Плутос

Однажды я стала принцессой. Книга 2

Серия «Новелла. Однажды я стала принцессой»

플루토스

어느 날 공주가 되어버렸다 2

Перевод с корейского Анны Проценко

어느 날 공주가 되어버렸다 2

Who Made Me a Princess Vol.2

© Plutus/KWBOOKS

Original Korean edition published by KWBOOKS

Russian Translation Copyright

© 2025 AST Publishers Ltd.

ALL RIGHTS RESERVED

This translated edition was published by

arrangement with KWBOOKS through

Shinwon Agency Co.

Illustration by Sonnet

© А. Проценко, перевод на русский язык, 2025

© ООО «Издательство АСТ», 2025

Часть 8

Экстренные новости! Прибыл маг из Черной башни!

Глава 71

Клод сегодня снова выглядел уставшим.

Какое-то время у него вроде бы все было нормально, но сейчас он вновь поник, как пожухлый лист салата.

– Пап, может, ты приляжешь ненадолго?

Сегодня я снова пришла к Клоду в кабинет, где он безвылазно сидел целый день, и удивилась. Синяки под его глазами буквально кричали, что ему отчаянно необходим сон. Феликс не просто так отправил меня сюда. Очевидно, он использовал мой визит как повод дать Клоду отдохнуть.

– Принцесса права. Вы ведь всю ночь работали. Отдохните немного.

А вот это уже странно. Если он работал всю ночь напролет, разве он не должен выглядеть более помятым? Но даже сейчас он был похож на печального романтического героя… И продолжал излучать опасную притягательность.

– Я уже почти закончил. Посиди пока.

Если он попросил подождать, значит, собирался работать дальше. Я слышала, что предыдущие две ночи он тоже провел в кабинете. Скорее всего, завтра будет то же самое. Такими темпами недалеко и до полного изнеможения, верно же? Здесь что, нет закона о рабочем времени? Нам нужна пятидневная рабочая неделя!

Взглянув на уставшее лицо Клода, я пробормотала, не задумываясь:

– Почему бы тебе просто не поручить работу Феликсу?

Феликс посмотрел на меня так, словно я ему нож в спину вонзила. Но я сделала вид, что ничего не заметила.

В отличие от Клода, который выглядел совершенно вымотанным, Феликс сиял бодростью – ему явно не хватало работы. Услышав мои слова, Клод фыркнул:

– Он настолько скудоумен, что ему ничего нельзя доверить.

– Странно. Феликс же быстро все схватывает. Думаю, он справится.

– Это называется «обманчивыми знаниями». Раз ты так думаешь, то тебе еще рановато считать себя взрослой.

– Я вырасту и стану такой же, как ты, папа!

Феликс, до сих пор молча слушавший наш разговор, тоскливо вздохнул:

– Теперь я вижу, насколько вы похожи…

– Хватит нести чепуху. Выйди, ты мешаешь.

Ой, Феликса выгнали из офиса. Я сидела на диване и ждала, пока Клод хмурился над бумагами. Мой взгляд регулярно возвращался к черной статуэтке на столе. Она лежала там с того дня, как я узнала, что это на самом деле императорская печать. И с ней по-прежнему обращались так небрежно…

Эх. Не волнуйся, статуэточка. Ты все равно единственная императорская печать этой страны!

Вскоре Клод отложил ручку, как будто наконец закончил с работой. Похоже, у него болела голова – он принялся массировать переносицу. Я подошла ближе.

– Пап, много работать – плохо.

Как и в прошлый раз, едва мои руки коснулись его плеч, он напрягся. Тц. Жизнь императора куда сложнее, чем кажется. Только и делаешь, что сидишь за работой.

Как ни погляди, лучше всего быть богатым и при этом не работать. Моя мечта – прожить богатую и беззаботную жизнь, какой она была до сих пор, не расставаясь с моими красавицами драгоценностями…

– Как прошло вчерашнее чаепитие? – спросил Клод, наслаждаясь моим массажем.

С момента разговора с Дженит состоялось еще три или четыре чаепития, и каждый раз он спрашивал меня об этом.

– Было весело, спасибо.

Кхм. Хотя от некоторых разговоров время и пространство словно сжимались, иногда было действительно весело. Я никогда раньше не общалась с такими активными девочками.

– Это хорошо.

На самом деле, ни Клод, ни Лили не ставили особых критериев отбора девочек. Разве что они должны быть моего возраста и дебютировать вместе со мной. Не было предпочтений ни по статусу, ни по политическим убеждениям.

И тут меня осенило. Клод хотел, чтобы у меня появились друзья. Уж не знаю, почему он передумал, ведь раньше он совершенно игнорировал настойчивые призывы мистера Снежка и Феликса.

Может, это связано с тем, что я повзрослела? Вдруг он решил, раз я уже дебютировала, то нельзя оставлять все так, как было. Эх. Раз так, тогда можно мне и дворец иногда покидать?

– Я тоже получаю много приглашений, можно мне принять некоторые из них?

– А смысл, если твои подруги могут просто приехать во дворец? – отрезал Клод. – Если тебе одиноко, устраивай чаепития чаще.

На самом деле он не был категорически против, просто не видел в этом необходимости.

– Пап, мне это не так уж и нужно. Я с куда большим удовольствием проведу время вместе с тобой. – Я решила закрыть эту тему, ведь мне не хотелось спорить с замученным человеком. Пусть скажет спасибо своим гигантским и жутким синякам под глазами! – Если будешь сидеть за работой дальше, только сильнее устанешь. Пойдем погуляем, пап.

Я мягко улыбнулась и повела Клода за собой, чтобы спасти беднягу от этой полутемной комнаты, где он терял свою жизнь за бесконечными бумагами.

Мне кажется, в последнее время я совсем разленилась.

– Ах, как же я не хочу этим заниматься, – проворчала я, лежа на книге «100 лет дипломатии», которую уже пыталась читать.

До какого-то момента я отчаянно училась, но сейчас даже книгу прочесть было тяжело. Когда все изменилось? Наверное, после дебютантского бала. Неужели я расслабилась за разговорами с милыми девушками о симпатичных мальчиках, нарядных магазинах и семейных праздниках за всеми хиханьками да хаханьками?

Эх, вот она – человеческая лень. А может, мне просто надоело учиться? Вполне возможно, ведь я чуть ли не с младенчества только и делала, что читала. У меня были репетиторы, и вся моя жизнь состояла из занятий. До сих пор я лишь училась и училась… а в промежутках старалась задобрить Клода. Если так подумать, у меня была очень насыщенная жизнь за эти четырнадцать лет. Событий в ней хватит на все сто сорок.

– Чего на столе лежим?

– А! Зачем так пугать?!

У меня чуть сердце в пятки не ушло!

Я положила голову на стол и сильно перепугалась, неожиданно услышав над собой чей-то голос. Я вздрогнула, подняла голову и увидела Лукаса, устроившегося прямо на моем столе.

– Мне стало скучно, и я решил заглянуть к тебе. Неужели ты тоже скучаешь? – Он сказал это таким тоном, словно я ужасная бездельница, отчего настроение сразу испортилось.

– Ни капельки. У меня очень плотное расписание.

– Ты говорила, что не планируешь становиться императрицей, а сама только и делаешь, что учишься. Тебе еще не надоело?

Н-ну, есть такое. Если честно, буквально до этого момента учеба казалась мне ужасно скучной.

– А сам-то? Тебе в башне заняться нечем, раз здесь дурью маешься?

– Да, так и есть. Кстати, скажи своему отцу, чтобы он магам зарплату урезал. Они даже магией пользоваться не умеют! Только проводят бесконечные исследования. – Лукас цокнул языком, будто его раздражала сама мысль об этом.

Он, наверное, был единственным человеком, который так презирал магов императорского дворца. Считалось, что в Обелии живут самые могущественные маги в мире. Настолько, что их башня во дворце называлась Черной. Они бы не дали ей такое название, если бы не были так в себе уверены. Но, если честно, название можно было придумать и получше. Кхм.

– Они постоянно зовут меня на помощь, а потом уходят, и я торчу в башне один.

Я прекрасно могла понять ворчания Лукаса. Ведь…

– В такую погоду нужно гулять, – невольно пробормотала я, глядя в окно.

На удивительно синем небе не было ни облачка. В такую погоду совсем не хотелось сидеть в четырех стенах.

Продолжая лежать на столе, я потянулась и начала перелистывать страницы открытой книги. Ветер, проникавший через открытое окно, нежно играл с моими волосами.

– Ну, выйдем мы, и что? Делать на улице все равно нечего – это ведь дворец. – От этого бесспорного факта мне стало ужасно скучно. – Тебе здесь надоело?

Что он такое говорил? Какое еще «надоело»?

– Но это и понятно. Ты ведь несколько лет не выходила за пределы дворца.

Нет. Где еще я смогу есть досыта и не платить при этом ни копейки? Просто каждый мой день напоминал предыдущий. Можно сказать, что у меня настал период скуки.

Я повернулась к Лукасу:

– Ты жалуешься, как капризный ребенок. Просто, когда каждый день ешь рибай, хочется иногда самгёпсаль[1].

– Это еще что? – Лукас не понял меня, ведь в этом мире нет ничего похожего на рибай или самгёпсаль.

Но вскоре до него дошло, что я обращаюсь с ним как с ребенком, и он нахмурился.

– Неважно. Тебе ведь надоело вечно сидеть во дворце? – спросил Лукас, без дела сидевший на столе. А затем добавил в недоумении: – Почему мы вообще это обсуждаем?! Если хочешь выйти, то пойдем.

Легко было ему говорить!

– Думаешь, я могу вот так просто взять и покинуть императорский дворец?

– Ну да? Проще простого.

Когда я увидела, с какой легкостью он говорил, мне стало неловко, и я невольно понизила голос:

– Ты нашел какую-то лазейку?

– Какую еще лазейку? Что ты себе навыдумывала? – Лукас цокнул и взглянул на меня с жалостью.

Нет, вот же гаденыш! Что он на меня так смотрит? Руки так и чешутся его стукнуть!

– А ведь я уже говорил тебе. Ты все еще недооцениваешь мои способности.

Щелк!

Я так разозлилась, что резко выпрямилась на стуле. В этот самый момент Лукас щелкнул пальцами, и перед моими глазами раскинулся невиданный мной мир.

Глава 72

Вокруг стало ужасно шумно.

– Эй! Ставь аккуратнее!

– Подходите, не стесняйтесь! Этот вкус перевернет вашу жизнь!

– Сегодня вечером вы сможете воочию увидеть волшебника и его очаровательную помощницу! Не пропустите.

– Не, слишком дорого! Скинь цену. Тем более что тут царапина.

– Тыква! Покупаем тыкву! Скидки только сегодня!

Суета. Мои уши наполнил шум. Перед глазами взад и вперед по улице деловито прогуливались люди.

Место, где я оказалась, напоминало либо большой рынок, либо оживленный торговый квартал. Внезапная смена обстановки, толпа и суета ошеломили меня.

Мы с Лукасом стояли в затененном переулке, и никто из прохожих на нас даже не взглянул. Я же, впервые оказавшись за пределами дворца, не могла оторвать взгляда от окружающей картины. И мне показалось, что Лукас рассматривал меня с ног до головы.

– Ты слишком выделяешься, – заметил он.

Щелк!

От одного движения его руки моя одежда изменилась. На подоле платья начали появляться то ли белые пузыри, то ли ослепительные пятна света. Я никак не ожидала, что начну преображаться снизу вверх, как змея, которая сбрасывала кожу.

– Это уже другое дело.

Спустя несколько секунд мое элегантное желтое платье с кружевом превратилось в простое голубое. Я даже не заметила, как его наряд придворного мага стал повседневным костюмом.

Это же почти как магия крестной феи из «Золушки»! Хоть и наоборот – он сделал меня незаметнее, а не красивее!

– Лукас! – воскликнула я, придя в себя. – Ты! Почему ты сразу не сказал, что можно покидать дворец таким способом?!

Он хоть представлял, как мне было тяжело из раза в раз слушать отказы Клода? Если все было так просто, то почему он раньше об этом не говорил? Но ответ Лукаса сразил меня наповал:

– В смысле? Ты прекрасно знаешь, что я умею телепортироваться. Как, по-твоему, ты попадала в дом Снежков?

– Н-ну…

Ой. Лукас был совершенно прав. Ведь все те разы он сам телепортировал меня в поместье мистера Снежка. Почему я раньше об этом не думала? Я же могла просто попросить его вывести меня из дворца!

– Забавно. – Похоже, Лукас заметил, как я опешила от этой мысли, и с улыбкой добавил: – Все это время у тебя был такой простой и надежный выход, но ты пыталась все организовать самостоятельно. Положи перед тобой золотое яйцо – ты его и не заметишь. Наша принцесса – та еще затейница, не правда ли?

Ой! Да, я в курсе, что ужасно сглупила! Нечего меня бесить! Видел же все прекрасно, но даже пальцем не шелохнул! Развлекался он!

– Ты знаешь, что ты настоящий злыдень?

– Угу. А ты настоящая дурында.

Вот же! Не мог не подколоть! Какой гаденыш! Чтоб он облысел!

Пока я мысленно ругалась на него, Лукас вдруг улыбнулся. Конечно, это была премерзкая улыбочка, от которой сразу захотелось повыдергивать ему волосы. Но буквально через мгновение он схватил меня за руку, и я уже не могла злиться.

– Идем уже. У нас и так времени в обрез.

Он потянул меня, и я поплелась следом. Вокруг стало громче.

– Идем.

Мы вышли из переулка. Ослепительный солнечный свет озарил лицо Лукаса, который все еще держал меня за руку.

– Эй, хватит так глазеть по сторонам. Ведешь себя как деревенщина. – Лукас снова ко мне прицепился. Но я не обижалась. Какие обиды, когда вокруг столько всего интересного!

– Хватит уже мне эйкать, надоел! – прочистила горло и добавила: – Здесь меня зовут Ати. Понял?

– Твое прозвище? – удивленно рассмеялся Лукас. – Решила использовать другое имя во время вылазок? Как серьезно ты настроена.

Но даже его насмешки не могли испортить мне настроение. Он привел меня на самую оживленную торговую улицу Обелии, в коммерческий центр, где собирались люди со всей империи. Поэтому здесь было столько…

– Красавица! Попробуйте!

…самой разной еды!

– Что это такое?

– Это курица в специях на шпажке! С моей фермы.

– Так это же куриный шашлычок!

– Именно!

Я быстро взяла шпажку, которую мне протянул торговец, и откусила кусочек мяса. Э-это он!

– Вкусно, да?

Вкус специй! Ах. Я закивала головой от удовольствия. Может, это была и не самая полезная еда, но какой же знакомый вкус! Во дворце я ела только морепродукты и горные блюда, поэтому так по нему соскучилась!

– С вас две монеты, – с улыбкой произнес торговец, глядя, как я уплетаю шашлык.

Ах. Я его раскусила. Он специально давал всем прохожим попробовать шашлычки. Выжидал, пока они полностью его съедят, а потом требовал денег. Я тоже попалась на эту уловку. Он еще и с улыбкой наблюдал за мной!

Глядя на приветливое лицо торговца шашлычками, я не знала, что делать. Ну, плу-у-ут. Так бы и придушила. Но, с другой стороны, бесплатный сыр бывает только в мышеловке. За еду нужно платить. Раньше я бы никогда не попалась на такой трюк, но похоже, что жизнь в императорском дворце меня разбаловала.

Самое неприятное – у меня не было с собой денег. Как я могла съесть куриный шашлычок, когда в кармане у меня только дырка от бублика? В прошлом подобного бы ни за что не случилось.

У меня не было выбора. Пришлось обратиться к ходячему банкомату.

– Лукас! – Он посмотрел на меня со странным выражением лица, будто бы спрашивая, зачем я позвала его. Я смело продолжила: – Денег дай.

Ответ парня прозвучал так, словно мое поведение казалось ему забавным:

– Почему я должен давать тебе деньги?

– У меня нет с собой ни копейки.

– А я тут при чем?

– Ты же привел меня сюда! Так что и ответственность на тебе!

Именно! Я в полной уверенности в своей правоте активно кивала головой. Торговец шашлычками разделял мое мнение и попросил Лукаса заплатить:

– Что ж! Кто пригласил, тот и платит! С вас всего две монеты.

Мне почему-то показалось, что он понял: с меня взять нечего. Поэтому и нацелился на Лукаса, у которого, судя по всему, деньги были. Мы с этим мужиком будто даже чем-то похожи…

В итоге Лукас все же заплатил, хоть и не без насмешливых взглядов в мою сторону. Тц. Но что такое один куриный шашлычок?

– Хочу еще один. – Я ткнула стоявшего рядом со мной парня в бок.

– Желаете еще? – Несмотря на то что я обратилась к Лукасу шепотом, торговец меня услышал и сразу протянул шпажку. – Две монеты.

Естественно, он попросил еще денег.

– Вы отлично спелись, – удивленно произнес Лукас, но послушно заплатил.

– Вот, это вам за счет заведения. У вас такая чудесная девушка.

– Я такое не ем. И она не моя де…

– Хе-хе-хе! Спасибо, дяденька!

Я ткнула мага в бок и взяла из рук торговца еще одну шпажку. После этого мы отошли от лавки с жареной курицей.

– Если тебе дают что-то бесплатно, надо брать. Зачем отказываться?

– Откуда у тебя столько опыта? Говоришь с такой уверенностью, что я бы поверил, если бы ты сказала, что только что закопала чей-то труп где-то на этом рынке.

Вот же! Чересчур проницательный гад! Я пошла вперед, не обращая внимания на Лукаса, который провожал меня прищуром.

– Кхм. Если не собираешься его есть, отдай мне.

Вышагивая по рынку и держа в обеих руках по шпажке шашлыка, я вдруг вспомнила кое-что очень важное. Точно!

– Лили меня уже, наверное, обыскалась!

Когда я в ужасе обернулась, Лукас выглядел так, будто не ожидал, что я так быстро об этом вспомню:

– Может, и не обыскалась. Я оставил во дворце куклу вместо тебя.

– Куклу? Бумажную, что ли, как в прошлый раз?

Как он мог так поступить?! Гаденыш!

– Та была худшей из тех, что я могу сделать. Радуйся, что сейчас я сделал ту, что ходит и разговаривает, – высокомерно произнес Лукас.

Вы только посмотрите на него. Оказывается, он умеет делать нормальных кукол! Так почему мне в партнеры он давал дурацкую бумажную?!

– Ешь быстрее. Здесь слишком много людей.

Вдруг кто-то случайно задел меня, и Лукас схватил за руку, притягивая ближе к себе. А затем, воспользовавшись моментом, выхватил одну шпажку.

– Ты ведь говорил, что не ешь такое?

– Если ты съешь их все, то превратишься в хрюшку.

Ни его насмешка, ни то, что он ел мой шашлык, не могли испортить моего настроения. Я просто закрыла на это глаза и продолжила спокойно есть. Но толпа становилась гуще, и мне показалось, что я могу потеряться. Поэтому я взяла Лукаса за руку.

– Ух ты! Посмотри! Это же птичий рынок!

Я услышала щебетание птиц, вытянула шею и увидела вдали птичьи клетки, подвешенные на веревках.

– Пойдем посмотрим!

Доедая шашлык, я потянула Лукаса за собой. Но по какой-то причине парень не сдвинулся с места.

– В чем дело?

Я обернулась и увидела, как он недоуменно рассматривал наши руки. Чего? Не нравилось, что я взяла его за руку без разрешения? Я не царь Мидас, от моего прикосновения он не превратится в золото!

– Он только открывается, так что смотреть там пока нечего. Если и идти туда, то позже.

«Если тебе так не нравится, в следующий раз возьму тебя за рукав!» – раздраженно подумала я, но на этот раз Лукас сам потянул меня за собой.

– Да? Тогда купи мне вон то! – Я выбросила шпажку от шашлыка в мусорное ведро и указала на лавку со сладкой ватой.

Ох. Я чувствовала себя ребенком, что выклянчивает у мамы вкусняшки. Но ведь закон сочетания соленого и сладкого не просто так придумали! Я только что съела пряный и соленый шашлык, так что теперь мне необходимо что-то сладкое!

Мы с Лукасом, как настоящие фуд-блогеры, решили обойти всех уличных торговцев. Настоящий гастротур!

Глава 73

– Ах, как же было вкусно. – Вскоре я удовлетворенно похлопала себя по животу.

– Скажи честно. На твоем желудке какое-то заклинание? – устало спросил меня сидевший напротив Лукас.

С чего такой вопрос, если он съел ровно столько же, сколько и я?

– Говорят, что здесь отменное парфе.

Я вспомнила слова прохожего и с воодушевлением открыла меню.

– Ты в городе, а ведешь себя так, словно у себя дома.

Проигнорировав слова Лукаса, я изучала меню.

– Тут все так вкусно выглядит! Что же мне заказать?

Мы сидели в летнем кафе. Оно было довольно популярным в этом районе. Наверное, поэтому здесь было столько посетителей, что нам с трудом удалось урвать себе столик. Кафе больше походило на элитный чайный дом, и я ожидала, что все блюда будут дорогими. И действительно – в отличие от рынка, тут цены были указаны не в медных монетах, а в серебряных.

Я прошептала Лукасу:

– Тут так дорого. Как нам быть?

– Не переживай. Заказывай все, что хочешь.

Буквально в этот же момент над его головой возник нимб. В-вот же… Он не врал, когда говорил, что у него куча денег! А я тогда еще рассмеялась, думая, что он лжет!

– Хоть медные монеты, хоть серебряные – их изготовление не займет и минуты.

Я думала, что это враки… Хм? Что он только что сказал? Изготовление? Чего?

Тук-тук. Дзинь!

В этот же момент Лукас дважды стукнул пальцами по столу, и внезапно перед ним возникли серебряные монеты.

– Но, с учетом твоего аппетита, серебром дело не обойдется. Потребуется золото.

Тук-тук. Дзинь!

На этот раз появились золотые монеты. У меня отвисла челюсть. Э-это ведь мошенничество!

– Неужели ты за все платил такими деньгами?!

– Ты думала, что я все эти монеты с собой носил?

Какой крутой… Нет! Я не это хотела сказать! Кхм. Бесстыдник. Я только что стала свидетелем фальшивомонетничества!

– Это ведь незаконно!

– Да? Тогда ты соучастница.

Ах! А ведь он был прав. Согласно законам Обелии, любой, кто занимался фальшивомонетничеством, должен лишиться руки, а тот, кто получал выгоду от поддельных денег, обязан был отдать все свое имущество империи. И к тому же оба приговаривались к тридцати годам каторжных работ.

Я перевела взгляд на Лукаса. Он улыбался. Когда мы встретились взглядами, то заключили негласный договор. Л-ладно. Мы унесем эту тайну с собой в могилу!

– Они со временем исчезают? – спросила я, вспомнив мага из одного фильма.

– Только если их создал любитель.

Иными словами, это настоящие деньги, а он не какой-то любитель. Вот же гад! Оказывается, он все это время был золотой антилопой, ходячим кошельком! Что ж, большего мне знать не надо!

– Тогда я хочу это, это и вот это. А, и еще вот это. Говорят, что это самое популярное блюдо, так что его нельзя не заказать!

Я решила использовать карту «Лукас» по полной. Парня мое поведение скорее позабавило, и он не стал меня останавливать.

В кафе было гораздо тише, чем снаружи. Гул улиц доносился до нас уютным фоновым шумом. Когда я в последний раз была в окружении такого количества людей? Мне этого не хватало. Я была так сосредоточена на выживании, что даже забыла, каково это – жить обычной жизнью, что такое быть человеком. Аж взгрустнулось.

– Дженит, нас и так уже долго не было. Нужно возвращаться.

Именно в этот момент я услышала знакомый голос. Это ведь был Иджекиил, да? Я непроизвольно повернула голову и вздрогнула от удивления.

– Но Иджекиил! Мы же почти ничего не посмотрели!

Ой. Так и есть. Это Иджекиил и Дженит. Я тут же отвернулась к окну. М-меня же не заметили, да?

– А, Снежок-младший?

Лукас тоже его заметил. Они с Дженит сидели за столиком по диагонали от нас. Ох. Ну почему так близко, и как я могла их не заметить?! Перед ними уже стояли чашки с чаем, значит, они пришли раньше нас.

– Бесят. Может, мне их убрать? – с мрачной улыбкой пробормотал Лукас.

Только не это! Он не произнес слова «навсегда», но оно явно слышалось в его тоне. «Они никогда больше не увидят белого света» – вот, что слышала я. Поэтому я поспешила его отвлечь.

– Они наверняка уже скоро уйдут, так что давай просто подождем, – прошептала я, скрывая лицо за волосами.

Сегодня ведь не праздник какой-нибудь, так почему эти двое в кафе?!

– Ты хочешь еще куда-нибудь зайти?

– Да, мы еще не купили самое важное.

Я взяла свои волосы в обе руки и спрятала в них лицо. Иджекиил с Дженит были как звезды этого квартала. Они и сами по себе выглядели прекрасно, но вместе каким-то чудесным образом смотрелись еще красивее.

Другие посетители тоже не могли оторвать от них взгляда. Мне ведь не показалось?

– В чем дело, Иджекиил? Я ведь несколько раз напоминала тебе об этом, а ты забыл? Не похоже на тебя.

Иджекиил бросил на сестру виноватый взгляд. Похоже, они пришли за покупками, но он забыл об этом.

Нет, не подумайте! Я не хотела подслушать! Но они говорили так тихо…

– О чем они? Мне интересно. Послушаем-ка! – пробормотал Лукас и щелкнул пальцами.

– Ты весь день будто в облаках витаешь. – В голосе Дженит слышалось раздражение.

Ой! Теперь я могла отчетливо их слышать! Лукас, ну хитрец!

– Разве? – Иджекиил поднес чашку ко рту и спокойно ответил. – Мне просто показалось, что я увидел знакомого.

– Принцессу?

На этих словах мы оба замерли. Ч-что она только что сказала? Неужели она видела, как я поедаю шашлычки на улице? В этом дело?

– У тебя буквально на лице написан вопрос: «Откуда ты узнала?» – Дженит с улыбкой добавила в чай ложку сахара и начала аккуратно его размешивать. – Иджекиил, ты меняешься в лице, когда говоришь о принцессе. Ты правда думал, что я не замечу?

– Дженит…

– И сейчас то же самое. Если ты так глубоко задумался, то только о ней. – Она опустила голову, и волна каштановых волос скрыла от меня выражение ее лица.

– Идем. – Иджекиил взглянул на нее, а затем поставил чашку на блюдце. – Сегодня отец впервые за долгое время разрешил тебе выйти в город. Так что, если ты хочешь зайти куда-то еще, то нужно идти, пока не поздно. Говорят, где-то здесь продают атласные ленты.

С этими словами он поднялся из-за стола, подошел к Дженит и протянул ей руку.

– Ты прав. Пойдем.

На этот раз Иджекиил поступил правильно. Сестра просияла и взяла его за руку.

– Я хочу сделать подарок ее высочеству. Поможешь мне выбрать ленту? Думаю, тебе тоже не будет скучно в том магазине.

О нет, они направились в эту сторону! Я попыталась еще сильнее зарыться в волосы, чтобы спрятать лицо. К счастью, эти двое прошли мимо, не заметив меня.

– Ах. Я думала, мне конец.

– Лучше бы я смотрел, как краска сохнет, чем слушал их разговор. Такая скукота, – пробормотал Лукас, когда Иджекиил и Дженит ушли.

Я задумчиво посмотрела в сторону выхода. Но буквально через мгновение мое внимание переключилось на кое-что другое.

– Спасибо за ожидание. Вот ваш заказ: супершоколадная помадка «Наполи», фондю «Мое сердце бьется для тебя», сине-фиолетовая тайная карамель, клубничное песочное печенье «Агата», «Монблан в облаках», сладкое сахарное парфе и наш фирменный горячий шоколад.

А-а-а! Наконец-то!

– Что у них за названия? А ты вообще осознаешь, сколько сахара ты заказала? Осилишь?

– Еще спрашиваешь, – фыркнула я в ответ.

Чья бы корова мычала. Сам-то себе ту шоколадную штуку заказал! Как там было?.. Ладно, неважно. Официант будто из пулемета выпалил все названия.

Как бы то ни было, Лукас сам тот еще сладкоежка. Он всегда тайком ел вкусняшки, которые для меня готовила Лили. И знал бы он, как сейчас сверкали его глаза при виде сладостей!

Я воодушевленно поднесла вилку к тарелке.

– Приятного аппетита!

Вскоре мы с Лукасом довольно откинулись на стульях и сыто поглаживали животы.

– Куда теперь?

– Ты еще не наелась?

Нет, с едой мы пока закончили. Если бы я съела что-то еще, меня пришлось бы катить во дворец.

– Ах! Лавка с птицами! Пойдем туда!

Я вспомнила о новом магазине, который хотела посетить, поэтому решила заглянуть туда.

– Лукас, быстрее!

Я была так взбудоражена, что чуть не бежала впереди него. Парень наблюдал за мной с искренним недоумением. Он действительно не мог понять, как я, еще недавно бессильно развалившаяся за столом во дворце, теперь буквально нарезала круги вокруг него.

Первой переступив порог магазина, я ахнула.

– Ух ты!

Над моей головой в несколько рядов висели разных размеров клетки. Внутри сидели удивительные разноцветные птицы.

– Как красиво!

Со всех сторон доносился их щебет. Но, как ни странно, это напоминало не какофонию, а приятную мелодию.

Глава 74

Я восторженно ходила между клетками, пока мое внимание не привлекла птица с голубым оперением.

– Это птица Цин. Если ее хорошо натренировать, она сможет доставлять сообщения, – произнес мужчина, судя по всему, владелец лавки. Однако он быстро отошел – его позвал другой покупатель.

Я впервые видела такую красивую синюю птицу. Моя рука невольно потянулась к клетке.

– В-ваше высочество?.. – Именно в этот момент за моей спиной раздался тихий шепот. Я замерла, как только коснулась клетки. Знакомый голос снова зашептал: – Это же вы, да?

Мне не нужно было оборачиваться, чтобы понять, что это был Иджекиил. Они же должны были пойти за лентами! Как они так быстро оказались здесь? И как он узнал меня по затылку?

– Иджекиил! Что ты там делаешь?

А это Дженит! Нет, не иди сюда! Ой! Я решила, что пора делать ноги.

– Постойте!..

– Иджекиил?

К моему превеликому счастью, я была в легком платье и туфлях без каблука. Я на всех парах помчалась, лавируя между клетками, а вокруг мелькали пестрые перья птиц.

– Прошу, подождите!

А-а-а, зачем он меня преследовал?!

Я проигнорировала его голос и не остановилась. Наконец-то впереди я заметила Лукаса.

– Лукас!

Чем он там занимается? Играет в гляделки с птицей?

– Что случилось? Чего ты так расшумелась? Ты же птиц рассматривала, – произнес парень, отведя взгляд от красноперой хищной птицы.

– Сюда идет Иджекиил!

Рубиновые глаза мага скользнули за мою спину. Через мгновение он прищурился и слегка цокнул языком:

– Возьми меня за руку.

Хочет телепортировать нас? Я не стала уточнять, а просто схватила его за руку.

– Ой!

Ч-ч-что происходит?! Почему я парю в воздухе?!

– А-а-а! Мамочки! За что?!

Я и моргнуть не успела, как мы с Лукасом оказались в воздухе. Мы все выше взмывали над магазином, и он со своими клетками и птицами исчезал из поля зрения. Когда я заверещала от ужаса, парень скривился, словно у него вот-вот лопнут барабанные перепонки.

– Ай, мои уши! Первый раз летаешь, что ли?

Еще имеет наглость спрашивать, козлина! Когда бы я летала? Он считал полетом то, как я упала на территорию герцога Альфиоса? Ой. Я неожиданно вспомнила тот случай и испугалась еще больше.

– Т-ты ведь не сбросишь меня вниз, да?

– Зачем мне это надо?

Я изо всех сил вцепилась в Лукаса, как в спасательный круг. Парня же ситуация будто бы забавляла – он усмехнулся. Погодите. Его забавляло, как я цепляюсь за жизнь?

– Да не упадешь ты. Сделай шаг.

С-сделать шаг? Куда? Здесь ведь нет ничего!

– Я тебя сейчас отпущу.

Увидев, что я не собиралась никуда шагать, парень решил мне пригрозить. Хнык. Куда шагать-то? Здесь ничего нет! А теперь мне еще и угрожают! Эх, ладно… Ладно! Только не отпускай! А!

Я закрыла глаза и сделала шаг, как и сказал Лукас. Ох, под ногой-то ничего нет… Хм?

– Ой. Что это?

Я замерла, посмотрела вниз и сразу горько пожалела об этом. Под нами ничегошеньки не было! Однако Лукас двигался так, словно поднимался по невидимой лестнице, а я висела в воздухе рядом с ним. С каждым шагом мы взмывали все выше, как на американских горках.

– Ты чего? Неужели так боишься?

– А ты как думаешь?!

Похоже, моя реакция позабавила Лукаса. Кстати, я тут кое-что вспомнила. Это все очень напоминало то популярное японское аниме. Ну, где героиня гуляла по воздуху вместе с волшебником.

– Странно. Что в этом такого?

Его искреннее удивление задело мою гордость. Я зажмурилась и сделала шаг. Мое тело неожиданно поднялось выше. После нескольких повторений мне стало даже немного весело.

– Тем более что я избавился от надоедливого преследователя. Я ведь молодец?

Вот же засранец! Лукас смотрел на меня так, словно ожидал похвалы, но я просто остолбенела. Все это ради того, чтобы сбежать от Иджекиила?

– Ты мог нас просто телепортировать!

– А? Хочешь, чтобы я отпустил твою руку, и ты шла сама?

– Нет. Господин Лукас, вы поступили правильно, как всегда!

Единожды дурак – навсегда дурак. Горбатого только могила исправит. А-а-а! Я вспомнила кое-что крайне важное!

– Я ведь в юбке!

– Ай! Мою руку-то за что?!

Я безжалостно щипала руку Лукаса до самого нашего возвращения на землю.

– Идем домой.

Сегодня был насыщенный день. Хотя последние события мне не понравились.

Стрелка часов на башне указывала между цифрами пять и шесть, и я решила, что сейчас самое время возвращаться. Лукас, кривясь, потирал руку, словно ему до сих пор было больно.

– На этот раз мы же телепортируемся?

Мы приземлились на большом поле. Кругом лишь желтая трава по пояс, поблескивая серебром, мягко покачивалась на ветру.

Естественно, я решила, что Лукас вот-вот телепортируется, поэтому схватила его за руку. Но парень почему-то нахмурился.

– Эй, чего ты так резко хватаешь людей за руки?..

Я и раньше это замечала, но, выходит, ему правда не нравилось, когда я беру его за руку.

– А, так телепортироваться можно и не держась за руки?

Хм, если вспомнить, то мы этого не делали, когда покидали дворец или когда он отправлял меня в поместье Альфиосов. Ну и ладно. Больно надо. Раз ему так не нравилось, то больше не буду его за руку брать. Так хмурился, будто бы я его смертельно оскорбила, а не за руку взяла.

– Ладно. Нам пора.

Стоило мне попытаться отпустить Лукаса, как он сам взял меня за руку. Погодите, ему ведь не нравилось! Почему он вдруг передумал? Что за перепады настроения? Но хоть предупредил меня, уже спасибо.

Щелк.

Лукас щелкнул пальцами. Вид спокойного поля сменился уютной комнатой.

– Уже вернулись?

Ой! Это кто? В комнате была девушка, которая выглядела в точности как я! У меня мурашки по коже пробежали, когда я увидела, что другая я с улыбкой поприветствовала Лукаса.

– Двойник!

– Ты о чем? Я же говорил, что это просто кукла.

И правда. Я несколько смущенно опустила руку, которой указывала на куклу. Нет, погодите.

– Это точно кукла? Я скорее поверю, что у меня есть сестра-близняшка.

– Ха. Просто я мастер своего дела. Мне даже стараться не нужно, чтобы создать такую.

Я не могла не восхищаться куклой передо мной, а Лукас выглядел очень гордым. На кукле было то же платье, что и на мне, когда я покидала комнату. Часть ее волос была собрана в хвост, на голове – украшение с жемчугом. Я словно в зеркало смотрелась. Странное ощущение.

– Смотри сколько хочешь – отличий не найдешь.

– Да? Она правда моя точная копия?

– Естественно. Кто ее сделал?

– Я настолько красивая?

– Естестве… – Лукас, распираемый гордостью, вдруг осекся. До него быстро дошло, что он чуть было не попался на мой крючок, и он бросил на меня недовольный взгляд.

Эх, я думала, что подловила его.

– Хе-хе… Как и ожидалось от великолепного господина Лукаса, сделал точную копию меня.

Пока я задабривала его, кукла стояла с легкой улыбкой на лице, не шелохнувшись. Какая она спокойная. Вот так должна вести себя настоящая леди? Однако Лукас, тоже смотревший на куклу, неожиданно нахмурился:

– Не точную. Бесит.

Что это с ним? Я даже не успела ответить, как Лукас щелкнул пальцами, и кукла исчезла.

– Нет, зачем? Я еще не насмотрелась!

– Потому что она отвратительна.

– Чего?!

Он только что назвал отвратительной куклу, которая была точной копией меня?! Это он так меня задеть решил? Что происходит?

– Чего ты расшумелась? Я же не про тебя говорил!

– Да, а всего лишь про куклу, которая выглядит точь-в-точь как я!

– Нет. Она вообще на тебя не похожа.

Лукас всегда был странным. Он буквально только что хвастался тем, какой он крутой и какую идеальную куклу может создать. А теперь она вдруг стала совсем на меня не похожа. Пока я пыталась это переварить, маг снова щелкнул пальцами и вернул мою прежнюю одежду. Он тут же расплылся в удовлетворенной улыбке.

– Хоть оригинал и не идеален, он гораздо лучше.

Минуточку. Он меня только что оскорбил? Это шутка такая или что?

– Вот-вот явятся твои горничные. Так что я пошел.

– Я тебя удерживать не буду! Делай что хочешь! – разъяренно крикнула я.

Лукас ушел с довольной улыбкой на лице.

– Ваше высочество, я вхожу. – Пока во мне кипел праведный гнев на Лукаса, в дверь постучала Лили. – Ой, вы уже закончили. Вы сегодня были так сконцентрированы на занятиях, что я решила вас не беспокоить.

– С-спасибо…

– Ужин скоро. Вам нужно подготовиться.

– Угу, ты права.

Я попыталась сохранить спокойствие и улыбнулась Лили. Хорошо, что я еще не опаздывала на ужин с Клодом. Я облегченно выдохнула и положила руку на сердце.

Хм? За дверью какой-то шум.

Ту к-ту к-ту к!

– Ваше высочество, можно войти?

В дверь постучала Ханна.

– Входи.

Она вошла в комнату, но ее лицо почему-то было красным. Так она выглядела только тогда, когда ей не терпелось мне что-то рассказать. Это же подтверждало и то, что Сет, вошедшая вслед за ней, качнула головой в сторону Ханны, словно извиняясь, что не смогла ее остановить.

– Ханна, что происходит?

– Ваше высочество, вы сами удивитесь, когда узнаете!

Мне было очень любопытно. Через мгновение она ответила, и я не смогла сдержать удивления:

– Маг из Черной башни, что спал несколько столетий, пришел на аудиенцию к его величеству!

Глава 75

– Ах! Какое красивое озеро!

Я с некоторой тоской наблюдала за девушками, которые любовались раскинувшимся перед ними озером.

Да, оно и впрямь было красивым. Я раньше тоже так думала. Даже не верилось, что здесь жили монстры со щупальцами. Такой ужас под гладкой зеркальной поверхностью.

– Почти такого же цвета, как глаза ее высочества! – Слова одной из девушек заставили меня вздрогнуть и остановили мой внутренний поток жалоб. – Конечно, ничто не сравнится с ними по красоте. Недаром их называют божественными. Я не могла оторвать от них взгляда во время бала дебютанток.

– Верно-верно!

А, это был комплимент. Я сперва была шокирована, решив, что это оскорбление, но теперь мне стало неловко за свою реакцию. Я ответила комплиментом:

– У леди Коринт тоже очень красивые глаза. Такие большие, насыщенного зеленого цвета молодых побегов.

В ответ на мои слова девушка покраснела и воскликнула:

– Божечки! Хе-хе-хе! – Какая милая реакция. Не ожидала, что у ярой фанатки Иджекиила обнаружится и такая сторона.

– Как же здорово вот так кататься на лодках в императорском дворце.

Что ж, я могу понять их удивление. Я была такой же, когда мне разрешили прокатиться по озеру на территории дворца.

– С воды открывается великолепный вид.

Правда после встречи с цветком-монстром мне в сторону озера даже смотреть не хотелось. Хотя поговаривали, что Клод уничтожил их всех после того случая. Для меня это хорошо, конечно… Но почему мне не по себе? Неужели я тогда подняла такой шум, что он мгновенно перебил монстров, населявших озеро на протяжении многих лет?

Кхм. Выходит, что так. Тогда я впервые видела Клода в том состоянии. Тем не менее, теперь я могла спокойно насладиться прогулкой по воде с моими гостьями.

– Будьте осторожны, когда садитесь в лодки.

Хм. Раз я организатор и уже каталась на лодках, значит, я и должна сесть в нее первой, да? Лодки были надежны благодаря наложенной на них магии: они не раскачивались, когда в них садились. Можно было даже забираться в них без посторонней помощи. Но я ведь принцесса, поэтому я приняла помощь Феликса.

Фух. Я легко ступила в лодку. Хм? Почему-то никто не сдвинулся с места. Почему они все застыли, как вкопанные? Они будто бы наблюдали друг за другом. Они боялись сесть в лодки? Я приказала стоявшим по близости рыцарям помочь девушкам. Они, наверное, ждали приглашения?

Или же они слышали истории о монстрах в озере?

– Здесь нет ничего страшного. Давайте я вам помогу. – С недоумением я какое-то время наблюдала за девушками, а в итоге с улыбкой протянула одной из них руку. И в этот же момент случилось нечто невообразимое.

– Я поеду вместе с ее высочеством!

– Нет, я!

– Что вы такое говорите? Ее высочество только что ко мне обратилась.

– Эй, кто там меня назад тянет?! Так нечестно!

Оказалось, что они тянули друг друга за одежду и руки, чтобы никто не смог сесть ко мне в лодку. Я так смутилась. Они правда дрались за место рядом со мной? Я не знала, расстраиваться мне или смеяться. Но думаю, что я скорее должна быть благодарна, потому что это все равно лучше, чем если бы меня избегали.

У всего есть своя цена. И эта – результат совместных разговоров о четырех Небесных царях за поеданием пирожных Лили.

– Ну что, поедем?

Хм? Я не ожидала услышать чей-то голос прямо напротив меня. Равно как и другие девушки. Все невольно повернулись в сторону источника звука и потрясенно раскрыли рты.

– Сомневаюсь, что сюда поместится кто-то еще, так что вам придется воспользоваться другими лодками.

Там, где еще мгновение назад никого не было, теперь с зонтиком в руках сидела Дженит, мило улыбаясь другим девушкам. В-вот это да. Оказалось, у нее есть и такая сторона! Пока другие девушки ругались между собой, она под шумок села в лодку.

– Присаживайтесь, ваше высочество, – с ослепительной улыбкой произнесла Дженит.

– Л-леди Магрита. Когда вы?..

– Так нечестно! Я должна была там сидеть!

– Но ведь леди Магрита буквально только что стояла за мной?

Я разделяла недоумение девушек. Однако, взглянув на то, как удобно устроилась в лодке Дженит, с трудом сдержала смех. Кхм-кхм, нет, в этой ситуации не было ничего смешного.

– Что же, здесь правда больше нет места. Садитесь, пожалуйста, в другие лодки. – Мне не оставалось ничего другого, как с улыбкой отказать остальным девушкам. Они могли лишь беспомощно наблюдать за происходящим, ведь Дженит уже заняла место рядом со мной.

Первой на лавку села я, затем Дженит, и сразу после этого лодка плавно двинулась по озеру. Когда мы отдалились от берега, на котором все еще потерянно стояли девушки, я не выдержала и рассмеялась.

– Леди Магрита, я и не знала, что вы такая шустрая!

– Мне часто это говорят.

Мы с Дженит ярко улыбнулись друг другу. Всего несколько месяцев назад и я представить не могла, что мне будет так приятно проводить с ней время. Это потому, что я открывалась ей во время чаепитий? Но сейчас, сидя с ней лицом к лицу, я поняла, что мы стали друг другу гораздо ближе.

– Как вы и говорили, ваше высочество, с воды открывается прекрасный вид. – Легкий ветер донес до меня ее восхищенный голос.

Глаза Дженит были голубого цвета, более глубокого, чем у озера. Внезапно я вспомнила, какими были ее глаза, когда я видела ее в детстве в поместье герцога Альфиоса. Наверное, ей было тяжело прятать их настоящий цвет каждый раз, когда она выходила из дома. Ей помогал маг семейства Альфиос?

Ой. Похоже, что я слишком пристально на нее смотрела. Дженит переключила свое внимание на меня, словно почувствовала мой взгляд. Мне стало неловко, но я не показала этого и широко улыбнулась. Эх, моя улыбка доведена уже до автоматизма.

– Глаза ее высочества сейчас такие бирюзовые! Словно вода озера!

– Правда?

– Да. Они похожи на мои.

Слова Дженит заставили меня немного напрячься. Она смотрела прямо мне в глаза и мило улыбалась. От ее дружелюбия я почувствовала смутную тревогу.

– Я это заметила еще во время бала дебютанток, где впервые встретила его величество и вас. – Будь я Атанасией из романа, которая ничего не знала, то восприняла бы эти ее слова за знак дружбы и проявление вежливости. – Вместе вы выглядели так мило и гармонично, что я не могла оторвать от вас глаз.

Но я-то знала, что Дженит считала меня своей сестрой, поэтому и говорила так. Это было понятно с самого начала, но сейчас, когда я видела то, как она смотрит на меня, мне стало крайне неуютно.

Я покрутила в руках зонтик и произнесла:

– Я тоже была рада увидеть, как вы близки с семейством Альфиосов.

– Вы правы. Для меня они и правда как семья! – Дженит смущенно рассмеялась.

Я хотела добавить что-то еще, но в итоге передумала. Меня мучила совесть за притворство, за то, что я веду себя так, словно ничего не знаю. Я смотрела на девушку со смешанными чувствами.

Ее мягкие каштановые волосы покачивались под залитым солнцем зонтиком. Круглые бирюзовые глаза были устремлены на меня. В светло-розовом платье Дженит казалась воплощением невинности. Ну, а что? Ей ведь действительно всего четырнадцать.

– Ах, я и не знала, что может быть так красиво! – мечтательно глядя на ослепительно сверкавшее озеро, прошептала Дженит, как настоящая героиня романа. – Я еще никогда не была так счастлива, как сейчас, ваше высочество.

– Вы слышали новости? Про мага из Черной башни?

После прогулки на лодках мы расселись на берегу озера и любовались пейзажем. Как и говорил Феликс, в озере правда не осталось ни одного монстра, чему я была несказанно рада. Но тут мою радость омрачили слова одной из девушек.

– Да, я тоже о нем слышала!

– И я!

Ух ты. Слухи уже разлетелись. Но невозможно проконтролировать всех слуг. Я сама узнала об этом от Ханны в первый же день, когда слухи только начинали распространяться.

– Ваше высочество, правда, что объявился маг из Черной башни?

Как и ожидалось, девушки хотели, чтобы я подтвердила или опровергла эту новость. Хотя кого я обманывала – сама первая побежала во дворец за информацией, так что могла их понять.

О нет. Я чуть не улыбнулась им материнской улыбкой. Пришлось сперва взять лицо под контроль, прежде чем повернуться к девушкам. Они смотрели на меня с раскрытыми ртами, как птенчики.

– Да. Некто, кто зовет себя магом из Черной башни, просил аудиенции с отцом.

– Да вы что?! – тут же заверещали девушки, словно только и ждали моего подтверждения.

Но погодите. Я ведь сказала, «некто, кто зовет себя магом из Черной башни», а не «маг из Черной башни»!

– Это просто по-тря-са-ю-ще!

– Ах, я даже подумать не могла, что собственными глазами увижу второе пришествие мага из Черной башни!

– Если это действительно тот самый маг, то я тоже очень хочу его увидеть!

Какой он популярный, этот маг из Черной башни. Это неудивительно: он был практически легендой. Возможно, из-за воспоминаний о прошлой жизни я считала его выдумкой, но у моих гостей, изначально принадлежавших этому миру, мнение было совершенно иным. Обычно они так распалялись только тогда, когда обсуждали четырех Небесных царей Обелии.

– Как же здорово! 3-значит, он сейчас во дворце?! – Глаза девушек сияли. Они не могли скрыть своего интереса.

Меня это удивило, но я была вынуждена их расстроить:

– Нет. Сейчас он не во дворце.

Ох. Тяжело им, наверное, будет, когда они узнают, что человек, на которого они возлагали такие надежды, на самом деле фальшивка.

Глава 76

Я вспомнила разговор с Клодом за ужином.

– Папа, а ты правда сегодня встречался с магом из Черной башни?

По возвращении домой после нашей тайной вылазки с Лукасом я узнала от Ханны об этом маге. Теперь я с нетерпением ждала ответа Клода, пытаясь понять, насколько слухи правдивы. Часть меня сомневалась, но другая отчаянно хотела узнать, каким он был, если это действительно правда.

– Слухи и до тебя дошли.

Не исключаю, что в тот момент мои глаза сверкали так же, как у моих гостей сейчас. Ну, ничего не попишешь. Это ведь сам маг из Черной башни! Кхм, мой друг, скрашивавший одинокую жизнь Атанасии.

– Он притворщик.

Небрежно брошенные слова Клода разбили мои надежды на тысячу осколков.

– Что? Притворщик?

– Он довольно занятный, поэтому я продолжу за ним наблюдать. Но имей в виду, что он лишь выдает себя за мага из Черной башни, так что игнорируй его существование.

Я вспомнила выражение лица Клода в тот момент. Фальшивый маг из Черной башни был где-то за пределами дворца. Клод не стал с ним ничего делать из любопытства, но не думаю, что в этом любопытстве было что-то хорошее. Скорее всего, оно походило на интерес к извивающемуся под ногами дождевому червю.

– Сколько сейчас лет магу Черной башни?

– Точно! У него, наверное, вся голова уже седая!

– Да нет! Вы что, не знаете, что маги стареют не так, как обычные люди, а гораздо медленнее? Поэтому Этернитас, великий маг-император, так долго оставался у власти.

На меня устремились горящие глаза, жаждавшие ответа. Эх, они будут ужасно разочарованы, когда узнают, что тот человек – фальшивка. Я скрыла свое сочувствие и произнесла:

– Кхм. Я слышала, что он выглядел молодо.

Девушки были просто вне себя от радости, словно только что выиграли в лотерею.

– Я читала, что маг из Черной башни больше всего ценит свободу. Но он первым делом отправился в императорский дворец, чтобы встретиться с его величеством? Значит, он высоко его ценит. Его величество император поистине великолепен.

К общему разговору присоединилась и Дженит:

– Для нас было бы огромной честью познакомиться с магом из Черной башни, но такая возможность есть не у каждого. Ах, какая жалость.

Нет! Дженит, и ты туда же!

Нет никакого мага из Черной башни! Он фальшивка, притворщик! Липа! Ну, если верить Клоду. Но раз так сказал именно он, а не кто-то другой, значит, это правда. Можно было бы засомневаться в утверждениях кого угодно, но только не Клода.

– Ваше высочество.

Когда чаепитие приближалось к концу, ко мне подошла Дженит. Я встретила ее улыбкой:

– Леди Магрита, я была рада вас сегодня видеть. Спасибо, что всегда принимаете мои приглашения.

Однако Дженит почему-то замялась, поджала губы так, словно хотела что-то сказать, но не решалась. Эх. Ну почему она была такой миленькой?

– Эм… Если вас не затруднит, примите от меня небольшой подарок. – Наконец она стряхнула с себя сомнения и протянула мне маленькую красиво упакованную коробочку. – Это атласная лента.

И тут я вспомнила, что произошло в день моей недавней вылазки за пределы дворца.

– Ты хочешь еще куда-нибудь сходить?

– Да, мы еще не купили самое важное.

– Я помню, что во время бала дебютанток у вас испачкалась лента… После того, как я нашла ее на полу в танцевальном зале, я попыталась ее отряхнуть, прежде чем вернуть вам, но все равно переживала из-за этого.

– В чем дело, Иджекиил? Я ведь несколько раз напоминала тебе об этом, а ты забыл? Не похоже на тебя.

– Я недавно выходила на прогулку, и мне на глаза случайно попалась лента, которая, как мне показалось, подойдет вам. – Дженит смущенно перевела взгляд на коробку и улыбнулась. – Я просто не могла не купить ее.

От ее слов мое сердце затрепетало. Сейчас она утверждала, что случайно купила для меня ленту, но в тот день в кафе я слышала совсем другое.

– Я хочу сделать подарок ее высочеству. Поможешь мне выбрать ленту? Думаю, тебе тоже не будет скучно в том магазине.

– Это не очень хороший подарок… Может, вам он вообще не понравится. Но я буду рада, если вы его сохраните, – добавила Дженит, пока я рассматривала коробку.

Вид смущенной девушки потряс меня. Мое сердечко сжалось, готовое разорваться! Она, оказывается, пыталась еще и очистить ленту, которую вернула мне на балу дебютанток!

Я этого заметить не могла, разумеется, ведь Клод пустил ее по ветру сразу по окончании бала. Неужели он заметил, что лента была грязной?

Как бы то ни было. Она так все это время переживала, что подарила мне новую ленту! И не было в этом ничего случайного – она специально пошла ее искать. Я ведь все тогда слышала. Она могла сказать, что тщательно выбирала подарок для меня. Зачем говорить так, словно я его не приму?..

У меня защемило в груди, и я поспешила принять ленту, чтобы скрыть нахлынувшую грусть.

– Большое спасибо за подарок, – сказала я, и Дженит удивленно вскинула голову. В ее глазах я увидела свое улыбающееся отражение. – Я обязательно надену ленту на следующее чаепитие. С нетерпением его жду, ведь вы ее выбирали специально для меня.

Дженит счастливо мне улыбнулась, ее глаза выражали безграничную радость.

– Я счастлива просто от того, что вы приняли мой подарок.

– У ее высочества появилась подруга.

Так сказал Феликс, когда мы шли к Изумрудному дворцу, проводив моих гостей. Я подняла голову и взглянула на него. Он буквально светился, словно это у него друг появился, а не у меня.

Подруга. Друзья. Эти слова звучали странно и непривычно. Я немного скривилась и опустила голову.

– Кю!

– Ах, господин Черныш!

Издалека почуяв мое присутствие, на меня мчался Черныш. Похоже, что Ханна его кормила, но теперь просто смиренно наблюдала за тем, как он несся ко мне.

– Черныш, ты хорошо себя ведешь?

– Кю!

Я рассмеялась и начала гладить его по шелковистой шерстке. Чем же его кормили, что он с каждым днем становился все очаровательнее? Ах, какой же хорошенький. Ай! Током бьется. Воздух слишком сухой?

– Ваше высочество, оставьте его и идите отдыхать.

– Можно я его покормлю?

– Маг ведь говорил, что вам нельзя много времени с ним проводить. Идемте, господин Черныш, я вам вкусняшек дам.

Но я тоже хотела покормить своего малыша! Нечестно. Хотя он уже был довольно большим, чтобы считать его малышом.

Я надулась, подумав о Лукасе, который угрожал мне расправой, если я буду проводить с Чернышом много времени. Неужели он понял, что я его проигнорирую, поэтому решил действовать через Лили и остальных? Но Черныш вообще ничем не отличался от других животных! Разве что рос быстро, подумаешь.

– Кю-кю!

– Вот так. Кушайте хорошо, господин Черныш.

Хм… Но Лукас говорил, что Черныш – это моя мана. Когда он вырастет, я буду должна его поглотить? Но я не хочу…

Я взглянула на Черныша, уткнувшегося носом в миску, и отправилась в Изумрудный дворец. Позже уточню у Лукаса, нет ли другого выхода.

Возможность представилась той же ночью.

– Лукас, а можно как-то сделать так, чтобы мне не пришлось поглощать Черныша?

Маг спокойно поедал сухофрукты с моего стола.

– Зачем? Кто там себя в детстве называл величайшей волшебницей? Магия тебе уже не нужна?

Кхм. Вот же гаденыш. Знает, куда бить.

– Нужна, но Черныш ведь исчезнет, если я его поглощу…

Лукас лениво растянулся на диване и сухо произнес:

– Неужели ты думаешь, если относиться к священному зверю как к домашнему животному, он им станет? – Занимаясь растяжкой на полу, я застыла от его слов. – Не бери в голову. Он даже не живой. Это просто сгусток магической силы.

Я подняла взгляд и столкнулась с его бесстрастным выражением. Иногда его рубиновые глаза сверкали, как у всех людей из плоти и крови. Но именно такой суровый, холодный взгляд напоминал о том, что он отличался от всех нас.

– Не надо относиться к священному зверю, как к питомцу. Он не «живет», он «существует». – Слушая Лукаса, я схватила нечто, что первое попалось под руку. – Так что не привязывайся к нему. От него в любом случае ни косточки не останется…

Хлоп!

Подушка вылетела из моей руки и полетела прямо в его лицо. Но он, как назло, легко от нее увернулся.

– Чего уклонился? Боли боишься?

Лукас изучал меня, слегка наклонив голову. Его рубиновые глаза спокойно скользили по моему лицу. Я поднялась и пошла за подушкой, которую использовала для растяжки. Уже через мгновение она отскочила от спинки дивана, на котором сидел Лукас, и упала на пол. Когда я наклонилась за ней, услышала голос парня:

– Ты разозлилась?

Я ничего не ответила.

– Разозлилась, значит.

– Отдай, – холодно произнесла я, когда Лукас взялся за край подушки.

– Я понимаю твои чувства. Но я не сказал ничего плохого. Конец уже предопределен. Если ты поддашься жалости сейчас, первая же об этом и пожалеешь.

В следующее же мгновение я закипела:

– Какой ты молодец! – Я вырвала из рук мага подушку и замахнулась ей. – Это я, как дурочка, привязалась к сгустку магии, который на самом деле не живой, и попусту переживаю из-за того, что с ним станет! И что с того?!

Лукас нахмурился, но не стал уклоняться от посыпавшегося на него града ударов. Маленькая взбучка ему не повредит! Хотя, похоже, ему не было ни капли больно…

Глава 77

– Да. Может, ты и прав. Но ты что, помрешь, если скажешь то же самое, но помягче? Обязательно грубить, а? Иначе никак?

Я била Лукаса подушкой, но уже вскоре мне это надоело, и я опустила руки.

– Ты все?

– Нет!

Шлеп!

Наконец я швырнула подушку Лукасу в лицо. Я не могла не завершить начатое. Шлеп, и подушка упала, открывая насупленное лицо мага.

Ха! И что он мне сделает, ха! Чего он так на меня смотрел?

Я фыркнула, подняла подушку и гордо прошла мимо него.

– Ай!

Этот гаденыш выставил подножку! Я потеряла равновесие и, казалось, вот-вот рухну на пол, но чья-то сила потянула меня в сторону, и я приземлилась на диван.

– Нужно быть осторожнее. Разве не видишь, что здесь моя нога? Полетать захотела?

В-вот же козлина. Это месть? За то, что я ударила его подушкой? Тогда зачем ловить меня?

Я выглянула из-под разметавшихся по дивану волос и зло посмотрела на Лукаса.

– Иди сюда, – сказал он, цокнув языком.

Нет, ну вы посмотрите на него. Он совсем тю-тю? Дурак. Неужели я похожа на человека, который придет по первому зову?

– Тебе надо – ты и иди.

Ситуация была на самом деле презабавная, ведь нас с Лукасом не разделяло и метра. Парень устало выдохнул:

– Какая гадость.

Эй! Так он, оказывается, не помириться хотел! Когда я собралась уже возмутиться, Лукас положил мне на лоб ладонь:

– Тебя и на минуту нельзя оставить.

– Тц, а кто-то просил тебя мне помогать?

Лукас часто ко мне так прикасался, поэтому я сразу поняла, что он собирается успокоить мою ману. Однако я до сих пор не простила его и потому продолжила ворчать.

Забавно, что маг работал с таким лицом, будто и правда только что меня «лечил», а еще забавнее, что я сидела неподвижно, чтобы не мешать ему. Мы уже давно серьезно не ссорились.

– Сегодня последний день, кода ты можешь вот так посидеть со мной, так что постарайся больше не делать глупостей.

От его слов у меня перехватило дыхание.

– Мне нужно уехать на какое-то время.

Лукас сообщил мне это с абсолютно спокойным лицом.

Часть 9

Временное расставание

– Ах! Вы только посмотрите, ваше высочество!

Мы находились в комнате, где хранились мои подарки. Лили, разбиравшая приглашения, тоже повернула голову на голос Ханны. Но той и не нужно было привлекать мое внимание – я уже стояла с открытым ртом.

– Божечки. Какая прекрасная птица.

Приподнятая ткань открывала белую клетку, искусно украшенную узорами. Но меня больше волновала птица с синими перьями. Она тихо сидела на жердочке, но, будто почувствовав наши взгляды, вдруг взмахнула крыльями.

Хм. Я ведь уже где-то ее видела? Очаровательный желтый клюв, круглые черные глаза и роскошный хвост. Она очень походила на ту птичку, которую я заметила на рынке во время прогулки с Лукасом. Но это же невозможно, да? Она просто похожа на ту птицу, верно?

– А как вы удивитесь, когда узнаете, кто ее прислал!

Ханна в предвкушении протянула мне маленькую записку. У меня было плохое предчувствие. И когда я развернула элегантную позолоченную бумагу, увидела…

В напоминание о нашей мимолетной встрече.

Иджекиил Алъфиос

«А-А-А-А-АИ!»

Я закричала про себя, прочитав записку.

– Это от лорда Альфиоса! Раз он прислал такой подарок, значит, влюбился в ее высочество на балу дебютанток! – в радостном возбуждении воскликнула Ханна, даже не подозревая о моем состоянии.

Но нет! Это ничего не значило!

Иджекиил, видимо, подумал, что на рынке встретил меня. Как он мог быть в этом уверен, если видел только мою спину? К тому же и одежда на мне была совсем другая! Этой птицей он буквально говорил: «Я знаю, что вы делали в тот день». Вот что это все значило!

– Ханна, следи за тем, что говоришь в присутствии принцессы.

– Но это же правда! Принцесса настолько прекрасна и мила, что лорд Альфиос не мог не попасть под ее чары!

– Ну, с этим не поспоришь.

Даже Лили согласилась с Ханной и удовлетворенно улыбнулась. Я давно не видела у нее такой улыбки! Этот теплый взгляд матери, гордившейся тем, что ее дочь выросла, вызвал у меня странное чувство вины, будто бы я провинилась и скрыла это.

– Кхм. Прошу вас сохранить в тайне тот факт, что лорд Альфиос отправил мне подарок.

– Как скажете, ваше высочество, – с готовностью ответила Лили, но вот Ханна почему-то смутилась. Мы с Лили подозрительно взглянули на нее, и она быстро выпалила:

– Ваше высочество, клянусь, я ничего не говорила! Просто… Когда я несла клетку, записка выпала, и ее увидели другие служанки, проходившие мимо…

Ч-черт. Значит, они уже в курсе, что Иджекиил прислал мне подарок.

– Ханна! Нельзя так небрежно относиться к вещам ее высочества!

– Простите.

– Похоже, мне придется доверить эту работу кому-то другому!

– Нет, прошу!

Лили отчитывала Ханну, но поезд уже ушел. Что сделано, то сделано. Слух наверняка уже распространился по всему дворцу. Значит, к следующему чаепитию об этом будут знать и мои гостьи.

Но я и забыла, кто больше всех будет не доволен, когда узнает о подарке.

– Значит, альфиосовский мальчишка тебе подарки шлет?

Кха. Я чуть не выплюнула чай, услышав невзначай брошенную фразу. Мы сидели за столом, друг напротив друга. По лицу Клода сразу было понятно, что слухи дошли и до него. Не только слухи, но и их подтверждение.

Клод опустил чашку и холодно усмехнулся:

– У него еще молоко на губах не обсохло, а он уже такой наглый. Похоже, он перенял у отца все самое худшее.

О-он улыбался, но п-почему мне было так страшно? Мы сидели в летнем саду, но было такое ощущение, что кругом метель и каждый выдох превращается в пар. Я дрожала. Неужели он правда так взбесился из-за подарка Иджекиила?

Клод был в дурном расположении духа, и я попыталась улыбнуться, но вышло неловко:

– Эм… Это всего лишь подарок. Такой же, как и духи от моих подруг – простой знак дружбы, не более.

Если Клод узнает о встречах в библиотеке или за пределами дворца, то могут полететь головы. Я унесу эти тайны с собой в могилу.

– Как и его выскочка отец, он не знает своего места. – Клод все не успокаивался. – Возомнил о себе невесть что, ведь во время бала дебютанток ты подарила ему танец.

Кхе-кхе. С ч-чего он вдруг? Мы ведь танцевали всего раз. Что он так на него взъелся? Хотя… Клод и на балу сверлил нас взглядом. Кажется, он на дух не переносил мистера Снежка и его сына!

– А потом еще и якобы по ошибке зашел в твою личную библиотеку. Да он совсем страх потерял.

– Ой!

Я вздрогнула и широко распахнула глаза от удивления. Он знал об этом! Ни о каких разборках я не слышала и была уверена, что стражники молчали в тряпочку, боясь за свои шкуры! Лукас тоже был не из тех, кто стал бы докладывать Клоду подобное. И я ничего не рассказывала, и была уверена, что Клод не в курсе!

Однако в-вскоре после того дня стражников у библиотеки сменили…

– Я проявил небывалое великодушие, сохранив ему жизнь, но он снова переступил черту.

Взгляд Клода поистине пугал. Если все пойдет в том же духе, то завтра на материке точно станет на одного человека меньше. Мне ведь не показалось?

– В этом нет ничего удивительного, ведь ее высочество очень похожа на леди Диану. И с каждым днем она становится все прекраснее, как распускающийся цветок. – Феликс, слушавший наш разговор, только подлил масла в огонь. – А если ее высочество будет появляться на мероприятиях, то количество ее ухажеров будет расти в геометрической прогрессии.

Вероятно, он хотел сказать что-то в духе: «Нет смысла расстраиваться из-за такой естественной вещи». Возможно, Феликс хотел успокоить Клода. Он улыбался, как отец, гордившийся своей дочкой.

Но это была плохая идея! Очень плохая! Беги, Феликс!

– Когда-нибудь принцесса найдет себе достойного партнера и покинет объятия его величества. Даже если она останется жить с мужем во дворце, времени для вас у нее станет гораздо меньше.

Однако Феликс не понял моего отчаянного взгляда и продолжил свои размышления. Он будто не замечал, что Клод поставил чашку на стол и смотрел на него так, словно хотел превратить в ледышку.

– Ах. Такова судьба всех родителей. Как же ваше величество будет справляться с одиночеством, когда этот день настанет?..

– Феликс.

– Да?

Наконец Клод тихо позвал его.

– Если тебе дорога жизнь, настоятельно рекомендую заткнуться. – От этого жуткого голоса Феликс тут же замер. – Впредь не смей попадаться мне на глаза во время наших чаепитий.

– В-ваше величество.

– Что стоишь? Убирайся.

Феликс нерешительно покинул сад. Он выглядел как мальчик, которого отругали, но он даже не понимал за что.

Глава 78

Ох, мне теперь придется в одиночку разбираться с взбешенным Клодом. Хотя присутствие Феликса ничего бы не изменило. Это могло прозвучать грубо по отношению к рыцарю, но это правда.

Я взглянула на Клода, который, прогнав Феликса, только сильнее насупился. Сделав глубокий вдох, я постаралась сохранять спокойствие и недовольно пробормотала:

– Зачем вообще нужно замуж выходить? Мне это не надо! – Оказалось неожиданно сложно делать вид, что слова Феликса меня возмутили. Но нужно было поворчать еще. – Муж этот еще… Мне очень нравится вот так проводить время с папой! Можно я не буду выходить замуж?

Я снова посмотрела на Клода. Тот внимательно меня выслушал и снова потянулся к своей чашке.

– Нет никакого закона, принуждающего тебя к браку.

Он поверил! Я на радостях быстро продолжила свою атаку:

– Тогда я не пойду замуж! Буду жить с тобой до самой старости!

Когда я засмеялась, атмосфера стала будто бы не такой гнетущей.

– Ты это сейчас так говоришь. Позже наверняка передумаешь.

– Исключено. Но даже если это время и настанет, я все равно буду любить тебя больше всех.

Теплый весенний ветерок пробежал по саду, и я внутренне возликовала – взгляд Клода впервые за день потеплел.

– Ты любишь говорить всякие глупости.

Он мог сколько угодно фыркать, но я-то знала, что ему стало легче.

Но если так подумать… неужели он не пускал юношей на мои чаепития потому, что…

– Если тебе снова будет докучать Альфиос-младший, дай мне знать. Я позабочусь о том, чтобы он больше никогда не делал подобных глупостей.

После такого заявления я точно ничего ему рассказывать не стану!

– Это же касается и остальных. Сейчас развелось слишком много нахалов и наглецов, так что будь осторожна.

– Ха-ха-ха.

– Это не ответ.

– Хорошо.

От мрачного взгляда Клода меня бросило в холодный пот. То есть второй подарок от одного и того же человека будет означать билет в один конец? Знаете куда? На другую сторону реки Иордан.

Клод вернул себе самообладание и неторопливо потягивал чай. Я же решила взяться за пирожное, стоявшее передо мной на столе. Ах, мои любимые пироженки. Сегодня мы снова вместе.

– Пап, я правда похожа на маму? – спросила я, буквально вдыхая чизкейк.

Так недавно сказал Феликс. Лили тоже часто повторяла, что я с каждым днем становлюсь все больше похожей на леди Диану. Да, эта тема была табу для Клода. Я старалась вообще не упоминать ее имя при нем.

Но сейчас мне показалось, что я могу задать этот вопрос. Может, розовые очки сделали из меня оптимистку, но я больше не чувствовала, что Клод хотел от меня избавиться. Как бы я ему ни нагрубила, какую ошибку бы ни совершила, все будет хорошо.

– Почему ты спрашиваешь меня об этом? – Он громко поставил чашку на блюдце. Его холодный голос контрастировал с теплыми солнечными лучами, но, как я и думала, он не стал меня ругать и отчитывать. – Не знаю. Я не помню лиц умерших.

С этими словами Клод повернул голову в сторону сада, залитого солнечным светом. Зеленая листва слегка покачивалась от дуновения ветра. Светлые волосы Клода мягко развевались и переливались под солнцем.

Я мягко улыбнулась, наблюдая за ним.

– Пап, у меня есть одно желание.

Сестренка-фея, которую я видела сегодня во сне, снова была невероятно красива.

– Его можешь исполнить только ты.

Однако у всех есть свои секреты, которые они никому не раскроют. Я решила сделать вид, будто не знаю, что слова Клода – это ложь.

– Можешь считать это преждевременным подарком мне на день рождения. Выслушаешь меня?

Увидев в его глазах свое отражение на фоне зелени, я широко улыбнулась.

– А, это тот самый ощипанный петух, о котором столько разговоров.

Был еще один человек, пребывавший в отвратительном расположении духа.

– Какой еще ощипанный петух?! – Я прикрикнула на Лукаса, снова заявившегося в мою комнату посреди ночи.

Он, как всегда, не мог не съязвить. Ему правда больше нечего было сказать о красивой птице? Конечно, мне было не по себе: ведь ее подарил Иджекиил, прознавший о моей тайной вылазке в город. Но сама птица-то тут при чем?! Неужели Лукас не замечал удивительную синеву ее перьев?!

– Тц. Ну, птица и птица. От ястреба и то пользы было бы больше. Никакого вкуса, – проворчал Лукас, глядя на птицу, свернувшуюся в клетке.

Похоже, что у него выжженная пустыня вместо сердца, если он больше ничего не мог сказать о такой прелестной птичке!

– Если ее хорошенько натренировать, она сможет доставлять письма!

– Ага, как же. Хищные птицы ее прямо в полете и слопают.

Как он мог говорить такое при моей синей птичке?! Нужно заботиться о братьях наших меньших! Лукас как был высокомерным и несносным, таким и остался. Но если раньше я бы его за такое отчитала, сегодня я просто недовольно поджала губы и спросила:

– Ты правда сегодня уходишь?

– Что, попросишь остаться?

Парень оторвал взгляд от птицы и повернулся ко мне. В отличие от меня, одетой в пижаму, Лукас был готов к прогулке. Он был в той же одежде, что и в день нашего тайного побега из дворца.

– Нет, я просто спать собираюсь, так что иди уже скорее.

Я знала, что он не останется, даже если я его попрошу. Вот я и ответила ему довольно холодно, хотя чувствовала себя немного подавленной. На самом деле я хотела спросить: «Тебе обязательно уходить сейчас?» – но так и не решилась.

Однако Лукас уже принял решение, и мои просьбы его бы не переубедили. Он отправлялся на поиски того, что усилит его магию и сделает его Величайшим магом столетия!

– Как быстро ты рассчитываешь найти Мировое древо? – тихо спросила я.

Во время одного из наших прошлых разговоров я узнала, что существует некое древо, которое приносит плоды раз в пятьсот лет. А похожи они на кристаллы маны высокой чистоты. Если съесть такой плод, можно до конца восполнить свою магическую силу.

– У меня есть общее представление, где оно находится, так что надеюсь успеть.

Лукас такой Лукас. Постоянно жаловался на то, что у него мало маны. Кхм. Ну, лучше он восстановит ее так, чем поглотит Черныша.

Если так подумать, то вариант с Мировым древом был куда более трудоемким. Когда я впервые о нем услышала, то подумала, что это какая-то сказка. Но после того, как в пруду перед дворцом увидела лотосы со щупальцами, уже ничему не удивлялась.

– Почему ты не отправился к нему раньше? Что, если плоды уже упали?

Если они исчезнут, Лукас не сможет заполучить их еще пятьсот лет. Очень рискованно! А если плодов не останется, то он мог снова нацелиться на моего Черныша! Этого ведь не случится, да? Да?

Лукас молча изучал меня странным взглядом. Что? В чем дело? Неужели он прочел мои мысли по поводу Черныша? Я отвела взгляд, но от его следующих слов мне сделалось не по себе.

– И в самом деле. Я не знаю почему. Времени у меня правда в обрез, надо было уходить раньше.

С-с-странно. Почему он так просто со мной согласился? Еще и в краску меня вогнал.

– Ну, даже если и опоздаю, то хоть какой-нибудь плод все равно найду.

Однако я знала о том, как Лукаса беспокоило отсутствие его маны. И мне очень хотелось, чтобы он добился желаемого. А сейчас он едва ли не прямым текстом говорил, что готов согласиться на упавший плод.

– Все будет хорошо. Ты же сказал, что знаешь, где приблизительно находится Древо. Если воспользуешься телепортацией, не опоздаешь.

Конечно, если оно находится на краю света, ему придется телепортироваться несколько раз. А, хотя Лукас, кажется, упоминал, что возле Древа нельзя пользоваться магией.

– И ты сам говорил, что те, кто умер бы за этот плод, все равно не доберутся до Древа. Никто не сможет забрать плоды раньше тебя. Так что иди и поскорее возвращайся.

Но мне все равно было грустно, что он уходит. Вероятно, я злилась на него за что-то, когда думала, что обрадуюсь его исчезновению.

– Угу. Я пошел.

Лукас улыбнулся и протянул ко мне руку. Когда она легла мне на лоб, я поняла, что он напоследок решил стабилизировать мою магическую силу. Какой он дотошный, оказывается…

– Если по возвращении найду у тебя избыток маны – откушу голову твоему Чернышу.

Ч-чего?..

– Поэтому лучше играй со своей новой бесполезной зверушкой, а не с ним. Только поэтому я до сих пор от нее не избавился.

3-зачем? Царила такая уютная атмосфера, а он решил угрожать моему питомцу?! И почему он так пренебрежительно относится к синей птице?!

– Эй, ты!..

– Я пойду.

Стоило мне только открыть рот, как Лукас тут же исчез прямо на глазах.

– Эх.

Вот же гад! Кто уходит посреди разговора?

Я растерянно коснулась того места, где буквально мгновение назад была рука Лукаса. На фоне тепла, что я чувствовала от его пальцев, лоб теперь казался мне холодным. Раз он сказал, что дорога к Мировому древу и обратно займет какое-то время, то мы не увидимся несколько месяцев?

– Ну и вали. Обязательно осуществи свою мечту стать крутым архимагом.

Я спрятала свое разочарование поглубже и искренне молилась, чтобы желание Лукаса исполнилось. А пока – прощай.

Может, именно из-за этих мыслей я не смогла сегодня ночью нормально поспать.

Глава 79

Прошло больше двух недель с тех пор, как Лукас ушел. После себя он оставил огромную пустоту. Больше, чем я думала. Он всегда появлялся неожиданно, поэтому при малейшем шорохе со стороны окна, я думала, что это он вернулся.

– Похоже, что вам одиноко без мага.

– Он скоро вернется. Как найдет необходимых магических существ для исследования.

Такова была официальная версия: Лукас отправился на поиски магических существ для изучения в Черной башне. Я недовольно цокнула языком – он тщательно подготовился к отъезду. Хотя бы он больше не использовал магию, чтобы манипулировать сознанием окружающих. И на том спасибо.

– Но у вас ведь есть и другие друзья. Я, например. – Феликс улыбнулся. – Я даже взял с собой книг, чтобы позаниматься вместе с вами. Идемте внутрь.

Я старалась этого не показывать, но Лили и Феликс знали, что я расстроена, и пытались утешить. Особенно Феликс. Он впервые за долгое время проявил интерес к учебе и пытался затащить меня в кабинет. Эх, но мне совсем не хотелось заниматься.

– Кю.

В этот момент под моей рукой оказалась черная шерстка. Я посмотрела вниз и увидела своего любимца, смотревшего на меня золотистыми глазами.

– Черныш, ты уже покушал?

Да, Лукас советовал мне играть с птицей, а не с Чернышом. Но как я могла? А что, если она улетит, как только я открою клетку? При всей ее красоте я не могла бесконечно просто смотреть на нее. Я даже дала ей имя Синяш. К тому же Черныш в последнее время бил вообще все рекорды по очаровательности. Наверное, чувствовал, что мне грустно. Поэтому я и не могла просто игнорировать его.

– Я немного поиграю с Чернышом и приду. Совсем немного!

Похоже, Лукас заранее предупредил Лили и Феликса о том, что мне нельзя проводить время с Чернышом. Они явно сомневались.

– Кю?

Мы с Чернышом взглянули на них щенячьими глазками, и под нашим напором они сдались. Мне разрешили немного поиграть с моим любимцем.

– Потом сразу же заходите внутрь.

– Я останусь с ее высочеством, не переживайте.

– Как всегда, рассчитываю на вас, сэр Робейн.

Я наблюдала за Феликсом и Лили. Они снова вели себя, как молодожены. Может, они и правда поженятся?

– Феликс, ты тоже можешь идти.

– Нет. Раз мага сейчас нет, рядом с вами должен быть другой ДРУГ.

В-вот как. Мне казалось, что они чересчур беспокоились.

– Черныш, давай прогуляемся вместе с Феликсом!

– Кю!

Ничего не попишешь. Мне не оставалось ничего иного, как присоединиться на прогулке к Феликсу. Я улыбнулась Чернышу, который терся о мою ногу, и почесала его за ушком.

– Ваше высочество, идемте?

Тогда я еще не знала, что это затишье перед бурей.

– Здравствуйте! Мы так давно не виделись. Все ли у вас хорошо?

Я давненько не звала гостей в Изумрудный дворец на чаепитие. Конечно, ими были те же самые девушки, что и всегда. Ни один юноша к нам по-прежнему не присоединился. Но что поделать? Клод скорее стал бы есть песок, чем допустил их ко мне. Кхм-кхм. Нет, сам он мне такого не говорил. Я просто так думала.

– Ваше высочество, вы прекрасны, как всегда!

Ох, как им не стыдно. Дамы хвалили меня с такими сияющими глазами. Я ответила на комплимент улыбкой. Кхм. Это не было ложью – все мои гостьи были очень милыми и красивыми во всем.

Ой, нет! Я с трудом подавила материнскую улыбку, появлявшуюся на моем лице всякий раз, когда я видела девушек. Затем я подошла к той, что смотрела на меня с самого начала, и поздоровалась:

– Здравствуйте, леди Магрита. Сегодня чудесная погода, не правда ли?

Я знала, на что она смотрела. Мои волосы украшала темно-синяя лента, мягко покачиваясь на ветру. Атласная лента, которую мне в прошлый раз подарила Дженит. Лили продемонстрировала свое мастерство и помогла мне вплести ее в косы.

– Давайте пройдем в сад. Желтые розы сейчас особенно красивы.

Мы были не одни, поэтому я не стала упоминать ленту, но благодарно улыбнулась Дженит. Девушка расплылась в улыбке.

– Конечно. С вами я готова пойти куда угодно.

Мне почему-то стало неловко, и я пошла вперед, оставив ее сиявшие голубые глаза за спиной.

– Кстати, вы не хотели бы пойти со мной на предстоящий фестиваль?

– А ведь и правда, после дня рождения его величества должен быть фестиваль.

Мне нравилось проводить время с моими гостьями. Их глаза сияли, когда они говорили о фестивале, до которого оставалось еще четыре месяца.

– Полагаю, принцесса будет принимать участие в Дне основания империи. Я в предвкушении!

С этого года, после бала дебютанток, я должна была присутствовать на всех официальных мероприятиях Обелии. Ох, об этом даже просто думать страшно. День основания империи – куда более масштабное мероприятие, чем дебют. Как я его переживу?

Да, Лили и Феликс заверили меня, что достаточно держаться рядом с Клодом. Приклеиться к нему, как банный лист, и все будет хорошо.

– Принцесса, а вы собираетесь на фестиваль? – спросила Дженит. Ее глаза сияли так же ярко, как и у остальных.

Ах, критический удар! Ну как можно быть такой хорошенькой?!

– Я пока не знаю.

– Мне самой только недавно разрешили пойти на фестиваль. Вот я и подумала, как было бы здорово, если бы вы пошли с нами.

На слова Дженит сразу же ответила другая девушка:

– Леди Магрита. Я слышала, что у вас слабое здоровье, и вы почти не покидаете поместье.

После небольшой паузы Дженит с легкой улыбкой кивнула:

– Верно.

Ах, нет, вы только послушайте, какое оправдание выдумал мистер Снежок. Магия, скрывавшая настоящий цвет ее глаз, действовала долго, но герцог боялся выпускать Дженит, по венам которой текла кровь императорской семьи, за пределы поместья.

Я вдруг вспомнила содержание «Прекрасной принцессы» и почувствовала еще больше неприязни к мистеру Снежку. Хм, а вообще я давно его не видела. Чем он занимался в последнее время? Может ли быть, что он решил дать Дженит больше свободы, раз позволил пойти на фестиваль?

– Хм? А это что такое? – спросила девушка-лилия, посмотрев куда-то в сторону.

Мы все взглянули туда же. Мне кажется, или я слышу какой-то топот?..

– Кю-ю-ю!

А! Я знала этот голос и силуэт!

– А-а-а!

– Мамочки, что это такое?

– Демонический зверь! Дьявол!

Н-нет! Это никакой не демон, а всего лишь Черныш!

Однако перепуганные девушки впервые видели его. Они в панике повскакивали с мест и с криками разбежались.

– Принцесса! Скорее убегайте!

– П-подождите! Это не демон!

Дженит подбежала ко мне и схватила за руку. Эх! Ну какой из Черныша демон?!

– Черныш!

Я освободила руку и подошла к нему, чтобы успокоить девушек. Дженит удивленно распахнула глаза. Остальные уже успели укрыться за деревом. Ой! Кто-то даже спрятался за Феликсом, который растерянно оглядывался на девушек.

– Кю-кю!

– Ах! Принцесса!

Черныш на всех парах мчался ко мне. Я услышала чей-то крик, но не успела среагировать – Черныш тут же принялся облизывать мое лицо.

– Нет! Он напал на принцессу!

Да нет же! Если бы это было действительно так, стал бы Феликс так спокойно стоять?!

– Да, да. Кто у нас хороший мальчик?

– Кю!

Ай, опять током ударил!

Нужно было срочно успокоить Черныша, поэтому я со вздохом прикрикнула:

– Черныш, сидеть!

Демонический зверь, который, как казалось девушкам, ел мое лицо, грустно отошел от меня и послушно сел на траву. Как хорошо, что Лукас научил его командам «сидеть» и «лежать». Обычно я их не использовала, но теперь пришлось, ведь мы были не одни.

– Молодец, Черныш. Хороший мальчик.

Я погладила его по голове. Он должен был играть за дворцом, так почему он оказался в саду?! Ответ пришел в виде запыхавшейся Ханны, бежавшей за ним.

– Прошу меня простить, принцесса! Он, наверное, учуял запах шоколадного торта и сорвался с места…

Ах, вот оно что. Черныш почуял десерт и не удержался. Эх, какой у тебя острый нюх, дружок!

– П-принцесса? К-кто это?

Ах! Я совсем позабыла о Дженит. Она несколько смущенно стояла позади меня. Похоже, она побежала мне на помощь, когда на меня прыгнул Черныш. Значит, из всех дам только Дженит бросилась меня спасать. Как приятно! А ведь она наверняка боялась не меньше остальных.

– Это мой питомец.

Священный зверь, если быть точнее. Черныш по-прежнему был невероятно милым, но с каждым днем становился все больше и уже достиг половины моего роста.

– Он очень ласковый и добрый, – смущенно произнесла я в защиту Черныша.

– Вот как… Питомец принцессы.

Только после этого Дженит облегченно выдохнула и положила руку себе на грудь. Когда я это увидела, мне стало немного совестно. Но я никогда не забуду ее храбрости! Она бросилась ко мне и схватила меня за руку, чтобы спасти!

Глава 80

– Он и правда выглядит очень ласковым.

Ах, Дженит еще и настоящего Черныша увидела!

О нет. Поэтому и говорят, что нужно похвалить питомца, чтобы достучаться до сердца его хозяина? Только добрые люди любят животных!

– Можно его погладить?

Дженит и правда смелая.

– Конечно.

Я так обрадовалась, что хоть кто-то разглядел очарование Черныша. Он все еще сидел на месте, спокойно моргая. Я с любопытством наблюдала за тем, как Дженит приближалась к нему.

– Кю.

Черныш не стал избегать ее ласки. Я с материнской улыбкой смотрела, как она гладила его по черной шерстке.

Ах, Черныш. Раз уж так все сложилось, может, принести ему чего-нибудь вкусненького?

Другие девушки, наблюдавшие за происходящим издалека, начали осторожно приближаться. Дженит совсем расслабилась и с удовольствием продолжала гладить зверя. Наблюдая за этим, я тоже протянула к нему руку…

Сверк!

Все случилось именно в этот момент.

– А?

Стоило мне только коснуться Черныша, как по моей руке прямо к сердцу пронеслась такая боль, какой я никогда раньше не испытывала. Мне казалось, что-то хотело вырваться из меня. Стало жарко – внутри меня словно бурлила лава. Когда я встретилась взглядом с золотыми глазами Черныша, это что-то все же вышло наружу, и я прикрыла рот рукой.

– Ай!

Кха.

Боже, я знаю это чувство… Такое знакомое… Неужели…

Кап. Кап.

На зеленую траву упали алые капли.

– Принцесса! – вскрикнула Дженит.

Кха. Я снова захлебывалась собственной кровью. Силы покинули меня, и я, теряя равновесие, рухнула на Черныша.

Сверк!

– А!

В тот миг, как Дженит коснулась меня, перед глазами резко, словно молния, сверкнула вспышка. Бах. Бах. Я слышала десятки и даже сотни взрывов, как внутри меня, так и вокруг.

– Принцесса!

Издалека донесся испуганный голос Феликса. Я поняла, что окружавший меня белый свет, не давал окружающим ко мне приблизиться. Дженит отпрянула, а затем без сознания рухнула на землю.

Сверк! Бах!

Все происходящее напоминало то, что случилось со мной в детстве, но при этом сильно отличалось. Я попыталась поднять руки, но не могла унять дрожь. Мне удалось лишь немного пошевелить пальцами, что все еще касались черной шерсти. Она уже пропиталась моей кровью.

Кругом царил хаос. Я не успела ни рта открыть, ни глаз – меня пронзила сильнейшая боль, и я потеряла сознание. В мгновение ока все накрыло непроглядной тьмой.

Это было похоже на погружение в глубокий зимний сон.

Хоть мое тело и было тяжелым, как мокрая вата, разум оставался на удивление ясным. Выходит, пока тело спало, сознание трудилось?

Странно так. Пока я тихо плыла во тьме, мое сердце без видимой причины стало пустым. Словно у меня внутри образовалась огромная дыра. Странное чувство – будто бы я что-то потеряла, но не знала, что именно. И при этом мне было грустно и больно. Почему я так себя чувствовала? Будто у меня отобрали что-то ценное. Словно песок утек сквозь пальцы, и что-то исчезло так тихо, что я даже не заметила…

Но это чувство длилось недолго. Мое тело, тяжелое, словно его затягивала трясина, становилось все легче, как будто его вытаскивали на поверхность.

– Принцесса!

Когда я открыла глаза, меня ждали знакомые лица.

– Принцесса, как вы? Ничего не болит? – сквозь слезы спросила Лили и обняла меня. – Боже. Небеса услышали меня. Я так боялась, что в этот раз вы не проснетесь…

Я хотела ответить, но мой голос отказывался подчиняться, поэтому я просто покачала головой. Словно понимая мое состояние, Лили поспешила налить мне стакан воды.

– Сколько я была без сознания?

Ой, что у меня с голосом? Кваканье жаб звучит и то приятнее.

– Прошло десять дней. – Вместо рыдающей Лили мне ответил Феликс.

Хм, меньше, чем я думала. В прошлый раз я пролежала без сознания больше сорока дней. Мне показалось, что в этот раз все было куда серьезнее, но я ошиблась?

– Неужели Лукас вернулся? – спросила я, оглядываясь, но из-под одеяла не вылезла.

Все тут же притихли. В комнате повисла странная тишина.

– А где папа?

По идее, я должна была увидеть первым именно его, но его здесь не было. Ответа я не получила.

– Где папа?

Тревога медленно нарастала и начала терзать меня. Только после второго вопроса, прозвучавшего сломленным голосом, Феликс наконец ответил:

– Его величество…

– Принцесса!

Несмотря на все увещевания этих двоих, я изо всех сил пыталась выйти из комнаты. Однако после десяти дней без сознания тело отказывалось меня слушаться.

– Принцесса, прошу вас! Так нельзя. Пожалуйста, вернитесь в постель.

Лили снова заплакала и взяла меня за руку, но я отдернула ее. Это было на меня не похоже, но мне нужно было найти Клода прямо сейчас. Я должна была его увидеть, убедиться, что с ним все в порядке.

– Десять дней назад его величество потерял сознание и до сих пор не очнулся.

Я не ослышалась? Это ведь ложь, да?

– Мы не могли стабилизировать вашу магическую энергию… Но мы понимали, что потеряем вас, если ничего не предпримем… И его величество…

Он рискнул жизнью, чтобы спасти меня. Что за ерунда?! Это настолько абсурдная мысль, что я не поверю в это, пока не увижу подтверждение собственными глазами.

– Я позабочусь об этом.

Я вырвалась из хвата Лили и, шатаясь, двинулась к двери. Феликс сразу понял, что меня бесполезно отговаривать, и просто поднял меня на руки. Лили тихо пошла следом, осознавая, что ей меня не остановить.

Перед дверью в покои Клода Феликс аккуратно поставил меня на пол и распахнул тяжелые створки.

– Его величество был бы счастлив, узнав, что вы пришли.

Он сказал что-то еще, но я его уже не слушала. Как одержимая, я ковыляла к открытой двери.

В спальне было тихо. Впрочем, как и всегда. Единственная разница заключалась в том, что Клод, всегда дремавший на диване, лежал теперь на большой кровати.

– Папа!

Так странно. Почему он выглядел таким спокойным? Словно и вовсе не собирался просыпаться.

– Папа…

Я подошла поближе. Золотые волосы рассыпались по белоснежной подушке. Его лицо казалось расслабленным, но осунувшимся. Губы пересохли. Он выглядел хуже, чем в нашу прошлую встречу. И сколько бы я его ни звала, он не открывал глаз.

Внезапно я почувствовала, что задыхаюсь.

Я стояла, как дурочка, не в силах ничего сделать, а затем протянула к нему руку.

– Вставай.

Мне это не нравилось.

– Папа.

Но я была бессильна.

– Папа, вставай.

Я сжала его руку и продолжала звать. Тишина давила, перехватывала дыхание, сжимала горло. Я опустила голову на край кровати и медленно выдохнула.

Дерг.

Вдруг я почувствовала какое-то движение. Сперва я подумала, что мне показалось, но затем Клод чуть пошевелил пальцами.

Я резко подняла голову. Его прищуренные глаза были слегка приоткрыты. Он пару раз моргнул, словно пытался сосредоточиться. Затем его взгляд скользнул по мне.

– П-папа.

Я вскочила из своего полулежачего положения и снова позвала его. Вот как знала! Как такой человек, как Клод, мог пострадать из-за чего-то подобного?

– Ты…

В момент, когда его взгляд полностью сфокусировался на мне, он медленно открыл рот и тихо спросил:

– Ты еще кто такая?

Я застыла, словно на меня ушат холодной воды вылили.

Часть 10

Кошмар

Клод открыл глаза через десять дней.

Дворец встал на уши. Лишь узкий круг людей знал о том, что жизнь императора висела на волоске. Но даже так было невозможно скрыть тот факт, что он пострадал.

И как бы я ни старалась, нельзя было так просто отмахнуться от инцидента, ведь ко мне на то чаепитие пришло много гостей. Однако мы с Клодом очнулись и были в лучшем состоянии, чем ожидалось. Так что все должно было быть хорошо.

– Принцесса, зачем вы снова встали?

Если честно, я не до конца осознала все, что произошло.

– Чтобы быстро поправиться, нужно хорошо отдыхать. Ложитесь.

– Как папа?

Стоило Лили переступить порог комнаты, как я задала интересовавший меня вопрос. Она ничего не ответила. Выражение ее лица, с которым она взглянула на меня, было трудно описать. Однако я спрашивала об этом не в первый и даже не второй раз, поэтому она умело спрятала смущение и быстро ответила:

– Его величество отдыхает в своей комнате. Принцесса, вам тоже надо лечь. Так вы моментально поправитесь.

Я получала такой ответ на протяжении всей недели. Он ни капли не менялся. Я сделала вид, что мне ничего другого не оставалось, и снова залезла под одеяло.

– Я сейчас принесу вам горячего чая. Если у вас озноб, сообщите мне.

– Хорошо.

Она вышла из комнаты только после того, как внимательно посмотрела на меня.

Лили стала еще больше меня опекать после моего пробуждения. Да, я слышала, что мое состояние было довольно тяжелым. Но у меня уже ничего не болело. Из нас двоих хуже было Клоду…

Шурк.

Я еще какое-то время полежала, а затем накрылась одеялом с головой. За всю неделю я ни разу не видела Клода. В моей памяти всплыли недавние события.

Глава 81

– Ты еще кто такая?

Сперва я своим ушам не поверила. Что он только что сказал? Может, я ослышалась? Наверняка.

Внутри меня будто что-то оборвалось. В глазах Клода было столько холода, что я потеряла дар речи.

– Я задал тебе вопрос! Гх…

Он снова заговорил и попробовал сесть. Однако, едва приподнявшись, Клод внезапно схватился за грудь и застонал. Все мысли о его вопросе тотчас же вылетели из моей головы.

– Н-нет! Тебе нельзя так резко вставать!

Я быстро схватила его за руку. Как можно было вставать, когда ему плохо и он такой слабый?! Он буквально минуту назад выглядел как труп!

Клод опустил взгляд туда, где я его касалась. Он внезапно вздрогнул и позвал Феликса:

– Феликс!

Т-точно! Раз Клод очнулся, нужно было позвать Феликса и Лили. Надо будет сообщить об этом и другим слугам.

Я обрадовалась, что он проснулся в лучшем состоянии, чем ожидалось, но мне все еще было неспокойно… Погодите. Он ведь задал мне очень странный вопрос, да? Он спросил, кто я такая.

– Ваше величество?

Феликс, как и всегда, явился на первый же зов Клода. Он открыл дверь и был крайне удивлен, что тот открыл глаза. Ведь прежде, чем впустить меня внутрь, он предупредил, что папа все еще без сознания.

– Ваше величество!

Феликс быстро справился со своим удивлением и бросился к Клоду. Кхм… Правильнее будет сказать, что он рванул к кровати и опустился рядом на колени.

– Боже, вы открыли глаза! Какое счастье!

Он выглядел так, словно вот-вот расплачется. Вскоре в комнату вошла и Лили. Она удивленно распахнула глаза и прикрыла рот руками.

– Что с вами такое? Ведете себя так, словно я десять лет спал.

Папа смотрел на нас, как на умалишенных. Феликс взглянул на него с недоумением, словно спрашивая, шутит ли он сейчас. Однако Клод нахмурился, не понимая беспокойства рыцаря, и мое плохое предчувствие только усилилось.

– Что с твоим лицом? Как ты умудрился за одну ночь постареть лет на десять?

– Как вы можете так говорить?! Из-за кого, по-вашему, мне так переживать?! Тем более не за одну ночь. Ваше величество, вы не просыпались почти десять дней!

– Что? – Клод нахмурился еще больше.

Теперь он не мог понять, говорит Феликс всерьез или просто сошел с ума. Но тот был предельно серьезен. Лили, стоявшая за ним, кивала со слезами на глазах. Один лишь Клод выглядел так, будто вообще не понимал, что происходит.

Я наблюдала за ним, затаив дыхание. Необъяснимое чувство тревоги проникало все глубже в сердце.

Клод на мгновение замолчал, вглядываясь в лицо Феликса и пытаясь прочитать его мысли.

– Расскажешь мне об этом позже.

Похоже, он решил, что от расстроенного Феликса не дождаться нормального объяснения, поэтому просто цокнул языком и сменил тему. Наконец он снова повернулся ко мне.

– А пока поведайте мне, кто вам позволил впускать ко мне в комнату посторонних?

Его холодный голос рассек воздух, как нож.

– Кхм… Ваше величество, я не совсем понимаю, о чем вы говорите, – растерянно ответил Феликс.

Очевидно, он решил, что Клод еще не до конца пришел в себя. Феликс проследил за его взглядом, направленным на меня, и, видимо, решил, что Клод хотел сказать что-то вроде: «Атанасия будет вне себя, если увидит меня без сознания, так зачем вы ее впустили без моего разрешения?»

Но я понимала, что он имел в виду совсем не это. Потому что сейчас его глаза смотрели на меня крайне холодно и напоминали скорее два застывших айсберга. Я непроизвольно отпустила его руку.

– Кто ты? Будь ты убийцей, тебя бы разорвало на куски, когда ты только переступила порог комнаты.

Вероятно, сейчас у меня было такое же выражение лица, что и у Клода минуту назад. Я не могла полностью осознать смысл сказанных им слов, поэтому просто смотрела на него, как дурочка.

Н-нет. Конечно, я не ждала трогательного воссоединения, на которое без слез не взглянешь, но… это уже перебор. Обычно люди не так реагируют, ведь правда?

– Кто ты? Кто позволил этой дряни зайти в мои покои?

Его не понимала не только я. Феликс и Лили тоже смотрели на него с недоумением.

– Ты дочка старого Монтберга или же безумного Рейчела? Уж не знаю, из какой ты семьи, но вы все получите по заслугам. Говори честно, кто ты, и тогда не пойдешь на гильотину, как остальные.

Клод продолжил свою пламенную речь. Феликс, явно не понимая, что происходит, осторожно спросил:

– Ваше величество, о ком вы говорите?

– Как о ком? Вот об этой мерзавке.

Сомнений больше не осталось – Клод дернул подбородком в мою сторону.

– Кхм. Вы… неужели… вы сейчас о принцессе говорите?

– Принцессе? Раз она принцесса, то имеет право без спроса заходить в мои покои? – В этот момент все словно окаменели. – Думаете, я не смогу ее убить только потому, что она принцесса какой-то страны?

Поразительно. Похоже, он действительно думал, что я совершенно незнакомый ему человек. От этого осознания я снова потеряла дар речи.

«Ты еще кто такая?» – В моей голове эхом бесконечно повторялся самый первый вопрос, который он мне задал.

– Ваше величество, вы не узнаете ее высочество? – осторожно спросила Лили.

– Ты служанка этой девки? – Он будто бы ее тоже не узнавал.

Лили была настолько шокирована, что не произнесла больше ни слова. На этот раз заговорил Феликс:

– Ваше величество! Попробуйте вспомнить! Принцесса Атанасия ведь ваш единственный ребенок! Вы только что очнулись и еще не до конца пришли в себя…

– Феликс, ты свихнулся? С каких пор у меня есть ребенок? – Клод посмотрел на рыцаря так, словно тот спятил.

Я в замешательстве посмотрела на Клода. Хорошо, конечно, что человек, который только что был на грани жизни и смерти, открыл глаза. Но это было уже не смешно. Лица Феликса и Лили выражали удивление, но я пребывала в каком-то состоянии оцепенения и не верила в реальность происходящего.

Как так? Он меня забыл? Такое вообще бывает? А… Я поняла, в чем дело.

– Где-то здесь скрытая камера?

– Что?

Феликс и Лили взглянули на меня так, словно я глупость сморозила.

Но как еще это объяснить? Они просто решили надо мной подшутить, да? Стоило мне подойти к кровати Клода, как он открыл глаза, словно только этого и ждал. Увидел меня – и давай нести бред! Сперва было даже забавно.

И этот человек рисковал своей жизнью, чтобы обуздать мою взбесившуюся ману?

– Вы ведь все шутите, да? Если так, то это очень несмешная шутка.

С этими словами я снова посмотрела на Клода. Он по-прежнему лежал, и я протянула к нему руку.

Эх. Зачем было так жестоко меня разыгрывать? На мгновение я даже поверила, что это все правда. Я была так потрясена, что думала, будто мое сердце вот-вот разобьется. Как же хорошо, что это всего лишь шутка…

– Папа…

– Умереть захотела? – Холодный голос заставил мою руку замереть на полпути к нему. – Смеешь говорить такие вещи во всеуслышанье.

В то же мгновение температура в комнате упала ниже нуля.

– Да. По глазам видно, что ты принадлежишь к императорской семье.

Я не могла оторвать взгляда от его ледяных глаз.

– Если я их выколю, ты перестанешь бредить, что ты моя дочь?

В этот момент он правда был не тем Клодом, которого я знала до сих пор. Моя рука, застывшая в воздухе, дрогнула.

П-почему?.. Почему он смотрел на меня с такой враждебностью? Больше всего меня задевало то, что он видел во мне незнакомку.

– П-подожди…

Под этим взглядом мне даже дышать было трудно. Но вдруг Клод нахмурился и открыл рот, словно обнаружил во мне что-то неожиданное.

– Почему моя мана… Агх!

С его губ неожиданно сорвался стон. Он резко закрыл рот руками и согнулся пополам. На белоснежное одеяло упали капли темной крови.

– Кха!

– Ваше величество!

По пальцам Клода текла кровь.

– Ваше величество! Я сейчас же позову придворного врача!

– Почему я!.. Кха!

Прямо перед моими глазами Клод снова согнулся от боли. На одеяле оказалось еще больше крови. Комната быстро наполнилась металлическим запахом, который ни с чем нельзя было перепутать.

Феликс быстро выбежал из комнаты, а Лили принялась вытирать лицо Клода. Но это было бесполезно – его продолжало рвать кровью. То, что было парой капель на одеяле, вскоре превратилось в огромное пятно.

Я была совершенно бессильна. Я лишь наблюдала за всем, как каменное изваяние, и плохо запомнила, что произошло дальше.

Как мне позже рассказала Лили, в комнату ворвалась толпа врачей и магов, они начали суетиться вокруг Клода. А я, обессилев от душевного потрясения, потеряла сознание, ведь сразу после пробуждения встала на ноги и пошла к папе. Придворный врач меня осмотрел, а затем меня отнесли в Изумрудный дворец.

И целую неделю после этих событий Клода я так и не видела.

Глава 82

После этого моя жизнь превратилась в рутину: я ела и спала, спала и ела, ела, спала…

Я вышла на новый уровень безделия, не правда ли? Со мной обращались, как с тепличным растением. Вероятно, потому, что я уже второй раз за жизнь вот так теряла сознание. Мне было интересно, что стало с гостьями моего чаепития. А на мои вопросы Феликс и Лили ответили, что были предприняты надлежащие меры.

Я волновалась за других девушек, но больше всех – за Дженит, ведь она стояла рядом со мной и сама попала под действие магического всплеска. Однако Лили заверила меня, что она отделалась всего парой синяков и быстро пришла в себя.

Я облегченно выдохнула. Учитывая, что все произошло исключительно по моей вине, я, наверное, не имела права так говорить, но как же хорошо, что больше никто не пострадал. Удивительно, что Клод до сих пор не тронул Черныша. Неужели он не знал, что всплеск магии произошел в тот момент, когда я коснулась его?

Я смотрела в потолок. Если так подумать, то я уже целую вечность не видела Феликса. Первые несколько дней он докладывал мне о состоянии Клода, но сейчас перестал. Когда тот очнулся, Феликс оставил меня и не отходил от Клода.

Это я ему приказала. Состояние папы меня беспокоило, поэтому я хотела, чтобы рядом с ним был кто-то, кому можно доверять. Вот Феликс и вернулся к тому, чем занимался девять лет назад.

Судя по редким рассказам рыцаря, папе стало значительно лучше. Его больше не рвало кровью, и его состояние значительно улучшилось. Он даже вернулся к работе, которой не мог заниматься десять дней. Но никто не знал, можно ли уже перестать волноваться.

Лично мне стало спокойнее. Я знала, что так и будет. Клод был явно не из тех, кто вот так просто возьмет и умрет. И он пришел мне на помощь, будучи полностью уверенным, что сможет сдержать всплеск магии. Он, наверное, и медведя голыми руками завалить смог бы!

Клод ни за что не стал бы рисковать своей жизнью ради меня. Я в этом уверена… Он ведь не дурак. Зачем ему лезть навстречу опасности? С каких пор он сделался таким самоотверженным?.. Я прокручивала в голове эти мысли, как одержимая.

Но, как бы то ни было, меня расстраивал тот факт, что Клод сразу же взялся за работу. Совершенно не дал себе времени на восстановление. Он совсем о себе не заботился. Неужели думал, что он робот?

В какой-то момент в моем потоке ворчания начали всплывать вопросы и сомнения. Почему Клод ко мне не приходил? Если он уже мог работать, что мешало ему дойти до Изумрудного дворца и хотя бы разок меня проведать? Неужели его не волновало, как я себя чувствовала после происшествия?

Нет, я не забыла, что он меня не узнал, когда очнулся. Но Феликс с Лили уверяли, что это из-за того, что он только открыл глаза и еще не до конца пришел в себя. Может, сейчас он просто злился на меня? Не могу сказать, что у него не было на это права… Ведь на этот раз Клод пострадал как раз из-за меня.

Значит, я должна сама к нему сходить… Раньше я бы без малейших колебаний отправилась в Гранатовый дворец… Но почему-то я все не решалась встретиться с Клодом. Дни так и текли один за другим, а я все откладывала нашу встречу.

Чирик.

Я тупо уставилась на клетку, в которой щебетала и хлопала крыльями синяя птица. В последнее время я только дышала, ела, спала или смотрела на Синяша, как сейчас. Придворный врач посещал меня несколько раз и заявил, что я крайне быстро поправилась. У меня не должно быть никаких проблем с возвращением к обычной жизни, но я не могла вести себя так же, как раньше.

Лили, Ханна и Сет опекали меня до такой степени, что я даже шага из своей комнаты сделать не могла. Однажды я импульсивно решила выйти. К счастью, за дверью никого не было. Идя по коридору, я столкнулась со знакомым человеком.

– Ах, принцесса!

Это была Ханна с полотенцами в руках. От них шел пар – похоже, она только что закончила с дезинфекцией.

– Нет, вам нельзя выходить!

– У меня ничего не болит. Просто хочу немного пройтись.

Стоило ей меня увидеть, как она тут же подбежала ко мне. Я ее проигнорировала и прошла к лестнице. Во всем Изумрудном дворце меня могли остановить только Феликс или Лили, но никого из них сейчас здесь не было. Ханна побежала за мной и попыталась снова меня убедить:

– Но вы все еще выглядите очень бледной.

– Я просто давно не была на солнце.

Ее слова проносились мимо моих ушей. Все ее уговоры были бесполезны. Ханне ничего не оставалось, кроме как идти за мной.

– Черныш на заднем дворе?

Когда я задала этот вопрос, шаги Ханны стихли.

– Принцесса. Давайте вернемся в вашу комнату? Я принесу вам что-нибудь. Я сегодня наготовила самых разных сладостей, которые придутся вам по душе.

Это всего лишь обычная реплика, но на мгновение мне стало не по себе.

– Я проверю задний двор.

– П-принцесса!

Я проигнорировала ее и продолжила свой путь. Ханна же поняла, что ей меня не остановить. Она беспокойно последовала за мной, а потом быстро куда-то исчезла. Наверняка она пошла за Лили, но мне было все равно.

Дорога не заняла много времени, и вскоре я оказалась на заднем дворе. Почему-то место, облюбованное Чернышом, пустовало.

А вообще я его давненько не видела. Всплеск магии произошел из-за нас с ним, и Клод серьезно пострадал. Поэтому я изредка спрашивала у Лили, как там Черныш, но лично его не навещала. Если честно, после недавних событий я просто не решалась к нему прийти.

Но сегодня Черныша нигде не было. Но двор широкий, он мог быть где угодно.

– Черныш!

С такой мыслью я начала искать его по двору. Но сколько бы я ни ходила, сколько бы я его ни звала, он так и не появился.

– Принцесса!

Мгновение спустя ко мне подбежала запыхавшаяся Лили. За ней хвостиком прибежала и Ханна. Я заглядывала в куст, поэтому не сразу ответила.

– Лили, где Черныш? – Как и Ханна прежде, она помедлила с ответом. И я нашла этому только одно объяснение: – Неужели папа его куда-то увез?

– Принцесса, дело не в…

– Папа увез его подальше, чтобы убить, да?

Лили открыла рот, чтобы ответить, но почему-то не смогла ни подтвердить, ни опровергнуть мою догадку, и просто поджала губы.

– Я иду к папе.

– Нет, принцесса!

Я проигнорировала попытки Лили меня остановить и побежала к Гранатовому дворцу. Клода не было ни в спальне, ни в кабинете. Я обыскала весь дворец, но так и не нашла его, поэтому мне пришлось выйти на улицу. Я направилась в сад за дворцом, где обычно гулял Клод.

– П-принцесса!

Наконец я нашла Клода. Феликс, стоявший рядом с ним, при виде меня удивленно распахнул глаза. Взгляд Клода медленно скользнул в мою сторону. Прошло очень много времени с тех пор, как я видела его. Я настолько привыкла видеть его каждый день, что эти недели без него показались мне целой вечностью.

Клод выглядел лучше, чем я думала. В последний раз, что я его видела, он был бледен, и его рвало кровью, но сегодня он был здоров. Раз он гулял в саду, значит, у него нет трудностей с движением. Ну, мы с ним почти три недели не виделись, так что времени на поправку у него было достаточно.

Я на мгновение остановилась и перестала дышать, глядя на Клода. Так странно. Я его увидела и совершенно забыла, что хотела ему сказать. Я чувствовала, что к горлу подкатил ком. Пока я вот так рассматривала Клода, меня осенило.

Оказывается, я очень по нему соскучилась. Больше, чем думала.

Я приоткрыла рот, готовясь что-то сказать, но в этот момент Феликс встал между нами и произнес:

– Принцесса, не сейчас. Вернитесь в Изумрудный дво…

– Феликс, – прервал его Клод, до этого момента молча изучавший меня взглядом.

– Да, ваше величество. – Рыцарь ответил с некоторым беспокойством в голосе.

С одной стороны, он будто бы был расстроен и хотел мне что-то сказать, но не мог. С другой, казалось, что он отчаянно хотел нечто скрыть от меня. До моих ушей донесся холодный голос Клода:

– Почему эта девка все еще здесь? Еще и расхаживает по моему дворцу так, словно это ее собственный дом.

Я от удивления приоткрыла рот.

– Ваше величество, принцесса Атанасия…

– Опять ты за свое… – пробормотал Клод, перебив Феликса, словно услышал ужасную шутку. – Принцесса. Принцесса, значит.

Вскоре на его губах заиграла холодная ухмылка.

– Это просто смешно.

Я ничего не могла ответить на эту издевку, брошенную в мой адрес.

– У меня нет детей. Так какого черта она принцесса?

Глава 83

Я почувствовала, как глубоко и тяжело вздохнул Феликс. Мне хотелось сделать то же самое. Когда Клод перевел взгляд на меня, я, сама того не осознавая, задержала дыхание.

– Кто тебя подослал? Какой сумасшедший приказал тебе выдать себя за мою дочь?

Сегодняшний Клод был другим. Не тем, кого я знала совсем недавно. И даже не тем, которого впервые встретила, когда мне было пять лет. Сейчас он…

– Хочешь заполучить все золото и драгоценности?

…считал меня совершенно посторонним человеком. Он не видел во мне своей дочери Атанасии.

– Не знаю, как тебе удалось провести Феликса и остальных, но со мной этого не выйдет.

Судя по всему, Клод считал, что я какая-то злодейка, которая околдовала всех, чтобы занять место принцессы. Хоть я и знала, что это глупо, я произнесла:

– Папа…

– Папа? – тихо повторил за мной Клод. От него исходил такой холод, что меня пробрала дрожь. – Заткнись. Назовешь меня так еще хоть раз – распрощаешься со своим языком.

Мое сердце было готово вырваться из груди. Клод никогда в жизни мне так прямо не угрожал. Он вообще мне никогда не угрожал.

– И казни четвертованием для тебя будет мало, но твое бесстыдство меня даже заинтриговало, так что я сохраню тебе жизнь.

Он сказал, что покалечит меня или убьет, если я его ослушаюсь… А ведь до сих пор я была для него не кем иным, как дочерью. Даже когда я жила в Рубиновом дворце и он был холоден ко мне.

– С этого момента тебе запрещено покидать Изумрудный дворец.

На этих словах Феликс воскликнул что-то вроде: «Ваше величество, так нельзя!» Он говорил что-то еще, но я уже не слушала. Я просто стояла и смотрела на Клода.

– Если тебе жизнь дорога, даже носа не высовывай за пределы дворца.

Он смотрел на меня без тени тепла и ушел первым, бросив напоследок:

– Еще хоть раз попадешься мне на глаза – я тебя убью.

Перед глазами у меня побелело. Феликс не сдвинулся с места даже после ухода Клода, а затем повернулся ко мне и что-то серьезно произнес. Но я его не слышала. В моих ушах бесконечно повторялись слова Клода.

К моему удивлению, у Клода была амнезия. Когда Феликс рассказал мне о ней по дороге в Изумрудный дворец, я не смогла сдержать горького смеха. Амнезия, серьезно? Такое ведь бывает только в романах да дорамах!

Но тут я осознала кое-что. Я ведь и правда находилась в романе. В романе под названием «Милая принцесса».

Лили с Феликсом долго стояли в моей комнате, видя, в каком я состоянии. Потом, переглянувшись, тихо вышли, попросив меня отдохнуть. Они выглядели очень печальными. Как раз из-за состояния Клода мне и не позволяли покидать комнату.

По словам Феликса, Клод забыл все, что произошло после нашей первой встречи. Иными словами, он не помнил девять лет, что мы провели вместе. Сколько бы Феликс ни рассказывал Клоду обо мне, тот считал, что рыцаря околдовали. Он говорил, что скорее умрет, чем у него появится дочь.

– Ох…

С моих губ сорвался еще один тяжелый вздох. Когда я вспомнила ледяные глаза Клода, его жестокие слова в мой адрес, то не смогла сдержать горькой усмешки. Все это казалось ложью. Но Клод, которого я сегодня встретила, Феликс, не отходивший от него ни на шаг, Лили, что не давала мне выйти из комнаты, – все это указывало на реальность происходящего.

Неужели это правда? У Клода амнезия – нелепый прием третьесортного романа?

– Бред какой-то.

Я горько рассмеялась и рухнула на кровать. Мне было совсем не смешно. Что мне теперь делать? Все происходящее поражало и очень пугало. При воспоминании о холодном взгляде Клода у меня возникло ощущение, словно мое сердце сдавила чья-то железная рука.

«Если тебе жизнь дорога, даже носа не высовывай за пределы дворца. Еще хоть раз попадешься мне на глаза – я тебя убью».

Клод почему-то сохранил мне жизнь, но при этом отрицал наше родство и запретил до конца жизни покидать пределы Изумрудного дворца.

Именно это он и сказал. Неужели правда? Неужели он правда убьет меня, если увидит? Судя по выражению его лица, он был серьезен, но я не могла до конца осознать это.

Я не знала, что Клод забыл меня… Нет… А правда ли не знала?

Тогда почему я слушалась Феликса и Лили и ни разу не искала встречи с ним? Даже если он сам не навещал меня, мне-то ничего не мешало. Как бы ни пыталась меня остановить Лили, у нее бы ничего не вышло, если бы я настояла.

– Ах… Какая же я дура.

Я закрыла лицо руками. Мне не хотелось его показывать, даже если рядом никого не было.

Возможно, я уже все знала. В первый же день, когда он очнулся, я поняла, что холодное отношение Клода ко мне – не временное явление. Поняла, что он действительно потерял память и больше меня не узнает. Мне просто не хотелось признавать этот факт.

Перед уходом Лили с Феликсом успокаивали меня, говорили, что это временно и что скоро Клод все вспомнит. В тот момент я искренне хотела верить, что так и будет.

Он ведь мог в любой момент распахнуть дверь и сказать, что это все розыгрыш. Что он притворялся, чтобы наказать меня за то, что я играла с Чернышом, не осознавая всей опасности. Или уже завтра к нему вернется память, и все будет, как раньше?

Я правда какое-то время так думала. Но не могло же мне так повезти?.. Все несчастья всегда незаметно прокрадывались в мой новый дом.

С этими мыслями новая волна тревоги наполнила мое сердце. Но никто не мог унять ее, и я всю ночь не сомкнула глаз.

– Ваше высочество, мне нужно вам кое-что сказать. – На следующий день, когда я немного пришла в себя, Лили взяла меня за руку. – Его величество не забирал Черныша.

По ее лицу было видно, что она за меня переживает. Однако я не могла не усомниться в ее словах.

– В тот день, когда магическая сила, окружавшая вас и его величество, исчезла, Черныша нигде не было.

– Что? Как это понимать?

– Буквально. Я обыскала весь Изумрудный дворец и округу, включая сад, где проводилось чаепитие, – Черныша нигде не было…

Я медленно осмысляла услышанное и вдруг вспомнила слова Лукаса.

Он ведь говорил, что Черныш создан из моей магии. Однажды я его поглощу, и он полностью исчезнет. Он еще упоминал, что в детстве я падала в обморок из-за частых контактов с Чернышом, ведь он передавал мне часть маны, что выводило мою магию из равновесия.

– Мне очень жаль. Я держала это в секрете, потому что боялась, что вы еще больше расстроитесь, узнав о пропаже Черныша.

Значит, инцидент в этот раз произошел по той же причине… Неужели Черныш исчез?

– Ваше высочество, вы в порядке? – обеспокоенно спросила Лили после моего затянувшегося молчания.

На самом деле я была в замешательстве. В короткий промежуток времени произошло столько всего, что я почти не понимала, что к чему.

– В порядке, – ответила я, высвободила свою руку и встала.

Черныш исчез. Совершенно. Во дворце и следа от него осталось.

Вся эта ситуация казалась мне сном, и, как ни странно, я ничего не чувствовала.

– Я хочу немного поспать. Ночью мне не удалось заснуть.

Лили хотела что-то добавить, но, вероятно, решила, что слова утешения тут не помогут. Она пожелала мне хорошего отдыха и вышла из комнаты. Даже оставшись в одиночестве, я еще долго стояла неподвижно.

Время неуклонно шло вперед, оставляя меня позади. Странно… Почему у меня было такое ощущение, что все вокруг меня тихо и незаметно исчезает? Словно кто-то молча забирал у меня все.

На сердце было пусто. Я чувствовала себя ребенком, брошенным посреди дороги. Я так давно не испытывала подобного. Спустя какое-то время я поняла, что бормочу себе под нос. Меня осенило.

– Ах. Вот оно что.

Удача на мгновение повернулась ко мне лицом, а затем внезапно и бесследно исчезла. Как будто бы я вернулась в исходную точку. Все шло так хорошо, что я забылась, а теперь вернулась к жизни Атанасии. Это то, что называют чувством утраты? Ощущение, когда у тебя отбирают то, что казалось твоим.

С каких пор мне в голову стали лезть такие мысли? Когда я стала Атанасией, у меня было все, о чем я раньше даже мечтать не смела. А теперь без этого мне стало казаться, что я упаду замертво? Когда это я успела стать такой слабой?

Такая мелочь, а я уже вся дрожала и тряслась от боли.

Нельзя забывать.

Я не Атанасия. Я всю жизнь была одна.

Глава 84

Клод, Лили, Феликс, Черныш и остальные люди из Изумрудного дворца. Все, что произошло за это время. Не все они были мне одинаково близки, но я смогу жить дальше, даже если они прямо сейчас исчезнут из моей жизни. Мне придется жить дальше.

Да. Было ошибкой считать, что все это принадлежит мне. Я стала такой расточительной. У меня забрали то, что мне не принадлежит, а я расстроилась и готова реветь, как ребенок, у которого отобрали конфету.

Так и должно быть. Даже странно, что мне до сих пор везло. Я была так счастлива, словно весь мир принадлежал мне.

После этих мыслей мой разум начал проясняться. Сердце, готовое выпрыгнуть из груди, постепенно успокоилось. Все, что копилось в нем, начало постепенно уходить, как песок сквозь пальцы. Сердце опустело. Я больше не чувствовала ни грусти, ни боли. В каком-то смысле я даже обрадовалась, ведь это чувство было мне хорошо знакомо.

Чирик.

Комната наполнилась щебетом синей птицы. Он напоминал плач.

Дни шли своим чередом. Если так подумать, в моей жизни не было ничего плохого. И с того момента, как я открыла глаза в этом мире, у меня была одна цель, верно?

Выжить.

Я выдумывала самые разные истории, вела себя как пай-девочка перед Клодом, притворялась дочкой, безгранично любящей своего отца, – все это было ради выживания. Нельзя заблуждаться. Какой бы приятной ни была моя жизнь с ним, нельзя забывать, зачем я все это делала.

Итак, если я буду тихо-мирно жить в Изумрудном дворце, моя цель будет достигнута, да? Клод ясно дал понять, что меня ждет, если попадусь ему на глаза.

Но сейчас ситуация была гораздо лучше, чем в детстве. Тогда я каждый день жила в страхе, задаваясь вопросом, когда Клод придет и убьет меня. Сейчас же он знал о моем существовании, и у нас была договоренность: меня не тронут, если я не буду попадаться ему на глаза.

Да, я старалась смотреть на вещи в позитивном ключе, но ситуация и правда была не такой уж плачевной. Все мои горничные остались прежними. Финансирование моего дворца тоже вроде бы не урезали. Это ли не та богатая и беззаботная жизнь, о которой я мечтала?

Если так подумать, это тот самый план, что я вынашивала все четырнадцать лет. И если сравнить это с моей предыдущей жизнью, можно ли считать амнезию Клода неудачей? Я все равно никак не могла ее излечить, так что оставалось только искать плюсы.

Я продолжала вести поистине беззаботную жизнь. Я ела вкусную еду три раза в день, читала книги, играла с Синяшом и спала до самого обеда. Настоящая сытая и спокойная жизнь. Да, по сравнению с прежней, она стала менее насыщенной. Но я делала вид, что не замечала образовавшейся пустоты.

– Дайте-ка подумать.

Однажды я взяла с полки книгу о магии. Как только я ее открыла, мой взгляд упал на знакомый отрывок.

«Способность к магии проявляется крайне редко. В настоящее время ею обладает десять человек из десяти миллиардов, и только один из них может свободно ей пользоваться. Маги способны перемещать и преобразовывать предметы с помощью магии, что находится внутри них самих или в окружающих предметах…»

Книга стояла у меня на полке, а не в библиотеке, что означало лишь одно – я читала ее не единожды. Точнее, столько раз, что могла пересказать наизусть. Поэтому я сразу пропустила начало, где излагалась теория, знакомая мне с детства.

«Магия для начинающих – легко и просто! С этими заданиями справится даже ребенок! Если он не идиот, конечно».

Кхм. Сколько бы раз я ни встречала эту фразу, взгляд все равно за нее цеплялся. Когда я читала книгу ради развлечения, мне даже нравился такой легкий и неформальный тон повествования. Но сейчас, когда я пыталась практиковать магию, он очень раздражал. Я нахмурилась, надула губы и сердито перевернула страницу.

Да. Вы могли уже догадаться: я решила научиться магии по книге. Мне все равно было нечем заняться, так что почему бы и нет?..

Вероятно, случай на чаепитии произошел из-за того, что я поглотила Черныша. Я не была уверена, но Лукас ведь говорил, что Черныш – воплощение моей магической энергии, принявшей облик живого существа. Раз он исчез, то, возможно, просто вернулся к своей природе и стал моей маной.

Я долго размышляла, прежде чем решиться попробовать. Я собралась с силами только сегодня, и мой взгляд зацепился за эту книгу.

Та-а-ак, с чего мне начать? Я с серьезным лицом принялась изучать текст.

Хвала небесам, для использования магии не нужны дурацкие заклинания в духе «Абракадабра» или «Я несу возмездие во имя Луны». Не было здесь и мрачных речей наподобие «Тьма, что чернее Бездны, уничтожь моих врагов». Иначе я бы смеялась всякий раз, как Лукас творил магию.

Я на секунду представила, как он произносит что-то вроде «Темная тьма, смертельная смерть», но тут же прекратила. Того и гляди, он еще почувствует и явится со своей убийственной улыбочкой, чтобы прибить меня.

Кхм, ну, хоть настроение себе подняла.

– Так. Нужно представить то, что мне нужно, и оно появится.

В книге это было написано куда пространнее, но вся суть сводилась именно к этому. Этого правда было достаточно?

Сказать-то всегда просто – ты попробуй сделать! Можно ли считать публикацию такой книги мошенничеством? Если так, то я тоже могла бы написать руководство по магии!

Когда я читала ее из любопытства, меня все устраивало, но вот использовать ее на практике было не так-то просто. Я немного посверлила книгу взглядом, а затем решила отбросить сомнения и просто следовать инструкции.

Передо мной был открыт раздел, посвященный «призыву материи», с которого авторы рекомендуют начинать. Я все равно больших надежд не питала и решила взяться за то, что попроще.

Один школьник, который часто заглядывал в интернет-кафе, где я работала, уверял, что именно так все и должно работать.

– Огненный шар! – величественно выкрикнула я, выставив вперед руку.

К моему превеликому удивлению, передо мной возник ярко-красный огненный шар. Он пульсировал, словно собирался взорваться… Так наверняка написали бы в какой-нибудь книге.

Разумеется, ничего не произошло. В комнате стояла гробовая тишина. Мне даже стало немного неловко. Никто ведь этого не видел? Я быстро опустила руку и украдкой огляделась. Убедившись, что в комнате никого нет, я вздохнула с облегчением.

Но что это было?! Не сработало! Дурацкая книга.

Теоретически, для подобных заклинаний мне могло не хватать магической силы. Хоть Черныш и исчез, я не заметила в себе особых изменений. Может, я его не поглотила? Он довольно пугливый, так что мог просто убежать. Лукас ведь говорил, что у Черныша обостренный инстинкт самосохранения. Да, похоже на правду.

Выходит, я тогда зря достала книгу по магии? Вдруг я никакой не архимаг? Я раздраженно отбросила книгу и плюхнулась на кровать.

И вообще, что такого особенного в магии? По сути, вся моя жизнь – магия. Достаточно было просто поговорить с Лили или какой-нибудь горничной, и я получала все, что хочу.

В детстве я всегда мечтала о лампе джина, которую видела в мультике. Но я бы просила у него не игрушки и красивую одежду, как другие дети, а деньги, дом и вкусную еду. Хе-хе, я с самого детства была крайне прагматичной.

– Сезам, откройся!

Впервые за долгое время мне захотелось подурачиться, и я начала скучающим тоном произносить заклинания из разных мультфильмов, которые были популярны в моем детстве.

– Сим-салабим, ахалай-махалай!

Я часто так раньше делала, когда оставалась одна.

– Хочу много денег. Трах-тибидох!

Я представила, как передо мной падают монеты…

Дзынь!

И тут раздался звук, похожий на звон монет. Я вздрогнула. Хм? Что это было? Я повернула голову в сторону звука и увидела нечто невероятное.

Дзынь! Тук. Дзынь!

Монеты падали на пол прямо из воздуха. Я подскочила на кровати, не веря своим глазам.

Глава 85

Дзынь! Дзынь! Дзынь!

У меня отвисла челюсть. К-как?! Что вообще происходит? Монеты падают из воздуха! Серебряные и золотые монеты, как те, что Лукас использовал во время нашей прогулки, складывались в горку.

Как это возможно? Лукас мимо проходил?

– Л-Лукас?

Тишина.

– Эй! Выходи, я знаю, что ты тут!

Снова тишина.

Я огляделась – в комнате никого не было. Тут я вспомнила заклинание, которое бормотала себе под нос. Да вы шутите…

– Хочу много денег. Трах-тибидох?..

Я не могла оторвать взгляда от новых монет, падавших из воздуха.

Дзынъ! Тук!

– А-а-а!

Монеты посыпались, как снег.

– Стоп, стоп!

Дз-ы-ы-ы-ынъ!

Монет становилось все больше и больше. Они уже почти поднялись до кровати.

А-а-а! Что же делать?! Ай!

– П-погодите! Монетки, хватит!

Я запаниковала – поток монет даже не думал заканчиваться. Пока я пыталась собраться с мыслями, они уже почти касались кровати.

– Эй, стоп! Стоп!

Я отодвинулась назад, чтобы не дать монетам упасть мне на ноги. Как хорошо, что у меня была гигантская кровать! Я, конечно, любила деньги, но это уже перебор! Их оказалось столько, что теперь я могла быть похоронена под ними заживо!

– Стоп, кому говорю! Довольно!!!

Дзынъ! Тук!

Только после моего крика все прекратилось. В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь моим частым дыханием. Что это только что было? Я спала? Это был сон? Но монеты, падавшие мне на ноги, казались вполне настоящими.

– Что это было? – пробормотала я себе под нос.

Передо мной раскинулось настоящее море золота и серебра. Если бы я спустила ногу с кровати, то не увидела бы ее.

– Хочу много денег! Ой, нет. Только одну монетку!

Дзынъ!

В мою раскрытую ладонь упала одна блестящая монетка.

– Хе-хе…

Я была так потрясена, что рассмеялась. У меня действительно получилось? Правда?

С трудом осознавая происходящее, я проверила еще несколько раз. Монетки стабильно появлялись в воздухе и падали мне в раскрытую ладонь. Только тогда я опустила руку.

Ух ты… Просто поразительно… Теперь я могла изготавливать фальшивые деньги, прямо как Лукас. Почему ничего не произошло, когда я крикнула «Огненный шар», но как только разговор зашел о деньгах – так пожалуйста?.. Неужели моя магия уважала мой врожденный прагматизм?

Я сделала шаг, и монеты, что я задела ногами, со звоном рассыпались. Беспомощно наблюдаю за ними, я легла на гору монет. Так я иногда делала в сокровищнице, которую мне когда-то подарил Клод. Настоящая денежная подушка! Вы когда-нибудь слышали о лечении золотыми монетами?

– Ах, я теперь богата.

От ощущения холодного металла на своей коже я испытала еще большее потрясение. В последнее время со мной постоянно происходили какие-то невероятные вещи, но о подобном я даже подумать не могла.

Выходит, теперь я могла использовать магию? Неужто сбылась моя мечта стать архимагом?

– Офигеть…

Почему-то я не испытывала радости. Раньше я думала, что буду скакать от счастья. Может, я просто еще не до конца это осознала?

– Просто офигеть.

Я продолжала лежать на монетах, уставившись в потолок. И вдруг сказала в пустоту:

– Значит, Черныша правда больше нет.

То, что я внезапно смогла использовать магию, стало подтверждением того, что я и так знала. Почему-то от этой мысли в комнате стало будто бы холоднее. И так было понятно, что Черныш рано или поздно исчезнет. Просто это произошло несколько раньше, чем я ожидала. Я оказалась к этому морально не готова.

Точно. Поэтому Лукас всегда на меня и ворчал. Я с каждым днем все больше привязывалась к Чернышу, прекрасно понимая, что его конец уже предрешен. В итоге я сделала себе только больнее. Выходит, маг разглядел мою глупость раньше меня.

В подобные моменты слабости мне нужно было, чтобы меня отругали. Но Лукаса, который всегда брал это на себя и приводил меня в чувства, больше не было рядом.

– Что я тут устроила?

От мыслей о Лукасе и Черныше к горлу снова подкатил ком. Я подняла руку и прикрыла глаза. Непонятно почему, но я вспомнила о Клоде.

Ах, как же раздражало. Хотелось проспать неделю и ни о чем не думать.

Магия услышала мое желание, и я начала проваливаться в сон. Он накрыл меня, словно волной, принося столь желанный покой.

Вы спросите меня, правда ли я проспала неделю?

Увы.

Примерно через два часа меня разбудил громкий крик:

– Принцесса! Принцесса, просыпайтесь!

Ах! Это же Лили. Я ведь так сладко спала. Не буди меня. Дай еще поваляться…

– Принцесса!

Лили принялась трясти меня за плечо. При каждом толчке я слышала звон монет. Точно, я ведь заснула на них!

– М-м-м…

Вспомнив об этом, я почувствовала, что у меня все тело онемело.

Мне это все не приснилось? Ай, моя спина! На ней живого места не осталось. А-а-ай. Ну почему я так опрометчиво поступила? Естественно, после сна на твердых монетах все болеть будет!

– Принцесса, что здесь произошло? Неужели вы приказали перенести содержимое своей сокровищницы сюда?

При виде груды золотых и серебряных монет глаза Лили наполнились слезами. Похоже, она решила, что я не справляюсь со стрессом и попросила слуг принести деньги в мою комнату. Мне стало неловко от ее грустного взгляда.

Неужели я так часто наведывалась в сокровищницу? Не отрицаю, что я туда заглядывала, но только в те моменты, когда мне крайне нужна была золототерапия! Но когда Лили на меня так смотрела… Что она там себе напридумывала?

– Я не видела, чтобы сюда кто-то заходил… – с сомнением произнесла Лили.

Да, такое количество денег тайком нельзя было пронести. Мне одной пришлось бы несколько раз входить и выходить из комнаты, и меня бы точно заметили горничные. А я, между прочим, не ниндзя.

– Нет, Лили. Я все это время была одна.

Я немного поразмышляла, стоит ли мне соврать, но решила этого не делать. Лили всегда могла спросить прислугу Изумрудного дворца и раскрыть мою ложь. К тому же мне не хотелось, чтобы сестренок-горничных заставили потом все это убирать.

Даже думать не хотелось о том, чтобы придумывать правдоподобное объяснение.

Я встала и перебралась на кровать. Затем взглянула на сверкающие монеты.

– Мне нужно их убрать?

Но как? Просто подумать о том, что они должны исчезнуть?

Ой! Получилось!

– Ах.

После мысленного приказа монеты исчезли. Лили ахнула от удивления. Использовать магию было, конечно, здорово, но Лили сильно перепугалась, когда горы монет исчезли прямо на глазах.

Выходит, необязательно было произносить желание вслух. Что ж, в книге говорилось, что нужно представить то, чего ты хочешь.

– П-принцесса. К-как вам это?.. – Лили потерла глаза руками и ошарашенно посмотрела на меня. – Неужели это вы?..

Ее волнение тронуло меня. Я смущенно почесала подбородок и ответила:

– Лили! Похоже, я стала великим магом!

– Что?!

Ее удивленный возглас эхом пронесся по комнате.

От воспоминаний о тех событиях меня передернуло. У Лили было такое выражение лица…

На нем явно читалось: «Наша принцесса сошла с ума?» Вполне ожидаемая реакция после увиденного. Когда я устроила ей очередное потрясение в виде букета из воздуха, Лили пришлось мне поверить.

Так странно. Неужели для меня пользоваться магией было так же естественно, как дышать? Боже! Может, я действительно была архимагом?! Точно, Лукас же говорил, что у меня сильная магия!

– Ваше высочество. Я принесла вашу почту.

Лили попросила меня держать мои новообретенные способности в тайне. Хотя я слышала, что маги – граждане Обелии обязаны зарегистрироваться, даже если они не работали на императорскую семью. Говорят, это сложный и долгий процесс.

Но, учитывая мой домашний арест, мне очень не хотелось привлекать к себе лишнего внимания. А стоило этим новостям просочиться наружу и дойти до Клода… Он и так грозился убить меня, если попадусь ему на глаза. Если он узнает, что я могу использовать магию, он точно скажет: «Я так и знал. Ты всех околдовала и притворилась моей дочерью!» И тогда моя судьба была бы решена.

Глава 86

Конечно, Лили мне этого не говорила, но я так подумала.

– Судя по всему, письма пришли довольно давно, но их долго сортировали.

Я взяла пачку писем и пробежалась взглядом по конвертам. Шесть от гостей моего чаепития, включая девушку-лилию, одно от Иджекиила, еще два от девушек, которых я плохо помню, и… ПЯТЬ писем от Дженит?! Все прислали по одному, а Дженит отправила целых пять?

– Вам ленту подарила леди Магрита? Она очень переживала за вас, – с теплой улыбкой произнесла Лили и вышла из комнаты.

Я несколько взволнованно открыла первое письмо от Дженит. Боже! Мне показалось, или из конверта доносился цветочный аромат? Она нанесла духи на бумагу? Так вкусно.

Письмо выглядело безупречно. Но чего еще ожидать от главной героини? Белая бумага с цветочным узором, изящный почерк – все это было так похоже на Дженит.

Прошу прощения, что пишу, не получив сперва на то Вашего разрешения. Но до меня сегодня дошли новости, что Вы очнулись. Я так рада! Я места себе не находила от беспокойства. Я каждую ночь молилась за ваше выздоровление.

Ах. Меня так тронули ее слова, что пришлось ненадолго отложить письмо. В каждом слове отчетливо ощущались беспокойство и радость Дженит за меня. Еще во время чаепития она единственная сперва подумала о моей безопасности, пока другие дали деру, завидев Черныша.

Я продолжила читать.

Остальные дамы, присутствовавшие на чаепитии, также очень переживали за Вас. Как только в сад прибыл Его Величество, рыцари вывели нас, и мы покинули дворец. Спустя какое-то время я узнала от герцога Альфиоса, что Вы все это время были без сознания. Другие же дамы знали только то, что Вы заболели. Поэтому я тоже никому не стала ничего рассказывать.

Вот как. Я слышала от Лили, что никто из гостей не пострадал. Оказывается, Клод сразу же эвакуировал их из дворца. А о том, что я была в коме, знал очень ограниченный круг людей. Так откуда об этом узнал мистер Снежок? Хм, как я и думала – от него жди беды.

В последней части письма Дженит писала, что искренне желает мне скорейшего выздоровления и всего такого. Но зачем было отправлять аж пять писем?

Из любопытства я стала открывать их одно за другим.

Говорят, что Вы интересовались моим самочувствием. Я очень тронута Вашей заботой, но не беспокойтесь. Я ни капельки не пострадала. Я гораздо больше переживаю за Вас. Надеюсь, что Вы скоро поправитесь.

P. S. Надеюсь, Вы не сочтете за грубость, что я продолжаю писать Вам.

После некоторых сомнений я решилась отправить еще одно письмо. Простите, что снова без Вашего разрешения. Но от Вас не пришло запрета на переписку, поэтому я решила, что Вы не против. Если мои письма доставляют Вам неудобства, прошу меня простить.

Если честно, я впервые пишу письма кому-то, кто не является моим родственником. Поэтому мне и радостно, и волнительно одновременно. Ах, я писала еще Иджекиилу, когда он учился в Арланте, но он для меня все равно что брат.

Кстати, Вы получили от него письмо? Иджекиил тоже сильно беспокоится за Вас. Не так давно я увидела у него на столе конверт, адресованный императорской семье. Я предположила, что он предназначался Вам.

Но я не стала ничего говорить ему, ведь сама пишу Вам тайком.

Я с большим интересом прочитала остальные письма Дженит. У нее очевидный талант к писательству. Каждое ее письмо было интересным.

Два следующих письма походили на первое. Она сперва интересовалась моим здоровьем, но затем начинала рассказывать что-то другое, из-за чего письмо стало больше походить на переписку с подругой. Я не смогла сдержать смех.

Да, четырнадцать лет – самый подходящий возраст для подобного… Ах, от таких размышлений я чувствовала себя старушкой. Так, нужно было читать дальше.

На фоне ее посланий остальные выглядели довольно однообразно. Иджекиил, девушка-лилия и все остальные выражали свое беспокойство и желали мне скорейшего выздоровления.

После некоторых раздумий я встала, держа письма в руках, и подошла к столу у окна. Та-а-ак, где-то тут у меня должны были быть письменные принадлежности, да? Если честно, я никому не отправляла писем. Даже приглашения на чаепития были написаны не моей рукой. Нужно было покопаться в ящиках.

Я открыла ящик и нашла бумагу и прочие письменные принадлежности. Но они все были такими простыми. А ведь письма, которые я получила, были такими красивыми. Не могу же я написать ответ на простой бумаге, как какая-то старомодная принцесса!

Тем более некоторые письма были даже надушены.

Я позвала Лили и попросила принести мне ту бумагу, которую обычно использовали для приглашений. Выбрав самую красивую, я с волнением вновь уселась за стол. В уголке бумаги красовалась маленькая розочка.

Так, что мне написать?.. Я постукивала себя ручкой по подбородку, пока размышляла, и в итоге поднесла ее кончик к белой бумаге.

Дорогая леди Магрита,

Прошу прощения за задержку с ответом. Благодарю Вас за Ваши письма…

Мы с Дженит стали регулярно переписываться. В Изумрудном дворце мне было особо нечем заняться, поэтому переписка стала моим новым хобби.

– Ваше высочество, вы будто бы похудели немного.

– А, да?

Я удивленно наклонила голову, держа в руках очередное парфюмированное письмо от Дженит. Неужели я действительно похудела?

Странно… В последнее время я чувствовала себя прекрасно, хорошо ела и отдыхала. По идее, я должна была набрать вес.

– Надо будет сказать поварам, чтобы они уделяли вашему питанию больше внимания, – обеспокоенно произнесла Лили.

Не надо! Я раскабанею, если буду есть еще больше. Ах, но как я могла возразить, когда Лили так на меня смотрела? Лучше промолчать.

– Ваше высочество, вы правда сегодня собираетесь в сад?

– Да. Сегодня такая прекрасная погода, что было бы кощунством сидеть в комнате.

Вопрос Лили прозвучал неуверенно, но я бросила взгляд в окно и ярко ей улыбнулась. Она печально улыбнулась мне в ответ и вышла из комнаты, чтобы принести закуски.

Я положила письмо Дженит на стол. На этот раз я не стала отвечать сразу. Хотелось немного подумать и сделать это вечером или уже завтра. По сути, в нашей переписке не было ничего такого – простой обмен историями из жизни. Ни она, ни я не могли свободно выходить за пределы своих резиденций, поэтому обсуждали то, чем Дженит занималась в поместье герцога Альфиоса, а я – в Изумрудном дворце.

Если честно, я не планировала так долго с ней переписываться, но разговор с Дженит оказался гораздо проще и интереснее, чем я ожидала. Примерно то же ощущение у меня возникло, когда мы с ней впервые встретились. Когда я заглянула в ее глаза, моя внутренняя защитная стена дала трещину.

Но возможно… у того, что я не могла жестоко относиться к Дженит, и того, что не желала прекращать переписку, были разные корни. Точнее, изменилось мое отношение к девушке. Если раньше я испытывала к ней что-то похожее на сочувствие и жалость, то теперь…

– Видимо, мне совсем заняться нечем, раз думаю о таких глупостях! – Я хлопнула себя по обеим щекам, чтобы привести в чувства, и встала из-за стола.

Как бы то ни было, в письмах мы часто обменивались историями из жизни. В последнем Дженит упоминала свою тетю.

В «Милой принцессе» тетя Дженит приложила руку к смерти Атанасии. Она намеревалась сделать Дженит первой принцессой. Именно она отдала новорожденную Дженит герцогу Альфиосу. Конечно, из-за того, что сейчас Дженит носила фамилию Магри-та, она не называла ее напрямую своей тетей. Но за столько писем было нетрудно догадаться, кем ей приходилась графиня Розалия.

В письмах Дженит не могла скрыть своей радости из-за предстоящего визита тети. Она ведь была ее единственной родственницей по материнской линии, поэтому я ее понимала.

Однако я не могла разделить этой радости. Что тоже было вполне естественно. Как только я получила письмо, я начала задаваться вопросом, что эта змеюка задумала. Неужели она начнет действовать сейчас?

Глава 87

Что ж, в романе она примерно в это же время прибыла на острова. Однако сейчас было значительное отличие: книжная Дженит успешно провела свой дебютантский бал и жила в императорском дворце.

Почему-то я была так растеряна, что не могла с прежней радостью читать письма.

– Ах, какая же чудесная погода!

Выйдя из тени дворца, я прищурилась от яркого солнца. В Обелии год разделялся всего на два сезона: весна и лето. Они сменяли друг друга, поэтому погода почти всегда стояла хорошая, за исключением дождей или нестерпимой жары.

– Вы пришли, ваше высочество.

Когда я вошла в сад с белыми розами, передо мной развернулась привычная картина. Феликса со мной не было. Поскольку мне нельзя было выходить за пределы Изумрудного дворца, я передвигалась без сопровождения. Человек мог привыкнуть ко всему, поэтому прислуга перестала нервничать, видя меня гуляющей в одиночестве.

– Если вам что-нибудь понадобится, позовите меня.

– Спасибо, Сет.

Я с улыбкой поблагодарила девушку, и она ушла с тем же выражением лица, с которым на меня только что смотрела Лили. Но я знала, что она не вышла из сада, а просто встала там, где я не смогу ее увидеть.

Я почувствовала горечь во рту, наблюдая, как Сет исчезла между кустов роз. Все на меня так смотрели. Всякий раз при виде такого выражения на их лицах, мне становилось не по себе, но я ничего не могла с этим поделать. Если бы мы поменялись местами, вероятно, я вела бы себя точно так же.

Я тихонько вздохнула и взглянула на стол, уставленный моими любимыми десертами. Сегодня их было больше, чем обычно, но обилие шоколадных десертов как ничто другое показывало заботу обо мне. Хоть Сет и выглядела холодной и отстраненной, она тоже относилась ко мне с теплотой.

Я немного посидела, а затем взяла в руки чашку. Лили и все другие горничные были обеспокоены тем, что я пила чай в одиночестве, ведь раньше я делала это в компании Клода.

Однако люди часто остаются одни. В моей прошлой жизни многие ходили в кафе и рестораны в одиночку. Можно наслаждаться своей компанией, выбирать любые вкусности и ни о чем не переживать.

А в саду было так приятно! И что, мне не приходить сюда только из-за того, что со мной не было Клода? Любой, кто скажет, что не станет посещать это чудесное место из-за Клода, будет признан грязным лгуном! И вообще, весь Изумрудный дворец принадлежал мне. Да, Клод потерял память и запер меня здесь, но ему же хуже! У меня было официальное разрешение.

Игнорируя обеспокоенных горничных, я неторопливо наслаждалась окружавшим меня пейзажем и ела шоколадное печенье. Вот видите. Как я могла похудеть, если три раза в день ела, а в перерывах еще и перекусывала чем-нибудь вкусненьким? Лили, наверное, просто слишком волнуется за меня.

Поднялся ветер, и в траве затанцевали тени деревьев.

Я сама подлила себе чая. Клод всегда поручал даже самые простые задачи горничным, но я этого не делала. Если руки-ноги работали, зачем просить других? Да, императорской семье и дворянам нужно поддерживать репутацию и все такое… Но какой в этом смысл, если рядом никого нет?

С этой мыслью я отбросила осторожность, которую проявляла в присутствии Клода, поставила локти на стол и, сгорбившись, подперла подбородок руками. Ах, так стало гораздо удобнее. И можно было не переживать из-за мнения окружающих.

Считается, что этикет – неотъемлемая часть жизни дворянства. При этом во всех учебниках правила этикета для женщин гораздо строже, чем для мужчин. Нужно сидеть красиво, говорить красиво и держать спину ровно. Почему к женщинам столько требований в этом мире? Тц, несправедливо.

От этих мыслей мне стало грустно, и я быстро сделала глоток чая. Мой рот наполнил нежный вкус. Это был чай Липпе. На самом деле, мне, как большой сладкоежке, больше нравились другие чаи, но во время встреч с Клодом мы всегда пили именно его. Я медленно вернула чашку на блюдце и огляделась.

В саду стоял восхитительный аромат. Ослепительный солнечный свет сделал светло-зеленую листву еще более сочной. Кроны деревьев отбрасывали на стол тень, трава под ногами мягко шелестела от дуновения ветра. На траве стояли небольшой чайный столик и два стула.

Эта картина ничем не отличалась от той, что я видела много раз до этого. На столе было огромное множество моих любимых пирожных и печенья. Единственное отличие заключалось в том, что там стояла всего одна чашка и место напротив меня пустовало.

Я молча рассматривала его, затем взяла чайник и снова наполнила свою чашку. Вернула чайник на место и взглянула на свое отражение в напитке. Через мгновение я встала и поставила чашку на противоположный край стола.

Она приветственно дымилась. Там, где никто не мог ее выпить. Но почему-то мне стало легче. Я смотрела туда, а затем перевела взгляд наверх.

– Ой, воробей.

В голубом небе летали птицы. Самое настоящее тихое и мирное чаепитие. Лишь спустя много времени, когда чай уже совсем остыл, я придвинула чашку обратно к себе.

– Сегодня у его величества день рождения, – произнесла Лили, расчесывая мои волосы.

Я зевнула и взглянула на девушку через зеркало. Она всматривалась в мое лицо.

– Хм. У вас всех, наверное, по горло работы.

Верно. Сегодня был день рождения Клода. Но для меня это прозвучало, как нечто далекое, что не имело ко мне никакого отношения.

– Говорят, вечером в Гранатовом дворце будет банкет.

Да, я слышала. Феликс впервые за долгое время пришел в Изумрудный дворец, чтобы рассказать о том, как все готовились к банкету в честь Клода.

Сперва я хотела там присутствовать, но планы изменились после того, как Клод потерял память. Хотя уже дебютировавший член императорской семьи не мог не принять участия в банкете. Но что мне оставалось, если сам виновник торжества не стал меня приглашать?

– Я никуда не пойду.

– Его величество скоро поправится, – произнесла Лили, словно стараясь меня утешить, но я лишь улыбнулась.

Сегодня снова было солнечно, и Синяш спокойно клевал свой корм в клетке. Мне было жалко, что он постоянно сидел там, поэтому периодически я его выпускала. Но после этого он ни в какую не хотел возвращаться. Мне сказали, что его можно натренировать, но я даже не представляла, как это сделать.

Хм. Надо будет пригласить во дворец кого-то, кто разбирается в птицах.

Наблюдая за Синяшом, я лениво раскрыла книгу. Из-за того, что мне нельзя было покидать Изумрудный дворец, приходилось просить горничных приносить книги из моей личной библиотеки.

Я развалилась на диване и перелистывала страницы. У меня в руках был сборник мировой литературы, но мне хотелось чего-то более увлекательного. При этом я не решалась просить горничных принести мне те книги, что я припрятала в библиотеке.

Мне хватило предыдущего унижения при Лукасе и страже. Кстати, как там Лукас? У него все хорошо? Я не знала, где находится Мировое древо, но полагала, что не близко. Лукас бы посмеялся надо мной, если бы увидел меня такой.

Я снова отвлеклась на посторонние мысли и забыла про книгу. Затем я внезапно раскрыла ладонь и произнесла:

– Деньги.

Но ничего не произошло. Я нахмурилась. Если честно, после того случая в моей комнате мне не удавалось регулярно пользоваться магией. Почему? Иногда, стоило мне только что-то представить, как оно тут же появлялось. А иногда – как бы я ни старалась, ничего не происходило.

– Золотые монеты!

Ничего.

– Хочу золото!

Звенящая тишина.

Использовать магию оказалось не так уж и просто… П-прости, Лукас. Когда мне удалось ей воспользоваться, я стала смотреть на тебя немного свысока. Я опустила руку и растянулась на диване.

– Ваше высочество, можно войти?

– Входи.

Дверь открылась, и Ханна застыла на пороге. Она не ожидала увидеть меня в таком положении.

– Вы у-устали, ваше высочество?

Они все так осторожничали, словно я хрустальная ваза.

– Я испекла для вас мадлен.

– Выглядит вкусно.

При виде того, что принесла Ханна, моя батарейка моментально подзарядилась. Ах, услада для глаз! Не зря Ханна занималась готовкой лакомств для меня.

– Мне кажется или во дворце сегодня необычно тихо?

– Ах. Для подготовки банкета не хватало рук, и часть горничных взяли отсюда.

А, понятно. «Мы тут пашем изо всех сил, а вы там прохлаждаетесь? Идите-ка сюда!» – наверняка так все и было.

Глава 88

– Думаю, что Сет весь день будет помогать в Гранатовом дворце.

– Тебе, наверное, грустно без нее?

– Почему вы так думаете? Мы с ней не так уж и близки! – произнесла Ханна, отрицая очевидное.

Ханна и Сет – как иголка с ниткой или чайная пара. Об этом знали все: я, Лили и все остальные горничные Изумрудного дворца. А еще все знали о ненависти Сет к насекомым.

– Как бы то ни было, ваше высочество. Я попросила повара приготовить для вас что-нибудь особенное. Так что давайте сегодня хорошо проведем время?

От этих слов мне стало даже грустно. Сегодня день рождения Клода, а она переживает, что я буду скучать одна. Особенно учитывая, что раньше я планировала пойти на банкет, но все вышло так, как вышло.

– Угу. Спасибо, Ханна.

Я тепло улыбнулась девушке. Атмосфера в комнате стала довольно неловкой, поэтому я медленно поднялась с дивана.

Однако этим вечером мне не было суждено насладиться вкусной едой вместе с обитателями Изумрудного дворца. Потому что в мой дворец неожиданно ворвались рыцари.

– Что вы сказали?

Я в шоке смотрела на спину стоявшей передо мной Лили. Она одна противостояла целой шеренге рыцарей, ворвавшихся в трапезную, где находилась я. И они произнесли то, чему никто из нас поверить не мог.

– Мы прибыли по приказу его величества за принцессой Атанасией.

– Что вы себе позволяете! Вы хоть понимаете, перед кем стой…

– Если не хотите навлечь на себя гнев его величества, рекомендую нам не мешать.

– Вы не имеете права даже пальцем тронуть ее высочество!.. Ах, ваше высочество!

Когда Лили закрыла меня собой и не сдвинулась с места, мужчина, судя по всему, командир, махнул рукой. А рыцари, словно только и ждали приказа, одновременно двинулись в мою сторону.

– А! Я этого так не оставлю!

– Уберите свои руки от ее высочества!

Решив не церемониться, рыцари схватили всех горничных, включая Ханну и Лили, словно они могли им как-то помешать. А меня за обе руки рывком стащили со стула.

– Ваше высочество!

Ах, да что вообще творится-то?! Я ведь просто собиралась спокойно и вкусно поужинать.

Банкет должен был быть в самом разгаре. Почему Клод приказал привести меня силой? Я ведь правильно поняла? Приказ был не просто привести меня к нему, а привести силой, да? Как какую-то преступницу?

– Е-Ее высочество Атанасия де Эльджио Обелия.

Когда меня привели в банкетный зал, где находился Клод, я все еще не понимала, что происходит. Слуга, охранявший дверь, с запинкой произнес мое имя, как будто он тоже не знал, нужно ли объявлять мое присутствие.

Едва ли последняя буква имени слетела с его губ, как рыцари втолкнули меня в двери. Роскошный блеск банкетного зала на мгновение ослепил меня. Со стороны рыцарей не было никаких сомнений – меня грубо швырнули вперед, и я упала на колени на красную дорожку.

– Атанасия. – Над моей головой тут же раздался тихий голос. Такой равнодушный, холодный и так хорошо знакомый голос.

Это был Клод. В его голосе, который я давно не слышала, не было ни капли тепла. Я подняла голову, чтобы посмотреть на него, и встретилась взглядом с двумя айсбергами.

– Я проявил великодушие, что мне не свойственно, и сохранил жизнь тебе – девке, что имела наглость потешаться надо мной.

Ледяной взгляд резал мне сердце. Клод восседал на троне в банкетном зале и смотрел на меня, распластавшуюся на полу. Он подпирал подбородок рукой, и по его позе можно было подумать, что ему крайне скучно. Но его устремленные на меня глаза были столь же холодны, как океан.

– Но даже в такой день, как сегодня, я только и делаю, что слышу твое надоедливое имя.

С каждым его словом в банкетном зале становилось все тише. Это было жуткое зрелище. Несмотря на такое количество людей вокруг меня, я не слышала ни единого вдоха.

– Ваше величество! – шокированно воскликнул один только Феликс. – Как вы можете так поступать с принцессой Атанасией?!

Он выглядел так, словно ему было больно смотреть, как другие рыцари втащили меня в зал, как преступницу, бросили на пол, и как жестоко Клод обходился со мной.

– Феликс Робейн. – Клод перебил Феликса, и от этого голоса у меня по коже побежали мурашки. – Хочешь умереть за измену?

За всю свою, пусть и короткую, жизнь я ни разу не слышала, чтобы он так холодно разговаривал с Феликсом.

– Называешь ее принцессой направо и налево, нахваливаешь, вот у нее и раздулось самомнение.

Более того – Клод впервые смотрел на меня с неприкрытой неприязнью. Банкет устроили в его честь, но он был зол как никогда. Нетрудно было догадаться, что причина заключалась во мне.

– Граф Падма.

– Да, ваше величество.

– Кто та девка, что прямо сейчас стоит перед всеми на коленях? – все тем же спокойным тоном спросил Клод у человека, стоявшего по его левую руку. Когда ответа не последовало, холодный голос снова пронесся по банкетному залу: – У тебя резко язык отсох? Повтори то, что ты только что мне говорил. Не притворяйся глухим. Я не люблю повторяться.

Только тогда граф Падма, весь в холодном поту, неохотно открыл рот:

– Ваше величество, разве это не ваша прямая наследница, Атанасия де Эльджио Обелия?

– Неверно.

На самом деле ответ графа Падмы был верным. По крайней мере, если судить по тем отношениям, что у нас были до сих пор.

– Эта девка мне не дочь. Она не принцесса.

Клод отверг меня перед всеми дворянами, собравшимися, чтобы отпраздновать его день рождения. Когда с его губ слетели столь решительные слова, люди были потрясены. В зале стало шумно. Некоторые смотрели на меня, широко распахнув глаза. Кто-то прикрыл рот от удивления, а другие зашептались между собой.

– Она никогда…

На меня были устремлены сотни глаз, и я почувствовала, как мое тело постепенно холодеет с кончиков пальцев. Словно меня опустили в прорубь.

– …не была моей дочерью.

В этот момент я стала настоящей Атанасией де Эльджио Обелией. Атанасией из романа «Милая принцесса».

– Передо мной сейчас стоит ничтожная и глупая грешница.

Он разрушил само мое существо, превратил его в пыль и развеял по ветру.

– Если кто-то посмеет в моем присутствии назвать ее ее высочеством, я не посмотрю на его статус. Тут же обвиню в измене и обезглавлю на месте.

Момент, когда Клод сказал, что я не его дочь. Момент, когда он сказал, что я никогда не была его дочерью.

– Ха. Атанасия. Такое имя – и у такой мерзавки?

Холодный яд его слов проник мне в самое сердце. Теперь он стал мне таким же чужим человеком, каким была для него я.

– Когда я увидел тебя в прошлый раз, я принял решение. – Клод снова посмотрел на меня. Этот взгляд я почувствовала всем телом и вцепилась в ковер руками, как утопающий за последнюю соломинку. – Решил, что убью тебя, когда увижу в следующий раз.

В белом свете люстры Клод напоминал мраморную статую. Он стал тем самым хладнокровным императором из книги, в котором не было ни капли милосердия и тепла. Императором, который никогда не признавал Атанасию своей дочерью. Который ни разу не обратился к ней ласково.

– Но сегодня мне не хочется видеть кровь.

Сейчас передо мной был настоящий Клод.

– Надоело. Банкет окончен.

Он резко поднялся с трона, словно потерял ко всему интерес, бросил на меня холодный взгляд и добавил:

– Уберите эту девку с моих глаз.

Рыцари двинулись ко мне с намерением выполнить его приказ, но Феликс их остановил.

– Так нельзя, ваше величество!

– Феликс, ты думаешь, я шучу? Немедленно вышвырни ее из зала.

– Ваше величество! Накажите лучше меня!

Естественно, рыцари послушали Клода, а не Феликса. Они снова схватили меня за руки и силой заставили встать.

Я кусала губы, подавляя эмоции, пока боль не стала нестерпимой. Затем обратилась к стражникам:

– Отпустите меня.

– Это приказ его величества.

Пальцы с еще большей силой впились в мою кожу. Я стиснула зубы, а затем изо всех сил взмахнула руками и закричала:

– Я сказала вам меня отпустить!

Вум!

Та сила, которая в прошлый раз отбросила Дженит и остальных, заставила рыцарей отступить назад. Сейчас ее не хватило, чтобы сбить их с ног, тем не менее они с удивлением переводили взгляд с меня на свои руки.

Я посмотрела на них и холодно произнесла:

– Я не давала вам разрешения прикасаться ко мне.

В зале воцарилась новая, тяжелая тишина. Гости смотрели на нас с Клодом с такими потрясенными лицами, словно они вот-вот упадут в обморок. Клод же холодно рассматривал меня, приподняв бровь.

Я встретила его взгляд и сказала:

– В этом нет необходимости. Я уйду сама.

Глава 89

Роскошные одежды гостей. Ослепительные люстры на потолке. Красная ковровая дорожка на безупречном мраморном полу. В этом великолепном зале одна лишь я была не к месту в своей простой одежде. Но я не собиралась уходить так просто.

Отточенным движением, которое тренировала с раннего детства, я обеими руками взялась за юбку своего платья и почтительно поклонилась. Я поклонилась Клоду не как его дочь, а как принцесса Обелии.

– Приношу свои глубочайшие извинения, ваше величество, что не подготовила для вас достойного подарка в столь знаменательный день. Сомневаюсь, что вы захотите выслушать от меня поздравительную речь, поэтому я исполню ваше желание и уйду. – В жуткой тишине я подняла голову и взглянула на Клода. – Долгих лет жизни и процветания, ваше величество. Я искренне поздравляю вас с днем рождения.

Я сохраняла спокойствие до последнего и гордо отвернулась. Он на удивление ничего не сказал, хотя мгновение назад готов был убить меня. Однако я чувствовала на своей спине его взгляд.

В просторном банкетном зале эхом раздавался звук моих шагов. Я не склонила головы, до конца выдержала тот ад, который Клод собственноручно подготовил для меня.

С начала банкета прошло много времени. Наверное, поэтому в коридорах было пусто и тихо. Я шла по белому мраморному полу, и лишь звук собственных шагов преследовал меня. Сначала медленный, затем все быстрее. В какой-то момент я побежала, а юбка развевалась за мной.

Ай!

Я почувствовала, как подвернула ногу. Вскоре тупая боль прокралась в ладони и колени. Когда я осознала, что произошло, уже лежала на холодном мраморе. Стиснув зубы, я попыталась встать, но ноги отказывались меня слушаться. Каблуки беспомощно скользили по полу.

Мой взгляд неожиданно упал на руку. Она сильно дрожала. Только сейчас я заметила, что дрожу, словно осина на ветру. Я так сильно сжимала руки в кулаки, пока была в зале, что на ладони отпечатались полумесяцы от ногтей.

Я не помнила, как покинула зал, как дошла до этого коридора, как упала. Меня первый раз в жизни так унизительно выставили перед толпой. И я впервые столкнулась с такими острыми, идеально отточенными словами, от которых невозможно было защититься.

У меня перехватило дыхание. Я подняла дрожащие руки к шее. Мне казалось, что там что-то застряло, но очень хотело вырваться наружу. Я понятия не имела, что только что произошло.

– Принцесса!..

Кто-то неподалеку позвал меня, и я непроизвольно вздрогнула. Звук приближавшихся шагов, тихий хриплый голос совсем над ухом.

– Принцесса Атанасия.

Похоже, его не испугали угрозы Клода насчет измены и казни, раз он называл меня принцессой. Я по первому же звуку его голоса поняла, кто это, и отвернулась.

Если я продолжу притворяться, что его тут нет, он уйдет? Такая мысль крутилась в моей голове, пока я продолжала ощущать на себе его взгляд. На мгновение мне показалось, что моя тактика сработала, ведь взгляд исчез. Поэтому я особенно сильно вздрогнула, когда почувствовала прикосновение к своей лодыжке.

– Прошу прощения за грубость.

Похоже, Иджекиил заметил мой испуг и слегка ослабил хватку. Этот жест словно говорил, что он уберет руку, если прикосновения мне неприятны. Нужно было лишь накрыть ногу подолом юбки.

Я неосознанно повернулась к нему и посмотрела на лицо, наполовину погруженное в тень. По случаю банкета в честь дня рождения Клода Иджекиил выглядел взрослым, как на дебютантском балу. Однако его всегда аккуратно уложенные волосы растрепались, словно он быстро бежал.

Пока я молча его рассматривала, Иджекиил снова шевельнул рукой. В ней была моя туфелька. Я даже не заметила, что она слетела во время падения. Похоже, я перестала ощущать его взгляд потому, что он ходил за ней.

Иджекиил осторожно надел ее на меня. Наблюдая за его действиями, я поняла, что меня охватывает неведомое чувство. Вероятно, все дело было в пугающей нежности его прикосновений.

Он наверняка был в банкетном зале и видел все, что там произошло. Однако его взгляд и голос, обращенные ко мне, оставались такими же вежливыми, такими же теплыми, такими же неизменными… Эмоции, которые я держала в себе, просто вырвались из-под контроля.

Кап.

В этот момент вздрогнул и сам Иджекиил. Я заметила, как он переменился в лице, когда поднял голову и взглянул на меня, но я не смогла сдержать очередную слезу. Все оттого… что он был так добр ко мне.

Забавно, что из-за этого я особенно ярко вспомнила человека, который так жестоко поступил со мной всего пару минут назад. Теперь я отчетливо осознала, что именно потеряла.

Действительно забавно. Такая рана. И ее нанес мне Клод. Мне было трудно в это поверить. Он отверг меня. Отнесся как к мусору. Поэтому мне было так больно и на глазах наворачивались слезы.

Я почувствовала себя такой дурочкой, что рассмеялась.

Сперва я обманывала его, чтобы просто выжить. И что в итоге? Все закончилось вот так. В какой-то момент я по-настоящему к нему привязалась. Поэтому я так отчаянно отказывалась верить в то, что он меня забыл. Я так боялась, что он никогда меня не вспомнит. Но меня расстроило вовсе не то, что он отверг меня и хотел убить, а то, что он больше не относился ко мне так, как прежде.

Но я не хотела этого признавать. Всю жизнь я оставалась одна. Привыкла отказываться от желаемого, потому что знала: шанс получить это был столь же ничтожен, как вероятность достать звезду с неба. Хоть и хотелось, но нельзя было быть такой жадной. Как бы отчаянно я чего-то ни хотела, нельзя было этого показывать. Именно так я и жила до сих пор, так защищала себя от страданий.

Поэтому мне удастся это и сейчас. Сделаю вид, что у меня с самого начала ничего не было. Вся та ласка, то тепло и доброта, которые он мне дарил, никогда мне не принадлежали… Даже… Даже если Клод исчезнет из моей жизни, я без проблем выживу.

Каждый раз, когда я об этом думала, мое сердце невыносимо болело. Все это время я была ему самым близким человеком. Теперь же я та, кого он хотел видеть меньше всех на свете. Наше знакомство отныне ничего не значило. Однако при каждом напоминании об этом мне становилось нестерпимо одиноко.

Да. На этот раз я не могла не признать этот факт. У меня не было другого выбора. С того самого момента, как Клод потерял память, я ни секунды не была в порядке. Сколько бы я ни убеждала себя, правда заключалась в том, что мне было плохо. Я изо всех сил убеждала себя в обратном, но истина оставалась неизменной.

Опьяненная первыми в жизни теплом и добротой другого человека, я с головой прыгнула в них, даже не подозревая, что это на самом деле болото. И я медленно в нем тонула. Если бы я не знала той сладости, то смогла бы самостоятельно выбраться из него.

Но каждый день я чувствовала себя так, словно умираю. А хуже всего было то, что именно я себя к этому и привела. Я каждый день чувствовала такую обиду на саму себя, что мне казалось, будто я схожу с ума.

Так что я вообще не в порядке.

– Не смотри на меня так.

Мне оставалось лишь играть роль еще более беспечной девочки.

– Я не плачу.

Иначе я просто этого не вынесу.

– Да. Я ничего не видел.

Иджекиил не стал смеяться над моим ничтожным упрямством. Он отвернулся и просто сидел рядом до тех пор, пока слезы не перестали катиться по моим щекам. Белый свет, видимый вдалеке, расплывался перед моими глазами, словно туман.

Все, что я видела, начало расплываться, как сон. Как дождливая ночь. Как акварельные краски на воде. Из-за этого у меня возникло ощущение, что я в каком-то аквариуме.

Ах. Хотелось бы, чтобы все это превратилось в пузыри и исчезло. Я закрыла глаза, чувствуя себя золотой рыбкой, разучившейся дышать под водой.

Эта ночь была столь длинной, что казалось, она не закончится никогда.

Часть 10.5

После банкета

Глава 90

– Иджекиил!

Герцог Альфиос подбежал к своему сыну, которого наконец-то нашел. Банкет по случаю дня рождения императора закончился раньше ожидаемого и вызвал ужасный резонанс. Однако Иджекиил отправился за принцессой Атанасией, которая оказалась в центре скандала, поэтому беспокойство герцога было объяснимо.

– Зачем ты побежал за ней?! Ты ведь знаешь о последствиях! – отчитал герцог сына.

Очевидно, что принцесса по какой-то причине навлекла на себя гнев императора и впала в немилость. Нет, пока рано было делать вывод об этом.

Герцог Альфиос шумно выдохнул, вспомнив, что, хоть в банкетный зал принцессу и приволокла стража, покинула она его самостоятельно. Император видел, как Атанасия оттолкнула рыцарей, но все же позволил ей уйти. Значит, отношение его величества не до конца изменилось…

– Идем к карете.

Но даже так. Император заявил, что принцесса Атанасия не его дочь, а значит, Иджекиилу опасно находиться рядом с ней.

Пока они ехали в карете, герцог пытался вразумить сына, объяснял, что тому нужно держаться от принцессы подальше. Его сын был умен и быстро схватывал намерения отца без необходимости в длительных объяснениях. Однако, когда дело касалось Атанасии, все было иначе.

– Отец, – наконец произнес Иджекиил. – Вы всегда говорили мне действовать рационально.

– Верно.

– Я не уверен, оправдал ли ваши ожидания касательно того, каким должен быть хороший сын. Но мне кажется, до сих пор я успешно следовал всем вашим наставлениям.

Так и было. Иджекиил никогда не разочаровывал герцога Альфиоса, был его гордостью.

– Но сегодня… – Иджекиил произнес то, чего его отец никак не ожидал услышать. – Сегодня я впервые понял, что это бессмысленно.

– Ты о чем?

Роджер Альфиос не мог понять, о чем говорил его сын. А следующие слова, произнесенные мягким голосом, откровенно застали его врасплох.

– Отец, мне не хватит смелости снова видеть ее слезы, – сказал Иджекиил и взглянул на отца с непоколебимой решимостью. – И я не уверен, что смогу простить тех, кто заставит ее плакать.

Роджер Альфиос настолько опешил, что даже начал нехарактерно заикаться:

– И-Иджекиил, ты…

Не было сомнений: он говорил о принцессе Атанасии. Осознав это, герцог не смог сдержать удивления.

Свет, просачивавшийся сквозь окна кареты, окрасил лица герцога и Иджекиила в золото. Альфиос-старший увидел сияющий как никогда взгляд сына и понял, что никакие слова не смогут его переубедить.

– Ты говоришь это всерьез?

Иджекиил ничего не ответил. Но само молчание сказало о многом. Разговор прервался. Через какое-то время изо рта герцога вырвался звук, одновременно похожий и на выдох, и на стон.

– Ты ведь знаешь, что я не причастен к сегодняшним событиям.

– Знаю, – ответил Иджекиил и тут же добавил: – Однако в будущем все может измениться.

Бровь герцога дернулась и поползла вверх. Он понимал, что хотел донести его сын, но не мог в это поверить. Следующие слова Иджекиила шокировали его еще больше:

– Отец, если ваши планы причинят ей боль, я не смогу и не стану просто наблюдать.

– То есть?

– Простите, отец.

Роджер Альфиос потерял дар речи и долго рассматривал лицо сына, сидевшего напротив. Наконец он тяжело выдохнул и беспомощно рассмеялся. Он много слышал о подростковом бунтарстве, но никак не ожидал подобного от Иджекиила.

– Мы продолжим этот разговор позже, – произнес Роджер Альфиос и провел рукой по лицу, чувствуя нарастающую усталость.

Герцог сделал ставки на Дженит и принцессу Атанасию, и, пока ни одна из них не принесла плодов, ему было и без разницы, какой именно план сработает. Однако, судя по сегодняшним событиям, положение принцессы казалось довольно шатким. А тут еще и собственный наследник решил показать свой характер.

Герцог нахмурился и всю оставшуюся дорогу сидел в глубоких раздумьях.

Но на этом день не закончился. Когда карета остановилась у поместья, их встретила заплаканная Дженит.

– Только что пришло письмо от тети!..

Увидев столь необычное зрелище, Роджер Альфиос выхватил из рук девушки помятый листок. Его лицо тут же помрачнело.

– Что лучше – серебряный поднос или цветочный горшок?

Лилиан с любопытством повернула голову в ту сторону, откуда донесся вопрос. Сет задумчиво протирала перила тряпкой.

– Нет, швабры тоже должно хватить.

– О чем ты?

Было что-то яростное как в ее движениях, так и во взгляде, устремленном в пустоту. Услышав вопрос Лили, Сет повернулась к ней и пояснила:

– Я слышала, что шоковая терапия творит чудеса. Вот я и думаю, может, нужно хорошенько стукнуть его величество по голове разок-другой?

– Сет, ты хочешь оказаться в тюрьме за нападение на императора?

За такие слова могли бросить в темницу. Однако Лили знала, что Сет не из тех людей, которые отпускают такие опрометчивые комментарии всерьез. Она просто вздохнула и продолжила расставлять цветы в вазе.

– Но если так пойдет дальше, то его величество может и вовсе не поправиться.

Лили разделяла беспокойство Сет. Она прикусила губу, вспомнив о недавних событиях. К счастью, принцесса Атанасия вернулась с банкета невредимой. Но тот день забыть было невозможно.

Как? Как можно было вот так увести принцессу? Столь свойственные Лили элегантность и сдержанность улетучились при воспоминании о том дне, и она начала скрежетать зубами. Перед ней до сих пор стояла картина, как Атанасию насильно уводили рыцари. В тот момент она чувствовала себя такой беспомощной. Ей оставалось лишь волноваться и молиться о возвращении принцессы в целости и сохранности.

Сперва Лилиан была просто рада, что принцесса вернулась, но… Когда Сет рассказала ей о том, что произошло в банкетном зале, ей показалось, что рухнули небеса. Лили вспомнила заплаканные глаза принцессы, которые она не смогла спрятать по возвращении в Изумрудный дворец. И как она стоически встретила удивленные взгляды горничных.

Как принцесса это выдерживала? Насколько тяжело переносила то, что ее единственный родственник забыл ее и так жестоко поступил. Хотя она этого и не показывала, внутри она не могла не переживать.

Атанасия убеждала ее, что она в порядке, но тогда почему с каждым днем ее лицо становилось все более изможденным? Почему она не спала по ночам? Только этого злополучного банкета ей не хватало.

Сет приветствовала гостей в банкетном зале Гранатового дворца и лично все видела. Она была настолько возмущена, что чуть не расплакалась, рассказывая о происшествии. Ханна рыдала в голос с начала рассказа, а Лили до сих пор не могла нормально спать.

– А маг из Черной башни не может исцелить его величество?

– Пока его величество даже не признает свое состояние…

Недавно появившийся маг из Черной башни, вероятно, смог бы помочь его величеству. Но сам император не видел в своем состоянии ничего странного.

– Ах. Я так переживаю.

– Я тоже. Бедная принцесса Атанасия. Как она со всем справляется?

Однако Лилиан переживала не только за принцессу, но и за императора. Недавние события уже непоправимо ранили девушку, а когда память вернется к его величеству, они ранят и его сердце. Она надеялась, что этим двоим больше не придется так страдать.

Лилиан не знала, нужно ли радоваться тому, что никто не искал принцессу после дня рождения императора. Она опасалась, что ей снова придется идти на ковер.

– Нужно будет испечь для принцессы ее любимый шоколадный торт.

– Я помогу.

Лилиан устало выдохнула. В последнее время не было ни одного спокойного дня.

Часть 11

Прощай, папа

Глава 91

– Принцесса, вы сегодня не стали читать? – осторожно спросила Лили, когда увидела меня снова растянувшейся на диване.

– Мне не захотелось.

Я лежала там все утро и просто наблюдала за движением теней по потолку. Хотя нет… Слово «наблюдала» тут не подходит. Я таращилась в потолок и старалась ни о чем не думать… Просто более подходящее название для этого занятия не приходило мне в голову. Это стало моим новым хобби – сидеть и ни о чем не думать.

Какое-то время я пыталась придумать другое название, но быстро устала, бросила это дело и снова уставилась в потолок. Так тяжело. В голове не было никаких мыслей…

– Уже почти три часа. Не хотите перекусить?

– Нет.

В последнее время у меня пропал аппетит, поэтому мой ответ был предельно кратким. Лили, Ханна и Сет были потрясены, что я отказалась, но такие дни тоже бывали.

Я прекрасно знала, что они переживали. Мне было их жаль. Но у меня уже голова шла кругом от того, что все анализировали буквально каждое мое действие. Поэтому я просто целыми днями лежала и ничего не делала.

Почему-то мне перестали приходить письма от Дженит, и я жила в полной изоляции. Не та ли это жизнь, которой для меня желал Клод? Но Лили не сдавалась:

– Может, тогда сходите погулять? Солнце сегодня очень приятное.

– Раздражает…

– Так нельзя. В такой период как раз надо больше двигаться. Если вы хотите побыть в одиночестве, мы не пойдем за вами. Хорошо?

Лили вновь подтвердила свое могущество. Она заставила меня встать с дивана спустя несколько дней бездействия! У меня не было сил спорить. К тому же я не могла игнорировать ее искренний взгляд. Словно меня вытолкнули, я покинула комнату.

– Ваше высочество!

– Вы решили прогуляться?

Похоже, Сет и Ханна стояли под дверью в ожидании результата. Они тут же повернулись ко мне, когда я вышла из комнаты. Их глаза, устремленные на меня, сияли.

– Прекрасная идея.

– Верно. Сегодня отличный день.

Они были так счастливы, что я наконец-то покинула комнату. Это заставило меня почувствовать угрызения совести за свое поведение.

– Я скоро.

Я смущенно пошла к выходу из дворца, и горничные, встречавшиеся мне на пути, радостно меня приветствовали.

Стоило мне только выйти на улицу, как меня ослепил яркий солнечный свет. Так приятно. Я вдруг осознала, как долго не ощущала его тепла на своей коже. Я решила, что раз уж вышла, нужно пройтись, прежде чем возвращаться.

Они же не наблюдают за мной из окна? Такая мысль неожиданно пронеслась в моей голове, и я настороженно подняла голову. Яркое солнце мешало мне рассмотреть, что происходило в здании. В итоге я прищурилась и опустила голову.

Меня заперли в Изумрудном дворце и запретили выходить. Моя одежда стала куда проще, но именно это дарило необычайную легкость в движениях.

Как и надеялась Лили, я обошла дворец, рассматривая окружавшие его деревья, траву и небо. Вскоре я дошла до сада с белыми розами. Он был гораздо красивее того, где мы с Клодом пили чай. Его для меня разбил Клод после того, как я обмолвилась, что розы прекрасны.

Я пошла по единственной тропе, чтобы насладиться цветами вблизи. Протянула руку, нежно коснулась пальцами белоснежных лепестков и зеленых листьев. Это касание звало меня вперед. Я внезапно схватила розу и сжала пальцы на стебле.

Шух.

Я опустила голову. В солнечном свете цветок выглядел еще белее. Я какое-то время его рассматривала, а затем бросила наземь. Следуя по тропинке, я сорвала еще одну розу. Почему-то при виде распустившихся ослепительно белых цветов во мне проснулось непреодолимое желание избавиться от них.

Я оглянулась. Брошенные мною розы лежали на траве и напоминали блестящие камни из сказки «Гензель и Гретель». Я на мгновение замерла, а затем продолжила путь.

Подняв глаза, я увидела перед собой мужчину, который тоже рассматривал цветы. Его золотые волосы мягко развевались на ветру. С очередным порывом колыхнулись розы, трава и подол моей юбки.

Мы с Клодом какое-то время молча смотрели друг на друга. Хоть я и не ожидала его здесь увидеть, вовсе не удивилась его присутствию. Вероятно, я смутно подозревала, что в ближайшее время он все же придет ко мне.

На лице Клода не было ярко выраженной враждебности, которую я видела в банкетном зале. Его глаза темно-бирюзового цвета, словно листва в тени, пронзали меня издалека.

Молчание между нами казалось одновременно безгранично долгим и бесконечно коротким. Клод просто рассматривал меня, в его глазах не было никаких эмоций. Через какое-то время он сдвинулся с места, и я заметила, что роза в моей руке начала мелко дрожать.

Стоило ему принять решение, как расстояние между нами начало стремительно сокращаться. Вскоре я могла рассмотреть лицо Клода без тени, падавшей на него. Вблизи он выглядел неважно. Словно он плохо спал или несколько дней болел.

Оказавшись прямо передо мной, он произнес:

– Не стоило сохранять тебе жизнь.

Его слова меня уже не удивляли. Однако сейчас, произнесенные почти шепотом, они звучали иначе, чем в прошлый раз. Холодный приглушенный голос продолжил:

– Если бы я избавился от тебя в тот же день, когда увидел впервые, твое лицо не отпечаталось бы в моей памяти и не преследовало бы меня.

Когда Клод замолчал, его глаза, в которые я неотрывно смотрела, изменились. В них промелькнул холодок. Он протянул ко мне руку.

Бз-з-з! Хрясь!

Воздух наполнился таким звуком, будто что-то с силой ударилось о невидимую преграду. Словно что-то ломалось. Передо мной вспыхнул яркий свет. Деревья и цветы вокруг нас яростно закачались под воздействием этой неведомой силы.

Я смотрела в холодные блестящие глаза сквозь свои развевавшиеся локоны.

– Забавно. В этом защитном заклинании, без сомнения, есть моя магия. – Клод произнес это так сухо, словно услышал самую скучную шутку в мире. Я поняла, что он только что сделал. – Уж не знаю, как это возможно, но мана не лжет. Значит, именно я наложил его на тебя.

На его руке, отброшенной окружавшей меня силой, появился тонкий порез, словно по коже провели лезвием.

– Но я его уничтожу.

Он снова протянул ко мне руку.

Бз-з-з! Хрясь! Треск!

– Я этого так не оставлю.

Вш-ш-ш.

Лепестки белых роз взмыли в воздух. Когда я почувствовала их сладкий аромат, раздался очередной гудящий звук, двигавшийся в мою сторону. Клод всерьез пытался меня убить.

Он не просто запугивал меня или угрожал, как прежде. Он искренне желал моей смерти. Даже тот факт, что сработало защитное заклинание, только подтверждал это.

– Это лицо. Этот взгляд.

Когда Клод посмотрел на меня сверху вниз, его лицо исказила жуткая гримаса.

– Так раздражают.

Бз! Хрясъ!

– Нужно просто избавиться от них.

Я не понимала, обращался он ко мне или к самому себе. Хотя сейчас это не имело никакого значения.

Бз-з-з! Треск!

Защитный барьер, выставленный вокруг меня самим Клодом, быстро разрушался. Вместе с ним рушилось и то, что мы строили долгие годы вместе.

Треск! Хрясъ!

Резкий гул, окружавший нас, бил по ушам и поднял сильный ветер, грозивший поднять нас в воздух. Рука Клода приближалась ко мне. На ней появлялось все больше ран, красные капли крови взмывали вверх. Но он ни секунды не колебался. Он хотел, чтобы все закончилось.

– Твоя ничтожная жизнь.

Если честно, я много раз представляла этот момент.

– Я лично положу ей конец.

Треск! Клещ!

Когда-то я боялась, что Клод однажды убьет меня. Но в какой-то момент страх исчез. Я перестала опасаться встреч с ним. Я проводила с ним много времени в саду, пила чай и даже дарила прекрасные цветы.

Клещ! Треск!

В какой-то момент я стала считать его своей семьей. У меня никогда ее не было, поэтому я не знала, каково это. Я самонадеянно полагала, что именно так должны выглядеть отношения между отцом и дочерью.

Треск! Бах!

Сперва я боялась и опасалась его. Для него же я была забавной игрушкой. Однако в какой-то момент мы изменились. Похоже, вместе с ним, с человеком, который сейчас прорывался через защитный барьер, я была гораздо счастливее, чем думала.

– Когда ты исчезнешь…

Поэтому я даже не могла злиться на него. Не могла думать: «Как ты можешь так со мной поступать?»

Все потому, что…

– …эти отвратительные чувства тоже уйдут.

…это все моя вина.

– Меня покинет это ужасное чувство, раздирающее мое сердце всякий раз, как я вспоминаю твое лицо.

Глава 92

Это моя вина. Я не послушала Лукаса и продолжала лезть к Чернышу, как дура. Я не смогла сдержать свою магическую силу. А он полез меня спасать, дубина. Так что это мое наказание. Да, так и было. Я это знала. Знала, но…

– Так умри же.

И все же осознание того, что он больше не мой отец, ранило меня куда сильнее. Сейчас мне казалось, что я скорее умру от разбитого сердца. Разбитого настолько, что невозможно выразить словами.

– От моей руки.

Треск! Бз-з-з!

Воздух снова наполнился гулом. Лепестки вокруг нас трепетали. Израненная рука Клода, из которой непрестанно сочилась алая кровь, почти касалась моей шеи. Моя ладонь была не намного лучше – она с силой сжимала сорванную розу. Острые шипы пронзили кожу, и я едва ли замечала, как кровь падала на зеленую траву.

Защитная магия, окружавшая меня, почти полностью исчезла. Осталось буквально два слоя, и тогда Клод сможет убить меня при желании.

Но…

Я взглянула на него. В круговороте магии он смотрел на меня все так же бессердечно. Я прикусила губу.

Бз-з-з!

Но я не хотела умирать вот так.

Треск!

Не хотела, чтобы он убил меня.

Хрясъ!

Я ни за что не хотела умирать от его руки!..

Бш-ш-ш!

В этот момент порхавшие вокруг нас лепестки резко взмыли вверх. Перед моими глазами возник белый свет, яркий, как все рассветы мира, и начал заполнять все вокруг. Рука Клода, только что коснувшаяся моей шеи, замерла.

Бшух.

Я видела, как он переменился в лице, словно испугался чего-то. Лепестки снова закружились. Передо мной поднялась самая настоящая буря. В потоке виднелось что-то белое, но это были не лепестки и не свет.

Шум все нарастал. Я не знала, что это было – громкая тишина или тихий крик? Клод что-то сказал, но я не услышала ни звука.

Только сейчас я поняла, что было передо мной – белые пузыри.

Их создала я. Вихрь пузырей медленно поднимал меня в воздух. Лицо Клода было искажено эмоциями, но я не могла разобрать, гнев это или страх.

Прежде чем полностью исчезнуть, я прошептала:

– Прощай, папа.

Меня ослепила белая вспышка.

Часть 11.5

Этот папа Клод

Перед всеми разворачивалась ослепительно белая буря. Клод не мог отвести от нее взгляда, хотя рядом было трудно даже просто стоять.

– Ваше величество!

День начался как обычно. Феликс говорил, что Атанасия сегодня устраивала чаепитие в Изумрудном дворце. Значит, его дочь должна была хорошо проводить время.

– Не подходите слишком близко! Это опасно!

Когда он почувствовал мощные волны магии, исходившие из Изумрудного дворца, Клод поспешил туда, но нигде не нашел Атанасии. Он сразу понял, что она в центре белого вихря, который мог взорваться в любой момент.

– Феликс, выведи всех из Изумрудного дворца.

– Так точно! Я уже связался с придворными магами, так что, ваше величество…

Феликс держал на руках Дженит Магриту, которую едва спас от всплеска магической силы. Однако ее все равно отбросило в сторону, и она потеряла сознание. Поднялся такой сильный ветер, что рыцарю приходилось кричать, чтобы Клод его услышал. Он даже не успел договорить, а тот уже шагнул вперед.

– Ваше величество! – испуганно крикнул Феликс, но Клод его проигнорировал.

Золотые волосы, развевавшиеся на ветру, сверкали, словно осколки стекла на солнце.

– Нет, ваше величество!

– Не шуми, а просто делай то, что тебе приказали. Мешаешь.

Сзади послышался настойчивый крик, но Клод без колебаний вошел в магический вихрь. Острая боль на мгновение пронзила его щеку, и по коже побежала тонкая струйка крови. Магия, окружавшая его со всех сторон, была похожа на заточенный клинок.

Ситуация была скверной. А хуже всего было то, что Атанасия оказалась в самом ее эпицентре.

Вш-ш-ш! Кап!

Мощная волна магии острыми лезвиями прошла через его тело, словно отталкивая незваного гостя. Но даже она не остановила Клода. Он намеревался добраться до самого центра вихря и успокоить его. У них с Атанасией было мало времени, и другого выхода сейчас он не видел.

Насильственное вмешательство в ману другого человека могло кому-то из них стоить жизни. Естественно, Клод принял бы весь риск на себя. Любой счел бы его безумцем, но не было никого, кто мог бы его остановить. А даже если бы и был – Клод не смог не осуществить задуманное.

Вш-ш-ш! Бах!

Если он это сделает, то может умереть. Но ему было все равно.

Бах!

Клод без малейших колебаний вытянул руку к источнику вырывающейся магии. Мир перед ним озарила ослепительная белая вспышка.

– Уже два дня прошло, а ты все твердишь одно и то же?

Клод оторвал взгляд от документа, на котором только что поставил печать, и нахмурился. Однако человек, с самого утра действовавший ему на нервы, продолжил как ни в чем не бывало:

– Но это правда. Сколько раз я должен еще это повторить? Принцесса Атанасия – ваша единственная и неповторимая…

– Феликс, не испытывай мое терпение, – процедил Клод сквозь зубы.

У него и так хватало хлопот, а тут Феликс нес всякую чепуху, от которой было не по себе. Он еще и чувствовал себя отвратительно.

Феликс сказал, это из-за того, что он попал под магический взрыв. Услышав это, Клод был настолько потрясен, что рассмеялся. С какой стати? Чтобы не кто-то другой, а сам Клод не справился с выбросом магии? Исключено. Значит, взрыв устроил кто-то другой. Неужели во дворце был еще один маг, настолько сильный, что Клод потерял сознание?

– Это из-за того, что вы, ваше величество, рискнули собой ради принцессы Атанасии. – Слова Феликса делали ситуацию только более возмутительной. – Разве не вы проигнорировали мои попытки вас остановить и отправились прямо в центр вихря, чтобы спасти принцессу?

Это звучало так же нелепо, как и то, что он десять дней пролежал без сознания. Принцесса? Когда у него появилась дочь? Более того, он рисковал жизнью, чтобы спасти ее?

– Феликс, ты умом тронулся?

Когда Клод впервые услышал эту историю, он всерьез забеспокоился за Феликса. Рыцарь выглядел еще более уставшим, чем обычно. Что могло произойти за одну ночь, что Феликс начал нести такую чушь? Может, съел что-то не то?

Однако пока он слушал речи Феликса, ему вспомнилась девушка, которую он увидел, когда только открыл глаза.

Точно. Она осмелилась называть его «папой». За всю его жизнь многие женщины пытались проникнуть в его спальню, желая занять место императрицы. Это был первый раз, когда кто-то решил приблизиться к нему, назвавшись его дочерью.

Если так подумать, у нее были топазовые глаза.

– Похоже, что с вашей памятью что-то не так, ваше величество, – с предельно серьезным лицом произнес Феликс, но Клод отказывался в это верить.

Так вот в чем дело. Либо сама девка, либо тот, кто ее подослал, воспользовались черной магией. Он не знал, кто был способен на такое, но этот маг был крайне сильным, раз его чары сработали даже на Феликсе. А изменения во внешности рыцаря, приведшие к тому, что тот постарел на десять лет, – побочный эффект магии.

Такая версия звучала хотя бы правдоподобно. Клод покачал головой. Все уверения Феликса в том, что у него амнезия, были простой уловкой той девки.

С чего ему было рисковать собой и прыгать в магический вихрь? Да будь она хоть сто раз его дочерью, это все равно невозможно. Он даже ради нее не стал бы ставить свою жизнь под угрозу. А если это все же правда, то столь безумная, что он скорее поверил бы в то, что его брат вылез из могилы и смеется над ним.

Клод решил, что здравого смысла в этой ситуации не найдет, поэтому просто сосредоточился на исцелении самого себя. Благодаря своим способностям, он довольно быстро пришел в норму.

Однако вскоре после того, как Клод вернулся к государственным делам, он понял, что Феликс был прав. Не насчет дочери, конечно. Клод действительно потерял воспоминания о последних девяти годах жизни.

Все, включая внутреннюю политическую ситуацию в Обелии, отличалось от того, что он знал. Когда он внимательно изучил материалы, которые Феликс тщательно собирал на протяжении этих лет, картина становилась яснее. Это заодно объясняло и то, почему он сам выглядел старше, чем в его воспоминаниях.

Глава 93

Это же подтвердили придворные врачи и маги, прибывшие осмотреть Клода после того, как его снова вырвало черной кровью. Выходит, Феликс говорил правду?

Клод нахмурился и уставился на внутренние документы государства. Он всю ночь просидел в кабинете, размышляя, но в итоге признал лишь то, что забыл последние девять лет. Клод ни за что не поверит, что у него появилась дочь.

– Если у тебя есть время нести чушь, используй его с пользой и помоги мне разобрать документы.

С этими словами Клод проигнорировал очередные увещевания Феликса и всучил ему в руки стопку бумаг. Вдруг его взгляд зацепился за незнакомый диван. Он уже несколько дней его интересовал, и Клод спросил у Феликса:

– Откуда здесь диван? Не думаю, что в моем кабинете хоть кто-то задерживается.

Клод мог срочно вызвать кого-то к себе, но такие разговоры заканчивались быстро. Если требовалось что-то обсудить, использовался зал для совещаний. А диван к тому же был слишком маленьким и мягким для официальной обстановки. Может, он отдыхал на нем во время перерывов?

Но Клод прекрасно знал, что у него никогда не было привычки отдыхать в кабинете, поэтому наличие здесь дивана его сильно беспокоило.

– Вы приказали его поставить сюда, чтобы принцессе Атанасии не приходилось стоять во время ее визитов к вам.

– Что ты сказал?

– Более того, диван изготовлен в соответствии с вашими указаниями. Его сделали максимально мягким.

Это звучало настолько абсурдно, что Клод не находил слов.

– Посмотрите внимательно. Вы точно ничего не помните? Принцесса Атанасия часто сидела здесь и наблюдала за тем, как вы работаете.

Феликс подбежал к дивану и даже развернул его к Клоду, надеясь, что тот что-нибудь вспомнит. Клод на мгновение взглянул в серьезные глаза рыцаря, а затем громко произнес:

– Ха! В этот раз у тебя получилась отличная шутка.

– Я уже говорил, это не шутка! – Феликс был так расстроен, что даже посмел повысить голос.

Увидев, что рыцарь предельно серьезен, Клод скривился, словно ему пахнуло чем-то неприятным. У него не было настроения даже притворяться обманутым:

– А я уже говорил, у меня нет времени на шутки. Садись за работу и не смей и слова вякнуть, пока мы не закончим.

Куда логичнее было предположить, что диван поставили для Феликса, а не для какой-то девчонки. Клод коснулся пульсирующего виска и отогнал мысли о загадочном диване в своем кабинете.

Однако это был не единственный случай.

– А это здание откуда появилось?

– Принцесса Атанасия любит читать. Вы приказали построить для нее библиотеку три года назад.

– Библиотеку? – Клод не поверил своим ушам, но быстро скрыл свое удивление. – Не смеши меня. Я такого приказа не мог отдать.

– Конечно. Ведь вы потеряли память, ваше величество.

Феликсу хватало наглости смотреть на него, как на тяжелобольного. Заметив его жалость, Клод нахмурился. Вскоре он уже направлялся к зданию, видневшемуся вдалеке.

– Ваше величество!

– Долгих лет жизни и процветания, ваше величество.

Клод остановился перед загадочной постройкой. Вблизи она оказалась более величественной, чем он думал. Завидев императора, стражники вытянулись по струнке и поприветствовали его. Они выглядели воодушевленными.

– Что это за место? – спросил Клод, испытывая некоторую неловкость.

Он был очень недоволен, что забыл о том, как отдал приказ построить это здание и приставить к нему стражу. А ведь все из-за слов Феликса. Судя по реакции стражников, он бывал здесь раньше? В ответ на его вопрос рыцари напряглись и принялись извиняться.

– Нам очень жаль, ваше величество!

– Простите, если мы допустили ошибку!

– Впредь мы будем более бдительными.

– Мы сделаем все возможное, чтобы обеспечить безопасность принцессы Атанасии и предотвратить любые угрозы!

Морщина между бровей Клода стала еще глубже. Насколько далеко распространилась магия этой девки? Ему даже не пришлось называть ее имя, а рыцари уже заявляли, что готовы пожертвовать собой ради нее.

– Не так давно в библиотеку принцессы Атанасии проник посторонний. На следующий же день вы приказали сменить всю стражу.

– Опять ты за свое.

– Вы тогда ужасно разозлились, ваше величество. Вот рыцари так и стараются.

Клод нахмурился, когда Феликс шепнул ему это на ухо. Это действительно объясняло поведение рыцарей. Но Клод тут же покачал головой, словно отгоняя от себя эти мысли. Нет, как бы логично это ни звучало, это был бред. Как подобное могло быть правдой?

Но Феликс еще не закончил:

– Вы все равно уже пришли. Почему бы вам не зайти внутрь? Вы часто бывали в библиотеке, когда не проводили время с ее высочеством.

– Замолчи. Не помню ничего такого.

Однако Клода было не пронять, он резко развернулся и пошел прочь. Рыцари, стоявшие у дверей, громко попрощались с ним.

Но он прошел не так далеко, как вдруг остановился. Всю дорогу его сопровождал сладкий аромат, а затем перед ним открылся вид на прекрасный розарий, которого он прежде не видел. Даже на входе ощущалось его великолепие. Этот сад покорил бы любую королеву.

– Когда вы узнали о том, что Атанасия любит розы, вы велели разбить несколько розариев на территории дворца, – снова прошептал Феликс, следовавший за ним. Клод лишь раздраженно повел плечом. – Самый красивый из них – в Изумрудном дворце, где проживает принцесса. Вы часто проводили в нем чаепития…

Клод молчал, что бы ему ни говорили. Однако по возвращении в Гранатовый дворец лицо его было мрачнее тучи.

– И это еще не все, – спокойно продолжил Феликс. – Вы подарили Атанасии одну из сокровищниц. Если хотите, я могу вас туда отвести.

– Феликс…

– Простите, ваше величество. Но вы можете сколько угодно зло на меня смотреть, но это никак не изменит того, что все это правда.

Клод был настолько потрясен, что рассмеялся. Если все то, что ему говорил Феликс, было правдой, то у него были проблемы с головой. Он, император, сам того не подозревая, попал под действие черной магии и отдал той девке почти все. Но Клод не сумасшедший, а значит, все было ложью. Но этот бред казался настолько правдоподобным, что Клод чуть не поверил в него.

Он вернулся в спальню в еще более мрачном настроении, чем когда покидал Гранатовый дворец.

– Я устал весь день выслушивать твои бредни. Хочу отдохнуть, так что проваливай.

– Может, мне лучше остаться с вами? Если вы устали, я стану вашими руками и ногами. Если у вас остались вопросы…

– Вон, – процедил Клод сквозь зубы.

Феликсу ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Но тут взгляд Клода упал на что-то за балдахином кровати.

– Стой.

Клод нахмурился и подошел к кровати. Он впервые приблизился к ней с того дня, как его рвало кровью. Обычно он спал на диване.

Отвернувшись от Феликса, Клод заметил что-то странное на ткани, скрывающей стену за кроватью. Он подошел ближе и отдернул ее. Увиденное привело его в ярость:

– Что это такое?! Магические амулеты?

На стене висели листы бумаги с жутковатыми изображениями. На них были нарисованы странные фигуры, напоминающие не то человека, не то монстра. Они не могли не насторожить Клода. Особенно странным казалось то, что они были скрыты от чужих глаз.

– Боже мой, ваше величество!

Феликс приблизился. Похоже, увиденное стало сюрпризом и для него, ведь он не смог сдержать удивленного возгласа. Клод решил, что это очередная проделка той коварной девки. Однако следующие слова Феликса потрясли его куда больше:

– Вы их сохранили? Я всегда знал, что вы дорожите принцессой Атанасией, но не думал, что настолько…

Клод снова нахмурился, глядя на рыцаря, что смотрел на него со слезами на глазах, словно обнаружил что-то крайне трогательное.

– Это вам нарисовала принцесса, когда была маленькой.

– Значит, это правда дело рук той девки. Нарисовала странные магические амулеты…

– Магические амулеты? А, судя по состоянию рисунков, вы действительно наложили на них заклинание сохранения. Им уже много лет, но они совсем не выцвели.

На этих словах Клод снова взглянул на изображения. Он сперва подумал, что на них черная магия, что он нашел подтверждение манипуляций со стороны девки, выдававшей себя за его дочь… Повторный осмотр показал, что магия на рисунках действительно была наложена рукой самого Клода.

Глава 94

Феликс оказался прав – изображения действительно зачаровали, чтобы сохранить. Выходит, это были обычные детские рисунки без какого-либо злого умысла?

– Но все равно… – Это открытие никак не умаляло их подозрительности в глазах Клода. – Что это за жуткие фигуры? Очевидно же, что она их нарисовала, чтобы проклясть меня. Более того, я не сошел с ума, чтобы вешать их у своей кровати…

– Если честно, я тоже удивлен. Каждый раз, когда Атанасия приносила вам новый рисунок, ваше величество, вы так пренебрежительно фыркали, словно он вам не нравился. Я и представить не мог, что вы будете так бережно их хранить… Вы даже магию на них наложили, чтобы с ними ничего не случилось.

– Что за бред…

– Не волнуйтесь, ваше величество. Рот вашего верного слуги на замке. Я никому не расскажу, что вы тайно повесили рисунки принцессы у своей кровати, там, где никто не увидит.

Клод потерял дар речи от таких пламенных слов и просто смотрел на Феликса. Чего? Он дорожил этими рисунками? И лично защитил их магией?

– Ах. Как давно это было. Вы даже расположили рисунки в хронологическом порядке. А, ваше величество, вы же ничего не помните. Если вы не против, я могу объяснить. Первый рисунок был сделан, когда принцессе было пять лет. Здесь вы весело играете вместе с ней. Второй – в восемь лет, когда ей приснился сон, что вы с ней вместе летаете. На следующем ваше величество рядом с сокровищницей, тогда ей было девять…

Кошмар. Чем больше Клод слушал, тем сильнее удивлялся. Как это было возможно?

Его голову пронзила острая боль, и он прикоснулся ко лбу. Клод не мог поверить в то, что рассказывал Феликс, да и не хотел.

Если это все было правдой, значит, его телом завладел кто-то другой. Только это могло объяснить столь разительные перемены в его характере. Клод не мог и слова вымолвить от удивления.

Кто-то из них сошел с ума: либо Клод, либо Феликс. Как странно. Перед лицом всех доказательств, выползавших, как черви во время дождя, постепенно крепла мысль, что сумасшедшим здесь был именно Клод.

– Ах! Кстати, ваше величество. Не хотите взглянуть на еще одну картину? – взбудораженно воскликнул Феликс, словно что-то вспомнил.

– Где-то есть еще? – спокойно спросил Клод. Неужели сюрпризы еще не закончились?

– Насколько мне известно, есть еще одна.

– Нет, довольно. С меня хватит объяснений. Наверняка там очередные каракули, вроде этих.

– Нет. Я говорю о портрете, сделанном придворным художником.

Клод уже начал задергивать шторы вокруг кровати, но вдруг замер. Следующие слова он произнес совершенно иным тоном:

– Портрет? Я заказал портрет?

Безумие продолжалось. Глаза Клода холодно блеснули. Портрет. Он, именно он, позволил художнику нарисовать его портрет?

– Если говорить точнее, на нем изображены вы вместе с принцессой.

Когда Клод был еще принцем, его изображения не было в галерее, где выставлялись портреты всех членов императорской семьи. Тогда этого не позволяли ни отец, ни брат. А став императором, он и сам не видел в этом смысла.

– Он сделан по просьбе принцессы. Однако работа над ним еще не завершена.

Феликс утверждал, что Клод лично приказал написать портрет. Его портрет вместе с той девушкой, которая выдавала себя за его дочь.

– Где он?

– Хотите посмотреть?

Постепенно в нем поднималась кипучая смесь чувств. Там был гнев, горячий, как лава, и отвращение, холодное, как лед. Поддавшись эмоциям, Клод стремительно пошел за Феликсом.

– Он здесь. Внутри, скорее всего, сильно пахнет краской…

Клод не стал дослушивать рыцаря и решительно открыл дверь.

Внутри действительно стоял сильный запах масляных красок. Было темно, похоже, окна зашторили, чтобы защитить картину от солнца. На этот раз Клод не стал отодвигать ткань рукой – он воспользовался магией.

Шух!

Тяжелые шторы сместились в одну сторону. Солнечный свет, лившийся из окна, будто только этого и ждал.

– Длительное воздействие солнца вредно для краски, поэтому не держите шторы открытыми долго.

Феликс прошептал что-то о том, как правильно обращаться с картиной, но Клод его не слушал. Он стоял и смотрел на портрет. Время для него будто бы остановилось.

Картина была внушительных размеров – если бы он развел руки в стороны, то покрыл бы ее ширину. В ее центре, без сомнения, был он сам. Клод сидел в фиолетовом кресле, которое сейчас стояло в углу комнаты. А рядом с ним, положив руку ему на плечо, стояла та самая девушка, которую он видел в своей комнате. Картина и правда была не закончена – кое-где цвета оставались еще блеклыми, где-то не хватало деталей.

Но Клода подобные мелочи не интересовали. Он не мог оторвать взгляда от лиц, запечатленных на холсте. Клод не удержался и рассмеялся.

Что за?.. Неужели он тоже попал под ее чары? Стиснув зубы, Клод ощутил, как в нем закипает раздражение. А все потому, что при виде людей на картине в нем поднялась волна эмоций, которую он не мог контролировать.

Смешно. Просто смешно. Какая семья. Отец и дочь. Это звучало настолько нелепо, что Клод даже не мог выдавить ухмылки. Если он на это пошел, значит, на него тоже подействовало колдовство той лживой девки.

Но почему? Почему у него такое выражение лица?

Почему?

Какого черта?

Он никогда так не выглядел. На этом лице не было усталости, разочарования, которые преследовали его с детства. В теплом взгляде можно было прочесть только бесконечное спокойствие и умиротворенность. Он даже не знал, что может выглядеть так.

Как это понимать? Кто этот человек, нагло примеривший его лицо и сидящий там с таким расслабленным видом?

Магия. Все дело в ней. Нужно было найти эту девку и как можно скорее от нее избавиться…

Клод решил уничтожить картину.

Но почему-то его рука лишь немного дернулась и осталась висеть вдоль тела. Он снова попытался ее поднять, но ему, как ни странно, ничего не удалось.

– Я подожду вас снаружи, – тихо произнес Феликс. Все это время он стоял рядом, а затем тихонько вышел за дверь.

Клод не отрывал взгляда от лица девушки на картине. Он ничего не понимал. Почему у него так болело сердце, когда он видел ее?

– Пап, у меня есть одно желание.

В какой-то момент совсем рядом ему почудился чей-то мягкий шепот.

«Можешь считать это преждевременным подарком мне на день рождения. Выслушаешь меня?»

«Желание. Что это за желание?»

«Я хочу портрет. Вроде тех, что висят в галерее. Но я хочу, чтобы мы были на нем вместе».

Тут же новая волна боли пронзила его голову. Клод с трудом сдержал стон и невольно сжал виски. Нужно перестать об этом думать. Нужно просто избавиться от причины его беспокойства. Нужно уничтожить картину.

Это так просто… Но почему-то он не мог поднять на нее руку. Почему? Что с этой картиной? И чей это был шепот?..

– Это все магия.

Даже теперь, когда Клод пришел в себя, он не мог не заметить, что один лишь вид этой девки приносил ему странное ощущение покоя. Клод продолжал рассматривать картину. Он чувствовал себя так, словно у него кость в горле застряла. А еще его не отпускало ощущение тоски – словно он нашел что-то ценное, утраченное прежде, чем осознал его значимость.

Он стоял перед портретом, задаваясь вопросом, не сошел ли он с ума, пока солнце не скрылось за горизонтом.

После этого Клод страдал от бессонницы. Даже закрывая глаза, он видел горы накопившихся дел и неизбежно начинал думать о том, о ком не хотел. Когда он их открывал перед ним вставали затуманенные слезами глаза. Он совсем лишился сна.

Поэтому, когда он увидел девушку с картины в саду за дворцом, он решил немедленно от нее избавиться. Надо было убить ее еще в тот момент, когда он только очнулся. Это было верным решением, и плевать – дочь она ему или нет.

Девушка, стоявшая перед ним, даже во сне не давала ему покоя. Она действовала ему на нервы, сводила с ума. Ее лицо было так похоже на одно, которое он давно пытался забыть, что Клод испытывал почти физическую боль.

Однако, даже приняв решение избавиться от нее, он не торопился воплотить его в жизнь. Клод сознательно избегал мыслей о том, что эта девушка приходилась ему дочерью. Поэтому ему не оставалось иного выхода – он должен был убить ее сейчас. Если он этого не сделает, то снова будет откладывать.

– Папа…

– Папа?

Каждый раз, когда она так его называла, его сердце словно сжимали тиски. Это было невыносимо.

– Заткнись. Назовешь меня так еще хоть раз – распрощаешься с языком.

Но почему-то Клод снова не смог заставить себя убить ее.

Глава 95

«И казни четвертованием для тебя будет мало, но твое бесстыдство меня даже заинтриговало, так что я сохраню тебе жизнь».

Безумец. Что он нес? Сам же говорил, что ее нужно убить, но при этом позволял ей жить? Он будто бы защитить ее пытался. А ведь нужно было всего ничего – просто вытянуть руку и выпустить капельку магии.

«С этого момента тебе запрещено покидать Изумрудный дворец».

Однако он не справился с такой пустяковой задачей.

«Если тебе жизнь дорога, даже носа не высовывай за пределы дворца».

Клод прошел мимо, игнорируя ее полное растерянности лицо.

«Еще хоть раз попадешься мне на глаза – я тебя убью».

Когда он проходил мимо девушки, его лицо переменилось. Будто бы его суровость была маской. Он не понимал, почему его сердце болело, словно кто-то вонзал в него нож. Клода не оставляло ощущение, что нечто сдавливает его шею.

Бах!

Как только Клод вошел в спальню, он с силой ударил кулаком по стене. И даже так – сердце болело сильнее раненой руки.

С той ночи он стал видеть кошмары.

– Надеюсь, ваше величество сможет полюбить этого ребенка.

Как еще их можно было назвать? Человек, которого он пытался похоронить в глубинах памяти, являлся ему во снах и настойчиво что-то шептал.

– Как вы любили меня, любите и это дитя, которое я оставляю после себя.

Услышав во сне знакомый голос, Клод рассмеялся. Ужасная шутка. Чей это ребенок? Он не помнил, чтобы у него была дочь.

Она была мертва. Несмотря на все его мольбы, она оставила его в одиночестве и умерла. А теперь она смела являться ему во сне и просить о чем-то?

Точно. Феликс тоже это говорил. Что девка по имени Атанасия – дочь Дианы. Она единственная, что осталось от женщины, которую он видел во снах.

– Тем более. Как можно полюбить ту, что выжила вместо тебя. Это вообще возможно? – холодно ответил Клод. – Я ни за что не полюблю этого ребенка. Я никогда ее не любил, и в будущем это не изменится. Если ты правда беспокоишься за нее, все, что тебе нужно сделать, – вернуться, как призрак.

Стоило ему заговорить, как Клод задумался. Может, женщина потому такой грустной и была, что его резкие слова ее обидели? Хоть она первая поступила с ним жестоко, оставив его в этом мире, он не мог выдавить из себя ничего ласкового.

И тут неожиданно…

Диана улыбнулась ему. Словно она знала обо всем, что было у него на сердце. Словно ему не нужно было ничего объяснять. От этой улыбки он вздрогнул, но это уже не имело никакого значения – перед глазами все начало расплываться.

Клод неосознанно протянул руку к женщине перед ним.

– Не уходи.

Голос, сорвавшийся с его губ, был неожиданно отчаянным. Вот почему он это все ненавидел. Вот почему он старался игнорировать свои эмоции. Он не мог их контролировать, чувствовал себя крайне беспомощным и несчастным. В итоге из него вырывались лишь такие слова.

Диана нежно ему улыбалась, а затем исчезла. Клод так и остался стоять с вытянутой в пустоту рукой.

– Что?..

Когда Клод просыпался, он ничего не помнил. Сны ускользали, оставляя лишь ощущение, что он видел нечто важное. Но что именно – он не знал. Разве что его сердце колотилось так сильно, что он не мог дышать.

Клода преследовали сильные головные боли. Днем он полностью уходил в работу, пытаясь избавиться от ненужных мыслей. Даже в день банкета он долго не выходил из кабинета и не сомкнул глаз ночью. Он не хотел засыпать, потому что опасался, что увидит очередной странный сон.

Он хронически не высыпался. Феликс не раз предлагал прогуляться, подышать свежим воздухом, но после встречи в саду с той девчонкой, что называла себя его дочерью, Клод неизменно отказывался. От такой жизни его нервы были на пределе.

И даже в начале банкета Клод устало потирал виски и мечтал о том, чтобы это все поскорее закончилось.

– Принцесса Атанасия сегодня не пришла? Я надеялся снова увидеть вас двоих на танцполе, как во время ее дебюта, хе-хе.

Именно из-за усталости Клод так остро отреагировал на вполне безобидный комментарий. Натянутая струна его нервов лопнула. А тот факт, что он не смог убить девушку, которая снова появилась перед ним, был и вовсе нелепым.

Убить? Каждое жестокое слово, что Клод произносил в ее адрес, приносило чувство тошноты, словно он сам себя травил. Вместо удовлетворения, вид девушки, сидевшей на коленях на красной ковровой дорожке, пробуждал в нем чувства тревоги и ненависти к себе. Будто он совершал ужасную ошибку.

Именно поэтому он стал еще жестче.

«Уберите эту девку вон с моих глаз».

В этот самый момент Клод понял: что бы он ни говорил, он не был в силах убить девушку перед ним.

«В этом нет необходимости. Я уйду сама».

Нет, даже еще раньше. Он с самого начала не был уверен, что сможет собственноручно убить ее.

«Долгих лет жизни и процветания, ваше величество. Я искренне поздравляю вас с днем рождения».

Она не забыла его прошлых слов. Она больше не называла его «папой». В этот момент тяжелый камень придавил ему грудь. Клод не мог вымолвить ни слова. Затаив дыхание, он просто наблюдал за тем, как она уходила.

Шух! Треск!

Завершив банкет, Клод вернулся в кабинет и резким движением смахнул все со стола. Головные боли, преследовавшие его, с каждым днем становились все хуже. Ему казалось, что он сходит с ума. Он будто бы был на грани того, чтобы вспомнить что-то, но как бы ни старался, это никак не удавалось.

Клод больше не смог сомкнуть глаз.

Чирик.

За окном послышалось щебетание птиц. Клод поднял взгляд и увидел, что солнце стояло уже высоко в небе. Уставшие глаза зацепились за солнечный луч, упавший в комнату.

Феликс, больше не докучал ему рассказами, будто смирился. Странно, но сегодня Клод чувствовал, что мыслит очень ясно. Головная боль, мучившая его, бесследно исчезла. По крайней мере, на время.

Однако он выглядел крайне изможденным, но даже не осознавал этого.

Да. Пришло время избавиться от источника боли. Нужно раз и навсегда положить конец этой утомительной войне на истощение.

С этой мыслью Клод направился в Изумрудный дворец. Ему даже спрашивать не пришлось, он будто бы знал наверняка, где именно сейчас находилась девушка по имени Атанасия.

Он увидел ее, с развевающимися золотыми волосами, в саду белоснежных роз. В этот же момент сердце Клода сдавила необъяснимая тоска. Но сегодня он не поддастся этому чувству. Клод без колебаний наполнил руку магией и поднял ее к лицу девушки.

Бз-з-з! Треск!

Их обоих окружили потоки магии. Воздух наполнился звуком разбитого стекла, сопровождаемым бесконечным танцем белых лепестков.

Бз-з-з! Треск!

Девушка не могла не понять, что он намеревался ее убить. Но она не сдвинулась с места. Неужели оцепенела от страха? Или же верила, что он не сможет этого сделать? Какая бы причина у нее ни была – это было глупо. Ей лучше развернуться и убежать.

Клод изо всех сил закрывал глаза на то, что даже сейчас он надеялся на подобный исход.

Бз-з-з! Треск! Бах!

Защитный барьер, который он беспощадно уничтожал, был создан им же. Клод едва не рассмеялся, увидев насколько крепка эта магическая защита. Слои плотно переплетались, создавая неприступный щит. Барьер был настолько мощным, что никто не смог бы причинить ей вреда.

Как иронично, что именно Клод его и разрушал.

Треск! Бз-з-з!

Странное чувство все глубже проникало в его сердце. Наблюдая за тем, как осколки магии разлетались по воздуху, Клод собрал всю свою волю в кулак, заставляя себя довести начатое до конца. Однако вопрос, который так и остался без ответа, не отпускал его не хуже магического вихря, в котором они сейчас находились.

Действительно ли он этого хотел? Не пожалеет ли он о содеянном, когда все закончится?

Клод заставил себя ответить: «Да, действительно».

Конечно да. Он ведь именно за этим и пришел в сад. Но тогда… Тогда почему у него так болело сердце, словно это его убивали? Сейчас, когда он отчаянно пытался навредить девушке перед ним, ему было так страшно, словно он сам бы не вынес, если бы она умерла.

Треск!

Оставался последний слой защитного барьера. Наконец его рука коснулась шеи девушки, и в тот же миг пальцы ощутили биение сердца. Клод обезумел. Не осознавая, что делает, он резко отдернул руку.

Треск!

В этот момент перед глазами пронеслась волна белого света. Она отличалась от прежней, окружила его и смешалась с лепестками. Сперва ему показалось, что это остатки барьера, но он быстро понял, что ошибся.

Глава 96

Сверк.

Повсюду были ослепительные белые пузыри. Клод не смог сдержать удивления, когда они подхватили девушку, и она начала растворяться.

Вш-ш-ш.

От обилия белого голова шла кругом. Он даже не мог понять, было ли это сном или же происходило наяву. Клод в оцепенении опустил руку, а тело девушки начало превращаться в пузыри и растворяться в воздухе.

Неожиданно для самого себя он снова потянулся к ней. Но на этот раз не с желанием убить.

– Нет. Не уходи.

Как и во сне, Клод произнес это с мольбой в голосе, чего сам от себя не ожидал. Но ничего, кроме белых пузырей, он поймать не смог.

– Прощай, папа.

Когда ослепительный свет чуть померк, он наконец увидел заплаканное лицо девушки, ее печальную улыбку, услышал ее шепот. Ее последние слова, обращенные к нему. Как будто она прощалась с ним навсегда.

Свет исчез.

Ах, такой… такой ужасающий страх он испытывал впервые в жизни.

Клод остался стоять один в мертвой тишине. Магический шторм утих, но в нем самом поднялась буря куда страшнее.

Причина всех его терзаний исчезла. Но боль не ушла. Наоборот, она обрушилась с новой силой – сильнее, чем когда-либо. Ему казалось, что он вот-вот задохнется, словно кто-то сдавил его горло.

Не кто-то. Ужасное чувство утраты, будто он потерял все, что у него было. Однако он все равно не мог понять, чего ему не хватало.

– Ваше величество!

Клод не смог пошевелиться, даже когда на шум прибежал Феликс и другие слуги.

– Ваше величество, что здесь произошло?

– Ее высочество Атанасия… Где принцесса?..

Похоже, что бушевавшая в саду магия не давала им приблизиться. Теперь, когда все закончилось, Феликс и горничные Изумрудного дворца окружили его, засыпая вопросами.

– Исчезла. – Он с трудом выдавил из себя это слово. – Прямо у меня на глазах.

Слуги будто бы вздохнули с облегчением, что он не убил принцессу. Однако Клод не мог смириться с исчезновением девушки.

Вот так взять и исчезнуть. Как она посмела с ним так попрощаться?..

Клод стиснул зубы. Он никогда не сможет это принять. Никогда!..

Но взгляд зацепился за белую розу, упавшую на то место, где стояла девушка. Вокруг – капли крови. И в этот миг глаза защипало.

Часть 12

Кажется, я встретила персонажа второго плана

Сегодня на улице было шумно. Я засунула в рот «сэндвич с беконом и выглянула в окно.

Перед неким подобием деревянной доски объявлений собралась толпа. Что там творилось? Я доела свой обед и решила выяснить.

– Что случилось?

Я подошла поближе, но за всеми головами не смогла разглядеть саму доску. Я и так выглядывала, и эдак – ничего не вышло, и я решила просто спросить. Ответил мне стоявший передо мной хозяин гостиницы:

– Повсюду разыскивают ее высочество, что недавно бесследно пропала. Однако по одному изображению будет трудно ее найти, поэтому, думаю, сегодня на площади покажут запись с ней.

Эти слова меня не на шутку испугали. К превеликому счастью, никто этого не заметил, ведь окружающие начали вставлять в разговор свои пять копеек.

– У меня родственник работает в администрации. Так он говорит, что в каждый регион отправили по видеошару с записью.

– Это же жуть как дорого!

– Да какая разница, если пропала любимая дочь императора?

– Я слышала, что во дворец приводили много девушек, похожих на нее.

– Так что будьте осторожны, девушка. Всех блондинок тащат во дворец.

– Буду иметь в виду, спасибо. – Я неловко рассмеялась я и ушла.

Я отправилась в свою комнату и принялась лихорадочно собирать вещи.

Запись? Когда он успел ее сделать? Я не ожидала увидеть в этой захолустной деревушке даже своего портрета, а тут меня еще и в 3D показывать будут?! Кошмар. Клод, а это больно. Неужели ты настолько жаждал моей смерти, а?

Я ворчала себе под нос, собирая вещи, а потом прислушалась к разговорам на улице.

– В последнее время происходит столько странного.

– Говорят, что на юго-западе было даже несколько оползней. Какая-то графиня попала под один…

– А что насчет снега в Квинне?

– Разве Квинн – не пустыня?

– Именно. Даже в священной империи Сайкансии…

Вероятно, из-за того, что все отправились на площадь, на улице стало заметно тише. Деревушка, куда я приехала, была совсем небольшой. Я была уверена, что здесь никого не волновали дела императорской семьи, но мне немного не повезло.

Я допила сок, что стоял на столе, и взяла чемодан с кровати. Ах, натуральный яблочный сок!

Вещей у меня было немного – лишь несколько покупок из предыдущего города и деньги. Но для нынешней жизни мне большего и не надо.

Щелк!

Я накинула на плечи накидку и щелкнула пальцами.

Вскоре я оказалась на поле, где гулял легкий ветер.

– Я снова здесь.

Я осмотрелась, рядом никого не было. Взглянув на невысокие шелестящие заросли тростника, я бросила свой чемоданчик и плюхнулась на землю. Это было то самое поле, где мы с Лукасом оказались во время нашей тайной вылазки, когда по небу убегали от Иджекиила, которого встретили на рынке.

Эх. Если честно, я до сих пор не знала, тростник это или какая-то серебристая трава. Но для удобства я решила звать его тростником.

Сюда же я сбежала от Клода, когда он попытался убить меня в розарии. Меня окружил ослепительно яркий свет, а когда я открыла глаза, была уже посреди поля, покрытого покачивающимся тростником. Рядом не было никаких танцевавших в воздухе лепестков роз – лишь стебли тростника, жавшиеся друг к другу.

А все потому, что я самая злостная мошенница во всем мире! Мва-ха-ха!.. Но, если честно, не то, чтобы я этого хотела – все произошло само по себе. Клод пришел ко мне так неожиданно, что я даже не успела забрать припрятанные в Изумрудном дворце драгоценности.

Ах, как там мои красавицы?! Я так долго вас собирала! Моя подушка безопасности, подготовленная как раз на такой черный день.

Однако я не могла вернуться за ними во дворец, где Клод жаждал моей смерти. Конечно, я могла бы попытаться телепортироваться туда и обратно, но риск был слишком велик.

В книге, что я читала еще в Изумрудном дворце, говорилось, что для успешной телепортации нужно представить место, в которое хочешь попасть, и знать его координаты. Вот с последним как раз все не так просто…

А если я оказалась бы не в сокровищнице, а прямо перед Клодом – что прикажете делать?! Так что мне не оставалось ничего другого, кроме как утереть слезы и заделаться профессиональной фалыпивомонетчицей.

Покинув дворец, я снова смогла использовать магию, так что проблем с деньгами у меня не было. Хотя совесть и мучила меня всякий раз, когда я ими пользовалась… Я ведь не Лукас! Ах, уважаемый судья! Эти деньги сделала не я, а мой кот! Прошу, войдите в мое положение!

Естественно, никакого кота у меня не было.

К счастью или нет, но никто еще не заметил, что я расплачивалась фальшивыми деньгами. Но я всегда носила с собой и настоящие деньги и одежду, потому что не знала, когда магия может подвести. Если бы я могла колдовать в любой момент, как Лукас, все было бы гораздо проще.

Эх. Еще недавно я жила в роскоши. Но даже сбежав из дворца без гроша, я не могла сказать, что испытываю трудности. Правда, если бы меня поймали, то точно отняли бы все. Подделка денег – уже преступление, а если прибавить к этому оскорбление императора… Казнь стала бы самым мягким наказанием. Клод ведь до сих пор меня повсюду искал.

Я вздрогнула, вспомнив разговоры о видеошаре, которые я услышала до того, как телепортировалась из гостиницы. Слухи о том, что Клод меня разыскивал, дошли до меня сразу, как только я покинула дворец. Я как чувствовала, что поступаю правильно, не задерживаясь в одном месте надолго.

Честно говоря, телепортация – магия высокого уровня, и я не могла переноситься туда, куда захочу. Так что пункт назначения всегда оказывался почти случайным. Знала бы я с самого начала, какая это головная боль! Но чем больше я ею пользовалась, тем лучше у меня получалось. Мне даже удавалось ее в какой-то степени контролировать.

Все думали, что император тревожился и разыскивал свою любимую пропавшую дочь, но на самом деле это был самый настоящий розыск преступницы. Ведь он искал меня, чтобы убить!

Глава 97

– Похоже, мне больше нельзя оставаться в Обелии.

Все это время я путешествовала по стране, но раз Клод добрался уже и до деревень, то мое время здесь подходило к концу. Но куда же мне податься?

Я размышляла, глядя в ярко-голубое небо. Никаких идей у меня не было. Клод прочесывал всю страну, рано или поздно он меня найдет… Но как бы странно это ни звучало, мне не было страшно.

Честно говоря, я не знала, как буду жить дальше, но мне казалось, что мне все по плечу и что я смогу где-то спрятаться.

Теперь я спокойно пользовалась телепортацией и овладела парой сложных заклинаний. Я занималась магией от скуки, чтобы скоротать время. Похоже, я обладала большим талантом к ней. И я это говорила не от раздутого самомнения. Покажите мне другого мага-самоучку, который сможет то же, что и я.

Поэтому даже известие о том, что Клод искал меня, не сильно меня встревожило. Более того, даже если бы он меня поймал, я была уверена, что снова смогу сбежать. Я не собиралась покорно умирать. То же я думала и в тот день: я не собиралась умирать от руки Клода.

Легкий ветерок всколыхнул мои волосы. Белый тростник тоже покачивался.

Если так подумать, с того дня прошло уже немало времени. Надо мной плыли облака, а в голове проносились воспоминания: сад за Гранатовым дворцом, праздничный банкет в честь дня рождения Клода. Затем промелькнули глаза, смотревшие на меня в угасающем свете дня. Иджекиил молча сидел со мной, пока по моим щекам текли слезы.

Неожиданно я решила, куда отправлюсь дальше.

– Почему бы и не в Арланту?

– Комнату на одну ночь.

– Цена зависит от самой комнаты. На данный момент из свободных…

Я зачарованно слушала объяснения человека за стойкой. Он говорил на другом языке. Это и есть настоящий арлантский? Я ведь не сказала ему ничего ужасного? На всякий случай лучше придерживаться простейших фраз.

Сейчас я находилась в самой крупной гостинице округа. Однако, глядя на многоэтажное здание и широкий вестибюль на первом этаже, я подумала, что она больше походила на отель. С другой стороны, это был крупный город. Конечно, здесь не такие гостиницы, как в деревнях!

– Питание не включено в стоимость, поэтому ресторан нужно оплачивать отдельно. Вы также можете заказать обед себе в номер, просто сообщите нам об этом заранее. Вот ваш ключ. Пройдите сейчас прямо, слева вы увидите лестницу. Хорошего вам отдыха.

Я решила, что останавливаться в самой роскошной комнате и расплачиваться за нее фальшивыми деньгами – плохая идея, поэтому взяла себе стандартную. Мне было совестно приходить в такую гостиницу с фальшивыми деньгами, но мне всегда хотелось побывать в таком месте. Ох уж эти угрызения совести! Я обязательно вернусь позже и заплачу настоящими монетами!

Я прошла мимо джентльменов с дамами, которые элегантно пили кофе в кафетерии на первом этаже, и поднялась по лестнице. Как только дверь комнаты закрылась за мной, я щелкнула пальцами и сняла заклинание, которое было на мне до сих пор.

Нужно было убедиться. Цвет волос и глаз вернулись обратно?

Я внимательно рассматривала себя в зеркале, стоявшем в дальнем конце комнаты. К счастью, магия не подвела. Я использовала ее для изменения внешности. Если честно, я не была уверена, что у меня получится, когда впервые вышла на люди после побега из дворца. Но я понимала, что другого выхода у меня все равно не было, поэтому попробовала и, к моей превеликой удаче, все получилось.

Да, я сейчас находилась в Арланте, но осторожность никогда лишней не будет. С другой стороны, в чужой стране нужно быть особенно осторожной. Я ведь, по сути, была нелегальной иммигранткой. Да еще и злостной преступницей, сбежавшей из Обелии, в придачу!

Однако беспокойство длилось недолго. Смысл мне сейчас волноваться из-за дипломатических и прочих вопросов? Но как вообще я дошла до такой жизни, что стала преступницей в розыске? Это даже не смешно.

Мне крупно повезло, что я могла использовать магию. В противном случае Клод бы меня уже давно нашел и доставил во дворец. Нет, я бы даже не смогла покинуть дворец. Я бы просто умерла в том саду от руки Клода, как Атанасия из романа. Все бы закончилось, не успев начаться.

От этих мыслей у меня резко испортилось настроение, в глазах защипало, и я нахмурилась.

– А-ха-ха! Ну попробуй поймать!

– Эй! Кэвелл, угомонись уже!

На улице подростки играли в догонялки. За окном я увидела цветущие деревья, похожие на вишни. В Арланте весна была в самом разгаре. В отличие от Обелии, тут были все четыре сезона, и я даже обрадовалась, что впервые за долгое время смогу увидеть снег.

Я снова бросила взгляд в окно, изменила магией цвет волос и глаз и вышла из комнаты. Щелчок пальцами был своего рода переключателем магии. Может, мне просто казалось, но так я тратила меньше маны. Можно ли сказать, что он стал неким сигналом для моей магии? Я будто бы успокаивала магию и говорила: «Когда я захочу воспользоваться тобой, я щелкну пальцами. Пока не раздастся щелчка, не буянь». Кхм. Со стороны это звучало странно.

Но, как бы то ни было, магия – это то, что создавалось в ответ на желание или воображение мага. Даже если я осознанно не собиралась колдовать, я могла телепортироваться или получить деньги из воздуха. Проблема заключалась не в том, что было стыдно допустить ошибку, а в том, что это было жутко опасно.

Недавно мне приснилось, что Клод меня нашел, и я телепортировалась в горы. Когда же я проснулась, выяснилось, что я была не в гостинице, а у подножья горы. Даже думать не хотелось о том, что случилось бы, если бы мне приснился обрыв, скала или же море.

Я вспомнила еще один отрывок из книги о магии: «Начинающим магам лучше использовать сигналы рукой, чтобы лучше контролировать ману». Поэтому я стала копировать Лукаса. С помощью этой хитрости мне было проще управлять магией.

Лукас поэтому щелкал пальцами? Хотя он давно не новичок в этом деле. С другой стороны, он жаловался на то, что у него мало маны.

– Ой, будто бы снег пошел.

Погруженная в мысли, я шла по улице, по обеим сторонам которой стояли цветущие деревья. Падающие лепестки походили на белые снежинки.

Когда я в последний раз проводила столько времени на улице? Я ни в коем случае не жаловалась на жизнь в императорском дворце, но я никогда не покидала его пределов. Не считая той тайной вылазки с Лукасом.

До вчерашнего дня я не могла свободно передвигаться по городу. Всегда оставался риск, что кто-то меня узнает по портрету или записи с видеошара. Но здесь, в Арланте, никто не смотрел на меня. Кругом царило полное безразличие, которое меня сперва даже задело. Однако это было вполне ожидаемо. Сейчас я находилась не в императорском дворце и даже не в Обелии, так что не представляла никакого интереса для окружающих.

Я расслабилась и спокойно пошла по улице. Город казался мне чужим после жизни во дворце, но я быстро привыкла. Вероятно, потому что ко мне вернулось позабытое чувство. Чувство, что я была обычным человеком.

Погода стояла теплая, виды были очень красивыми. Какое-то время я с наслаждением гуляла по городу, смешавшись с толпами таких же людей, а затем вернулась в свою комнату.

Хм. Наглухо закрыто.

Я подняла голову и принялась хмуро рассматривать железные ворота передо мной. Это огромное здание находилось рядом с моей гостиницей. «Что это?» – спросите вы. Школа в Арланте, где несколько лет учился Иджекиил! Та-дам!

Судя по высокому железному забору и крепким стенам, внутрь так просто не пробраться. Зачем в школе нужны такие огромные входные ворота? Чтобы ученики не смели опаздывать?

– Хм-м-м.

Стражников у входа не было. Видимо, в будние дни посторонних не пускали на территорию. Как бы мне там осмотреться? Я могла телепортироваться внутрь, но там-то меня все равно поймали бы.

Я задумчиво стояла перед воротами, а затем решила испробовать новое заклинание, которое не так давно освоила.

– Ах, как же не хочется на занятия. Я всю ночь не спал, чтобы домашку сделать.

– Надеюсь, профессор не станет засыпать нас вопросами. Он всегда самые сложные задает. Из наших ведь только пара человек может на них ответить, да?

И вот я уже незамеченная ходила среди учеников. Ха! Вы слышали о магии невидимости? Это заклинание накрывало мое тело тонким полем, которое не давало окружающим меня увидеть. Крайне сложное заклинание! Но мне удалось им овладеть!

Ах, вот оно – начало истории великой волшебницы!

– О нет! Мы опаздываем! Побежали!

Школа действительно была впечатляющей. На территории располагались сад с фонтаном, просторные спортивные площадки и несколько зданий – не меньше пяти или шести, каждое в четыре этажа и выше.

Ой, а там библиотека? Надо будет заглянуть туда попозже. Так-с, а то здание было похоже на общежитие.

Глава 98

Хм. Да, я жила в императорском дворце, поэтому школа не казалась мне такой уж большой и роскошной, но я могла понять, почему она считалась самой крупной и известной в Арланте.

Пока я осматривалась, изо всех сил стараясь не натолкнуться на других учеников, меня заинтересовал разговор двух девочек, и я пошла за ними. Удивительно, но здесь было крайне мало учеников. Видимо, занятия уже начались?

Пока я шла за девушками, они пересекли дорожку перед садом и вошли во второе здание. Похоже, это была какая-то пристройка, и я с любопытством осматривалась внутри, стараясь не шуметь. К счастью, дверь осталась открытой, и я успела проскользнуть внутрь до того, как путь мне преградил другой ученик.

– Ты всю домашку сделал?

– Естественно.

– Ой, а дай списать!

Я чуть не врезалась в парня, резко вставшего со своего места. Чтобы избежать повторения подобного, я приставными шагами прошла вдоль стены в конец класса.

– Тихо! Профессор идет!

Как только раздалось предупреждение, студенты бросились на свои места. Они моментально открыли учебники, в классе воцарилась полная тишина. А почему так? Просто из-за того, что шел преподаватель?

Послышались чьи-то шаги, и в кабинет вошел красивый мужчина средних лет. Наверное, это и был профессор, о котором говорил студент.

– Раз все на месте, начнем занятие. – Он привычным движением провел рукой по усам и сразу же приступил к объяснению материала, даже не проведя перекличку.

Я была поражена и с волнением села на единственное свободное место в конце класса. Вот это атмосфера. Образцово-показательные студенты, все как на подбор. Рабочий настрой – это вам не шутки. Насколько сильно отличалась престижная школа от всех остальных?

– Какой аргумент приводил Джордж Майон против теории пространственно-временной гравитации? Госпожа Рэми Жан д’Арк.

– Джордж Майон в качестве примера движения массы и ускорения привел теорию пространственно-временной гравитации Вильгельма Ломарти…

А на уроках было довольно интересно. Если так подумать, то мои занятия в императорском дворце не прошли даром – я понимала преподавателя и обсуждения на уроке. Я так усердно работала именно ради этого дня. Как же было приятно!

– На этом урок окончен.

Ой. Уже конец? Занятие длилось два часа, но для меня прошло буквально мгновение. В этом классе еще будут занятия? Посижу-ка я тут еще немного.

Первым из класса вышел преподаватель, а за ним повалили студенты. Я наблюдала за ними со своего места в конце кабинета, подпирая голову руками. Ой, а вот и новая группа. Мне снова не пришлось никуда пересаживаться, потому что студенты прилежно занимали места поближе к учителю.

– Ах, как же рубит.

В класс зашел парень с каштановыми волосами, которого я видела по дороге сюда! Зевая, он широкими шагами направился в конец кабинета и сел прямо рядом со мной! Я удивленно вздрогнула, но он снова зевнул и лег на стол.

О-ой. Он кардинально отличался от остальных учеников школы, которых я до сих пор видела. Он гораздо больше походил на парня, которого я могла бы увидеть в своей прошлой жизни.

А вообще – ничего, что он тут сел? И почему он сел именно здесь, когда были и другие свободные места. Хм, наверное, его привлекло место у окна.

В кабинет вошел мужчина, похожий на профессора, поэтому я перевела взгляд со своего соседа на него.

– Продолжим тему предыдущего занятия, а именно ошибочность аргументов Гейла Шиллера.

Хм? Гейла Шиллера?

Я на мгновение перевела все свое внимание на преподавателя. Он гордо потирал усы. Хм. В Арланте была мода на усы? Этот профессор за своими явно ухаживал – не было ни одного выбивающегося или тусклого волоска. А вообще он напоминал того усача, которого рисовали на упаковках картофельных чипсов.

– Откройте учебники на странице сто семьдесят три.

Я с любопытством взглянула на учебник: «Исследование пространства-времени с использованием уравнений частных производных, а также ошибок в логике Гейла Шиллера на основании особой теории относительности. Критика и интерпретация».

Дочитав длинное название, я могла лишь смущенно кашлянуть.

А ведь я знала эту книгу. Неужели Иджекиил проходил это в десятилетнем возрасте? Помню, как я ужаснулась, узнав в поместье герцога Альфиоса, что он ее изучал. Более того, Иджекиил свободно разговаривал на арлантском, знал наизусть содержание Священной Библии Сайкансии. М-да. Чем больше я об этом думала, тем более несправедливым мне казался бонус главного героя.

– Как я рассказывал в прошлый раз, изучение пространства-времени с помощью особой теории относительности может также применяться и к магии…

Погодите… какой это сейчас класс пришел на занятие?

Я осторожно присмотрелась к книге парня, который мирно дремал рядом со мной.

«Кэвелл Эрнст, класс 2-В»

А, то бишь второй класс старшей школы. Выходит, им всем было где-то по семнадцать или восемнадцать лет, да? Значит, Иджекиил в десять лет проходил то, что обычно изучали в семнадцать? Серьезно? Ха-ха-ха… Я снова поразилась абсурдности этого мира и рассмеялась.

Вам не кажется, что это уже перебор? Я понимаю, что он главный герой, но все же…

– Стейк… М-м-м.

Да, я бы тоже сейчас не отказалась от стейка… Стоп. А? Какой еще стейк?

Рядом со мной внезапно послышалось бормотание, и я повернула голову на звук. Похоже, не я одна его услышала – другие ученики тоже начали оборачиваться.

– Не омлет с рисом… Стейк… М-м-м. Вкуснятина…

Звук исходил от темноволосого парня, который лежал на парте рядом со мной. Ну, его можно было понять… Был самый разгар дня, занятие поставили, скорее всего, после обеда. Сейчас весна, так что мысли студентов явно крутились не вокруг учебы. Несмотря на то, что тема была интересной, даже я начинала клевать носом. Особенно учитывая то, что уже изучала это в Изумрудном дворце.

Я покачала головой, сочувственно глядя на студентов, сидевших в классе.

У-у-у! Вам!

Ой, напугал как!

В этот момент мой сосед резко воскликнул:

– Мяса!.. Никакого омлета с рисом, только стейк!!!

…только стейк!!!

…ко стейк!!!

…ейк!!!

Он произнес это так громко, что его слова эхом раздавались по кабинету. Когда звук стих, воцарилось гробовое молчание. Часть студентов с отвисшими челюстями смотрела на своего однокашника, остальные – на профессора.

– Хр-р…Хм?

Студент, разговаривавший во сне, еще в полудреме поднял руку, чтобы вытереть рот. Он что, слюни вытирает?

– Господин Кэвелл Эрнст… – раздался тихий и жуткий голос. Профессор Усач, похоже, разозлился не на шутку.

– Хм? Профессор, вы не видели мой стейк?

Кэвелл Эрнст единственный не понимал, что происходило. Он в замешательстве огляделся и спросил, где его стейк. Профессор Усач нервно поджал губы, а затем указал рукой на дверь:

– Вон.

– А, он снаружи! Большое спасибо, профессор!

Пф! Я чуть не рассмеялась в голос. И снова я была не одна такая – по всему кабинету слышались приглушенные смешки.

Профессор Усач взбесился еще сильнее и вскричал:

– Больше не смейте появляться на моих занятиях! Убирайтесь из кабинета!

Как по мне, он переборщил. Но студент лишь несколько удивленно ответил:

– Спасибо, что сообщили. – Будто его действительно волновало только то, где находился его стейк.

Ситуация была настолько абсурдной, что не рассмеяться было невозможно. Парень пулей вылетел из кабинета. Лицо профессора Усача налилось кровью, он дрожал от ярости, а другие студенты изо всех сил старались сдержать смех. Я сама с огромным трудом не давала смешкам вырваться наружу.

Дзынъ.

После звонка студенты покинули кабинет. Я тоже собиралась уходить, как ощутила под ногой нечто странное. Хм? Я наклонилась и подняла с пола какую-то блестящую штучку. Это был круглый металлический предмет, похожий на медальон, с золотым ободком и выгравированным на нем именем «Кэвелл Эрнст».

Точно, именно так профессор Усач обращался к тому парню. Погодите. Эрнст… Разве это не герцогство в Арланте, которое веками поддерживало императора?

Но было что-то еще. Почему-то мне казалось, что я уже где-то слышала это имя. Я задумчиво наклонила голову и взглянула на медальон в руке. Как было лучше поступить? Оставить здесь, чтобы он смог забрать его позже?

В залитом красным закатом кабинете я рассматривала медальон. В итоге, я положила его на парту и ушла.

Глава 99

Поздней ночью я глубоко вздохнула, ощущая, как ветер играет с моими волосами. Будучи невидимой, я забралась на крышу здания и любовалась ночным пейзажем. Внезапно я подумала о Клоде.

В темноте мой взгляд упал на кружившие в воздухе лепестки цветов. Пока я их рассматривала, мне в голову пришла безумная идея. Может, заглянуть туда на минутку?.. В это время он, наверное, спал. Хотя у него не было четкой разницы между днем и ночью, но…

Мне вдруг стало любопытно, как сейчас поживает Клод. Да, он и пытался меня убить, а мне пришлось бежать, но… В случае чего я снова исчезну, так что можно было и проведать его.

Я импульсивно пошла на поводу этой мимолетной идеи.

Щелк!

Я отбросила все сомнения и доверилась волнам магии.

Я оказалась в темной комнате. Осознав это, я перестала дышать и замерла как вкопанная. Я ведь целилась на крышу дворца! Так почему я в помещении?! Магия, что за дела?! Мы же договаривались!

Я планировала сперва осмотреться с крыши дворца, а потом заглянуть в окно, чтобы узнать, что делал Клод. Но в итоге я очутилась в комнате! При этом в не абы какой, а в хорошо мне знакомой! Я оказалась в спальне самого Клода!

Ту дум! Я застыла посреди комнаты. Да, я только что бахвалилась, что могу сбежать в любой момент, даже если он меня поймает, как в розарии… Н-но это совсем не значило, что я была готова вот так сразу совать голову в пасть льва! За мной не наблюдалось суицидальных наклонностей. Ах, как же быть? Я на мгновение возвела глаза к небу и осмотрелась.

К счастью, здесь было тихо. Неужели Клод сидел в своем кабинете? Но тут мой взгляд остановился на чем-то. На диване виднелись сияющие в лунном свете золотые волосы. У меня перехватило дыхание. Я сделала маленький шаг.

Шурк.

И тут до моих ушей донесся какой-то шорох, словно я на что-то наступила. В тишине он показался громким, как раскат грома, и я испуганно замерла. У дивана было по-прежнему тихо.

Хм? Тут лежал какой-то документ. Клод вполне мог его изучать и уронить на пол. Я проигнорировала лист бумаги и пошла дальше.

Шурк!

Я даже пары шагов сделать не смогла, как наткнулась на еще один лист. Да что тут такое?! Сколько тут раскидано этих бумажных ловушек? Я посмотрела на Клода, лежавшего на диване, и решила опуститься на корточки, чтобы он меня не заметил, даже если проснется.

Но бумага, залитая лунным светом, казалась мне странной. Это больше походило не на документ, а на какой-то рисунок. Что это? Я потянулась к листку, на который только что наступила, и, не раздумывая, подняла его. Я начала его рассматривать, и мои глаза, наверное, стали размером с блюдце.

Божечки! Как это?! Я это в детстве рисовала! П-почему? Почему рисунок здесь?

Я настолько опешила, что почувствовала, как задрожали мои руки. Я неуверенно начала поднимать другие листы. Тут же схватилась за голову и открыла рот в беззвучном крике. Это все были рисунки, что я рисовала для Клода. Это часть моего темного прошлого. Я ведь так старалась!

Вот здесь был изображен Клод, изумленно наблюдающий за моим сеансом золототерапии. Это рисунок в благодарность за то, что он подарил мне сокровищницу на девятый день рождения. На другом рисунке мы были среди облаков. Не помню, сколько мне тогда было. Я точно нарисовала это, чтобы увековечить тот знаменательный день, когда мне приснилось, как я летаю над Клодом и проливаю на него ядовитый дождь, от которого он облысел.

А рядом лежит…

Ой! Мой первый шедевр! Здесь я пинаю Клода! Если я правильно помню, я ему его не дарила. Так как он у него оказался?

Я тут же повернула голову к Клоду и рассматривала его сверкавшую в лунном свете голову, как неведомую зверушку. Ч-что он такое? Где здесь подвох? Почему мои детские каракули разбросаны на полу? Неужели, он рассматривал их, чтобы подогреть свое желание меня убить?..

Какое-то время я просто его рассматривала. Но, побоявшись, что он может проснуться, вернула свое темное прошлое на пол и тихонько направилась к дивану.

Клод крепко спал, освещенный сиянием луны. Однако его брови были нахмурены, словно ему снился кошмар. Возможно мое утверждение, что он «крепко спал», было ошибочным.

Я всматривалась в его лицо. Почему он так исхудал? Глядя на него, можно было подумать, что вместе с потерей любимой дочери его покинул и аппетит. Его всегда бледное лицо казалось еще белее, и постепенно мне становилось не по себе.

Как странно. Этот человек совсем недавно чуть меня не убил, но во мне не было ни капли страха. Наоборот, меня очень беспокоило его состояние. Его лицо казалось изможденным, словно он давно не высыпался или серьезно болел. Если он так хотел от меня избавиться, то должен был выглядеть, питаться и спать гораздо лучше после моего исчезновения. А так, выходило, что я переносила это все легче, чем он.

От этой мысли захотелось плакать. Да что ж такое? Я будто превратилась в настоящую Атанасию. Разве что я не собиралась помирать, как она в романе.

– Дурак, – пробормотала я и ткнула Клода пальцем в лоб, от чего он нахмурился еще больше.

Лоб с глубокой морщиной начал постепенно расслабляться. Золотые ресницы, все это время устремленные вниз, стали медленно подниматься. Я спокойно наблюдала за тем, как его расфокусированный взгляд прояснялся под мягким светом луны.

Когда его топазовые глаза устремились на меня, я уже убрала руку. Клод какое-то время молчал. Как и я, глядя на него сверху вниз. Через какое-то время он произнес:

– Надоело.

От его тихого голоса мои руки мелко задрожали. Но я не ожидала услышать его следующих слов:

– Тебе самой не надоело? Каждую ночь являешься в моих снах, не пропуская ни дня.

В его словах слышалась нотка обреченности и самоиронии. Я удивленно моргнула. В смысле? Я снилась ему каждую ночь? А, наверное, в этих снах он меня убивал, да?

– Но сегодня ты хотя бы молчишь.

– Да. Лучше так, чем когда ты безостановочно повторяешь одни и те же чертовы слова.

Не знаю почему, но, похоже, Клод думал, что это все сон. Я же решила его в этом не переубеждать. На мгновение в комнате воцарилась тишина.

– Почему… – Увидев, как он поднимает руку к глазам, словно не желая смотреть на меня, я импульсивно спросила: – Почему ты меня ищешь?

Я искренне не понимала, почему Клод так отчаянно искал меня по всей стране. Если он хотел убить меня из-за того, что я мозолила ему глаза, ему должно было полегчать. Он мог спокойно продолжать жить во дворце и не забивать голову тем, жива я или уже умерла в какой-нибудь канаве.

– Если ты найдешь меня, то убьешь?

Или же ему было важно прикончить меня именно своей рукой? Если так, то он ужасно жестокий человек.

– Даже сейчас, видя меня, ты хочешь меня убить?

В тихой комнате звучали лишь мои тихие вопросы. За все это время Клод не проронил ни слова, но на моем последнем вопросе его рука, прикрывавшая глаза, дернулась.

– Да.

В темноте, разрываемой несколькими лучами лунного света, Клод на мгновение сжал сухие губы, а затем продолжил:

– Даже сейчас я хочу разорвать тебя в клочья.

Услышав это, я какое-то время молчала. А затем так же тихо ответила:

– Я не умру.

Его рука снова дернулась.

– Я не умру от твоей руки, папа.

Пока я это произносила, рука Клода мелькнула в лунном свете и опустилась на диван.

– Даже если я умру, то точно не от твоей руки.

Я снова увидела глаза Клода. Я молча наблюдала за тем, как его взгляд становится все осмысленнее.

– Ты…

В его сияющих топазовых глазах читалось удивление.

– …не сон?

Я просто ему улыбнулась. Хех. Я правда…

– Я соскучилась, папа.

Но похоже, еще не настало время для нашей встречи.

– Пока.

Мы еще увидимся.

– Нет, стой!

Щелк!

Клод вскочил с дивана и потянулся ко мне, но я оказалась быстрее. Я снова просто исчезла прямо у него под носом.

Когда я открыла глаза, увидела порхавшие в воздухе лепестки, словно снежинки. Буквально секунду назад я была в темной спальне Клода, а теперь уже вернулась в Арланту.

Он все еще хотел моей смерти, так что нужно было не видеться с ним какое-то время. Я не знала, когда произойдет наша следующая встреча, так что пока это было очередным прощанием.

Я стояла на залитой лунным светом улице, где вокруг меня танцевали лепестки белых цветов, и снова прощалась с человеком, который остался в Обелии.

Однако я даже подумать не могла, что наше воссоединение с Клодом произойдет так скоро.

Глава 100

– Это снова вы? Если вы ищете какую-то конкретную книгу, скажите. Может, я смогу вам помочь.

Я не ожидала услышать над собой чей-то голос и испуганно вскинула голову. В паре шагов от меня стоял торговец книгами, которого я видела довольно часто.

– Похоже, вы интересуетесь магией, верно?

Меня поймали с поличным. Я действительно постоянно читала книги о магии. А это был крупнейший книжный магазин в Арланте, поэтому я частенько сюда наведывалась, и продавец, как выяснилось, меня запомнил.

– У вас есть книги о ментальной магии?

– Ментальной?

– Ну, в частности о той, которая управляет воспоминаниями людей… – После недолгих колебаний я решила спросить у продавца. Как и в школьной библиотеке, здесь не было ни одной книги, которая мне подходила, поэтому я решила уточнить.

Однако мужчина, услышав мой вопрос, замер и шепотом спросил:

– Девушка, неужто вы интересуетесь черной магией?

На этот раз замерла я. Черная магия была запрещена в Обелии, равно как и книги о ней, поэтому их было невозможно достать. Изначально черная магия не была чем-то плохим, но старший брат Клода, предыдущий император, был одним из сильнейших чернокнижников Обелии. Неудивительно, что при нем черные маги творили беспредел. Сейчас же, при Клоде, их стало значительно меньше. А те, что остались, больше занимались теорией, нежели практикой.

И хоть сама по себе черная магия не была вне закона в Арланте, к ней давно сформировалось негативное отношение. Поэтому было неудивительно, что продавец смотрел на меня с такой опаской.

– Неужели магия воспоминаний считается черной? Простите, не знала.

– Насколько мне известно, магия воспоминаний является частью ментальной, а она уже относится к черной.

– Но ведь не вся, да?

– Можете почитать теорию…

Продавец, продолжая бросать на меня настороженные взгляды, принялся шарить по полкам и достал несколько книг. Пролистав их, я осталась разочарована, ведь там не было того, что мне нужно. Однако меня заинтересовали слова продавца. Теоретически, среди черных заклинаний должны быть те, что способны вернуть утраченные воспоминания.

Когда я уже собралась уходить с пустыми руками, встревоженный продавец остановил меня:

– Вот здесь вы сможете найти то, что ищете.

Я не успела ничего ответить, как он уже отошел к другому покупателю. Я покинула магазин, держа в руке сложенный вдвое лист бумаги.

«Ул. Ньюгрей 56, дом № 13. Черное здание без вывески».

От этого описания так и веяло чем-то подозрительным. Там продавали книги по черной магии? Но в Арланте черная магия не была под запретом, наверное, поэтому продавец и дал мне записку…

Вряд ли это место представляло большую опасность, но мне все равно было неспокойно. После недолгих размышлений, я решила отправиться по указанному адресу.

– Добро пожаловать.

Внутри магазин с таким мрачным описанием выглядел вполне обычным. Я думала, что он будет находиться в какой-нибудь темной аллее, но нашла его на залитой солнцем улице. Напротив виднелся продуктовый магазинчик, так что здесь было много прохожих.

– Скажите, у вас, случайно, нет книг о магии, связанной с воспоминаниями и разумом людей?

– Есть.

Старик, судя по всему, владелец магазина, без колебаний указал в угол комнаты. Я с некоторой неловкостью подошла туда.

Ой, сколько пыли! Когда эти книги в последний раз протирали? Здесь что, вообще не было покупателей? Хотя, судя по равнодушному виду продавца, он, похоже, и не стремился к процветанию бизнеса.

Я нахмурилась и осмотрела книги, сваленные в углу в одну большую кучу. На них лежал такой слой пыли, что было крайне трудно разобрать их названия. «Любовь – это война! 44 проклятия, чтобы избавиться от соперницы», «Рецепт приворотного зелья от настоящей ведьмы», «100 лучших заклинаний черной магии, чтобы заполучить сердце возлюбленной».

Судя по всему, тут все книги были о любви. Но меня вообще не эта сфера интересовала!

Я хмуро глянула на морщинистого старика, сидевшего за стойкой. Он полностью меня игнорировал и увлеченно разгадывал кроссворд в газете. Решив не тратить время, я начала поиски самостоятельно.

Пролистав несколько книг, я была удивлена. Во многих из них описывалась интересовавшая меня тема, при этом в больших подробностях, чем я ожидала. Конечно, сама я такую сложную магию использовать не смогу, но хотя бы узнаю побольше о восстановлении памяти.

– Скажите, пожалуйста, во сколько это выйдет?

– Хм? Вы покупаете все это?

Хозяин магазина поднял голову только тогда, когда я громко опустила стопку книг ему на прилавок. В тот момент, как наши взгляды встретились, он переменился в лице. Я подпрыгнула от испуга, когда он заверещал:

– Девонька! Да ты ж проклята!

Чего он там крикнул?

– Проклята?

– Именно. Кто-то уж очень хочет, чтоб ты была несчастна!

Его глаза, устремленные на меня, странно сияли. Меня испугала перемена в настроении старика, который до сих пор сидел вполне спокойно.

– Дедуль, а вы черный маг?

Не знаю почему, но мне так показалось. Когда я заглянула ему в глаза, холодок побежал по моему позвоночнику.

– Я практиковал, когда был молод, но уже завязал, – ответил он, не отрывая от меня глаз.

– Какое на мне проклятие?

Я впервые встретилась с чернокнижником, поэтому немного волновалась. Но его слова волновали меня гораздо больше, поэтому я решилась задать вопрос. Старик с интересом изучал меня.

– Очень хитрое, крайне хитрое…

Каждый раз, как он обводил меня глазами, я сжимала руки в кулаки, чтобы они не дрожали.

– Девонька, твое проклятие…

От его следующих слов я чуть не взорвалась:

– Та я сам не знаю, что это за проклятие.

Старикан, на лице которого снова читалось умиротворение, почесал подбородок и беззаботно улыбнулся:

– Но мне кажется, что изначально оно было не очень сильным. Максимум оно заставило бы тебя постоянно спотыкаться или проливать чай на новенькую белую кофту.

Какой неожиданный ответ, есть учесть, что именно он мне говорил буквально минуту назад. Старик был самым обычным шарлатаном, да? По-настоящему опытный маг никогда не осел бы в захудалом магазинчике и не стал бы продавать книги, собиравшие тонны пыли.

– Так что, если ты подумываешь снять с себя проклятие, в книгах нет особенного смысла. От него все равно почти ничего не осталось.

И я должна была в это поверить? Проклятие есть проклятие. Хотя дед был странным. Любой торгаш на его месте сделал бы все, чтобы продать мне книги, а этот, наоборот, говорил мне их не брать…

Я разглядывала старика и, поддавшись странному порыву, спросила:

– Можно задать вам один вопрос?

– Какой?

– Вы сказали, что в юности занимались магией. Мне интересно ваше мнение. Заклинания в этих книгах безопасны для тех, на ком их используют?

Он осмотрел книги, что я выбрала, и цокнул языком:

– Девонька, ты убить кого-то захотела?

Я была настолько поражена его вопросом, что невольно воскликнула:

– Наоборот! Из-за меня пострадал человек, и я хочу его исцелить.

– Исцелить? С помощью черной магии?

– Мне сказали, что обычная магия в его случае бессильна.

– Забудь. – Старик покачал головой, словно ему все стало понятно и никакие мои объяснения ему не нужны. – Девонька, даже не думай о черной магии. За нее всегда кто-то платит. На своем веку я не видел еще ни одного случая, когда из ее использования вышло что-то хотя бы отдаленно хорошее. Особенно для мага, использовавшего ее.

Я удивленно вытаращилась на него. На самом деле я знала, что черная магия опасна. Однако, что в Обелии, что в Арланте о ней было мало информации. Я даже не представляла масштаб опасности и цену, которую придется заплатить.

– Более того, исцеление с помощью черной магии? Я впервые слышу такую глупость.

– Но…

– Ты проделала весь этот путь сюда, желая что-то сохранить, верно?

Услышав это, я закрыла рот, клацнув зубами. Старик снова цокнул языком и продолжил:

– Если воспользуешься силой, которая заведомо ничего хорошего не принесет, пути назад не будет. Это билет в один конец. Ты готова к последствиям, девонька?

Я молча закусила губу. Мне уже было понятно, что я бессильна. Даже если я теперь могла пользоваться магией, мои способности были недостаточно развиты и крайне нестабильны. Разумнее всего было бы ничего не делать. Но я не могла сидеть сложа руки. Более того, раз это все произошло из-за меня, я и должна была все исправить.

Если бы он спросил меня: «Готова ли ты заплатить цену?», я бы не знала, что ответить. Будет ли у меня, чем платить? Но мой честный ответ был бы таков: «Если я могу что-то сделать, я хочу попытаться». Когда я уж было открыла рот, старик покачал головой:

– Нет, не отвечай так сразу. Черная магия очень коварна. Она постепенно забирает у своего заклинателя все, что ему дорого. А он даже не всегда это осознает.

На этих словах его лицо стало таким опустошенным и мрачным, что я ничего не сказала.

– Она – настоящее зло. Стоит ей увидеть хоть малейший признак несчастья, как она тут же бросится на тебя и махом проглотит твою душу. Хорошенько подумай, девонька. Не думаю, что ты пришла сюда от хорошей жизни.

Пожилой мужчина, в юности практиковавший магию, говорил это с усталым блеском в глазах. Его слова звучали так, будто он потерял все, что имел, и теперь делился горьким опытом.

Глава 101

– Смотрю на тебя, девонька, и думаю, что тебе есть что терять. Наверняка рядом с тобой найдутся те, кто переживает за тебя и помог бы тебе перенести трудные времена?

– Если есть хоть один такой человек, то тебе здесь не место. – С этими словами старик отвернулся от меня. – Уходи. Я не стану тебе ничего продавать.

Вскоре я вышла на улицу. Уже алел закат. Люди по дороге домой деловито заходили в продуктовый магазин через дорогу и продолжали свой путь. Я какое-то время стояла неподвижно и просто наблюдала за прохожими.

В книжном меня переполняла какая-то беспокойная энергия, но сейчас я понемногу успокаивалась. Хоть на улице было тепло, мне казалось, что мне на плечи легли чьи-то холодные руки. Было ощущение, что я стояла на краю пропасти, к которому меня кто-то подталкивал, но мне удалось удержаться и даже сделать шаг назад.

Я оглянулась и увидела все то же мрачное здание. Старик-продавец до сих пор сидел спиной к двери.

«Если воспользуешься силой, которая заведомо ничего хорошего не принесет, пути назад не будет. Это билет в один конец. Ты готова к последствиям, девонька?»

Слова, что я только услышала в книжном, эхом звучали в ушах.

«Смотрю на тебя, девонька, и думаю, что тебе есть что терять. Наверняка рядом с тобой найдутся те, кто переживает за тебя и помог бы тебе перенести трудные времена?»

Я еще какое-то время молча разглядывала магазин, из которого только что вышла. Наконец я решила уйти. За мной следовала лишь моя длинная тень.

– …Ати, соберись, – сказала я сама себе. Меня никто не услышал. Почему-то мне захотелось плакать, но я сдержалась.

Хоть я и видела Клода совсем недавно, мне страшно хотелось снова с ним встретиться. Но пока это было невозможно. Я шла одна по залитой закатным солнцем улице, пытаясь стряхнуть нежеланные чувства, тенью следовавшие за мной.

Через несколько дней я воспользовалась заклинанием невидимости и проникла в библиотеку школы. Я здесь так часто бывала, что уже начала считать ее своей личной. Я обычно приходила во время занятий, поэтому студентов в читальном зале не было.

И если бы мне сказали выбрать любимое место в школе, я бы без сомнений выбрала именно библиотеку. Она не могла сравниться ни с публичной императорской библиотекой Обелии, ни с моей личной, но в ней было свое очарование.

Конечно, все книги здесь были на арлантском, но я же не зря столько лет учила этот язык! Я могла без особых трудностей их читать, хотя до уровня Иджекиила, который жил здесь с десяти лет, мне было как до луны… Если так подумать, это была моя вторая жизнь, я ее главная героиня, но Иджекиил все равно превосходил меня во всем! Ах, даже слезы на глазах навернулись от несправедливости…

Я протерла глаза и прошла мимо книжной полки, где стояли зарубежные книги. Как арлантские книги считались диковинкой в Обелии, так и обелийские, которые я изучала дома, встречались в Арланте не так часто. Это вызывало во мне противоречивые чувства и лишний раз подтверждало, что я действительно в чужой стране.

Я взяла книги по магии, в которых подробно объяснялась теория и давались практические рекомендации. Я еще многого не знала о магии, поэтому занималась самообразованием в библиотеке или книжных магазинах.

Неожиданно в голове всплыли события в магазинчике чернокнижия, но я тряхнула головой и отогнала воспоминания о том дне. Но вот от чувства странной грусти избавиться это не помогло. Нет. Нужно сконцентрироваться на том, что я могу сделать. А чтобы это суметь, нужно сперва научиться контролировать свою магию…

Я подавленно уткнулась в книги и принялась за учебу.

– Я ведь уже говорил. Нужно постараться!

Хм? Вскоре неподалеку от меня послышался чей-то голос. Неужели занятия уже закончились? Я подняла голову и взглянула на часы. Прошел целый час. Ой, значит, надо побыстрее убрать книги и сматываться отсюда. Решив, что у меня не было времени расставлять все по полкам, я сконцентрировала в руках магическую силу.

– Разве я спрашивал у тебя совета?

– От того, что ты меня выслушаешь, хуже явно не будет. Йохан, включи голову! Если девушка, что тебе нравится, так популярна, то кто-то другой может успеть увести ее у тебя.

Книги передо мной взмыли в воздух и направились на свои места. На мгновение я забыла о своем унынии и с воодушевлением наблюдала за тем, как они занимали пустые места на полках. Я ведь стала почти как Лукас, да?

В Рубиновом дворце я была уверена, что смерть поджидает меня за каждым углом, но посмотрите на меня сейчас! Я стала великим магом! Если это не величайшая победа человечества, не поворотный момент, то что?

– Да-да, но и пользы от твоих советов никакой. И вообще, не ори. Мы в библиотеке.

– Эй, ну что ты в самом деле…

Услышав этот разговор, я резко почувствовала себя старой. Я смущенно почесала нос. Цените это время. Набирайтесь воспоминаний о прекрасной школьной поре. Adios! К счастью, студенты вошли в тот момент, когда книги уже вернулись на свои места. Я тихо покинула библиотеку, чтобы меня никто не заметил.

– Эрих, чем займешься на каникулах?

– Пока не знаю. Даже не думал об этом.

Я так часто это делала, что уже без проблем пробиралась между студентами, никого не задевая. В такие моменты я представляла себя героиней шпионского фильма. Это было даже весело. Я прошла по дорожке, по обеим сторонам которой были высажены деревья, и оказалась там, где почти никогда не бывала.

Тренировочная площадка. В императорском дворце была похожая. Хм, в школе был даже клуб фехтования.

– Победил Кэвелл!

В поле зрения внезапно оказался студент. Ой, это ведь парень-стейк! Кэвелл Эрнст, который во время занятия так сильно переживал за свой стейк. Красивый парень с каштановыми волосами и мужественными чертами лица. Похоже, только что он победил в тренировочном бою. Бой оказался последним, и небольшая толпа вокруг начала расходиться.

Мне все равно было нечем заняться, поэтому я села под одним из деревьев и стала наблюдать за ними. Кэвелл Эрнст, весь мокрый от пота, поднял с пола бутылку с водой и предложил ее другому студенту.

– Эй, ты не в курсе, тут можно где-нибудь меч починить? У моего украшение отлетело.

– Не, не знаю.

Под украшением он имел в виду тот золотой медальон, что я положила на парту? Хм, если я не ошибалась, на мече Феликса, что он всегда носил с собой, тоже было нечто похожее. Неужели он его сломал, когда уронил?

Я наблюдала, как Кэвелл с бутылкой в руке и недовольным выражением лица шарил другой рукой в кармане куртки. Он вынул тот самый медальон, что я видела на занятии.

– Это подарок от сестры, так что надо оперативно его починить… Хм?

Тут наши взгляды встретились.

К-как? Я вздрогнула. Мне показалось, или он правда посмотрел прямо на меня?

Бах!

Бутылка воды с грохотом выпала из его руки. Я не могла понять, почему он с таким удивлением смотрел в мою сторону. С каждой секундой лицо Кэвелла Эрнста становилось все бледнее.

– Фея?..

А? Чего?

Услышав его слова, я на мгновение оглянулась, чтобы проверить. К-как странно. Но рядом никого не было – я сидела поддеревом в полном одиночестве. Я напряглась и снова взглянула на парня. В итоге не удержалась и спросила:

– Это ты про меня?..

– Ф-фея заговорила… – ошеломленно пробормотал парень в ответ.

Хм, он меня видит, что ли?! Похоже на то! Но как? Неужели магия сама взяла и развеялась? Как неловко-то. И так внезапно! Магия ведь уже давно меня не подводила.

Однако, судя по всему, для окружающих я по-прежнему оставалась невидимой.

– Ты чего?

– Что? Там ведь просто дерево?

Пока остальные студенты недоуменно смотрели на него, Кэвелл не отрывал взгляда от меня. Украшение выскользнуло из его рук и упало на землю.

Звяк!

В тот же миг его взгляд изменился, словно пелена спала.

– А! Что это только что было?! – воскликнул Кэвелл, взволнованно оглядываясь по сторонам.

Он больше меня не видел.

В-возможно ли, что дело в той побрякушке? А если она снимала эффект магии? Я слышала о подобных штучках. Как только парень выронил медальон, он перестал меня видеть. В этом ведь дело, да?

– Я только что видел фею! А? Как это возможно?

Ой! Меня ведь сейчас поймают!

Я попятилась, чтобы Кэвелл Эрнст меня не задел. Он водил руками в воздухе там, где я только что сидела, словно не мог поверить в то, что произошло.

Глава 102

– Что за бред? Какая еще фея?

– Это не бред! Она была прямо здесь!

– Ты умудрился заснуть?

– Вы что, ее не видели? Прямо вот здесь была фея! У нее и волосы сверкали, и глаза! Она сама будто бы свет излучала! Сияла!

Х-хватит! Я почувствовала, что покраснела, как помидор.

– Особенно ее глаза! Не голубые и не зеленые. Они переливались всевозможными цветами, как драгоценности!..

Его голос громко пронесся над всей площадкой, вновь и вновь отражаясь от стен школы.

И тут меня осенило. У меня даже челюсть отвисла от удивления. Почему я сразу не вспомнила его имя?! Кэвелл Эрнст! Как я могла о нем забыть? Он был одним из тех юношей, что безнадежно влюбились в Дженит и ухаживали за ней в «Милой принцессе»!

В какой-то степени его можно было назвать неудачливым персонажем второго плана. Справедливости ради, таким был не он один. Это касалось всех мужских персонажей «Милой принцессы». Если быть совсем точной, это касалось всех мужских персонажей, кроме Иджекиила.

Ведь Дженит, будучи главной героиней романа, монополизировала любовь красивых мужчин из разных стран, но в итоге выбрала одного-единственного – Иджекиила. А если учесть то, что он был непревзойденным главным героем, на протяжении всей истории у других мужчин даже шанса на успех не было. Однако второстепенные мужские персонажи пользовались некоторой популярностью у юных читательниц.

В общем, Кэвелл Эрнст был одним из таких персонажей-невезун-чиков. А еще он был другом Иджекиила, пока тот учился в Арланте.

Если память мне не изменяла, первая встреча Кэвелла и Дженит произошла в Обелии. Дженит тогда было около восемнадцати?.. Точно трудно сказать, но я вполне уверена, что они должны встретиться через несколько лет. К тому моменту Кэвелл Эрнст будет уже не студентом, а высококвалифицированным рыцарем, служащим императорской семье Арланты.

В романе он сопровождал делегацию Арланты во время визита в Обелию. Опять же, если я правильно помню, он решил разыскать школьного друга, но в итоге встретил Дженит в императорском дворце Обелии и влюбился в нее с первого взгляда. Для него эта встреча стала судьбоносной, чего, к сожалению, нельзя было сказать о Дженит. В конечном итоге Кэвелл так и остался второстепенным персонажем.

Мне даже было его немного жаль. Но что поделать, если главный герой с самого детства обладал сумасшедшей харизмой. Несмотря на то, что Кэвелл не смог завоевать любовь Дженит, он снискал народную любовь как очень солнечный персонаж. Хотя я и забыла о его существовании… Это все мне рассказывала та школьница, которая и оставила роман.

Ах, прости, второстепенный персонаж! Но ты появлялся так… редко.

Как бы то ни было, Кэвелл Эрнст совсем вылетел из моей головы. Но его слова про фею почему-то стрясли гору пыли, лежавшую на воспоминаниях о нем. Он ведь, как щеночек, бегал за Дженит и на каждом углу кричал, что она фея. Наверное, он ее так называл из-за цвета глаз…

Кхм. Но как можно было на людях говорить подобное? Д-да, я тоже называла Диану феей, но она моя мама и самая настоящая фея. Так что в этом ничего странного не было! Да-да, именно так.

Вполне ожидаемо, что Дженит не ответила взаимностью на чувства Кэвелла. Кому понравится, когда его при каждой встрече во всеуслышание называют феей?.. Это ведь даже скорее жутко!

Как бы я ни хотела встать на его сторону, глядя на него сейчас, понимала, что не могу этого сделать. Ну, второстепенные персонажи потому и второстепенные…

– Интересно, чем там Дженит сейчас занимается?

Я встретила Кэвелла Эрнста, которому судьбой было уготовано повстречать Дженит. Мне вдруг стало интересно, как у нее дела. Конечно, я была вполне уверена, что хорошо, но, с другой стороны, еще в императорском дворце я перестала получать от нее письма…

Погодите-ка… А что, если мистер Снежок такой: «Дженит, твой выход!» – и представил ее Клоду? Он наверняка присел ему на уши настолько, что тот рано или поздно не выдержит и захочет избавиться от вечных разговоров о Дженит. Но если бы это действительно произошло, слухи бы моментально разлетелись, так что маловероятно.

К тому же у меня было ощущение, что мистер Снежок хотел подготовить поистине грандиозную сцену для раскрытия правды о Дженит. В романе он воспользовался для этого балом дебютанток. Но сейчас, когда Клод так отчаянно пытался меня найти, Дженит сидела в поместье герцога Альфиоса.

Может, мне ненадолго ее проведать?

«Девонька! Да ты ж проклята!»

«Именно. Кто-то уж очень хочет, чтоб ты была несчастна!»

Я вспомнила слова старого черного мага и призадумалась.

Щелк.

И пока я сидела в районе Лассус, где недавно проходил фестиваль цветов, решила не затягивать с реализацией своей задумки.

– Как странно…

Вскоре я осторожно открыла глаза и наблюдала за людьми, которые заходили в поместье и выходили. На этот раз телепортация сработала, как надо, – я незаметно приземлилась на крышу поместья герцога Альфиоса. Затем я наложила на себя магию невидимости и забралась на дерево, чтобы разведать обстановку.

Во-первых, я не знала, где комната Дженит, поэтому не могла сразу отправиться туда. Но был и другой момент – в поместье царила странная атмосфера. Как будто бы даже мрачная. И я не уверена, что мое настроение как-то повлияло на мое восприятие.

Щелк.

Тут открылась дверь, нарушая нависшую над поместьем необычную тишину.

– Хорошей вам дороги.

Мистер Снежок! А это рядом с ним стояла его жена? Я так часто встречала самого герцога, а вот его жену – ни разу. Очень элегантная женщина, хотя она и казалась несколько строгой. В Иджекииле не было почти ничего от нее. Он пошел весь в своего отца…

– Иджекиил, все готово?

– Да, отец.

Стоило герцогу задать этот вопрос, как в дверном проеме появился еще один человек. Я впервые увидела Иджекиила после банкета и невольно заерзала на месте.

«Принцесса Атанасия».

Неожиданно в ушах прозвучал тихий голос из воспоминаний.

«Прошу меня простить, мне нужно ненадолго отлучиться». «Конечно. Я ничего не видел».

Я вспомнила, как долго Иджекиил сидел со мной, не говоря ни слова, пока я плакала. Я на мгновение опустила глаза, а затем вновь взглянула на поместье. Казалось, отец с сыном куда-то собирались.

– Вам точно стоит ехать вдвоем?

– У нашей семьи не такие близкие отношения с Розалией, поэтому чем нас меньше, тем лучше, – покачал головой герцог Альфиос на вопрос жены.

Розалия? Они собираются к тете Дженит? Я прищурилась, гадая, не решил ли герцог наконец сделать свой ход.

– Даже так, Дженит…

– Я тоже поеду.

В открытой двери показалась еще одна фигура. Это была Дженит собственной персоной, одетая во все черное. Семейство Альфиосов почему-то удивленно на нее уставилось.

Здесь творилось что-то неладное. Почему они все были так одеты? Они будто темнее ночи. С мистером Снежком и Иджекиилом все понятно – они в строгих мужских костюмах, но почему Дженит тоже в черном? Более того, под ее шляпкой виднелась черная вуаль…

– Дженит, я уже сказал, что ты никуда не едешь?

– Но почему?

Удивление герцога Альфиоса длилось всего мгновение и сменилось строгим голосом и суровым выражением лица. Судя по всему, он не хотел везти ее к Розалии.

– Она моя тетя. Кому еще к ней ехать, как не мне?

– Дженит, ты ведь понимаешь, что дело здесь в другом.

– Тогда почему вы меня останавливаете? Я все равно поеду, даже если вы запретите.

Кхм. Что это с ними? Я так поняла, что Дженит хотела поехать, но герцог Альфиос был против… Но что это за вязкая и тяжелая атмосфера между ними, которую я заметила с самого начала?

– Этому не бывать.

– Дядя!

Неожиданный возглас Дженит, больше похожий на крик, нарушил тишину, опустившуюся после слов Роджера Альфиоса. Я впервые видела ее такой эмоциональной и даже опешила. Было трудно рассмотреть выражение ее лица под вуалью, но, судя по голосу, Дженит едва не плакала. В нем читались обида, гнев и глубокая печаль.

– Я… Я должна поехать. Обязана…

Я не ошиблась в своих предположениях. Голос Дженит действительно задрожал.

– С первого дня, как я узнал, что мадам Розалия в критическом состоянии, я объяснял тебе ситуацию, чтобы тебе было легче ее принять. Но я не позволю тебе ехать.

– Но…

– Посмотри на себя. Ты даже передо мной себя контролировать не можешь. Куда ты собралась, если только и можешь что плакать?

– Она моя тетя, моя семья, так почему?..

– Верно. Но ты думаешь, что, увидев ее гроб, тебе станет легче?

Я ахнула. В смысле? Графиня Розалия, тетя Дженит, умерла?

Глава 103

Я была потрясена, не в силах переварить услышанное.

Именно графиня Розалия работала за спиной Дженит и строила козни, чтобы сделать ее наследницей императора. В романе она была жива-здорова, расправилась с Атанасией и только потом умерла. Кажется, что еще вчера Дженит так радовалась приезду тети, а теперь… Что случилось?

– На похороны мы с Иджекиилом поедем вдвоем. А ты иди в свою комнату и приводи себя в чувства. – Твердый голос герцога Альфиоса ни на мгновение не дрогнул. В тоне его голоса и выражении лица читалась решимость не дать Дженит поехать к графине Розалии.

Задержав дыхание, я наблюдала за тем, как прозрачные слезы текли по подбородку Дженит, который не скрывала вуаль. В конце концов она развернулась и, рыдая, пошла вглубь дома, ведь ей не удалось переубедить герцога.

– Отец, я ненадолго.

– Хорошо. Ступай.

Иджекиил вернулся в дом, следуя за Дженит, а герцог Альфиос тяжело вздохнул.

– Я о ней позабочусь, не переживай.

– Почему все так обернулось?..

Я медленно встала со своего места на дереве и оставила позади вздыхающего герцога Альфиоса и утешавшую его жену. На втором этаже промелькнуло лицо Дженит. Она со слезами на глазах задернула шторы. Теперь я знала, где ее комната.

Тук-тук.

– Дженит.

Я спряталась в углу коридора на втором этаже поместья и наблюдала за тем, как Иджекиил стучал в дверь. Как неловко-то. Хорошо, что никто не видел, как я присела на корточки рядом с цветочным горшком. Я знала, подсматривать за другими – плохо, но… Но даже так, я не сдвинулась с места.

– Мне нужно ехать к графине Розалии.

Сколько бы раз Иджекиил ни стучал в дверь комнаты Дженит, ответа не было. Тогда он просто начал говорить с закрытой дверью. Я наблюдала за этим, сидя рядом с цветком.

– Давай то, что ты держала. Я передам.

Хм? А ведь Дженит действительно что-то держала. Но что?

– Дженит.

Иджекиил снова позвал девушку. На какое-то время воцарилась тяжелая тишина. Парень стоял у закрытой двери. По его лицу было трудно понять, о чем он думал.

И тут дверь отворилась с легким щелчком. Дженит была вся в слезах. Черная вуаль сползла с ее головы, обнажая заплаканное лицо. Она молча стояла в дверном проеме, и по ее щекам лились слезы. Иджекиил тоже ничего не говорил. После слов герцога Альфиоса они поняли, что ничего не изменят.

– Дженит.

Иджекиил наконец нарушил тишину и медленно протянул руку в сторону девушки.

– Все будет хорошо.

Рука парня опустилась на хрупкое плечо. Я, затаив дыхание, наблюдала, как девушка плакала в его объятиях.

– Ты можешь плакать, если хочется.

– У-угу…

– Грустить, когда теряешьблизких, – совершенноестественно.

Тихий шепот Иджекиила и приглушенные всхлипы Дженит окатили меня приливной волной.

– Наверное, еще больнее от того, что ты не можешь ничего изменить.

– У-у-у…

Вдруг перед глазами вспыхнуло воспоминание. Несколько лет назад, в окружении пышных белых роз, Дженит умоляла Иджекиила не уезжать в Арланту. Тогда он так же обнимал ее и утешал. Я обхватила себя руками и поняла, что сама дрожу.

– Дженит, нам не понять твоих чувств.

Сейчас Иджекиил действовал куда увереннее, чем в прошлый раз. В его объятиях она громко разрыдалась. Дженит обвила его спину руками, и от этого зрелища веяло такой грустью, что мне самой едва удавалось сдерживать слезы…

– Вместо… меня… – наконец выдавила Дженит. – Передай… цветы.

– Хорошо.

– Скажи, что я… так ее любила… Так, у-у-у, ее люблю…

– Хорошо.

– Что я… буду очень… по ней скучать…

Едва она это произнесла, как снова громко расплакалась, словно она больше не могла сдерживать переполнявшие ее чувства. Только сейчас я заметила, что она держала в руке белый цветок. Вот как. Дженит не сможет лично подарить умершей тете ни одного цветочка.

– Хорошо. Я передам, – прошептал Иджекиил на ухо плакавшей Дженит.

Я наблюдала за этими двумя с необъяснимой смесью чувств. Вскоре мне стало не по себе, и я бесшумно ушла.

Через мгновение я открыла глаза на тростниковом поле. Выходит, если я использовала телепортацию после эмоциональных потрясений, шанс попасть именно сюда вырастал до небес. Можно ли считать это место своего рода контрольно-пропускным пунктом?

– Ах, что вообще происходит?.. – Со вздохом я легла на землю.

Почему все так сложилось? У Клода амнезия, графиня Розалия умерла. Я наблюдала за плывшими надо мной облаками. Светло-коричневые листья тростника мягко покачивались над моей головой.

Перед глазами пронеслись образы Иджекиила и Дженит, обнявшихся в коридоре. У меня резко заболела голова.

Ах, мне неожиданно захотелось увидеть Лукаса. Если бы он был здесь, он бы фыркнул и посмеялся надо мной. Как будто это все – полная ерунда. Как будто мне совершенно не о чем волноваться.

– Ах, сюжет стал гораздо запутаннее.

Справедливости ради, я не хотела, чтобы события развивались так же, как в романе. Естественно! Мне не надо было, чтобы меня ложно обвинили в отравлении, равно как и умирать от руки Клода мне не хотелось. Так что в каком-то смысле смерть графини Розалии стала для меня хорошей новостью.

Я невольно вспомнила о Дженит, и мне стало совестно. Хоть я и не питала к графине особенно теплых чувств, она все-таки была тетей Дженит. В начале нашего знакомства я бы, может, и не очень сильно переживала о том, грустит она или нет… Но все изменилось после всех чаепитий и нашей переписки, и я не могла не волноваться.

Поэтому вечером того же дня я снова отправилась в поместье Альфиосов. Атмосфера здесь была все такой же мрачной. Главными ее источниками были Дженит, что потеряла единственного родственника, и герцог Альфиос, чьи планы пошли прахом.

Я не знала, что именно планировал мистер Снежок, но он явно не просто так связался с Розалией в тот момент, когда у меня начались проблемы. Если подумать, у этих двоих все шло не так гладко, как в романе. Кхм. Мистер Снежок, может, пришла пора перестать полагаться на других, а попробовать что-нибудь сделать самостоятельно?

А вообще он и так вполне неплохо жил, зачем было лишний раз жадничать? Как говорится, за двумя зайцами погонишься – ни одного не поймаешь. Того гляди, он еще и облысеть мог.

Я с сожалением подумала о его будущей лысой голове, а затем собрала магию в руку. Записка с надписью «Дженит» вылетела из моей руки и приземлилась на балкон у комнаты девушки.

Тук!

Я сорвала с дерева неподалеку небольшой еще зеленый плод и кинула его в окно с помощью магии.

Тук!

После нескольких таких бросков я услышала шум по ту сторону двери. Наконец занавески приоткрылись. Выглянувшее между ними лицо в лунном свете казалось еще бледнее. Иджекиил давно ушел, но глаза Дженит все еще были красными и опухшими, словно она все это время плакала. Девушка отодвинула занавески и удивленно оглядывалась по сторонам. Заметив на полу записку, она открыла дверь. За всем этим я наблюдала издалека.

«В это же время я приду к тебе через три дня. Твой друг».

Дженит удивленно перечитала записку и огляделась по сторонам. Никого не заметив, она была вынуждена вернуться в комнату.

Я проследила за тем, как она взяла записку и закрыла дверь, а затем покинула поместье Альфиосов.

– Прошу прощения.

Как и обещала, я пришла к Дженит через три дня. Я волновалась, что она могла рассказать герцогу Альфиосу или кому-то другому о записке, поэтому все это время наблюдала за ней. Но, к счастью, не обнаружила признаков того, что она это сделала.

Балконная дверь была широко открыта, словно приглашая меня войти.

– Здравствуйте, леди Магрита. Давно не виделись.

Дженит стояла в темной комнате, почти сливаясь с ночным полумраком. В темноте она напоминала какое-то привидение, и мое сердце тревожно забилось… Нет, она была похожа не на привидение, а на богиню ночи.

Ой. Да я сама так же выгляжу, наверное? Может, надо было хотя бы волосы собрать? Прости, что не пожалела твои глаза…

– Я вас не испугала?.. Ой!

Я смущенно заговорила, но тут же вскрикнула: Дженит бросилась ко мне.

– Принцесса!.. Это правда вы?

Мне стало крайне неловко. Она дрожала и смотрела на меня так, словно не верила своим глазам. Дженит приняла меня за призрака? Но она бросилась ко мне еще до того, как я успела ей что-то ответить. Решила действовать на опережение.

– Да, это правда я.

Глава 104

Услышав мой ответ, девушка широко раскрыла глаза. Ее рука, державшая мою, мелко задрожала. Но подождите! Почему ее глаза так заблестели? О-она что, плакать собралась?

– Ах, принцесса!..

– Кхе!

Не знаю, заметила ли Дженит мое волнение, но в итоге она все же расплакалась. А затем она с такой силой обняла меня за талию, что из меня с шумом вырвался воздух. Ах, э-это уже перебор! После чаепитий и переписки мы сблизились, но не настолько же!

Меня застали врасплох. Мне не то, чтобы было неприятно, но как-то не по себе. Я совершенно не знала, куда деть руки.

– Яд-думала…

Мне становилось все более неловко в объятиях Дженит. Я так и стояла с поднятыми руками, но, услышав, как срывается ее голос, посмотрела вниз.

– Я д-думала, что больше никогда вас не увижу-у-у…

На этих словах я замерла.

– Я узнала, что в-вы неожиданно пропали из дворца и…

– Я так боялась, что б-больше вас не увижу…

– Я так испугала-а-ась… и…

Она заикалась, и за всхлипами было трудно разобрать, что она говорила. Дженит крепко обнимала меня дрожащими руками, словно боялась, что я снова исчезну.

– У-у-у, хнык…

Я рассматривала ее какое-то время, затем тяжело вздохнула и опустила руки.

Пум. Пум.

Когда я мягко похлопала девушку по спине, она заплакала еще громче. Каждый ее всхлип бил мне по ушам, а затем растворялся в тишине ночи.

– У-у-у…

Мне было ее жаль. Если бы кто-то, глядя на меня, рассмеялся над моей жалостью, мне было бы нечего ответить. Я и сама это прекрасно понимала. Ведь девушка передо мной могла однажды вонзить мне нож в спину.

Но сейчас было что-то ужасно грустное в том, как эта четырнадцатилетняя девушка отчаянно плакала, словно я была ее единственной опорой. За последние три дня в Обелии я узнала, что графиня Розалия попала под камнепад, когда ехала домой. Она получила серьезные ранения и скончалась несколько дней назад.

Как ни странно, в последнее время происходило большое количество несчастных случаев, вызванных стихийными бедствиями. Особенно это касалось горных перевалов.

Я молча гладила всхлипывавшую Дженит по спине. Мне было не по себе от того, что я ее утешала.

Ведь в обычной истории ей не пришлось бы так плакать. По сюжету, она должна была попасть в императорский дворец сразу после дебюта, покорить сердце Клода и жить счастливо в окружении любящих ее людей. Весь роман задумывался исключительно ради счастья главной героини.

Но сейчас она стояла в темной комнате в поместье герцога Альфиоса и горько плакала. Наверное, из-за того, что переменная в виде меня изменила содержание книги?

– У-у-у.

В тихой комнате я отчетливо слышала каждый всхлип Дженит. Место на моей груди, куда уткнулась девушка, постепенно становилось все мокрее. Я поглаживала ее по спине и неловко обнимала.

«Прости, Дженит», – пробормотала я про себя.

В глубине души какая-то часть меня испытывала облегчение от ее горя. Ведь она так и не стала дочерью Клода на дебютантском балу и не представляла угрозу моему положению. Ведь именно я была его дочерью, и мной он так дорожил… И ее тетя, которая в будущем могла подвергнуть мою жизнь опасности, умерла…

– Я так рада…

Так что в какой-то степени хорошо, что сейчас в темной комнате плакала она, а не я.

– Снова с вами вот так встретиться… Так рада…

Я молча смотрела на залитый лунным светом потолок и слушала тихий слезный шепот. Очевидно, что Дженит считала меня сестрой. Потеряв тетю, она чувствовала облегчение, цепляясь за меня, свою самую близкую родственницу.

– Я тоже.

С одной стороны, я ее жалела, а с другой – даже сейчас подозревала ее.

– Я тоже думаю, что мне крупно повезло… – я скрыла свои эгоистичные чувства и с отвращением к самой себе утешала девушку, – …что я встретилась с вами сегодня.

Я не имела права обвинять герцога Альфиоса или графиню Розалию. Ведь именно я, выдававшая себя за Атанасию, была самой бесстыдной лгуньей, какую только видывал свет. С этой мыслью я обняла девушку крепче.

– Да. Это будет нашим секретом.

Почему-то Дженит засомневалась перед тем, как пообещать, что она никому не расскажет о нашей встрече.

– Вы еще навестите меня, как сегодня?

Она взглянула на меня… Кхм. От этого взгляда обиженного котенка мне стало не по себе. Почему у меня такое ощущение, что я рыцарь или волшебник, который должен спасти принцессу, запертую в башне? Мне вовсе не нравится, как это звучит!

– К-конечно.

Какая же я падкая на красивых девушек! Ужас. И все же я рада, что Дженит к концу моего визита перестала плакать и даже немного повеселела. Она не стала спрашивать меня ни о побеге из дворца, ни о магии. Видимо, решила, что у меня из-за этого могли возникнуть проблемы. Как бы то ни было, я была ей за это благодарна.

Эх, а ведь все так хорошо шло…

– Эй, красавицы. Если будете слушать нас, вам нечего бояться.

– Хе-хе-хе. Верно. Мы – одинокие мужчины, вы – одинокие девушки, и мы собираемся хорошо провести время. Вас двое, и нас двое. Идеально же, да?

…так почему теперь я должна была выслушивать этот бред?

– А-ати. Что нам делать?

Рядом со мной стояла Дженит и дрожала, как новорожденный птенец. Я вспомнила, как мы оказались в такой ситуации: бандиты загнали нас в темный переулок и гаденько смеялись.

Как это часто бывает, начало истории было донельзя тривиальным. Я рассказывала Дженит, что не могла вернуться в императорский дворец, поэтому все время бродила, где придется. Она удивленно воскликнула. Тогда я подумала: «Она, наверное, никогда так не делала!»

Я сама была такой же: жила во дворце, как цветок в теплице. Дженит же была заперта в поместье Альфиосов и не имела возможности покидать его по своему желанию. За время переписки с ней я поняла, что мы были похожи, и сочувствовала ей, как сестре по несчастью.

Как я была заперта Клодом в Изумрудном дворце, Дженит была заперта герцогом. Однако теперь я вела свободную жизнь, но все еще переживала за Дженит, но уже по-другому. Ей ведь даже не дали посетить похороны ее родной тети.

А, кстати. Когда на последнем чаепитии речь зашла о Дне основания империи, разве Дженит не упоминала, что ей разрешили пойти на фестиваль? До праздника оставалось всего два дня, однако во время нашей предыдущей встречи у меня не сложилось впечатления, что она на него пойдет.

После той первой встречи в поместье Альфиосов я еще дважды навещала девушку.

На самом деле, это было крайне рискованно, но Дженит казалась очень одинокой, целыми днями сидя в своей комнате. К тому же меня поразила искренняя радость на ее лице при виде меня, так что мне не оставалось ничего иного, как тайком пробираться в поместье Альфиосов.

Если честно, я сомневалась, что именно Дженит наложила на меня проклятие. Хоть старик из книжного и говорил, что оно было изначально слабым, но все равно. Мало приятного в том, что кто-то желал мне зла. А она была единственной в моем окружении, кто мог быть связан с черной магией. Но чем больше я общалась с Дженит, тем больше понимала: она не могла так со мной поступить.

Глядя на ее лицо, светящееся неподдельной радостью всякий раз, как она меня видела, любой бы устыдился, что даже на мгновение заподозрил ее. Тем более что речь шла о четырнадцатилетней девочке, которая даже не могла скрыть своего одиночества.

Как я узнала, Иджекиил был очень занят в последнее время, поэтому почти не приходил к Дженит… Я поэтому его не видела, когда приходила в поместье? После моего вопроса Дженит замолчала, а потом сказала, что Иджекиил уже давно не появлялся в поместье из-за каких-то дел.

Ну, вот я и решила в день фестиваля снова навестить девушку.

– Ваше высочество, проходите.

Дженит уже перестала удивляться моим неожиданным появлениям. Не помню, сколько времени я привыкала к таким закидонам Лукаса, но адаптивность Дженит – это вам не шутки.

Ну, аккурат жена, дожидавшаяся мужа с работы! Те же фразы, жесты, поза… Я взглянула на теплую улыбку Дженит, что расцвела на ее лице, и помотала головой, отгоняя странные мысли. Затем я рассказала девушке об идее, которую вынашивала уже несколько дней.

– Леди Магрита, не хотите со мной прогуляться?

– Что?

Глава 105

Удивление Дженит было совершенно понятным. Она смотрела на меня так, словно не могла поверить своим ушам. Ее глаза становились все шире. Она разомкнула губы, словно до нее наконец-то дошел смысл моих слов.

Наблюдать за изменениями на ее лице было поистине интересно. Рядом с нами будто бы цветы расцвели. Я с улыбкой протянула ей руку. Почти без сомнений Дженит взяла ее.

– Конечно!..

Она даже не стала задавать никаких вопросов, словно пошла бы за мной на край света. Вот я и решила побыть ее личным Питером Пэном.

Вшух.

– Вот это да! Ваше высочество, мы правда на улице!

Я успешно перенесла нас в пустынный переулок, который заприметила несколько дней назад. Мы стояли посреди груды старых заплесневелых коробок, а Дженит разглядывала их с таким любопытством, будто бы находила их крайне очаровательными.

Я же уперлась рукой в стену и пыталась отдышаться. Я была в хорошей форме, но это была моя первая парная телепортация. Вдруг чья-то нога осталась бы в комнате Дженит? Почему-то после того, как я покинула дворец, во мне усилилась вера в то, что я все смогу. Ну, так и выходило.

– Ваше высочество! Идемте скорее!

– Хм, подождите.

Дженит взволнованно схватила меня за руку. Я впервые видела ее такой энергичной. Она напоминала щеночка, первый раз увидевшего снег. Я посмотрела на ее раскрасневшееся лицо и призвала некое подобие плаща.

– Наденьте это.

Ее одежда выглядела слишком богато, но плащ должен с этим немного помочь. Как я успела заметить за время визитов в поместье Альфиосов, Дженит искали только во время приема пищи, так что у нас было время спокойно погулять. Ее старались особенно не беспокоить, особенно после смерти мадам Розалии.

Так, теперь нужно заняться своим лицом. Та-да! Добро пожаловать на программу «Моментальная пластическая хирургия Ати»!

– Ах, ваше высочество, ваше лицо!

Как только я закончила колдовать, Дженит ахнула.

– Меня могут узнать, поэтому я временно изменила свою внешность.

– Даже цвет волос и глаз!

Я долго тренировалась перед зеркалом и теперь могла делать свое лицо более неприметным. Я не жаловалась, но кто бы мог подумать, что прекрасные черты, напоминавшие о Диане, могут стать такими заурядными.

Конечно, сама форма черепа или мышц не менялась. Просто представьте, что вас накрыли магическим полем, которое размывает черты лица. Я читала, что на высоком уровне магии можно на определенный период полностью изменить свое лицо… Я представила, какой при этом должен быть звук, и тут же отогнала от себя эти мысли.

– Ну что, идемте?

– Да!

Дженит все это время изучала мою новую внешность, но отреагировала на мои слова широкой улыбкой. Мне снова показалось, что вокруг нас распустились цветы.

… Похоже, магией надо было не только мое лицо менять. Дженит была настолько красива, что все обращали на нее внимание. Никто не мог устоять перед чарами главной героини! Хм, надо будет ее предупредить и попросить хотя бы не улыбаться на улице. Но это вряд ли сильно поможет!

– Идемте, ваше высочество!

Дженит даже не подозревала о моих душевных терзаниях и просто потянула меня за собой. Мне не оставалось ничего другого, как последовать за ней.

И когда мы гуляли с Лукасом, и когда я была здесь одна, на этой улице всегда кипела жизнь. Но, видимо, из-за фестиваля сегодня тут была просто невообразимая давка.

– Дяденька, мне десять шпажек шашлыка. И я ваш постоянный покупатель, так что дадите две в подарок?

– Тетенька, две порции сладкой ваты! Давайте разноцветной!

– Ой, подождите! Мне кажется, или та, что слева, полегче? Сестренка, вы специально дали меньше, чем я просила? Да?

– Две порции супермедового четырехслойного мороженого! И посыпьте шоколадной стружкой!

Дженит все было интересно. Наверное, потому что она впервые гуляла по такой людной улице. Пока она оглядывалась по сторонам, я обошла лучших проверенных мной торговцев.

– Как здорово! Ваше высочество, откуда вы столько знаете? – восхищенно воскликнула Дженит, когда мы обошли несколько интересных мест.

Хе-хе. Я регулярно тут одна гуляла. Это совсем недавнее развитие событий и не совсем добровольное… Но все же.

Пока мы поедали куриный шашлык, я вспомнила, что нужно было сказать Дженит.

– Вам не кажется, что нам стоит перестать использовать титулы?

– Ах. – Она прикрыла рот рукой, словно только сейчас поняла, что называла меня здесь «ваше высочество».

К счастью, прохожие не особенно интересовались нашими разговорами. Их волновало лишь одно – красота Дженит. Девушка буквально сияла, пока ела шашлык. Хм, надо было, наверное, отойти подальше от столпотворения.

Дженит шла за мной и крепко держала меня за руку, как ребенок, которого мама впервые вывела на прогулку. А я наконец-то придумала себе имя для выхода в свет!

– Теперь зовите меня Ати.

– Ну что вы, как я могу, – испуганно пролепетала Дженит, но я решительно подняла указательный палец и перебила ее.

– Вас же я буду называть Джети.

Кхм, наконец-то я это предложила! Каждый раз при виде Дженит я вспоминала о волшебном какао-напитке. Ах, как давно это было… Люди бы наверняка посмеялись над такой ассоциацией с бельчонком в сине-черном костюмчике. Но они просто не знали об этом чудо-порошке, который нужно было просто смешать с молоком.

Да и вообще, как по мне, так это очень милые имена. Ати и Джети – отличное комбо!

Судя по всему, Дженит не особенно оценила предложенное мной имя – она вся залилась румянцем и застенчиво пробормотала:

– Это похоже на прозвище. Мне неловко.

– Первый бой – он трудный самый. Ну, Джети! Попробуй назвать меня по имени!

– Ладно… А-ати…

В смущающейся и запинающейся Дженит была сокрыта великая сила! Как можно быть милой, даже так запинаясь?!

Решив вопрос с прозвищами, мы продолжили наслаждаться фестивалем. Сегодня был лишь первый его день, поэтому никакого мероприятия не ожидалось. Зато было множество торговцев, лавок с едой и развлечения вроде тира.

Но я знала, что завтра будет парад и императорская семья проедет по улицам города, а в последнюю ночь фестиваля обещали праздничный фейерверк. Сейчас императорская семья состояла лишь из одного Клода, так что в параде будет участвовать только он.

– Это подарок.

Я протянула ей браслет из тонких переплетенных нитей.

– П-подарок?..

– Говорят, если носить его на руке, то твое желание сбудется.

Пока Дженит рассматривала шиншилл, которых продавали на углу улицы, я в соседней лавке купила так называемый браслет желаний. Не знаю, настоящий он или нет, но это и неважно – в этом вся прелесть любого фестиваля.

Я вспомнила, как Дженит сделала мне подарок, и импульсивно купила ей браслет. Вдруг он не понравится ей?..

– Огромное спасибо! Я буду носить его каждый день!

Она прижала браслет к груди, ее глаза сияли от радости. Ой… я не ожидала такой реакции.

– Сегодня такой чудесный день.

За нашими спинами солнце садилось за горизонт. Мы шли бок о бок, держа в руках огромные леденцы. Дженит понятия не имела, как его есть, поэтому просто сжимала в пальцах. Я же, понимая, что не смогу засунуть его в рот полностью, лениво облизывала с одного края.

– Жаль, что нужно возвращаться.

– Джети, ты же сама говорила: если мы вернемся до обеда, ничего страшного не произойдет.

Я ответила намеренно игриво, чтобы отвлечь Дженит, на лице которой читалась глубокая печаль. Мы обе иногда по привычке называли друг друга по титулу, поэтому намеренно старались как можно чаще использовать прозвища до возвращения домой.

– А значит, нам нужно совершить идеальное преступление и вернуть тебя домой, пока никто не заметил. Тогда в следующий раз мы снова погуляем.

Дженит просияла от моих слов:

– В следующий раз… Он будет?

– Ты же хочешь посмотреть фейерверк? Я сама никогда не видела их вне дворца, так что мне интересно. Мне просто не с кем пойти. – За разговором я даже не заметила, что Дженит остановилась на месте. – Не хочешь пойти со мной?

В каком-то смысле я впервые звала кого-то на свидание. Даже не кого-то, а саму Дженит! Кхм. Ну а что? Мы хорошо с ней сегодня погуляли, лучше, чем я ожидала. И моя гордость гида, который впервые ее вывел, не могла позволить мне оставить девушку без кульминации в виде фейерверка!

– Хочу. Я так счастлива.

Увидев сияющую улыбку Дженит, я смущенно почесала нос. Кхм. Чего это я так засмущалась?

Мы вошли в пустынный переулок, чтобы вовремя вернуться в поместье герцога Альфиоса.

– Эй, красавицы!

Тут за нашими спинами послышался странный голос. Хм? От него стало противно, словно на меня чан с маслом опрокинули.

– Фъю-у-у! Не хотите с нами погулять?

Глава 106

От этого свиста меня чуть не вывернуло наизнанку. Я стояла у входа в переулок, вопросительно глядя на мужланов. «Чего вы тут устроили?» – читалось в моем взгляде. А потом меня осенило, и я хлопнула себя по ноге. Так во-о-от в чем дело!

– Что? Дрожишь от страха? Не бойся, мы не страшные.

– Конечно, только если будете нас слушаться.

В чем? В том, что повсюду хватало им подобных. Пристающих к девушкам в темных переулках. Причем некоторые доходят и до преступлений. Какой «неожиданный» поворот сюжета. Если такое было и в оригинальном романе, то у автора нет ни капли креативности.

– Да, красавицы. Если будете слушать нас, вам нечего бояться.

– Хе-хе-хе. Верно. Мы – одинокие мужчины, вы – одинокие девушки, и мы собираемся хорошо провести время. Вас двое, и нас двое. Идеально же, да?

Какой бред… Где их такому только учат?

– А-ати. Что нам делать?

А рядом со мной была еще и Дженит, которая вцепилась в мою руку. Девушка дрожала, напуганная сложившейся ситуацией. Я думала, что она и глазом не моргнет на такое, учитывая, как мужественно она пыталась защитить меня от Черныша.

– Вон та сестренка особенно красива.

– Мы о вас обеих позаботимся.

Фу. Я только сейчас заметила, какие у них мерзкие взгляды. Дженит почти все время проводила в поместье герцога, поэтому впервые столкнулась с таким вниманием. К тому же магия скрывала мое лицо, поэтому мужланы сосредоточились именно на ней.

– Зачем вы к нам лезете?

– Прелестница-красавица. Не переживай. Просто доверься братишкам!

Боже, я больше не могла выносить эту чушь. Были ли в мире слова, которые внушали меньше доверия, чем «доверься братишкам»? К тому же, их было двое! Я на мгновение опешила от наглости этих мужиков, тем более что я впервые видела в этом мире преступников. Когда они начали приближаться к нам, я подумала: «Стопэ!», набрала в легкие побольше воздуха и громко крикнула:

– Эй!

До сих пор я молчала, поэтому неожиданный вскрик заставил мужланов замереть. Но я еще не закончила!

– Ах вы, пип-пип-пип… Да вас ваша пип-пип-пип не узнает, когда я пип-пип-пи-и-ип!

Река отборных ругательств хлынула из меня, словно только и ждала удобного момента.

– Да я вас пип-пип-пип! Поотрываю ваши пип-пип-пип и засуну их вам в пип-пип-пип, хотите? Вы, пип-пип-пип!

Это мой район, усекли? Я, как обезумевший старый моряк, крыла преступников на чем свет стоит. Судя по выражению лиц, такой шквал брани стал для них настоящим сюрпризом. Ха! Большую часть этого колоритного словаря я выучила в Арланте! Примите душ из иностранного мата – очень освежает!

Ах, ну и я впервые за почти четырнадцать лет выругалась. Даже полегчало. Словно сбросила накопившиеся за это время эмоции.

– А-ати…

Ой, я совсем забыла, что Дженит рядом. Я широко улыбнулась девушке, которая дрожала и не могла осознать происходящее.

– Эта тварь!

– Отбитая, что ли? Думаешь, ругань в наш адрес сойдет тебе с рук?

Мужланы опомнились и стали крыть меня в ответ. Ах, какие жестокие слова! Они нанесли непоправимый урон моей психике! Мое сердечко, его поцарапали! Как же мне дальше жить?..

Они такой реакции ожидали, что ли?

Я лишь раздраженно фыркнула. С их вокабуляром они даже до детсадовцев еле дотягивали. Ах, они еще только вступали на тропу мата. Удачного им путешествия!

Мужланы решительно двигались ко мне явно не с целью погладить меня по головке. Я подняла руку и изо всех сил швырнула в них сгусток магии, который накапливала все это время.

– Ай!

– Боже! Это что, конфета?!

Огромная конфета, размером с мою голову, с небывалой скоростью рассекла воздух и со всей дури впечаталась преступнику номер 1 прямо между ног. Осколки леденца в лучах закатного солнца играли всеми цветами радуги.

Пронзительный визг пронесся по переулку. Преступник номер 1 рухнул на землю, судорожно сжимая пострадавшее место. Его напарник замер, с ужасом наблюдая за происходящим.

– Ой, а тут у нас что? Еще одна конфета? – протянула я самым невинным голосом, и второй мужлан аж подпрыгнул.

Я взяла из рук Дженит леденец и направила в него магию.

Ах, почему-то мне показалось, что для пущего эффекта надо было произнести какое-нибудь заклинание или крутую фразу… Во имя справедливости! Нет вам прощения! Лови мой особый прием! Кэнди-краш!

…или что-то такое.

Но говорить такое вслух… Нет, мне слишком стыдно. Просто сделаю это про себя.

– А-а-а!!!

Хруст! Сверкающий леденец красиво пролетел по закатному небу. Преступник номер 2 испустил крик, ничем не уступавший крику его напарника, и тоже свалился на землю.

– Я… я теперь… евнух…

Преступник номер 2 оказался покрепче первого и успел даже сказать что-то напоследок.

Чудненько. Мусор мы выбросили.

Я отряхнула руки и повернулась к Дженит, которая все еще шокированно смотрела перед собой.

– Леди Магрита, возьмите меня за руку!

– Что? Что? А!

И мы телепортировались из переулка, в воздухе которого еще сверкала сахарная пыль.

– Мы же не опоздали?

Ух, какой сегодня насыщенный день!

Мы с Дженит благополучно вернулись в поместье герцога Альфиоса. Все позади. Эти отбросы не доставят больше проблем. Надо было, наверное, быть с ними помягче, а то вдруг у Дженит после этого случая появится страх выходить на улицу…

– Пф…

Я будто бы ощутила легкое дуновение ветерка. Хм? В чем дело? Она смех сдерживала?

– Ха-ха-ха-ха-ха!

Мои предположения подтвердились, ведь стоило мне повернуть голову, как я услышала звонкий смех. Дженит хохотала так, что по ее щекам текли слезы.

– Ха-ха-ха… Я в-впервые видела что-то подобное, – произнесла она, немного успокоившись и вытирая уголки глаз.

Судя по всему, встреча с преступниками произвела на девушку огромное впечатление. Кхм, неужели моя атака «Кэнди-краш» была настолько великолепна?.. Как минимум, я обрадовалась, что сегодняшние события не стали для Дженит плохим воспоминанием.

– Я чувствую, как на душе снова стало легко.

Когда смех совсем утих, девушка со вздохом слабо улыбнулась. Не говорите мне, что ей такие волнительные события больше всего и нравились?!

– Не так давно я думала, что попала в настоящий ад, – продолжила Дженит, и я не знала, как реагировать на ее слова. – Но, когда я встретила ваше высочество, жизнь снова показалась раем.

Ах! Коварное нападение девушки с такими невинными глазами. Критическое попадание! Самый настоящий Крит! Игрок Атанасия, у вас нет сопротивления этому типу атак?!

– Большое вам спасибо за сегодня, ваше высочество. Я впервые так счастлива.

Ух. Я мысленно схватилась за сердце и застонала, а затем ответила:

– Впереди нас ждет еще много интересного. – Я правда была крайне рада, что сегодня все закончилось на положительной ноте. – Мы ведь договорились еще и фейерверки вместе посмотреть. Не забывайте об этом.

Дженит расплылась в улыбке. На том мы и разошлись, пообещав встретиться в последний день фестиваля.

Часть 12.5

Бессонная ночь

– Ваше величество, похоже, те странные природные аномалии, что происходили по всему континенту, наконец прекратились. – В темноте кабинета Феликс доложил Клоду о результатах своего расследования. – Из-за стихийных бедствий мы отовсюду получали бесчисленные жалобы. Хорошо, что это оказалось временным явлением.

Он испытывал настоящее облегчение. Стихийные бедствия, внезапно начавшие терзать весь континент, вызывали сильную тревогу. Он не мог не радоваться, когда камнепады, наводнения и прочие природные аномалии неизвестного происхождения отступили.

– Ты правда думаешь, что такое количество природных аномалий, возникших одновременно, может быть естественным? – равнодушно спросил Клод, лениво подперев голову рукой.

Феликс от удивления открыл рот:

– Вы хотите сказать, что их кто-то вызвал?

– Не знаю.

– Что? Но вы же только что сказали…

– Это всего лишь предположение. К тому же, ты сам сказал, что все уже закончилось?

– Да, так и есть.

– Тогда вопрос закрыт. Сегодня на этом все.

Феликс молча наблюдал за тем, как Клод снова закрыл глаза. Было уже поздно, но, похоже, императору и сегодня не удастся спокойно поспать. Да и какой родитель смог бы спать спокойно, когда его ребенок пропал…

– Ваше величество, мы делаем все возможное, чтобы найти принцессу Атанасию. Скоро мы ее найдем.

– Поэтому прошу вас, ложитесь спать. Отдохните немного.

Однако Клод не сдвинулся с места. На самом деле, Феликс и не рассчитывал, что его слова возымеют эффект. Но при взгляде на императора рыцарю стало так тоскливо, что он не мог сдержать этих бесполезных слов. После некоторого молчания Клод приоткрыл глаза и пробормотал:

– Убирайся.

Услышав его тихий голос, Феликс подчинился и вышел из кабинета. Через некоторое время он снова бросил взгляд на Изумрудный дворец, где остался Клод. В последнее время Клод жил во дворце принцессы Атанасии. Лицо Феликса мгновенно потемнело: «Где же вы, принцесса?»

Однако некому было ответить на этот вопрос. Рыцарю не оставалось ничего иного, как разочарованно вздохнуть и уйти.

Глава 107

– Ах, наконец-то я на месте.

Конец света. Магия наполняла воздух, словно радужная дымка, окутывая пространство. В самом центре возвышалось Мировое древо, известное как Священное. Однако даже здесь, куда не мог зайти обычный человек, нашлись негодяи.

– Какой засранец попортил все мои плоды?

Тук! Бах!

Черноволосый парень с рубиновыми глазами с силой пнул растоптанный плод. Тот лопнул и разлетелся во все стороны.

Казалось, что кто-то специально их все растоптал. А поскольку оболочка плода треснула, остатки маны вытекли, оставив внутри лишь каплю. Мировое древо со смесью недоумения и гнева наблюдало за раздраженным парнем.

– Нет, ну нужно же совесть иметь! Оставьте после себя хотя бы одну штучку? Я что, должен есть этот мусор? Не смешите меня.

Этим парнем был не кто иной, как Лукас, проделавший столь долгий путь ради плода Мирового древа.

Древо его уже однажды видело. Прошло то ли сто, то ли двести лет с их последней встречи, но для него, существа, живущего вечность, время текло иначе. С того момента его листья не успели полностью смениться, поэтому оно еще помнило его лицо.

Но главная причина, почему Древо так хорошо его запомнило, заключалась в ином…

– Эй, мы ж с тобой друганы! Целых сто лет знакомы. Трудно было для меня хотя бы один плод припрятать?

От этих грубых слов Древо пришло в ярость. Друганы? Что за вздор?! Он и в прошлый раз приходил, чтобы украсть фрукты. Пришел, как дурак, когда плодам еще было не время созревать, и поднял шум, что тут ничего не нашлось. Грозился даже выкорчевать Древо! В итоге он оборвал тысячелетние листья и ушел!

Но с тех пор прошло уже больше ста лет. Так почему же он до сих пор жив? У него в роду тараканы были?

– Я даже не знал, что кто-то еще знает, где находится это место… Кто, черт возьми, здесь побывал? И с каких пор ты стало таким слабовольным? Даешь плоды кому ни попадя.

Древо взъярилось еще сильнее: магические волны начали расходиться от ствола во все стороны с низким гулом.

– В прошлый раз я ведь говорил тебе хорошенько присматривать за моими фруктами, помнишь?

С каких пор они стали твоими? Глупый человечишка!

– Хочешь снова облысеть? А?

Мировое древо не на шутку испугалось этого мрачного бормотания и сверкающих глаз. Его листья опустились вниз. Оно прекрасно знало, что этот безжалостный человек без колебаний мог лишить его драгоценных листьев.

Мировое древо было не обычным деревом, а магической сущностью, обладавшей некоторой степенью интеллекта. А его прекрасные листья были одним из главных источников гордости.

– Но что за гаденыш не знает элементарных норм приличия? Если он слопал все что хотел, просто ушел бы. Зачем портить оставшиеся плоды? Древо, ты точно за ними присматривало?

Вш-ш. Но это ведь не моя вина… Что я мог сделать, когда какой-то невежда топтал все плоды?.. У-у-у.

Мировое древо вспомнило человека, который недавно приходил сюда. Он сорвал один плод, съел его, а остальные испортил. Оно не могло спокойно смотреть, как уничтожают его детей, и вышвырнуло вторженца.

Но все эти люди были для Мирового древа подобны тараканам.

– Эх. Раз я зашел так далеко, то не собираюсь уходить отсюда с пустыми руками.

Пожалуйста, просто уходи!

– Что бы мне сделать?

Мировое древо молча смотрело на нового незваного гостя. Как бы его тоже вышвырнуть? Однако не было уверенности в том, что ему удастся избавиться от него. Этот был гораздо страшнее предыдущего. Но даже если и удалось бы его выставить… С таким-то характером от него можно было ждать любой мести… Поэтому прошу, просто уходи. Плодов все равно больше нет!

– Ничего другого не остается. – Человек раздраженно цокнул языком и встал.

Но кто он вообще? Разве это не тот Лукас, что держал в страхе весь район?

– Я ведь обещал не есть ту зверушку, так что придется обойтись тем, что осталось.

Мировое древо содрогнулось в страхе при звуке этого бормотания. Что? Разве что-то осталось? Что осталось-то? Плодов-то нет. Вряд ли он собрался съесть упавшие, которые так красноречиво окрестил «мусором».

И вскоре Мировое древо поняло, что рубиновые глаза неотрывно смотрели на него.

Если бы у Древа было настоящее сердце, оно бы тревожно забилось в груди… Ветви дернулись. Если бы у него было человеческое тело, его бы била крупная дрожь.

…Неужели я?

Кивок.

Правда я?..

Кивок!

Собираешься меня съесть?

Сверк!

Когда Мировое древо направило ветви на собственный ствол, Лукас ослепительно улыбнулся во весь рот и снова кивнул. В этот момент нервы Древа не выдержали.

Кем этот человечишка себя возомнил?.. Какую зверушку он там решил не есть? Что он поставил выше самого Мирового древа?! Оно ведь считалось сильнейшей магической сущностью!

Я уничтожу тебя, жалкий человечишка! Сотру тебя в поро-шо-о-ок!

Разъяренное древо высвободило огромный поток магии. Волна силы взметнулась вверх, закручиваясь неистовым ураганом.

Вш-ш! Вук! Вш-ш!

Взрыв долго не утихал. Древо потратило много сил на то, чтобы плоды созрели, но у него оставалось достаточно, чтобы стереть этого жалкого таракана в порошок.

– Ну и пыли ты тут подняло. – Как и ожидалось, этот Лукас был необычным человеком. – И чего так беситься? На старости лет шарики за ролики заехали? Тц.

Когда магические вихри наконец утихли, Древо увидело Лукаса ровно на том же самом месте. Конечности ему не оторвало. Он отряхивался, словно пыль его просто раздражала. Древо было поражено.

Что это за м-монстр?! Пережил атаку самого Мирового древа!

– Пень, если бы ты припрятал хотя бы один фрукт, я бы даже не подумал тебя есть.

Откуда вообще у него взялась эта причудливая идея есть не плод, а само Мировое древо? Поглощение основного Древа только ради того, чтобы не есть какую-то зверушку, – просто верх безрассудства. Если допустить ошибку, не справиться с магической силой, можно было умереть. Более того, его тело скорее всего разлетится на мелкие кусочки. Ни один человек в здравом уме не станет его есть…

– Но я же пацифист. Я не собираюсь тебя убивать.

Бред! Мировое древо недовольно зашумело. Однако Лукас продолжил нести чепуху.

– Мы с тобой знакомы не первый год, так что можем встретиться лет так через пятьсот, и я возьму свой плод. Ты, конечно, плохо разбираешься в людях, но в следующий раз мне поможешь…

Он говорил так, словно будет еще жив к тому моменту! Что он за человек?! Но как бы Мировое древо ни возмущалось и ни ругалось, Лукас все равно с улыбкой уже тянул к нему руку:

– Так что я откушу всего кусочек.

После этого внутри барьера Мирового древа долго раздавались мощные взрывы магии и громкий шум. Будто кто-то плакал так, что звук больно бил по барабанным перепонкам.

Ровно через сорок один день после начала ожесточенной битвы между Лукасом и Мировым древом, когда осколки магии вылетали даже за пределы барьера, все успокоилось.

Добившись своего, Лукас ушел. А Древо еще три столетия плакало, смачивая соком те раны, что остались от срезанных ветвей…

– Кто-то меня вспоминает? – пробормотал Лукас, почесывая ухо.

Сейчас он находился в Черной башне, которая долгое время пустовала без своего хозяина. Башня, освещенная лунным светом, была такой высокой, что ее верхняя часть находилась на уровне облаков.

Парень вспомнил, что по возвращении от Мирового древа он часто слышал о природных катаклизмах. Скорее всего, их вызвали осколки магии, разлетевшиеся во время их битвы.

Лукас недовольно нахмурился и взлохматил волосы. Он так и не смог полностью восстановить свою магическую силу. Но, поглотив часть Мирового древа, стал сильнее и теперь принял облик красивого взрослого мужчины.

Мягкий лунный свет озарял его. Казалось, что его тщательно вылепливала сама Тьма. Волосы стали длиннее, чем раньше, и мешали ему. Он даже подумывал их обрезать, но раздражало его даже это, поэтому Лукас решил оставить все как есть.

Сегодня он пришел в башню не просто так. Он рассчитывал съесть кое-что получше плода Мирового древа. Сейчас Лукас отправился в свою башню, пустовавшую все то время, что он восстанавливался. Ему нужно было проверить кое-что насчет умершего Этернитаса.

Но стоило ему только переступить порог башни, как он сразу же заметил нечто странное.

– Хм. Здесь шарилась какая-то крыса?

Он покинул башню сразу после пробуждения и ничего здесь не трогал, поэтому сразу же заметил следы постороннего. В кроваво-красных глазах читался арктический холод. На губах парня растянулась леденящая душу улыбка:

– Наш крысеныш просто жаждет отправиться на тот свет… – едва ли не пропел Лукас, чувствуя, как в его душе поднимался давно забытый гнев. – Как же мне его убить?

Яркая луна впервые за долгое время освещала Черную башню, в которую вернулся хозяин. Никто не знал, чем это изменение обернется для всего мира.

Глава 108

– Отец, я тогда пойду.

Иджекиил вышел и закрыл за собой дверь. После долгого отсутствия он вернулся домой и зашел поздороваться с отцом, герцогом Альфиосом. Оказавшись в коридоре, парень остановился и тяжело вздохнул. У него был очень уставший вид.

То же самое он мог сказать и о своем отце. Но и неудивительно, если вспомнить недавние события.

– Иджекиил, – его кто-то окликнул.

Парень повернул голову и увидел Дженит, тихо стоявшую в другом конце темного коридора.

– Дженит.

– Ты вернулся?

Он уже давно не видел Дженит вне ее комнаты. После смерти графини Розалии оттуда доносились рыдания, каждый раз как он проходил мимо. Но Иджекиил уже давно не появлялся в поместье, так что плохо представлял, как изменилось ее состояние.

– Да. Подумал, что меня давно здесь не было. Но завтра мне опять придется уехать.

– Ты снова уезжаешь?.. – тихо произнесла Дженит.

В ее голосе прозвучали странные нотки, которые заставили Иджекиила пристально взглянуть на ее лицо. Однако то ли из-за тусклого света, то ли из-за усталости, ему не удалось понять, что это было за выражение.

– Дженит?

– Нет, ничего. Раз ты завтра снова уезжаешь, тебе стоит сегодня хорошенько отдохнуть, – после небольшой паузы наконец прошептала она.

– Ты права. Сама тоже не засиживайся.

– Хорошо. Спокойной ночи.

Иджекиил больше ничего не сказал и ушел первым, оставив Дженит в коридоре. Девушка слушала звук удалявшихся шагов, гулко раздававшихся в тяжелой тишине. Вскоре и этот звук стих, и Дженит осталась в полном одиночестве. Ее нежные, как роза, губы были сжаты в тонкую полоску, выражая недовольство.

Раньше он бы присмотрелся к ней внимательнее. Спросил бы, что случилось, попытался бы утешить. Но Дженит знала, почему Иджекиил не заботился о ее чувствах, как прежде. Он каждый день выезжал за пределы герцогства, чтобы найти принцессу Атанасию. Его сердце уже принадлежало принцессе, и в нем не было места ни для кого другого.

Дженит с щемящим сердцем вернулась в комнату. Ее приветствовал лившийся из окна лунный свет.

Как бы отреагировал Иджекиил, если бы узнал, что в этой самой комнате всего несколько часов назад находилась та, кого он так отчаянно искал? Дженит чувствовала вину за то, что утаивала от него столь важный факт. Но сама Атанасия попросила ее никому ничего не говорить…

Дженит, что-то недовольно бормоча себе под нос, подошла к кровати. На белом покрывале лежал браслет из переплетенных нитей. Девушка бережно взяла его в руки. Это было очень простое украшение, но оно все равно нравилось ей. Ведь это подарок принцессы.

Вспомнив об их прогулке, Дженит почувствовала прилив всепоглощающего счастья. В последнее время это чувство посещало ее все чаще. Время, проведенное с принцессой, всегда было источником волшебной радости.

Ей очень нравилась принцесса. Она была такой доброй и милой. Она всегда появлялась именно тогда, когда Дженит было особенно грустно, и утешала ее. В те моменты, когда она отчаянно нуждалась в чьем-то тепле, принцесса была рядом.

Дженит легла на кровать, продолжая сжимать в руке подаренный браслет.

Она не могла нарушить обещания, данного принцессе. Как бы ей ни было жаль Иджекиила, она не могла сказать ему, что Атанасия все это время была ближе, чем он думал. И тогда… Принцесса будет принадлежать только ей, да? Она сама говорила, что после того, как сбежала из дворца, не могла ни на кого положиться, так что…

Ах… Что это за чувство? Такое ощущение, что они с принцессой теперь стали гораздо ближе. От этой мысли у Дженит в животе запорхали бабочки, и девушка улыбнулась. В свете луны ее глаза засверкали.

Что вчера, что сегодня была удивительно прекрасная ночь.

Ночь, в которую никто не спал.

Часть 13

Возвращение

– Птицы Цин особенно любят это фруктовое лакомство. Именно его я использую, чтобы их тренировать… бла-бла-бла.

– Ах, правда?

– Если купите две упаковки, третью получите в подарок!

Я снова пришла в птичий магазин, где хозяин рассказывал мне о синих птицах. Я думала, что во время фестиваля появятся новые лавки, и не ошиблась.

– Иногда у них зудят крылья, а то и вовсе бывают травмы. В таком случае рекомендую использовать специальное масло… Кстати, на него у нас сегодня тоже скидки… Бла-бла-бла... Особая скидка, только сейчас.

Кхм, почему у меня такое ощущение, что он не столько знаниями делился, сколько свои товары толкал?.. Я ведь спросила, как он тренировал птиц, а он давай мне рассказывать о разных товарах!

– Я не брала с собой сегодня денег.

– Ах, вот как? Могли бы и раньше сказать.

Стоило мне сказать, что у меня не было денег, как владелец лавки отошел от меня. Эй, дяденька? По-вашему, так надо обращаться с потенциальными клиентами?

– Добро пожаловать! Вас интересуют попугаи? – Продавец переключил внимание на других посетителей, и я ушла. Хоть я и преуспела в «моментальной пластической хирургии» и могла спокойно перемещаться по Обелии, никто не чувствовал моего обаяния принцессы. Ах. Вроде и хорошо, но одновременно грустно…

– Ах, смотрите! Дворцовые врата открылись!

– Уже? Идем быстрее!

– Подождите меня!

На улицах тут же поднялся шум. Пришло время парада в честь основания империи. Клод наконец-то вышел за пределы дворца.

Все были взволнованы, ведь им выпала редкая возможность вблизи увидеть императорскую семью. Я отошла от взбудораженной толпы, затем поднялась на крышу и наблюдала за огромной процессией, шествовавшей от самого дворца.

Да, масштаб мероприятия поражал воображение! По обе стороны процессии выстроились рыцари. Судя по всему, они принадлежали Императорскому ордену. Их отличала особая форма, а задача заключалась в том, чтобы не подпускать восторженных зрителей.

Интересно, Феликс тоже был там? Ой, а что это за лепестки, танцевавшие в воздухе? Магия, наверное.

Вскоре в самом центре колонны я заметила человека неописуемой красоты. Я была слишком далеко, чтобы рассмотреть черты его лица. Но эти сверкающие золотые волосы могли принадлежать лишь Клоду.

Он и правда пришел. Он что, вот так все два часа и будет идти? Клод умел терпеть неудобства, но я все равно не смогла сдержать смешок. Да, трудно быть императором. Не было у него времени на приятное житье-бытье.

– Может, мне пока их навестить?

Я давно не видела Клода, пусть и издалека. Сердце болезненно сжалось. Если я не сделаю этого сейчас, кто знает, когда мне еще выпадет такая возможность. Я бросила последний взгляд на шествие с высоты крыши, обдуваемой ветром, и щелкнула пальцами.

Вшух!

Открыла я глаза. До боли знакомая обстановка. Ах, как же давно я не была в Изумрудном дворце.

– В-ваше высочество!

– Лили!

А-а-а! Это же Лили-и-и! Как я давно ее не видела! Она сидела на диване и удивленно распахнула глаза при моем неожиданном появлении. Лили, наверное, вся испереживалась? Я так соскучилась, Лили-и-и-и!

Со слезами на глазах я бросилась к ней. Но трогательное воссоединение прошло не совсем так, как я ожидала.

– А вот и ты.

– Ой!

За моей спиной раздался низкий голос, и я замерла, как вкопанная, на полпути к Лили.

– Ваше высочество…

Я посмотрела внимательнее и поняла, что Лили не удобно устроилась на диване, а сидела так, словно ее что-то держало. Я медленно, как сломанный механизм, повернула голову.

– Я тоже сделал ставку на День основания империи.

Как только я повернулась, в поле моего зрения оказался Клод. Он сидел на стуле в углу комнаты, подперев подбородок рукой, и наблюдал за мной. Когда наши взгляды пересеклись, я перестала дышать и замерла, как статуя.

Как странно… Передо мной же сейчас сидел Клод? Но я готова была поклясться, что только что он шагал в центре шествия в честь праздника?

Заметив мое потрясение, он спокойно сказал:

– Я предполагал, что ты хотя бы раз придешь сюда, когда меня не будет во дворце.

Я вздрогнула оттого, что Клод смог предсказать мои действия.

– Н-но я видела тебя в г-городе…

– То был мой двойник.

Ах! Двойник? Он сказал «двойник»?! Я стояла, как дура, с отвисшей челюстью. Но это было вполне логично. На таком масштабном мероприятии двойник явно не помешал бы. Кроме того, Клод терпеть не мог показываться на публике. Но… мне-то что теперь делать?

Голова отказывалась нормально работать, но я подняла руку. Пора делать ноги.

Щелк!

Открыв глаза, я рассчитывала увидеть перед собой ставшее привычным тростниковое поле… Так почему я все еще находилась в Изумрудном дворце?!

– Здесь установлен барьер против магии.

Из горла Клода, наблюдавшего за моими потугами, вырвался смешок. На его лице читалось: «Я тебя проучу», и мне сделалось не на шутку дурно.

Глава 109

– Этот барьер стоит не только в Изумрудном дворце, а на всей территории императорского дворца. Я не ожидал, что ты появишься в Гранатовом, поэтому у тебя получилось улизнуть в прошлый раз. В этот раз тебе это не удастся.

Ха! Я, конечно, не знала, какое именно заклинание он использовал, но оно действовало не только здесь. То бишь он знал, что я приду навестить Лили? Вот же хитрец!

Вуш!

Когда Клод махнул рукой, с пола начали подниматься лучи света. Они образовали светящийся круг. Я оказалась в ловушке, как мышь в мышеловке, и в панике снова щелкнула пальцами.

– Принцесса, подождите!..

Узнавший о моем возвращении Феликс ворвался в комнату и попытался остановить меня. Но я уже воспользовалась магией. Хотя снова ничего не произошло.

– Ваше величество!

Кап.

Нет, кое-что все же произошло. Услышав крик Феликса, я взглянула на Клода и была поражена, увидев кровь, стекавшую по его подбородку. Однако Клод просто вытер уголок рта тыльной стороной ладони, равнодушно взглянул на красное пятно и холодно произнес:

– Я знал, что это заклинание – настоящий мусор, но не думал, что оно настолько бесполезное.

– Ваше величество, вы в порядке?!

Никто из нас не мог скрыть своего волнения за Клода. Спокойным оставался лишь он сам. Когда он перевел свой безмятежный взгляд на меня, я вздрогнула. Мои руки задрожали.

– Внутри барьера никто не сможет использовать магию, но вся сила заклинания ложится на того, кто воздвиг барьер. Трудно сказать, с какой целью его разработали. Но, учитывая побочный эффект, неудивительно, что эта техника почти мертва. Иными словами, как видите, любое заклинание, наложенное внутри барьера, бьет непосредственно по мне.

Феликс встревоженно закричал: «Ваше величество, надо было сразу объяснить это принцессе Атанасии!» Но Клод даже не взглянул в его сторону. С момента моего появления все его внимание было приковано ко мне. Я тоже замерла и смотрела на Клода.

– Если ты хочешь, чтобы я и дальше кашлял кровью, то можешь попробовать при помощи магии сбежать отсюда или же напасть на меня.

Услышав его слова, я глубоко вздохнула. Это он к чему?.. А что, если я действительно скажу: «Истекай кровью, мне плевать!» Или он думал, что это меня остановит? Что я не решусь действовать, боясь навредить ему?

Что бы он там ни думал, стоило мне увидеть его кровь, как я тут же застыла на месте, не в силах даже пальцем пошевелить. Перед глазами промелькнула та ситуация в спальне, когда Клод кашлял кровью из-за последствий магического взрыва.

Я закусила губу, понимая, что напугана больше, чем думала. Я действовала опрометчиво, пребывая в полной уверенности, что смогу в любой момент сбежать. Но я не могла продолжать попытки, если это означало, что мои действия навредят Клоду.

В каком-то смысле он выбрал идеального заложника, чтобы остановить меня.

Пока я об этом размышляла, мне пришло в голову кое-что еще. Если Клод собирался просто убить меня, зачем идти на подобное? Почему он использовал заклинание, которое так вредило самому магу? Неужели Клод был настолько уверен, что я не захочу использовать магию при таком раскладе?

Глядя на него, было трудно в это поверить. Этим заклинанием он подвергал свою жизнь большой опасности. В Арланте мне попадались самые разные книги о магии, так что я знала, что есть множество других способов нападения и захвата врагов.

Я оглянулась: Лили тоже смотрела на Клода со странным выражением лица.

– Если ты снова исчезнешь… – Клод заговорил еще тише, чем раньше. От окончания этой фразы воздух с шумом вырвался из моих легких: —…я велю каждый день казнить по тысяче жителей империи. Их тела разрежут на шесть частей и выставят на главной площади.

Я ошарашенно уставилась на Клода. Взглянув в его глаза, я поняла, что он не шутит.

Н-но подождите! Он правда собирался убивать своих же подданных? Я в ужасе взглянула на Лили, но Клод снова забормотал, словно вбивая последний гвоздь в крышку гроба:

– Я не шучу. Так что если ты не хочешь, чтобы Обелия превратилась в гигантское кладбище…

– Ваше величество, так нельзя! – Феликс больше не мог молча наблюдать за происходящим. – Почему вы снова угрожаете принцессе? Вы только больше ее расстраиваете!

Ха! Наш солнечный мальчик Феликс изменился! Он сказал это, прекрасно понимая, что может поплатиться за такие слова жизнью. Естественно, Клод теперь взглянул на него.

– От таких угроз даже я триста раз захочу сбежать!

Чем больше я это все слушала, тем больше диву давалась… Если бы Клод действительно собирался меня убить, Феликс не стал бы говорить подобное. И Лили до сих пор молчала.

– Разве вы не хотели сказать принцессе что-то еще?

Если честно, я не до конца понимала: Феликс так отчаянно взывал к Клоду или ко мне. С одной стороны, он будто бы пытался убедить его опомниться и сделать что-то конкретное. С другой – просил меня не убегать, ведь Клод сказал не то, что собирался.

Клод, хмуро глядя на меня, наконец снова заговорил:

– Вы все, вон отсюда.

Я вздрогнула от его слов. Когда он говорил в таком тоне, следовало подчиниться. Можно я тоже пойду вместе с Феликсом и Лили? Эх, но меня этот приказ точно не касался…

Однако ни Феликс, ни Лили не сдвинулись с места.

– Принцесса, если вы хотите, чтобы я остался, я не уйду.

– Я тоже останусь.

К-кажется, Феликс и Лили дружно сошли с ума! Они смотрели на меня с абсолютной решимостью. Я была тронута этим, но Клод опять нахмурился и повысил голос:

– Вы оставите нас, если я поклянусь, что не убью ее?

Я бросила на него быстрый взгляд, затем посмотрела на Лили и Феликса.

– Все нормально. Если он попытается меня убить, я закричу.

Кхм… Это, мягко говоря, странно. Они ушли не сразу, пару раз переспросив, уверена ли я.

В комнате с магическим барьером остались только мы двое.

Клод, все это время кривился, будто все это его крайне не устраивало. Наконец он поднялся со стула. Я сделала несколько шагов назад и сказала:

– Извините, но я попрошу вас не приближаться ко мне.

Клод остановился.

В этот момент что-то изменилось. Я со странным чувством взглянула в его глаза, в которых плескалась неописуемая смесь эмоций. С-странно. У мужчины было то же холодное и равнодушное лицо, как раньше. Но почему у меня возникло ощущение, будто передо мной стоял брошенный щенок?

Клод замер и не сдвинулся с места ни на миллиметр. На мгновение повисло неловкое молчание. Наконец он разомкнул губы и мягко спросил:

– Как твои дела?

А? С чего это вдруг такой будничный вопрос? Он что-то не то съел? Я отвела взгляд и буркнула ответ. Слетевшие с моих губ слова прозвучали куда страннее, чем я рассчитывала, и я внутренне скривилась от стыда:

– Да так, гуляла много…

– Где?

– Куда ноги заводили, там и гуляла. И в горах, и у рек…

– Видео с дебютантского бала разослали во все уголки империи, так почему же никто тебя не видел?

Ах, значит, то была запись с дебюта?

– Ну, я использовала магию…

– У тебя же не было с собой денег?

– Ну, их я тоже с помощью ма… Нет, забудьте, это коммерческая тайна!

Божечки, я чуть сама себя с потрохами и не сдала! Я же фальшивомонетчица! Я сделала вид, что не замечала пристального взгляда Клода, и посмотрела куда-то в сторону.

– Вот как. Мне было интересно, голодаешь ли ты за пределами дворца, но, похоже, это не твой случай.

Когда я услышала его тихие слова, то снова уставилась на Клода. Мы какое-то время молча рассматривали друг друга. Сейчас он выглядел гораздо бледнее и изможденнее, чем во время нашей последней встречи.

И кто из нас двоих тут голодал? Однако он все еще оставался Клодом: он стоял ровно, словно у него только что не текла кровь изо рта. Я продолжала молча смотреть на него, а затем нерешительно произнесла:

– Вы же говорили, что вы мне не отец.

– Верно. Я тебе не отец, – на мой вопрос последовал спокойный ответ.

– Тогда зачем? – пока я смотрела ему в глаза, во мне поднималась целая буря эмоций. Теперь вопрос стал почти шепотом: – Зачем ты притворяешься моим папой, если не считаешь себя им?

Его вопросы звучали так, словно он переживал за меня и искал меня вовсе не для того, чтобы убить…

На этот раз ответу предшествовало довольно длительное молчание.

– Я сам не знаю, – я молча наблюдала за Клодом. Его рот сперва превратился в тонкую линию, он словно стиснул зубы, а затем продолжил уже с совсем другим взглядом: – Я странно себя чувствую всякий раз, как думаю о тебе.

– Или когда ты делаешь вот такое лицо.

Я не знала, какое у меня было выражение лица, но от вида Клода мне стало не по себе. Он выглядел так, словно проглотил сотню иголок.

– И я не знаю, почему я так себя чувствую.

Клод сильно сжал руки в кулаки.

Глава 110

– Я до сих пор не могу вспомнить тебя, поэтому и не могу стать тем, кого ты хочешь видеть.

Это прозвучало крайне печально…

– Может, я до конца своих дней не вспомню.

…и мне показалось, что такое развитие событий тревожило и пугало самого Клода не меньше, чем меня.

– И все же…

Клод замолчал, снова стиснул зубы и наконец процедил:

– И все же я не могу позволить тебе уйти, – в его глазах снова промелькнул жуткий холод. – Я больше не желаю слышать твоего «Прощай».

Он явно вспомнил, как я уже дважды ускользала от него. Воздух вокруг него словно похолодел. Голос Клода, пронзивший мои уши, был жестким. Но я больше не боялась его угроз. Я даже перестала беспокоиться о том, что он может убить меня или кого-то еще.

Хм… Он использовал в своем доме заклинание, которое ему самому же вредило. И сейчас, когда я попросила его не приближаться ко мне, он остановился и даже пальцем меня не тронул… Его слова и действия противоречили друг другу. И буквально только что он говорил такие странные вещи…

– Как это понимать? – я просто не смогла сдержаться. – Ты серьезно?..

Ну что за дела… Он сам-то хоть понимал, что говорит?

– Что это значит?..

Я не ослышалась? Его слова можно было истолковать так, словно он хотел, чтобы я осталась с ним… Словно он говорил: «Не уходи, останься здесь».

– Почему ты мне это говоришь?

Мой голос дрожал от переполнявших меня эмоций. В горле стоял ком. Клод тоже переменился в лице. Он издал какой-то странный звук, похожий на смесь стона и выдоха, словно он задыхался, а затем хрипло произнес:

– Должно быть, я схожу с ума.

Его губы продолжали шевелиться, но не издали ни звука. Словно у него закончились слова. Через какое-то время ему все же удалось кое-что из себя выдавить:

– Не плачь.

Но было уже поздно.

– У-у-у…

Я даже сама не заметила, что образ Клода стал расплываться, и я разревелась.

– Я тебя ненавижу… Хнык. Папа, я тебя ненавижу… – вся та грусть, которую я так долго сдерживала, вылилась наружу. – Так ненавижу… У-у-у.

Я совсем не это хотела сказать, но слово «ненавижу» безостановочно срывалось с моих губ. Как только по моим щекам потекли слезы, Клод замер с ошеломленным выражением лица. Увидев это, слезы полились еще сильнее, и их было не остановить.

– У-у-у… Ты и себя совсем забыл.

Я сама этого не хотела… Я не хотела устраивать сцену, не хотела выглядеть как капризная девчонка. Но остановиться не могла.

– И грозишься убить меня при каждой встрече…

– Ты действительно пытался убить меня…

Я бы сдержалась, если бы Клод все еще был одержим этой идеей. Но сейчас он даже не пытался меня убить, но снова начал сыпать угрозами, теперь уже за мой побег. Эмоции хлынули, как лавина.

Я подняла руку, чтобы вытереть слезы, и пробормотала что-то совсем бессмысленное.

– К-как дурак…

Наверное, это мое наказание.

– Как дурак рискнул своей жизнью, чтобы спасти меня…

Все потому, что я не послушалась Лукаса. И в результате моей глупости Черныш исчез, а Клод оказался в такой ситуации.

– Я так сильно боялась, что ты не поправишься, у-у-у… Я так испугалась.

Я слишком полагалась на содержание романа. Мне даже не приходило в голову, что Клод может пострадать или тем более умереть. Я беспокоилась только о себе. Я бы никогда не подумала, что этот человек, такой холодный и отстраненный, вдруг пострадает из-за меня.

– Так тебя ненавижу…

Да, я была дурой. На самом деле я ненавидела не его, а себя. Только сейчас я осознала, насколько сильно ему навредила. Я вела себя как ребенок. Потому что знала: он все равно примет меня.

Для Клода я всегда была Атанасией, его маленькой дочкой.

Я не хотела, чтобы кто-нибудь увидел, как я плачу, и яростно терла глаза, но слезы продолжали катиться градом.

А ведь я впервые так отрыто плакала перед Клодом в сознательном возрасте. Как же мне это не нравилось. Что я вытворяла? Похоже, я действительно стала ребенком за то время, что находилась в этом теле. Стояла вся в слезах и соплях, говорила глупости. Сама на себя не похожа. Наверняка со стороны я выглядела смешно.

Тем не менее, слова, столь долго зревшие внутри меня, теперь прорвались и против моей воли выплескивались наружу. Я действительно это все ненавижу… Наверное, я сейчас такая страшненькая. Я не хотела плакать. Но я не могла себя контролировать.

Мне казалось, что мое тело разорвет на куски… Оно разлетится и развеется пылью по ветру. Вот поэтому я и не хотела никого к себе подпускать. Вот почему я была готова отрицать это даже на смертном одре…

– У-у-у, это я виновата…

Остатки моего бараньего упрямства испарились, полностью разрушили мою защитную оболочку. И я, задыхаясь от слез, принялась извиняться перед Клодом.

– Я б-была неправа… Хнык. Я больше т-так не буду…

– …

– П-поэтому… Поэтому…

Я не уверена, что хотела, чтобы он знал, в каком я отчаянии. Но сейчас мне было плевать. Ситуация хуже стать уже не могла. А даже если и станет – пускай. Мне будет больно, но пусть он даже не будет считать меня своей дочерью.

Поэтому… Поэтому…

Топ.

Слезы застилали мне обзор, но я видела, как Клод, до сих пор стоявший неподвижно, медленно шагнул ко мне. Когда он приблизился, то нерешительно поднял руку. Она замерла в воздухе. Его взгляд был прикован ко мне, заплаканной и дрожавшей.

– Я… – тяжело дыша, прошептал Клод. – Я не должен был так поступать с тобой. Прости.

Я была так поражена его словами, что даже перестала плакать. И хоть из нас двоих именно я заливалась слезами, Клод выглядел гораздо хуже меня. Со стороны можно было подумать, что я его мучила.

После этого его рука продолжила тянуться ко мне.

– Поэтому не делай такое лицо.

Почему-то эта просьба, произнесенная сдавленным голосом, прозвучала как мольба. Нерешительно, словно не зная, имеет ли право касаться меня, он все же дотронулся до моего лица.

– Прошу.

Пока Клод не засомневался еще больше, я не стерпела и просто упала в его объятия. Когда я прижалась к его груди, он тут же напрягся. Мои слезы насквозь промочили его одежду.

В тот момент, когда на мою спину легло что-то тяжелое, я заплакала с новой силой.

– Ах, папа…

– Да.

– Папа…

– Да.

Он ведь ясно дал мне понять, что человек, потерявший память, не был моим отцом. Но все равно отзывался, когда я его так называла.

Слезы долго не останавливались. Наверное, потому что я так долго не давала им волю.

От Клода исходил знакомый до боли запах. Тепло, окутывавшее мою спину, словно шептало мне, что я могу остаться, что я это заслужила. И только сейчас, уткнувшись в его грудь, я поняла, что мы снова встретились.

Ах, я снова дома. Дома, где тот, по кому я так скучала. Он нежно похлопывал меня по спине, и мы стояли так до тех пор, пока мои слезы не иссякли.

– Лили, а ты знала, что это за барьер?

Той ночью я впервые за долгое время готовилась ко сну в Изумрудном дворце в компании Лили. Ее глаза все еще влажно блестели, ведь она буквально только что плакала во время нашего разговора. Мои глаза были не лучше – они покраснели и распухли от всех тех слез, что я пролила по прибытии сюда.

– Его величество каждый день ходил смотреть на ваш совместный портрет, – Лили накрыла меня одеялом и тепло улыбнулась. – А когда он этого не делал, то смотрел на видеошар.

Я прикрыла глаза, чувствуя теплое прикосновение. Передо мной все еще стоял образ Клода, но он начал медленно таять.

– Он ничего не говорил, но жалел о содеянном и очень страдал.

Как и сказала Лили, Клод выглядел так, словно мог в любой момент хлопнуться в обморок. А он, дурак такой, еще и заклинанием воспользовался, от которого у него пошла кровь.

– Конечно, я была предельно зла на его величество. Ведь на всем свете нет никого дороже вас.

– Ну, все произошло именно из-за меня, так что…

Я шмыгнула носом, чувствуя ее теплые прикосновения. К глазам снова подступали слезы.

– Но я всегда знала, что он никогда не сможет причинить вам вред.

Теплые руки продолжали касаться меня, словно успокаивая. И тут я поняла, что за пределами дома не проспала ни одной ночи спокойно. Мои веки начали понемногу тяжелеть.

– Хорошенько отдохните, дорогая принцесса.

Слушая этот мягкий любящий голос, что шептал мне ласковые слова, я закрыла глаза.

Той ночью я сладко спала, как младенец, и ни разу не проснулась.

Глава 111

– Что это за письмо?

Через несколько дней Клод лично пришел в Изумрудный дворец.

– А, ты пришел.

Я встретила его в розарии, где мы обычно пили чай.

– Приглашение на чаепитие, – произнесла я совершенно будничным тоном, словно это было очевидно. Бровь Клода вопросительно изогнулась. – Я пригласила тебя выпить чаю, и ты пришел в мой сад.

Это ведь было так просто, правда? Я проигнорировала удивление Клода. На его лице было крупными буквами написано: «Ага, будто бы я не догадался». Я снова не обратила на это внимание и предложила ему сесть напротив меня:

– Присаживайся. А то у меня уже шея затекла на тебя снизу вверх смотреть.

Клод посмотрел на меня прищуренными глазами, а затем сел на предложенное место, словно ему не оставалось ничего другого.

– Какое-то знакомое место. Я здесь часто бывал?

Над нашими головами шелестели зеленые листья. Я лично наливала ему чай, пока он сидел в тени и оглядывался по сторонам.

– Ты раньше приходил раза три-четыре в неделю.

Чай тонкой и ароматной струйкой лился в чашку. В прошлый раз, когда я была здесь одна, я наливала его довольно агрессивно, но теперь хотела показать, что могу делать это изящно.

– Это чай Липпе. Я сама его сегодня заварила.

Я поставила чашку прямо перед Клодом. Сегодня я специально попросила горничных принести все для чаепития и оставить нас одних. В саду вокруг нас витал аромат цветов и чая.

Клод какое-то время молча рассматривал чашку и протянул к ней руку. Я спокойно наблюдала за тем, как он подносил ее ко рту. Он сделал глоток. Увидев это, я спросила:

– Почему ты так просто взял и выпил? А если бы я отравила чай?

Я задала такой странный вопрос, повинуясь неожиданному импульсу. Клод безмятежно задал встречный вопрос:

– Ты его отравила?

– Нет! Зачем бы мне подобное делать?

– Значит, все нормально.

Все нормально? А если бы я была настоящей злодейкой и правда подсыпала яда? Он же сам говорил, что не помнит меня! Как можно было так слепо принимать то, что я даю?

– Пап, но я ведь для тебя чужой человек. Не нужно ли быть осторожнее?

Я-то знала, что такое ужасный характер, поэтому и спрашивала. Клод уставился на меня, не говоря ни слова. Его глаза ярко сияли из тени.

– Не знаю, – через какое-то время произнес он.

Его ответ был крайне расплывчатым. Он не знал, надо ли ему быть осторожнее? Или же не знал, почему я вообще задала такой вопрос? Или и то, и другое? Его следующие слова заставили меня опустить чашку:

– Но даже если бы в чае был яд, я бы все равно его выпил.

– Почему?

– Потому что мне его дала ты.

Я потеряла дар речи, но и сам Клод переменился в лице, словно поверить не мог в то, что он это сказал.

– Что за бред я несу?..

М-мне-то откуда знать? Похоже, это было что-то бессознательное. Клод выглядел так, словно услышал несусветную чепуху. Как будто мимо нас пробежал какой-то безумец, наговорил бреда и убежал. Но самое забавное, что этим безумцем был сам Клод.

Я не знала, что сказать, и крепче сжала чашку в руках, задумчиво постукивая по ней пальцами.

– Я бы не стала пить, если бы ты дал мне отравленный чай.

Конечно, я понимала, что Клод не собирается меня травить. Но в этот момент мне было не по себе, и я решила, что должна это сказать вслух, чем позволить тревоге взять верх.

– Сколько раз мне нужно повторить, что я не стану тебя убивать, чтобы ты мне поверила? – Клод нахмурился, явно считая, что я все еще сомневаюсь. – Если я снова сойду с ума и попытаюсь тебя убить…

Он тоже поставил чашку на стол и нахмурился.

– Тогда беги.

Я напряглась. Он же сам мне говорил никуда не уходить?

– Да, я этого не хочу… – пока он продолжал говорить, мне нестерпимо захотелось взять его за руку. – Но лучше так. Лучше так, чем твоя смерть от моей руки.

– Какие странные вещи ты говоришь.

– Знаю, – Клод нахмурился, словно снова сказал нечто безумное, и отпил еще чая.

Над нами запела какая-то птица. Я рассмеялась над своим глупым папой, но одновременно мне захотелось плакать.

– Ах!

Я проснулась посреди ночи. Стояла кромешная тьма, в которой слышался только звук моего тяжелого дыхания. Похоже, мне приснился кошмар.

Я знала это, но не могла вспомнить, что именно видела. Однако страх, оставленный сном, ощущался слишком ярко. Некоторое время я неподвижно сидела на кровати, а затем резко встала.

– Ой, принцесса! Почему вы вышли в такой час? Не спится?

На выходе из комнаты и случайно столкнулась с Лили, которая шла по коридору с подносом в руках. Хоть было уже довольно поздно, она все еще не спала.

– Сон, мне приснился сон.

– Что?

– Мне нужно к папе.

Глаза Лили удивленно расширились от моих неожиданных слов. Но я больше ничего не сказала и продолжила свой путь.

– Принцесса, почему вы так неожиданно?.. – Лили осеклась, увидев мое выражение лица. Она последовала за мной: – Ночи уже холодные, поэтому накиньте это.

Лили поставила поднос, который держала в руках, стянула с плеч шаль и протянула мне.

– Боже, принцесса. В чем дело?

– Куда вы идете в такой час?..

Горничные, которые еще не спали, были удивлены увидеть меня так поздно.

– Принцесса идет к его величеству.

Услышав слова Лили, девушки склонили головы и молча вернулись к своим делам.

Я покинула Изумрудный дворец и направилась в Гранатовый. К нам с Лили присоединились рыцари, которых Клод недавно приставил ко дворцу. Я просила Клода снять опасный магический барьер, но он наотрез отказался. Он будто бы опасался, что я сбегу, стоило ему только отвернуться. Поэтому я не могла телепортироваться к нему напрямую.

К счастью, он не спал.

– Ты нечасто так внезапно здесь появляешься.

Клод сидел за документами и вопросительно поднял бровь, когда я вошла. Он не ожидал увидеть меня в кабинете в такой час. В последнее время он стал лучше питаться и больше спать. Сейчас он выглядел гораздо лучше, чем раньше.

Убедившись, что с Клодом все в порядке, я почувствовала, как страх начал отступать.

– Эм… Я неожиданно проснулась, и мне резко захотелось тебя увидеть, – я не стала скрывать причину своего странного визита.

Но почему-то лицо Клода постепенно становилось все более обеспокоенным. Наверное, со стороны выглядело несколько странно, если бы я тут же развернулась и ушла. Но я выполнила свою задачу, поэтому направилась к двери.

– Я тебя увидела, так что вернусь к себе.

– Постой.

Мне показалось, что я услышала его тихий голос, и вскоре надо мной показалась тень. Клод подошел ко мне и смотрел на меня сверху вниз.

– Ты…

Он осекся, не найдя подходящих слов.

– Атанасия, – вскоре он снова тихо позвал меня.

Звук моего имени растворился в комнате. Над головой послышался вздох, а затем мое тело неожиданно оказалось в воздухе.

– Ты всегда совершаешь такие странные поступки.

Клод вдруг поднял меня на руки, и я широко распахнула глаза. Услышав его грустные слова, я возмутилась:

– А сам-то? Кто просил тебя это делать?

– Ты заразила меня своей странностью. Очевидно же.

Кхм. Туше. Я действительно ворвалась в его кабинет посреди ночи. Я взглянула на Клода, и от выражения его лица мне стало еще больше не по себе. Крайне неловко. Клод последний раз носил меня на руках в детстве… Да еще и как принцессу меня держал! Ох!

Клод одним взглядом отогнал людей от двери и вышел в коридор, продолжая нести меня. Мне было очень неловко просить его опустить меня, поэтому я просто цеплялась за него.

– Сегодня, и только сегодня, я присмотрю за тобой. Спи спокойно.

Клод вошел в спальню, положил меня на кровать и даже накрыл одеялом. Он произнес это тоном, не терпящим возражений, из-за чего я надулась.

– Я что, малый ребенок, который боится спать в одиночестве из-за кошмаров?

Кхм. Но я п-правда пришла к нему из-за кошмара, хоть гордость и не позволяла мне это признать открыто. Но один единственный смешок Клода стер мою гордость в порошок.

Глава 112

– Хочешь сказать, что я не прав?

В-вот же ж!

Когда я накрылась с головой одеялом и задрожала от негодования, Клод лишь цокнул языком.

– Не думай о всяких глупостях. Спи.

На мою голову легла большая ладонь, и я замерла. Когда ладонь начала неуклюже меня гладить, я окончательно расслабилась. Клод планировал остаться рядом со мной до тех пор, пока я не засну.

– Я… – тихо прошептала я. – Я так соскучилась по маме.

Рука, гладившая меня по голове, остановилась. Я закрыла глаза и вслушалась в тишину.

Через какое-то время поглаживания возобновились. Клод ответил. В темной комнате слышалось лишь наше дыхание и шорох ткани. Лунный свет, струившийся в комнату из окна, залил половину его лица белым.

Много позже, когда он думал, что я уже заснула, он прошептал:

– Я тоже.

Той ночью ни он, ни я не могли спокойно заснуть.

Чирик-чирик.

– М?

Меня разбудило щебетание птиц за окном. Я открыла глаза и в полусонном состоянии не сразу поняла, где нахожусь. Обстановка казалась незнакомой. Проморгавшись, я наконец вспомнила события прошлой ночи.

Точно. Я ночевала в Гранатовом дворце. Кровать оказалась удобнее, чем я ожидала, так что, сама того не осознавая, я хорошо поспала. Я скинула с себя одеяло и села.

За окном ярко светило солнце. Обычно Лили будила меня в одно и то же время, но не сегодня. Я даже не представляла, который сейчас час.

А Клод где? Уже ушел в кабинет? Вчера он правда оставался рядом со мной, пока я не заснула. Наверное, после этого он вернулся к работе. Вчера я отвлекла его.

Сидя на кровати и осматриваясь, я заметила на диване знакомую копну золотых волос. Ах, так он не вернулся в кабинет!

Я полностью скинула одеяло и слезла с кровати. Стараясь не шуметь, я тихо подошла к дивану, где лежал Клод. Он крепко спал, и все его тело было залито солнечным светом из окна.

Я опустилась на корточки перед ним и принялась рассматривать лицо мужчины. Хм, похоже, его божественная красота постепенно возвращалась. Раньше на него нельзя было смотреть без содрогания: он выглядел таким изможденным, словно страдал от смертельной болезни. Следы усталости еще сохранялись на его лице, но они придавали ему некий флер грустной привлекательности…

Мне стало гораздо спокойнее, что Клод еще и в весе прибавил, стал больше похож на нормального человека. Ему гораздо больше шло быть пышущим цветком, чем зомби-цветком.

Я молча наблюдала за ним, но в конце концов решилась разбудить и аккуратно ткнула его в щеку пальцем. На ощупь как рисовая булочка! Как паровая рисовая булочка, а не клейкая. Хм, у него не очень мягкая кожа, но эластичная… Почему я вообще так тщательно анализировала кожу Клода?..

– М-м-м.

Вскоре его брови дернулись, и он нахмурился. Ха! Остался всего один тык, и он окончательно проснется! Тык-тык-тык!

Клод медленно открыл глаза и посмотрел на меня.

– Привет, папа.

Под солнечным светом его глаза переливались всеми цветами радуги. Взгляд, будто таивший в себе все тайны мира, становился все более осмысленным. Клод неотрывно смотрел на меня и наконец произнес:

– Да.

На вершине небосклона радостно сияло солнце.

Немного позже мы с Клодом сидели за завтраком, и я решила сбросить бомбу:

– Мне сегодня нужно ненадолго в город.

В этот же момент рука Клода, сжимавшая серебряную вилку, замерла. Я наколола своей вилкой салат и взглянула на него.

– Кто тебе разрешал? – он сверлил меня взглядом, в комнате сразу стало холоднее.

Ох, сколько мне лет и сколько ему? Почему он так остро отреагировал на то, что я просто хотела выйти из дворца? Кхм, наверное, из-за недавних событий. Но тут уж извините, ничего не попишешь.

– Я вернусь. Это ведь мой дом! – с улыбкой произнесла я.

В этот момент взгляд Клода изменился. Его лицо, прежде напоминавшее холодную маску, начало понемногу расслабляться. Он смотрел на меня так, словно никогда прежде не слышал этих слов.

– Поэтому, пап, можешь не переживать. Раз ты меня здесь ждешь, я ни за что не исчезну навсегда, не сказав ни слова.

Ведь я хотела остаться здесь и жить с ним.

– Папа – мой дом, поэтому я обязательно буду к тебе возвращаться.

Клоду было не понять, насколько я волновалась, равно как и я не могла осознать всю глубину его тревоги. Возможно, мы до конца своих жизней этого не поймем. Но это и неважно.

– Так что я скоро вернусь.

Ведь это не изменит того факта, что он мой отец, а я – его дочь. Это не изменится до конца наших жизней.

– Я обещаю, что вернусь.

Помня об этом, я снова широко улыбнулась Клоду, который сейчас выглядел более хрупким, чем когда бы то ни было.

– Леди Магрита.

Небо окрасилось в оранжево-сиреневые тона, когда я пришла навестить Дженит.

– Принцесса! – девушка тут же бросилась ко мне со смесью радости и беспокойства. – Я так за вас волновалась! До меня дошли новости, что его величество перестал вас искать.

Вот оно что! Я даже забыла, что Клод прекратил мои поиски. Ну и славно! Больше не будут везде крутить запись с дебютантского бала.

– Хм. Все прошло лучше, чем ожидалось, – смущенно произнесла я, внутренне плача от облегчения. – И я вернулась во дворец.

Возможно, мои слова были неожиданными, судя по реакции Дженит. Что это за выражение? Я невольно сжала губы, заметив странную эмоцию, затаившуюся в ее синих глазах. Эта эмоция промелькнула в них, словно рябь на воде.

– Здорово.

Но это длилось лишь мгновение. Теперь Дженит держала меня за руки и радостно улыбалась.

– Я так рада за вас. Поздравляю.

Казалось, она была искренне счастлива за меня. На ее лице не было ни капли притворства, поэтому я на мгновение задумалась. Откуда тогда взялось это чувство дискомфорта? Мне просто показалось? Но…

Я отбросила тревоги и решила реализовать задуманное.

– Ну что, идем?

– Что? Куда?

Неужели она забыла о нашей договоренности? Обидно даже как-то.

– Фейерверки смотреть. Они уже скоро начнутся.

Глаза Дженит удивленно распахнулись, и она залилась румянцем. Я с улыбкой на лице взяла девушку за руку и телепортировала нас из поместья герцога Альфиоса. Фейерверк, что мы с ней увидели в тот день, был самым прекрасным в моей жизни.

– Та-дам!

После нашей небольшой прогулки я телепортировалась к Клоду. Я несколько раз просила его снять магический барьер во дворце и теперь могла свободно использовать магию.

– Я дома!

Сегодня он был в своей спальне, а не кабинете. Стоило мне появиться, как Клод тут же взглянул на меня, словно ждал моего возвращения. Какое-то время он ничего не говорил:

– Чем занимался?

– …

– Хм, давай попробую угадать! – я постучала пальцами по губам, делая вид, что серьезно обдумываю этот вопрос, а затем радостно хлопнула в ладоши: – Папа ждал свою лапочку-дочку, которая настолько прекрасна, мила и великолепна, что ничье сердечко не устоит! Динь-динь-динь!

Я была уверена, что он фыркнет и скажет что-то в духе: «Не говори ерунды» или «Ты головой ударилась?», но Клод промолчал. Когда я уже начала переживать, он наконец заговорил:

– Ты правда вернулась.

Услышав этот тихий голос, я замерла, а затем произнесла, как ни в чем не бывало:

– Конечно! Я держу свои обещания! – я озорно улыбнулась и медленно подошла к дивану, на котором сидел Клод: – Пап, а ты знаешь, что такое сахарная вата?

– Сахар растапливают и под действием центробежной силы превращают в тонкие нити, которые затем наматывают на палочку…

Боже, какой серьезный! Я не думала, что он знал про сахарную вату, поэтому и спросила! Она ведь считалась вредной пищей, поэтому во дворец ее не завозили.

– Бу, ну ты и зануда…

– Ты сама меня спросила.

Я сверлила Клода, не оправдавшего моих ожиданий, недовольным взглядом. Он фыркнул, делая то же самое. Тут даже я заметила, как мы с ним похожи.

– Вот, это тебе подарок! – скороговоркой выпалила я и сунула ему в руку то, что прятала за спиной.

Я Ати, фея подарков! Я принесла Клоду сахарной ваты. Однако он очень неодобрительно косился на сладость. Ну что за человек! Как можно было так смотреть на божественную сахарную вату?!

– Обычно я ни с кем не делюсь, но с тобой, папа, готова! Смотри, какая она вкусненькая! Ну вку-у-усненькая же, да? Да?

Я всунула вату в руку Клода. Хи-хи-хи, не думала, что увижу его с облаком ваты в руках.

«Заметность Клода: +/»

«Концентрация Клода повышена на 30 секунд!»

Я все ждала, когда передо мной появится окно уведомлений с подобными сообщениями, но увы.

Глава 113

– Пап, а ты смотрел фейерверки? Они такие красивые. Их наверняка было видно из императорского дворца, – я села рядом с нахмурившимся Клодом, покачивая ногами.

Ах, нет ничего лучше дома. Кстати, из чего сделан этот диван? Такой мягкий. Может, в Изумрудном дворце такой же поставить? Если так подумать, диван, на котором я всегда ждала Клода в кабинете, тоже был очень мягким.

– Давай в следующий раз на них вместе посмотрим? Я знаю местечко, откуда открывается прекрасный вид.

Да. В следующем году ты, Клод, будешь моим партнером по любованию фейерверками!

Почему-то он продолжал молча изучать меня взглядом, но я уже все решила и весело что-то напевала. Вот так прошел еще один день. Постепенно приближался день моего пятнадцатилетия.

– Я почему-то нервничаю…

У меня от волнения начало крутить живот, и вообще мне казалось, что меня вот-вот вывернет.

– Вам не о чем беспокоиться. Нужно лишь помахать рукой, принцесса.

– Именно. Все будут счастливы хотя бы на мгновение вас увидеть.

Лили и Феликс успокаивали меня, как могли, но я не могла не нервничать! Ведь сегодня меня ждало первое появление на публике.

Фестиваль в честь основания империи уже закончился, и я искренне не понимала, почему должна предстать перед народом. Да, изначально я должна была вместе с Клодом проехать по городу во время парада, но тогда он все еще вел на меня охоту… кхм.

Как бы то ни было, я стояла в парадном платье за портьерами и старалась успокоиться. Я никогда до этого не приезжала в этот дворец, поэтому плохо знала его. Каково было мое удивление, когда я увидела, что одна из его террас выходила на городскую площадь!

И вот сейчас портьеры отделяли меня как раз от этой террасы! Снаружи доносился шум, и я разнервничалась еще больше.

– Нужно просто постоять на месте и пару раз махнуть рукой. Что в этом такого? – спросил Клод, словно не мог понять, почему я вообще переживала. От его слов вместо страха во мне проснулся боевой дух. – Нам пора.

Ожидавший рядом слуга открыл портьеры, и Клод первым вышел на террасу.

– Уа-а-а! – по площади пронесся рев.

Ох, вот это реакция.

На самом деле широкая общественность редко видела императора. Максимум на таких мероприятиях, как День основания империи. А сегодня Клод был особенно обаятелен. Как ему удавалось так элегантно управляться со своей мантией? Сколько ни тренируйся – у меня так ни за что не выйдет. Ткань была гораздо тяжелее, чем кажется, и буквально оттягивала мои плечи вниз.

– Принцесса!

Ой, моя очередь! Меня уже позвали, так что мне не оставалось ничего другого, кроме как выйти. Ох, наверное, надо улыбаться? Если я выйду с такой же холодной миной, как Клод, то зрелище отца и дочери точно остудит пыл собравшихся.

– Что ты делаешь?

Что я делаю? Пытаюсь хоть шаг сделать… Но почему-то ноги меня вообще не слушаются. Может, он к этому и привык, но я-то – нет!

– Если бы кто-то увидел тебя сейчас, принял бы за новорожденного жеребенка.

Хо-хо-хо, а у папы-то язык подвешен!

Клод переступил порог террасы и, заметив, что я стою, как вкопанная, раздраженно цокнул языком. Тогда он протянул мне руку:

– Руку.

О-откуда это чувство дежавю? Я будто снова на дебютантском балу. Он тогда точно так же требовал мою руку, словно просил собаку подать лапу… Клод точно память потерял? Или же истинная природа остается неизменной, даже если человек лишился воспоминаний? Значит… Ладно, не будем о моем темном прошлом.

Я надулась, глядя на его протянутую руку, а затем положила на нее свою ладонь – ничего другого мне не оставалось.

– Улыбайся.

С террасы открылся вид на огромную толпу, собравшуюся на главной площади. Я сама не заметила, как нахмурилась, и Клод шепотом сказал мне улыбнуться. Ой, да, надо лицо контролировать!

Я собрала все свои силы, натянула улыбку и неловко помахала. В этот же момент мои барабанные перепонки пронзил оглушительный рев.

– А-А-А-А-А!

– А-а-а! Принцесса! Посмотрите сюда!

– Да здравствует Обелия!

– Да здравствует его императорское величество! Да здравствует принцесса Атанасия!

Ой!

Я была ошеломлена такой восторженной реакцией толпы. Что с ними? Откуда такой ажиотаж? Мне даже неловко стало от такого теплого приема.

– Наверное, это из-за тех видеозаписей? – Феликс и Лили рассмеялись, когда я вернулась внутрь, оставив крики толпы позади. Я была потрясена этими словами: – Многие влюбились в вас, увидев запись с дебютантского бала. Об этом говорили на каждом углу не только Обелии, но и за ее пределами.

– Ваша популярность выросла еще быстрее из-за слухов о том, что вы могущественная волшебница, которая станет преемником его величества.

Ха, а вы слухов не пропускаете, как я смотрю!

Но от услышанного я лишилась дара речи. Я даже не могла себе такое представить – видео со мной отправили в другие страны! Клод только что закончил с официальной частью и, заявив, что ему нужно переговорить со своими подданными, удалился.

– А сколько вообще было сделано видеошаров? И когда вы успели их сделать?

Феликс и Лили дружно принялись смотреть по сторонам, избегая моего взгляда, а затем нехотя ответили:

– Мы ничего не знали. Это все его величество.

Ч-что? Когда он успел их сделать? Если видео с моего дебюта… То наверняка о том, как я отдавила ему ноги во время танца? Но от следующих слов Феликса я замерла:

– Но это еще не все. Хотите посмотреть?

Е-е-еще не все? Что там? Не говорите мне, что видео не только с бала?..

– …там не только мой дебют?

– Верно. Если вам интересно, мы можем…

– Нетушки, мне вообще не интересно.

Ни ка-пель-ки! Но что ж такое?! Клод, ты ужасный человек! Это просто коварный план, чтобы раскрыть мое темное прошлое и опозорить меня!

– Не говорите так. Просто посмотрите…

– Божечки, какой там миленький сверчок! Он ищет свою маму. Надо ему помочь!

Ла-ла-ла, я ничего не слышу. Нет никаких видео со мной. Я бросилась к Изумрудному дворцу, изо всех сил отрицая свою реальность.

– А-а-а!

Я шла довольно долго, как вдруг раздался громкий крик. Я повернула голову в сторону звука.

Четверо человек – мужчины и женщины в одинаковых одеяниях – смотрели на меня с каким-то странным выражением. Эту одежду я узнала сразу: так одевались придворные маги. Давненько я такой не видела. Пока здесь был Лукас, я наблюдала ее каждый день. Мне даже взгрустнулось как-то.

Я предалась мрачным мыслям о Лукасе, но эти четверо снова удивленно заверещали в унисон.

– Мы наконец-то встретились, принцесса-фе-е-е-ея!

– Ой!..

Дилинь!

«Успешная атака «Принцесса-фея»! Вы получили 500 единиц урона!»

Дилинь!

«Ментальный удар нанес 60 % урона психике!»

Дилинь!

«Барабанные перепонки не подлежат восстановлению!»

Дилинь-дилинь-дилинь!

Я потеряла бдительность, когда услышала запретное слово, и пропустила удар!

– Уа-а-а-а-а!

– Хочу подойти поближе!

– И я! И я!

– А-а-а!

Но это был еще не конец. Они закричали и побежали ко мне, словно небольшая группа зомби. Что происходит?! Я испуганно отступила, но Феликс вышел вперед:

– Вам нельзя приближаться к принцессе без разрешения. Пожалуйста, не подходите.

Феликс закрыл меня собой, и я удивилась тому, насколько у него широкая и крепкая спина. Вот он, Кровавый рыцарь! Не зря ему дали такое прозвище! Прости, что я раньше смеялась над тобой, братик Феликс!

Маги, мчавшиеся ко мне, замерли, как вкопанные, испугавшись решимости Феликса.

– П-простите… Мы просто впервые увидели настоящую принцессу так близко и потеряли самообладание…

– Верно. Я каждый день так их полировала, чтобы они сверкали…

– Я каждый день смотрела только на лицо принцессы, пока кровь носом не пойдет…

– Я создавал по пятьдесят копий шара… И за это никаких надбавок…

А, сперва я решила, что это какие-то безумцы, но как только они заговорили о шаре, все встало на свои места. Именно они по просьбе Клода делали видеошары с моим темным прошлым. Но что это с ними? Они смотрели на меня так, будто я была их давнишней подругой. А когда Феликс преградил им дорогу, они чуть было не заплакали от разочарования. Кхм. Я совсем не так представляла себе магов Черной башни…

– Феликс, все нормально.

Мне было любопытно, поэтому я попросила Феликса отойти. Если не считать Лукаса, они были первыми магами башни, которых я видела, и мне хотелось с ними пообщаться. Ну, я, конечно, видела магов, пока гуляла по дворцу, но они всегда держались особняком и вечно о чем-то перешептывались.

Я никогда не вступала с ними в разговор первой, да и они никогда не проявляли ко мне никакого интереса. Поэтому я и удивилась, что маги воодушевились при виде меня.

– Кхм. Я тоже рада нашей встрече. Это ведь вы делали копии тех записей?

Стоило мне к ним обратиться, как маги буквально просияли. Они походили на подсолнухи, повернувшиеся к солнцу.

Глава 114

– Я делал копии видеошаров, пока кровь не начинала идти носом!

– Я делала особые копии, которые отправлялись в другие страны!

– Я накладывала магию сохранения! Чтобы шар не мутнел, и изображение принцессы оставалось четким и безупречным!

– А я отвечал за этих оболтусов, каждый день работал сверхурочно без какой-либо надбавки!

К-какие они энергичные…

– Но принцесса! – обратился ко мне маг номер 1 с сияющими глазами. – Вы правда можете телепортироваться несколько раз за один день?

– Да! Я еще слышала, что вы можете без проблем использовать магию, связывающую места!

– Кто-то из наших видел, как вы пользовались магией внутри дворца!

– Мы даже небольшую искорку с трудом разожжем вне нашей башни!

Под этим пулеметным обстрелом из вопросов я снова растерялась, но зацепилась за одну из фраз и спросила:

– Эм, а что, внутри дворца сложно использовать магию?

Маги только этого и ждали:

– Конечно! По всему дворцу стоят магические ограничители!

– Поэтому мы можем использовать магию только в специальных местах!

– Если же тебе позарез нужно наколдовать что-то, будь готов к смерти! А даже если ты и не умрешь, всю жизнь будешь страдать так, что смерть покажется избавлением!

– Только его величество может без ограничений колдовать во дворце. Именно поэтому все придворные маги работают исключительно в башне!

Я и подумать не могла, что маги бывают такими болтливыми! Я пропускала половину мимо ушей, но от услышанного меня прошиб холодный пот. Погодите, во дворце были ограничители? Но как тогда Лукас колдовал?

– Я впервые вижу, чтобы чья-то магия так неожиданно и сильно пробудилась!

– Верно! Вы стали главной темой обсуждений в нашей башне!

– Тем более что вы даже можете телепортироваться несколько раз в день!

– Принцесса, а вы не хотите посетить башню?

Дилинь!

«Вы получили приглашение в Черную башню. Принять его?»

Я моргнула, и воображаемое диалоговое окно исчезло. Но мне всегда хотелось хотя бы разок побывать в башне, так почему бы и нет?

Дилинь-дилинь!

«Вы приняли приглашение!»

Вот так импульсивно я решила посетить Черную башню.

– …Таким образом, Черная башня досталась нам от великого Черного мага, считавшегося сильнейшим в мире… Бла-бла… Мы стремимся собрать здесь сильнейших магов со всего континента и вернуть башне былую славу… Бла-бла-бла…

Я слушала проводника с таким ощущением, будто он вытягивал из меня душу. Болтливые маги, которых я встретила ранее, убежали за главой башни. В это время ко мне подошел мужчина, представившийся моим проводником, и принялся рассказывать о великой истории этого места.

– А эта ослепительно белоснежная стена была вырезана из мифрила первым главой башни…

Он говорил с такой гордостью, будто я не просто гостья, а ученица, обязанная знать эти факты наизусть. Я больше не могла сдерживаться и задала вопрос, который интересовал меня больше всего:

– Извините, но у меня есть вопрос… Почему она называется Черной башней, когда она вся белоснежная?

Маг тотчас же потрясенно замолк. Я прищурилась. Но правда! Башня называлась черной, но она была белой и внутри, и снаружи! Кое-где виднелись черные элементы, но они больше походили на грязные пятна. Кхм. Я задавалась этим вопросом всякий раз, как видела башню, и даже как-то поинтересовалась у Клода. Но он лишь отмахнулся: «Не знаю и знать не хочу».

Мой проводник, словно ожидая подобного вопроса, перешел в режим «Наша башня самая лучшая!» и начал на все лады нахваливать башню:

– Это все ради наших несравненных магов! Белое и черное есть везде: и в шоколаде, и в шахматах. А противостояние света и тьмы?! Когда глава башни сюда только приехал, он, в погоне за названием «Черная башня», хотел было перекрасить башню в черный цвет. Но в итоге оставил первозданную белизну, и это было чудом! Черное здание угнетало не только тех, кто его видел, но и плохо влияло на психическое состояние магов, проводивших здесь круглый год. У многих была депрессия…

– Просто тогда у нас не было бюджета, и денег на перекраску в черный нам не дали.

– Да и выглядела бы она тогда просто засра… Ой!

Внезапно за спиной раздался голос, и мы с моим проводником обернулись.

Нам навстречу шел высокий стройный человек в плаще придворного мага. Он выглядел так, словно только что вылез из кровати. Его длинные волосы были заплетены в свободную косу, и по внешности было трудно сказать – мужчина это или женщина. Да и по голосу тоже. Но этот человек выглядел очень молодо.

– Ах, это же принцесса-фея, которой мои маги каждый день поют дифирамбы.

Кхм.

Опять это запретное слово! Критическое попадание. Новоприбывший не обратил внимания на мое удивление и продолжил с любопытством рассматривать меня. Неужели…

– Вы глава башни?

– У принцессы совершенно прелестная мана. Переливается всеми цветами радуги.

…Ась?

Как это понимать? Какой-то он мутный. Нет, мистер, я не собираюсь покупать у вас ничего! Я уже научена горьким опытом! Я сверлила настороженным взглядом человека, который появился из ниоткуда и начал нести какую-то околесицу.

– Глава башни может видеть уникальный цвет маны любого человека.

На мой вопрос ответил проводник, неловко откашливавшийся после своей энергичной тирады. Ого, он и правда обладал такой удивительной способностью?

– Ваша мана переливается так, что завораживает. Это опасно.

Ч-что? Только что расхваливал мою магию, но теперь смотрел так, будто я принимала запрещенные вещества.

– Ах, магия его величества похожа на смесь чистой небесной синевы и золота, а ваша – на северное сияние или на сверкающий драгоценный камень…

– Глава-а-а!

– Принцесса-а-а!

Тут я заметила вдалеке мчавшихся в нашу сторону магов.

– Тц, опять они расшумелись. Прошу их простить, они еще слишком молоды.

По таким речам можно было подумать, что он древний старец. Но он так неформально со мной общался. Хотя то же можно сказать и о других магах. Это местная фишка? Говорили же, что в башне не было четкой иерархии. Все находились в одинаковом положении, за исключением главы башни. Может, поэтому тут никто не обращал внимания статус?

– Эти балбесы просто крайне взволнованы вашим визитом.

– Большое спасибо за приглашение. После всех рассказов Лукаса мне и самой очень хотелось тут побывать.

В этот момент замерли все: и мой проводник, и глава башни, и подбежавшие к нам маги.

– Лукас?

– Вы сказали Лукас?

Ч-чего это с ними? Как будто Лукас был тем, кого нельзя называть… Может, он был местным Волан-де-Мортом? Пока я стояла в растерянности, маги вернули самообладание и хором закричали:

– Лукас! Это пятно позора на нашей Черной башне!

– Самый настоящий подлец!

– Я так долго развивал магическую силу, а он может использовать свою за долю секунды!

– Я столько билась над одним-единственным камнем связи, а он махнул рукой и за секунду сделал штук десять!

– Я попросил его рассказать мне, как так же легко пользоваться магией, а он лишь зевнул! Вот же ж! Сказал, что это проще простого и как можно этого не уметь… Ах, вот же выбесил!

Ого! Маги, объединенные общим душевным порывом, принялись чихвостить Лукаса. Я потеряла дар речи. Л-Лукас, что ж ты здесь натворил?! Но теперь я точно знала, что он строил из себя гениального юного мага даже внутри башни.

– Если я правильно помню, вы с ним подружились лет десять назад?

– Кхм, семь лет назад, глава.

Глава башни нахмурился и пробормотал что-то себе под нос, похоже, вспоминая события прошлого. Он приподнял бровь, словно спрашивая, настолько ли важно, было это семь или десять лет назад.

– Лукас чертовски сильный маг! Каждый раз при виде его, не могу не поражаться!

Глава башни выглядел так, будто говорил о чем-то по-настоящему ужасном. Естественно, я еще больше стала задаваться вопросом, чем же Лукас занимался здесь.

– За все свои шестьдесят лет мне не встречались люди с такой магической силой. От одного только взгляда на него, по моей спине пробегает дрожь, и я покрываюсь холодным потом. Я чувствую себя, как человек, страдающий трипофобией, перед которым оказались одни дыры…

Хм? Погодите-ка! Мне кажется, или он сказал кое-что крайне странное?

Глава 115

Я уставилась на человека, который только что жаловался на то, какой Лукас ужасный, и, сама того не осознавая, воскликнула:

– Шестьдесят?!

Он ведь сказал шестьдесят лет? Да? Я же не ослышалась?

– Я часто такое слышу.

Он так молодо выглядел! Ему максимум можно было дать лет тридцать, а ему все шестьдесят? Правда?

– Хо-хо-хо. Мне даже неловко из-за такой реакции. Но ведь все маги стареют медленнее. Хо-хо-хо.

Увидев мое потрясение, глава башни тепло улыбнулся.

– Т-тогда и в-вы все?.. – я с волнением повернулась к другим магам, которым больше двадцати не дашь.

Глава башни ответил так, словно я была ему внучкой:

– Они еще молодые. Самому старшему должно быть… Сколько ему лет? Эй, ты! Да, ты. Сколько тебе?

– Эм! Мне в этом году исполняется сорок один!

– А тебе, Моджил?

– Мне еще двадцать восемь! Я в самом соку!

– Ах, да у тебя еще молоко на губах не обсохло.

Глава башни цокнул языком, словно спрашивая: «И что мне делать с этой мелюзгой?», но я была поистине шокирована. Я-то думала, что они все молодые! Маг-проводник откашлялся и произнес:

– Маги быстро достигают совершеннолетия, но после этого сохраняют молодость дольше обычных людей до того момента, как достигнут предела своего физического развития. Мне, кстати, сорок шесть.

Я об этом читала в книге, но одно дело – прочитать, и совсем другое – увидеть лично. Ах, неужели именно поэтому у Клода такая шикарная кожа в его возрасте? Оказывается, магия – лучшее косметическое средство против старения!

– Принцесса, раз уж вы проделали путь сюда, не могли бы вы встретиться с другими магами башни? По приказу его величества они не спали ночами напролет, создавая видеошары, и очень хотят лично увидеть настоящую принцессу, – произнес глава башни, пока я задумалась о своем.

В э-этом точно не было никакого злого умысла? С чего бы им хотеть встретиться с принцессой, из-за которой они каждый день работали сверхурочно без дополнительной оплаты? Они точно не расправы жаждут?

– Ах, это же сама принцесса-фея!

– Боже мой, она настоящая!!!

– Ух ты, я по утрам часа по два накладывал заклинание сохранения на магические видеошары.

К счастью, мои опасения не подтвердились.

По просьбе главы и других магов я прошла по всем этажам Черной башни. Каждый, кого я встречала, смотрел на меня, как на любимую племянницу, которую они помогали воспитывать, либо как на ожившую аниме-фигурку, которые коллекционировали отаку… Кхм. В общем, на меня смотрели именно так.

– А это моя лаборатория!

Меня привели на последний этаж, где работал глава башни.

– Ой, а что это все такое?

– Это мои сокровища. Но тут много магических артефактов, над которыми я еще работаю. Они нестабильны, поэтому вы можете на них смотреть, но не рекомендую их трогать.

Стены лаборатории были увешаны листами с какими-то записями. На столах и даже на полу громоздились книги и разные безделушки: камни, сияющие самоцветы, колбы с бурлящей жидкостью, миленькие куклы, размахивавшие ручками или ушками.

Ой, а что это на книжной полке? Что-то наподобие змеиного вина? Мне показалось, или в бутылке действительно что-то шевелится? И в углу стояло что-то за шторой. Судя по звукам, доносившимся оттуда, там была клетка с каким-то животным.

Какое жутковатое место… Неужели все магические лаборатории такие?

– Кхм, принцесса. Не могли бы вы дать мне хотя бы одну прядь своих волос? – с яркой улыбкой спросил глава башни, пока я настороженно осматривалась.

На мгновение я растерялась и подумала, что ослышалась, поэтому решила аккуратно переспросить:

– Прядь волос?..

– Да! Раз вы уже здесь, так почему бы не выручить мага в беде?

В моей голове загорелся предупредительный красный свет и завизжала сирена. Я не знала, что именно он собирался делать с моими волосами, но сомневалась, что мне стоит выполнять его просьбу. Вдруг он сделает с ними нечто ужасное?

– И… если вы не возражаете, капельку… нет, десять капелек крови…

– А? Нет!

В-вы только посмотрите на него! Он под какими-то веществами, что ли?

– Ах, ну что вы, в самом деле. Разве вам самой не интересно больше узнать о себе? У вас неожиданно появилась невероятно красивая магическая сила! Почему она не у меня появилась? Где она была все это время? Разве вам не любопытно, ваше высочество? Ни капельки?

И тут я вспомнила слова магов, которых встретила на улице.

«Я впервые вижу, чтобы чья-то магия так неожиданно и сильно пробудилась!»

«Верно! Поэтому вы стали главной темой обсуждений в нашей башне!»

Боже! Так этот глава башни просто хотел поставить надо мной эксперименты? На самом деле, моя магия так усилилась благодаря Чернышу, но, похоже, о священном звере никто из магов не знал, кроме Лукаса.

– Хо-хо-хо… Чем больше я смотрю на вашу ману, тем прекраснее она мне кажется. Можно мне хоть разок к ней прикоснуться?

Увидев его блестящие глаза, я решила тут же делать ноги отсюда. Я хотела просто посмотреть башню магов, а нашла этого безумного старикашку!

– Нет! Я слишком ценная!

Щелк!

– А-а-а! Магия принцессы среагировала невероятно быстро!

Я телепортировалась из Черной башни, но успела услышать крик, полный восхищения.

– Ой, принцесса. Я не думала, что вы так рано вернетесь.

– Вам все понравилось в башне?

Ага! Настолько, что я к ней и на пушечный выстрел не приближусь больше! Снаружи меня ждали Лили, Феликс и несколько императорских рыцарей. По правилам, в Черную башню можно было попасть только по приглашению, поэтому я пошла туда одна.

Мне очень хотелось вернуться в Изумрудный дворец, помыться и завалиться спать.

– Лили, когда будешь возвращаться, захвати с собой соли.

– Что? Соли?

Именно. Сделаю круг из соли вокруг Черной башни! Я вздрогнула от мыслей о главе, который пожирал меня глазами, словно я была необходимой ему дозой запрещенных веществ.

– Кхм. Приношу глубочайшие извинения, принцесса, – на следующий день ко мне пришел сам глава башни. – Вчера, увидев вашу магию, я потерял голову и совершил ужасную ошибку.

Он пришел не просто так. Клод, узнав о случившемся, проделал в башне огромную дыру.

– Я пришел вовсе не потому, что половину башни снесло.

Когда он лично явился в Изумрудный дворец с извинениями, я вся покрылась холодным потом. Горничные уставились на нежданного гостя и сопровождавших его магов, но я приказала им вернуться к своим делам.

– И уж точно не потому, что мне пригрозили взорвать оставшуюся часть башни и повесить меня вверх тормашками перед вратами дворца, если я не извинюсь перед вами сто раз. Я действительно искренне раскаиваюсь.

Кхм, вчера за ужином я просто спросила у Клода о странном старике. Кто бы мог подумать, что он в ответ взорвет башню! Ханна пошла лично проверить и рассказала, что треть башни была почти полностью уничтожена. Оказывается, ему еще угрожали подвешиванием перед вратами дворца! Ну, именно что подвешиванием, а не повешением.

Я была тронута: Клод не стал угрожать ему смертью. И как здорово, что он сперва уведомил магов и только потом взорвал башню, так что обошлось без жертв. Я тихонько застонала и произнесла:

– Поднимите головы.

Да, этот маг меня пугал. Но я знала, что ему шестьдесят лет, и мне было не по себе, что такой дедушка склоняет передо мной голову. Я хороший человек, живущий в самой вежливой стране на востоке! Старших нужно уважать! Давайте быть вежливыми!

Хотя глава башни и выглядел сильно моложе своего возраста…

– Я забуду обо всем, если вы пообещаете, что вчерашние покушения на меня больше никогда не повторятся.

Да, он плохо со мной обошелся. Но, если хотя бы часть того, что мне рассказывали о башне, правда, то вместе с ее стенами рухнула и большая часть великой истории. Почему у меня такое ощущение, что это я ужасно поступила с магами, а не наоборот?!

– От всего сердца благодарю вас за ваше милосердие, принцесса!

– Большое спасибо!

– Спасибо, принцесса!

– Ах!

Маги, которые тряслись и стояли за своим главой, завопили так, словно они были искренне мне благодарны. Я почувствовала ужасные угрызения совести. Ах! На фоне немного шибанутого главы башни остальные маги казались простыми и хорошими людьми, и мне было очень их жаль.

Стоило мне позволить им уйти, как они, смахивая слезы, выстроились в ряд, словно послушные оленята, и покинули дворец.

Но, глава башни, вы-то почему еще здесь? Мужчина, в отличие от других магов, ничуть не изменился в лице, а смотрел на меня с доброй улыбкой:

– Хо-хо-хо. Благодаря принцессе моя жизнь придворного мага полна редчайших событий: половина национального достояния Обелии была почти полностью уничтожена… я надорвал спину, изготавливая пятьсот копий видеошаров… меня бросили в темницу…

Его слова совершенно расходились с тем выражением, с каким он их произносил, поэтому я не могла не уточнить.

Глава 116

– Вас бросили в темницу из-за меня?

Клод запер этого старика в темнице, а потом тут же вытащил? Это объяснило бы его потрепанный вид. Хотя нет, он и вчера был таким же…

– Принцесса, наверное, этого не помнит, ведь вы были тогда без сознания. Но я дважды приходил проверять ваше состояние, когда у вас были проблемы с магией.

– Ах, правда?

– Да, но… я мало чем мог вам помочь. У меня есть талант видеть магию невооруженным глазом, но даже с ним не все можно увидеть. И когда вы впервые потеряли сознание, его величество в гневе бросил меня и остальных магов в темницу… Хо-хо-хо. Но тогда у меня было гораздо меньше проблем, ведь я был обычным придворным магом.

Ах! А-а-а! Точно! Было дело! Я вспомнила, как Клод угрожал кому-то смертью, если он не найдет способа меня вылечить, а затем отправил в темницу! Неужели эта участь постигла и его коллег?! Или же вас всех не только из-за этого посадили?

– Учителю, который в то время занимал пост главы башни, пришлось пройти через многое. Он скончался несколько лет назад, так что я в этой должности не так давно.

Маг, судя по его лицу, предался воспоминаниям о ком-то, по кому он очень скучал. Так, может, то был предыдущий глава башни? Не знаю, но припоминаю, что он тогда говорил Клоду что-то вроде: «Я лучший маг башни! Если я ничем не могу помочь, то другие – и подавно!» На него тогда жутко разозлились за такие слова.

Погодите… А сколько ему тогда было лет? Если нынешний глава, которому шестьдесят, выглядит на тридцать, то сколько тогда было тому магу, который выглядел как старик? Ох. Клод издевался над стариками!

– Я не думал, что учитель доживет до столетия. Я рассчитывал, что займу его место лет на десять раньше, но у него в роду были одни долгожители… Ой. Пожалуйста, забудьте то, что я только что сказал.

Я холодно наблюдала за тем, как маг разговаривал сам с собой. Выходит, его задумчивое выражение лица говорило не о тоске по учителю? Он просто разыгрывал спектакль? Вот же ж подозрительный старикашка.

– Но с появлением принцессы произошло и много всего хорошего. – Ха, он сделал вид, что не заметил моего недоверчивого взгляда, и снова легко улыбнулся: – Честно говоря, его величество для меня такой же ребенок, как и другие маги. Ведь я был в башне еще до его рождения… Смотрю на него и думаю: «Вот если бы я тогда женился, то моему сыну было бы столько же, сколько императору, а мои внуки были бы ровесниками принцессы».

Его слова привели меня в ступор. В его взгляде было столько тепла и заботы, словно я действительно была ему внучкой. Тут я поняла, что он и правда был не так молод, как казалось со стороны.

– Поэтому я рад, что вы благополучно вернулись. И искренне вам благодарен, ведь вы принесли весну во дворец, который долгое время находился в руинах.

На этих словах он чрезвычайно формально поклонился мне. Мне сделалось не по себе от этого зрелища. Я какое-то время удивленно рассматривала его длинную косу, а затем произнесла:

– Ч-что вы. Вам не за что меня благодарить. Скорее…

– Позвольте не согласиться. Принцесса – настоящее сокровище его величества, сокровище всей Обелии.

– Что…

– Вы точно уверены, что не хотите дать мне хотя бы капельку крови?.. Вы даже не заметите ее отсутствия.

– Уходите, – твердо произнесла я.

Мое смущение как рукой сняло. Это он так пытался меня подловить? Усыплял бдительность, вгонял в краску! Каков хитрец!

– Хо-хо-хо. Принцесса, в вашем присутствии с моих плеч будто бы снимают бремя ответственности! До новых встреч.

– Больше не приходите! Вы все равно не получите желаемого!

– Хо-хо-хо. Увидимся. Берегите себя, хо-хо-хо-хо!

Глава Черной башни оказался еще более чудаковатым самодуром, чем Лукас! Ах! Верните мне мои невинные фантазии о Черной башне!

– Это старый, дряхлый, спятивший старик.

Судя по характеристике главы башни, данной Клодом, он сам был от него не в восторге.

За чаем он напомнил мне больше не приближаться к этому сумасшедшему, потому что никогда не знаешь, что он выкинет в следующий раз. И сказал, чтобы я всегда рассказывала ему, если маг снова будет ко мне лезть. Я молча рассматривала Клода, а затем выдала:

– Хм. Пап, а похоже, что вы с ним близки.

– С ума сошла? – Он поднял брови, словно не веря своим ушам.

Но я все поняла.

До этого момента я ничего не слышала о главе башни и знала о нем лишь понаслышке. Однако мне казалось, что не все его слова в Изумрудном дворце были просто уловкой, чтобы провести меня. Клод тоже вел себя с ним не так, как обычно. Это было трудно объяснить, но…

Эти двое так отличались от обычных людей, что, может, у них было что-то общее? На основе этого сходства, они, осознанно или же неосознанно, сблизились… Но я не была в этом уверена.

Однако Клод, похоже, считал мои слова полным бредом, поэтому я решила не развивать эту тему. Я отправила в рот кусочек торта и снова обратилась к нему:

– Я планирую устроить бал на свой день рождения.

– Что? – Клод вопросительно взглянул на меня.

– Точнее, не в сам день рождения, а через неделю после него.

– О каком бале речь?

– Я хочу устроить дневное чаепитие для обитателей Изумрудного дворца, а вечером – бал-маскарад для дам и кавалеров, по приглашениям. Интересно звучит, да?

По лицу Клода было сразу видно, что он не разделял моего воодушевления. Увидев это, я не смогла сдержать смеха: люди остаются собой, даже когда теряют память. Клод всегда был против юношей, поэтому на чаепития ко мне приходили одни девушки.

Я невинно улыбнулась, сделав вид, что не заметила его реакции, и продолжила:

– Я ведь никогда не устраивала бал в своем дворце. Вот и захотелось попробовать собрать гостей.

Вот это я замахнулась, хи-хи-хи! Если бы я только знала, что это будет так забавно, предложила бы такое гораздо раньше! Но я была готова к тому, что мое приглашение примет не так много людей. После того, как Клод обращался со мной не лучшим образом перед дворянами во время своего банкета, этого можно было ожидать.

Я даже слышала, что Клод чуть не убил какого-то аристократа за то, что тот упомянул мое имя на званом обеде, пока меня не было во дворце. Точно не знаю, но, похоже, оставались еще семьи, которые осмеливались считать меня принцессой, даже после всех событий. С одной стороны, мое присутствие успокаивало Клода, с другой – именно из-за меня он потерял память и все равно страдал, пока меня не было.

Но вчера мы с Клодом рука об руку предстали перед народом. А позже он в ярости разнес Черную башню, узнав, что на мне хотели ставить опыты. Так что это должно было стереть все слухи о вражде между нами. Более того, он отчаянно искал меня по всему миру, так что все просто посчитали события на банкете обычной ссорой между отцом и дочерью. Ладно, не совсем обычной, а довольно кровожадной…

Так или иначе, аристократы убедились, что у нас все наладилось, но были осторожны, ведь речь шла о Клоде. С тех пор, как стало известно о моем возвращении, поток приглашений и подарков в Изумрудный дворец постепенно увеличивался. Поэтому я решила, что многие захотят прийти на мой бал – хотя бы из любопытства.

Однако Клоду мой план не пришелся по душе. Он тут же холодно возразил:

– Ты можешь устраивать чаепитие для обитателей Изумрудного дворца, но не бал-маскарад. Я ненавижу шумные сборища…

– Ну, пап, я не собиралась тебя приглашать. А из Гранатового дворца ты вряд ли что-то услышишь.

В этот момент рука Клода с чашкой замерла на полпути к его рту.

– …Как это понимать? – спросил он, словно не веря своим ушам.

Но почему он так удивился? Кажется, он был потрясен тем фактом, что я не собиралась приглашать его на бал.

– Папа, ты никогда не приходил ко мне на день рождения. Разве в этом году ты не собираешься запираться в Гранатовом дворце на несколько дней?

Ух. Да, я злопамятная! Я прекрасно знала, что он не приходил из-за Дианы, но мне все равно было грустно. Если бы я была обычным ребенком, а не «попаданкой», то мне было бы от этого крайне больно.

Клод потерял дар речи, будто бы не ожидал, что я так прямо ему все выскажу. Его взгляд стал жестким. Я давно не видела его таким взволнованным, поэтому мне сделалось не по себе. Вскоре он поставил чашку на стол и произнес уже более спокойным голосом:

– Я так делал?

Его лицо, казалось, говорило: «Я ничего не знал об этом». Естественно, он ведь память потерял. В том числе и воспоминания о моем дне рождения.

– Все нормально.

Глава 117

Я крутила в руках чашку, а затем продолжила с как можно более непринужденной улыбкой:

– Я всегда хорошо провожу свой день рождения. Но с балом будет гораздо веселее. Обещаю, что мы не будем сильно шуметь.

Это самое меньшее, что я могла для него сделать, ведь я никогда не донимала его просьбами прийти на мой праздник. Хоть именно от моей жадности он и пострадал, я, будучи до ужаса упрямой, заставила себя рассмеяться, словно это были просто мысли вслух.

– Папа, хочешь еще чая?

Клод не ответил, но я все равно наполнила его пустую чашку. С первой попытки мало что получается, поэтому я решила не просить у него слишком многого. Я почувствовала облегчение, ведь наконец сказала то, что хотела. И в то же время – сожаление: вдруг сказала лишнее?

Я со вздохом откусила кусочек булочки. А ведь и правда, мой день рождения уже не за горами. Как же быстро летит время.

Клод долгое время молча изучал мое лицо.

– …Я приду, – медленно и тихо произнес он. – В этом году я приду на твой день рождения.

Я изучала танцующую тень дерева на траве и резко вскинула голову. Мой подбородок, до сих пор покоившийся на руке, приподнялся. Я взглянула на Клода, который снова почему-то меня рассматривал.

– …Правда?

– Да.

– Ты точно не лжешь?

– Точно.

– А… Но все правда нормально… Просто до этого…

– Как по мне, это не нормально. – Клод сделал глоток чая. Теперь его голос звучал гораздо увереннее: – На этот день рождения я не опоздаю.

Я бы солгала, если бы сказала, что у меня не было никаких ожиданий. Но когда он ответил то, что я так хотела услышать, мое сердце пропустило удар. Возможно, это глупо, но мне захотелось уточнить, не ошиблась ли я. Я была очень счастлива.

– Хе-хе!

Я не смогла сдержать радости и рассмеялась. Но как я могла не радоваться? Это ведь будет мой первый день рождения, на который придет мой отец.

– Ты же знаешь, что на день рождения не приходят с пустыми руками? Без подарка я тебя не пущу.

– Разве наш совместный портрет – не подарок тебе на день рождения?

– Ах!

– Кажется, кто-то забыл об этом.

Теплый воздух был наполнен пением птиц. Яркий солнечный свет лился на наши головы.

– На самом деле, ты так сильно меня любил, что просто не мог выразить это словами.

На водной поверхности прыгали солнечные зайчики. Я самозабвенно рассказывала Клоду о нашем прекрасном прошлом, где-то правду, а где-то приукрашивала некоторые события.

– Так что, если бы я захотела, ты бы и звезду с неба для меня достал.

Мы плыли с Клодом в лодке по озеру. Свет, отраженный от воды, создавал на его лице причудливые узоры. Конечно, он меня не слушал, но когда еще у меня появится возможность его подразнить?

– Думаешь, я вру?

Он взглянул на меня так, словно ответ был очевиден, и задумчиво хмыкнул. Затем я покрутила в руках зонтик и начала следующий этап нападения на Клода:

– А как тогда ты объяснишь рисунки в своей спальне, что я давным-давно тебе подарила? Или запись с моего дебюта?

– Это все не я же делал, – незамедлительно отрезал Клод, как только я договорила.

Но на меня не действовали его насупленные брови.

– Я была та-а-ак удивлена! Я даже не думала, что ты их сохранил. При этом не просто сохранил, а еще и заклинание наложил.

– Очевидно, что это тоже чья-то проделка…

– А что насчет записей? Говорят, что маги были так потрясены, когда ты принес им видеошар с требованием его копировать, что чуть в обморок не попадали.

– …

– Даже Феликс и Лили были удивлены.

Клод, казалось, потерял дар речи. Оно и понятно – ему нечего было возразить, ведь он не помнил ничего из того, о чем я говорила. Он нахмурился, словно его окружали одни сумасшедшие. Но было ясно, что сумасшедшим, о котором он думал, был он сам.

– …я правда был таким? – скептически пробормотал Клод, будто бы обращаясь к самому себе.

Я не знала, риторический это вопрос или нет, но решила все равно ответить:

– А я о чем тебе говорю!

Те же слова говорил Лукас. Тогда я была шокирована, а теперь сама говорила это Клоду.

– Пап, ты любишь меня гораздо больше, чем думаешь.

Услышав это категоричное заявление, Клод молча смотрел на меня со странным выражением лица. Он не стал ни опровергать, ни подтверждать мои слова. А я просто радовалась сложившейся ситуации и мурлыкала под нос песенку, глядя на сверкающее озеро.

– Ты уверена, что не хочешь заняться чем-то другим, более особенным? – через некоторое время спросил Клод.

Сегодня у меня был день рождения. И я проводила его с Клодом, который специально пришел в Изумрудный дворец, чтобы повидаться со мной. Когда я предложила покататься на лодке, он посмотрел так, будто спрашивал, действительно ли я хочу в свой день рождения заниматься именно этим. Но я взяла его за руку.

– Ах, папа. Какой же ты глупенький, – ответила я с яркой улыбкой, пока Клод недоверчиво глядел на меня. – Время, что я провожу с тобой, всегда особенное для меня.

Плесъ.

Я услышала тихий всплеск воды вокруг нашей лодки. Клод не отрывал от меня своих топазовых глаз. Через какое-то время их цвет стал ближе к темному индиго.

– А если я так никогда и не верну свои воспоминания? Ты уйдешь?

На этот раз я на него уставилась. На, казалось бы, равнодушном лице я увидела нерешительность, которую никто другой не заметил бы.

– Почему ты продолжаешь задавать мне такие вопросы? – Он одновременно вызывал во мне жалость и умиление. Хоть это было редко, но, когда Клод, потерявший память, проявлял передо мной свою уязвимость, у меня сжималось сердце. – Даже если ты не считаешь меня своей дочерью, ты всегда будешь моим папой.

Ах, теперь я понимала, что чувствовала Атанасия из романа. Почему она до самой смерти не могла отказаться от Клода. Я искренне считала, что все будет в порядке, даже если он меня не вспомнит.

– Я буду помнить за нас двоих. Так что, папа…

Хоть бы мы могли всегда быть вместе, как сейчас.

– Просто оставайся рядом.

Когда я произнесла это с улыбкой, Клод продолжал спокойно смотреть на меня.

Мы провели вместе весь день. Он выдался приятным и размеренным: мы катались на лодке, пили чай в Изумрудном дворце, играли в шахматы (похоже, у меня появилось новое хобби). А вечером мы съели особый торт, который приготовила Лили.

В каком-то смысле это был самый обычный день, который почти ничем не отличался от любого другого. Но для меня он был особенный, потому что я провела его с папой.

Я проводила Клода до Гранатового дворца и вернулась к себе.

Ла-ла-ла-ла-а-а ла-ла-а-а…

Я открыла музыкальную шкатулку, которую мне подарила Лили в прошлом году, и тихий ночной воздух наполнился прекрасной мелодией. Я вышла на террасу в одной ночной сорочке и облокотилась о перила. Над головой мягко сияла луна.

Ах, какой сегодня выдался хороший день. Я не делала ничего особенного, но не могла припомнить другого такого счастливого дня рождения. Клод впервые провел его со мной, поэтому Лили, Феликс, Ханна, Сет и все другие члены семьи Изумрудного дворца были очень взволнованы. Десерты, которые нам подавали во время чаепития, были роскошными.

Клод оказался на удивление хорошим игроком в шахматы и выигрывал партию за партией. Во время последней игры я сделала вид, что чихнула, и перевернула доску с фигурами. Я даже подумывала включить капризного ребенка и попросить Клода остаться еще, но после ужина отправила его в Гранатовый дворец.

Прохладный ветерок коснулся моих щек. Волосы, белые в лунном свете, мягко развевались.

Мы с Клодом впервые провели мой день рождения вместе, но не было ни Лукаса, ни Черныша, которые раньше всегда были со мной… Я задумалась и уставилась в пустоту. Мое дыхание вырывалось облачком пара и растворилось в ночном воздухе.

Оставшись в одиночестве, я заметила образовавшуюся рядом со мной пустоту. Но так нельзя. Я должна быть счастлива и благодарна за то, что есть. Но все равно…

– Я скучаю… – тихо пробормотала я, и никто не мог меня услышать.

– По кому? По мне?

Я перестала дышать, когда в ночном воздухе раздался чей-то голос. Я замерла, а затем медленно повернулась к источнику звука.

Глава 118

Иссиня-черные волосы развевались на фоне ночного неба. Мужчина, который какое-то время смотрел на меня из-под тени дерева, наконец легко приземлился на террасу.

– Похоже, ты удивлена, раз у тебя такое глупое лицо.

Я не могла оторвать от него взгляда. Лукас озорно улыбнулся мне:

– Я вернулся.

– …Лукас.

Мне удалось взять себя в руки и открыть рот. Я все еще не могла до конца поверить своим глазам, поэтому так и таращилась на него.

– Что, так рада, что потеряла дар речи?

Когда я услышала этот игривый голос, в мою голову начала прокрадываться мысль, что передо мной действительно стоял Лукас.

– Говорят, у тебя сегодня день рождения?

Но я буквально только что думала о нем, и вот – он стоял передо мной. Как можно было не считать его плодом моего воображения?

– Я же успел?

Но он уже не был мальчишкой, которого я знала. Передо мной стоял мужчина. На фоне ночного неба Лукас казался мне неизвестным существом.

– Но как так вышло?

Я тупо уставилась на него, а он рассматривал меня. Затем он с интересом спросил:

– Ты поглотила Черныша?

В этот момент мое сердце болезненно сжалось.

– Ты внезапно разжилась магической силой.

В его голосе не было ни капли упрека. Просто интерес ученого, которого занимало неожиданное усиление моей маны.

– Ты вернулся насовсем? – первым делом спросила я. Последовал наш типичный скучный разговор.

– А с чего мне снова уезжать?

– Ты съел фрукт?

– Да какой-то балбес попортил все фрукты, так что я съел кое-что получше.

К счастью, Лукас, похоже, добился своей цели и выглядел посвежевшим.

– Хорошо. Я рада.

Как странно. Я так много планировала ему рассказать, но сейчас это все казалось неважным. Я чувствовала себя неловко при нем. Я была рада его видеть, но просто не знала, что сказать.

– Хм?

Лукас тоже заметил странную атмосферу. Вскоре его рубиновые глаза замерли на моем лице. Я не выдержала, зажмурилась и вытянула вперед руку, словно пытаясь остановить его.

– Тебе обязательно так выглядеть? Можешь вернуться к своему более молодому образу?

– Что с тобой?

– Ты сам на себя не похож!

Я не видела его выражения лица, но услышала очередное «хм». Похоже, моя реакция его забавляла и раздражала одновременно.

– Так пойдет?

Я не ожидала, что Лукас так просто выполнит мою просьбу. Услышав голос, звучавший более молодо, чем раньше, я медленно опустила руку и открыла глаза.

– Лукас!

– Ай, мои уши!

Передо мной стоял настоящий Лукас! Симпатичный юноша, примерно моего возраста, нахмурился от моего крика и всем своим видом выражал немой вопрос: «Довольна теперь?» Я почувствовала очередной прилив радости.

– Почему ты так долго?!

– Видать, ты очень по мне соскучилась?

Он спросил это с легкой насмешкой, но был прав. Сама того не осознавая, я обняла его.

– Э-эй, ты ч-что!..

– Я ждала тебя, ты, дубина!

Лукас застыл, как статуя, но я не обратила на это внимания и выразила свои чувства такими, какими они были. Я переживала, ведь несколько месяцев не получала никаких вестей от парня, отправившегося к Мировому древу! И он вернулся прямо к моему дню рождения, какой молодец!

За это время произошло так много событий, что его возвращение было для меня настоящей отдушиной. Оказалось, я сильно соскучилась по нему, даже не замечая этого. Но оно и понятно. Лукас ведь был рядом с самого детства и был моим первым другом.

– Эй, ты… Это так…

Лукас неловко заикался. Вероятно, из-за моих объятий. Я обняла его еще сильнее и похлопала по спине.

– Поздравляю с исполнением твоего желания! Я так рада, что ты восстановил свою магическую силу.

– А, ага…

– Разве твой отъезд не затянулся? Я так волновалась! Мог бы хоть раз весточку прислать!

Лукас напрягся в моих руках, наконец пришел в себя и оттолкнул меня.

– Эй, ты не переборщила с силой?!

А? С каких это пор он так смущался меня? Лукас вздрогнул от моей равнодушной реакции. Он почему-то насупился и состроил скептическую мину, словно спрашивая: «И чем я теперь занимаюсь?», а затем сказал:

– Все, хватит. Теперь твоя очередь.

– В смысле?

– Что тут происходило, пока меня не было?

Этот вопрос поставил меня в тупик. Лукас прищурился, словно требуя, чтобы я ни детали не утаила.

– Я уже знаю, что Черныша больше нет. И откуда на тебе столько гадости? Бесит. Выкладывай по порядку, с кем ты общалась.

Рубиновые глаза похолодели и неотрывно смотрели на меня. Я не знала, что именно он имел в виду, но, наверное, с моей магией было не все в порядке. Я виновато пробормотала:

– Я не послушалась тебя и играла с Чернышом… Похоже, я его поглотила.

– Дальше?

Я поведала Лукасу обо всем, что произошло за время его отсутствия. Во время рассказа он меня не перебивал, не обвинял, а просто слушал с привычной невозмутимостью. Это очень помогло мне выплеснуть все то, что накопилось внутри.

– Ты только посмотри. Без меня все посыпалось? Ну де-ла-а-а, – почти пропел Лукас, когда я закончила. Тут он протянул мне руку: – Ну что ж, идем.

Его отношение показалось мне немного странным. Может, мне просто показалось, но он будто бы говорил: «Бедняжечка, великий Я проявит особую милость и накормит тебя», и мне стало как-то грустно…

– А? Куда мы?

– У тебя же сегодня день рождения. У меня для тебя подарок.

Хм? Ни с того ни с сего подарок на день рождения? Он вернулся как раз к моему празднику, и я думала, что он скажет что-то в духе: «Лучший твой подарочек – это я!»

Пока я стояла в шоке, Лукас потерял терпение и просто схватил меня за руку. Когда моей руки коснулось тепло, у меня перед глазами все расплылось. Ой, как голова-то закружилась. Мог бы сперва предупредить, прежде чем телепортировать нас!

Но мое недовольство длилось недолго, и я принялась жадно осматриваться.

Мы что?! В спальне Клода?! Клод при этом даже не спал! Лукас явно знал, что делает, но, увидев спину отца у окна, я судорожно заморгала, чувствуя, как щеки вспыхнули.

Я посмотрела на Лукаса как на сумасшедшего, однако он пошел вперед прямо к Клоду. О нет! Что этот идиот вытворяет?! Когда расстояние между ними сократилось, Клод, словно почувствовав что-то, резко развернулся.

– Ха!

Рука Лукаса на мгновение исчезла в воздухе, затем он вытащил что-то из ниоткуда и замахнулся на Клода. Все произошло мгновенно! Я закричала от удивления, когда какой-то заостренный предмет в руке Лукаса ударил Клода по голове.

– Папа-а-а-а-а!

Клод уже лежал на полу. Я в ужасе подбежала к нему.

– Эх, вот как он нас заметил, что начал поворачиваться? Я же чуть по лицу ему не попал.

– П-папа! Папа!!!

Сколько бы я ни трясла Клода, он даже не шелохнулся. Предмет, которым Лукас огрел его по голове, оказался веткой. Я не знала, надо ли ее отобрать или же вообще ничего не делать, но я чувствовала себя совершенно беспомощной.

М-может, он вообще мертв? Но это же не так?..

– Это очень ценная штука. Но раз у тебя сегодня праздник, я решил сделать тебе особенный подарок. Ты должна быть очень благодарной.

Услышав над головой самодовольный голос Лукаса, я тут же пришла в ярость:

– Эй, ты совсем сдурел?! Что на тебя нашло? Взял и неожиданно напал на моего отца!

Вот поэтому и не рекомендуют заводить черных животных – они такие дурные! Я обрадовалась его возвращению, оказала теплый прием, а он вот так мне отплатил? Я этого не ожидала.

– Это ветвь Мирового древа, так что он не умрет, – равнодушно произнес Лукас, не обращая внимания на мой гнев. – Это самый надежный способ эффективно вернуть его в прежнее состояние. Она работает точечно.

Он говорил спокойно, словно ни вид Клода, лежащего без чувств на полу, ни мое заплаканное лицо никак его не трогали. Я перестала плакать и встревожилась, когда Лукас с мрачной улыбкой продолжил:

– К тому же у тебя нет времени волноваться за других. Ведь ты – следующая.

А? В смысле? Сперва он собирался убить Клода, а затем и меня? Мне от этого должно было полегчать? Я испуганно посмотрела на Лукаса.

Ах, эти жу-у-уткие, жу-у-уткие глаза напротив.

Похоже, Лукас решил укрепить свою репутацию мрачного волшебника. Хотя он и говорил такие беспощадные вещи, его губы сложились в яркую улыбку.

– Тебе нужно просто стабилизировать магию, так что я буду нежным. Тюк!

Я даже среагировать не успела, как он стукнул меня по голове тонкой веткой. Да хватит уже дубиной своей размахивать! Какой же он все-таки варвар!..

Глава 119

Я почувствовала кратковременную боль и начала терять сознание. Л-Лукас, убийца…

В глазах потемнело.

– Кха!

Сколько времени прошло? Я встала, ноги дрожали. Что это было? Что произошло? Где я? Кто я?

Я на мгновение потерялась и огляделась, понемногу вспоминая события прошлой ночи. Вот же Лукас подлец! Что он, черт возьми, сделал со мной и Клодом? По возвращении сразу же совершил покушение на отца и дочь! Какой страшный человек!

Я снова рефлекторно огляделась, но палка куда-то исчезла. Как Лукас и сказал, я не умерла… Я даже чувствовала себя неожиданно отдохнувшей. Но так быть не должно!

А где Клод?

Вскоре я его увидела. Он лежал рядом со мной, все еще без сознания. Я испугалась и начала его трясти:

– Папа! Папа!

Похоже, что Лукас перенес нас сюда: мы лежали не на холодном полу, а в мягкой и теплой постели. Судя по небу за окном, сейчас рассвет. Вокруг было очень тихо. Я продолжила будить Клода, но уже не так отчаянно.

Он же не мертв?! Он дышит?! Рядом нигде не было той палки, которой нас огрели по головам. Да, она не была похожа на орудие убийства! Но тогда почему после удара он лежал так неподвижно?

Я приложила ухо к груди Клода, и, только услышав его сердцебиение, смогла выдохнуть.

Куда подевался сам Лукас? Оставил нас вот так и свалил? Или же знал, что я выскажу все, что о нем думаю, и решил держаться от меня подальше? В этом все дело?

– М-м-м.

Подо мной раздался сдавленный стон. Я вздрогнула и посмотрела вниз.

– Папа! Ты очнулся?

Клод еще не до конца пришел в себя. Он хмурился, словно ему было немного больно. Наверное, из-за того, что вчера упал прямо на пол. Когда Клод открыл глаза, я тут же спросила:

– Папа, что болит? Голова, да? Голова же?

Больше всего меня беспокоила голова Клода, ведь именно по ней Лукас безжалостно огрел его веткой. Со мной-то он еще легко обошелся. Основной удар пришелся на макушку Клода!

Его глаза начали постепенно приобретать ясность. Он взглянул на меня и тут же переменился в лице.

– Папа?

О нет, в чем дело? Это какой-то побочный эффект? Лукас, вот козлина! Еще вел себя так, словно делал что-то хорошее!

Пока я переживала, выражение лица Клода продолжало меняться. На мгновение он стал отстраненным, когда увидел меня, затем он будто бы увидел кого-то другого. Он скривился так, словно ему было больно. В его топазовых глазах спокойствие сменялось целой бурей чувств.

– Атанасия.

Посреди всей этой бури эмоций он произнес мое имя. У меня перехватило дыхание, когда я заглянула в его глаза. Мне показалось? Я не могла подобрать слов, но что-то будто бы изменилось.

– Атанасия.

Это был не тот взгляд, которым он смотрел на меня до вчерашнего дня. И голос изменился. Я, затаив дыхание, наблюдала за тем, как он снова прошептал мое имя.

Наконец, на лице Клода застыло умиротворение. Его взгляд, устремленный на меня, стал спокойным и глубоким, как море после шторма. Вскоре он протянул ко мне руку.

– Иди ко мне.

Я неосознанно открыла рот и удивленно пробормотала:

– Папа?.. – Мой голос был таким тихим, словно я боялась его ответа.

– Да, – без колебаний ответил Клод.

Эти глаза были гораздо лучше мне знакомы, чем те, что я видела до вчерашнего дня. Но я не могла в это поверить и снова переспросила:

– Ты правда мой папа?

Он вздрогнул и нахмурился. С его губ сорвался тихий выдох. Его рука коснулась моей щеки.

– Правда, это я.

По-прежнему безэмоциональное лицо. Все тот же голос, что казался грубым. Но он смотрел на меня с таким теплом, что у меня защемило в груди. Ах… Клод действительно вернул утраченные воспоминания. Я тут же бросилась на него с объятиями:

– Папа!..

Я думала, что буду довольна, даже если его память не вернется. Но, похоже, я себя обманывала. У меня перехватило дыхание, сердце защемило так сильно, словно я воссоединилась с тем, кого не видела очень давно. Сильная рука без колебаний опустилась на мою спину, и я сильнее прижалась к его груди.

Ах, это был папа. Правда, папа.

– Кто-то у нас набрал в весе.

– Папа, ты такой дурак! – со смехом в голосе ответила я и сжала его изо всех сил, словно он мог в любой момент исчезнуть.

В утро моего пятнадцатилетия ко мне вернулся Клод. Как и говорил Лукас, о лучшем подарке нельзя было и мечтать.

Часть 13.5

Не трогайте принцессу

– Ваше величество, не волнуйтесь. Я обязательно найду эту вероломную принцессу, нет, вероломную девку и брошу ее вам в ноги, – решительно заявил барон Карзава во время званого ужина.

Клод в последнее время пребывал в дурном расположении духа и за весь званый ужин не проронил ни слова. Естественно, атмосфера за столом была мрачной и тяжелой. Когда барон Карзава заговорил, Клод впервые взглянул на него.

Взгляд был настолько леденящим, что у всех пробежал холодок по спине. Но барон, воодушевленный тем, что император наконец-то обратил на него внимание, продолжил:

– Любого, кто посмеет пойти против воли его величества, обязательно найдут и накажут!

– Кхм, барон Карзава. Давайте не будем поднимать эту тему за столом.

– Не будем поднимать? Неужели вас, маркиз Ирейн, совсем не волнует сложившаяся ситуация? А ведь ваша дочь даже была в хороших отношениях с принцессой Атанасией. Я бы не удивился, если бы вы решили оказать ей содействие!

– Что? – Маркиз Ирейн задыхался от ярости и огляделся, всматриваясь в лица аристократов и императора. Они не обращали на перепалку никакого внимания, и маркиз просто промолчал. Все надеялись, что барон Карзава промолчит, но, ко всеобщему сожалению, у него не было ни капли здравого смысла.

– Мне не терпится как можно скорее схватить эту девку, которую его величество сам объявил преступницей! Ваше величество, я, барон Карзава, лично займусь этим вопросом, поэтому не переживайте!

Тут раздался спокойный голос Клода:

– Барон Карзава.

– Да, ваше величество!

– Жить надоело? М?

Барон не ожидал такой реакции.

Клод сам не понимал, почему он был так раздражен. У него и перед обедом было паршивое настроение, но сейчас оно стало несравненно хуже.

– Хочешь, я убью тебя? – Холодный и острый, как меч, голос снова пронзил воздух.

Барон Карзава огляделся в поисках поддержки, но остальные аристократы, как и ожидалось, игнорировали его и уставились в свои тарелки. В отличие от них, барон еще ничего не понимал.

Наконец Клод холодно улыбнулся:

– Что ж, я исполню твое желание.

Бах!

– Кха!..

И секунды не прошло, как стул, на котором сидел барон Карзава, опрокинулся и с оглушительным треском разлетелся во все стороны. Барон лежал посреди обломков.

Вж-ж!..

– Кха!

Барона Карзаву словно придавило какой-то невидимой силой. Мужчине казалось, что великан бросил на него валун и собирался раздавить насмерть. Кровь прилила к его лицу, давление стало невыносимым – еще немного, и лопнут глаза, треснут кости. Перед лицом неизбежной смерти барон инстинктивно открыл рот и кое-как выдавил из себя:

– К-кха! Я о-ошибся!.. Гх, ваше величество!..

– И в чем же ты ошибся? – Низкий голос, зловещий и тихий, наполнил комнату.

– Я… Кх! Я… н-не должен был говорить! Кха! На званом…

– Неверно. Если ты правда не понимаешь, давай я расскажу. – Барон Карзава не мог вымолвить ни слова, и Клод продолжил: – Мне не нравится это вульгарное украшение из павлиньих перьев.

– А, д-да?

– Меня выворачивает от вида твоего крючковатого носа.

– Ч-что?

– Да. И я только сейчас заметил, что у тебя глаза цвета экскрементов.

– Кха!..

Хрусъ! Треск!

Кости не выдержали давления и начали ломаться. Сперва левая нога, затем правое запястье, а потом и ребра.

Черт! Как же все так обернулось?! Барон Карзава исходил криком и пытался сопротивляться этой ужасающей силе. Однако он не мог и пальцем пошевелить.

– Если так подумать, то сам факт твоего дыхания в моем присутствии выводит меня из себя.

Вероятно, из-за того, что смерть была близко, барону Карзаве в голову пришла идея, оказавшаяся на удивление близкой к правде.

– Ваше величество, угх! Молю, молю… Я всего лишь ваш преданный слуга… Кха!

Неужели его величество так рассвирепел из-за того, что барон назвал принцессу Атанасию вероломной преступницей?

– Ух!.. Ваше величество и ее высочество… обязательно… воссоединитесь! Кха!..

Однако внутренне барон Карзава негодовал: император же сам при всех от нее отказался! Сам же хотел ее найти и вернуть во дворец!

Глава 120

– Называешь ее так же, как и меня?

Жуткий холодный голос пронесся по банкетному залу. Аристократы, до этого старательно игнорировавшие происходящее, покрылись холодным потом. Этот болван наступил на очередную мину!

– Повторяешь мои слова.

Услышав это, барон Карзава подумал: «Но я же этого не делал!», но испуганно сглотнул.

– Мои действия тоже повторять будешь?

Беду предчувствовал не только барон. Все аристократы молча молились за его душу.

– Ты осмелился говорить мне такое?

Хоть невидимая сила уже исчезла, барон все еще не мог пошевелиться. У него волосы встали дыбом: холодный голос над его головой стал еще острее, как лезвие гильотины. Барон мог лишь испуганно хрипеть, когда Клод продолжил:

– Может, ты еще скажешь мне, что хочешь занять мое место?

То, о чем сейчас говорил Клод, было обвинением в государственной измене, о которой барон даже не помышлял. Измена… Измена! Если Клод захочет, его могли выставить предателем, нацелившимся на трон императора, а самого барона никто даже слушать не станет!

– В-ваше величество! Это недоразумение! Вы все неправильно поняли, ваше вели!..

– Умолкни.

– Угх! М-м-м!..

В зале еще долго слышались крики.

– Тц. Он так ничего и не понял.

– Его величество велел найти и вернуть принцессу Атанасию, а не схватить и бросить к его ногам. Барон даже не понял, что от него требовалось.

– Если бы принцесса по-настоящему впала в немилость, то ей бы никто не дал покинуть банкетный зал самостоятельно. Тц. Даже у глупости должен быть предел.

Наконец, когда Клод первым покинул обеденный зал, аристократы один за другим вышли, искоса поглядывая на распростертого на полу барона Карзаву. Его рыцари все равно ждали снаружи, так что у них не было ни причин, ни желания переживать за состояние едва живого барона.

Они считали, что барону Карзаве крайне повезло, что Клод оставил его в живых. Раньше у него не было бы ни шанса: за подозрения в измене его казнили бы на месте и тем более не позволили бы покинуть дворец…

Именно благодаря появлению принцессы Атанасии император Клод стал мягче и превратился в дремлющего хищника. Так что та ссора… точнее перепалка, никак не повлияла на отношения отца с дочерью. Можно было ничего не делать, скоро все само разрешится.

Часть 14

Мне недавно было пятнадцать, и вот уже семнадцать

– О чем задумался?

Из раздумий его вывел чистый девичий голос. Он перевел взгляд на источник звука и увидел Дженит, сидевшую за столом напротив него.

– У папы такое грустное лицо, что я волнуюсь.

Судя по ее словам, он выглядел мрачным. Клод цокнул языком, внутренне ругая себя за то, что позволил себе погрузиться в бесполезные мысли.

– Тебя что-то беспокоит?

– Нет, это не та проблема, на которую стоит обращать внимание.

– Значит, есть вещи, которые могут расстроить папу.

Он ответил в свойственной ему равнодушной манере, но Дженит все равно заметила. Клод вспомнил лицо той, с кем случайно столкнулся по дороге в Изумрудный дворец, когда шел на чаепитие с Дженит.

– Что мне сделать, чтобы вы меня полюбили?

Перед глазами снова встала ее фигура – одинокая, с дрожащими губами и слезами на глазах. В ушах звучал ее умоляющий голос.

– Мне нужно стать похожей на Дженит? Тогда вы меня полюбите? Начнете ли вы так же ласково произносить мое имя и глядеть на меня с той же теплотой?

– Я скорее умру, чем допущу это.

– Почему? Я ведь тоже ваша дочь. И я была с вами дольше, чем Дженит.

Атанасия впервые плакала при нем. Клод холодно произнес:

– Какой вздор. Я никогда не считал тебя своей дочерью.

По ее выражению лица стало ясно – его слова больно ранили девушку. Но даже если бы у него была возможность повернуть время вспять, он сказал бы то же самое. Клод впервые был так честен в своих чувствах к этому ребенку. Его не волновало, задел он ее своими словами или нет.

Да, это действительно была правда… Но тогда почему ее погасший взгляд вновь и вновь предстает перед ним?

Клод нахмурился, а Дженит с беспокойством наклонила голову вбок. У нее было доброе сердце, и, хоть она и не знала, что именно его тревожило, ей хотелось хоть немного облегчить его бремя.

– Если тебя что-то беспокоит, попробуй просто об этом не думать, – произнесла Дженит. Клод поднял взгляд, когда она заговорила, и она продолжила с невинной ангельской улыбкой: – Или просто избавься от корня своих переживаний.

Рука Клода, лежавшая на столе, дрогнула.

– Ты предлагаешь на удивление радикальное решение, – после небольшой паузы ответил он.

– А как иначе? – Девушка поджала губы и притворилась расстроенной. – Тебе не идет такой мрачный вид. Я думала, что на этом чаепитии мы впервые за долгое время хорошо проведем время вместе, а ты сидишь весь угрюмый! Давай я налью тебе чая? Я уже хорошо завариваю чай Липпе!

Дженит взяла в руки чайник и вскоре поставила перед Клодом чашку с ароматным напитком.

– Угощайся. Этот чай мигом избавит тебя от любых забот.

Услышав игривый шепот, Клод слегка рассмеялся и улыбнулся. Такого чая не сыскать во всем мире, но он не мог противиться девушке, сидевшей напротив. Он взял в руку чашку. Дженит продолжала улыбаться ему.

Как ни странно, его разум действительно успокоился. Каждый раз, когда он оставался наедине с ней, все тревоги, тяготившие его сердце, испарялись.

Да, Дженит была права. Нужно просто сделать вид, что его ничего не беспокоит, просто забыть. Или же он мог последовать ее совету и избавиться от источника проблем. Конечно, Дженит не могла знать, что корнем его беспокойства была девушка по имени Атанасия.

– Как тебе чай? У меня стало лучше получаться, правда?

– Он не так уж и плох.

– Хм, мог бы просто сказать, что тебе понравилось!

Клод продолжил свои размышления и отпил еще чая.

«Милая принцесса», глава девятая. Затишье перед бурей

– Ты правда мой папа?

– Да.

Воспоминания Клода вернулись.

Когда я это осознала, то громко зарыдала. Не ожидала, что заплачу, но, увидев перемену в его взгляде, не смогла сдержать слез. Клод сначала пытался меня успокоить, но, когда мои рыдания стали еще громче, заметно растерялся.

– Прекращай.

Я плакала так, словно потеряла все, что у меня было. Может, мне показалось, но голос Клода больше не звучал так холодно, как раньше.

– У-у-у, папа-а-а-а!..

– От твоих слез у меня одежда насквозь промокла. Это ужасно неприятно.

Его одежда действительно была мокрой. Я всхлипнула и сердито уставилась на него. Обязательно было говорить это сейчас? В столь трогательный момент?

– Шмыг, из-за кого, у-у-у, я, п-по-твоему, плачу?

Услышав мои всхлипы и заикания, Клод цокнул языком:

– О чем и речь.

От этого резкого голоса у меня защипало в носу, и глаза снова наполнились слезами. Я уткнулась лицом в его грудь. Рука Клода, гладившая меня по голове, была нестерпимо нежной. Глаза, в которых еще минуту назад бушевала буря, снова стали спокойными. Однако я видела в них легкое волнение и поняла, что он был не так спокоен, как казалось на первый взгляд.

Когда его руки снова коснулись меня, я снова разрыдалась, а затем неосознанно выдавила:

– Я соскучилась.

При звуке моего голоса рука Клода замерла. На его лице промелькнуло странное выражение.

– Я так соскучилась, папа.

Я больше не могла держать это в себе. Я вцепилась в его одежду и плакала навзрыд, боясь, что он в любой момент исчезнет. Через долгое время до меня донеслось тихое: «Я тоже».

Глава 121

Гранатовый дворец снова наполнился слугами и магами. После осмотра Клода все были потрясены: он не просто был в порядке, а чувствовал себя даже лучше, чем прежде. До вчерашнего дня его магия оставалась нестабильной, пусть и не угрожала жизни, но теперь она полностью восстановилась и даже усилилась.

Эта новость быстро разлетелась по дворцу, и особенно обрадовала обитателей Изумрудного дворца, которые больше всех переживали за меня.

– Ой, ну у тебя и рожа! – шутливо произнес Лукас, увидев мои заплаканные и опухшие, как у карпа, глаза.

Я даже не заметила, как он оказался в моей комнате и лежа поедал закуски с моего стола. Он так вальяжно устроился, будто не вчера вернулся из долгого путешествия.

Я и сама не знала, куда он пропал после вчерашних событий. Может, он просто не захотел присутствовать при трогательном воссоединении отца и дочери?

Я прекрасно знала, как сейчас выглядела, поэтому прикрыла лицо руками и взглянула на Лукаса сквозь растопыренные пальцы. Парень жевал, разглядывая меня, а затем отодвинул полупустую тарелку и озорно улыбнулся:

– Не хочешь меня поблагодарить?

Я знала, к чему он клонил, поэтому послушно ответила:

– Ага, спасибо.

От многочасовых рыданий на груди Клода я осипла. Мне и так было немного неловко, но в присутствии Лукаса это чувство только усилилось.

Если честно, когда он только ударил Клода по голове, я до смерти перепугалась. Но, судя по тому, как быстро сработала ветвь Мирового древа, это была не шутка. И Лукас вчера сказал, что вместо фруктов, за которыми изначально отправился, съел нечто получше… Неужели он говорил о той самой ветви?

Он действительно сделал мне ценный подарок на день рождения. Подарок мне и Клоду. И хотя я чувствовала себя хорошо, возможно, последствия магического взрыва не обошли меня стороной.

– Не знаю, что бы я делала без тебя.

Об этом никто не знал, но я продолжала искать способы, как вернуть Клоду память. При любой возможности я шла в башню мага-старикана, жаждавшего моей крови или волос, и пыталась разузнать что-нибудь.

Но маги только качали головами и повторяли, что ментальная магия встречается крайне редко и требует предельной осторожности. Любая ошибка могла привести к катастрофе.

Я хотела даже пообщаться с фальшивым магом из Черной башни, но никто не знал, где он. В магических книгах, что я нашла в Арланте, тоже не упоминалось никаких способов вернуть утраченные воспоминания. Я изучала и запрещенные книги в императорском дворце, но единственная магия, которая теоретически могла помочь, была черной. Однако она не вызывала доверия, и я не собиралась применять ее без гарантий, что это никак не навредит Клоду.

– Тогда ты передо мной в долгу? – лениво спросил Лукас.

Я действительно чувствовала, что в неоплатном долгу перед ним. Если бы не он, я бы так ничего и не добилась.

– И что ты хочешь взамен?

От ослепительной улыбки Лукаса я насторожилась. Мне было крайне важно вернуть Клоду воспоминания, и я опасалась, что маг потребует за это больше, чем я смогу дать.

– Нужно хорошенько подумать, – хладнокровно ответил он.

– Значит, ты задал этот вопрос не потому, что уже хочешь что-то получить?

– Угу. Просто подумал, что будет полезно иметь тебя в должниках.

Лукас, вот же… Временами мне казалось, что ему правда больше пошло бы быть ростовщиком, а не магом. Кхм, ну да ладно. Мне не сложно, я и правда благодарна, так что когда-нибудь обязательно отплачу ему за этот подарок. Я наблюдала за тем, как Лукас снова взялся за закуски, приготовленные Лили, и в конце концов спросила:

– Но кто ты на самом деле такой?

– Лукас. Ты же знаешь, как меня зовут.

– Я не об этом.

– Другого ответа у меня нет, – равнодушно пожал он плечами.

Вроде бы он ничего не скрывал, но ответил не сразу, поэтому у меня оставались сомнения. Мне показалось, что Лукас не хотел раскрывать свою личность, поэтому я не стала давить.

– Больше ничего не хочешь мне рассказать?

– Например?

– Ну, все ведь произошло из-за того, что я тебя не послушала.

– Тц, чего это ты вдруг? – Лукас сердито откусил кусок последнего печенья и продолжил: – Это рано или поздно все равно бы произошло, по твоей вине или чьей-то еще. Уже хорошо, что ты вообще жива. Что уж тут про твоего отца говорить. Сама же сказала, что он чуть коней не двинул вместо тебя, да? Я и представить не мог, что в мире найдется такой псих, который рискнет остановить магический взрыв другого человека. Он будто нарочно хотел себя прикончить. Просто чудо, что он лишь воспоминаний лишился.

Ох, слова Лукаса поразили меня до глубины души. В них была лишь небольшая нотка резкости, но ничего более. Я думала, что он посмеется над моей глупостью, но была удивлена, когда этого не произошло.

– По правде говоря, мне глубоко плевать, умрет твой отец или нет. Так что у меня нет никаких причин делать тебе выговор. Да и магии у меня хватает, поэтому и Черныш твой мне не нужен.

Ух, это же мой папа, как он мог говорить мне такое? Угх, да… Но, строго говоря, Клод действительно никак не был связан с Лукасом. Так что я была правда благодарна парню за то, что он решил мне помочь.

– И я бы не сказал, что в этом происшествии виновата именно ты. – Это он так меня утешал? Как странно.

– Кстати, у нас же был уговор, что ты не ешь Черныша, а я даю тебе что-нибудь взамен? – Я вспомнила события, что произошли много лет назад, и удивленно открыла рот. Во время нашей первой встречи на территории Гранатового дворца Лукас и правда собирался взять у меня что-то взамен. Эдакий жест доброй воли с его стороны.

– А, ты об этом. Я уже это взял.

– Что? Что ты, блин, взял?

Я была потрясена этим ответом. Он же тем временем потянулся к коробке шоколадных конфет, покончив со всеми закусками.

– Ничего такого. Я и так думал, что с тобой будет интересно, но ты превзошла все мои ожидания. Так что считай, что тот должок закрыт.

Ответ парня потряс меня еще основательнее. В смысле?.. Он во мне средство от скуки нашел?

– Хм, больше шоколада нет, что ли? И чего ты так на меня вылупилась?

Да что за бред! Черныш изначально был моим, так о каком «должке» речь?!

Я уставилась на Лукаса, уминавшего шоколад. Он игнорировал мой возмущенный взгляд, а снова проверив количество конфет в коробке, недовольно нахмурился. Закинув в рот очередную конфету, он вдруг произнес:

– Я тут подумал… Мне, в общем-то, все равно, если твой отец умрет. Но мне было бы неприятно, если бы ты умерла или пострадала.

Ха-ха-ха. Звучало так, словно он расстроится так же, как ребенок, у которого забрали игрушку. Мне теперь радоваться, что ли? Я взглянула на Лукаса с недоумением.

– И на кого эта коробка вообще рассчитана? Еще есть?

Вот же бессовестный!

– Здравствуйте, принцесса. Его величество уже вас ожидает.

В саду за дворцом цвела сирень. Я шагнула на мягкую траву и направилась к Клоду. Он стоял под солнечными лучами у цветущего куста, даже не пытаясь укрыться в тени. Солнечный свет был не таким уж и ярким, но я будто бы на мгновение ослепла и замерла на месте.

– Чего ты там застыла? – Казалось, Клод уже знал, что я пришла. Он тут же повернулся ко мне. – Подходи ближе.

Я сорвалась с места и крепко его обняла.

– Что ты делаешь?

Клод вздрогнул от моего касания. Я делала так не в первый раз, но, казалось, что за время амнезии он успел отвыкнуть от подобного. Все еще не выпуская его из объятий, я подняла голову и расплылась в улыбке.

– У тебя такое глупое лицо, – вздохнул Клод и щелкнул меня по носу.

– Конечно! Ати ведь на тебя похожа, папа!

Я отпустила Клода и показала ему сердечко из двух пальцев. Я твоя лапочка-дочка! Лови атаку в самое сердечко. Как и ожидалось, это было критическое попадание, и Клод растаял…

Хотела бы я так сказать, но на самом деле все было не так.

Повисла полная тишина.

Я медленно опустила руку, когда Клод продолжил спокойно на меня смотреть. Мда, давненько я не оказывалась в такой неловкой ситуации.

– К-кхм! Какой сегодня ветер. Да и вообще прохладно. – Мог бы и сказать хоть что-нибудь! Я же сейчас сквозь землю провалюсь! – Я так понимаю, что стол уже накрыт? Пойдем?

В попытке скрыть смущение я пошла вперед. Вскоре мне на плечи легло что-то теплое.

– Мне жарко, так что накинь. – Клод набросил на меня свою накидку.

– Почему тебе так жарко? Неужели сердечко, что я тебе отправила, было настолько горячим, что…

– Хм, от стыда за тебя, наверное.

В голосе Клода слышался скептицизм, но я лишь улыбнулась. На самом деле на улице было тепло: меня просто бросило в холодный пот из-за неудавшейся шутки. Однако мне не хотелось снимать его накидку, поэтому я с благодарностью ее приняла.

– Вот что странно… Как ты узнала и пришла ко мне, когда мои воспоминания вернулись?

Я потеряла бдительность и закашлялась, когда услышала бормотание Клода.

Глава 122

– Ах, можно сказать, что я так много думала о папе, что между нами возникла телепатическая связь…

– Мне показалось, что ты вчера заходила с каким-то парнем…

– О-ой. Папа, ты так сильно по мне скучал, да? Тем утром я тоже открыла глаза и страшно захотела увидеть тебя! Все-таки нас что-то связывает. Как думаешь?

Ух, я отшучивалась, как могла, лишь бы избежать этой темы. Объяснить произошедшее означало рассказать о Лукасе, но можно ли было раскрывать эту информацию? Все-таки Лукас был моим благодетелем, и я не могла сдавать его.

Клод прищурился, словно что-то заподозрил. Эх, мне не хотелось его обманывать. Я мечтала сменить тему, и моя спина покрылась холодным потом.

– Раз ты так говоришь, то я тебе поверю, – спокойно произнес он и отвел от меня взгляд.

В его тоне явно читалось: «Я все вижу, но сделаю вид, что ничего не заметил», и мне снова стало не по себе. Но как? Неужели он что-то знал?

На этот раз прищурилась уже я, но Клод даже бровью не повел. Мне не оставалось ничего другого, как уставиться себе под ноги, и быстрым шагом следовать за ним, ведь он успел меня обогнать.

– Итак, что ты там говорила? Я тебе звезду с неба достану?

– Пф!

Меня снова поразили слова Клода, и я подавилась чаем. Да он надо мной издевался! Обязательно было говорить это, когда я пила?! Однако Клод не обратил внимания и продолжил. Его спокойного голоса хватило, чтобы нанести мне даже не двойной, а тройной удар.

– Такая интересная история. Что-то про то, что я настолько тебя люблю, что готов дать тебе все на свете.

– Кхе-кхе!

Я же это говорила, пока у Клода была амнезия! В мой день рождения мы вместе катались на лодке, и мне пришла идея над ним подшутить! А теперь я за это расплачивалась!

Ах, как же нам было тяжело говорить о своих чувствах друг с другом. Это до сих пор не изменилось, поэтому я не ожидала, что он решит вспомнить тот разговор, ха-ха. Клод лениво потягивал чай, пока я сгорала от стыда.

– Н-но это же все-таки не совсем ложь? – наконец выдавила я, когда взяла себя в руки. Я решила побыть немного бессовестной. Он меня любит. Бесполезно отнекиваться, я уверена в этом! – Ты ведь правда меня любишь.

В ответ Клод поднял брови, окинул меня скучающим взглядом, но промолчал. Он же не станет это отрицать? Правда же? Он не выглядел очень уж счастливым, но и не сказал ничего вроде: «Хватит нести чепуху» или «Ты бредишь». Я думала, он хотя бы фыркнет, но нет!

– Атанасия, – наконец произнес он. Я уже приготовилась услышать то, что ждала, но его следующие слова оказались совсем иными: – Что бы кто ни говорил, ты – моя дочь.

Под покачивающейся кроной деревьев, в мире, где сосуществовали свет и тень, Клод неотрывно смотрел на меня.

– До самой моей смерти… Нет, даже моя смерть не изменит того факта, что ты – моя дочь.

Мгновение – всего лишь мгновение потребовалось, чтобы та часть меня, что готова была первой нанести удар, лишь бы самой не оказаться раненой, рассыпалась в прах.

– Никогда этого не забывай, – тихо, без намека на притворство, прошептал Клод, смотря на меня полными уверенности глазами. За ним шумела листва.

– Да. – Как и он в прошлом, я была готова пожертвовать собой ради этого человека. – Я знаю.

Теперь пути назад не было. Я уже не могла вернуться в прошлое, когда жила одна, ни на кого не полагаясь. Больше не могла игнорировать всепоглощающее чувство привязанности.

– Я прекрасно знаю, что я твоя дочь.

Если бы я потеряла этого человека, я бы рухнула на землю и никогда бы уже не поднялась.

– Я и впредь этого не забуду.

Значит, я должна изо всех сил его защищать. Мне придется рискнуть всем, что у меня есть, чтобы и дальше оставаться с ним.

– Поэтому и ты, папа, не смей об этом забывать.

Я улыбнулась, втайне надеясь, что этот человек со мной так же счастлив, как и я с ним.

– Я счастлив, что к его величеству наконец вернулась память, – произнес Феликс, когда мы шли по саду. По приказу Клода он снова стал моим телохранителем, и мы возвращались в Изумрудный дворец.

Возможно, из-за чувства, охватившего меня во время чаепития, мне казалось, что мне все по плечу. Следуя непонятному импульсу, я подняла руку. Феликс озадаченно наблюдал за мной. Я вышла чуть вперед и взмахнула ладонью в воздухе.

И тут на наших глазах произошло нечто удивительное.

– Ваше высочество?..

В его голосе звучало потрясение. Рыцари и горничные, следовавшие за нами с Феликсом, ахнули и остановились.

Через мгновение перед нами возникло зеленое сияние, а вслед за ним распустились яркие цветы. Как удивительно было наблюдать за тем, как на деревьях, покрытых молодой светло-зеленой листвой, начали появляться цветочные бутоны.

Я подняла руку повыше, и все цветы одновременно распустились, словно пришла весна. Яркие краски окружали нас, и мы наслаждались этим прекрасным зрелищем.

– Боже…

– Как это…

Я услышала пение птиц. Оно перемешивалось с восхищенными вздохами прислуги, но вскоре все растворилось в воздухе. Запах цветов наполнил воздух, а магия – меня саму, с макушки до пят.

Впервые в жизни я сотворила именно то, что хотела.

– А? Повтори-ка!

Лукас, снова расположившийся в моей комнате с тарелкой закусок, посмотрел на меня так, будто я только что сказала что-то нелепое. Однако я подготовилась. Я боялась с ходу выкладывать ему свою просьбу. Поэтому решила понаблюдать за ним и задобрить его вкусняшками, которые для меня приготовила Лили. Но раз уж он просит повторить, надо, наверное, это сделать?

Я глубоко вдохнула.

А затем повернулась к Лукасу, который все еще сидел с кислой миной:

– Пожалуйста, возьми меня в ученики!

– Я хочу серьезно изучать магию. Может, маги из башни мне помогут?

Дело было сразу после того, как я превратила дорогу от Гранатового дворца до Изумрудного в цветник. Пришлось признать, что мое увлечение магией до сих пор было крайне несерьезным, и я отправилась к главе башни.

Мне все еще было с ним некомфортно, ведь он при каждой встрече просил у меня крови, но я уже почти привыкла к нему. Особенно сейчас, когда из-за Клода он ничего не мог со мной сделать…

М-да-а-а…

Я старалась игнорировать зияющую дыру в потолке. Черная башня была единственным местом на территории дворца, где можно было свободно использовать магию. Но до меня дошли слухи, что Клод из вредности ограничил там ее применение, чтобы не дать им быстро починить башню. В итоге дыра так и осталась.

Мне было немного совестно, когда я ее видела, но магов, на удивление, не слишком заботило состояние башни.

– Насчет помощи башни…

– Я хотела бы серьезно изучать магию.

– Никогда прежде не было прецедента, чтобы маги из башни помогали члену императорской семьи с магией. – Глава не дал четкого ответа, да и вообще выглядел сбитым с толку. – К тому же, принцесса, вы ведь уже свободно ею пользуетесь. По всему дворцу разлетелись новости, что вы устроили весну.

– Я самоучка, поэтому у меня много пробелов в знаниях. А в Черной башне, как говорят, собрались самые могущественные маги, признанные не только в Обелии, но и на всем континенте.

Пока я говорила, уголки губ старого мага дернулись. Он был прав, в императорской семье знания о магии передавались из поколения в поколение. Клоду якобы не потребовалось ни у кого учиться, ведь он сразу мог колдовать. Именно поэтому он не видел смысла в том, чтобы целенаправленно изучать магию.

Эх, ну почему меня окружали одни гении?

– Тогда… А что насчет поганца Лукаса?

– Лукаса?

Я навострила уши, когда услышала из уст старика знакомое имя.

– Мне очень неприятно это говорить, но даже в нашей башне его считают умелым магом. Тем более что он довольно долгое время был вашим компаньоном. Полагаю, что вам будет с ним гораздо комфортнее, чем с любым другим магом. Не поймите меня неправильно, я говорю это вовсе не из желания выкинуть этого наглеца из башни. Хо-хо-хо.

С-серьезно? Как будто последняя фраза только больше подозрений навлекла. Порой мне казалось, что я слишком часто видела истинную натуру старика.

Глава 123

Как бы то ни было, слова главы башни заставили меня задуматься. И почему я раньше не вспомнила о Лукасе? Он все равно сидел без дела после того, как вернул себе магическую силу. Может, попросить у него при встрече?

– Я у него спрошу при случае.

От моего заявления маг-старик едва заметно вжал голову в плечи.

– При случае… Принцесса, простите за неожиданный вопрос. Но когда вы его в последний раз видели?

Только сейчас я почувствовала неладное. Было что-то странное в тоне его голоса. Неужели Лукас отлынивал, пока все остальные маги работали не покладая рук?

– Эм, ну, он заглядывал разок, чтобы поздороваться.

– Вот как?

– Да, это было совсем недавно. Думаю, не многие знают о его возвращении. Наверное, он очень занят, поэтому просто заглянул и снова куда-то отправился.

Ах, я списывала все на то, что Лукас помог нам с Клодом. Неожиданно поняла, что начинаю его прикрывать. Ведь глава башни – его начальник, как-никак.

– Хм, значит, этот юнец наконец вернулся в Обелию?

О нет! Похоже, я наступила на мину! Но как так? Как глава башни мог не знать о возвращении Лукаса?!

– Как любопытно. Не сообщил о своем возвращении, но заглянул к принцессе и снова умчался куда-то?

Кхм-кхм. Лукас, неужели ты даже в башне не показался, а сразу ко мне отправился?..

– Ха, какой милый мальчик! – Старик улыбался, но каждое слово казалось поистине зловещим.

Моя кожа покрылась мурашками. Л-Лукас, если ты скрываешься, то надо же было предупредить!

– Ах, кстати. Ваше высочество, я запоздал, но вот вам подарок на день рождения. Я знаю, что вас интересуют магические артефакты, поэтому попытался найти то, что может вам пригодиться. Хотел бы, чтобы эта штучка больше подходила под то, что вы описывали, но времени и так было мало.

– Ой, спасибо.

То, что я описывала? Он об артефакте, который сводит магию на нет? Мне запомнился медальон Кэвелла Эрнста, поэтому я спросила о нем во время своего прошлого визита в башню. По словам главы башни, артефакты, полностью снимающие магию, чрезвычайно редки и ценны.

И он решил сделать мне такой подарок? Я была тронута. Старик всегда казался мне до жути странным, но, выясняется, у него была и другая сторона…

– Если вы действительно хотите меня поблагодарить, можете взамен отрезать кусочек ногтя.

…забираю свои слова назад!

– Но разве это не подарок на день рождения?

– Хо-хо. Разве сейчас не принято давать что-то в обмен на подарок? Вот когда я был молод… – Старик забормотал что-то странное. Опять он за свое. Чем больше я пыталась его слушать, тем быстрее теряла нить повествования.

– Ой, уже столько времени прошло? У меня есть очень срочные дела, так что я пойду. Большое спасибо за подарок.

– Ах, вы уже уходите?.. – разочарованно ответил старик и облизнул губы.

Мне показалось, что мысленно он добавил: «А крови мне так и не дали…». Я была в этом почти уверена.

– Если вы вдруг снова увидите Лукаса, сообщите мне, пожалуйста.

– К-конечно.

Я поспешно покинула Черную башню, оставив хмурого старика позади.

– Я-а-а-а?

Вот так я и решила попросить Лукаса научить меня магии. Я внимательно слушала старика и поняла, что Лукас – настолько силен, что мог колдовать даже там, где стояли ограничители. Хм, это могло прозвучать грубо по отношению к другим магам башни, но Лукас был самым сильным магом, которого я когда-либо видела.

Хм, а что, если это последствия промывки мозгов? Лукас ведь с самого моего детства втирал мне, что он величайший и гениальнейший маг в мире, вот я и поверила.

– Я похож на человека, которому нравится кого-то чему-то учить? – Как и ожидалось, он лишь фыркнул.

Ну а что?.. Еще по рассказам магов из башни было понятно, что Лукас не любил объяснять… В итоге, услышав его ответ, я насупилась и уставилась на него.

– К тому же магия – это не то, чему можно научить. С ней рождаются.

Уф, я уже слышала такое от Клода, но еще и Лукас туда же! Это выражение лица, тон голоса! Почему же они так бесили? Это вообще законно?

После рассказов магов башни я подозревала, что Лукас вряд ли меня чему-то научит. Так что, если бы он сказал, что не возьмет меня в ученики, я бы не стала давить. И не только потому, что он даже не сделал мне нормального партнера для подготовки к дебютантскому балу. За годы нашего знакомства я поняла: Лукас не из тех, кто будет делать то, чего не хочет.

Однако он продолжал вальяжно лежать на диване и, казалось, что-то обдумывал, а затем хмыкнул.

– Эх, но раз уж ты меня просишь, можно попробовать.

– Ах, правда?

– Но, если ты не будешь схватывать все с первого раза, я брошу эту затею.

Тогда шанс провала стремится к бесконечности!

– К тому же если я этого не сделаю, то так и продолжу беситься, что твоя мана разливается во все стороны.

– Моя мана?

Я опустила голову и осмотрела себя, но так и не почувствовала никаких потоков маны. Да и старик, что мог видеть магию невооруженным взглядом, ничего не говорил.

Лукас, похоже, заметил мое сомнение:

– Эй, не сравнивай меня с кем ни попадя. Я знаю, о чем говорю.

Хе-хе-хе, да-да. Он так часто себя нахваливал, что этим заявлением никого не удивил.

– Раз уж мы все решили, давай сразу и приступим. Попробуй остановить выброс своей маны.

– Как?

От моего вопроса Лукаса перекосило. Погодите-ка! А чего это он такую рожу скорчил? Мы даже еще начать не успели, а он уже бесится! Да еще и смотрит на меня как на идиотку!

– Берешь магию – и вот так! А затем так! И еще так.

Объяснение Лукаса было бесполезным. Когда я холодно посмотрела на него, он вопросительно изогнул бровь. Затем тяжело вздохнул и произнес, словно делая мне огромное одолжение:

– Эх, ладно. Не стоило и рассчитывать, что ты сразу же все сделаешь. Я объясню еще раз, так что слушай внимательно. Итак, использование магической силы…

Последовало очередное ужасное объяснение… Он что, издевался надо мной? Я шокированно повернулась к парню, но поняла, что ошиблась. Он действительно считал это объяснением?

Тут я вспомнила слова одного из магов, который чуть не выл от разочарования, когда говорил о Лукасе.

«Я попросил его рассказать мне, как так же легко пользоваться магией, а он лишь зевнул! Вот же ж! Сказал, что это проще простого и как можно этого не уметь… Ах, вот же выбесил!»

Теперь я поняла, почему маги башни так сетовали на Лукаса! Одно дело – услышать об этом, и совсем другое – испытать на своей шкуре.

– Чего стоишь? Делай давай! – подгонял меня Лукас.

Я вздохнула, но мне не оставалось ничего другого, кроме как попробовать. Под его пристальным взглядом я шевельнула рукой. Объяснение было настолько чудовищным, что я мало что поняла. Но, исходя из услышанного…

Хм, как-то так? Я попыталась использовать магию.

– Посмотри, изменилось ли что-нибудь? – Хм, а почему-то стало легче. Мне показалось? – Лукас, проверь. Подвижки есть?

Я сама ничего не чувствовала. Я подняла руку и взглянула на Лукаса. Чего это он на меня так уставился? Его глаза стали размером с блюдце.

– Как? У тебя получилось?

– Правда получилось? Магия больше не вытекает?

Похоже, он сам удивился, что у меня получилось после его ужасных объяснений. Но я поразилась! Все-таки мой талант к магии – не шутка! Однако радость быстро утихла, когда Лукас снова открыл рот.

– Вот это да, какой я крутой. Объяснил так, что даже такая дилетантка, как ты, с первого раза справилась!

– …

– Я так и знал, что в башне одни тупицы, раз ничего не поняли. Я прям в воду глядел! Какой же я гениальный.

– …

– Ах, как же я хорош. Выходит, у меня все-таки есть талант и к преподаванию. Я кого попало в ученики не беру, так что считай, что тебе крупно повезло.

Лукас самодовольно себя нахваливал. Я устало наблюдала за ним. Похоже, он в очередной раз поражался своему великолепию. Как же это нечестно… С какой стороны ни посмотри, все получилось не потому, что он гений, а потому, что я умная и смогла разобраться в его чудовищном объяснении!

Я кисло посмотрела на Лукаса, надеясь, что он прекратит поток самовосхваления. Вспомнив недавний разговор с главой башни, я спросила:

– Так ты не сообщал в башню о своем возвращении?

– А, точно.

– А если твой начальник узнает… Разве у тебя не будет неприятностей?

– Он не узнает. – Лукас лишь фыркнул вместо того, чтобы испугаться.

Но ведь это его начальство!

– Давай-ка лучше попробуем кое-что еще. На этот раз берешь магию и делаешь так…

– Т-так?

– Нет, неправильно! Смотри внимательнее! Вот так. Представь, что ты делаешь не «шух», а «вжух».

…а здесь есть где-нибудь кнопка отмены? Я не хочу учиться у Лукаса! Как жаль, что ее не существует.

В итоге я еще долго оставалась у него в заложниках и пыталась освоить магию.

Глава 124

На бал в честь пятнадцатилетия принцессы Атанасии в Изумрудный дворец съехалось множество людей. Все приглашенные были ее ровесниками, и общее количество гостей перевалило за сто.

После слухов о ссоре императора с дочерью многие жаждали увидеть их вместе. И вскоре, когда отец и дочь официально предстали перед народом, пересуды поутихли. Однако оставались те, кто продолжал следить за ними с подозрением.

Когда принцесса объявила, что ее бал будет маскарадом, интерес к событию возрос.

«Если у вас нет маски, пожалуйста, сообщите нам об этом заранее», – гласило приглашение.

«Без маски вход запрещен».

Некоторые дамы приходили со своими масками, другие получали их во дворце.

Поскольку они все только недавно дебютировали, для многих это был первый бал-маскарад. Девушек переполняла кипучая смесь из смущения и любопытства.

Когда я вошла в бальный зал, увидела гостей в самых разных масках. Казалось, все немного волновались, ведь из-за масок было не так-то просто найти знакомых. Поэтому гости просто стояли на месте и с любопытством озирались.

Неожиданно в зале погас свет.

– А?

– Что случилось?

С наступлением темноты по залу пронесся беспокойный гул. Тут все услышали чей-то звонкий голос.

– Благодарю всех, кто пришел сегодня, – говорила принцесса Атанасия. Голос раздавался одновременно со всех сторон, и гости прислушались. – Как и было сказано в приглашении, бал-маскарад – это таинственное торжество, где все скрывают лица. Если захотите, вы можете несколько раз за вечер сменить маску или взять псевдоним.

Но сколько бы гости ни оборачивались, они не могли понять, откуда именно исходил звук. Да еще и свет в зале погас. Наверное, она воспользовалась магией? Новости о том, что принцесса Атанасия стала могущественным магом, были крайне интересной темой для сплетен.

– Снимать маски запрещено до конца бала. Запрещается убеждать или принуждать другого человека снимать маску. Прошу вас быть внимательными и соблюдать эти правила, иначе мы будем вынуждены попросить вас покинуть бал.

Принцесса Атанасия мастерски удерживала внимание гостей.

– И я хотела бы поблагодарить своего отца за организацию этого праздника по случаю моего пятнадцатилетия. – В голосе, наполнявшем весь зал, явно слышалась теплая улыбка. – Надеюсь, вы хорошо проведете время.

Через мгновение канделябры, расставленные по всему залу, разом зажглись. Повсюду слышались удивленные восклицания. Полилась музыка, и слуги начали предлагать гостям прохладительные напитки.

– Ух ты, какой интересный бал.

– Точно! Он даже, кхм, вполне любопытный…

– Мне кажется, что я впервые с вами разговариваю. Не хотите продолжить за тем столиком?

– Конечно.

Сперва все волновались, но, следуя правилам бала, потихоньку начали расслабляться за разговорами и почувствовали неведомые им доселе свободу и даже азарт. Было крайне интересно пытаться угадать, кем являлся собеседник, опираясь лишь на беседу и жесты. Вскоре все с головой ушли в этот увлекательный бал.

…Таков был мой план. И похоже, что он сработал! Все прошло как по маслу!

Я с облегчением наблюдала за тем, как гости разбивались на пары и небольшие группки, словно в самом начале и не было никакого стеснения. Похоже, я зря переживала, что мой день рождения может обернуться катастрофой.

Да, вот оно – волшебство маскарада. Ах, сладкая свобода анонимности! Я прогуливалась по залу и видела, что гости пытались отгадать личности друг друга. Я изменила свой голос и присоединилась к моим гостям.

– М, я попробую выдвинуть предположение. Судя по вашим рыжим волосам, и белоснежной коже, как лилия…

Барабанная дро-о-обь!.. И ее зовут!..

– Вы леди…

…девушка-лилия! Юная леди Ирейн!

– Я думаю, что вы леди Лорена, дочь графа Флоренс.

Ну, было бы не так интересно, если бы первая же догадка оказывалась правильной. Тем более что я часто видела девушку-лилию, поэтому сразу ее узнала. Другим людям она могла быть не так хорошо знакома.

Более того, она даже надела парик, явно готовясь к балу. Конечно же, девушка-лилия не собиралась облегчать никому задачу.

– Хм, кто знает.

– Ах, я не угадала, да?

– Я видела леди Лорену только издалека, но мне кажется, что вы действительно похожи…

Я тихо отошла, оставив группку разговорившихся дам позади.

Бал-маскарад был в самом разгаре. Всем сперва было некомфортно из-за неизвестности, но теперь они без стеснения общались друг с другом. Вероятно, этому способствовал тот факт, что гости были примерно одного возраста.

Хм, вот и славненько. Если мы сегодня хорошо повеселимся, слухи о разладе между мной и Клодом утихнут. Ведь если бы император ненавидел меня, он бы не позволил мне устроить бал-маскарад в честь моего дня рождения. Именно поэтому я так настаивала на этом вечере – чтобы развеять сплетни.

Через некоторое время я покинула толпу гостей.

– Фух.

Только на улице мне удалось выдохнуть. Честно говоря, сегодня мне не особенно хотелось общаться с гостями, но я все равно считала, что бал-маскарад был отличной идеей. Ведь в ином случае я, как звезда праздника, не смогла бы вот так ускользнуть.

Утром мне пришло письмо из резиденции герцога Альфиоса, что Иджекиил и Дженит не смогут приехать на бал ввиду семейных обстоятельств. Мне даже стало интересно, что у них там за семейные обстоятельства.

Я волновалась за Дженит, которую в последний раз видела во время фестиваля по случаю Дня основания империи. А с Иджекиилом мы и вовсе виделись еще после банкета в честь дня рождения Клода…

С такими мыслями я облокотилась о перила террасы. Для беспокойства не было веских причин, но я все равно переживала.

– Разве это не твой день рождения? – Конечно, покой длился недолго, ведь рядом со мной раздался знакомый голос. – Так чего ты стоишь тут одна и размышляешь о своем одиночестве?

– А, так ты у нас специалист по одиночеству? – ответила я и взглянула на Лукаса, который сидел на террасе и хмурился.

Ведь так и было! Сколько бы я ни отдалялась, ни размышляла об одиночестве, мне никогда не сравниться с Одиноким черным волком! Но его лицо в тот момент, когда я произнесла это…

– Ты выглядишь так, словно…

На его лице черным по белому было написано: «Что за бред?». У-ух, какой суровый взгляд.

– Надо было еще тогда избавиться от той, кто первой ляпнула эту чушь.

– Нет, только не девушку-лилию!

– Хм, так это была она?

Ой! Сама того не осознавая, я сдала Лукасу личность той, кто дал ему титул Одинокого черного волка! П-плохо дело!

– У-ух ты-ы-ы! Посмотри туда, Лукас! Сегодня на небе столько звезд!..

К счастью, он невинно взглянул на меня и не стал задавать вопросов о личности девушки-лилии. Неужели он решил закрыть на это глаза в честь праздничного бала? О, как же я на это надеялась! Пожалуйста, пусть он больше не станет задавать вопросов! Я должна защитить девушку-лилию!

Ой, а она ведь сегодня в бальном зале! Если я потеряю бдительность, праздничный бал может превратиться в кровавую разборку.

– Ты же сегодня отмечаешь свой день рождения, вот я и проявляю к тебе особое внимание.

Это радовало…

– К тому же, судя по этому разговору, мне даже делать ничего не придется – ты сама мне ее сдашь.

Что? Я не такая!

– Сегодня у меня не такое уж и паршивое настроение. Подарок на день рождения я тебе уже подарил, но в качестве исключения и специально для тебя…

Я не успела даже понять, что он хотел сказать, а Лукас уже махнул рукой, и прямо на моих глазах произошло нечто волшебное.

– Ух ты!

В ночном воздухе закружились бесчисленные лепестки, переливаясь в лунном свете. Казалось, звезды сошли с неба и рассыпались сияющим водопадом. Из зала донеслись восхищенные возгласы. Я оглянулась – та же картина развернулась и внутри.

– Как красиво…

Лукас небрежно свесил ноги через перила, будто вовсе не он только что сотворил чудо.

– Спасибо, – тихо пробормотала я, восхищенно глядя на развернувшуюся передо мной картину.

Мой голос был почти шепотом, но в тишине ночи Лукас должен был его услышать. Празднование моего пятнадцатилетия медленно приближалось к концу.

Глава 125

На следующий день я сидела в своей комнате у окна и щелкала пальцами.

Щелк.

В тот же миг передо мной раскинулось цветущее поле. Белые цветы покачивались на ветру, и я почувствовала легкое сожаление, но не стала телепортироваться обратно.

Я не могла сказать наверняка, что привело меня сюда – спонтанный порыв или долгие размышления, полные сомнений. Возможно, и то и другое. А может, что-то совсем иное.

Некоторое время я гуляла по полю. Встречу ли кого-нибудь или останусь в одиночестве – меня устраивал любой вариант. Это все были пустые размышления. Однако даже я сама не знала, почему оказалась здесь.

Когда я через какое-то время обернулась, не поверила своим глазам: он появился передо мной как фантом. Дул легкий ветер, и серебристые волосы юноши немного спутались. Золотые глаза, словно вобравшие в себя само солнце, удивленно смотрели на меня.

– …Я сейчас сплю? – прошептал Иджекиил, не отводя от меня взгляда, словно не верил в происходящее.

Я мельком видела его, когда приходила навестить Дженит в поместье герцога Альфиоса. Но он впервые видел меня после банкета в честь дня рождения Клода. Потом он знал только, что я пропала из дворца и затем вернулась. Неудивительно, что он смотрел на меня таким взглядом.

– Или же это иллюзия, созданная ветром?

Мы стояли посреди того самого цветочного поля, куда он когда-то привел меня, чтобы скрыть мое присутствие в поместье. Тогда Лукас отправил меня сюда ради забавы.

Я перевела взгляд на его руку и заметила белую повязку, выглядывавшую из-под закатанного рукава рубашки. Почему-то вся его левая рука от локтя до запястья была плотно замотана белыми бинтами. Я подозревала, что это были те самые «семейные обстоятельства», из-за которых Иджекиил и Дженит не смогли прийти на мой бал.

– Это сон или иллюзия?

Я посмотрела на юношу, стоявшего передо мной, и медленно произнесла:

– Ни то, ни другое…

Когда мой спокойный голос донесся до Иджекиила, он переменился в лице.

– Это все на самом деле?

Наверное, именно так Пигмалион смотрел на Галатею, статую, ожившую из-за благословения богини.

Иджекиил начал приближаться ко мне, словно осознав, что это все реальность.

– Я… – Я вздрогнула, когда его голос раздался всего в паре шагов от меня. – Я так хотел с вами связаться.

На его лице отразилась боль, и я не знала, что ему ответить.

– Но я не знал, как это можно сделать.

– …

– Даже сейчас мне кажется, что если я закрою глаза, то, когда открою их, вы исчезнете… – Невеселый голос, подхваченный ветром, донесся до меня, а затем растворился. – Я и не подозревал, что сердце может испытывать такую боль.

Иджекиил Альфиос. Почему складывалось такое впечатление, будто бы главный герой романа страстно признавался мне в чем-то?

– Считайте нашу сегодняшнюю встречу волшебным сном, – наконец произнесла я после короткого молчания.

При звуке моего голоса выражение лица Иджекиила изменилось, словно его пронзили острым кинжалом.

– Вы ведь только что сказали, что это реально.

– С этой секунды уже нет.

– Значит, вы снова исчезнете? – Иджекиил сжал губы, точно хотел сдержать вырывающиеся слова. Наконец он приглушенно продолжил: – Зачем вы пришли сюда сегодня?

Я не ответила.

– Разве не по той же причине, что и я?

Лепестки цветов мягко покачивались и напоминали снежинки. Я просто молча смотрела на юношу перед собой.

– Если так, то позвольте мне хоть коснуться вас. – С тихим шепотом Иджекиил приблизился ко мне.

Белые цветы и зеленая трава шелестели под ногами юноши. В воздухе витал цветочный аромат. Вскоре передо мной появилась тень. Вместо перевязанной левой ко мне тянулась его правая рука. Кончики пальцев Иджекиила коснулись меня.

Вуш!

– Я вам не помешал? – раздался ледяной голос.

Я даже отреагировать не успела, а уже оказалась в своей комнате, продолжая ощущать аромат цветов.

– Это было так слащаво, что я не мог больше на вас смотреть. – Лукас холодно смотрел на меня с дивана. – Но даже если ты скажешь, что я вам помешал, обратно к тому придурку я тебя не отправлю.

Я опустилась на диван и устало поправила волосы. Затем встала и ответила:

– Нет, ты молодец.

Честно говоря, во мне не было уверенности, что я смогла бы сама выбраться из сложившейся ситуации. Поэтому надо было отдать Лукасу должное – он появился в подходящий момент.

– Молодец?

– Да.

Услышав мой ответ, Лукас промолчал. Казалось, что он был чем-то недоволен, но мне больше нечего было сказать.

Я снова провела рукой по волосам и встала. Посмотрела на часы – было уже три пополудни.

– Кстати, Лили, случайно, не заходила?

– Зашла и тут же ушла.

– Наверное, поняла, что меня нет.

Она могла решить, что я в Черной башне. Я задумалась и сама не заметила, как пробормотала:

– Эх, а жизнь – все-таки сложная штука.

Естественно, Лукас ничего не ответил.

Я тряхнула головой, отгоняя образ поля с белыми цветами, Иджекиила, и тепла, которое коснулось меня всего на секунду.

– Я пойду к папе. Можешь тут еще остаться или уйти. В общем, как хочешь.

Лукас снова промолчал, но я и не ждала ответа, поэтому просто вышла из комнаты.

На дворе стояло лето, начало моего пятнадцатилетия. Хотя год только начинался, казалось, что я уже дочитала его до последней страницы.

Время шло, и я стала красивой семнадцатилетней девушкой.

– Вам не кажется, что эта формула крайне неэффективна? – Я положила толстую книгу по магии и заговорила, привлекая внимание окружающих. – При этом не только она, но и все остальные формулы в разделе «Рост» содержат много лишней риторики.

– Однако этот метод был внедрен во времена правления его величества императора Этернитаса. С тех пор маги пытались найти более эффективную формулу, но безуспешно, – тут же возразил один из магов башни.

Опять двадцать пять. «Император Этернитас лучший!», «Мудрость предков не переплюнуть!» и другие заявления. Все сводилось к тому, что формулы Этернитаса лучшие. Так еще и другие маги согласно закивали.

Стоило мне только увидеть книгу, написанную императором Этернитасом, как в голове тут же начинало звенеть. Если бы он был жив, эти ребята стали бы самыми ярыми его фанатами.

– Верно. Эта формула почти идеальна!

– Вы только взгляните. Из каждой тщательно нарисованной линии так и льются элегантность и великолепие!

– Если нарисовать эту формулу, спиральный узор в ее центре помогает связать магическую энергию, а шесть расходящихся линий обеспечивают ее плавную циркуляцию...Бла-бла-бла…

Спору нет, формула заклинания очень затейливая и красивая, но где ее применять? Я окинула холодным взглядом магов, напоминавших каких-то сектантов. В целом, я к этому уже привыкла, но в такие моменты у меня заново открывались глаза.

Один из магов продолжил самозабвенно петь дифирамбы красоте формулы, но я не выдержала и воскликнула:

– Да, но я думаю, что мы могли бы сделать ее более эффективной!

– Что-о-о? Что вы такое говорите?..

– Вот, взгляните.

Я показала свои наброски магам, у которых на лицах читалось: «Улучшить и без того идеальную формулу?! Что за бред!» Как и ожидалось, они скептически рассматривали бумагу. Но вскоре один из них захрипел:

– Э-этоже…

– Ваше высочество, неужели?!

Их голоса и руки дрожали. Глядя на них, я почувствовала себя белой вороной. Хе-хе, да. Удивительно, да? Формула, которая на протяжении двух веков считалась идеальной, стала еще более совершенной, так что любой мог прийти в восторг.

Их взгляды требовали разъяснений, и я с радостью начала:

– Если у нее цель связать магическую силу, то при должном уровне концентрации заклинателя нет необходимости использовать столько линий. Я уже проверила, и формула сработала просто с нарисованным в центре кругом. Зато я изменила вот эту часть и добавила формулу, чтобы предотвратить ненужную утечку маны. Если добавить эту строку сюда, то не будет возникать никаких конфликтов между частями заклинания. К тому же эта формула не так эффективна, когда в нее вливают ману краткими интервалами…

Пока я объясняла, маги завороженно следили за моими скользившими по бумаге руками.

– Так можно сократить время активации заклинания и усилить его почти в три раза.

Конец объяснения! Ох, ну и тяжело это. Я хотя бы не как Лукас объясняю! Но больше я не хочу этим заниматься. Маги, впечатленные моей работой, восторженно завопили:

– А-а-а! Это станет величайшим событием в нашей истории! За двести лет никто так и не смел тронуть формулу императора Этернитаса!

– Боже! Какая прекрасная формула! Фантастически совершенный подход!

– С ее помощью можно ускорить действие заклинания на полторы секунды!

– Ах! Давайте сейчас же ее проверим!

Я с гордостью наблюдала за тем, как кучка магов столпилась вокруг моей наработки, набросанной на скомканной бумаге, как над настоящим сокровищем.

Всякий раз, как я видела эту формулу, меня охватывало разочарование. Будто пытаешься вдохнуть аромат любимого десерта, но из-за насморка ничего не можешь уловить. А тут эта давняя заложенность начала проходить. Маги полностью сосредоточились на новой формуле, совершенно забыв о моем существовании, и я, счастливая, вышла из Черной башни.

Глава 126

– Ваше высочество, вы были в башне?

– Угу.

Когда я вернулась в Изумрудный дворец, первой меня, как всегда, поприветствовала Лили. Я регулярно наведывалась в Черную башню, поэтому она не удивилась.

– Ах, Лили, от тебя вкусно пахнет. – Я приблизилась к девушке и принюхалась.

– Я только что приготовила финансье. Скоро принесу их в вашу комнату. – Она одарила меня теплой материнской улыбкой.

Ох, Лили лучше всех. Откуда она узнала, что я проголодалась? Приготовила финансье прямо к моему возвращению.

– Ваше высочество, я положила приглашения вам на стол.

– Спасибо, Сет.

Я сразу принялась рассматривать разложенные на столе приглашения. В мою комнату они попадали уже после сортировки, так что я могла спокойно их читать. Мне оставалось только решить, какие из них я приму, а какие – нет.

– Хм.

Напевая себе под нос, я села на диван и стала читать. Сегодня я чувствовала себя отдохнувшей, ведь уже закончила работу над формулой. Ах, если бы я знала, что мне после этого будет так хорошо, сделала бы это еще давным-давно.

Маги Черной башни уже не так слепо поклонялись Этернитасу, но все еще настороженно относились к моим идеям. Но и я отточила свои знания! Никогда бы не подумала, что наступит тот день, когда я буду заниматься улучшением формулы самого Этернитаса, известного как могущественный маг-императора! Ах, эмоции так и хлынули от этой мысли!

Как бы неприятно мне ни было это признавать, именно Лукас оказал большое влияние на то, что я стала такой крутой. Я признаю твою заслугу, чертов гений!

– Ваше высочество, пора перекусить. – В комнату вошла Лили с подносом еды.

– Ах, кофе?

– Да. Мне показалось, что он вам в прошлый раз пришелся по душе. Вот во дворец и доставили немного.

На самом деле в Обелии кофе был редкостью. Когда Лили сказала, что из Арланты в Изумрудный дворец на пробу доставили новый вид чая, я подумала, что это мог быть кофе. Так и оказалось.

Меня накрыло чувством ностальгии, и я быстро влюбилась в этот напиток. Черный чай мне, конечно, нравился, но в нем иногда не хватало вкуса. Хе-хе, это был не лучший кофе, но грех жаловаться. Хоть я и стала старше, мои вкусовые предпочтения не сильно изменились, поэтому я щедро насыпала сахара в кофе, что принесла Лили.

– Лили, садись. Поедим вместе.

– Мне для сытости достаточно просто видеть, как вы едите.

Хм, я была бы рада вместе с ней поесть. Но я не могла повторно ей это предложить, ведь Лили смотрела на меня с материнской улыбкой.

Она все еще любила обо мне заботиться: готовила закуски, расчесывала волосы перед сном, убиралась в моей комнате. Мне это нравилось, поэтому, даже когда мне исполнилось семнадцать, я не стала ее останавливать.

– И когда только принцесса успела стать такой красавицей?

За последние два года я стала выше, избавилась от своих детских черт, у меня появились женственные изгибы. Наверное, поэтому Лили иногда пробормотала подобное, глядя на меня.

– Я и раньше была красавицей! – с озорной улыбкой произнесла я.

– Конечно. Вы с самого первого дня жизни были самым красивым ребенком в мире.

Кхе-кхе. Она все еще слишком серьезно относилась к моим шуткам. Мне было немного неловко, но любовь Лили оставалось одной из моих любимых ее черт. Вероятно, поэтому я и ребячилась перед ней.

После перекуса и изучения приглашений я направилась в Гранатовый дворец.

– Папа, пора сделать перерыв!

Клод сегодня вновь замуровался в кабинете и возился с документами. Когда я вошла, он взглянул на меня, и я заметила темные круги под его глазами.

Раньше я старалась его поменьше отвлекать от работы, но теперь знала: если не остановлю его, то он просидит здесь до рассвета. Я и вчера приходила в это же время. Клод медленно моргнул и тихо произнес:

– Феликс.

– Да, ваше величество, – незамедлительно отреагировал рыцарь, стоявший за мной, и почтительно склонил голову.

– В такие моменты я чувствую себя собакой, которую нужно выгулять. Мне кажется?

– Принцесса Атанасия просто за вас беспокоится. Она приходит в одно и то же время, чтобы напомнить о вашем здоровье, – с достоинством ответил Феликс.

– Именно, пап. И сравнение с собакой тут явно неуместно.

– Более того, что животным, что людям – всем полезно погулять на солнышке, ваше величество.

Молодец, Феликс! Неужели мы стали так прекрасно друг друга понимать после стольких лет, проведенных вместе? Ах, наш Феликс так изменился! Все эти события сделали его таким, каким он стал.

Как бы то ни было, Клод нахмурился. Но мы не отступали, и поэтому ему было проще сдаться.

– Так что заканчивай со своими делами – и пойдем гулять. Феликс прав, людям нужно хоть иногда бывать на свежем воздухе и наслаждаться солнцем.

– Эх, – тихо выдохнул Клод, словно его это все не устраивало, но и выгонять он меня не стал.

– Тогда я подожду тебя вон там. – Я с широкой улыбкой села на мягкий диван, что стоял здесь специально для меня.

И все же странно. Два года назад я поставила в своей спальне такой же диван, но он почему-то ощущался по-другому! Будто диван в кабинете был мягче? Я хотела еще немного проверить его мягкость, но побоялась, что мои прыжки будут отвлекать Клода, поэтому бросила эту затею.

– Пап, я устала просто ходить вокруг дворца. Пойдем сегодня в цветочный сад! – Через какое-то время я взяла Клода за руку, и мы вышли из Гранатового дворца.

Феликс следовал за нами, держась поодаль. Клод часто ворчал на него и приказывал держаться от нас на расстоянии десяти шагов. Теперь рыцарь делал это даже без напоминания. Раньше он расстраивался, когда его вот так отсылали, но теперь, судя по всему, он привык.

К-кхм. С какой-то стороны можно было сказать, что он смирился с таким обращением… Мне даже стало его жаль.

– Пап, ты же и сам рад, что вышел из кабинета!

– Это раздражает.

– Пусть так, но нельзя постоянно сидеть в четырех стенах. Мышцы и атрофироваться могут. Не забывай о своем возрасте.

Я видела, как Клод нахмурился от моего подкачивания. Хе-хе, ему было неприятно думать о своем возрасте? Но серьезно. Хоть он и мог похвастаться почти юношеской красотой, с каждым днем он выглядел все более уставшим.

Естественно, Клод бы принялся все отрицать. Но я не могла не волноваться за него. Клод избегал активного отдыха, все время сидел за бумагами, а спал когда попало.

– Помнишь, я просила тебя спать на кровати? Так вот, если и дальше не будешь слушаться, то я просто прикажу унести твой диван.

Он все никак не мог избавиться от привычки спать на диване. Даже если он был мягким сам по себе, для регулярного сна он не предназначался. Однако Клод недовольно нахмурился в ответ.

– Для моей единственной дочери ты слишком много ко мне цепляешься.

– Но кто еще может сказать это все папе, если не я?

Феликс мог хоть триста раз ему напоминать, и его бы все равно проигнорировали. Вот мне и приходилось пилить ему мозги, чтобы он хоть иногда не забывал заботиться о себе. Хм, а я ведь была действительно хорошей дочерью, раз так о нем беспокоилась. Мог бы и похвалить меня!

Однако Клод оставался верен себе. Вместо того, чтобы похвалить меня, он пробормотал голосом, полным сожаления:

– Родная дочь обращается со мной как с собакой. Каждый день капает на мозги и говорит делать и то, и се. Мое терпение не резиновое.

Эх, да что он заладил с этой собакой? Если я звала его гулять, это сразу означало, что он собака, что ли? Ну, я не могла поспорить, что со стороны действительно выглядело так, словно его насильно вытаскивали на улицу…

– Кстати, тебе еще не наскучил этот цветочный сад? – вдруг спросил Клод, оглядываясь.

Он вырвал меня из мыслей, и я тоже огляделась. Сейчас мы были в саду с цветущими розами. Его Клод тоже создал для меня. Меня-то все устраивало, но, может, ему надоел этот маршрут?

– Если хочешь, в следующий раз пойдем в другое место?

От такого вопроса я действительно почувствовала себя хозяйкой собаки, заботившейся о выгуле своего питомца. Это все из-за Клода и его сравнений!

– Феликс, – спокойно произнес он, и рыцарь, будто только этого и ждал, подошел к нам.

– Да, ваше величество. Вы меня звали?

– Прикажи слугам превратить это место в тропический лес к завтрашнему дню.

Я в замешательстве уставилась на Клода. С чего это он вдруг? Феликс тоже вздрогнул от неожиданного приказа.

– Тропический… лес?

– Именно. Атанасии уже надоел розарий.

Что? Мне?! Я опешила настолько, что не могла не воскликнуть:

– Папа, когда я такое говорила?!

– В прошлый раз ты говорила, что тебя поразил сад маркиза Ирейна. Ты даже упоминала название какого-то цветка…

Ой, погодите! И только из-за этого он?..

– Вспомнил. Аристолохия элегантная, да?

К-кхе. Я чуть кашлем не зашлась от сложного названия, которое выдал Клод.

– А? Аристо-что?..

– Аристолохия элегантная.

– Аристолохия элегантная… Даже такие цветы бывают. Надо запомнить это название.

Было крайне забавно наблюдать, как двое мужчин направо и налево разбрасывались таким пафосным и научным термином. Я тут явно была лишней! Не делайте таких серьезных лиц и не надо так стараться выговаривать сложные названия!

Глава 127

– Папа, когда я говорила, что мне нравится этот цветок?

Что за несправедливость! Я просто рассказала о необычном растении, которое видела в саду маркиза Ирейна, а он так все переврал!

– Разве ты не говорила, что хочешь еще раз навестить резиденцию маркиза? Вот я и говорю, что мы устроим тропический лес в императорском дворце. Что не так?

Очень многое! Все не так!

– Если бы тебе цветок не понравился, ты бы ни за что не запомнила его длинное название до последней буквы и не захотела бы снова ехать к маркизу, когда только что от него уехала.

– Похоже, что вы правы, ваше величество. – Феликс согласно закивал головой, на этот раз искренне.

Да нет же! На самом деле Клоду просто не нравилось, что я уезжала из дворца, поэтому он и решил создать на территории дворца собственные тропики.

Тем более аристолохия элегантная! Она мне не понравилась! Она совсем не в моем вкусе!

– Пап, но мне нравится наш розарий!

– Тема закрыта. Феликс, прикажи сегодня же…

– Э-эй. У маркиза Ирейна хороший сад, но тот розарий, что ты сделал для меня, гораздо лучше и красивее! Только взгляни на эти розы! Такие пышные и красивые!

Вот, пусть он взглянет на эту красавицу! Неужели он правда собирался уничтожить такую прекрасную розу? Серьезно? Как можно так жестоко поступать с ней? А?

– Розы очень идут принцессе, – радостно произнес Феликс, глядя, как я стою спиной к цветам.

Клоду тоже нужно было посмотреть на меня! А теперь пусть представит меня не на фоне роз, а на фоне тропических растений со сложными названиями. Что лучше? К тому же некоторые растения там меня и сожрать могли.

Однако у Клода все равно было другое мнение. Возможно, дело не столько в саде маркиза Ирейна, сколько в том, что я всю нашу прогулку капала ему на мозги.

– Нет, теперь и мне хочется узнать, настолько ли красива эта аристолохия элегантная, как ты говоришь. Феликс, передай, что этот розарий должен сейчас же превратиться в тропический лес.

– Да, ваше величество.

– Н-нет! Папа, подожди! Погоди, пап? И ты, Феликс, пока никуда не ходи! Не надо торопиться!

Я едва не бежала за Клодом. Нужно было сделать все возможное, чтобы защитить розарий. Эх.

Ох. Я внутренне застонала, глядя на фиолетовый цветок передо мной.

– Принцесса, вы снова смотрите на аристолохию элегантную.

– Хе-хе, она такая необычная.

Я взглянула на цветок с белым узором из прожилок и неосознанно отшагнула назад, продолжая улыбаться. Раз его здесь поставили, значит, он нравился кому-то из обитателей дома. Я уважала вкусы других людей, но и на свои закрывать глаза не могла.

Всякий раз, как я видела этот цветок, моя кожа покрывалась мурашками. Это из-за белого узора?

– В прошлый раз она вам понравилась, и я решила узнать о ней побольше. Если не ошибаюсь, ее еще называют ситцевым цветком.

– Ах, ситцевый, значит… – не задумываясь, ответила я девушке-лилии, а затем замерла.

П-погодите!.. Выходит, ей нравился этот цветок? Когда я увидела его в прошлый раз, сказала что-то вроде: «Ах, этот цветок такой… впечатляющий!» И все! Однако девушка-лилия говорила с таким упоением, что я не решилась раскрыть правду и сказать, что он на самом деле не в моем вкусе.

Как же я слаба по отношению к миленьким девушкам, эх.

– Я попросила горничных приготовить для нас что-нибудь, идемте.

Сегодня я впервые за долгое время была в гостях у маркиза Ирейна. Меня пригласила Хелена Ирейн, девушка-лилия, с которой мы общались еще со времен дебютантского бала. После бала-маскарада в Изумрудном дворце, устроенного в честь моего пятнадцатилетия, я время от времени посещала резиденции семей, которые отправляли мне приглашения.

Я вздрогнула, вспомнив обещание Клода превратить розарий в тропический лес. Кхм, но я выиграла тот бой. Мне удалось остановить злую руку Клода и защитить мои прекрасные розы.

– Кстати, принцесса. Цветы, что позади вас. Вы в прошлый раз очень помогли им своей магией.

– Правда? – Я удивленно распахнула глаза и обернулась.

За мной действительно были цветы, похожие на те, что я видела у маркиза Ирейна в прошлый раз.

– Лепестки голубые.

– Красиво, правда? Это пока что всего лишь бутоны, но через неделю они раскроются.

Мне с трудом верилось, что увядшие цветы на самом деле готовились распуститься. Но ведь я использовала на них свою модифицированную формулу Этернитаса. Я как раз искала, на чем ее испытать, и тут девушка-лилия предоставила мне отличную возможность. Я решила наполнить растение магией, и результат превзошел все ожидания.

– Если бы не принцесса, цветы бы никогда так не зацвели.

Конечно, магию лучше не применять бездумно. Но если доработать формулу, она могла бы помочь в Обелии: северные земли неплодородны, а эта магия способна ускорить рост зерновых культур…

Размышляя над этим, я сделала глоток ароматного чая.

– К-кстати, принцесса… – Девушка-лилия замялась, а ее щеки налились румянцем. – Как сейчас дела у господина Лукаса?..

Ах, девушка-лилия оставалась все такой же невинной. Уже три года, как он носил прозвище Одинокого черного волка, данное с ее легкой руки, и она так неизменно по нему страдала! Какой же Лукас сердцеед!

– Как и всегда. У него много работы в Черной башне.

– Ах, ну да. Он же лучший маг башни.

Кхе-кхе. Девушка-лилия – сама наивность.

Конечно, Лукас был самым молодым среди магов, но главного деда и остальных не стоит списывать со счетов. Хотя временами даже мне казалось, что он сильнейший маг в Обелии…

– Ах, я видела его мельком, когда в прошлый раз шла к принцессе на чаепитие. Он сиял с головы до пят. От этого ослепительного зрелища у меня на мгновение закружилась голова, и я чуть не лишилась чувств. Однако исходящее от него всеобъемлющее одиночество с каждым годом будто становится только глубже. Мое сердце так болит за него…

Ах, опять началось! Ее глаза подернулись мечтательной дымкой, и она сложила руки, как в молитве. Я бросила на нее беспомощный взгляд, а девушка-лилия продолжила погружение в свой мир грез.

– Я подумала, как было бы здорово, если бы я могла хоть раз его обнять…

Я почувствовала себя невидимкой – она напрочь забыла о моем существовании. Но мне это было не впервой.

– Ах, я была так юна. Если бы я встретила господина Лукаса раньше, я бы ни за что не клюнула на лорда Джарви! – я снова глотнула чая, вполуха слушая ее изливания. – Каждый раз, как я вижу его рубиновые глаза, которые просто кричат об одиночестве, которое ничем не восполнить, я…

Хм, этот чай очень вкусно пахнет. Может, в Изумрудный дворец тоже такой заказать?

– А? Чего тут так темно?

– Не включай свет! – воскликнула я, как только поняла, что не одна в комнате.

Но было уже слишком поздно. Ай, мои глаза! Эх, что ж он шустрый-то такой!

Сквозь прищуренные глаза я увидела черноволосого юношу с рубиновыми глазами. Ослепленная внезапным светом, я недовольно на него посмотрела, а Лукас вопросительно наклонил голову.

– Почему ты сидишь одна в темноте?

Именно сейчас он решил это узнать. Почему не до того, как включить свет?! Но я, будучи милосердной, закрыла глаза на его ошибку, и позвала со своего гнездышка на кровати:

– Лукас, подойди сюда.

– Я что, собака?

Что за ерунда творилась в последнее время? Почему все постоянно сравнивали себя с собаками? И меня уже второй раз почем зря обвиняли.

Лукас хоть и поворчал, но исполнил мою просьбу. Смотрите, какой послушный.

– Еще ближе.

Почему он вдруг остановился? Я повернула голову в его сторону и подозвала его. Однако маг лишь нахмурился и даже не думал ко мне приближаться.

– В чем дело? Подойди.

Чего он медлил? В итоге я протянула руку к Лукасу, который замер в нескольких шагах от меня, и только тогда парень сдвинулся с места. Я схватила его за руку. Мне показалось, что парень вздрогнул, когда я коснулась его пальцев, но я не обратила на это внимания и притянула к себе. Я так делала уже не впервые, поэтому Лукас без особого сопротивления лег рядом со мной на кровати.

– Вот, смотри.

Я щелкнула пальцами и выключила свет. Я уже три года как практиковала магию и могла колдовать с закрытыми глазами. Терпение и труд все перетрут!

Как только я воспользовалась магией, на потолке вспыхнул сияющий магический круг. Это была формула, которую я ранее начертила в воздухе. Вчера во время занятий математикой мне стало нестерпимо скучно, и я создала тонкую волшебную нить и растянула ее в воздухе. Она сверкала, как Млечный Путь.

Ах, какое завораживающее зрелище. Сразу вспомнилось, как я лежала на траве и разглядывала звезды…

– Правда, эта формула напоминает созвездие?

– Хм, похоже, что занятия по математике были крайне интересными, – спокойным тоном отметил Лукас, несмотря на красоту перед нами.

Я в шоке. Как можно быть таким черствым?!

– Что, не нравится? Я только вчера ее открыла. Ты первый, кому я ее показываю.

– Да нравится, нравится.

– Ты только что вздохнул? По-твоему, это все глупо?

– Скорее… – По какой-то причине в голосе Лукаса сквозило сожаление. Однако я не ожидала услышать в его тоне ноту растерянности. – Я скорее внезапно задумался над тем, почему до сих пор вот так играю с тобой в дочки-матери.

Глава 128

– Что, в дочки-матери?

– Именно так.

Я моргнула. Его голос прозвучал ниже и мягче, и юноша рядом со мной превратился во взрослого мужчину. Его рубиновые глаза спокойно изучали меня. Я сделала глубокий вдох.

На миг я потеряла концентрацию, и магия развеялась: светящийся узор на потолке потух. Я села от неожиданности.

– Эй! Я же просила тебя… вас так больше не делать?

Ой, чего это я вдруг с ним так вежливо заговорила? Странно, что вид взрослого Лукаса мешал мне вести себя с ним, как обычно. В комнате стало темно, и я даже обрадовалась, что мы не могли четко друг друга видеть. Так Лукас не мог заметить моего смущенного лица.

В темноте раздался его томный голос:

– Ты сейчас такая беззащитная.

Вдруг моего запястья коснулось тепло, и я вздрогнула. На плечи легли руки и потянули меня вниз.

– Так и хочется тебя коснуться.

Давление было не таким уж и сильным, но я все равно не могла его сбросить. Мне не оставалось ничего другого, как лечь обратно на кровать.

Даже в темноте я чувствовала: он был слишком близко.

Так, нужно взять себя в руки. Это ведь Лукас. Да, он выглядел старше, но все равно оставался Лукасом! Я спокойно произнесла:

– Сомневаюсь, что так стоит говорить человеку, который без спроса входит в мою комнату в любое время дня и ночи.

– Ты обращаешь на меня внимание только тогда, когда я выгляжу, как сейчас.

Рядом с моим ухом раздался тихий смешок. Ах, мне было не по себе. Почему я так разнервничалась? У меня даже уши горели, и казалось, что я вот-вот сойду с ума…

– Вот теперь-то ты понимаешь, что я на самом деле не ребенок.

Я снова ощутила тепло на своей коже и вздрогнула. П-почему он постоянно трогал мое запястье? Пальцы Лукаса мягко скользили по нежной коже, и я продолжала невольно вздрагивать.

– Или же у нашей принцессы просто плохая память?

Л-Лукас! Ему не казалось, что мы слишком близко друг к другу? Это уже ни в какие рамки… И вообще, он что, смазал свои голосовые связки медом? Его голос стал таким, таким…

– Может, мне стоит напоминать тебе об этом каждый день?

– Ты этого хочешь?

Я невольно сжала пальцы на ногах от этого тихого шепота. Глаза уже привыкли к темноте, и передо мной появился одновременно знакомый и незнакомый человек. Я даже дышать нормально не могла и беспомощно смотрела на Лукаса снизу вверх.

Однако напряженная атмосфера улетучилась буквально через мгновение.

– Чего это мы не дышим?

– Т-тебе кажется.

Ай, отпусти мой нос! Я начала вырываться, ведь Лукас внезапно игриво ухватил меня пальцами за нос.

Через мгновение в комнате стало светло. Ай, мои глаза! Предупреждать же надо, когда свет включаешь!

– Впредь будь осторожнее.

Когда я подняла голову и протерла глаза, стараясь привыкнуть к свету, Лукас уже поднялся с кровати. Я с облегчением обнаружила, что он вновь стал юношей. Он не менял свой облик в прошлом году, поэтому выглядел почти так же, как и два года назад. Вся проблема была в том, что Лукас временами принимал свою взрослую форму и надо мной подшучивал.

– Не зови к себе в кровать случайных мужчин.

– Ты – случайный мужчина?

Он иногда говорил такие странные вещи. Сколько лет мы с ним уже были знакомы?

– Нет, конечно. Я не случайный мужчина. – Услышав мой вопрос, Лукас замер и ответил странным тоном. В нем слышалась смесь удовлетворения и какого-то недовольства. – Однако это не отменяет того факта, что ты ведешь себя опрометчиво.

Лукас уже собирался уйти, но вдруг передумал, развернулся и снова приблизился ко мне. Я все еще терла глаза и недовольно смотрела на него. Сегодня он вел себя особенно странно.

Он хотел рассказать мне какой-то секрет? Почему он так близко подошел? Я вопросительно взглянула на него, когда он оперся коленом о кровать и наклонился ко мне. Его слова меня не на шутку удивили:

– Но все равно нужно быть осторожнее.

–!..

– Если будешь и дальше так на меня смотреть, мне снова захочется тебя помучить.

Низкий голос прозвучал особенно зловеще. Я невольно отпрянула, не в силах отвести взгляд от Лукаса, который выглядел так же юным и невинным, как всегда. Будто не произошло ничего необычного.

– Можем продолжить, если хочешь?

Я смущенно взвизгнула и прикрыла руками пылающие уши. Однако парень просто лукаво улыбнулся и исчез так же тихо, как и появился. Глядя на пустое место, где он только что был, мне оставалось лишь ворчать себе под нос.

– Принцесса, вам еще подарок. Отнесу его в комнату к остальным.

Я вернулась в Изумрудный дворец после очередной спокойной и уютной прогулки с Клодом. Он снова опасно косился в сторону моих роз! Я-то думала, что смогла его убедить после той истории с тропическим лесом…

– Приглашений становится все больше, принцесса. Как и писем от различных домов!

Похоже, что письмами сегодня занималась Сет, а не Ханна. Но я и сама заметила, что их стало больше в последнее время.

– Словами не передать, как приятно видеть, что принцесса становится красивее с каждым днем. Наверняка его величество думает точно так же.

Феликс посмотрел на меня странным взглядом. Точно таким же, каким иногда смотрела Лили. Я знала, о ком они думали в такие моменты. Временами они говорили, что я с каждым днем все больше становлюсь похожей на Диану.

– Нечего удивляться, что юноши все чаще оказывают принцессе знаки внимания с тех пор, как вы стали выезжать за пределы дворца. Лорд Джарви и лорд Дюк, которые славятся своей красотой, каждый день шлют принцессе любовные письма.

– Ханна, это не любовные письма.

– Ах, принцесса, вы еще такая наивная. Мужчины не станут каждый день писать девушке, если не питают к ней никаких чувств. Лично я больше всего болею за юного герцога Альфиоса…

Ханна, значит, ты одна из фанаток Иджекиила… Что ж, после того как он подарил мне Синяша, она действительно была вне себя, когда разговор заходил об Иджекииле. Прислуга и другие дамы тоже стали все чаще говорить о нем.

– Похоже, что его величество, на самом деле очень переживает из-за завтрашнего пикника. Вы же не все время будете проводить с ним. Интересно, насколько он расстроится, когда вы выйдете замуж… – как-то грустно произнес шагавший рядом со мной Феликс. Как-то рано он об этом задумался!

– Все будет нормально, ведь я не собираюсь выходить замуж.

– Что?

– Да?!

Почему-то все крайне удивились моему ответу. Не думали, что принцесса империи может не хотеть мужа? Но они быстро успокоились. Наверное, решили, что в моем возрасте все заявляют: «Я не выйду замуж и буду жить с вами всегда!» Вскоре Феликс кивнул и заговорил:

– Его величество будет рад это слышать.

– Было бы здорово, если бы принцесса еще долго-долго жила в Изумрудном дворце.

– Ах, я планирую служить принцессе даже после ее замужества!

– Ханна, как ты можешь так самонадеянно это говорить?

Да, семейство Изумрудного дворца, как всегда, в своем репертуаре… И пока я наслаждалась теплом своей семьи, Сет снова начала препираться с Ханной.

– Принцесса, если всякие нежеланные букашки будут вас донимать, скажите мне, и я их…

Сверк!

Это жутковато блеснул острый каблук великой потребительницы насекомых. Имя ее – Сет, охотница на тараканов! За последние годы она действительно прокачала свои навыки и стала мастером-ассасином!

– Сэр Робейн, поскольку вы ближайший помощник принцессы, надеюсь, что вы не позволите всяким опасным личностям приблизиться к ней во время завтрашнего пикника?

– Верно, мы можем рассчитывать только на вас, сэр Робейн!

– Да, завтра я буду предельно внимателен, – Феликс, откуда такая решимость в голосе? Завтра ведь пикник только для девушек.

Ну, хотя бы Лили вздыхала и качала головой, глядя на это все. Уже хорошо.

– Принцесса, сегодня закончили работу над теми шелковыми перчатками, что вы выбрали. Вышивка на них просто великолепна. Хотите взглянуть на них сейчас?

– Да. Пойдем вместе посмотрим, Лили.

Я бросила последний взгляд на полного решимости Феликса и окруживших его Сет и Ханну, покачала головой и вместе с Лили вышла из комнаты.

– Пикник? Это, по-вашему, развлечение? – фыркнул Лукас, который сегодня снова явился в мою комнату.

Вспомнив события его прошлого визита, я бросила на него многозначительный взгляд, но парень лишь вопросительно изогнул бровь. Ладно-ладно. Если я буду слишком сильно на него давить, сама же проиграю. Я поставила чашку на стол и спокойно произнесла:

– Неважно, будет там весело или нет. Я в любом случае пойду, ведь мероприятие устраивает семейство Альфиосов.

– Тех Снежков? – от моих слов Лукас нахмурился.

У него на лице было написано, о ком именно он думал. Лукас все так же его не переносил, да?

– Угу, Дженит прислала приглашение.

– А, та химера.

– Она не химера. – Теперь пришла моя очередь хмуриться.

Лукас продолжал называть Дженит химерой. Да, обстоятельства ее рождения были не самыми обычными, но она была слишком прекрасна, чтобы так ее называть!

Глава 129

– Хм, правда?

Мне показалось, или мой внутренний радар действительно уловил что-то неприятное на горизонте?

– Ты же не собираешься за мной следить?

– По-твоему, у меня так много свободного времени? – Лукас фыркнул, словно я ляпнула глупость.

Хм, странное чувство все не проходило. Он никогда не мог найти себе места, когда я уходила одна, а он не знал куда. Я продолжала изучать его подозрительным взглядом, но Лукас невинно смотрел в ответ, словно не понимая, что происходит. Мои подозрения только усилились.

В голове всплыла яркая картинка, что волк нацепил на себя овечью шкуру…

– Можешь не продолжать.

– Да что с тобой? Даже если ты попросишь меня, я никуда не пойду.

Неужели он настолько его на дух не переносил? Я наклонила голову, пристально разглядывая Лукаса. На его лице появилось раздраженное выражение, но мои подозрения не рассеялись.

На следующий день я села в карету, чтобы отправиться на пикник Альфиосов.

Мне было бы гораздо проще телепортироваться сразу на место, но в таком случае я не смогла бы взять с собой всю свою свиту. А если бы Клод узнал, что я отправилась одна, плохо было бы всем.

Опыт подсказывал, что долгое путешествие в карете не лучшим образом скажется на моем теле. Поэтому я наложила заклинание, смягчающее тряску и очищающее воздух. Так что моя поездка проходила максимально комфортно. Эх, кроватку бы еще сюда… Тогда была бы это не карета, а мечта!

– Принцесса, мы приехали, – с этими словами Феликс через какое-то время заглянул в окно.

– Принцесса! – раздался сладкий голос, как только я вышла из кареты.

– Здравствуй, Дженит. Как дела? – С улыбкой я поприветствовала девушку.

– Добро пожаловать, принцесса. Я скучала. – Дженит расплылась в ответной улыбке.

Ее голубые глаза в свете солнца сверкали, как стеклянные бусины. Мне показалось, или она вся светилась? Если два года назад Дженит напоминала нераскрывшийся бутон, то теперь расцвела в полной красе. Семнадцатилетняя девушка выглядела потрясающе.

Я всегда восхищалась красивыми женщинами – еще с детства, когда зачарованно смотрела на Лили. Наверное, сейчас мое лицо расплылось в довольной улыбке.

– Ой, подожди, Дженит. У тебя волосы немного спутались.

Вот она, идеальная красота! Я подняла руку и поправила ее растрепанные волосы. Она выглядела, как всегда, прекрасно, пусть даже волосы лежали не идеально. Но поскольку она готовилась к пикнику, над ее прической особенно усердно работали, и она должна была явиться во всеоружии.

– Все, готово.

– Спасибо, принцесса.

Хоть Дженит немного смутилась, она не стала возражать, когда я коснулась ее волос. Эй, Феликс! Чего это он смотрел на нас с такой отеческой улыбочкой?

– Дамы, которые приехали чуть раньше, вон там. Идемте, принцесса.

С пылающими щеками я отвернулась от Феликса и последовала за Дженит. Как и в случае с девушкой-лилией, я называла ее не леди Магрита, а Дженит. Мы сильно сблизились за это время. Хоть я раньше и относилась к ней с подозрением, сейчас я знала, что это не Дженит пыталась навредить мне с помощью черной магии.

– Ах, принцесса! Здравствуйте!

– Как давно мы с вами не виделись.

– Вы, как всегда, прекрасно выглядите.

Другие дамы, приглашенные на пикник, встали, чтобы поприветствовать меня. Я ответила им с улыбкой.

– Я тоже очень рада вас видеть. Надеюсь, что не опоздала. Леди Магрита, спасибо за приглашение.

– Да что вы. Для меня большая честь, что вы приехали.

Поскольку сейчас нашу встречу было трудно назвать частной, я обращалась к Дженит формально.

– Все так поспешили вас поприветствовать, принцесса.

– Правда? Но в этом нет необходимости, ха-ха-ха.

– Леди Валентайн, наверное, была крайне смущена.

Разговор затянулся. Я разбавляла атмосферу шутками. Герцог впервые позволил Дженит организовать пикник, и я была рада приехать и поддержать девушку.

– Если я правильно помню, леди Магрита, вам нравился черный чай Дебеник? – спросила я у Дженит, с улыбкой наблюдавшей за беседой других дам.

– Да, верно. У него есть много версий, но больше всего мне нравится с лимоном.

– Мне интересно попробовать смешать чай Дебеник с кофе.

– Ой, их смешивают? Мне теперь тоже хочется попробовать.

– Ах, принцесса, как и леди Магрита, любит чай Дебеник?

– Моя мама часто его пьет. Надо и мне снова его попробовать.

Я тайком улыбнулась, глядя на Дженит, которая наконец-то разговорилась с другими девушками. Хе-хе, план удался! Похоже, она слишком волновалась из-за того, что впервые организовывала подобное мероприятие, и никак не могла влиться в беседу. Но теперь все шло, как надо. Теперь я могла почивать на лаврах. К тому же, с легким румянцем на щеках Дженит выглядела поистине очаровательно. Ах, такую красоту нужно беречь как зеницу ока.

На самом деле, прекрасной была не только Дженит, но и остальные дамы. У красоты не могло быть никакого ранжирования, ведь у всех свои вкусы. Мне повезло, что моя внешность приходилась мне по вкусу.

Шурх!

Хм? Кусты сбоку от нас зашевелились. Странно, ведь сегодня не было никакого ветра.

– М?

– Вам не кажется, что с этим кустом что-то не так?

Вскоре и другие девушки заметили что-то неладное. А мы ведь устроились на опушке леса, да? К нам вышел заблудившийся Бэмби? Конечно, семья Альфиосов не стала бы устраивать пикник рядом с дикими животными, но я знала, что неподалеку находились охотничьи угодья, на которые дал разрешение сам император.

На всякий случай я собрала магию на кончиках пальцев.

Хрусъ!

– А!

Я расслабила руку, когда увидела животное, выпрыгнувшее из куста.

– Ах, да это же кролик!

– Какой хорошенький!

К нам правда вышел заблудившийся зверек. Если бы у меня сдали нервы и я воспользовалась магией…

– У него такая мягкая шерстка! Принцесса, не хотите тоже его погладить?

Кролик бы удивился, если бы я к нему полезла. И вообще с животными у меня в последнее время…

– Нет, спасибо. – Я отшагнула от суетившихся вокруг зверька девушек.

Шурк.

Со стороны леса снова раздался шорох. На этот раз это мама-крольчиха?

Шурх!

А эта тень уже больше походила на медведя!

– Попрошу вас всех отойти назад.

Фигура, приближавшаяся к нам из леса, была слишком крупной для кролика. Странно, пикник устроили в месте с таким количеством животных. Я не знала, какой зверь на этот раз шел к нам, но он был не маленьким, так что лучше было поостеречься.

– Что это?

– Я пока не знаю, – со смесью волнения и любопытства в голосе сказала Дженит. По силуэту было трудно определить. Я вышла вперед девушек и широко расставила руки, Феликс и другие рыцари у края леса тоже напряглись, готовясь выхватить мечи.

Хрустъ!

С треском фигура вынырнула из кустов и оказалась в солнечном свете.

– Ох, кажется, я заблудился.

Но перед нами оказался вовсе не медведь. Я удивленно распахнула глаза, когда узнала этого человека.

– Герцог Альфиос?

Это был мистер Снежок! Что он тут забыл?

Из леса вышел Роджер Альфиос, одетый в охотничий костюм вместо своей обычной ливреи. Рыцари и другие девушки были удивлены не меньше моего. Однако герцога Альфиоса это будто бы не трогало: он бесстыдно улыбался во весь рот.

– Здравствуйте, принцесса. Вечного процветания империи Обелия.

Не надо со мной так беспечно здороваться! Я ошеломленно опустила руки.

– Зачем герцог пришел к месту нашего пикника?

Стоявшая рядом Дженит тоже удивленно воскликнула: «Герцог!» Судя по его костюму, он был в охотничьих угодьях… Но чего я понять не могла, так это того, почему он появился здесь, якобы заблудившись. Герцог собрался ответить на мой вопрос:

– Я…

– Отец, я сам не был уверен, куда мы идем, но в этой стороне должен быть…

В этот момент за спиной герцога Альфиоса появился еще один человек. При виде красивого юноши девушки за мной пришли в смятение.

– А-а-а!

– Боже!

– Это же лорд Альфиос?!

Иджекиил был с мистером Снежком? Реакция девушек сильно отличалась от той, что была раньше.

Герцог Альфиос тоже удивился и смущенно кашлянул. Иджекиил, осекшийся на полуслове, встретился со мной взглядом, а затем прищурился и посмотрел на своего отца.

– Мы с Иджекиилом отправились сегодня на охоту и, к моему огромному стыду, заблудились. Мы шли-шли и вышли сюда.

– Нет, охотничьи угодья очень далеко отсюда. Как можно было так заблудиться?.. – недоверчиво пробормотал Феликс, выслушав объяснение герцога. Он смотрел на мужчину с некоторой жалостью, словно задаваясь вопросом, как можно было так ужасно ошибиться. – Впредь будьте внимательнее. Охота за пределами разрешенной территории карается штрафом.

– Кхм…

Я увидела, как от этого невинного совета на лбу герцога пролегла глубокая морщина. Но он получил за дело. Я ни за что не поверю в то, что он оказался здесь случайно.

Глава 130

Разобравшись в ситуации, я не знала, смеяться мне или нет. Герцог отчаянно пытался выкрутиться. Иджекиил, как и я, заметил уловку своего отца и вежливо извинился:

– Простите, что напугали вас своим появлением. Я не ожидал, что мы выйдем прямо к месту вашего пикника.

– Да что вы, милорд! – оживились девушки.

– Наоборот, мы рады вас здесь видеть.

– Раз уж вы уже здесь, не хотите к нам присоединиться?

Неожиданное появление Иджекиила очень взбудоражило дам. Его называли самым завидным женихом Обелии. Более того, к двадцати годам он до сих пор не был обручен, поэтому пользовался огромной популярностью у противоположного пола.

Хм, что тут еще можно добавить? Иджекиил всегда прекрасно выглядел, но в его охотничьем костюме было что-то особенно мужественное и очаровательное.

– Верно! Ведь пикник организовало семейство Альфиосов.

Как тебе такое, мистер Снежок? Дамы были в восторге от предложения, но именно я его озвучила. Мне это не очень нравилось, ведь пикник устраивала не я, но и повода их выгонять у меня не было. К тому же, имея самый высокий статус среди присутствующих, лишь я могла дать им окончательное разрешение остаться. Большего делать я не собиралась.

– Тогда передайте свое снаряжение слугам. – Похоже, Дженит тоже была рада их визиту. Неужели ей тяжело одной?

Ведь это был ее первый пикник. Почему герцогиня Альфиос не присутствовала? Дженит сказала, что хочет сделать все сама? Зная ее, думаю, это вполне вероятно.

– Кхм. Благодарю за понимание, принцесса. С возрастом становится все труднее ориентироваться в охотничьих угодьях.

– Что вы. И сколько кроликов вы поймали?

От этого вопроса мистер Снежок растерялся и снова зашелся кашлем. Однако девушкам оказалось не до этого – они были вне себя от счастья из-за присутствия Иджекиила.

– Жаль, что я уже не в том возрасте, чтобы наслаждаться чаепитием, поэтому я не стану здесь задерживаться. Надеюсь, вы хорошо проведете время с Иджекиилом.

Ох, дяденька. В Купидона решил поиграть? Это выглядело очень трогательно, но совсем не оригинально. Последние два года он только и делал, что искал способы меня контролировать. Я проводила уходившего герцога холодным взглядом.

– Вы тоже здесь, сэр Робейн.

– Я ведь тень принцессы, – незамедлительно ответил Феликс. – Неужели вы охотились без сопровождения?

– Они остались в лесу, не волнуйтесь.

– Ох, ваши сопровождающие тоже заблудились? Как это возможно?! Я тотчас отправлю рыцарей прочесать лес.

– Нет, в этом нет необходи…

– Нет никакой гарантии, что им повезет так же, как и вам. Дайте мне минутку!

– Сэр Робейн, подождите!

Я с интересом наблюдала за разговором герцога с Феликсом. Подколы со стороны моего рыцаря были крайне освежающими.

– Тяжело вам пришлось, лорд Альфиос, – обратилась я к Иджекиилу, передававшему охотничье снаряжение слуге. Судя по его словам отцу, когда они только выходили из леса, он сам был разочарован поступками герцога. – Я слышала, что охотничьи угодья Тьеррос находятся далеко отсюда.

– Похоже, что мой отец очень волновался за Дженит. – Иджекиил привел наиболее разумную причину такого странного поведения герцога Альфиоса.

Да, списать все на беспокойство за Дженит, которая в одиночку проводила пикник, казалось вполне логичным и правдоподобным объяснением. Хоть было и очевидно, что причина крылась в другом.

– Я сперва решила, что на нас движется медведь, и уже приготовилась использовать магию.

– Значит, мы с отцом чудом избежали неприятностей. – На этих словах Иджекиил легко рассмеялся.

Я вроде бы уже привыкла к нему, но, когда он так улыбался, мое сердце начинало едва не выпрыгивать из груди… Сердце, соберись! Да, я знаю, что ты падкое на красивых людей.

– На самом деле, я и сам удивился, когда отец позвал меня на охоту в Тьеррос.

Улыбка Иджекиила была очень вредной для моего сердца. Во время короткого разговора, я заметила, что к нам направляется Дженит, и произнесла:

– Девушки очень обрадовались вашему визиту, поэтому пикник станет еще приятнее. Мне стоит вернуться к остальным.

– Мне будет достаточно, если лишь принцесса обрадуется моему присутствию. – Его слова заставили меня замереть.

Я оглянулась. Иджекиил смотрел прямо на меня. Я какое-то время молча изучала его, а затем слегка рассмеялась и продолжила свой путь:

– Я бы удивилась, если бы нашелся хоть один человек, кто не был бы рад лорду Альфиосу.

Я не знала, как Иджекиил отреагировал на мою безобидную шутку. По дороге к остальным дамам, я прислушивалась к тихому разговору позади.

– Дженит, ты, наверное, удивилась, что мы пришли без всякого предупреждения.

– Все в порядке. Я рада, что ты с нами.

Тепло в голосе брата и сестры сегодня меня цепляло, как заусенец на пальце.

– Леди Магрита, сегодня все прошло замечательно. Теперь я тоже хочу устроить пикник на открытом воздухе.

– Уверена, что пикник принцессы будет еще чудеснее.

Время пролетело незаметно. Девушки расходились небольшими группами, а я готовилась вернуться во дворец.

– Что ж, Дженит, до встречи, – сказала я, и девушка ярко улыбнулась. Я была рада, что ей понравился этот день.

– Можно проводить вас? – неожиданно спросил Иджекиил.

За его спиной я увидела герцога Альфиоса. Он непринужденно махнул мне рукой. Но выбора у меня не было – я взяла Иджекиила под руку. Взгляд Дженит ненадолго задержался на наших руках. Вскоре она одарила меня странной улыбкой и распрощалась:

– Я очень рада, что мне удалось провести с вами время. С нетерпением буду ждать приглашения на ваше чаепитие.

– Конечно.

Мы с Иджекиилом оставили Дженит и неспешно пошли к карете, ведя легкую беседу.

– Вам понравился пикник?

– Разумеется! Семейство Альфиосов так тщательно подготовилось, что он просто не мог не понравиться.

– Дженит с нетерпением ждала сегодняшнего дня. Особенно она обрадовалась тому, что вы приняли ее приглашение.

Когда Иджекиил упомянул Дженит, я подняла глаза и посмотрела на него. По его лицу было трудно сказать, о чем он думал. Я снова перевела взгляд вперед и произнесла:

– У нас с леди Магритой хорошие отношения.

– Верно. Я до сих пор помню ваш дебютный бал.

В этот момент я внутренне застонала, сама того не сознавая. Зачем он вспомнил мое темное прошлое? Это был мой первый выход в свет, прошу, проявите хоть каплю сочувствия!

– Я прекрасно помню время, что провел тогда с принцессой, словно это было только вчера. – Но Иджекиил еще не закончил. – Временами мне даже хочется, чтобы эти воспоминания были не такими четкими.

Его эмоциональный голос снова заставил меня взглянуть на него. В этот момент он смотрел на меня, и наши взгляды встретились. Иджекиил слегка улыбнулся. Но это была не настоящая улыбка. Я знала, как он искренне улыбается, и могла с уверенностью сказать, что сейчас он умело притворялся. Поэтому я приподняла уголок губ и тоже улыбнулась:

– Правда? Я не из тех, кто долго помнит прошлое.

– Вот как?

– Похоже, что у вас прекрасная память, лорд Альфиос.

Мы наконец дошли до кареты, и Иджекиил легонько сжал мою ладонь.

– Это может прозвучать грубо, но я не хочу отпускать вашу руку.

– Лорд Альфиос.

– Я знаю. Тогда позвольте мне с вами попрощаться.

Я не смогла отказать ему в этой просьбе. Дар речи оставил меня при виде серебряных ресниц, из-под которых сияли золотые глаза. Вскоре губы Иджекиила коснулись тыльной стороны моей ладони. В этот момент все будто бы замерло, даже растения, и юноша прошептал:

– С нетерпением жду нашей следующей встречи.

Как только тепло исчезло с моей руки, я отвернулась и села в карету. Дверь закрылась, и экипаж тронулся.

Я намеренно не смотрела в окно, за которым остался Иджекиил, и устремила взгляд на мелькающий за стеклом пейзаж.

– …

Мои мысли долгое время где-то блуждали, а затем вернулись к Дженит. Мне казалось, что в последнее время она стала какой-то апатичной. В детстве она была более уверенной в себе. Она в одиночку последовала за мной во время бала дебютанток, чтобы вернуть мне упавшую ленту, и даже поприветствовала Клода, открыто глядя ему в глаза. И в романе она была смелой красавицей.

Дженит и сейчас была милой и красивой, но… Что-то было не так. А еще Иджекиил…

Я выглянула из окна кареты, чувствуя себя немного подавленной от крутившихся в голове мыслей.

– Пикник как пикник. Ничего особенного.

– А! – Я вздрогнула от неожиданности. Громкий голос раздался совсем рядом, и я тут же убрала руку, на которую только что оперлась. – Лукас!

– Чего?

Чего? Он еще спрашивал?! Что он тут забыл?!

– Почему ты здесь? Меня чуть кондратий не хватил!

Глава 131

Я была напугана, а Лукас смотрел на меня так, словно моя реакция его забавляла. Вот уж точно, главный козлина района.

– Погоди! Ты же не следил за мной с самого императорского дворца?

– Я, вообще-то, занятой человек, – заявил Лукас, а затем сел напротив меня и закинул ногу на ногу.

Кхм-кхм, раз он такой занятой, то что забыл в моей карете? Следующие его слова поразили меня еще больше:

– В логове Снежков было пусто, так что я просто все осмотрел и ушел.

– Что?!

Осмотрел? Что? Логово – это резиденция герцога Альфиоса, что ли?! Что он там выискивал?

– Я туда по личному делу пришел, так что не забивай себе голову.

Никакое объяснение не уменьшило бы моего волнения! Ох, и почему я еще удивлялась? Лукас всегда делает что хочет, даже не предупреждая.

– Ну, нашел, что искал? – обреченно спросила я.

– Мне кажется, что нашел, но, может, и нет. Надо будет еще раз посмотреть.

От этого спокойного ответа я замерла. Так что, я стала свидетельницей преступления? Он ведь незаконно вторгся в резиденцию герцога! Хотя я и сама делала это пару раз, так что не мне было его упрекать.

– Ты опять вся в этой гадости. – Мои размышления прервал будничный голос Лукаса.

Он все так же сидел, скрестив ноги и подперев подбородок, и смотрел на меня. Я немного помолчала, а затем спокойно ответила:

– Я провела с ней весь день, – спокойно ответила я.

Теперь я знала, о какой «гадости» постоянно твердил Лукас. Так он называл ману, которую неосознанно выпускала Дженит.

Два года назад, на одном из занятий магией, я рассказала ему о странном чувстве дискомфорта в ее присутствии. Тогда парень тайком проник в резиденцию герцога Альфиоса и просканировал ману девушки, пока та спала.

Когда я узнала об этом на следующий день, была шокирована поведением Лукаса, но… что я могла сказать? Дело уже было сделано. А даже если бы еще не было, не думаю, что смогла бы остановить его.

После этого Лукас испытал облегчение: он наконец понял, кто постоянно пачкает меня «гадостью». Если честно, у меня слов не было. С каких пор мне нужно его разрешение, чтобы распоряжаться собственным телом? По крайней мере, Лукас объяснил, что Дженит появилась на свет искусственным путем, посредством черной магии. Из-за этого ее мана вела себя нестабильно.

– Сегодня ты опять вся в гадости. Бесит. И тот парень тоже.

– Да? Я разок сама себя чистила во время пикника. Ты же сам говорил, что ее количество зависит от эмоционального состояния.

Я с удивлением узнала, что умение Дженит располагать других людей к себе тоже связано с ее маной. Даже если девушка того не хотела, ее внутреннее состояние влияло на ману, и та начинала двигаться по своему усмотрению.

Когда Лукас впервые увидел Дженит в возрасте семи лет, движение маны было крайне слабым, и он ее не заметил. Сейчас же она активизировалась. Оказалось, что моя потеря бдительности рядом с ней – вовсе не моя предвзятость, а действие ее маны. Поэтому я и чувствовала себя так странно рядом с ней.

– Не давай ей накапливаться. Нужно как можно скорее ее снять. – Лукас хмуро смотрел на меня, словно был недоволен присутствием магии Дженит на моем теле.

Мне вспомнилось, как год назад он выдвинул ужасное предложение в духе: «Давай просто избавимся от этой дурацкой химеры?» Я была тогда вне себя. По-моему, в тот день Дженит споткнулась, а я подхватила ее и не дала ей упасть.

Но Лукас заверил меня, что магия девушки не причинит мне вреда. Более того, ее мана изначально довольно слабая и не может одновременно влиять на несколько целей.

Она просто была одинокой девочкой, жаждавшей любви. Вся ее магия заключалась в том, что ей удавалось чуть легче завоевать расположение других людей.

– Не двигайся.

Я попыталась сама очистить магию, сокрытую в моем теле, пока Лукасу опять не пришла в голову идея прикончить девушку. Но я не успела высвободить ману. Маг меня опередил.

– Хорошо, что ее немного и она равномерно распределена.

Когда рука парня коснулась моего лба, передо мной появился шар мягкого белого света.

– И тут тоже.

Его рука, едва касаясь меня, скользнула по шее и замерла на плечах. Хоть я и училась у Лукаса магии добрых два года и вполне могла справиться самостоятельно, он предпочитал делать это сам. Если до этого мы сидели, облокотившись о спинки сидений кареты, то, стоило Лукасу протянуть руку, как расстояние между нами значительно сократилось. Мне стало неловко, когда наши колени соприкоснулись.

Его пальцы скользнули вниз по моей руке и обхватили запястье.

– И самое грязное место.

Мне показалось, что в рубиновых глазах промелькнула холодная улыбка. Стоило последнему звуку его фразы стихнуть, как моя рука оказалась голой. Перчатки, к которым ранее прикасался Иджекиил, исчезли в ярком сиянии. Я зачарованно наблюдала за тем, как мои шелковые белые перчатки превратились в пепел и рассеялись в воздухе.

– Эй! – Только когда Лукас взглянул на мои обнаженные руки и широко улыбнулся, я вдруг пришла в себя. – Мои перчатки! Что ты сделал?!

– Выбросил. Они ужасно испачкались.

– Но они были совсем новыми!

Лукас лениво взмахнул рукой, и на моих руках оказались точно такие же перчатки.

– Довольна?

Может, это все мое воображение, но эти перчатки показались мне даже роскошнее предыдущих. Что это за такая тонкая вышивка? И шелк стал более гладким и скользящим? С такими перчатками на руках было крайне сложно продолжать злиться на Лукаса.

– Мне совершенно не нравится этот парень, с какой стороны ни взгляни. Да и эта девчонка-химера без разрешения оставляет гадость на том, что принадлежит мне. Надо перепахать логово Снежков…

От жуткого бормотания Лукаса у меня по коже побежали мурашки.

– Эй, с каких пор я тебе принадлежу? Я – своя собственная! Я принадлежу сама себе!

Но Лукас пропустил мои робкие возражения мимо ушей. Что ж, похоже, он был не в духе, так что я не стала к нему лезть.

Но вообще, это моя карета и мои перчатки, так почему я должна терпеть этого наглеца?! Надо попробовать его вышвырнуть отсюда. Я сверлила Лукаса недовольным взглядом всю дорогу до самого императорского дворца.

Я вернулась во дворец на закате. Лукас сам исчез еще до того, как открылась дверь кареты. Мне хотелось сразу же пойти прямиком в Изумрудный дворец и лечь спать, но я не могла. Я обещала Клоду по возвращении с прогулок заходить к нему.

– Почему во дворце опять такой шум? – пробормотала я, удивляясь оживленной атмосфере.

Один из слуг, узнав кое-что от горничной по пути в Гранатовый дворец, склонил голову и тихо произнес:

– Принцесса, говорят, что к его величеству пришел сам маг Черной башни.

Но я не слышала его слов. Все мое внимание было поглощено силуэтом незнакомца, шагавшим на фоне садившегося солнца.

Ту-дум!

Что это? При виде его мне показалось, что реальность вокруг меня начала куда-то исчезать. Черная птица взмахнула крыльями и улетела в закат.

В этот момент мужчина, шагавший мне навстречу, тоже меня заметил. Я задержала дыхание и взглянула в его черные-пречерные глаза, устремленные прямо на меня. Неожиданно я осознала, что он остановился в десяти шагах. Между нами стал Феликс, закрывая меня собой.

– Ах, понятно, – медленно и лениво произнес высокий мужчина. – Это и есть принцесса Атанасия.

Мне нестерпимо хотелось, чтобы он перестал смотреть на меня своими черными глазами.

– Для меня огромная честь познакомиться с вами, принцесса. – То же касалось и его движений. Они казались театральными. – Думаю, мне стоит представиться.

Его поведение не выходило за рамки правил этикета, но было в нем что-то фривольное.

– Я маг Каракс, страж Черной башни. Долгих лет жизни и процветания Обелии.

Маг Черной башни. Услышав его слова, слуги, стоявшие позади, громко ахнули от удивления. Лишь мы с Феликсом сохраняли спокойствие.

– Тот самый маг Черной башни… это вы?

– Так меня иногда называют. – Каракс закончил свое представление и спокойно рассматривал меня.

– Понятно. Говорят, вы встречались с моим отцом. Долгих лет жизни и процветания Обелии. – Когда я равнодушно ответила на его приветствие, даже не стараясь изобразить удивление, глаза мужчины сверкнули. Но, конечно, меня потрясла его странная аура…

Клод называл его мошенником. Но почему он исчез на три года, а теперь снова явился?

– Хм…

Разрываемая сомнениями, я хотела обойти мужчину, как он неожиданно воскликнул и шагнул ко мне.

– Больше ни шагу. – Его остановил Феликс. Маг замер и с любопытством взглянул на меня. Его взгляд был вызывающим, поэтому я холодно отчитала его:

– Похоже вы не знакомы с правилами этикета императорского дворца.

– Ах, прошу прощения за грубость.

Глава 132

Но, услышав мои слова, он едва заметно усмехнулся. Затем его лицо резко стало серьезным.

– Принцесса, знаю, что невежливо задавать такой вопрос, но… – Мужчина понизил голос и торжественно прошептал, словно раскрывал тайну: – Вы верите в реинкарнацию?

–?..

На мгновение я не поверила своим ушам. Если бы я была в мультфильме, вокруг моей головы летала бы стайка вопросительных знаков. Я огляделась в попытке убедиться, что правильно его услышала, и заметила, что Феликс тоже выглядел озадаченным. Значит, я не ослышалась…

Что это за человек? Реин-что?.. Реинсталляция?

– Вы сейчас шутите?

– Разве мой вопрос прозвучал, как шутка?

Мне было не по себе. Слуги рядом со мной, наверное, были убеждены, что это всего лишь эксцентричный маг, но меня он изрядно пугал. И я не хотела иметь никаких дел с этим человеком. Надо просто игнорировать его и выкинуть из головы.

Найдя решение, я позволила себе легко улыбнуться, словно ничего и не было.

– Ой, я ведь собиралась зайти к отцу. Нельзя задерживаться. Да и вам надо успеть уйти до заката солнца. До свидания.

Я ему не доверяла и не собиралась попадаться на его удочку! Так что пусть локти кусает!

– Так вы верите в реинкарнацию? – прошептал он в тот самый момент, когда я поравнялась с ним по дороге к папе. Мои пальцы непроизвольно вздрогнули. Однако я не подала виду, что услышала его, и просто прошла мимо.

Кто он? Почему он задавал мне такой вопрос? От услышанного мне стало не по себе.

Я хотела вернуться и выяснить, что он имел в виду, но так и не решилась снова к нему подойти. Мне было тревожно рядом с человеком, называвшим себя магом Черной башни. Темно-зеленые волосы, черные как смоль глаза, что зрачок не отличить от радужки. Он не был похож ни на одного из моих знакомых.

Но почему? Почему я сперва приняла его за Лукаса?..

– Я и сам забыл про него. – Похоже, Клод тоже посчитал появление мага неожиданностью. – Только сегодня, увидев его, я подумал: «А, точно. Он уже приходил».

– У него очень странная аура.

– Согласен. Уж не знаю, чем он занимался последние несколько лет, но его аура почти не изменилась. Да и он как был мошенником, так им и остался.

Значит, он все же был липовым. Может, я слишком сильно доверяла суждению Клода, но, если он называл кого-то мошенником, то так оно и было… Однако от одной мысли о том человеке, которого я встретила по дороге сюда, мне делалось крайне не по себе.

– Ты в курсе, что появился маг Черной башни?

В такие моменты я могла поговорить лишь с Лукасом. Я рассказала ему о встрече с незнакомым магом, когда парень снова пришел ко мне ночью.

– Да? – равнодушно протянул он.

А ведь я была уверена, что его это заинтересует.

– Похоже, тебе это не очень интересно?

– Ну, он в любом случае фальшивка.

– Ой, а откуда ты знаешь, что он фальшивка? – немного удивленно спросила я.

Мне Клод об этом рассказал. А Лукас-то откуда знал? Все остальные ведь были уверены, что он настоящий маг Черной башни. Слуги Изумрудного дворца только о нем весь день и болтали. Лукас медленно расплылся в улыбке, а затем и вовсе рассмеялся:

– Разве ты не читала учебников истории? Один уже объявлялся, называл себя магом Черной башни, но был уличен и убит.

Я вздрогнула. Оказывается, это было в учебниках истории.

– Но в этот-то раз он может быть настоящим! Почему ты так уверен, что он липовый?

– Даже если я тебе расскажу, тебе-то что с этого? – Я не ожидала такой странной реакции. – Хм? Что делать будешь?

Сначала я онемела от удивления. Но, увидев Лукаса с его озорной улыбкой, потеряла дар речи уже по другой причине. Это напомнило мне, как в прошлый раз он появился в своей взрослой форме в темноте моей комнаты…

– Н-ну-у-у… что делать? Мне просто любопытно, вот и спрашиваю, – пробормотала я, заерзав на месте. Чтобы отдалиться от него, максимально отодвинулась назад. А он еще таким небрежным тоном со мной разговаривал.

– Так ты уже виделась с тем мошенником?

Ага! Он был тем еще сумасбродом.

– Он спросил меня, верю ли я в реинкарнацию.

– Пф!

Его это забавляло? Это что, было так смешно? Хотя я его понимала. С одной стороны, я чувствовала то же самое.

– Да, так и спросил, верю ли я в реинкарнацию.

– Чего, в реинкарнацию? – Лукас прищурился.

– Бредовый же вопрос, да? Такой странный тип.

– Да. Очень странный.

Почему-то мне показалось, что Лукас о чем-то задумался. Глядя на его лицо, я не стала рассказывать, что сперва приняла липового мага за него самого.

– Я пойду.

– Т-так рано…

Шух.

Эй! Кто уходит, даже не попрощавшись? Прямо как в карете! Как и тогда, я осталась в паршивом настроении и могла лишь ворчать на Лукаса. Тут я неожиданно для самой себя разозлилась. А ведь и прошлой ночью я гневно пинала одеяло из-за него же! От этой мысли мне стало только хуже.

Пускай больше не приходит ко мне!

– Д-да, ты…

– Ай!

Шмяк!

Я схватила подушку и изо всех сил замахнулась туда, где секунду назад стоял Лукас. Но внезапно он снова появился, и я от неожиданности потеряла равновесие. Подушка со всей силы ударила его по руке.

– Решила ночью спортом заняться?

Я думала, что сейчас упаду. Однако мне удалось избежать неловкой ситуации, потому что Лукас поймал меня. Но мне все еще было неловко! Меня застали врасплох в самом разгаре приступа ярости, который никто не должен был видеть! Он явно не оставит это без внимания и будет беспощадно смеяться надо мной.

– Ну вот зачем?! Почему? Зачем ты постоянно так резко то появляешься, то исчезаешь? – воскликнула я, чтобы скрыть свое смущение.

Лукас заливисто рассмеялся и отпустил руку, которой держал меня.

– Я, вообще-то, вернулся предупредить, чтобы ты была осторожнее, если снова столкнешься с тем странным типом. Но, похоже, тебе это не нужно. Боевые навыки принцессы – это вам не шутки!

Эх, анналы моей темной истории продолжают пополняться и в этом году…

– Теперь я точно пойду. А ты продолжай и дальше усердно тренироваться.

– Проваливай!

Я снова махнула подушкой в сторону Лукаса. На его лице все еще была широкая злорадная ухмылка, и парень растворился в воздухе за миг до столкновения с подушкой. Ну хоть разок бы подставился под удар! Я осталась в комнате одна, и мне не оставалось ничего другого, как еще более неистово размахивать подушкой.

– Здравствуйте, принцесса. Мне тут рассказали о формуле, что вы принесли в прошлый раз. – Одним ясным и солнечным днем ко мне неожиданно явился главный дед. – Она просто потрясающая.

Ой, что это с его лицом? Он очень напоминал измученного офисного работника, который неделю подряд работал сверхурочно. Он правда трудился в башне круглые сутки? Хм, а ведь у них пожизненные контракты, да? Мне стало так жалко старика…

– Как вы до этого дошли? У меня даже мурашки по коже.

В последнее время он вообще не покидал своего кабинета, где занимался какими-то исследованиями, а тут пришел ко мне. Синяки под его глазами доходили почти до подбородка.

– Вы слишком меня хвалите. Для вас, как главы башни, это наверняка очень грубо выполненная работа.

– Нет. Даже великие маги не всегда умеют обращаться с формулами. – Несмотря на свою усталость, он улыбался и подбадривал меня.

У него сейчас была такая мордашка, что я даже не знала, как себя вести.

– Мне кажется, что я смог бы добиться куда больших успехов в нынешнем исследовании, если бы у меня была хотя бы одна прядка ваших волос…

Что я там говорила? Кхм. Я снова чуть было не купилась! Мельком взглянув на старика, я произнесла:

– Вы не будете делать с ней ничего странного?

Мужчина комично округлил глаза, словно его испугали мои слова.

– Вы правда дадите мне свои волосы? – крайне осторожно спросил он.

Я и сама удивилась, что вдруг решила исполнить его полушутливую просьбу.

– Всего одну прядку.

Но я уже давно наблюдала за ним, чтобы начать ему доверять. Сперва я была в ужасе, когда он просил моей крови с затуманенным взглядом заядлого наркомана. Но с тех пор он научился себя контролировать. Хоть он и выглядел молодо для своего возраста, было немного грустно видеть, как пожилой человек работал ночами напролет…

Кроме того, он искренне заботился об Обелии и Клоде, поэтому точно не сделал бы ничего, что навредило бы интересам империи. К тому же он соблюдал этику магов.

– Ах, какие блестящие волосы!

Ой, не надо так говорить! Когда я вырвала из головы прядку, старик куда-то убежал, а вернулся с тряпочкой в руках, в которую бережно завернул волосы. Его руки дрожали от волнения.

– Принцесса, огромное вам спасибо! Мне не терпится как можно скорее вернуться к своим исследованиям!

Правильно, пусть берет и уходит. Пока я не начала жалеть, что дала ему свои волосы…

– А, глава башни! Вы наконец-то вышли! Можно задать вам пару вопросов касательно моей работы?.. – окликнул его один из магов.

– Прочь с дороги! Я возвращаюсь в свою лабораторию! Передай остальным, что, если меня кто-то потревожит, им не жить!

– А вы точно выйдете, если закроетесь в лаборатории?!

Я покачала головой, наблюдая за главой башни, убегавшим с такой прытью, словно он не был беспомощным стариком. Но мое сердце по-настоящему разрывалось при виде того, как он прижимал к себе ткань, обернутую вокруг моих волос, как новорожденного ребенка. Хех, похоже, он правда мечтал заполучить их.

Кстати, я ведь хотела при встрече спросить его о маге Черной башни, но, похоже, упустила свой шанс.

– А, принцесса, вы тоже тут! Идемте в комнату переговоров. Остальные маги должны быть уже там.

Что ж, попробую получить информацию от других.

Глава 133

– Вот бы он заглянул в нашу башню!

– Какая бы это была честь, если бы маг той самой Черной башни посетил нашу! Это же сродни второму пришествию легенды или ожившей картине!

– Нов нашей башне дыра. Мы до сих пор ее не починили. Для живой легенды это, пожалуй…

– Ах!

– О нет!

В тот момент, когда маги клюнули на мою наживку и нерешительно заговорили о чародее Черной башни, их тяжелые вздохи выдали внезапное понимание. Они повскакивали со своих мест и принялись торопливо убирать со стола.

– Нужно как можно скорее отремонтировать потолок!

– Сегодня же начнем ремонт и внутри башни!

– Сперва нужно привести в порядок хотя бы внешние стены, чтобы на башню было не так страшно смотреть!

– Ах, отличная идея!

– Да, весь мир работает на обмане!

Я с интересом наблюдала за магами, пока они покидали комнату переговоров. Маги башни, как и остальные слуги, почти ничего не знали о вновь объявившемся липовом маге. Я хотела узнать, каков он, но они его даже никогда лично не видели.

С некоторым разочарованием я покинула башню, в лаборатории которой с моими волосами заперся ее глава.

– Скоро прибудет делегация из Арланты.

– Да? – Я на мгновение перестала массировать плечи Клода.

В романе был такой эпизод. Правда, тогда Дженит было около восемнадцати. Кэвелл Эрнст, второстепенный персонаж, должен приехать с делегацией в качестве сопровождающего?

Я подумала о юноше с каштановыми волосами и темными глазами, которого видела в Арланте.

– Фея!

О нет, я вспомнила то, что нужно было забыть!

– Почему работать руками перестала?

Голос Клода вернул меня к реальности, и я непроизвольно вздрогнула. Надув губы, я снова принялась массировать ему плечи.

– Да-да, я поняла. Ваша покорная слуга продолжит делать вам массаж, чтобы ваше величество успело закончить просмотр документов.

– Чуть повыше.

– Как скажете.

Следуя его указанию, я провела рукой по широким плечам к основанию черепа и принялась мять там. В ответ на мое прикосновение Клод слегка наклонил голову вперед. Раньше, когда я делала ему массаж, он напрягался, а теперь привык и будто бы даже удовольствие получал?

Он часто говорил, где именно помассировать, с какой силой, ведь иначе ему было просто щекотно. Я сжала пальцы на его плечах, где мышцы были особенно напряжены. У меня начали уставать руки.

– Атанасия.

– Да?

– Думаю, что стоит испробовать разработанную тобой формулу на ближайшем фестивале урожая.

Я навострила уши и посмотрела на Клода. С этого ракурса я не могла видеть его лица – только золотую макушку. Хм, а ведь у папы и правда красивая форма черепа!

– Ты ее посмотрел?

– Ты же оставила ее здесь как раз для этого?

Хе-хе, он был прав. Я смущенно рассмеялась. Мне же приходила в голову идея испытать модифицированную формулу Этернитаса для выращивания растений, вот я и оставила ее на столе Клода, чтобы он проверил.

– Однако в таком виде на нее потребуется огромное количество маны. Исправь это в течение месяца.

Ах! Миссия невыполнима!

Дилинь!

«Получен побочный квест!»

«Не принимать! Не принимать!»

Я обреченно выдохнула. Упростить формулу даже до нынешнего состояния было крайне тяжело, что уж говорить о дальнейшем улучшении! Тут и всей энергии Вселенной не хватит!

– Атанасия.

– Да?

Боже, почему он снова меня позвал? Я опять перестала мять ему плечи, и он решил напомнить мне работать усерднее? Но это все из-за него! Мог бы и похвалить свою дочь, которая так старательно разминала его железные мышцы, но нет же! Он еще работы хотел мне подкинуть?

Однако Клод звал меня не для этого. Его тихий голос заставил меня замереть:

– Ты хочешь занять мой трон?

Я снова непроизвольно посмотрела на Клода, но все еще не могла видеть его лица. Он спрашивал о будущем, которое наступит еще не скоро.

– Нет, – честно ответила я после некоторых раздумий.

Я с самого рождения мечтала лишь об одном – о долгой и спокойной жизни. Если честно, мне хотелось, чтобы Клод оставил титул императора и спокойно жил вместе со мной. Жаль, конечно, что Дианы не было с нами. Но если бы у Клода появилась новая возлюбленная, я бы не стала возражать.

– Честно говоря, я об этом не думала. Но если ты спрашиваешь, хочу ли этого, то мой ответ – нет.

Хотя Клод наверняка ответил бы, что в браке нет необходимости. Я подумала о Диане, которая до сих иногда приходила ко мне во снах.

– Да, даже если тебе дают такую возможность, лучше ею не пользоваться. – Клод спокойно принял мой ответ. – Этот трон забирает многое, но ничего не дает взамен.

– Ты же его величество, император Обелии, ты можешь заполучить весь мир, если того пожелаешь! – хихикнула я.

Вопрос о наследнике престола казался таким далеким. Наверное, Клод спросил безо всякого намерения что-то решать прямо сейчас. Однако я была его единственным ребенком, который мог стать преемником. Мне крупно повезло, что он давал мне право выбора в этом вопросе.

К тому же я понимала: если бы сейчас он говорил со мной как император Обелии, а не мой отец, такого вопроса я бы вообще не услышала.

– В нашем мире за все приходится платить. Поэтому даже если ты заполучишь весь мир, заплатишь эквивалентную цену. Ты тоже это запомни.

– Да, папа.

Поскольку он спросил меня как отец, я могла ответить как дочь. Я слегка улыбнулась, глядя на спину человека, который всегда вселял в меня уверенность.

– Кхм.

Я вышла из кабинета Клода. Может, мне просто казалось, но в коридоре воздух всегда был тяжелее и холоднее, чем в других местах. Может, дело было в огромных портретах императорской семьи, которые строго взирали с обеих стен. Я чувствовала на себе взгляды людей с картин и в итоге остановилась перед одной из них.

«Император Эвум (Aevum) и кронпринц Анастасиус (Anastasias)».

Рядом с ней висел отдельный портрет императора Анастасиуса. Я спокойно оглядела эти лица, а затем фыркнула. Я и раньше это чувствовала, но почему эти двое раздражали меня одним своим видом?

Они выглядели такими злыми. А говорят ведь, что по лицу можно понять истинную сущность человека. Что такого сделал ему папа, что он мучил его всю жизнь? Ни на одном из портретов нет папы! Тц. Но ничего, теперь у него есть свой!

Насмотревшись на неприятные лица на картинах, я отошла в сторону. Я отошла от неприятных лиц и перевела взгляд на большую картину, висевшую в центре коридора. Какая же она красивая. И на ней такая красавица нарисована. А что это за красавец-отец рядом с ней? Мне хотелось погладить наш портрет, но я не могла, поэтому сделала это мысленно.

Семейный портрет, который я попросила сделать на свое четырнадцатилетие, был невероятно красивым. Даже казалось, что нас изобразили симпатичнее, чем мы есть на самом деле. Но почему бы и нет? Бьюсь об заклад, что на других портретах приврали еще больше!

– Ах, наш портрет все-таки лучше всех!

Эта картина отличалась от других. В ней чувствовалась теплота – редкость для императорской галереи. Лица на других картинах словно кричали: «Я император!», их взгляды излучали высокомерие. А мы с Клодом просто улыбались.

Вероятно, наш портрет – самый нестандартный среди императорской семьи? Пока все были торжественными, мы улыбались. А почему нет? Ведь этот момент мог стать единственным шансом запечатлеть себя в истории.

Мне изначально хотелось, чтобы наш портрет больше походил на веселую семейную фотографию. Похоже, что Клод знал об этом, ведь, к моему удивлению, на его лице тоже красовалась легкая улыбка. Хотя, когда он впервые увидел готовую работу, его первой реакцией было: «У тебя, должно быть, проблемы с глазами. Когда это я делал такое глупое выражение лица?» Художник чуть не поседел от страха. Однако, когда я сказала, что мне все нравится, Клод согласился и не стал требовать переписать картину.

Так наш портрет занял место в галерее. В каком-то смысле мы стали еретиками императорского рода Обелии.

Однако улыбка не делала Клода менее значимым императором. Папа – бесконечно харизматичный человек, поэтому даже в расслабленном состоянии он сохранял свое величие. Ну, а моя красота – естественный результат смешения прекрасных генов, которые я получила от мамы Дианы и папы Клода.

Я счастливо улыбнулась своим мыслям и пошла дальше. В конце коридора меня ждал Феликс. Но тут мой взгляд снова зацепился за один из портретов.

«Император Этернитас».

Длинные золотистые волосы. Истинное воплощение величайшего мага-императора и мудреца своего века. Я знала о его выдающихся достижениях – и как правителя, и как мага. Даже от холста ощущалась его невероятная сила.

«Простите, но мне придется препарировать, рвать и пробовать на вкус выведенную вами формулу. Надеюсь, вы не в обиде, что ваши наследники разрушают ваш труд, который многие считали произведением искусства», – внутренне извинилась я перед магом-императором и покинула коридор.

Глава 134

– Подходите, не стесняйтесь!

– Небывалая скидка на тыквы! Они так же полезны, как и вкусны!

– Погрузитесь в мир фантазий! Сегодня в восемь вечера на центральной площади выступит самый популярный цирк континента – «Ашла»!

Ах, жизнь так и кипела кругом! Как здорово!

Клод разрешил мне выйти за пределы дворца. Не без охраны, конечно же. Сейчас на мне было столько слоев защитной магии, что предыдущий барьер, который он выстраивал раньше, не шел с этим ни в какое сравнение. Клод еще хотел приставить ко мне стражу, но я отказалась, так как мне было бы трудно с ней свободно передвигаться.

На удивление, Клод согласился. Это вызвало у меня много вопросов… Но папа сказал мне, что не видать мне прогулки, если я продолжу сверлить его подозрительным взглядом. Поэтому я не стала испытывать судьбу.

– Вот ваш заказ: особое кисло-сладкое парфе с фондю из помадки с сахарным сиропом, которое растопит ваше сердечко.

Я зашла в кафе, где раньше бывала с Лукасом. Официант снова выпалил длиннющее название, словно это было какое-то заклинание. Мне даже показалось, что в прошлый раз названия были короче.

Десерт выглядел просто божественно. Глаз так и радовался! Сюда надо приходить с кем-то, чтобы заказывать несколько блюд и пробовать их друг у друга. Надо было взять с собой Лукаса. Я расстроилась, но было уже поздно, поезд уехал.

Однако вскоре ко мне снова подошел официант и поставил на стол красиво украшенное пирожное:

– За счет заведения.

– За счет заведения?

– Да, ведь вы наш постоянный клиент.

Я была поражена. Да, я заходила сюда во время каждой прогулки по городу, но даже не думала, что меня запомнили. Более того, я никогда не ожидала, что стану завсегдатаем кафе за пределами дворца. А из-за тех видеошаров с записью с дебютантского бала все знали, как я выгляжу, поэтому мне приходилось каждый раз немного менять свою внешность с помощью магии.

– Приятного аппетита.

– Спасибо.

С этими словами официант взял поднос и ушел.

Такому я всегда рада. Но бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Хотя бесплатный рис вкуснее обычного, а тем более бесплатное пирожное!

Я с радостью принялась уплетать сладости. Ах, как же приятно. Иногда полезно проводить время в одиночестве там, где никого не знаешь. Я какое-то время наслаждалась своим обществом, вкусными десертами и смотрела в окно.

Внезапно взгляд зацепился за карету, остановившуюся на дороге. Почему-то она показалась мне знакомой. Дверь кареты распахнулась, и, увидев выходившего из нее человека, я поняла, откуда ее знаю.

Все прохожие разом обернулись на мужчину с серебряными волосами и золотыми, как солнце, глазами. Я тоже, сидя в кафе и подперев голову, смотрела на него. Затем он обернулся, предложил кому-то руку, и в нее легла женская ладонь. Из кареты вышла красивая девушка.

Иджекиил и Дженит ослепительно сияли, словно вобрали в себя весь солнечный свет. Они были похожи на двух кукол, вылепленных рукой искусного мастера. Окружающие провожали их взглядами.

Когда Дженит вышла из кареты, Иджекиил ей что-то шепнул. Она ему ответила. Я не слышала их разговора, ведь нас разделяло окно и несколько десятков метров. Можно было воспользоваться магией, как Лукас, и подслушать, но я не видела в этом смысла.

Я наблюдала за парой, пока они не двинулись дальше. Но вдруг Дженит резко остановилась. Иджекиил посмотрел на нее, а на лице девушки застыло изумление. Юноша перевел взгляд вниз. Когда Дженит смущенно приподняла подол платья, я заметила, что ее каблук застрял между камнями брусчатки.

Ох, его так просто не вытащить. Можно было с силой дернуть ногой вверх, однако такой способ был очень неудобным для девушек. Да и каблук сломается, если сделать что-то не так.

Поскольку я регулярно бывала в этом кафе, то частенько видела дам, оказавшихся в том же положении, что и Дженит. Может, мне ей немного помочь? С этой мыслью я начала собирать ману.

Сверкающие серебряные волосы на мгновение исчезли из виду – Иджекиил опустился на колено. Он обхватил туфлю рукой, девушка же легонько держалась за его плечи. Эта позиция сохранялась всего несколько секунд, потому что каблук с легкостью выскользнул из ловушки, стоило парню к нему прикоснуться.

Дженит взглянула на Иджекиила и что-то сказала. Как можно описать ее взгляд? Он был теплым и мягким, как весенний солнечный свет, полным волнения и привязанности. Как Иджекиил мог не знать, что он означал?

Я со смешанными чувствами смотрела на пару. Мне показалось, что я на мгновение встретилась взглядом с яркими золотыми глазами. Я невольно вздрогнула. Но Иджекиил и Дженит вскоре исчезли с моего поля зрения, поэтому я отмахнулась от этого ощущения.

– Точно надо было брать с собой Лукаса…

С чувством беспомощности я ковырялась в растаявшем парфе.

Ладно, надо съесть еще сладенького! Может, заказать на этот раз грейпфрутовый мусс и шоколадную помадку?

Я набрала столько десертов, что на мгновение испугалась, не превращусь ли в свинью. Но когда передо мной поставили огромную тарелку, я все равно с радостью принялась за лакомства.

– Извините.

Мой живот был набит под завязку, и я беспомощно смотрела в окно, из которого лился желтый солнечный свет. Внезапно раздался мягкий низкий голос, и я почувствовала, что кто-то занял пустовавший напротив меня стул.

Я недовольно повернула голову и так испугалась, что чуть не ударилась подбородком о стол, когда рука, поддерживавшая его, ослабла. Передо мной сидел Иджекиил собственной персоной! Пока я пыталась прийти в себя, юноша снова заговорил:

– Мы не с вами недавно взглядами пересеклись?

– Я т-такого не п-припоминаю…

Значит, мне тогда не показалось, и мы действительно встретились взглядами? Но даже если так, зачем он пришел сюда и завел со мной разговор?!

Я начала заикаться от смущения, а Иджекиил наклонил голову вбок. В подтверждение закона несправедливости он выглядел прекрасно под любым углом. Девушки вокруг постоянно поглядывали на него. А когда он мягко улыбнулся, они даже перестали это скрывать.

– Вы сильно напоминаете мне одного человека.

– Правда?

А если некоторые посетители кафе решат, что Иджекиил со мной заигрывает?

– Было бы обидно с ней разминуться, вот я и решил подойти к вам.

Эх, отбой. Никакого флирта тут не было. Зато знаете, что было? Целый ворох проблем. У меня.

На мгновение я потеряла дар речи и просто таращилась на юношу перед собой. В итоге я не выдержала и шумно выдохнула:

– Как вы меня узнали?

– Как я мог вас не узнать?

Иджекиил не назвал меня принцессой – мы не во дворце. Он даже не выглядел удивленным, ведь уже встречал меня в городе.

«Эх, прощай, мое лицо. Сегодня последний твой выход. Отныне я буду сильнее тебя менять!» – пообещала я себе, глядя на Иджекиила. Он сразу узнал меня, несмотря на магию, скрывавшую мой облик.

– А где леди Магрита? Вы же с ней приехали?

– Пока Дженит примеряет платья, я должен был пойти выбрать запонки.

– Тогда вы специально…

– Не волнуйтесь. Даже если бы я пошел, вряд ли бы нашел что-то стоящее. – Я удивилась, когда Иджекиил перебил меня.

Распутник?.. Неужели Иджекиил – распутник? Как он мог вот так хладнокровно обещать Дженит одно, а делать – совершенно другое? Да еще и с таким спокойствием выкладывал мне все как на духу.

– Это все равно ненадолго, так что вы позволите мне остаться рядом с вами? Я просто хочу побыть рядом, поэтому, если хотите, можете притвориться, что меня здесь нет.

Его слова звучали так же непринужденно, как и прежде. Я могла бы просто отмахнуться. Это было бы проще. Но было в его тоне нечто, что не дало мне этого сделать. Я какое-то время молча его рассматривала, а затем тихо выдохнула:

– Вы слишком заметный, чтобы делать вид, что вас здесь нет.

Иджекиил лишь рассмеялся.

– Хм… Похоже, что вы сильно проголодались, – произнес он, скользнув взглядом по столу, заваленному тарелками.

Ой, и правда. Я так много сладкого съела. Мне стало неловко от количества пустых тарелок и следов пирожных на них.

– Вы что, не знали, что для десертов существует отдельный желудок?

– Ах, даже такие мифы бывают.

Он еще и издевался. Но ведь Дженит тоже довольно много ела, когда была со мной. Если перед Иджекиилом она ела, как птичка, то это только потому, что он ей нравился.

– …

Перед глазами вновь всплыла сцена, которую я недавно видела из окна.

Глава 135

Я рассматривала юношу напротив. Аккуратно уложенные серебряные волосы казались белоснежными под прямыми лучами солнца. Золотые глаза неотрывно смотрели на меня. Его лицо полностью утратило детские черты и стало взрослым.

Иджекиил Альфиос. Возлюбленный Дженит.

Пока мы молча смотрели друг на друга, время продолжало свой ход. Наконец я нарушила воцарившуюся тишину:

– Долго носить магические артефакты вредно. Передайте леди Магрите, чтобы она снимала его в поместье, – произнесла я, вспомнив кольцо на руке Дженит.

Она носила его целыми днями, и я предполагала, что с помощью этого артефакта скрывали настоящий цвет ее глаз. Обычно такие вещи не причиняли вреда, но Дженит была рождена черной магией, а значит, следовало быть осторожнее.

– Вы чувствуете магию артефактов? – прищурившись, спросил Иджекиил.

– Очень слабо, но да.

Иджекиил замолк на какое-то время. Я изучала его лицо, а он смотрел на меня.

– Временами мне кажется, что принцесса знает все, – наконец тихо произнес юноша.

– Да что вы, – улыбнулась я. – Все знает только Бог.

Иджекиил задумчиво перевел взгляд в сторону. Он казался умиротворенным. Через некоторое время между нами прозвучало тихое:

– Да, только Бог.

– Боже-боже-боже-боже-боже! – Я незаметно закатила глаза, когда до меня донеслись восторженные визги. – Значит, лорд Альфиос лично выбрал для вас это платье?

Стоял солнечный день, на небе не было ни облачка. Девушки были оживлены, как никогда. А причиной ажиотажа приглашенных на мое чаепитие девушек стал Иджекиил. Все взгляды были устремлены на Дженит.

– Да, верно, – смущенно ответила она, чем вызвала новую волну визгов.

– Я вам так завидую!

– Лорд Альфиос такой внимательный!

– У вас просто великолепное платье, леди Магрита.

Дженит сегодня была в эпицентре событий. Мне до сих пор не верилось, с какой легкостью она привлекла всеобщее внимание. А все дело в том, что Дженит просто сказала: «Это платье, которое выбрал для меня Иджекиил».

– Когда я его прошу, он ходит со мной по магазинам и помогает выбрать платья и украшения.

Девушки не смогли скрыть зависти. Иджекиил, с которым было даже почти невозможно потанцевать на балах, проводил с Дженит столько времени, помогая ей с нарядами! Их реакция была вполне понятна.

К тому же, согласно закону главного героя, девять из десяти женщин Обелии неровно дышали к Иджекиилу. Если бы Дженит хвасталась этим или вела себя снисходительно, она бы тут же стала врагом народа номер 1. Но ее застенчивость была искренней, и это обезоруживало.

– Хм. Говорят же, что леди Магрита и лорд Альфиос друг другу как брат и сестра?

Несмотря на милую беседу, ревность все равно витала в воздухе. Стоило одной девушке высказаться сквозь зубы, как за ней повторили и остальные.

– Кстати, а ведь лорд Альфиос и леди Магрита уже несколько лет живут в одном поместье.

– Я об этом уже думала… Будь я на вашем месте, даже если бы сперва любви к нему у меня не было, она бы точно проросла за это время.

– К тому же, лорд Альфиос такой скромный.

– В Обелии допускаются браки между кузенами, хотя это и редкость.

Судя по тону девушек, они обсуждали это не из злого умысла, а просто из любопытства.

– Ну…

Я не стала вмешиваться и спокойно пила свой чай.

У Дженит были очевидные проблемы, и я всерьез подумывала сменить тему. Но если бы я это сделала, те же самые вопросы появлялись бы снова и снова. Пусть лучше она сейчас ответит на них. К тому же мне не хотелось вмешиваться в отношения между Дженит и Иджекиилом.

Я посмотрела на девушку, которая будто бы задумалась о чем-то.

– Принцесса, к вам пожаловал маг Черной башни. – Как раз в тот момент, когда Дженит собралась что-то ответить, с другого конца сада ко мне подошла Сет.

Маг Черной башни? Что происходит?

– Передайте ему, чтобы он вошел.

И магом Черной башни, который вошел в сад с моего разрешения, был…

– Мира и процветания Обелийской империи. Прошу прощения за то, что потревожил вас, принцесса.

…боже, это же Лукас! Я на мгновение растерялась, глядя на его склоненную передо мной голову, а затем спокойным голосом приказала ему подняться.

– Ах!

– Ой! Это же!..

– Боже-боже-боже-боже-боже!

Все девушки при виде Лукаса либо покраснели, либо завизжали. Некоторые пытались делать вид, что он их не волнует, но все равно поглядывали на него.

– В чем дело?

– Глава башни поручил передать вам кое-что. Что-то насчет формулы, насколько я понял.

А, точно! Клод поручил мне улучшение формулы к фестивалю урожая, и я обратилась к главному деду за советом. Однако последнее время он вообще не покидал своей лаборатории и бесконечно экспериментировал с прядью моих волос, поэтому увидеть его было почти невозможно. Хорошо, что он смог посмотреть формулу до фестиваля!

– Спасибо. Прошу, отнесите во дворец. Слуги покажут вам дорогу.

– Хорошо.

Я не знала, передал ли он только материалы или еще и инструменты для экспериментов, поэтому решила оставить все в пустующей комнате рядом со своей. Лукас вежливо попрощался и покинул сад. Хм, он действительно работает на башню?

Лукас умел выполнять поручения! Я-то думала, что он целыми днями просто бездельничал, развлекался и ел, а тут такой поворот…

– Ах, Одинокий черный волк!

О нет, она тоже была здесь! Я удивленно повернулась в сторону, откуда донесся приглушенный мечтательный голос. Там сидела девушка-лилия и затуманенными глазами смотрела на то место, где только что стоял Лукас.

Я вздрогнула и тут же оглянулась. Хвала небесам! Лукас уже ушел. Он же не слышал, что его назвали Одиноким черным волком, да? Ах, девушка-лилия, ты только что была на волосок от смерти!

– Господин маг такой классный!

– Я всегда восхищалась одеянием магов, но, когда вижу эту родинку-слезу под его глазом… просто таю.

– Через пару лет он догонит по популярности лорда Альфиоса!

Лу-Лукас, дамы очень неровно к тебе дышали.

– Принцесса, раз вы оба живете в императорском дворце, то видитесь, наверное, каждый день?

– Нет. Он редко выходит из башни.

Он, конечно, регулярно заявляется ко мне в комнату, но это останется нашим секретом.

– Ах, я слышала, что маги башни оставляют светскую жизнь и полностью посвящают себя магическим исследованиям.

– Ох, какая жалость. Выходит, господин маг даже никогда не женится?

– Хм, не думаю, что это какое-то требование, но почти все маги одиноки.

Даже если они и женятся, то целыми днями сидят в башне, так можно ли считать это полноценным браком? Сразу после этого заявления дамы заметно сникли. Лукас в мгновение ока из «крутого мага, который через пару лет станет идеалом» превратился в «бесполезно крутого мага, за которого и через пару лет не будет смысла выходить замуж».

– Ах, значит, его судьба – вечное одиночество!.. – Одна лишь девушка-лилия продолжала жить в своих фантазиях.

– А почему у лорда Альфиоса до сих пор нет невесты?

– Да, ему уже пора жениться.

Девушки снова переключились на Иджекиила.

– Леди Магрита, вы знаете причину?

– Иджекиил… – Ее взгляд на мгновение остановился на мне, но мне могло просто показаться. – Не думаю, что он намерен в ближайшее время жениться.

– У него есть кто-то на примете? – не упуская возможности, быстро спросила одна из девушек.

Я заметила, что другие гостьи тоже навострили уши, и не смогла сдержать смешка. Они были такими миленькими.

– Я не могу знать, что у него на сердце. – Как и в прошлый раз Дженит сперва помедлила с ответом, но затем продолжила без запинок. – Насколько мне известно, сейчас я – самый близкий ему человек.

Тихий певучий голос девушки мягко пронесся по саду. Однако ее слова можно было истолковать по-разному. Я заметила недоуменные взгляды, которыми обменялись другие девушки.

– Я слышала, что вас с ним видели в городе на прошлой неделе.

– Да, мы гуляли.

– Но ведь был слух, что в тот же день лорда Альфиоса видели в кафе с какой-то девушкой?

В тот же момент руки Дженит замерли в воздухе.

– Но никто не мог сказать, с кем он был. Наверное, это просто пустые слухи?

Как хорошо, что сразу после встречи с Иджекиилом, я воспользовалась магией, чтобы сбить с толку окружающих. Иначе по всей Обелии прошел бы слух, что лорд Альфиос был замечен на свидании с таинственной незнакомкой, похожей на принцессу Атанасию!

Глава 136

Дженит озадаченно покачала головой в ответ на вопросительные взгляды девушек.

– Хм, такой слух был?

– Леди Магрита, вы не знали?

– Нет, не знала… Как бы близки мы ни были, я не могу знать о нем все.

Я взглянула на Дженит, которая опустила чашку на стол. Разговор вскоре свернул в другую сторону. Дженит сидела спиной к цветущему саду, молча слушала, а затем плавно поднялась.

– Извините, я ненадолго.

С такой фразой обычно уходили в уборную, поэтому на нее никто не обратил особого внимания.

– Леди Магрита ушла, и мы теперь можем говорить свободно, – произнесла одна из девушек, когда Дженит покинула сад. – Может, лорд Альфиос питает к вам нежные чувства, принцесса?

– Ой, что вы такое говорите?.. – Со смущенной улыбкой я попыталась уйти от ответа на этот скользкий вопрос. Однако другие девушки, одна за другой, присоединились к разговору.

– Если честно, я тоже так думала. Леди Бабид ведь тоже?

– Да, мне всегда так казалось, но было неловко говорить это при леди Магрите.

– Верно. Ведь лорд Альфиос был ей самым дорогим человеком с раннего детства, да?

– Но при этом лорд Альфиос питает чувства к принцессе? Расскажите нам подробнее, пожалуйста!

– Не думаю, что об этом стоит говорить… Но у меня возникло именно такое ощущение, когда я видела взаимодействие на банкете или балах. Или на прошлом пикнике.

– Ах, я не смогла приехать на тот пикник, но слышала, что к вам присоединился лорд Альфиос.

Слушая разговор девушек, я не могла найти себе места.

– Лорд Альфиос смотрит на принцессу совсем не так, как на других девушек.

Они разглядывали меня с неприкрытым любопытством. Несмотря на то, что у меня с Иджекиилом ничего не было, я даже не думала, что о нас ходили такие разговоры. Но я могла дать им всего один ответ.

– Вынуждена вас разочаровать, но между мной и лордом Альфиосом нет ничего, что могло бы вас заинтересовать. – С того самого момента, как леди Бабид подняла эту тему, я не выказывала ни малейшего намека на волнение и ответила с расслабленной улыбкой. – Как вы все прекрасно знаете, лорд Альфиос – очень добрый человек. Он просто ведет себя, как настоящий джентльмен.

Мне вспомнился тот страстный взгляд, которым он смотрел на меня два года назад на поле белых цветов. Воспоминание растаяло уже через мгновение.

– Лорд Альфиос был бы наверняка смущен, если бы узнал, что о нас так думают.

Я закрыла глаза, чтобы стереть остатки воспоминания. Девушки выглядели немного разочарованными, когда не увидели во мне ни капли волнения. Разговор был бы куда интереснее для них, если бы я покраснела и разволновалась, даже несмотря на отсутствие отношений между мной и Иджекиилом.

– Мне так понравилось сегодняшнее платье леди Магриты, что тоже хочу теперь заглянуть в магазин мадам Тиорен…

Разговор перешел на другую тему. Я тоже поучаствовала в обсуждении. Мы хорошо проводили время: кругом были распустившиеся цветы, в воздухе звучали чистые девичьи голоса и витал сладкий аромат чая. Волнение в моей груди, не замеченное остальными, наконец утихло.

Я неожиданно взглянула на вход в сад. Дженит как-то долго не было…

– Что за девушка сидела справа от тебя?

– Хм?

– Которая еще голосила что-то про черных волков.

– Пф!

От неожиданности я поперхнулась овощным соком, который Лили приготовила специально для укрепления иммунитета. Быстро убрала следы магией.

– Чего это ты вдруг заинтересовался?

– Она очень подозрительная.

Какой сообразительный гаденыш! Буквально на минуту зашел на чаепитие и сразу нашел подозрительную личность! Неужели Лукас услышал, как девушка-лилия назвала его Черным волком, когда он уходил?! Нет… Если бы услышал, то сейчас говорил бы по-другому.

– Что в ней подозрительного?

– Проявляла ко мне слишком живой интерес.

Ох, ей таки не удалось этого скрыть! Три года прошло, а при виде Лукаса она снова потеряла голову. Но я все равно продолжила ее защищать.

– Какой еще интерес?!

– Ты видела ее лицо?

– Обычное у нее лицо!

– Ага, а глазками она так и стреляла.

– Ничего она не стреляла!

Конечно, мои слова были Лукасу что слону дробина. Он смеялся, словно, я только подтверждала его догадки.

– Хелена… Она не в тебе заинтересована, а в магии!

– А-а-а, в магии, значит?

– Именно! С чего ей к тебе интерес проявлять?! Скажешь тоже! – воскликнула я, чувствуя, что проигрываю эту битву.

Лукас сел на подлокотник дивана и посмотрел на меня, как на умалишенную.

– Чего это ты так напугана?

– С чего ты взял, что я вообще напугана?!

– Да ты в таком ужасе, что у тебя глаза бегают.

– Неправда! – Я все отчаянно отрицала.

– Но вот что странно, – задумчиво протянул Лукас. – Я не припомню, чтобы хоть раз кого-то убивал при тебе.

Он меня так в могилу сведет. Как он мог столь небрежно говорить подобное?

– Или я что, бил кого-то у тебя на глазах?

Н-нет. Я такого не припоминала.

– Тогда почему ты боишься?

Ах, ну… Теперь-то я и сама задумалась, чего так боялась.

– Ты меня вообще за кого держишь? Я не делал ничего плохого, а ты обращаешься со мной как с преступником!

– Н-нет…

– Где ты еще найдешь такого безобидного и доброго мага, как я? Ты меня ранила. Возьмешь на себя за это ответственность?

Как все так обернулось? Я всего лишь хотела защитить девушку-лилию от допросов Лукаса, но почему-то допрашивать он принялся именно меня! Я сделала глубокий вдох. Нельзя было позволить ему перевести стрелки на меня!

Безобидный и добрый маг? Может, он начнет еще детям мороженое бесплатно раздавать? Хм, а ведь еще тогда, в саду Рубинового дворца, во время нашей первой встречи, я уже говорила что-то подобное. Лукас ведь всячески угрожал Чернышу и даже после этого регулярно грозился его съесть!

Тут мне вспомнилось кое-что еще.

– Точно, в нашу первую встречу там были странные пузыри!

– Пузыри?

– Ага! Ты же пускал пузыри, когда хотел украсть Черныша! Разве ты не собирался ничего странного со мной делать?

– А, точно, – небрежно бросил Лукас, словно только что вспомнил, и нахмурился.

Я была поражена. Серьезно? Он правда сказал: «А, точно»?

– Сперва я решила, что мне показалось, но дальше становилось только страннее! В воздухе так сильно пахло мыльными пузырями, что я дышать не могла!

– Что ты несешь? То были обычные мыльные пузыри.

Когда я продолжила настаивать, Лукас на мгновение задумался, а затем успокаивающе произнес:

– Ты впервые в жизни увидела магию и отреагировала так, словно только что вылезла из пещеры, вот я их и создал.

Ха, то есть он пытался показать мне шоу мыльных пузырей?

– Не смеши меня. Я тебя слишком хорошо знаю, чтобы поверить, что ты решил по доброте душевной развлечь семилетнюю девочку фокусами!

В комнате повисло короткое молчание. Лукас явно смутился и не мог вымолвить ни слова.

Л-Лукас?.. А? Чего это он замолчал? И его лицо выглядело крайне подозрительно. Такую мину он строил, когда думал: «О нет, меня раскрыли!» или «Плохо дело!», я ведь ничего не путала?

Пока я недоверчиво косилась на парня, он изучал меня взглядом, а затем полностью переменился в лице.

– Я не вру. То правда были самые обычные мыльные пузыри! – с широкой улыбкой произнес он.

– Правда? Честно-пречестно?

– Да правда это. Когда я тебя обманывал?

Пусть даже так, он все равно вел себя подозрительно!

– А если то были не мыльные пузыри, то что, по-твоему? Или ты думаешь, что я пытался каким-то образом убить тебя пузырями? Как ты можешь говорить мне такое? Ух, бьешь меня в самое сердечко.

Когда я увидела его жалобное лицо, мне сразу расхотелось с ним дальше препираться. Я питала слабость ко всему красивому, а Лукас был, что ни говори, очень красив. Я прекрасно осознавала, что он играл на этом.

Ах, он специально бил меня в слабое место!

– К тому же сколько лет с тех пор прошло? Ты так уверена, что все именно так и было? Может, ты дышать не могла потому, что прыгала вверх и вниз, пытаясь поймать эти самые пузыри.

– Не было такого…

Это могло быть правдой, но у меня все еще оставались сомнения. Следующие слова Лукаса прозвучали так, словно я не оставила ему выбора:

– Что ж, тогда ты можешь сейчас снова убедиться в этом.

Он махнул рукой, и в воздухе появились круглые мыльные пузыри. Ах, как я давно их не видела! Я обрадовалась им, увидев их впервые за десять лет.

– Стой! Не надо мне их прямо в лицо направлять!

– А как ты собираешься иначе проверять? – фыркнул Лукас, хотя я была уверена, что он просто хотел меня смутить.

Тьфу-тьфу, пузыри лопались прямо у меня под носом!

– Ну что? Проверила?

Ладно, поверю ему. Хотя мои сомнения останутся со мной. Как можно доказать то, что произошло десять лет назад? Да и, честно говоря, для моего спокойствия было проще принять версию про безобидные мыльные пузыри.

– Эх, прямо как в старые добрые времена! – Я с удовольствием лопала пальцем пузыри, плававшие по комнате. – Ты тогда был такой миленький.

– Я и сейчас миленький.

– Пф.

Глава 137

Я повернулась к Лукасу и хотела посмеяться над ним. Но он уже не был подростком!

– Каким бы милашкой я ни был, не влюбляйся в меня слишком сильно. Популярность – это та-а-ак утомительно. – Лукас превратился в мальчика десяти лет и с ухмылкой смотрел на меня.

Однако свойственные ему надменность и манера самодовольного приглаживания волос, которые обычно делали его похожим на индюка, сейчас почему-то вообще не раздражали. Он стал мини-Лукасом! Я уже успела забыть, каким хорошеньким он был, и теперь не могла оторвать взгляда.

Какие красивые черты лица! Так и хотелось ущипнуть его за пухлые щечки! Мини-Лукас был убийственно хорошеньким. Но еще сильнее меня поразила практическая сторона вопроса.

– Я тоже смогу по желанию менять свой физический возраст, как и ты?

– Ты? – Лукас подпер подбородок кулачком и взглянул на меня ясными глазами. Из длинного рукава показался маленький пальчик. Ах, он специально вел себя так очаровательно? – Хм-м-м, может…

Я в предвкушении наблюдала за тем, как он сканировал меня глазами с головы до пят. Однако мой энтузиазм угас, как только я услышала его ответ:

– Может, и сможешь, когда тебе стукнет лет так сто.

Целых сто лет? Я смогу так делать, только когда стану седой кудрявой старушкой, гадающей, умру я сегодня или же завтра?! Хотя, думаю, зная Лукаса, он не стал бы так говорить, если бы не считал, что я не доживу до такого возраста.

Иными словами, мой магический потенциал полностью раскроется к ста годам? Обидно даже…

– А когда ты смог это делать?

– Ты действительно хочешь это знать? – Во взгляде Лукаса явно читалось: «Ты серьезно сравниваешь нас?» и «Ты расстроишься, когда узнаешь».

Тц! Я улеглась на диван. Сто лет, так сто лет. Это будет, конечно, странно выглядеть, если чья-то прабабушка станет выдавать себя за ребенка. Ладно, не будем об этом!

А ведь и Дженит, и Иджекиил в детстве были крайне милыми. Ну, разумеется, и я тоже, кхм.

– Хм, а ведь это было странно.

Я вспомнила Дженит на моем чаепитии. Она долго отсутствовала за столом, а когда вернулась, на ее лице играла легкая улыбка. Может, мне тогда показалось, но было такое ощущение, что улыбка была натянутой.

– Странно? Что? – Я взглянула на Лукаса, прервавшего мой внутренний монолог.

Он все еще оставался в образе ребенка и мило наклонил голову вбок. Мне не удалось перехватить свою руку, которая со скоростью молнии метнулась в его сторону. Ах, эти белые пухленькие щечки!

– Ах, какие они мягкие!

Я не удержалась и потянула его щеки в стороны. Они были мягкими, как рисовые булочки. Лукас, похоже, не ожидал моего внезапного нападения и хмуро глянул на меня:

– Эй, ты что творишь?

– Что ты ешь, что у тебя такие мягенькие щеки? Это нечестно!

Разумеется, я не собиралась останавливаться. Когда еще мне выпадет шанс потрогать щечки мини-Лукаса!

– Тебе мало не покажется, если не отпустишь.

– Ой, мои руки прилипли к твоим щекам! Их никак не оторвать!

Его щеки – настоящий наркотик. Вот же гад! Околдовал меня своими мягкими щечками! Если я отпущу их, это будет предательством. К тому же мини-Лукас издавал наимилейшие звуки, пока я его тискала.

– Завязывай. Сейчас же!

– Какие же они мягкие… Ой!

Мини-Лукас внезапно превратился во взрослого Лукаса!

– Я ведь просил тебя по-хорошему.

Моих ушей коснулся низкий голос. Встретившись взглядом с его рубиновыми глазами, я вздрогнула и быстро убрала руки со щек мужчины.

– А что ты? Чего остановилась? Ты же так хотела помять мои щеки.

– М-мне больше не надо! Они уже не такие мягкие, как булочки!

– Откуда ты знаешь, если ты не пробовала?

– Так по ним сразу видно!

– Как быстро ты переобулась.

Вот же! Я принялась колотить взрослого Лукаса за его слова.

– Ах ты! Почему так неожиданно?! Я ведь говорила тебе не трансформироваться!

– Так ты первая и начала.

– Заткнись!

Я еще и крайней оказалась?! Получай!

Лукас уворачивался, словно его забавляла эта ситуация, а я продолжала свое нападение. И так продолжалось до тех пор, пока он снова бесстыдно не воспользовался моей слабостью и не превратился обратно в мини-Лукаса.

Часть 14.5

Каждый может передумать

– Ты хочешь выпить? В такой поздний час?

– Не я, а отец.

Поздно вечером Дженит вышла из комнаты, чтобы попить воды, и столкнулась с Иджекиилом, достававшим из шкафа бутылку. Коньяк 299-го года. Это был крепкий напиток с высоким содержанием алкоголя, который так любил Роджер Альфиос.

– Похоже, у него сегодня хорошее настроение.

– У всех бывают взлеты и падения.

После успешного завершения пикника герцог Альфиос находился в приподнятом расположении духа, хотя внешне это было незаметно. Герцогиня очень переживала из-за мероприятия, в котором по настоянию Дженит не принимала никакого участия. Но она вздохнула с облегчением, когда узнала от мужа, что пикник прошел более, чем успешно.

Дженит пребывала в смешанных чувствах, которые было трудно описать словами, впрочем, как и после каждой встречи с принцессой Атанасией. А когда они возвращались с Иджекиилом из города, юноша задумчиво смотрел в окно. По его лицу было невозможно понять, о чем он думал.

– Я тоже хочу выпить.

– Тебе еще рано.

Дженит взглянула на бутылку и два стакана в руках Иджекиила. Его рукава были закатаны почти до локтей, и тут ее внимание привлекли предплечья парня.

– Что ж, спокойной ночи, Дженит.

Точнее, взгляд девушки упал на его левую руку, которая была ранена два года назад. По ее вине. Со временем рука Иджекиила полностью зажила, и от раны не осталось даже шрама, но Дженит казалось, что она, все равно продолжала его видеть.

– Завтра я поеду за новым платьем. Поедешь со мной? – импульсивно спросила она когда он уже уходил.

Иджекиил остановился. Он медленно повернулся и дал привычный ответ:

– Если хочешь.

– А ты не хочешь? – Дженит почти никогда не задавала такой вопрос. Юноша заметно удивился, но она быстро продолжила: – Спасибо. С нетерпением буду ждать нашей прогулки.

Она улыбнулась так, словно ничего не произошло. Но стоило ей отвернуться, как лицо ее тут же помрачнело.

Он всегда отвечал так, словно сам никогда бы не предложил пойти с ней. Если бы она не попросила, он бы и не подумал присоединиться. Его шаги стихли в коридоре. Когда Дженит оглянулась, в коридоре уже никого не было.

Она долго смотрела на место, где он только что стоял, а затем направилась к себе.

«Если хочешь».

Когда Дженит была моложе, она принимала эти слова за доброту. Но… она ошибочно принимала за доброту и жестокость.

– Извините, я ненадолго.

С этими словами Дженит покинула чаепитие принцессы Атанасии. Мягкая трава почти полностью скрывала звук ее шагов.

Чем дальше девушка отходила от сада с распустившимися цветами, тем больше она беспокоилась. Она не могла понять, почему она так себя чувствовала.

К-как странно. Ведь чаепитие – это весело. Дженит нравилось общаться с девушками, и ее любимая принцесса была там, так почему ей так хотелось сбежать оттуда?

«Говорят же, что леди Магрита и лорд Альфиос друг другу как брат и сестра?»

Когда девушка вышла из сада, ее каблуки застучали по камню. Почему-то Дженит вспомнился бал в честь пятнадцатилетия принцессы Атанасии, который проводился два года назад в Изумрудном дворце. Тогда Иджекиил не смог присутствовать из-за травмы руки, и сама Дженит тоже отказалась ехать. Она этому даже обрадовалась, сама не понимая почему. Она хотела видеть принцессу, но одновременно и нет.

Девушка понимала, что противоречила сама себе, но даже не представляла, откуда взялось это чувство. Ей казалось, что принцесса на балу в честь своего дня рождения будет не той Атанасией, с которой она смотрела праздничный фейерверк. Подобная мысль почему-то промелькнула у нее в голове и во время этого чаепития.

«А почему у лорда Альфиоса до сих пор нет невесты?»

«У него есть кто-то на примете?»

Да, она знала. Это глупо. В мире была только одна принцесса, и Дженит любила ее всей душой. Но с каждым днем, наблюдая, как Атанасия становится все прекраснее, Дженит ощущала что-то новое. Незнакомое.

«Но ведь был слух, что в тот же день лорда Альфиоса видели в кафе с какой-то девушкой?»

«Леди Магрита, вы не знали?»

По непонятной причине Дженит сильно нервничала. Она не хотела, чтобы кто-то видел ее в таком состоянии.

«Нет, не знала… Как бы близки мы ни были, я не могу знать о нем все».

Дженит бесцельно шагала по территории Изумрудного дворца, стараясь не попадаться на глаза прислуге. В какой-то момент она заметила, что гуляет уже слишком долго. Оглядевшись, девушка обнаружила, что не знает, где находится.

Кругом были фиолетовые цветы, придававшие месту особую, незнакомую атмосферу. В лучах яркого солнца они будто горели. Похоже, она где-то не там свернула. Где же она оказалась?

Дженит поежилась. Странно, что ей по дороге сюда не встретился никто из слуг.

Но уже через мгновение она поняла, почему так вышло.

– Кто ты такая?

Перед ней стоял человек с развевающимися на ветру золотыми волосами. Пронзительные сверкающие глаза изучали ее.

Да. Она пришла сюда, чтобы встретиться с ним.

Глава 138

– Это насколько нужно быть бесстрашной, чтобы вот так разгуливать по императорскому дворцу?

До ушей девушки долетел тихий безэмоциональный голос. Дженит молча рассматривала мужчину перед собой, но вскоре не смогла сдержать обуревавших ее эмоций и произнесла:

– Вы… – Ей было трудно связать слова в предложение. – Вы меня не помните?

Отец, которого она видела вблизи всего один раз в жизни, три года назад во время бала дебютанток. Наверняка роковая встреча в тот памятный день врезалась ему в память так же сильно, как и ей.

– Есть какая-то причина, почему я должен тебя помнить? – Тон Клода стал еще холоднее.

От его ледяного взгляда Дженит потеряла дар речи.

– Незнакомое лицо во дворце. Значит, ты гостья Атанасии… – пробормотал мужчина, бросив взгляд в сторону Изумрудного дворца. Когда он произнес имя принцессы, его глаза стали мягкими и спокойными. Совсем не такими, какими он смотрел на Дженит.

Ее сердце сжалось. Он обращался с ней как с чужой.

– В таком случае я закрою глаза на твой проступок. – Рука Дженит коснулась кольца на ее пальце. – Тебе крупно повезло. Если бы ты не была гостьей Атанасии, тебя бы тотчас же вышвырнули за то, что ты без разрешения вторглась в мой дворец.

Дженит так и не сняла кольцо, скрывавшее ее топазовые глаза. Рука девушки опустилась.

– Но следующего раза не будет. Если снова будешь бродить по дворцу без разрешения, тебя ждут последствия.

Над головой девушки раздалось пение птицы, название которой она не знала. Перед ее глазами распустились великолепные фиолетовые цветы. Весна сменяла лето, и листва деревьев приобрела светло-зеленый цвет.

– Я тебя предупредил. Впредь не попадайся мне на глаза.

Однако ни в его голосе, ни в холодных глазах не было ни капли тепла. Клод развернулся и ушел, ослепительный солнечный свет озарял его удалявшуюся спину.

Дженит осталась в незнакомом месте совершенно одна. Солнце слепило ее. Несмотря на буйство красок вокруг, девушке казалось, что она оказалась одна посреди зимы.

…Ей было так холодно и одиноко.

Но никто не пришел и не согрел ее. Дженит закрыла глаза руками. Впервые в жизни ее охватил всепоглощающий страх остаться до конца жизни в полном одиночестве.

Днем Лукас вспомнил о том, что произошло вчера.

«Точно, в нашу первую встречу там были странные пузыри! Разве ты не собирался ничего странного со мной делать?»

В его голове прозвучал голос, задававший вопросы. Лукас нахмурился.

«Что ты несешь? То были обычные мыльные пузыри».

Почему он тогда солгал?

Лукас глубоко задумался. Десять лет назад, когда он впервые увидел девочку, бежавшую за священным зверем в саду за императорским дворцом, он действительно планировал ее убить. Так он смог бы беспрепятственно украсть зверя.

Но она была так искренне восхищена магией. Она радовалась, говорила, что видит ее впервые. Тогда Лукас почувствовал укол совести, о существовании которой даже не подозревал. Вот он и решил в качестве прощального подарка девчушке показать ей шоу мыльных пузырей.

Но то были не обычные пузыри, как и подозревала Атанасия. Если бы она и дальше вдыхала их запах, то умерла бы от кислородного голодания. Его плану помешал Черныш, священный зверь девочки.

Лукас облизнул губы и задумался. Неужели в сущности, которую даже живой нельзя было назвать, присутствовали зачатки разума? Хоть Черныш и был всего лишь сгустком незрелой магии, он смог разрушить его заклинание. Да, тогда Лукас был еще слаб, ведь он только что проснулся от долгого сна. И до того момента, как он съел ветвь Мирового древа, он сильно сожалел о том, что не поглотил священного зверя.

Так почему он солгал и сказал Атанасии, что это были обычные мыльные пузыри?

Лукас жил одним днем, поэтому лгал только в случае крайней необходимости. Обычно это было ради веселья или во избежание лишних хлопот. Но причина, по которой он солгал Атанасии, не попадала под эти ситуации.

Будь то прежний Лукас, он бы просто сказал: «А, ну да, я пытался тебя убить. И что? Что в этом такого?» или «Честно говоря, мне даже жаль, что не удалось тебя тогда прикончить».

Однако в глядевших на него глазах читался вопрос: «Я ведь права?» И, как ни странно, он не нашел в себе сил подтвердить ее догадку. Лукас решил, что не хочет, чтобы Атанасия знала, что именно он собирался сделать с ней в детстве.

– Там все ворчат, что проводится ремонт верхних этажей башни, – наконец заговорил маг, наблюдавший за ним. – Нам стоит объединить усилия, так работа пойдет быстрее!

Но почему вообще маги с таким рвением взялись за ремонт башни, который годами откладывали из-за своей же лени? Неужели все дело в появлении мага Черной башни, который мог в любой момент заглянуть к ним?

Лично у Лукаса не было никакого желания хлопотать из-за какого-то мошенника. Все так же сидя на столе, скрестив ноги, он ответил:

– Балбес номер 1, иди и сам им помогай.

– Чего это я номер 1? – возмутился маг.

Похоже, что глава башни часто называл магов балбесами, раз он так обиделся именно на «номер 1», а не на «балбеса», к которому, судя по всему, уже привык.

– Тем более от вас толку будет больше, чем от меня.

Ведь он пришел в башню в прошлом году и считался самым юным магом.

По возрасту Лукас действительно был младше всех – ему всего семнадцать. Но среди магов возраст не имел значения. Главную роль играли магические способности. Однако этот Балбес номер 1 в первое же появление в башне допустил серьезную ошибку: проигнорировал Лукаса, считая его самым младшим. Но его отношение быстро изменилось, когда тот с улыбкой на лице унизил его перед всеми, отказав в просьбе стать напарником для испытания новой магической формулы.

Гордости своей он не растерял, но был вынужден вежливо обращаться к Лукасу. Даже сейчас, глядя на сетовавшего на его глупость мага, он едва не расплакался от обиды. Надо было с самого начала насторожиться, когда при виде улыбки Лукаса другие маги дрожали. Ох, как он сожалел об этом, но было уже поздно. После этого он получил прозвище Балбес номер 1.

Жизнь оказалась жестока. Попав в башню магов, он надеялся, что все наладится, что впереди его ждет великое будущее. Но мир оказался полон гениев. Еще более гениальных, чем он сам. И самым ужасным из всех был этот парень.

Он в отчаянии перелистывал книгу заклинаний.

– Глава башни скинул ремонт на нас, заявив, что это послужит нам хорошей тренировкой… Эх. Я ведь в башню пришел магию изучать, а не ремонтником работать!.. Он так радовался, когда наконец получил волосы принцессы, и с головой ушел в исследования в своей лаборатории…

– Чего? Что он получил? – Лукас впервые проявил интерес к его бормотанию.

– Волосы принцессы.

– Откуда они у него?

– В прошлый раз принцесса сама ему их дала. Пара магов всегда хотела изучить магические силы принцессы, но сейчас они интересны всем…

– Ты говорил, что он у себя в лаборатории?

– Кто? Глава башни?

– По-твоему, я стал бы искать в лаборатории принцессу?

– Я же только что сказал, что он все еще в лаборатории. Ты глухой?

– А ты, кажись, страх потерял?

Бах!

Балбес номер 1, нахамивший Лукасу, вздрогнул. Он и заметить не успел, как тот впился в него своими рубиновыми глазами.

Внимание, опасность! Внимание, опасность! Это чувство он уже знал. Точно такое же накрыло его в их первую стычку, когда он по глупости зацепился с Лукасом. Балбес номер 1 быстро пришел в себя и поспешно извинился:

– Н-нет, я не хотел… Просто хотел быстро ответить на ваш вопрос…

– Похоже, у тебя мозг разгладился, раз ты забыл, как вежливо разговаривать. Может, хочешь вообще без языка остаться? А?

– Угх! Никак нет, господин!

– Уже лучше. Будь осторожнее.

– Угу.

Лукас похлопал Балбеса номер 1 по плечу, и тот рухнул в углу, чувствуя, как его покинули силы.

– Ну, я пошел.

– К-куда вы идете? – машинально спросил Балбес, когда Лукас встал со своего места.

– В лабораторию.

Судя по недавнему разговору, он направлялся в лабораторию главы башни. Балбес осторожно поинтересовался:

– Н-но зачем?..

– Меня бесит, когда то, что принадлежит мне, попадает к другим.

«То, что принадлежит мне»? О чем он?

Лукас вышел из комнаты, игнорируя вопросительный взгляд Балбеса. Через какое-то время из Черной башни послышался грохот неизвестного происхождения. Позже поговаривали, что глава башни, рыдая, выбежал из своей лаборатории. Еще неделю после этого он в ярости кричал, что «чертов Лукас спалил драгоценные материалы для моих исследований».

Продолжение следует…

Примечания

1

Самгёпсаль – популярное блюдо корейской кухни из жареной свинины.

Content

Плутос
Однажды я стала принцессой. Книга 2

Часть 8 Экстренные новости! Прибыл маг из Черной башни!

Глава 71

Глава 72

Глава 73

Глава 74

Глава 75

Глава 76

Глава 77

Часть 9 Временное расставание

Глава 78

Глава 79

Глава 80

Часть 10 Кошмар

Глава 81

Глава 82

Глава 83

Глава 84

Глава 85

Глава 86

Глава 87

Глава 88

Глава 89

Часть 10.5 После банкета

Глава 90

Часть 11 Прощай, папа

Глава 91

Глава 92

Часть 11.5 Этот папа Клод

Глава 93

Глава 94

Глава 95

Глава 96

Часть 12 Кажется, я встретила персонажа второго плана

Глава 97

Глава 98

Глава 99

Глава 100

Глава 101

Глава 102

Глава 103

Глава 104

Глава 105

Глава 106

Часть 12.5 Бессонная ночь

Глава 107

Глава 108

Часть 13 Возвращение

Глава 109

Глава 110

Глава 111

Глава 112

Глава 113

Глава 114

Глава 115

Глава 116

Глава 117

Глава 118

Глава 119

Часть 13.5 Не трогайте принцессу

Глава 120

Часть 14 Мне недавно было пятнадцать, и вот уже семнадцать

Глава 121

Глава 122

Глава 123

Глава 124

Глава 125

Глава 126

Глава 127

Глава 128

Глава 129

Глава 130

Глава 131

Глава 132

Глава 133

Глава 134

Глава 135

Глава 136

Глава 137

Часть 14.5 Каждый может передумать

Глава 138

Примечания