённо переглянулись. Но пока что в их глазах читался скепсис. Думают, что сын знахаря просто решил привлечь к себе внимание. Ну-ну. Сейчас узнают, что я имею в виду.

Да, это правда. Радогост ещё жив. Монстром он не станет. Отец сказал, что для создания антидота нужно работающее сердце.

Если бы оно остановилось, сейчас запускать его было бы уже слишком поздно.

— Я только что всё проверил, Лад, — терпеливо ответил отец. — Пульса нет, дышать он не может.

— Подержи пальцы на руке подольше, — попросил я, а затем перевёл взгляд на Видану. — У тебя есть зеркальце?

— Чего? — вскинула брови она.

— Да брось. Ты же всё время следишь за тобой. Не может быть, чтобы у тебя не было зеркальца!

— Внимательный у тебя сын, Добромир, — улыбнулась Видана и полезла в свою сумку.

— Разве мы с тобой знакомы? — нахмурился он.

— Ты со мной нет, но я с тобой — да. Осматривала тебя вместе с Ладом, пока ты был без сознания. Он здорово о тебе позаботился. Даже я бы так не смогла, — ответила ученица ведьмака. — Вот, Лад, держи.

Она протянула мне небольшое квадратное зеркальце.

— Сохрани меня Скалес… — прошептал Добромир. — Вы мне сейчас не поверите. Пульс… Правда есть. Лад прав. Он совсем слабый, но он есть!

— А теперь посмотрите на это, — я подержал зеркало около ноздрей Радогоста, а затем показал его остальным. — Видите? Мутное. Запотело.

— Эй, ты чего с моим зеркальцем сделал? — воскликнула Видана и тут же отобрала у меня его из рук. — Фу, какая гадость…

— Он дышит, — кивнул отцу я. — Просто едва заметно. Сердце едва сокращается, но всё же работает.

Добромир вновь взглянул на меня прямо как в тот раз, когда впервые начал сомневаться, действительно ли перед ним стоит его настоящий сын.

— Что происходит, Добромир? — забеспокоился Волибор. — Он ерунду городит? Или…

— Нет, Лад прав, — поджав губы, кивнул отец. — Шанс его спасти всё ещё есть. Надо готовить раствор. Возможно, антидот ещё подействует.

— Но ты ведь знаешь, что случится, если Лад ошибается? — спросила Видана. — Если дать этот раствор уже мёртвому человеку, он обратится практически мгновенно. Мне доводилось видеть, как это происходит.

— Ты слышала моего сына? Он не мёртв, — твёрдо сказал отец. — Не знаю, как я умудрился упустить очевидные признаки… но Радогост ещё борется.

— А раз он борется, мы должны его поддержать! — воскликнул Волибор. — Я готов пойти на риск, Добромир. Если даже мы ошиблись, если он обратится… Клянусь, я сам положу конец его жизни. Буду стоять рядом, когда это случится.

— Тогда нам лучше остаться здесь вдвоём, — заключил отец. — Видана, Лад, побудьте снаружи. С другими Скитальцами. Скажите, чтобы никто не заходил.

— Может, всё-таки имеет смысл позвать ещё и Стояна с Новиком? — предложила Видана. — Если Радогост всё-таки обратится…

— И чем они помогут? Один пьян, второй изранен, — отметил отец. — Думаю, мы с Волибором вдвоём справимся. Верно же?

Волибор уверенно кивнул.

Мы с Виданой покинули спальню Радогоста и прошли к столу, за которым сидели Стоян с Новиком.

— Эй, — прошептала девушка. — Лад, как ты это понял? С чего ты взял, что он ещё жив?

— Просто я долго прощупывал его пульс, — солгал я. — Так и определил, что его сердце ещё работает.

Но правдой это было лишь отчасти. Я решил рискнуть и использовал ману, чтобы усилить «Диагностический взгляд». Потратил почти половину своего запаса. Но всё же убедился в своём предположении.

Радогост впал в состояние анабиоза. Вернее, правильнее сказать, что это — летаргический сон. Скорее всего, это последняя стадия перед тем, как организм начнёт превращаться в другую форму жизни. В монстра.

Кроме того, полосы на моей руки горели неравномерно. То воспламенялись, то тухли. Когда рядом находится монстр, они дают стабильные вибрации. Здесь же даже у системы возникли сомнения.

Видана рассказала Стояну с Новиком, что шанс всё-таки есть. Они очень быстро оживились. Хотели ворваться в спальню, помочь лидеру, но мы их не пустили.

Тогда Стоян начал травить байки о прошлых походах.

— Мы же уже сто раз это слышали, — вздохнул Новик. — Может, что-нибудь новое расскажешь?

— Ничего ты не понимаешь, юнец, — бросил он своему соратнику. — Рассказывать о былых подвигах — это хорошая примета. Радогосту это поможет. Он почувствует нас. Вернётся назад. Его душа ещё где-то здесь. Рано я отчаялся, — Стоян взглянул на меня, затем протянул мне свою ладонь через стол. — Молодец, пацан! Сделал меня. Не зря о тебе так хорошо отзываются мои соратники.

Он крепко пожал мою руку, чуть ладонь не переломил.

— Рад помочь, — коротко ответил я.

— Слышал, ты Новику помог. А теперь ещё и за нашего Радогоста поборолся. Это дорогого стоит. Расскажи нам и свою историю, — попросил Стоян. — Любую. Если и дальше продолжишь трудиться в том же духе, через пару-тройку лет станешь одним из нас. Так что привыкай к нашим традициями.

— Да что он может рассказать? — пожал плечами Новик. — Лад, даже не вздумай снова поднимать ту историю про кусачей. Об этом и так уже все знают…

Новик потёр порванную щёку.

Точно… А ведь мне есть, что рассказать. И это будет очень даже к месту. Возможно, я смогу узнать что-то полезное.

— Я вчера охотился на кусачей, — начал я.

— Да леший тебя подери, просил же, не про кусачей! — Новик стукнул кулаком по столу.

— Да тихо ты! — шикнул Стоян. — Дай парню слово.

Я рассказал Скитальцам о своей методике. О том, как отлавливаю кусачей ботинком. А затем уже перешёл к главному.

— Вчера я видел, как какой-то мужик ушёл в болота, — рассказал я. — Он шёл прямо в топи, не оборачиваясь. Я пытался его позвать, но он даже не откликнулся.

— О-о-о! — протянул Стоян. — Старая история. Слышал я уже эти байки от деревенских. В местном кабаке люди постоянно болтают, что тут жители время от времени того… — Стоян постучал пальцем по виску. — С ума сходят. А затем исчезают. Уходят на болота. Но это — просто байка, Лад. Скорее всего, тебе показалось.

Краем глаза я заметил встревоженный взгляд Виданы. Не знаю, почему она так напряглась из-за этой темы, но её поведение очень резко изменилось.

А вот это уже любопытно…

— А ты что об этом думаешь, Видана? — спросил девушку я. — Ты ведь жила на болотах. Видела, чтобы там местные шастали?

— Тебе же ведь уже сказали, Лад. Это — глупости. Байки, — она попыталась улыбнуться. Однако улыбка вышла натянутой. — Никого там нет. Кроме упырей, мошкары и прочей дряни.

Она что-то скрывает. Думает, что я слишком наивен. Что не обращу на это внимание.

Но здесь явно что-то не так.

Я уже собрался задать ещё один вопрос, но на этот раз слово взял Новик.

— Кстати, Лад, смотри! — он указал на стену за спиной Стояна. На ней висели два рога. — Между прочим, это моя добыча. Первый убитый мной монстр! Как-то мы добрались до леса, что находится далеко за болотами…

— Обязательно уточни, что ты штаны намочил. Причём далеко не болотной водой, — Стоян рассмеялся, поперхнулся и с трудом откашлял попавший в трахею напиток.

— Это всё твои выдумки! — возмутился Новик. — Вообще-то, я сам лично убил ползающего рогача!

— Он просто вони твоей испугался, — кашляя, продолжал смеяться Стоян.

— В общем, если из этих рогов вырезать нутро, потом там можно хранить любую жидкость. И портиться она не будет. Вода неделями не тухнет. Проверено! — заявил Новик.

Интересно. Видимо, в костной ткани этих существ содержатся какие-то антибактериальные вещества. Нужно будет запомнить. Эти рога в теории можно и на производство медикаментов в будущем пустить.

— Из всех трофеев удаётся изготавливать что-то полезное? — поинтересовался я.

— Да треть самых дорогих товаров в городах создана именно из того, что добывают Скитальцы, — ответил Новик. — Например, вдали за болотами есть несколько озёр, в которых живут очень опасные рыбы. Те ещё сволочи, если честно. Зато если удастся их убить, можно вырезать у них желудок и найти там драгоценный камень. Такие камни гораздо дороже тех, что добывают в рудниках.

— Тихо ты! — воскликнул Стоян. — Новик, помолчи хоть минуту.

— Тебе, значит, можно было байки травить, а мне не…

— Замолкните все! — прошипел Стоян. — Прислушайтесь. Вы тоже это слышите или… Или я уже перебрал?

В зале повисла гробовая тишина. И нарушал её только стук. Тихий стук за окном. Хаотичный. Будто на улице поднялся сильный ветер, и о стены дома начали биться мелкие камешки.

А затем я услышал жужжание.

— Какого… — Новик весь сжался.

Из спальни Радогоста выскочил Волибор.

— Сейчас же закройте все окна и двери! — прокричал воин. — Не знаю, как это возможно… Но они здесь. Они пришли помешать нам.

И стоило Волибору это произнести, как я почувствовал, что по моей ноге что-то ползёт.

Глава 14

В штабе Скитальцев начался настоящий хаос. Со своих мест повскакивали все. Время захватывающих баек кончилось. Теперь на лицах окружающих меня людей застыл ужас. Паника.

Стоян будто бы моментально протрезвел. Бросился к окнам. Новик потянулся к оружию. Его руки дрожали. Видана единственная, кто, как мне показалось, сохраняла спокойствие. Она полезла в свою сумку и начала там что-то искать.

Со мной же сложилась совершенно иная ситуация. Я чувствовал, как чьи-то тонкие длинные лапки передвигаются по моей голени.

Пришлось действовать на чистых инстинктах. Я резко разогнул ногу в колене и изо всей силы ударил ей по столу. Услышал мерзкий хруст, почувствовал, как по моей ноге растёкся обжигающий сок.

Однако ударил я с такой силой, что аж с табуретки рухнул. Она просто выскользнула из-под меня, и я упал на спину. Из лёгких выбило весь воздух.

Я покосился под стол и увидел останки раздавленного мной существа. Достаточно было увидеть одну-единственную часть его тела, чтобы опознать, кем была эта тварь.

Комар. Огромный, чёрт его раздери, комар!

/Получено 0,5 единиц опыта/

/Уровень 2. Прогресс опыта: 70,5 из 200/

/Эссенций Смерти не получено. Чтобы получить одну Эссенцию смерти, рекомендуется убить от пяти до десяти подобных особей/

Справедливо. Наверное! Этих комаров-переростков убивать не так уж и трудно. Они большие, но мозгов у них от этого не прибавилось. Более хитрый монстр не позволил бы мне так просто его раздавить.

Время для меня будто замерло. Все вокруг суетились. А я пытался анализировать ситуацию. Всмотрелся в мокрое пятно, оставшееся от опасной твари.

Длинный хоботок комара, который в народе часто называют носом, был длиной не меньше пятнадцати сантиметров. Да это существо может и сонную артерию насквозь проколоть! Откуда он такой вообще взялся?

И этот вопрос оказался ключевым. Я быстро вскочил на ноги, глянул под стол. И понял, в чём проблема.

Между досками зияла большая трещина. В другой ситуации я бы даже внимания на неё не обратил. Но теперь мне ясно — он пролез через эту дыру.

Сейчас создаётся впечатление, что только одна особь узнала об этом тайном лазе. Новые к нам лезть не спешили. Значит, ещё есть время закрыть эту дыру.

— Как⁈ Как они прорвались сюда⁈ Откуда они могли взяться? — Стоян двигал шкаф к одному из окон. Решил полностью загородить гардеробом одно из самых опасных мест.

Там нет стекла. Только ставни. Ещё немного, и главный зал заполонят комары.

— Они могли прилететь только с одного места. С болот, — нащупав нужную склянку, произнесла Видана.

— Не говори глупостей! — с рёвом выкрикнул Стоян, сделал последний рывок и полностью закрыл одно из окон шкафом. — Нас от болот отделяет Черта. Хочешь сказать, они смогли её пересечь? Каким образом⁈

— Я не знаю, — помотала головой она.

— А защитная линия вокруг нашего штаба? — бросил Новик. Он как раз закончил закрывать тряпками все щели под дверьми. — Её они почему проигнорировали?

— Говорю же вам, я не знаю! — повысила голос Видана.

Знает. Чувствую, что она что-то знает. Снова этот взгляд. Снова отстранённость. Не хочу думать, что Видана может оказаться нашим врагом. Нет, этого в принципе быть не может. Зачем ей тогда помогать мне? Зачем запирать себя здесь, в штабе Скитальцев?

Если она знала, что нечто подобное может произойти, то уже давно сбежала бы дальше — вглубь королевства. Подальше от пограничных земель.

— Щель! — прокричал я своим соратникам. — Щель под столом! Если остальные о ней прознают, то это комнату заполонит целая куча этих тварей! Новик, тащи сюда тряпки, если ещё остались. Нужно её заделать!

Новик сходу мне даже не поверил. Сам подбежал к столу, согнулся.

И я услышал протяжное напряжённое жужжание. Обычно такой звук издают мухи, попав в лапы к пауку. Но в данном случае всё было иначе. Это насекомые пытались пробиться под полом к единственному месту, через которое можно влететь внутрь штаба.

— Твою ж кочерыжку! — застонал Новик. — Лад прав! Сюда надо…

— Перевернём стол! — велел я. — Заткнём им дыру. Хотя бы временно.

Мы с Новиком одновременно набросились на увесистый деревянный стол, повалили его набок, а затем перекрыли им выход для насекомых.

Но полностью проблему это не решило. Крупные болотные твари пробиться через образовавшуюся заслонку не могли. Однако было то, чего мы не учли.

Пол неровный. Поверхность стола не до конца прикрывает щель. Поэтому к нам вскоре начали прорываться мелкие насекомые. Жуки, комары, мошки, москиты, мухи. Кого только не было в этой армии!

Причём мелкие существа уже нашли новые щели. Около дверей, между брёвен, из которых были сделаны стены, через крышу.

Мелочь повалила отовсюду. Я даже увидел обычных комаров-долгоножек, которых в моём мире дети часто называли малярийными комарами. Хотя эти длинноногие насекомые таковыми не являются.

Более того, эти здоровенные комары даже людей не кусают. Зачем тогда они сюда припёрлись — ума не приложу!

— Прочь! — воскликнула Видана и начала осыпать всю комнату синей магической солью. — Прочь! Сдохните!

Не работает. Уже вижу, что ни черта её соль не работает. Резонный вопрос, а с чего бы ей вообще работать? Они каким-то образом преодолели Черту, прорвались через соль, которой окружён штаб Скитальцев.

Откуда-то у этих мелких существ взялся иммунитет к защите, которая, как я понял, окружает безопасные территории веками!

Возможно, это как-то связано с теми паразитами яйцекладами, которыми заразилась семья Митрия и его свиньи… Но рассуждать на эту тему нет времени. У нас есть две серьёзные проблемы.

Первая: дом заполняет мошкара, снаружи к нам изо всех сил пытаются пробиться более крупные особи, а у нас при этом нет никаких средств, чтобы защититься.

Новик вон мечом машет! Будто им можно порубить этих гадов.

Вторая проблема: мы не знаем, чем закончится лечение Радогоста. Существует риск, что вылечить его не удастся. И он всё-таки обратится в монстра.

И что же нам тогда делать, если это случится? Снаружи крылатые кровососы, внутри монстр. Придумать решение обеих проблем нужно быстро. Иначе потом уже поздно будет что-то менять.

Первым делом нужно проверить, что сейчас происходит в спальне Радогоста. Если на него накинулись мошки, то он может погибнуть в любую секунду. Так плюс ко всему ещё и отец с Волибором в опасности.

Мы со Стояном одновременно сорвались с места. Скиталец побежал в дальнее помещение, закрытое толстой дубовой дверью. Я же направился в спальню лидера.

— Лад, Стоян! Вы куда⁈ — запаниковал Новик. — Не бросайте меня тут одного!

— Я в арсенал! — крикнул Стоян. — Леший тебя подери, Новик, перестань размахивать свой железкой! Экономь силы, они ещё могут пригодиться, — Стоян захлопнул за собой дверь, и я услышал приглушённую фразу. — Если мы выживем…

Я вбежал в спальню. Там ситуация была чуть лучше, чем у нас. Насекомых было немного, щелей в этой комнате оказалось по минимуму. Волибор уж заканчивал давить надоедливых тварей. Но стоило ему избавиться от первой орды, и тут же появлялась новая.

У меня же руки работали инстинктивно. Я хлопал себя по груди, бокам и конечностям и даже по лицу. Давил ползучих уродов прямо на себе.

Система уже замучила скидывать одно и то же надоедливое сообщение, поэтому мне пришлось убрать оповещения об убийстве насекомых.

/Опыта не получено, Эссенций Смерти не получено. Рекомендуется продолжить убийства/

Ага! Продолжить! Я этим только и занят. Но по крайней мере, я получил важную информацию. На мелких слабых тварях ни опыта, ни Эссенций не заработать. Но это справедливо. Иначе бы я уже давно рванул искать всяких жучков-паучков, чтобы поскорее набить себе новый уровень.

Добромир, игнорируя ползающих по нему насекомых, продолжал омывать Радогоста своим отваром. Отец постоянно чередовал две склянки. Из одной он обливал кожу Скитальца, а содержимое другой вливал лидеру прямо в глотку.

Я бы удивился, как он вообще попадает ему в пищевод и умудряется не залить отваром дыхательные пути, если бы не увидел, что Радогост пришёл в себя.

И выглядело возвращения лидера так, как обычно в фильмах изображают изгнание какой-нибудь потусторонней сущности.

Радогост весь трясся, кричал так, будто кто-то разрывал его изнутри. Его руки и ноги уже связали ремнями. Он своими силами умудрялся даже отрывать койку от пола.

Как только отвар попадал ему в трахею, он тут же откашливал его, но отец прикрывал ему рот, чтобы всё откашлянное было проглочено. Из трахеи всё шло сразу в пищевод.

Не лечение, а пытка. Но никак иначе его не спасти.

— Лад, что ты тут делаешь? — не отрывая взгляда от своего пациента, строго произнёс Добромир. — Я думал, что ты уже нашёл себе укрытие!

— Ему нужно поднять голову, — мне пришлось пропустить мимо ушей слова отца, чтобы немного исправить ситуацию с Радогостом. — Он продолжит захлёбываться, лечение будет длиться ещё дольше. Подложите ему несколько подушек, выпрямите голову, а затем зафиксируйте её ещё одним ремнём.

Я решил больше не сдерживаться. Каждый день стараюсь притворяться обычным подростком, который только что избавился от слабоумия. Но сейчас не до притворства.

— Ты прав, Лад! Так выпрямится пищевод! — закивал отец. — Волибор, ещё ремень нужен!

— Да где ж я тебе его возьму⁈ — прокричал воин и прихлопнул целую кучу жуков одним ударом широкой ладони. — Я тебе последний отдал, с меня теперь портки слетают. Лад, поищи в арсенале, иначе мы тут все подохнем. Там точно должна быть сменная одежда.

— Почему они нападают? — прежде чем покинуть комнату, спросил я.

— Из-за Радогоста. Не знаю, как они сюда проникли, но лезут эти твари к нам именно из-за него. Мы уже сталкивались с таким пару раз. Когда человек должен обратиться в монстра, они изо всех сил стараются помешать его спасти. Но на безопасной территории это происходит впервые.

Я быстро кивнул, поблагодарив Волибора за информацию, и покинул спальню. Рванул мимо мельтешащего по комнате Новика в сторону арсенала.

А в голове была лишь одна мысль.

Брешь. Где-то есть брешь. Скорее всего, совсем небольшая. Пока что крупные монстры через неё пролезть не могут. Пока что только паразиты и насекомые. Но что, если эта брешь может расшириться?

Что будет, если Погранку наводнят болотные упыри? Я одолел одного только потому, что мне повезло. И потому, что у меня есть система. С упырем не каждый взрослый мужик сможет справиться.

А если их будут десятки? А может, сотни? Что тогда? Сдаться? Принять свою смерть?

Нет. Я на такое не согласен.

Влетев в арсенал, я тут же столкнулся со Стояном — он, наоборот бежал в противоположном направлении.

— Ты куда лезешь, Лад? — бросил он.

— Ремни! Радогосту нужны ремни! — крикнул я.

— В шкафу посмотри. В том, что в углу стоит… Да что ж такое! Ах ты сволочь гнойная! — завизжал Стоян и просунул руку в штаны. Достал из-за спины огромную многоножку, затем бросил её на пол и раздавил сапогом. — Мразота, прямо в задницу укусила!

Стоян, пошатываясь, побежал в главный зал. В его руках были какие-то склянки. Уж не знаю, что в них содержится, но надеюсь, это может стать нашим оружием против армии насекомых.

/Внимание! Замечено снижение витальности!/

/Витальность: 95 из 105/

Где это я успел целых десять единиц потерять? Неужто слишком сильно хлестал себя по лицу, пытаясь раздавить насекомых. Нет… Дело точно не в этом. Скорее всего, ползучие гады успели выпить много моей крови. Они ж меня с ног до головы облепили. Хорошо ещё, что я не страдаю от инсектофобии, как один из моих пациентов.

В прошлом мире я долгое время снижал давление больному, который никак не мог справиться с боязнью насекомых. Его даже мухи пугали, не говоря уже о всяких медведках, пауках или многоножках. И каждый раз при встрече с этими существами у него начинало подниматься давление.

Если бы этот мужчина сейчас оказался здесь, скорее всего, у него бы моментально случился инфаркт.

Я оторвал от шеи уже напившегося крови комара и щелчком пальца отправил его в стену. На дереве остались следы моей крови. Эх и много же они пьют. Убить это нас вряд ли может, но… Вызвать неконтролируемую аллергическую реакцию? Это запросто!

В этом я уверен, потому что на моей ноге уже образовались пузыри. Именно этой ногой я раздавил гигантского комара, который выполз на меня из-под стола.

/Острый аллергический дерматит/

Система говорит то же, что и я думаю. Значит, с болотными насекомыми нужно быть вдвойне осторожным. Они не только пьют кровь, но ещё и вводят перед этим яд прямо под кожу. Яд неопасный, если укусов несколько. Но когда их станет больше сотни — пиши пропало.

Ремень я нашёл быстро. Попутно обратил внимание, сколько у Скитальцев оружия. Мечи, сабли, булавы, копья, луки. Средств для убийства тут на любой вкус.

Только оружия гораздо больше, чем самих Скитальцев. Не в два и даже не в три раза. Сразу становится ясно, как много людей успело погибнуть. Подозреваю, что изначально в корпусе Радогоста было не меньше пятнадцати человек. А в итоге их осталось всего четверо.

А новых обученных бойцов сюда не присылают. И в чём тут проблема я тоже прекрасно понимаю. Этот регион считается самым безопасным. Значит, в других штабах Скитальцы вообще мрут как мухи. Скорее всего, там поток людей обновляется постоянно. Потому Волибором и было принято решение начать собирать добровольцев среди местного населения.

Никто сюда подмогу присылать не будет. Она нужнее в других местах. Но на этот счёт можно поспорить. Ведь ситуация изменилась. Если я прав в своих предположениях и мошкара действительно нашла брешь в Черте, значит со временем недостаток Скитальцев в этом регионе может стать катастрофой для всего королевства.

В главном зале началась ссора. Видана и Новик ополчились на Стояна, который собрался применить своё тайное оружие.

— Да чего вы со мной спорите⁈ — возмутился он. — Хотите подохнуть? Вперёд! Я вам мешать не буду. Но токсин всё-таки разолью. Мой учитель всегда пользовался им, чтобы отпугивать насекомых в болотах.

— В болотах, Стоян! Вот именно. В болотах! — воскликнула Видана. — Потому что там есть доступ к свежему воздуху.

— Не к такому уж и свежему, — пожал плечами Стоян.

— Неважно. Если это то, о чём я думаю, ты не только насекомых убьёшь. Ты и нас всех перетравишь! — продолжила спорить Видана.

— Да ну? — хмыкнул он. — Тогда чего же ты стоишь, девочка? А? Ты — ведьма. Наколдуй что-нибудь, леший тебя подери!

— Не ссорьтесь, пожалуйста, — взмолился Новик. — Иначе мы точно погибнем!

Лицо у Новика уже распухло от укусов. Махать мечом он устал. Лишь лениво смахивал с себя новых жуков, а сам держал входную дверь, которую вот-вот разломают крупные комары.

— Чего ты на меня уставилась? — продолжил напирать Стоян. — Этот ведьмак ведь должен был тебя чему-то обучить?

— Невзор показал мне только основы, а потом ушёл, — помотала головой Видана. — Это опасно. В первую очередь для меня.

В каком-то смысле Стоян прав. Если Видана может колдовать, то ей лучше рискнуть. Вопрос лишь в одном…

— В каком плане это для тебя опасно? — обратился к девушке я. — Что случится, если ты ошибёшься?

— Ошибусь или нет — будет отдача, — ответила она. — Голова закружится. Могу потерять сознание. Кто будет мне помогать, если я упаду?

— Я тебе помогу, — пообещал Видане я. — Если можешь — попробуй избавиться от мелких насекомых. Иначе через некоторое время нам всем станет плохо. Ты ведь знаешь, что они ядовитые. Знаешь, к чему приведёт большое количество укусов, верно?

Видана долго молчала. Даже перестала от насекомых отмахиваться. Видимо, погрузилась в свои мысли. Пыталась принять решение.

И это ключевой момент в решении — союзник она для нас или нет. Боюсь, Скитальцы ещё не поняли, но она точно как-то со всем этим связана.

Если всё же решит рискнуть — тогда ей удастся меня переубедить. Тогда я снова буду уверен, что она на нашей стороне.

— Я попробую, — кивнула Видана. — Пообещай мне, Лад: если не придумаешь, как меня спасти, тогда сразу же зови отца. Дай слово.

— Я обещаю, что не дам тебе пострадать, — уверенно ответил я. — Доверься мне. Ты можешь на меня положиться. Я тебя ещё ни разу не подводил.

И она это знает. Кроме того, она видела, как быстро я смог поднять своего отца на ноги. Видана осознаёт, что я разбираюсь в знахарском деле. И именно поэтому пойдёт на этот риск.

Ведь рядом есть тот, кто может прикрыть ей спину.

— Да что тут вообще творится⁈ — в отчаянии воскликнул Новик. — О чём вы говорите?

Видана шикнула на Новика, закрыла глаза, замерла, затем сложила ладони вместе и начала что-то нашёптывать себе под нос. Скорее всего, это и есть заклинания. Но язык мне неизвестен. Больше всего он похож на латынь, но ни одно слово узнать я не могу, хоть и знаю треть словаря этого мёртвого языка.

Поверить не могу, неужели я сейчас увижу магию? Конечно, мои навыки, судя по всему, тоже можно назвать магией, но Видана творит нечто другое. Что-то более старое. Древнее.

Я почувствовал напряжение в воздухе. Сердце забилось быстрее. Запахло озоном. Будто в дом вот-вот ударит молния. Однако колдовство Виданы оказалось не таким зрелищным, как я думал. Мошки начали падать одна за другой.

Не знаю, чем она их убила, но в главном зале штаба запахло поджаренными насекомыми. До ужаса мерзкий запах.

Через пару минут она закончила свой ритуал, взмахнула руками. И все насекомые тут же рухнули на землю. Каждый москит, даже те самые комары-долгоножки, которые сами не понимали, что они здесь делают.

Я почувствовал, как мою кожу обожгло. На ней остались точечные ожоги. Ровно в тех местах, на которых ранее сидели комары. Думаю, я не ошибся в своих предсказаниях.

Она только что пропустила через воздух сотни электрических ветвей. Они по цепочке поразили всех, кто проник в здание, но людей не тронули.

Всё это противоречило законам физики. Но… Видимо, на то и существует магия, чтобы эти самые законы нарушать.

Видана начала падать. Я тут же подбежал к ней, успел вовремя поймать её голову до того, как затылок девушки ударился о деревянный пол.

На ходу бросил Новику ремни.

— Передай их моему отцу. Срочно! Это для Радогоста, — объяснил я.

А затем тут же активировал «Диагностический взгляд». Видана была без сознания. Глаза закатились, еле дышит.

/Витальность: 80 из 90/

Тут ничего серьёзного. Но вокруг её тела появилось много дополнительных сообщений.

/Гипотония. Давление: 90 на 60 миллиметров ртутного столба/

/Тахикардия. Пульс 150 ударов в минуту/

И всё? Это она ещё легко отделалась. Уж с гипотонией я справиться смогу. Причём даже искать травы не придётся. Кофеина у меня под рукой нет, зато есть инструмент получше.

Мой новый навык.

Я активировал «Базовую биомантию». Коснулся шеи Виданы, приказал своей силе изменить её давление. Но магия не сработала. Пришлось сформулировать приказ точнее.

Восстановить тонус сосудов, замедлить сокращение сердца.

Вот так давление точно будет повышаться.

Правда, и здесь сила меня послушалась лишь частично. Сердцебиение не изменилось, но сосуды ответили на мою просьбу.

Всё ясно. Не так уж и просто работает эта магия. Пока что у меня слишком низкий уровень, чтобы воздействовать на такие органы, как сердце. Пока что я могу влиять только на мелкие менее значимые структуры.

Запаса маны как и не было. Восстановление Виданы отобрало у меня почти всё, что осталось. Видимо, каждый крупный сосуд система посчитала как отдельное использование навыка.

Теперь я и сам почувствовал слабость. Доколдовались мы с Виданой и совсем без сил остались.

Правда, бойня на этом не закончилась. Шкаф, которым Стоян закрыл окно, рухнул. И в комнату влетело сразу десять крупных комаров. Вот тут пришлось потрудиться.

Я оттащил Видану в другой конец комнаты. К битве присоединились Новик и Волибор. Я достал свой нож, и мы всей толпой набросились на ворвавшихся насекомых.

Опыт полетел очень быстро.

Я завалил трёх тварей и смог поднять за этот вечер две единицы опыта.

/Уровень 2. Прогресс опыта: 72 из 200/

Не густо, но лучше, чем ничего.

Почему-то после этой волны нападение резко сошло на нет. Вскоре я понял, с чем это было связано. В окна начали пробиваться лучи рассветного солнца. Выходит, мы боролись всю ночь. Я даже не заметил, как пролетело время.

Видану перенесли в её спальню. Вскоре в зал вышел мой отец.

— У нас получилось, — устало заключил он. — Радогост будет жить. Сейчас он уже откликается. Можете проведать его, если хотите.

Скитальцы со всех ног рванули в спальню своего лидера. Отец устало присел на свободный стул и взглядом указал на соседнее сидение.

— Садись, Лад. Надо поговорить, — произнёс отец. — Мне хочется узнать, как так вышло, что ты столь близко знаком со Скитальцами.

— Я отвечу на твой вопрос, отец, — кивнул я. — Если ты ответишь на мой, — я показал ему своё предплечье. Три чёрные полоски. Добромир тут же вздрогнул. — Откуда они взялись? Что случилось перед тем, как ты заболел?

Отец хотел поспорить, но всё же смог сдержаться. Понял, что доверие между нами пошатнётся, если мы оба продолжим молчать.

— Хорошо. Я расскажу тебе о той ночи, Лад.

Глава 15

Отец выглядел уставшим, но всё же решил не откладывать этот разговор. Он долго думал, с чего начать, какие подобрать слова. Время от времени почёсывался — тут я могу его понять. У нас вся кожа покрыта волдырями из-за укусов болотных насекомых.

Скитальцы в полном составе ушли в спальню Радогоста, чтобы поддержать вернувшегося с того света лидера.

Никто подслушать нас не мог. Да даже если бы и могли, у всех уже внимание рассредоточено. Ночка выдалась напряженная. Скитальцы обессилены, как и мы.

— В общем, вот с чего хочу начать… — наконец собрался с мыслями отец. — Скажи для начала ты, Лад. Ты правда ничего не помнишь о той ночи? Совсем?

— Память начисто отбило, — ответил я. — Если честно, даже старые воспоминания немного спутались. Отчётливо себя осознавать я начал уже после, когда ты слёг с болезнью.

Отлично, вот так я плюсом ещё и объяснил своё поведение. Нельзя всё списывать на слабоумие моего предшественника? Пусть отец будет иметь в виду, что мне ещё и память частично отбило. У него есть много вопросов, и часть из них будет звучать странно даже при том, что прошлый Лад не мог похвастаться своим умом.

— Ясно… Возможно, это даже к лучшему, — задумался Добромир. — Могу предположить, что перетрухнул ты в ту ночь. Потому память и пропала. В общем… Не буду больше уходить от темы. Дело в том, что заболел сначала не я, Лад, а ты. И заболел тяжело. Уж на что я хорошо разбираюсь в знахарском деле, и то ничего не мог с тобой поделать. Ты будто заживо горел. Лихорадка не спадала, я уже думал, что скоро тебя схороню.

Похоже, слухи, которые ходят по деревне, не так уж далеки от правды. Люди упоминали, что отец меня чуть ли мёртвого потащил в лес.

— Не знаю, можно ли считать это простой удачей или помощью Скалеса, который услышал мои молитвы, но вскоре через Погранку проехал один мой старый знакомый, — продолжил отец. — Другой знахарь. Мы с ним одно время работали вместе. Так уж вышло, что потом наши пути разошлись. Это долгая история… Главное — я попросил его тебя осмотреть. И он дал мне совет. Не знаю, как я вообще ему поверил? Видимо, совсем отчаялся.

Отец замолчал, начал царапать ногтем ножку перевёрнутого стола. Кажется, мы вот-вот перейдём к главной части его рассказа. К тем фактам, которые он хотел от меня утаить.

— Чего ты боишься? — спросил я. — Я никому не расскажу о том, что там случилось.

— В этом и проблема, Лад. Ты начал общаться со Скитальцами, — шёпотом добавил отец. — Как раз им знать о произошедшем не стоит.

А вот и моральная дилемма. Похоже, то, что я сейчас узнаю, как раз наоборот должно быть передано Скитальцам. Но в таком случае я подставлю своего отца.

Но для меня выбор очевиден.

— Обещаю, что сохраню это в тайне, — произнёс я.

— Ладно, — отец нагнулся поближе ко мне. — Тот знахарь сказал, чтобы я отнёс тебя в лес. В тот, что на холме за Погранкой находится. Просил, чтобы я прибыл туда ровно в полночь. Больше он ничего мне объяснять не стал. Но деваться уже было некуда. Я взял тебя на руки и под покровом ночи выдвинулся к назначенному месту. Но то, что я встретил в этом лесу… Не знаю даже, как это и описать.

— В деревне говорят, что мы пересеклись с монстром, — напомнил я. — Это правда?

— Правда ещё хуже, — помотал головой отец. — Я много слышал о монстрах. За свою жизнь я успел вдоволь пообщаться со Скитальцами. Но та тварь, что ждала нас в лесу… Я ничего подобного ещё не видел. Даже не слышал о таких существах. Я едва мог его разглядеть, но очертания сильно напоминали человека с длиннющими руками. Своими пальцами он даже до земли доставал, хотя стоял при этом на двух ногах, выпрямленный. Не стану врать, я тогда оцепенел от страха. Ровно в полночь ты проснулся, увидел это существо и закричал.

Добромир прервался, протёр воспалённые глаза. Поморщился, так как на его коже все ещё оставались следы отвара, которым он отпаивал Радогоста.

Я молчал. Ждал продолжения истории.

— И как только ты подал голос, это существо нас атаковало. Потянуло ко мне свои руки. Видимо, хотело тебя забрать. Но я попятился назад, увернулся от его лап. Он разозлился, рассёк тебе руку. Меня ударил в грудь. Не знаю, каким чудом, но мне удалось сбежать оттуда, — в голосе отца слышался животный страх. Будто он вновь переживал события той ночи. — Когда я бежал назад в Погранку, из леса доносился жуткий вой. Видимо, его и услышали жители. Потому и распространили слух, что мы с тобой угодили в лапы к монстру. Начали придумывать, что это я его призвал. Что воспользовался каким-то колдовством.

— Но никакого колдовства не было? — уточнил я.

— Может, и было, но сотворил его точно не я, — ответил Добромир.

— Значит, эти полосы на моей руке… — я показал отцу своё предплечье. — Это осталось после атаки того монстра? Ничего не понимаю. Выходит, это ранение меня каким-то образом спасло?

— Нет, Лад. Вот на этом моменте я и сам перестаю понимать, что случилось после, — покачал головой отец. — Я готов поклясться, что ты был мёртв, когда мы вернулись домой.

— Как Радогост? Начал обращаться в монстра?

— Нет. Ты сутки пролежал в таком состоянии. Я никому тебя не показывал, — продолжил отец. — А потом я и сам свалился. Видимо, это тварь напустила на меня лёгочную хворь. Но помочь я себе уже не успел.

Так прежний Лад умер? Примерно в тот же момент, когда я попал в его тело.

История отца пролила свет на события той ночи, но вопросов от этого меньше не стало.

Почему в итоге тело Лада не погибло? Так и планировалось изначально, или его организм реанимировало моё появление в этом мире? И что вообще это был за монстр? Проклятье… Теперь всё стало ещё менее понятно.

— Тот знахарь ещё появлялся? — спросил я. — Думаю, он бы мог пояснить, что это за дерьмо с нами случилось в том лесу.

— Не выражайся, Лад, — попросил отец, а затем тут же усмехнулся. — Извини, всё никак не могу привыкнуть, что ты снова… вернее, что ты впервые нормальный. Я ведь потому и наговорил тебе всяких гадостей после пробуждения. Был уже уверен, что тебя давно в живых нет. Что ж, а касаемо знахаря… Тут уж тебе виднее. Если в Погранке о нём не говорили, пока я болел, значит, он больше не возвращался. Чужаков тут всех запоминают. Мало кто проезжает через эти места.

Не знаю даже, как вообще относиться к этому старому знакомому Добромира. Он действительно хотел мне помочь или моё спасение — чистейшая случайность?

— Погоди, но ведь этот лес, если я на ошибаюсь, находится на безопасной территории, — подметил я. — Черта очень далеко от него. Откуда там мог взяться монстр?

— Вот поэтому я и прошу тебя — не говорить о произошедшем Скитальцам, — шикнул отец. — Радогост, когда окончательно придёт в себя, может во всём обвинить нас с тобой.

Отец прав. Перспектива так себе. Тогда о вступлении в их ряды можно будет забыть. Тем более история, которую поведал мне отец, звучит, мягко говоря, сомнительно. В неё никто не поверит. Добромир и сам в собственных словах сомневается, будто полагает, что всё это могло ему привидеться.

Но наличие монстра в безопасной зоне подтверждает мои главные опасения: где-то есть брешь. Либо же у кого-то есть возможность её открывать. Прошлой ночью сюда ворвались только насекомые. Никаких болотных упырей или прочих тварей. Значит, они банально не смогли пролезть в открывшийся проход.

— Ну что, господа? — из спальни вышел Волибор, одним крепким рывком перевернул стол, поставил его на прежнее место, а затем присел напротив нас. — Радогост и вправду пришёл в себя. Вы двое здорово нам помогли. И без награды я вас не отпущу.

Волибор подбросил Добромиру кошель.

— Пять серебряников, — заключил он. — Добро? Не обижу такой суммой?

— Самое то, — улыбнулся отец. — Спасибо, Волибор.

— Хотел бы я дать больше, но мы многих людей потеряли. А вместе с ними и снаряжение. Придётся посылать гонца в Дальск. Запрашивать новую поставку. На это уйдёт очень много времени. Сами понимаете, — принялся оправдываться Волибор.

Дальск… Где-то я уже слышал упоминание об этом месте. Кажется, это ближайший к нам город.

— Всё в порядке, нам этих денег будет достаточно, — успокоил его отец. — Не станем мы обдирать единственных защитников Погранки.

— Хм… — Волибор задумчиво глянул на мои ноги. — Знаю, чем ещё могу вам отплатить.

Он вышел из-за стола, прошёл к поломанному шкафу, которым ранее загораживали окно, затем достал оттуда пару ботинок.

— Вот, Лад, примерь, — предложил он. — Ботинки Новика. Сменные. У него другие есть, так что можешь не переживать на этот счёт. Размер у вас должен быть одинаковый.

— Не стоит, — поднял ладонь Добромир.

— Да брось! — отмахнулся воин. — Твой парень нам здорово помог. Все это оценили. А то чего ему босиком-то бегать?

Отец оторопел. Он только сейчас заметил, что на мне всего один ботинок.

— А ты куда второй-то задевать успел? — вскинул брови он. — Новые же! Полгода назад купили.

— Долгая история, — усмехнулся я. — Расскажу по дороге домой.

Обещание держать надо. Отец раскрыл мне тайну той ночи, а я поведаю ему, что собираюсь присоединиться к Скитальцам. Ничего кроме наличия у меня особых способностей утаивать не стану. Эту козырную карту лучше пока что придержать.

Ботинки подошли отлично. Я почувствовал глубокое облегчение, когда покрытая кровавыми мозолями стопа наконец-то опустилась в добротный ботинок.

Больше мы с отцом задерживаться не стали. По пути в Погранку я кратко пересказал ему обо всех своих приключениях. От встречи с болотным упырём до охоты на кусачей.

— Ты уж не обижайся, сын, но вериться в твою историю с трудом, — нахмурился отец. — Ну серьёзно, Лад! Ты сам убил болотного упыря?

— Можешь мне не верить. Другой правды у меня для тебя нет, — прямо сказал я. — Но заметь, твоя история звучала тоже не больно-то реалистично.

— Тут уж не поспоришь, — усмехнулся Добромир. — Так ты ещё после пробуждения ни с того ни с сего начал в знахарском деле неплохо разбираться. Тебе, конечно, ещё учиться и учиться, но… Ты хорошо себя показал.

— Я ведь много раз видел, как ты принимаешь больных, — решил придумать легенду я. — Наверное, это откладывалось в памяти. И когда я был на грани смерти, эти воспоминания проснулись.

— И это очень кстати, — заключил отец. — Не хочу это признавать, но сегодня мне точно понадобится твоя помощь. В качестве исключения я допущу тебя к больным.

— А чего это ты вдруг решил поменять своё решение?

— Я ведь обещал посетить три дома сегодня. Но после того, что случилось этой ночью, боюсь, что до ночи не смогу управиться, — объяснил Добромир. — Поэтому в один из домов сходишь сам. Хм… — он задумался. — Надо только решить, какая семья согласится принять от тебя помощь. Сам понимаешь, не каждый…

— Понимаю, — перебил отца я. — Уже довелось встречаться с недоверием. Люди пока что не готовы мне довериться.

— Ага, точно! — вспомнил Добромир. — Сходишь в дом Никифора. Старик к нам с тобой всегда очень хорошо относился. Ты, наверное, уже не помнишь. Он раньше мелким купцом был. Но Харитон его дело вытеснил. Никифор тебе часто гостинцы просто так давал, когда из города приезжал. Попробуй помочь ему сам. Если засомневаешься или же сам старик забрюзжит и захочет видеть меня лично — найдёшь меня на западе деревни. Я буду в доме кожевника.

А вот и первый, так сказать, законный вызов на дом. Уж диагноз я точно поставлю, но с лечением могут быть проблемы. Трав у меня не так уж и много, а маны и вовсе осталось «на донышке». Смогу использовать свою магию только один раз. Ошибиться нельзя.

— Зато, Лад, если всё пройдёт гладко, мы с тобой уже на днях сможем закрыть долг. А дальше будем стабильно платить Харитону. Больше эта скотина к нам приставать не будет! — воодушевлённо произнёс Добромир.

Это правда. Скитальцы нам щедро заплатили. Если удастся собрать ещё хотя бы пару серебряников, то можно хоть сегодня отдать ему всё, что мы должны. Через несколько дней уже истечёт срок нашей договорённости. И Харитон опять явится вытрясать из нас деньги.

Лучше сделать выстрел на опережение, пока этот урод не заявил, что накапали новые проценты.

Отец объяснил мне, где находится дом Никифора, и мы разделились. Однако по пути я решил заглянуть в свой схрон. После прошедшей ночи мне захотелось как можно скорее осуществить одно дело.

Я нашёл ямку под камнем и достал оттуда убитых мной кусачей. А затем немного поработал с ними ножом. От вони, которую они источали, сонливость как рукой сняло!

Осуществив свой план, я побросал в сумку добытые мной части монстров, а уже после этого направился к дому Никифора.

— Лад! Ла-а-ад! — меня нагнал рыжий Радко. — Ты где пропадал? Я тебя всё утро ищу!

— А зачем ты меня ищешь? — удивился я. — Опять что-то случилось?

— Пока что всё путём, — сообщил он. — Просто хотел тебе рассказать, что та история с едой благополучно закончилась. Беззубому и его малолетним друзьям родители надавали так, что они теперь из дома выйти не могут.

— Я уже в курсе. Видел, как вы с отцом ходили по их домам, — улыбнулся я.

— Да, правда… Меня теперь совесть мучает, — вздохнул Радко. — Как-то нехорошо я поступил. Настучал на них. Не по-мужски это.

— Да ну? — усмехнулся я. — То есть когда тебя повалили на землю и избивали ногами сразу пять человек, это было по-мужски? По справедливости?

— Нет, конечно, — замотал головой Радко. — Но после этого в компанию меня уже точно назад не возьмут.

— Ты уж не обижайся, Радко, но скажу тебе прямо: если ты всерьёз хочешь водиться с этими болванами, то ты даже безумнее, чем я.

— Именно поэтому я тебя и искал! — оживился он. — Ты здорово мне помог, и с едой очень хитро придумал. Я подумал, что после этого мы могли бы стать друзьями. Знаешь, тяжело быть одному.

— Так сразу друзьями? — улыбнулся я. — Быстро же ты решил переметнуться.

Как просто всё работает, когда ты ребёнок или подросток.

— Я видел, как ты их уделал. Понял, что ты уже не тот Лад, каким был прежде. Пусть надо мной будут смеяться, но я лучше буду с тобой водиться, чем с ними, — заключил Радко. — Правда, Лад. Вот увидишь. Я тебе ещё пригожусь.

— Да ладно-ладно, — кивнул я. — Раз так хочешь, с чего бы мне быть против?

Он прав. Одному выживать тяжело. Я заступился за Радко, а он без колебаний решил помочь мне с похищенной едой. Думаю, за эту связь можно зацепиться. Кто знает? Может, вдвоём нам и вправду будет проще.

Правда, общаться с ним мне пока трудно. Всё-таки я с трудом могу представить дружбу со сверстниками в этом мире. Мне куда проще со Скитальцами. Всё-таки Радко мне самому в сыновья годится, если говорить о моём настоящем возрасте.

— Ах да, я что хотел сказать… — вспомнил рыжий. — Думаю, Микула так просто не забудет, как ты его мордой о камень приложил. Говорят, он уже по деревне шастает. Вроде как тебя ищет.

— Пусть ищет, — махнул рукой я. — Найдёт — получит ещё раз.

— Всё равно лучше тебе быть с ним поаккуратнее, — посоветовал Радко. — Он ведь совсем не умеет останавливаться. Говорят, он одного парнишку в соседней деревне чуть ли не до смерти забил.

— Если ты ещё не понял, он именно это и с тобой сделать собирался, — напомнил я. — Кстати, если не секрет, чего они так на тебя ополчились?

— Да по глупости ляпнул… — поджал губы Радко. — Про Скитальцев заговорил. Микула ведь хочет в их ряды вступить. Вот и я об этом мечтаю. Но мы немного не сошлись во мнениях насчёт того, что нужно для того, чтобы стать воином за Чертой.

Похоже, каждый мальчишка в деревне мечтает стать Скитальцем. Микула, Третьяк, Радко. Только не у всех мозгов хватает понять, насколько это тяжёлое занятие.

Точно так же каждый второй пацан в моём мире хотел стать космонавтом. Видели в этой профессии определенную романтику. Так и местные видят Скитальцев. И там и там люди отправляются в ещё неисследованные просторы.

— Надеюсь, ты понимаешь, что большинство Скитальцев до старости не доживают? — спросил Радко я.

— Понимаю! Но оно того стоит, — мечтательно протянул рыжий. — Ты не думай, я же не настолько наивный. Знаю, что у Скитальцев много различных подразделений. Не обязательно всегда соваться в неизведанные земли. Можно и торговые караваны сопровождать по уже протоптанным путям. Или просто охотиться на всяких тварей, артефакты искать… Мечта, а не жизнь!

И всё-таки он куда наивнее, чем думает. Но из его слов я извлёк любопытную деталь.

Торговые караваны по уже протоптанным путям… Интересно, а может, Черта не одна? Просто разные государства отделены друг от друга опасными территориями, в которых и обитают эти самые монстры?

Получается мы будто в пузырях живём. В огромных безопасных пузырях, между которыми пролегают земли других существ.

— Между прочим, я знаю, что ты сегодня от Скитальцев с отцом шёл, — продолжил допытывать меня Радко. — И видел, как ты до этого к ним бегал. Тоже собираешься стать одним из них?

— Вроде того, — сдержанно ответил я. — Только не вздумай никому об этом рассказывать.

— Нет-нет, что ты! — замотал головой он. — Я могила.

Мы остановились около дома Никифора.

— Мне нужно старика осмотреть, — объяснил я. — Домой пойдёшь или будешь меня дожидаться?

— Так ты уже по домам ходишь, как отец? — удивился Радко. — Ладно, слушай… Хм… Наверное, я пока сбегаю пообедать, а потом вернусь. Может, расскажешь мне хоть что-нибудь о Скитальцах.

— Даже не рассчитывай, что я буду много болтать. Лучше обсудим с тобой другое дело, — предложил я.

У меня появилась мысль, как мы с Радко можем быть полезными друг другу. Могу дать ему небольшую работу, причём абсолютно безопасную.

Радко убежал, а я прошёл в дом своего нового пациента.

— Дедушка Никифор! — крикнул я. — Вы дома?

Из спальни вышел сгорбившийся старичок.

— Лад? — удивился он. — Здрав будь, молодец! А чагой-то ты пришёл? Отец опаздывает?

Я объяснял старику, что Добромир доверил мне осмотреть его самостоятельно. К счастью, Никифор не стал препятствовать. Мы сразу договорились — если я помочь не смогу, то отец явится к нему завтра.

— Так что вас беспокоит? — мы уселись на небольшую набитую соломой койку.

— Слухай, сынок, да вот здесь что-то давит, — он указал на виски. — А если долго давит голову, то потом здесь начинает колоть, — Никифор тыкнул себя большим пальцем в грудь.

Я аж почувствовал ностальгию. Вспомнил, как ездил по домашним вызовам в прошлом мире. Вроде век другой, мир другой и тело у меня совсем иное, но ощущается всё именно так, как и прежде.

Активировав «Диагностический взгляд», я начал осматривать тело старика.

/Витальность: 55 из 60/

О как! Видимо, общий предел здоровья с годами падает. Старик иссох, но вижу по мышечной ткани, что раньше он был раза в два крепче. Я это и без системы понимал, но всё же в цифрах наглядно показывается, как сильно меняется организм с годами.

Я отдал системе несколько приказов. Инструментов у меня в этом мире пока что нет. Придётся пользоваться магией, чтобы ставить верные диагнозы.

/Артериальное давление: 180 на 120 миллиметров ртутного столба/

/Частота сердечных сокращений: 50 ударов в минуту/

Так вот где собака зарыта. Как я и думал. Обычная артериальная гипертензия. Пульс низкий, но снизился он компенсаторно. Так бывает, когда сердце не справляется с высоким давлением.

С этим я справиться должен. Ситуация такая же, как и с Виданой, только наоборот. У девушки из-за перенапряжения давление упало, а у Никифора оно держится высоким.

— Есть у меня пара травок, которые могут вам помочь, — произнёс я. — Будете заваривать из них чай. Пить его надо утром и вечером.

Я вспомнил записи отца. Он отмечал травы, которые убирают головную боль. Должно быть, именно они и давление снижают.

Затем я использовал остатки маны, активировал «Базовую биомантию», чтобы расслабить старику сосуды.

— Ну ты даёшь, Лад, — пропыхтел Никифор, когда я уже собрался покинуть его дом. — Пообщался с тобой и уже легче стало. Хорошо тебя отец обучил. Передавай ему от меня доброго здравия. И вот, возьми.

Он протянул мне горстку монет. Я посчитал их на глаз. Чуть больше тридцати медяков.

— Отец сказал взять с вас меньше, — отметил я.

— А остаток себе оставь, — улыбнулся старик. — Пригодится. Попробую я твой чай. Обязательно захаживай, как будет время. Мне тут одному скучно бывает.

Я попрощался с Никифором и вышел на улицу. Радко ещё не вернулся. Управился я быстрее, чем думал.

/Получено 5 единиц опыта/

/Уровень 2. Прогресс опыта: 77 из 200

/Получено 3 Эссенции Жизни/

На баланс это никак не повлияло. Убийство кусачей и вчерашняя атака насекомых хорошо уравновесили обе стороны моей магии.

Даже восстановление сил активировалось в качестве бонуса за поддержание баланса.

Я решил направиться к дому Радко. Пойду навстречу, где-нибудь на полпути, может быть, пересечёмся.

— Попался наконец, гадёныш! — из-за угла выскочил уже знакомый мне долговязый парень.

Микула.

Времени отреагировать на его атаку не было. Должно быть, он поджидал меня с самого начала. Прав был Радко. Этот урод следил за мной.

И на этот раз у него было оружие.

Микула на полной скорости налетел на меня, припёр к забору.

— Это тебе за прошлый раз, недоумок, — прорычал он.

А затем ударил меня ножом в живот.

Глава 16

Вот уж кто действительно сумасшедший! Да этот Микула настоящий псих. Здоровенный детина. Судя по рассказам Радко, уже совершеннолетний. Мало того что детей избивает, так меня и вовсе решил прикончить!

Ножом в живот. Ну молодец, ничего не скажешь.

Я заступился за Радко, не дал ему избить парня, а он решил меня за это прирезать.

Вот только у него ничего не выйдет.

Нож отскочил от моего живота, как от камня. Не рассчитал силу Микула, не знал, что я подстраховался. И чёрт подери, как же мне повезло… Если бы мне в голову не ударило поносить на себе свою новую изготовку, я был бы уже мёртв.

/Навык «Слабые точки» активирован/

Время для меня замедлилось. Но дело не в моём навыке, а в адреналине. Надпочечники выплеснули главный стрессовый гормон в кровь.

«Бей или беги» — так он работает.

Но убегать я не стану. Не в этой ситуации. Слишком уж хорошо сработал мой козырь. Нож Микулы порвал мою рубашку, но его отразила хитиновая броня. Зловонная фиговина, которую я сшил из панцирей кусачей. И ведь надел я её сразу после того, как вышел от Никифора. Просто захотелось проверить, каково это — носить на себе такой доспех.

Микула не рассчитал силу. Если бы замахнулся сильнее, то пробил бы его. И то — маловероятно. Лезвие ножа соскользнуло. Панцири кусачей имеют особою обтекаемую форму. Видимо, в ходе эволюции отрастили такую защиту, чтобы более крупный хищник не мог навредить им даже когтями.

А уж до болотного упыря Микуле как мне до Китая. Учитывая, что Китая в этом мире, скорее всего, нет, значит кое-кто сейчас очень сильно получит.

Я нашёл слабую точку в запястье Микулы. Ударил по сухожильям, чтобы выбить из его рук нож. Он этого не ожидал. Всё вообще развернулось не по его сценарию.

И уж тем более он не ожидал, что я оттолкнусь от забора, к которому он меня прижал, и бодну головой его в ту же самую больную точку, где расположена его грыжа.

Теперь уже без разницы — будет у него некроз кишечника или нет. Решил убить меня? Ладно. Значит теперь играем по одним правилам.

Я не для того лазал по болотам и поднимался с колен в новом мире, чтобы подохнуть в подворотне из-за какого-то кровожадного парня. Который, судя по всему, только детей бить горазд. Экий герой нашёлся!

— Ах ты сволочь! — прошипел Микула, вновь согнулся пополам. — Да я ж тебя, выродка, по стенке размажу!

Не успел он договорить, как я сорвал со своей самодельной брони одну из пластин, а затем врезал ею по голове этому болвану.

Вовремя же он согнулся. Иначе бы я до его лица не достал. Слишком большая разница в росте.

/Внимание! Нанесён критический урон витальности/

/Витальность: 75 из 100/

/Автоматически активирован «Диагностический взгляд»/

/Сотрясение мозга/

/Рекомендовано продолжить атаку, чтобы перевести сотрясение в ушиб мозга/

Эх, ничего себе!

Микула рухнул на спину и схватился за ушибленную голову. Затем перекатился на живот, слегка приподнял торс и изрыгнул из себя содержимое желудка.

Да, и вправду сотрясение ему устроил. Правда, искренне надеюсь, что у него не разовьётся кратковременная амнезия, как это бывает при сотрясах. Я хочу, чтобы он запомнил, как я уделал его во второй раз.

Знал бы он ещё, что мне сейчас советует система. Намекает, что я могу получить несколько Эссенций Смерти. Ещё один крепкий удар моим хитиновым щитком приведёт к ушибу мозга, а с такой травмой можно и помереть.

Но стоит ли заходить так далеко? Я никогда не убивал людей. А этот мир испытывает на прочность, практически не оставляя выбора.

Было бы здорово избавиться от Микулы, чтобы он перестал терроризировать жителей Погранки, но это — не моя работа. Более того, за убийство меня и самого могут осудить. Подобное деревенские точно не простят, а я только начал восстанавливать репутацию.

Нет смысла из-за какого-то отморозка влезать в такие проблемы и отцу репутацию тоже портить. Если я его сейчас убью, это заметят. Вот из окон люди смотрят!

Так что, нет. Сейчас я его убивать не стану. Ради своего же блага.

Кстати, стоит отметить что выжил я благодаря словам Радко, который и предупредил, что Микула меня ищет. Хотя не только его я опасался. Словно на подсознательном уровне почувствовал, что мне может грозить опасность. Слишком уж тяжёлая выдалась ночь. Начинает создаваться впечатление, что в любой момент можно будет встретить в Погранке и более крупных монстров.

Поэтому я и сделал этот доспех. Связал панцири между собой с помощью сухожилий тех же кусачей. Они оказались крепче любой верёвки. Броня, конечно, так себе. Смердит, пережимает кожу местами, да и пробить её сильный противник всё равно сможет. Особенно если попадёт между пластин.

Но всё же это — лучше, чем ничего. Этот нагрудник только что спас мне жизнь.

— Эй! Это что тут, драть вас за уши, происходит⁈ — из проулка вышел крепкий широкоплечий мужчина. Почти таких же габаритов, что Волибор.

Он грозно взглянул сначала на лежащего Микулу, а затем уже на меня. Фух, всё-таки хорошо, что я не стал его добивать. Иначе бы он сейчас застал меня над трупом…

— Это ты с ним сделал? — стиснул зубы он.

— Даже если и я. Что с того? — я запахнул рубашку, чтобы незнакомец не увидел мою броню. — Он первый на меня напал. По-вашему, мне нужно было терпеть?

— Ну не до такой же степени избивать человека! — разозлился он. — Погоди-ка… А ты не тот ли скудоумный сын знахаря? Совсем не боишься, что у твоего отца будут проблемы из-за тебя?

Здорово получается. Он меня же в итоге и хочет выставить виноватым?

— Гордей! — из своего дома выполз старик Никифор. — Гордеюшка, не ругай парня! Я всё видел. Всё могу рассказать.

— И что же тут случилось? — сложил руки на груди здоровяк.

— Этот длинный пытался Лада прирезать. Вон нож валяется, сам посмотри! — Никифор указал на оружие Микулы.

— А это не твой ли нож случаем? — спросил меня Гордей.

Да кто он такой? Стражников в Погранке я не видел. Не припомню, чтобы здесь мелькали хотя бы примитивные стражи правопорядка.

— Если бы нож был мой, он бы на земле не валялся, — ответил я. — Вообще-то я сюда пришёл не ради драки. Я помогаю отцу осматривать больных. Как раз только что вышел от Никифора.

— Это правда? — Гордей перевёл взгляд на старика.

— Ручаюсь за него, Гордеюшка, ручаюсь, — закивал Никифор. — А этот злыдень Микула уже давно напрашивается на хорошую взбучку! Он недавно мой дом навозом забросал. Болван бестолковый. И куда, интересно, отец его смотрит? Батька-то его хороший человек. Как умудрился такую гниду воспитать, ума не приложу.

— Учтите, Никифор, мне придётся передать всё вами сказанное старосте деревни. Если вы согласны быть свидетелем, то вопросов у меня ни к вам, ни к мальчишке больше нет, — заключил Гордей.

Ах, так вон оно что! Значит, всё-таки есть в этой деревне один человек, который следит за порядком. Видимо, это один из охранников старосты, которому поручено разбираться с подобными ситуациями.

Кто-то вроде участкового, только на средневековый манер.

— Если староста захочет меня выслушать — я скажу то же, что и сказал. От слов не откажусь, — заключил Никифор.

— Что ж, ладно, — Гордей подхватил Микулу и одним ловким рывком закинул его себе на спину. Будто тот весил не больше пуда. — Отнесу этого баламошку к отцу. Пусть сам разговаривает со старостой. Вообще, если он и вправду с ножом напал — дорога ему в Дальск. В худшем смысле этого слова.

Дальск — ближайший к нам город. Обычно молодые люди Погранки, наоборот, мечтают туда уехать, чтобы найти хорошую работу.

Но в данном случае Гордей, скорее всего, подразумевает тюрьму. У нас в деревне преступников содержать негде. А самосуд здесь никто не устраивает. Деревенька в целом очень мирная. Есть тут, конечно, особые индивиды вроде Микулы, которые нарушают общее спокойствие, но в остальном люди приятные.

Многие уже даже перестали относиться ко мне как к старому Ладу. Значит, и гибкость ума у некоторых имеется. Умеют менять своё мнение. А такой навык даётся далеко не всем.

— Спасибо вам, дед Никифор, — поблагодарил старика я. — Только зря вы выскочили. Вам сейчас лишний раз тревожиться нельзя. Опять давление подскочит.

— Что подскочит? — не понял старик.

Тьфу ты! Ну никуда не деть отработанные профессиональные навыки. Уже в речь вросли. Придётся отучаться.

— Голова опять заболит, сердце колоть начнёт, — объяснил я. — Успокойтесь, с проблемой уже разобрались.

— Меня-то не за что благодарить, Лад, — хитро улыбнулся старик. — Здорово ты его уделал. Хорошо себя показал, — Никифор опустил взгляд, посмотрел на мою запахнутую рубаху. — Я знаю, что ты там скрываешь, малец. Чьи панцири, признавайся. Прибрежные кусачи? Или пещерные волосатки?

Опа! А старик не лыком шит. Изначально у меня сложилось о нём совсем другое впечатление.

— Кусачи, — коротко ответил я. — Как вы поняли?

— Ой, сынок, знал бы ты, кого об этом спрашиваешь, — рассмеялся Никифор. — Я полжизни возил товары из Погранки в город. И за Дальск умудрялся заезжать. Почти до столицы добрался. Доводилось мне перевозить Скитальцев, и не один раз. Помню, как выглядят их трофеи. Очень хорошо помню.

— Я бы хотел, чтобы это осталось между нами, — произнёс я.

— Да я через полчаса уже забуду, что ты вообще ко мне приходил, — усмехнулся Никифор. — Но с бронёй ты здорово придумал, Лад. Спрячь её. Могу поспорить, что этот кретин Микула даже не понял, чем ты от него защитился.

— Спасибо за совет, Никифор. Буду иметь в виду, — я попрощался со стариком, после чего направился на встречу с Радко.

Который, между прочим, уже стоял за углом.

— Прости, что опоздал, — тяжело дыша, произнёс он. — Когда прибежал, ты уже с Гордеем и Никифором болтал. Леший меня подери, Лад… Ты что, снова поколотил Микулу?

— Он мне выбора не оставил. С ножом набросился. Кстати, тебе отдельное спасибо.

— А мне-то за что? — не понял Радко.

— За то, что предупредил меня. Ты ведь сказал, что Микула меня ищет. У меня было время, чтобы подготовиться, — объяснил я. — Рад, что мы можем друг на друга положиться.

— Да ерунда! — улыбнулся Радко. — Ты ради меня на больший риск пошёл. Кстати, как думаешь, теперь-то он от тебя отстанет? Я видел, как его Гордей потащил домой. А уж если Гордей взялся за дело, то разбираться с Микулой будут строго.

— Вопрос в том — насколько строго. Если он отделается очередным предупреждением, то ещё сильнее захочет нам отомстить, — подметил я. — Ты, кстати, и сам будь аккуратнее. Он теперь с ножом ходит.

Правда, не думаю, что он быстро придёт в себя. От сотрясения мозга он ещё дней пять точно будет отходить.

— Так, чёрт с ним — с Микулой! — перевёл тему Радко. — Мне уже не терпится услышать, что ты собираешься мне предложить. Ты ведь сказал, что мы какую-то важную тему должны обсудить. Какое-то общее дело, да?

— Верно, Радко, — кивнул я. — И уверен, оно тебе понравится. Пойдём, пройдёмся до ближайшего поля. Объясню всё на месте.

Пока мы шли через Погранку, на нас то и дело глазели люди. Видимо, удивлялись, почему Радко вдруг взялся водиться со мной. Правда, стоит отметить, любопытных глаз стало меньше. Благие вести о нашем с отцом тандеме начали распространяться по деревне очень быстро. Часть людей уже начала забывать, что изначально сын Добромира был совсем другим человеком.

По дороге я думал, правильно ли поступил с Микулой. С одной стороны, проблема так до сих пор и не решена. Решить её можно только убийством этого отморозка. И всё же я поступил верно. Ведь в противном случае у меня появилось бы ещё больше проблем.

Во-первых, место неподходящее. Вокруг много свидетелей. Те же Никифор с Гордеем узнали бы, что я лишил одного из жителей деревни жизни.

Во-вторых, даже если бы людей там не оказалось — куда бы я понёс тело? Можно было бы спрятать его на болотах, но для этого пришлось бы протащить Микулу через всю Погранку!

В-третьих, я в принципе ещё людей никогда не убивал… Нет, дело вовсе не в трусости. Я уже смирился с тем, что без убийств в этом мире не обойтись. Но есть те, кто заслуживают смерти гораздо больше. Микуле и травм хватит. Такие люди обычно понимают язык силы, хоть и не с первого раза

Да… Много аргументов набралось. Значит, я всё же не ошибся. Поступил наиболее разумным способом.

Мы с Радко поднялись к лугу. К тому самому, на котором я совсем недавно проводил свою первую медитацию для перехода с первого уровня на второй.

— Итак, Радко, идея у меня такая, — начал объяснять я. — У нас с отцом накопилось много заказов. Но трав на всех не хватит. Всё, что было добыто до нашей с ним болезни, хранилось неправильно. Так что теперь они бесполезны.

— Предлагаешь мне собирать для вас травы? — удивился Радко. — Так я же совсем в этом деле не разбираюсь.

— А я тебе сейчас покажу, какие нужно собирать. Обычно они выделяются на общем фоне. Выглядят совсем не так, как обычные сорняки, — пояснил я. — Даже если соберёшь лишнее — ничего страшного. Мы потом отсортируем.

— Так, а… Как бы, меня ещё интересует… — замялся Радко.

— Что ты получишь взамен? — закончил за него я.

— Угу, — кивнул парень. — Только не обижайся. Но не могу же я целый день шастать по лугам просто потому, что ты меня попросил.

— Всё верно, правильно мыслишь, Радко, — кивнул я. — У меня и в мыслях не было поручать тебе бесплатную работу. Ты собираешь травы, а я тебе плачу. Первое время буду давать не деньги, так как нам с отцом сейчас самим не хватает.

— А чем же тогда? — Радко мои слова явно заинтриговали.

— Ты ведь сказал, что хочешь стать Скитальцем, верно?

Всё. Глаза заблестели, улыбка расползлась до ушей. Я его зацепил. Знал, что моё предложение его заинтересует.

— Конечно, хочу! — воскликнул он. — А что ты предлагаешь? Познакомишь меня со Скитальцами? Посоветуешь меня им?

— Нет, я ещё сам с ними не так близко знаком, — помотал головой я. — Но я могу поделиться с тобой опытом. Расскажу, как убивать мелких монстров. Да и про упырей мне есть что рассказать. За работу буду делиться с тобой знаниями.

— Ого! — обрадовался Радко, но тут же поутих. — Слушай, Лад, ты пойми меня правильно, но… Откуда тебя знать, как убивать монстров? Ты же сам сказал, что в ряды Скитальцев ещё не вступил?

Показать ему, что ли? Да, лучше так и поступлю. Мы с Радко уже несколько раз прикрыли друг другу задницы. Думаю, парнишке можно довериться.

Я распахнул рубаху и показал ему свой хитиновый нагрудник.

— Вот эта штука сегодня удар ножа остановила. Догадываешься, откуда я такой взял?

— О-о-о… — выпучил глаза Радко, затем подошёл ко мне, несколько раз ткнул пальцем в пластины, удивлённо посмотрел мне в глаза. — Это же шелуха от жуков болотных!

— Какая ещё шелуха? — рассмеялся я. — Панцири. Хитин. Если заинтересовало, покажу тебе позже, как охотиться на этих тварей. Или ты уже передумал?

— Да какой там! Ты что? Теперь я точно уже не передумаю. Говори, что делать. Я на всё что угодно готов пойти, чтобы обучиться такому мастерству. Я… Я такую же броню себе хочу! — заявил Радко. — Только от неё воняет, если честно… Я сначала подумал, что ты просто не мылся несколько недель.

Ну, приехали. Тестовый выход в новой броне увенчался успехом лишь частично. Защищает от ударов? Да, ещё как! Отпугивает людей своим запахом? Да, причём даже лучше, чем защищает.

В свободное время надо будет отскоблить мясо этих проклятых кусачей, а затем придумать, в чём можно обработать сами пластины. Кипятить их точно не стоит — размякнут. Лучше промочить их в том же дезинфицирующем растворе, который я сделал с помощью попавшихся мне трав.

Но всё это позже. Сегодня ещё дел навалом, а это при том, что мы с отцом вторые сутки без сна по деревне шляемся.

Поэтому я поспешил поскорее перейти к делу. Объяснил Радко во всех подробностях, какие травы нужно собирать. Причём передал ему информацию на максимально примитивном уровне. Фиолетовые цветки, широкие листы, длинные стебли. Всё, что может запомнить мой ровесник при том, что он никогда в жизни не занимался травничеством.

— Лад, я тогда тут на полях задержусь, можешь меня не ждать, — предупредил Радко. — Я потом к концу дня к тебе загляну. Занесу всё, что удастся собрать. А уже завтра расскажешь мне про свои тайные навыки!

— Идёт, — улыбнулся я. — Значит, теперь мы с тобой соратники, Радко. Будем держаться друг друга.

А точнее — партнёры. Он сильно облегчит нашу с отцом нагрузку и обеспечит поставку трав. А их в округе много, тут даже трудиться толком не придётся. А взамен я поведаю ему всё, что мне известно. Постепенно, по кусочкам.

Уж не знаю, станет ли он когда-нибудь Скитальцем, но если его цель тверда, то эта информация Радко точно пригодится.

С отцом мы пересеклись уже в сарае. Я добрался до дома раньше него, спрятал свою броню под камень, а затем помылся в бадье. Уж отец точно поймёт, что от меня пахнет болотными монстрами. Мужик он мудрый.

Как только Добромир вернулся, я передал ему все деньги, которые получил от Никифора. Даже те, которые старик отдал именно мне для личного пользования. Сейчас совсем не та ситуация, чтобы зажимать гроши для своих трат. Для начала нужно избавиться от гнёта Харитона.

— Ну ничего себе! — воскликнул отец. — Что-то старик Никифор расщедрился. Заплатил даже больше, чем должен. Как вообще всё прошло, Лад? Ни в чём не ошибся?

— Полностью уверен, что лечение прошло как надо, — сказал я. — Если хочешь, можешь сам его посетить ещё раз. Но с его головными болями теперь точно покончено. Будет заваривать чай целебный. Как трава закончится, купит у нас ещё. Придётся поддерживать его до конца. Эта болезнь никуда не уйдёт. Она с ним навсегда.

— Интересно ты это подметил, — хмыкнул Добромир. — Я тоже замечал, что такие головные боли у стариков никогда не исчезают. Быстро учишься, Лад. На днях продолжим твоё обучение. Ты быстро схватываешь. Может, даже быстрее, чем я в своё время.

Отец ушёл пересчитывать деньги, а я ненадолго присел на свою солому и прикрыл глаза. Спать не собирался. Да и не смог бы уже уснуть. После бессонной ночи организм человека проходит несколько стадий. В определённый момент, даже будучи уставшим, он заснуть уже не сможет.

А всё дело в нашим хитром, но немного отсталом организме. Он привык мыслить на уровне зверей.

Не спим? Значит, за нами гонится хищник. Самое время выделить кучу бодрящих гормонов, чтобы организму хватило сил найти безопасное место. А отоспаться можно позже.

В этом и заключается суть замкнутого круга. Так недосып может породить хроническую бессонницу.

Эх, сейчас бы крепкий чай или кофе заварить… Было бы очень кстати. Спать ещё рано, иначе весь режим собьётся. Наверняка в этом мире есть травы, содержащие в себе кофеин. Надо будет поэкспериментировать позже. Правда, делать это придётся аккуратно. Всегда есть риск отравиться каким-нибудь скрытым в растениях ядом.

На улице уже стемнело, а Радко так и не вернулся. Наверное, решил всё-таки занести мне травы с утра. Разумно, нечего лишний раз шастать по деревне ночью.

Хотя, возможно, ему надоела однообразная работа и он попросту передумал.

— Получилось… Получилось, Лад! — услышал я крик отца.

Я тут же открыл глаза, выбрался из состояния микро-сна.

— Что «получилось»? — переспросил я.

— У нас есть нужная сумма, — отец нервно облизнул высохшие губы. — Девять серебряников. Восемь отдадим Харитону, и ещё один у нас останется на первое время. На проживание.

— Думаешь, пора покончить с нашим долгом? — я поднялся со своей лежанки.

— Да. И лучше это сделать сегодня же. Может, торгаш позволит нам вернуться в пристройку. Там хотя бы кровати есть. Хоть перестанем жить, как бездомные!

Отлично! Это хорошая идея. С первых секунд в этом мире я чувствовал, что нахожусь на грани между нищетой и рабством.

Но мне удалось прорваться вперёд. Из этих серебряников большую часть заработал я. Отец лишь ускорил процесс. И я считаю, что Добромир прав. Нужно вернуть долг Харитону как можно скорее. Мы выйдем в «ноль». Начнём с чистого листа.

— Пойдём, Лад, — позвал меня отец. — Ты заслуживаешь быть рядом со мной в этот момент. Хорошо постарался, сын. Знаю, тебе нелегко пришлось. Но пока меня лихорадило, ты скосил нам весомую часть долга. Поставим точку вместе.

Мы с отцом прошли к дому Харитона. Уже в прихожей нас встретил верзила Семён. Тот самый, который пытался избить меня дубиной в прошлый раз.

— Чего припёрлись? — бросил он. — Мне не говорили, что вас велено пускать.

Его рука легла на рукоять дубины.

— Передай Харитону, что… — начал было отец.

— Харитон трапезничает. Просил, чтобы его не беспокоили, — отрезал Семён.

— Лучше закрой рот и послушай меня, — не удержался отец. — Трапезничает он или нет, но мы принесли ему деньги. Всю сумму, которую были должны. Если хочет её получить — пусть принимает нас сейчас же.

Семён фыркнул. Но всё же дубину свою доставать не стал. Видимо, торговец запретил ему нас трогать. Он прошёл в зал, переговорил с Харитоном.

Вскоре послышалось приглушенное чавканье и короткий ответ:

— Запускай.

Семён провёл нас с отцом в гостиную Харитона. Жил этот толстосум похлеще дворянина. Сравнивать мне, конечно, не с чем. Местную знать я ещё никогда не видел. Но обустроился по меркам Погранки он даже чересчур хорошо.

Ковры, картины, три охранника. Широкий стол, уставленный едой. И во главе его сидит он. Чванливый жирдяй, которому на ужин двух куриц будет мало.

А ведь ест он один. Семьи у Харитона, судя по всему, нет.

— Ну чего там у вас, знахари? — громко жуя кусок жаренной курятины, бросил нам Харитон. Затем запил еду вином и добавил. — Деньги принесли? Так давайте сюда!

Странно. Какое-то недоверие в голосе. Будто он сомневается, что мы говорим правду.

Добромир подошёл к его столу и положил кошель рядом с большой тарелкой, на которой лежали куриные косточки.

— Пересчитай, Тимофей, — велел одному из своих охранников Харитон.

Худощавый мужчина подошёл к столу, взял кошелёк и высыпал из него монеты. Я сразу отметил, что на его поясе висит нож. Решил на всякий случай оценить обстановку.

Три охранника. Двое с дубинками, один с ножом. Очень надеюсь, что эта информация мне не понадобится.

— Ровно восемь серебряников, Харитон, — подытожил Тимофей.

— Доволен? Больше никаких долгов нет, — сообщил ему мой отец. — Мы с Ладом можем вернуться в пристройку?

Харитон замялся. Его глаза забегали из стороны в сторону. Затем он раздраженно выплюнул хрящик и бросил вилку с ножом на стол.

— Суки, такой ужин испортили, — промычал он. — Нет, Добромир. Это ещё не всё. Не обретёшь ты со своим ужонком свободы. Тимофей, Семён, вяжите их.

— Ты совсем спятил⁈ — вскрикнул Добромир. — Долг мы вернули! Что тебя ещё не устра…

Дубина Семёна ударила моего отца прямо в живот. Добромир согнулся пополам, упал на ковёр. Я бросился к отцу, но на меня сверху приземлился ещё один охранник. Упёрся коленом мне в спину, прижал руки к полу.

Я надеялся, что этого не случится, хотя догадывался, что Харитон так просто нас не отпустит.

Ничего. У меня есть идея. Я знаю, как можно выпутаться из этой ситуации. Есть только один способ вернуться на свободу.

Глава 17

Не повезло же отцу и предыдущему Ладу оказаться в долговом рабстве именно у этого человека. Именно у Харитона. У жадного подонка, который, имея горсти золотых монет, будет биться за каждый медяк.

Хочет выцеживать из нас мелочь, как молоко из коровы, у которой уже давно всё закончилось. Но настойчивый дояр всё равно давит всё до последней капли, пока кровь из вымени не пойдёт.

Я решил сказать Харитону то, что пришло мне на ум. Упомянуть о нашем козыре. Но мне и слова сказать не дали. Причём помешал мне в этом именно мой отец. Удар дубинкой его не успокоил.

Отец словно озверел, совсем перестал чувствовать боль. Вскочил на ноги, увернулся от ещё одного удара дубинкой и рванул вперёд — к торговцу.

Думаю, именно поэтому в прошлый раз ему удалось утихомирить Харитона одним лишь строгим взглядом. Торговец знал характер моего отца. Большую часть времени Добромир — спокойный, рассудительный человек.

Но если вывести его из себя, он способен сделать даже то, что я сейчас наблюдаю.

— Вы чего смотрите, идиоты⁈ Хватайте его!!! — во всё горло заорал Харитон.

Но было уже поздно.

Отец налетел на обеденный стол торговца. Пинком повалил его прямо на Харитона. На подонка посыпались объедки, полилось вино, а на лицо и вовсе упал кусок горячей яичницы.

Флегматик. Типичный флегматик. Не могу сказать, что верю в эти типы темперамента. Но порой убеждаюсь, что Гиппократ был во многом прав.

Холерики — люди вспыльчивые. Всегда нарываются на ссору. Флегматики же, наоборот, очень сдержанные. Именно такие, как мой отец.

Но если кто-то умудрится довести флегматика… Быть беде. Ведь в таком случае он взорвётся даже сильнее, чем холерик. И прямо сейчас я наблюдаю первобытный гнев человека со спокойным темпераментом, которого всё же смогли довести до белого каления.

— Уберите его! — визжал Харитон.

Но Добромир всё же навалился на перевёрнутый стол и нажал своим весом на торговца. Если бы мой отец весил как тот же Волибор, у Харитона бы уже все кишки выдавило.

— Стойте! — крикнул я.

Но Семён всё равно ударил моего отца дубинкой по боку.

— Я сказал: стойте, идиоты. Харитон, у меня есть для тебя предложение! Денежное! — аж глотку надорвал, но всё же смог перекричать остальных охранников. Пока они поливали моего отца грязью, мой голос всё же дошёл до ушей Харитона.

Стоило ему услышать фразу «денежное предложение», и он тут же выбрался из-под своего стола. Весь измазанный в соусе и жире поднялся на ноги. Жестом попросил своих людей остановиться. Медленно, держась за ушибленный живот, пошагал ко мне.

Пока он шёл, я использовал «Диагностический взгляд», чтобы осмотреть отца.

/Витальность: 85 из 120/

/Множественные ушибы мягких тканей/

/Ушиб левой почки лёгкой степени тяжести/

Вот ведь твари… Мясники. Хорошо отделали — ничего не скажешь. Только поднял отца, только привёл его в чувство. А люди Харитона уже умудрились повредить ему внутренние органы.

Но это не беда. Почку я залечу. Знаю, что нужно сделать. Главное понять, что эта мразь от нас хочет. А уже после этого… Осуществить свой план, который я готовил на самый крайний случай.

— Если не прекратите бить моего отца, то никогда не узнаете, что мы со Скитальцами храним на болотах, — заявил я.

— Уж больно ты языкастый сделался, — хмыкнул Харитон. — Какие Скитальцы? Что ты вообще можешь предложить мне, Лад? Мне! Единственному торговцу, который есть в этом Скалесом забытом месте. Погранка живёт только за счёт меня и…

— Ну, если отказываешься от прибыли — хорошо, — бросил я.

Охранник Харитона счёл мои слова оскорблением, а потому прижал меня лицом к полу. Даже говорить было трудно.

Что ж, наслаждайтесь, пока можете. Скоро я верну вам все эти унижения сполна. И Харитон, и все его подручные пожалеют, что решили так поступить со знахарями.

Видимо, они думают, что знахарь ничего не может сделать. Мы ни на что не годимся, да? Только людей лечить можем? Как бы не так.

— Да ослабь ты хватку, болван. Ты же пацану башку раздавишь! — рявкнул Харитон. — Так что ты там говорил про деньги Скитальцев?

Вот ведь жадная морда. Неужто купился? Рискованный шаг для него. Но Харитон знает, что больше него зарабатывают только Скитальцы.

Вот только все деньги воины спускают на провизию и новое оружие. А если что и остаётся — отправляют семьям. Слышал, что в их организации не принято заводить семью. Смысла в этом нет. Ведь риск умереть слишком высок. И даже если Скиталец выживает, к семье он может вернуться раз в несколько лет.

Это как моряк дальнего плавания, только ещё хуже. У моряков в те же времена шанс погибнуть был гораздо ниже.

Но всё же я слышал, что у Стояна есть семья. Жена, сын и двое дочерей. И живут они в Дальске. Поэтому большую часть денег Скиталец отправляет им.

Что ж, Харитон, посмотрим, насколько ты прогнил. Если торгаш превзойдёт мои ожидания, разумеется, в худшем смысле этого слова, то мой план сработает ещё лучше.

Если он захочет отнять деньги у таких людей, как Стоян, то я заманю его в ловушку. И он уже ничего не сможет сделать.

— Я расскажу тебе, где хранится схрон Скитальцев, — солгал я. — Там огромное количество трофеев. Думаю, ты и сам знаешь, что в городе их можно продать за бешеные деньги.

Да. Харитон должен на это купиться.

Ведь продавать товары, которые передают Скитальцы ему напрямую — это совершенно другое дело. Я уже разобрался в этой теме. Скитальцы считаются государственными служащими. И со всего, что они добывают, берётся огромный налог.

Если даже вспомнить тех же кусачей, то свежую тушку этой твари по чистой цене я мог бы продать за десять серебряников. Да. Покрыть весь наш долг. Но это мне не позволял ряд факторов. В частности, экономическая система королевства.

Но если Харитон получит эти трофеи сам, без участия Скитальцев, то сможет продать их в несколько раз дороже. На такую наживку он точно купится.

— Лад, не разговаривайся с ним. Не сдавай их, пожалуйста! — молил отец.

Эх, придётся временно очернить себя в глазах отца. Буду делать вид, что на самом деле собираюсь сдать схрон Скитальцев.

Только его не существует. А если он и есть, я понятия не имею, где он находится. Задача у меня совсем другая. Ловушка. И последующее наказание. От полоумного подростка они такой подставы не ожидают.

Но я им её устрою.

— Прости, отец. Но ради нашего же блага я расскажу им всё, — включил актёрскую игру я. — Скитальцы нам не друзья. Нам нужна свобода, деньги. И ради этого я пойду на сделку с Харитоном.

Добромир ничего не ответил. Лишь ударился лбом о пол и зажмурил глаза. Его держали два охранника, не давали мужчине даже двинуться лишний раз.

— Но перед тем как я всё расскажу, Харитон, — я поднял голову, чтобы иметь возможность взглянуть ему в глаза. — Хочу понять, почему ты обманул нас? Мы вернули долг. Ты увеличил процент, повёл себя как последний урод. Но мы всё равно его вернули.

— Я тебе башку раздавлю, если ещё раз посмеешь меня оскорбить, — процедил сквозь зубы торговец и уже поднял над моей головой ногу.

— Раздави, если тебя не интересуют десятки золотых монет, — хмыкнул я. — А именно столько и стоят органы упырей. Особенно их хоботки. Они в городе быстро разлетятся. А у Скитальцев их много.

— И что? Ты, полудурок малолетний, правда хочешь знать, почему я так поступаю? — усмехнулся Харитон. — Всё просто. От вас с отцом нет никакого толку. Жители брезгуют лишний раз ходить в мою лавку, потому что ты постоянно трёшься рядом. А твой отец вечно задерживает плату за аренду.

— Это лишь часть правды, — ответил я. — Не обманывай. Я видел выражение твоего лица. Ты не верил, что мы сможем собрать нужную сумму в срок. Потому тебя эти десять серебряников и не обрадовали. Ты решил продать нас обоих. Наши судьбы всё равно уже предрешены. В Погранке мы не останемся в любом случае.

Я продолжал блефовать, а Харитон меня слушал. И кажется, верил каждому моему слову. Потому что надеялся, что схрон реально существует.

Но скоро он засомневается. И тогда я покажу ему весомый аргумент.

— Да, Лад. Всё-таки чуть-чуть у тебя башка работает, — хохотнул Харитон. — Не нужны вы мне больше. На здоровье жителей Погранки мне глубоко наплевать. Как показал опыт, знахари только отнимают у меня деньги. Гораздо выгоднее возить сюда лекарственные отвары из города. Так что в этом я с тобой соглашусь, щенок. Проще вас продать.

— Предлагаю сделку, — заявил я. — Проведу тебя и твоих охранников к схрону, а взамен вы нас с отцом отпустите. Мы сбежим из Погранки.

Разумеется, это ложь. Но Добромир не понимал, какую я интригу пытался плести. Поэтому начал дёргаться. Кричал, протестовал. Но это играло мне только на руку. Отец, сам того не ведая, делал вид, что схрон действительно существует.

— Лад, не верь ему. Не верь! Он заберёт вещи Скитальцев, а нас всё равно продаст. Не предавай хотя бы их… пожалуйста, — умолял он.

Тяжело вести такую игру, когда близкий человек всерьёз думает, что я способен на такую низость. Ничего. Скоро поймёт, в чём заключался мой план. К тому моменту мы уже должны быть на свободе.

— Теперь настал мой черёд задавать тебе вопрос, Лад, — Харитон наступил на моё плечо. Надавил сапогом. Я почувствовал, как сминаются мои мышцы. Кость вот-вот треснет под натиском этого борова. — Скажи, с какой стати я должен тебе верить? Может, ты хочешь выиграть время?

Попался, идиот. Вот и следующий крючок подоспел. Я надеялся, что он задаст этот вопрос.

— А ты попроси своих громил выйти во двор и заглянуть под камень. Большой такой! Прямо за нашим сараем. Сразу поймёшь, что я тебе не вру.

— Так! — решил подытожить Харитон. — Эту парочку закинуть в чуланы. Каждого отдельно. Вместе их сажать нельзя, ясно? Не хватало ещё, чтобы папаша запретил своему дураку-сыночку разбалтывать тайны Скитальцев. Верно же, Лад?

— Конечно. Какие тут могут быть тайны, когда на кону наши жизни? — изобразил недоумение я.

— Ну смотри, Лад. Надеюсь, ты меня не обманываешь, — проворчал Харитон. Затем повернулся к своим охранникам и добавил: — И служанку мою позовите! Пусть найдёт мне сменную одежду. И ванную обустроит. Я хочу немного отдохнуть. И отмыться надо… Гады, весь аппетит мне испортили!

Какой же, интересно, аппетит у Харитона, если в него целых две курицы за один вечер влезть могут?

Нас с отцом разделили. Так, как и требовал Харитон. План всё ещё не вышел из-под контроля. Как раз наоборот. Я рассчитывал, что нас засунут в эти чуланы.

Ведь мне нужно пять-десять минут времени. Нужно переговорить кое с кем.

Я уже давно изучил дом торговца со всех сторон. На всякий случай. И оказалось, что в обоих чуланах есть небольшие окошки. Через них даже исхудавший ребёнок сбежать не сможет.

Но я сбегать и не планировал. Это окно мне нужно для другого. Пока охранники Харитона смотрят, что я спрятал под камнем, я смогу пообщаться с человеком, которого уже давно заметил за окнами этого дома.

— Эй! — прошептал Радко. — Лад, ты меня слышишь?

— Слышу, дружище. Не представляешь, как же ты вовремя, — улыбнулся я.

— Я собрал тебе кучу трав! Когда их тебе отдать? — поинтересовался он.

— Не знаю, может, ты не заметил, но вообще-то меня только что заперли! — бросил ему я.

— Аа… Да, прости. Я что-то немного запутался в своих обязанностях, — засуетился рыжий.

— У меня к тебе просьба, Радко. Не в службу, а в дружбу, — произнёс я. — Знаешь, где находится штаб Скитальцев?

— Конечно знаю! — воскликнул он.

— Тебе нужно добежать до них. Объяснить ситуацию…

Я подробно расписал всё, что произошло за последний час. О выдуманном мной схроне, о предательстве Харитона. Хотел, чтобы Скитальцы узнали всё.

Ведь только они могут повлиять на торговца. Выше него в Погранке больше никого нет, кроме самих Скитальцев. К старосте обращаться бесполезно. Какие-то мелкие дела он решить может, но к единственному торговцу точно не полезет.

А за Скитальцами должок. Они сами об этом упомянули. За помощь Радогосту полагалось куда больше пяти серебряников. Мы не стали требовать больше денег, хотя могли. Но понимали, что воинам и так тяжело приходится.

Но сейчас дело не в деньгах. Сейчас дело в нашей безопасности. И если Скитальцы не вмешаются, деревня лишится двух знахарей. И сами воины нас потеряют. А кто, кроме нас, может им помочь? Стоян? Он лишь повторяет за покойным знахарем, который работал вместе со Скитальцами. Но его навыками он не обладает. Даже близко не обладает.

— Ты… Ты всерьёз поручаешь мне сбегать к Скитальцам? — оторопел Радко. — Вот прям зайти к ним в штаб? Прям сказать, что я…

— Да, Радко. Это — твой час. Ты можешь проявить себя. Передай им всё, что я сказал. Сообщи, чтобы пришли после полуночи к назначенному месту. Я его тебе достаточно подробно описал. Думаю, они поймут. Особенно Новик. Если вдруг запутаются, передай Новику, что он лучше всех должен понимать, о чём я говорю.

— Новик, Волибор… Ох ты ж чёрт! — выругался Радко. — Я же так мечтал встретиться с ними!

— Главное напомни им, чтобы опоздали на полчаса. Не надо приходить ровно в полночь. Чуть позже — самое то.

Не хочу, чтобы Скитальцы знали все тонкости уготовленного мной сюрприза.

— Я всё понял, Лад. Сейчас же рвану к ним. Но… А что делать, если они мне не поверят? — напрягся Радко. — Подумают, что я просто сбрендил.

— Напомни им про ночь с насекомыми. Про ремень, которым я привязывал их лидера. Волибор всё поймёт. Требуй, чтобы именно он тебя выслушал, — объяснил я.

— Ну ты даёшь, Лад! — послышалось из-за двери. Голос Харитона.

— Беги! — шикнул я Радко. — Беги-беги, скорее!

Радко исчез, а я рухнул на землю. Изобразил побитого ослабшего мальчугана.

Может быть, я таким и был на самом деле, но баланс Эссенций давал мне дополнительную регенерацию. Так что чувствовал я себя отлично.

Дверь распахнулась. Ко мне зашёл Харитон. По бокам от него стояли охранники.

В руках торговца был мой нагрудник.

— Откуда ты это взял? — поинтересовался Харитон. — Я ведь знаю, что это такое. Я видел, как Скитальцы продают подобные вещи.

— Так я уже дал тебе ответ. Я украл это из их схрона, — заявил я. — Если хочешь — можешь забрать себе. Как аванс. А остальное будет платой за нашу свободу. Потом отпустишь нас с отцом. Скажешь, что это мы всё украли. Тебя, Харитон, никто не заподозрит.

— Что он творит… — послышался шёпот отца из соседнего чулана.

Ага… Так он всё слышал. Отлично, аж от души отлегло. Значит, наш разговор с Радко тоже до него дошёл. А теперь Добромир просто мне подыгрывает.

Прекрасно, отец.

Пусть продолжает в том же духе. Это только разогреет интерес Харитона.

— Да вы спятили, раз верите моему сыну… — пробурчал Добромир. — Он ведь родился без мозгов. Он вам ничего дельного не покажет. Ну не слушайте вы его, правда!

— Ой, прости, Добромирушка, но мне, если честно, насрать на твоё мнение! — расхохотался Харитон. — Давай, Лад. Покажи, где ты взял такие же пластины. Взамен дарую вам с отцом свободу. Как и договорились.

— Нужно подождать полуночи. Лучше выдвинуться через полчаса, — объяснил я. — В это время Скитальцев там точно не будет.

— Хорошо. Тогда сиди здесь. Мы тебя позовём, когда нужно будет выходить, — бросил Харитон и захлопнул дверь.

Я выждал пару минут. Затем прошептал:

— Отец, слышишь меня?

— Лад, ты что творишь? — удивлённо спросил он. — Я ведь всерьёз думал, что ты собрался сдать схрон Скитальцев.

— Об этом лучше лишний раз не заикайся. Я вытащу нас отсюда. Даю тебе слово. Как твой бок? — спросил я. — Сильно болит?

— Лучше тебе не знать, что сейчас оказалось в одной из кастрюль Харитона… — замялся отец.

— Моча с кровью выходит?

— Как ты понял? — после долгой паузы переспросил отец.

— Тебя по почке ударили. И сильно. Могли её повредить.

— В голове не укладывается, как ты легко всё это понимаешь… — ответил отец. — Я ведь тебя ещё толком не учил!

— Ну так радуйся! Значит, сил в меня вкладывать придётся меньше, — усмехнулся я.

— Скажу честно, я… я поражён. Ты поступил как настоящий мужчина, Лад. Как взрослый. Принялся решать проблему, когда я был абсолютно бессилен. Только, пожалуйста, не рискуй. Если поймёшь, что Харитон тебя раскусил — забудь обо мне. И беги. Куда угодно беги. Лучше в соседнюю деревню или в город. Там тебя примут с твоими знаниями. Напросись в ученики к любому знахарю…

— Прекращай. Мы оба выберемся отсюда. Разница лишь в том, что тебе придётся посидеть в чулане чуть дольше, чем мне, — уверил отца я.

Через полчаса Харитон меня выпустил. Толкнул на улицу, но два охранника следовали вровень со мной. Следили, чтобы я не наделал глупостей. Шансов убежать не было, но я и не собирался этого делать.

Побег — это не решение проблемы.

— Ну, веди нас, Лад. Посмотрим, прав ты или нет. Вот только учти, если попытаешься сбежать — тебя догонят. И тогда Семён точно проломит тебе голову.

Воодушевляющее начало ночной вылазки. Что ж, ладно. Пусть уверяет себя в успехе. Всё очень скоро изменится.

Дорога была неблизкой. Когда мы вышли к берегу, Харитон уже начал нервничать.

— Ты нас куда ведёшь, недоумок? Мы так до соседней деревни к утру дойдём. Долго ещё⁈ — проворчал он.

— Схрон напротив того дерева, — я указал взглядом на небольшую иву, что стояла на берегу.

Ровно у того самого места, где проходит Черта.

— Харитон, мне это совсем не нравится, — прошептал Семён. — Куда мы прёмся? Тут же начинаются земли, на которых живут монстры.

— Мне почём знать? Врежь мелкому разок, чтобы всё объяснил! — разозлился торговец.

— Не стоит этого делать, — предупредил я, когда Семён уже поднял свою дубинку. — Навредите мне и уже никогда не сможете узнать, где находится тайник. А между прочим, мы до него уже дошли.

Остановившись у края Черты, я указал на небольшой бугорок, что возвышался над болотной гладью.

— Видите сумку? Я её всё пытался утащить, — солгал я. — Но она тяжёлая. К коряге примотана. Там кроме хитиновых пластинок ещё куча всего. Хоботы, лапы, головы, хвосты — полный набор.

— Да ты сдурел, что ли, мелкий? — выпучил глаза Семён. — Ты чего не сказал нам, что схрон за Чертой находится?

— Тут всего-то несколько метров. Зашёл и вышел. А чего ты испугался? Я там лазал, а ты не сможешь, что ли? — я взял Семёна на слабо.

Харитон поджал губы. Охранники уговаривали его отступить. Удивительно, но в этой ситуации у его бестолковых громил оказалось мозгов куда больше, чем у самого торговца.

Но я знал, что он не отступит. На этом и строился мой план. В этом и заключался весь риск. Всё зависит от жадности Харитона. Он не уйдёт отсюда без сумки.

Есть, правда, одно «но».

Схрона там нет. Это — то самое место, где кусачи схватили Новика. Он увидел корягу и спутал её со своей сумкой. Уж очень она привлекает внимание издалека. А если учесть, что сейчас темно и над болотами поднялся туман…

Идеальная ловушка.

— Нет, Семён. Мальчишка прав. Там и в самом деле что-то есть, — Харитон самодовольно оскалился. — Будь я проклят! А Скитальцы не дураки. Ясное дело, что они бы не стали прятать дорогостоящий товар где-то на безопасной территории. Засунули его туда, где никто кроме них больше не шляется.

Скушал Харитон червячка. Только пока что не почувствовал, что в его челюсть уже впивается крючок.

— Харитон, может, не стоит? Плохая же идея… — принялся отговаривать торговца Семён.

— Плохая идея? — усмехнулся он. — Ты вообще представляешь, какую сумму мы выручим, если всё это перепродадим? Очевидно, что Скитальцы спрятали это здесь, чтобы не платить налог. Но мы их опередим.

— Я туда не пойду, — замотал головой Семён.

— Пойдёшь как миленький, — насупился Харитон.

— Пусть малец туда и прётся, раз привёл нас сюда! — возмутился охранник.

— А как он эту чёртову сумку поднимет? Её и Тимофей вытащить не сможет. Ты один из нас такой здоровый. Отъелся на моих харчах! — разорался Харитон. — Может, тебе напомнить, из какой задницы я тебя достал? А, Семён? Напомнить, что тебя всё ещё ищут в соседних деревнях? Скольких ты людей до смерти своей дубиной забил? А ведь среди них даже женщины были.

— Всё, хватит, Харитон! — отмахнулся Семён. — Нужна сумка? Я её достану. Но ты мне за это заплатишь больше, чем остальным. Я своей шкурой рискую.

О да. Ещё как рискует. Даже не представляет, насколько.

— Тимофей, а ты следи за Ладом, чтобы никуда не убежал, — скомандовал Харитон. — Тимофей? Ты слышишь, что я говорю?

Тимофей замер. Он смотрел куда-то вдаль. В туман. Мужчина убрал нож за пояс, промолчал. Ничего не ответил Харитону.

С этого момента мой план смешался с непредвиденными обстоятельствами.

Семён пересёк черту, сделал несколько шагов в сторону сумки. Полосы на моей руке начали пульсировать. Из нор выскочили голодные кусачи и рванули за громилой.

Вдалеке послышались голоса. Похоже, сюда двигались Радко и Волибор.

Но на этом представление не закончилось.

Тимофей тоже пересёк черту и пошёл в сторону тумана.

— Тимофей, ты спятил⁈ Я же сказал тебе следить за пацаном! — в панике заорал Харитон. — Не ходи туда!

— Как же не ходить, — послышался бессвязный шёпот Тимофея, — если они меня зовут?

Глава 18

— Куда⁈ Кто тебя зовёт? Стой! — кричал Харитон вслед уходящему Тимофею.

Но охранник больше ничего не ответил. Растворился в тумане. Ушёл прямо как тот мужчина, которого я встретил на берегу неподалёку от этого же места несколько дней назад. Его будто что-то загипнотизировало. Увлекло вглубь болот.

И с Тимофеем произошло то же самое. Он словно потерял рассудок.

На долю секунды я и сам замер. Увидел в туманной мгле проблески света. Как только почувствовал, что это сияние завораживает и меня, сразу же отвесил себе крепкую оплеуху. Закрыл глаза, помотал головой.

Нельзя. Поддамся этому свету — и сам исчезну. Не знаю, что это такое, но лучше в ту сторону больше не смотреть.

В этот же момент раздался истошный вопль Семёна.

— Отойдите! Отойдите от меня, твари! — он размахивал перед собой дубинкой, но кусачей вылезло раз в пять больше, чем при моём прошлом посещении.

Даже такой здоровяк, как Семён, с ними не справится. И поделом ему.

Я видел, какое удовольствие он получал, когда бил меня с Добромиром. А если учесть слова Харитона, этот человек — убийца, которого уже давно разыскивают.

Поделом. Нечего было почки моему отцу отбивать. Понимаю, что он следовал приказам торговца. Но ведь мог задержать Добромира, не нанося ему серьёзных увечий. Это была его инициатива. Вся эта шайка заслуживает оказаться в лапах прибрежных кусачей.

Но Харитон получит другое наказание. Возмездие уже близко.

— Помогите! — завопил Семён.

Его уже повалили в воду, окунули лицом в зловонную жижу и потащили в нору. Эх и много же потребовалось кусачей, чтобы сдвинуть его тушу. К каждой руке и ноге прицепилось по три особи. И это не говоря уже о том, какая орава обхватила его торс.

— Отбивайся, идиот! Встань! Наподдай им! Чёрт тебя раздери! — кричал Харитон. — Сумку, сумку мне принеси, недоумок! Ой…

Торговец отступил назад, споткнулся о корягу и упал на свой массивный зад. Когда Семёна затащили в нору, раздался жуткий хруст. Крики прекратились. Эти звуки напугали Харитона настолько, что он дар речи потерял.

Всё его тело трясло. Семёна больше нет, Тимофей ушёл чёрт знает куда, растворился в тумане. Третий охранник остался дома сторожить Добромира.

Теперь остались только мы вдвоём. Но скоро ко мне присоединятся другие помощники.

А ведь этой ночью у меня появились ещё одни неожиданные союзники! Вот уж не думал, что кусачи, которых я так старательно истреблял, сыграют мне добрую службу.

Жаль только, что Эссенций Смерти я с этого не получу. Ведь расправился с Семёном не я, а кусачи. Ничего, так даже лучше. Пусть отъедаются, отращивают новые панцири. Мне они ещё пригодятся.

— Вот и всё, Харитон, — заключил я. — Если бы ты просто принял наши деньги, закрыл долг и оставил нас с отцом в покое, ничего бы этого не случилось. Пожинай плоды своих трудов.

— Ты… Ты, слабоумный выродок. Обманул меня… — прошептал Харитон. Он даже голос повысить боялся из-за того, что произошло с его охранниками.

— Значит, не такой уж и слабоумный, раз смог обмануть, — хмыкнул я.

— Ты же понимаешь, что я это так не оставлю? — стиснул зубы он. — Вернусь домой и прикажу своему человеку, чтоб он твоего отца прикончил. А тебя… Тебя я и сам прикончу.

Он неуклюже поднялся на ноги, потянулся к своей сумке.

Было бы идеально отдать его на растерзание кусачам, но он точно не сунется за Черту.

Оружия у меня нет, а сам я Харитона, который минимум в два раза больше меня, голыми руками не одолею. Не сейчас. Не в этом слабом теле. Поэтому и придется действовать иначе…

— В чём дело, Харитон? Оружие ищешь? — послышался голос Волибора. — Не советую.

Из-за ствола Ивы появился уже знакомый мне Скиталец. Радко остался позади. Наблюдал за развитием конфликта со стороны.

— Волибор, этот мелкий мерзавец заманил нас на болота! — принялся оправдываться Харитон. — Двое моих людей пропали из-за него!

— А зачем же, спрашивается, ты за ним попёрся ночью в такую глушь? Уж не за нашим ли схроном, случаем? — воин сложил руки на груди и грозно посмотрел на торговца уничижающим взглядом.

Отлично. Радко передал Волибору мою легенду. Всё идёт даже лучше, чем я думал.

— Да я бы никогда… Нет, Волибор, что ты такое говоришь⁈ — замотал головой Харитон. — Чтобы я воровал у Скитальцев?

— А это не первый случай. Думаешь, Радогост не заметил, что часть нашей провизии исчезает, когда ты её перевозишь? — Волибор сделал шаг вперёд, заставил Харитона отступить. — Думаешь, если мы молчим, значит мы ничего не замечаем? Просто связываться с тобой лишний раз не хотелось. Змей алчный. Тьфу!

— Ты подставил меня. Что ты наделал, дрянной мальчишка⁈ — Харитон вновь принялся поливать меня грязью, но мне было уже всё равно.

Моя часть возмездия свершилась. Остальное сделает Волибор.

Понимаю, что навряд ли торговец на этом успокоится. Но на какое-то время этого хватит. Ближайший месяц-два он нас точно не тронет, опасаясь окончательного расторжения деловых отношений со Скитальцами.

Мне хватит времени, чтобы набраться сил и опыта. Чтобы ответить ему по полной программе. И когда Харитон сделает новый шаг, я уже буду готов действовать иначе. Своими силами. Без помощи Скитальцев.

Пока я только осваиваюсь в этом мире, жестокость которого сложно принять… к которой сложно адаптироваться тому, кто всю жизнь лечил людей! Но всё меняется. Я не собираюсь изменять своим принципам. Но и не собираюсь терпеть унижения от таких людей.

Каждый из врагов получит по каре своей. Всему своё время.

— Отстань от мальчика, — приказал воин, отвлекая меня от размышлений. — Я в курсе, в какую ты долговую яму загнал Лада с его отцом. Все Скитальцы в курсе.

— И что с того? — хмыкнул Харитон. Решил всё-таки пободаться с Волибором. — Какое вам до них дело?

— Добромир и Лад — наши союзники. Они не Скитальцы, но эти двое здорово нам помогают, — ответил Волибор. — Можешь считать так, Харитон: если вредишь им, значит вредишь моим людям. Всему нашему штабу. Ты хочешь таких врагов?

— Я не хочу вообще никаких врагов! — Харитон уже окончательно потерял контроль над своими эмоциями. Начал истерить. То и дело поглядывал на меня. Понимал, что это именно я устроил на него облаву. Понимал, что Волибор пришёл сюда по моей просьбе.

Но ничего не мог с этим поделать.

— Поздно, Харитон. Часть договоров нам с тобой придётся расторгнуть, — заявил Волибор. — Давно искал повод это сделать.

— Как это «расторгнуть»? — оторопел Харитон. — Но я же ваш главный поставщик!

— Мы будем искать нового в Дальске, — отрезал Волибор. — А с тобой, Харитон, оставим только один договор. На перевоз товаров через Черту. Ты, помнится, совсем недавно начал обмениваться товарами с жителями Мортарии.

— Ты не можешь… — в ужасе замотал головой Харитон. — Ты не можешь лишить меня этого торгового пути. Иначе мне придётся искать других Скитальцев. А для этого я буду вынужден совершать крюк через несколько деревень. Ты не можешь отказать мне, Волибор!

— Могу. Но пока что не стану. Этот договор будет гарантией того, что ты больше не станешь лезть к нашим знахарям. Надеюсь, ты всё уяснил?

Здорово он его поставил на место. Харитон аж сдулся, потерял былую осанку. Мне даже начало казаться, что он немного схуднул после произошедшего. Хотя на самом деле такого быть не могло.

— Я всё понял, Волибор, — сдался торговец. — Сегодня же отпущу Добромира. Но… Но селить я их больше у себя не стану! Из-за них я потерял двух своих охранников!

— Это твоя вина, а не их. Их, как и тебя, сгубила твоя жадность, — заключил Волибор.

— А селиться мы у тебя больше в любом случае не собираемся, — бросил Харитону я. — С нас хватит этих унижений. Ищи себе других рабов.

— Да что ты о себе возомнил вообще⁈ — морщась от отчаяния, протянул торговец. — И где же вы с отцом будете теперь ютиться? Пойдёте побираться на улицу? Зимой станете в снегу больных принимать? Не пройдёт и месяца, а вы с отцом снова ко мне придёте. Будете молить, чтобы я дал вам жильё. Вот только я с вами больше возиться не стану.

— Уж это вряд ли, — ответил я. — Лучше на улице, чем в вечных долгах перед тобой.

Хотя на самом деле до улицы дело точно не дойдёт. У меня уже родилась идея, в каком направлении нам двигаться дальше. Осталось только рассказать об этом отцу.

— Дальше мы сами, Волибор, — махнул рукой Харитон, а затем язвительно добавил: — Спасибо за приятную беседу.

— Куда это вы собрались? Я пройдусь с вами. Проверю, точно ли Добромира отпустят. Не удивлюсь, если ты по дороге Лада попытаешься столкнуть в болото. Так что без меня даже рыпаться не думай, — Волибор повернулся, взглянул на холм, откуда торчала голова Радко. — Эй, рыжий! Иди сюда. Пройдёшься с нами до деревни.

— Спасибо тебе, Волибор, — поблагодарил Скитальца я, когда Харитон от нас отдалился. Торговец решил шагать впереди, в гордом одиночестве.

— За мной был должок. Теперь мы точно квиты, — ответил воин. — Кроме того, не стану лгать, мне доставил удовольствие этот разговор с Харитоном. Говорю же, давно хотел расторгнуть договоры с этим обманщиком. Да вот только случая удачного не подворачивалось. А ты, кстати, здорово всё это провернул. Ещё и его головорезов за Черту умудрился заманить. Они это заслужили.

— Я заманил только одного, — ответил я. — Второй ушёл сам. Я уже рассказывал Новику и Стояну о том, как один из жителей ушёл в туман у меня на глазах. Охранник Харитона исчез точно так же. Увидел какой-то свет вдали и словно умалишённый пошагал к нему.

— Не понял, — нахмурился Волибор. — А Стоян с Новиком мне ничего не рассказали. Вот ведь мимозыри бестолковые!

— Они мне не поверили. Сказали, что это обычная байка.

— Иногда байки обретают жизнь, Лад, — Волибор аккуратно глянул в сторону тумана, но никакого света там уже не было. — Ты тоже его видел? Сияние.

— Да, — кивнул я. — И сразу же захотел пойти туда. Вслед за Тимофеем. Но вовремя себя остановил. Пришлось по морде себе дать, чтобы привести мозги в порядок.

— Удар по морде вообще решает кучу проблем, — усмехнулся Волибор. — Я подумаю над тем, что ты мне рассказал. Истории я эти много раз слышал, но никто из Скитальцев ни разу не сталкивался с таким явлением. Поэтому Стоян с Новиком тебе и не поверили.

— А вы поверили? — поинтересовался я.

— Не особо. Говорю же — надо подумать. Пока что сомневаюсь, что дело в обычном сиянии. Мы что-то упускаем… — Волибор взглянул на Радко. Рыжий, не отрываясь, глядел на тёмный горизонт болот. — Эй! Радко! Ты чего туда уставился? И тебя, что ли, околдовали?

— П-простите, мастер Волибор! — опомнился парень. — Просто я тут никогда не был. Жуткое всё-таки место.

— Друг твой, кстати, тоже не промах, — сказал мне Волибор. — Быстро до нас домчал. Правда, Стоян его чуть ли не пинками выгнать пытался. Но он не успокоился, пока не дозвался меня.

— Радко — надёжный союзник, — кивнул я.

Рыжий чуть в воздух не взмыл от радости, что я похвалил его, да ещё и при Скитальце. Представляю, как сейчас растёт его самомнение!

Вскоре мы добрались до деревни. Я ещё раз поблагодарил друга за помощь. Перед уходом Радко отдал мне целую сумку, переполненную травами.

Значит, всё-таки не отлынивал! Молодчина. Начало нашей совместной работе положено.

Я пообещал Радко, что завтра же расскажу ему первый свой секрет насчёт жизни, что лежит за Чертой. После этого рыжий убежал домой. Могу поспорить, он сегодня долго не сможет уснуть.

Сбылась мечта деревенского мальчишки — вышел вместе с одним из Скитальцев на небольшое задание! Ну как после такого уснёшь?

Волибор прошёл в дом Харитона первым. Единственный выживший охранник тут же вздрогнул, потянулся за оружием, но торговец запретил ему атаковать.

— Выпускай Добромира, — махнул рукой Харитон и направился в свою спальню. — Пусть валят отсюда к чёртовой матери.

— Харитон, а… а где Семён с… — растерялся охранник.

— Сгинули, — отрезал торговец и захлопнул за собой дверь.

— Эк тебя потрепали, Добромир, — цыкнул Волибор, когда увидел, как мой отец, держась за спину, выбирается из чулана. — Да тебя словно проклял кто-то! Ты уже и двух дней здоровым походишь не можешь.

— Волибор? — удивился отец. — Так идея Лада сработала?

Скиталец подставил Добромиру плечо и помог выйти из дома Харитона.

— Идея Лада? — переспросил Волибор. — Я думал, что это ты послал его разыгрывать всю эту сцену на болоте. Разве нет?

— Можешь мне не верить, но последние несколько часов я был не в состоянии придумать хоть какой-то план. Единственное, чем я был занят — искал удобное положение, в котором почки болеть не будут, — заявил Добромир. — Это всё Лад придумал. И всё сам организовал.

— Скалес великий… — Волибор удивлённо присвистнул. — Ну ты выдал, Лад! — воин расхохотался. — Представляешь, Добромир? Твой сын двух утырков Харитона к праотцам отправил! И самого торговца умудрился поставить на место. Тут уже с моей помощью. Мы ему половину доходов отсекли.

— К праотцам⁈ — прокряхтел Добромир. — Лад, что ты наделал?

— Воздал по заслугам. Если у тебя почки просто ушиблены, то у Семёна их, скорее всего, уже доедают, — ответил я. — Не беспокойся. Никто об этом не узнает.

— Да я за этих отморозков не беспокоюсь, — помотал головой отец. — Просто… Не ожидал, что ты можешь так лихо всё выкрутить.

— Сын у тебя, может, и слаб пока что. Но хитрости у него не отнять, — Волибор хлопнул меня по спине. — Бывайте, друзья. Долгов между нами больше нет. Но за помощью мы к вам ещё, быть может, обратимся.

— Будем рады помочь, — кивнул Добромир. — Правда, я своим больным всегда говорил: нет счастливее человека, чем тот, кто никогда не бывал у знахарей и никогда в них не нуждался. Запоминай, Лад. Это добрая мысль.

— Ты только этой доброй мыслью особо не разбрасывайся, — усмехнулся Волибор. — Некоторые люди могут понять это буквально. Совсем без денег останетесь!

Скиталец неспешно пошагал домой. Забавно. Я заметил, что и Волибор, и его соратники, как правило, очень медлительны. Никуда не спешат.

Чем-то они напоминают мне реаниматологов из клиники, в которой я работал. В отделении тишина, покой, время обеденного перерыва, а большинство врачей всё равно мельтешит из стороны в сторону.

Зато реаниматологи со скоростью улитки гуляют по коридору и попивают кофе.

Однако, если что-то случится — они будут быстрее молнии. Как и Скитальцы. И те и те всегда работают с высокими ставками, поэтому экономят энергию в спокойное время.

— Оставаться в сарае не вариант, — заключил Добромир. — Не знаю, что нам теперь делать, но отсюда придётся куда-то уходить. Вопрос только в том — куда.

— Не переживай, отец, у меня всё схвачено. Есть несколько идей, — я вошёл в сарай и начал собирать наши вещи. — Но для начала нужно отвести тебя в безопасное место. Там я займусь твоим лечением.

— Я бы усомнился в твоих словах, если бы не события этой ночи… — вздохнул отец. — Как-то слишком быстро ты вырос, Лад. Я даже этого не заметил.

Отец прислонился к сараю, в котором мы провели последние несколько недель. Он сполз на землю. Решил немного отдохнуть, пока я собираю вещи.

Да уж, настрадался он за последние недели. Ну ничего. Если всё пойдёт так, как я запланировал, дальше начнётся белая полоса в жизни нашей семьи. Начнём всё с чистого листа.

Долго Добромиру меня ждать не пришлось. Пожитков у нас было совсем немного. Мешок с едой, сумка с травами, книги, две изорванные подстилки, которые служили нам вместо спальных мешков, кошель с грошами — вот и всё, что осталось у нас после освобождения из-под гнёта Харитона.

Ах да, ещё я не забыл забрать свою хитиновую броню. Харитон оставил её у себя дома, но я всё-таки умыкнул своё изделие. Оно ему не принадлежит.

Я взвалил на себя несколько сумок, и мы пошагали на север Погранки.

В пристройку, которой раньше пользовался мой отец, возвращаться тоже нет смысла. Я вынес оттуда всё, что могло нам пригодиться. Остальное решил оставить. Сейчас лишний груз нам ни к чему.

— Куда мы идём, Лад? — отец упирался на крепкую палку. Своё плечо я ему уже подставить не мог. И так повесил на себя пару десятков кило груза.

— Переночуем в поле. Там безопасно, — ответил я. — Единственное, что нам там грозит — это комары. К счастью, не болотные.

До места ночлега мы добрались всего лишь за полчаса.

Отец сразу же улёгся на спальник. Я развёл костёр, приготовил несколько склянок и начал изготавливать мочегонный отвар.

— Что ты делаешь, Лад? — обеспокоенно спросил Добромир.

— Тебя собираюсь лечить. Иначе так и будешь мочиться кровью, — ответил я. — Думаю, ты уже и сам догадался, что я для тебя готовлю.

— По запаху понял. Но какой от этого толк? Я же так всю воду потеряю, — начал сомневаться отец.

— Доверься мне. Я знаю, что делаю, — мне пришлось настоять. Тут уже в ход пошли не знахарские навыки, а то, что я узнал в прошлом мире. Мой опыт. Самый главный инструмент любого врача или знахаря.

Я смешал несколько растворов. Один снимает воспаление — его задача убрать отёк тканей почки. Второй раствор — антисептик. Лучше бы, конечно, вместо него использовать антибиотик, но такого препарата в этом мире нет. Скорее всего, чтобы его изобрести, мне придётся повозиться с местными грибами.

И третий — мочегонка.

Отец сомневается, что её нужно использовать, поскольку не понимает глубину функций, которые лежат в основе работы мочевыделительной системы. Сейчас его левая почка работает так себе. В ней произошло множество кровоизлияний после удара.

Судя по данным «Диагностического взгляда», ушиб лёгкой степени. Но если его не лечить, может стать хуже. Повезло ещё, что этот верзила каким-то образом умудрился не переломать отцу кости. Видимо, промахнулся. Таз не повреждён, рёбра целы.

Остаётся только разобраться с почкой — там уже выдохну спокойно.

Я дал отцу приготовленный отвар, велел пить его мелкими глотками. Добромир только сопротивлялся. Всё хотел выведать, зачем я намешал сразу столько трав, но всё-таки смирился и начал пить. Иного выхода у него всё равно не было.

Пока отец отвлёкся, я воспользовался своим навыком и ещё раз осмотрел его почку.

/Множественные кровоизлияния/

/Повреждение мелких сосудов левой почки/

Я сделал глубокий вдох и обратился к своему главному источнику энергии. К мане.

/Мана: 7 из 25/

Ничего толком восстановиться не успело. Ещё бы! Вторые сутки без сна. Да и сегодня отоспаться толком не удастся. Солнце разбудит нас своими лучами ближе к пяти утра.

Я решил не рисковать здоровьем отца, поэтому потратил ещё пять единиц маны на «Базовую биомантию». Остановил кровотечение, чуть-чуть снял воспаление, а затем перекрыл свой поток энергии.

Всё. Достаточно. Иначе сам без сознания свалюсь. С остальным разберутся травы.

— Можешь мне не верить, Лад, — допивая отвар, произнёс отец, — но мне действительно становится лучше. И всё же я ошибался насчёт тебя. Ты не просто унаследовал мой талант. Ты его ещё и приумножил!

/Получено 10 единиц опыта/

/Получено 8 Эссенций Жизни/

/Уровень 2. Прогресс опыта: 87 из 200/

Мы долго разговаривали о том, что случилось за последние дни. Поляну освещала полная луна. Никаких посторонних звуков не было слышно. Никто не мог нас отвлечь. Лишь стрёкот сверчков на фоне и лёгкие дуновения ветра.

Хоть Добромир и не был для меня настоящим отцом, но я всё же уловил какие-то ранее недоступные мне эмоции. Здорово всё-таки иметь близкого человека. Я могу положиться на него, а он на меня.

В прошлом мире у меня такого не было. Отец из семьи ушёл, ещё когда я был ребёнком. Наверное, мне этого не хватало. Если задуматься, в это мире не так уж и плохо. Да, опасностей чёрт знает сколько, в любой момент можно помереть, но…

Я ещё никогда не чувствовал себя таким живым. Серость моего мира осталась в прошлом. Да, здесь я могу умереть в любой момент. Но всё же здесь куда интереснее. Жизнь насыщеннее. В ней будто бы больше смысла.

— Сегодня ночью будет тепло. Не загнёмся, — подытожил я. — На небе ни облачка. Дождь точно не намечается.

— Да, но что мы будем делать потом? — спросил Добромир. — В чём-то Харитон прав. Мы не можем лечить больных, проживая при этом на улице. Так к нам точно никто не пойдёт.

— Есть другой вариант. Я уже давно об этом думаю. Мы можем обратиться к Митрию, — заявил я.

— К Митрию⁈ — вскинул брови отец. — А он-то как нам может помочь?

— Ты ведь помнишь, что у него из-за свиного яйцеклада погиб весь скот? А он, как я понял, только за счёт своих свинок и жил. Денег ему теперь будет не хватать, — произнёс я. — Вот тут мы и можем помочь друг другу. Мы знаем, как быстро заработать деньги. А он может предоставить нам кров. Я видел — у него есть небольшой домик, в котором живут его пастухи. Скорее всего, он их уже выселил. Зачем ему пастухи, когда скота не осталось?

— Хм… — Добромир потёр подбородок. — Очень хитро, Лад. Причём, насколько я помню, домишка у него хороший. Не сравнить с сараем, в котором мы жили. Решено, — он ударил кулаком по ладони. — Завтра утром навещу Митрия. Поинтересуюсь, как он себя чувствует, и заодно спрошу насчёт сотрудничества.

Мы оба не заметили, как вырубились. Накопившаяся усталость дала о себе знать. Я был уверен, что тут безопасно. Люди сюда обычно не ходят, а от Черты мы далеко.

Но даже если какой-нибудь монстр умудрится просочиться через Черту, я проснусь сразу же, как он начнёт к нам приближаться.

Меня разбудят чёрные полосы на руке. Когда приближается опасность, горят они так, будто кожу кипятком обдаёт.

На следующее утро отец смог подняться, его витальность здорово восстановилась за ночь. Добромир, как и планировал, направился к Митрию. Я же пересёкся с Радко. Он уже с самого утра прибежал к лугу, чтобы собрать новые травы.

— Лад! Новости, Лад! — он, спотыкаясь, нёсся ко мне. — Не поверишь, кто ко мне сегодня утром заглянул.

— Да успокойся ты, отдышись, — попросил его я. — Что стряслось-то?

— У меня есть к тебе предложение, — выдохнул Радко. — Готов поклясться, оно тебя заинтересует!

Глава 19

Я уж было подумал, что Радко уже с утра прибежал ко мне, чтобы получить обещанный урок по борьбе с монстрами. Но его внимание очень быстро переключилось на другую задачу.

— Давай по порядку, Радко, — я протёр заспанные глаза. — Если ты не заметил, этой ночью мне пришлось спать на лугу. Голова пока что туго соображает. Кто к тебе приходил и какое у тебя ко мне предложение?

— Ладно, — он взволнованно поджал губы, а затем заявил: — Сегодня утром ко мне заглянул Третьяк. Помнишь такого?

— Ещё бы, — кивнул я. — Он раньше шлялся вместе с Микулой. Но потом ушёл из его компании, чтобы обучаться грамоте. Захотел стать Скитальцем. Ну так что? И зачем он к тебе приходил?

— Так уж вышло, что он видел, как я бегал в штаб Скитальцев прошлой ночью, — признался Радко.

— Вот только этого нам не хватало! — эта новость меня тут же взбодрила. — Только не говори, что он видел мою перепалку с Харитоном.

С торговцем мы уже разобрались, но если жители Погранки узнают, что случилось у болот, это может создать совершенно ненужные мне проблемы.

— Нет-нет, об этом я ничего ему не говорил, — помотал головой Радко. — Он просто живёт на краю деревни. Поэтому и видел, как я бегу в штаб. Не подумай, он за мной не следил.

— Так, допустим, — я сложил руки на груди. — И что ему от тебя надо?

— От «нас» надо. Не только от меня, — объяснил Радко. — В общем, Третьяк понял, что мы с тобой тоже собираемся прибиться к Скитальцам, поэтому предложил нам провести одну тренировку. Настоящую! Не просто языком трепать, а прям выйти в лес и пережить там ночь.

— Это каким-то образом должно приблизить нас к становлению Скитальцами? — со скепсисом спросил я.

— Ты не понимаешь, лес особенный! — не унимался Радко.

— Ещё скажи мне, что он за Чертой. Я уже чувствую, что идея плохая.

— Да нет, ты чего? Он тут, неподалёку от Погранки находится, — развёл руками Радко. — Просто пойми, у нас тут очень интересная команда набирается. Третьяк умеет выживать в лесу. Его отец — охотник. Ты разбираешься и в знахарском деле и в убийстве монстров. А я… Я буду вашим помощником. Я, между прочим, пращу себе сделал, смотри!

Радко достал из сумки верёвку, в которую был закручен камень, и начал размахивать ею над головой. Камень описал несколько кругов вокруг Радко, а затем сорвался и чуть не попал мне в голову.

— Лихо тебя подери, Радко! — выругался я. — Ну давай, пробей мне голову! В таком состоянии я точно пригожусь в вашем походе.

— Прости-прости, — рыжий заметался по полю, пытаясь найти, куда улетел его камень. — Я ещё не научился его метать. Но обещаю, что буду практиковаться. Представляешь, если такая штука попадёт в голову какому-нибудь болотному упырю?

— Да, представляю. Урона ему не нанесёшь, только разозлишь, — ответил я. — И что? Это вся наша команда? Ты, я и Третьяк?

— О, так ты всё-таки согласен идти с нами? Так и знал, что тебя эта идея заинтересует! — оживился парень.

— Я ещё пока что не согласился. Просто пытаюсь понять, каковы шансы у нашей потенциальной команды, — ответил я.

— Нас четверо будет, если согласишься. Ещё Резан пойдёт. Внук нашего кузнеца местного. Он обещал, что возьмёт у деда несколько ножей. Может, даже меч настоящий сможет прихватить!

— Теряюсь в догадках, зачем нам такое обмундирование, если мы идём не за Черту. От волков отбиваться? Боюсь, обычным мечом от них не защитишься, — поделился своими мыслями я. — И кстати, что значит «возьмёт у деда»? Сопрёт, что ли? Как ему дед оружие доверит?

— Да не сопрёт… Там просто есть ненужное оружие. Как его там называют… Некачественное, в общем! — продолжал убеждать меня Радко.

Чувствую, Резан планирует принести какую-нибудь ржавую фигню. Или погнутые мечи. Тренироваться с таким оружием — толку ноль. Лишь ошибки закрепим, потом придётся переучиваться.

Пока что сомневаюсь, что в этой затее стоит участвовать. Но пока отказаться от предложения я не могу. Чтобы дать окончательный ответ, мне нужно уточнить одну важную деталь…

— А чем этот лес такой необычный? — спросил я.

— Говорят, в нём монстров видели. Или слышали… В общем, много разных слухов ходит. Думаю, это будет хороший опыт! — заявил Радко.

Проклятье… Так я и думал.

— Напомни-ка, где точно находится этот лес? — прищурился я.

— Так вон он, — Радко указал пальцем на холм. — Всего в километре от Погранки. В гору поднимемся и уже будем на месте! Там, говорят, лес не очень большой. Не заблудимся.

Это ведь тот самый лес… То место, куда отнёс прежнего Лада Добромир. Там они столкнулись с монстром, описание которого мой отец до сих пор воспроизвести не может.

И эта троица собирается отправиться туда с ночевкой? Ох, до чего же паршивая затея… Их нужно отговорить. Однозначно.

— Радко, а Третьяк с Резаном в курсе, что в этом лесу якобы живут монстры? Вы уверены, что готовы идти на такой риск? — спросил я.

— Конечно, они в курсе! Это ведь им эта затея в голову и пришла, — ответил Радко.

— Ты ведь понимаешь, что Скитальцем никто из нас не станет, если мы все передохнем в этом чёртовом лесу? — уточнил я.

— Всё схвачено! У нас такой отряд разношерстный набирается. Уверен, мы справимся. Отменять поход точно никто не станет, — заявил Радко. — А уж если и вправду встретим сильного монстра… Ну, что делать? Убежим!

— А ты думаешь, что монстры бегают медленнее людей? Не догонит нас, по-твоему?

— Ну… Мы сразу в деревню рванём. А уж туда монстр не сунется! — выдал свой главный аргумент Радко.

— Ага, то есть ты наивно полагаешь, что в Погранке мы будем в безопасности? Вот только я не уверен, что кто-то из местных жителей рванёт с вилами в руках защищать нас от этой твари. А пока придут Скитальцы кто-нибудь умрёт. И эта смерть будет на нашей совести. Понимаешь?

— Да что ж такое… — вздохнул Радко. — И почему ты всегда прав? Я об этом даже не подумал. Но, правда, Лад, свернуть поход уже никак не получится. Даже если ты откажешься идти, я всё равно Третьяка с Резаном не брошу. Это будет как-то… бесчестно, что ли?

Вот в этом он прав. Если эти двое в любом случае пойдут, остаётся только два варианта. Либо найти способ отговорить их, либо пойти вместе с ними.

Причём второй вариант звучит глупо. Но не для меня. Придётся пойти на рискованный шаг, однако эта идея всё больше и больше меня привлекает. И дело даже не в тренировке.

Просто я до сих пор не знаю, что конкретно случилось в том лесу. У меня даже были мысли сходить туда в одиночку. Но этот вариант ещё хуже, чем идти с командой Третьяка.

Думаю, всё-таки стоит рискнуть. Только парням придётся подготовиться. И в этом случае условия им уже буду диктовать я.

— Значит, разведывательная экспедиция в лес, — протянул я. — Хорошо, Радко. Даю добро. Когда вы там собрались отчаливать?

— Завтра на рассвете, — сказал он. — С родителями вопрос уже решён. Мы солгали, что пойдём рыбачить на Мищурку. Думаю, отец и тебя отпустит. Туда все рыбачить ходят!

— Я согласен, Радко, но только при одном условии. Передай Третьяку и Резану, что я буду ждать их в полдень на этом самом месте. Мне есть, что им сказать.

— Вот так бы сразу! — обрадовался рыжий. — Договорились, Лад. Всех сюда пригоню!

— И ещё, Радко. Ты же понимаешь, что о нашей связи со Скитальцами стоит молчать? — уточнил я. — Если спросят, зачем ты бегал к ним ночью — скажешь, что захотел узнать условия вступления в их ряды. Получил советы — не более того.

— Понял-понял, — закивал он. — Всё, Лад, спасибо тебе большое! Увидимся в полдень!

Радко убежал. Я собрал наши с отцом спальники, спрятал в кустах вещи, а затем направился в деревню. К дому Митрия. Надо узнать, сработал мой план или нет.

Если вдруг отец с Митрием не сойдутся, у нас будут серьёзные проблемы. Тогда придётся срочно сооружать хоть какую-нибудь хибару. До зимы ещё долго, но вечно жить на улице мы не сможем.

Прежде чем пройти в дом Митрия, я заглянул на его скотный двор. Да… Печальная картина. Остался только курятник. Свиней нет, ни одной. Всех пришлось умертвить.

До чего же всё-таки пагубное влияние может оказать на мирные территории даже мелкий паразит с болот. Я уже понял, что главная опасность обитающих за Чертой монстров не столько в их смертоносности, сколько в инфекциях, которые они распространяют.

Хотя некоторые из этих болезней даже инфекциями назвать нельзя. Не уверен, что дело только в вирусах и бактериях. Судя по рассказам отца, эти твари каким-то образом передают свою болезнетворную ауру людям.

Иными словами, подхватить от этих существ можно всё что угодно. Даже инфаркт, который никаким образом с инфекциями не связан.

— О, а вот и Лад! — улыбнулся мне отец. — Проходи, сын. Мы с Митрием уже заканчиваем.

— Здравствуй, парень, — поприветствовал меня худощавый мужчина. — Вы с отцом — просто спасение какое-то. Благослови вас Скалес! Сначала спасли всю мою семью, а теперь ещё и с таким выгодным предложением пришли. У меня нет слов. Я так до осени, может быть, даже успею новых свинюшек закупить.

— Так на какой сумме мы остановились? — уточнил Добромир.

— Пять серебряников в месяц будет достаточно, — заключил Митрий. — Начнём с этого. Дальше обещать не могу. Может, пересмотрим наш договор.

Пять серебряников? Да это прямо-таки по-божески! Харитон с нас за две недели больше десятка содрал. Такую сумму мы с отцом можем и за пару суток заработать. А остальные двадцать восемь дней будем трудиться исключительно ради себя. Никаких больше долгов!

— Добро, Митрий, — отец пожал руку скотоводу. — Так значит, домик, в котором жили твои пастухи, теперь свободен?

— Ну… Не совсем, — замялся мужчина. — На меня работали два мужика. Один переехал из Холмовки. Он уже вернулся домой. А вот Щербака придётся вам потерпеть. Я сжалился, оставил его у себя. Ему жить негде. Пока что я с него даже денег не беру. Он всегда один жил, родственников у него нет. А дом сгорел прошлой осенью. Деваться ему отсюда некуда.

— Ничего, потеснимся, — кивнул отец. — Если мужик нормальный — уживёмся. А уж по поводу его дальнейшей судьбы сам решишь потом. Мы с Ладом его точно выгонять не будем.

— Он добродушный, не переживай, — ответил Митрий. — Но пока что нет у меня для него работы. Я ему и за прошлый месяц выплатить не успел, поэтому и держу у себя.

Хм… А этот Щербак может стать нашим новым работником. Лезть в разговор отца с Митрием я не стану, но позже нужно будет обсудить эту тему. Понимаю, этот пастух вряд ли сгодится в качества помощника знахаря, но есть множество способов использовать его силу в ином ключе.

Тот же Радко ведь собирает для нас травы. Значит, и Щербак сможет помочь.

— Всё, Лад, я пока пойду осмотрю дом, а ты тащи сюда всё, что мы оставили на поляне, — попросил отец. — Хоть поспим сегодня нормально!

Перетащить вещи — не проблема. Хоть мы сегодня и спали под открытым небом, но выспался я отлично. Сил — хоть отбавляй! Даже мана полностью восстановилась. Должно быть, дело в регенерации, которую даёт баланс Эссенций.

Давно уже заметил, что при качественной балансировке я всегда чувствую себя гораздо сильнее, чем обычно.

Я закончил переносить наши пожитки, сложил их около входа в наш новый съёмный дом, что находился прямо за скотным двором, и только после этого вошёл внутрь.

Отец вместе с Щербаком уже вовсю трудился, чтобы обустроить нам комфорт в новом жилище. Пастухом оказался загорелый мужчина примерно того же возраста, что и мой отец. Щербак совсем не расстроился из-за того, что у него появились новые соседи. Как раз наоборот, он понадеялся, что это — хороший знак. И что скоро у него тоже появится работа.

Думаю, он не ошибся. После похода я поделюсь с отцом своими мыслями. Сейчас ему не до этого. Пусть для начала обустроит свой приёмный кабинет.

Дом, в который нас поселил Митрий, оказался небольшим. Три койки стояли почти в упор друг к другу. Во второй половине здания стоял широкий обеденный стол. Но его отец собирался использовать как приёмную для больных.

Грубо говоря, тот же сарай больше. Но плюсов много. Спать на полу больше не придётся. Когда наступит осень, продувать здание не будет — щелей в нём почти нет.

А на зиму есть небольшая дровяная печушка. Придётся по вечерам собираться у неё, чтобы не замёрзнуть. Хотя… До зимы ещё очень долго. За это время многое может измениться.

В полдень я вернулся на поляну. Там меня уже ждали члены нашего молодецкого отряда, которые так и норовили подохнуть от рук монстра в холмовом лесу.

— Лад, — Третьяк протянул мне руку. — Рад, что ты решил к нам присоединиться.

Я ответил на рукопожатие парня. Поражаюсь, как сильно изменилось его поведение. А я ведь всего лишь один раз его полечил. Убрал нагноение из раны, и он тут же отбился от стаи Микулы.

Порой с людьми такое случается. Некоторых одно мелкое событие может направить в совершенно другое русло. А некоторые как были дураками, так на всю жизнь ими и остаются. Как раз Микула относится к таким людям. Их ничем не исправить. Ни добротой, ни жестокостью.

— Расскажи, чего это ты вдруг решил нас собрать? — поинтересовался Третьяк.

— Стойте… — протянул широкоплечий парень, что стоял позади Третьяка. — А я всё думал, про кого вы всё талдычите? Так это «тот самый» Лад? И на кой же чёрт он нам сдался? Он весь поход нам испортит!

Видимо, коренастый пацан — это и есть Резан, внук кузнеца.

Третьяк размахнулся и дал крепкий подзатыльник Резану.

— Ай, ты это чего? — вздрогнул тот.

— Лад хорошо разбирается в знахарстве. Он меня уже лечил. В этом плане я ему доверяю. А если довериться словам Радко, то Лад ещё и о монстрах кое-что слышал. Но тут уж не могу давать никаких гарантий, — заключил Третьяк. — Так или иначе, он тоже хочет стать Скитальцем. А значит — он часть нашей команды.

— Так он же того… — не унимался Резан.

— Если не хочешь получить второй подзатыльник, лучше убери палец от виска, — посоветовал я.

— Он прав, Резан, — вмешался Радко. — Если мы будем спорить и задирать друг друга, то лучше сразу возвращаться к Микуле. В его дурацкую шайку.

— Тц, — цыкнул Третьяк. — Нет уж. Я три года с ним по деревне шастал. Вот уж кто действительно настоящий деревенский дурак. Я не хочу обижать людей. Я хочу их защищать. Поэтому и поговорил с Новиком из Скитальцев. Он мне пару советов дал, как пройти экзамен. Могу и вам посоветовать.

— Я только «за»! — закивал Радко.

— А какой в этом смысл, Третьяк? — размял шею Резан. — Экзамен подразумевает, что брать будут только лучших. Зачем делиться опытом с другими? — он смерил взглядом нас с Радко.

— С тем же успехом я могу зажать эти секреты и от тебя, Резан, — нахмурился Третьяк. — Заканчивай разводить ссоры. Мы, вообще-то, собрались здесь, чтобы послушать Лада.

А Третьяк оказался куда мудрее, чем я думал. Возможно, у него даже есть лидерские задатки. Первая наша встреча меня совсем не впечатлила. Но всего за неделю он сильно изменился. Вот что с человеком делает твёрдая цель!

— Я хотел предупредить вас, — начал я. — В холмовом лесу может быть опаснее, чем вы думаете.

— Кто тебе это сказал? — поинтересовался Третьяк. — Скитальцы?

— Нет, другой человек, — правду я решил им не рассказывать. — Там видели монстра. Куда более опасного, чем те, что живут за Чертой.

— Я же говорил, что он будет нести какую-то чушь… — прошептал Резан.

— Кроме Скитальцев в этом вопросе лучше никому больше не доверять, — спокойно ответил Третьяк. — Ты просто хотел отговорить нас? Может, Радко не совсем верно пояснил тебе условия нашего похода? Никто никого не заставляет. Если не хочешь идти — оставайся в Погранке. Никто тебя за это не осудит.

— Нет, я в любом случае пойду с вами, — уверенно сказал я. — Моя задача — не отговорить вас. Я собрал вас заранее, чтобы мы могли подготовиться.

— О-о-о! — протянул Радко. — Ты хочешь показать им «это»? Правда?

— Да. От вас я решил не скрывать. Если мы идём в холмовый лес, тогда я должен принести пользу команде. Как знахарь, — я скинул со спины сумку и достал оттуда свою хитиновую броню. — Раз моя задача — заниматься вашим здоровьем, значит и защиту должен обеспечивать тоже я.

— Это что такое? — вскинул брови Третьяк. — Похоже на нагрудник. Прямо как у настоящих воинов!

Резан тоже не сдержался. Явно хотел отнестись скептически к моей поделке, но не смог. Сделал шаг вперёд, чтобы лучше рассмотреть хитиновые пластины.

Так и думал, что их это впечатлит. А уж если бы я умудрился меч сделать из сподручных материалов, у них бы вообще крыши снесло.

— Это броня, ребят, — ответил я. — Броня из панцирей монстров. Раз уж вы хотите поделиться со мной своим опытом, то и я поделюсь. Но только при том условии, что я буду играть не последнюю роль в нашей команде.

— Что ты имеешь в виду? — прищурился Резан. — Лидер у нас Третьяк. Это уже решено.

— А я и не претендую занимать его роль, — отрезал я. — Но советы давать обязан. Если скажу готовиться к бою — все приготовятся. Если скажу бежать — бросим все свои вещи и рванём в деревню. Я хочу быть советником.

Третьяк молча достал из-за пояса небольшой ножичек и потыкал им в хитиновые пластины.

— Великий Скалес… — прошептал он. — Если ты научишь нас делать такую броню, тогда я соглашусь. Будешь вторым лидером. Советником, как ты выразился.

— Договорились, — кивнул я. — Насчёт брони не обманываю. Сделать её не так уж и сложно. И она очень крепкая. Видишь на ней царапину? Это Микула её оставил. Пытался нож мне в живот воткнуть. Но она защитила.

Третьяк удивлённо присвистнул.

— Фу… — Резан помахал ладонью перед носом. — Из какого дерьма ты её слепил, Лад? Воняет, как тухлая рыба!

— Если тебя так беспокоят запахи, дружище, то за Чертой тебе делать нечего, — ответил я.

— Да чего ты из себя знатока строишь⁈ — не унимался внук кузнеца. — Ты же всё это придумываешь!

— Ещё раз тебе говорю — успокойся, Резан, — чуть твёрже сказал Третьяк. — Радко предупреждал, что у Лада есть свои тайны. И мы в них не полезем. Пока что. Он нам доверился. Сам посмотри, что он принёс! Хочешь сказать, что эта броня — тоже из его воображения чудного вылезла?

— Если хотите, чтобы у вас была такая же броня, советую выдвигаться прямо сейчас, — посоветовал я. — Когда начнёт вечереть, в то место лучше не соваться. К концу дня у всех будут такие нагрудники. Они очень лёгкие, но крепкие. Их мы можем взять с собой в лес. Если кого запах не устраивает, — я посмотрел на Резана, — сразу броню надевать не обязательно. Но учтите, если мы попадём в беду, накидывать её на себя будет слишком поздно.

— Да хватит тебе его убеждать, — махнул рукой Третьяк. — Веди, Лад. Нам нужна такая же броня!

Я повёл своих новых соратников к болотам. Я уже наизусть выучил всю береговую линию. Знал каждый бугорок. Знал, где находятся норы кусачей.

Мы подошли к самой крупной норе.

Я сел на колени, аккуратно заглянул вниз, прислушался.

Ага… Слышу. Их там очень много. Нам нужно убить штук двадцать, чтобы у каждого была своя хитиновая броня. Что ж… Мне не впервой устраивать массовое истребление этих гадов! Надеюсь, что этим я никак не врежу природе.

Хотя на природу за Чертой мне откровенно наплевать. Там, говорят, даже деревья могут быть опасными.

Я показал Радко и остальным, как охотиться на кусачей. Мы потратили почти пять часов, чтобы набить нужно количество тварей. Поначалу мои соратники боялись, но вскоре это превратилось в развлечение. Даже Резан перестал меня подкалывать на какое-то время. В этот момент все чувствовали себя героями.

Скитальцами.

И, кажется, только я один понимал, что войти в ряды этих воинов удастся далеко не всем членам нашей команды.

Остаток вечера мы изготавливали броню. Я справлялся быстрее остальных, поскольку уже наловчился связывать хитиновые пластины между собой.

Как только появилась свободная минута, я мысленно вызвал окно системы.

Оказалось, что за эту вылазку я получил много опыта и Эссенций.

/Получено 20 единиц опыта/

/Получено 12 Эссенций Смерти/

/Уровень 2. Прогресс опыта: 107 из 200/

Отлично! Полпути до третьего уровня! Уже совсем немного остаётся.

Мы успели вернуться домой до темноты. Все хитиновые нагрудники спрятали неподалёку от луга. Домой их тащить было нельзя. По крайней мере, остальным. Мой-то отец знал, что я время от времени охочусь на этих тварей.

Перед сном я завёл разговор о предстоящей рыбалке. Убедить Добромира не составило труда. Он, правда, расстроился, что нам придётся отложить следующий урок по знахарскому делу. Но всё же решил, что мне нужно общаться со сверстниками.

Правду я ему сказать не мог. Если он узнает, что я решил вернуться в тот самый лес — точно взбесится.

На рассвете наша команда вновь собралась на лугу, неподалёку от тропы, что вела в холмовый лес. Однако стоило мне взглянуть на возвышающиеся деревья, как по спине пробежал холодок.

Не от страха. Скорее, из-за лёгкой вибрации в руке. Там, в дебрях, точно что-то есть. Далеко не факт, что это тот же самый монстр. Но всё же нам лучше действовать аккуратно. Предстоит очень непростой поход.

— Эй, Резан! — увидев опоздавшего парня, прокричал Третьяк. — Какого… Ты зачем его с собой притащил⁈

Меня разобрало любопытство. Я обернулся. И понял, почему Третьяк так отреагировал на появление Резана.

М-да… Это в наши планы не входило. Хотя… Возможно, Резан не так уж и глуп.

Мне нравится его идея!

Глава 20

— Я не виноват! Она сама за мной увязалась! — принялся оправдываться Резан.

Рядом с внуком кузнеца стояла здоровенная собака. Дворняга, но явно с примесью какой-то породы. Очень уж напоминает русскую борзую из моего мира. Длинные ноги, вытянутый нос. Резану она почти по пояс.

Она склонила голову набок, высунула язык и с интересом уставилась на нашу команду. Глаза добрые. Выглядит так, будто человеком приручена.

— Чья это собака? — поинтересовался я.

— Ничейная, — ответил Резан. — Ты что, Зорьку не узнаёшь? Она уже давно в деревне живёт. Зараза, привязалась — и не отстаёт!

Видимо, в Погранке к ней хорошо относятся, раз она увязалась за людьми. Да и в целом не худая, как я посмотрю. Видать, кто-то подкармливает.

— Так это даже к лучшему, что с нами Зорька пойдёт, — поделился своим мнением я. — С ней спокойнее будет. Смотрите, какие у неё лапы. Из неё явно могла выйти охотничья собака.

— Хм… Согласен. Лад дело говорит, — задумался Третьяк. — Отец другую породу держит, но эта для охоты тоже подойдёт. За себя постоять сможет, если придётся.

— Вы серьёзно? — удивился Резан. — А я думал — можно в неё камнями покидать, чтобы убежала назад в деревню.

— Совсем сдурел, что ли? — не удержался я. — Зачем её обижать почём зря? Она кого-нибудь кусала хоть раз?

— Нет, — помотал головой Радко. — Зорька добрая. Я тоже за то, чтобы взять её с собой.

— Ну так, если мы кого-нибудь поймаем, нам же и с ней делиться придётся… — замялся Резан.

— Ничего, не оголодаешь, — отрезал Третьяк. — Ну что, ребят, пойдём? Вроде всё, что нужно, собрали. Ах да… Точно! Резан, ты оружие-то смог взять в итоге?

— Конечно, обижаешь! — улыбнулся парень. — Разбирайте.

Он достал из сумки несколько ржавых кинжалов и пару мечей. Состояние у оружия было, мягко говоря, так себе. Один меч Резан оставил себе, а второй отдал Третьяку как нашему лидеру. Я от кинжала отказался. Зачем мне нужен этот ржавый кусок металла, если у меня есть свой наточенный?

Распределив оружие, мы двинулись вверх, по узкой тропе, что вела в холмовый лес. Вчетвером, не считая Зорьки. Я думал, что собаке наша компания надоест и она всё же решит вернуться в деревню. Но по какой-то причине она решила от нас не отставать. Возможно, тоже захотела поохотиться.

Обязанности в нашей группе строго распределили между всеми участниками похода. Третьяк выступал в роле нашего проводника. Он же отвечал за охоту и поиск съестных ягод. Задача Резана заключалась только в поставке оружия. Правда, я уже начал сомневаться, что от этих железок нам будет хоть какая-то польза.

Хотя… Мне ведь удалось прикончить болотного упыря с помощью ржавых вил. Значит, оружие Резана может оказать добрую службу. Но я надеялся, что оно нам не пригодится.

Радко в команду вписывался хуже всех. Пользы от него было совсем немного. Со своей пращой он обращался очень неумело. Чтобы хоть чем-то помочь отряду, он прихватил немного еды, которую выпросил у отца под предлогом, что всё это ему обязательно пригодится на рыбалке.

Я же снабдил всех хитиновой бронёй. И был готов помочь любому члену группы, если вдруг кто-то заболеет или окажется ранен.

Однако на этом мои обязанности не заканчивались. Мои соратники об этом не знали, но моя рука служила чем-то вроде локатора. С помощью неё я отслеживал, грозит нам опасность или нет.

Странно, но как только мы вошли в лес, зуд сразу же прекратился. Возможно, некоторые монстры умеют скрывать своё присутствие? Сомневаюсь. Зуд угасал постепенно. Будто наш потенциальный враг удалился. Либо ушёл дальше — вглубь леса, либо вовсе покинул его.

Так или иначе, нужно быть начеку. Здесь кто-то был. Кто-то или что-то. И это существо ещё может вернуться.

— А здорово, да, ребят? — Радко тяжело дышал, взбирался на гору, пытаясь догнать остальных. — Мы же правда как настоящие Скитальцы! Идём в опасные неизведанные земли! Возможно, эти навыки выживания нам ещё пригодятся на экзамене.

— Никто пока не знает, из чего будет состоять экзамен, — отметил Третьяк. — Но лучше быть готовыми ко всему. Прошёл слух, что он может начаться уже в этом месяце или начале следующего. В любом случае, кто-то из нас сможет стать Скитальцем до конца лета. Ну… Кроме Лада. Без обид, конечно. Но ты по возрасту не пройдёшь.

— Какие тут могут быть обиды? — пожал плечами я. — Ничего, я вас ещё догоню.

Мне не захотелось раскрывать им все карты. Я планирую найти способ пробиться на этот экзамен вместе с остальными. Да, я уже успел познакомиться со всеми Скитальцами, но пока что они считают меня обычным учеником знахаря. Смелым, способным, но не более того.

Этого недостаточно. Мне придётся доказать им, что на меня можно положиться.

Третьяка и Резана могут допустить до экзамена. Им уже есть шестнадцать. Радко тоже исполнится шестнадцать на следующей неделе.

Пока что я отстаю по возрасту. Но всё же у меня есть преимущество. Сразу несколько козырей. Умом я куда старше их. Опытнее. Кроме того, у меня есть система, благодаря которой я могу пользоваться чем-то вроде магии.

Значит, смогу пробиться. Попаду на экзамен любой ценой.

— А что говорят другие? — поинтересовался Радко. — Какие раньше были задания на экзамене?

— Так его ещё ни разу в Погранке никто и не проводил, — ответил Резан. — А зачем, ты думаешь, мы тут по лесу шастаем? Готовимся ко всему и сразу.

В этом Резан прав. Я уже пытался разузнать насчёт экзамена. Как оказалось, это будет первый случай, когда местным Скитальцам придётся набирать людей таким образом.

Пути в эту профессию всего два. Через академию в столице, либо через экзамен. Но те, кто проходят через академию, сразу получают хороший ранг. На них полагаются. Позволяют командовать молодняком вроде нас.

Да, будет тяжело. Даже если я смогу попасть на экзамен и каким-то образом окажусь в числе сдавших, мне всё равно будут доверять только мелкую работу. Носить сумки, прикрывать тылы. Говорят, что в некоторых особо опасных регионах таких, как мы, и вовсе используют в качестве пушечного мяса. Выжил — хорошо, возможно, получится дожить до повышения. Не выжил? Что ж, не ты первый, не ты последний.

Обмениваясь планами на будущее, мы и не заметили, как добрались до небольшой поляны, что находилась на самой вершине холма.

— Отлично! — обрадовался Третьяк. — Хорошее место. Здесь можно разбить лагерь. Если кто на нас полезет — сразу увидим. Это куда лучше, чем прятаться в дебрях.

— Согласен с тобой, — кивнул я. — Но стоит учитывать, что и мы тут как на ладони. Если в этом лесу всё же есть опасные существа и если действуют сообща, то смогут нас окружить.

— Хм, об этом я не подумал. Ну… Зато у нас есть Зорька! — Третьяк потрепал собаку по голове. Та одобрительно гавкнула. — Если что, она должна почувствовать приближение хищника.

Не хищники наша самая главная проблема. Я ведь узнаю эту опушку. Много раз видел её во снах, но я не понимал, что это за место и почему оно порождает в моём подсознании такую тревогу. Видимо, именно здесь мы с отцом столкнулись с тем существом.

Здесь я получил эти полосы, которые некогда были шрамами.

Мы скинули сумки на землю, а затем разделились. Третьяк остался готовить костёр. Остальным было поручено собрать ветви и листья, чтобы организовать пару шалашей. Дождь вроде не намечается, но будет лучше, если у нас всё-таки окажется запасное укрытие.

Зорька на этот раз увязалась за мной. Мы прошли через поляну к большому валуну. Я забрался на него, чтобы осмотреться. С высоты было не трудно увидеть, где лучше собирать всё необходимое для постройки нашего убежища.

Через пару минут Зорька начала скулить. Затем выскочила из-под валуна, посмотрела мне в глаза и несколько раз гавкнула.

— Что случилось? — бросил я. — Белку какую-нибудь нашла?

Если в этой собаке действительно есть кровь охотничьей породы — ничего удивительного в поведении Зорьки нет. Возможно, нашла чью-то нору и решила показать её мне.

Нужно проверить. Может, там где-то притаились кролики. Эти животные стараются избегать густых лесов и чащ. Обычно обитают в местах с пересечённым рельефом и кустарниковой растительностью. Эта поляна на холме — самое то!

А раз уж нам нужно чем-то питаться, можно попробовать сцапать пару кроликов.

Я неспешно спустился вниз к основанию валуна и обнаружил, что Зорька всё это время указывала на нору. Нет… Чёрт меня раздери, так это же не нора! Под валуном небольшая пещера. Хотя, скорее всего, камень просто имеет неровную форму, поэтому между ним и землёй образовалось небольшое пространство.

Вот только я сомневаюсь, что там живут кролики. Уж больно высокий проём. Туда даже я могу пролезть, практически не нагибаясь.

Собака зарычала на темноту под камнем, затем снова загавкала. На этот раз Зорька не пыталась привлечь моё внимание. Она показывала агрессию по отношению к тому, что находится внутри.

Но не спешила заходить в пещеру. Неужто испугалась?

— Тише-тише, — прошептал я. — Что ты там учуяла? Внутри кто-то есть?

Зорька, разумеется, не понимала, о чём я её спрашиваю, но всё же дала мне ответ. Жалобно заскулила.

Я оказался прав. Она боится. Не хочет лезть дальше. Но я не чувствую присутствия монстров поблизости.

Однако это не означает, что пещера безопасна. Как вариант, там могли поселиться волки. Их самки часто выбирают укромные места для выведения потомства.

Нехорошо. Лезть туда пока что точно не стоит. Лучше предупредить Третьяка. В охотничьем деле я не разбираюсь от слова совсем. Если наш лидер действительно получил дельные наставления от своего отца, возможно, он сможет как-то прокомментировать эту проблему.

— Пойдём, Зорька, — я позвал собаку за собой, в другую сторону — к лесу. — Мы туда не полезем. Давай для начала соберём всё, что нужно для лагеря.

Она пошла за мной, но всё равно продолжила оглядываться на пещеру. Чёрт знает, что её так испугало. Но проверять пока что я не хочу. По крайней мере, в одиночку. Нет смысла так рисковать.

Пока я собирал всё необходимое для шалаша, мне выдалась возможность немного подумать обо всём, что произошло за последние дни. Как бы я ни старался оставаться собой, а жизнь в этом мире всё же вынуждает измениться.

Я всю жизнь проработал врачом. Помогал людям и никогда никому намеренно не вредил. И уж тем более не убивал.

Но, вспоминая то, что случилось с охранниками Харитона, я понимаю, что теперь назад дороги нет. Мне пришлось заманить в ловушку одного из них, чтобы защитить себя и своего отца. Он попался в лапы кусачей, потому что именно я решил его туда загнать.

И что самое удивительное, я не сожалею о произошедшем. У меня не было другого выхода. Этот мир так устроен. Если прогибаться под окружающих — навсегда останешься в рабстве. Или просто умрёшь.

Семён был той ещё сволочью. Преступником. Горевать о нём никто не будет. Но это не значит, что я теперь должен лишать жизни каждого, кто мне неугоден. Мне придётся измениться, очерстветь, но старым принципам я изменять не стану.

Я готов лишить человека жизни, но только в том случае, если он угрожает мне, моим близким или представляет опасность для большого количества людей. К таким решениям нужно подходить очень осторожно.

Система и баланс Эссенций постоянно подталкивают меня к этому. Но убивать людей ради восполнения баланса или собственной выгоды я не стану. Только по веским причинам. Когда нет иного выхода.

Баланс важен во всём. Важно выжить и устроиться в новом мире. И при этом не изменить самому себе. Вот что я понял за эти дни.

Именно поэтому я и собрался вступить в Скитальцы. Как ни крути, а Эссенции Смерти мне понадобятся. Но, как показала практика, их можно спокойно добывать из монстров. Причём, думаю, из них этих Эссенций получается гораздо больше, чем из людей.

В лагерь я вернулся одновременно с Резаном. Радко задерживался, и это начало меня беспокоить.

— Ну наконец-то! — обрадовался Третьяк. — Сваливайте всё сюда. Сейчас сооружу нам укрытие. Одного часа мне с головой хватит. А Радко куда запропастился? Никто его не видел?

— Он пошёл на восток, — Резан указал на густую чащу. — Примерно там мы с ним и разделились.

— Это плохо. Не хватало ещё, чтобы он там заблудился. А он, между прочим, без брони ушёл! — подметил Третьяк.

— Я схожу за ним. Проверю, куда он пропал, — ответил я. — Тут нарисовалась другая проблема, Третьяк. Зорька нашла небольшую пещеру под валуном. И почему-то она её очень встревожила. Как думаешь, здесь могут водиться волки?

— Волки? — вскинул брови Третьяк. — Нет, это вряд ли. По крайней мере, от батьки я ни разу не слышал о том, что их можно встретить в холмовом лесу. В основном волки живут за Мищуркой. Их рыбаки часто видят. Но раз собака испугалась, эту пещеру лучше проверить до того, как стемнеет.

— Только всем вместе, — предложил я. — Лишний раз лучше не разделяться. Мы не знаем, что в ней. Но и игнорировать её нельзя. Всё-таки нам тут ещё на ночь оставаться. А этот валун от нас в двух сотнях метрах.

Я оставил Третьяка с Резаном обустраивать лагерь, а сам направился на восток. Найти Радко будет нетрудно. Его рыжая голова хорошо выделяется на фоне зелени. Он ведь не должен был уйти далеко. Тут полно хороших ветвей. Что его заставило отправиться вглубь леса?

На этот раз Зорька со мной не пошла. Осталась с ребятами. Видимо, ей не понравилось, куда я случайно привёл в последний раз. Решила, что там будет безопаснее.

— Радко! — крикнул я. — Выходи!

Но друг мне не ответил. Что же мне теперь, следы, что ли, его искать? Такому я не обучен. Хотя… Вижу, что кто-то продрался прямо через кусты. Все ветви смяты и поломаны. Либо животное какое-то пробежало, либо Радко пёр напролом. Вот только зачем?

Успокаивал тот факт, что даже пробираясь вглубь леса, я не чувствовал присутствия монстров. Я бы даже предположил, что на деле в ту ночь моему отцу просто показалось. Может, он не с монстром, а с каким-нибудь жутким человеком пересёкся. Кто знает?

Но я точно чувствовал жжение перед началом похода. Здесь кто-то был. И сейчас он прячется.

— Рад…

— Т-с-с! — послышалось шипение из кустов. — Да тише ты, Лад! Разорался!

Ага, нашёлся беглец.

— Ты чего там сидишь? Приспичило, что ли? — усмехнулся я.

— Пригнись, иди сюда. Аккуратно, — прошептал Радко.

Я присел, осматриваясь по сторонам, прополз к другу — в кусты.

— Ты чего сбежал? — тихо спросил я.

— За едой, — улыбнулся во весь рот он. — Смотри, кого я нашёл.

Он указал на ещё одну небольшую опушку. Буквально в нескольких метрах от нас.

О-о! А вот и кролики. Не зря я про них подумал. Как чувствовал, что они здесь водятся. Слишком уж подходящее место.

— Ты же понимаешь, что без ловушки мы их не поймаем? — спросил я.

— Понимаю. Но у меня есть это, — Радко показал свою пращу.

— Да ты шутишь, что ли? — усмехнулся я. — Мы же их спугнём.

— А что нам делать? Голодать до завтра? Я так не хочу, — насупился Радко. — Понимаю, что уж от голода мы тут точно не помрём. Всё равно завтра к вечеру вернёмся домой. Но… Представь, что мы за Чертой. Назад дороги нет. А провизия кончилась.

В чём-то он прав. Хотя его рассуждения больше игру напоминают.

— Давай так… Смотри, Лад, — принялся рассуждать Радко. — Их нору я уже нашёл. Она чуть подальше, если пойти направо. Если даже я не попаду, мы всегда сможем их оттуда достать.

— А вот это глупая затея. Ты предлагаешь руку в кроличью нору совать? — усмехнулся я. — Хочешь, чтобы кому-то из нас палец откусили? Зубы у них острые. Они не такие уж и безобидные, какими кажутся на первый взгляд. У меня есть идея получше.

— Какая?

— Я аккуратно проберусь к норе. Спрячусь в кустах, — я опустил взгляд на землю, нащупал крепкий камень. — Если ты не попадёшь и они действительно побегут в нору, а не в противоположном направлении, думаю, у меня получится оглушить одного из них прямо у входа.

— А если они убегут в лес?

— Ну, тогда вечером будем жевать хлеб вместо полноценного ужина, — пожал плечами я. — Зато потренируемся.

Меня и самого заинтересовала эта затея. Я никогда не охотился, но эти навыки мне здесь точно пригодятся.

В чём-то Радко прав. Когда-нибудь настанет такой момент, и мы останемся без еды. Нужно хотя бы примерно представлять, как можно повести себя в такой ситуации.

— Хорошо, тогда я жду твоего сигнала! — улыбнулся Радко.

— Стой, — перебил его я. — Пращу ровнее крути. Она у тебя над головой вертится и взад, и вперёд, и наискось. Ты скорее себе темечко разобьёшь, чем попадёшь по кролику. Попробуй держать верёвку ровно.

— А ты что, в этом разбираешься? — похоже, его задела моя критика.

— Нет, просто доводилось видеть, как другие пользуются пращой, — солгал я.

Хотя это было ложью лишь отчасти. Мой единственный источник информации — фильмы и книги из прошлого мира. Но, может быть, Радко это как-то поможет.

— Ладно, я попробую, — кивнул он.

Мы разделились. Мне удалось практически без шума добраться до кустов, около которых скрывалась нора. Я выждал подходящий момент, сосредоточился, а затем махнул Радко.

Что ж, посмотрим, что из этого выйдет.

Раздался свист и громкий удар о землю. Я не увидел, куда попал камень, но на этот раз Радко точно закрутил пращу правильно. Моё внимание полностью было сконцентрировано на разбегающихся кроликах. Всего их на поляне было около пяти. Но в мою сторону рванул только один.

То ли я подсознательно это сделал, то ли система включилась автоматически, но мир вокруг меня посерел, поскольку активировался навык «Слабые точки».

И я впервые заметил, что в этом состоянии мне гораздо проще концентрироваться на движениях своей цели. Я сделал глубокий вдох, занёс над головой камень, а затем выскочил из кустов и резко опустил его на свою добычу. Ровно в тот момент, когда кролик должен был прошмыгнуть в нору.

/Получено 3 единицы опыта/

/Получено 2 Эссенции Смерти/

/Уровень 2. Прогресс опыта: 110 из 200/

Получилось! Всё-таки с системой всё даётся куда проще. И лечение, и борьба. За кролика система вознаградила меня слабо, но справедливо. Если бы у нас было время, мы бы могли установить ловушки и наловить больше животных, но… А стоит ли оно того? Ради опыта и Эссенций? Нет.

Понимаю, что кролики размножаются довольно быстро, но портить экосистему не стоит. Она сама уравновесит их количество. Мы же с Радко поступили как обычные хищники, которыми, между прочим, люди и являются. Получили свою добычу — и можем спокойно возвращаться в лагерь.

Хотя слово «хищник» не подходит к человеку. Мы, скорее, всеядные. Однако в моём мире человека часто называли суперхищником. Существом, которое способно поймать и убить любого другого хищника.

— Да-а-а-а! — раздался истошный вопль Радко. — Да-да-да! Ура!

Я уж было подумал, что он так обрадовался моей добыче. Но нет.

На поляне остался лежать один кролик. Я подхватил своего, а затем подбежал к Радко.

— Да ладно? Попал всё-таки? — удивился я.

— Представляешь? С первого раза! Понял, что второго шанса не будет. Правда… Целился я в другого кролика. Но это неважно! — махнул рукой Радко. — Главное, что получилось!

В лагерь мы вернулся довольные. С гордостью положили перед Третьяком две тушки и груду веток.

Он удивлённо уставился на нашу добычу. Похлопал глазами, затем поднял взгляд и спросил:

— Я надеюсь, что вы их не в таком состоянии нашли? Лучше скажите честно. Если это так, то есть их нельзя. Они могут быть больны.

Тут Радко прорвало, и он принялся рассказывать, как ловко мы смогли заполучить наш ужин. Болтал, не унимаясь.

— Что я могу сказать? — пожал плечами Третьяк. — Задача была другая, но вы молодцы. А я уж сам думал выдвигаться на охоту. Но ничего, я сам потом расскажу, как это делается. Вечером, когда стемнеет. Вот только у нас есть две проблемы. И, каюсь, это моя вина. Я не подумал о самом главном.

— О чём? — поинтересовался я.

— Мы забыли воду, — вздохнул Третьяк. — А водоёмов на холме быть не может. Котелок взяли, а воды набрать забыли.

— Ерунда, — помотал головой я. — Мы проходили ручей. Он у подножья холма. День ещё только начался. Успеем спуститься и набрать воды.

— О, да ты глаз-алмаз, Лад, — обрадовался Третьяк. — Тогда этим и займёмся. Но есть и вторая проблема. Ножами Резана я точно кроликов разделать не смогу.

— Тоже не беда. Держи, — я отдал Третьяку свой нож. — Может, для разделки он тоже не особо подходит. Зато не ржавый.

— Во-о-о! — его рот растянулся в улыбку. — Совсем другой разговор! Ладно, Радко, садись со мной, охотник. Сейчас покажу тебе, как надо ушастых разделывать. Лад, вы с Резаном как раз пока что можете сходить за водой.

Третьяк дал нам несколько бурдюков, которые, очевидно, он забрал у отца, и мы направились к подножью холма. Всю дорогу Резан молчал. Я уже давно понял, что он недоволен моим присутствием.

Ну, мне-то всё равно! Я не серебряник, чтобы всем нравиться. Моя задача здесь другая. Набраться опыта, а заодно выяснить, есть ли на этом холме кто-то кроме кроликов.

Воду мы с Резаном набирали тоже молча. Зато потом он разговорился.

— Знаешь, Лад, я, если честно, до сих пор сомневаюсь, стоит ли тебе доверять, — неожиданно заявил Резан. — Уж больно резко ты изменился. И все к тебе сразу потянулись.

— Кто «все»? — усмехнулся я. — Радко с Третьяком?

— Ты понимаешь, о чём я. Раньше они тебя за человека даже не считали. Оба. Но я своего мнения до сих пор не поменял, — Резан остановился. Развернулся ко мне. — Меня ты не обманешь. Думаю, что у тебя до сих пор в голове тараканы ползают. И поэтому…

Я заметил движение в кустах за спиной Резана. За стволом промелькнул силуэт. Очень похожий на человеческий. Вот только он не сбегал. Он наблюдал за нами.

— Резан, помолчи, — шикнул я.

— А ты мне рот не затыкай! — взъерепенился он.

Рука загорелась. И в этот момент из-за дерева выглянул незнакомец.

Глава 21

Я инстинктивно бросился на Резана. Повалил его на спину.

— Ты что, совсем сдурел⁈ Лад, скотина, отпусти! — принялся брыкаться он.

Но я всё же не дал ему подняться. Интуиция мне подсказала: если я этого не сделаю, один из нас погибнет.

Лицо, что промелькнуло за деревьями, меня не испугало, но всё же по телу пробежала волна мурашек. Что-то с этим человеком не так. Если он вообще является человеком.

Как раз ровно в ту секунду, когда я придавил Резана к земле, прямо над нашими головами пролетела едва заметная фиолетовая дымка.

/Внимание!/

/Обнаружено воздействие яда на организм/

/Рекомендовано воспользоваться…/

Да знаю я!

Я мысленно откинул сообщения в сторону. Тут же активировал «Базовую биомантию», которую как раз хотела посоветовать мне система. Избавил себя от отравления.

/Получено 5 единиц опыта/

/Уровень 2. Прогресс опыта: 115 из 200/

/Эссенции Жизни при самолечении недоступны/

О как! Значит, на самом себе Эссенций не заработаешь. А жаль.

Лечить Резана с помощью своего навыка я не стал. Он под это облако не попал. Судя по тому, как дымка поднимается вверх, она гораздо легче воздуха.

Не знаю, что попытался сделать этот человек, но мы чудом уклонились от его атаки.

— Это что ещё такое⁈ — испугался Резан, увидев фиолетовое облако. Откатился в сторону, вскочил на ноги одновременно со мной.

Но нападавший так до сих пор и не скрылся. Я был уверен, что сразу же после атаки он отступит. Но этого не случилось. Он всё ещё скрывался за деревом. Наблюдал за нами.

На этот раз и Резан его увидел. Видимо, в голове внука кузнеца наконец-то что-то щёлкнуло и он понял, зачем я повалил его на землю.

— Это… Это кто ещё такой? — пропищал он и тут же прикрыл рот.

Сам не поверил тому, как страх изменил его голос.

— Хотел бы я знать, — не отрывая взгляда от мужчины, прошептал я.

Не знаю, чего добивался этот человек, но больше насылать на нас свою магию не стал. Или что это вообще было? Магия? Облако яда из какой-нибудь заранее заготовленной колбы?

Я понятия не имею, кто наш враг. Но нас с Резаном он даже за противников не считает. Он просто попытался нас отравить, а теперь продолжает наблюдать из-за дерева, будто ничего и не случилось.

Мне наконец-то удалось рассмотреть его лицо. И всё же перед нами не монстр. Мужчина средних лет. Лицо бледное, волосы седые, как у старика. Но на что точно стоит обратить внимание — так это на его глаза. Белки чёрные, зрачков и вовсе почти не видно.

Так ещё и рука у меня огнём горит. Будто передо мной не человек, а монстр.

Идти в прямую атаку? Нет. Глупо. Пока что он больше не пытается атаковать. Но если сближусь с ним — вполне может убить. С текущим уровнем сил я не смогу завалить взрослого мужчину. Тем более такого, как он. Чёрт знает, что от него ожидать!

— Вам чего надо⁈ — зачем-то проорал Резан. Голос у него всё ещё дрожал, но парень постарался собрать всё своё мужество. — Не подходите к нам! У нас есть оружие!

— Стой, тихо, — я дёрнул его за плечо, потянул назад. — Не лезь к нему.

— А ты думаешь, я хочу к нему лезть? — заикаясь, спросил меня парень. — А вдруг он за нами последует? Вдруг пришибёт?

— Вот поэтому лучше его не провоцируй. Думаешь, он тебя боится? Нет.

Наш враг ведёт себя неадекватно. Больше походит на зверя в обличии человека. Либо же на обычного психа.

Но кое-что я могу о нём узнать. Надо лишь немного приблизиться.

— Стой здесь, за моей спиной, — велел Резану я.

Опасно. Лезу на рожон. Но ради этого я и отправился в этот поход. Хотел выяснить, как этот холмовый лес связан с моими силами. Действительно ли здесь живёт тот монстр, о котором упоминал мой отец.

Нужно лишь немного сократить расстояние, чтобы сработал мой навык.

На всякий случай я положил руку на рукоятку ржавого кинжала. Свой пришлось отдать Третьяку. Ну ничего. Будем надеяться, что это оружие мне сейчас не пригодится.

Я остановился у края тропы. Злоумышленник скрывался за деревом в нескольких метрах от меня.

Идеальное расстояние.

Я активировал навык «Слабые точки». Мой взгляд дотянулся до незнакомца и…

/Витальность:? из?/

/Слабых точек не обнаружено/

Он тут же отпрянул. Отступил назад и исчез в листве. Будто почувствовал, что я сканирую его с помощью системы. Хотя… Нет. Интуиция подсказывает, что систему он точно никак не мог почувствовать. А вот магию, которую она помогает мне производить — запросто.

Как только незнакомец исчез, Резан молча подошёл ко мне и положил широкую мозолистую руку на моё плечо.

— Ты чем его так напугал? — прошептал он.

— Не знаю, — помотал головой я. — Наверное, он с кем-то нас спутал.

— Нет-нет, не уходи от темы, — упёрся Резан. — Ты взялся за нож, я видел. И он сразу же исчез. Не знаю, что ты сделал, Лад, но… Похоже, я тебя недооценил.

Эти слова Резану дались с большим трудом. Ещё пять минут назад он бросался на меня с обвинениями. Утверждал, что я всё такой же слабоумный, как и прежде.

Но одно загадочное событие резко изменило его отношение ко мне. Он сам пока что ещё юн и глуп. Даже не заподозрил, что дело вовсе не в ноже. Но мне от этого только лучше. Жаль, система не умеет считать мою репутацию. Мне было бы интересно узнать, как меняется отношение людей ко мне.

— Бурдюк не прорвался? — уточнил я.

— Вроде нет, — ответил Резан. — А что?

— Да ты на него задницей бухнулся. Я начал переживать, что мы всю воду растеряем, — усмехнулся я.

— Ой, да иди ты, Лад! — отмахнулся он. — Пойдём назад. Надо рассказать всем, что случилось.

По пути к нашему лагерю Резан снова замолчал. Но на этот раз не из-за того, что ему было неприятно рядом со мной находиться. Всю дорогу хмурился, будто пытался что-то придумать. Я не стал его отвлекать, у меня своих дел было предостаточно. Я постоянно озирался по сторонам, следил за ощущениями в руке.

Жжение прекратилось, а движение в кустах всегда выдавало приземлившихся птиц или очередную группу пугливых кроликов. Незнакомец ушёл. Но это вовсе не значит, что он не захочет вернуться.

— Слушай, Лад… — заговорил наконец Резан. — А ведь я где-то уже видел эту морду. Никак только не могу вспомнить, где.

— Ты про того мужика, который на нас напал?

— Угу, — кивнул Резан. — Точно тебе говорю. Мы с ним уже когда-то пересекались. Может, мой дед ему оружие делал? Предположим, его что-нибудь не устроило! Вот он и мстит теперь ему через меня.

Смехотворная теория. Но оспаривать мнение Резана я не стану. Пусть уж лучше он это нападение на свой счёт запишет. Меньше вопросов ко мне будет.

— Как думаешь, он из Погранки? — поинтересовался я.

— П-ф-ф! — усмехнулся Резан. — Шуткуешь, Лад? Навряд ли. В Погранке все друг друга знают. А этот чёрт явно вылез из какого-то другого места. Не припомню, чтобы у нас такие уродцы водились.

В этом плане Резан прав. Оно и странно, что этот мужик в лесу прячется. Возможно, он как-то связан с тем, что случилось со мной? Может, это и есть тот самый друг отца? Знахарь из города, который и предложил Добромиру прийти на ритуал.

Но почему он до сих пор скрывается здесь? Какой в этом смысл?

Мы вернулись в лагерь. К этому моменту Третьяк как раз закончил свежевать кроликов. Много же у него времени ушло. Больше часа. Видно, ещё не наловчился. Настоящий охотник, насколько я знаю, может минут за десять управиться.

— Что-то вы задержалась, — бросил нам Третьяк, когда я сгрузил несколько литров воды на землю рядом с нашим будущим костром.

Тут-то Резана и прорвало. Он принялся рассказывать всё, что с нами приключилось за это время.

Пока он болтал, я почувствовал лёгкую сонливость. Странно, вроде выспался сегодня. Может, на меня всё ещё действует то фиолетовое облако?

Я использовал на себе «Диагностический взгляд».

/Витальность: 100 из 105/

/Очень лёгкое отравление. Время до исчезновения симптомов: 2 часа 37 минут/

Интересно получилось. Я ведь ману потратил. Излечил себя в первую же секунду после того, как вдохнул немного этого газа. До сих пор чувствую горький привкус на корне языка.

Но при этом до конца яд из меня не вышел. Интересно, что бы случилось, если бы я не отреагировал вовремя? Моментальная потеря сознания? Смерть?

Насчёт смерти сомневаюсь. Если бы незнакомец хотел нас убить, он бы в любом случае это сделал. Либо, по крайней мере, попытался бы нанести нам прямой ущерб. Почему-то мне кажется, что он с самого начала был нацелен на меня. Хотел усыпить, но не смог.

А вот насчёт Резана — чёрт знает. Возможно, его он бы прикончил, чтобы не оставлять свидетелей моего похищения. Пока что картина складывается именно такая.

— Да ладно? — удивился Третьяк. — Хочешь сказать, по лесу бродил какой-то сумасшедший, но Лад умудрился его спугнуть? Не шутишь?

— Ты меня знаешь, Третьяк, — нахмурился Резан. — Стал бы я тебе лгать?

— Что ж, Лад, а ты молодец! — улыбнулся Третьяк. — Вот уж не ожидал, что ты на такое способен.

— Думаю, нам лучше свернуть наш поход, пока не поздно, — неожиданно для всех заключил я.

— Чего? — удивился Третьяк. — Да я только кроликов разделывать начал! Вот Радко уже объяснил, как это делается. Мы же ещё потренироваться должны!

— Тем более ты ведь его спугнул, верно? — уточнил Радко. — Тогда нам и переживать не о чем?

— Резан? — я перевёл взгляд на единственного свидетеля произошедшего. — Ты что думаешь?

— А что я могу сказать? Я так рано домой не собираюсь. Если вернёмся сейчас, нам точно никто не поверит, что мы на рыбалку ходили. С меня дед три шкуры спустит, если поймёт, что я его обманул. А если судить по времени, мы как раз только сейчас должны подходить к реке Мищурке, — поделился своим мнением Резан. — Нет, Лад. Я тоже голосую за то, чтобы остаться здесь на ночь.

Что ж, похоже, моих соратников совершенно не волнует тот факт, что здесь шляется человек с неизвестными нам способностями и намерениями.

Спорить с ними я не стал. Могу понять ребят. Отказываться от похода не хотят, а опасность кажется им иллюзорной. Ну ничего. Я буду начеку.

Заодно всё же попробую обучиться полезным для себя навыкам. Например, о свежевании тех же кроликов я совсем ничего не знаю.

Следующие семь часов пролетели практически незаметно. Причём обмен опытом шёл куда активнее, чем я думал. Программа оказалась насыщенной. Третьяк научил нас собирать ловушки для зверей. Все успели потренироваться с пращой Радко. Не обошлось и без вопросов ко мне насчёт того, откуда я узнал, как ловить кусачей.

Пришлось придумать легенду, что меня этому обучил проезжавший через деревню Скиталец, которого лечил мой отец.

Лишь один из группы смог понять, что я лгу.

— Эй, Лад, — прошептал мне Радко, когда Резан с Третьяком отвлеклись на дрессировку Зорьки. — Я не скажу им, что ты соврал. Я уже понял, что ты бывал на болотах. Ты только, это… Обязательно потом расскажи мне больше о том, что тебе удалось узнать.

— Что? Уже передумал делиться этими знаниями с остальными? — усмехнулся я.

— Да, ты прав. Наверное, это бесчестно. Просто я подумал, что на экзамене мы станем друг другу соперниками. Всех желающих брать не станут, — произнёс Радко. — Поэтому как-то расхотелось, чтобы ты рассказывал об этом кому-то кроме меня.

— Это не бесчестно, Радко, — ответил я. — Как раз наоборот, ты мыслишь мудро. На экзамене Третьяк и Резан станут нашими конкурентами.

— Конкурентами? Это что значит? Враги? — не понял Радко. — Я не считаю их врагами!

— Нет, не враги, — помотал головой я. — Скажем так: это люди, с которыми тебе придётся состязаться. И знания, которые я имею, гораздо ценнее, чем навык разделывания кроликов. Достаточно и того, что я с ними хитиновой бронёй поделился.

— Ты прав, — кивнул Радко. — Спасибо, что объяснил. А то я уже начал чувствовать угрызения совести.

В конце дня мы нацепили на себя наши самодельные доспехи, взяли ржавое оружие Резана и начали спарринги. Синяков друг другу набили кучу.

Я старался чередовать — в одних боях использовал «Слабые точки», а в других старался полагаться на своё чутьё. Разумеется, бороться без помощи системы было гораздо труднее. Но этот навык я всё равно должен набить.

Вдруг эти бесконечные оповещения, навыки и прочее потом исчезнут? Что, если система со мной не навсегда?

Никаких гарантий у меня нет. Поэтому лучше не терять дальновидность. Помнить о будущем. Система — это лишь инструмент. Всё остальное зависит только от меня.

После тренировок я заметил, что силы у меня стало только больше. Будто я не трудился, а наоборот, продрых весь день. Как оказалось, этому было логичное объяснение.

Во-первых, закончилось действие яда. Поэтому я почувствовал себя бодрее. Во-вторых, когда я присел отдохнуть и глотнул холодной родниковой воды из бурдюка, система прислала мне ещё одно объяснение.

/Витальность увеличена на 2/

/Витальность: 107 из 107/

Любопытно. Значит, мои труды даром не проходят. Может показаться, что Витальность увеличилась из-за сегодняшних тренировок. Хоп — и стал здоровее!

Но это лишь совпадение. Я уже какую неделю надрываюсь, тренирую своё тело и выносливость. Просто сейчас моё тело достигло очередной критической точки. Я стал немного крепче.

И это чувствуется не только в цифрах. Я в целом стал ощущать куда больше силы, чем в первые дни. Мышцы стали крепче, кожа натянулась. В некоторых местах даже появилось немного жира. Совсем чуть-чуть. Как раз необходимые запасы для нормальной жизнедеятельности организма. Рёбра уже не торчат, как раньше.

Правда, немного магии в этом всё же есть… Создаётся впечатление, что мой организм развивается чуть быстрее, чем должен. Кажется, даже рост слегка изменился. Буквально неделю назад я лишь слегка опускал голову, чтобы войти в деревенский дом. А теперь приходиться пригибаться сильнее, чем прежде.

Возможно, магия, которую даёт мне система, каким-то образом ускоряет мой метаболизм — обмен веществ. Я уже давно заметил, что перестал наедаться стандартной порцией пищи, которой питался старый Лад. Даже отцу этого хватает, а мне нет.

Недавно я потратил последние отложенные мной гроши, чтобы докупить нам с отцом ещё мяса. Настолько сильно скрутило желудок!

Думаю, все эти процессы и лежат в росте моей Витальности. Они — и причина и следствие одновременно.

— Ну что, Лад? — достал меня из моих размышлений Третьяк. — Пока ещё не стемнело, думаю, всё-таки надо пройтись до той пещеры, которая так испугала Зорьку.

— Да, пойдём, — кивнул я. — На всякий случай броню не снимаем. Оружие держим наготове. Если что-то пойдёт не так — атакуем все вместе. Одновременно.

— Опасаешься, что там может быть тот незнакомец? — уточнил Третьяк.

— Боюсь, что там может быть что-то хуже, чем он, — отметил я.

В тот момент, когда я нашёл эту пещеру, моя рука не горела. Зато Зорька боялась даже приближаться к этому месту. Собственно, когда мы выдвинулись проверять пещеру вчетвером, она даже не пошла за нами. Осталась сторожить лагерь.

К тому моменту мы уже разожгли костёр, поэтому нам не составило труда сделать небольшой факел. Сгорал он, правда, очень быстро. Поэтому приходилось спешить.

— Ау! — крикнул Третьяк. — Есть тут кто-нибудь?

Он шёл первым. Почти вровень с ним в пещеру пробрался я. Радко и Резан решили задержаться у входа. Им духу не хватило пройти дальше.

— Лихо меня подери, — выругался Третьяк, когда мы вошли внутрь. — Да тут ведь кто-то жил. Смотри, Лад, тут даже угли валяются. А меня ведь ещё смутило, что около камня остались следы. Будто кто-то костёр свой спрятать пытался.

— Это землянка. Возможно, именно здесь живёт тот человек, которого мы встретили с Резаном, — отметил я.

В пещере было много личных вещей. Пара ножей, жареное мясо, книга на неизвестном мне языке.

Интересно… Я начинаю думать, что обнаружить здесь логово волков было бы куда более приятно.

— Всё ещё не передумал возвращаться домой? — спросил Третьяка я.

На этот раз он засомневался, но всё же помотал головой.

Рядом со спальником я нашёл несколько небольших сумок с высушенной травой. Такие растения я увидел впервые в жизни. Чёрные. Что-то мне подсказывает, что такие могут расти только за Чертой. И запах у них отвратительный. Возможно, именно он так напугал собаку.

Хм… А что, если эти травы незнакомец использует, чтобы отпугивать диких животных? Вполне логично. Вот только на людей эти сушеные листья не действуют.

— Тут чисто, — заключил Третьяк, когда мы выбрались наружу. — А вы двое чего так напряглись? — он посмеялся над Радко с Резаном. — Возвращаемся в лагерь! Сейчас будем суп из крольчатины варить.

На улице уже стемнело. Воды из наших бурдюков хватило, чтобы заполнить котелок. Часть мяса мы пожарили, а остальное закинули в воду вместе с картофелем, который прихватил Радко.

Когда суп приготовился и мы приступили к ужину, я отметил, что на вкус он всё-таки слишком пресный. Всё-таки не хватает чего-то, чтобы порадовать свои вкусовые рецепторы.

Ну точно! Соли ведь и не хватает! А её в деревне я даже на полках не видел. Как-то странно. Неужели здесь её настолько тяжело добыть?

Нужно будет разобраться в местных травах. Возможно, некоторые из них можно использовать как приправу. Хочется уже получать удовольствия от пищи, а не просто набивать себе желудок.

Вдоволь наевшись, мы улеглись спать. Решили дежурить по очереди. Первым вызвался я. Вскоре меня сменил Радко. Мне даже удалось немного подремать после этого. Но сон был чуткий.

Поэтому я не пропустил то, что случилось ближе к двум часам ночи.

— Ребят… Ребята! — прокричал Радко. — Вставайте! Быстро, иначе…

Раздался грохот. Что-то влетело в наш шалаш. Я проснулся раньше всех, поэтому успел вовремя выскочить наружу. Третьяка и Резана завалило ветками.

— Что происходит, Радко? — оглядываясь по сторонам, спросил я. — Аа… Можешь не отвечать.

Я увидел, как свет луны загородила целая стая воронов. Где-то вдалеке послышался шорох листвы. Нас окружала кромешная тьма, но даже в ней я увидел несколько пар сияющих глазах.

— М-монстры? — простонал выползший из-под рухнувшего шалаша Резан и тут же потянулся к своей броне.

Зорька начала громко лаять. Её рык отпугнул следующую волну атакующих нас ворон.

— Нет. Звери, — ответил я.

— Какие? — Третьяк выкатился наружу, ловко схватил свой меч. — Волки?

— Кого там только нет, — ответил я. — Весь лес ополчился против нас.

Моя рука начала зудеть. Мало того что на нас налетели вороны, так во тьме появились и другие животные. Готов поклясться, что среди них я даже этих злополучных кроликов увидел. Вот только глаза у них были чёрные.

Вороны, разрушившие наш шалаш, вновь спикировали вниз. На этот раз я был готов. Размахнулся и зарубил одну из них ещё до того, как получил ранение.

Система оповестила меня о поступившем опыте, но сейчас мне было не до этого.

— Первый раз такое вижу… — прошептал Третьяк. — Отец никогда мне об этом не рассказывал!

— Вот теперь самое время последовать моему совету, — бросил я. — Хватаем вещи и бежим. Сейчас же!

На этот раз спорить со мной никто не стал. Отыскать дорогу во тьме было нетрудно. К Погранке ведёт прямая линия. Главное — покинуть опушку, а затем уже бежать вниз с холма, пока не окажемся у полей.

Вот только первый отрезок пути нам дался особенно тяжело. Как только мы влетели во тьму, на нас сразу же набросились все существа, что собрались вокруг нашего лагеря.

Мы бежали вперёд, прорубаясь через ворон, крыс, совершенно одуревших кроликов. Вдалеке я заметил силуэты более крупных существ. Кабаны.

Но мы всё же смогли от них оторваться.

Бежали молча до самого рассвета. Один лишь Резан постоянно причитал, что дед его убьёт. Ведь ему пришлось бросить котелок и несколько ножей.

Что ж, это не такая уж и большая жертва! Главное, что мы живыми оттуда выбрались.

Когда нам наконец-то удалось остановиться, солнце уже начало всходить. Больше нас никто не преследовал. Но все мы прекрасно понимали: то, что произошло с нами в лесу — ненормально.

Птицы и травоядные так себя не ведут. И эти чёрные глаза… Всех животных будто кто-то загипнотизировал.

Я взглянул в оповещения системы. Уж не знаю, скольких врагов мне удалось перерубить, но опыта я получил много.

/Получено 23 единицы опыта/

/Получено 7 Эссенций Смерти/

/Внимание! Приближается нарушение баланса/

/Уровень 2. Прогресс опыта: 138 из 200/

Неплохо мы в поход сходили, ничего не скажешь. Но всё же я с пустыми руками не ушёл. Узнал, что в холмовом лесу живёт опасный человек, который как-то связан с этими полосами на моей руке.

Но самое важное — я смог забрать один мешочек с чёрными листьями. Возможно, смогу узнать, что это такое. Но для этого мне придётся пообщаться с Виданой.

Наша группа разошлась по домам. Мы договорились встретиться позже, чтобы обсудить произошедшее. Сейчас всем хотелось побыть наедине с собой.

— Лад! — встретил меня отец. — Я всё ждал, когда ты вернёшься. Меня уже замучил отец Микулы. Он несколько раз приходил.

Вот только этого мне не хватало. Сначала Микула, теперь ещё его отец к нам пристал?

— Что ему было нужно? — поинтересовался я.

— Он искал своего сына. Он ведь с вами ходил на рыбалку? — уточнил отец.

— С чего бы? С ним уже никто не общается, — ответил я. — А что случилось?

Отец тяжело вздохнул.

— Плохо дело… — прошептал он. — С этого момента, Лад, тебе лучше лишний раз за пределы деревни не высовываться. Пропало ещё два человека. И судя по всему, один из них — Микула.

Ещё два? Нет, с этим точно нужно что-то решать. Если так продолжится, то в один прекрасный день мы всё уйдём на болота! Кажется, пора ещё раз поговорить со Скитальцами.

На этот раз я попрошу встречи с их лидером. Посмотрим, что скажет мне Радогост.

Глава 22

Всего за пару недель пропало очень много людей. Я лично видел, как на болота ушли двое мужчин. Перед этим слышал в церкви Скалеса, как молилась женщина, чтобы её муж с сыном вернулись домой. И до этого пропадали люди.

А теперь ещё этот чёртов Микула и… А кто второй?

— Кто ещё исчез, отец? — спросил я.

— Старина Никифор, — вздохнул Добромир. — Дед, которого ты недавно лечил. Соседи решили, что он скончался. Они не видели и не слышали его с прошлого утра. Зато кто-то из лесорубов видел, как он ушёл в сторону Черты. Это очень на него непохоже. Он в последние годы дальше своего двора редко куда-либо выбирался.

Проклятье… На Микулу мне, если честно, плевать. А вот Никифора жалко. Хороший старик был. Хотя… Нет, я мыслю неправильно. Возможно, он ещё жив. Может, всех этих людей где-то держат. Этот мир не так уж и прост. Есть же вероятность, что где-то за Чертой завёлся недоброжелательный маг. И начал притягивать к себе людей.

Может, он их как рабов использует?

Все подозрения тут же падают на того мужчину, что встретился нам в лесу. Но в данном случае у него есть алиби. Если я правильно понял, холм он не покидал. Лишь отдалялся от нас время от времени.

У него не было возможности похитить двух человек. Значит, это делает кто-то другой.

— Я за тебя сильно волновался, Лад, — признался отец. — Подумал, что ты тоже мог исчезнуть вместе с остальными мальчишками.

— Нет, всё в порядке. Наша группа вернулась в полном составе, — успокоил его я. — У Мищурки было спокойно.

— Ну, и слава Скалесу, — выдохнул Добромир. — Кстати, где рыба-то? Неужели ничего не поймали?

Странный вопрос. Отсутствие рыбы его смутило, а вот тот факт, что я ушёл на рыбалку без удочки, Добромира совсем не озадачил.

Хотя на этот счёт у меня была масса отговорок.

— Плохо клевала, — солгал я. — Всё, что поймали, сразу же и съели.

— Ну и правильно, — заключил он. — Рыбалка — дело такое… Она не всегда про ловлю рыбы. Иногда просто приятно посидеть, пообщаться. Я уже и сам давно к реке не выбирался. Так, ладно. Надеюсь, ты меня понял? Никуда не высовывайся. Сегодня отдыхай. Мне сегодня половину деревни обойти надо. Ты за мной не увязывайся. Обучение твоё продолжим завтра. Хм… — Добромир потрепал меня по голове. — Да ты как будто вытянулся немного. Скоро уже меня обгонишь!

Отец закинул сумку на плечо и пошагал к центру деревни.

Я решил заглянуть домой, чтобы умыться, а затем уже направиться к Скитальцам. Последовать просьбе отца я не могу. Мне неясно, почему люди пропадают и это до сих пор остаётся без внимания.

Новик со Стояном мне не поверили. Волибор прислушался, но всё равно воспринял мои слова как какую-то теорию заговора. Остаётся только Радогост. Он уже должен был прийти в себя. Может, хотя бы он меня выслушает?

Ах да… А ведь когда я рассказывал про исчезновения людей, Видана начала как-то странно себя вести. Врать она не умеет. Я сразу по её взгляду понял, что ей что-то известно. Так что у меня целых три повода её посетить.

Показать чёрные листья, проверить её самочувствие, а заодно узнать, что она скрывает.

В доме я застал Щербака. Бывший пастух просто лежал на боку и смотрел в одну точку. Мужчину трясло. Что это с ним? Заболел, что ли? Тогда странно, что отец этого не заметил.

Чёрт, а ведь присутствие Щербака в доме сильно усложняет ситуацию. Я ведь собирался уйти на полдня. Паршиво выйдет, если он расскажет об этом отцу.

— Щербак, что это с тобой? — обратился к мужчине я.

Он вздрогнул, обернулся, посмотрел на меня воспалёнными глазами.

— А, так ты вернулся, Лад. Не беспокойся, всё хорошо, — ответил он. — Страшно просто.

— Страшно? — переспросил я.

— Угу, — он вновь отвернулся от меня. — Добромиру только не рассказывай, что застал меня в таком виде. Я пообещал ему, что не стану тебя пугать. Но вот ведь зараза… Никак успокоиться не могу.

— Я ему не скажу. Но раз уж ты начал… Может, всё-таки поведаешь мне, в чём дело?

Он долго молчал, но я чувствовал, что Щербак хочет выговориться.

— Я первым заметил, как Никифор из дома вышел. Видел его незадолго до исчезновения, — объяснил он. — Я таких глаз, как у него, никогда ещё не видел. Белёсые, пустые. Я его пытался остановить, мол, не нужна ли ему моя помощь. А он ведь меня даже слушать не стал. Просто продолжил дальше идти. Знаешь… Как мертвец ходячий!

— А ты никому об этом больше рассказать не хочешь? Например, старосте деревни? Или Скитальцам?

— Нет, ты чего! — ещё сильнее задрожал Щербак. — Меня же дурным потом вся деревня обзывать будет. Решат, что я с ума сошёл. Нет, об этом нужно молчать. И тебе, Лад, советую никому не рассказывать.

— Ладно-ладно, — кивнул я. — Мне нужно пойти прогуляться. Ты тогда отцу тоже об этом не рассказывай. Раз уж у нас теперь есть общие тайны.

— Не стану, — помотал головой он. — Иди, Лад. Гуляй, пока можешь.

Последнюю фразу можно и за угрозу счесть, но мысль Щербака я понял. Уж не знаю, что он увидел в глазах Никифора, но это поразило его до глубины души. Похоже, пастух сам чуть ума не лишился.

Изначально я подумал, что его просто лихорадит. Но на деле налицо острый невроз. Мягко говоря, Щербак перенервничал.

Но с психикой моя сила ничего сделать не может. Возможно, с новыми уровнями это изменится, но пока имеем что имеем.

По пути в штаб Скитальцев я обнаружил прибитые к заборам и столбам объявления. Видимо, грамотных людей в Погранке немало.

«Гильдия Скитальцев Погранки объявляет набор новых соратников».

Я ознакомился с условиями и датой проведения экзамена. Ничего не изменилось. Берут только юношей старше шестнадцати лет. Подать заявку можно в течение недели, начиная с этого дня. Сразу после окончания сбора заявок начнутся экзамены.

Слишком быстро… Я надеялся, что у меня есть ещё хотя бы пара недель на подготовку. Этого времени мало, чтобы уговорить Скитальцев.

Хотя всё ещё есть вероятность, что я смогу уболтать Радогоста. Слова лидера ценнее всех остальных членов гильдии. Может, если он поверит моим словам об исчезающих людях, то согласится сделать исключение и допустит меня к экзамену.

Опять же, есть и альтернативные варианты пополнения Эссенций Смерти. Я могу охотиться, могу стать скотоводом вроде Митрия. Забивать животных и параллельно с этим лечить людей.

Но много Эссенций мне это не даст. И опыт будет расти совсем по чуть-чуть. Не могу же я истребить все окрестные леса!

Чтобы развиваться дальше, нужно идти по ранее намеченному пути. Ни шагу назад.

Около штаба Скитальцев уже собралась толпа молодых парней. Только мои соратники пока что не успели сюда прийти. Они всё ещё приходят в себя после нашего похода в лес.

Я обошёл очередь стороной, увидел за забором Новика.

— Эй! Новик! — крикнул я. — Пусти внутрь! В очереди я тут до вечера стоять буду.

— Лад, ну ты же знаешь правила. Или ты ещё читать не научился? — Новик подтянулся на заборе, чтобы лучше меня видеть. — Потерпи два года, а потом…

— Да я тут не за этим, — перебил Новика я. — У меня важное послание. Мне нужно поговорить с вашим лидером.

— С Радогостом? — рассмеялся Новик. — А с чего ты взял, что он захочет с тобой разговаривать?

— Возможно, потому что мы с отцом ему жизнь спасли? — пожал плечами я. — Или потому что мне известно о том, куда исчезают люди?

— Опять ты со своими сказками… — вздохнул Новик. — Лад, на какое-то время советую тебе забыть про Скитальцев. Ты здорово нам помог, но сейчас ни у кого из нас свободного времени не будет, чтобы с тобой возиться. Посмотри на эту толпу! Часть этих баранов мне придётся обучать.

Тьфу ты! Можно подумать, он кого-то может обучить. Интересно, чем Новик в первую очередь поделится? Расскажет, как в нору к кусачам быстрее пролезать?

Но к Радогосту он меня не пустит. И Волибор со Стояном тоже этого не сделают. Остаётся только один вариант.

— Тогда хотя бы Видану сюда позови. Тогда я от тебя отстану, — заявил я.

— Это ты меня так шантажируешь, что ли? — усмехнулся Новик.

— Нет, это не шантаж. Шантаж — если я расскажу новичкам о том случае на берегу…

— Так, стой! Заткнись, — рявкнул Новик. На всякий случай осмотрелся. А то мало ли, вдруг кто-то ещё прознает о его оплошности. — Сейчас к тебе выйдет Видана. А потом уходи!

Что ж, уже есть хорошая новость. Раз Видана может ходить, значит я всё же смог восстановить её тело после магической перегрузки.

Рыжеволосая девушка появилась куда быстрее, чем я думал. Вышла с другой стороны забора и подозвала меня к себе.

— Здравствуй, Лад! — улыбнулась она. — Ты чего опять Новика доводишь? Он там злой как собака теперь.

— Чёрт с ним, с Новиком, — отмахнулся я. — Хочу тебе кое-что показать.

Я решил начать с найденных мной листьев, поскольку следующая тема Видану может спугнуть. И тогда я уже точно ничего не узнаю ни про листья, ни про исчезающих людей.

Девушка приоткрыла кожаную сумку и тут же вздрогнула. Улыбка исчезла с её лица. Она посмотрела на меня так, будто я не растения ей принёс, а чью-то голову на кол насадил.

— Ты где это взял? — на выдохе произнесла она.

— Не важно, где взял. Лучше расскажи, что это за растение? Для чего оно используется? — начал расспрос я.

— Нет, — помотала головой Видана и прижала мою сумку к груди. — Прости, Лад, но эти листья я тебе вернуть не могу.

Даже так? Что ж, либо в Видане проснулась жадность, либо это действительно очень опасное растение. Долю информации я уже получил, но этого мало. Нельзя, чтобы она отобрала у меня найденное просто так, без объяснений.

— Ты же понимаешь, что это кража? — я сложил руки на груди.

— Я не ворую у тебя. Я просто хочу тебя уберечь от воздействия этой дряни, — настояла она. — Но правду рассказать не могу. Ради твоего же блага.

Так, отлично. Вот теперь самое время немного надавить.

— А я ради блага своей деревни хочу выяснить, куда исчезают люди. Скажи, как давно ты уже скрываешь от Скитальцев, что тебе известна причина их исчезновений?

Видана побледнела. Подпрыгнула на месте, заглянула за забор. Проверила, нет ли рядом Новика.

— Ты что, совсем сдурел⁈ — выпучила глаза она. — Это что ещё за клевета?

— У тебя всё на лице написано. Если бы это было клеветой, ты бы так не паниковала, — спокойно подметил я.

— Лад, не лезь в это дело. Это для тебя слишком опасно.

— Интересно получается. И траву украла, и правду о похищениях скрываешь, — хмыкнул я. — Давай уж пойдём навстречу друг другу. Ты мне одно, я тебе другое.

Отличный способ убедить человека сделать то, чего он ранее делать не собирался. Он всегда работает. И я знаю, что выберет Видана.

— Хорошо, убедил. Давай договоримся, — успокоилась девушка через пару секунд раздумий. — Я расскажу тебе, что это за трава. Но всё равно заберу её. Хотя бы на время. Чтобы ты глупостей не натворил. А взамен ты не станешь рассказывать Скитальцам о том, что я будто бы причастна к этому.

Раз она ставит такие условия, значит и правда как-то причастна. Вопрос — по своей ли воле.

— Добро, — кивнул я. — Рассказывай.

— Это листки чёрной ивы. Она растёт за болотами. Дальше, чем ты можешь себе представить, — сказала она.

— И какие свойства у этой ивы?

— Отвар из этих листков может превратить человека в монстра, — сдалась Видана.

Ага! Вот теперь всё встаёт на свои места. Часть загадок холма тут же раскрылась. Всё же тот седовласый незнакомец был человеком. Видимо, он пользовался этим растением, чтобы обращаться. Поэтому от него исходила такая аура.

Хм… Интересно, а звери, которые напали на нас ночью — у них ведь тоже были чёрные глаза. Может, он и их каким-то образом заставил обратиться с помощью листьев чёрной ивы?

— Доволен, Лад? — нахмурилась Видана.

— Более чем. Спасибо тебе, — кивнул я. — И на всякий случай уточню: возможно, так со стороны и не кажется, но я тебе доверяю, Видана. На самом деле я не думаю, что ты причастна к похищениям. Но я уверен — тебе что-то об этом известно.

Она лишь вздохнула. Но больше ничего не ответила. Попрощалась со мной кивком и направилась ко входу в штаб.

Я уже собрался вернуться домой, но прямо перед уходом услышал беседу за забором. Знакомые голоса. Стоян и Новик.

Возможно, подслушивать их — не самая лучшая идея. Но мне может пригодиться любая информация, чтобы придумать, как пробиться на экзамен.

— А Радогост отдаёт себе отчёт в том, что эта вылазка может нам слишком дорого стоить? — прошептал Новик.

— А ты, парень, головой своей бестолковой меньше думай. И больше слушайся лидера, — огрызнулся Стоян. — Всё равно пойдём на вылазку. Думаю, за сутки управимся. Как раз к экзамену успеем.

— Если выживем. Ты же знаешь, чем всё закончилось в прошлый раз, Стоян, — ответил Новик. — Я не хочу там умереть, как остальные…

— Тогда какого лешего ты до сих пор в Скитальцах? Нужно понять, что там происходит. До того, как мы потащим туда новичков. Радогост прав. Так что готовься. Чтобы в пятницу утром как штык был!

Я аккуратно отполз в сторону. Подальше от забора, чтобы не шуршать лишний раз.

В пятницу утром… Значит, Скитальцы собираются на вылазку. Может, затея и дурная, но нужно попробовать.

Нужно пойти за ними. У меня шесть дней на подготовку. Если смогу проявить себя снаружи, возможно, они сделают исключение. Дадут мне участвовать во вступительных испытаниях.

Конечно, это рискованно. И Скитальцам точно не понравится, что я поплелся за ними. Но если они увидят мои навыки, то уже не смогут игнорировать допуск к экзамену.

А чтобы это провернуть и не наслать на себя их гнев, нужно действовать крайне осторожно.

В любом случае, там, за Чертой, я смогу пересечься с Радогостом. Мне есть, что ему сказать.

Следующие дни я посвятил себя подготовке. По утрам лечил людей, днём бегал на берег и накапливал опыт за счёт убийств кусачей. А вечера проводил за учёбой. С каждым днём мы с Добромиром уходили всё дальше и дальше — в самые глубины знахарского дела.

Однако мой план добраться до третьего уровня претерпел серьёзные изменения.

За пять дней я снова смогу уравновесить Эссенции. Теперь у меня примерно девяносто штук каждого вида.

Опыт особенно радует. Я уже почти добрался до следующего переломного момента своего развития.

/Уровень 2. Прогресс опыта: 188 из 200/

Но днём пятого дня своих тренировок я пришёл к болотам, опустил сапог в воду и… Никто не вылез.

Я потратил несколько часов, бродил туда-сюда по берегу. Но кусачи исчезли! Не мог же я перебить их всех? Нет, конечно не мог.

Похоже, они оказались умнее, чем я думал. Адаптировались. Поняли, что лучший выход — сбежать. Скорее всего, они сменили свой ареал обитания. Теперь лёгкий опыт с них не получить.

Но… С другой стороны, это хорошая новость!

Я в одиночку разобрался с десятками выводков довольно опасных монстров. Теперь, если кто-то из жителей случайно упадёт в воду, кусачи их больше не тронут.

Пока я тренировался, все мои знакомые уже успели записаться на экзамен. Радко, Резан и Третьяк теперь занимались отдельно от меня. Они много раз звали меня, чтобы я к ним присоединился, но мне пришлось отказаться.

Какой в этом смысл? Снова фехтовать ржавыми мечами? Учиться охоте? Нет. Я решил сконцентрироваться на том, чем должен заниматься. На том, к чему меня толкает система.

Кроме того, за эти пять дней мы с отцом заработали достаточно денег, чтобы больше себе не отказывать в обыденных вещах. Добромир даже пообещал купить мне новую одежду.

Я брёл домой после безуспешной вылазки к берегу, когда встретил несущегося ко мне Радко. Рыжий парень был весь мокрый. Глаза на выкате. Вряд ли это тренировки его так измотали.

Похоже, что-то случилось.

— Ты не поверишь… — выдавил из себя он. — Только что видел Микулу. Он шёл вместе со своим отцом домой и… Скалес великий! Он жив, представляешь?

— Микулу⁈ — удивился я. — Паршивые новости. Я, если честно, надеялся, что он уже не вернётся.

Значит, он просто ушёл из дома. Его никто не похищал.

— Нет, погоди, Лад. Я, кажется, неправильно выразился, — Радко сглотнул застрявший в горле ком. — Никифор, Микула… и все, кто пропал до них. Они все вернулись домой!

Глава 23

Вот так поворот…

Я даже не сразу поверил Радко. Решил, что он меня разыгрывает. И чёрт с ним, с Микулой. Его судьба меня совершенно не интересует. Но вскоре я увидел ИХ.

Ровно тринадцать человек. Мужчины, женщины, старики и дети. Все, кто пропал, действительно собрались в центре деревни. Их окружила толпа родственников и друзей. Вопли стояли на всю Погранку. Кто-то смеялся, кто-то плакал.

Мы с Радко наблюдали за происходящим со стороны. Среди вернувшихся я обнаружил двух знакомых мужчин. Один — тот, что ушёл на болота прямо при мне, когда я охотился на прибрежных кусачей. Второй — Тимофей, охранник Харитона.

И Микула со стариком Никифором там же.

— Микула рыдает? — скривился Радко. — Ну и девчонка!

Главный задира деревни обнимал своего отца, уткнулся носом в его плечо.

И что, чёрт подери, я сейчас наблюдаю? Я даже «Диагностический взгляд» на некоторых использовал. Всё в полном порядке. Ни царапинки.

Как они умудрились провести недели за Чертой и вернуться в том же виде, в каком и ушли? Ладно Микула с Никифором. Эти исчезли последними. Но остальные… Некоторые, говорят, пропали ещё несколько месяцев назад!

Очередная загадка. Получается, мне теперь и Радогосту не о чем докладывать. Все пропавшие вернулись, будто ничего и не случилось.

— Лад! — позвал меня отец. — Пойдём домой. Нужно кое-что обсудить.

Я попрощался с Радко и последовал за отцом. Щербак остался снаружи. Бросился встречать Никифора. Сомневаюсь, что пастух вообще хоть как-то связан с этим стариком, но именно Никифор чуть не свёл его с ума, когда они встретились взглядами неделю назад.

— Думаю, свежие новости ты уже слышал, — заключил Добромир.

— Да это не просто новости. Это же теперь всю Погранку перевернёт, — отметил я. — Тебе уже известно что-нибудь? Как они вернулись домой? Почему их так долго не было?

— Я был одним из первых, кто заметил их возвращение. Они вошли в Погранку одновременно. Одной женщине даже плохо стало, ведь она свою пропавшую семью похоронить успела. А они взяли и вернулись, — пожал плечами Добромир. — Нескольких я уже осмотрел. И все говорят одно и то же: их ничего не беспокоит. Почему ушли и как вернулись — не помнят.

Амнезия? Допустим. Потеря памяти — это далеко не самое удивительное в этой истории. Меня больше волнует другое.

— Как они выживали столько времени за Чертой? Никто из них догадок не строит? — поинтересовался я.

— А с чего ты взял, что они были за Чертой? Ты это из-за Тимофея решил? Так он, скорее всего, просто от Харитона сбежать тогда хотел. Когда Семёна не стало, — заявил отец.

А, вот как всё это в итоге вывернули! Интересно… Значит, по мнению жителей, эти тринадцать человек просто ушли непонятно куда, но территории монстров тут совсем ни при чём? Глупость какая-то!

Хотя людей тоже могу понять. Им сейчас все эти теории не нужны. Просто радуются, что их близкие вернулись целыми и невредимыми.

— А вот у нас с тобой теперь работы будет навалом, — продолжил Добромир. — Весь завтрашний день проведём с больными. Вернее… Больными их пока называть рано. В общем, староста велел мне осмотреть всех, кто вернулся. Убедиться, что они в порядке. Что заразы у них никакой нет. Даже деньги на это выделил. Пять серебряников. В целом немного, если учесть, что там тринадцать человек обойти надо, но всё-таки они ни на что не жалуются. Значит, и трудиться особо не придётся.

Другими словами, отец со старостой решили провести профилактический осмотр. Это мудро. Полностью с ними согласен, за вернувшимися теперь нужен глаз да глаз.

Этим вечером мы легли спать пораньше. Но я долго не мог заснуть. Всё пытался переварить произошедшее.

Логике все эти события не подчиняются. Единственный рациональный вывод — людей кто-то призвал на болота. Околдовал. Стёр память. И держал их у себя.

Причём каждого из них держали разное время. Одни пробыли за Чертой месяцы. Другие — дни.

Значит, злоумышленнику важно было только количество людей. Тринадцать человек! Тьфу… Ну что за сказки. В моём мире после такого уже давно начали бы строить теории о похищении людей инопланетянами.

Хм… Как ни странно, это имеет смысл. Может, на них ставили какие-то эксперименты? Но какой смысл возвращать их после этого? Ведь похититель мог не стирать им память. Достаточно умертвить всех похищенных, когда надобность в них отпадёт.

Может, у него гуманные цели?

Я пол ночи строил теории, проводил мыслительные эксперименты до тех пор, пока усталость не взяла своё.

На следующее утро мы с отцом разделили обязанности. Он забрал себе восьмерых человек, а мне оставил пятёрку, в которую вошёл Никифор и ещё несколько малознакомых мне людей.

Однако, стоило нам с отцом разделиться, как за моей спиной послышался крик:

— Лад! Эй! Сын Добромира! Подожди-ка.

Лихо меня подери! Это же Микула. А у меня с собой даже брони нет. Хорошо, что хоть нож прихватил.

— Чего тебе? — сухо ответил я.

— Я вот вернулся вчера… — он вылупился на меня так, будто ожидал, что я сейчас выть начну от радости.

— Поздравляю, — пожал плечами я. — Это всё, что ты хотел сказать?

— Нет. Я хотел у тебя прощенья попросить, Лад. Ничего не помню, что со мной происходило в последние дни, но точно знаю, что теперь я сожалею о содеянном. Совесть замучила. Вёл я себя, как редкостная скотина. Надо было тебе посильнее меня ударить, — он усмехнулся. Причём искренне.

Сильнее ударить? Да, похоже, я и так перестарался. Он сам-то себя слышит?

— Вообще-то, ты меня чуть не прикончил, — напомнил я. — Это тоже из головы вылетело?

— Нет. Это, к счастью, я хорошо помню. Каюсь, — заявил он. — Не держи на меня зла. Больше этого не повторится.

Странно. И ведь нет ощущения, что он мне лжёт. Даже как-то странно об этом думать, но он ведь и вправду пытается говорить это искренне. Ерунда какая-то. Это совсем на него непохоже.

Я использовал «Диагностический взгляд». Проверил, что происходит с Микулой.

А ничего! Полностью здоров. Даже сотрясение мозга уже прошло.

Стоп…

А вот это странно. Куда грыжа делась? Я ведь столько раз по ней колотил, чтобы этот придурок от меня отстал. Нет грыжи! А ведь врождённая была, ровно по белой линии вылезала. Это что же получается? Похититель его ещё и заштопать умудрился?

Да нет, никаких следов от швов не видно.

— Каешься ты или нет, лучше всё равно держись от меня подальше, — сказал я. — А лучше иди домой. Скоро к тебе мой отец должен заглянуть. Осмотрит тебя.

— Хорошо, Лад. Будь по-твоему, — заявил Микула и действительно направился к себе домой.

Ну это просто нелепо. Неужели никого не смущает, что с ним что-то не так? Хотя имеет смысл немного подождать. Возможно, он себя ещё покажет. Сейчас отойдёт немного и снова начнёт досаждать жителям Погранки.

Первым делом я пошёл к Никифору. Старик, к счастью, почти не изменился.

Почти.

Если не считать, что все его болезни тоже куда-то пропали. Дед носился по дому, как реактивный самолёт. Всё пытался мне чай заварить. Я с трудом убедил его, что спешу, провёл осмотр.

И опять же ничего не нашёл. Точно такая же картина была у всех. Хотя каждого я осматривал тщательно. Прямо по учебникам. Точно так же, как делал это в прошлом мире. Не стал ограничиваться «Диагностическим взглядом».

Но у каждого, кого я осмотрел, всё же встречались незначительные отклонения в поведении, которые родственники сочли благословением Скалеса.

Тот мужчина, что ушёл на болота у меня на глазах, наотрез отказывался от самогонки. Хотя, по словам жены, раньше очень любил приложиться к бутылке.

И что особо примечательно, все они извинялись. Просили прощения у своих родственников, а те только рады были таким переменам!

Тут-то до меня и дошло. Поначалу мне казалось, что никто не замечает, что люди изменились. Но на деле это не так. Они просто не хотят этого замечать. Ведь все, кого ни спроси, стали лучше после своего исчезновения. Какой смысл людям бить тревогу?

Лучше ведь благодарить Скалеса!

После обхода я решил ещё немного разгрузить своего отца и заглянул к тому же Гостомыслу, который стал моим первым пациентом. Доверие у этой семьи ко мне уже выработалось. Только на этот раз глава семейства заболел не кишечной инфекций.

Покраснела нога после того, как он её поранил в огороде.

И симптомы такие яркие! Прямо-таки географическая карта, а не краснота.

Рожа. Так это называется. Бактерии попали под кожу, и это привело к острому воспалительному процессу. Лихорадка, боль, зуд — классический набор.

Но сильно распространиться рожа не успела. Я без каких-либо проблем смог излечить Гостомысла в очередной раз. Теперь уже с помощью «Базовой биомантии». Затем посоветовал ему растворы из антисептических трав и покинул дом.

Соседи, которые в прошлый раз с подозрением наблюдали за тем, как я посещаю семью Гостомысла, решились ради интереса позвать меня и к себе. Пообещали гроши за помощь, но я отказываться не стал.

Сейчас для меня важнее всего опыт, а не деньги.

Помог старушке избавиться от высокого давления и…

Победа!

Как же долго я ждал этого заветного сообщения!

/Уровень 2. Прогресс опыта: 205 из 200/

/Необходимо провести медитацию, чтобы приобрести новые навыки/

Зная отца, он ещё долго будет возиться с больными. У меня достаточно времени, чтобы перейти на следующую ступень развития. Пока что всё идёт по плану. Завтра утром Скитальцы выдвинутся в поход.

Тут уже я отговорку не придумаю. Единственный вариант — уйти из дома без объяснений. Если получится вернуться до вечера, то отец и спохватиться не успеет.

Я вернулся домой, занял место на своей лежанке и приступил к медитации.

Передо мной вновь появились уже знакомые пути. Зелёный и фиолетовый.

Но на этот раз система не стала давать мне выбор. Она поступила иначе.

/Чтобы получить два новых навыка, нужно отказаться от «Базовой биомантии»/

И всё. Никаких объяснений. Сколько бы я ни спрашивал о новых способностях, система больше ничего не говорила. Лишь дала мне выбор — и на этом всё.

Как я понял, на этот раз я должен получить один навык ветки «Целитель» и один навык ветки «Убийца».

Что ж… Нет смысла отказываться. Наверняка на этот раз система предложит мне куда более полезные навыки.

— Я согласен, — мысленно ответил я. — Отказываюсь от «Базовой биомантии».

/Базовая биомантия удалена/

Недолго же она мне прослужила. Но за короткий срок я смог воспользоваться ею десятки раз. Эта сила помогла многим больным. Буду надеяться, что новая окажется не хуже.

/Получен Уровень 3. Прогресс опыта: 5 из 400/

/Витальность: 108 из 108/

/Мана: 30 из 30/

/Внимание! Открыта возможность использования Эссенций/

/Открыт точный подсчёт Эссенций/

/Получен навык «Ускоренная регенерация I»/

/Получен навык «Некротическое касание I»/

Ах вот оно что! Видимо, поэтому от меня и требовалось отказаться от предыдущего навыка, чтобы я мог получить сразу две новые способности, которые связаны с расходом Эссенций.

Чёрт возьми, а я ведь как раз уже много раз думал, куда девать накопленные Эссенции! Они ведь откладываются во мне с того момента, как я впервые активировал систему. Мне столько раз приходилось восстанавливать баланс окольными путями. А теперь, выходит, я могу просто расходовать излишки!

Я принялся подробно изучать полученные навыки.

/Ускоренная регенерация I. Стоимость маны: 15 единиц. Может ускорять регенерацию клеток, даёт возможность лечить тяжёлые раны. Расходует 5 Эссенций Жизни/

А вот и замена «Базовой биомантии». Куда более продвинутое целительство. Правда, жутко жадное до затрат энергии. Теперь оно тратит в три раза больше маны, чем мой предыдущий навык. Хм… А вот с Эссенциями Жизни всё не так уж и плохо. Если правильно рассчитать силы, то после использования «Ускоренной регенерации I» я буду получать даже больше Эссенций, чем расходую.

М-да, тут лучше разбираться на практике.

Я перевёл взгляд на фиолетовый путь. На ветку убийцы. Посмотрим, появится ли у меня достойное оружие против монстров и людей. С одними «Слабыми точками» я далеко не уеду.

/Некротическое касание I. Стоимость маны: 20 единиц. Даёт возможность выплеснуть Эссенции Смерти в противника. Внимание! Требуется непосредственный контакт с кожей. Вызывает некроз и разложение живых тканей. Расходует 3 Эссенции Смерти/

А вот это уже совсем другой разговор! Правда, сразу вижу, что у этой способности есть пара подводный камней. Во-первых, если буду использовать её на людях, то меня сразу же сочтут колдуном. Пока не знаю, как люди в этом мире относятся к магам, так что имеет смысл действовать аккуратно.

Во-вторых, на дистанции эта способность не работает. Чисто в теории можно нанести очень серьёзный урон почти любому монстру, но… Тесный контакт с тем же болотным упырём — это самоубийство. В прошлый раз я держал его в метре от себя с помощью вил.

Нужно будет продумать свою собственную тактику боя.

— Лад, очнись! — голос отца словно молнией ударил по моей голове.

Я тут же вышел из медитативного состояния.

Ну, вот и сбылось то, о чём я думал при прошлой медитации. Меня выдернули из транса внешние факторы. Но вроде как ни на что это не повлияло. Правда, по затылку разлилась головная боль. Ничего серьёзного, обычное перенапряжение.

Отсюда следует вывод, что медитировать нужно в то время, когда меня никто не может побеспокоить. В другой раз головной болью могу не обойтись.

— Лад, ты чего это? Уснул, что ли? — обеспокоенно спросил отец. — Я пришёл, а ты уже час так сидишь.

— Тренируюсь, — уклончиво ответил я.

— Ага, — усмехнулся отец. — Ясно.

Добромир, видимо, счёл, что это какая-то игра. Пусть и дальше так думает. О магии ему пока что знать не следует.

— Как успехи? Всех осмотрел? — поинтересовался отец. — Слышал, что ты ещё в пару домов успел заглянуть. Здорово ты меня разгрузил. Я только сейчас закончил, а на дворе уже почти ночь.

Похоже, на этот раз я медитировал ещё дольше, чем прежде. Сколько прошло? Часов шесть-семь — не меньше.

Я рассказал отцу всё, что мне удалось узнать о вернувшихся людях. Его мой рассказал почему-то не особо удивил.

— Такая же история, — заключил он. — Все здоровые. Некоторые как будто даже исправились немного. Та же Злата. Ты, наверное, про неё ничего не помнишь. Гулящая девка была. Самая… известная на деревне, скажем так. К ней при мне пришли сразу несколько старых ухажёров. Решили, так сказать, наверстать упущенное. Так она всех прогнала и велела, чтобы больше не приходили. Не знаю, где были эти люди, но точно могу сказать, что всем это пошло только на пользу.

Ох и сомневаюсь я насчёт этого умозаключения. Не меняются люди так просто. Странно, что все так слепо в это верят.

Наступила ночь. Отец сильно вымотался, поэтому уснул быстро. Щербак вообще домой не вернулся. Этот пастух начал меня тревожить. С ним тоже происходит что-то не то.

Я поднялся, тихо собрал сумку, прихватил свой доспех, нож и немного еды. Самый минимум, чтобы Добромир не заметил.

А затем направился к штабу Скитальцев. Старался двигаться медленно, едва заметно. Если они увидят, что я здесь, то сразу же отправят меня домой. Нужно дождаться удобного момента.

План сработал, ровно в пять утра весь отряд в полном составе выдвинулся в дорогу. Похоже, дома осталась только Видана.

Радогост двигался быстро. Высоченный черноволосый лидер Скитальцев шагал впереди своего отряда, постепенно заводя их всё дальше и дальше — к Черте.

Я дождался, когда они пройдут на территорию монстров и исчезнут в тумане. Затем сделал глубокий вдох и уверенно шагнул за Черту.

Это мой последний шанс доказать свою пригодность их гильдии перед экзаменом. Настал час моей второй вылазки на опасную территорию.

Я следовал за Скитальцами. Шаг за шагом. Огибал зыбкие участки. И стоило мне продвинуться на сто метров за Черту, как я почувствовал — земля дрожит. Вода начала вибрировать, колыхаться.

Вдалеке послышались крики Скитальцев. Рука заломила так, будто мне только что разорвали все мышцы.

Будь я проклят… Что это? Землетрясение?

Что бы это ни было, но судя по крикам, даже Скитальцы не знали, с чем им пришлось столкнуться.

Глава 24

Почва начала уходить из-под ног. Я уж было решил, что ошибся, что наступил туда, куда не следовало. Но меня затягивала не трясина. Всё перевернулось с ног на голову.

И земля, и зловонная болотная вода — всё начало уходить куда-то вниз, под землю. Решение нужно принимать незамедлительно. Либо бросать эту затею и бежать назад в Погранку, либо срочно нагонять Скитальцев. Но если я выберу второй вариант, ступать придётся очень осторожно. Ведь под моими ногами…

Раздался чудовищный грохот. В ушах запищало так, будто барабанные перепонки вот-вот лопнут. Я невольно прикрыл их руками, чтобы не оглохнуть. Открыл рот, чтобы выровнять давление в сообщающихся полостях. Будто граната рядом разорвалась!

Вот теперь уже точно нет времени на сомнения. Прямо передо мной разверзлась земля. Болото начало исчезать, вся вода потекла в подземные глубины. Почва крошилась, уходила вниз огромными пластами.

И я сделал решающий шаг. Тело действовало само — на инстинктах. Я резко отступил на пару шагов назад, а затем взял разгон и прыгнул на отдаляющуюся от меня почву.

Время замерло. Пока я летел, два участка земли отдалились друг от друга ещё сильнее. Прямо подо мной разверзлась пропасть, у которой даже дна не было видно. Лишь абсолютная тьма, в которую сливалось содержимое местных болот.

Вот ведь чёрт!

Я не долетел. Врезался грудью в участок земли. Руки начали скользить из-за влажной грязи, которой была покрыта почва. Ноги болтались над пропастью. Последней моей надеждой стали корни, торчавшие из земли. Корни какого-то изувеченного местной аурой дерева.

Я схватился за самый крепкий из них, но рука снова начала скользить, поскольку корень источал слизь. Пальцы стремительно теряли хватку. Сердце бешено колотилось в груди.

Что ж… Вот и всё. Я чувствую, как моё тело вот-вот окажется в свободном падении.

— Ну уж нет! — стиснув зубы, прохрипел я.

В последний момент прокрутил рукой, чтобы запутать корень вокруг неё. Создал большую площадь, чтобы снизить скольжение. И… завис.

Замер в воздухе над пропастью. Лишь этот корень мог позволить мне выбраться из этой дыры. Он был единственным, что отделяло меня от очередной смерти.

Надпочечники выбросили адреналин. Я почувствовал небывалый прирост сил. Понимал, что потом за него придётся платить. Но всё же подтянулся на одной руке, надеясь, что корень не оторвётся. Мышцы горели огнём.

Левой рукой я выхватил нож из кармана, затем вонзил его в почву по самую рукоятку. Создал для себя дополнительную опору.

И, наконец, взгромоздился наверх. На часть суши, что отделилась от Погранки. От всего, что я оставил позади. Чёрт знает, как я теперь буду возвращаться назад. Пока что меня это не волнует. Сейчас самое главное — выжить.

Оказавшись на земле, я завалился на спину, постарался отдышаться. Этот прыжок чуть не стоил мне жизни. Но мне удалось выбраться из безысходной ситуации исключительно за счёт своей воли.

Я поднялся на ноги, осмотрелся вокруг. Увиденное поразило меня до глубины души. В прошлом мире я уже видел болота. Видел расщелины, образовавшиеся из-за землетрясений и смещения литосферных плит. Не только в новостях, но и вживую. Доводилось мне принимать участие и в спасательных операциях в молодости.

Но такое… Такое не каждый день увидишь.

Часть земли просто разделилась на устойчивые островки суши, которые теперь окружала пропасть. При этом туман никуда не исчез. Продолжал витать в воздухе, портил видимость. Клубился серой пеленой.

А ведь из-за него легко можно ступить не туда. Сейчас тряска утихнет, туман снова опустится вниз. И я снова потеряю видимость. Максимум, что могу рассмотреть — это свои руки и ноги.

Причём крики Скитальцев тоже утихли. Ни единого звука… Что ж, остаётся надеяться, что они все не рухнули в пропасть. Если такое действительно случилось, то на болотах я теперь один. А вступление в Скитальцы мне уже точно не светит.

Я нашёл крепкую палку около дерева, благодаря корням которого мне удалось выжить и выбраться. А затем пошёл дальше. Двигался как слепец. Меня спасала только эта палка. Причём сейчас моя главная проблема — не зыбкие топи. Слишком уж высок риск упустить момент, когда земля в принципе кончится.

Но так глупо умереть я себе не позволю.

Однако участок, на котором я оказался, был куда больше, чем я думал. Это не просто маленький островок. Целая твердь откололась от общей массы болот. Словно кто-то гигантским ножом вырезал кусок земли.

Интересно, что вообще спровоцировало такое землетрясение? Никто ранее ни разу не упоминал, что в этих местах такое в принципе возможно. Не знаю, как устроен этот мир, но здешние земли совершенно непохожи на места с повышенной тектонической активностью. Гор нет, моря не видно. Одни лишь болота да равнины. Изредка встречаются холмы.

Так я и брёл в сторону, откуда ранее доносились голоса Скитальцев, пока не наткнулся на чей-то громадный силуэт. Разглядеть очертания существа в тумане было практически невозможно. Однако оно тоже услышало меня.

И вскоре послышался лязг метала. Из мглы показался кончик обоюдоострого одноручного меча. Если не ошибаюсь, это палаш.

Выходит, передо мной не монстр, а человек!

— Я не враг! — крикнул я незнакомцу, поднимая руки вверх.

— Хм… Ребёнок? — хмыкнул мужчина, затем сделал шаг вперёд. Его лицо высунулось из тумана, и я узнал в нём лидера Скитальцев.

Радогоста.

— Твоё имя, — сухо произнёс Радогост. Но меч убирать не спешил. Клинок по-прежнему был нацелен на меня.

— Лад. Сын Добромира, — представился я.

— И что же ты позабыл в этом Скалесом забытом месте, Лад? — спросил он. — Следил за нами?

А какой смысл скрывать? Скажу правду.

— Да, — признался я.

— Зачем? — его голос звенел громче стали.

— Захотел помочь вам.

— Помочь? — сухо усмехнулся Радогост. — Ты уже достаточно помог. Вы с отцом спасли мне жизнь. И я этого не забуду. Вот только остальных Скитальцев это не уберегло. Я… подвёл их.

— В каком это смысле? — напрягся я. — Где остальные?

— Они упали вниз. В бездну. Мы с тобой остались вдвоём, Лад. Больше здесь никого нет, — заявил Радогост. В его голосе звучала безграничная усталость.

Я не мог поверить своим ушам. Волибор, Стоян, Новик… Неужели они так глупо погибли?

— Вы уверены, что их больше нет?

— Уверен. Они не отзываются. Я уже обошёл большую часть этого острова, — Радогост, наконец, убрал оружие в ножны. — Боюсь, это конец для Скитальцев Погранки.

Депрессивно же он настроен. Хотя держится Радогост неплохо. Если его соратники действительно погибли, не могу представить, что на самом деле сейчас чувствует Радогост. Ведь несколько дней назад он и так лишился большей части своей группы. А теперь потерял последних выживших. Сильнейших. Тех, кто прошёл с ним огонь и воду.

— Вы понимаете, что сейчас происходит на болотах? — спросил Радогоста я. — Из-за чего здесь взялись эти разломы в земле?

— Не знаю, парень. Первый раз такое вижу, — он попытался посмотреть за горизонт, в туман. Разумеется, безрезультатно. — И вообще — не твоего ума это дело. Зря ты пошёл за нами. Скитальцы, выдвигаясь в каждый поход, мысленно смиряются с тем, что могут не вернуться. Но ты зачем-то тоже поплёлся на болота. Теперь и ты умрёшь.

Непохоже на слова лидера. Не мне, конечно, судить Радогоста, но создаётся впечатление, что он уже сдался. Совсем потерял надежду. Потерял своих соратников — да. Возможно, Скитальцев, которых я знал, больше нет. Но нельзя терять волю к жизни. Нельзя опускать руки.

— Я думаю, мы выберемся отсюда. Предлагаю ещё раз обойти этот «остров». Возможно, всё-таки найдём кого-то из ваших соратников. Если нет — будем искать путь домой, — заключил я.

Радогост молчал. Но в этой тишине я уловил тихое согласие. Мы пошагали вдоль разлома. Старались держаться подальше от края, чтобы земля не ушла у нас из-под ног. Но при этом не упускали из виду разлом. Даже на небольшом болотном островке можно было потеряться из-за тумана.

— Не думал, что скажу это, но ты прав, — после долгого молчания произнёс Радогост. — Даже если все мои соратники мертвы, мне всё равно нужно вернуться назад — в пределы Черты. Надежду терять нельзя. Я ещё могу воспитать новое поколение Скитальцев. Передать им знания, опыт.

— Каждый мальчишка в этой деревне мечтает попасть к вам на обучение, — подметил я. — Вы ещё взрастите новых воинов.

— Ещё бы ты что-то понимал, — едва заметно вздохнул Радогост. Затем снова замолчал.

Мы оба замерли.

Я почувствовал жжение в руке. Причём особенную вибрацию. Она вызывала у меня дежавю. На самом деле приближение каждого монстра ощущается уникально. Просто я ещё не привык к этой способности. Запомнил только чувство жжения при встрече с кусачами. Уж их-то я теперь на всю жизнь запомню. Их острые зубы и быстрые движения.

Радогост тоже почувствовал приближение врага. Вряд ли у него есть такие же полосы, как у меня. Скорее всего, у него за долгие годы вылазок выработалось особое чутьё.

— Этого не может быть… — прошептал он. — Я прошёл этот остров вдоль и поперёк. Лад! Стой за мной. Мы здесь не одни. Не знаю, откуда взялись эти твари, но они уже близко. Я слышу, как они приближаются.

Боги… В местной религии я не разбираюсь, да и вообще не могу сказать наверняка, существует ли тот же Скалес. Но сейчас явно настало время помолиться. Хотя бы мысленно.

Я вспомнил, что это за жжение. Именно с этого чувства и начался мой путь. Именно эти колебания под своей кожей я уловил в тот самый день, когда впервые отправился на болота — к Видане.

Так моя рука отозвалась на болотного упыря. И пока что это — самый грозный монстр, которого я когда-либо встречал.

— Лад, ты должен мне пообещать, — Радогост вытащил палаш из ножен. — Если я погибну, найди способ вернуться домой. Любой ценой. Затем иди к старосте деревни и доложи, что все Скитальцы Погранки отправились к Скалесу. Пусть отправит письмо в Дальск. Вам должны прислать новых…

Договорить Радогост не успел. Из тумана выпрыгнула громадная полутораметровая тварь. Болотный упырь.

Он сразу же сделал рывок, попытался впиться в шею Радогосту, но тот с размаху ударил его своим мечом. Послышался громкий звон. Будто металлом ударили о металл. В стороны полетела разлетевшаяся чешуя монстра, но никаких серьёзных ранений упырь не получил. Лишь поверхностные царапины.

Представляю, как сейчас болят руки у Скитальца. Я даже из-за его спины слышу монотонный звон. Клинок вибрирует после столкновения с твёрдой чешуей. После такого можно и меч выронить, если заранее не натренировать руки, чтобы удержать оружие.

Туман начал отступать. Либо это какая-то аномалия, либо болотные упыри каким-то образом умеют убирать эти испарения.

Прошло всего мгновение, и вслед за первым упырём появился ещё один. Я отреагировал моментально, сразу же активировал навык «Слабые точки». Нужно проверить, у всех ли упырей уязвимое место находится в одной и той же части тела.

Да, я оказался прав!

Снова там же. Чуть ниже шеи, на спине. Именно там находится утончение, через которое можно пробиться к сердцу монстра.

Радогост рассчитывает, что я так и буду стоять за его спиной. Что я не буду участвовать в битве. Но я не для этого сюда пришёл. Сейчас, конечно, не время думать о моём вступлении в Скитальцы, если учесть, что большая их часть безвозвратно исчезла.

Но я всё равно проявлю себя. Помогу Радогосту. Лидер уже смирился с грядущей смертью. Более того, боюсь, что он сам её ищет. Хочет смыть позор собственной кровью. Иначе бы он не стал так отчаянно просить меня вернуться в деревню. Радогост хочет оставить хоть какую-то память о себе и своих соратниках.

Но я постараюсь вернуть домой нас обоих. Ведь у меня как раз появилась пара новых навыков. С ними я точно могу справиться. Должен! Другого выхода нет.

Я выхватил нож из чехла и рванул вперёд. Вовремя пригнулся, чтобы случайно не столкнуться с палашом Радогоста. Взглянул на болотного упыря, который подбирался к лидеру Скитальцев с другой стороны.

/Витальность: 100 из 100/

Гораздо ниже, чем у первого упыря, которого я убил.

Я сконцентрировался на предстоящей битве. Резко уклонился в сторону от удара упыря. Я запомнил, как эти твари атакуют. Всегда стараются ударить сверху вниз, выпускают когти, чтобы рассечь тело своего противника.

Обошёл его со спины. А затем сделал стремительный выпад. Размахнулся изо всех сил и вогнал нож в сердце своего противника. На этот раз не допустил ту же ошибку, из-за которой чуть не погиб в прошлой схватке.

Остриё ножа вошло ровно в нужную точку.

Но не убило упыря. Он развернулся, попытался вонзить мне когти в руку. И ему удалось ранить меня. Он рассёк несколько вен на моём предплечье. Витальность тут же снизилась на десяток процентов. Боль прошила руку огненной волной.

Однако его жизненные силы утекали быстрее, чем мои. Нужно было потерпеть его удары всего несколько секунд. Вскоре когти упыря втянулись, атаки стали менее стремительными. Движения стали неуверенными.

И он рухнул мордой в землю.

/Получено 20 единиц опыта/

/Получено 15 Эссенций Смерти/

/Уровень 3. Прогресс опыта: 25 из 400/

Как раз в этот момент Радогост с воинственным криком срубил голову другому упырю. Сколько же силищи в этом человеке, раз ему удалось пробиться сквозь чешую этого монстра? Между прочим, его шея спереди очень хорошо защищена.

Скиталец упал на колени. Раненный, обессилевший. На этом битва должна была подойти к концу.

Но она не закончилась.

Ведь прямо за спиной Радогоста появился ещё один монстр. По моему телу пробежали мурашки. Я увидел болотного упыря, но на этот раз рука отреагировала совсем по-другому. Жжение стало интенсивнее, острее.

Я увидел запас здоровья нового противника. Его витальность дала мне понять, что нам теперь придётся иметь дело с крайне опасной тварью. Куда более сильной и выносливой, чем предыдущие.

/Витальность: 250 из 250/

Он убьёт Радогоста. Если я ничего не сделаю, то останусь с чудовищем один на один. Но лидер потерял слишком много сил. И это неудивительно. Он ещё не успел оправиться от ран, которые получил во время прошлого похода.

Ему вообще нельзя было покидать штаб Скитальцев, если судить здраво. Но в этом мире так не рассуждают.

— Радогост, сзади! — на бегу прокричал я.

Воин отреагировал слишком поздно. Трясущейся рукой потянулся к палашу, но вожак упырей уже приготовился впиться в его шею.

Обойти его со спины я теперь точно не успею. Остаётся только один вариант.

Я из последних сил напряг мышцы голеней. Сократил их, оторвался от земли. Прыгнул на упыря, даже не приготовив свой кинжал к атаке.

У меня была другая цель.

Я успел прикоснуться к руке монстра в самый последний момент. Ещё секунда — и Радогост бы умер.

Но я активировал навык «Некротическое касание». Почти весь запас маны тут же улетучился. Зато рука упыря покрылась множеством гноящихся волдырей. Плоть начала чернеть, разлагаться.

А затем отвалилась. Сгнила до самого плеча, отломилась в области плечевого сустава. Пока монстр истошно ревел из-за приступа боли, Радогост успел поднять свой меч.

Я же перекатился в сторону, проскользил по влажной грязи и чуть ли не ползком промчался за его спину. Следующие два удара были нанесены одновременно. И они стали добивающими. Я ударил кинжалом по сердцу монстра, а Радогост с размаху вонзил свой меч в шею врага. Голову срубить он не смог. Но этого хватило сполна.

/Витальность: 0 из 250/

Мы сделали это… Убили его. Причём больше урона нанёс я, поэтому мой прогресс опыта обновился ещё раз.

/Получено 35 единиц опыта/

/Получено 20 Эссенций Смерти/

/Уровень 3. Прогресс опыта: 60 из 400/

Но на эту атаку я потратил почти всю ману и часть Эссенций. Причём куда больше, чем говорила мне система. Должно было уйти всего три Эссенции Смерти, но в итоге я впрыснул в монстра в пять раз больше. Должно быть, количество источаемых Эссенций можно контролировать. Интуитивно регулировать их расход.

Видимо, именно поэтому его рука не просто повредилась, а отвалилась, причём моментально. Я заставил все ткани прогнить. Если бы смог коснуться груди монстра, то убил бы его ещё быстрее.

— Что ты только что сделал? — прошептал Радогост. — Ты… Лад, ты убил упыря. Нет, двух упырей. Готов поклясться, что мой удар не нанёс ему весомого урона, — его взгляд изменился. Он больше не смотрел на меня как на бестолкового юнца. — Почему у него отпала рука?

Лгать не имеет смысла. Сейчас. Именно сейчас я должен сказать правду. Но только ему.

— Я владею магией исцеления и повреждения, Радогост, — заявил я. — Думаю, вы уже и сами это поняли. Именно благодаря этой силе я помог своему отцу вытащить вас с того света.

— Вот как? — хмыкнул он. — Боевой целитель, значит? Не ожидал я такого от деревенского простака. А ты силён, Лад, отдаю должное. Без тебя я бы вряд ли смог справиться сразу с тремя упырями. Ты хорошо дрался.

Радогост устало присел на влажную почву. Прикрыл рукой глаза. Казалось, он вот-вот уснёт. Эта вылазка забрала все его силы.

— Мы отправились в дорогу только для того, чтобы найти труп моего друга. Человека, который меня защищал. Он был моей правой рукой. Владел… очень сильным артефактом. Но, как бы это странно ни звучало, к сожалению, он следовал своему долгу до самого конца. Погиб, спасая меня и… остальных, — на этом моменте Радогост снова осёкся. Потные пряди волос прилипли к его лицу. Мешали видеть и говорить. Он даже не пытался их убрать.

Устал. Безмерно устал.

— Так этот поход вы затеяли, чтобы вернуть артефакт? — спросил я.

— Не только ради этого, — помотал головой Радогост. — До меня дошли слухи о пропавших людях. Кроме того, меня не оставлял в покое тот факт, что здесь бродит целая армия новых монстров, которых мы до сих пор не изучили. И я подозреваю, что за всеми этими событиями стоит один человек. Один-единственный.

— Так вы знали, что люди пропадают не просто так! — воскликнул я. — Другие Скитальцы мне не верили. Я пытался им это объяснить.

— Возможно, они были правы. Это я ошибся. Мы все ошиблись, Лад. Ведь все эти люди вернулись, — заключил Радогост. — Но… Я всё равно хочу задать Невзору пару вопросов. Выяснить, что он затеял.

Невзор… Учитель Виданы.

Ведьмак.

Ранее Видана упоминала, что Невзор изменился, увлёкся экспериментами. Скрылся в лесах за болотами. Там, куда даже Скитальцы не рискуют соваться.

— Радогост! — послышался знакомый голос из тумана. — Эй!

Лидер Скитальцев резко вскочил на ноги. Не поверил своим ушам. Прошёл вперёд, к источнику звука.

— Волибор⁈ — крикнул он.

Его голос промчался по округе звучным эхом.

Туман начал рассеиваться. И на соседнем островке появились силуэты. Волибор, Стоян, Новик. Они все живы. Стоят на ногах.

— Чёрт бы вас подрал! — крикнул им Радогост. — Живы, ублюдки!

Он не смог сдержаться, расхохотался во весь голос. Облегчение захлестнуло его целиком.

— А хрен нас кто убьёт! — рявкнул Стоян. — Мы смогли выползти по корням. Спасибо Новику. Ему в голову пришла эта мысль. Если бы не он, уже давно бы подохли.

— Так Новик, значит, у нас теперь самый умный? — улыбнулся Радогост. — Ну дела!

Другие Скитальцы этого не видели. Но по щекам лидера текли слёзы. Он ведь был сломлен. Смирился с гибелью соратников, смирился со своей собственной смертью.

Но всё изменилось. Я спас его тело, а выжившие Скитальцы теперь спасут его дух. Рано сдаваться. Гильдии ещё не пришёл конец. Мы сможем её вытянуть. Возродить из пепла.

— Лад!!! — крикнул мне Волибор. — Я видел, как ты убил этих тварей. Ну ты и зверь, леший тебя подери! Хотя тебя здесь вообще быть не должно!

Через пару минут рядом с нами упал деревянный мост. А точнее — тонкая лестница, которую остальные Скитальцы связали из корней, лиан и палок.

Вскоре они перебрались через хлипкий мост. Новик радостно хлопнул меня по плечу. Волибор подбежал к Радогосту и прошептал ему что-то на ухо.

Я услышал лишь часть их беседы.

— Нашёл. Он теперь в наших руках, — произнёс Волибор.

— Тогда возвращаемся, — заключил Радогост. — С Невзором встретимся позже. Для начала нужно понять, что вообще происходит на этих чёртовых болотах.

Путь назад занял немного времени. Нам лишь нужно было перебросить лестницу ещё раз. Мы по очереди перебрались к суше, что располагалась вплотную к Черте.

Первым пролез я, Новик и Стоян. После этого по лестнице проползли Радогост и Волибор. Они были тяжелее всех, поэтому решили рискнуть — последовать уже после остальных. Страховать друг друга.

Как только мы оказались на берегу, в безопасном месте, я решил поднять вопрос, ради которого и последовал за Скитальцами.

— Радогост! — крикнул я. — Мне нужно знать, что ты думаешь.

— Насчёт чего? — не понял лидер.

— Заслужил я право участвовать в экзамене? Могу ли я побороться за шанс стать Скитальцем?

— Ему четырнадцать, — напомнил Волибор. — Подумай хорошенько, Радогост. Не спеши с выводами.

— Какая, к чёрту, разница? Этот малолетний засранец только что на наших глазах двух болотных упырей прикончил! — воскликнул Стоян.

— Тихо! — заткнул своих соратников Радогост. — Я дам тебе такой шанс, Лад. Но перед этим… тебе придётся ответить на один вопрос. Перед всеми Скитальцами. Если нам понравится твой ответ, пойдёшь на экзамен. Если не понравится, у тебя больше никогда не будет возможности стать одним из нас. Готов ли ты рискнуть?

Глава 25

Вопрос Радогоста не такой уж и простой, каким может показаться. Он спросил, готов ли я рискнуть, но даже не намекнул, о чём будет вопрос.

А ставки крайне высоки. Я могу рискнуть и попробовать дать ему ответ, либо придётся ждать два года. К экзамену меня ведут только два пути.

Но есть вероятность, что на вопрос Радогоста я не отвечу неправильно. Ведь мне об этом мире пока что известно совсем уж мало. Хотя… А точно ли это будет проверка знаний? Нет, знания всегда можно наверстать. Думаю, он проверяет что-то другое. Мою волю? Настрой?

Сейчас узнаем. Ведь отказываться я не намерен. И у меня есть запасной вариант, если что-то пойдёт не так. Такое развитие событий я тоже предусмотрел.

— Да, Радогост, я готов рискнуть, — уверенно кивнул я. — Задавайте свой вопрос.

— Смелости тебе не занимать, это я уже понял, — заключил Радогост. — В другой ситуации я бы спросил, пойдёшь ли ты за мной на верную смерть. Но ты уже это сделал. Ты уже последовал за Скитальцами. И доказал, что на тебя можно положиться. Мы в твоей силе убедились. Мой вопрос будет иным. Скажи мне, Лад, если ты станешь одним из нас и я отдам тебе приказ убить Добромира, твоего отца… ты согласишься?

Это что ещё, чёрт подери, значит⁈ Почему он спрашивает нечто подобное? Это ведь совершенно не соответствует главной задаче Скитальцев. Если бы я устраивался в какую-нибудь королевскую стражу или тайную службу, я бы ещё понял, зачем задавать такой вопрос.

Но здесь это к чему? Очередная проверка?

И каким образом я должен выполнить это условие? Сказать, что я бы выполнил его приказ? Нет, это бред. Я даже врать об этом не хочу. В этом нет никакого смысла.

Хм… Может, он имеет в виду другое?

— В этом вопросе подразумевается, что мой отец превратился в монстра? — уточнил у Радогоста я.

— В этом вопросе подразумевается только то, что я отдал тебе приказ убить своего отца. И всё. Точка. Ты сделаешь это? Да или нет? — холодно спросил лидер Скитальцев.

Ну, это уже ни в какие ворота. Полный бред. Я не буду подстраиваться и подбирать правильный ответ. Скажу, как есть.

— Если такой приказ поступит и за ним не последует никаких объяснений, я сразу же уйду из Скитальцев. Ответ «нет», Радогост. Думаю, на этом наш разговор стоит закончить, — заявил я.

Что ж, если для вступления в Скитальцы требуется отречься даже от собственной семьи, то мне всё же придётся искать иной способ зарабатывать свои Эссенции Смерти. Добромир — отец моего предшественника, не мой. Но нас объединили одни проблемы. Мы уже стали одной семьей. Я не пойду против него.

— Нет, это не конец разговора, Лад, — помотал головой лидер. — Меня устраивает твой ответ. Именно это я и хотел услышать.

Голос Радогоста смягчился. Я даже заметил лёгкую улыбку на его лице. Интересно, и как это понимать?

— Понимаю, что мой вопрос тебя сильно удивил. Возможно, даже разочаровал, — продолжил Радогост. — Но я задал его не просто так. Ты — не первый человек, которого я спрашиваю об этом. Это отличный способ отделить зёрна от плевел. Некоторые мальчишки так яро хотят стать одними из нас, что порой и не поймёшь, всерьёз они этого желают или для них Скитальцы — это просто игра. Многие жалеют о том, что выбрали этот путь. Позже, после вступления.

— Значит, такого ответа вы и ожидали? — спросил я. — Рассчитывали, что я откажусь исполнять такой приказ?

— Всё именно так, — коротко кивнул Радогост. — Молодняк очень любит хвалиться своей верностью делу. Говорят, что готовы пойти на всё, лишь бы стать одними из нас. Но смысл Скитальцев не в этом. Мы готовы жертвовать собой, а не другими. Своим ответом ты показал, что не станешь приносить в жертву отца, зато готов пожертвовать своей мечтой. Приходи завтра утром на экзамен. Считай, что в списках ты уже есть.

Интересно он всё это вывернул. Я уж было решил, что Радогост совсем с ума сошёл, раз начал выдвигать такие вопросы. Но в его вопросе скрывалась ловушка для бездумных мальчишек, которые до конца не осознают, куда и зачем они вообще идут.

И думаю, таких отсевов будет ещё очень много. Это — только начало. Ещё даже экзамен не начался, а Скитальцы уже отбирают наиболее подходящих людей для своего дела.

— Ах да… — вспомнил Радогост. — Чуть не забыл. Хочу дать тебе пару советов, Лад. Уже темнеет. Сейчас тебе лучше вернуться к отцу и предупредить его о том, что завтра тебя ждёт экзамен. Я не хочу портить отношения с Добромиром. Если он запретит тебе проходить вступительные испытания, я с ним спорить не буду. Здесь его слово важнее. Тебе ещё нет шестнадцати, значит без его разрешения мы тебя обучать не станем. Кстати… А про магию Добромир в курсе?

— Про магию? — не понял Волибор. — Ты это о чём, Радогост?

— Вот теперь даже не думайте оправдываться, что пропустили всё веселье из-за тумана, — вздохнул лидер. — Вы с Ладом знакомы куда дольше, чем я. И что? Вы втроём до сих пор не заметили, что у него целых две ветви магии имеются?

— Ч-ч-ч… — закряхтел Новик. — Чего⁈

— Мы ничего об этом не знали, Радогост. Клянёмся, — ответил Волибор.

— А подумать не пробовали? — хмыкнул Радогост. — Мальчишка уже не в первый раз убивает монстров. Он помог отцу вылечить меня. И я слышал, что он же исцелил многих других жителей в деревне. Вам это подозрительным не показалось?

— Ну… Мы думали, что он просто решил приукрасить свои подвиги, — пожал плечами Стоян.

— Вы опять допустили ту же самую ошибку, что и в прошлый раз, — Радогост прикрыл глаза ладонью.

— Нет, даже не напоминай об этом! Мне до сих пор стыдно, — поморщился Волибор.

— А я всё равно напомню. Пусть мальчуган послушает. Может, это вас хоть чему-то научит. Вы вечно игнорируете существование магии. Хотя я предупреждал вас, что это очень глупо. Она встречается куда чаще, чем вы думаете, — принялся читать лекцию Радогост. — И что в итоге? Три месяца назад вы чуть не подохли, потому что не поняли, что один из лесных псов владеет магией иллюзий.

— Мне до сих пор эта чёртова собака в кошмарах приходит, — простонал Новик. — Мы уже усвоили этот урок, Радогост. Правда.

— Плохо усвоили, раз проглядели в этом парне магический потенциал, — продолжил отчитывать своих людей Радогост.

Как лидер, он очень даже неплох. Волибор, который всё это время казался мне несломимым воином, сейчас понуро опустил голову и молча слушает Радогоста. Будто провинившийся ребёнок.

Вот это и есть абсолютный авторитет. И очевидно, Радогост получил его не просто так. Он его заслужил. Своё уважение лидер должен заработать со временем. Особенно в таком мире.

Кроме того, я видел лицо Радогоста, когда мы остались с ним вдвоём на том острове. Он видел, как его команда упала в бездну. Не мог знать наверняка, что они живы. Только тогда он показал, что полностью сломлен. И это была не слабость.

Нет.

Я понимаю, как он мыслит. Для него Скитальцы — это семья. И как только он понял, что никого кроме него больше не осталось, он сразу же перестал быть лидером. Лидеры ведь тоже разные бывают. Есть люди одиночки, которые тащат себя вперёд, независимо ни от чего.

А Радогост явно не такой. Он — вожак стаи. Нет стаи — нет вожака. Вот и вся логика.

Кстати, довольно интересно слушать даже такие мелкие переговоры между Скитальцами. Уже из этой перепалки я понял, что в этом мире есть монстры, владеющие магией. Я почему-то решил, что этой силой могут владеть только люди.

Значит, далеко за Чертой может быть куда опаснее, чем на местных болотах.

— Да, Лад, насчёт трофеев, — Радогост отвлёкся от спора со своими подчинёнными. — Не думай, что я решил захапать их себе. Ты убил двух упырей. Обычного и усиленного.

— Королевского⁈ — у Стояна чуть челюсть не отпала.

— Нет, если бы мы встретили королевского упыря, мы бы оба погибли в первые же секунды схватки. Скорее всего, это один из его гвардейцев, — ответил Радогост.

Тоже любопытный факт. Подозреваю, что упырей они так классифицирует из удобства. Вряд ли у них есть сложная иерархия. Видана говорила, что упыри охотятся в одиночку. Должно быть, это исключение из правил. Особо сильный монстр собирает вокруг себя других себе подобных. И мне удалось разделаться с одним из них.

— Так что насчёт трофеев? — уточнил я.

— Срезанные языки упырей при мне, — ответил Радогост и похлопал рукой по своей сумке. — Железы тоже. Нужно только донести их до штаба и поместить в естественную среду. Деньги я отдам тебе позже. Ты их заслужил. Получится примерно… пятнадцать серебряников.

Ничего себе! Да для нас с отцом это целое состояние! Нам этих денег надолго хватит. Особенно с учётом того, что сейчас за аренду жилья мы платим гораздо меньше, чем у Харитона.

— Однако я могу предложить тебе удвоить сумму, — неожиданно заявил Радогост. — Я могу придержать эти деньги у себя пока что. Если они нужны тебе прямо сейчас, я отдам их завтра утром. Если же готов рискнуть, то подожди окончания вступительных испытаний. Если станешь одним из нас, я отдам тебе тридцать серебряников. Что скажешь?

Вот ведь хитрец! Ну тут он меня уже явно за дурака держит. Это распространённая уловка. По крайней мере, в моём мире очень часто проводили эксперименты такого типа.

Таким образом проверялась сила воли человека. Например, ребёнку давали шоколадку и говорили, что он может её съесть, если хочет. Но если он потерпит несколько часов, то ему дадут две шоколадки.

При этом испытуемый был изолирован. То есть у ребёнка не было возможности отвлечься на что-то другое. Например, поиграть в игрушки или посмотреть телевизор в ожидании очередного приза.

Предполагалось, что именно в детстве формируется способность к терпению. В хорошем смысле этого слова. Позже выходили статьи о том, что именно те дети, которые дожидались второй шоколадки, в итоге достигали больших результатов в учёбе, а потом уже в карьере.

Терпение, способность выждать удобного момента. Вот на что решил проверить меня Радогост на этот раз. Он уже завалил меня проверками!

Но я не подведу. Ни его, ни самого себя.

— Отлично, — заключил я. — Значит, подожду того дня, когда стану одним из Скитальцев.

— Уверен? — нахмурился лидер.

— Да. Оно того стоит.

Ситуация очень сложная. Я уже понял, что Скитальцы явно мной заинтересовались. У них в команде нет ни одного мага. Видана умеет колдовать, но официально она не состоит в их команде. Лишь временно проживает в штабе, поскольку ранее часто помогала людям Радогоста.

Я им нужен. Но просто так меня не возьмут. Всё равно придётся пройти через вступительные испытания. А на экзамене преимуществ у меня гораздо меньше. Вряд ли магия мне поможет пройти дальше. Ведь испытания рассчитаны не на магов, а на обычных юношей.

Как ни крути, а я младше остальных претендентов как минимум на два года. И это — колоссальный отрыв. Моё тело только начало развиваться. А они уже близки к тому, чтобы стать взрослыми мужчинами.

Будет трудно. Но иного выбора у меня нет. Я всё равно получу своё место в их команде. Дело даже не в серебряниках. Просто теперь это вопрос принципа.

— В таком случае расходимся. Мы возвращаемся в штаб, Лад. А ты иди домой, к отцу. Тебе придётся объяснить ему, где ты был. Я лгать Добромиру не собираюсь, если он будет задавать мне вопросы. Учти это. Так что, если он до сих пор не в курсе насчёт твоих магических способностей, сейчас самое время рассказать ему правду, — закончил Радогост.

Я так и планировал поступить. Радогост прав, этот момент наиболее удобный. Я раскрыл свои силы перед Скитальцами. Дальше скрывать их не имеет смысла. По крайней мере, перед отцом.

— Однако вам лучше молчать, — Радогост обратился к своим соратникам. — Дальше Лад сам разберётся. Он ещё не достиг совершеннолетия, но ему уже пора принимать решения самому. Как мужчине. Вы за него никому об этой магии не рассказывайте. Отцу пусть поведает свою тайну. Остальным об этом знать не обязательно. Если, конечно, Лад с Добромиром сами не захотят рассказать людям о его способностях.

— Стойте! — когда я понял, что Скитальцы собираются от меня отделиться, я решил задать им ещё один вопрос. — Вы поняли, из-за чего произошло это землетрясение? Откуда появились разломы?

Лидер взглянул на Волибора. Тот лишь пожал плечами.

— Как видишь, ответ на этот вопрос нам неизвестен. Но мы будем искать причину. На этот счёт не тревожься. Погранку такие разломы задеть не должны, — пообещал Радогост. — У меня есть догадки насчёт того, из-за чего всё это происходит. Но пока что озвучивать их слишком рано. Нужно подумать.

На этом наш разговор подошёл к концу. Сегодня я впервые говорил с Радогостом, даже бился с ним бок о бок. И он оставил о себе хорошее впечатление. Работать под его началом я не против. Уж всяко лучше, чем трудится и обогащать коррумпированного главного врача, с которым мне приходилось иметь дело незадолго до смерти.

И вправду… Тут я нужнее. А в предыдущем мире борьба ничего не решала. Сколько я ни пытался восстановить справедливость в больнице, ничего не получалось. Как было руководству плевать на пациентов, так ничего и не поменялось. А прийти и применить на всех «Некротическое касание»…

Звучит заманчиво, но даже если бы оно и было в моём мире, я бы только проблем себе лишних нажил.

Когда я вернулся домой, Добромир встретил меня уже у входа на территорию Митрия. Он заметил, что я слишком долго отсутствовал. И у отца созрело много вопросов.

Я убедил его, что разговор придётся продолжить там, где нас никто не услышит. Щербак, между тем, снова отсутствовал. Видимо, нашёл себе новую работу. Возможно, скоро он от нас переедет в другое место.

Хотя лично я сомневаюсь, что с ним всё в порядке. Такое ощущение, что он тронулся даже сильнее, чем те, кто позавчера вернулся с болот.

Мы с отцом остались наедине. И на этот раз я рассказал ему всё о своих силах. Без утайки. Понимал, что он не поверит, поэтому показал ему свою силу на практике.

Достал нож, сначала обработал его сваренным мной антисептическим отваром. Не хватало ещё подхватить какую-нибудь заразу от упыря.

А затем сделал надрез на своей руке. И показал отцу, как тот зарастает за считанные секунды.

Это потратило всю ману. Но мне было необходимо провести демонстрацию своих сил. Иначе он бы мне не поверил. Посчитал бы, что я снова скатился до слабоумия, которое было у предшественника.

— Скалес великий… — прошептал Добромир. — Так ты и в самом деле не врёшь. Но откуда у тебя могли взяться такие силы? Откуда, Лад⁈ В моём роду ещё никогда не было человека с магическими способностями. А твоя мать… У неё их, насколько я знаю, тоже не было. Но я не могу быть в этом уверен. Хм… Может, ты и вправду унаследовал что-то от её предков.

А вот это — хорошая тема для разговора! Я ведь вообще ничего не знаю о матери своего предшественника. Кто она? И где она сейчас находится? Она вообще жива или её уже не стало? Добромир ни разу не упоминал о ней. По крайней мере, после того, как я оказался в теле Лада. И почему-то мне кажется, что до этого разговоров о матери тоже не было. Иногда в моей памяти всплывают особо сильные воспоминания бывшего Лада. Но при мыслях о матери память молчит.

— Я не помню ничего о своей матери, — прямо сказал я. — Помнишь? Не так давно я говорил тебе, что часть моих воспоминаний исчезла. Расскажи мне о ней. Кто она и откуда.

— Не переводи тему, Лад, — помотал головой Добромир. — Сейчас мы говорим о твоём вступлении в ряды Скитальцев. Не о Полисте.

— Полиста? — поймал его на слове я. — Это имя моей матери?

— Да. Ещё раз тебя прошу, не переводи тему. Тебе о ней знать пока что не стоит, — насупился Добромир. Я впервые увидел, чтобы он так злился на меня из-за обычных вопросов.

Похоже, именно в этой истории и кроется большая часть наших проблем. Но в чём-то Добромир прав. Сейчас мне эти знания не дадут никакой пользы. Только удовлетворят моё любопытство. Лучше вернуться к главной теме.

— Согласен, сейчас это не имеет значения. Но новый путь, на который я встал, уже не изменить, отец, — произнёс я. — Завтра утром я пойду на вступительный экзамен. Я уже давно решил, что стану Скитальцем. Я был на болотах. Убил трёх упырей. Я полностью искоренил всех прибрежных кусачей, что обитали около Черты. Помогал Скитальцам, хотя они меня никогда об этом не просили, — в моей голове всплыли слова Радогоста. И я решил, что самое время их использовать. — Я — боевой целитель. Стану им в будущем. Буду укреплять свои силы. И единственный, кто может помешать мне завтра пойти на экзамен, это ты, отец.

— Лад, ты же понимаешь, что я тебе не враг, — вздохнул Добромир.

— Знаю. Я не это пытаюсь сказать. Я просто прошу — не останавливай меня. Именно для этого я и был создан. Возможно, тот случай в лесу, что оставил эти полосы на моей руке, произошёл не случайно. Может, это не проклятье? Может, это благословление Скалеса?

Придётся немного поманипулировать Добромиром. Я знаю, что он верит в местного бога. На него всегда действуют мои аргументы, когда я подаю их как волю Скалеса. Хотя на деле у меня уже появились догадки о природе моей силы. О механизмах, по которым она работает.

Я часто слышу, что монстры из-за Черты распространяют заболевания. Особый монстр оставил отметины на моей руке. И вскоре в этот мир попал я.

Во время медитации я много думал об этом. Тогда у меня и родилось предположение, что баланс, которому я следую, и Разлад, служащий наказанием за нарушение баланса — это не воля Скалеса. Не благословление.

Нет. Это проклятье. Пока что никаких доказательств этому у меня нет. Но есть вероятность, что изначально система должна была давать мне только целительскую силу. Но в меня внедрился яд монстра. Разлад. Может, я столкнулся с магическим заболеванием, которое система подаёт как борьбу двух начал? Борьбу жизни и смерти?

Думаю, ответ я узнаю нескоро. Я ведь ещё до сих пор не понял, откуда вообще в моей голове взялась эта система. Она слишком похожа на вычислительные алгоритмы из современности, из моего мира. Этот инструмент не вписывается в местные реалии.

Он инороден, как и я.

— Значит, ты хочешь защищать людей? Хочешь не только лечить больных, но ещё и бороться с монстрами как Скиталец? — уточнил Добромир.

— Да. Я уже всё для себя решил. Даже выбил допуск на экзамен. Мне разрешили участвовать. Завтра меня будут ждать на вступительных испытаниях. Но только с твоего разрешения, — ещё раз объяснил я.

Отец горько усмехнулся.

— Ну и кто я такой, чтобы тебя останавливать? Мне уже начинает казаться, что Скитальцы знают тебя лучше, чем я, Лад, — заявил он. — Я даю тебе своё добро. Поступай, как считаешь нужным. Похоже, ты стал мужчиной быстрее, чем я думал. И это — не плохо. Я сам прошёл через такую же проблему. Меня воспитал дед. Родители погибли от мора, который забрал много жизней. Не только их. Дед был плотником и хотел, чтобы я следовал его пути. Но мне хотелось лечить людей, чтобы те не погибли так же глупо, как мои родители, — Добромир выдержал паузу. — Дед не дал мне своего благословения. И я пошёл против его воли. Сбежал и дома, нашёл себе учителя. И стал знахарем. И знаешь, Лад, я об этом не пожалел. Поэтому не хочу вести себя, как вёл он. Мне не по душе, что ты хочешь стать Скитальцем. Но если твоё решение твердо — ступай. Я тебя не остановлю.

— Спасибо тебе, отец, — я улыбнулся, кивнул ему с благодарностью. Хороший вышел разговор. Я ожидал, что будет гораздо хуже.

— Но я даю тебе своё благословение только на экзамен, — уточнил отец. — Там ты точно не погибнешь. Если твоя воля сильна и ты сможешь заполучить место в рядах Скитальцев, значит такова твоя судьба. Но если не справишься — ничего страшного. Я сделаю из тебя хорошего знахаря. Хотя, вижу, ты уже умеешь лечить людей не хуже меня.

Наш разговор подошёл к концу. Я получил одобрение Добромира. Осталось только приступить к предстоящему испытанию. Следующим утром отец пожелал мне удачи, а затем ушёл осматривать больных.

Я же присоединился к общему потоку людей. Десятки молодых мужчин шли к штабу Скитальцев. Там были не только шестнадцатилетние юноши. Зрелых мужей было не меньше. Всю дорогу я слышал шепотки.

Лободырный Лад. Малолетка. Сопляк.

Так меня называли взрослые участники вступительных испытаний.

Чувствую, придётся непросто. Преимуществ у меня мало. Я — самый слабый участник экзамена.

Но сдаваться я не собираюсь.

Около входа в штаб Скитальцев нас встретил…

Новик?

Не его я ожидал увидеть. Почему-то думал, что нас будет ждать Радогост. Но похоже, у Скитальцев были свои планы на этот экзамен. Они решили всех удивить.

— Так, вроде все собрались? — прищурился он, пробежался глазами по списку. — Шестьдесят один человек. Отлично. Можем начинать. Приветствую вас на первом этапе. Всего их будет четыре. Надеюсь, сил у вас…

— Нас что, будет проверять этот сопляк? — услышал я шёпот одного из участников. Им был взрослый мужчина. Гораздо старше Новика. — А мы точно пришли куда на…

Бум.

В его висок прилетел метательный нож. Толпа разом охнула, когда умник упал на землю. Благо нож оказался деревянным.

— Итак, теперь вас ровно шестьдесят, — пожал плечами Новик. — Если среди вас остались те, кого что-то не устраивает, настоятельно рекомендую покинуть экзамен, пока не поздно.

Новик показал себя с неожиданной стороны. Я полагал, что он — совсем зелёный. Ничего не умеет. Но это не так. Может быть, он новичок, но ему уже много раз удавалось выжить во время вылазок.

Пока что он оступился только один раз — с кусачами. Но тогда я оказался рядом.

Живучий парень, ничего не скажешь.

После заявления Новика никто не ушёл. Он выждал ещё минуту, а затем заявил:

— Что ж, отлично. Значит, мы можем приступать к первому этапу. Надеюсь, вы готовы побегать. Учтите, если выносливости у вас не хватит, переломанные рёбра будут меньшей из ваших проблем!

Переломанные рёбра? О-о-о… Похоже, намечается что-то интересное!

Глава 26

Я заметил, как многие в толпе уже начали волноваться. В Погранке ещё никогда не проходили экзамены такого рода, поэтому участники понятия не имели, с чем им предстоит столкнуться.

Обстановка накалилась, поскольку Новик только что заявил, что без травм многие не обойдутся. А затем подкрепил слова действиями. Один участник выбыл ещё до начала состязаний.

— Стойте, а я могу задать вопрос? — трясущимся голосом произнёс незнакомый мне юноша. — Или уже поздно? Мы ведь ещё не начали, верно?

— Вот-вот начнём, — отрезал Новик. — Дайте мне для начала закончить речь.

— Простите, я просто хотел узнать, не выйдет ли так, что кто-нибудь из нас того… — он пожал плечами. — Помрёт.

Интересно, а на что люди вообще рассчитывали? Что мы тут просто в верности поклянёмся и сразу же вступим в ряды Скитальцев? Очевидно, что испытания нас ждут жёсткие. Они будут вычленять лучших из лучших.

— Очень надеюсь, что до смертей дело не дойдёт, — сухо ответил Новик. — Всё зависит только от вас. А теперь, прежде чем мы приступим к первому этапу, позвольте объяснить, из чего будет состоять экзамен… — Новик потянулся за листком бумаги.

— Лад, а ты что тут делаешь? — послышался шёпот за моей спиной. Сквозь толпу ко мне пробился Радко.

— Долгая история. Но я тоже буду участвовать. Ты же не думал, что так легко от меня отделаешься? — усмехнулся я. — Третьяк с Резаном тут?

— Да, конечно, — кивнул рыжий. — Странно только, что этот придурок Микула не пришёл. Он ведь тоже собирался в Скитальцы податься. Видимо, передумал.

— Итак! — продолжил Новик. — Вступительные испытания будут состоять из четырёх этапов. Мы будем проверять все ваши навыки. Скорость и выносливость. Проверкой этих качеств займусь я. Уже сегодня. Те, кто пройдут дальше, уже этим вечером приступят ко второму этапу. Он пройдёт здесь, в нашем дворе. Испытание на сообразительность. Этим займётся Стоян. Он будет ждать вас ближе к вечеру.

Кажется, я понял, как они решили распределить обязанности между собой. Каждый из Скитальцев будет испытывать участников в том, в чём он сам силён.

А это значит…

— Завтра пройдут последние два этапа, — продолжил Новик. — Волибор проверит вашу силу. И лишь те, кому удастся пройти через него, смогут лично побеседовать с мастером Радогостом. Именно он будет проводить финальный отбор.

Чувствую, от шестидесяти человек тут едва ли останется один десяток. Скорее всего, нас станет ещё меньше. Несмотря на то, что Скитальцы заинтересованы во мне как в боевом целителе, поблажек мне никто не даст.

Я тут единственный, кто ещё не достиг шестнадцати лет. Более того, тут и взрослых мужчин целая куча. Но, скорее всего, как раз у самых старших шансов тоже немного. Не просто же так существует академия, в которой Скитальцев воспитывают с малых лет.

С возрастом организм становится менее податлив к тренировкам. Ни рефлексы, ни ум, ни физическую силу уже так тонко не настроить. Как-то странно, что Скитальцы не установили верхнее ограничение по возрасту. Сюда разве что старики не пришли.

Наверное, им настолько яро требуется свежая кровь. Не важно кто и какого возраста. Главное, чтобы у человека был потенциал.

— А теперь выдвигаемся за мной, живо! — скомандовал Новик. — Первый этап пройдёт в лесу, — Скиталец указал на возвышающиеся за полем сосны. — Советую не отставать. Если кто-то не успеет нагнать меня до того, как я отдам следующие указания, считайте, что этот человек уже вышел.

Новик быстрым шагом покинул передний двор штаба Скитальцев. Толпа резко развернулась, направилась вслед за ним. Пока что Новик не перешёл на бег, но я заметил, что он постепенно наращивает темп.

Позади послышались чьи-то крики.

— Стойте! Ай! — выкрикнул тот самый юноша, который задавал вопросы Новику.

Я услышал звуки борьбы, и парень утих. Со мной тут же поравнялся Радко.

— Плохи дела, — тяжело дыша, прошептал он. — Там парня только что поколотили. Вывели из испытания. Нужно сообщить Новику.

— Это не имеет смысла, — помотал головой я. — Он всё слышал. Но вмешиваться не станет.

Я догадывался, что может произойти нечто подобное. Но не думал, что люди начнут пользоваться столь подлыми приёмами в самом начале первого этапа.

Новик ясно дал понять, что задача у нас одна. Следовать за ним, слушать его указания. Но Скиталец не упомянул более ни о каких запретах. И один из участников уже это понял.

Мы можем мешать друг другу. Можем выбивать других игроков из этой гонки. Вот только я не уверен, что оно того стоит. Возможно, за нами следят другие Скитальцы. Отмечают для себя, кто борется честно, а кто пользуется подлыми уловками.

Ещё неизвестно, как это повлияет на итог соревнования. Поэтому лично я собираюсь играть от защиты. Сделаю всё, что скажет Новик. Но намеренно выводить конкурентов не буду.

Мы уже приблизились к лесу. К этому моменту Новик уже бежал так, что с нас сто потов сошло.

— Эй, где там этот малолетний дурак? — послышался чей-то голос за спиной. — Сын знахаря. Он что, ещё не выбыл?

Люди, что бежали со мной рядом, тут же обратили на меня внимание.

— Плохи дела, Лад, — бросил Радко. — Нам лучше держаться вместе. Надо прибиться к Третьяку с Резаном. Так у тебя будет больше шансов продержаться.

Кажется, тот урод, который вывел из соревнования одного участника, теперь зачем-то нацелился на меня.

— О, и вправду! — один из участников обернулся, взглянул на меня, с трудом сдерживая смех. — Ты чего сюда припёрся, полоумный? Мы ж тебя зашибём и не заметим.

Он чуть притормозил, мы с Радко врезались в его спину. Мало того, сразу после этого он снова оторвался, чиркнул стопой по земле и обдал нас пылью.

— Буслай! Ты не этого придурка ищешь? — прокричал он.

Я услышал, как сзади к нам кто-то приближается. Видимо, Буслай — это и есть тот самый парень, который с самого начала взялся избавляться от слабых конкурентов.

— Радко, лучше уходи в сторону, — бросил другу я. — Пока что тебе лучше держаться от меня подальше.

Я ускорился, обогнал десяток участников, постарался вырваться в первые ряды. Мне уже стало ясно, как действует этот Буслай. Сильных противников он не трогает. Сразу же взялся за наиболее слабых. Хочет вывести нас из игры.

Вот ведь гиена проклятая! Ничего, пусть попробует. Я так просто не сдамся. Но имеет смысл разделиться с другими. Сейчас мы все — конкуренты. И Радко с остальными ребятами тоже. Здесь каждый за себя.

Я уверен, что Радко вредить мне не будет. Но если он продолжит тереться рядом со мной, то и сам может получить от Буслая. Нет в этом никакого смысла. Лучше разбежаться в разные стороны. Мы ведь ещё даже не знаем, чего от нас потребует Новик.

Не будем же мы бежать за ним до следующей деревни?

Стоило об этом задуматься, и мы начали тормозить. Новик замедлился, когда участники пробежали примерно до самого центра леса. Затем запрыгнул на громадный камень и прокричал:

— Всем встать вокруг меня! У вас ровно минута. Отстающих не ждём.

Оставшиеся участники равномерно распределились вокруг Новика. Люди уже тяжело дышали, некоторые держались за правый бок. Хорошо ещё, что я последнюю неделю посвятил тренировкам, так что боли в области печени пока что не чувствую.

— Так, стоять! — рявкнул Новик. Он изо всех сил пытался строить из себя строгого экзаменатора. Меня даже начало забавлять его поведение. Я его запомнил совсем другим человеком. — Вы трое! Да-да, последние, кто прибежал! Разворачивайтесь и идите домой. Для вас испытание окончено.

А нас стало меньше. Одного человека вывел Буслай. Ещё трое прибежали с опозданием. Однако не хватает куда большего количества участников.

Кажется, нет уже десятка.

— Мы на месте. Через пять минут приступим. У вас последняя возможность отдышаться, — заявил Новик. — Дальше будет гораздо сложнее.

— Эй, ты, — я почувствовал тычок в спину. — Ты что здесь забыл, мелкий?

Я обернулся. За моей спиной стоял смуглокожий парень лет восемнадцати. Черноволосый, на лице уже появилось подобие бородки. Довольно крепкий. Видно, что последние годы он на месте не сидел. Скорее всего, занимался физическим трудом.

Я сразу узнал его по голосу. Это и есть Буслай.

— Эй, ты меня вообще слышишь, дуралей? Я спрашиваю, что ты здесь забыл? — он уже начал злиться из-за того, что я его игнорирую.

— То же, что и ты, — коротко ответил я.

— Тебе кто разрешил в испытаниях участвовать? Тебя сюда в качестве шута, что ли, позвали? — усмехнулся Буслай.

— Вот твоё-то мнение я как раз и забыл спросить, — съязвил я и сразу же повернулся к Новику. Принялся ждать его следующую команду.

Но при этом был готов, что мне в любой момент может прилететь удар со спины. На всякий случай я уже использовал навык «Слабые точки», чтобы знать, как отбиться от этого кретина.

Вот только с ним может быть посложнее, чем с Микулой. Он гораздо крепче и хитрее. Никаких старых ран, шрамов и прочих слабых мест нет. Всё по стандарту.

Солнечное сплетение, пах, органы чувств. Ничем не отличается от любого другого парня.

— Ну ладно, сопляк, — он нагнулся и прошептал мне на ухо. — Не суждено сбыться твоим дурацким мечтам. Советую смотреть под ноги. Скоро поймёшь, что тебе здесь не место.

Интересно, чего ж его так задевает факт моего присутствия на испытаниях?

— Надеюсь, вы успели передохнуть, — прокричал Новик. — Основная часть первого этапа начинается сейчас. У вас ровно пять часов. Покидать лес вы не имеете права. Как только время истечёт — я дуну в рог. После этого вам нужно будет снова собраться здесь, вокруг камня. А до этого момента… — Новик достал из-за пояса тренировочный меч. — Вам лучше не попадаться мне под руку. Любой, кого я смогу нагнать и ударить этим мечом, выбывает из соревнований.

Теперь понятно, что он говорил о сломанных рёбрах. Настрой у него серьёзный. Причём оказывать сопротивление мы не сможем. Именно это и подразумевает испытание на скорость и выносливость.

В толпе послышались смешки. Догадываюсь, что так позабавило других участников. Новик, может, и выносливый, но пять часов подряд гоняться за людьми даже он не сможет.

— Недооценивается меня? — усмехнулся он. — Смотрите, как бы это не стало вашей ошибкой.

Новик достал из сумки склянку с зелёной жидкостью, осушил её до дна.

Я сразу же воспользовался «Диагностическим взглядом». И увидел, какие изменения стало претерпевать его тело. Кровь полилась в мышцы, бронхи расширились, сердце начало сокращаться быстрее.

Даже витальность возросла на несколько единиц. И продолжала медленно увеличиваться по мере всасывания зелья в кровь Новика.

Не знаю, из чего сделан этот отвар, но это зелье явно увеличивает выносливость.

— Покинуть лес у вас не выйдет. Он окружён магической солью, — заявил Новик. — На выходе отсюда на вас останутся синие отметины. С ними на следующий этап не пройти. А теперь, друзья, желаю вам удачи. На счёт «три» я выйду на охоту. Раз…

Все участники одновременно сорвались с места. Я заметил, как надо мной склонилась тень Буслая.

— Два…

Буслай попытался ударить меня под колено. Однако я был к этому готов, отскочил в сторону и оттолкнул его от себя. Ноги моего противника заплелись, и он чуть не упал прямо перед Новиком.

— Три!

Я услышал, как Новик спрыгнул с камня. Буслай помчался вслед за мной, но я вовремя шмыгнул в кусты и скрылся между деревьями. Там на меня налетел другой участник.

— Да уйди ты с дороги! — рявкнул он и оттолкнул меня в сторону.

Он засуетился, решил рвануть налево, но в тот же момент в его грудь ударился деревянный меч.

— Третий выбыл, — прошептал про себя Новик.

Меня Скиталец не заметил, поскольку я вовремя скрылся за камнем. Но у Новика и без меня было полно работы. Участники мельтешили по лесу, как муравьи, логово которых только что залили водой.

Новик сорвался с места и побежал за следующим человеком. Я старался не дышать, чтобы не выдать своего укрытия. Что он только что сказал?

«Третий выбыл?»

Не прошло и минуты, а он вывел из соревнования уже трёх человек? А ведь зелье ещё не успело полностью всосаться в кровь. В течение следующего часа он будет становиться только быстрее.

Теперь я понимаю, зачем проводится этот этап. Фактически Новик сейчас выступает в качестве болотного упыря. Быстрый, беспощадный. Может нагнать любого.

Тут нужна не только скорость, но и скрытность. Нашу силу пока что не тестируют. Главная задача — выжить. Если мы не можем скрыться от Новика, значит за Чертой не продержимся и суток.

И правила нам тоже не стали объяснять заранее. Всё это очень хорошо проработанный сценарий отбора. Наша задача — адаптироваться на ходу.

И сейчас самое время продумать план. Мне нужно продержаться пять часов. Просто бегать от Новика — глупая затея. И многие этого ещё не поняли. Лучше всего искать укрытия, постоянно перемещаться из одного места в другое. Стараться даже не пересекаться со Скитальцем.

Интересно, а Буслая, случаем, не вывели из игры? Он бежал прямо за мной. Либо Новик уже врезал этому подонку, либо Буслай, испугавшись Скитальца, убежал в противоположном направлении.

Я аккуратно выглянул из своего укрытия. Людей рядом почти не осталось. Я поступил мудро. Спрятался у самого центра. Большинство людей побежали в лес — подальше от Новика.

Весь следующий час я следовал намеченному плану. Двигался медленно, экономил силы. Заметил, что некоторые участники перестали бегать. Вместо этого они взобрались на деревья. Я тоже думал сделать это изначально, но вскоре очень быстро отказался от этой затеи.

Новик заносчивый, моментами придурковатый парень. Но он точно не идиот. Идиотов в Скитальцах не держат. Он будет осматривать деревья. А под зельем выносливости ещё и сможет быстро забраться наверх, чтобы скинуть скрывшихся там участников.

Спрыгнуть вниз они не успеют. А даже если попытаются, падение с такой высоты не даст им сразу же возобновить бег. Некоторые умудрились забраться аж на пять-шесть метров! Да они кости переломают, когда…

— А-а-а-а-а! — раздался чей-то вопль. Затем звук удара.

Неподалёку от меня случилось то, о чём я только что думал. Новик настиг человека, который как раз скрывался на дереве.

Я тут же повернулся, чтобы удалиться в другую сторону.

И наткнулся на Буслая.

Повисла пауза. Он тяжело дышал, в его взгляде читалось удивление. Похоже, он был уверен, что я уже давно выбыл.

Затем на его лице появилась улыбка.

— Сюда! Сюда! — заорал во весь голос он. — Мы здесь!

И сразу же побежал в противоположном направлении. Я услышал приближающиеся шаги.

Новик.

Вот ведь сволочь! Он нарочно привлёк внимание Скитальца. И всё ради того, чтобы подставить меня.

Прятаться уже не было времени. Я изо всех сил оттолкнулся от земли и понёсся в ту часть леса, где меньше сосен. Вокруг этих деревьев слишком много открытого пространства. Нужно скрыться от Новика.

— О-о! Лад! — послышалось в нескольких метрах от меня. Это был Новик. — Вот так встреча! Даже не думай, что я так просто дам тебе от меня уйти!

Вот только погоне было не суждено начаться. Ровно в тот момент, когда Новик решил нагнать меня, из-за его спины появилось несколько крепких мужчин. Одного из них я хорошо запомнил. Он пустил мне пыль в глаза, когда мы бежали к лесу.

— Сзади! — крикнул Новику я.

Эти болваны набросились на Скитальца. Они решили отобрать у него меч. Подлый, но очень хитрый ход. Ведь Новик сказал, что из соревнования выйдут только те, кого он сможет ударить.

Если лишить его меча, большинство участников пройдут в следующий этап.

Вот только ничем хорошим для них это столкновение не закончилось. Новик их слышал. Отреагировал моментально. Двое сразу же получили тренировочным мечом по голове. Третий попытался поймать меч, но Скиталец сделал резкий выпад вперёд и ударил участника концом прямо в грудь.

Очевидно, их план провалился. Но мне это пошло на пользу. Пока Новик разбирался с нападавшими, я переместился в другую часть леса. Нашёл новое укрытие в высокой траве, неподалёку от магической соли, которой была окружена территория.

Лёгкие уже горели. Я решил затаиться. И пролежал на холодной земле больше двух часов. За это время мои силы восстановились.

Когда испытание начало подходить к концу, я увидел Радко. Ему тоже пришло в голову скрыться неподалёку от границы. Как только я высунулся из травы, он чуть не вскрикнул, но в последний момент прикрыл рот рукой.

— Вижу, ты всё ещё на плаву, — улыбнулся я. — Рад тебя видеть.

— Ты не представляешь, что там случилось, Лад, — прошептал Радко. — Эта сволочь Буслай вытолкнул трёх человек за границу. Они выбыли только по его вине.

— Он и меня пытался подставить. Уже несколько раз, — ответил я. — Что там с Третьяком и Резаном?

— Третьяка я не видел. А вот Резан выбыл… — Радко вытер выступивший на лбу пот. — Причём так глупо! За ним опять увязалась Зорька. Начала лаять, привлекла внимания Новика. И всё. Он получил по макушке и пошёл домой.

— Не повезло, — заключил я. — Но нам осталось совсем немного. Буслай с такой тактикой и сам долго не протянет. Другие участники это запомнят. А нам с тобой лучше подождать здесь. Через полчаса можно будет возвращаться к центру. Осталось совсем чуть-чуть.

— Как ты это понял? Я пытался считать часы, но уже сбился, — отметил Радко.

— По солнцу, — объяснил я. — Скорее всего, Новик ориентируется точно так же. Ещё немного — и мы услышим сигнал.

Когда время начало истекать, мы с Радко заметили, что звуки борьбы полностью исчезли. В лесу стало тихо. Похоже, остались только самые стойкие. Те, кто нашёл хорошие укрытия.

— Думаю, нам надо… — прошептал Радко.

Но тут же замолчал. Послышался треск веток. В паре метров от нас появился Новик.

И он нас видел.

— Так-так-так… А я всё думаю, куда все подевались, — он улыбнулся. — Попрятались, значит? Умно.

— Радко, беги! — крикнул я и кувырком выпрыгнул из травы.

Прямо за моей спиной о землю ударился деревянный меч Новика. Я заметил, как рыжая голова моего друга промелькнула между деревьев. Он послушался моего совета и рванул прямо к центру.

Оставались считанные минуты. Но теперь спрятаться уже не выйдет. Скиталец прямо за мной.

Я взглянул на Новика всего один раз. Уловил с помощью своей магии, что силы преследователя начали иссякать. Воздействие зелья заканчивается. Но он всё равно должен двигаться быстрее, чем я.

— А ну стой! — Новик прошмыгнул вслед за мной между деревьев. — На этот раз ты от меня не скроешься!

Я бежал со всех ног. Постоянно смотрел вниз, чтобы не споткнуться о какую-нибудь кочку. Новик меня нагонял. Отрыв между нами сокращался.

Видно, что ему запретили давать мне поблажки. Но оно и к лучшему. Какой же это будет экзамен, если кто-то из Скитальцев намеренно будет мне поддаваться?

Я справлюсь сам, как и всегда.

Вдалеке уже виднелся камень, с которого ранее вещал Новик. Вокруг него собрались люди. Увидев, что я веду к нему Скитальца, они в ужасе замерли. Никто не знал, сколько осталось времени до конца первого этапа.

Я инстинктивно пригнулся. Как раз в этот момент над моей макушкой просвистел меч Новика. Всё, теперь он может поразить меня в любой момент. Мышцы уже забились.

Если я хочу пройти дальше, мне придётся воспользоваться своим преимуществом. Я хлопнул ладонью по своему бедру, воспользовался навыком «Ускоренная регенерация». Половины маны как ни бывало.

Но в ногах снова появилась утраченная сила. Я сделал последний рывок, оторвался от Новика. Влетел в центральный круг, на площадку, где находился камень.

И услышал громкий гул.

Это был рог Новика. Он выпустил из себя последние запасы воздуха, чтобы дать оставшимся участникам сигнал.

Первый этап подошёл к концу.

— Это же Лад! Ну ты выдал! — из толпы выскочил Третьяк. Помахал мне рукой. Рядом с ним уже стоял Радко. Ему удалось пробежать наперерез, пока я отвлекал внимание Новика.

Товарищи подбежали ко мне и похлопали меня по плечу.

— Он был в метре от тебя! — воскликнул Радко. — Я уж думал — всё. Догонит!

Новик бросил на меня короткий взгляд. Он явно был недоволен результатом. Знаю, что против меня Скиталец ничего не имеет, но ему очень уж хотелось заставить меня попотеть.

— Даю вам десять минут… — запыхавшись, прокричал Новик. — Чтобы отдышаться. Ух… А уже после выдвинемся назад.

Я осмотрелся вокруг. После сигнала Новика стали подтягиваться все, кто ранее скрывался в лесу. Буслай, к сожалению, тоже смог пройти на второй этап.

Но нас стало в два раза меньше. Я насчитал лишь тридцать человек.

И большая часть из них смотрели на меня, не скрывая удивления. Конечно, никто не ожидал, что четырнадцатилетний парень сможет оторваться от Скитальца в самый последний момент. На глазах у участников, которые еле-еле продержались до конца испытания.

— Мастер Новик, это как-то несправедливо, — крикнул Скитальцу Буслай. — Мы, значит, старались. А этот пацан сжульничал.

Буслай указал в нашу сторону. Я пока ещё не понял, на кого он указывает. Но этот засранец явно катит бочку на меня, Радко или Третьяка.

— А чего тебя смущает? — бросил Новик.

— На штаны его посмотрите, — усмехнулся Буслай. — Там синяя соль. Он выходил за границу круга.

Глава 27

Я мигом опустил взгляд на свои ноги. Бегло осмотрел штаны и не обнаружил никаких следов синей соли.

У Третьяка тоже ничего не было. Зато на левой штанине Радко в области бедра откуда-то взялись вкрапления синего порошка.

— Я же говорил! — продолжил доказывать Буслай. — Рыжий уже выбыл. Он не должен быть здесь — с нами. Вы только не подумайте, что я специально хочу подставить кого-то из участников, мастер Новик. Как раз наоборот. Я за честное соревнование. Именно поэтому мне и хотелось бы, чтобы вы разобрались с этой ситуацией.

Да откуда вообще этот урод взялся? А ведь Радко говорил, что Буслай нескольких людей вытолкнул за пределы границы испытания. Готов поклясться, что Новик должен знать об этом.

Но если Скиталец знает, что Буслай жульничал, то почему он позволяет ему продолжать участвовать?

Стоп. Нет. И снова я мыслю не в том направлении. Новик не запрещал выталкивать других участников. Условий поражения всего два.

Одни выбывают, если попадают под удар Новика, другие — если покидают территорию вступительного испытания.

Значит, Скитальцы подразумевали, что некоторые участники будут мешать друг другу? Но какой в этом смысл? Если тот же Буслай дойдёт до самого конца и вступит в гильдию, то… Какой от него будет толк? Он ведь вовсю показывает, что ему ни в коем случае нельзя доверять.

Либо Скитальцы не продумали свои же испытания, либо во всём этом кроется какая-то загвоздка. Возможно, всё куда сложнее, чем я думаю.

— Я… Я не пересекал линию! — начал оправдываться Радко. — Клянусь, мастер Новик. Не было такого!

— Как же не было⁈ — крикнул кто-то из толпы прошедших участников. — Нам ведь чётко сказали, если найдут следы синей соли, значит пора выходить из соревнования. Провалил экзамен, рыжий! Наберись смелости это признать!

— Всем тихо! — рявкнул Новик, а затем обратился к Радко: — Покрутись. Сейчас будет решаться твоя судьба.

Мой друг тяжело вздохнул, расставил руки, медленно повернулся. Показал Новику всю свою одежду. Но соль была только на штанине.

Хм… Причём в очень странном месте. Интересно, обратит ли на это Новик внимание? Если нет — я всё же попытаюсь оспорить его решение. Здесь что-то не так. Радко явно хотят подставить. Но спускать с рук это нельзя. Сначала из соревнований выкинут его, потом других честных участников или меня самого.

Нужно поставить Буслая на место.

— Как тебя, говоришь, зовут? Радко? — уточнил Новик.

— Да, всё верно.

— Ты выбываешь из вступительного экзамена до выяснения обстоятельств, — заключил Новик. — Правила едины для всех.

Ну, тут уж я удержаться никак не могу.

— Синяя соль находится на внутренней части бедра, мастер Новик, — вмешался я.

— Эй, не лезь к судье, мелочь! — прикрикнул Буслай.

— Кажется, тебя я попросил помолчать, — Новик грозно взглянул на Буслая. — А ты, Лад, к чему это говоришь? Что это меняет?

— Мы знаем, что синяя соль въедается в одежду. Стереть её он никак не мог, — продолжил объяснять я. — Но каким же образом он должен был пересечь линию так, чтобы следы остались только на бедре? На шпагат, что ли, сел?

Несколько человек в толпе участников рассмеялись.

— И ботинки у него чистые, — добавил я. — Радко не пересекал линию.

Рыжий показал Новику подошвы.

— Именно поэтому я и сказал, что он исключается из испытаний до выяснения обстоятельств. Так что прекращай спорить со мной, Лад, — повысил голос Новик. — До выяснения обстоятельств, ясно? А выясним мы их очень скоро. Ещё до того, как вы приступите ко второму этапу. Кстати, насчёт него… — Скиталец окинул взглядом толпу, а затем воскликнул: — Чего встали⁈ Ноги в руки — и шагаем назад! Во двор раньше времени не заходите. Ждите около ворот. Мы со Стояном дадим вам знать, когда начнётся следующее испытание. До ночи вы сегодня точно управитесь.

Мы выдвинулись назад. Радко выглядел совсем уж поникшим. Мы с Третьяком поравнялись с ним, чтобы не позволить Буслаю или другим участникам сделать какую-нибудь глупость.

Я уже понял, что Буслай не столько хотел потопить Радко, сколько хотел показать мне, на что он способен. Такое впечатление, что у него есть какие-то скрытые мотивы. Одних участников он убирает просто так, чтобы повысить свои шансы на победу.

Но ко мне у него особое отношение. Будто ему неприятен сам факт того, что я нахожусь на испытаниях. Либо же он мстит за что-то. Но за что? Я бы ещё понял, если бы на его месте оказался Микула. Но этому болвану я чем не угодил?

— Да чего ты так расклеился? — Третьяк похлопал Радко по плечу. — Резан вообще вылетел из-за собаки! Представляешь, как ему сейчас обидно?

— Спасибо, что поддерживаете, — поджал губы Радко. — Но я и в самом деле не пересекал эту чёртову линию. Я не знаю, откуда взялись эти следы…

Я услышал скрип колёс и цокот копыт. Из деревни в сторону леса ехали две пустые телеги. Лишь в одной из них за извозчиком сидел мой отец Добромир.

Он внимательно рассматривал толпу прошедших участников. Затем нашёл взглядом меня, и его губы растянулись в улыбке. Он не сказал ни слова, чтобы не привлекать внимания других участников. Лишь сжал кулак и торжественно помахал мне им.

Показал, как радуется моей первой победе.

Догадываюсь, куда его везут. Его там ждут по меньшей мере два с половиной десятка избитых людей. Новик не мелочился, кости ломал только так! Видимо, Скитальцы заплатили отцу, чтобы он занялся выбывшими.

Правда, боюсь, двух телег не хватит, чтобы всех оттуда перевезти. Придётся сделать две или три ходки. Хотел бы я ему помочь, но в ближайшие два дня мне будет не до этого. Сейчас самое главное пережить ещё и второй этап. А уже после этого можно будет передохнуть.

Почему-то мне кажется, что самое сложное ждёт нас именно завтра. Испытания от Волибора и Радогоста должны быть серьёзнее, чем отбор, который устраивают Новик и Стоян.

Хотя… Расслабляться рано. Нам упомянули, что Стоян будет проверять наши знания и хитрость. И что-то я сомневаюсь, что нас ждёт обычная викторина с вопросами.

Около штаба Скитальцев уже был разбит лагерь. Нам наконец-то дали возможность передохнуть. Всё-таки последние шесть часов выдались, мягко говоря, выматывающими. И это ещё хорошо, что у меня была возможность ускорить регенерацию мышц с помощью целительской ветки. Иначе бы точно не смог убежать от Новика.

Наша троица расположилась на соломе около забора, окружающего территорию штаба Скитальцев. Оказалось, что гильдия не поскупилась. Видно, что денег на проведение экзамена потратили много. Мало того что моего отца наняли, чтобы помочь проигравшим, так ещё и другие люди из деревни накрыли целый стол, чтобы оставшиеся участники могли перекусить.

Со стороны это больше походило на деревенскую свадьбу. Неподалёку от штаба расставили длинные столы с мясом, хлебом и прохладной водой. Кто-то даже умудрился притащить вино.

Некоторые участники тут же рванули набивать себе животы. Мужчины взялись за выпивку, и я понял, что с этого момента конкурентов у меня стало намного меньше.

Рано они расслабились. Сейчас даже наедаться лишний раз — плохая затея. А уж вино хлестать перед вторым этапом и подавно.

— Резан! — вскочил с соломы Третьяк. — Ребят, смотрите, вон он идёт!

Внук кузнеца еле тащился со стороны леса. Видимо, не захотел ехать в телеге вместе с остальными ранеными. Вслед за ним бежала Зорька.

— Оставьте меня, — буркнул он. — Чего вы ко мне привязались? Ещё эта псина дурацкая… Тьфу!

Третьяк попытался уговорить друга посидеть немного с нами, но тот отказался от нашей компании и ушёл домой.

— Расстроился, — пожал плечами Третьяк.

— Могу его понять, — кивнул Радко. — Моя судьба тоже до сих пор не решена.

— Ничего, в следующем году попробует ещё раз. Если Скитальцы снова будут набирать людей, — заключил Третьяк.

А лучше бы не набирали.

Я не стал говорить это вслух. Мысль эта недобрая, только всех расстроит лишний раз. Но очередной набор случится только в том случае, если Скитальцы вновь потеряют много людей. Так что прошедшим экзамен лучше молиться, что новичков будут принимать очень нескоро.

Ожидая объявления второго этапа, мы всё же немного перекусили. Закинули в себя немного хлеба, пару кусков мяса и восполнили недостаток жидкости.

Лагерь разделился на две части. Половина отъедалась, а вторая терпеливо ждала Стояна.

К моему удивлению, Скиталец появился не из штаба, а со стороны леса. Стоян подозвал к себе Новика, они о чём-то переговорили, а затем подошли к нам.

— Кто из вас Радко? — прокричал Стоян.

— Э… Я! — тут же вскочил рыжий.

За нами послышались шаги. Ага, а вот и Буслай подтянулся. Не может удержаться, сволочь эдакая. Хочет позлорадствовать.

— Хм… — Стоян смерил Радко грозным взглядом. Нахмурился, цыкнул. И лишь после этого добавил: — Прошёл. Готовься к следующему этапу.

Скитальцы в своём репертуаре. В душе они ребята довольно приятные. Но на экзамене решили показать себя настоящими зверьми. Но оно и к лучшему. Отпугнут особо трусливых претендентов.

— П-прошёл⁈ — обрадовался Радко. — Правда прошёл?

— Да, как это понимать? — вмешался в разговор Буслай. — Что это за привилегии такие? Сначала малолетку допустили до экзамена, теперь этому позволили пройти. В чём де…

— Захлопнись, пока я тебе челюсти вручную не сжал, — пригрозил ему Стоян.

Эх, как же изменилось лицо Буслая в этот момент! Он сделал шаг назад, споткнулся через солому, чуть не упал.

— Объяснения вам нужны? — бросил Стоян. — Я вообще-то патрулировал лес. Ходил вокруг линии, следил за участниками. Радко линию не пересекал.

— Тогда… Тогда откуда у него эта синяя пыль на ноге? — всё же решил поспорить Буслай.

— Может, лучше сам всем расскажешь? — сухо усмехнулся Стоян. — Мастер Новик не видел, как это случилось. Зато я в этот момент был неподалёку. Видел, как ты, Буслай, выталкивал людей за границу. И один из них в ярости зачерпнул пыль и бросил её в тебя. Вот только попал в кусты, где сидел рыжий. А его башку я ни с чем не спутаю. Если бы он пересёк линию, я бы точно это заметил.

— Спасибо, что разобрались, мастер Стоян, — я поблагодарил Скитальца за Радко, поскольку мой друг от радости дар речи потерял.

Стоян ничего не ответил, молча пошагал к воротам.

— Ну что, получил, сволочь? — бросил я Буслаю.

— Как ты меня назвал? — оторопел он. — Ты что, лободырный, совсем страх потерял?

— Скорее уже наоборот. Это у тебя со страхом проблемы, — я поднялся, посмотрел Буслаю в глаза. — Нескольких людей подставил. Даже Скитальцы это заметили. А уж сколько раз ты мне за этот этап пытался навредить — со счёта сбился.

— А ты не боишься, что я тебе между этапами все кости переломаю? — оскалился он.

— Попробуй, — сухо ответил я.

— Да, попробуй! — воскликнул Радко и встал рядом со мной. — Я это так не оставлю. Ты и меня пытался убрать. Лучше тебе с нами не связываться, Буслай.

— Согласен… — к нам с Радко присоединился Третьяк. — Не стану наговаривать, но вообще-то Зорька начала лаять только после того, как ей в голову камень прилетел. Если вдруг выяснится, что это ты Резана подставил, лучше тебе валить из деревни, Буслай.

— Когда я стану Скитальцем, сопляки, валить из Погранки придётся вам, — хмыкнул Буслай. — Помяните моё слово.

Он ушёл. Не решился затевать драку сразу с тремя. Ну конечно. Он и во время испытания людей по одному выводил. Подставлял других, а себя берёг как мог.

Здорово, что Радко и Третьяк сразу же ко мне присоединились. Хотя я уже был близок к тому, чтобы использовать на Буслае один из своих навыков. Но ману расходовать не хочется раньше времени. И так уже пятнадцать единиц потратил, чтобы снять усталость.

— Мы отличная команда! — улыбнулся Радко. — Может, всё-таки так и дойдём до конца втроём? Наверняка Скитальцы не будут против взять сразу трёх победителей. Они ведь не упомянули, сколько человек смогут вступить в их ряды.

— Не забывай, что внутри испытаний мы соперничаем друг с другом, Радко, — подметил я.

— Лад прав, — кивнул Третьяк. — Нам в любом случае придётся бороться друг с другом. Но по-честному. Не так, как это делает Буслай. Лад поднял важный вопрос. Если кто-то из нас выйдет из соревнований, как Резан, мы не должны обижаться друг на друга.

Третьяк в очередной раз показал себя с хорошей стороны. Он понимает, что до конца дойдут не все.

— Тогда продолжаем в том же духе, ребят. Я тоже за честную борьбу и за честную победу, — воскликнул Радко.

— Кстати, я когда ходил за водой, слышал, что двое болванов решили сжульничать прямо между этапами, — подметил Третьяк.

— Каким образом? — поинтересовался я.

— Одного парня выгнали в самом начале экзамена. Он не успел за мастером Новиком. Зато, когда начался перерыв, он заплатил одному из тех, кто прошёл дальше. И они поменялись местами. Прошедший передал проигравшему свою одежду, а тот еще и лицо измазал в грязи, чтобы его точно не узнали, — усмехнулся Третьяк.

Хитро. Далеко не факт, что Новик всех игроков помнит в лицо. Разве что тех, кто особо отличился. Так что трюк с грязью может прокатить.

— Ну, пусть жульничают, — пожал плечами я. — Раз он не прошёл первый этап, значит и со вторым не справится. Деньги тут не помогут.

— Эй, лентяи! — послышался крик Стояна. — Время отдыха закончилось. Жду всех внутри, за воротами. И настоятельно рекомендую не задерживаться. Если кто-то опоздает — на экзамен уже не вернётся.

Тридцать участников бегом рванули к воротам во двор. Впускали нас по очереди. Новик спрашивал имя каждого участника и фиксировал его на холсте бумаги.

— Так, а ну стоять! — Новик остановил парня прямо перед нами. — Ты уже выбыл. Пошёл отсюда!

Ага, а вот и тот самый взяточник. Грязь ему не помогла.

— Нет, стойте! Я не выбыл, вы меня с кем-то перепутали, — запаниковал он.

— Правда, что ли? Ну, если ты Скитальцев за дураков держишь, то тебе здесь точно не место. У меня везде глаза и уши. Я даже знаю, за сколько ты купил себе это место, — Новик вытолкал его за ворота.

— А… А что мне теперь делать⁈ — прокричал он. — Я отдал тому пацану все свои деньги!

— Ну, это уже не наши проблемы, — усмехнулся Новик. — В любом случае вы оба вышли. Второго шанса у вас уже не будет. Следующий!

Вскоре во внутренний двор штаба прошли все участники. Двадцать девять человек.

— Всё, ребята. На этом моё участие в экзамене подходит к концу, — заключил Новик и передал Стояну листок со списком участников. — Дальше я передаю вас мастеру Стояну. И уж поверьте, с ним вам придётся ещё труднее, чем со мной.

Здорово он нагнетает. Я уже понял, зачем Скитальцы это делают. Создают максимально стрессовые условия для участников. Пытаются вызвать страх. И это правильная тактика.

Трусов за Чертой ждёт верная смерть. В лучшем случае. В худшем ненадёжные новички могут подставить других членов гильдии. И тогда одной смертью дело не обойдётся.

— Так, всем стоять на месте! — скомандовал Стоян. — Не двигаться.

Участники замерли. На долю секунды у меня создалось впечатление, что приказ Стояна заставил моё тело остановиться даже без моего ведома. Интересно…

Странное чувство, будто меня какой-то магией на месте заморозило. Но лишний раз шевелиться и проверять свою способность двигаться я не стал. Лучше не рисковать.

Вместо этого использовал «Диагностический взгляд», убедился, что никаких изменений моё тело не претерпело.

Стоян присел за широкий стол, что находился в десяти метрах от нас. А затем заявил:

— На следующий этап пройдёт только двенадцать человек. Всех остальных я отсею. Условия предельно просты. По моей команде вам нужно подойти ко мне, правильно ответить на два моих вопроса — и всё.

Ох, чувствую, что задание с заковыркой. Что-то здесь не так. Он рассказал нам не все условия. Часть из них явно скрыта.

— Мастер Стоян! — крикнул один из участников. — Можно задать вопрос?

— Пока что можно, — ответил Скиталец.

— А в каком порядке нам подходить? Вы по списку вызывать будете?

— Нет. Как только дам сигнал, шуруйте сюда все разом, — улыбнулся Стоян. — С очередью вы сами разберётесь. В этом я не сомневаюсь.

Участники начали перешёптываться. До людей уже дошло, что здесь что-то не так. Похоже, испытание уже началось, просто мы этого до сих пор не поняли.

— Простите, могу я задать второй вопрос? — на этот раз голос подал Третьяк.

— Второй и последний, — кивнул Стоян.

— А что будет, если все ответят правильно? Как вы определите двенадцать победителей?

— П-ха! Самоуверенный ты парень! — расхохотался Стоян. — Сейчас сам всё поймёшь. Всё, больше вопросы не принимаются. Приступайте. Я жду первого участника.

Я попытался сделать шаг, но так и не сдвинулся с места. То же самое произошло и с остальными. Радко рядом со мной замахал руками и с трудом удержал равновесие.

А вот и заковырка, о которой я подумал прямо перед началом испытания.

Мы не можем двигаться. Наши стопы начали медленно проваливаться под землю. И достать их из образовавшейся грязи было практически невозможно.

— Что происходит⁈ Я тону! Помогите! — принялся паниковать юноша позади остальной группы. Он согнулся, упал на колени. И его ноги опустились в грязь по самые бёдра.

Чёрт… Да мы ведь словно на болотах оказались!

— Ну чего вы там мнётесь? — закатывался со смеху Стоян. Затем достал из кармана фляжку и отхлебнул от неё, звучно выдохнул. — Я долго буду ждать добровольцев? Или, может, мне уже спать пойти?

— Мы не можем сдвинуться с места! — в панике прокричал Буслай.

— Да ладно? — усмехнулся Стоян. — А это уже не мои проблемы. Я ведь сказал вам — двенадцать человек. Остальные могут сразу идти домой. Если, конечно, из грязи выбраться смогут.

В задних рядах раздался крик сразу нескольких человек. Какой-то умник умудрился упасть в зыбучую грязь, потащил за собой соседа, и участники начали падать, как домино. Хорошо, что я успел пройти во двор одним из первых. Впереди меня стояло всего пять человек.

Болота. Каким-то образом Стояну удалось имитировать топь прямо во дворе Скитальцев. Причём, по ощущениям, он сделал её куда сильнее, чем реальную.

Видимо, использовал какой-то магический раствор.

Некоторые люди начали брыкаться, вырываться из ловушки изо всех сил. Но это только усугубляло ситуацию.

Глупцы… Нам ведь было сказано, что это проверка на хитрость. Не на силу.

Нужно взять себя в руки и действовать так, как я это делал на болотах. Правда, есть одна проблема. Как только я это сделаю, многие начнут повторять за мной.

В любом случае придётся поспешить, пока меня не опередили.

Я медленно согнул ноги в коленях, вытянулся вперёд, улёгся на землю. Стопы так и остались в грязи, но моё тело не начало погружаться.

Отлично!

Всё так, как я и думал. Остаётся только ползти. Аккуратно. Рано или поздно я окажусь около обычной суши. Смогу вытянуть себя отсюда.

— О, ребят, смотрите! Лад червей полез искать! — расхохотался Буслай.

Вот только смех у него был нервный. И остальным сейчас было совсем не до смеха. Но раз они восприняли этот ход как очередное проявление слабоумия моего предшественника — так даже лучше.

Значит, не сразу решатся вырваться вперёд.

— Третьяк, повторяй за Ладом, — прошептал Радко за моей спиной. — Он знает, что делает!

Всё, пошла цепная реакция. Как я и думал. Вот только не все смогли правильно распределить площадь тела и начали тонуть ещё сильнее.

Мои пальцы уже нащупали сухую землю. Вот и всё. Я почти выбрался.

И в этот момент я почувствовал, как на мою спину кто-то наступил. Тело тут же провалилось глубже в искусственно созданную трясину.

Разумеется, этим ублюдком был Буслай. Похоже, он решил выкрутиться другим способом. Выпрыгнул из сапог, одной ногой наступил на меня, как на мост, а вторую уже поставил на сушу.

И если я сейчас же не придумаю способ, как его контратаковать, то вся толпа с превеликим удовольствием пройдётся по мне, пока я с головой потону в этой грязи.

Ну держись, ублюдок.

Теперь у меня есть ещё одна точка опоры. Я вытянул руку вперёд, крепко схватил Буслая за ногу, которая уже встала на твёрдую почву. А затем резко подтянулся.

Мне удалось выбраться из грязи, зато Буслай из-за моего рывка потерял равновесие и упал мордой в землю. Ох и крепко же он приложился! Удар пришёлся прямо в нос. Но и челюсти досталось неплохо.

Готов поклясться, что видел, как полетели во все стороны его зубы.

Но отвлекаться было некогда. Я первым покинул ловушку, пробежал мимо лежащего на земле Буслая и остановился около стола, за которым сидел Стоян.

— Задавайте свои вопросы, — пытаясь отдышаться, произнёс я.

— Ой, ну наконец-то! — усмехнулся Стоян. — А я уж думал, что вы все помрёте тут у меня на глазах! Лад, значит… Что ж, слушай внимательно первый вопрос.

Стоян выдержал паузу. Будто специально, чтобы позволить другим участникам меня нагнать.

— Скажи, Лад, что это такое?

И Скиталец показал мне схематический рисунок.

Будь я проклят…

Глава 28

Рисунок, который показал мне Стоян, даже немного застал меня врасплох. Я ожидал, что он задаст мне каверзный вопрос, чтобы проверить мою смекалку. Но то, что предстало передо мной, показалось мне до ужаса знакомым.

Я уже видел такой рисунок в своём мире. Правда, там он был точнее и в целом схема была совсем другой, но смысл у неё определённо тот же!

— Поспеши, Лад, — усмехнулся Стоян. — Кажется, тебя уже скоро нагонят. А ты ещё даже на один вопрос не ответил.

Я сконцентрировался, обратил внимание на стопку выцветших листков. Похоже, вопросы для всех будут разными. Это уже хорошо. Значит, мои ответы никто не сможет подслушать, а затем скопировать.

Позади слышался крик толпы. Участники уже догадались, как нужно действовать. Последовали моему примеру — легли и поползли к столу. Но так поступили не все. Некоторые начали мешать остальным точно так же, как это сделал Буслай. Кстати, Буслай до сих пор и не поднялся. Похоже, здорово лицом об землю приложился.

Если повезёт — не встанет. Мне бы не хотелось видеть его даже на следующих этапах экзамена, не говоря уже о членстве в гильдии Скитальцев. Не потому, что он может представлять для меня и для других людей опасность. Просто человек мерзкий. Даже находиться рядом с ним противно.

Я отбросил лишние мысли, ещё раз осмотрел рисунок Стояна. На нём были изображены различные живые существа, связанные между собой множеством ветвей. Насекомые, рыбы, земноводные, рептилии, птицы, млекопитающие.

И человек.

Но это изображено лишь с одной стороны. С другой были совсем другие ветви и неизвестные мне существа.

— Спрашиваю в последний раз, Лад. Что ты видишь? — повторил свой вопрос Стоян.

— Эволюцию видов, — заявил я.

Проклятье, не думал, что скажу это! Но как иначе назвать этот рисунок? Эта схема — практически то же самое, что описывал биолог Чарльз Дарвин в моём мире.

Но откуда в средневековом мире такие изображения? Неужто здесь так развита биология? Получается, что у меня у самого к Стояну больше вопросов, чем ответов.

— Эво… Чего? — нахмурился Скиталец. — Ты на каком языке балакаешь?

Разумеется, такого сочетания слов здесь никто не знает. Эта схема должна называться иначе.

— Развитие жизни, — ответил я. — Иллюстрация событий — как всё произошло.

— Чтобы ты знал, это называется жизненный поток, — хмыкнул Стоян. — Но твой ответ засчитан. Сойдёт. Следующий…

Стоян потянулся к сумке, принялся искать в ней что-то. Судя по звону, на этот раз он собрался показать мне не бумаги. Что-то иное.

Пока Скиталец готовился задать второй вопрос, я ещё раз изучил показанную им схему. Он ведь даже взял её из другой стопки. Что это? Вопросы повышенной сложности? Он намеренно пытался меня завалить?

Первое задание заинтересовало меня не на шутку. И дело даже не в том, что в этом веке никто не должен знать такие тонкости о биологии. Нет, мир здесь другой, значит и история науки могла быть иной.

Меня заинтриговало нечто другое. Если я не ошибаюсь, то на второй половине листа изображены монстры. Схема их развития. И почему-то в нескольких местах их ветви пересекаются с нормальными животными. Будто все эти живые существа произошли от общих предков.

Что ж, подумаю об этом, когда сдам экзамен. Уверен, Скитальцы поведают мне, что это значит. Сейчас от меня требовалось лишь высказать предположение. И я с этим справился.

— Я следующий! Я уже почти выбрался! — закричал один из участников за моей спиной. — Можете задавать вопросы, мастер Стоян! Я прямо отсюда отвечу!

— Задницу для начала вытащи из грязи, а потом уже поговорим! — рявкнул Стоян.

А затем вывалил передо мной несколько блестящих камней. Их серая гладкая поверхность переливалась на солнце. Что-то эти камни мне напоминали…

— Расскажи мне, что это такое? — спросил меня Стоян. — Последний вопрос, Лад. Не оплошай.

Зараза… Да что же у него за вопросы такие? Он ведь не знает, что умом я — взрослый мужчина из другого мира, который способен мыслить логически. Для Стояна я — обычный деревенский мальчишка, у которого по какой-то неведомой причине пробудилась магия.

К чему такие вопросы? Разве кто-то на них ещё сможет ответить? В Погранке даже школы нет. Да и не уверен я, что даже в городских школах детям рассказывают о происхождении людей и монстров. И уж тем более не показывают камни, от которых так и разит болотом…

Ах вот оно что!

Возможно, ошибаюсь, но мне кажется, что Стоян намеренно задаёт эти вопросы, потому что я, в отличие от других, уже бывал на болотах. И даже имею опыт борьбы с монстрами.

Время вышло. Я услышал, как из грязевой топи вырвались два человека. Нужно отвечать прямо сейчас. Иначе есть риск, что меня оттащат от стола силой.

Я уже усвоил этот урок. Если Скитальцы не сказали, что мешать другим запрещено, значит это автоматически допускается.

Скоро около стола с вопросами может возникнуть драка.

— Это обработанный хитин, — ответил Стояну я. — Наподобие того, чем покрыты кусачи.

— Но? — нахмурился Скиталец.

— Но он с другого монстра. С существа, которое я ещё не видел. Больше всего похоже на…

Я замер. Чуть не допустил ошибку. Ещё одно слово — и я бы вылетел с экзамена.

Но время исправиться ещё есть. Ведь я увидел зазубрины на камнях. Не такие уж они и гладкие. Чёрт возьми, да ответ всё это время лежал на поверхности!

— Нет. Это обработанная чешуя болотных упырей, — ответил я.

— Как думаешь, для чего она используется?

— Это уже третий вопрос, мастер Стоян, — улыбнулся я. — Но больше всего эти камни похожи на метательные снаряды.

— Ох… — вздохнул Скиталец, взял перо, а зачем вычеркнул моё имя из списка.

Что? Неужели я…

— Сгодится. Проходишь на третий этап. Вставай позади меня, — скомандовал Стоян. — Живее!

Я отошёл от стола ровно в тот момент, когда два участника налетели на Стояна и чуть не снесли все его записки с вопросами.

Оказавшись за спиной Скитальца, я увидел список участников.

Фух… Он не вычеркнул меня. Просто неровно обвёл моём имя. Значит, я всё-таки прошёл. Справился. Первым выбрался из грязи, первым ответил на оба вопроса.

И прошёл на третий этап.

Остальные участники в панике выбирались из топи, ползли к столу. И половина из них смотрела на меня со смесью удивления и ярости.

Они не могли поверить, что я обошёл их. Да, можно предположить, что лободырный Лад быстрее остальных. Может быть, даже сильнее. Но чтобы он оказался умнее?

Мой рывок унизил всех, кто знал моего предшественника. Всех, кроме Радко и Третьяка, ведь эти двое уже давно поняли, что я изменился. И мы договорились не обижаться, если один из нас не сможет пройти дальше.

Посмотрим, какие вопросы будет задавать Стоян остальным. Если они будут такими же трудными, то на следующий этап даже половина участников пройти не сможет.

— Попробуй прочитай этот текст, — Стоян подсунул лист следующему участнику.

Юноша нахмурился, напряг глаза. А затем выдал:

— Ор-ден… С… Простите, а как эта буква читается?

— Понятно, молодец, — усмехнулся Стоян. — Пошёл домой. Обучать грамоте в гильдии вас точно никто не будет.

— А… А как же второй вопрос? — засуетился юноша.

— Ты с первым-то не справился! Пошёл! — прогнал его Стоян. — Выход на заднем дворе.

Погодите-ка… Серьёзно? Дальше он просто проверяет, умеют ли они читать? Да это ведь попросту смешно. Я понимаю, что для большинства жителей деревни владение грамотой — редкость. Но мои вопросы были куда сложнее.

Участников, которые только что выбрались из грязи, смог обогнать Третьяк.

Стоян задал ему похожий вопрос. Показал текст. Но Третьяк, хоть и по слогам, всё же смог прочесть его.

Второй вопрос тоже оказался довольно простым. Стоян показал парню несколько клыков. И тот сразу же смог определить, каким зверям принадлежат эти зубы.

Но это были клыки не монстров. Обычных животных. Достаточно было включить логику, чтобы ответить на этот вопрос.

— Проходи. Следующий! — заключил Стоян, осмотрел оставшихся участников, а затем воскликнул: — Да лихо вас всех подери, вы так и будете морды бить друг другу или всё-таки перейдёте к вопросам⁈

— Поздравляю, — прошептал я Третьяку.

— Взаимно, — он с облегчением выдохнул. — Поверить не могу, что мне удалось пройти. Осталось только дождаться Радко. Я, кстати, потерял его из виду. Боюсь, что его в грязи потопили.

— Нет, не переживай. Я слежу за ним, — ответил я. — Он уже выбрался. Просто пытается найти способ обойти дерущихся.

На этот раз заметить Радко было действительно трудно. Рыжие волосы покрылись липкой грязью. Кто-то умудрился разок мокнуть его головой в трясину.

Ничего, он юркий. Проберётся.

На улице уже стемнело. Наступил поздний вечер. После нас с Третьяком прошли ещё шесть человек.

Итого — на третий этап вышли уже восемь участников. Мест осталось очень мало. Всего лишь четыре.

Радко почти прорвался через дерущуюся толпу, но кто-то ухватил его за ноги. Кто-то из тех участников, кто ещё не смог выбраться из грязи.

Я увидел отчаяние в глазах друга. Он пытался выбраться, но никак не мог отбиться от вцепившегося в него конкурента. Затем раздался звучный удар.

А потом крик.

Между людей проскользнули сразу два человека. Освободившийся Радко и черноволосый мужчина в грязном потрёпанном плаще. Он был гораздо старше остальных участников.

— Ты это видел? — прошептал Третьяк.

— Да. Тот мужик в чёрном, кажется, только что сломал руку тому засранцу, который пытался утянуть Радко назад в грязь, — ответил я.

— Интересно, зачем ему это? — хмыкнул Третьяк.

— Не знаю. Возможно, захотел дать Радко хоть какой-то шанс. Обычно участники друг другу не помогают, — отметил я.

— Я не помню, чтобы он был на первом этапе, — Третьяк старался говорить как можно тише. Не хотел, чтобы Стоян услышал наш разговор.

— Нет, он был, — ответил я. — Но он действовал незаметно. Он пропал сразу же, как только Новик начал за нами охоту.

— Разве? — удивился Третьяк. — Ну ничего себе… Откуда он такой взялся? Я что-то вообще ни разу не видел его в Погранке. Может, кто-то не здешний?

— Может быть, — кивнул я. — Скоро узнаем. Если, конечно, он пройдёт.

— Иди, — послышался тихий голос незнакомца. Черноволосый толкнул Радко к столу, а сам занял место позади него.

— Долго же ты сюда шёл, парень! — зевнул Стоян. — А я уж думал, что мне придётся до утра последнюю четвёрку дожидаться. Ну, рассказывай…

Стоян показал Радко пару рисунков. Проверил его грамотность, затем понаблюдал, как мой друг рассуждает.

И допустил его до третьего этапа.

— Я уж думал, что и не доберусь до вас, ребят, — рыжий упал между мной и Третьяком на землю. Попытался отдышаться. — Если бы тот мужик мне не помог, я бы так и остался в этом проклятом болоте!

А незнакомец тем временем подошёл к Стояну сразу уже после Радко. Разговаривали мужчины очень тихо. Я едва мог услышать вопросы, которые задаёт Скиталец.

Зато мне удалось увидеть имя этого человека, когда Стоян пропустил его к нам. Список был прямо перед моим лицом.

Крук.

Пожалуй, самый старший из оставшихся претендентов. Внешность у него, мягко говоря, отталкивающая. Сальные чёрные волосы опускаются ниже плеч. Кожа бледная, обветренная. Взгляд отрешённый. Будто для него это испытание — сущий пустяк.

— С-спасибо вам большое, — промямлил Радко, когда Крук присоединился к группе победителей.

Лицо мужчины изменилось. Крук поджал губы, хмурился не переставая. Но глазами он всё же улыбнулся. Я уловил едва заметный блеск. Взгляд у него добрый. Просто он его очень хорошо прячет.

Уж я-то научился читать людей, пока работал в медицине. Как любили говорить мои коллеги: «Лучше врачей людей раскалывают только спецслужбы. Потому что сбор анамнеза — это тот ещё допрос!»

— Не благодари, — ответил Крук. — Я не мог поступить иначе. Скитальцы не топят друг друга. Ты — один из немногих, кто выбирался своими силами, а не полз по головам.

Крук облокотился о стену, сложил руки на груди, а затем перевёл взгляд на меня:

— И ты неплохо себя проявил. Готов поспорить, что большая часть участников потонула бы, если бы не показал им пример.

— У меня не было выбора. Я должен был победить, — коротко ответил я.

— Такой юный, а уже рвёшься в Скитальцы? — хмыкнул Крук. — Храбрости тебе не занимать.

Я решил промолчать. Он помог Радко. Причём помог бескорыстно. Но я не знаю, какова мотивация этого мужчины. Он сильно выделяется на фоне остальных участников. На вид ему чуть больше тридцати. Ровесник Волибора или того же Стояна.

Можно было бы задать ему схожий вопрос, но я не стал этого делать.

Но в мыслях у меня этот вопрос так и завис. А не поздновато ли ему вступать в гильдию?

Пока я искоса наблюдал за Круком, на следующий этап прошли ещё два человека. Последние.

И двенадцатым участником оказался Буслай. Уж не знаю, сколько времени этот засранец пролежал под ногами дерущихся парней, но ему каким-то чудом удалось доползти до Стояна и верно ответить на его вопросы.

— Всё! Драку заканчиваем! — прокричал Стоян. — Вы уже проиграли. Если вам так хочется набивать друг другу морды, можете сделать это за пределами нашего штаба. Вы не прошли.

— Я не могу выбраться! — прокричал кто-то из грязи. У выбывшего участника торчала одна лишь голова.

— Ну что поделать? — пожал плечами Стоян. — Посиди там немного. Ты знал, куда шёл. Через пару часов действие раствора должно иссякнуть. Выкопаем тебя чуть позже.

Из-за угла появился Волибор. Он жестом попросил нас пройти за ним — на задний двор.

Подумать только… Ещё утром здесь было шесть десятков человек. А к концу второго этапа осталось лишь двенадцать. Причём мы втроём смогли пройти. Я, Радко и Третьяк. Не зря всё-таки тренировались. Все эти навыки нам здорово пригодились.

— Мастер Волибор! — крикнул Буслай. — Может, хотя бы вы меня выслушаете?

— В чём дело? — спокойно спросил мужчина.

— Мастер Новик и мастер Стоян проигнорировали мой вопрос. А я хочу выступить с жалобой, — заявил Буслай. Затем поперхнулся, сплюнул кровь.

Буслай сильно гнусавил. Его сломанный нос забился кровяными сгустками. А дёсны до сих пор кровоточили. Судя по тому, что мне показал «Диагностический взгляд», парень благодаря мне потерял четыре зуба. Два резца, один клык и один малый моляр.

— Ну, жалуйся! — усмехнулся Волибор и присел на крыльцо. — Только советую выбирать слова. Если я сочту их за оскорбление моих товарищей, ты больше никогда не сможешь попасть в Скитальцы. Я об этом позабочусь.

— Я… — Буслай напрягся. — Я просто не могу понять, почему Лад нарушает правила. С чего такие привилегии? Моего младшего брата отказались брать на экзамен. Хотя они одного и того же возраста.

— Это решение принял наш лидер Радогост. И оспаривать его я не имею права. Однако, если ты не заметил, Буслай, Новик и Стоян сделали всё, чтобы Лад не прошёл на третий этап, — заявил Волибор.

— В каком это смысле? — нахмурился Буслай.

— Что ж, хорошо. Расскажу при всех, чтобы больше этот вопрос не возникал, — Волибор прикусил нижнюю губу, хрустнул шеей, а затем заявил: — Я внимательно следил за тем, как проходят оба испытания. Мастеру Новику было поручено отлавливать Лада при любой удобной возможности. Насколько я знаю, он даже отвлекался от других участников, чтобы переключить своё внимание на Лада. Так что многим из вас, наоборот, повезло, что этот юноша принял участие в экзамене.

А ведь это — не оправдание. Он говорит правду. Новик и в самом деле изо всех сил старался меня нагнать.

— На втором этапе было то же самое. Мастер Стоян задавал Ладу вопросы повышенной сложности. Остальным достались куда более простые задания, — заключил Волибор. — Таков приказ нашего лидера Радогоста. Мальчику позволили участвовать, но только на том основании, что условия для него будут ещё тяжелее, чем у остальных.

Буслай прикусил язык. Это объяснение явно его не устроило. Ведь теперь получается, что я превзошёл и его, и всех остальных игроков в абсолютно неравных условиях.

Теперь понятно, почему Стоян давал мне такие задачи. Но они не были невыполнимыми. О камнях я мог догадаться за счёт того, что уже бывал на болотах.

А насчёт эволюции видов… Точно. Учебники отца. Стоян знал, что я умею читать. Поэтому и дал мне задачу, которой мог обучить меня Добромир. На деле мы с отцом так далеко не забрались, но опыта из прошлого мира хватило, чтобы дать правильный ответ.

— Ещё вопросы есть, Буслай? — повысил голос Волибор.

— Нет, мастер. Вопросов нет, — пробурчал он.

— Вот и славно! — заключил Скиталец. — Итак, господа. Дело движется к ночи. Я дам вам лишь одну поблажку. Позволю передохнуть не до утра, а до обеда. Можете отоспаться, но завтра, в полдень — чтобы вся ваша дюжина была здесь. Третьим этапом буду руководить я. Поэтому и даю вам больше времени на отдых. Я куда прямолинейнее, чем Новик и Стоян. Скажу прямо — завтра вам будет тяжело. Я проверю, на что вы способны в бою.

— Один вопрос, мастер Волибор, — уточнил я. — Нам нужно брать своё оружие или доспехи?

— Нет. Будете пользоваться тем, что я вам выдам, — ответил Скиталец. — Если хотите есть — ешьте сейчас. Пейте сейчас. Спите сейчас. Завтракать и обедать я вам не советую. Ещё не хватало вашу рвоту потом убирать.

Радко с Третьяком переглянулись и одновременно сглотнули застрявший в горле ком.

Волибор не стал с нами прощаться. Лишь махнул рукой и отпустил домой. Оставшиеся участники быстро разошлись. Не стали даже переговариваться между собой. Мы решили последовать их примеру. Радко с Третьяком поспешили домой, чтобы передохнуть.

По дороге к участку Митрия я задумался о предстоящих этапах. Всего за сутки экзамен покинуло почти пятьдесят человек. Так что же будет завтра? Сколько из нас окажется в Скитальцах? Три человека? Два? Или один?

Перед тем как лечь спать, я хотел переговорить с отцом насчёт рисунка, который показал мне Стоян. Но не успел я добраться до дома, как меня нагнал тот, кого я хотел видеть сейчас меньше всего.

— Лад! — улыбнулся мне Микула. — Поспеши! А то всё пропустишь. Пойдём со мной!

Он до сих пор ведёт себя странно. Парень, которого в моём мире назвали бы гопником, превратился в доброго одуванчика. Да что же, чёрт возьми, с ним произошло?

— Я иду домой, Микула. Мне нужно поспать, — ответил я.

— Нет, пожалуйста! — он положил руку мне на плечо. — Пойдём в церковь Скалеса. Там сегодня собираются все те, кому удалось вернуться домой. Думаю, тебе там с нами понравится. Пойдём.

Только этого мне не хватало! Мне нужно выспаться перед следующим испытанием. Слушать Микулу и посещать церковь посреди ночи в мои планы точно не входит.

— Я уже дал тебе свой ответ. Нет, — я скинул его руку со своего плеча.

Микула выдержал паузу. Посмотрел мне в глаза. А затем произнёс:

— Очень зря, Лад. Кое-кто очень хочет с тобой повидаться. Твой старый знакомый.

Глава 29

Старый знакомый? В церкви Хотена? Да ещё и ночью, когда мне нужно отдыхать перед третьим этапом экзамена?

Ах да, и вишенка на торте — Микула, который хочет сопроводить меня туда лично.

Кажется, я знаю, как можно выкрутиться из этой ситуации и при этом извлечь максимум информации. Сейчас Микула очень податлив. Доверчив. Я пока что не знаю, что стряслось с ним и с другими пропавшими людьми, но после возвращения ведут они себя очень странно.

Я уже предупредил Радогоста и остальных Скитальцев. Сказал, что мы с отцом заметили изменения в этих людях. Но гильдия пока что не придала этому особого значения. Они больше озабочены экзаменом. Хотят как можно скорее набрать новых рекрутов.

— Я пойду с тобой, Микула, — солгал парню я. — Только расскажи мне, кто меня там ждёт? Мне казалось, что церковь закрыта по ночам. Что у вас там за собрание?

— Мы благодарим Скалеса за то, что он помог нам вернуться домой, — улыбнулся Микула. — Благодарим за то, что он изменил нас. Я понимаю, почему ты мне не доверяешь, Лад. Я причинил тебе много зла. Но я больше не тот, кем был прежде. Мой разум изменился.

Разум? П-ха! Микула такого слова даже не знает. Вернее, не знал. Нужно продолжать его обрабатывать. Возможно, когда я вступлю в Скитальцы, остальные ко мне станут прислушиваться. И тогда я расскажу гильдии всё, что мне удалось узнать.

— Я верю тебе, Микула. Конечно. Вижу, что ты изменился, — я изобразил улыбку. — Ты сказал, что в церкви Скалеса собрались те, кто ранее считались пропавшими. Но кто из них — мой старый знакомый? Кто хочет со мной повидаться?

— Очень хороший человек. Ты с ним уже встречался пару раз. И он тобой очень заинтересовался. Особенно ему понравилось, как ты действовал в лесу, — Микула вновь улыбнулся. Его эмоции выглядели настолько неестественными, что мне даже захотелось его сфотографировать. Жаль, что в этом мире нет техники. Его жуткая ухмылка могла бы сойти за рекламу фильма ужасов.

Было что-то безумное в его блаженной радости. Что-то с этим человеком не так. Но что — понять не могу. Мне пока что не хватает знаний. И многим другим тоже. Ни отец, ни Скитальцы пока что ничего странного не заподозрили.

— Ладно, закончим разговор. Я вижу, что ты лжёшь мне, — с той же улыбкой произнёс Микула. — Ты не придёшь к нам. Но, может быть, присоединишься к нашей компании после.

О как! Раскусил мою ложь. Интересно. А ведь я очень хорошо скрыл настоящие эмоции. Ни за что не поверю, что Микула сам по себе стал таким проницательным.

С ним что-то случилось.

Он упомянул человека, который видел меня в лесу. И я сомневаюсь, что речь идёт о первом этапе экзамена. Скорее всего, Микула говорит о том мужчине, с которым мы столкнулись в холмовом лесу. Когда ходили за водой с Резаном.

Какой-то маг или иное существо, на которое реагировали полосы на моей руке.

Значит, он всё-таки как-то связан с этим исчезновениями. Похоже, всё гораздо сложнее, чем я думал. Правда, у меня есть пара догадок на тему того, кто стоит за всем этим.

Там явно не один человек. Их несколько. И Скитальцы сильно рискуют, игнорируя их действия.

— Передай моему старому знакомому, чтобы убирался из Погранки, — бросил Микуле я. — Иначе проблем не оберётся.

Микула лишь вздохнул. Ничего больше не сказал. Молча побрёл в другой конец деревни — к церкви.

Я всё же решил вернуться в штаб. Слишком уж всё это подозрительно. Скитальцы должны предпринять хоть что-то. Мне удалось поймать Новика, когда тот закрывал ворота. Я кратко объяснил ему всё, что мне удалось узнать о происходящем в церкви.

Новик долго ломался, но всё же передал информацию Радогосту. И уже спустя пару минут лидер отправил своих людей проверять церковь.

Может, им удастся разобраться в происходящем.

С чистой совестью я вернулся домой. Отец не спал. Ждал меня. Но уже лёг на кровать. Видимо, сильно вымотался за сегодня. Однако я сразу заметил, что в нашем жилище не хватает ещё одного человека.

Щербак так и не вернулся. С этим пастухом тоже что-то не так. Он словно свихнулся после того, как вернулись пропавшие люди.

— Лад! — обрадовался отец. — Я тебя уже заждался. Ты как, сын? — Добромир вскочил с кровати. — Тебя не сильно потрепали?

— Не беспокойся, я в полном порядке. Вернулся, чтобы отдохнуть перед третьим и четвёртым этапами, — заключил я.

— Скалес великий… — вскинул брови отец. — Так ты прошёл? Не шутишь?

Он не дождался моего ответа. Подбежал ко мне и так крепко хлопнул ладонью по спине, что чуть лопатку мне не сломал.

— Это надо отпраздновать, — бормотал он. — Мой сын почти стал Скитальцем! Подумать только!

— Не спеши, отец, — попросил я. — Самое сложное впереди.

— Самое сложное? — Добромир фыркнул, достал из шкафчика еду и свежую воду. — Я видел, что случилось с другими участниками. Скитальцы молодцы, конечно, чёрт их подери. Выбывшие юноши ещё несколько недель работать не смогут. В Погранке всё встанет. Намертво! И это в самый разгар лета. Не знаю, как тебе удалось справиться с… Погоди, Лад. Ты что, магию использовал? Жульничал?

— Да успокойся ты уже, — бросил отцу я. Затем уселся на свою лежанку, взял хлеб с мясом и принялся жадно поглощать наши запасы. Сейчас нельзя экономить. Силы мне завтра пригодятся. — Магией я воспользовался всего один раз. Немного усилил свои мышцы, чтобы сбежать от Новика.

— Ладно, прости. Я лезу не в своё дело, — махнул рукой Добромир. — Давай-ка лучше мы не будем говорить об этом, пока экзамен не подойдёт к концу.

— Меня больше волнует, что происходит с церковью Скалеса. И кстати, куда пропал Щербак? — спросил я.

— Ты сам ответил на свой вопрос, Лад, — пожал плечами отец. — Щербак весь день ходит с этими людьми. Я видел, как он пошёл в церковь. Хотен уже жалуется. Можешь себе представить? Они выставили священника Скалеса!

— И никого больше это не смущает? — поинтересовался я.

— Нет, как раз наоборот. Все радуются, что пропавшие вернулись. Более того, они стали набожными. Ударились в религию. Хотен хоть и недоволен, но всё же разрешил им посещать церковь даже по ночам.

— А Щербак тут при чём? — не понял я. — Он ведь обычный безработный. Бывший пастух, который никуда не исчезал. С чего он вдруг взялся шастать вместе с ними?

— Не знаю, Лад, — помотал головой Добромир. — Но ты лучше не лезь в это. Нас с тобой подобное точно не касается. Отдыхай. Тебе ведь завтра предстоит тяжёлый день. Я буду молиться за тебя. Обещаю.

После ужина я сразу же вырубился. Усталость дала о себе знать. Но у меня хорошо работал внутренний «будильник». Этот навык я ещё в прошлом мире отработал. Если знаю, что мне нужно проснуться в определённое время, организм сам меня разбудит.

В итоге я проспал почти до полудня. Самое то. Мана восстановилась, баланс Эссенций в полном порядке. Сил хоть отбавляй. Пора приступать к заключительным этапам.

Как только я вышел из дома, перед глазами появилось оповещение от системы.

/Уровень 3. Прогресс опыта: 60 из 400/

/Рекомендуется ускорить развитие, чтобы получить дополнительный навык/

/При достижении 200 единиц опыта будет открыт «Анализ состава». Эта способность увеличит шансы на выживание/

А вот это уже что-то новенькое. Раньше система давала навыки только на новых уровнях. О дополнительных и речи не шло. Хотя она упоминала, что за поддержание баланса будут полагаться бонусы. Видимо, это один из них.

Что ж, думаю, после завершения экзамена мне выдастся много возможностей накопить больше опыта. Даже любопытно стало, что это за «Анализ состава» такой. На этот раз система не стала пояснять особенности будущего навыка.

На территорию штаба Скитальцев я прибыл, как ни странно, раньше всех. Вслед за мной появился Крук, а потом уже все остальные. Однако перед сбором участников мне удалось перекинуться парой слов с Новиком.

— Не знаю, что ты там видел в церкви, Лад, но когда мы туда пришли, она была заперта. И внутри, похоже, никого не было, — заявил Скиталец.

— Это странно. Я вам не солгал.

— Знаю, что не солгал. Но факт остаётся фактом: мы ничего не нашли. Возможно, опоздали. Однако мы ещё вернёмся к этому позже. После завершения экзамена, — объяснил Новик и вернулся в здание штаба.

Волибор, как и обещал, вышел к нам ровно в полдень. Без лишних слов он позвал нас за собой к площадке на переднем дворе. Искусственной топи там уже не было. Зато на её месте Скитальцы очертили небольшую арену.

Я сразу понял, что это. Зона для спарринга.

Волибор заставит нас драться друг с другом.

— Прежде чем я оглашу правила и вы возьмёте в руки оружие, вам нужно разделиться на пары, — объявил Волибор. — Ваши имена уже в этом мешке. Сейчас подойдёте сюда по очереди. Ровно в том порядке, в котором прошли второй этап. Тот, чьё имя вы достанете, станет вашим оппонентом. Если случайно достанете своё имя — выбросите его. Вас двенадцать человек. К концу этапа останется шестеро.

— Мастер Волибор, — поднял руку Третьяк. — Не сочтите за дерзость, очень хочется узнать, сколько всего свободных мест. Сколько человек в итоге сможет стать Скитальцами?

— От нуля до шести, — ответил воин. — Я пропущу на четвёртый этап только шесть человек. С финалистами будет беседовать Радогост. Он сам решит, сколько новичков нам понадобится. Всё, хватит болтать! У нас сегодня много дел. Лад, сын Добромира. Ты — первый.

— Удачи, Лад! — похлопал меня по плечу Радко.

Я вышел вперёд — к Волибору.

Мне стало любопытно, станет ли и Волибор как-то усложнять мне испытание?

Хотя теперь это не имеет смысла. Если речь идёт о спарринге, то я изначально имею меньше шансов на победу. Я младше всех. Значит, остальные крепче и сильнее меня. К примеру, если я сейчас вытяну имя «Крук», мои шансы на победу упадут практически до нуля.

Я уже понял, что этот мужчина крепче всех участников. И старше каждого из нас почти в два раза.

Моя рука опустилась в мешок. В этом деле мне никакая магия не поможет. Только удача. Интуиция.

Я ухватился за первую попавшуюся бумажку и достал оттуда имя своего оппонента.

— Назови его вслух, Лад, — попросил Волибор.

До чего же иронично…

— Буслай, — произнёс я.

— П-ха! — усмехнулся мой оппонент. — Повезло же мне. Уж простите, ребят, но я точно смогу пройти на следующий этап. Видимо, мне суждено стать Скитальцем. Жаль, правда, что для этого мне придётся избить малолетнего недоумка.

Я хотел было ответить Буслаю, но не успел произнести ни слова. Земля под моими ногами задрожала. Затем раздался безумный грохот.

Все участники экзамена, включая нашего судью Волибора, потеряли равновесие и упали на землю.

Землетрясение? Очень похоже на то, что мне довелось пережить на болотах. Из штаба выскочили Новик, Стоян и Радогост. База Скитальцев находилась на холме, поэтому нам открывался вид на все окрестности.

И мы увидели, что произошло на самой окраине королевства.

Громадная синяя стена, которую местные называют Чертой, исчезла.

Ровно в этот момент солнце прикрыли тучи. Стало темно, как ночью. А затем послышался страшный вой. Сотни нечеловеческих криков. И топот. Его было слышно даже отсюда, хотя Черта находилась в нескольких сотнях метров от нас.

Полил дождь. И Погранка погрузилась во тьму. Все мы поняли, что экзамену сегодня не суждено завершиться.

— Боги… — осматривая окрестности, прошептал Радогост. — Они прорвались.

От авторов

Дорогие читатели! Благодарим вас за интерес к нашей истории. Приключения Лада только начались, и продолжение уже выложено здесь:

https://author.today/reader/509548/4807824

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.

У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Класс: Боевой Целитель

Content

Алексей Аржанов, Виктор Молотов
Класс: Боевой Целитель

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

От авторов

Nota bene