Юлия Шолох

Анабиоз

Пролог

Было больно.

Не так, чтобы прямо верещать, а просто всё ныло, ныло и ныло.

Тася чуть-чуть подняла плечо — простое движение далось как-то слишком тяжело. Она помнила, что куда-то бежала… от кого-то? Или просто?

Нет, зачем ей убегать просто так, если за ней никто не гонится? Она никогда не любила бегать. Вот прыгать, это да, самая обожаемая игрушка детства — батут.

Значит, за ней кто-то бежал?

Тася поморщилась. Она лежала… на чём-то упругом. На спине, вытянувшись в полный рост, руки по швам, пальцы ног смотрят в разные стороны, как будто во сне Тася пыталась вывернуть их наружу. Дышала она медленно, в носоглотке першило. Ничем не пахло. И тихо как-то.

Во рту тоже сухо. Язык еле ворочался, неуклюжий, как медведь в берлоге.

Тася пошевелила пальцами. Они почти не двигались. И вроде бы ей было холодно. Или нет, не очень. Скорее, зябко, будто у неё температура.

Она убегала, это точно. Почему?

Что-то случилось. Кто-то… её преследовал? Хм. Наверное. Но кто?

Тася вдохнула. Надо же, а губы легко разомкнулись… хотя казалось, они слиплись будто склеенные суперклеем. Да и мышцы слушались всё лучше. Наверное, даже глаза можно открыть. Что Тася и сделала.

Сверху потолок. Ну конечно, что там ещё должно быть? Обычный белый потолок обычного помещения. Не на улице же она валяется. Хотя, наверное, приятно было бы увидеть небо… Голубое небо и белые кудрявые облачка.

Но всё же хорошо, что есть потолок. Она чего-то боялась. Сама не помнила, чего, но потолок почему-то этот страх прогнал. Он есть. И это здорово.

Тася набрала полную грудь воздуха и выдохнула… Потолок вдруг стал мутным, на нем расцвело пятно конденсата.

Мутным? Это же не потолок! Это же, это же… стекло.

Тася всё вспомнила.

Не может быть! Нежели ему удалось? Нет, нет, нет, она отказывалась в это верить!

Тася подняла руки, почти подняла, но они упёрлись в преграду. Испуганный взгляд на ноги подтвердил то, что она уже поняла. Внизу было темно, вокруг тела и ног — стенки ящика. Только над лицом прозрачно и светло.

Она в гробу… в саркофаге. Она заперта, а над головой не потолок, а крышка!

Ужас нахлынул такой, что волосы буквально зашевелились. Тася закричала и завертелась, пытаясь как-нибудь освободиться, сломать эту ужасную штуку, которая практически похоронила её в себе. Она билась, как обезумевшее животное в клетке, не чувствуя боли, но ничего не помогало.

Тася не могла выбраться.

Тут над крышкой показалось чьё-то лицо. Парень. Внимательный, въедливый взгляд. Короткая стрижка. Улыбка на губах.

Он наклонился, оказавшись прямо напротив её лица.

Тася замерла, смотря на него широко распахнутыми глазами.

Парень улыбнулся шире и сказал:

— Привет.

Глава 1. Пробуждение

Все дети мечтают о старшем брате. Правда ведь? Как же здорово иметь старшего брата!

Он будет с тобой играть, рассказывать обо всём на свете, помогать, если что-то не получается. А если тебя обидят другие ребята — старший брат придёт и покажет им всем, где раки зимуют!

Когда Тася была совсем маленькой, она тоже безумно радовалась наличию старшего брата. И ничего, что он слишком уж старший, прямо как родители. Ничего, что он с ней особо не играет, потому что уже работает как взрослый на взрослой работе — на фирме родителей. И не общается никогда, у него ведь нет времени, да и о чем им говорить? Об её куклах или об его рабочих достижениях?

Главное — что он был! И можно было сказать мальчишкам, которые дерутся на площадке и в саду, что вот она пожалуется брату, и он их всех побьёт! За уши оттаскает и ничего ему за это не будет, потому что он важный человек! Как взглянет — они все в штаны наложат, и больше никогда-никогда не посмеют её обижать!

Чего скрывать, Тася и сама его побаивалась. Когда брат бывал не в настроении, от него будто холод шёл. Родители тогда старались говорить тише, а чужие люди — вообще убирались с глаз брата подальше.

Даже удивительно. У них одинаковые чёрные волосы и серые глаза, но если у Таси это сочетание выглядело мило, то у брата — как вызов. Смотришь на него — и будто страшно смотреть, будто у него из глаз сейчас лучи пульнут и пригвоздят тебя к месту.

И всё же он был. Брат.

А потом, когда ей исполнилось двенадцать, родителей не стало. Тася даже толком не поняла, что случилось, просто отказывалась слышать, когда ей говорили — ты их больше не увидишь. Отказывалась слышать! И брат, с которым до этого она виделась крайне редко, на долгое время стал единственным, кого воспринимала Тася.

Он всегда был рядом. Вначале она изо всех сил цеплялась за брата, за последнего оставшегося живого родного человека. Перешла со школы на домашнее обучение. Стала заниматься тем, что он советовал — музыкой, танцами, рисованием, языками. Даже плаванием, хотя воды боялась. Долго заглядывала ему в рот, ловила каждое слово, беспрекословно выполняла всё, что только брат говорил. Как она ему верила! Да и как иначе? И да, он был хорошим братом.

Спустя несколько лет Тася поняла, что ей чего-то не хватает и упросила брата позволить ей вернуться в школу, доучиться там последние два класса. Он нехотя разрешил. Тася воспряла духом! Она с головой нырнула в общение с одноклассниками, завела подруг и, подобно всем на свете подросткам принялась искать свой путь в жизни. Благодаря чему впервые поссорилась с братом. Из-за какой-то ерунды! Он просто не пустил Тасю на день рождение одноклассницы, на первый праздник вне дома и без него!

Брат сказал категорическое: «Нет». А когда Тася возмутилась, почему нет, ведь всех остальных отпустили, брат просто запер её дома на три дня. Ради её собственной безопасности, разумеется. Только до тех пор, пока она не одумается и не поймет, что только брат во всем этом белом свете на её стороне, а остальные люди опасны. Они делают больно и лучше держаться от них как можно дальше. И если она этого не поймет, то будет снова учиться дома, под его присмотром.

В тот раз Тася согласилась с ним, потому что знала — брат так и сделает. Запрёт дома. А она выросла и больше не хотела оставаться в одиночестве, в стенах своей комнаты. Даже если в этом одиночестве рядом брат. Да, когда-то он её спас, Тася была безумно за это благодарна. Но… она выросла, а брат не собирался её отпускать с поводка ни на миг. Он и сам был одинок, никогда Тася не видела рядом с братом женщину. Она очень хотела бы, чтобы брат нашёл свою вторую половинку… но нет, брат не собирался этого делать. Даже на вопросы реагировал очень сердито, и Тася перестала рассчитывать, что он переключит своё внимание на кого-то другого.

Школу удалось закончить благодаря примерному послушанию, отказавшись от развлечений вне школы, будь то чей-то день рождение или даже простые посиделки в кафе. Потом она поступила в МГУ на экономический факультет. И контроль продолжался. Каждый день на занятия под охраной, сразу же после занятий — домой. Никакой связи, в смартфоне только один контакт — контакт брата. А ещё через четыре года, не доучившись, Тася сбежала из дому. Просто поняла однажды, что больше не выдержит. Что это никогда не закончится, что её никто не спасёт.

Тогда Тася просто взяла все сбережения, благо, в деньгах они стеснены никогда не были, и уехала. Долгое время пряталась у каких-то знакомых и малознакомых людей асоциального поведения. Наблюдала за ними, как за животными в зоопарке, наслаждалась свободой. Переезжала из города в город. Побывала во всех уголках страны. Пыталась купить фальшивые документы, но сильно влипла и потеряла кучу денег.

Потом нашла парня. Тася впервые в жизни влюбилась без памяти и забыла об осторожности. Она осела в столице, сняла квартиру, подписала договор аренды своим настоящим именем, и стала просто жить.

Совместная жизнь с любимым человеком была красивой, как в сказке. Тася светилась от счастья, когда ей ответили взаимностью! Она ведь была не самой красивой из последней тусовки. Далеко не самой! Не самой весёлой и уж, конечно, не самой смелой.

Тася навсегда запомнила тот вечер, когда на улице познакомилась с компанией парней и девушек. В парке. Ночью. Вернее, поздним вечером. Тася шла домой из магазина и решила посидеть на лавочке. Ей нравилось смотреть на фонари среди деревьев. Мощенная камнем дорожка, стриженная трава на обочине и эти вот жёлтые пятна света, которые освещают путь. Дома у Таси был сад, где фонари поменьше выхватывали из темноты гномов, которые «жили» в их саду. В детстве Тася обожала бегать и проверять в ночи, на месте ли гномы, не ушли ли друг к другу в гости. А здесь, в парке, гномов не было, но Тася по привычке обводила глазами очертания кустов, пытаясь разглядеть своих любимцев, которые, возможно, чудом переместились из старого сада сюда. Пузана, который обнимал мешок яблок или Вертушку Джо, который прятал за спиной игрушку. Ей не хватало их. И вообще людей, общения. Почти месяц она была совсем одна и жутко соскучилась по людям. Но как-то не везло, Тасе попадались только болтливые соседки, которые слова не давали вставить в свой бесконечный монолог да злые тётки, с которыми разговаривать было неприятно. Всё время только и казалось, что она должна чувствовать свою вину за то, что она молодая и свободная.

Тася и в магазин-то пошла от одиночества, потому что не могла больше сидеть в четырёх стенах и смотреть сериалы. Казалось, что комната вот-вот схлопнется и она задохнётся. И даже пришла мысль, что, может, общество брата не такое уж и ужасное.

Именно эта мысль выгнала Тасю на улицу. Заставила бежать прочь от самой себя, как от бешеной собаки.

В общем, на обратном пути она остановилась в парке, села на лавочку и стала пялиться на фонари.

В этот момент мимо проходила развеселая компания. Компаний вечером в парке полно, поэтому Тася не обратила на них особого внимания. И сразу бы о них забыла, но эти ребята разместились аккурат на соседней лавочке. Тася поморщилась, ей было неприятно, что её одиночество нарушили таким грубым образом. Пьяные крики и маты ей точно не нужны. Наверное, придется уйти. Жалко. Но смотреть на фонари, когда рядом ржут алкаши, неприятно.

Но оказалось, что они совсем не пьяные, просто очень громкие. Почти сразу же к Тасе подошли две девчонки и как-то совсем незаметно уже через несколько минут разговора Тася присоединилась к их компании. Они увлекли её как Крысолов своих крыс, и Тася даже не подумала, что это может быть опасно.

Но ей повезло. Компания действительно оказалась нормальной. И с ней действительно познакомились лишь со скуки и из желания разнообразить круг общения. Чуть позже в этот же вечер, когда Тася уже влилась, эта компания «втянула» в себя ещё какого-то парня.

С тех пор она каждый день виделась с этими ребятами. И однажды среди них появился ещё один парень, которого прежде не было. Как выяснилось, он где-то отдыхал. Тася всего разок взглянула на него — и пропала. У него были серые глаза, короткая стрижка и загорелое лицо. Когда он улыбнулся, белая улыбка опутала Тасю как верёвка.

Он стал её первым мужчиной. И первым, кому Тася рискнула рассказать про брата. Примерно через два месяца совместной жизни.

Тася долго колебалась, но всё же решилась. Ради его безопасности, чтобы любимый был начеку. И в глубине души она искренне верила, что парень всё поймет и поддержит. Он ведь такой, такой… самый-самый! Он поймёт.

В общем-то, так и произошло. Парень выпросил подробности о брате, о том, кто он такой и на что способен. Тася честно призналась, что брат очень опасен. Он способен на что угодно, наверное, даже на убийство.

Парень выслушал, подумал и ответил, что всё понял. Пусть Тася не тревожится, он сумеет в случае чего её защитить.

Потом у них была прекрасная ночь, самая лучшая за все время их совместного проживания. Просто идеальная!

Через два дня Тася ушла на работу, ведь надо как-то учиться жить на свои, а не на накопления, которые она увела при побеге из сейфа брата. Которых, кстати, осталось не так уж много. А на обратной дороге купила пиццу, ту самую, которую они ели на первом свидании.

Дома было пусто. Ни парня, ни его вещей, ни спрятанных в тайнике денег Таси.

Его телефон не отвечал, никто в компании не знал, где он находится.

Вначале Тася чуть не поседела, когда думала, что это сделал её брат. Убрал и её любимого человека, и все следы его существования, словно стёр стиральной резинкой из её жизни. Первые два часа, пока она в панике обзванивала все номера, какие только отвечали, выпали из жизни, подёрнувшись чёрным туманом.

Но потом оказалось, что парень попросту обворовал Тасю и сбежал, да ещё и натрепал их общим друзьям всякого, рассказал про нездоровых родственников, которые опасные психи и с которыми лучше не связываться. С Тасей прекратили общаться. Вот так резко, все сразу. Перестали с ней разговаривать, приглашать в гости, а если она звонила сама, неуклюже отвирались, что они в отъезде и вернутся нескоро.

Наверное, тогда Тася впервые поняла, о чем говорил брат, пугая жесткостью, которую могут причинить другие люди. Предательством и несправедливостью, с которыми можно благодаря им столкнуться.

Да, это очень тяжело.

Но где-то глубоко внутри Тася знала, что сможет это пережить. Даже поступок любимого человека… даже он со временем сотрётся. Она забудет, все силы приложит, чтобы никогда не вспоминать его мелкую душонку, не заслуживающую любви такой девушки, как она. Да, брата действительно стоило опасаться, Тася и сама его побаивалась, но сбежать как последний шакал с последними деньгами — разве это поступок любящего мужчины? Даже если от ушёл по-английски, пусть, но как посмел её обворовать?

В общем, Тася поняла, что чувствует не только боль, но и гнев, и возмущение. А значит, справится с ситуацией. И даже немного удивилась, насколько она, оказывается, сильная. Да! Она справится!

Вот только деньги… их не было совсем. Повезло, что Тася как раз устроилась на работу, причем недалеко от дома, да и за квартиру заплатила за полгода вперёд.

Месяц Тася питалась буквально горсточкой риса. И насколько привыкла к голоду, что, когда получила зарплату и купила себе в качестве подарка сырок… её вырвало. Организм отказался принимать что-то другое.

Наверное, она бы и дальше жила припеваючи, ведь всё налаживалось.

Но брат всё же её нашёл. Дело времени. Тася ходила на работу, вечерами гуляла, снова в одиночестве. Она расслабилась и забыла, что брат никогда не выпускает своего из рук. Что всегда всё происходит только так, как он решил. И никто не смеет ему перечить.

Да и как он мог её не найти? Ведь Тася — самое ценное, что у него есть!

Брат появился внезапно, в тот самый момент, когда Тася справилась со всеми навалившимися на неё проблемами. Научилась жить самостоятельно.

Брат пришёл сам. Наверняка охрана стояла и во дворе, и в подъезде, но в квартиру он пришел сам. Открыл дверь своими ключами, чтобы сразу дать понять — ситуация под его полным контролем.

Тася только что вышла из душа и столкнулась с ним в своём собственном коридоре. Лицо брата было невозмутимым, он ни сказал ни слова, только в упор смотрел своими глазами — серыми, как сталь.

В крошечной квартире некуда было уйти. И никак было не сбежать.

Но Тася пыталась. Не прямо так — в халате и без вещей, это было бы глупо. Просто, увидев брата, она поняла, что и пусть. Рано или поздно она сбежит снова! Ему не остановить Тасю! Никогда!

Видимо, на её лице что-то такое отразилось, потому что брат разозлился. Широкие брови сдвинулись на переносице, а губы сжались.

Тася всегда старалась его не злить, но в этот раз за собой не уследила.

Впрочем, сразу брат ничего не сказал.

Тася уехала с ним, конечно же, другого варианта не было, спокойно приняла то, что снова оказалась взаперти. Ерунда какая после того предательства, которое она пережевала и выплюнула. Да и вообще… в каком-то смысле она была рада видеть брата. По возвращению Тася первым делом присмотрелась к нему и попыталась поговорить по душам. Сказала, что брат прав, и люди предают. И это больно. Но она сильная… и он сильный, они должны жить, не цепляясь друг за друга. Рядом, но не как сиамские близнецы. И что он тоже может быть счастлив, завести семью и детей. Они могут стать по-настоящему близкими людьми!

Однако брат отказался переходить на диалог взрослых. С Тасей он обращался исключительно, как с неразумным ребёнком и наказывать продолжал так же — по-детски. Отключённым интернетом, запретом выходить из дома и лишением карманных денег.

Значит, снова бежать. Ну ничего, думала Тася. Один раз сбежала — снова убежит. Чего тут сложного? Главное, выбрать подходящий момент, а она выберет, к гадалке не ходи.

Тася была совершенно спокойна. Брат это видел, скрежетал зубами и молчал.

А потом однажды он вернулся вечером и улыбнулся Тасе. Так, что у неё кровь похолодела. У брата всегда было жёсткое лицо, но только после того как Тася выросла, она поняла, что брат вообще не бывает добрым. Наверное, поэтому он так успешен в бизнесе.

— Завтра ты идёшь на обследование. — Сказал брат.

— На какое?

— Медицинское. Ты давно не проходила диагностику.

Что верно, то верно. Тася не была в больнице с момента своего побега. А до этого бывала регулярно. Брат тщательно следил за своим здоровьем и, следовательно, за здоровьем опекаемой сестры.

— Хорошо. — Тася пожала плечами. Ну обследование и ладно.

Правда, на обследование ушло почти два дня. Чего только с Тасей не делали! Что-то она не припоминала раньше такой масштабной диагностики. Но врачи были разные, настроены серьёзно, вряд ли брат мог подкупить для каких-то своих целей целую клинику.

Тася терпеливо выдерживала все процедуры, и забор анализов, и всякие аппараты, которые просвечивали её, прослушивали и кажется, даже мысли её читали. Отвечала на множество вопросов, вплоть до самых дурацких. Пила все таблетки и микстуры, которые ей давали. Как бы Тася не относилась к брату, она знала, что навредить ей физически он не сможет.

Когда обследование закончилось и Тася вернулась домой, ей даже стало скучно. Кроме книг и сериалов заняться было абсолютно нечем. Ну, временами она готовила, купалась в бассейне или загорала, а по вечерам ходила по саду и улыбалась гномам, по которым скучала. Но и всё.

Три дня спустя брат приехал сразу после обеда, хотя с работы возвращался всегда ближе к ночи. И он выглядел так… необычно, взволновано, что Тася бросилась ему навстречу. Что, если брат… что если его не станет? Он же просто человек! Его могут убить, в конце концов, с его характером это немудрено. И хотя у них свои разборки, смерти брату она не желала!

— Тася. — Сказал брат, с трудом поднимая на неё глаза. — Нам нужно поговорить.

В кабинете брата она села в мягкое кресло напротив стола, а он — на своё обычное место во главе, потом вынул из кармана и разложит на столе несколько бумаг.

— Ты не знаешь, почему не стало родителей? — Вдруг спросил брат.

Тася рьяно замотала головой. Чувствуя внутренний трепет, она нервно сглотнула. Никогда прежде брат не заводил таких разговоров, а значит, дело серьёзное.

— Они были больны. Оба. Смертельная наследственная болезнь. С вероятностью семьдесят процентов передаётся детям. Это заболевание нервных узлов. В детстве и юности не прогрессирует. А после тридцати начинается угасание… медленное, болезненное и неизлечимое. Родители… умерли сами, по своему желанию. Ты не знала, но последние два года перед смертью они жили на обезболивающих и однажды просто не выдержали. Просто решили всё это остановить, не мучится. — Брат сжал челюсти. — У меня болезни нет. А у тебя — есть.

У Таси медленно отвалилась челюсть.

— Что? — Спросила она.

— Я надеялся, пронесёт. Но результаты показывают, что не пронесло.

Брат указал на бумаги и… Тася не поверила своим глазам — его рука задрожала.

— Что это значит? — Спросила Тася.

— Ты больна. И уже давно. Из-за твоего поведения мы упустили начало болезни, когда её ещё можно было замедлить. Время упущено. Болезнь прогрессирует. Ты должна была заметить признаки — беспричинная слабость, боли в разных частях тела, тошнота и головокружение. Самое плохое — болезнь прогрессирует очень быстро. Скоро начнётся вторая стадия. Боли. Потом будет отказывать кишечник. Депрессия, помутнение сознания, суицидальные попытки. Всё, что было у родителей.

Тася осталась сидеть на месте, оглушённая новостями. А брат вдруг уронил голову на руки. Она никогда не видела брата таким… слабым. Таким сдавшимся. Его вид даже ненадолго отвлёк Тасю от собственной судьбы. Но потом осознание навалилось… погребло её под собой. Из глубин памяти всплыли родители… бледное лицо матери, которое постоянно кривилось от боли. Отец, каждое движение которого медленное и осторожное. Постоянное отсутствие родителей, которые «устали» или «ещё спят». Врачебная аппаратура, которой забиты их комнаты. Всё это появилось из памяти, будто только и ждало, когда его позовут.

У Таси будет такая же? Своя личная больничная палата?

Медленная, болезненная смерть?

Она сглотнула.

— Ты поэтому не заводишь семью? — Прошептала она.

— Да. Я здоров, но я носитель. Я сделал вазектомию, но кажется, даже этого мало.

Впервые брат раскрылся настолько. Тася сжала дрожащие губы.

— Ничего. Ты не виноват. Никто не виноват.

Он остро взглянул на Тасю.

— Они виноваты.

— Кто они?

— Родители. Знали, что больны, и всё равно завели детей. Ну, меня может и по глупости, по молодости и незнанию. Но ты… они ведь были взрослые, всё уже понимали. Даже я уже всё понимал. Я просил мать… избавиться от тебя. Но ты всё равно родилась.

Тася молчала. Она тоже не знала, как можно рожать детей, которые, скорее всего, будут обречены на медленное умирание.

— Но ты не бойся. — Вдруг сказал брат и снова поднял голову. Его взгляд стал напоминать прежний. — Я тебя вылечу.

Конечно, Тася не поверила. Если бы это легко лечилось… да и что с ней точно? Какое название у болезни? Может, стоит про неё прочесть?

Но читать про что-то уже существующее было страшно. Название болезни было указано в медицинских документах, которые брат оставил лежать на столе. Тася не стала их читать, просто запомнила, как выглядят бумаги, чтобы вернуться позже, когда наберётся сил и смелости, и ушла. Она не хотела, не могла сейчас разбираться в подробностях. Хотелось ещё немного побыть беззаботной и здоровой.

Вскоре один из помощников брата принёс ей таблетки, на случай, если она хочет успокоиться. Тася, конечно, хотела. И следующие дни провела как в тумане — пустом, но хотя бы без теней ужаса и боли.

Брат пришёл к ней в комнату спустя какое-то время, Тася не знала, какое. Она просто лежала на кровати и плакала, потому что ей было жутко себя жаль. И ещё у неё всё болело! Каждое движение и даже дыхание отдавалось болью во всём теле!

— Ты тут? — Спросил брат, будто Тася могла быть где-то ещё! Но она не ответила, даже смотреть на него не стала, отвернулась к стене.

Брат сел рядом на кровать и погладил её по спине.

— Не бойся, я всё решил. Ты не умрёшь. Посмотри на меня.

Пришлось обернуться.

Брат улыбался. Даже сквозь медикаментозное спокойствие Тася заволновалась, потому что эти мёртвые в своей невозмутимости глаза пугали.

Он наклонился, обнял Тасю и прошептал ей на ушко.

— Я погружу тебя в криосон.

* * *

Тася смотрела на незнакомое лицо, которое улыбалось ей сквозь крышку коробки, в которой она была заперта. И чувствовала, как волосы на голове шевелятся.

Неужели… брат действительно это сделал? Усыпил её?

Тогда она подумала, что брат нехорошо шутит. Сошёл с ума, потому что не знает, что делать, ведь такие сильные люди на все сто уверены, что найдут выход из любой ситуации, подомнут мир под себя. Настолько уверены, что иногда не выносят столкновения с реальностью.

Или это очередной его способ её припугнуть, чтобы слушалась? Но зачем, теперь-то? Неужели думает, что и после такого Тася захочет убежать?

В тот вечер она никак не ответила на его заявление. Попросту не знала, что сказать. Потом был ужин… брат настоял, что они должны отметить. Что отметить, зачем? Но Тася не могла сопротивляться, она позволила довести себя до стола, сидела и ковырялась в тарелке, и слушала, как брат рассказывает про какую-то экспериментальную программу для космонавтов, которую будет спонсировать. В обмен на небольшую услугу, конечно же.

Потом Тася заснула. Прямо на столе.

И всё.

Потом было очень холодно… будто она упала в ледяную воду. Во сне. Или нет? Сознание Таси было слишком запутанно. Но тогда она услышала, что брат приказывает расслабиться, иначе ей будет плохо — и убегала от этого голоса. От всего, что с ней делали. Правда, кажется, только в своих мыслях, на самом деле она не могла и пальцем пошевелить.

Сейчас может. Надо проверить, проверить… Да, руки-ноги двигаются, только коробка не даёт встать.

Тася сглотнула. Но слюны не было, в горло словно пыль попала — она закашлялась.

— Эй, ты там… Не паникуй! Сейчас я тебя вытащу. — Сказал парень.

Звучало странно. И голос глухой, как через стену.

Тася принялась оглядываться. Но видно ничего не было, только серый потолок, полумрак и свет, идущий откуда-то сбоку. И больше никого — ни людей, ни голосов, ни звуков.

Брат, наверное, прячется? Хочет посмотреть, что Тася станет делать?

Но… она ничего не понимала. Брат её зачем-то усыпил? Положил в гроб, как спящую царевну, и куда-то перевёз? Или на самом деле заморозил? Может, действительно решил провести на ней эксперимент?

Тасино сердце попыталось выскочить наружу, к счастью, безуспешно. Нет, это всё какие-то глупые выдумки. Ничего плохого брат бы не допустил.

Он просто решил её проучить!

Надо успокоиться. Сделать вид, будто ей наплевать.

Но почему тогда тут никого нет? Если действительно провели эксперимент… Почему рядом никого, кроме этого парня? Или это лаборант, например? Может, все просто ушли на обед, а её оставили на попечение младшего персонала? И сейчас все вернутся?

Тася попыталась расслабиться. Так, что там её успокаивает? Музыка. Песни Creen Apelsin. Парадокс — вроде они, наоборот, должны пугать, а они успокаивают.

И вот Тася замерла и попыталась прокрутить в голове, допустим, «Северный ветер». Получалось не очень.

Снаружи тем временем раздавался какой-то стук. Крышка не открывалась. Кажется, она заела. Парень старался, ходил вокруг, дёргал внешние защёлки, стучал по ним, пытался подцепить стекло. Ничего не происходило.

Парень нахмурился, отодвинулся и стал смотреть на стекло со злостью.

— Не выходит. Надо подумать.

Он отошёл. Тася закрыла глаза. У неё подрагивали руки. Тася держалась из последних сил. Нет, она не станет паниковать. Это просто лаборант, сейчас он позвонит своему руководителю и узнает, как открывается эта хрень! И всё будет хорошо!

— Эй, ты, там.

Тася стремительно распахнула глаза. Парень снова склонился на ней, сложил на стекле руки домиком, чтобы лучше было видно. Усмехнулся.

— Не открывается. Пойду поищу что-нибудь, чем можно поддеть крышку. Не скучай.

Раньше, чем Тася сообразила, что он сказал, парень с поля видимости исчез.

Но как? Он что, её оставил?

Тася тут же забыла о своем намерении сохранять спокойствие и закричала:

— Ты куда? Подожди! Не оставляй меня!

Но ей никто не ответил.

Он ушёл, ушёл! Бросил её. И больше никого нет! Тася прислушалась — кроме судорожного стука её собственного сердца ничего не слышно.

А вдруг парень не вернётся? Вдруг он не захочет больше с ней возиться?

Нет, нельзя просто лежать и ждать, так и свихнуться недолго.

Тася принялась шарить под крышкой руками, только чтобы хоть что-то делать. Иначе у неё мозги набекрень свернутся.

Что тут?

Ровная гладкая поверхность крышки всё длилась и длилась… а потом Тася нащупала что-то другое. Палец проехал по продолговатому бруску с углублением в центре. Очень интересно. Думать Тася не стала и просто утопила палец в углубление.

Крышка щёлкнула и еле заметно дернулась.

Это… Тася задержала дыхание. Осторожно подняла руку и надавила ладонью на крышку. Вначале та упёрлась, пришлось применить силу, а после поддалась. Тихий скрип… Крышка была открыта.

Тася сильно толкнула её — крышка легко отлетела и со скрежетом затряслась над проходом. В лёгкие хлынул воздух. Не свежий, просто какой — то другой.

Тася резво села и стала оглядываться. Вокруг царил полумрак, в котором сложно было что-либо рассмотреть. Стены какие-то кривые, как будто… черновые, без ремонта. Как в подвале. Но помещение большое, с высоким потолком. Пол есть. Ящик, в котором сидела Тася, стоял торцом к стене. Это была пластиковая капсула с кучей индикаторов и дисплеев по бокам и подсветкой по периметру. Как из фантастического фильма.

Вокруг капсулы высились груды хлама, среди которого выделялся огромный плюшевый розовый слон. Тася вылупилась на него в немом изумлении. Мягкий хобот свернулся кольцом вокруг игрушки, будто слон душил сам себя.

Так, ну ладно. Слон — и пусть.

Тася ещё раз убедилась, что пол есть и перелезла через борт капсулы. Ступни сразу обожгло холодом, хотя на ощупь под ногами было что-то вроде керамической плитки.

Где брат? Прячется за углом или смотрит в камеру? Почему не приходит?

Ноги не держали, пришлось вцепиться руками в капсулу. Тася посмотрела — на ней лишь короткие велосипедки и майка. Волосы до плеч, распущены, слегка вьются. Цвет волос её, чёрный (почему-то Тася подспудно боялась увидеть, что стала совершенно седой). Руки, ноги, голова — всё на месте. На щиколотке — крошечный цветочек, татуировка, которую она сделала, когда ей исполнился двадцать один год.

Голые коленки белели в полумраке как круглые камни. Тася пошевелила пальцами ног. Непривычное ощущение. Но кажется, она здорова. Кроме обычной слабости — ничего. Живот только… живота нет, на его месте впадина. Кажется, он совсем пуст. И — совсем не хочется в туалет. А ведь она долго спала.

Непонятно… это всё очень странно.

По всему выходит, что она пробыла без сознания довольно долго, несколько дней. И всё это время спала.

Тася не помнила ничего конкретного — ни снов, ни звуков, ни страхов. Только те слова брата и свою попытку бежать… а потом темнота и пустота. Казалось, её просто выключили, а теперь включили, как чайник.

Похоже, это действительно эксперимент. Но какое отношение он имеет к анабиозу? Её не замораживали, в капсуле ни жидкости, ни холода.

Может, просто проверяли, как она перенесёт долгий сон?

Да где же брат? Может, тот парень за ним побежал?

Глаза прилипли в розовому слону. Брат вполне мог купить ей такую игрушку. Чтобы, когда Тася открыла глаза, схватить слона и трясти им с дебильной улыбкой, как перед трёхлетним ребёнком.

В общем, неважно, откуда взялся слон, но он был жуткий. Одно ухо наполовину оторвано, в животе дырка.

От вида игрушки и вообще от этой комнаты Тасе всё больше становилось не по себе.

Надо валить. Странно, что вокруг никого и очень тихо. Разве не должна шуметь хотя бы какая-нибудь аппаратура? Хотя бы вентиляция и электричество?

Тася будто в кладовке была заперта.

И ей захотелось позлить брата. Почему он посмел без её согласия взять и пустить сестру на эксперименты? Это… подло это, вот!

Пусть теперь за ней пробегает, а не думает, что победил. Что болезнь заставить Тасю остаток жизни сидеть под его колпаком, вместо того, чтобы жить, сколько суждено, наслаждаясь всем, что ей доступно.

Никогда! Он не победит никогда!

Тася, наконец, крепко встала на ноги. Прислушалась к себе. Всё нормально.

Внутри трепыхнулось какое-то несоответствие.

Что-то не то с ней.

Разве?

Она не понимала, что не так, поэтому решила не заморачиваться. Брат. Надо его позлить. Пусть это и не особо-то получалось у неё в последние несколько лет.

Тася сделала первый шаг и, аккуратно ступая, пошла вперёд. Пол был грязный, подошву колол мусор, но она решила, что это даже полезно — быстрее придёт в себя.

Странное всё-таки помещение. Неужели брат не мог выбрать что-нибудь получше? Какой-нибудь более похожий на лабораторию бункер? Денег что ли не хватило? Хватило лишь на аренду какого-то старого и пыльного склада? Похоже, здесь хранят реквизит для спектаклей или фильмов. Какая-то древняя аппаратура, непонятный хлам и лампа, болтающаяся под потолком на верёвке.

Как это всё вяжется с дорогостоящими исследованиями, про которые он говорил? С космическими, на минуточку! Тася не могла представить себе исследовательские лаборатории, которые выглядели бы так жалко. Значит, это какое-то другое место.

Ладно, надо отсюда выбираться. Найти людей.

Тася сразу увидела, куда идти. Проход светлел у дальней стены и даже не был завален хламом, об который она уже дважды споткнулась.

Она шла еле-еле и сама на себя за это сердилась. Однако проход становился всё ближе. А дальше… кажется, коридор поворачивал, и не на девяносто градусов, как привыкла Тася, а постепенно, потому что угла не было видно.

Нет, это место всё-таки странное. Но ничего, главное, что она в себе.

Тася шла, становилось всё светлей. Пустой коридор действительно не имел углов и куда-то поворачивал, и совершенно непонятно было, куда. Пройдя по нему пару минут, Тася словно очутилась в полой трубке. И шла дальше. Потом коридор наклонился вниз. Появились ступеньки. Тася чуть не навернулась с верхней, а когда восстановила равновесие, увидела человека.

Парень поднимался навстречу с каким-то большим гаечным ключом в руках. Когда он увидел Тасю, то нахмурился.

— Ты? Как ты выбралась?

Глава 2. Игрушечный полёт

Тася остановилась и посмотрела на него сверху вниз.

— Как надо, так и выбралась. А ты кто такой?

Её холодный тон на него никак не повлиял. Парень с интересом осмотрел её грудь и ноги, потом перевёл взгляд на гаечный ключ, который до сих пор держал в руках, и просто отшвырнул его в сторону. Ключ врезался в стену и отбил кусок штукатурки, а потом с грохотом упал на пол.

Тася вздрогнула.

— Ладно, пошли. — Сказал парень и развернулся.

Ничего не оставалось, кроме как пойти следом.

Тася настороженно изучала его спину. Так швырять инструмент… разве не нужно положить его на место? И вообще, с парнем что-то не так. Как-то не очень похож он на лаборанта. Одет странно. Какие-то обтрёпанные свободные штаны из чёрной ткани с карманами, из которых торчали провода и ручки, и белая рубашка, расстегнутая на груди. Разве так ходят на рабочем месте?

Парень шёл уверенно, когда коридор влился в помещения и они размножились, шаг не замедлил. Он знал, куда идёт.

А вот Тася нет. Она пыталась по-быстрому сориентироваться, но по большей части помещения были тёмными. Однако она видела комнаты разной величины, по-разному обставленные. Там были и гостиные с диванами и большими экранами, и спальни с широкими кроватями или, наоборот, забитые трёхъярусными койками. Были столовые и спортзалы. И даже небольшой бассейн. И что-то вроде комнаты с огромными кубиками или конструктором, она не успела рассмотреть. А больше всего — складов с вещами. Или вовсе просто забитых хламом.

Никакого научного оборудования.

И нет людей.

Тасю это напрягало всё больше. Где персонал? Что это за место такое? Почему…

Раздался рёв.

Тася подскочила на месте и отпрянула. Звук шёл из коридора, мимо которого они проходили. Она успела увидеть, что там, вдалеке, какое-то круглое помещение, посреди которого извивалось какое-то бледное и огромное существо. Будто кусок зефира колыхался.

— Не обращай внимания. — Лениво сказал парень. — Мой зверинец.

И пошёл себе дальше. Тася с отвалившейся челюстью, постоянно оглядываясь, поспешила за ним. Она не знала, что это за животное. На Земле нет таких животных. Это не слон… Кит? Но оно же на воздухе.

Что-то искусственное? Какая-то кукла? Но зачем?

Подождите! Так может, это всё — квест?!

Тася выпрямилась. Да, это очень даже подходящее объяснение. Странное подземелье, в котором странный чувак и странный хлам. Странные животные и непонятные загадки.

Только как с этим вяжется то, что она очнулась после сна?

Может ли быть, что брат просто решил устроить ей приключение? Нашёл какой-то суперквест и отправил в него Тасю? А для полноты ощущений отправил в беспамятстве, чтобы впечатлений было больше?

Как-то не очень походило на поступок брата. Но других объяснений, от которых не вскипал мозг, у Таси не было.

Может, брат даже парня подобрал, чтобы внести в приключение романтическую нотку. Тася взглянула на своего спутника с сомнением. Парень шёл вперёд. Фигура у него была неплохая, двигался он свободно и слегка вальяжно, будто всё вокруг до последней песчинки принадлежало лично ему. Внешне он был… обычным. Ну, то есть не отвратительный и, возможно, при некоторых усилиях, если его переодеть, выглядел бы довольно приятно. Только вот был совсем не похож на тех, кто нравился Тасе. Белобрысых она не любила. Хотя тут дело не столько во внешности, сколько в поведении. Какой-то он был… неприятный, в общем. А блондины… Тася видела красивых блондинов. Правда, к ним даже прикасаться было страшно, вдруг испачкаются и закатят истерику, но смотреть на них приятно, чего уж скрывать.

Но брат вряд ли знал её вкусы. Да хотя… если бы и знал, не обратил бы на них внимания.

Итак, квест?

Тася завертела головой с ещё большим любопытством.

И что тут у нас? Первое, что приходит в голову — масштабненько. Просто даже в голове плохо укладывается. Это что, бункер какой-то брошенный? Хлама натаскали и устраивают теперь квесты?

Стало как-то легче. Объяснение всему происходящему есть, значит, можно выдохнуть.

— Заходи, — тем временем бросил парень через плечо, входя в какую-то комнату.

Тася зашла и её взгляд тут же притянуло какое-то огромное кресло, спинка которого была такой высокой, что упиралась в потолок. При этом кресло было совершенно белым, с мягкими подлокотниками, а вокруг него разместился круговой стол с полками и подставками.

Парень прямым ходом направился к креслу и уселся в него. Гордо вскинул голову, приосанился, будто взгромоздился на трон.

— Ну, проходи, садись. — Сказал он тоном «так и быть, сделаю одолжение».

Тася послушалась. Нашла какую-то табуретку у стены и села. Он что, играет роль какого-нибудь подземного безумца, который никогда не выходил отсюда на свет божий? Может он вовсе не романтический герой? Хм.

Ну, так или иначе он должен подсказать ей, что делать в этом квесте дальше.

Тася молча смотрела на него. Тот выглядел всё более недовольным.

— Ты что? Ничего не хочешь узнать? — Парень вдруг нахмурился и подался вперёд — таким быстрым движением, будто змея сделала бросок. — Может, всё-таки мозги повредились?

— Чьи? — Машинально спросила Тася, боясь отвести от него взгляд.

— Твои.

— Мои?!

— Сканер сказал, ты в порядке. — Он хмыкнул. — Но ты ничего не спрашиваешь. Ладно, сам скажу. Ты была в анабиозе, и я тебя разбудил. Я тебя спас.

Он снова улыбнулся. Так благосклонно улыбаются рабам, которые лежат лицом в пол у твоих ног.

— Подожди, подожди… — Мысли лихорадочно скакали в голове у Таси. — Ты меня разбудил… ты — мой спаситель…

— Ага. — Довольно кивнул тот.

Точно квест! Ну прямо классический. Жаль только, вместо красавчика, который должен покорить её сердце, ей подсунули какого-то бледного юродивого. Хотя… это же игра, никто не хочет рисковать на случай, если клиентка действительно влюбится. Потом попробуй отделайся да докажи, что просто актёр, а не на самом деле покорён до глубины души.

Так… Квест, так квест, но у него же должна быть конечная цель!

— Но зачем это всё? — Тася подалась вперёд и заговорщицким тоном продолжила. — Слушай, я понимаю, что мой брат тебе заплатил за всё это. — Она обвела рукой вокруг. — Но может подскажешь, чего он вообще хочет?

Парень некоторое время хлопал глазами, будто перегружал информацию в своей голове. Потом сказал.

— Роман.

— Что?

— Меня зовут Роман. А тебя?

— Тася.

Он пожевал губами.

— Пойдёт.

— Для чего пойдёт?

Парень вздохнул, томным движением приложил ко лбу пальцы и потёр кожу.

— Ты меня утомляешь. Ты можешь молчать, если я тебя не спрашиваю?

— Что? — Тася знатно, как бы это помягче сказать, офигела. В голосе парня сквозило такое пренебрежение, будто она у него, по меньшей мере, в пожизненном рабстве, но он держится вежливо ну вот из последних сил!

— Молчать можешь? — Он на миг прикрыл глаза.

Тася промолчала. Если это игра, то какая-то странная.

— Да, вот так. — Сказал он. — Умница.

Как собаке. Тася склонила голову набок и ждала, что дальше.

Роман, как он назвался, задумался. Его лицо было очень эмоциональным — он корчился, когда смотрел на Тасю, будто зубы болели.

— Тебе надо привести себя в порядок. — Наконец, заявил Роман.

— В порядок? — Снова переспросила Тася.

Вдруг она подумала, что эти его ужимки настолько отвлекли внимание, что на задний план ушло главное.

— Где мы? — Тася съёжилась на стуле и огляделась. Те же непонятные предметы и всяческий хлам. Правда, тут, кажется, всё же пытались навести порядок, по крайней мере стеллажи вокруг его стола были составлены аккуратно, и вещи, которые на них лежали, не были свалены в кучу.

— Ну мы же договорились. — Роман насупился. — Ты молчишь.

— Давай, ты ответишь на пару вопросов — и после я обещаю молчать. — Тася торжественно подняла руку. — Ок?

— Ну ладно, валяй. — Поступило великодушное разрешение.

— Где мы?

— На какой-то необитаемой планете хрен знает где в космосе.

Большего сказать он не посчитал нужным. Ну, легенда как легенда.

— А точнее? Название планеты хотя бы.

— Нет у неё названия. Зачем тебе? Хочешь — назови её как-нибудь. Даже могу твоим именем назвать. — Его лицо снова сделалось неприятным, глаза прикрылись, как у нездорового человека.

— Ладно. А где остальные люди?

— Тут никого больше нет.

Хм. Значит, игровая вводная такая, что они вдвоём чёрти где? И им наверняка придётся бороться за выживание.

Но неужто брат не мог выбрать на роль компаньона не такого стрёмного типа? Проходить квест с кем-то неприятным — это какая-то извращённая форма самобичевания. А Тася мазохизмом не страдала.

Так, ладно. Они чёрти где в космосе, застряли на одной планете и больше никого тут нет.

— А инопланетяне? — Усмехнулась Тася.

Роман подскочил на месте как ужаленный.

— Ты не можешь этого знать! — Прошипел он.

— Чего?

Тася сама напоминала себе попугая.

— Про местных дятлов.

Не сразу, но она поняла, что это он так обозвал инопланетян. И опять не нашлась с ответом. По легенде, они у инопланетян, что ли? Всё интереснее и интереснее.

Парень, наконец, успокоился и сел обратно в кресло.

— От тебя много шума. — Пожаловался он.

— Ещё немного — и буду молчать! — Клятвенно пообещала Тася. — Так что, выходит, тут есть инопланетяне?

— Местная форма жизни. Не заморачивайся, — он пренебрежительно махнул рукой. — Они делают, что я хочу.

Да уж, история банальная, как сюжет Ромео и Джульетты. Ничего нового.

— Ну ладно. Тогда последний вопрос. — Тася, уже предвкушая, как парень будет вертеться ужом на сковородке, спросила. — И как же сюда попала я?

— Из капсулы. — Ни на секунду не задумавшись, ответил Роман. — Ты пролежала в анабиозе почти шестьсот лет.

Тася смотрела на него во все глаза и молчала.

Как бы там ни было, до чего же шикарный актёр! Не подкопаешься. Да и декорации хороши.

Взгляд снова поплыл куда-то в сторону. Возле белоснежного кресла Романа стояла этажерка с каким-то аппаратом из белого пластика, удивительно похожим на микроволновку, только больше раза в три.

Есть хотелось жутко. Живот, который прилип к спине немедленно потребовал себе дань. Звук был таким громким, что Тася удивилась — она и не подозревала, что так умеет!

Роман снова поморщился. Но извиняться за себя Тася не посчитала нужным — перетопчется.

— Хочешь пирожное? — Спросил он.

— Спрашиваешь!

Роман протянул руку к этой огромной микроволновке и набрал на табло какой-то код. За дверцей будто завертелся минисмерч, а потом он аккуратно собрался в кекс с шапкой шоколадного крема на нём.

Роман достал кекс на бумажной подставке и поставил на стол.

— Угощайся.

Тася взяла кекс и попробовала. Свежайший… вкусный настолько, что всё во рту словно впало в блаженство.

Ну конечно! Демонстрация возможностей цивилизации, ушедшей вперёд на пять веков. Не на ту напал! Хотя никаких подозрительных стен позади ящика не было, Тася была уверена, что там, внутри, второе дно, в котором и было заранее заготовлено угощение.

— Хочу колбасы. — С набитым ртом сказала Тася. — Такой круг из кускового мяса. Индюшатину. — Со злорадством добавила она.

Роман пожал плечами и принялся что-то выбирать на дисплее. В этот раз ему понадобилось больше времени, и всё это время Тася мстительно улыбалась. Наверное, ответственный за еду бегает как ошпаренный и ищет хоть что-то похожее на колбасу. Колбасу она терпеть не могла, так что брат вряд ли бы её упомянул, когда описывал клиентку.

Зачем он всё это устроил?

Тем временем облако пыли в микроволновке уселось и Роман достал тарелку с колбасой.

Тася смотрела на неё и ничего не понимала.

— На.

Он подтолкнул тарелку к ней и тут же отвлёкся. Даже не посмотрел на реакцию.

Колбаса? Но как? Тася протянула руку, взяла кусочек. Колбаса уже была порезана и лежала красивым полукругом, так, что видно было, из чего она состоит. Кусочки белого мяса с вкраплениями красного и чёрного перца. Тася попробовала… да, это то, что она заказывала. Настоящая колбаса из птицы. Свежайшая.

Колбаса ввела Тасю в ступор. Она просто сидела и смотрела на тарелку, будто где-то там написан ответ на вопрос, что, собственно, происходит.

— Давай, доедай, и пойдём тебя в порядок приведём. — Сказал Роман.

Тася продолжала смотреть на колбасу.

Он некоторое время что-то делал на своём ноуте, экран которого вытянул из крышки стола, как салфетку из коробки.

Голова у Таси наполнилась чем-то тяжёлым. Возможно, мыслями, которые она не хотела думать.

— Ладно, если не ешь, то пошли, некогда рассиживаться. — Вдруг сказал Роман, задвинул экран ноута обратно в стол и вскочил. — Ну? Двигай!

Так как Тася реагировала не так быстро, как требовалось, он собственноручно поднял её со стула и потащил к выходу. У Таси заплетались ноги, дважды она чуть не упала, а язык отказывался шевелиться и говорить. Роман не обращал внимания, просто тащил её, как куль, а у двери, задыхаясь и хихикая, вдруг наклонился, тяжело дыша ей на щёку и обхватил рукой Тасины ягодицы. Стал гладить её, одновременно скаля зубы, и взгляд его в этот момент был таким удовлетворённым, будто он, наконец, получил то, что хочет.

Именно в этот момент в её голове что-то щёлкнуло и Тася поняла, что от этого человека нужно валить. Очень быстро. Что брат никогда не позволил бы обращаться с ней таким образом. Что, возможно, хотя нет, правдой это никак не может быть, но всё же…

За порогом вдруг появилось какое-то существо. Просто взяло и включилось, словно лампочка. Оно было как прозрачный лысый человек с тёмными провалами глаз, вся кожа которого при движении расплывалась цветными пятнами, как следы на воде. И вроде фигура была женской, но тут сложно угадать. Оно шевелило длинными пальцами и это мельтешение приводило Тасю в ужас. Люди так не двигаются.

Роман остановился и быстро дёрнул Тасю в сторону, спрятав за угол. А сам пошёл существу навстречу.

Было жутко до ужаса, но Тася не смогла сдержаться и выглянула. Существо её не видело, оно развернулось к Роману.

— Мальчик, ты здоров? — Раздался ровный бесполый голос.

— Здоров. — Ответил Роман. — С чего бы мне быть больным.

— Ты гулял? — Снова спросило существо.

Роман скривился.

— Да, я гулял.

— Ты выключил дроны. — Невозмутимо продолжило существо. — Тебе не нравится с ними играть?

— Просто меня задолбало, что они кружат вокруг!

Существо замолчало. Роман сложил руки на груди и отвернулся от него.

Тася стояла, ни жива, ни мертва. Она не представляла, как такое можно сделать. Даже если взять костюм… он ведь просвечивается насквозь! И эти пальцы шевелятся…

— Хочешь чего-нибудь? — Через время спросило существо.

— Да! Чтобы меня оставили в покое! — Сердился Роман.

— Оставляю тебя в покое.

Существо взяло и… растаяло.

Роман зло топнул по полу, где всё ещё расплывались цветные пятна, а потом плюнул туда.

— Тупые душнилы. — С отвращением сказал он. После обернулся к Тасе.

— Эй, ты! Тащи свою задницу сюда!

Кажется, он потерял терпение.

— Вон там душ, помойся. — Роман ткнул в сторону, противоположную от той, откуда они пришли. — От тебя воняет какой-то химией. Потом расскажу, где ты будешь жить. И на каких условиях.

Он ухмыльнулся, но его глаза при этом не улыбались.

Тася, наконец, сложила всё происходящее в кучу.

Невозможно больше закрывать глаза. Если продолжать игнорировать очевидное, случится плохое. Значит, надо признать.

Это правда. Другая планета, инопланетяне, вековой анабиоз.

Ей бы поплохело, но на неё смотрел человек, в котором плескалось безумие. Как она сразу не поняла? Его губы, которые вечно дёргаются, расхлябанные движения, ответы невпопад. Его намёки…

Она угодила в плен к извращенцу.

А значит, надо валить.

— Хорошо, иду мыться. — Выдавила из себя Тася и аккуратно прошла мимо Романа. Тот посмотрел ей вслед, а после отвернулся, сгорбился и куда-то побрёл.

Тогда Тася выбрала подходящий на первый взгляд коридор, и рванула в него.

Прочь.

Ей пора отсюда валить! И от инопланетян, и от этого повёрнутого Романа.

Тася бежала по коридору, выбирая самую освещённую дорогу и следя, чтобы коридор не поворачивал обратно за спину, туда, откуда она пришла.

Конечно, будто у неё чуть больше времени, Тася бы поняла, что бежать в никуда — глупо. Что нужно вначале понять, как тут всё устроено, придумать план и только потом ему следовать.

Но она ещё толком не пришла в себя, голова соображала плохо. Поэтому Тася просто бежала куда-то, безо всякой цели. Ну, кроме главной — свалить от этого придурка как можно дальше.

Коридоры никак не заканчивались. Застопорилась она только на одной развилке. Там на стенах были картинки. Налево — наклейка какого-то самолёта, направо — вроде бы дерево. Тася выбрала самолёт и побежала налево. Ещё пара минут — и она попала в огромный ангар. Там стояли корабли. Космические катера и круглые тарелки. Ближайший летательный аппарат был похож на толстенький самолёт с прозрачной крышей, а следующий — на пирожок с двумя глазами.

Мелькнула мысль, что, возможно, стоит залезть в один из них и улететь отсюда к чёртовой матери! Но она не умела водить даже самолёт, чего уж там говорить о космических кораблях!

Но зато ангар значит… что вверху — выход! Как-то же они должны отсюда вылетать?

Тася задрала голову. Потолок терялся в темноте. Если выход там, то добраться до него будет очень непросто.

Но должны же тут быть какие-то лестницы? Как-то этот амбар строили и обслуживали? Тася смотрела достаточно фантастических фильмов, чтобы знать — даже развитые технологии иногда требуют простого человеческого контроля. И если их время от времени не будет осматривать человек, наступит «всё пропало».

Значит, нужно искать на стенах какие-нибудь лестницы или скобы, которые позволят ей подняться.

Тася метнулась к ближайшей стене, прямо у входа. И пошла вдоль неё.

Плохо было только что у стены темно, приходилось действовать на ощупь. Знала бы она, как включается свет… хотя нет, не нужно рисковать, нужно вести себя тихо, как мышка. Неизвестно, когда Роман ринется на её поиски. Да и эта пятнистая фигура… не хотелось бы снова с ней столкнуться.

Дайте Тасе выбраться наружу, там уже она решит, что делать дальше!

И тут она встала столбом.

Но ведь неизвестно, что снаружи. А если там совсем нет кислорода? Вдруг там только ледяная мёртвая поверхность? И если Тася выйдет…

Так, она встряхнулась. Надо что-то делать. Узнать, что там, на поверхности.

Но как узнать, Тася придумать не могла, поэтому просто продолжила идти и щупать стену.

Было очень тихо, мимо проплывали очертания кораблей. Постепенно она понимала другое… Несколько веков значат, что все, кого она знала — умерли. Тася споткнулась. Или, возможно, брат и себя заморозил?

Как? Таких технологий в её время на Земле не было. После новостей о своём диагнозе Тасе читала про криоконсервацию, но выяснилось, что замораживают только мозг, так дешевле. Конечно, можно заморозить и всё тело, но дело в том, что размораживать-то замороженных не умеют. Просто хранят и надеются, что появятся технологии, позволяющие не только разморозить человека, а и вылечить, и омолодить, и даже создать ему искусственное тело, если заморожен лишь мозг. В общем, саму идею криосна Тася посчитала этаким успокоением для родственников — лучше заморозить и сохранить надежду на встречу, чем распрощаться навсегда.

Поэтому она не понимала, почему жива и невредима. Неужели она действительно долежала до момента, когда реконсервация стала возможной? Но как она оказалась на другой планете?! Как, чёрт возьми, она сюда добралась?!

Так, что-то она не вовремя обо всём этом вспомнила.

Неважно как, но брату удалось её заморозить, вот что главное! И дальше — больше. Её сумели разморозить!

Неужели этот противный озабоченный паренёк смог её разморозить? Тася покачала головой, ей не верилось. Но так или иначе она тут, руки-ноги на месте и кажется, она в своём уме.

Рука наткнулась на какое-то препятствие. Тася ощупала… нет, это не скобы, это какая-то коробка. Закрытая. Ну вот…

Что же делать? Тася прислонилась спиной к стене. Ей нужен свет, чтобы видеть, куда идёт. Информация, чтобы понять, что там, наверху. И… ей нужна помощь.

«Соберись, тряпка, — сказала себе Тася. — Ты же жила одна и прекрасно справлялась!» Но оказалось, это не так. Да, справлялась она одна, но вокруг были люди, которые ей помогали. Работали рядом, обменивались добрым словом, угощали печеньками и хотя бы временами сочувствовали. Оказывается, Тася очень сильно зависела от людей. И, оставшись в полном одиночестве, растерялась.

Она не знала, что делать и просто стояла и ждала.

Вдруг раздался звук. Лёгкий, тихий. И к ней подплыл дрон, еле светящийся голубым. Только необычный дрон, без винтов — небольшой и круглый, с двумя механическими хваталками на месте рук. Выглядел он совсем не страшно, а даже мило, так что Тася не испугалась. На его лице горели глаза из зеленых и синих огоньков, какие бывают у детских игрушек. Глаза выражали эмоции.

— Привет! Чем я могу тебе помочь? — Вдруг спросил дрон, зависнув перед лицом у Таси. Зеленые и голубые огоньки сложились в дружелюбную гримасу.

— Помочь? — По привычке переспросила Тася.

— Да, помочь.

— А ты кто?

Дрон задумчиво помигал.

— Я создан, чтобы оказывать помощь.

— Да…

Тася чуть не спросила, кто его создал, но вовремя остановилась. Важней было другое.

— Ты должен помогать мне? — Бодро спросила она.

— Да.

— Почему мне?

— Ты — человеческий ребёнок?

Хм. Ребёнок? Глаза Таси широко раскрылись. Что он имеет в виду? Эх, неважно. Надо брать, как говорится.

— Ага. — Ответила Тася. — Я — человеческий ребёнок.

— Я создан тебе помогать.

— Прекрасно! Мне как раз нужна помощь.

— Слушаю приказ.

— Как попасть наружу? На улицу? На свежий воздух?

Дрон снова замигал, а Тася задержала дыхание.

— Нужно выйти через вход. — Наконец, сообразил ответить дрон.

— Вход? Не-ет. Мне надо выйти наружу так, чтобы никто не увидел. — Тася понизила голос. — Тайно.

— А, понимаю. Это такая игра. — Огоньки-глаза прищурились.

— Ну, да. — Протянула Тася. — Игра.

— Значит, можно вылететь на катере. — Подсказал дрон. — Никто не увидит.

— Но услышит!

Дрон опять задумался. Тася решила не ждать, а брать инициативу в свои руки.

— Там, снаружи, безопасно для человека?

— Вопрос непонятен. Уточните тип опасности.

— Там есть кислород?

— Кислород в воздухе есть в достаточном для поддержания жизнедеятельности количестве.

— А температура?

— Температура плюс двадцать четыре, что является комфортной температурой для человеческого существа.

Фух, от сердца отлегло.

— Посмотреть бы, — вздохнула Тася.

Перед ней мгновенно развернулся экран, на котором включилось какое-то видео. Тася вначале отпрянула, а потом поняла, что это дрон показывает ей, что там, снаружи.

Снаружи были заросли. Растения, много растений, так много, что в глазах рябило. Но, к счастью, всё выглядело довольно привычно — ветки, листья, грибы… грибы всё просто заполонили, они были разноцветными и довольно забавными. Растительность в основном зелёная, хотя встречался жёлтый, бежевый и почти белый цвет. В целом смотреть приятно, да и попасть туда она была не против.

— Ого. Так, — Тася встряхнулась. — Выведи меня туда, но так, чтобы никто не услышал. Роман или… местные, чтобы никто!

— Приказ понятен. Следуйте за мной.

Дрон закрыл видео и куда-то поплыл, одновременно включив фонарик, которым светил Тасе под ноги. Они медленно пошли между катерами куда-то в глубину ангара.

Вскоре катера сменились какими-то другими штуковинами. Они были круглыми, раздутыми, как рыба-шар. Тасе казалось, у них даже глаза имеются и плавники, но может, показалось.

— Сюда. — Дрон перевёл указатель на какую-то коробку с заострённым верхом. Тася присмотрелась… Такая «ракета» стояла на детской площадке в одном из дворов дома, где когда-то снимала квартиру Тася. Метра три в высоту, с деревянными стенками, раскрашенными яркими красками.

Однако ситуация была такой необычной, что она беспрекословно подчинилась и залезла в ракету, где, между прочим, не было даже двери — просто вырез в оболочке. Так же были сделаны «иллюминаторы». Внутри пахло краской и деревом. Отделаться от ощущения, что она на Земле зачем-то забралась в ракету для детей, никак не получалось.

— Присаживайтесь.

Тася села на лавочку и вздохнула. Наверное, сейчас дрон закричит что-то типа: «игра началась», засверкает огнями, погудит некоторое время и типа прилетели.

— Куда желаете отправиться?

— Куда угодно. — Пробурчала Тася, нетерпеливо ёрзая на твёрдом сидении. — Только бы подальше отсюда и от Романа этого с приветом.

— Вы не желаете играть с Романом? — Ровно спросил дрон, но звучало так, будто он удивился.

— Вот уж точно — с Романом я играть не желаю. — Фыркнула Тася. — Я желаю играть с кем-нибудь другим!

— Запрос принят. Приятного путешествия. — Сказал дрон. В тот же миг дверь закрылась перегородкой, выскочившей откуда-то снизу, а Тасю плотно припеленали к стенке ремни. Дырки иллюминаторов мигнули и потемнели. Она и сообразить не успела, как почувствовала движение. Причём абсолютно бесшумное.

Трясло, однако, так сильно, что затошнило. Пирожное и колбаса — не лучшая еда для человека, который не ел пятьсот лет.

Эта деревянная ракета что, на самом деле летает?

Она бы испугалась, но тошнило слишком сильно. Когда содержимое твоего желудка вот-вот окажется на твоих коленях, всё остальное как-то отходит на второй план.

Боже, а она ведь босиком! Тася наклонила голову. Она босиком!

А потом ракету ко всему прочему стало ещё и трясти! Тася зажмурилась и застонала. В капсуле для анабиоза хотя бы не трясло. Ну, или она не чувствовала, неважно.

Потом ракета будто зависла где-то, а потом резко рухнула вниз.

Тут уж Тася завизжала будь здоров!

Она вцепилась руками в ремни, пытаясь удержаться. Её волосы взлетели вокруг, словно их раздуло ветром.

И вдруг — толчок. Несильный. И после него — неподвижность.

Ремни щёлкнули, отстегнулись и убрались куда-то в стены. Даже следов от них не осталось. Потом пропала дверца, а окошки приобрели прозрачность.

Тася, открыв рот, смотрела на полянку, которая была прямо за бортом.

На улице шумели деревья. Воздух, который хлынул в ракету, был свежий и он пах! Зеленью и землёй, цветами и животными.

Эта деревянная ракета действительно летала. И увезла её точно по запросу, подальше от подземелья с безумным обитателем.

— Твою мать! — Прошептала Тася.

Через пару минут она более-менее пришла в себя, встала и вышла наружу.

Вокруг высились джунгли. Огромные стволы, переплетённые друг с другом, как запутанные канаты. Между стволами — проходы, заросшие гротескными грибами.

Тася настолько ошалела от происходящего, что даже не чувствовала боли. Только через несколько шагов наступила на что-то большое и поняла — идти быстро не получится. Но если не спешить и смотреть под ноги, то всё в порядке.

Она обошла свою ракету… отошла чуть дальше. Что ещё было делать? И Тася, аккуратно ступая, шла вперёд между грибами, пока не наткнулась на человека. Прямо в колонии серых грибов, еле уместившись между ними, кто-то спал.

— Эй! — Сказала Тася, скорее, от неожиданности. Роман ведь утверждал, что на планете нет других людей!

Этот кто-то тут же подскочил, осоловело хлопая глазами и грозно хмурясь.

Перед Тасей сидел другой, незнакомый парень.

Глава 3. Митяй

Тася замерла, вытаращив глаза, как кролик перед удавом.

Наверное, таким образом она рассчитывала выждать время и одновременно надеялась на то, что парень её не заметит. Но не тут-то было.

Странно было бы не заметить человека, который стоит в паре метров от тебя и только что шевелился, довольно бодро, и к тому же издавал разные громкие звуки.

Парень встал, прикрыл прищуренные от солнца глаза рукой. Медленно и глубоко вздохнул.

— Ну, привет. — Сказал он.

Тася не ответила. Она почему-то даже дышать боялась.

— Давай знакомиться. — Как ни в чём не бывало, продолжал парень. — Меня зовут Митя. Для друзей — Митяй.

Вот так место и время для знакомства! Брови Таси полезли наверх, но она решила — глупо чему-то удивляться, учитывая всё произошедшее ранее.

— А я — Тася.

Как только она открыла рот, в него каким-то образом залетел зелёный лист, которые носил ветер, и в конце фразы пришлось плюнуть. Но парень, кажется, не обиделся.

— Приятно познакомиться. — Сказал он.

— И мне.

Тася задумалась. Да, ей действительно было приятно, чего скрывать. Хотя парень тоже белобрысый. И очень похож на того воришку, который разбил ей сердце и лишил финансов (второе было больнее). Но чего скрывать, на первый взгляд этот незнакомец куда более симпатичный, чем Роман. У него широкая светлая улыбка, плечи такие, что сердце радуется и глаза честные-пречестные. Одет он в штаны с карманами и жилетку с карманами, карманов нет разве что на футболке. Обувь у него только странная — словно ступню просто облили чем-то резиновым и материал так и застыл. А ещё у него выбрит один висок каким-то фигурным узором, и татуировка чуть ниже под ухом.

Нет, определённо, если судить чисто по внешности, этот прям… прямо то, что нужно! Тасе даже спокойно стало, впервые с тех пор, как она открыла глаза. Даже улыбка на лице появилась.

Парень вздохнул, убрал от глаз ладонь и что-то пробурчал себе под нос. Тася еле расслышала.

«А я думал, что кого-то спасу».

— Ты что-то сказал? — Спросила Тася.

— Я? Нет. — Быстро ответил он. Но явно соврал.

Кажется, этот молодой человек тоже с приветом. Тася вздохнула. Он вдруг сделал шаг к ней и Тася вскинула голову, грозно хмурясь. Вот уж меньше всего ей хотелось, чтобы к ней приближались.

Митяй остановился.

— Тася… я не опоздал? — Тихо спросил он.

Она вытянула шею, чтобы оказаться от него подальше. О чём это он? И смотрит так, будто хочет внутрь пролезть.

— Не опоздал… к чему? — Осторожно спросила Тася. Может, должно было что-то произойти? Какое-то важное событие? Например, вырасти какой-то особый огромный гриб? И этот Митя спешил к началу представления… но боится, что опоздал?

Так себе теория… Но другой-то нет.

Он улыбнулся.

— Значит, нет. Иначе ты бы знала.

Опять загадки! Тася нетерпеливо вздохнула.

— Ладно, не знаю, о чём ты там, но я так устала за сегодня, что даже думать больше ни о чём не хочу! Правда. — Она покачала головой. — Я вообще ничего не соображаю.

Он молча кивнул. И смотрел с пониманием, и с вопросами не лез — так и тянуло пожаловаться ему на всё происходящее.

— Я хочу просто отдохнуть! — Хмуро закончила Тася.

— Понимаю. Тася, нам нужно отсюда уходить. А потом ты отдохнёшь.

— Уходить? Куда?

— Подальше. Дело в том, что Саблезуб — он скоро начнёт тебя искать. А у него возможностей куда больше, чем у меня.

— Саблезуб? Это кто?

— Думаю, он тебя разбудил.

— А, этот дурачок? — Тася сморщила нос. — Он сказал, что он — Роман.

— Так его зовут. Но его кличка — Саблезуб. И кличку свою он не раз оправдал.

— Намекаешь, что он опасен?

— Очень.

— Значит, не зря я от него ушла.

Глаза Митяя полезли на лоб.

— Ты от него… ушла? — Осторожно уточнил он.

— Ну да.

— Просто ушла?

— Ну да! — Нетерпеливо повторила Тася. — Ты что, плохо слышишь?

Хотя сама недавно всё по сто раз переспрашивала. Но правда, она устала от всего этого.

— Поразительно. — Пробормотал Митяй. — Просто ушла.

— Мне дрон помог. — Вдруг призналась Тася. — Я, когда эту пятнистую фигуру увидела, думала, со страха умру. Бежала куда-то сломя голову! Вообще не соображала, что дальше делать. А потом дрон помог мне играть.

— Играть? — Парень насторожился. Потом оглянулся. — Ладно, это всё очень интересно, но не сейчас. Тася, нам нужно уходить. Иди за мной.

Он пошарил в траве, вытащил из-за грибов рюкзак, накинул себе на плечи.

— Я не могу идти, — сообщила Тася, когда он уже сделала пару шагов прочь.

— Почему?

— У меня нет обуви!

Она подняла голую ногу и пошевелила пальцами. Нога была жутко грязной, вся в пыли и в каких-то крошках. И даже зелёные пятна от травы на ней были.

Митяй, похоже, задумался. Он смотрел на Тасину ногу и молчал.

Вдруг раздался свист. Одновременно с этим Тася упала и ахнула, когда что-то тяжёлое ударилось ей в грудь. Не сразу удалось понять, что в неё не стреляли и не попали, как показалось вначале. И что она вовсе не умирает. Это просто Митяй уронил её в грибы. К счастью, они были мягкие и Тася отделалась всего парой ушибов.

— Не шевелись. — Прошептал он.

Митяй лежал сверху, закрывая Тасю собой и дышал ровно. Пахло от него не то чтобы очень приятно, но и не отвратительно. Обычный запах человека, который вспотел.

Обалдеть, как быстро он двигается! Тася и понять ничего не успела, не то что отреагировать, а он уже её повалил. Зачем, кстати?

Поза была не очень для неё приятной. В чём-то неудобной, в чём-то волнительной. К ней давно не прикасались симпатичные молодые люди и Тася не могла не отметить наличие мышц и тепла человека, который оказался так близко. Это нервировало. Пришлось переключиться на происходящее. Что-то ведь случилось, верно? Надо понять, что. Она выглянула из-за его плеча. Это было непросто, учитывая тяжесть Митяя.

— Ты не мог бы на меня не наваливаться? — Пробурчала Тася, ткнув его пальцем в бок.

Он уставился на неё и вздохнул. Приподнялся, опираясь на локти.

— Спасибо.

Глаза у него были очень красивые, серые. Того яркого цвета, который хорошо видно лишь в тени.

Однако Митяй уже отвёл взгляд и замер, прислушиваясь к чему-то. Тася тоже продолжила выглядывать из-за него и слушать.

В воздухе, судя по звукам, где-то над ракетой, что-то летало. Оно трещало и посвистывало, и нарезало круги. Потом остановилось.

— Девочка, ты где? — Раздался знакомый голос.

О! Тася нервно захихикала.

— Тише. — Прошипел Митяй.

И действительно — аппарат, судя по всему, услышал шум, рванул в их сторону и завис неподалёку. Снова застрекотал и зашуршал. Потом начал говорить.

— Проверка теплового излучения… запрещена. Проверка сердцебиения… запрещена. Проверка прекращена.

Слова «запрещена» дрон проговаривал другим, не своим голосом.

Тася молча поблагодарила того, кто запретил все эти проверки. Иначе дрон бы их уже нашёл. Хотя… ну нашёл бы и ладно. И что? Вообще-то он ей уже один раз помог.

— Девочка, сбрасываю тревожную кнопку.

После этого неожиданного заявления на землю с глухим стуком упал какой-то предмет, а потом дрон взвился в воздух и улетел.

— В той стороне выход на поверхность? — Спросил Митяй, как только звук прекратился и кивнул туда, где скрылся дрон.

— Слезь. — Простонала Тася. — Ты меня раздавишь.

Он с каждой секундой становился всё тяжелей. И прижимался всё плотней. Это было… неловко. Может, и приятно, но не настолько же хорошо они были знакомы!

— Извини.

Митяй быстро поднялся и подал Тасе руку. Но стоило воспользоваться помощью и оказаться на своих двоих, как он положил ей на плечо руку и заставил сесть на корточки.

— Надо проверить, что это было. — Тихо сказал Митяй, пытаясь разглядеть что-нибудь в мешанине зелени и грибов. Тася тоже попыталась, но у неё ничего не вышло. Так бы они, верно, и выглядывали из кустов, как две макаки, но Тасе быстро надоело.

— Это был дрон, который мне помог. — Объяснила она. — Его голос.

— Дрон, который как-то участвует в игре?

— В какой игре?

— Не знаю. Это ты говорила про игру.

— А, ну он думает, дрон в смысле, что я играю. Я не стала его переубеждать, просто сказала, что хочу наружу.

— И он помог тебе выбраться?

— Да. Так, чтобы никто об этом не узнал. Втайне.

— Надо же… Ладно. Надо посмотреть, что он оставил. Жди тут.

— Вообще-то. — Сказала Тася раньше, чем Митяй поднялся. — Вообще-то, думаю, он оставил это что-то мне. Девочка из нас двоих ведь я?

— Определённо ты, — не поворачиваясь, сказал парень. — Но проверять пойду всё равно я. Сиди тут.

Он распрямился и бесшумно скользнул вперёд.

Ну ладно. Хочет сам проверять — пожалуйста. Она пыталась его остановить.

Тасе, если честно, просто не хотелось бы быть кому-то обязанной, даже такому на первый взгляд приятному молодому человеку. Митяй, кажется, намеревался её спасти. А у неё уже один спасатель имеется, тот, что остался на базе и ещё одного, дополнительного, Тасина психика не потянет.

Вернулся Митяй быстро. Присел рядом и осторожно положил на шляпку гриба перед Тасей круглый оранжевый диск с кнопкой посередине. Кнопка была заклеена полоской чего-то вроде лейкопластыря. И к ней была приделана верёвочка, видимо, чтобы носить на шее.

Они молча уставились на оранжевый брелок.

— Наверное, дрон оставил мне его на случай, если я захочу с ним связаться? — Спросила Тася.

— Да, похоже на то.

— Если мне нужна будет помощь? Я правильно понимаю? Он же создан помогать?

— Очень может быть. — Митяй нахмурился.

— Так, может, нажать? — Шёпотом спросила она.

Он посмотрел на неё очень внимательно.

— Тася. Предлагаю сделать так. Мы уходим на безопасное расстояние. Потом я рассказываю тебе всё, что, по-моему мнению, ты должна знать о происходящем. А потом ты решаешь, что будешь делать. Захочешь нажать кнопку или вернуться к Саблезубу — пожалуйста.

Вернуться к Саблезубу? Да Тася и в страшном сне такого не могла представить!

— С чего бы мне возвращаться к этому абьюзеру? — Обиделась Тася.

— К кому?

— Ну, к агрессивному манипулятору.

— Точно. — Митяй кивнул. — Ты правильно всё поняла. Вначале мне показалось, что ты не способна оценить опасность. Рад, что ошибся.

Звучало, как комплимент, Тася даже смутилась и потупилась. И конечно, расположение к этому парню стало ещё больше.

— В общем, ладно. Сделаем как ты предлагаешь. Но это я возьму с собой.

Тася показала пальцем на кнопку.

— Бери. — Легко согласился он. — Оно твоё.

Тася схватила кнопку и нацепила себе на шею. Так ей стало спокойней. Дрон помог уже раз и как знать, возможно, поможет ещё. Тем более других вариантов получения помощи не так уж и много. Митяй, как она подозревала, и сам тут влип. Иначе зачем бы ему прятаться в кустах? Вернее, в грибах? Впрочем, суть от этого не меняется.

— Тогда остался вопрос твоей обуви. — Сказал Митяй. — Садись и давай ноги.

Он указал на гриб, Тася с опаской села — не хотелось оказаться попой в мешанине вязкой грибной массы, но гриб оказался крепкий и упругий, разваливаться и не думал.

Митяй сел напротив, поднял сначала одну её ступню, достал из рюкзака кусок какой-то массы, вроде бы металлической. Приложил к Тасиной ступне, потом достал проводок с наушниками, один приложил к массе, второй — себе к виску.

— А ты целиком человек или наполовину? — Прошептала Тася, подавшись к нему. — Может, ты биоробот?

Последнее она на всякий случай прошептала. Вдруг он действительно биоробот, но это слово покажется ему оскорбительным? Во времена Таси много слов нельзя было произносить вслух, и не потому, что они отвратительные ругательства, а потому, что кому-то эти обычные по сути слова казались оскорбительными. С таким подходом удивительно, что в языке вообще остались какие-то существительные, которые никого не обижали и которые можно было употреблять в речи. Иначе такими темпами пришлось бы перейти на мычание и на знаки, как пещерные люди.

— Нет, я человек. Биороботов не бывает.

— Да? Я думала, у вас бывает всё.

— У нас? — Он остро взглянул на Тасю.

— У вас, в будущем. Я же пятьсот лет проспала.

— Ты знаешь?

— Да.

— И ты… нормально к этому относишься?

Тася пожала плечами. Может, и нормально. А может, ненормально, попробуй тут реши. Да она меньше суток в этом времени, может, она до сих пор не сообразила, как к этому относится!

Тем временем от металлической массы отделилась часть и облепила ступню Таси, как чешка.

Со второй ногой Митяй поступил так же.

— Теперь пойдём.

Тася встала, попрыгала. Очень удобно. Кожу слегка тянуло, но это же такие мелочи!

— А что это такое? — Спросила Тася.

— Наноконструктор. Пойдём. Нам и так повезло, что Саблезуб до сих пор не вылез. Но я чувствую, скоро он будет тут.

— Пойдём.

Тася обхватила рукой оранжевую кнопку, сжала, решительно вздохнула и пошла следом за Митяем.

Шли они долго. Ну, по мнению Таси. Брели по колено в траве и в грибах. Под ногами постоянно что-то чавкало и хлюпало, они то и дело проваливались в мох. Тася знатно запыхалась. Митяй, однако, оставался свежим, будто всё это время просто валялся на травке.

Ну и выносливость у него. И реакция.

Тася остановилась в очередной раз под аркой из ствола дерева. Тут они были огромные, терялись высоко вверху. Напоминали ей детские игровые лабиринты, там, где несколько этажей, трубы, сетки и батуты. Туда залезешь — фиг выберешься.

Митяй остановился рядом, задрал голову.

— Думаю, мы можем остановиться на стоянку. И всё обсудить.

— Да-да, надо всё обсудить. — Затараторила Тася. Хоть бы уже посидеть! Или, ещё лучше — полежать.

— Тогда ставлю палатку.

У него есть палатка? Где?

Тася быстро осмотрела Митяя. Хотя, она просто забыла, что тут могло быть всё.

И действительно. Митяй разгрёб несколько квадратных метров поверхности и достался что-то из рюкзака. Это что-то было размером с куриное яйцо, но разложилось в большую просторную палатку из тончайшей материи и словно безо всякого остова.

Митяй откинул полог.

— Заходи.

Тася ступила внутрь на мутную белую подстилку… пол был мягкий.

Всё.

Она прошла к стене и просто улеглась там на пол, вытянулась в полный рост и в блаженстве закрыла глаза.

— Отказываюсь вставать. — Сказала Тася.

— Конечно, отдыхай.

Этого Тася уже не услышала, потому что спала.

Как давно она, оказывается, не спала! Ну, по-настоящему. И очень соскучилась по этому приятному и полезному занятию.

Тася улыбалась во сне. Ей было хорошо. Там всё было просто и понятно, и даже проблемы были привычные. Сверхопека от брата? Да проходили! Жить без денег и выкарабкаться? Тоже можно. Главное, чтобы среди людей.

А тут… дроны, наноконструкторы и инопланетяне. Как же неохота просыпаться!

Тася открыла глаза. Вокруг было темно… ну как темно, полумрак. Но сквозь щель было видно, что на улице светло.

Палатка, конечно, класс. В такой, наверное, и жить можно с комфортом.

А вот Митяя внутри не было.

Тася нехотя села. Вздохнула.

Тапочки на ногах отсутствовали. А остальное на месте.

Хотя чего там, остального. Вещей у неё нет. Ни еды, ни… ничего нет. Только оранжевая кнопка на шее болтается.

Вот тогда — то, спросонья, и стало Тасе себя до слёз жалко. Она вспомнила, что вообще-то умирает. И хотя на фоне всего происходящего у нее пока успешно получается не думать об этом, от себя же не убежать. Болезнь сама по себе не рассосётся. И пусть пока она не чувствует никакого недомогания, но оно может наступить в любой момент. Брат не уточнял, когда наступит вторая стадия, но она ведь так или иначе наступит. И здесь… в будущем.

А собственно, почему она не подумала, что здесь, в этом времени, её вполне могут вылечить? Медицина наверняка не стояла на месте.

Надежда зажглась внутри: крошечная и тёплая, как огонёк свечи.

Снаружи донёсся шум, звук шагов. Тася поспешно вытерла ладонями щёки, вскочила на ноги и пошла на выход.

Она откинула дверную занавеску и выглянула на улицу. Митяй сидел неподалеку и что-то жевал. Услышал шум и оглянулся.

— Привет.

— Привет. — Тася вцепилась взглядом в его тарелку. Небольшая, помещается в ладонь. Глубокая. Интересно, что там у него?

— Иди сюда, тебе надо поесть.

Митяй отставил свою тарелку и потянулся за рюкзаком. Тася уже подлетела, села на аккуратно распиленное неизвестно чем полено и приготовилась.

— Что на обед? — Стараясь не истечь слюной, спросила Тася.

— У меня грибы. У тебя — витаминизированный суп.

Митяй снова начал колдовать. Достал что-то плоское из рюкзака, встряхнул — и у него в руках появилась большая кружка. Высыпал туда из пузырька что-то, похожее на крупицы соли, налил воды из какой-то прозрачной фиолетовой миски. Взболтал.

— Можешь пить.

Протянутую кружку Тася схватила обеими руками. Уставилась в неё. Что-то странное было внутри. А пахло вкусно… как куриный бульон.

— На вкус лучше, попробуй.

Тася, недолго думая, сделала большой глоток. Действительно, густой куриный суп! И теплый при том!

Она выпила всю кружку за несколько глотков и жадно уставилась в его тарелку, которую Митяй только успел взять в руки. Там действительно лежали куски чего-то похожего на грибы.

— Пока больше нельзя. — Сказал Митяй.

— Ну немножко!

— Нет, будет плохо.

— Ну пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!

Тася сама себя не узнавала! Она готова была упрашивать его до посинения! Потому что есть хотелось так сильно, что казалось, ещё немного — и Тася потеряет контроль и сожрёт Митяя. Она оценивающе взглянула на его бицепсы и кровожадно улыбнулась.

— Ладно, ещё немного. — Быстро сказал тот.

— Ура!

Вторую кружку супа Тася выпила уже медленно, смакуя каждый глоток, и довольно растеклась по травке, опираясь спиной на грибы, которые и тут росли в немыслимом количестве.

Некоторое время Тася просто сидела и блаженно щурилась на солнце, которое проникало даже сквозь плотный полог растительности. И не жарило. И температура была комфортная, грибы разноцветные, потешные, деревья невозмутимо шуршали листвой, как и на Земле. В общем, было хорошо.

— А тут неплохо. — Вздохнув, заявила Тася.

— Похоже, ты из тех, кому везде неплохо. — Улыбнулся он.

Митяй доел и вытер тарелку большим листом. Потом поднял, вытер и убрал кружку, из которой Тася пила суп.

— Как ты себя чувствуешь? — Спросил он.

— Не знаю. Вроде хорошо… Но я до сих пор не верю, что прошло столько лет. Мне кажется, это какой-то квест. В вашем времени есть квесты? Ну, игры такие, где даётся первоначальная легенда, а потом нужно что-то сделать, чтобы его пройти, и в процессе повеселиться?

— Да, игр у нас предостаточно. — Усмехнулся Митяй. — Но, к сожалению, это не она.

Тася вздохнула.

— Ты обещал мне рассказать что-то.

— Да.

Он методично сложил вещи в рюкзак, убрал его и уселся рядом на траву.

— Слушать это всё будет непросто. Может, выпьешь стабилизатор психики?

— Это ещё что за хрень?

— Ну, чтобы не волноваться.

— Нет. Просто рассказывай. Если мне понадобится этот твой стабилизатор, я скажу.

— Хорошо.

Митяй вздохнул и начал.

— Эта планета, где мы сейчас с тобой находимся, называется Чернышка. История долгая, так что попробую передать саму суть. Это планета, на которой был обнаружен инопланетный разум, настроенный к человеку агрессивно. Планету закрыли, летать сюда было запрещено. Но мы с моими товарищами несколько лет назад потерпели здесь кораблекрушение и смогли выбраться, только оставив местным взамен заложника — Саблезуба. Недавно мы вернулись, но оказалось, что Саблезуб здесь вовсе не страдает и домой возвращаться не собирается. Наоборот, его все устраивает. Местные считают его ребенком и разрешают ему играть. У него есть доступ к их технологиям, которыми он играет.

— Что значит, играет?

— Грубо говоря, делает, что хочет. Строит, разрушает… что угодно. Саблезуб чувствует себя здесь богом, властителем мира. И ведёт себя соответственно. Он и раньше был… странноватым, а сейчас совсем потерял связь с реальностью. Он пытался взять нас в плен, а когда ему не удалось, хотел расстрелять наш корабль из пушек.

— Расстрелять? Как расстрелять?

— Убить. — Невозмутимо пояснил Митяй.

— Серьёзно?

— Совершенно серьёзно.

— Как такое может быть? — Прошептала Тася. — А что инопланетяне?

— Они позволяют делать Саблезубу что угодно. Они построили ему огромный военный корабль, чтобы он мог с нами «играть».

— Но почему они ему всё позволяют? Даже убивать своих?

— Этого мы точно не знаем, у нас так и не получилось с ними пообщаться, они этого не желают.

— Надо же.

— И вот. Перед тем, как нашему кораблю удалось уйти, Саблезуб рассказал про тебя. Сейчас.

Митяй вдруг полез в карман, достал и развернул тонкую пластинку, которая разрослась в экран. Вывел на экран какое-то изображение, подвинул к Тасе. Она молча уставилась… на своё лицо.

Если раньше Тася и не верила во всю эту историю анабиоза, то теперь-то спорить было просто не с чем!

На изображении была она, Тася. Фотография чёткая, но видно было только лицо в капсуле. Глаза закрыты, мышцы расслаблены. Очень бледная, просто нездоровая кожа — и губы, и веки… всё одного цвета. Волосы живописно рассыпались вокруг головы. Она как мёртвая царевна в хрустальном гробу.

Тася сглотнула. Девушка выглядела… мёртвой. Да, прекрасной, но безнадёжно ушедшей. Заледеневшей. Вон даже иней на ресницах и на губах разводы, как на мёрзлом стекле. Или это просто морозный след на поверхности крышки?

— Видишь? — Митяй осторожно забрал экран. Тася, оказывается, так увлечённо себя изучала, что ничего больше не слышала и не видела.

— Это я?

— Да.

— И что было дальше?

— Саблезуб показал тебя и пообещал тебя разморозить.

Митяй замолчал. Тася ждала продолжения, но он явно больше не собирался ничего говорить. Пришлось самой.

— Зачем?

Он, кажется, смутился.

— Ну…

— Зачем?!

Молчать дальше было нельзя и Митяй, вздохнув, признался.

— Хотел себе живую девушку для личных нужд. Сказал, что местные не способны сделать человека, а он устал от одиночества.

— Он хотел меня оживить и взять в сексуальное рабство? — Спокойно спросила Тася.

— Да. Но кажется, ты не такая уж растерянная и беззащитная, как он думал. Саблезуб сказал — мол, проснётся через пятьсот лет, ничего не знает, никого рядом нет.

— Ну да.

— Сказал, будет послушной.

Митяй опустил глаза.

— А ты тогда тут причём? — Спросила Тася.

Вот теперь он тоже покраснел. Но… ненадолго. Через пару секунд Митяй поднял глаза и теперь на неё смотрел совсем другой человек.

— Я не мог позволить Саблезубу измываться над беззащитным человеком. Поэтому я остался.

— Ничего себе!

— Странно. Ты не удивилась тому факту, что Саблезуб решил взять тебя в сексуальное рабство. Но моё решение помочь тебя удивило.

— Я жила в очень циничные времена. — Ответила Тася.

— Да?

Он удивился.

Неужели теперь всё иначе? Тася искоса взглянула на Митяя. Может, в их времена всё поголовно такие честные, что она будто в рай попала, в общество святых, а не к обычным людям, по сути мало чем отличающимся от людей её времени?

Да нет! Саблезуб ведь тоже человек этих времён!

— Спасибо тебе, что не бросил меня… девушку в беде. — Сказала Тася. — Ты ведь меня даже не знал!

— Не благодари. Это мой долг.

Он снова смутился. И снова ненадолго.

Странная двойственность. Будто два разных человека. Один побаивается её, а второй не боится вообще ничего. И о каком долге речь? О моральном?

— Ладно, я всё поняла. И ты правда думал, что после этого рассказа я побегу обратно к Саблезубу?

Митяй посмотрел на неё и впервые рассмеялся.

— Нет, конечно. Но что я должен был тогда сказать?

— Тоже верно.

Из кустов вынеслась небольшая ящерица. Так быстро, что хвост улетел вперёд лап и она перевернулась в воздухе.

Тут ведь есть инопланетные животные!

Тася в детстве обожала читать про приключения Алисы Селезнёвой. Про космический зоопарк. А тут, выходит, можно увидеть что-то подобное своими собственными глазами!

Но тут она вспомнила о том, о чём не могла забыть — и радость померкла.

— Митяй, я должна ещё кое-что рассказать.

— Слушаю. — Тут же отозвался он.

— Я больна. Я умираю. — Сказала Тася. — И в моё время моя болезнь была смертельной. Но может, меня можно вылечить в ваше?

— Умираешь? — Он покосился на неё. — Этого не может быть.

— Почему?

— Потому что ты тут, после пяти веков криосна. Пережить такое испытание мог только очень здоровый организм.

— Какая тут связь? У нас замораживали как раз тех, кто умер недавно или тех, кто почти умер. Чтобы они долежали до времени, когда медицина сможет им помочь. Ваша медицина лучше, чем пятьсот лет назад?

— Определённо.

— Значит, я…

— Подожди. У вас замораживали тех, кто умер? Но какой в этом смысл? Мёртвых нельзя оживить.

Тася пожала плечами.

— Замораживают тех, кто летит в далёкий космос. — Продолжал Митяй. — Чтобы они не тратили годы жизни. И всё.

— Ну это сейчас! Я же говорю про тогда.

Митяй сдался.

— Ладно. Но почему тогда заморозили тебя? Ты живая. И выглядишь хорошо. Даже очень, я бы сказал.

— Спасибо. А что, другие люди из криосна… ну, которых заморозили живыми, они по-другому выглядят?

— Я ничего не знаю о других людях из прошлого. По крайней мере, которые пролежали в криосне так долго. Но даже те, кто пролежал десять-двадцать лет, далеко не всегда просыпаются в своём уме.

— Правда? — Тася не знала, радоваться ей, что она такая особенная, или, наоборот, расстраиваться.

— Криосон опасен, даже в наше время. Существует большая вероятность при разморозке повредить мозг. Так что тебе очень сильно повезло. Не верится, что так хорошо мог сохраниться больной человек. И в общем, твоя история звучит странно. Тут есть какое-то несоответствие. Вот я бы, если честно, никогда не согласился бы на криосон. Так как тебя заморозили?

— Это… — Она нахмурилась. — Не хочу об этом говорить! Но я больна и мне нужно вылечиться!

— Я уверен, что ты не больна. — Через минуту сказал Митяй.

— Да почему ты так в этом уверен?

— Поэтому. — Митяй указал на грибы, на небо, закрытое растительностью, на землю. — Даже если в ваше время замораживали больных, их явно не отправляли в глубокий космос. В этом нет смысла.

Нельзя было не согласиться.

— А как я вообще могла сюда попасть? — Робко спросила Тася. — И когда?

— Наверняка тебя перевозили… но кто и куда… и когда. — Он пожал плечами. — Я ни разу не сталкивался с чем-то подобным и не могу объяснить твоё появление на Чернышке. Но думаю, здесь замешаны не люди, а инопланетяне.

— Как?!

— У них была возможность захватить «трофей», у людей — нет. В твоё время были далёкие космические перелёты?

— Нет.

— В общем, пока у нас нет возможности что-либо узнать точно. Мы можем только выдумывать.

— Хорошо. Тогда возвращаемся к прошлому вопросу. Меня тут вылечат?

Он некоторое время думал.

— Если ты действительно уверена в существовании болезни, значит, нужно проверить. И у нас два варианта. Первый — медкапсула наверняка есть у местных. Как-то же они обеспечивают медицинское обслуживание Саблезуба. Но как туда, где она есть, попасть, я не знаю. И ещё меньше понимаю, как с ним договориться.

— А второй вариант?

— Надо дождаться, пока мои друзья вернутся. На корабле тоже есть медкапсула.

— Твои друзья?

— Те, кто улетели на корабле.

— А они что, вернуться? — Тася искренне удивилась. — В них же тут стреляют!

— Поэтому неизвестно, когда именно они вернуться. — Уточнил Митяй. — А устройство связи пока не работает. Но что они прилетят — в этом не сомневайся.

Тася смотрела на него и молчала. Ей нужно было всё это обдумать.

— Получается… — Сказала она совсем не то, что хотела. — Что все мои родные и знакомые умерли… сотни лет назад?

Щёки вдруг стали мокрыми, вспомнился брат, тогда, когда он успокаивал Тасю после смерти родителей. И маленькая девочка в желтом вязаном сарафане, которая жила в соседней квартире дома, где снимала жильё Тася. И продавщицу, которая однажды доплатила за неё три рубля, потому что Таси не хватило на хлеб. Всех-всех.

— Мне жаль. — Просто ответил Митяй.

Глава 4. Чудо-Катер

Кишки скрутило так, что Тася проснулась со стоном. Перевернулась на живот и уткнулась лицом в пол. Но легче не стало, наоборот, внутренности словно на нож намотало и теперь кромсало на куски.

— Тася!

Митяй, который лежал рядом, подорвался и включил навесной фонарь.

— Живот болит. — Сказала она, распластавшись на полу.

— Тошнит?

— Да.

— Ещё что-нибудь?

Тася прислушалась к своему бедному организму.

— Нет.

Подумала ещё — повезло, что нет поноса. Вот было бы знакомство так знакомство! Ни один ещё молодой человек с ней так близко не знакомился, и она надеялась, ещё не скоро познакомится. В идеале — никогда.

— Сейчас.

Митяй достал из угла свой волшебный рюкзак. Тасе даже интересно стало — что он вынет из него в этот раз? Но тут снова пришла боль, Тася зажмурилась и тяжело задышала.

Что он достал, Тася не видела. Но почувствовала прохладное прикосновение ко лбу и к руке.

— У тебя обезвоживание. — Сказал Митяй с некоторым удивлением.

Тася открыла глаза и увидела, как он изучает дисплей какого-то прибора, напоминающего сканер, которым сканируют покупки в магазине.

— Обезвоживание? От него болит живот? — Засомневалась Тася.

— Не должен. Но ничего другого диагност не показывает. Но он и не медкапсула. Давай подумаем. Что ты ела? Суп я делал как раз для тех, кто долго голодал, от него тебе стать плохо не могло.

— Может, какая-нибудь местная болезнь? У меня же нет прививок! — Прошептала Тася.

— Вообще этот вопрос, скорее всего, решали, когда тебя размораживали.

— Кто? Саблезуб?

— Тоже верно…

Митяй подумал, повторно пощёлкал своим измерителем.

— А может, это от колбасы. — Вздохнула Тася.

— От какой колбасы? — Насторожился он.

— Ну, Роман сделал мне колбасу, в такой большой микроволновке. И пирожное. Шоколадное.

— И ты это ела? — Со скепсисом спросил Митяй.

— Ну да. Знаешь, какая я голодная проснулась! Попробовал бы поголодать пятьсот лет!

Он наклонился, включил на сканере фонарик и стал заглядывать ей в глаза, оттягивая веки.

— Ай! Ты чего делаешь! — Возмутилась Тася. — Больно же!

— Да так… проверяю, на месте ли у тебя мозги.

— То есть. — Опешила она.

— Ну, как-то ты вообще сообразила есть что попало после разморозки. Чем только сообразила? Неудивительно, что тебя крутит.

— Ну съела и съела, а что же теперь делать? Придумай что-нибудь, или я помру. — Взмолилась Тася.

— Слишком много разговоров о смерти. — Отрезал Митяй.

Он выключил диагност и спокойно засунул обратно в рюкзак. Кажется, волноваться перестал. Но легче-то от этого не стало!

— Ну, пожалуйста!

— Сейчас что-нибудь придумаю.

Вскоре Митяй протянул ей кружку.

— Пей. Один глоток.

Тася со стоном поднялась и приложилась к кружке. Мерзкая солёная жидкость! Да такой больше глотка и не выпьешь.

— Фу.

— Это лекарство. Будешь пить каждые несколько минут по глотку, пока всё не выпьешь.

— Ладно.

Тася легла обратно, спорить она просто не могла. Стала медленно дышать. Главное, что она не одна. Вот случись с ней такое в подземелье, где только Роман и инопланетяне, вот там было бы влипла! А тут переживёт.

Вскоре вроде попустило.

А, нет. Спустя всего несколько секунд живот снова забастовал.

— Митяй. — Сдавленно прошептала Тася.

— Да?

— Мне всё ещё больно.

— Конечно. — Спокойно сказал он. — Твой кишечник запускается. Если бы не ела всякую гадость, всё было бы хорошо. А так нужно просто переждать.

— Сколько? — Даже сил спорить не было.

— Думаю, как минимум пару часов.

— Два часа? — Она снова застонала, прижимая руки к животу. — Почему у тебя нет обезболивающего?

— Почему нет? Есть.

— Есть?!

Тасе захотелось его немного придушить. Или чуть больше, чем немного. Но живот, к счастью, снова попустило.

— Почему ты мне не дал обезболивающее?

Митяй пожал плечами.

— Его не так много. Твоя боль терпимая, так что лучше оставить его на крайний случай. Мало ли что может случится. Здесь некуда обращаться за помощью.

Тася заскрежетала зубами.

— Или нет? Боль невыносимая? — Уточнил Митяй. — Да? Если да, я дам тебе порцию. Но их всего десять.

Тася прислушалась к себе. Вспомнила… Ну больно, конечно, но не так прям смертельно.

Смертельно? Смертельно!

— А если это моя болезнь? — Прошептала она. Холодный пот немедленно покрыл её спину. — Если это…

— Тася. — Митяй вдруг оказался рядом и крепко, до боли, обхватил её лицо, заставил смотреть на себя. — Это просто запускается твой кишечник. Он очень давно не работал. Ты начинаешь паниковать. Зря.

Звучало весьма правдоподобно.

— Ладно, я потерплю.

— Вот и умница.

Прямо как младшей сестре сказал! Тася с недовольным видом улеглась обратно на мягкий пол палатки. На улице всё ещё было светло. После супа до сна они ещё два часа были на улице — Тася отдыхала, Митяй делал свой передатчик, который должен связать их с командой улетевшего корабля. Чем быстрее настроит связь — тем быстрее, по его словам, за ними вернуться.

Космический корабль… Тася представляла, как это — лететь на настоящем космическом корабле, но фантазия отчего-то давала сбой.

Конечно, она была в павильоне Космос на ВДНХ. Видела макет орбитальной станции «Мир». Искренне пожалела и искренне зауважала людей, которые болтались в таких стеснённых условиях в космосе. Она бы не смогла, честно. Там же развернуться негде!

Но сейчас корабли наверняка другие. Раз уж они летают не только на орбите, а и в далёкий космос! Мурашки по телу. Там, наверное, целые многоэтажные дома, как в фантастических фильмах. Они же вроде ничего не весят в космосе, строй себе на здоровье!

Как же хотелось побывать на настоящем корабле. Неужели это возможно?

В общем, Тася мечтала и разглядывала джунгабасы. Так эти огромные деревья называл Митяй.

Когда они ложились спать, было светло. И сейчас, спустя ещё пару часов, было светло. И хотя Митяй вроде бы упоминал, что ночь наступит нескоро, но Тася не представляла, что настолько нескоро.

— А когда ночь? — Спросила она через несколько минут. Живот крутило, но будто меньше. Или сила убеждения сработала.

Митяй посмотрел на часы.

— Ночь наступит через семнадцать часов.

— Семнадцать? А сутки сколько?

— Семьдесят восемь, их них восемь — ночь.

— Обалдеть.

Через две минуты Тася уже вовсю ворочалась, а через пять встала.

— Не могу лежать. Пойду на улицу.

— Иди. Далеко от палатки только не отходи.

— Думаешь, заблужусь?

— Да.

Тася закатила глаза. Эта его честность просто отбивала всё желание знакомиться ближе! А ведь она с первой секунды думала, что, если попробовать к нему присмотреться? А он вот так? Она хотела было надуться… а потом вспомнила первого своего парня. Тот столько мёда в уши лил… и где он теперь?

Возможно, стоило радоваться, что рядом с ней человек, который не врёт. Да и много ли на белом свете людей, которые отправились бы спасать незнакомую девицу?

Если тут нет недоговорённости… Вдруг есть какое-нибудь НО. Оно ведь, НО, так часто встречается! И может развернуть твой курс в прямо противоположную сторону.

— Я не буду заходить далеко. — Вздохнув, сказала Тася.

На улице было тихо. Ну как, ветер шумел, конечно, листвой шуршал, но в остальном вокруг царила мирная тишина. Тася стояла и любовалась окружающей природой. Здорово всё-таки жить. Ещё лучше жить на свободе.

Боль в животе постепенно улеглась. Наверное, Митяй был прав и это, действительно, не болезнь. Но Тася стояла смирно и старалась лишний раз не шевелиться. На всякий случай.

Нет, как же всё-таки тут красиво! Особенно грибы… целые колонии грибов. Как будто разноцветные гномьи города. Столько оттенков Тася и представить себе не могла. Глаза разбегаются…

Правда, ситуация, в которой оказалась Тася, какая-то нелепая и, чего скрывать, нездоровая, но в остальном ей скорее повезло, чем нет. Один Митяй чего стоит.

Тася невольно улыбнулась. Он ведь классный. Ей даже в голову пришло, что такой человек мог понравится даже брату, которому не нравился вообще никто из Тасиных друзей. Ни разу.

Может, и не зря.

Вдруг сильно громыхнуло. От неожиданности Тася даже пригнулась. Вроде далеко, но уши неплохо так заложило. И спустя пару секунд Тася сквозь листву увидела в небе облако густого чёрного дыма.

Что это может быть?

— Километра три на юг. — Раздался голос. Митяй стоял рядом и Тася даже не заметила, как он появился.

— Что это?

— Это взрыв.

— А что взорвалось?

— Я не знаю.

Он хмурился и выглядел напряжённым.

— Давай-ка соберём вещи. — Сказал Митяй спустя минуту настороженного молчания.

Через несколько минут они уже стояли с вещами в руках. Вернее, Митяй стоял с рюкзаком, у Таси кроме кнопки ничего не было. Ну, ещё чешки на ногах, которые ей снова сделали из наноконструктора.

— Думаешь, это…. Саблезуб? — Спросила Тася, в очередной раз взглянув в сторону дыма. Он продолжал разливаться по небу, как грозовая туча.

Митяй покачал головой.

— Другого варианта нет.

Звучало как-то неуверенно.

— Но?..

— Не могу понять, зачем бы он стал взрывать джунгли. Это ведь не просто стрельба… там кратер метров пятьдесят после такого взрыва останется. Все джунгабасы порвутся, как макароны. Будут гнить. Зачем это ему?

— Не знаю. — Вздохнула Тася.

На самом деле ей совсем не нравилось тратить время на то, чтобы думать о каком-то капризном пацане, получившем в свои руки безграничную власть. Она почти всю жизнь провела с подобным типом рядом и впредь не желала иметь к ним никакого отношения.

Бух!

Теперь шарахнуло в другой стороне. Тася замерла. Снова на миг оглохла, а потом, даже когда слух восстановился, остался очень неприятный гул в ушах.

Отголоски звука ещё не замолкли, как Митяй резко сказал.

— Нужно уходить к катеру. Тася, иди за мной и постарайся не отставать.

— Куда уходить? — Она даже про взрывы позабыла.

— К моему катеру. — Он уже сделал пару шагов прочь.

— Катер — это что-то… он летает? — Тася поспешила следом. Вот теперь она ни за что не отстанет!

— Да.

— У тебя что, есть катер, который летает?!

— Да.

— И в космосе летает?

— Да.

— О!

Теперь Тася была готова идти за ним хоть на край света!

Хотя, со скоростью, с которой Митяй передвигался, вначале бы его просто догнать!

Тася взопрела, но упрямо шла и думала, что владелец катера — это круто. Да как он может так мимоходом упомянуть о том, что владеет таким сокровищем?

Однако выносливости ей всё-таки не хватало. Что неудивительно. Более странно бы выглядело, если бы девушка, пробывшая спящей царевной пять веков подряд, вдруг без устали стала бы наматывать круги по джунглям.

— Почему мы так спешим? — Спросила Тася, не прошло и получаса. — Может, помедленнее пойдём?

— Надо улетать.

— Куда?

— Из джунглей. Пока не решил, сориентируемся на месте.

— Но почему мы не улетели сразу? Почему ты мне не рассказал про катер?

Митяй невозмутимо брёл по траве и грибам, и так же невозмутимо отвечал.

— Катер можно засечь. Мне повезло, когда я садился на поверхность, но, если мы начнём летать сейчас, нас точно найдут. Саблезуб наверняка следит.

— Думаешь, следит?

— Да. Сейчас он наш главный враг.

— Повезло, что всего одни. — Вздохнула Тася. И тут же встрепенулась. — Он ведь один, да? А то вдруг ты чего-то не рассказал.

— Насколько я знаю, один. И это плюс. Так как он просто человек, иногда ему приходится отдыхать.

— Жаль, что и нам тоже.

Митяй улыбнулся ей через плечо — и пошёл дальше.

Однако, как оказалось, катер был слишком далеко. Они шли и шли, но расстояние сокращалось с трудом.

Потом остановились перекусить и передохнуть. Тасе было разрешено есть грибы, чему она несказанно обрадовалась.

— Тем более спецпитания у меня мало. Нужно оставить на всякий случай. — Пояснил Митяй.

Потом они отправились искать съедобные грибы. Хотя искать — громко сказано. Грибы нашлись всего в трёх метрах от стоянки. Они были белые, мясистые, двух хватило, чтобы наестся до отвала.

Митяй покромсал их ножом и сварил на огне.

— Разве не опасно разводить костёр? — Первым делом спросила Тася, когда увидела язычки пламени.

— Нет. Если использовать вместо дров эти лианы. — Митяй показал ей сухие верёвки, которые надёргал со стволов. — Они почти не чадят.

Грибы приготовились быстро, и ещё быстрее съелись.

За всё это время взрывов прозвучало ещё пять. Все в разных местах. Один близко, но не настолько, чтобы они испугались. Всё же за несколько часов удалось уйти достаточно далеко.

— Что же он делает? — Спросила Тася вслух, когда они отдыхали после еды, опираясь на всё те же вездесущие грибы. — Зачем взрывает?

— Возможно, это всё же не он. — Задумчиво ответил Митяй.

— Почему?

— Мне сложно понять, что кто-то позволил ему разрушать джунгли. Судя по рассказам Никиты — это парень, который с местными тесно общался — всё здесь построено местными. Они строили планету, как дети строят замок в песочнице. Кто-то делал джунгли, кто-то — каменную равнину, кто-то — море. В общем, они стараются друг другу не мешать. В каком-то смысле уважают друг друга. И тут, получается, приходит какой-то Саблезуб и давай разрушать их дом направо и налево. Всё то, что они делали.

— Я вообще ничего не понимаю. — Вздохнула Тася. — Мне кажется, ты сюжет какого-то фильма рассказываешь. Эта безграничная сила… как в аниме. У вас есть аниме?

— Конечно. Это же классика. Лучшие фильмы в школе изучают.

— Да ну! А какие?

— Аватар, к примеру.

— Да, Аватар!

Тася зажмурилась от удовольствия и подумала, что в мире, где аниме изучают в школе, она вполне даже согласна жить.

Ещё через некоторое время они отправились дальше.

Идти было тяжело. Дорога стала почти непроходимой — то и дело приходилось лезть вверх или спускаться вниз, и частично чуть ли не ползти по стволам джунгабасов. Физически это, конечно, жутко выматывало.

Раньше Тася думала, что устала. А теперь она даже думать толком не могла. Вот это точно было — устала. Руками держаться было страшно, казалось, пальцы в любой момент разожмутся, а нога соскользнёт. От этого всего передвигались они ещё медленнее, чем прежде.

Прогремел ещё один взрыв. Далеко, но шапку дыма на небе они прекрасно рассмотрели.

Правильно они всё-таки сделали, что убрались оттуда как можно дальше.

— Но зачем он взрывает, если думает, что я где-то там, на поверхности? — Вдруг спросила Тася. — Он что, хочет меня убить?!

Это звучало так… необъяснимо и жутко, что Тася даже остановилась. Митяй, который как обычно шёл вперёд, тоже остановился и оглянулся. Лицо у него было серьёзным и каким-то отрешённым, будто он старательно следил за тем, чтобы лишнего не показать.

— Нет смысла себя мучить домыслами. Саблезуб — морально нездоровый человек. Он может пойти на всё.

— Морально нездоровый? Это как? — Оживилась Тася. — В наше время были только психически нездоровые люди. Они даже за совершённые преступления не отвечали, потому что считались больными.

— У нас то же самое, ничего не изменилось. — Митяй пожал плечами. — Морально нездоровый — наш военный термин, неофициальный. Там мы называем некоторых людей, с которыми не хотели бы оказаться в одной связке.

— Хороший термин, надо запомнить. — Одобрила Тася.

Вскоре начало темнеть.

Митяй сказал, жаль, что не успели дойти до катера, но теперь придётся останавливаться на ночёвку. Ничего не поделаешь, ночью без света по такой местности они ноги переломают, а то и шею. А со светом их могут заметить.

— И взрывы прекратились. — Сказал он напоследок. — Может, пронесёт. Точнее, я уверен, что уже пронесло.

Митяй разложил палатку и они поужинали пастилками, которые были в рюкзаке — мягкая сладкая масса, которая отлично насыщала.

Потом Тася ушла в палатку и улеглась спать, а Митяй остался снаружи. Она ворочалась с боку на бок, но заснуть не смогла. Вышла на улицу.

Митяй сидел у ближайшего джунгабаса, и смотрел на него в упор. Его было еле видно, да и то благодаря свету ночника из палатки.

Вначале Тася думала, что он медитирует. Ну, что-то вроде того. Митяй сидел в восточной позе, выпрямив спину и смотря прямо вперёд, сидел неподвижно, даже, кажется, не дышал.

Но шли минуты, и это стало её напрягать. Мешать человеку, конечно, не хотелось, но Тася начала нервничать. Вдруг с ним что-нибудь не так? Вдруг он… мало ли что могло случится! Они же на неизведанной планете!

— Митяй. — Наконец, шёпотом позвала Тася. — Ты в порядке?

— Да.

Она выдохнула.

— Но я слышу, как ты топчешься и сопишь.

— Мне почему-то стало страшно.

— Я понимаю.

Он обернулся.

— Хочешь посидеть со мной?

— Да!

Сама Тася напрашиваться не желала, но кто же откажется от такого щедрого предложения? Она тут же пошла к нему, Митяй подвинулся, Тася села рядом.

— Молча будем сидеть? — Спросила на всякий случай.

— Могу рассказать, что я делаю.

— Давай.

— Есть информация… Мне сказали… источник, которому я доверяю, что все эти деревья… растения, всё это связано. Будто одно существо. Что у джунглей тысячи глаз… И если знать, как, можно из одного места джунглей заглянуть в любое другое.

— Красиво. И жутковато. Тысяча глаз, бр-р-р. — Тася поёжилась.

— Вот я и пытаюсь понять, как бы мне суметь с ним, с этим существом, договориться. Как попросить показать мне то, что нужно.

— Договориться? С деревьями? — Тася сморщилась. — Не, я всё понимаю, доверенный источник, неисследованная планета… но звучит стрёмно!

Она вдруг расхохоталась. Потом резко замолчала, смущённо потупилась и подумала — вдруг Митяй обидится? Но он тоже засмеялся, хотя вряд ли над тем же самым.

— Я рад, что ты оказалась такой. — Вдруг сказал Митяй.

— Какой?

— Что ты не обуза. — Он прямо посмотрел Тасе в глаза. — Я думал, в худшем случае у тебя будет плохо с мозгами, их повредят при разморозке. А в лучшем — ты будешь испуганной и плаксивой, будешь чуть что прятаться за меня и всего бояться. Но мне повезло.

— Я тоже считала, что за мной явится принц на белом коне! И он не станет заставлять меня тащиться по этим дебрям пешкодралом!

— Что-что?

— Ну, пешком.

— Значит, квиты. — Митяй снова усмехнулся и повернулся обратно к дереву.

— Так, значит, пытаешься понять, как деревья общаются? — Спросила Тася. Стоило пройти первому удивлению, как она вспомнила, что уже нечто подобное слышала. Ну, когда вся растительность на планете, по сути, один живой организм. То ли в фильме, то ли в книге. Но, в общем, идея-то не нова.

— Именно.

— И ничего не выходит?

— И ничего.

— Значит, ты что-то делаешь не так.

— Не сомневаюсь. Но пока ничего другого я не придумал.

— Ничего другого? А что ты делаешь? Ты разве не просто сидишь и не мозолишь глаза об этот ствол?

Тася ткнула пальцем в ствол джунгабаса.

— Не совсем. Я закрываю глаза и пробую увидеть то, что… — Митяй замолчал.

— То, что видит дерево? — С заумным видом спросила Тася.

Он только вздохнул.

— Согласен, звучит бредово.

— Да нет, нормально.

Однако сказать это убедительно у Таси не вышло. Наверное, поэтому Митяй, наконец, перестал сверлить дерево упрямым взглядом, вздохнул и пошёл спать.

Проснулись они на рассвете. Было очень тихо.

Тасе вдруг очень сильно захотелось посмотреть на этот самый рассвет. Она когда-то вставала на работу очень рано, и безумно любила это время — минут пятнадцать-двадцать, когда зарождается день, а город и люди ещё спят.

Рассвет — он очень красивый. Таких цветов — небо, свет — она не видела больше нигде и никогда. А тут рассвет какой?

Тася встала и вышла из палатки.

Остановилась сразу же за порогом. Медленно огляделась.

Ну что же… идеально. Это, конечно, не город, который из серого становится нежно-розовым, трогательно невинным. Но тут своя изюминка — зелень приобрела нежный сиреневый оттенок, стала почти бархатной. И тишина. Кажется, ты в вакууме… в безвременье.

Тася вдохнула полной грудью. Собственное дыхание было громким, живым.

Она почувствовала себя удивительно живой. Впереди целый день… как маленькая вечность.

— Всё в порядке?

Митяй словно вырос рядом.

— Да. Смотри как красиво. — Шёпотом ответила Тася. И улыбнулась ему.

Он улыбнулся в ответ и тоже поднял голову к небу. Ну, или к веткам, которые закрывали небо. Они тоже не шевелились, по утрам не бывает ветра…

Так они и стояли. Минут двадцать точно.

Здорово, когда есть человек, с которым комфортно молчать.

Потом взошло солнце и зашумели птицы. Зашелестели листья. Ящерицы забегали. Так как Тася стояла неподвижно, одна — маленькая, белесая — забежала ей на босую ногу, но видимо, поняла свою ошибку и стрелой метнулась в траву. Но настроение повысилось.

— Завтракаем и выходим. — С улыбкой сказал Митяй.

На завтрак были грибы. Ну конечно, что же ещё? Но теперь не тушёные, а жаренные на палочке. И со специями из рюкзака Митяя они были очень вкусными! А то, что они слегка подгорели — какая разница?

Потом они собрались и снова пошли дальше.

— Через час дойдём. — Сказал Митяй, прикинув расстояние.

И действительно, сегодня дорога была ровной, всего пару раз пришлось лезть через стволы джунгабасов. Но и это к лучшему — и разминка, и развлечение. Тасе нравились фиолетовые наросты на стволах, они иногда будто бы светились изнутри. А ещё из них можно было сделать тарелки. Красивые. Может, если они когда-нибудь остановятся надолго, Тася обязательно этим займётся. А пока так ими полюбуется, со стороны.

Но вот впереди, наконец, показалось что-то другое. Тася уже привыкла к мешанине растительности и грибов, и сразу уловила отличие. Цвет. Это было серого цвета, того оттенка, который не встречался в джунглях. И довольно большое. И ещё, что немаловажно — статичное.

— Это катер? — Быстро спросила она.

— Да.

Остаток пути Тася летела как на крыльях, не отводя от катера взгляда. Ей было жутко интересно! Какой он внутри?

Снаружи катер был, пожалуй, размером с небольшую яхту. И внешне похож на яхту — обтекаемой формы, слегка вытянутый, разве что с крышей, которой обычно у яхт нет.

Катер стоял на земле на подпорках. Они подошли и перед ними сам собой открылся люк — большая овальная дверца. Внутри катера загорелся холодный голубой свет.

Тася взволнованно вздохнула. Она на пороге великих открытий! Перед ней настоящий космический корабль! Как тут не волноваться?

— Заходи, будь, как дома. — Обыденно сказал Митяй. Он никакой принадлежности к чуду не чувствовал.

Она, конечно же, не заставила себя упрашивать. Схватилась руками за поручни у люка и вошла.

Коридорчик был всего два метра в длину и выливался в круглое помещение. Тася на дрожащих ногах прошла в него и остановилась посередине, вертя головой, как сова. Увидела два кресла перед огромным обзорным иллюминатором и ещё по два у стен.

Тася сразу же уселась в одно из двух главных кресел. Панели управления не было, только покатый узкий столик под иллюминатором. Тася решила, что панели управления выдвигаются, как все здешние экраны.

И точно. Митяй сел во второе кресло, схватил у столика что-то невидимое, вытянул, и прозрачная панель тут же появилась и перед ним, и перед Тасей.

Она смотрела во все глаза и не знала, о чём первым делом спрашивать.

Митяй включил иллюминатор Если раньше изображение было обычным, как сквозь простое стекло, то теперь изменилось. По бокам поплыли полосы текста, таблицы и графики. Само изображение наполнилось тонкими линиями, которые повторяли контуры растительности за бортом, и то появлялись, то исчезали.

— Что мы будем делать? Улетим?

— Я думаю. — Митяй запустил какое-то приложение. В углу иллюминатора открылась карта, наверное, поверхность планеты, на которой тут же появились жёлтые пульсирующие круги.

— Проверка с минимальным излучением. — Сказал Митяй. — Радиус — сто километров.

— Приказ принят. Приступаю к выполнению. — Сказал приятный голос. Женский или мужской, Тася не поняла, он был совершенно нейтральным. И откуда он звучит, она тоже не поняла, хотя старательно осмотрела потолок и стены.

Через минуту тот же голос сказал:

— Проверка проведена, знакомых и незнакомых устройств не обнаружено.

— Очаги тепловой энергии?

— Очагов тепловой энергии не обнаружено.

— Скопления объектов не растительного происхождения?

— Объектов не обнаружено.

Митяй вздохнул и откинулся на спинку сидения. Посмотрел на Тасю.

— Нам нужно решить, что делать дальше.

— А какие есть варианты? — Тихо спросила Тася.

— Первый — улететь. Но большая вероятность, что Саблезуб нас засечёт и тогда уже будет жарко. Он нас не оставит. Ты сбежала и теперь недоступна. И вряд ли у него запас симпатичных анабиозных девушек. — Митяй усмехнулся. — Пока он не знает, что я тут, будет действовать более осторожно.

— Ты уверен? Он вчера взрывал джунгли, где вполне могла бы быть я!

— Тоже верно. — Не стал спорить Митяй. — Или мы можем остаться здесь. Заняться связью и попробовать дождаться моих друзей в тени. Остаться незаметными. Тогда есть вероятность, что Саблезуб утихомириться, хотя бы на время. Затаится, чтобы придумать новый план. А время-то идёт. Любая задержка — в нашу пользу.

Они помолчали, переглянулись.

— Ладно, я неправ. Обманывать себя не стоит. — Вздохнул Митяй. — Он не успокоится в любом случае. Просто есть шанс, что после вчерашнего выброса эмоций он станет действовать осторожно. А узнает про меня — всё, снова взбесится.

— Тогда нужно оставаться на месте. — Вздохнула Тася. Ей, конечно, гораздо больше хотелось улететь, или вообще хотя бы просто полетать на космическом катере, но самосохранение всё же должно быть на первом месте.

— Согласен. Тогда так и сделаем.

И вот Митяй снова занялся своим передатчиком, а Тася облазила весь катер и заглянула везде, куда только удалось засунуть нос. На панели управления нажимала всё, что только нашла. Митяй разрешил, потому что заблокировал все важные командирские команды. И ещё Тася без конца разговаривала с катером, так, что Митяй, в конце концов, под каким-то неубедительным предлогом перебрался из катера на улицу.

В итоге Тася влюбилась в катер без памяти. Конечно, он был маленький — всего одно помещение с сидячими местами для пилотов и пассажиров, и небольшим грузовым отсеком, но в нём поместился даже крошечный санузел с душем, и ещё там был Папаша — та самая микроволновка, которая делает любую еду на заказ. Конечно, пока не опустеет картридж. Митяй сказал, что резерв картриджа истощается и не стоит бросаться экспериментировать. Им нужно растянуть его как можно дольше. И теперь Тася ждала приёма пищи, как какого-то представления. Мысленно перебирала десятки блюд, потому что остановиться на чём-то одном было решительно невозможно!

И вот, всё было бы прекрасно, но вот что в катере напрочь отсутствовало, так это медицинское оборудование. И когда у Таси иссяк «заряд», она могла думать только об этом.

В очередной раз Митяй сделал перерыв в работе и пришёл в катер, чтобы перекусить. Тася в этот момент лежала в кресле, смотрела в потолок и думала о смерти.

— Как дела? — Спросил Митяй.

— Плохо.

Он чуть не споткнулся.

— Почему плохо?

— Я люблю этот катер, но тут нет медкапсулы. Если я буду умирать, ты ничего не сможешь сделать.

— Я смогу вздохнуть с облегчением.

— Что?

Тася взвилась в кресле, а Митяй улыбнулся. Она тут же осела.

— Ладно, извини. Я понимаю, что меня заносит.

— Почему ты так зациклилась на том, что умрёшь?

— Потому что я болею.

— Ты выглядишь здоровой. Но даже если это правда, про болезнь, она вряд ли разовьётся за один день. Так?

— Ну, так.

— Значит, у нас достаточно времени, чтобы найти медкапсулу.

— Ты прав. — Вздохнула Тася.

— Похоже, тебе нужно чем-нибудь заняться?

— Думаешь? — Тася снова приподняла голову с кресла.

— Уверен.

— Но чем я могу тут заняться? Гербарий собирать?

— Ну, гербарий нам вряд ли пригодится. Но я думаю, ты можешь быть полезной. Похоже, ты слышишь джунгли.

Тася удивлённо посмотрела на него, но Митяй был абсолютно серьёзен.

— Ты смотришь на них, как на что-то прекрасное и живое. Как на то самое единое существо.

— Ну, не то что бы… — Смущённо пробурчала Тася. Но она была польщена, чего уж там.

— Попробуй посмотреть на них так, чтобы увидеть мир их глазами.

— А! Ты хочешь, чтобы я научилась смотреть тысячью глаз?

— Было бы здорово.

— Ну, не знаю.

— Я уверен. — Вдруг очень строго сказал Митяй. — Что ты можешь это сделать. Но, конечно, решать тебе.

Он ушёл, а Тася осталась думать.

Хотя, о чём тут думать? Ей действительно требовалось занятие. Тася была как раз из тех людей, которые дуреют от безделья. Но имея какую-нибудь цель, горы свернут!

В общем, Тася решила действовать. Всё равно пока заняться нечем.

Она подошла к решению вопроса кардинально. Нашла коврик, подходящий для занятий йогой. Нашла комплект удобной спортивной одежды, на удивление, такая в катере имелась. Стандартные комплекты салатового и голубого цвета, подходящие обоим полам. Митяй, кстати, тоже переоделся и они теперь были одинакового салатового цвета, что делало их малозаметными в окружающем пейзаже.

И вот Тася вышла на улицу, выбрала подходящее место, распинала грибы, постелили коврик и уселась на него. Закрыла глаза и прислушалась.

Она, конечно, не рассчитывала просто взять и «соединиться» с джунглями. Поэтому, когда ничего такого не произошло, не очень-то расстроилась. И без того было приятно просто чувствовать себя живой. Просто дышать сладким воздухом, слышать шум листьев и чувствовать прикосновение лёгкого ветра на щеках.

Тася сама не заметила, как улеглась на коврик, отдохнуть минуточку — и заснула. И хотя перед этим она усиленно думала о джунглях, они ей не снились. Наоборот. Ей снилось, что она в каком-то очень тесном костюме, плотном, не пропускающем свет и только на глазах узкая прозрачная полоска. Ей снилось, что она выглядывает до боли в глазах за эту полоску, но там, снаружи, только мрак и смерть. И сколько не жди, не задерживай в надежде дыхание — ничего нового не увидишь.

Странно, что этот сон совсем не был кошмаром. Тася воспринимала всё происходящее как вариант существования. Да, случается и такое. И этого не избежать.

Глава 5. Посылка

Проснулась она от шума.

— Хочешь перекусить? — Крикнул от катера Митяй.

Тася поднялась со своего коврика, осоловело хлопая глазами.

— Да!

В катере она, недолго думая, заказала себе рыбный бургер и кофе. На самом деле, по уверениям Митяя, местный Папаша был довольно обрезанным в плане функциональности вариантом и делал не так уж много блюд. Но всё, что просила Тася, он, тем не менее, подавал. Так что она даже не представляла, что может полный вариант. А когда спрашивала, Митяй пожимал плечами и отвечал, что ему всегда хватало минимального набора, так что он не знаток полной версии. Да она и дорогая к тому же, а он не настолько богат.

Таким образом выяснилось, что расслоение в обществе на богатых и бедных никуда не делось.

— А как же всеобщая справедливость? — Вздохнула Тася. Митяй ответил таким же тяжким вздохом, из чего следовало, что за всеобщую справедливость он отвечать решительно отказывается.

И вот они сделали себе еду и молча принялись обедать. Митяй слушал отчёт катера, такой нудный и подробный, что Тася ничего не понимала, а потому непроизвольно зевала.

И тут голос катера прервался и вдруг сказал:

— Получена посылка.

Тася застыла, воткнув зубы в остатки бургера, Митяй — с кружкой, которую так и не донёс до рта.

— Подробности. — Быстро сказал он.

— На поверхность планеты прибыл предмет, который предназначен для команды катера. — Пояснил голос. Хотя понятней от этого ничего не стало.

— Отправитель?

— Частный корабль «Валенсия».

— Что внутри?

— В посылке предмет, который вам пригодится. — Ответил голос.

Тася уставилась на Митяя с надеждой получить хоть какое-то объяснение. Однако тот был настолько удивлён, что её требовательного взгляда попросту не заметил.

— Посылка прибыла и опустилась на поверхность на расстояние три километра двести восемь метров от нас. — В конце сообщил голос.

— Что за посылка? — Спросила Тася Митяя.

— Не знаю. Но отправили её мои друзья.

— Которые на корабле?

— Да.

— Значит, там что-то полезное?

— Скорее всего.

— Так пойдём и посмотрим! — Тася тут же вскочила с кресла, забыв про недоеденный бургер. Впрочем, нет, не пропадать же еде. Она взглянула на него и целиком засунула в рот.

— Да, конечно, мы так и сделаем.

Однако собирался Митяй долго и основательно. Тася давно закончила жевать и теперь чуть ли не подпрыгивала на месте от нетерпения. Но он не обращал внимания и молча собирал свой рюкзак. Чего он только с собой не взял! Половину содержимого катера утрамбовал! Будто они не за три километра собирались, а как минимум на противоположное полушарие планеты.

И в конце он ещё и сказал:

— Надо взять платформу. Неизвестно, сколько весит эта посылка. Мы сами можем не унести.

— Платформу? — Тут же оживилась Тася. Ей безумно нравилось всё, что она узнавала о современных технологиях. Одна эта микроволновка… Папаша — да это же просто волшебство! Никакой готовки! Да… это же настоящая скатерть-самобранка! Мечта любой домохозяйки! И Тасина тоже.

Митяй тем временем запустил какой-то процесс на пульте управления и вышел из катера. Тася — за ним.

Из-под корабля выскочила небольшая плоская пластинка, примерно метр на метр по площади. И зависла над землёй. Она выглядела тонкой и, похоже, была сделана из металла. Сверху на ней были нарисованы жёлтые полосы.

— Это платформа. — Сообщил Митяй. Снял рюкзак, почти положил на пластинку, но замер. — Может, хочешь прокатиться?

— На этом? — Тасе показалось, что полупрозрачная дощечка вряд ли выдержит её вес.

— На этом.

— А она не перевернётся?

Митяй молча запрыгнул на платформу, а потом от всей души попрыгал по ней. Пластинка, похоже, немного пружинила, но толком даже не просела.

— Ух ты… — Сказала Тася.

— Садись.

Митяй слез, потому что вдвоём на платформе они бы никак не поместились. Разве что стоя, прижимаясь друг к другу, но так ехать было бы не очень безопасно.

Тася осторожно села на платформу, подтянула ноги и кивнула — готова.

— Вперёд! — Митяй улыбнулся, накинул рюкзак и пошёл в сторону джунглей, а платформа, мягко покачиваясь, поплыла за ним, как послушный шарик на верёвочке.

Это было обалденно! Тася сначала напрягалась, но потом поняла, что платформа очень надёжная и точно не перевернётся. Пробовала нагибаться в разные стороны — платформа еле поддавалась, и то до определённого предела, после которого фиксировала своё положение и начинала возмущённо гудеть. Тогда Тася расслабилась, прекратила эксперименты, стала смотреть по сторонам и радоваться, что не приходится брести по колено в траве или карабкаться по стволам джунгабасов. Платформа легко поднималась, опускалась и переваливалась через препятствия. Чудо-вещь!

— Почему ты ходишь пешком, когда у тебя есть такая штука? — В конце концов спросила Тася. — Она же классная!

— Заряда мало. — Коротко ответил Митяй.

— О!

— Приходится экономить.

Тася вздохнула.

— Ненавижу экономить.

В памяти тут же всплыл тот ужасный месяц… когда она питалась одним рисом с луком и морковкой. Хотя тогда она ничего особо ужасного не чувствовала, её больше волновало, как пережить предательство любимого человека. Как забыть его поцелуи и смех. А сейчас почему-то казалось, она прошла через особое, важное испытание, и пройти его было непросто.

— Понимаю.

Понимаю… Интересно, а он когда-нибудь голодал? Тася не стала спрашивать. Ей и о своём прошлом не особо-то хотелось вспоминать. И напоминать другому человеку о чём-то настолько же неприятном тоже не хотелось.

Шли они не очень быстро. Дорога была просто ужасной! Митяю приходилось перелазить через острые камни и забираться в ямы, а Тася над этими камнями и ямами просто проплывала, с царственным видом поглядывая вокруг. В конце концов она спросила.

— Может, поменяемся на время? Сядешь, отдохнёшь, а я пройдусь.

— Спасибо. — Улыбнулся он. — Но лучше сиди там, где сидишь. Я не устал. И вообще привык тут ходить.

— Давай хоть рюкзак повезу?

— Тоже не стоит.

Тася не стала настаивать, ему лучше знать. Тем более вскоре они всё-таки прибыли на точку, указанную катером.

Посылку было видно издалека. Это оказалась обычная на вид стальная коробка с ярким салатово-жёлтым парашютом, которая опустилась прямиком на шляпку огромного гриба и теперь стояла там, как памятник чему-то непонятному, но очень интересному.

Они подошли к грибу — Митяй поднял руки, но не достал до ящика. Гриб оказался не менее двух метров в высоту. Тогда Митяй потряс его за шляпку. Бесполезно. Тот даже толком не шелохнулся.

— Снимешь? — Спросил Митяй Тасю.

— Да!

Она была рада сделать хоть что-нибудь полезное. Платформа с гулом поднялась и Тася схватила коробку. Платформа опустилась — парашют пополз следом и упал с гриба, накрыв собой Тасю. Оказалось, он тонкий, но очень объемный.

Митяй со смехом распутал её. Тася ждала, сжимая в руках коробку.

— Ну, давай посмотрим, что нам прислали.

Он забрал коробку и поставил на землю, Тася соскочила с платформы и наклонилась над ней, чтобы ничего интересного не пропустить. Митяй взглянул на коробку с разных сторон, повернул пару раз, потом жестом фокусника нажал на её бока — та раскрылась, как цветок.

Внутри стоял какой-то предмет, запаянный в пластик.

— Передатчик! — Сразу сказал Митяй, торопливо вынул предмет, а коробку отодвинул. — Это передатчик Генри!

Тася уже и сама заметила, что эта штука из посылки очень сильно напоминает ту, над которой безуспешно бился Митяй.

— Этот передатчик может нас связать с кораблём?

— Да!

— Наверное, они не стали бы посылать сломанный? Наверное, этот рабочий?

— Я тоже так думаю. — Усмехнулся Митяй.

Эта новость Тасе понравилась. В голове уже пронеслось, что вот сейчас они свяжутся с его друзьями… и не успеют оглянуться, как уже будут в большом корабле лететь куда-то в глубины неизведанного космоса. А потом… потом она увидит новый мир. И, наконец, посетит больницу, где её, конечно же, легко вылечат.

Короче, кажется, впереди белая полоса.

— Сейчас будешь пробовать связаться? — Спросила Тася.

Митяй уже снимал пластик. Тот был спаян слишком сильно и криво, так что получалось у Митяя плохо. Но он почти справился.

Почти. Раздался взрыв, совсем недалеко. Уже ставший привычным грохот и свист, от которого закладывает уши.

Они одновременно повернулись в ту сторону, откуда пришли. Катер… Там был катер… И теперь над деревьями поднималась знакомая до боли шапка густого серого дыма.

— Митяй… — Прошептала Тася.

Тот сжал губы.

— Уходим. Садись на платформу, быстро.

В этот раз он не стал тащить рюкзак, сунул его в руки Тасе. И передатчик тоже. Она молча обхватила это всё руками и поплыла на платформе за Митяем.

Они бежали. Быстро. Тася и не подозревала, что Митяй может передвигаться по такой сложной местности с такой скоростью, и теперь не могла глаз отвести от его движений. Так, наверное, двигался бы настоящий Тарзан.

Но даже наблюдение за идеальными движениями Митяя не могло надолго отвлечь от неприятных и неизбежных мыслей. Получается, Саблезуб нашёл их катер. И, наверное, очень повезло, что в это время их не было в катере, что они ушли.

А если бы не ушли? Тася представила, что бы тогда случилось, и её нехило так тряхнуло. Она попыталась успокоиться, но только всхлипнула.

— Эй! — Митяй тут же остановился, платформа остановились за ним. — Он шарахнул по катеру, потому что знал — мы не там.

— С чего ты взял?

— Я в этом уверен.

И больше ни слова.

Ага, объяснить-то, почему уверен, не может! Тася насупилась, но дрожать перестала. Наверное, Митяй просто хочет её успокоить. А она что, сильно нервничает? После всего того, что уже произошло? Почему она снова нервничает? Да у неё уже броня толщиной с кожу слона должна отрасти!

Тася вздохнула. Да, нервничает, ничего с этим не поделаешь. Она же живая. До сих пор.

И вот, они шли и шли куда-то по джунглям.

— Митяй, а ты точно уверен, что он по катеру шарахнул? — Спросила Тася. — Может, где-нибудь рядом?

— Точно. Дым был с серебристым отливом. Такой бывает только когда двигатель катера взрывается.

— А может, двигатель сам взорвался? А Саблезуб ни при чём?

— Двигатель не взрывается просто так.

— Точно?

— Точнее некуда. Никогда не бывает так, чтобы двигатель стоял, стоял — и вдруг взорвался. Это невозможно.

Митяй вздохнул и остановился. Платформа, как водится, за ним.

— Давай поменяемся? — Снова предложила Тася. Ей прямо неловко было, что она продолжает сидеть, пока Митяй скачет как сайгак или лазает как обезьяна по этим дебрям.

— Спасибо, но мы просто сделаем привал. Уже можно.

Митяй хмуро посмотрел в сторону взрыва. Дыма давно уже не было видно, но они всё равно раз за разом оглядывались. Там ведь был катер… а теперь нет.

— А он же нас ищет? — Почему-то шёпотом спросила Тася, прижимая рюкзак и передатчик к груди. Так, в обнимку с полезными предметами, она чувствовала себя более уверенно.

— Думаю, ищет.

— Я не понимаю, почему с его возможностями он нас ещё не нашёл!

— Хороший вопрос. — Митяй задумчиво посмотрел на неё. — Я как-то подумал — возможно, ему мешает твой друг.

— Какой?

— Твой маленький дрон, который презентовал тебе это. — Митяй указал на оранжевую кнопку, к которой Тася настолько привыкла, что перестала замечать.

— Думаешь?

— Вполне вероятно.

— Но ведь это просто дрон! Он не может думать… как он мог мне помочь?

— Ты же говорила про игры. Возможно, он помогает тебе играть. Ты же хотела быть незаметной?

— Да.

— Чтобы тебя никто не нашёл?

— Хотела.

— Возможно, поэтому Саблезуб тебя и не нашёл.

Тася вздохнула. Всё могло быть, конечно. В любом случае — не нашёл, и хорошо. И прекрасно!

Митяй тем временем ещё разок взглянул в сторону, где остался катер и вздохнул.

— Давай всё-таки сделаем привал.

Дальше он привычно очистил ровный участок земли, и Тася ему помогала. Потом разложил палатку. Она подумала, что Митяй был прав, когда собирал свой рюкзак, забивая его доверху, иначе остались бы они тут без ничего… Жутко даже представлять.

А Папаша… Папашу жалко до слёз! Он был такой милый…

Тася хлюпнула носом.

— Ну ты что?

Митяй вдруг моргнул, как маленький ребёнок, который растерялся.

— Папашу жалко. — Сдавленно прошептала Тася.

— Папашу?!

— Да. Он так вкусно готовил!

Митяй вздохнул с облегчением и отвернулся, но Тася заметила, что он с трудом сдерживает смех.

Спустя пару минут она успокоилась. Чего уж там, главное, руки-ноги на месте, а с едой они как-нибудь разберутся. Там более что у них теперь имеется передатчик! Прямой путь на корабль, где наверняка тоже имеется Папаша! Может даже лучше, чем был! О! От этой мысли Тася буквально воспряла!

Оставалось надеяться, что Митяй не станет тянуть со связью.

Он и не стал. Стоило установить палатку, как Митяй сразу достал и включил передатчик. И тот заработал! Раскрылся прозрачный экран, к которому Тася уже привыкла и на нём замигал отпечаток пальца. Митяй отшатнулся.

— Наверное, твой. — Подсказала Тася.

— Мой что? — Тот, кажется, не понимал, чего от него требуется.

— Отпечаток пальца. Чтобы подтвердить, что аппаратом будешь пользоваться именно ты. Надо прислонить палец, чтобы доказать, что это ты.

— Какая древняя технология. — Митяй прижал палец к экрану, раздался писк и тут же включилось видео. На нём хорошо было видно двоих людей, за плечами которых стояло ещё несколько. Все смотрели в камеру так пристально, что Тася сразу поняла — они действительно волнуются. Разные лица, разные люди… очень интересные. Чем-то неуловимым они напомнили Тасю ту единственную компанию, которой она дорожила и о которой вспоминала с теплом. Кажется, у Митяя есть настоящие друзья.

— Я знаю, что ты получил посылку. — Сказал парень, который сидел впереди. Тася сразу его раскусила — такими бывают только заучки. Бледный, тощий и нервный. Но всё равно симпатичный. — Я закончил приёмник. Он настроен только на нас. Это и хорошо, и плохо. Хорошо — его волну сложно вычислить и прослушать. Плохо — волна дольше идёт, потому что ищет именно нас, а не любой подходящий приёмник.

Митяй внимательно слушал, не отводил взгляда. Он так смотрел на них на всех… Тася даже позавидовала. На неё так никто не смотрел. Разве что немного похоже брат, но у него прямо на лбу написано, что он псих, так что не считается.

— Пользоваться передатчиком очень просто. — Продолжал парень. — Подтверждаешь отпечатком приказ и передаёшь на словах всё, что хочешь.

После этих слов парень замолчал и уставился на сидящего рядом. Этот, второй, был явно старше, и он явно был здесь главным. Тасю даже мурашки пробрали, когда тот нахмурился и еле заметно подался к камере. Зазвучал глубокий приятный голос, который странным образом успокаивал. Казалось, этот человек может всё и раз он сказал — не дрейфь — опасности действительно нет.

— Митяй, мы на краю системы. Мы нашли астероид, который притянуло из открытой части космоса и теперь он кружится, как спутник солнца. На астероиде есть жилой перевалочный корпус. Мы смогли восстановить работоспособность корпуса и заселиться. Мы не можем улететь, пока ты на Чернышке. Ждём сообщения. Что с девушкой, как ты, какой план. Мы можем вылететь, как только скажешь. Здесь, на базе, мы нашли странные упоминания о некой расе… хотя сейчас тебя не стоит этим всем грузить. Но в общем… возможно, мы нашли способ стать невидимыми для наблюдателей Саблезуба. Так что за нас не бойся. Держись.

— Ждём ответа! — Сказала какая-то высокая девушка, наклонившись и положив руку на плечо мужчины.

Запись прервалась. Митяй развернулся к Тасе, но глаза его всё ещё смотрели мимо.

— Это ведь хорошо? Твои друзья в порядке! — Сказала Тася.

— Да. — Митяй очнулся. — Всё отлично.

— И остаётся только отправить просьбу нас забрать и дождаться, пока сигнал их найдёт?

— Да. Если они в пределах системы, сигнал найдёт их быстро. — Митяй протянул руку к передатчику и выбрал на экране иконку письма. Тут же потребовалось подтверждение отпечатком, которое он дал.

Митяй не просил держаться её подальше и вообще никак не намекал, что желает остаться в одиночестве, но Тася сама отошла и села в уголок палатки. Во-первых, она с этими людьми не знакома, чего лезть на рожон. Во-вторых, возможно, Митяй хочет сказать им что-нибудь, не предназначенное для посторонних ушей.

И всё же она слышала, что сказал Митяй.

— Привет, рад, что у вас всё в порядке. У меня тоже. Девушку зовут Тася, она со мной. Саблезуб подорвал катер, подняться с поверхности планеты на орбиту мы не сможем. Будем ждать вас внизу. Мы сейчас в джунглях, но тут не останемся, пойдём в сторону Изумрудных луж. Саблезуб сидит под землёй в центре спирали и, похоже, у него совсем вскипел мозг. Он частично разбомбил джунгли снарядами эквивалентными по мощности ракетам АТР-12. Жду инструкций.

Митяй отключился. Тася вытянула шею и увидела, как конверт на экране мигает… потом улетает. Почта ушла.

— Ну вот и всё. — Сказал Митяй. — Осталось всего-ничего. Дождаться помощи.

Отдыхали они недолго — не могли себе позволить. Митяй не говорил вслух, но Тася и сама догадалась, что Саблезуб непредсказуем, возможно, он уже прочёсывает джунгли. В какой они стороне, Саблезуб может и не знает, но рыскать наугад ему никто не запретит, так что они могут пересечься чисто случайно.

Брат на его месте так бы и сделал — обыскивал бы каждый куст, без сна и отдыха.

— Платформу придётся оставить. — Сказал Митяй, когда они уже собрались.

— Как оставить? — Тася ушам своим не верила. — Как это оставить? Ну уж нет!

— Всё равно там заряд скоро закончится. — С сожалением пояснил Митяй. — И зарядить мы её не сможем. Ну, протянет несколько часов…

— Сколько протянет — столько и будет лететь! — Непреклонным тоном заявила Тася. — Я её не оставлю.

— Ну, как хочешь.

Тася погладила платформу, как будто та была живой.

— А если я на ней поеду, зарядка быстрей сядет?

— Да.

— Тогда не поеду. Пойду пешком.

Он лишь улыбнулся.

И вот они снова полезли в какие-то дебри, а платформа с вещами плыла за ними следом.

Теперь Митяй не шёл напрямик, как обычно, а выбирал путь по какой-то траве, под которой, по его словам, всегда ровная почва. Но из-за этого они кружили и петляли… но всё равно довольно бодро продвигались вперёд.

— Так куда мы идём? — Уточнила Тася на привале. Она с тревогой поглядывала на платформу, но та всё ещё была с ними.

— Мы выходим из джунглей. Уберёмся подальше от Саблезуба и от взрывов. Причин оставаться в джунглях у нас нет, ждать катер с Валенсии лучше в безопасном месте. А платформа… когда начнёт садиться батарейка, загорятся оранжевые огоньки по бокам. А когда она уже сядет, будут красные. Пока их нет, всё в порядке.

Тася вздохнула. Платформу было жаль.

— А что там, за джунглями?

— Равнина. Редкий лес. — Митяй пожал плечами. — Много чего. Если успеем, дойдём до катера, на котором мы сюда упали. Интересно, что с ним стало… Но мы вряд ли успеем, туда идти, наверное, месяц.

— Месяц?! Идти? — Ужаснулась Тася. — Да я и три дня не смогу идти. Это… постоянно что ли? Каждый день идти?

— Это постоянно. — Кивнул Митяй. — Каждый день.

— А может, долетим как-нибудь?

— А ты умеешь летать? — Он задрал одну бровь.

— А ты умеешь шутить? — Пробурчала Тася, складывая руки на груди.

Итак, другого выхода не было. Тася вздыхала, но ничего не придумала. Митяй сказал — надо идти, а врать он не станет. Она и сама, честно говоря, так думала. Ну, что лучше идти, раз лететь они не могут. От таких как Саблезуб следует бежать далеко и быстро. Каким угодно способом. Да и посмотреть хотелось, что там, за джунглями. Когда ещё окажешься на необитаемой планете?

А идти… ну они же не спринт на скорость бегут, в конце концов. Устанут — будут отдыхать.

— Ладно. — Со вздохом согласилась Тася. — Надо, значит, надо.

И они пошли.

Первая ночь наступила даже неожиданно. Просто они снова шли, для разнообразия — по стволу джунгабаса, и вдруг начало темнеть.

Они даже не разговаривали, а молча, уже по привычке, нашли место для привала, разгребли траву и грибы, поставили палатку. Всё чётко и слаженно, будто годами так делали.

Управились так быстро, что даже успели искупаться. В джунглях купание происходило в небольших по площади, но глубоких лужах, где скапливалась дождевая вода или вода из подземного источника. Они встречались довольно часто, что Тасю радовало. Ходить потной и вонючей ей, конечно же, не хотелось.

Купались они в белье, но оно, по мнению Таси, от купальных костюмов ничем не отличалось. А по рассказам Митяя, так в современном обществе всем на это давно начхать. Не голые — и ладно.

Сохло бельё и одежда быстро, потому что вся она шилась из особенной ткани, которая не мялась, не пачкалась и плохо намокала. В общем, их поход больше напоминал туристическую прогулку, чем бегство.

Рассвет Тася тоже не пропустила — как только открыла глаза, сразу полезла наружу.

И снова те же невероятные цвета… та же волшебная тишина. Сердце щемило от нежности и восторга.

Как же он мог уничтожать такую красоту? Саблезуб? Да он совсем без жалости! Ведь один такой ствол джунгабаса — по сути целый микромир. Там свои жители, свои дома, целая система обмена веществами. Множество разновидностей симбиоза. И всё это погибнет.

Нет, она этого не понимала. С другой стороны, она и брата не понимала, но не сказать, чтобы это его особо расстраивало или могло остановить.

И следующий день прошёл быстро. А вот к вечеру Тася вымоталась.

Они остановились на ночёвку заранее. Плотно поужинали, молча устроились на грибах. Чем Тасе нравились местные грибы, так это своей формой и упругостью. На них можно было лечь в любой позе, какая только взбредёт в голову! Она пробовала. Хоть ноги кренделем сворачивай, а руку за спину — всё равно найдётся грибная поляна, где ты устроишься с комфортом.

В этот раз они встали лагерем в очень красивом месте — тут было что-то вроде обзорной площадки, на высоте, а дальше джунгли резко уходили вниз. Получалось, что они находились на вершине холма. В общем, вид превосходный, Тася улеглась на грибы и с удовольствием смотрела, как внизу шумят джунгли. Всё равно смотреть больше было не на что, ни телевизора, ни телефона, а глазеть безотрывно на Митяя она тоже не могла. Как бы она это объяснила?

И вот Тася валялась на грибах и думала о жизни.

Платформа лежала неподалёку. Как раз перед тем, как остановиться на ночёвку, огоньки вдоль её боков засветились бледным оранжевым светом. Скорее всего, именно это и повлияло на настроение Таси. Она чуть не разрыдалась. Платформа ей так нравилась… даже, наверное, больше Папаши! А огоньки значили, что вскоре её надо будет бросить в лесу. Совсем одну… Ну, до идиотизма, конечно, не доходило, Тася ещё была в своём уме и прекрасно понимала, что это просто машина. А она просто слишком сильно к ней привязалась, потому что она… ну, просто привязчивая. И может, чувствует себя не такой одинокой, когда поблизости есть нечто милое, имитирующее поведение живого существа.

Митяй её не доставал. Молчал о чём-то своём, валялся неподалёку и смотрел в небо.

Когда начало темнеть, они перебрались ближе в палатке, зажгли огонь и решили выпить перед сном чаю. Вскоре Тася грела о свою кружку руки, и Митяй сидел рядом, смотря в огонь.

Говорить вроде и не хотелось, но и молчать было как-то неловко.

— Как ты не побоялся… совсем один прилететь сюда за девушкой? — Спросила Тася. — Тут же никого, кроме этого вашего безумного Саблезуба.

Тот ответил не сразу.

— Мне проще одному. Я не очень люблю людей.

— Правда? — Тася на самом деле удивилась. — Но ты путешествуешь в команде, у тебя много друзей… Почему ты одиночка? Как такое вообще может быть?

— Просто я вырос в изоляции. — Сказал Митяй, невозмутимо заглядывая в свою кружку с чаем. — От людей.

И так спокойно сказал! Тася вообще заметила, что они сильно отличаются по темпераменту. Она — будто вулкан, так и пышет эмоциями, а Митяй ровный и невозмутимый, как айсберг. И ещё удивилась тому, что её это не раздражает. И его, похоже, тоже. А вот тот её парень, в которого Тася была влюблена… тот был такой же впечатлительный, как она сама. Чуть что так: «Ох!» да «Ах!». Они вместе были этакие восторженные дурачки, от всего подряд балдели и до потолка прыгали.

Непонятно только, к чему это она вспомнила.

— А как это — в изоляции? — Спросила Тася. В её время не было никакой такой особой изоляции. Ну, сидела она временами дома, с братом, но всё равно же людей видела. Ну, ещё пару раз все сидели дома в эпидемию гриппа, но и это всего на пару месяцев. Он же, наверное, про что-то другое?

— Это значит — отдельно от общества, в небольшом закрытом социуме. — Ответил Митяй. Тася ничего не поняла, поэтому он вздохнул и продолжил. — Мой отец был поклонником старины. Он хотел стать великим воином, какие были раньше. Настолько великим, чтобы его запомнили на поколения вперёд. Так что мы с ним жили в одиночестве в глухом лесу.

— В землянке что ли? — Спросила Тася.

— Нет, конечно. — Митяя, кажется, озадачило такое предположение. — В обычном доме. Со всеми удобствами, если ты это имеешь в виду. В большом доме, у меня была отдельная комната. Даже сеть была. Все блага цивилизации… кроме людей. В остальном — полный отрыв от населённых пунктов. Доставка дронами, общение с людьми только по экрану, учёба дистанционная, экзамены в форме тестов. В общем, это не то же самое, что общаться с глазу на глаз.

Митяй замолчал.

— А дети? Ты не общался с ровесниками?

— Только по сети.

— Как грустно.

— Да ничего, я не помню, чтобы это меня особо расстраивало.

— И что вы делали? — Спросила Тася. В её голове уже сложилась картинка: бесконечные поля какой-нибудь картошки или клубники, которые они обрабатывали. А потом толкали как экологически чистый продукт. Или… во! Пчёлы! Пасека!

— Мы занимались военной борьбой. — Тем временем ответил Митяй.

— Погоди, чем?

— Борьбой.

— И у вас не было огорода?

Тот как-то странно покосился.

— Нет.

— А пчёлы? У вас были пчёлы?

— Нет, пчёл тоже не было.

Он немного помолчал и спросил:

— А должны были быть?

— Ну просто хотелось бы.

На это весьма странное заявление Митяй ответил улыбкой.

— Хотелось бы? Что это значит?

— Ну просто если уж жить у чёрта на куличках, то должен быть огород с клубникой и пчёлы! — Непреклонным тоном заявила Тася. Так, что сразу становилось понятно — на меньшее она не согласна!

— Должен быть? Огород? Но зачем?

— Как зачем? Выращивать свои овощи.

Митяй пожал плечами.

— Какой смысл выращивать свои овощи, если они доступны для покупки? Причём на автоматических фермах соблюдаются все существующие методы культивирования. Качество продукции там настолько высоко, что частнику невозможно к нему даже приблизиться. Так зачем мучиться самому, чтобы вырастить что-нибудь более худшего качества? А потом ещё и употреблять это в пищу?

— Ну, это просто приятно. В смысле, вырастить что-нибудь самому. Это хобби такое.

— А.

Митяй кивнул, но по лицу было видно, что ничего-то он не понял.

— Значит, ни огорода, ни пчёл. — Вздохнула Тася.

— А в твоё время ещё были пчёлы?

— В смысле? — Тася прям похолодела. — Что значит — в моё время? У вас что, нет пчёл?

— Есть, конечно. Но их очень мало. Они живут в заповедниках, на небольших территориях.

— А как они опыляют растения?

— Дроны опыляют. — Митяй снова улыбнулся, но уже не так весело. — Небольшие такие дроны. Заряжаются от солнца, автономно работают, десятилетиями. Даже мёд при необходимости могут собирать.

— А пчёлы?

— А пчёлы не везде могут жить.

— У вас на Земле ядовитая атмосфера? — Шёпотом спросила Тася.

— Нет. С чего ты взяла?

— Ну, а почему тогда пчёлы не могут жить везде?

— Из-за излучения. Очень много всяких видов и источников излучения, и оно везде, пронизывает Землю бессчётное количество раз.

— Да-а?

— Да.

Тася вздохнула.

— Тогда ладно.

— Слушай, а ты хочешь Землю увидеть?

— Спрашиваешь!

— Тебе будет интересно.

Тася фыркнула.

— Ещё бы! Кому бы на моём месте не было бы интересно?

— Люди разные. — Уклонился от ответа Митяй.

— Ладно. Так что дальше? — Тася устроилась поудобней. — Вы жили с отцом без огорода и всё время тренировались?

— Да, так и было. Всё время.

— И зачем? — Неизвестно кого спросила Тася. — А… и что, получается, вы всегда только вдвоём были? А твоя мама?

— Мамы у меня не было.

— Как так? — Тася с ужасом взглянула на него. — Ты что, иск… искусственный что ли? Ну, в пробирке рождённый?

— Ну у тебя и предположения. — Митяй откашлялся и постучал себя кулаком по груди. — Нет, конечно. Просто она хотела свободы… от всего, ну и отец меня забрал себе. Мама… я встречался с ней, когда вырос. Она немного не от мира сего. Но она человек.

— Ладно, извини. Кто его знает, что в ваше время существует.

— Да ничего. Я понимаю, что для тебя это всё как сказка звучит.

— Ну не всё, но многое. Так что, получается, вы всё твоё детство жили вдвоём? Ты даже людей живых не видел?

— Не совсем. У меня был учитель. Самый искусный воин из всех, кого я когда-либо видел. Лично видел.

— То есть лично? Ты же никого больше и не видел, только отца да его.

— Нет. — Терпению Митяя можно было только позавидовать. — По сети мы часто проводили тренировки с другими бойцами. Лично — это когда ты встречаешься с человеком, пусть даже в виртуальной комнате. Эффект погружения в ней такой, что по сути ты действительно вступаешь с ним во взаимодействие. С человеком, который существует на самом деле, пусть и живёт далеко. Но он живёт, понимаешь? Он не выдумка. Это касается и моего мастера. Легенды и фильмы — это одно, это просто художественный вымысел, а вот видеть такого человека прямо перед собой и знать, что он настоящий — совсем другое дело. Особое достижение — когда ты выходишь с ним на бой. Этого на моей памяти добились только несколько мастеров. Но это всё я потом узнал. А вначале просто слышал про него. После того моего триумфального турнира, он ко мне приехал. Это большая честь. Мне повезло, он не просто приехал на меня посмотреть. Он меня тренировал.

— Да ну! Расскажи.

Митяй молча посмотрел на неё. Тася уже думала — откажет. Но он вдруг кивнул.

— Впервые я его увидел, когда мне было тринадцать. К тому времени я уже выиграл свой первый турнир и был уверен, что крут. Что мне уже нечему учиться. Я и отца тогда уже легко побеждал. В общем, я был о себе высокого мнения.

Тася подняла брови, будто не верила услышанному, но промолчала.

— И вот отец сказал, что к нам придёт сосед. Он вроде как много лет жил неподалёку и практиковал свой боевой стиль, но мы не пересекались. Не знаю, почему. Потом я спрашивал отца — тот отвечал, что такие люди не совсем люди, живут в своём особенном мире и не любят оттуда выныривать.

— Как Саблезуб… — Оживилась Тася. — Он по сути тоже в каком-то своём мире живёт, да? О котором мы понятия не имеем?

— В каком-то смысле да. — Согласился Митяй. — И вот этот мужчина пришёл. Звали его как-то смешно. Фёдор, что ли. Имя стёрлось из памяти. Я давно зову его просто Мастер. А вот как он выглядел, я помню прекрасно. Ему было лет пятьдесят. Невысокий, худой, жилистый. Щёки впали, кожа загорелая, почти чёрная. Ну, я ведь думал, что сильнее всех. И когда он предложил его ударить, я ударил.

— Ударил? — Не удержалась от восклицания Тася.

— Конечно. Чтобы показать, что я не пустое место. Ему же уже полтинник, а во мне энергия бурлила так, что я на месте не мог устоять. Тебе что, тринадцать лет не было?

Тася вспомнила… в тринадцать у неё не было ничего, кроме брата и его чётких инструкций, которые она выполняла. Сказать что-нибудь против… да ей бы и в голову не пришло. И всё же в ней уже просыпалось нечто… протест, вера, что она не такая уж маленькая и слабая, как говорит брат.

— Было. — Уверенно ответила Тася.

— И вот, я ударил… и не попал. Как будто ударил мимо, промахнулся. А такого быть не могло. Я помню это своё удивление, как вчера случилось. Я нахмурился, убедился, что он стоит передо мной, и ударил снова.

— И промазал! — С восторгом воскликнула Тася.

— Да. Снова.

— И потом прыгал вокруг и пытался ударить? И так и не смог?

— Нет, не так. — Митяй улыбнулся. — Я остановился и стал думать. Я не видел, как он двигается. Но он двигался, уходил от моего удара. Вначале я, конечно, подумал, что он не живой. Проекция какая-нибудь. Я протянул руку и пощупал его.

Тася с восторгом ожидала каждого дальнейшего слова.

— Он был живой, тёплый. Рука у него была как камень.

— И потом?

— Потом я спросил, как он это делает. Он кивнул и сказал, что будет меня учить. Потому что я не просто бью, я умею думать. Ну, тогда я не думал, что это честь. Но слушал, конечно, он меня уже, что называется, купил. Он умел то, чего не умел я. И конечно, мастер мне показал, как уходил от удара. Медленно. Просто уплывал. Вся моя сила не имела смысла — он просто уходил от удара, ускользал. Тогда я понял, насколько был глуп.

— И он научил тебя тому, что знал?

— Научил. — С улыбкой кивнул Митяй.

— Покажи! — Тася вскочила и сжала кулаки. — Давай, я буду тебя бить, а ты уклоняйся.

— Ты серьёзно? — У него чуть глаза на лоб не полезли.

— Давай, давай, не трусь. Я не сильно.

Митяй некоторое время смотрел на неё, потом поднялся на ноги и мягко отступил на шаг назад.

Тася не тянула — чего тянуть? Она размахнулась и с громким воплем бросилась вперёд, на Митяя, одновременно размахивая руками, как мельница.

Конечно, ему даже и отходить не понадобилось, просто чуть-чуть отклониться. Если честно, кто угодно успел бы отклониться от подобной атаки.

Но Тася, конечно же, не собиралась так легко сдаваться. Она собиралась показать, что тоже на многое способна! Если не на всё!

И Тася продолжала нападать, с каждым разом она двигалась всё быстрее и била всё резче. Но и это не заставила Митяя хоть как-то напрячься.

В конце концов ему, похоже, надоело. В очередной бросок он не стал уклоняться, а что-то такое сделал… Тася не поняла, что именно, но она вдруг споткнулась и упала ему прямо на руки. Митяй подхватил её и тут же поставил обратно на ноги.

Тася задумалась.

— Ну ладно. — Сказала она. — Вынуждена признать, что ты не врёшь.

— А ты думала, я вру?

— Нет, конечно. — Тася тяжело вздохнула. — Просто это… это же так классно! То, что ты умеешь. Ты же крут, Митяй. Ты это понимаешь?

Он снова улыбнулся, и та-ак посмотрел.

— А у тебя есть девушка? — Спросила Тася.

Улыбка с его лица резво сползла.

— Нет.

— Никто не остался на Земле тебя ждать?

Он пожал плечами, мол, ответил же уже.

— А у тебя кто-нибудь остался там, в прошлом? Извини, если напомнил. — Спросил Митяй.

— Разве что брат. — Тася вздохнула. — Больше ни родных, ни друзей. А брат вот такой был… скотина он был, чего уж там. Хоть и брат. Будь у него власть, как у этого вашего Саблезуба, он показал бы всем, где раки зимуют! Всех бы построил! Уж он бы меня не упустил. И про тебя бы раньше узнал, чем ты ногой на его планету ступил. Ну, образно говоря.

— Ах вот оно что!

— Что?

— Да я всё думаю — почему ты так к Саблезубу спокойно относишься? Хотя его все опасаются, и не напрасно. А ты просто с таким уже сталкивалась.

— Сталкивалась… Много лет рядом жила. — Тася улыбнулась через силу. — Столько всего было, и не пересказать. Но мне всё равно жаль, что его больше нет. Всё-таки брат.

— Понимаю.

— А я не понимаю, как он меня отпустил. Он же… скорее позволил бы мне умереть. Нет, я допускаю, что он хотел меня заморозить. Но только чтобы хранить у себя в кладовке. Чтобы я точно никуда больше не сбежала. А куда-то отправлять меня в дальний космос… Это всё так странно.

— Возможно, на Земле мы сможем найти какую-нибудь информацию о том, что именно с тобой произошло.

— А как? — Тася уставилась на него, как на последнюю надежду.

— Ну, когда родственников погружали в анабиоз, всегда оставляли им какое-нибудь послание. Памятные вещи… не знаю. Вернёмся — проверим. Возможно, брат тебе что-нибудь оставил. Может, что-то станет понятно.

— Вот теперь я хочу вернуться ещё больше. — Вздохнула Тася.

Они немного помолчали, говорить больше никому не хотелось.

Вскоре они ушли спать.

Глава 6. Лодка

Утром Тасе пришлось распрощаться с платформой. Та даже не включилась, мигнула только пару раз красными огоньками и умерла.

Тася стояла над ней и вздыхала. Там её и застал Митяй. Подошёл, хрустя листьями.

— Не грусти. Она прожила долгую, хорошую жизнь. Принесла много пользы. Её любили и будут помнить, хотя она больше и не с нами.

Тася взглянула на него с укоризной, но не выдержала и рассмеялась.

— Ладно, ладно. Если ты обещаешь её помнить и похоронить с почестями, я обещаю не рыдать и не причитать ближайшие три дня.

— Три дня? — Ужаснулся Митяй. А потом ещё больше. — Похоронить?!

— Ну не можем же мы её просто бросить здесь вот так — как какой-то ненужный хлам!

— А что ты предлагаешь?

В его голосе прорезался интерес. Тася взглянула на него и подумала, что он как-то ожил. Глаза горят, улыбка мягкая. Какой-то более открытый. Он стал ещё лучше. Тася вздохнула — кажется, она вот-вот влюбится.

А почему бы и нет? Она пятьсот лет пролежала в коробке, как мороженая селёдка! Пятьсот лет провела впустую! Имеет право наслаждаться жизнью. Тем более, неизвестно, сколько там этой жизни осталось.

— Предлагаю хотя бы забросать её листьями. Чтобы никто не нашёл.

— Это ладно.

И вот они забросали неподвижную платформу сухой листвой и мхом, Тася сорвала пару ярких грибов и положила сверху вместо памятника. Получилось мило.

А потом они снова пошли вперёд. Теперь, когда платформы не было, Тасе приходилось самой тащить передатчик. А он был неудобным — что-то вроде лампы с тяжёлым основанием и острым верхом. Хорошо хоть не в руках тащить приходилось — Митяй сделал ей что-то вроде рюкзака. Из сока листьев, очень вонючего. Но зато получился кусок резины, которую он разрезал на части и связал. И вот он, пожалуйста — рюкзак с лямками, чтобы вешать на спину. Удобно.

Так они и шли. Два дня пролетели быстро и скучно, и они всё шли, шли. И… вышли из джунглей. Причём резко. Вот ещё ствол джунгабаса, со всех сторон обросший грибами, а стоило его обойти, как впереди уже просто лес с открытым небом.

— Это как? — Спросила Тася, показывая вперёд. — Это что? Ты же сказал — месяц.

— Это не знаю как. — Митяй нахмурился, огляделся. И слева, и справа — джунгли были везде, и заканчивались так же резко. При этом граница была ровной — ни обломков, ни следов пожара. Как будто джунгли сами вдруг решили перестать дальше разрастаться.

Митяй покачал головой.

— Кажется, они стали меньше по площади.

— А сверху разве не видно?

— Откуда?

— Ну, вы же сверху смотрели на планету? Перед тем как сесть.

— Я смотрел, конечно… Но не обратил внимания. Много других, знаешь ли, забот было.

Тася снова посмотрела вперёд.

— И что теперь?

— Да ничего. Пойдём дальше.

Собственно, другого варианта не было, поэтому они передохнули и пошли дальше.

Тася надеялась, что в обычном лесу идти будет легче, и, в общем, так и случилось. Или это после прыжков по джунгабасам показалось. А вот что ей не понравилось — так это грибы. Колонии разноцветных огромных грибов — они исчезли.

— А тут не будет грибов? — Спросила она, когда пришло время устраиваться на ночёвку.

— Почему не будет? Будут. Но не такие огромные, конечно. Здесь другие грибы, больше похожие на земные.

Тася расстроилась, но признаваться в этом не спешила. У Митяя, похоже, и без того было над чем подумать. Он не сказал, но этот момент, ну, что джунгли стали гораздо меньше по площади, его немало встревожил. Теперь он часто смотрел на небо, как будто хотел увидеть там того, кто за все эти происшествия несёт ответственность.

— Может, планета стала меньше? — Пошутила Тася утром, когда они собирались выходить. — Сжалась в размерах? И мы придём к Лужам уже завтра?

— Не стал бы на это рассчитывать. — Ответил Митяй, но всё же улыбнулся.

Ответа от его команды до сих пор не было. Они знали, что когда передатчик получит послание, сработает звуковая команда и загорится крошечный огонёк на верхушке прибора. Знали, но всё равно постоянно проверяли, не пропустили ли его.

Этим днём они вышли к первой речке, которую увидела на планете Тася. Широкая, мелкая, с прозрачной водой — она издалека пахла свежестью. Берега заросли огромными растениями, похожими на лопухи. Сама речка выглядела зелёной, но не противно-зелёной, какой бывает, когда вода протухла, а прозрачно-зелёной, как в бассейне.

В общем, она звала и манила.

— Ух ты. — Сказала Тася. — Здесь же можно купаться?

— Да.

— И никаких пиявок в воде?

— Пиявок не встречал. — Ответил Митяй.

В общем, Тася тут же воспользовалась моментом и плескалась в этой речке часа два. Мелковато, конечно, не поныряешь, но куда ей выбирать, после пяти-то веков в анабиозе? Зато здесь можно просто лежать, как в спа-салоне. И водные процедуры тебе, и массаж.

Она валялась на камнях прямо посреди течения, довольная, как тюлень. Митяй, насмотревшись на это, присоединился.

Отдыхать было здорово, но всё же пришлось идти дальше.

Пейзаж всё время менялся. Когда джунгли со своими огромными джунбагасами остались далеко позади, впереди показались горы, похожие на пеньки. Великанские такие пеньки, разбросанные по левую сторону от них. По правую была просто равнина.

Когда они шли, то от скуки часто болтали обо всём подряд.

— Что это такое? — Тася ткнула в ближайший пенёк пальцем.

— Польщён, что ты спросила. Вероятно, ты думаешь, что я знаю.

— И это твой ответ?

— Какой есть.

Тасе нравилось с ним болтать. В последнее время Митяй как-то ожил, стал более общительным и легко шёл на контакт. Благодаря его компании у Таси всё чаще складывалось впечатление, что они путешествуют не потому, что другого выхода нет, а просто ради удовольствия.

И вот они шли и болтали о чём придётся. Вокруг высились пучки высокой колючей травы с них ростом, бледной, почти белой. Изредка из этой травы торчали невысокие деревья с ветками, похожими на огромные когтистые лапы. Светило солнце. Мимо то и дело проносились местные птички. Кажется, Тася рассказывала очередную историю из своей современности, потому что Митяю нравилось такие истории слушать. Он постоянно удивлялся. Например, существованию микроволновки, которая только и умеет, что пищу греть. И вот она говорила… и снова раздался грохот. Но не такой, как прежде. Гул появился, как глухой гром из-за горизонта, и стал стремительно нарастать. Всего за несколько секунд он дорос до какой-то невообразимой высоты и тогда уж грохнул так грохнул! Будто прямо по голове шарахнул! Будто небо над ними взяло и раскололось пополам!

Ближайший пенёк сложился, как бумажный — и исчез.

— ЛОЖИСЬ!

Митяй буквально сбил Тасю с ног. Над ними тут же пронеслась волна воздуха, такая резкая, что Тасе показалось — там пролетело огромное лезвие, срезая всё, что попалось ему по пути. На спину и голову посыпались сорванные листья, ветки, трава.

— Быстрее!

Митяй вскочил, Тася, шатаясь, за ним. Вокруг словно всё выкосило огромным триммером — такая же мешанина зелени и терпкий запах травяного сока.

От пенька… вернее, от места, где прежде высился пенёк, к ним ползло густое облако пыли. Оно словно распухало, становилось всё больше и злее. Выглядело угрожающе.

Митяй уже вытащил палатку, бросил её на более-менее ровное место.

— Быстрее залезай внутрь!

Уговаривать Тасю не пришлось. Это облако, которое к ним ползло… стремительно надвигалось — оно задушит. Это даже ей было понятно.

Тася запрыгнула в палатку, Митяй следом, потом он закрыл вход на молнию.

И сразу же по поверхности палатки застучало. Как по стеклу мелкими камешками.

Порывы ветра бросали в неё горстями песок и землю, иногда в палатку врезался такой большой осколок, что Тася видела, как ткань прогибается и принимает форму осколка. Но, к счастью, она не рвалась.

— Палатка усиленная, противоударная, с функцией фильтрования воздуха. — Успокоил Митяй.

— Слаба Богу!

Стук продолжался. Стало как-то темно, будто ночь наступила. В воздухе появился неприятный запах. Даже если фильтры работали, то не так хорошо, как хотелось бы. Тася пересела поближе к Митяю. Она не устала, не хотелось ни спать, ни валяться. Просто было как-то не по себе. Как-то тревожно. Да и поверхность под палаткой была неровной, времени выбирать ровную у них просто не было.

На улице продолжал шуметь ветер.

— Митяй, что это было? Это… это пенёк взорвался?

— Да. — Уверенно ответил он.

— Но… в джунглях Саблезуб взрывал гораздо меньшие бомбы. А эта… — Тася сглотнула. — Это же бомба-монстр. Бомба-убийца всего живого.

— Мощность у неё и правда запредельная, но это хотя бы не ядерная.

— Но… зачем? — Тася вонзила руку в свои волосы и схватилась за них. — Зачем он это делает?

— Кто?

— Саблезуб! Сравнять с землёй целую скалу? Я не понимаю.

Тася трясла головой, и никак не могла остановиться. Потом её в голову пришла ещё одна, не менее жуткая мысль.

— Он что, знает, где мы?

Митяй думал. Тася, впрочем, не ждала ответа. Она была слишком испугана. А Митяй сидел, наклонив голову и смотрел в одну точку. И молчал.

Тасе надоело слушать этот скрежет и звук песка, который сыпется на них сверху, она не сдержалась и прижалась к Митяю плечом. Когда чувствуешь кого-то живого, становится не очень страшно.

— Я ничего не понимаю. — Рассеяно повторила Тася. — Как можно просто взять и взорвать целую гору? Зачем?

Её голос звучал тихо и жалко. Но одновременно Тася была чрезвычайно рада, что проходит через это всё не одна. Кто-то живой, с горячей кровью — этот кто-то не давал ей окончательно запаниковать.

Засыпало их минут семь. Потом порывы ветра стихли и звук песка пропал.

Они выждали ещё несколько минут.

— Можно выходить. — Наконец, сказал Митяй.

Он пошёл первым. Осторожно открыл молнию, но не до конца. И правильно — примерно на высоте колена в палатку стал сыпаться песок и гравий, которыми их замело снаружи. Из палатки пришлось вылезать вверх.

Тася огляделась. В воздухе всё ещё висело много пыли, поэтому горло першило. Она пару раз чихнула, но потом вроде бы привыкла. Видимость тоже оставалась, как в тумане.

Палатку частично засыпало… как и всё вокруг. Ни травы, ни кустов, от деревьев остались одни сломанные и покорёженные стволы. Толстым слоем это всё покрывала белесая пыль и гравий. Повсюду, куда только достигал взгляд Таси. Зрелище было жутким.

— Это на самом деле происходит?

Тася с трудом разглядела на горизонте другие пеньки. Те были целы. Взорвался только ближайший.

— Тася. — Митяй вдруг взглянул на неё, и этот взгляд показался ей каким-то пугающим.

— Что?

— Думаю, тебе нужно нажать на твою оранжевую кнопку.

Тасина рука тут же нащупала и сжала кнопку — подарок дрона.

— Почему?

— Это не Саблезуб.

Митяй еле дёрнул подбородком, но сразу стало понятно, о чём он. Скалу разрушил не Саблезуб. Тасе тоже такая мысль в голову приходила, ведь даже учитывая все возможности Саблезуба и его отсутствующую башню… но это всё-таки перебор в бессмысленности.

— А кто? — Шёпотом спросила она.

— Судя по моей информации, местные жители… они иногда переделывают поверхность планеты. То, что произошло, хорошо в этот вариант укладывается. Кто-то из местных жителей решил переделать ландшафт. И он будет сейчас тут что-то строить. Мы не знаем, на какой площади.

— Но зачем звать дрона?

— Потому что этот… строитель — он не знает, что мы где-то тут. Он смахнёт нас как муравьёв и не заметит. Понимаешь? Он может продолжать взрывать, пока не снесёт все эти горы. Может, сравняет всё к чёрту, как ровную тарелку. Может, захочет сделать тут океан… котлован. Мы не знаем его планов. Но мы сейчас в опасности, и эта опасность больше, чем будет, если открыть своё местонахождение Саблезубу.

— Поняла.

Тася не стала спорить. Да и с чем тут спорить? Она просто представила… если Саблезубу для игр выдали возможность крушить и ломать, стрелять в корабли… то что могут сами местные?

— Сейчас? — спросила Тася.

— Да.

— А ты?

— Я, пожалуй, спрячусь. Там как пойдёт. Не тяни.

Митяй напоследок огляделся и нырнул обратно в палатку.

Тася глубоко вздохнула и приготовилась к неприятностям. Хотя ещё неизвестно, что произойдёт. Может, вообще ничего. Может, они ушли слишком далеко от джунглей и кнопка вовсе не сработает.

Но чего тут думать?

Тася содрала защитный пластырь и нажала на кнопку.

Ничего не случилось. Но это понятно, по логике сразу ничего и не должно случиться. Тася опустила руку и стала ждать, одновременно прислушиваясь к звукам. Если шарахнет очередной пенёк, надо успеть спрятаться.

К счастью, все горы оставались на месте. А дрона не было. Но ведь из ничего соткаться дрон не мог, значит, он прилетит.

Она не ошиблась. Не прошло и двух минут, как что-то засвистело и со стороны джунглей к Тасе стремительно приблизился какой-то объект. То, что это дрон, Тася поняла сразу, но не поняла, как он это сделал. Скорость была запредельной! Кажется, он даже след оставлял, будто воздух за ним плавился.

И он мгновенно остановился, прямо напротив неё. Тася покачала головой — здорово!

Потом дрон как-то развернулся, раскрылся, выпустил наружу руки и включил лицо. Глаза моргнули, губы растянулись в улыбке.

— Девочка. Здравствуй.

— Привет, дрон.

— Чем я могу помочь?

Эх, научи меня летать с такой же скоростью, подумала Тася. Но просить, конечно, не стала.

— Тут взрывают скалы. — Она показала на место, где был пенёк, а теперь от него ничего не осталось.

— Проверяю.

Он замигал. Долго.

— Я боюсь, что меня взорвут! — Торопливо добавила Тася, потому что ей показалось — дрон завис и вообще не собирается отвечать.

— Я сверился. — Бодро ответил тот. — Здесь меняется природная зона.

— А я?

Он снова помигал.

— А где мальчик? — Вдруг спросил.

— Кто?

— С тобой был мальчик. Я направил тебя к нему, потому что ты пожелала играть с кем-нибудь другим. Это был единственный вариант.

— А, понятно. Здесь он. Мальчик, выходи. — Захихикала Тася.

Ну, скрываться смысла действительно больше не было и Митяй вылез из палатки.

Дрон вдруг включил жёлтые лучи и просканировал их.

— Эй! — Возмутилась Тася. — Ты что делаешь? Я не разрешала себя сканировать.

— Проведена проверка здоровья.

— И что? Мы здоровы? — Спросил Митяй, а сам в это время с интересом уставился на Тасю.

— Вы здоровы. Провожу подготовку к направлению запроса по корректировке местности. Запрет на изменение. В зоне дети.

— Стой, стой, стой! — Митяй быстро поднял руку. — Объясни, что ты хочешь делать.

— Я должен сообщить строителю, что в зоне дети. Изменение природной зоны будет остановлено.

— Подожди. — Митяй снова поднял руку, будто так действительно можно было его остановить. — Мы не хотим, чтобы о нас знали.

— Игра в прятки? — После паузы спросил дрон.

— Да! — Тася радостно закивала. — Мы просто хотим, чтобы нас случайно не убили. Но чтобы про нас никто не знал.

Дрон молчал и мигал.

— Это возможно? — Вздохнул Митяй. Ему, конечно же, как и Тасе, совсем не хотелось светиться. Ни перед Саблезубом, ни перед местными жителями.

— Это возможно. — Ответил дрон. — Ищу варианты.

— Ой, как здорово! — Тася сжала руки на груди. — А можно… можно нам какую-нибудь ракету? Невидимую? Чтобы мы летали быстро-быстро, а нас никто не видел? Надоело ходить…

Митяй изумлённо глянул на неё, но Тася была непреклонна. Ракету — и не меньше!

— Я приведу лодку. — Сказал дрон. — Лодку система локации не отслеживает. О ваших передвижениях никто не узнает.

— Лодку? — Тася собиралась возразить. — Что за лодку? Что с ней делать?

— Просто подождём и посмотрим. — Остановил её протест Митяй.

— Направляю запрос на перерыв в строительстве. — Снова начал дрон.

— Мы же договорились. — Встревожилась Тася.

— Я обязан это сделать. Я не буду уточнять, каких детей это касается.

— Ты так говоришь, будто нас тут много. — Тася покачала головой. — Если Саблезуб в своём убежище, то тут могу быть только я. Верно?

— Запрос на перерыв отправлен. — Сообщил дрон. — Строительство приостановлено на час.

Тася сдулась. Он совсем не слушается!

— А как ты определяешь детей? — Вдруг спросил Митяй.

— По биологическому возрасту.

Митяй и Тася переглянулись. Тасе было двадцать четыре года и она думала, Митяю не меньше. Но дрон считает их детьми? Значит, для их расы это детский возраст? Ну, почему бы и нет… Может, они по тысяче лет живут.

— Кем ты создан? — Спросил Митяй.

— Я создан хозяином.

— Он местный житель?

— Он житель планеты.

Митяй и Тася снова переглянулись. Житель планеты — это может быть кто угодно. Может, когда-то сюда занесло кого-то ещё. Как Саблезуба. Да как саму Тасю!

— Ты знаешь, кто его сделал? — Спросила шёпотом Тася. Дрон никак не реагировал, продолжал себе висеть в воздухе, еле покачиваясь.

— Он же сказал — местный житель.

— А может этот местный житель был когда-то как Саблезуб! Ну, который приезжий, а местным стал потом, когда тут какое-то время прожил. Я тоже, если забыл, как-то здесь оказалась. И сколько таких нас было, которые неизвестно откуда взялись?

Митяй вдруг такими глазами посмотрел на Тасю, что она даже смутилась.

— А ты права. Почему мы решили, что местный разум тут и зародился? Может быть он сложился из разных компонентов… из разных существ.

— Для чего тебя сделали? — Спросила Тася дрона.

— Меня создали для игры.

— Для какой?

— Для любой игры, в которую пожелает играть ребёнок.

— А в каких случаях ты не будешь играть? Есть ограничения? — Спросил Митяй.

— Ограничениями служит опасность для жизни или здоровья игрока.

— И всё остальное можно? — Спросила Тася.

— Всё остальное можно. — Скромно подтвердил дрон.

— А какие они, твои хозяева? Как они выглядят?

Тася с уважением взглянула на Митяя. Каков молодец! Ей почему-то и в голову не пришло расспрашивать об инопланетянах.

Впрочем, она рано радовалась.

— Отвечать на вопросы, не связанные с играми, я не буду.

Ну вот — коротко и обломно.

— Что насчёт радужной формы? Мы можем ею поиграть? — Не отставал Митяй.

А это что за форма такая? Тася при этом словосочетании в голову приходило лишь одно — та странная фигура, которая разговаривала с Саблезубом. Он про неё, что ли? Но что за форма?

— С формой детям играть запрещено.

Ну вот, она так и не поняла, что за форма, однако отказ всё равно расстроил.

Пока Тася вздыхала и мучилась любопытством, когда же прибудет лодка, и что оно такое, Митяй задавал дрону всякие каверзные вопросы, но тот держался и ничего интересного не раскрыл. Митяй даже выдохся и отвлёкся, чтобы собраться вещи. Вскоре они были готовы двигаться дальше.

Потом раздался свист и показался какой-то небольшой предмет, который летел к ним прямо у земли. Как платформа, которую пришлось бросить.

Когда он подлетел ближе, Тася поняла, что это действительно лодка! Настоящее каноэ. Даже, кажется, из дерева. Хотя плыло оно не по воде, а по воздуху.

Каноэ подплыло к ним и зависло на месте. Тася резво заглянула в него и сразу увидела, что это всё — таки другой аппарат, гораздо более современный.

Изнутри бока лодки были из какого-то серого материала явно искусственного происхождения. Сидения мягкие, рассчитанные на двух человек. Но главное — в каноэ был пульт управления.

— Лодка управляется джойстиком, скорость передвижения регулируется педалью. Также на панели вы найдете кнопку включения купола. — Начал дрон. — Лодка не отслеживается системой наблюдения. Есть вопросы?

— Она на зарядке? То есть, как её заряжать? — Быстро спросила Тася о самом важном.

— Лодка имеет альтернативную систему аккумуляторов и заряжается самостоятельно. Вам не нужно об этом беспокоиться.

— Это как? — Тася думала, хоть Митяй объяснит, но тот пожал плечами.

— Спасибо за помощь. — Сказал Митяй.

— Вам нужно что-нибудь ещё? — Спросил дрон.

— Ну… — Начала было Тася, но решила всё же не рисковать. Вдруг выпросит чего-нибудь такого, что сразу их раскроет. — Вроде бы нет.

— Вопросов тоже нет. — Поддержал Митяй. Видимо, после тех двух сотен вопросов, которые он задал и на которые не получил ответа, у него ни одного не осталось.

— Если помощь больше не нужна, я удаляюсь. В случае необходимости вы можете вызвать меня прежним способом.

Дрон сложился в клубок, как ёжик и улетел. Со свистом. Оставил за собой расплавленный воздух, по крайней мере, Тасе так показалось.

— Обалдеть! — Сказала Тася, щупая лодку. — Ты видел? Мы теперь можем лететь!

— Да, это нам повезло. — Митяй тоже заглянул в лодку, но, в отличие от Таси, не стал ждать, а тут же запрыгнул и уселся на переднее сиденье. Рюкзак сунул под ноги.

— Эй, а чего это ты за рулём? — Возмутилась Тася. — Может, я тоже хочу вести инопланетную лодку!

— А ты умеешь?

— А чего тут уметь? Дрон же сказал — джойстиком управляй, на педаль скорости дави. Как в машине.

— Ну ладно, садись.

Митяй спорить не стал, а просто перелез на заднее сиденье. Тася с победоносным видом уселась впереди. Управление и правда выглядело легче некуда. Кнопка с подписью «Старт», вторая с подписью «Стоп» по левую сторону от джойстика, и ещё одна «Купол» по правую.

Тася, недолго думая, нажала на «Старт». Но ничего не случилось, видимо, лодка уже была включена. Ну да, как-то же она приехала.

Тогда Тася нажала на «Купол». Интересно было, что там за купол такой.

Над головой сомкнулась прозрачная кабина, которая закрыла их в лодке. Тася толком не поняла, откуда она взялась, но, в общем, это не сильно её заботило. У купола была твёрдая, похожая на пластик поверхность и он надёжно защищал от внешнего мира.

— А зачем это? — Спросила она Митяя.

— Точно не знаю. Может, от ветра и мелкого мусора. На скорости они могут порезать.

— А-а-а…

После такого глубокомысленного ответа ничего больше не оставалось, кроме как лететь. Или плыть по воздуху, кто его разберёт.

Тася схватилась руками за джойстик, нажала на педаль… вжих… лодка рванула вперёд, да так быстро, что она ойкнула. Ногу с педали быстренько убрала. Но даже за это короткое время они успели улететь так далеко, что вокруг были совсем незнакомые завалы.

— Чего она так несётся-то? — Обиделась Тася.

— Дави не так сильно.

Тася оглянулась. Митяй жевал кусок гриба, запас которых тащил в рюкзаке еще из джунгабасов. Он часто их жевал, ему нравилось, хотя Тася пробовала и не поняла — как ему не противно, они же будто резина на вкус? Так вот, он жевал и был совершенно невозмутим. Хотя лодка, если честно, только чудом не врезалась носом в землю.

— Жаль, что здесь нет ремней безопасности.

— Вот именно. — Коротко ответил Митяй.

Тасе это безобидное заявление не очень понравилось, она отвернулась и снова схватилась за джойстик. Но на педаль давить стала гораздо легче.

Лодка качнулась и плавно полетела вперёд. Тася внимательно следила за тем, чтобы она не слишком сильно опускалась к земле, но и чтобы не слишком медленно плыла.

И неужели… неужели она любила Папашу и платформу? Не-ет, теперь у Таси появился новый фаворит! Такой потрясающей лодки не было ни у кого! Даже у брата! А у него имелась пара дорогущих машин, огромных, как корабли и страшных на вид.

Лодка скользила над ямами и камнями, над болотом и трещинами в земле, и, если надо, скользила очень-очень быстро. Разве что разворачивалась по большой траектории, но Тася поняла, что нужно просто перед разворотом сбрасывать скорость, тогда он не занимал много времени.

Спустя полчаса она управляла лодкой с виртуозной точностью. Только тогда почувствовала лёгкую усталость и остановилась.

— А куда дальше? Куда мы полетим? — Спросила Тася. Летать безо всякой цели ей надоело.

— К катеру, думаю. Только надо понять, где он.

— А там будет безопасно? Вдруг там тоже кто-нибудь горы равняет? Или, не знаю… решил пустыню нажарить себе.

— Думаю, этого мы больше можем не бояться.

— Почему?

— Да потому что на лодке наверняка маячок, чтобы видеть наши передвижения.

— Но как? Дрон же сказал…

— Ну и что, что сказал? Мы ведь для него просто дети. Забыла? Ты бы ребёнку всю правду говорила? Или промолчала бы о каких-то вещах, ради, например, их безопасности?

Тут и ответа не требовалось.

— Ну и ладно! — Сказала Тася. — Пусть следит, если он Саблезубу не растреплет. Он же не растреплет?

— Думаю, нет. Хотя, возможно, есть вариант обойти программу дрона. Если придумать какую-нибудь типа игру, где требуется что-то узнать и… но это непросто. Я так сразу ничего такого придумать не смогу. А ты?

— А я? — Тася посмотрела на него. Она правда старалась думать, напрягала мозг, как могла, но ничего не вышло. — И я не могу.

— Будем надеяться, что и Саблезуб не сможет. Хотя, конечно, его голова работает как-то иначе.

— Хочешь сказать, он умней?

— Ни в коем разе. Но он… другой. Он особенный. Мне не нравится это признавать, но это так. Особенным ведь можно быть не только в хорошую сторону.

— Это точно. — Тася вздохнула. — Ну и чёрт с ним! Не хочу больше про него говорить. Плевать мне на него. Куда нам лететь?

— Сейчас сориентируемся.

Митяй достал свой экран и занялся просмотром карты. Тасе стало скучно, она улеглась на кресло, ноги выставила наружу из лодки и любовалась небом. Как тут получаются такие крошечные, аккуратные тучки? Может, их специально делают? Она тут же представила себе квадратную пузатую машину с трубой, из которой вылетают одинаковые круглые тучки и вереницей поднимаются вверх, чтобы с удобством расположиться на голубом небе.

— Лететь надо туда. — Митяй показал рукой вправо. — Я бы оставил компас, но зарядка не вечная. Да и смысла нет, мы не можем определить, где находимся. Сейчас я примерно понял, где, только потому что джунгли недалеко. Но это изменение площади… Ладно, предлагаю сделать так — мы летим до Изумрудных Луж, а там уже точно сориентируемся.

— А что это за Изумрудные Лужи такие?

— Это океан… из луж.

— Как это?

— Увидишь.

— Ну ладно.

Тася уселась обратно в лодку и рванула в сторону, куда показал Митяй.

Нет, лететь на этой лодке ей определённо нравилось! Особенно когда началась такая странная местность… сразу и не опишешь. Тася специально остановилась, чтобы рассмотреть то, что под ногами. Вернее, под безопасным дном лодки. Трава была низкой и редкой, а всю остальную поверхность покрывало что-то вроде золы. Или сухой ломкой глины. В общем, что-то очень сыпучее. И вся эта поверхность была покрыта глубокими широкими трещинами, по метру в ширину. Тася заглянула в одну… и не увидела дна.

— Жуть. — Сказала она. — Как бы мы тут прошли без лодки?

— Никак. — Ожидаемо ответил Митяй. — Это место мы бы обходили.

— Хорошо, что можно не обходить.

— Точно подмечено.

— Ладно, полетели дальше. Не хотелось бы, чтобы лодка вдруг разрядилась… не знаю, как это у неё происходит, и знать не хочу!

— Очень разумно. — Поддакивал Митяй из-за спины.

Потом, на ровной поверхности, они поменялись местами. Тася уже устала держать джойстик, а Митяй уже и сам хотел покататься.

С управлением он освоился куда быстрей и вскоре они не просто летели… они мчались на такой запредельной скорости, что пейзаж за куполом практически сливался в одно пятно.

— А это не опасно? Мы никуда не врежемся? — Тасе пришлось кричать, потому что лодка ко всему прочему ещё и свистела.

— Нет.

И всё. И весь ответ. Тася закатила глаза, сложила руки на груди и расслабилась. Нет, так нет.

Они летели весь день и всего пару раз останавливаясь для того, чтобы найти и приготовить еду. К сожалению, лодка готовит не умела, насчёт чего Тася долго выражала своё недовольство. Неужели так сложно было взять и встроить в лодку что-то типа Папаши?

Митяй складывал костёр, разводил в воде энергетический напиток, который вдруг перестал экономить, и только посмеивался.

Потом пришлось остановиться на ночёвку.

— Лодке тоже нужен перерыв. — Сказал Митяй. — Я вообще удивлен, что она так долго работает. Без зарядки.

— Да, я тоже. — Поддакнула Тася, хотя только сейчас об этом подумала. А ведь, действительно, столько времени они летели! Да ещё и на такой скорости! Платформа продержалась куда меньше.

Перед сном они снова заварили чай и сидели у огня.

Здесь всё было иначе, чем в джунглях. Открытое небо над головой, мерцание звёзд на небе, бесконечный просторы.

— Расскажи о себе. — Попросила Тася.

— Что рассказать?

— Ну, например, как ты попал сюда, на планету. Про своих друзей.

— Попал сюда случайно, как и они. Мы потерпели кораблекрушение на этой планете. Мы — это курсанты и студенты.

— Курсанты?

— Ну да. Курсанты Космодемии.

— Ты курсант?

— Уже нет. Мы были выпускным курсом. Мы давно уже служим.

— Курсанты… ты что, военный?

— Именно так.

— Вот это да! Теперь понятно, почему ты полетел меня спасать. Потому что ты — настоящий герой!

Митяй сначала замер, а потом смутился. Похоже, к комплиментам он не привык, по крайней мере, к таким жарким. Тасе это понравилось. Пожалуй, когда они выберутся, она будет не против сходить с ним на свидание.

Главное, чтобы пригласил.

— Так как же вы, курсанты, умудрились сюда упасть?

— Это не мы. Мы просто были на корабле. А уронили его студенты АМКи.

— Что за студенты такие? Судя по названию, настоящие придурки.

— АМКа — это самая элитная академия из всех существующих в наше время. Там обучаются только корпоративные дети.

— А! Богатые дети.

— Да. Ну, и характер у них соответствующий. Некоторые обезьяны и то более развиты в моральном плане, чем они.

— Не любишь богатеев?

— Не люблю.

Тут он не улыбнулся.

— А почему?

— Вседоступность и вседозволенность накладывает на характер соответствующий отпечаток. Это неизбежно.

Тася сочувственно покивала.

— Богачка отказала?

Митяй молча покосился на неё, сломал и бросил в костёр пару веток.

— Нет. — Ответил, в конце концов. — Ничего такого. Но за время того полёта мне несколько раз в грубой форме отказали… предварительно, так сказать. Я ничего не просил, ни на что не намекал, ничего не предлагал, и в голову не приходило с кем-то из них связываться, но мне уже заранее сообщили, что мне ничего не светит. Это было неприятно.

— Ишь ты, какие фифы! — Фыркнула Тася. — Как вы с ними тут уживались с такими курами?

— Да никак, в общем. Мы — сами по себе, они — сами по себе.

— И как вы выбрались?

— Местные нас отпустили. Взамен на то, что мы оставили с ними Саблезуба.

— Жаль, что мы не можем оставить его им второй раз. Я бы с удовольствием.

— Это точно.

Они молча улыбнулись друг другу и снова уставились в огонь.

Спалось хорошо, настолько, что Тася пропустила рассвет. Но ничего, разок можно. Когда она выбралась из палатки, то увидела Митяя под лодкой. Та до сих пор висела в воздухе, они не смогли опустить её на землю. Не нашли ни кнопок, ни каких-либо других способов ею управлять, кроме всё того же пресловутого джойстика, педали да трёх кнопок. Они осмотрели всё внутри, а сейчас Митяй, видимо, решил осмотреть и снаружи.

— Ну как? — Спросила Тася.

— Ничего.

Митяй вздохнул и вылез из-под лодки. У него был такой ошарашенный вид, что Тася улыбнулась.

— Совсем ничего?

— Не понимаю, как она… — Митяй почесал себе затылок. — Как она держит заряд и где его берёт. Снаружи ничего… Управление элементарное, с защитой от дурака. Или от детей. В общем, осталось разве что её разобрать.

— Давай пока не будем.

— Ну, конечно, не будем.

Они ушли завтракать, а лодка осталась висеть над землёй, слегка покачиваясь на ветру.

Глава 7. Встреча

К вечеру следующего дня они прилетели к Изумрудным Лужам. Тасе даже спрашивать об этом не пришлось, она сразу поняла — это они и есть! Впереди расстилалось море, а может, океан, с красивой лазурной водой и яркими жёлтыми берегами. А ещё оно, море, не было сплошным. Оно выглядело как лоскутное одеяло — какие-то куски больше, какие-то меньше, одни светлее, другие — темней. Лоскуты воды плотно прилегали друг к другу и разделялись лишь тонкими полосками берега.

— Красиво. — Тася вздохнула.

— Да. Я всего раз видел этот океан, издалека, так что теперь хоть посмотрю.

Митяй припарковал лодку на самом берегу, у камышей, и они выпрыгнули на берег. Тася мгновенно разулась и стала ходить босиком. Приятно было до чёртиков!

— Говорят, тут в некоторых лужах есть рыба, очень вкусная.

— Да? Мы будем ловить рыбу? — Оживилась Тася.

— Можем поискать. Не обещаю, что рыба будет, но что мешает нам попробовать?

Тася закатала штаны до колен, Митяй взял из рюкзака сетку и какое-то устройство, похожее на стрелу с верёвкой, он её называл «самоудочка». И они пошли по перешейкам вдоль луж, выглядывая в них рыбу. Конечно, самые мелкие лужи Тася проходила вброд, плескаясь так, что вскоре полностью вымокла.

— А купаться тут можно? — Не очень своевременно спросила она.

— Конечно!

— Но вначале давай рыбу найдём, а то знаю я — залезу и всё.

Он молча согласился.

Рыбу они нашли, и довольно быстро. Митяй её заметил, подозвал Тасю и они ещё несколько минут смотрели, как в густой глубине неторопливо плавают тёмные рыбины. В этой луже вода была почти синей, но скорее всего, из-за цвета дна.

— И как её ловить?

Тася только успела поинтересоваться, как самоудочка взяла и всё за них сделала. Митяй бросил её в воду, а спустя минуту вынул уже с нанизанными на стрелу рыбинами.

— Не очень спортивно, но очень эффективно! — Решила Тася.

Потом они купались, и жарили рыбу, и снова сидели у костра. Здорово было.

— Такую рыбу, как ты пожарил, даже Папаша не сможет сделать! — Сказала Тася, и это был настоящий комплимент, который Митяя, как и прежде, похоже, смутил. Но что поделать, это было правдой, умалчивать которую Тася не собиралась.

Утром они первым делом снова искупались. Потом Тася завалилась на берег, который был совсем не из песка, а словно из пористой губки — тёплой, упругой, ну просто идеальной на ощупь! Она легла на спину, руки сложила под головой и принялась разглядывать небо.

Как же хорошо! Ну вот думала она когда-нибудь, что окажется в далёком космосе на планете с инопланетянами, да ещё в обществе такого потрясающего парня, как Митяй? Кто из девушек её времени может похвастаться подобными приключениями? Да никто.

Определённо, ей везёт!

Правда, Тася тут же вспомнила про свою болезнь. Конечно, она молчала с некоторых пор о ней, но забыть-то не забыла! Дрон сказал, что просканировал их и не нашёл никаких проблем со здоровьем, Митяй ей это неоднократно напоминал, но Тася не верила. Она думала, что раз дрон не специализированный медицинский аппарат, то он просто не заметил её сложный случай. А ей нужно профессиональное заключение.

Однако пока медкапсулы не было, Тася старалась лишний раз не думать о болезни. Она чувствовала себя здоровой. А ещё свободной и счастливой. Как ни странно, более счастливой, чем когда жила одна после побега от брата. Тогда ей приходилось бороться с бытовыми проблемами, ведь рядом никого не было. Да, она смогла, справилась, и это была совсем не цунами, а лишь слабые волны… но всё же это были лишние заботы. А сейчас… Тася вдруг поняла, что полностью полагается на Митяя. Стопроцентно ему доверяет. Что он, по сути, её спас. Пусть даже не лично вытащил от Саблезуба. Но что бы с ней случилось, окажись она на поверхности совсем одна и без вещей?

— Митяй. Думаю, ты мой герой. — Прошептала она. Но он не слышал, потому что плавал далеко от берега. Ну, а когда вышел, момент был упущен.

Пора было лететь дальше.

По уверениям Митяя, место, куда они направлялись, располагалось по ту сторону Изумрудных Луж.

— Полетим напрямую. — Сказал Митяй. — Если что, свернём. На максимальной скорости за день долетим, думаю.

— А рыбы не наловим про запас? — Спросила Тася.

— Нет. Готовить может быть негде. Да и там… там, куда мы летим, у катера, тебя ждёт сюрприз.

— Да? Какой?

— Не скажу. Это же сюрприз. Садись.

Они уселись в лодку и полетели. Быстро. Очень быстро. Поверхность воды была совершенно ровной, так что им не требовалось соблюдать осторожность и безотрывно следить, чтобы никуда не врезаться. Купол они опустили сразу, потому что иначе их заливало брызгами, и Тасе, конечно, было жаль, что нет ветра в лицо, но она понимала — с такой скоростью ветер это самое лицо может просто взять и сдуть.

В общем, летели долго-долго. А потом остановились, чтобы поменяться местами — Митяй перебрался на заднее сиденье, Тася — за руль.

Здесь лужи были такими огромными по площади, что перешейки попадались раз в несколько часов, так что пришлось останавливаться над водой.

Они открыли купол и перелезли. Лодка шаталась, но стабильно держалась над водой, ни просела ни на сантиметр.

Заодно решили отдохнуть. Тася тут же свесилась за борт и сунула руку в воду. Тёмная… хотя и очень прозрачная, солнечные лучи пронизывали воду и видно было глубоко-глубоко. Иногда казалось, что там, в глубине, что-то движется, но толком разглядеть ничего не удалось. Но ей казалось, где-то там, на дне, блестят какие-то огромные прозрачные кристаллы. А может, медузы.

— Жалко, что лодка не плавает. — Прошептала Тася, пропуская воду сквозь пальцы. — В воде, я имею в виду. Или даже под водой. Так хочется посмотреть, что там.

— Может, и плавает.

— Как это?

— Ну так. Мы не знаем всех возможностей этой машины. Может, она умеет и под водой плавать.

— Попробуем? — Тася с энтузиазмом подскочила на месте.

Митяй подумал.

— Ну, можно, конечно, попробовать. Закрыть купол и нырнуть в воду. Но если не выйдет, лодка утонет. Мы, возможно, выплывем, и будем барахтаться посреди океана. И даже если лодка плавает под водой, неизвестно, что там живёт. Может, что-то большое и зубастое. А тут на всей планете только мы и Саблезуб. Думаешь, стоит рисковать?

Тася побледнела. Да уж, если подумать, то не стоит.

— Что-то мне больше неохота пробовать.

— В другой раз?

— В другой раз.

Митяй улыбнулся и они полетели дальше.

Ещё не наступил вечер, как вдалеке показался берег. Тася к этому времени так сильно устала от воды, что тут же завопила:

— Земля! На горизонте земля!

— Ура! — Поддержал Митяй.

Ещё несколько минут — и лодка остановилась на берегу. Тася, путаясь в ногах, вывалилась наружу и как была, в одежде, бросилась в воду купаться. Она визжала и плескалась, пока совершенно не выбилась из сил.

— Рыбу будем ловить? — Спросила, когда выползла на берег и осталась неподвижно лежать, потому что не могла даже пошевелиться.

— Нет. Мы полетим к катеру. Там поедим. Тут всего минут пятнадцать — и мы на месте.

Тасе хотелось рыбы, но она не стала спорить. Он не обязан бросаться рыбачить по первому её требованию. Да и вообще, судя по всему, Митяй очень хотел добраться до этого своего катера. Увидеть, что с ним стало. Постоянно говорил о нём, смотрел в ту сторону, думал и хмурился.

Поэтому, слегка просохнув, они снова сели в лодку. Теперь вёл Митяй. После бешенной скорости над Изумрудными Лужами они, казалось, практически тащились. Тася даже раззевалась.

И вот они плыли, плыли… местность была обычной, даже скучной. Деревья да кусты, трава да камни. Грибов нет вообще. Ну, только поляна цветов попалась, очень красивых, голубеньких таких. Тася даже подумала — не собрать ли букет, но не стала просить остановиться, времени пожалела. Пусть уж Митяй доедет, куда хочет.

Ещё немного — и они влетели в довольно густой лес, из которого выглядывал какой-то холм. Жаль, недостаточно высокий, чтобы хорошенько его рассмотреть, да и из-за спины Митяя вообще обзор был не очень.

Но вот лодка остановилась. Тася огляделась — вокруг колыхались какие-то полупрозрачные растения, очень красивые. От них даже будто блики вокруг прыгали, как будто растения были стеклянные.

— Они ещё растут. — С облегчением вздохнув, сказал Митяй.

— Что?

— Ещё растут. Я думал, может, пропали. Попробуй.

Он наклонился и сорвал кусок ближайшего растения. Тот хрустнул и легко оторвался. Митяй тут же сунул его в рот и с довольным видом принялся жевать. Тасю долго уговаривать не нужно — она всегда за всё новое, только предложи. Оторвала себе этой травы, попробовала… пожевала несколько секунд. Ну что же, это было просто божественно! Свежо, сочно и необычно.

— Как вкусно. — Сказала Тася и тут же потянулась за второй травинкой.

— Ага.

— А что это такое?

— Это водоросли.

— Какие такие водоросли? Они же на воздухе растут.

— Их так прозвали студенты. Они тут жили. А там, наверху, наш катер.

Митяй указал вверх, туда, где холм покрывала густая зелень.

— Катер, на котором ты сюда упал?

— Да.

— Так чего мы стоим? Пошли посмотрим!

— Давай только пешком поднимемся? Без лодки? Думаю, тропинка не сильно заросла.

— Давай!

Тася и Митяй выпрыгнули из лодки, набрали по пучку водорослей и, перекусывая ими, пошли наверх.

Тропинка действительно сохранилась. Вначале едва заметная, потом она стала куда шире. И даже почти не заросла, потому что до сих пор была хорошо утоптана и местами выложена камешками. А потом пошли ступеньки вверх из больших булыжников, которые точно ни с чем другим не спутаешь. Дело рук человеческих. Сразу видно — тут жили люди, они много ходили и даже пытались как-то обустроить дорогу, сделать её более удобной.

— Всё как раньше… — Задумчиво сказал Митяй. Он шёл, будто его туда влекло нечто неведомое. Тася не понимала, почему он выглядит таким завороженным, но наверное, с этим местом у него связаны какие-то особые воспоминания. Поэтому она тихонько шла следом и старалась не мешать.

И вот они поднялись и вышли на площадку… перед ними лежал катер. Большой. Грязный. В прошлом светлая поверхность катера была заляпана грязью, а с боков он зарос деревьями, которые сжали его, словно тиски и спрятали, как раковина жемчужину.

— Вот это да. — Сказал Митяй. — Он на месте.

Тася жадно осматривалась. Тут долго жили люди, это было видно. Вытоптанная площадка, на которой до сих пор еле-еле пробивается трава, несколько очагов для костра. Глиняная посуда, которая валяется вокруг. Палки, верёвки… это всё было жутко интересно.

Митяй ходил по площадке, как будто ослеп. Тася не мешала. Даже её поразил вид этого места. Самодельные миски и верёвки… как же они тут жили?

— Зайду в катер. — Сказал Митяй.

Тася подумала секунду-другую — и пошла следом. Конечно, ей тоже очень хотелось посмотреть, что там, внутри.

Внутри было пусто. Свет от входа еле проникал в катер и высвечивал только остовы сидений. Одни железки… пыль на полу, сухие листья, занесённые ветром. У входа лежала какая-то заслонка, сплетённая из лозы. Тася ткнула её ногой — и заслонка рассыпалась на тонкие прутики.

Митяй уже прошёл дальше, к другой стене. Тася обернулась и увидела на внутренней стене катера рисунок. Подошла, чтобы рассмотреть. Это была карта! Тщательно нацарапанная на поверхности карта! Кто-то отметил сам катер, Изумрудные Лужи она тоже сразу узнала. Лес вокруг, какие-то дыры в земле. Какие-то крестики… непонятно, что это значит. Тася надеялась, что это не могилы.

Как же они тут выживали? Тася ещё раз огляделась и убедилась, что в катере нет ничего, кроме кресел. Ни припасов, ни Папаши.

Она развернулась и вышла наружу, на свежий воздух. Как-то душно стало, будто тени прошлого облепили её, не давая толком вздохнуть.

В следующий момент её будто ведром воды окатило.

Напротив висел дрон, и это был не тот дрон, который ей помогал.

— Ну я так и знал!

Тася услышала звук шагов за спиной — Митяй шёл к выходу.

— Ага! Так и знал, что тут кто-то завёлся!

Саблезуб показался откуда-то сбоку. Митяй отреагировал очень быстро, оттолкнул Тасю и бросился на него… но всё равно не успел. Дрон всего раз моргнул — и Тася потеряла сознание.

Её будто выключили. А когда включили, Тася открыла глаза и как-то сразу поняла, что она снова в тот самом месте, где уже однажды просыпалась. Даже как-то не по себе стало. Опять?

Вспомнила легко, а вот пошевелиться не смогла. Покосилась — ну так и есть, Тася лежала на каком-то лежаке, пристёгнутая к нему несколькими ремнями. А Митяй? Она осмотрелась. Комната была небольшой и почти пустой. Митяй лежал на столе, похожем на медицинскую каталку слева, у стены. Конечно, он тоже был пристёгнут, Тася насчитала на нём четыре ремня. За каталкой Митяя высились какие-то древние шкафы с лампами и непонятными оранжевыми индикаторами, а впереди была закрытая стальная дверь. Над дверью горела лампочка.

И было довольно зябко, после улицы-то и отдыха у океана.

— Митяй. — Шёпотом позвала Тася.

Нет ответа. Кажется, он пока не очнулся.

Так, значит, первым делом нужно освободиться. Саблезуб, собака такая, хорошо её привязал! Но вот ремни выбрал неудачные, они были какие-то старые и растянутые. Тася вертелась, как змея, и наконец, почувствовала, что ремни ослабли.

Ура!

Правда, потом ещё ушло много времени на то, чтобы ослабить ремни настолько, чтобы из них вылезти, но Тася была маленькая и худенькая, а ремни рассчитаны на какого-то побольше, так что она освободилась. Резво сползла со стола, встала на ноги и чуть не рухнула — мышцы затекли. Но быстро пришли в норму.

— Митяй!

Тася бросилась к нему и принялась тормошить. Митяй не очнулся. Тогда Тася стала его осматривать. Вроде дышит, тёплый, на голове ран нет, да их и не удар вырубил. Что, кстати? Может, газ какой-нибудь? Что-то не верится. Может, излучение какое-нибудь? Тася понятия не имела, на что способен дрон, но определённо это именно он их просто выключил. И Митяя до сих пор не включило. Но он цел, одежда на месте, ран нет. Значит, рано или поздно должен прийти в себя.

Ладно, пока не очнулся, и пусть. Нельзя терять времени, надо его освободить! Тася схватилась за ремни и только сейчас поняла, что это обычные ремни из толстой кожи, и застёгиваются они обычной пряжкой. Никаких тебе инопланетных шнурков и верёвок, на которые невозможно воздействовать. Никакой тебе инопланетной сложной системы, которую требуется взламывать с помощью мозга. Тут достаточно по старинке, физической силы.

Она дёрнула ремень на груди Митяя так, что тот врезался ему в рёбра. Митяй поморщился и зашевелился.

— Да! Давай, приди в себя!

Тася прикинула, что это, конечно, не лучший способ его разбудить, но весьма действенный. Придётся сделать ему больно.

Она вздохнула и вцепилась в ремни, чтобы дёрнуть их со всей силы и таким образом привести, наконец, Митяя, в чувство, но сделать ничего не успела. Как раз в этот момент как специально раздался звук — открывалась дверь. Тася резво отскочила от Митяя и развернулась, чтобы встретить все испытания, которое ей выпадут, лицом к лицу.

— Так-так-так…

Саблезуб зашёл в комнату. Даже, возможно, вплыл. Дрон, который сопровождал его в прошлую их встречу, залетел за ним следом и завис на месте.

Выглядел Саблезуб, конечно, эффектно. И дело не в одежде. Он чувствовал себя так, будто всё вокруг вращается вокруг него, как вокруг центра вселенной.

Тася машинально потянулась к кнопке, которая висела… вовсе не у неё на шее. Свою оранжевую прелесть Тася увидела на груди у Саблезуба.

Он украл подарок дрона! Вот сволочь!

Однако говорить ничего такого Тася не стала, а просто улыбнулась. Надо понять, что делать, но голова отказывалась соображать. У Таси такое случалось. Даже когда брат её поймал и приехал, чтобы вернуть домой, она просто улыбалась, как ни в чём не бывало, а думать некоторое время совсем не могла.

Но сейчас надо напрячься и придумать какой-нибудь выход, и очень быстро, иначе станет поздно.

Поэтому Тася сказала:

— Привет. Скучал?

Провоцировать Саблезуба она не собиралась, но и показывать, что боится его, тоже.

— Ага.

— Как ты меня нашёл?

Тасе на самом деле было интересно. Но Саблезуб перевёл взгляд с неё на Митяя. Тася повернулась — тот, оказывается, очнулся и открыл глаза. Правда, судя по взгляду, пока ничего не соображал.

— Какого лешего? — Проникновенно спросил у Митяя Саблезуб. — Какого лешего вы все лезете ко мне на планету? А? Что ты тут делаешь?

Ничё себе, «ко мне на планету»! Да он что, считает себя Планетарным Царём и всего Владельцем? Этого Тася, конечно же, тоже не стала говорить вслух, и даже глаза закатила лишь мысленно.

— Да он просто свалился сюда, на поверхность, потому что его друзья улепётывали, а про него забыли. — Она махнула рукой, показывая, что история банальная и нудная. Но Саблезуб не отводил взгляда от Митяя. Судя по холодному выражению лица, он думал над тем, что с ним делать.

Тася поняла, что ей нужна кнопка. Срочно.

— Сам не понял, как тут оказался. — Сказал тем временем Митяй. Хорошо, быстро в себя пришёл, Тася боялась, он ляпнет что-нибудь такое, после чего Саблезуб решит от него избавиться. Тот держался на последнем волоске, видно любому. Непонятно, почему Саблезуб не оставил Митяя там, у корабля, зачем притащил в подземелье, но сейчас это решение он мог изменить в любой момент.

— Ты врёшь.

Митяй вздохнул и нехотя признался:

— Я хотел быть героем, отвлечь на себя твой корабль, облететь вокруг Чернышки и вернуться к своим, но они не стали ждать. Сказали, сиди тут, на планете, кто-нибудь тебя подхватит, как мимо полетит. Ну, я и жду. Сел на планету, потому что нет ресурсов. Чего ещё мне делать? На орбите задохнуться?

— А мне почему не сказал?

— А как бы я тебя нашёл?

Саблезубу вопрос не понравился, и Митяй быстро добавил:

— Я искал тебя, чтобы сказать. Почти нашёл. Но потом…

— Потом он встретил меня. — Вставила Тася.

— А ты как выбралась?

Тася даже вздрогнула, когда Саблезуб перенёс всё своё внимание на неё. У него был такой особенный вид — на грани. Когда так смотрел брат, это значило, что в любую секунду он сорвётся и тогда он способен на что угодно. Только вот брат при любом раскладе никогда не ополчился бы на Тасю. Никогда бы её не тронул. А Саблезуб мог, она ведь ему никто.

Надо было срочно что-то делать. План сложился мгновенно. Отвлечь от Митяя, добраться до кнопки.

— Ой, там такая история глупая. — Тася поджала губы. — Я расскажу. Только… есть еда? Мы несколько дней грибы жрали, это такое говно, я тебе скажу… отдаться готова за пирожное.

Она мечтательно подняла голову к потолку.

Теперь главное, чтобы Митяй не дёргался. А Тася даже не могла на него посмотреть, чтобы намекнуть взглядом — сиди тихо. Только и оставалось, что посылать ему мысленные призывы. Сиди тихо. Не дёргайся. Я справлюсь. А ты пока не можешь нам помочь.

Саблезуб думал. Так, надо ещё что-нибудь.

Тася вздохнула и поправила футболку, ненароком натянув её на груди.

— И помыться хочется по-человечески. Чтобы горячий душ по голой коже. И пена чтобы ароматная с ног до головы. Надоело в лужах зад мочить.

Она провела руками вдоль тела, будто уже чувствовала эту самую пену. Будто стояла в душе… совсем голая.

Тут главное, не переиграть. Поэтому Тася напрямую ничего не говорила и не предлагала, пусть сам додумает.

Саблезуб, наконец, отвлёкся от Митяя. Пристально посмотрел на Тасю, холодно, как ящерица.

Но, видимо, что-то всё же решил.

— Ладно, пошли.

Тася думала, он пойдёт первым и она сможет подмигнуть Митяю, как-нибудь дать понять, что это её план. Но Саблезуб указал ей на дверь, а сам собрался идти следом.

Ну ладно, не повезло так не повезло. Тася вышла в коридор. Было тихо и опять этот полумрак! Ну почему местные коридоры так плохо освещены? С возможностями местных тут хоть иллюминацию включай! А Саблезуб бродит практически наощупь.

Он закрыл дверь и теперь пошёл вперёд. Дрон полетел перед ним. Молча, без команды. Значит, настроек у него море, и действовать в случае чего он может даже без приказа хозяина. Так что вариант стукнуть Саблезуба сзади по голове и вырубить можно считать неудачным. Да и по правде, стукнуть человека по голове Тася, вероятно, не сможет. В общем, дрон опасней Саблезуба — вырубит и не спросит.

Так ведь и было у катера? Они просто отключились… когда Митяй попытался оттолкнуть Тасю и броситься к Саблезубу. Дрон, видимо, решил, что эти действия представляют собой опасность для его хозяина. И если снова решит, что хозяину грозит опасность, сделает тоже самое — вырубит.

— А что это за дрон? — Спросила Тася. Про его необычное поведение не упомянула, мало ли, вдруг Саблезуб сразу поймёт, что она видела какого-то другого дрона. Хотя, судя по кнопке, которую Саблезуб присвоил, он и так всё знает.

— Это мой дрон.

Похоже, Саблезуб был не настроен с ней разговаривать, а тем более что-нибудь объяснять. Ну, Тася считала, что «не буди лихо, пока тихо», поэтому замолчала и просто шла за ним следом. Запуталась в коридорах почти сразу же и, конечно же, сама бы обратно не дошла. Оставалось надеяться, что Митяй без неё не пропадёт.

Тася волновалась. Не пропадёт, конечно, как-то же он жил без неё все эти годы. Но не наделает ли глупостей?

Не должен. Тася поморщилась. Впервые в жизни она себе напомнила своего брата, который был уверен, что Тася сама по себе ничего не может и обязательно без него пропадёт. Может, это семейное? С чего она решила, что Митяй после встречи с ней потерял разум и теперь не способен ничего предпринять без её чуткого руководства? Да опомнись уже! Волноваться о нём — нормально, но считать, что он какой-то беспомощный дурачок — это уже слишком.

Наконец, Саблезуб остановился и буркнул.

— Вот душ. Пойдёшь сама!

Сказал так, будто идти в душ одной — чистое наказание. Да уж, наказал так наказал!

— Одна? — Не удержалась Тася.

— Да! — Он обернулся. — Ты плохо пахнешь!

О, как свезло! Она плохо пахнет. Хотя ничего такого не замечала. И она, и Митяй при первом же удобном случае бултыхались в каждой подходящей луже. Конечно, как пахнет она, Тася не знала, человек не всегда чувствует свои запахи, но от Митяя пахло приятно. Да и он вроде не жаловался.

В общем, Тася смиренно приняла своё наказание и отправилась в душ одна. Кабинка была обычная, мало чем отличалась от душевых кабинок её времени, разве что стояла не в ванной, а просто в комнате и стенки у неё были тёмно-матовые.

А когда Тася накупалась, вдруг поняла, что у неё нет чистой одежды. Снаружи висело полотенце, а свои ношеные вещи она сложила на кушетку, которая стояла тут же. Но в грязном ходить было неохота. А чистое Саблезуб выдать не посчитал нужным. Или не подумал. Но, в общем, ходить было не в чем.

Тася подумала, что могла бы пойти голышом. Но это, наверное, его спровоцирует. А она хотела обмануть Саблезуба малой кровью, и спать ради этого с ним не собиралась. Даже мысли такой не допускала. Противно сразу становилось. Вот если бы на его месте был Митяй…

Но сменная одежда отсутствовала и пора было что-то решать. Тася тряхнула головой и поняла, что грязное надевать не станет, а пойдёт в полотенце! Да, оно достаточно большое, прикрывает все стратегические места.

И вот Тася пошла. Босиком. После душа ходить без обуви было холодно, но зато это бодрило. Нужно оставаться в тонусе, наготове, так сказать.

Она вышла из комнаты, огляделась, и отчего-то сразу вспомнила, в каком направлении ушёл Саблезуб. Видеть его не хотелось, но надо вернуть свою оранжевую кнопку. Тася не могла толком сформулировать свою догадку, но кажется, Саблезуб её забрал именно потому, что знал — кнопка вызывает дрона. И он не хотел, чтобы Тася его вызвала. Наверное, это как-то связано с игрой.

В общем, кнопку надо вернуть. Сейчас Тася ничего не теряет, а дрон может и помочь. Он уже помогал дважды, глупо не попробовать ещё разок. Тем более у них нет другого выхода. Дверь в комнату, где остался связанный Митяй, Саблезуб запер. Он хотя и маньячило, но не дурак. Этот дрон, который их вырубил — он в любой момент может повторить. Митяй, конечно, крут, но Тася не была уверена, что его боевые навыки тут пригодятся. Неважно, насколько ты физически крут, если в тебя стреляют из автомата.

Итак, рисковать нельзя. И ничего не делать тоже нельзя. Саблезуб их вырубил, связал и запер. Это ясно показывает, как он намеревается с ними обращаться. И Тася… планы Саблезуба по отношению к ней тоже вряд ли изменились. Сейчас он может и бесится, и делает вид, будто ему наплевать на обоих, но рано или поздно он успокоится и посмотрит на неё другими глазами. И ждать этого момента ей очень не хотелось.

Тася шла и оглядывалась. Вдруг ей повезёт и мимо будет пролетать дружелюбный дрон? Эх, знала бы она, как ещё его можно позвать! Наверняка же ещё есть способ, чтобы без кнопки. Покричать, может? Но что, если дрон не услышит, а Саблезуб — да?

А вот это место ей было знакомо — сюда Саблезуб приводил её в прошлый раз, правда, с другой стороны подземелья. Точно! Значит, он за этой дверью.

Чтоб его черти утащили!

Дверь была приоткрыта, и из-за неё раздавались какие-то звуки, похожие на радиосигнал с помехами. И голос, будто кто-то что-то говорил. Тася попробовала прислушаться и разобрать слова, но не смогла. Бесполезно.

Эх, чего тянуть, надо действовать!

Она распахнула дверь и вошла в логово Саблезуба. Неторопливо, с королевской грацией. Пусть видит, что Тася ни чуточки его не боится! Что она не жалкая тварь, которую нужно держать в клетке, а очень интересный соперник, с которым нужно общаться на равных. Ну, на обманчивых равных, конечно, все ведь понимают, кто тут главный.

Саблезуб сидел на своём коронном месте — в белоснежном кресле, облокотившись на одну из боковин и опираясь подбородком на руку. Он смотрел в экран перед собой и хмурился. Дрон, зараза такая, как неподвижный охранник продолжал висеть с ним рядом.

Когда появилась Тася в полотенце, Саблезуб перевёл на неё взгляд и так замер. Но не потому, что был сражён её неземной красотой, Тася себе не льстила. Он строил какой-то план и Тася в этом плане была такой же мелкой пешкой, как и все остальные.

Дежавю прямо. У брата такой взгляд бывал, и Тася знала, что ни к чему хорошему он не приводит.

— Я не нашла одежду. — Сказала она. Существовал шанс отвлечь Саблезуба, поэтому Тася старалась говорить как можно громче.

— Отведи её на склад и приведи обратно. — Сказал Саблезуб. Вначале Тася подумала, что он обращается к ней, но тут активировался дрон и стало понятно, что Саблезуб разговаривает с ним.

— А что это такое? — Спросила она и будто случайно стала подходить к Саблезубу ближе. Кнопка… её же не обязательно срывать с его шеи. Достаточно просто добраться до неё и нажать, пусть висит, где висит.

Но почему-то Саблезубу её приближение не понравилось.

— Стой где стоишь! — Прикрикнул он. Тася послушно остановилась.

— Будет чудить — вырубай! — Резко добавил Саблезуб и дрон моргнул своими глазами из огоньков, будто понял приказ. — Иди! За ним иди! И быстро возвращайся!

Последнее относилось к Тасе. Чёрт! Она не успела ни кнопку достать, ни рассмотреть, что там у него на экране. Может, Саблезуб перехватил отправленный ими сигнал кораблю с друзьями Митяя? Или, наоборот, сигнал с корабля?

В любом случае, не повезло, узнать ничего не удалось. Тася развернулась и пошла за дроном.

Саблезуб не вёл себя как человек, который разбудил её, чтобы превратить в сексуальную рабыню. Не то чтобы Тасю это расстраивало, но значительно усложняло задачу. Надо подобраться к нему ближе, но Саблезуб будто чуял опасность и не позволял подойти.

Ладно, рано или поздно он всё равно потеряет бдительность, отвлечётся, главное, быть начеку и этот самый момент не пропустить.

Тася вышла в коридор и дрон повёл её в ту сторону, откуда она только что пришла. Но почти сразу же свернул куда-то ещё. Планировка у этого подземелья была безобразная! И ни одного указателя по пути!

А потом дрон остановился у какого-то тёмного прохода и включил свет. Ну, наверное, он включил, кто же ещё. И Тася увидела склад.

Боже, сколько тут было хлама! Вещи лежали прямо на полу. Горы одежды, частично просто скомканной, а частично — разглаженной, аккуратно сложенной и даже в пластиковых пакетах. Именно такую Тася и выбрала, по крайней мере, вполне вероятно, что её никто не носил. Чего с уверенностью не скажешь о той одежде, которая валяется скомканной. Жуть какая… Будто когда-то тут прошло много разных людей, и они все разделись и бросили одежду. Как перед газовыми камерами в Освенциме.

У Таси вдруг волосы на голове зашевелились. Она знала, что даже на Земле люди убивали друг друга сотнями тысяч. Своих, таких же людей. И хотя в её время считалось, что они более развиты, всё это было просто искусной ложью. Ничем они не отличались от людей прошлого, разве что орудия массового уничтожения стали более сокрушительными.

Почему не допустить, что тут тоже жили люди, много людей? И эти груды одежды — всё, что от них осталось?

Тасе стало так плохо, что она вдруг села возле одной из куч. Дрон тут же активизировался и зажужжал над ухом, будто не знал, что делать.

Сейчас ещё подумает, что Тася намеревается совершить какую-нибудь диверсию и шарахнет по ней… вырубит.

Но… Тася смотрела на вещи.

Они все чистые. Мятые, скомканные, но ни грязи, ни дыр. Взрослые размеры. И все… в спортивном стиле.

Наверное, это всё же просто склад хлама. Можно выдохнуть. А её торкнуло так торкнуло!

Тасе захотелось лечь и поплакать. Ей стало страшно и одиноко. А Митяй… связанный там валяется! Вместо того, чтобы быть рядом!

Тася сердито вытерла нос рукой и всё-таки решила одеться. В полотенце было зябко, и оно постоянно развязывалось и норовило свалиться.

Итак, она выбрала простой серый спортивный костюм, белую футболку и белые велосипедки вместо нижнего белья, которого нигде не нашла. Обуви не было, но нашлись толстые носки. Сойдёт.

Одевшись, Тася сразу направилась со склада прочь. Это место её пугало. Дрон быстро её обогнал и повёл за собой обратно к Саблезубу, хотя Тася дорогу запомнила. Но он же не просто проводник, он её сторожит! Конвоирует!

А у Саблезуба Тасю ждал сюрприз. Он был в бешенстве! Он бегал вокруг стола и пинал всё, до чего только мог добраться.

Глава 8. Ох уж эти дети!

Тася вошла и от увиденного отшатнулась, прижалась к стене.

— Когда же вы все перестанете сюда лезть? — Заорал Саблезуб на Тасю. Хотя фактически она никуда не лезла и вообще не понимала, о чём речь. Но промолчала.

Саблезуб окатил её взглядом, полным ненависти и побежал обратно к столу, где плюхнулся в своё кресло, но тут же вскочил и пару раз его пнул. Потом снова сел, развернулся к экрану. Зашипел.

— Ну, ладно! Для тебя я придумаю особенную встречу.

И ухмыльнулся. У Таси тут же мурашки пошли по телу. Не хотела бы она оказаться на месте этого кого-то, кому готовили нечто «особенное». Хотя она и на своём бы месте не очень-то хотела оставаться.

Тут раздался звук и в дверь въехала каталка, к которой был пристёгнут Митяй. Правда, теперь он не лежал, каталка повернулась, поднялась и Митяй оказался почти в вертикальном положении.

Вёз его дрон, один в один такой же как тот, что висел за спиной Саблезуба. Он держал каталку манипуляторами из сегментов, а когда поставил её на место, манипуляторы втянул и выключился. Убрался куда-то под пол. Для этого откинулась одна из плиток пола, дрон сел, крышка закрылась.

Тася мимоходом отметила, что по идее тут сотни плиток и получается, каждая могла скрывать под собой сюрприз.

Хотелось бы проверить, что там, внизу. Но не сейчас.

Первым делом Тася убедилась, что Митяй выглядит нормально. Морщится, но кажется, это потому, что его спеленали заново — поверх старых ремней, которые явно разболтались, Митяй ещё несколько раз был примотан к поверхности пластиковой синей верёвкой, которая довольно сильно впивалась в его тело. Вот эта верёвка уже походила на инопланетную — сплошная, местами в наростах и даже на вид отвратительная, как кишки.

— Об этих ты меня почему не предупредил? А? Думаешь, я не замечу? Да я всех вас сразу же вижу! — Тут же завопил на Митяя Саблезуб. — От вас вони на половину вселенной!

— Не понял. — Коротко ответил тот.

Саблезуб наклонился, рывком развернул экран к Митяю и запустил видео, которое стояло на паузе.

Тася увидела рубку корабля, какого-то незнакомого, потому что там всё было в золотистых тонах. И молодого человека весьма примечательной наружности — скуластое лицо и такой цепкий взгляд, будто он мог заглянуть по ту сторону экрана и сейчас их видел. Хотя это точно была запись.

Рядом с ним сидела девушка — блондинка с короткой стрижкой и задорно вздёрнутым носиком. Выглядела она совершенно невозмутимо, но Тася знала — обычно это значит, что человек очень сильно волнуется. Так сильно, что просто окаменел.

Тася быстро взглянула на Митяя — да, тот явно узнал эту парочку. И Саблезуб их знал, наверное, поэтому над его красной от возмущения физиономией разве что пар не шёл.

— Зачем здесь Ахлейн? А? Вы все сговорились?

Парень на экране что-то негромко говорил, это явно была передача, но Тася так и не поняла, от кого и чего он хочет.

— Нет, мы не сговаривались. — Ответил Митяй.

Саблезуб выключил запись и подбежал к нему, завопил, брызжа слюной:

— Что вы задумали? Не зря же вы все сюда лезете! Как стервятники на падаль!

— Насколько я знаю, первый корабль прилетал, чтобы помочь тебе.

— Да что ты ересь несёшь! — Саблезуб чуть ногами не затопал. — Не верю я! Вы что-то задумали! Лучше говори, что!

— Я не знаю, правда. Что Ахлейн говорит?

— Что ваша сладкая компания улетела на корабле «Валенсия» и не вернулась. И никаких сообщений не присылала. И он вас теперь ищет. Какого чёрта он вас ищет?

— А мне откуда знать? Ахлейн мне не друг.

Саблезуб вдруг замер, только глазами хлопал.

— Ах так? Ладно. Тогда я его сейчас собью, как пиньяту! Мусор так и полетит! Раз не друг, то тебе и жалко не будет.

Он бросился обратно к своему столу, чуть не опрокинув по пути одну из этажерок. Что-то забормотал себе под нос, нервно щёлкая по клавиатуре. Дрон, который ранее конвоировал Тасю, подлетел к Саблезубу и привычно завис у него за плечом. На лице у него горели только глаза, да и то точками. Жутковато смотрелось.

— Сейчас я выведу на орбиту своего «Разящего»! Посмотрим, как Ахлейн будет улепётывать. Нет уж, второй раз я вас не упущу.

— Что ты делаешь? Там же Жанна!

— Да наплевать мне на курсантку. Одной больше, одной меньше. Человечество состоит из десяти миллиардов, никто и не заметит.

Митяй вдруг стал вырываться, но у него ничего не вышло. Тася поняла, что эти новые синие верёвки человеку разорвать не под силу. Она видела, как они впиваются в тело Митяя, как тот морщится, но не останавливается. В глазах Митяя застыл ужас. Эта Жанна… он за неё испугался. Так, что, кажется, и разум потерял.

Неужели они… Ну нашла время! Тася дёрнула головой. Саблезуб собирается сбить корабль и уничтожить двух человек. Неважно, в каких они отношениях с Митяем, допустить этого нельзя.

Она что-нибудь придумает! Брата много раз обманывала, и Саблезуба проведёт!

Тася попыталась позвать Митяя, чтобы успокоить. Еле слышно. К счастью, Саблезуб был очень занят и не обращал на них внимания.

— Митяй!

Тот не с первого раза, но услышал. Тася скорчила такую физиономию, мол, ты чего? Тот посмотрел на неё, на Саблезуба и одними губами сказал: «Отвлеки».

Митяй в упор смотрел на неё и раз за разом повторял свою просьбу. Это доказало, что дело серьёзное, просто так он не стал бы просить её рисковать. Получается, она правильно поняла — Саблезуб не шутит, не просто угрожает. Этой парочке с видео вскоре может настать трындец, а они об этом даже не подозревают! Жаль их, а они даже не знакомы. А Митяй их знает… За себя самого он никогда бы не стал так сильно переживать.

— Хорошо. — Ответила Тася.

Так, а теперь надо думать, как отвлекать. Саблезуб не дурак, если Тася бросится с ним кокетничать, конечно, тот сразу поймёт в чём дело. И ещё этот дрон… он не просто так висит. Если Тася бросится слишком быстро, дрон её вырубит раньше, чем Тася применит своё убойное кокетство. Вот так.

Ладно, что дальше?

Она смотрела то на Саблезуба, то на Митяя, то на дрон. Но придумать ничего не получалось.

Потом Митяй сказал ещё одно слово: «Быстрей». И ни пожалуйста тебе, ни спасибо!

Тася нахмурилась, но решила оставить эти обиды на потом. Надо отвлечь Саблезуба, но как? Как, если к нему даже не подойти?

Ну ладно, не знаешь, что делать — делай хоть что-нибудь. Глупое, бестолковое — неважно. Действуй хоть как-то! Больше думать она не стала, чувствовала — ситуация накаляется. Ну, и сделала первое, что в голову пришло.

— Ах! — Сказала Тася и схватилась руками за живот. Но тут же исправилась, живот отпустила и схватилась руками за голову. — А-а-а!!

Она принялась вопить так сильно, будто её режут. Саблезуб вздрогнул и замер с поднятой рукой. Потом прикрикнул:

— Ну чего ещё?

— Мне плохо!

Тася перестала кричать, но продолжила активно подвывать и тут же без сил опустилась на пол. Свалилась на бок и зажмурилась. Ну и, конечно, продолжала стонать.

— Я умираю!

Саблезуб нахмурился, потом, словно раздумывая, повернулся к дрону. Но раньше, чем он успел что-либо сказать или сделать, Митяй заговорил.

— Ей надо срочно в медкапсулу! Этот припадок может её убить!

— Чего? — Протянул Саблезуб.

— Да она же больная! — Зачастил Митяй. — Ты разве не знаешь, что в её время замораживали только смертельно больных? Чтобы в наше разморозить и вылечить? Ты слышишь? Такой приступ у неё уже был… тогда я использовал свой единственный нанокрест! Если ты сейчас же не доставишь её в медкапсулу, она точно умрёт!

Тася вдруг подумала, что всё сказанное вполне себе может оказаться правдой, и застонала так натурально, что сама себе поверила. Кто его знает… Вдруг она на самом деле вот-вот загнётся? А никто ничего не делает.

Тася всхлипнула. Валяется тут на полу в своём чистом новом костюме, а тут, между прочим, сквозит.

— Ну ладно, ладно!

Саблезуб что-то нажал на экране и встал. А Тася почувствовала, как внутри все внутренности затряслись, словно холодец. Однажды она допритворяется, что действительно приступ какой-нибудь ужасный шарахнет, а никто не поверит.

Но что же было делать?

Она согнулась ещё сильней, подтянула ноги к груди. Саблезуб подошёл, присел рядом, наклонился.

— Эй, я тебя на руках не потащу!

— Да она не может сама идти! — Вступился Митяй.

— А ты заткнись.

— Развяжи меня, я отнесу.

О, это отличный вариант! Тася обрадовалась. Если Саблезуб развяжет Митяя, тот сразу же применит свои волшебные военные искусства и они свободны! Дрон, правда, маячит у стола, и у дрона могут быть какие-нибудь особые инструкции на этот счёт, но свободный Митяй в любом случае лучше, чем связанный.

Однако надежда не оправдалась.

— Сейчас! Уже разбежался тебя развязывать!

Тася от разочарования так жалобно застонала и сжала зубы, что случайно прикусила себе губу. Больно было до ужаса! Особенно когда она почувствовала вкус крови.

— Она сейчас кровью захлебнётся! — не унимался Митяй. В его голосе звучал настоящий страх, Тасе это польстило — как переживает! Хотя вряд ли он серьёзно. Притворяется, точно.

— Не захлебнётся!

Саблезуб всё-таки наклонился над Тасей, схватил её за подбородок и повернул голову так, чтобы видеть лицо.

И кнопка оказалась прямо возле Тасиной руки! Причём Саблезуб в этот момент отлично закрывал её собой от дрона.

Такое везение случается нечасто.

Ну конечно, ждать Тася не стала, а схватила кнопку и тут же нажала.

Саблезуб замер, а потом вскочил и вырвал кнопку из её руки.

— Ах ты, стерва!

Он замахнулся и пнул Тасю, но она успела откатиться в сторону. Удар прошёл по касательной, но рёбрам всё равно досталось. Саблезуб снова поднял ногу.

— Драться нельзя!

Ура! Вот он, её любимый, горячо обожаемый дрон! Он заплыл в комнату, возмущённо хлопая круглыми глазами и тут же направил на Саблезуба какие-то голубые лучи.

— Кто дерётся, тот будет наказан. — Добавил дрон.

Да, да! Накажи его! Примени к нему штрафные санкции! Тасе очень хотелось крикнуть что-нибудь этакое, но на не была уверена, что дрон послушается. Вернее, точно не послушается.

И неважно! Дрон здесь, она победила!

Саблезуб нехотя убрал ногу, посмотрел на своего дрона, а тот вдруг выключился и осел на пол. Сложился и застыл. Даже под пол спрятаться не успел. Саблезуб с яростью сорвал с шеи кнопку и швырнул в Тасю, чуть не выбив ей этой кнопкой глаз. Но она лишь обрадовалась, подхватила подарок дрона и тут же вернула себе.

О! Её дрон круче, чем у него! Тася ликовала. Она встала и отряхнулась, улыбнулась, хотя рёбра болели, а потом пошла к Митяю и принялась расстёгивать ремни, которые его держали. Но если обычные расстегнулись сразу, то синие верёвки были без застёжки, казалось, они просто взяли, слились в целое и застыли.

— Как это развязать? — Спросила она у Саблезуба, который стоял на месте и сверлил дрона Таси злым взглядом. Тот в ответ мигал и улыбался своей дурацкой улыбкой из кружочков.

— Я развяжу.

Дрон, молодчинка такая, подлетел и лучами разрезал верёвки. Митяй, наконец, смог стряхнуть их с себя и встать. И первым его движением было нечто, похожее на бросок в сторону Саблезуба с сжатыми кулаками. Хорошо, что у него тоже всё затекло и он не успел тому врезать. А то Митяя точно бы наказали. Но он слегка замешкался, а там и Тася подоспела. От переизбытка чувств тут же повисла у него на шее. Как же здорово! Он хотел её защитить! Приятно.

Через несколько секунд Митяй расслабился.

— Молодец. — Тихо сказал он и обнял Тасю. — Ты молодец. Спасибо тебе.

— Ну и что? — Вдруг громко спросил Саблезуб. — И что дальше?

Что дальше? Тася понятия не имела. Ей просто нравилось обниматься с Митяем и что дальше, в этот конкретный момент было наплевать.

Дрон висел на месте и молчал.

Саблезуб усмехнулся, пошёл к своему трону, на который и уселся с видом уставшего от жизни монарха.

— И что же вы будете делать? — Спросил он таким тоном, будто у него других забот не было, только о них, неблагодарных скотах, заботиться. А они не ценят!

— Не пропадём. — Коротко ответил Митяй.

Саблезуб оскалился, собрался что-то сказать, но зацепился взглядом за дрона, замолк.

— Ну-ну.

Дрон продолжал висеть и молчать.

— Саблезуб, ты ничего не забыл сделать? Кое-что касательно наших прошлых общих знакомств. Остановить какой-нибудь процесс, например.

Митяй покосился на экран, где всё замерло в ожидании после того, как Саблезуб нажал паузу. И до сих пор не двигалось.

Точно! Он ведь собирался поднимать корабль и стрелять по друзьям Митяя! Дрон, конечно, тут, но что дальше? Может, пожаловаться ему?

Но Митяй будто специально говорил так, чтобы дрон не понял, о чём речь. Точно специально!

— Это тайна? Про друзей? — Прошептала Тася ему на ухо. Так удачно, что оно так близко!

— Да. — Шёпотом ответил Митяй.

— Но почему?

— На всякий случай.

Логично. Судя по всему, здесь всё устроено как-то… как-то так, что Тася ничегошеньки не понимает! Поэтому и лезть не будет.

— Саблезуб? Ты ничего не забыл остановить? — Повторил Митяй. — Или нам придётся привлекать к решению вопроса третью сторону?

Тот думал. Бросал короткие взгляды то на экран, то на дрона. По какой-то причине он тоже скрывал, что собирался сбить корабль. Тася не знала, почему именно скрывал, но сейчас Саблезуб будто прикидывал, что ему более выгодно — остановить процесс нападения или посвятить в свои дела дрона.

Он выбрал остановить. Повернулся к экрану и что-то стал делать.

Митяй тут же отпустил Тасю и пошёл проверить.

Видимо, Саблезуб сделал всё правильно, потому что Митяй больше к нему не лез. Но стоял рядом и сверкал глазами. Кажется, хотел врезать. Тася так казалось. Но она была рада, что Митяй сдерживается.

А ещё он, скорее всего, хочет как-то обезопаситься. Чтобы Саблезуб не вернулся к своим стрелялкам, стоит только оставить его без присмотра. А что ни Митяй, ни Тася не собирались тратить своё драгоценное время на присмотр за Саблезубом, так это любому идиоту понятно.

Но как обезопасить?

Без помощи дрона, наверное, никак. Ведь только они за дверь, как Саблезуб уже рванёт к экрану и продолжит свои безумные игры.

— Разреши взглянуть. — Вдруг сказал Митяй. А потом поднял Саблезуба с кресла, отодвинул его в сторону и сел на его место. Саблезуб поскрипел зубами, но промолчал.

Что сделал Митяй, Тася не видела, но, судя по недовольному лицу Саблезуба, сделал то, что нужно. А уж как смотрелся на белоснежном троне! Только короны не хватало. Прямо глаз не оторвать!

Вскоре он настолько освоился, что со стороны казалось, что это Саблезуб тут в роли шута, а властелин кое-кто другой.

Митяй погружался в изучение содержимого экрана всё глубже и выглядел всё более заинтересованным.

— Ну всё, хватит ковыряться! — Саблезуб схватил экран и развернул в сторону. — Сюда тебе уже не обязательно лезть!

Митяй не стал спорить, встал и подошёл к Тасе. Улыбнулся и кивнул — порядок.

— Может, уйдём отсюда? — Шёпотом спросила она.

— Давай.

— Дрон, пошли с нами. — Сказал Тася и вышла из комнаты Саблезуба. Дрон дождался, пока мимо пройдёт Митяй и вылетел следом.

— Саблезуб меня обижал! — Тут же наябедничала Тася дрону. — Он хотел меня ударить!

— Дети часто дерутся. — Невозмутимо ответил дрон.

— Он мог меня убить. — Упрямилась Тася.

— Дети часто преувеличивают. — Ответил дрон.

— Он пинал меня в живот!

— Дети не всегда умеют рассчитать опасность. Это не значит, что они плохие. — Дрон был непоколебим.

Кажется, он не считал, будто между «детьми» остался какой-то неразрешённый конфликт и возвращаться к прошлому не собирался.

— Ладно. А ты можешь просто держаться поблизости? При тебе Саблезуб ко мне не полезет. С тобой мне не страшно.

— Я могу держаться поблизости.

Вот и хорошо. Тася взяла Митяя за руку, оглянулась — дрон не просто держался поблизости, он навязчиво завис практически у них над головой и от его застывшей улыбки и глаз становилось жутковато.

— А ты не мог бы отлететь метров на пять? А то как-то не по себе. — Попросила Тася.

— Исполнено.

Дрон мгновенно переместился от них на расстояние. Тася была уверена, что именно на пять метров, хоть линейкой изменяй.

— Пока он с нами, мы в безопасности, да? — Шёпотом спросила Тася Митяя.

— Можешь не шептать, я уверен, что он слышит каждое наше слово.

— Да?

— Конечно.

— И мы даже по секрету поговорить не сможем?

— Не-а.

— Это плохо.

Тася нахмурилась.

— Что нам делать?

Митяй сжал её руку и улыбнулся.

— Для начала нам нужно найти и обустроить место для игр, согласна?

— Чего?

У Таси глаза на лоб полезли и оставались там до тех пор, пока она не поняла, что Митяй под «местом для игр» подразумевает совсем не то, что первым делом пришло в голову ей. Почему, интересно, она сразу подумала…

Тася откашлялась и отвернулась, чтобы он не заметил её залитые краской щёки.

Митяй тем временем уже договаривался с дроном. Он описал, чего они хотят, сказал, что подойдёт что-нибудь из имеющихся в наличии помещений, потому что ждать, пока построят новое, им негде. Не в коридоре же стоять? Дрон помигал и улыбнулся своей рожицей. А потом повёл их за собой.

Помещение он предложил странное. Там были практически пустые полутёмные комнаты, в которых слегка светились стены, будто покрытые фосфоресцирующей краской. Находиться в этих стенах было не очень комфортно, но Тасе и Митяю сейчас было не до комфорта. Они согласились остаться, попросили дрона караулить за дверью и закрыли дверь. Вот что хорошего нашлось в этих апартаментах — в них имелась толстая дверь со внутренним засовом. Ещё и плотные шторки эту дверь закрывали.

И вот они остались одни. Митяй быстро прошёл вдоль стен, высматривая что-то, лишь ему одному понятное, и вернулся к Тасе, которая в первой комнате уже уселась в бесформенное кресло, сразу оказавшись в полулежачем положении. Кроме этой мебели в форме мешков тут ничего другого и не было. И вот она уселась, а потом поёрзала и легла так, чтобы видеть потолок. На нём горели небольшие лампочки, образуя спиралевидный узор, в остальном он светился как стены. Даже пол чуть-чуть светился.

Жуткое место.

— Ну что? Здесь нас тоже подслушивают? — Спросила Тася Митяя, когда тот уселся рядом.

— Скорее всего.

— И что? Будем разговаривать как шпионы? Шифром или жестами?

— Да нет, какой смысл.

— Но с Саблезубом вы говорили так, чтобы дрон ничего не понял. Насчёт ваших общих знакомых.

— Это немного другое. То, что корабль прилетел — это не страшно. А вот то, что собирался сделать Саблезуб… Возможно, за это местные наказывают.

— Ну и пусть его называют! Тебе жалко, что ли.

— Нет. Просто здравый смысл. Саблезуба накажут… но одновременно могут закрыть ему доступ к системам управления. А у нас с тобой даже такого доступа нет. И мы лишимся последнего шанса как-то пользоваться ситуацией.

— Ну ладно, пусть. Тогда другой вопрос. Раз местные такие правильные, чего мы тянем? Давай просто попросим их дать нам корабль и мы улетим.

— Думаешь, всё так просто? — С интересом спросил Митяй.

— А разве нет?

Он вздохнул.

— Хорошо бы. Но в прошлый раз они потребовали оставить заложника. Саблезуб не первый, до него здесь несколько лет взаперти сидел Димитр.

— Какой Димитр?

— Мужчина, который на видео был с Генри. И хотя они отпустили нас в прошлый раз… но одного ребёнка оставили. Понимаешь? Оставили себе, не подумали, что ему будет плохо или он этого не хочет. Они не люди. Возможно, какие-то их морально-этические нормы совпадают с вашими, но они у них в каком-то смысле атрофированные. Другого объяснения я не вижу. В общем, я бы не рассчитывал, что они бросятся нам помогать.

— Но дрон…

— Всего лишь на что-то запрограммирован.

Митяй ничего не добавил, но Тася решила — он прав.

Она ничего не понимала. Настолько запуталась во всём этом, что готова была уже плюнуть и вообще ничего не делать.

Но ведь нельзя же быть совсем уж инертной? Она же не чемодан, который нужно тащить? А то будет тащить… некоторое время, а потом всё равно бросит.

Тася собралась с силами и спросила:

— Что будем делать?

Митяй задумался.

— Для начала нужно узнать, где наши вещи. Где передатчик.

— У Саблезуба?

— Попробуем начать с дрона, расспросить его. Может, получится обойтись без Саблезуба. Неохота лишний раз его физиономию видеть.

— Это точно. А в общем что будем делать?

— Придерживаться прежнего плана. Попробуем убраться с планеты. Дождаться помощи… но нужна связь. И не просто сообщениями перекидываться. Нужна постоянная связь. И нужно что-нибудь придумать с Ахлейном. Как-то его предупредить, чтобы сидел тихо и на поверхность не лез.

— С кем?

— Это парень, которого Саблезуб хотел сбить. В катере прилетели. Ахлейн и Жанна.

— Жанна? Кто это?

— Мы учились вместе.

— Где?

— В Космодемии.

Тася вздохнула. Вроде не скажешь, что он говорит о Жанне с какой-то особой теплотой или любовью. А недавно ей показалось, что Митяй ей самой готов пожертвовать, лишь бы свою Жанну спасти. Неужели показалось?

Оставалось верить, что да.

— Надеюсь, твой дрон нам поможет. — Задумчиво сказал Митяй.

— Дрон вроде бы о нас заботится… Саблезубу в обиду не дал. — Сказала Тася.

— Похоже на то. Думаю, он следит, чтобы дети друг другу не навредили. — Митяй усмехнулся и повторил. — Дети… Надо же.

— А я вот что думаю. — Сказала Тася. — Наш дрон — это что-то вроде няньки. А дрон Саблезуба — нет. У него вроде робота, которого он сам сделал. Поэтому наш главней.

— Звучит разумно.

— И эту няньку… её же кто-то создал и настроил.

— Местные. — Кивнул Митяй.

— И они… они же не следят за нами?

— Прямо сейчас? Вряд ли. Думаю, они няньку для того и сделали, чтобы не пришлось за нами следить. Няньки ведь для этого и нужны.

— Но хотя бы иногда проверять как там дети они всё равно заглядывают?

— Да, вполне вероятно.

Тася и Митяй переглянулись.

— Но ведь они не знают, что кроме Саблезуба у них появились новые дети? — Шёпотом спросила Тася. — Меня он прятал, когда приходила та цветная фигура. Я уверена — он не хотел, чтобы меня застукали. Ты тоже садился без шума… Они про нас не знают, так?

— Да, я тоже на это рассчитываю.

— И лучше чтобы не узнали?

— Ну… — Он вздохнул. — Конечно, лучше, чтобы не знали. Мы тогда просто улетим и всё. А если узнают, могут быть проблемы. Могут помочь, а могут и в бункере запереть. Да и как они наказывают… не хотелось бы выяснять.

— Надо попросить дрона молчать, что мы тут.

— Попросить можно, но боюсь, его и спрашивать не будут. Потребуют полный отчёт или посмотрят историю взаимодействия с объектом «дети» — и всё увидят.

— Ладно. — Тася откинула голову и закрыла глаза. — Значит, надо найти передатчик и просто улететь.

Митяй помолчал, а потом вдруг спросил:

— Ты как вообще себя чувствуешь?

— Нормально.

— Ты в порядке?

Она открыла глаза.

— Почему ты переспрашиваешь? Я что, выгляжу умирающей?

— Просто хочу услышать от тебя.

— Я в порядке. — Тася вздохнула. — Просто устала.

— Понятно.

Вряд ли он на самом деле понял, промелькнуло в голове у Таси. Она устала от этого нового мира. Он, конечно, прекрасен и непостижим, но хотелось уже чего-нибудь простого и предсказуемого. Она устала от бесконечных приключений. Таскаться по чужой планете, конечно, интересно и познавательно, но ей хотелось хотя бы немного покоя.

— Я устала от этого всего. — Неожиданно для самой себя призналась Тася и неопределённо махнула рукой. Вообще-то она была уверена, что свои сложности и проблемы нужно держать при себе, что с парнями следует всегда быть милой, весёлой и слегка глуповатой. Что они не хотят возиться с проблемными девушками, у каждого ведь и своих забот выше головы. Что заморачиваться её мыслями будет только брат, да и тот под настроение.

— Тогда отдохни. Я сам схожу пообщаюсь с дроном. Если его разговорил Саблезуб, то возможно, и у меня получится.

— А его разговорил Саблезуб?

— Похоже на то. Иначе откуда он узнал, что мы у катера?

— Может, просто камеры наблюдения там оставил.

— Но ведь он не просто следил, он ждал там. Ждал нас. А информация о наших перемещениях была только у твоего дрона. Саблезуб увидел направление… мы же летели напрямик, и понял, куда мы направляемся. Вот и устроил ловушку.

— Ладно. Неважно. Пусть.

— Ну я пошёл?

Ну вот, правду говорят. Уже хочет от неё сбежать.

— Тася. — Митяй вдруг передвинулся и сел ближе. — То, что с тобой происходит — это нормально. Ты проспала пятьсот лет! Я даже представить себе не могу, как это — попасть в совершенно чужой мир. Ты молодец, слышишь? Ты прекрасно держишься. Ищешь хорошее даже в самом плохом. Но даже самому сильному человеку иногда нужен отдых.

— И тебе? — Тася вдруг с ужасом поняла, что в её глазах полно слёз.

— И мне.

Он вдруг наклонился над ней, положил пальцы ей на лоб, одним движением провёл по нему и по носу.

— Просто отдохни. Ты можешь позволить себе сейчас отдохнуть.

Тася вздохнула.

— Хорошо. Спасибо.

— Не за что.

Он наклонился ещё ниже и быстро поцеловал её в щёку. Тася тут же забыла, что почти приготовилась рыдать и вытаращилась на Митяя.

— Это что, подкат? — С интересом спросила она.

— Что такое подкат?

— Ну, ты меня кадришь?

— Что? — Повторил он.

— Хочешь со мной замутить?

— Замутить что?

С каждым вопросом глаза Митяя всё выше лезли на лоб.

— Что, что! Нравлюсь я тебе или нет? — В конце концов в запале выкрикнула Тася. Тут же надулась. Вообще-то она не хотела этого спрашивать. Знать хотела, чего уж там скрывать, но вот так вот спрашивать, напрямую — этого ей хотелось бы избежать.

— Ты мне нравишься, очень сильно. — Твёрдо ответил Митяй. — Ты очень красивая, и смелая. И в тебе нет той черты, которую я ненавижу больше всего в людях.

— Какой?

— Я называю её «наелась». Все слишком богатые люди этим страдают. Когда к совершеннолетию они настолько всего «наелись», что превратились в трутней. Они уже не хотят… не испытывают настоящего голода, они жрут, потому что могут. И начинают перебирать. Хвосты колибри, икринки золотой рыбки. И вкус к жизни теряют. Но это… не имеет к тебе отношения, просто личный бзик. — Он мотнул головой. — Ты — чистый лист, думаю, тебе придётся непросто на Земле. Но я ни минуты не сомневаюсь, что ты справишься, и очень легко. Ты уникальна, Тася, в моём окружении много разных хороших девушек, но ты лучше всех. Не знаю, почему.

Митяй смутился.

— Знаешь, ты тоже лучше всех тех, кто остался там, в прошлом. Это скрашивает ужас происходящего.

Она вроде бы пошутила и улыбнулась, но губы дрогнули.

— Когда мы выберемся и вернёмся на Землю, я надеюсь, что ты согласишься со мной поужинать.

— Я согласна! — Торопливо сказала Тася.

— Я рад. Буду ждать этого вечера с нетерпением. — Митяй аккуратно взял её руку и крепко сжал Тасины пальцы. — А теперь отдыхай, я скоро вернусь.

Тася сомневалась, что сможет уснуть, но закрыла глаза и просто вырубилась.

Проснулась от холода. Приподнялась, огляделась — вокруг ничего подходящего для того, чтобы укрыться. Ни одеял, ни пледов, даже какой-нибудь завалящей куртки и то нет. Вообще ничего нет. И Митяя нет. И тихо.

Тася ещё немного полежала, но без тёплого одеяла было уже не то.

Тогда она начала думать. Тут, в подземелье, где-то должна быть медкапсула, верно? Она может найти её и узнать, действительно ли больна. На самом деле Тася в последнее время и сама стала в этом сомневаться. Мог ли брат соврать, чтобы заставить её слушаться? Да легко!

Но он не был жесток, по крайней мере по отношению к ней. Так что непонятно, зачем бы он стал такое делать — заставлять переживать те страшные времена, когда Тася с ужасом прислушивалась ко всему, что происходило с её организмом. Когда каждую секунду думала, что вскоре умрёт страшной смертью и это неизбежно. Когда ждала боли.

Зачем брату так изощрённо её мучить? Нет, он бы не стал.

Ладно, этот вопрос сейчас уже не так актуален. Где-то поблизости должна быть медкапсула. Можно спросить дрона, где она, и проверить.

Сердце застучало. Скоро она узнает правду.

Или лучше не знать?

Нет, это глупости. Ведь даже если история про смертельную болезнь — чистая правда, её тут вылечат. Если земляне сделали Папашу и построили космические корабли, которые бороздят далёкий космос… если у них существуют киборги, как упоминал однажды в разговоре Митяй… то уж болезни-то люди по-любому научились лечить.

Нужно узнать правду и в случае чего вылечиться. Вот такой план.

Но, наверное, раз Митяя нет в комнате, то и дрона нет, подумала Тася. А без дрона шататься по этому подземелью в одиночестве в поисках медкапсулы не стоит. Саблезуб не похож на тех, кто легко отступает. Тем более ему, по большому счёту, и заняться-то тут больше нечем. Не с дронами же играть? Так что Саблезуб может где-нибудь её караулить, чтобы вырубить и запереть.

Митяй говорит, Саблезуб здесь провёл несколько лет в одиночестве. Значит, они ни с кем не общался, кроме местных, которые, судя по всему, наделали ему нянек, навали игрушек и самоустранились. И Саблезуб остался один.

В такой ситуации кто угодно умом двинется.

Хотя Митяй также говорил, что Саблезуб отказался улетать, когда ему предложили. Значит, его всё устраивает. Логично же?

В общем, ходить одной по-любому не стоит.

Но где же Митяй? Как давно его нет? Когда он вернётся?

Тася встала и принялась бродить по комнате.

Это место её раздражало. Здесь было слишком тихо и темно. И пусто. Ни вещей, ни экранов, ни дронов, ничего! Еды нет.

Ладно, хоть выглянуть наружу. Тася подошла к двери… и не смогла её открыть. Дёргала минут пять, и так и эдак поворачивала ручки двери, и толкала её, и на себя тянула, пока не поняла — дверь заперта.

— Приплыли! — Недовольно сказала Тася. — И зачем меня запирать?

Впрочем, она почти сразу поняла, что какой-то смысл в этом есть. Митяй ушёл, дрон увёл с собой, не оставлять же её спящую одну в открытой комнате, куда может забраться Саблезуб?

Значит, придётся ждать возвращения Митяя.

От скуки Тася принялась бродить по комнатам. Их было три. Совершенно одинаковых.

Интересно, для чего они вообще нужны? Тася осматривала стены и потолок, и ничего интересного не находила.

— Для чего ты вообще нужна? — Спросила она вслух.

Где-то мигнул зелёный свет. Тася насторожилась.

Ага, кажется, комната реагирует на голос.

— Вызываю голос! — Громко сказала Тася.

Снова зелёный световой всплеск и тишина.

Так… оно реагирует на голос, но нужна подходящая команда. Наверное.

Ну, заняться всё равно нечем, можно поиграть.

Постой-ка! Играть! Если эта комната для игр, ведь именно такую комнату они просили у дрона, то…

— Хочу играть! — Громко заявила Тася.

— Ожидаю выбора игры. — Тут же отозвался приятный женский голос.

Ого! Так это правда комната для игр. Каких только? Та-ак.

Тася принялась кружиться на месте, но ничего такого, что могло бы пригодиться в играх, не увидела. Ни джойстиков, ни компьютеров, ни экранов, ничего.

Ладно.

— Хочу… играть в океан.

— Уточните способ взаимодействия.

— Будто я умею дышать под водой. Прогуливаться в воде, как на поверхности.

Почему бы нет? Тася ухмыльнулась. Ну и как вы будете с этим заданием справляться?

Стены мигнули, а потом включились.

У Таси медленно отвалилась челюсть.

Все эти стены… это и были экраны. И они не просто показывали, они создавали какую-то совершенно идеальную картину.

Тася стояла на морском дне. Песочек, рельефные камни, водоросли и ракушки. Вокруг плавают рыбки, целые косяки рыбок, словно в каком-то сонном хороводе.

Сверху в воду проникают солнечные лучи. И поверхность воды колышется, отчего световые пятна на дне мельтешат и двигаются.

Это было настолько красиво, настолько невероятно и правдоподобно, что Тася невольно задержала дыхание. Подняла руку — на ней отражались тени от воды и солнца.

Единственный минус — она не чувствовала, что находится в воде. Кожа не чувствовала. А вот запахи были. Водоросли и соль. И что-то тёплое.

Тася сделала шаг, другой — всё вокруг вело себя так, словно она была частью морского дна. Но она сама не чувствовала сопротивления воды.

Наверное, можно настроить и свои ощущения?

Тася добрела до мягких сидений и опустилась в ближайшее. Так вот они для чего… конечно, на ногах долго не простоишь.

Это просто потрясающе! Тася лежала и наблюдала за рыбками, которые плавали вокруг. Постепенно они осмелели и подплывали совсем близко, кружились возле её лица. Она могла разглядеть каждую чешуйку, юркие глаза и каждую косточку в плавниках. Рыбы выглядели настолько живыми, что Тася подняла руку и попыталась одну из них схватить. Почти поймала, ожидая, что сейчас почувствует в руке что-то прохладное… и ничего не почувствовала.

В общем, Тася не знала, сколько провалялась вот так, просто наблюдая за подводным миром, который, кстати, был очень похож на земной.

А потом раздался посторонний шум и открылась дверь.

Глава 9. Богиня

Стены тут же выключились. Когда зашёл Митяй, пустые стены лишь слегка светились, а Тася лежала в кресле, круглыми глазами смотрела перед собой и ошалело хлопала ресницами.

— Привет. Всё хорошо? — Спросил Митяй.

— Да.

— Что это было? — Он настороженно огляделся.

— Где?

— Я видел вроде бы… свет? Разноцветные пятна.

— Это было… не знаю, как описать. Это какое-то волшебство. Комната для игр.

Он оглянулся ещё раз, уже другими глазами. Задрал голову. Стукнул себя по лбу.

— Ну конечно! Как я сразу не понял! Это виртуальная комната. Не совсем как делают у нас, на Земле, наверняка круче. Но стены-то виртуальные. Во что ты играла?

— Плавала по морскому дну.

Митяй подошёл и сел рядом.

— И как? Здорово?

— Нет слов.

Тася заставила себя собраться с силами и тоже села. Голова была пустой, она тряхнула ею, чтобы мозги встали на место. Очнись! Вспомни, что у тебя куча дел! Ты не в океане плаваешь, а в реальности!

— Что-нибудь узнал? — Спросила Тася.

— Много чего. Главное — пока о нашем с тобой существовании никто из местных не подозревает. Когда дрон после встречи с нами остановил строительство, этот запрет никто, к счастью, не увидел. Строитель занимался чем-то другим и когда вернулся к взрывам, запрос запрета уже не имел смысла и самоликвидировался. Так что местные до сих пор не в курсе, что у них подкидыши.

— Не понимаю, как они могут этого не знать.

— Наверное потому что они не люди. Ладно, риторические вопросы оставим на потом. Итак, Саблезуб бросил нашу лодку там, у катера, и она автоматически вернулась на базу. База, к счастью, здесь же, где мы. Про вещи из лодки дрон ничего не знает. Я думаю, они могут быть всё ещё в лодке, поэтому нужно идти её искать. Это были хорошие новости. — Митяй замолчал.

— Есть и плохие?

— Плохо то, что… как бы объяснить. Пока мы сидим тут, в подземелье, нас будет преследовать Саблезуб, это раз, и нас могут в любой момент увидеть местные, это два.

— Как будто на поверхности Саблезуб оставит нас в покое!

— Тоже верно, не оставит.

— А тут местные могут и не заметить. А что если наверху кто-нибудь ещё станет что-нибудь строить?

— Да, ты права.

Митяй немного помолчал, потом со вздохом улёгся в кресло, вытянул ноги.

— Но шансов остаться незамеченными наверху больше. Я здесь много времени провёл, и на стройку налетел всего раз.

— Ладно, как скажешь.

— Значит, надо идти к лодке. И дрон надо таскать за собой.

— Зачем?

— Затем, что Саблезуб может его вызвать и обмануть. Как в прошлый раз. Помнишь, я говорил, что программу дрона можно обойти и выяснить то, что касается игр других детей, то есть нас? Не знаю, как Саблезуб это сделал, но он это сделал. Он выяснил, где мы и получил доступ к местоположению нашей лодки. Теперь мы не можем на ней улететь, а закрыть доступ дрон отказывает. Я не программист… Я не знаю, что можно придумать.

— Так. Значит, дела такие. Про нас пока никто из местных не знает. Наш дрон выдаст нас Саблезубу, поэтому придётся таскать дрон с собой. Ну, и вообще так безопасней. И помощь от него какая-никакая есть. Но улететь на лодке мы не можем — Саблезуб сразу увидит, где мы находимся. Смысла улетать, получается, нет, ведь он не отвяжется. Надо найти передатчик, связаться с твоими друзьями и просто прятаться здесь, внизу, и ждать, когда твои друзья прилетят. Потом улететь к ним. И всё.

— Если кратко, то да. Пока прятаться здесь, а там как пойдёт.

— А ещё надо найти медкапсулу и меня вылечить!

Митяй посмотрел на неё долгим взглядом.

— Тогда пошли.

— Пошли? Сейчас?

— Да. Чего ждать? Или ты ещё не отдохнула?

— Отдохнула.

Тася прислушалась к себе — страшновато было, если честно. И она не знала толком, чего боится — выйти из комнаты или узнать правду о своей болезни. Но в остальном сил было хоть траншею копай!

Митяй тем временем встал и запустил в комнаты дрон. Тот влетел и сразу же натянул на лицо светящуюся улыбочку.

— Здравствуй, девочка.

— Меня зовут Тася. — Машинально поправила она.

— Здравствуй, Тася. — Мгновенно повторил дрон. — А меня зовут Друг.

Тася и Митяй переглянулись.

— Здравствуй, Друг. — Сказала Тася.

— Чем я могу вам помочь?

— Мы хотим есть. — Сказал Митяй. — Потом мы хотим найти медкапсулу. И потом — лодку, в которой летали. У нас там остались вещи.

— Запрос понял. Пункт первый — питание. Хотите пройти в столовую?

— А какая здесь столовая? — Тут же оживилась Тася. — Там местные бывают?

— Столовая только для детей. — Ответил дрон.

— А где едят местные?

— Можешь не стараться, про местных он ничего не рассказывает от слова совсем. — Сказал Митяй.

Дрон продолжал висеть и дружелюбно улыбаться.

— Как думаешь, что это за столовая такая? — Шёпотом спросила Тася Митяя.

— Пойдём и посмотрим.

— Так мы будем везде ходить? А как же скрытность?

— Не бойся, я уже обо всём договорился. Друг, ты помнишь мою просьбу?

— Просьбу про скрытность я помню. Никто не узнает, где вы прячетесь и что делаете.

Митяй улыбнулся, встал и подал Тасе руку. Только сейчас она обратила внимание, что Митяй успел переодеться в новую одежду, и опять выбрал такой же цвет, как она сама — серый. Так что они снова как близнецы.

— Пошли в столовую. Думаю, там найдётся Папаша.

— Аппараты для приготовления еды в столовой есть. — Подтвердил дрон.

— А ты можешь предупредить, если поблизости окажется Саблезуб или его устройства слежения? — Вдруг вспомнила Тася.

— Да, запрос на предупреждение уже получен.

От Митяя?

Тот кивнул.

— А о местных ты можешь предупреждать?

— Информация о хозяевах запрещена для разглашения. — Ответил дрон.

Ну и ладно. Выбирать не приходится.

Дрон поплыл вперёд, Тася за ним, Митяй шёл последним.

Большая часть коридоров была довольно узкими, приходилось идти друг за другом гуськом. И тёмными.

— Почему тут так темно? — Спросила Тася.

— Яркий свет раздражает рецепторы. — Ответил дрон.

— Какие рецепторы?

— Ответ вам не нужен.

Вот и всё. Рецепторы… местных жителей что ли? Тася взглянула на Митяя, но тот лишь загадочно улыбался. Спрашивать, не подумал ли он первым делом о том же самом, Тася не стала. Не при дроне же.

Они шли довольно долго.

— А подземелье огромное. — Заметила Тася, скучающим взглядом окидывая стены, дверные проёмы и тёмные проходы, где не было света в конце тоннеля.

— Возможно, даже больше, чем ты думаешь.

Тася замерла.

— Это как?

— Это как целая планета, вся насквозь изъеденная подземными городами. Как сыр дырками.

Тася улыбнулась. Звучало масштабно и очень увлекательно, но она не особо верила в подземные города. Они бесполезны, когда на поверхности прекрасная атмосфера и отсутствуют враги.

— Вот вход в столовую.

Друг завис у неприметного тёмного входа и слегка покачивался. Его глаза прищурились, будто он приготовил сюрприз.

Тася с опаской заглянула в проход. Темно, но очертания каких-то предметов вдалеке различаются. Понюхала… никаких запахов. А у неё столовая ассоциировалась с ароматами еды.

— Входите. — Поторопил дрон.

Ну ладно, чего терять. Тася вошла в помещение и там сразу же включился свет, на редкость яркий.

Она вначале зажмурилась, а потом открыла глаза и… да уж.

— Столовая? — Воскликнула Тася. — Это и есть столовая?

Огромное помещение было забито прилавками с разнообразной едой. Тут были и сэндвичи, и пицца, и роллы, и мороженое, и вегетарианские блюда, салаты, мясо на гриле, спагетти и морепродукты. В общем всё, что только можно пожелать.

В каждом отсеке светились яркие привлекательные картинки с меню, а за прилавком стоял человек. Ну, Тася сразу поняла, что это робот, потому что это был либо парень, либо девушка, которые отличались друг от друга лишь одеждой. Одеты они все были в цвета своей торговой точки.

Играла музыка, между палатками с едой стояли островки из столиков и стульев или какие-то странные карусели. Они выглядели как пара кресел, расположенных спиной друг к другу и были окружены низкими оградами, на которые были намотаны, казалось, километры сияющих гирлянд.

Это было что-то среднее между фудкордом и парком развлечений.

— А что, мне нравится. Выбирай. — Сказал Митяй.

У Таси глаза разбежались. Ей хотелось подойти к каждому прилавку и набить живот всем, что она видела. Но тогда она просто лопнет.

— А ты? — Вдруг вспомнила Тася. — А ты чего хочешь?

— Всё равно.

— Тогда ты выбирай. Потому что я хочу всё. — Засмеялась Тася.

— Можем попробовать всё. Мы вроде никуда не спешим.

Тася снова повернулась к прилавкам. Взгляд прыгал от одного к другому, не в силах остановиться на чём-то определённом. Выбрать она не могла.

— Ну, тогда для начала пошли туда.

Тася зажмурилась и наугад ткнула пальцем.

В результате они подошли к прилавку, на витрине которого красовались груды разнообразных сырых продуктов, которые нужно было жарить самостоятельно.

Тася и Митяй сели на стульчики перед прилавком и улыбчивая ненастоящая девушка тут же поставила перед ними по жаровне, на которой клокотало масло в большой ёмкости и по стакану с палочками для жарки. Тася подивилась тому, что масло успело нагреться.

— Какие желаете использовать ингредиенты? — Спросила девушка и перед глазами раскрылся красочный список с картинками. Изображения в нём были как живые и разве что не пахли. И их было просто невероятное количество! Рыба, мясо, фрукты, овощи, грибы, ягоды, семечки, молочные продукты и даже травы. Да-да, именно травы. Например, мята и крапива.

— И это всё можно жарить? — Засомневалась Тася. А, впрочем, чего сомневаться, пробовать надо!

Тася выбрала травы, целый набор. Девушка за прилавком нагнулась и подала ей поднос травы. Тут же распространился аромат разнотравья.

— Где она их взяла? — Изумлённо спросила Тася Митяя. Тот пожал плечами и заказал морепродукты и картошку.

Оказалось, травы не жарят просто так, вначале их обмакивают в какой-то кляр. Тася попробовала и крапиву, и мяту, и одуванчики. Надо сказать, довольно вкусно, хотя мало — каждая травинка после кляра и жарки становилась хрустящей, но в размерах почти не увеличивалась. В общем, креветки и картошка, которую жарил Митяй и которую Тася исподтишка таскала в свою тарелку, оказались гораздо вкусней. Но, возможно, дело было не в еде, а в самом процессе воровства. Ворованное ведь всегда вкусней обычного.

Вначале Тася собиралась посетить ещё какую-нибудь палатку, но быстро поняла, что видеть еду больше не может.

— А что тут за аттракционы? — Чтобы отвлечься, она стала рассматривать карусели и непонятные конструкции, похожие на небольшие надувные горки.

— Похоже, мы слегка выросли и не сможем на них пойти. — Улыбнулся Митяй.

Точно! Все эти аттракционы выглядели так, будто были рассчитаны на пятилеток.

— Хотя есть вероятность, что они как-то трансформируются. — Прикинул Митяй, внимательно изучая ближайший.

Однако Тася вспомнила о других делах, которые ей хотелось бы решить немедленно, и они были важней, чем покатушки на карусельках.

— Ладно, потом посмотрим. Давай всё-таки дойдём до медкапсулы.

— Давай. — Сразу же согласился он.

Митяй тут же встал и принялся искать дрона, про которого они совершенно забыли. Оказалось, Друг так и висел у входа. Похоже, это значило, что выход из этой столовой всего один и он его таким своеобразным образом охранял.

Когда Тася и Митяй подошли к дрону и выразили желание отправляться дальше, тот вдруг ответил:

— Дальше нельзя.

Тася, которая уже успела сделать шаг на выход, опешила.

— Что? — Спросил Митяй.

— Дети остаются здесь.

— Где здесь?

— В столовой.

— Почему?

— На вас хочет посмотреть Богиня.

Тася с Митяем переглянулись. Богиня — это…

— Это местная жительница? — Шёпотом спросила Тася.

— Она идёт. — Ответил дрон и застыл. И мимика на его фальшивом лице застыла тоже.

Митяй вдруг оказался очень близко и схватил Тасю за руку.

— Не двигайся и не говори. Пока не поймём, что происходит. — Сказал сквозь зубы.

— Хорошо.

Стало страшно. Тася не к месту вспомнила пенёк… ту гору, которая рухнула. Они просто взяли и взорвали её. Какой-то там Строитель. Возможно, он был один. В одиночку взорвал целую гору. А что это значило? Да ещё все возможности Саблезуба…

Это значило, что местные всесильны.

И как не повезло, что про них узнали! Но почему? Они ведь сидели тихо, ничего не сломали, никуда не лезли. Всего час назад разговаривали о том, какая удача, что местные о них не знают. И нате вам!

Ждать Тасе тоже не нравилось, но ждать и не пришлось. В коридоре показалась цветная фигура… очень похожая на ту, что разговаривала с Саблезубом.

Тася так и думала, что речь о ней!

Смотрелась фигура очень странно. Как пятно. Она мерцала и местами переливалась. И всё же имела чёткие контуры женской фигуры, разве что была размерами больше человеческой, по прикидкам Таси, примерно на треть. В прошлый раз вроде бы она была меньше… хотя могло и показаться. До того ли было Тасе в прошлый раз?

Фигура вошла, хотя ноги не то чтобы передвигались, они будто мигали — и оказывались в другом положении. Лицо тоже было сплошным фоном, на котором не разглядеть ни глаз, ни рта. На нём просто двигались пятна, будто глаза и рот сползали в сторону и это выглядело, прямо скажем, жутковато.

Богиня прошла мимо и замерла в стороне, лицом в другую сторону. Видно было профиль с острым носом, совершенно человеческий.

— Дети. — Раздался хрустальный женский голос. — Снова дети. Дети везде.

Она замолчала, Тася покосилась на Митяя — тот застыл, настороженно следя за фигурой и ожидая продолжения.

Фигура подняла руку и как-то непонятно пошевелила пальцами. В ответ на это движение активировался дрон и подплыл к ней, и замигал, и застрекотал. Похоже, они таким образом общались.

Богиня вдруг тоже застрекотала. Не открывая рта. Такие звуки человеческие связки произносить не могут. Тася почувствовала, как напрягся Митяй, он сильно, до боли, сжал её руку.

— Сколько здесь детей? — Вдруг безо всякого перехода от стрекотания к человеческой речи спросила Богиня.

Дрон открыл перед ней экран, достаточно большой, чтобы Тася и Митяй видели то, что на нём происходило.

А там были изображены они, снятые совсем недавно, похоже, тогда, когда Тася нажала на кнопку, висящую на шее Саблезуба. Тася успела подумать, что выглядит, конечно, как ободранка какая-то, когда валяется на полу, но тут снова раздался стрекот и изображения замелькали. Она ещё успела разглядеть Саблезуба, который сидел на своём белоснежном троне. А потом изображения стали меняться так быстро, что слились в одно… Но вряд ли вокруг было столько «детей», видимо, дрон показывал нечто другое.

— Повсюду дети! — Вдруг повысила голос Богиня. Её голос перестал быть ровным и стал недовольным. Кажется, происходящее ей не нравилось. Или она хотела кому-то что-то таким образом сказать. Вряд ли им.

— Что они постоянно делают? — Спросила Богиня.

— Они играют.

— Покажи, как они играли. — Приказала Богиня.

Изображения замелькали, но разобрать, что на них было больше не удавалось. Эта Богиня — она, конечно, обладала способностями воспринимать информацию куда более быстро, чем человек.

Тасе жутко хотелось спросить Митяя, что он обо всём этом думает, но она боялась говорить. Подумала, что Саблезуб опасен, но он хотя бы человек. То есть его мотивы и линию поведения пусть с трудом, но можно как-то прогнозировать. Это же существо человеком не было.

Изображения перестали мелькать и на экране застыло последнее из них. Тася сглотнула, а Митяй не сдержал нервного вздоха. На экране было двое, но не они, а парень, которого показывал на экране Саблезуб. Ахлейн, кажется. И его девушка.

— Почему дети постоянно прилетают? — Спросила Богиня. — Почему они снова здесь?

Дрон застрекотал. Богиня махнула рукой и он замолк.

— Я думаю. — Сказала Богиня.

Стало тихо и мрачно. Дрон не шевелился, как и Богиня. Она немного переливалась, но совершенно не двигалась. И это отсутствие лица… пятна глаз… Тася вглядывалась в него, но вообще не могла понять, в каком настроении инопланетянка и о чём она собирается думать.

Потом она заколыхалась, как волна. Тасе показалось, что Богиня вот-вот растворится в воздухе.

— Что вы собираетесь с ними делать? — Вдруг не сдержался Митяй. — С детьми, которые в катере на орбите?

Богиня снова стала ровной, перестав колыхаться. И она молчала.

Тасе показалось, что в этой неподвижности скрыта какая-то угроза, поэтому она машинально прижалась к Митяю, будто хотела за него спрятаться. А тот немного закрыл её плечом.

— Дети волнуются. — Сказала Богиня, не смотря на них. И снова замолчала.

Дрон радостно застрекотал.

— Дети на орбите. Что с ними делать? — Спросила Богиня и непонятно было, у кого. Точно не у Митяя, потому что голову она повернула в противоположную сторону.

— Отпустите их! Они улетят! — Сказал Митяй.

— Корабль летит. Дети летят. — Словно не слыша, сообщила Богиня.

— Мы все улетим! Просто дайте нам улететь!

— Дети постоянно тут!

Вот теперь Богиня точно рассердилась. Цвета, которые плавали по поверхности её формы стали темней и начали двигаться быстрей.

Митяй вдруг слегка склонил голову набок и медленно произнёс.

— Если все дети улетят вместе, детей больше не будет.

Богиня снова задумалась, как и Тася. Что он имеет в виду?

Потом Богиня просто взяла и выключилась, прямо как лампочка. Тася быстро посмотрела в пол, ей почему-то показалось, что там, на полу, должны остаться хоть какие-то следы этого странного существа, но на полу ничего не было. От Богини и пятна не осталось.

— Что решила Богиня? — Быстро обратился Митяй к дрону.

— Богиня будет разговаривать с остальными взрослыми. — Ответил тот.

— О чём?

— Дети должны оставаться дома. — Невпопад заявил дрон. — Дети должны быть лишены игрушек.

Вот вам и на!

— Ты про нас?

— Да.

— Что значит «оставаться дома»?

— Детям запрещено покидать помещения и выходить наружу. Также они лишены игрушек.

— Каких именно игрушек? — Уточнил Митяй.

— Всех игрушек, кроме самых примитивных.

— Думаю, степень примитивности придётся устанавливать опытным путём. — Сказал Митяй Тасе.

— Кажется, нас тут ограничили. — Ответила она.

— Да. Но это хорошо.

— Правда?

— Да. Мы и так не особо «играли». А вот Саблезуб остался без зубов.

— Думаешь, его тоже ограничили?

— Дрон, ограничения наложены на всех детей? Или только на нас?

— Ограничения наложены на всех детей.

Митяй поднял брови.

— Ну ладно. — Сдалась Тася. — Это хорошо. А его дроны?

— Дроны Саблезуба являются игрушками? — Тут же спросил Митяй.

Дрон заскрипел и ответил.

— Являются.

— И теперь они не активны?

— Это так.

— А лодка? — Спросила Тася. — Она игрушка?

— Лодка — игрушка.

— И мы не сможем на ней улететь?

— Покидать территорию детской зоны запрещено.

— О как. — Митяй хмыкнул. — У нас теперь есть зона. Сообщи нам границы детской зоны.

— Границы подземелья.

— А ты? — Вдруг поинтересовалась Тася. — Ты разве не игрушка?

— Я — игровой помощник и друг.

— Это не то же самое. — Митяй посмотрел на Тасю и укоризненно покачал головой. Вроде того, что это немаловажное различие понимает каждый. Как вообще можно было не знать разницы? Обозвать Друга игрушкой? Это же практически оскорбление!

— Ладно, ладно, я поняла.

— Так что будет с детьми, которые сейчас на орбите? — Опять будто мимоходом поинтересовался Митяй.

— Взрослые решат вместе.

Тася видела, что Митяй переживает, но не смогла придумать, как заставить Друга рассказать правду. Ну, а тогда, возможно, имеет смысл отвлечься? Да и кстати…

— Раз мы поели и разобрались… со всем остальным, может, теперь пойдём к медкапсуле? — Бодро предложила Тася.

Митяй кивнул.

— Медкапсула для игр недоступна. — Вдруг сообщил дрон.

— Как недоступна? — Тася растерялась.

— Впредь детям запрещено играть со всеми взрослыми приборами.

— Но мы не собираемся играть. Мы хотим проверить состояние своего здоровья. — Объяснил Митяй.

Дрон тут же выпустил жёлтые лучи и просканировал обоих.

— Состояние вашего здоровья не представляет опасности.

— Но ты ведь мог и пропустить какую-нибудь сложную и редкую болезнь! — Возразила Тася. — Мог ведь?

— Любое использование взрослой аппаратуры требует контроля старших. Я могу отправить просьбу помочь любому из них, кто свободен.

Митяй с ожиданием посмотрел на Тасю. Ей было решать.

Звать местных? Кого-то из этих Радужных людей, от соседства которых не по себе становится так, что кровь в жилах стынет? Тем более сейчас, когда они обсуждают судьбу летящих на орбите?

Тася колебалась. С одной стороны, хотелось, наконец, разобраться со своей настоящей или мнимой болезнью, окончательно разрубить этот гордиев узел. Но с другой — она чувствовала себя совершенно здоровой! После знакомства с Митяем не просто здоровой, а и очень активной! Если ей резко станет плохо — здесь ей точно помогут. А до тех пор лишний раз тревожить местных, вероятно, не стоит. Эта Богиня — она была чем-то недовольна. Детьми, которые везде лезут и которых слишком много. Если Тася правильно поняла.

— Не нужно никого звать, попозже попросим. Пусть занимаются своими взрослыми важными делами. — Смирно сказала Тася.

— Ответ принят.

— Тогда, может, лодка? Где она? Свои вещи мы можем забрать? — Спросил Митяй.

— Лодка в хранилище. — Дрон замер, будто что-то обдумывая. И, наконец, сказал. — Вы можете забрать вещи.

— Веди нас!

Дрон неторопливо полетел вперёд. Митяй подождал, пока он улетит достаточно далеко и тихо спросил.

— Ты как?

— Я в порядке. Как думаешь, что эта Богиня… что она с нами сделает?

Митяй пошёл за дроном, Тася — с ним рядом.

— Ну, убивать они нас вряд ли станут. Но кажется, дети им надоели.

— Да, мне тоже так показалось. Дети — это сплошные проблемы и заботы. Особенно чужие дети. Подкидыши.

— Надеюсь, они просто выставят нас прочь… как сделали в прошлый раз.

— Да, но Богиня сказала, что дети постоянно возвращаются! А им это надоело!

— Да, это тоже верно. — Митяй замолчал.

— Если запереть нас всех в одном месте и поставить охрану, чтобы мы не выходили за пределы, например, «детского сада», то можно не париться. Нянек оставить… и всё.

— Ты права. — Задумчиво сказал Митяй.

— Но это может означать, что нас просто запрут на неопределённый срок?

— И ты снова права.

— Лучше бы я ошибалась.

Тасю даже холодный пот покрыл, стоило представить, что местные могут их всех поймать и посадить в замкнутое помещение. На неопределенно долгий срок. Пока они не «вырастут». А то и до конца жизни.

— Попробуем найти передатчик и выйти на связь с Ахлейном и Валенсией. Может, вместе мы найдём решение. По-хорошему нам с тобой надо быстро отсюда слинять.

— И не возвращаться! — Строго сказала Тася.

— Вот это точно. — Пробормотал себе под нос Митяй.

— А Саблезуб? Что с ним?

Митяй вздохнул.

— Ну а что с ним? Надо попробовать забрать его с собой.

— А если он не захочет улетать?

— Тогда нам придётся настоять на своём и не обойтись без его согласия. — Митяй сжал челюсти. — Его нельзя оставлять. Пока он здесь, эта история не закончится.

Тася была согласна. Саблезуб — словно часть пазла, который не сложить без последней детали. Пока он здесь, они все словно привязаны к этой планете. Пока связь «Саблезуб» не оборвётся, они не будут свободны. Вот какое ощущение сложилось у Таси в результате всего происходящего. Столько намешалось в этот водоворот судьбы: Саблезуб, инопланетяне, космические корабли с друзьями Митяя, сам Митяй, и всё это кружилось единым целым, неразделимым потоком.

Дрон летел вперёд, будто понимал, что его подчинённые желают остаться наедине, чтобы спокойно поговорить.

И вот коридор стал широким, потолок уплыл далеко вверх и они пришли к большущей двери высотой в два человеческих роста. На ней был изображён огромный значок в виде летящей ракеты. Дверь разделилась на две створки и со скрежетом разъехалась в стороны.

Перед ними был очередной склад. Уже у входа лежали стопки автомобильных шин и связки вёсел.

— Сколько хлама. — Тася покачала головой. — Это всё зачем?

— Не знаю. Местные развлекаются. — Митяй остановился на пороге и обвёл груды залежей взглядом опытного хламовщика. — Ну что же. Попробуем найти среди этого хлама свой.

Искать не пришлось. Дрон повёл их по извилистым дорожкам среди куч каких-то запчастей и довёл до отдела, в котором хранились лодки, машинки и байки. Тася шла вдоль полосы маленьких машин на два человека, которые друг от друга отличались лишь цветом и формой, и думала, зачем их столько? Тут всего один Саблезуб, и столько машин! Или местные сами на них катались?

Интересная мысль.

Однако представить себе Богиню, которая, скрючившись, сидит в маленькой машинке, Тасе не удалось.

Тем временем дрон, который летел впереди, остановился. Когда Тася с Митяем подошли, то сразу увидели длинный ряд плавательных средств. Там были и небольшие современные катера, и деревянные ободранные лодки. И даже один плот с шалашом из веток, вход в который закрывали шторки из стекляруса, а поверху развивался пиратский флаг. Возникло невольное желание сразу же залезть в шалаш и хорошенько осмотреться, но, к несчастью, они уже не дети.

Тем более Митяй пошёл вперёд, а потом и вовсе пропал из виду. Тася бросилась следом и выбежала к лодке, на которой они путешествовали.

— Ух ты…

Увидеть своё любимое средство передвижения целым и невредимым было очень приятно. Тасе хотелось погладить его, будто оно живое и поймёт, что по нему скучали. Что она и сделала. Борт лодки был прохладный и гладкий.

— Тут ничего нет. — Вдруг сказал Митяй.

Тася бросила гладить лодку и заглянула внутрь. Ничего. Она пошарила руками и под сиденьем, и в выемке под носом лодки. Ничего.

— Наших вещей нет.

А ведь они оставляли их в лодке, когда поднимались к катеру.

— Где наши вещи? — Спросила Тася у дрона.

— Какие вещи?

— Тут, в лодке, лежали наши вещи!

Дрон задумался.

— Вещей нет. — Ответил он.

— Да я вижу… — Вскипела Тася.

— Подожди. — Митяй прикоснулся к её плечу и Тася как по мановению волшебной палочки замолчала.

— Мы прилетели на этой лодке к катеру, который когда-то упал на поверхность планеты. В лодке оставались наши вещи. Наши рюкзаки. От катера мы улетели с Саблезубом. Как лодка оказалась здесь и где могут быть наши вещи?

Дрон уже привычно подумал, хлопая круглыми глазами.

— Лодка вернулась в точку базирования автоматически, при проведении плановой диагностики посторонних предметов в ней обнаружено не было.

— Вещей не было! — Воскликнула Тася. Митяй сжал её плечо и взглядом попросил замолчать. Тася послушалась, она и сама понимала, что криком ничего не добьётся.

— Хорошо, спасибо. — Сказал Митяй дрону. — Теперь мы хотим остаться одни. Ты же не должен за нами присматривать постоянно?

Дрон улыбнулся.

— Я могу оставить вас одних. Если что, вы знаете, как меня позвать.

Лучик света из дрона ткнул прямо в кнопку, которую Тася продолжала носить на шее.

— Да, спасибо. — Сказала она. — Я рада, что ты всегда на связи.

— Я ваш друг. — Скромно сказал дрон и сразу же улетел.

Они посмотрели ему вслед.

— Вещей нет. — Повторила Тася. — Думаешь, они у Саблезуба?

— Конечно. Где же ещё?

— Может, они остались там, у катера? Может, их просто выбросили? Кому они нужны, кроме нас?

— Они у Саблезуба, Тася. Не похоже, что здесь кому-то бы помешал чужой хлам. — Митяй красноречиво развёл руками. — Чтобы их выбрасывать.

Да уж, в океане окружающего хлама их вещи были бы каплей в море.

— И Саблезуб не знал, что в наших рюкзаках. Конечно, он их забрал.

— И что теперь?

— Теперь мы пойдём к нему за своими вещами.

— Но… — Тася замялась.

— Что но?

— Разве это не опасно?

— Что в этом опасного? — Митяй уверенно качнул головой. — Игрушки отключили всем. Саблезуб остался без силовой поддержки. Теперь он парень как парень.

— Да, но он не совсем… мало ли что. Вдруг у него есть пистолет? Ты не думал? И он нас просто пристрелит!

— Не переживай. — Спокойно и твёрдо сказал Митяй. Так, что Тася и правда замолчала. — Просто поверь мне.

Это было несложно. После всего пережитого Тася верила каждому его слову. Поэтому она кивнула, взглядом попрощалась с лодкой и они пошли на выход.

Рюкзаки. Теперь, когда у них была цель, всё происходящее снова обрело смысл.

Глава 10. Послание

— Главное, не заблудиться. — Пошутила Тася, когда они вышли со склада и оказались напротив нескольких коридоров, почти ничем не отличимых друг от друга.

Митяй уверенно повернул в один из них — второй слева.

— Не заблудимся.

Они шли и шли… Вначале Тася думала, что у Митяя просто хорошая память и он запомнил дорогу, но со временем засомневалась. Кажется… вернее, вот эти вот коридоры со стеклянными стенами, за которыми извивались и корчились чёрные тени, они точно не проходили! Уж она-то бы их запомнила!

— Только не говори, что ты заблудился.

— Нет. — С довольным видом ответил Митяй.

Они шли дальше. Тася видела, он действительно двигался целенаправленно. Но как?

— Ну давай, признавайся! — Наконец, не выдержала Тася. — Как ты находишь дорогу?

— А ты ещё не поняла?

— Поняла бы, не спрашивала!

Но он только смеялся. Тася решила надуться. Почему, ну почему он просто не скажет? Она же сейчас умрёт от любопытства. Прямо здесь и сейчас!

— Да вот же. — Митяй сдался и ткнул пальцем в стену. Тася присмотрелась… но там ничего не было.

— Ну и что я должна тут увидеть? Указателей нет, ничего не светится! Что тут вот?

— Так оно и не светится. Вот они — указатели.

Он присел и погладил стену у самого пола. Тасе тоже пришлось сесть, чтобы увидеть.

Стрелки. Простые выпуклые стрелки, словно их слепили из пластилина и прилепили к стене.

— Да ладно. — Тася сморщила нос. — Но куда они ведут? Почему ты думаешь, что именно к Саблезубу?

— Потому что я сказал.

— Что это значит — ты сказал?

— Ну смотри. — Митяй встал и громко сказал, смотря куда-то в потолок. — Хочу попасть в детскую столовую.

Тася моргнула — а стрелка теперь указывала в другую сторону.

— Да не может быть!

Она пощупала стрелку — холодная… сплошная. Просто часть стены. Но как?

Тася вскочила и громко сказала:

— Хочу найти Саблезуба!

И снова не заметила, когда стрелка изменила своё направление. Снова потрогала — часть стены!

Здорово. Инопланетная технология… Обалдеть!

— Ладно, пусть. Но как ты узнал? — Тася покачала головой. — Как ты понял, что нужно на эти стрелки смотреть?

— Дрон лучом на них наводил, когда мы шли.

— А… Я не заметила.

— Бывает. Он был очень тонкий и светил всего долю секунды. Как мелькание. Я тоже случайно увидел. Ну всё, пошли.

Теперь во время пути Тася смотрела вниз и видела стрелочки. Очень удобно. Прям очень!

— Как ты думаешь, они ведут нас в комнату Саблезуба или туда, где Саблезуб находится прямо сейчас?

— Хороший вопрос. У местной навигационной службы могут быть любые правила. Но в общем она, как и всё здесь, придерживается знакомой нам логики. Значит ведёт туда, где он сейчас.

— А вдруг нет?

— Скоро узнаем.

И вот коридоры стали смутно знакомыми и они пришли к логову Саблезуба. Дверь была закрыта. Кто бы сомневался! Последняя стрелочка находилась прямо у порога.

Тася и Митяй остановились и задумались.

— Если он заперся, мы его не выкурим. — Вздохнула Тася.

Митяй молча толкнул дверь. Она, конечно же, была заперта.

— Может, постучать? — Спросила Тася и нервно рассмеялась. Звучало бредово.

— Надо подумать.

Тася вздохнула.

— Можно, конечно, караулить, рано или поздно выйдет.

— Не вариант.

— Да, мне тоже этот план не нравится. Тогда что делать?

Митяй вздохнул и… постучал. Тася с энтузиазмом повернулась к двери. Ну а вдруг? Вдруг Саблезуб просто возьмёт и откроет им? Они же все люди… как бы на одной стороне.

Не тут-то было! Саблезуб сидел тихо и не шуршал.

— Эй, открой! Поговорить надо! — Крикнул Митяй и постучал снова.

Они прислушались — нет, ничего. Никаких звуков.

— А он точно там? — Спросила Тася.

— Иначе дверь была бы открыта. Зачем её запирать? Он точно там.

— Не откроет он. — Констатировала факт Тася.

— Не откроет. — Подтвердил Митяй.

— Ну, я бы на его месте тоже не открыла.

Митяй задумчиво покачал головой и вздохнул.

— Ну да и я бы не открыл.

Они ещё немного постояли, потом Тася грустно спросила.

— И что теперь? Ты как хочешь, а я его караулить не собираюсь! Под дверью сидеть.

Митяй огляделся, зачем-то взглянул на потолок.

— О! Я знаю, куда нам пойти. А он пусть сидит.

— Куда?

— Пойдёшь со мной?

— Пойду, конечно! А куда?

— Пойдём к твоей камере.

— Куда?

Тася не сразу поняла. А потом…

— К моей криокапсуле?

— Да.

Она хотела было спросить, зачем ей туда идти… но не спросила. Почему-то действительно показалось, что очень важно сейчас туда пойти. Даже важней, чем к медкапсуле.

— Почему я сама не подумала?

— Хотим пройти в комнату с криокапсулой Таси. — Подняв голову, чётко сказал Митяй.

Стрелка пропала. Они ждали, но новая не появилась.

Митяй нахмурился и повторил просьбу.

Снова ничего.

— Подожди! Может, это… ну то, что рисует стрелки, оно не знает, где моя капсула. Саблезуб же меня прятал!

— Хочешь сказать, местные не знают, что Саблезуб тебя разморозил?

— Думаешь, он стал бы спрашивать разрешения? Вряд ли бы они позволили ему играть с моей криокапсулой. По сути, они хранили меня много лет. Может, веков.

— Хранили?

— Я только недавно поняла. Моя капсула… сам увидишь. Она как новенькая! Если бы она просто валялась где-то, как прочий хлам, то давно бы испортилась.

— Но возможно, Саблезуб…

— Что Саблезуб? Бегал с тряпочкой и протирал поверхность криокапсулы?

— Хм. А в твоих словах есть какой-то смысл.

— Конечно, есть! — Фыркнула Тася.

— Думаешь, местные проводили техническое обслуживание твоей капсулы? Поддерживали её работоспособность?

— Да.

— Они получили твою капсулу… случайно или специально. И хранили её…

— Потому что внутри живой человек. — Закончила Тася.

Митяй тут же принялся чесать затылок.

— Получается, у них очень большая зона ответственности за все живые существа. За разумные.

— Что не вяжется с некоторым их поступками вроде убийства.

— Убийства?

— Ну ты же рассказывал, что они угрожали убить всех, кто не покинет планету.

— Угрожали… В том-то и дело, что они никого не убили. Специально. Только угрожали. И военные… группа военных погибла случайно.

Тася уже слышала эту грустную историю и вздохнула.

— Может, ты и прав.

— В чём?

— В том, что они очень щепетильно относятся к жизни разумного существа. Даже, возможно, оберегают её.

— Только способы, которыми оберегают, могут показаться неадекватными. — Добавил Митяй.

— Например, запереть в бункере на всю жизнь? Или хранить меня, как селёдку, и не размораживать? Ведь с живым человеком слишком много возни?

— Например.

Тася посмотрела на дверь, за которой прятался Саблезуб.

— Он знает, где моя капсула.

Митяй тоже уставился на дверь, так грозно, будто собирался пронзить её взглядом.

— Ну, можем попробовать выломать. Если ударить вот тут.

Он стал стучать пальцами по поверхности двери, выбирая самый глухой звук.

— Нет, давай лучше пойдем… просто поищем. Если заблудимся — попросим указатели к столовой. Отдохнём, подумаем. Мы же не спешим. Эти местные… не думаю, что они будут решать нашу судьбу быстро. Они выглядят неторопливыми.

— Да. Мне тоже так показалось. Живут долго, никуда не торопятся. Пошли.

На том и договорились. Тася огляделась и выбрала направление.

Они шли не спеша и заодно тщательно осматривались. Подземелье действительно было огромное, прекрасно обустроенное и весьма интересное. Тася чувствовала себя как в музее забытой человеческой цивилизации. В интерактивном музее. Да ещё в таком, где можно ходить без экскурсовода и всё трогать.

— Тут так много человеческих предметов… и совсем нет инопланетных. Возможно, они люди?

— Местные?

— Ага.

— Мы думаем, они просто наделали все эти предметы после того, как сюда прилетели Земляне. Изучали нас таким образом.

— Нет. — Тася уверенно качнула головой. — Это люди.

Митяй даже опешил от такого уверенного утверждения.

— С чего ты взяла?

— Да понятно же! В своё время слышала я такую теорию, что человечество развивалось витками… доходило до высокотехнологичной цивилизации и само себя уничтожало войнами.

— Слышал такое.

— А у вас так не думают?

— Доказательств нет. — Коротко ответил Митяй.

— И вот, — продолжила Тася. — В те моменты, когда цивилизация достигала своего расцвета, человечество разделялось. Самые разумные и добрые улетали в поисках других планет, выходили на новый уровень существования. А более агрессивные и приземлённые гробили себя и всё оставшееся население Земли, опускаясь обратно в каменный век. Таких волн было несколько.

— И местные — одна из партии людей, которые улетели?

— Да. Почему бы и нет? Потому и человеческих предметов у них столько.

— Потому что они продолжают за нами наблюдать? Некоторые вещи вроде Папаши очень даже современные.

— Да, продолжают. Потому они и людей не любят! Считают, мы недоразвитые. И ждут, пока разовьёмся настолько, чтобы снова разделиться. Тогда с нами, то есть с частью нас, можно попытаться пообщаться.

— Теория мне нравится. — Кивнул Митяй. — Почему бы и нет?

— Так ты согласен?

— Надо подумать.

Тася остановилась, огляделась.

— Кажется, нам туда.

Один из коридоров вроде бы ничем от прочих не отличался, но как-то неуловимо притягивал. Да, собственно, без разницы было куда идти, поэтому она повернула, куда вело любопытство.

Да, эти стены — Тася точно здесь ходила. И этот неровный пол под ногами. На нём будто колеи от колёс.

Тася подумала и остановилась. Потопталась на одном месте. Да, эти колеи… она здесь ходила.

— Сюда.

Коридор длинный. Тася вглядывалась в другой его конец, но там не было ничего, за что зацепился бы взгляд. Свет шёл, но кроме пустых стен он ничего не освещал.

И вот они вышли из коридора в небольшой круглый холл. Его стены были из серого камня, вероятно, холл был просто вырезан в скальной породе.

— Это здесь.

Она махнула рукой в сторону, где дверной проём мерцал, будто покрытый флуоресцентной краской.

— А это ты видела? — Митяй указал вверх.

Тася подняла голову, посмотрела… и тут же утонула в высоте. Потолок был прозрачным, а за ним виднелся тоннель в камне, который шёл вертикально вверх. И если внизу на стенах тоннеля светились маленькие огоньки, то выше они пропадали. Очень наглядно… Значит, это настоящее подземелье. Насколько глубоко оно располагалось, было непонятно. Света в конце этого тоннеля видно не было. Но точно очень глубоко.

— Ничего себе. — Прошептала Тася. — Голова кружится.

— Да, высота впечатляет. Точнее, глубина.

— Это… даже не знаю, что сказать.

— Ну… — Задумчиво протянул Митяй. — Это, так или иначе, путь наверх.

— Но мы же не полезем по нему наверх?

Митяй не ответил. Он смотрел в тоннель так, будто видел, где тот заканчивался, хотя это было невозможно.

Не-не-не, Тася точно не собиралась лезть наверх. Да и зачем?

Она вернулась к проходу, который ранее привлёк её внимание. Да, криокамера там. Правда, единственная дверь в стене закрыта. Но может, не заперта. А если заперта… что ж, надо, наконец, научиться эти запертые двери открывать.

Тася пошла к двери и увидела длинную пластинку на стене. Попробовала нажать — по поверхности пластинки от прикосновения пальца расплывались разноцветные пятна, но больше ничего не происходило.

— Это графический замок.

Митяй подошёл, подождал, пока Тася наиграется и сказал.

— Может, я попробую?

— Попробуй.

Тася нехотя отодвинулась.

Графический замок — это рисунок. Вариаций… не подберёшь, в общем. И что было делать?

— Короче, надо вскрывать Саблезуба. — Холодно заявила Тася, сложила руки на груди и опёрлась плечом на стену у двери. В голове зрели зловещие планы, как заставить Саблезуба признаться во всём, что их интересовало. Пусть расскажет, где взял её капсулу, как разбудил и почему скрывал от местных! Всё! Хватит уже придуриваться! Должен же, в конце концов, кто-нибудь поставить его на место! Если будет некому, то это сделает она!

— Сейчас открою.

Митяй попробовал пару раз, потом задумался.

— Да как ты угадаешь? Это же графический рисунок!

Он не ответил, ещё немного помолчал, а потом изобразил на пластинке восьмёрку.

— Знак бесконечности. — Сказал Митяй.

— Почему именно он?

— Знак с герба АМКи. Все студенты гордятся им до… до мании величия какой-то. Используют где только подвернётся.

Замок засветился той самой восьмёркой, пикнул и открылся.

— Очень опрометчиво было оставлять старый пароль. — Сказал Митяй. Но тут же добавил. — Хотя скорее всего тут больше нет ничего для него важного.

Тася еле дождалась, пока дверь отъехала и сразу же ворвалась в комнату, будто рассчитывала найти там кого-то дорогого. Над головой автоматически включился свет.

Да, комнату она сразу узнала. Те же стены, тот же полумрак. Её капсула стояла на прежнем месте. Но уже совсем не светилась.

Тася замерла. Вот отсюда она появилась на свет. Прямо будто из материнской утробы — в новом, незнакомом мире. Хотя, не таком уж и незнакомом, придурки тут тоже есть. И герои. Она покосилась на Митяя. К счастью.

— Интересная конструкция.

Митяй прошёл мимо и стал рассматривать капсулу. Что-то внимательно изучать внизу и щупать внутри. Крышку осмотрел первым делом.

— Со внутренним замком.

— Да. Я чуть с ума не сошла, пока её открыла и оттуда вылезла.

— Ты знала про замок?

— Нет, конечно, случайно открыла. Я вообще не знала, где я. И что меня усыпили.

Тася стояла неподалёку и отчего-то боялась подойти.

Митяй посмотрел на неё долгим взглядом.

— Ты не знала, что тебя заморозят?

— Нет.

К счастью, он больше не задавал вопросов. Снова принялся изучать капсулу. Провёл рукой по поверхности.

— Ты права. Она очень хорошо выглядит. Её действительно обслуживали. Её заряжали, держали в помещении с подходящей атмосферой и температурой.

— Меня хранили. — Грустно усмехнулась Тася. — Как консерву.

И снова долгий взгляд.

— Поищем послание?

— Послание?

— Тот, кто тебя заморозил, мог оставить тебе что-нибудь на память.

— Где?

— В капсуле, конечно.

— Я тут ничего не видела.

— Надо искать внутри.

— Внутри ничего не было, кроме меня.

Митяй промолчал. Он наклонился и стал тщательно осматривать внутреннюю поверхность капсулы.

Тася с интересом за ним наблюдала.

— Думаешь, послания вживляли прямо в капсулу? Оставляли здесь?

— А где ещё?

— Ну, где-нибудь на Земле. В банке каком-нибудь.

— Там ненадёжно.

Да? Тася задумчиво подняла брови. Там ненадёжно? Хотя… какая-то логика во всём этом прослеживается. К чему оставлять послание своему родственнику неизвестно где, если можно засунуть его прямо в капсулу, что гораздо дешевле и надёжней. Да и родственник сразу после пробуждения его получит, безо всякой волокиты! А банк что? Банк может разориться, может задрать цены за хранение, штрафы какие-нибудь придумать. За пятьсот лет что угодно может произойти.

Нет, реально самый разумный вариант — хранить послание в той же капсуле, что и сам адресат.

Осознав всё это, Тася тоже бросилась искать. Правда, что искать, она толком не понимала. Наверное, есть какой-нибудь потайной ящик, который открывается потайной кнопкой. Вот и все идеи.

Или… или кнопка внутри, под обшивкой.

— Внутри под обшивкой! — Крикнула Тася.

Они переглянулись и полезли руками в отсек для человека. Тасе было неприятно снова чувствовать эту гладкую, знакомую до дрожи поверхность, но она терпела. Ощупывала руками всё, до чего дотянулась.

Но ничего необычного.

— Крышка!

Потом она стала осматривать крышку. Тоже ничего. Только замок, который её вызволил из плена. И всё.

— Что-то должно быть. — С досадой сказала Тася. Даже удивительно, что всего несколько минут назад она была как раз тем самым человеком, который в эту затею не верил.

— Думаем, Тася, думаем. — У Митяя горели глаза, когда он выпрямился и похлопал ладонью по капсуле. — Оно тут, точно тут.

— Почему?

— Твой брат, судя по описанию, просто не смог бы удержаться. Попытался бы и после смерти тебя контролировать. Он оставил тебе послание, я вот на что угодно готов спорить!

Они молча повторно осмотрели капсулу.

— Кроме этой кнопки, которая открывает капсулу, я ничего не видела. — Сказала Тася.

— Она нажималась или отодвигалась?

— А какая разница?

Митяй пожал плечами и стал давить на кнопку.

Ничего не происходило.

— Так что ты сделала? Можешь вспомнить?

— Могу конечно. Я просто нащупала вот эту кнопку. — Тася показала на неё пальцем. — И нажала вот так.

Она принялась судорожно стучать по кнопке.

Вначале ничего не происходило, а потом вдруг что-то щёлкнуло. Тася замерла.

— Повтори. — Потребовал Митяй.

Тася послушно повторила, но звуков больше не было.

— Отпечаток пальца. — Митяй кивнул. — Тайник можешь открыть только ты. И он внутри, больше негде.

Тася подумала, что звучит вполне логично. Она наклонилась и заглянула в ноги — только там оставалось плохо обследованное место.

— Вот, под пластиковой обшивкой!

Тася сунула туда руки и сразу же нащупала панель, которая отошла от гладкого пластика. Подцепила ногтями… получилось не сразу, но панель всё-таки сдвинулась. А дальше пришлось выгибать руку так, что Тася чуть не вывернула запястье. Зато нащупала что-то небольшое, кажется, флешку. Вытащила. Да, точно флешка! Золотой цилиндр на тонкой цепочке. Её брат носил как талисман, потому что флешка принадлежала маме.

— Да, это брат оставил. — Тася сглотнула, слёзы подступили к самому горлу. Она и не думала, что память о брате может причинить столько боли. Тот день, когда он показал ей запястье с этой цепочкой… и сказал, что будет носить её в память о матери. Тогда он был классный. Такой серьёзный, взрослый. Тася смотрела на него и знала, что брат не оставит её в беде, никогда. Не оставит её одну.

В тот момент она ещё не знала, что однажды сама захочет остаться в одиночестве.

— Что это? — Спросил Митяй.

Тася опомнилась.

— Флешка.

— Что такое флешка?

Ну да, пятьсот лет прошло, вряд ли человечество до сих пор пользуется таким старьём.

— Хранилище информации. Нужен вот такой разъём и компьютер с программой, которая может прочесть с флешки данные.

— Нужна программа. — Митяй кивнул и достал свой экран. — Дай-ка сюда.

Тася замешкалась, но под ожидающим взглядом покраснела и отдала.

Митяй включил на экране сканер и просканировал флэшку, то есть просто поводил над ней экраном. Вернул флешку Тасе.

— И что? — Спросила она.

— Всё.

— Что всё? Хочешь сказать, ты открыл?

— Ну да. Вот содержимое, на ней видео и картинка — какой-то документ. Что открывать?

— Видео.

Тася вдруг рассеянно огляделась, нашла стул и побрела к нему. Села. Митяй сел на соседний, сунул экран ей в руки.

— Готова?

— Да. — Быстро сказала Тася, хотя не была в этом уверена. Но Митяй уже запустил ролик.

Через секунду Тася уставилась в лицо старика.

У неё медленно отвалилась челюсть. Она не сразу узнала… не сразу поняла, что это брат.

Ему было лет семьдесят, не меньше. Полностью седой, с мешками под глазами. С опухшим носом и тонкими, трясущимися губами.

И всё же это был брат.

— Тася, сестрёнка. — Заговорил человек с экрана. Он смотрел в камеру так, будто искал в ней что-то волшебное. — Если я всё сделал правильно, ты меня сейчас видишь. И будешь жить. Пока мог, я следил за твоим хранением. Но вскоре я умру. У меня нет ни родственников, ни доверенных лиц. Всё моё окружение — шакалы, стоит мне испустить дух, они разорвут мои капиталы в клочья. То есть они так думают. Думают, я не знаю, что они спят и видят, что я сдох. Но меня им не переиграть. Я всё отписал тебе, милая моя. — Он улыбнулся так жутко, что Тася сглотнула. Это звучало, словно брат ей угрожал. — Конечно, теперь тебя нельзя оставлять в хранилище, потому что они тебя отключат. Ты полетишь… полетишь, дорогая моя, к звёздам.

Старик задрал голову и уставился в потолок. Заговорил, не отводя от него глаз.

— Даже сейчас единственное, чего я хочу — это чтобы ты была счастлива. Чтобы жила не просто здоровой, а и безбедно. Я оставляю своё фирму, своё детище тебе. Твой ДНК станет доказательством нашего родства. Никто не сможет его опротестовать.

Он наклонился к камере, сверля глазами ту, что видел лишь мысленно.

— Теперь самое главное. Никогда. И никому не верь. Обманут все. Даже самые добрые и правильные однажды вспоминают, что жизнь одна и они в ней тоже одни.

Потом брат отодвинулся и тяжело улыбнулся.

— Береги мой Оберег. Я создал его для тебя. Прощай.

Секунда — и видео выключилось.

Тасе стало грустно. Она прошептала.

— Прощай. Ты был хорошим братом. Чего уж теперь вспоминать прошлое…

Она вздохнула, хлюпнула носом. Столько лет прошло. По ощущениям Тася видела брата всего-то пару недель назад, но за это время он каким-то образом постарел и умер. И с того момента ещё сотни лет прошли… Это с трудом укладывалось в её голове. Время, которое пролетело… она не могла понять, как оно могло пройти, как пронеслось мимо, а она всё просто проспала!

Это было настолько нереально, что проще было ни о чём таком не думать.

Тася вытерла глаза и нос. А потом поняла, что стало как-то слишком тихо.

Подняла голову. Митяй, оказывается, успел встать и отойти. И он смотрел на Тасю так, будто впервые видел.

В груди зашевелился жучок беспокойства.

— Что? — Спросила Тася. — Что ты так странно смотришь?

— Оберег? — Переспросил Митяй и покачал головой. — Не может быть.

— Чего не может быть?

Тасе стало страшно. Впервые за всё время их знакомства Митяй так странно смотрел на неё. Как чужой человек на что-то неприятное.

— Ты — мифическая наследница Оберега? — Снова спросил он, вскинув голову.

— Я не знаю! Я не понимаю, о чём ты! Что значит мифическая наследница?

Тасе захотелось грохнуться в обморок, лишь бы не видеть, настолько Митяй перестал походить на себя прежнего. Будто они вдруг поссорились. Насовсем.

— Не может быть. — Деревянными губами пробормотал он.

— Ну говори же!

Митяй тряхнул головой и отвёл взгляд.

— Корпорация Оберег. Самая странная из всех существующих корпораций нашего времени. Про неё почти ничего неизвестно. У неё есть управленцы и… хозяйка. Только вот её никто никогда не видел. Иногда ходят слухи, что она пропала и её ищут, но не могут найти. Иногда — что она давно мертва. Иногда — что её на самом деле не существует. Что это вообще сказка для конкурентов, чтобы они не чувствовали опасности. Я тоже так думал. Двести лет слухов о хозяйке! Она что, искусственная, раз столько живёт? Или это разный человек? Но почему никто никогда её не видел? А оказывает, и правда, она одна, живая. Выходит… выходит, хозяйка есть. Спит… спала в капсуле.

— Корпорация Оберег? И что это значит?

— Это значит, что ты очень, очень богата, Тася. Поразительно. — Он холодно улыбнулся. — Что на планету падают только курсанты да студенты АМКи. И ты явно не первая.

Он замолчал. Его молчание было очень тяжёлым.

Тася отчего-то сразу вспомнила всё то, что прежде Митяй говорил о студентах АМКи. Он их, слабо сказать, недолюбливал. Людей, которые настолько всем «нажрались», что во многом потеряли все человеческие ценные качества.

А теперь получается, что она — одна из них?

— И чего ты так на меня уставился? Я виновата в том, что наследница Оберега?

Он молчал, но губы сжал упрямо.

— Ах вот как?

Тася вскочила, бросила на стул экран.

— Вот ты значит как? Я даже ничего ещё не сделала, а ты уже так смотришь, будто мы враги? За что? Знаешь, что? — Она с трудом сдержала слёзы. — Наверное, брат прав. Никому нельзя верить. Никому.

Тася развернулась и пошла прочь. Вышла из комнаты, прошла через холл со стеклянным потолком.

— Тася! Подожди!

Ага! Сейчас прямо!

— Не ходи за мной! Чего ты увязался? Неужели за богатой наследницей побежишь? А? А как же твоя непомерная гордость? Отстань!

Чтобы не расплакаться, она побежала куда глаза глядят. Хорошо коридоров было много — выбирай, не хочу.

Тася бежала, пока не запыхалась, а потом остановилась передохнуть. Прижалась к стене, потому что сердце колотилось. И не столько от усталости, а ещё из-за того, что случилось. Заблудиться она не боялась. Есть стрелочки, хотя бы к столовой выведут. Но ей требовалась хоть какая-то поддержка, поэтому Тася вызвала Друга. И когда он появился и завис у неё над головой, действительно стало легче.

— Привет.

— Привет, Тася.

— Отведи меня к комнате Саблезуба.

Дрон развернулся и неторопливо полетел по коридору. Тася посмотрела на флэшку, которую всё ещё сжимала в руке и повесила её на шею. Теперь у неё было два талисмана.

— А где мальчик? — Тем временем спросил дрон.

— Мы решили играть отдельно. — Как отрезала Тася. Дрон понял и вопросов больше не задавал.

Тася шла за ним следом и думала, как же ей добраться до Саблезуба. Она намеревалась действовать самостоятельно, сосредоточиться на деле и выбросить всё прочее из головы! Она не станет вспоминать Митяя. Недоволен он её происхождением, надо же! Ты подумай! Сам-то вообще… вообще на пятьсот лет младше!

Всё, забыли! У неё есть цель — медкапсула. Всё. Она будет заниматься делом, а остальное всё к чёрту! Да! Всех к чёрту!

Она так раздухарилась, что не заметила на полу какой-то предмет и со всего размаха ударилась об него ногой. Пальцами!

Больно было так, что в глазах побелело, будто свет включили! Тася зашипела и села на корточки, схватив свои многострадальные пальцы, чтобы убедиться — они целые.

— Что случилось? — Засуетился дрон.

О! А это идея!

— Я ударилась. Кажется, сломала ногу. Ужасно болит! Мне срочно нужно в медкапсулу! — Заявила Тася.

Дрон тут же отсканировал её конечности жёлтым лучом.

— Повреждений не установлено. Медкапсула не нужна. — Постановил он.

Пыльцы ноги к этому времени почти перестали болеть, но Тася продолжала их сжимать и стонать.

— Нужна медкапсула! — Упрямилась Тася. — Я чувствую, кости хрустят.

— Нет. — Коротко ответил дрон.

Ну вот, снова неудача!

Тася обдумала вариант причинения себе серьёзных увечий, после которых медкапсула наверняка понадобится… но до такой дурости она не отчаялась. Пришлось просто отпустить ногу, встать и идти дальше.

— Ладно, пошли.

Через некоторое время они стояли перед дверью в комнату Саблезуба. Вернее, Тася стояла, а дрон висел возле её головы и подмигивал. Хорошо хоть молча.

Первым делом Тася вежливо постучала и крикнула.

— Эй, ты! Открой!

Однако Саблезуб не спешил бросаться открывать ей дверь и вообще никак себя не проявил. Удивительно невежливый молодой человек!

— Открывай, скотина! Я тут одна — маленькая, слабая девушка! — Тася постучала ещё раз, и ещё, но ей так и не ответили.

— Друг, а мы можем выломать эту дверь? — Мрачно спросила Тася.

— Зачем это делать?

— Ну, чтобы проверить, как он там. Слышишь же, не отвечает. Вдруг ему плохо.

Дрон снова выпустил свои жёлтые лучи, которые Тася уже начала недолюбливать, и просканировал дверь… или, наверное, всё же то, что за дверью.

— С ним всё в порядке.

— Да господи боже мой! Просто хочу его увидеть! Открой эту дверь!

— Дверь закрыта на механический замок.

— Сломай его!

— Нет причин. Ему не грозит опасность.

Разве что от меня, подумала Тася. Она сейчас находилась в таком расстройстве, что опасность от неё грозила буквально всем и каждому!

— Всё равно сломай! Мы так играем.

Дрон задумался. Потом скорчил расстроенную физиономию.

— Ломать — плохая игра, в неё играть я не буду.

— Чёрт!

Тут послышались шаги и к двери подошёл Митяй.

Глава 11. К лодке

Тася демонстративно отвернулась, но не отошла. Она первая сюда добралась и не собиралась ради кое-кого менять свои планы!

Впрочем, игнорировать его тоже было глупо, поэтому Тася решила просто делать вид, что ей всё равно.

— Тася. Давай мириться. — Сказал Митяй. И протянул ей какую-то веточку. Что-то хвойное, с иголками и с крошечными розовыми шишками на верхушке.

— Мириться? Разве мы ссорились? — Тася свысока посмотрела на веточку. Красивая. И пахнет приятно, хвойным ароматом. Где он её взял вообще?

— Да. Я тебя обидел… но я просто… это просто от неожиданности. Ты, конечно, ни в чём не виновата. Это я дурак. Просто я в шоке был! Повёл себя как последний трус. Но… подумать только — легенда корпоративного мира, тайная наследница, о которой столько слухов ходит — и я её нашёл! Конечно, я растерялся.

— Вообще-то это я тебя нашла, если помнишь! Я на тебя вышла, когда ты валялся среди грибов.

— Вообще-то это я первый тебя увидел… твоё изображение, когда Саблезуб угрожал тебя разбудить. И прилетел. Но не это важно. Важно, что я… я просто не ожидал ничего такого. Прости.

— Но отчего ты был прямо в шоке? Ты что, состоятельных девушек не видел?

— Состоятельных? — Митяй вдруг стал грустным. — Я… ну, ты права. Я не общался с девушками из этой прослойки общества. Как-то не сложилось. Мы с ними будто на разных полюсах.

Он вдруг резко замолчал и опустил глаза. Тася сразу поняла — хотел сказать что-то неприятное. Почему-то не стал. Но ведь это неприятное от молчания никуда не делось?

— И ты теперь думаешь… что я должна оплатить то наше свидание, на которое мы пойдём, когда вернёмся на Землю?

Он молчал.

— Или ты… передумал приглашать меня на свидание?

— Нет.

Фух, ну прям от сердца отлегло.

Однако радовалась Тася рано.

— Просто я считаю, что теперь у нас ничего не выйдет.

Нет, ну кто такие заявления прямо в лоб делает?

— Да почему? Что за глупости вообще?

Тася обиделась.

— Не злись. Я говорю, что думаю. Ты вернёшься на Землю и там тебя сразу же окружат люди твоего уровня и те, кто привык в ваших кругах вращаться. Таким как я там нет места. Когда я говорю, что у нас ничего не выйдет, я говорю, что это ты ничего не захочешь. Не я.

Она внимательно посмотрела на Митяя.

— И каким же людям там нет места? Тем смелым, которые ринулись спасать незнакомую девушку?

— Не так уж я и смел. И не приписывай мне лишних качеств. Просто я увидел твоё фото и понял, что полечу спасать именно тебя. За другой может бы и не полетел.

— Даже так?

Митяй, наверное, думал, что это признание Тасю оттолкнёт. Но ничуть не бывало. На сердце стало теплей. Он полетел именно за ней… Тася улыбнулась.

— Знаешь, я ведь понятия не имею, что всё это значит. Все эти деньги. Их правда так много, чтобы бояться?

— Много? — Глаза Митяя чуть не вылезли наружу. — Да ты даже не представляешь, сколько. Ты… даже Чернышку, наверное, можешь купить!

Он махнул рукой, обводя коридор.

Такое себе приобретение, подумала Тася. Чернышку покупать… хреновое вложение капитала.

— Но ты же не бросишь меня там, на Земле, среди акул, которые стерегут мои деньги, совсем одну? — Притворно ужаснулась Тася.

— Я тебя не брошу.

— Тогда ладно.

Тася подумала ещё немного и взяла веточку, которую Митяй до сих пор держал в руке. На удивление, иголки оказались совсем не острыми.

— Где ты её взял?

— Нашёл в саду. Тут есть теплица с овощами и зимний сад.

— Надо же…

— Я не знаю, что будет дальше, Тася. Но здесь и сейчас я хочу быть рядом с тобой. Прости, что протупил.

Тася немного подумала…

Хотя, о чём тут думать? Со всеми случаются периоды кратковременного помешательства. Видимо, у неё действительно теперь много денег и много проблем. А она на самом деле понятия не имела, как это — вести бизнес. Делами всегда занимался брат. Да и если честно, Тася до сих пор не воспринимала все эти новости про огромную корпорацию как нечто реальное. За последнее время с ней столько всего приключилось, что какие-то там несметные сокровища, которыми она обладает, были для неё пустым звуком.

Пока.

А Митяй был рядом, живой, тёплый и… красивый, да. Он очень красивый. Особенно когда смотрит вот так, с искренним сожалением и терпеливо ждёт её решения.

— Ну ладно. — Сказала милосердная Тася. — Забудем.

— Спасибо.

Он вдруг подошёл и крепко обнял Тасю. Та даже растерялась и продолжала держать ветку, которая торчала теперь между ними, как флаг. Вначале Тася хотела оттолкнуть Митяя, но передумала и стала просто терпеть. Тем более это было не так уж и неприятно.

Вскоре Митяй её отпустил.

И сразу перешёл к делу. Кивнул на дверь.

— Думаешь, как добраться до Саблезуба?

— Да. Друг помогать не хочет. — Тася укоризненно покачала головой. — Говорит, пока опасности нет, дверь вскрывать не станет.

— Ясно. Но нам мешать не станет, если мы будем вскрывать? Друг? Ты станешь нам мешать вскрывать дверь?

Тот поскрипел, то есть подумал. И выдал:

— Нет, не стану.

— И отлично. Есть идеи? Или попробуем выбить? — Обратился Митяй к Тасе, а сам стал снова осматривать дверь.

— Есть!

Тася чуть не подпрыгнула от радости. Должно быть, это примирение с Митяем так на неё повлияло, что она сразу кое-что вспомнила.

— Дроны. Они под полом. В комнате Саблезуба. Помнишь? — Спросила Тася.

— Дроны…

— Они прятались под пол! Может, так можно до него добраться? Снизу? Плитку проще выбить, чем дверь.

Дверь выглядела слишком массивной и крепкой. Митяй скорее себе что-нибудь сломает, чем выбьет, думала Тася. А плитку даже она может выломать! Ну, при должном усилии! Но она готова попробовать!

— Дрон, под полом есть проходы? В эту комнату? — Живо спросила Тася.

— Есть.

Дрон замолчал. Тася и Митяй переглянулись.

— Покажи нам схему проходов под ногами. — Попросил Митяй.

Дрон тут же развернул виртуальную схему. Она была такой огромной, что расползлась за пару метров. Но он тут же что-то сделал и от схемы остался лишь один кусок.

— Схема уровня. — Сообщил дрон.

Тася и Митяй медленно переглянулись. Конечно, они сразу подумали об одном и том же. Схема уровня? Одного? Выходит, у этого подземелья огромное количество уровней?

Видимо, зря Тася так легко отмела предположение о подземном городе, который пронизывает толщу планеты насквозь. По её мнению, это бессмысленно, но инопланетяне могут думать иначе. Совсем по-другому. Даже если они в прошлом люди. Да и подземелью может быть очень много лет и даже веков. Во времена строительства неизвестно ещё, что тут творилось на поверхности Чернышки.

— Увеличь место, где мы находимся. — Попросил Митяй.

Ну вот, сразу всё видно и понятно. Схематический трёхмерный коридор, где они стоят за дверью помещения, в котором засел Саблезуб. Под полом — довольно широкие вентиляционные шахты. Они расширялись под комнатой Саблезуба и огибали ячейки хранения с дронами и что там ещё мог завести себе Саблезуб.

— В таких мы легко поместимся. — Заметила Тася.

— Да, но что потом? Будем там шуршать, как крысы, он услышит.

— А мы потом как выскочим! — Тася представила себе эту картину и рассмеялась.

— Если ему хватит ума дать нам по голове, это может плохо закончиться. Для нас. — Уточнил Митяй.

— Тогда Друг точно доставит нас в медкапсулу. — Фыркнула Тася.

— Да-а?

Митяй с интересом глянул на дрона.

— Только на таких условиях? С серьёзными травмами?

Дрон не ответил.

— Ладно, давай придумаем план. — Вернулся к делу Митяй.

— Давай.

— Можем сделать так. Я буду отвлекать его, например, ломать дверь. А ты проберёшься внутрь… только что дальше? Он тебя легко скрутит. Он сильней.

— Это да. — Вынужденно согласилась Тася. Саблезуб сильней, даже злость не поможет, если он захочет её остановить. Так что в результате она просто окажется в его власти. Заложницей. А Митяй так и не сможет открыть дверь.

— Или ты будешь отвлекать, а я полезу в вентиляцию. — Предложил Митяй.

— Думаешь, он поверит, что я могу выломать дверь?

— Необязательно, чтобы верил. Главное, чтобы слышал шум и не прислушивался к другим источникам звука.

— Или! — Вдруг вскричала Тася. — Или со мной полетит Друг! Мы с ним вылезем в комнате. И Саблезуб не сможет меня скрутить! Друг не позволит.

Этот вариант оба нашли самым подходящим.

Вскоре план был готов!

— Не бойся, — сказал напоследок Митяй. — Время Саблезуба прошло. Сейчас это такой же обычный «ребёнок» без игрушек, как и мы с тобой. Только мы вместе, а он один.

— Прям жалко его стало. — Вздохнула Тася. — Совсем один.

— Ему нормально. — Митяй пожал плечами. — Когда он базу затопил нашу… старая история, он даже подельников своих бросил. Хотя мог взять с собой. Но ему и одному нормально.

— Это же ужасно… совсем одному. Может, он уже это понял?

— Тася. — Митяй был на редкость серьёзен. — Саблезуб — преступник. Он разве что чудом никого не убил. Но он не исправится. Хорошая история — это не про него.

— Ну и фиг с ним. — Легко ответила Тася.

Не откладывая в долгий ящик, они принялись за выполнение своего плана. Дрон соизволил открыть люк в полу, чтобы Тася играла в гномов, а потом, когда Тася залезла в вентиляцию, залетел следом и стал светить ей фонарём.

— Ну давай. — Тася в последний раз выглянула наружу. Митяй смотрел сверху вниз и улыбался.

— Главное — открой изнутри замок. — В сотый раз повторил Митяй.

— Да поняла я, поняла! Начинай стучать!

Ну, Митяй и начал. И кричать.

— Эй, ты! Открывай! Открывай! Всё равно я тебя выкурю! Саблезуб!

Тася тем временем с энтузиазмом поползла на коленях в вентиляционное отверстие. Тут совсем не было пыли и неприятного запаха, что являлось, по её мнению, неотъемлемой частью любой вентиляции. Исключая эту. Ну, инопланетная всё-таки.

Дрон летел сзади и не жужжал.

Тася проползла несколько метров и остановилась. Кажется, хватит. Дальше не стоит, а то выскочит где-нибудь за пределами комнаты Саблезуба… Это будет фиаско.

А, нет, всё нормально, она на месте. Впереди появились ящики, в которых наверняка хранятся дроны. Тася добралась до ближайшего и посмотрела наверх. Да, щели, плитка. Скорее всего, плитка просто лежит в ячейках пола и Тася без проблем сможет поднять её снизу. Хм. Хотя она может быть и приклеена. Тогда ногой не получится, тут слишком тесно, не развернуться. Может, рукой?

Тася покосилась на дрона. Может, им шарахнуть? Интересно, он позволит?

Спросить бы, да только вдруг Саблезуб услышит? И не даст ей вылезти из-под пола? Поставит стол сверху — и всё! Или сам встанет. Тогда только и останется, что тыкаться наугад во все прочие места.

И да, Митяй прав — Саблезуб мог просто стукнуть по голове раньше, чем в комнату залетит дрон и остановит драку. Вначале ведь нужно пролезть Тасе…

Она замерла.

А почему это обязательно ей нужно лезть первой? Она ведь может вначале забросить в комнату дрона. И всё! Спокойно вылезти следом.

Тася села и поманила Друга пальцем. Тот не понял. Тогда она жестом позвала его к себе. Тот помедлил, но подлетел ближе. Тася указала пальцем на плитку над своей головой.

— Видишь? — Спросила шёпотом.

— Вижу. — Обычным голосом ответил дрон.

Тася чуть не поседела! Она тут же прижала палец к губам.

— Тсс-с…

Дрон в ответ промолчал. Тася не была уверена, что он приглушил звук, поэтому стала думать, как без слов объяснить ему, чего она хочет. Не хватать же его в самом деле и не долбить им в потолок?

Она смотрела наверх. Плитка просто лежит, ничем не закреплена, её нужно просто поднять!

Но очень быстро.

Тогда Тася стала показывать дрону жестами, что надо делать, после каждого жеста прижимая палец ко рту.

Вначале Друг долго смотрел, а потом его физиономия изменилась на хитрую — глаза-щёлочки.

Ну наконец-то! Кажется, он понял, чего от него хотят.

Тася вздохнула и приготовилась. Митяй шумел, но неизвестно, на сколько ещё его хватит. Не будет же он долбить и орать неделю подряд.

Ну ладно, рискнём. Нет, так нет, придумаем какой-нибудь другой вариант.

Тася кивнула дрону, подняла руки и со всей силы толкнула плитку. Та поддалась. Но Тася толкнула ближе к одному углу, поэтому плитка поднялась с одного угла и встала криво.

Времени терять было нельзя, Тася схватила дрон, даже не думая, а вдруг он будет сопротивляться, и ткнула им вверх. Практически протолкнула в образовавшееся отверстие. Дрон со скрежетом пролез и взлетел.

Всё, можно расслабиться. Тася уже спокойно вытолкнула плитку и вылезла следом.

Саблезуб стоял всего в паре метров. Неподвижный. И весь в чёрном, из-за чего она увидела его не сразу. Тася даже отшатнулась от неожиданности.

— Даже отсюда лезут. — Недовольно скривился Саблезуб. Зло сжал губы. Но больше ничего не сделал. Ещё бы — рядом висел дрон, с которым не забалуешь.

— Привет! — Тася помахала рукой. — Ты сменил имидж? Кто ты теперь? Дохлый вурдалак?

Саблезуб промолчал. Если бы взгляд мог убивать, Тася валялась бы уже бездыханной.

Она ещё раз с благодарностью взглянула на своего охранника-дрона и направилась к двери. Да, так и есть — изнутри тут огромная самодельная задвижка. Тася отодвинула её и запустила Митяя.

— Молодец. — Коротко сказал тот и зашёл в комнату.

Саблезуб при виде нового персонажа не испугался.

— Опять вы. — Только и сказал, закатывая глаза.

— Привет. Как дела? — Спросил Митяй, осматриваясь. Тася тоже решила оглядеться.

Судя по всему, Саблезуб некоторое время сердился, потому что целой мебели в комнате практически не осталось. На месте стоял лишь его белоснежный трон и стол. Стеллажи, коробки и всякие мелочи валялись на полу в частично или полностью разрушенном виде.

Сам Саблезуб выглядел довольно бодро, и не скажешь, что остался без своих игрушек. И даже утончённо во всём чёрном. Брючки узкие, водолазка с высоким воротом. Просто аристократ по сравнению с Митяем и Тасей в спортивных костюмах, уже снова весьма потасканных.

— Чего вам надо? — С наездом спросил он.

— Хотим свои вещи, которые были в лодке. — Не стал юлить Митяй.

— Да! И скажи, где найти медкапсулу!

Саблезуб на Тасю едва взглянул, судя по позе, для него существовал только Митяй.

— Не знаю, никаких вещей в лодке не было. — С удовольствием ответил он.

— Лучше по-хорошему скажи! — Не удержалась Тася. Она чувствовала себя настоящей разбойницей и испытывала желание не просто обокрасть хозяина дома, а и испортить ему жизнь.

— А иначе что? — Саблезуб усмехнулся.

Тася посмотрела на дрона-защитника. Да уж, она и не подумала, что Саблезуба тот тоже будет защищать. А ей так хотелось, чтобы Митяй врезал Саблезубу хотя бы разочек!

Пришлось сдержать свою кровожадность.

— Слушай, мы на одной стороне. — Заговорил Митяй. Кажется, он и не планировал бить Саблезубу морду. — Местные лишили тебя игрушек… и нас лишили. Запретили выходить из дома. Сейчас они обсуждают, что с нами делать. Ты же понимаешь, что они от нас устали?

— От вас. — Поправил Саблезуб. — Я с ними прекрасно уживался, пока вы сюда не полезли!

— Мы… они полезли, чтобы тебя спасти!

— Они полезли, чтобы присвоить секреты местных себе!

Ну, с эти не поспоришь. Тася слышала эту историю и не сомневалась, что за одним Саблезубом никто бы не прилетел. Наверняка «спасители» имели и другой, шкурный интерес.

— Сейчас это неважно. — Мягко ответил Митяй. — Ты чувствуешь? Чуешь? Надо убираться…

Последнюю фразу Митяй сказал почти шёпотом.

Саблезуб дёрнул носом, совсем как какое-то животное. У Таси от этой фразы тоже мурашки по телу побежали. Звучало зловеще.

— Ну… предположим. — Неожиданно ответил Саблезуб.

Тасе вдруг совсем поплохело. Даже если Саблезуб согласен… то, наверное, переживать стоит не о медкапсуле.

— Где наши вещи? Там… — Митяй запнулся, вспомнив про дрона. — Там возможность самим выбирать свой путь.

Саблезуб вытаращился на него.

Нет, так не пойдёт.

— Там мои личные вещи! — Воскликнула Тася. И сделала глазами такой финт, мол, давай, соображай уже! — Верни их!

Саблезуб ещё некоторое время подумал и сдался.

— Ладно.

— Подожди. — Тут же сказал Митяй и обратился к дрону. — Оставь нас, пожалуйста. Мы хотим выдумывать секреты. Одни.

— Оставляю вас одних. — Сказал дрон и улетел.

Тася немного напряглась — вдруг Саблезуб даст заднюю и снова начнёт строить из себя главного, но тот не дёргался. Пошёл куда-то в угол комнаты и принялся копаться в вещах, хотя ничего достаточно большого, чтобы спрятать их рюкзаки, там видно не было.

Оказалось, он искал не вещи. Саблезуб освободил плитку, стукнул по углу и открыл её. Достал свой дрон. Поставил на пол.

— Вот. — Сказал с довольной физиономией. — Я не знаю, где ваши вещи. Он знает. Но его выключили.

Тася и Митяй молча смотрели на дрон, лихорадочно соображая, что делать. Потом Тася, сверкнув на слишком довольного Саблезуба глазищами, потащила Митяя в сторону.

— Я думаю, он врёт! — Прошипела Тася. Хотела добавить «Врежь ему», но сдержалась. Митяй не её послушный раб, чтобы выполнять её желания. Даже самые сокровенные.

Саблезуб, довольно улыбаясь и хрустя мусором, прошёл к своему креслу и снова водрузился на него, как какая-нибудь королевская персона.

— Не обязательно.

— Надо узнать.

— Надо. Но как?

— Я не знаю!

— И я не знаю.

— Придумай что-нибудь!

Митяй покосился на неё. Потом успокаивающе приобнял.

— Разберёмся, не переживай.

— Ты можешь его включить? — Спросил Митяй Саблезуба. — Свой дрон?

— А ты как думаешь? — Огрызнулся тот.

Ну да, вряд ли бы Саблезуб отключил его добровольно.

— Такой продуманный чел, как ты, точно знает способ его включить. — Ухмыльнулся Митяй. — Или я неправ?

Саблезуб отвечать не стал, но Тася увидела, что да, очень на то похоже.

— Почему ты его не включаешь? Чего боишься? — Спросил Митяй.

— Ничего. Просто подыгрывал. — Саблезуб не договорил. — Но тебе дам подсказку, чисто по старой дружбе. Там кнопка на боку, просто нажми и он включится.

Тася смотрела и ждала. Митяй подумал, взял дрон, повертел в руках.

— Ладно, спасибо. Тася, пошли.

Митяй с дроном в руках направился к выходу из комнаты.

— Эй, ты куда? Стой! Я разрешил включить здесь, а не уносить моего дрона! — Возмутился Саблезуб.

— Я сейчас верну. — Спокойно сказал Митяй и сразу смылся.

Так как шёл он быстро, а Тасе совсем не хотелось оставаться наедине с Саблезубом, она побежала следом. Саблезуб встал и, похоже, хотел пойти за ними, но не успел — Митяй захлопнул перед его носом дверь.

— Бежим. — Тихо сказал.

Они понеслись со всех ног. Поворот за поворотом, коридор за коридором. Им вслед летел возмущённый крик Саблезуба, который требовал немедленно вернуть его имущество. Однако довольно скоро крик утих. Тогда Митяй остановился.

— Что случилось? — Запыхавшись, спросила Тася. — Почему мы так неслись?

— Чтобы он не догнал.

— А зачем это всё?

— Ну ты разве не поняла? Он хочет, чтобы я попробовал включить его игрушку. Чтобы посмотреть, как меня накажут.

— Так он хотел нас подставить? — Ахнула Тася.

— Само собой. Не помочь же.

Митяй огляделся и уверенно куда-то пошёл. Конечно, Тася не отставала.

Они зашли в небольшую комнату с зеркалами на стенах, матами на полу и огромным спортивным уголком посередине. Митяй тут же сел на пол, дрон поставил перед собой.

Тася поспешила сесть напротив.

— И что? Ты хочешь просто его включить? — Спросила она.

— Я думаю.

— Ты что! Нельзя! Саблезуб же не просто так не рисковал. Даже когда мы ломились. Наверное, включать нельзя.

— Да, я понимаю.

Тася смотрела на дрон и кусала губы. Он знает, где вещи. Но как узнать у него?

— Слушай, — деревянными губами сказала она. — Если мы его включим, нас накажут. Но… у нас есть один вариант.

— Слушаю.

— Если мы успеем спросить и получить ответ, до того, как накажут, то может, это будет не зря. Не убьют же нас в самом деле.

— Не убьют. Пока.

— Тогда, может, рискнём?

Они одновременно посмотрели на проход, потому что дверь в этом помещении отсутствовала.

— Если наша нянька не сможет залететь… — Заговорил Митяй.

— То, возможно, мы успеем спросить про наши вещи. — Подхватила Тася.

— И получить ответ.

— Просто надо запереть дверь.

Они снова молча уставились на проход.

— Только ответит ли нам дрон Саблезуба? — Спросила Тася. — Без Саблезуба?

— Так, дай минутку подумать.

Митяй смотрел на неё, его взгляд бегал по лицу Таси, будто так искал ответ.

— Попробуем сами. — Наконец, решил Митяй. — Не выйдет — после наказания пойду и морду ему набью. Терять-то нечего. Хоть душу отведу.

— Ну да. — Тася состроила грустную физиономию, хотя внутренне ликовала. Не ей одной хочется врезать Саблезубу! А учитывая её короткое знакомство и куда более длительное — Митяя, тот, вероятно, и вовсе с трудом сдерживается от смертного греха убийства.

— Надо найти место, куда дрон не сразу залетит.

Они снова уставились друг на друга. Тася не могла сказать насчёт Митяя, а ей лично так, когда она видела перед собой его лицо, думать было проще.

— Ничего в голову не лезет. — Качнул головой Митяй.

— Аналогично. — Расстроено сказала Тася.

— А значит что? — Спросил он.

— Что?

— Значит надо думать дальше!

Он улыбнулся, а Тася закатила глаза. Но что делать, стала думать дальше.

Хорош вариант про анабиозную капсулу, если, например, залезть в неё. Внутри хватит места для двоих? Сможет ли её открыть дрон?

Нет, внутри они точно не поместятся. Возможно, не будь дрона… Но нет.

— Пошли в нашу комнату. Ну, которая для виртуальных игр. Там неплохой замок. И есть вариант, что наша нянька не станет ломиться в дверь, а будет уговаривать нас открыть. — Наконец, придумал Митяй.

— Или испепелит нас на месте.

Воцарилось молчание.

— Вряд ли нас станут наказывать так строго. — Сказал Митяй, но прозвучало не очень уверенно. — Испепелить… Вначале, может, посадят на хлеб и воду. Я надеюсь.

— Ладно, чего тянуть. Решили, так пошли!

Тася вскочила и воинственно задрала подбородок.

— Ну ты даёшь! — Митяй вскочил следом и восхищённо улыбнулся. — С тобой и испепеляться не страшно.

Это было приятно слышать. Очень даже оригинальный комплимент!

Потом Митяй поднял дрон и они пошли в комнаты, которые им ранее выделил Друг. Через несколько минут уже были на месте. Молча убедились, что внутри никого постороннего нет. Молча проверили замки, слаженно закрыли дверь и заперли всё, что запиралось. Потом даже шторки задёрнули. Тася посмотрела на мягкие кресла, но решила, что подпирать ими дверь бессмысленно.

Потом они уселись на эти самые кресла и Митяй в последний раз взглянул на неё.

— Готова?

— Я-то да. А ты?

— Да и я вроде да.

— Ну тогда не тяни, страшно.

Тася потёрла руки — ладони были мокрые от волнения. Как бы она не уговаривала себя, что убивать их точно не будут, но кто его знает, что там за наказания может придумать раса инопланетян.

Митяй быстро нажал на кнопку, но смотреть стал не на дрона, а на дверь.

Дрон активировался, взлетел, загорелось стандартное лицо из огоньков.

— Быстро говори, где вещи, которые были в игрушечной лодке. — Скороговоркой произнёс Митяй. Дрон поймёт, они любую скорость речи понимают.

Дрон замигал. А в дверь вдруг сильно ударили.

— А-я-яй! — Раздался укоризненный голос Друга. — Плохое поведение! Плохое поведение! Игрушки запрещены! Вы будете наказаны.

— Ну? Так где? — Повторил Митяй.

Дрон молчал. Тасе захотелось взять и швырнуть им в стену. Наверное, у него действительно свои настройки и он слушается только Саблезуба. Почему Митяй это проигнорировал? Второго шанса не будет. Нет, не паниковать, ждём. По сути, Митяй в миллион раз лучше разбирается во всех этих современных технологиях, тогда как во времена Таси дроны были жалким подобием этих, которых она видела сейчас. Они просто… летали. Ну, с камерой могли летать. Вот, в принципе, и всё.

Поэтому Тася молчала и с колотящимся сердцем ждала, что же дальше.

— Дверь закрыта, начинаю проникновение. — Сказал Друг из коридора.

Ну началось!

— Вещи из лодки, которая была на улице. Где они? — Повторил Митяй. — Дети потеряли свои игрушки!

— Детям плохо без своих игрушек. Они могут пожаловаться взрослым! — Прошипела Тася, с опаской поглядывая на дверь. Времени, судя по всему, у них было крайне мало. А дрон молчал, мигал и делал вид, что ничего не понимает.

— Я буду плакать! — Сказала Тася первое, что пришло в голову. И напоказ всхлипнула. Ну чем ещё можно угрожать железке, которая ничего не боится?

— Вещи под лодкой. — Вдруг ответил дрон. Голос у него был совсем не такой, как у дрона Друга. У этого был голос натурального злодея — мужской, хриплый и наглый.

— Что значит под лодкой? — Тася не поняла.

— Всё. — Заверещали из коридора. — Я приступаю к принятию мер!

Митяй открыл было рот, но сказать ничего не успел. В следующий момент дверь с грохотом вывалилась из косяка и над ней заклубился дым. Их нянька залетела в комнату и тут же приняла меры. Дрон Саблезуба отключился, и возможно, насовсем, а их самих спеленали тонкие голубые лучи.

Тася даже сопротивляться не стала. Попробовала только пошевелиться, поняла, что бесполезно, и затихла. Как и Митяй, который стоял рядом и только глазами косил.

Дрон, рассерженно гудя, подлетел ближе.

— Ладно, ладно, — сказала Тася. — Извини. Мы не послушались, вели себя плохо. Мы осознали и больше не будем.

— Больше не будем. — Проникновенно повторил Митяй.

Дрон молчал.

— Что ты будешь с нами делать? — Спросила Тася.

— Я доложу о вашем плохом поведении старшим.

— Нет, не надо! — Тася состроила просительную физиономию, но дрон не отреагировал. Она подумала, не применить ли проверенный способ — пообещать плакать, но похоже, дрона это не тронет. Правила есть правила, обязан доложить — докладывает. Всё по-взрослому.

Они провисели так ещё пару минут, а потом Друг осторожно опустил их на пол. И распеленал.

— И что? Можно идти? — спросил Митяй.

— Да. Информация о нарушении направлена. Ваше поведение будет обсуждаться взрослыми.

— Это не очень хорошо. — Покачала головой Тася и посмотрела на Митяя.

— Да уж, ничего хорошего в этом нет. А как же наше наказание?

— Его вам озвучат позже.

— Ладно, тогда мы пока пойдём.

Они, переглядываясь, осторожно вышли из комнат в коридор. Дрон остался висеть где висел.

— Он за нами не полетит? — Шёпотом спросила Тася. Она понимала, что шептать бесполезно, всё равно дрон услышит, но так ей было спокойней.

— Вроде не собирается.

— Следить за нами не будет?

— Как знать, как знать…

Они, не сговариваясь, повернули в один и тот же коридор и пошли так быстро, будто уносили ноги с места преступления. Ну, в каком-то смысле так и было.

— К лодке? — Спросила Тася.

— Да. — Не оглядываясь, ответил Митяй.

Глава 12. Переселение

И они просто побежали к лодке. Наконец-то хоть какое-то продвижение к цели! Да и наказание, прямо скажем, оказалось пустой угрозой. Хотя, неизвестно ещё, что там придумают «взрослые». Но хотя бы не прямо сейчас. Может, будут тянуть, а они уже с планеты к тому времени смоются.

— Чувствую себя как в детском саду, — пробормотала Тася. — Когда прячусь за горку, чтобы спокойно ковыряться в носу.

— Да, чем-то похоже.

Они остановились только чтобы включить указатели и снова побежали по коридорам. На склад залетели так, что грохот разнёсся по всему огромному помещению.

— Туда! — Показал Митяй, хотя Тася и сама прекрасно помнила, где лодка.

Вскоре Тася, правда, отстала, потому что не могла бегать так быстро и так долго, как Митяй. И он остановился и подождал.

А потом они пришли к лодке, которая так и висела в воздухе. Митяй без промедления скользнул ей под дно. Тася присела рядом.

Под лодкой ничего не было. Они самолично там всё прощупали на случай, если контейнеры невидимые. Ничего не нашли, переглянулись.

— Хранилище под полом! — Сказала Тася раньше, чем Митяй. Тот кивнул.

— Да, тоже об этом подумал.

На полу, который выглядел цельнолитым, выделялось всего две длинные плитки. Тася начала стучать и нажимать на одну, Митяй — на другую.

— Надо же, какая слаженная команда! — Раздался ядовитый голос Саблезуба. — Всё делают вместе!

Они одновременно подняли головы. Саблезуб сидел в чёрном лакированном катере через две лодки от них. У катера было высокое тёмное стекло, поэтому пассажира они не сразу не заметили. Хотя, вероятно, ещё потому, что не смотрели по сторонам.

— Чего ты тут делаешь? — Нахмурился Митяй.

— Не напрягайся. Я тут хочу того же, что и ты.

— Чего?

— А ты не понимаешь?

— В моей голове слишком мало грязи, чтобы я понимал ход твоих мыслей.

— Поаккуратней с оскорблениями. — Огрызнулся Саблезуб.

— Ладно. — Вдруг ответил Митяй. — Ты думаешь, надо валить?

— И очень быстро.

Митяй помолчал. Тася тоже задумалась. Ей показалось или Саблезуб боится оставаться на Чернышке? В месте, которое сам недавно категорически отказывался покидать?

— Сиди там и жди. — Неожиданно решил Митяй.

— Ладно. — Так же неожиданно ответил Саблезуб.

Тася не верила, что он присмирел, поэтому краем глаза за ним следила.

Плитка открылась у неё. Стоило стукнуть посильней в один из углов, как она откинулась. В углублении лежал Тасин рюкзак из самодельной резины и рюкзак Митяя. Из её рюкзака торчал передатчик.

— Да! — Митяй схватил его, а на свои вещи даже не обратил внимания.

— Только как мы… мы же в подземелье. — Напомнила Тася. — Твой передатчик пробьёт земную толщу?

Митяй задумался. И снова они вспомнили одновременно.

— Тоннель! — Воскликнула Тася.

— Стеклянный потолок! — Сказал Митяй.

Он поднял сумку Таси и повесил себе на плечо.

— Пошли.

Тася тут же бросилась на выход. Всё происходящее напоминало ей интересную игру. Действительно… в чём-то местные правы. В каком-то смысле они играли. Пусть и не ради удовольствия, а чтобы убраться отсюда как можно быстрей и как можно дальше. Но играли же?

— Эй, вы куда? — Саблезуб поднялся со своего места. Лодка под ним закачалась, заходила ходуном.

«Жаль, что не перевернулась», мстительно подумала Тася, представила Саблезуба сидящим на попе с лодкой на голове и мысленно порадовалась.

— Мы отсюда. Можешь с нами. Только близко не подходи. — Крикнул Митяй. Впрочем, ждать Саблезуба они не стали, а попросили указатели к тоннелю и побежали по ним. Повезло, что это место система знала.

К тому времени, когда они, наконец, добрались до пункта назначения, Тася уморилась бегать. Посмотрев на стеклянный потолок, она сразу же принялась искать, куда бы упасть. Но вокруг не было ничего подходящего и пришлось сесть прямо на пол. Хотя пол был холодный. Но что поделать, раз ноги не держали.

Митяй поставил рюкзак и сел рядом. Тем временем из коридора показался Саблезуб. Он остановился подальше и хмуро смотрел оттуда, но не подходил.

И правильно делал. Тася никак не могла забыть, что он поблизости. Но Митяй позволил Саблезубу остаться, поэтому Тася терпела.

Митяй тем временем достал передатчик, установил его, задрал голову и посмотрел вверх.

— Тут глубоко и сверху, наверное, есть какая-то крышка. — Сказала Тася. — Он точно пробьёт?

— Одну крышку должен.

Митяй включил передатчик, привычно прижал палец, когда тот потребовал идентификацию. Как только авторизация произошла, раздалось звуковое оповещение о пришедшем сообщении.

Тася чуть не подпрыгнула. Это они! Друзья Митяя! Это с корабля!

И правда, лица, которые показались на экране, когда послание открылось, были теми же самыми, что и в прошлый раз. Но теперь Тася смотрела на них, как на старых товарищей, потому что Митяй много рассказывал и заочно их «познакомил».

— Мы летим. — Сказал мужчина, которого, как уже знала Тася, звали Димитр. — План следующий. Рассчитываем на скорость и неожиданность. За несколько часов до прилёта пришлём сообщение, чтобы вы были готовы. Отправляем вперёд планетарный катер, быстро подбираем вас и сразу улетаем. Если сможешь, выйди на связь и подтверди, что получил сообщение.

Митяй тут же попытался установить связь.

Тася даже про Саблезуба забыла, так ей было интересно, что же дальше.

Но связь не устанавливалась. Передатчик пищал и выдавал ошибку.

— Мы слишком глубоко? — Срывающимся голосом спросила Тася. Неужели ничего не выйдет?

— Эта проблема не у нас. — Сказал Митяй, почесав затылок. — Видимо, у них сверхсветовая скорость. Надо ждать, пока они из неё выйдут.

— Тогда ждём!

Тогда Митяй переключился на другую задачу и стал связываться со своим другом Ахлейном. Вот тут связь установилась сразу же. Экран включился, в него встревоженно заглядывал тот самый скуластый парень и тут же показалась девушка-блондинка, которая отодвинула Ахлейна в сторону.

— Митяй! — Крикнула она. — Ты в порядке?

— Да, всё хорошо.

У скуластого вдруг глаза на лоб полезли. Теперь он подвинул блондинку, они немного потолкались, но потом поделили экран поровну.

— Это что? Это у вас там Саблезуб?

Тася и Митяй синхронно оглянулись. Саблезуб подобрался ближе и делал вид, будто речь не о нём. Но уходить, судя по всему, не собирался.

— Да. — Митяй быстро заговорил. — Времени мало. Слушайте. Скоро подойдёт корабль Димитра, Валенсия. За нами. Местным мы очень, очень сильно надоели, они думают, как сделать так, чтобы мы больше никогда не возвращались. Прямой опасности сейчас нет, но будьте готовы сразу перейти на Валенсию.

— И бросить мой катер? — Высокомерно задрав голову, спросил скуластый.

— И бросить! — Непреклонно ответил Митяй. — Если хочешь, сам оставайся, а Жанну верни.

— Вот уж дудки. — Пробормотал тот.

Жанна улыбнулась. Потом увидела Тасю.

— Привет.

— Привет. — Ответила Тася.

Видно было, что блондинка очень хочет что-то спросить, но сдерживается. А вот скуластый сдерживаться не стал.

— А ты кто такая и откуда там взялась?

Митяй вдруг засмеялся. Тася с обидой взглянула на него. Тот пожал плечами.

— Просто представил, как им объясняю, кто ты и откуда.

Он немного успокоился, набрал полную грудь воздуха и выпалил как на духу:

— Во всём виноват Саблезуб.

— А, ну тогда понятно! — Воскликнул скуластый.

— Кто бы сомневался. — Добавила блондинка.

Саблезуб, если и слышал чего из коридора, то никак не отреагировал.

Они бы, наверное, и дальше болтали, но связь прервалась. Митяй ещё несколько минут пробовал её вернуть, но не смог.

— Наглухо вырубился. — Пробормотал он.

— Наш сигнал могли перехватить. — Мрачно сказала Тася. — И… ликвидировать.

— Заглушить. — Поправил Митяй. — Могли.

— Что будем делать?

— Ждать Валенсию. — Просто ответил он. — Просто ждать. Отдохнуть. И для начала предлагаю перекусить.

Тася с радостью согласилась пойти в столовую. Ещё бы! Там же полсотни киосков, а она попробовала еду лишь в одном из них.

Передатчик они взяли с собой, ну и Саблезуб опять потащился за ними следом.

Тася уже начинала к этому привыкать.

Столовая встретила их яркой иллюминацией и громкой музыкой.

— Теперь ты выбираешь. — Быстро сказала Тася от входа, чтобы избежать этих мучений, когда глаза разбегаются, а ноги заплетаются. А живот требует немедленно набить его всеми доступными вкусностями.

Митяй вздохнул и выбрал шашлычки. Сотни шашлычков из чего только можно представить.

Саблезуб уселся в стороне за другой прилавок и с унылым видом жевал вегетарианский салат.

— Аппетит мне портит. — Сказала Тася и села так, чтобы его не видеть.

— Ага. А я знаешь о чём думаю?

— О чём?

— Хорошо, что местные такие неторопливые. — Сказал Митяй.

— И мы можем слинять раньше, чем они сообразят? Ну, что мы слиняли?

— Вроде того.

— Осталось найти медкапсулу. Мы успеем к ней сходить?

— Почему нет? Успеем. Отдохнём только вначале. Силы нам не помешают.

— Не помешают… А медкапсула?..

— Саблезуб знает где она.

— Да-да, я тоже об этом подумала. Но он не говорит.

— Теперь-то скажет.

Они уставились на Саблезуба и тот, хотя не мог слышать их разговор, напрягся.

— Не пугай его раньше времени. — Шёпотом сказал Митяй и отвернулся. — Потом поймаем его врасплох.

— Отличный план!

Остаток ужина они болтали и делали вид, что Саблезуб не портит своей физиономией отличный вечер.

Плотно отобедав, Тася с Митяем отправились отдохнуть.

Саблезуб, понятное дело, за ними. Куда ещё ему было деваться? Пришлось впустить его в комнату. Впрочем, удержать снаружи они бы его не смогли, потому что дверь так и лежала на полу, а тряпичные занавески Саблезуба вряд ли остановят.

Тася оттащила пару мягких кресел в угол, подальше от Саблезуба. Тот завалился на крайний мешок и со скучающим видом уставился в потолок. Митяй возился с передатчиком, хотел настроить его, чтобы, получив сообщение от Валенсии, тот сразу же об этом кричал во всю глотку. Ну, то есть на всей громкости.

— А нам не нужно держать его под тоннелем? Он получит здесь сообщение? — Уточнила Тася. Но уже сквозь сон, спать хотелось ужасно.

Митяй вздохнул.

— Не знаю. Отдохнём и посмотрим. Сразу сходим к тоннелю и проверим. А сейчас позовём Друга.

— Дрона? Зачем?

Митяй кивнул в сторону Саблезуба. Тот вроде бы уже спал, по крайней мере неподвижно лежал с закрытыми глазами, но доверия ему не было никакого. Вариант связать его был слишком сложным, поэтому Тася нажала на кнопку и примчался дрон.

— Здравствуйте, дети. — Сказал он и на его физиономии расплылась знакомая улыбка.

Тася поняла, что будет скучать по этому исполнительному чудному существу, когда улетит с Чернышки. Как же она будет скучать!

Но ничего не поделаешь, вряд ли Друга отправят с ними. И даже если отправят… вряд ли он сможет исполнять все пожелания вдали от этого подземелья, частью которого является.

— Мы хотим отдохнуть. — Сказала Тася. — Но нет одеял. И ты не мог бы за нами присмотреть? А то Саблезуб может проснуться раньше, чем мы, и начать вести себя плохо.

— Я присмотрю.

— А одеяла?

— Сейчас будут.

Друг остался висеть на месте. Тася вздохнула, ждать она, понятное дело, не любила.

Но спустя всего минуту в комнату влетел второй дрон, плоский. То есть платформа. И на ней лежали три одинаковых толстых одеяла. Друг был так любезен, что даже укрыл их всех, включая Саблезуба, и при этом не заметил передатчик, который Митяй не очень хорошо спрятал под своим мягким креслом. Или сделал вид, что не заметил. Или не понял, что это такое.

Тася уже почти заснула, когда Митяй встал и пододвинул своё кресло вплотную к её креслу. Она открыла глаза и улыбнулась ему. Да, так гораздо лучше.

Устали они сильно, поэтому и спали крепко.

А проснулись от звукового сигнала.

— Подъём. — Говорил дрон. — Пора вставать. Вставайте. Подъём.

Тася еле разлепила глаза. Митяй шевелился рядом.

— Зачем? — Простонала Тася в полусне. — Зачем вставать?

— Старшие ждут вас с объяснениями. Немедленно.

Митяй замер, а потом вскочил на ноги, просто за секунду! Тася не отставала. Ещё бы, после такого-то сообщения! Они выглядели как два взъерошенных птенца, выпавших из гнезда. Саблезуб ещё не встал, он зевал и встревоженным не выглядел.

— Что значит, старшие? — Спросил Митяй.

— Взрослые хотят на вас посмотреть и выслушать.

— По поводу чего? — Откашлявшись, спросила Тася.

— По поводу вашего поведения. Все остальные дети уже на месте.

Митяй снова взглянул на Саблезуба, чтобы убедиться, что тот всё ещё с ними.

А у Таси во рту пересохло.

— Какие… другие дети? — Шёпотом спросила она.

— Те, что летали вокруг планеты.

— Ой-ё-ёй!

Тася взглянула на Митяя, тот мрачнел на глазах. Он ринулся к своему креслу и поднял его с одного края. С того, куда прятал передатчик. Передатчика не было. Митяй стал поднимать кресло с других сторон.

— Все игрушки я конфисковал. — Скромно сообщил дрон.

Тасе впервые захотелось этого вредного дрона отключить. Ещё и улыбается, зараза такая!

— Крышка нам всем. — Раздался мрачный голос Саблезуба. — Для них это мельтешение на орбите как зубная боль. Какие-то излучения нарушаются, потоки сбиваются… в общем, они сразу видят. Им неприятно становится. Физически. Если небольшое и недолгое мельтешение — могут и не проверять, если заняты или спят. А если надоест… то мне ещё спасибо можно сказать, что я хотел их просто сбить.

— Нет. — Тася покачала головой. — Нет. Они не станут нас обижать. Они хорошие.

— Ага, как же. — Саблезуб фыркнул и только тогда вылез из своего кресла. Покосился на Митяя. — Ты-то хоть не болен наивностью? Не считаешь, что нас опять не тронут?

Тася тоже повернулась к Митяю за поддержкой, но тот молчал.

— Нет. — Она вдруг испугалась. А потом вспомнила. Брат — он тоже ведь был добрый. Она ведь всегда верила, что брат добрый. Однако это не мешало ему запирать Тасю. Пытаться заставить её провести свою жизнь в лабораторных условиях — безопасных и обеззараженных. Выхолощенных. Ни вкуса, ни запаха, ни цвета.

Тася так верила, что местные жители добры к ним! Они ведь надавали им игрушек и не обижали.

Но почему она не слышала Митяя и Саблезуба раньше? Когда они прямо говорили, что местные совсем другие. Что они могут быть опасны. Почему она просто слепо верила в то, что всё будет хорошо? Может, именно сейчас, когда мозг чистый после сна, он заработал в полную силу? И увидел ситуацию так, как она складывалась на самом деле?

— Поспешите. Старшие лучше знают, что вам нужно. — Торопил дрон.

Лучше знают. Лучше знают… Любимая фраза брата. Он всегда лучше знал, что сделает Тасю счастливой. Его послушать, так она из стеклянной банки вылезать не должна была до конца жизни! И тем быть счастливой!

Вдруг Тася начал задыхаться. Ко всему прочему ей стало очень плохо. Она сразу вспомнила, что находится глубоко под землёй. Что над головой нет чистого неба, а только потолок, за которым метры… десятки метров… сотни метров камня и почвы. Что это всё весит… она даже не знает сколько. Но оно же может… упасть. Прямо на голову. И Таси не станет. А ещё хуже — если она выживет и будет лежать под завалами и медленно умирать.

Ей вдруг стало так страшно, что Тася просто схватилась рукой за горло, развернулась и побежала куда глаза глядят.

Выйти! Ей надо было срочно выйти под открытое небо!

— Тася!

Кажется, Митяй бежал следом. Но ей сейчас было всё равно.

Тася подумала, что и дрон полетит следом, и легко её найдёт. А ей не надо, чтобы дрон прилетал, он может заставить Тасю идти к местным, которые уже поймали остальных и ждут только её. Потом они возьмут их всех и навсегда запрут. Запрут здесь, в подземелье!

Нет уж… она выберется наружу! Ей надоело, что её постоянно возвращают туда, куда она не хочет идти и заставляют делать то, чего она не хочет делать. Что если местные упрячут их так глубоко, что они просто не смогу выбраться наружу? Никогда? Никогда…

Тася бежала. Вдруг её схватили за локоть и резко остановили.

— Что случилось? Тася?

Митяй испуганно заглядывал ей в лицо.

— Что случилось?

— Ничего! Я хочу отсюда выйти!

— Куда выйти?

— Наверх! На воздух!

Тася вырвалась и побежала дальше. Митяй ей нравился, очень сильно, это правда. Но он не понимает.

Тася бежала и сердце стучало всё громче. В ушах гудело. Она не завтракала, наверное, поэтому еле двигалась. Или ей казалось, что она двигается очень медленно. Хотелось лететь словно молния и как можно быстрей уйти от этих местных непонятных существ.

Как они смогли? Как успели забрать тех, кто был на орбите?

Что они с ними сделают?

Тася прибежала в холл под тоннелем. Подняла голову. Там, высоко, таял свет ламп и не было видно, где тоннель заканчивается. И чем.

Но какая разница? Разве это важно?

Рядом встал Митяй. Он больше не дёргал за руки, ничего не говорил, а просто смотрел и ждал.

По этому тоннелю можно подняться наверх, Тася была в этом совершенно уверена! Надо только найти дверь… выход наверх. Может, там скобы какие-нибудь на стенах. Техническая лестница… это было бы идеально.

Она стала обходить холл в поисках этой самой двери.

— Тася! — Митяй как тень ходил следом.

— Что?

— Остановись!

— Остановлюсь наверху.

— Ты не попадёшь наверх.

— Попаду!

— Здесь нет выхода.

— Есть! Всегда есть… ну, технические лестницы. Или хоть что-то, за что можно держаться, чтобы вылезти.

— Держаться? — Митяй покачал головой. — Тася. Ну остановись хоть на секунду!

Она остановилась, развернулась к нему. Митяй ведь не отстанет.

— Всё хорошо. — Медленно сказал тот.

— Не говори со мной, как с бешенной собакой!

— Я и не говорю. Ты перенервничала, вот и всё. Остановись и подумай. Тут нет выхода.

— Выход есть везде. — Упрямо ответила Тася.

— Не такой.

— И что ты предлагаешь? — Возмутилась она. — Просто ждать?

— Я предлагаю сделать то, что хочет дрон. И местные. Мы пойдём на встречу с Радужными людьми. Тем более что у них уже мои друзья.

«Твои, не мои!», чуть не крикнула Тася. Но вовремя остановилась. Это несправедливо.

— Нет пути наверх? — Спросила она вместо этого. Задрала голову. Как же высоко!

— И даже если ты сможешь выбраться отсюда на поверхность… Ты многое можешь… очень многое. Но что дальше? Как ты будешь там жить дальше? Куда пойдёшь? Ты собираешься прятаться от местных? Где жить? Чем питаться? К кому обращаться за помощью? Даже если мы пойдём вдвоём. Ну что дальше? Станем Адамом и Евой?

Тася слушала и думала. Он прав, конечно, он прав.

С ней случилось какое-то непонятное помутнение… иначе и не объяснишь.

— Мне просто хочется, чтобы всё это закончилось. — Прошептала Тася. — Я просто хочу… чтобы всё закончилось.

Митяй подошёл и крепко её обнял. Прижал её голову к своему плечу.

— Всё это скоро закончится. — Тихо сказал. — Уже почти всё.

— Что если они запрут нас здесь, под землёй? Навсегда?

— Тогда мы найдём выход. Тебя же невозможно запереть.

— Всех можно!

— А тебя — нет. Ты всё равно сбежишь. Это твой талант. — Судя по голосу, он улыбался. — Убегать — твой талант. И я очень прошу… не используй его против меня.

Тася отодвинулась и посмотрела ему в глаза.

— Не убегай больше от меня. — Повторил тот. — Если тебе страшно, приходи ко мне. Будем бояться вместе.

Тася совсем успокоилась, улыбнулась и кивнула. Ей казалось, Митяй всё же довольно прохладно к ней относится. Так она подумала, когда проснулась… После того послания от брата… Казалось, Митяй всё же не может переступить через те несметные богатства, которые его, похоже, волнуют больше, чем саму Тасю.

Но теперь он рядом, и пошёл за ней, и не бросил. Может, действительно рядом с ним будет не так страшно? Ведь не всегда можно просто убежать. Иногда надо остановится и рискнуть посмотреть вперёд.

А впереди… Митяй наклонился и поцеловал Тасю. Это было… почти неожиданно. Почти, но не слишком. Горячее дыхание, тёплые губы и много нежности… Тася ответила на поцелуй, ей показалось — это самое правильное, что могло произойти в эту минуту. Обняла его. Чем думать о чём-то страшном, лучше целоваться, правда?

Митяй остановился, чтобы вздохнуть, но обнимать не перестал.

— Я пойду за тобой, куда захочешь. — Сказал он. — Но прошу, поверь мне. Нам нужно идти к остальным. Если мы останемся бегать по поверхности, мои друзья будут возвращаться сюда за нами. Раз за разом. И это никогда не закончится.

— Хорошо.

— Тогда зовём дрон?

Тася кивнула, но кнопку не нажала. Ей нравилось стоять вот так вот, прижавшись к нему, и шевелиться не хотелось.

И Митяй снова её поцеловал. Но лишь вскользь.

— Давай, зови. Мы не знаем, сколько у нас времени.

Ничего не оставалось, пришлось нажимать кнопку. Вскоре примчался дрон и как ни в чём не бывало улыбнулся своей фирменной улыбочкой.

— Здравствуйте, дети.

— Привет, Друг. Веди нас к своим хозяевам. И скажи… — не удержалась Тася от вопроса. — Они на нас сердятся?

— У меня нет ответа на этот вопрос. — Ответил дрон.

— Откуда ему знать. — Шепнул Митяй. Потом взял Тасю за руку и они пошли к остальным.

Шли вроде бы теми же самыми коридорами, что и прежде, но Тасе казалось, коридоры стали какими-то другими. Зловещими, что ли. Она прямо ждала и не удивилась бы, если бы в тёмном углу взвыло привидение или сверху на них рухнули бы ржавые цепи. Да и запах затхлости появился.

— А где Саблезуб? — Спросила она, чтобы разрушить гнетущее ощущение, нагоняемое гулом собственных шагов.

— Он на месте. — Ответил дрон.

— Сам шёл? — Поинтересовался Митяй.

— Сам.

Тася укоризненно взглянула на Митяя — нашёл время шутить — вздохнула и решила больше ни о чём не спрашивать. Скоро сама всё увидит.

Они дошли до какого-то нового коридора. Он был широченный, сырой и очень походил на наспех выдолбленный проход в горе. Груды скальной породы, стены в трещинах, по ним стекает вода. Запах сырости.

— Это что-то новенькое. — Сказал Митяй.

— Будто наспех пробурили.

Дрон молчал. Коридор заканчивался огромными воротами, похоже, из камня, которые размерами больше подходили великанам, чем людям. Дрон подлетел к ним, поскрипел — и каменные створки ворот стали отодвигаться в стороны. Медленно, со скрежетом, очень атмосферно. В образовавшуюся щель тут же хлынул поток света.

— Ай!

Тася от неожиданности даже зажмурилась. Вслепую пошла за Митяем.

За дверью её ждал гул. Тася открыла глаза. И почему-то совсем не удивилась.

Посреди комнаты, стены которой терялись в тени, стоял огромный круглый стол, за которым сидели люди. Большинство из них Тася уже видела. Вот парочка из последнего видео. Ахлейн и Жанна. Вот тот мужчина… Димитр. Рядом с ним девушка, которая в моменты связи всегда стояла за его спиной. Зои, кажется. А это друг Митяя Лука, Тася про него тоже много слышала. Знакомые лица… Саблезуб сидит отдельно, весь такой строгий в своём чёрном костюме. Как злой учитель, недовольный своими учениками. Зыркает исподлобья. Судя по лицу, ни по кому не скучал и встрече со старыми знакомыми не рад.

Но что самое забавное — все они сидели за столом не с внешней стороны, а внутри. Будто их в манеж посадили и оградили, чтобы случайно не вылезли. А вокруг, между прочим, висели дроны. Сторожили.

— Митяй!

С места вскочил Лука. Остальные уставились на них, но хотя бы молча.

— Я в порядке. — Коротко ответил Митяй. Приподнял руку, в которой была зажата Тасина рука. — Мы в порядке.

— Сохраняем тишину. — Громко сказал один из дронов.

Лука кивнул, покосился на дрона и сел. Правда, с таким видом, будто сделал огромное одолжение.

Похоже, всё под полным контролем. Часть стола пропала и Тася вошла в центр. Митяй следом, и поверхность стола тут же вернулась на место. Тася и Митяй сели на последние два свободные стула.

Остальные ждали, кажется довольно долго. По крайней мере, выглядели они утомлёнными. Сидели кто как, то и дело пытались устроиться удобней. На столах стояла вода и печенье, большую часть которых уже выпили и съели.

Тася осторожно огляделась. Интересно всё-таки, как сюда попали остальные.

— Митяй, ты знаешь, что происходит? — Раздался шёпот. Митяй обернулся, Тася за ним. Напротив, спиной к ним сидели Димитр и Лука.

— Сбор старших. Как вы здесь?

— Нас усыпили и разбудили здесь. Сказали, будут с нами говорить. Знаешь, о чём?

— Местным надоели мы, дети. Они решают, как от нас избавиться. — Быстро ответил Митяй.

— Все должны сохранять тишину! — Раздался громкий голос. Очень громкий, Тася даже зашипела и уши прикрыла, как и почти все остальные. А Митяй едва поморщился. А вот Саблезуб вообще не отреагировал, даже наоборот, с удовольствием улыбнулся. Видимо, ему нравилось, что остальные страдают.

«Какой всё-таки противный тип, — подумала Тася, когда стало полегче. — Может, стоит его всё-таки оставить?»

— Обсуждение начинается. Старшие прибывают. — Чуть тише сообщил дрон и теперь все участники замерли по другой причине. Они ждали появления инопланетян. Такое знакомство, знаете ли, не каждый день происходит.

Свет приглушился и у стен появились радужные тени. Тася увидела одну из них прямо напротив себя, так близко, что при желании могла бы дотянуться до неё рукой. Радужный человек просто включился… а может, позволил себя увидеть. У Таси сразу сердце заколотилось. Он был как обычная человеческая тень от мужчина среднего телосложения, разве что высокого роста.

Это точно должны быть люди. У них должны быть общие предки! Иного объяснения их внешнему виду Тася придумать не могла.

— Все дети должны молчать! — Ещё раз рявкнул дрон. — Когда надо, их спросят!

Митяй переглянулся с Димитром и Лукой. Те невозмутимо смотрели на Радужных людей и следовали указанию — молчали. Тася удивилась, но послушались даже девушки. Все вокруг сидели и молчали! Ну, она тоже молчала, конечно же, не отрываться же от коллектива.

— Богиня, говори. — Раздался мужской голос. Тася не могла определить, чей именно. А вот саму Богиню сразу нашла — та единственная не стояла на месте, а мельтешила перед остальными Радужными людьми — ходила по кругу.

— Дети опять тут. Они снова тут. Много, много детей. — Сообщила Богиня.

Тася покачала головой. Ну да, с этим не поспоришь. Митяй тоже еле слышно вздохнул, соглашаясь с очевидным.

— Почему они снова тут? — Спросил мужчина. Тася решила называть его Главным.

— Потому что дети прилетели за ним. — Ответил другой голос, по которому не получалось определить пол существа. Его Тася прозвала Инертным. А «за ним», как Тася поняла, это за Саблезубом.

— Но почему за ним? Зачем за ним? — Возопила Богиня, продолжая мельтешить по кругу. У Таси от этого мельтешения даже в глазах зарябило.

— Зачем ещё? — Спросил Главный.

— Они хотят игрушки. — Вступил кто-то новый. Назовём его просто Третий, решила Тася. Но давать имена Радужным людям дальше не было смысла, потому что они заговорили все разом и разобраться, кто именно говорит не было ни малейшей возможности.

— Дети хотят игрушки. Они все хотят игрушки. Они всегда прилетают. Надо что-то делать. Игрушки никуда не денутся. Они будут возвращаться. За ним? Всегда. За ними или за чем-то другим. Они знают, где игрушки.

— Надо сделать так, чтобы дети не возвращались. — Вдруг сказал Главный и остальные голоса замолчали. Главный подумал и добавил. — Чтобы никто не возвращался.

— Если эти дети будут наказаны, другие будут знать и бояться. — Предложил Третий.

Тася схватила Митяя за руку. Бояться… значит, наказание будет серьёзным.

— Нет! — Заупрямилась Богиня. — Придут новые, которые не знают. Которые не боятся. Память короткая. Они вернутся. Они знают, где мы.

— Но они вернутся нескоро. — Сказал Третий.

— Нескоро для них. Не для нас.

— Давайте спросим. — Предложил Инертный.

— Нет. — Ответил Главный. — Дети врут. И не знают.

— Я не хочу, чтобы они возвращались! — Заявила Богиня. — Мне они не нужны!

Ишь ты, какая! Устала она от детей! А Саблезуба зачем оставляли?

Тася покосилась на Митяя. Тот был напряжён и переглядывался с парнями. Они обменивались быстрыми знаками. Наверное, решали, что будут делать, если их всех решат наказать строго. Тасе стало спокойней, она почувствовала себя защищённой. Конечно, не особо верилось, что у них выйдет сопротивляться… но ведь всё бывает. Главное, пытаться. Даже когда кажется, что никакого выхода нет. Вдруг они смогут отвлекать Радужных людей достаточно долго, чтобы большинство успело сбежать. А там возможны варианты.

Тася категорически отказывалась признавать, что они целиком и полностью во власти Радужных людей. Те каким-то образом добрались до всех, привезли сюда… людей, снятых с катера на орбите и из корабля, который летел вообще на другой стороне их планетарной системы.

Нет, об этом пока лучше не думать.

— Дети не должны возвращаться. — Сказал Главный и все снова замолчали. — Но они возвращаются. Неважно, почему. Эти, другие. Они знают, где мы.

Радужные люди молчали.

— Переселение. — Сказал Инертный. Тяжело, будто уронил камень в воду и тот ушёл в глубину с глухим плеском.

Все опять молчали.

— Да. — Сказала Богиня. — Переселение.

И опять молчание. Очень оригинально у них тут происходят обсуждения.

Пленники переглядывались.

— Да. Да. Да. — Послышались голоса остальных Радужных людей. После чего большая часть их просто пропала. Отключилась.

— Остались дети. — Сказал Главный и снова наступило молчание.

Кажется, сейчас они решают, что делать конкретно с нами, догадалась Тася. И что-то ей не по себе стало от долгого молчания. С каждой секундой оно звучало всё более зловещим. В голове промелькнуло сто тыщ разных плохих вещей, которые с ними могут произойти. И ни на один из этих вариантов Тася была не согласна.

Ох уж эти взрослые!

— Они сами виноваты. — Сказал Главный. — Они не слушаются. Не понимают.

— Надо принимать радикальные меры. — Стальным тоном сказала Богиня.

— Давайте спросим. — Сказал Третий. — Почему так.

Ну наконец-то! Может, сейчас получится пообщаться?

— Нет. — Ответил Главный.

— Они говорят одно и то же! — Подтвердила Богиня. — Я устала.

— Мне всё равно. — Сразу же сдался Третий.

— Пусть сидят взаперти. — Предложил Главный.

— Они шумят и всё портят! И уходят без спроса! — Продолжала возмущаться Богиня. — Они не воспитываются!

— Пусть сидят взаперти под охраной. Запрём их и будет тихо.

— Ну ладно. — Согласилась Богиня. — Разделим мальчиков и девочек.

— Да, да. Чтобы не размножились. — Поддакнул Третий.

Запрём? Тася в панике посмотрела на Митяя. Разделим? Чтобы не размножились? Вот сволочи! Они про хомячков что ли говорят?

Ситуации так накалилась, что дышать было сложно. Если они сейчас решат… это конец.

— Подождите! — С места вскочил Димитр. Тут же поднял руки вверх и замолчал. — Прошу слова.

И он замер, склонив голову в позе послушания, наверное, только поэтому дроны его не остановили.

— Говори. — Наконец, сказал Главный.

— Позвольте нам всем сейчас собраться и улететь. Мы никогда не вернёмся на вашу планету. Ни один из нас.

— Говорить за всех могут только Старшие. Ты не можешь обеспечить выполнение обещания.

Димитр собирался что-то возразить, но не стал. Судя по лицу, по крепко сжатым зуба, он лихорадочно думал. Даже Тася понимала, о чём сказал Главный. Возможно, сам Димитр и его друзья сюда действительно больше не вернутся, но вот насчёт Саблезуба… тот вряд ли будет придерживаться данного чужим человеком обещания. И даже если такое чудо произойдёт… то как Димитр может гарантировать, что сюда не прилетят другие люди? Радужные пятна правильно сказали — о них знают. Обо всех их возможностях. Неужели человечество после всего произошедшего просто оставит их в покое?! Да ни за что!

А врать Димитр не мог. Вернее, Радужные люди, скорее всего, прекрасно бы поняли, что он врёт. И делу это враньё точно не поможет.

— Они постоянно здесь. — Опять повторила Богиня. — Сколько можно?

— Пора отвечать за своё поведение. Жёсткие меры необходимы. Они виноваты. — Постановил Главный.

Димитр смотрел на каждого своего товарища, но никто не знал, что делать.

Стало та-ак не по себе… Тася видела лица, на которых проступало отчаяние, особенно её впечатлили взгляды девчонок. Она почувствовала себя так, будто наступил апокалипсис и за спиной гудит огромная волна. И когда волна добралась до неё, то подняла собой Тасю и та просто подпрыгнула со стула.

— Ничего мы не виноваты! — Громко сказала она, еле сдерживаясь, чтобы не закричать. — Не все виноваты. — Поправила Тася. — Некоторые из нас попали сюда против своей воли!

Глава 13. Забытые дети

Радужные люди молчали. Митяй тревожно взглянул на Тасю, но, к счастью, не стал её останавливать. За что ему отдельное спасибо. Дроны тоже висели смирно и не свистели.

— Вы нас судите? — Продолжала Тася уже смелее. — Но за что? Часть из нас просто хотела спасти своего товарища! А потом второго товарища! Мы просто хотели друг друга спасти! Неужели вы бы не стали друг друга спасать?

Звучало запутано, но Тася решила не останавливаться на объяснениях.

— А я вообще лежала у вас в анабиозе! В камере! Как мороженая селёдка! За что вы будете наказывать меня?

Радужные люди всё ещё молчали. Они замерли и стали похожи на вырезанные из цветного картона силуэты. Даже Богиня перестала метаться.

— Вы хранили меня и даже не стали размораживать! Всё равно, что там со мной было… пусть морозится хоть миллион лет. Вам было всё равно. Так? А теперь меня же за это будете наказывать?

Тася даже задохнулась от возмущения.

— Да, мы не можем гарантировать, что сюда не прилетят другие люди. Но вы ведь тоже не можете говорить, как один… одно существо? Как один человек! Вы ведь тоже были людьми! Когда-то давно. Были ведь?

Тася чувствовала, как на неё в изумлении уставились остальные «дети».

— Мы не люди. — Заявил Главный.

— Но были ими?

— Мы поглотили людей.

Тася отшатнулась. К счастью, убегать тут было некуда, стулья мешали, иначе от такого заявления она могла бы снова впасть в панику.

— Поглотили? Вы убили людей? — Нахмурившись, спросил Димитр.

— Нет. Мы слились.

Понятней не стало.

— А что это… — Начал Димитр.

— Разговор окончен. — Припечатал Главный.

— Нет, нет, нет. — Забормотала Тася. Но когда она собралась снова возразить, сделать этого не успела. Ближайший дрон пиликнул и спеленал её голубыми лучами.

— Дети не хотят сидеть взаперти. — Сказал Главный.

— Надо готовиться к Переселению. — Сказал Третий и выключился. Остались только Главный и Богиня.

— Мне всё равно. — Сказала Богиня, но не выключилась.

— Отпустите нас. — Встал Митяй. Посмотрел на Тасю. — Хотя бы девушек…

— Да. Отпустите девушек. — Сказал Димитр. Встал Ахлейн. Потом Лука… Встали все парни, исключая Саблезуба и ещё одного мрачного типа, который всегда молчал. Они стояли прямые и крепкие, словно каменные воины, и безмолвно просили за девчонок. У Таси даже слёзы на глаза навернулись. Она всхлипнула. Получилось как-то неожиданно громко. Зато дрон её отпустил. Тася бросилась к Митяю и прижалась к нему. Тот крепко обнял Тасю за плечи, но взгляда от Главного Радужного человека не отвёл.

— Они снова вернутся! — Возмущённо заявила Богиня.

— Разберись. — Сказал Главный и отключился. А потом также без предупреждения отключилась Богиня.

Тася замерла, осмотрелась.

Дроны висели на своих местах и молчали. Но никого не трогали.

— Что случилось? — Спросила Тася, продолжая цепляться за Митяя.

Никто ничего не понимал. Они оглядывались, переспрашивали друг друга, что дальше, но ни у кого не было ответа. Местные просто пропали… но похоже, решения, что делать с «детьми», не приняли, потому что ничего не происходило. Прошла одна минута, вторая… Пять минут. Дроны бездействовали. Тася на всякий случай крепко держалась за Митяя. Вдруг сейчас что-то случится и, если она его отпустит, то очнётся взаперти, одна? Нет уж, лучше вместе.

— Так что они решили? — Громко спросил Лука.

— Что происходит?

— Где они?

— Мы можем идти? — Спросила какая-то девушка.

Дроны молчали, гомон, который становился всё громче, игнорировали.

— Все тихо! — Вдруг сказал Димитр.

Все замолчали.

— Кто-то может объяснить, что происходит? — Обратился Димитр к дрону.

Дроны молчали. Только потому, что они по-прежнему висели в воздухе, можно было понять, что дроны не отключились. В остальном — ни звука, ни огонька.

— Сейчас! Сейчас я узнаю! — Крикнула Тася и нажала на свою оранжевую кнопку, которую до сих пор носила на шее. На свою палочку-выручалочку. Через несколько секунд в зал залетел её Друг. Он мигал и переливался огоньками, и прямо весь светился от счастья.

— Привет, дети.

— Что происходит? — Без промедления спросила у него Тася.

Дрон поболтался в воздухе, поскрипел и, наконец, выдал:

— Решение не принято.

Все снова загомонили.

— Мы свободны? — Уточнил Митяй у Друга.

— Предыдущие указания не отменены. Вы свободны в пределах дома, игрушки по-прежнему запрещены.

— Отлично. Хотя бы передвигаться можно.

— Похоже, пока мы свободны. — Стали переговариваться люди.

— Тихо! — Снова повысил голос Димитр. Все снова замолчали. Привыкли его слушаться, поняла Тася. Даже Митяй слушался.

— Мы не знаем, что будет дальше. Пока правило одно — держаться вместе. Никто никуда не отходит. Никто нигде не прячется, не уединяется, не заворачивает за угол «посмотреть». Все держатся вместе.

— Но что дальше? — Спросила Димитра Зои.

— Будем думать, что дальше.

— А пока, может, перекусим? — Спросил Лука. — Жрать охота, в животе дыра. Они меня прямо со стола сняли. Я только рот открыл, чтобы котлету откусить… и уже здесь.

— О! У меня тоже давно маковой росинки во рту не было. — Плаксивым голосом сообщил Ахлейн.

— Давайте пойдём в столовую! — Предложил Митяй. Потом повернулся к Тасе и прошептал. — Им понравится.

— Что за столовая? Тут есть столовая? А чем кормят? А кто готовит? Папаша есть? — Посыпались вопросы со всех сторон. Кажется, идея перекусить не оставила никого равнодушным. Более того — все даже про Радужных людей забыли.

— Напоминаю! Всем держаться вместе! Бегать искать никого не будем, бросим здесь! И не вернёмся, ясно? Митяй, ты первый, я последний. Столовая хоть большая?

— О! Вы удивитесь.

— Веди. Зои, ты со мной?

— Да.

Тасе понравилось, как изменилось лицо Димитра, когда он посмотрел на Зои. Стало таким мягким, светлым.

— Пошли.

Митяй повёл Тасю к выходу, за ними выстроились остальные.

— И ты вставай. — Сказал Димитр Саблезубу, который продолжал сидеть на месте. — В этот раз я тебя не брошу.

Звучало как угроза. Саблезуб встал и вразвалочку пошёл к выходу. Димитр с Зои заключали всю эту колонну «детей», которые заполонили подземелье Чернышки. Шуму от них было!

А уж в столовой как все обрадовались! Тася так и знала! Она специально остановилась недалеко от входа, чтобы понаблюдать за лицами друзей Митяя. Они все выражали одинаковые чувства — изумление, улыбка, восторг. Кроме, понятное дело, Саблезуба который тут сто тыщ раз был и ко всему привык.

— Это для меня построили. — Проблеял он, когда вошёл. Но всем было наплевать, никто даже внимания на него не обратил.

Все разбрелись по разным киоскам. Митяй отошёл переговорить с Лукой, а девушка Луки Ксения остановилась рядом с Тасей.

— Страшно? — Спросила она без улыбки, разглядывая столовую.

Тася почему-то сразу поняла, о чём она.

— Да.

Ксения улыбнулась. Посмотрела на Митяя.

— Но с ним не так страшно?

— Да.

— Хорошо.

Потом она вздохнула, заправила волосы за ухо.

— Не знаю, что выбрать.

— Со мной так каждый раз.

— И что ты делаешь?

Тася зажмурилась, поболтала рукой и ткнула наугад.

— Вот так выбираю.

— А что… это вариант.

Ксения повторила. Её рука указала на прилавок, где всю еду надо было обмакивать в растопленный сыр или шоколад. А Тасе достался рыбный киоск.

— Последую судьбе. — Сказала Ксения и пошла к своему прилавку. Тася тоже решила так сделать.

Вскоре к ней присоединился Митяй. Тася к тому времени сидела над своей тарелкой — огромной, белоснежной — по всей поверхности которой ей положили много разных видов рыбного филе. И всё такое красивое — от белого до тёмно-красного, с разными соусами и украшениями из овощей. Так что перед Тасей снова встал вопрос выбора. С чего начать?

— Мне тоже самое. — Заказал Митяй. И, получив свою порцию, недолго думая, просто схватил что лежало ближе.

— О чём говорили? — Спросила Тася.

— Решали, сможем ли мы подняться на Валенсию.

— И как?

— Проблема в том, что мы не знаем, где Валенсия. Они сняли всех… так уже было, когда нас отправляли отсюда в прошлый раз. Просто засыпаешь — а просыпаешься на корабле. Они заснули на корабле и очнулись здесь.

— Мне это знакомо. Я просто заснула, а проснулась через пятьсот лет, на неизвестной планете в далёком космосе, в логове инопланетян, да ещё и в компании извращенца. — Сказала Тася.

— Да, тут ты нас всех обошла. — Кивнул Митяй. — До твоих достижений нам далеко.

— Ага.

Она самодовольно задрала нос. Но это всё была просто игра. На самом деле Тася боялась. Того, что придумали для них местные. И неизвестности.

Стоило вспомнить об этом, как всё вокруг стало иным, будто приоткрыло свою подоплёку. Тася видела, что люди улыбаются и смеются, едят и радуются, но они все напряжены. Каждый из них помнил, что находится в плену. Пусть в весьма своеобразном плену, но суть от этого не меняется.

— Так вот, Валенсия неизвестно где. Мы думаем, местные оставили её на орбите, корабль слишком большой, чтобы сажать на поверхность, да и смысла в этом нет. Включили автомат — и он летает себе, никому не мешает.

— Они могли уничтожить корабль? — Спросила Тася, хотя знала, что этот вопрос покажется Митяю болезненным.

— Могли. — Нехотя признался тот. — Но в прошлом они этого не делали.

— Саблезуб сказал, от кораблей какое-то излучение, которое делает местным больно.

— Верно, сказал.

Митяй помрачнел ещё больше. Отложил вилку с очередным куском рыбы.

— Я и забыл, что он так сказал. Нужно срочно сообщить Димитру. Я сейчас вернусь.

Митяй ушёл, а у Таси окончательно пропал аппетит. Она смотрела на прекрасную рыбу: свежую и вкусную, но не могла заставить себя съесть ни кусочка. А стоило поднять глаза — как взгляд упёрся в лицо подавальщицы и от её искусственной улыбки и немигающих глаз ещё больше стало не по себе.

Неожиданно рядом с ней показалось чёрное пятно и на соседний стул уселся Саблезуб.

— Чай. — Коротко бросил подавальщице и повернулся к Тасе.

— Что ты в нём нашла? — Саблезуб развалился на стуле, наполовину навалившись на прилавок. — В этом курсанте? Ну, тело накачанное, но за душой три копейки.

У Таси чуть глаза на лоб не вылезли.

— Ты реально хочешь мне задать этот вопрос?

Тот уставился как змея — неподвижным взглядом.

— Я уже задал.

— Да с чего ты взял, что я отвечу? Твоё дело какое вообще?

— Просто скажи, зачем тебе связываться с нищим? Да ещё и с военным? Хочешь всю жизнь по дальним гарнизонам летать и жить годами в железной коробке три на три метра? Питаться порошками и под лампочкой загорать?

— Чего?

— Ты не знаешь, как живут военные?

— Ты тоже много чего не знаешь. — Улыбнулась Тася.

— Например?

— Слышал… Оберег? Слышал такое слово?

Тася не сдержалась. Вот понимала, что не стоило первому попавшемуся рассказывать такие важные секреты, да ещё кому? Безумному Саблезубу! И всё равно ляпнула!

Хотя… выражение его лица того стоило. Он сообразил очень быстро. Видимо, про этот самый Оберег многие знают. Вернее, все.

Саблезуб тут же оглядел её, будто впервые видел. Цепко оценил каждую деталь. Неприятно было.

Потом он сказал:

— Так ты мне, значит, должна.

От возмущения Тася обо всём прочем забыла.

— Должна? С какой это стати?

— Ну, что я тебя разморозил.

— А ты наглый!

Поразительно просто, какие люди бывают наглые! Тася даже позавидовала немного. Ей самой наглости не хватало. Иногда казалось, жизнь стала бы куда проще, будь у Таси такое же отношение к окружающим!

— Ладно.

Саблезуб вдруг махнул рукой, будто всё это вообще не имеет никакого значения. Подался вперёд. Его взгляд стал таким необычным… Тася подумала бы, что это страх. Если бы вообще думала, что Саблезуб способен чего-то бояться.

— Нам надо отсюда валить. — Быстро сказал Саблезуб.

И тут уж Тася не стала кричать: «В смысле?» или «Что ты такое говоришь?». В общем, не стала терять время. Она наклонилась к нему и быстро спросила:

— О чём ты?

— Все думают, решения нет. — Саблезуб криво усмехнулся и мазнул взглядом по остальным ребятам, эдак пренебрежительно.

— А на самом деле?

И снова такое лицо… Странное.

— Они уже решили. Просто бросили нас и всё. Ты не поняла?

— То есть?

— Да бросят они нас тут. — Быстро заговорил Саблезуб. И при этом тихо, так что Тасе пришлось наклониться к нему ближе. — Бросили уже. Главный свалил решение на Богиню, а она просто сделала вид, что не услышала. Но выходить нельзя. И вещами пользоваться нельзя. Дрон будет следить. Ты ещё не поняла? Дрон не даст нам делать ничего! И дрон — всего часть общей системы контроля. Мы не сможем выбраться, они не позволят. Мы будем сидеть тут, пока ресурсы столовой не закончатся, а потом просто умрём с голоду. Нескоро, через несколько месяцев. Но они уже про нас забыли.

— И что? — Тася всё ещё не понимала. — Это же хорошо, что забыли. Мы выберемся, найдём свой корабль и улетим.

Саблезуб отпрянул и посмотрел на Тасю, как на полную дуру.

— Не поняла, значит. Пойдём.

Саблезуб вскочил и направился к выходу.

Тася растерялась. Вокруг болтали люди, Митяй разговаривал с Димитром и в её сторону не смотрел. Её и Саблезуба никто не замечал.

— Идём, а то ты никогда не врубишься! — Прошипел Саблезуб.

Это было бы крайне глупо — идти куда-то с ним вдвоём. Особенно после того как Димитр приказал всем держаться вместе. Да и всё то, что Тася знала о Саблезубе…

И всё же она встала и пошла. Потому что чувствовала — так надо.

Они с Саблезубом тихо вышли из столовой, никто и не заметил. В коридоре, куда ещё доносились голоса остальных, и откуда можно было легко вернуться, Саблезуб пошёл первым, а Тася — за ним. Вскоре голоса пропали. Тася шла, настороженно косилась в спину Саблезуба и каждую секунду ожидала какой-нибудь пакости. Тот, однако, не дёргался.

— И куда мы идём? — В конце концов спросила Тася. Надо было раньше спросить, тут же с досадой укорила саму себя. А сейчас даже голосов из столовой не слышно! То есть и её, если будет кричать, никто не услышит!

— На склад, где транспорт хранился.

— Какой транспорт?

— Лодка ваша.

— Подожди… Хранились? Что это значит?

Тот только глазами зыркнул.

Хранились? Он хочет сказать, что теперь она там не хранится?

Кто его знает! Отвечать Саблезуб не стал.

— Хочу знать дорогу к хранилищу, где лежит моя лодка. — Сказала Тася вслух. Надо проверить, туда ли он её ведёт.

Тася посмотрела на стены… но стрелок не было.

Она тут же остановилась. Саблезуб тоже остановился, проследил за её взглядом, посмотрел на стены у пола.

— Нет указателей. — Сказал он.

— Ты знаешь про указатели?

— Конечно. Их для меня сделали.

— Я думала, для дрона. Чтобы он ориентировался.

— Дрона тоже для меня сделали.

И тон какой снисходительный! Тася чуть не скривилась Надо же, всё для его драгоценной персоны! Не устаёт о себе напоминать!

— Пошли. — Саблезуб направился дальше.

— Куда? Указателей же нет.

— Мне они не нужны, я и так дорогу помню. Думаешь, сколько я здесь просидел?

Логично. Просидел долго, всё подземелье наизусть знает.

Тасе посмотрела назад, в сторону, откуда они пришли. Хотелось вернуться.

Но она чувствовала, что нужно понять, о чём говорит Саблезуб. Да, он мог и врать, и попробовать завести её куда-то… только какой смысл?

Развлечься напоследок? Напасть на неё и довести до конца то, ради чего он её разбудил? Всё равно ведь пропадать?

Но у неё же есть кнопка. Тася подняла руку и сжала кнопку в ладони. Ничего он не сделает.

— Шевелись! А то не успеем! — Крикнул Саблезуб, не поворачивая головы.

— Хочу пройти в столовую. — Шёпотом сказала Тася. Стрелка, которая указывала обратно, тут же появилась на стене.

Значит, стрелки работают… но не все. В случае чего можно сбежать от Саблезуба и вернуться к остальным. Значит, надо идти за ним. Что-то не так. Он ведёт себя странно.

Хотя… что в его случае не странно?

Чем дальше они уходили, тем тише и темней становилось вокруг. Тася оглядывалась и хмурилась. Будто… будто все эти помещения вдруг стали нежилыми, а все вещи, которыми прежде активно пользовались, теперь были брошены, никому не нужные. Будто… Вот! Казалось, что жители дома покинули его навсегда.

И вот Саблезуб остановился. И ухмыльнулся. Тася не поняла, что послужило этому причиной. Тогда Саблезуб ткнул пальцем вперёд.

— Смотри.

Впереди… Тася снова ничего не поняла. Впереди были двери, которые вели на склад с транспортными средствами. Те самые двери со значком ракеты на створке. Они были открыты.

Только там дальше, за ними, ничего не было. В смысле, прямо за створками виднелась сплошная каменная стена.

Тася, не веря своим глазам, бросилась вперёд, пощупала руками… камень. Прохладный, твёрдый камень. Никакая не обманка, не проекция. Прохода не было!

— Это шутка такая? — Спросила Тася. — Розыгрыш? Ты перевесил дверь?

— Чья шутка? Они не умеют шутить. — Зло ответил Саблезуб.

— Тогда что это значит?

Тот закатил глаза, но потом всё же изволил пояснить.

— Они сокращают пространство.

Правда, Тася снова ничего не поняла.

— Что?

— Они запирают нас. Не видишь?

— Как?

— Они закрывают помещения. Скоро мы окажемся где-нибудь в столовой. Без выхода.

— Как это?

Он снова закатил глаза.

— Да очнись уже! Скоро тут ничего не останется! Может, вообще завалят нас, как этот склад. А сами слиняют!

— Слиняют? Куда? — Глупо спросила Тася.

— Ну не тупи! Я не знаю, что такое Переселение!

— И я не знаю.

— Конечно, ты не знаешь. Но по-любому это не оставание на прежнем месте. Они слиняют… а нас оставят тут, запертых в четырёх стенах!

Вот теперь Тася поняла. А когда поняла, пошатнулась. Ей пришлось прислониться к стене.

— Они нас бросят?

— Конечно! Скажут потом — ой, а этих-то мы забыли! А ты чего забыла? Так я думала, ты ими займёшься. А я думал — ты. А уже полгода прошло, наверное, они там уже все сдохли от голода. Или десять лет… Так и будут сваливать друг на друга. Ну, а потом скажут — ладно, фиг с ними. Было и прошло. Что теперь поделаешь.

Саблезуб озвучил разговор в лицах.

Тася стояли ни жива, ни мертва.

Врёт? Но зачем? Зачем ему врать сейчас? И этот коридор, упирающийся в стену… огромное помещение, которого теперь нет. Которого будто бы и не было!

— Что делать? — Спросила Тася.

— Наконец-то! — Саблезуб фыркнул. Но Тася была такой испуганной, что не обратила внимания.

— Так что?

— Нужно добраться до кого-нибудь из местных.

— Как?

— Придумай. Только у тебя есть связь.

— Да какая?

— Дрон!

Тася быстро стала прокручивать в голове. Дрон? Получается, только дрон может что-то сделать?

— И что дальше? Что я должна делать?

— Откуда я знаю? — Саблезуб удивился.

— Но ты же ко мне подошёл? Почему ты не подошёл с этим разговором к Митяю? Он тоже может общаться с дроном! И… да любой может, дрон всем отвечает! Даже ты можешь с ним поговорить. Почему ты подошёл ко мне? А! Ты боишься остальных, да? Вашего прошлого?

— Да о чём ты? — Саблезуб снова выглядел донельзя удивлённым. — Чего мне этих дятлов боятся? Я — сын Зубцова, а большинство из них — беспородная шваль. Скоро и ты это поймёшь, тайная владелица Оберега. — Саблезуб усмехнулся, да так неприятно, что в воздухе даже завоняло.

— Тогда почему я?

— Они только тебя станут слушать.

— Кто они?

— Местные! Да не тупи ты!

— Почему меня?

— Ну, мы прилетели к ним без спроса. А ты случайная жертва. Ты здесь очень долго хранилась. Они тебя ценили. Они тебя послушают.

— Знаешь, зачем меня хранили?

— Нет.

— А тебя не послушают? Тебя же здесь оставили. Свои оставили.

— Потому что я сам сюда прилетел, то, что оставили, не имеет значения. Я уже тут был! Без приглашения. Ну не тупи!

Он говорил так, будто всё это очень понятно.

— А ты не наглей. Просто скажи! — Огрызнулась Тася. Но на это у неё ушли последние силы, даже голова закружилась.

— Они только тебя станут слушать. — Нехотя повторил Саблезуб.

— Почему? Почему ты так думаешь?

Он отвернулся. И ничего больше не сказал.

Тут послышался шум. Тася не успела даже испугаться, всего-то успела подумать — ну что ещё? — как к ним подбежали Митяй, Лука и Димитр. Первый сразу же рванул к Саблезубу, лишь мимоходом взглянув на Тасю, видимо, убедиться, что она в порядке. Через мгновение Митяй прижал Саблезуба к стенке и зафиксировал ему горло локтем.

— Я тебе не врежу только потому, что ты слаб. — Тихо сказал Митяй. — И, если начну, я тебя убью.

— Ой, да хватит рисоваться. — Ответил Саблезуб и поморщился. — Всё с ней в порядке! Я к ней даже не прикоснулся!

Рядом с Тасей остановился Димитр. Посмотрел так, что в другой ситуации она бы сразу присмирела. Но сейчас Тасю волновало другое.

— Что он задумал? — Спросил Димитр.

Тася кивнула на ворота склада. Димитр посмотрел туда же и ничего не понял. А вот Митяй, когда увидел, отпустил Саблезуба и выпрямился, как струна. Тот быстро отошёл в сторону.

— Склад… — Сказал Митяй.

— Склада больше нет. — Сказала Тася. — А скоро не будет и остальных помещений.

— Это он сказал? — Димитр кивнул на Саблезуба.

— Да.

Тогда Димитр подошёл к Саблезубу и в упор уставился на него. Даже немного наклонился, чтобы оказаться лицом к лицу.

Димитр молчал, но Саблезубу было всё равно. Он даже не занервничал.

— Рассказывай. — Наконец, сказал Димитр.

— Щас!

Димитр даже выпрямился от удивления, смотря на него сверху вниз.

— Ваше присутствие вообще лишнее. — Как ни в чём не бывало продолжал Саблезуб. Будто и не видел угроз со стороны Димитра с компанией. — Вы только мешаете.

— Мешаем чему? — Митяй насупился.

— Подождите! — Тася подняла руку, умоляя всех замолчать. В голове тяжело ворочалась некое соображение. То, что сказал Саблезуб… она ведь и сама что-то такое подозревала, когда вскочила там, на собрании, и напомнила о себе. Она как-то подсознательно чувствовала, что обладает правом голоса. Что владеет… козырем, что ли. Что эта её криокапсула, которая хранилась у местных неизвестно сколько лет — что она несёт в себе какой-то смысл.

А что, если… Радужные люди сказали о слиянии. С теми, кто привёз с собой Тасю?

Получается, её слияния лишили. Если оно было добровольным. Да и что это такое… слияние?

Неважно. Если бы местные поглотили или просто сожрали людей, то что мешало им открыть и сожрать Тасю, которая даже не смогла бы сопротивляться? Но они хранили её. Значит, слияние — это что-то другое, это вроде подарка, приза, которого для Таси пожалели. Логично ведь?

Митяй пошёл было к Тасе, но она снова махнула рукой. Мысль наклёвывалась, а Митяй, пожалуй, единственный человек на всём белом свете, кто способен сбить её с панталыка и зациклить на себе.

— Тихо, тихо… — Не думая, прошептала Тася. Димитр удержал Митяя за руку и остановил.

У неё было право… право на компенсацию.

Вот. Вот что у неё было!

Тася улыбнулась и посмотрела на Саблезуба.

— Только не тяни. — Сказал тот. Развернулся и пошёл прочь.

— Но как мне с ними поговорить? Как их позвать? — Крикнула Тася ему вслед, но Саблезуба и след простыл. Он наверняка слышал вопрос, не глухой же, но отвечать не посчитал нужным.

Мерзкий тип. И всё же… всё же он толкнул Тасю, хотя, скорее, ткнул носом туда, куда следовало. Сама бы они нипочём не догадалась, слишком много всего вокруг происходило. Слишком много людей было, шума, новостей. Ко всему прочему Тася переживала, что Митяй отстранится, ведь появились друзья, с которыми он давно не виделся. И девушки… которые, как знать, возможно, нравились ему прежде.

— Что происходит? — Спросил Митяй. Остальные не спрашивали, но судя по виду, тоже очень сильно хотели знать.

Тася подняла голову и уставилась в потолок.

— Я хочу поговорить с Богиней!

Они все вместе уставились на потолок. Почему туда? Тася не знала. Но не в пол же смотреть.

Ничего не произошло.

— Хочу поговорить с Богиней! Я требую, чтобы она мне ответила! — Тася повысила голос, но снова ничего не случилось.

Должно быть, это всё очень глупо выглядит со стороны, подумала Тася.

Раздался скрежет. Неподалёку что-то рухнуло, звук был таким, будто произошёл обвал.

Первым появилось желание бежать прочь. А вторым — желание увидеть, что там произошло. Тася метнулась в сторону шума, но впереди уже бежал Митяй. Остальные сзади.

У соседнего коридора её дёрнули за рукав и остановили. Митяй тоже остановился, иначе Тасю никто бы не удержал! Он достал экран и направил свет в темноту.

Коридор был завален большими глыбами камней. И не было никакой пыли… никакого мусора… кроме звука обвала.

— Они уменьшают детскую зону. — Онемевшими губами сказала Тася.

Остальные молчали.

— Знаете, как выйти на поверхность? — Наконец, спросил Димитр, который пришёл в себя первым.

— Прямого пути нет. Лодка… но склад завалило. Тоннель наверх… но там мы… — Митяй вздохнул и остановился. — Только тоннель. Идёт вертикально вверх.

— Но там не подняться! — Крикнула Тася. — Ты же сам сказал, что там не подняться! Очень высоко.

— Тогда ситуация была другой.

Объяснение было очень коротким… и страшным. Тася задрожала.

— Митяй, мы к тоннелю. Лука, ты с Тасей обратно, к остальным. Пока ничего не рассказывайте.

— Понял.

Лука подошёл к Тасе.

— Пошли.

— Нет. Я с ними.

Димитр искоса посмотрел на неё.

— Ладно.

Как будто ей требовалось чьё-то разрешение! Это, в общем-то, они сюда заявились, в место, где Тася столетия… ну, может и не столетия, но долго пролежала. Да она практически местная! Это она должна командовать!

Стрелки-указатели ещё работали. По ним они и побежали в холл с тоннелем.

— Мы должны вызвать Друга. — Сказала Тася спустя несколько минут, когда более-менее пришла в себя и начала соображать.

— Зови.

Митяй шёл рядом и иногда поглядывал так… будто она не в себе. Но Тася не думала об этом. Она думала о Саблезубе… о его намёках. И о его прямых словах, которые звучали ещё более жутко. О том, что их бросят и даже не вспомнят. Она не сомневалась, что так могло произойти. Она уже через это прошла. Пятьсот лет! Даже представить себе невозможно, сколько это!

В общем, Тася на ходу нажала на кнопку.

Дрон подлетел сзади, привычно поздоровался и потащился следом, потому что Тася не замедлила шаг.

— Что решили взрослые? — Спросила Тася, не смотря на дрона. Она сердилась на него. Понимала, конечно, что бессмысленно сердиться на искусственный аппарат, но ничего не могла с собой поделать.

— Ответа нет.

— Хорошо. Как выйти на поверхность?

— На поверхность выходить нельзя.

— Я просто хочу знать. Как можно подняться на поверхность? Я не буду подниматься.

Дрон, кажется, растерялся. Заметался.

— Так как? — Не сдавалась Тася.

— Подняться легче всего на платформе.

— На какой? Где она?

Дрон улыбнулся и хитро прищурился.

— Это секрет.

— Откроешь мне? Я никому не скажу.

— Нет уж.

Тася остановилась, резко обернулась. Дрон еле успел увильнуть в сторону, чтобы не врезаться ей в лицо.

— Позови Богиню. Я хочу с ней поговорить.

— Я не могу обращаться к взрослым по таким вопросам.

— Скажи, мне нужна помощь с медкапсулой. Скажи, что-то случилось и я умираю! Несчастный случай.

— Ты в порядке. — Дрон привычно просветил её лучами. — Необходимости обращаться ко взрослым нет.

— Тогда уходи! — Жёстко сказала Тася. — Раз ты ничем не хочешь помогать! Не хочу с тобой играть!

— Но я хочу играть. Скажи, во что будем играть.

— В вопросы и ответы. Ты будешь отвечать?

— На вопросы, которые не касаются взрослых.

— Тогда вали к чёрту!

Рожица стала грустной, дрон развернулся и улетел. Он выглядел таким унылым, будто всё понимал. Даже на секунду жаль его стало. Но только на секунду.

— Он нам ничего не скажет! — Сердито сообщила Тася Митяю. — Ничего.

— Я много времени потратил, пытаясь от него чего-то добиться, и тоже мимо. — Вздохнул тот.

Тем временем Димитр ушёл вперёд, они остались одни. Когда улетел дрон, стало совсем тихо.

Митяй вздохнул и обнял Тасю, которая продолжала стоять, повесив нос. Сжал крепко, до боли.

— Мы выберемся.

— Я начинаю сомневаться.

— А я нет. Мы отсюда уже выбирались. И снова выберемся.

— Когда-нибудь вам должно перестать везти.

— Не в этот раз. — Быстро ответил Митяй. Потом зашептал. — Послушай. Всё может случиться. И хорошее, и плохое. Ты это понимаешь, я это понимаю. Но сейчас мы вместе. Это счастье — когда ты вместе с человеком, без которого уже и жизни своей не представляешь.

— Тут теперь толпа твоих друзей. — Вздохнула Тася. — Старых подружек…

— Друзей, ты правильно заметила. Друзей. А ты — одна-единственная.

— Все так говорят.

Митяй вдруг отодвинулся. С удивлением взглянул ей в лицо.

— Ты ли это? Я тебя не узнаю. Где моя Тася?

— Это я!

— Нет, это не она.

— Это она!

Митяй рассмеялся. Немного помолчал.

— Ты в порядке?

— Да.

Тогда он снова её обнял.

— Я тоже устал. Но думаю — а вдруг когда-нибудь потом мы будем вспоминать это как приключение. Хвастаться будем — что мы пережили. Даже, может, захотим вернуться в этот самый момент.

— Может, и захотим.

Тася взгляда не могла от него оторвать. Действительно захотелось запомнить этот момент… когда они вместе. Когда несмотря ни на что они счастливы.

— Вы идёте? — Донёсся из коридора голос Димитра.

— Да! — Крикнул Митяй, не отводя взгляда от Таси. — Идём!

Глава 14. Тоннель наверх

Остаток пути прошёл куда бодрей. Они пытались догнать Димитра, но тот каким-то непонятным образом всё время оказывался впереди, так далеко, что они еле успевали видеть его мелькающую спину.

И вот Тася с Митяем выскочили в холл со стеклянным потолком, где Димитр стоял, задрав голову, и смотрел вверх.

Он услышал их и вздохнул.

— Да уж.

Митяй и Тася тут же посмотрели в тоннель, но ничего нового не увидели.

— Стекло крепкое. — Задумчиво заговорил Димитр. — Но если найти выход на него и оборудование для восхождения, можно попробовать.

— Оборудование должно быть на складе… если они ещё целые, эти склады. — Ответил Митяй.

А Тася смотрела вверх и у неё от страха кружилась голова. Как? Как можно подняться так высоко? Там же конца-края не видно. А если они упадут?..

— Выхода туда тоже нет. — Сказал Митяй.

И правда, стены ровные, ни дверей, ни люков, кроме прохода в комнату с анабиозной камерой. Но оттуда тоже не пройти.

— Это не страшно. Взорвём потолок. — Невозмутимо сказал Димитр.

Тася опустила голову и отступила прочь. Подниматься так высоко… Она, сама, конечно тоже собиралась туда влезть в прошлый раз, но в тот момент она явно была не в себе.

— Тогда надо начинать. Мы не знаем, сколько у нас времени.

— И много неподготовленных людей. — Тихо сказал Димитр.

— Да. И мы не знаем, как тут высоко.

— Подождите! — Тася с трудом удержалась, чтобы не кричать. — Вы собираетесь здесь лезть? Серьезно? Здесь? Наверх?!

— Пока нет. Но нужно быть к этому готовыми. — Ответил Димитр. Они с Митяем смотрели на Тасю одинаковыми взглядами — такими жалостливыми, осторожными, будто боялись сказать лишнего. Конечно, в такой ситуации женская истерика сильно бы замедлила процесс всеобщего спасения.

— Но вы же не знаете, сколько до поверхности! Может, там десять километров! Или сто!

— Поэтому это просто план.

— Да даже проверить… сейчас!

Тася быстро нажала на кнопку. Дрон не прилетал. Она нажала ещё и ещё. Ничего.

— Обиделся. — Тася нервно хихикнула.

Где-то вдалеке снова что-то громыхнуло. Стены гудели.

— Надо держаться вместе. — Вдруг сказал Димитр. — Давайте сделаем так…

Договорить он не успел, потому что дрон всё-таки появился. Прилетел и затрясся так сильно, будто его било током.

— Здравствуйте, дети. — Сказал срывающимся голосом.

Дрон посветил лучами Димитру прямо в глаза. Будто специально его выделил.

— И ты здравствуй, гость.

— Здравствуй, Друг. Здравствуй. — Поздоровались они хором.

— Какой высоты этот тоннель? — Сразу приступила к делу Тася.

Дрон медленно поднял глаза. Ну совсем как разумный!

— Он очень высокий.

— В метрах сколько?

— Много, много метров. — Прищурился дрон.

Тася с бессильной злостью взглянула на Митяя.

— Так ты скажешь точную цифру?

— Дети не должны таким интересоваться. Это опасная игра.

— Мы играем в математику.

— Это неподходящий вопрос для математики. Хотите другой?

— Не хотим.

Тася отвернулась, просто не могла его видеть. Вредная махина!

— Есть решение по нам? — Спросил Митяй.

— Решения нет.

— Тогда прежний план. — Сказал Димитр и будто забыл про дрон. — Идём к остальным. Надо им рассказать. Делимся на группы, ищем оборудование и взрывчатку.

— Взрывчатка — плохая игра. — С укоризной сообщил дрон.

— Не обращайте на него внимания. — Вдруг сказал Димитр. — Думаю, его отключили от системы общения местных. Если нас оставили, нет смысла за нами следить.

Митяй и Димитр быстро переглянулись, будто обговаривали что-то своё.

— Саблезуб. — Тася резко обернулась к ним. Глазами сделала такой финт, указывая на дрона. — Саблезуб сможет узнать, что нам нужно. Где платформа. Как её использовать. Он же уже так делал?

— Да. — После небольшой паузы ответил Митяй. — Делал. А что за платформа?

— Я не сказала? Дрон говорит, платформа — самый быстрый способ попасть на поверхность. Но где она и как ею пользоваться, не признаётся.

— Обращаться за помощью к Саблезубу не самый разумный вариант. — Словно раздумывая, сказал Димитр.

— Потеря времени. — Согласно кивнул Митяй.

— Он сам хочет отсюда свалить. Да очнитесь! Карабкаться здесь… даже если вы умеете, я никогда нипочём не поднимусь! Нам нужен другой путь!

Димитр взглянул на неё всего раз.

— Возвращаемся в столовую и говорим с Саблезубом. Там решим, что дальше.

Они почти бегом побежали в столовую. Дрон не отставал, хотя пару раз чуть не врезался в стену. Похоже, у него беда с координацией.

— Если сразу не соглашается, ищем оборудование для подъёма. — По дороге сказал Димитр. — Митяй?

— Понял.

— Тася?

— А?

— Держись, скоро мы будем дома.

Приятно было слышать, даже если это неправда. Знать точно этого никто не мог, но когда тебе уверенно говорят то, что ты желаешь слышать — это прямо как бальзам на душу.

— Спасибо.

— Тебе спасибо. Что присмотрела за Митяем.

Димитр засмеялся, а Митяй вдруг покраснел. Выглядело очень необычно. Но на душе стало тепло.

Дрон продолжал лететь за ними.

Всё пошло как-то очень быстро. Тася заскочила в столовую, где остальные уже не сидели кто где, а собрались вокруг Луки и выглядели так, будто всё знали. Чуть в стороне остался только Саблезуб. К нему Тася и побежала.

— Ты!

В столовой наступила тишина.

— Ты можешь узнать у дрона, как нам выбраться на поверхность. Узнай!

Саблезуб окинул её неприязненным взглядом.

— И что?

— Что что?

— Что мне за это будет?

Тася чуть не задохнулась от возмущения. Возле Саблезуба уже скучковались остальные. Удивительно, как он не чувствовал исходящего от них негодования и желания его разорвать. Судя по лицу, Саблезуб совсем не нервничал. Да он точно не в своём уме!

— Жить за это будешь! — Припечатала Тася.

— Где? На поверхности? — Саблезуб усмехнулся.

— Вообще. — Уточнил Димитр, который встал по левую руку от Таси.

— Считаете, что можете гарантировать мне жизнь?

Саблезуб перестал улыбаться. Холодно посмотрел на Димитра.

— Скорее выходит, что вы и себе-то жизнь не можете гарантировать.

Димитр было напрягся…

— Хватит демагогию разводить! — Рявкнула на Саблезуба Тася. — А ну пошли наедине поговорим!

Нужно вытащить отсюда Саблезуба. Внимание и угрозы на него как-то неправильно влияют. Тут его каждый придушить готов собственноручно, но Саблезуб только больше закрывается. А им нужно вытащить из него информацию.

Тася сама не поняла, как взяла всё в свои руки. И удивилась, что ей позволили это сделать. Почему-то все посмотрели на Ахлейна. И тот кивнул.

— Ладно, идите. — Сказал Митяй. — Думаю, говорить лишний раз, как тебе нужно вести себя с моей девушкой не нужно? Вежливо и без рук?

— Не нужно. — Отмахнулся Саблезуб и вскочил. — Пошли.

Тася быстро пошла к выходу из столовой. Наверное, проще было бы отойти в угол за какой-нибудь дальний прилавок, но она вышла из столовой совсем. Только разок оглянулась, чтобы увидеть, как дрон полетел следом. И заметила, что Димитр быстро говорит что-то Митяю и Луке.

Наверное, у них свой план. И ладно. Дрон и Саблезуб — вот он, путь к свободе.

— Ну хватит бегать! — Сказал Саблезуб где-то в коридоре. Тася и сама уже подумала, что они как-то далеко ушли. И тут же остановилась.

— Давай, узнавай у дрона, как нам подняться наверх! — Сразу же заявила Тася. — На платформе! Ты можешь это сделать, я знаю. Делай! Сейчас!

— Нет, ну у тебя точно мозга нет. — Тот покачал головой. — Я же тебе всё объяснил! На пальцах показал.

— Показал? Да ты просто кривлялся так же как сейчас. — Спокойно ответила Тася. И с удивлением услышала тот невозмутимый тон, которым пользовался брат. Всё как положено — неторопливый, с мрачными тонами и твёрдыми звуками… тогда у неё сердце от этого тона замирало. А сейчас она машинально к нему прибегла. И похоже, не зря. Саблезуба, кажется, впечатлило. — Капризничать будешь потом. Ты не ребёнок. — Жёстко сказала Тася. — Говори.

— Ну, узнаю я, как подняться наверх. И что? Что такое Переселение? А? Может, они сядут на корабль и слиняют. А планету взорвут. А если нет, тут есть такие жучки… они сожрут всё за две недели. Как только местные свалят и некому их будет контролировать. Спроси у своего любовника. Единственный вариант выжить — уговорить Богиню нас отпустить!

— Но я не могу! Дрон не хочет нас связывать!

— А ты придумай, как его уговорить!

— Ты знаешь? — Тася снова успокоилась. Только внешне, конечно.

— Нет.

— Не врёшь?

Он покачал головой.

— Моя жизнь тоже от этого зависит, не врубаешься?

Тася подумала.

— Ладно.

— Ну, тогда напрягайся лучше! Удачи. Я пошёл.

Саблезуб развернулся и направился куда-то совсем не в ту сторону, откуда они появились.

— То есть ты пошёл? — Крикнула Тася ему вслед.

— Сами разбирайтесь. Я на вас, идиотов, последние часы жизни тратить не хочу. А если у тебя получится, местные меня где угодно найдут.

Он хочет сбежать? Это единственное, что подумала Тася. И вдруг завизжала со всей силы. Надо его остановить! Зачем, она не знала, но надо и всё тут!

Визжала Тася не зря — почти сразу же из коридора вынырнул Митяй.

— Там! — Крикнула Тася, показывая рукой в коридор, где до сих пор виднелся Саблезуб. — Он там! Хочет сбежать. Лови его!

Митяй всё понял и мгновенно бросился за ним следом. Раздались недолгие звуки борьбы и потом шаги… Первым появился Саблезуб, за которым шёл Митяй. У Саблезуба была разбита губа. Тася почувствовала удовлетворение, смотря, как её раздувает. Прям захотелось, чтобы всю физиономию ему начистили, а не так, слегка. Но нет, нельзя. Она цивилизованный человек. Не будет опускаться до своих низменных желаний.

— Пойдём. — Сказал Митяй, когда они подошли. — К остальным.

— Идите вперёд. — Попросила Тася.

И только в этот момент поняла, что всё это время дрон висел возле неё и никак на происходящее не реагировал. Даже когда Саблезуба догонял Митяй. Не видел? Или с ним что-то не так?

— Друг, что случилось? — Спросила Тася, когда Саблезуб с Митяем ушли вперёд. — Ты неисправен?

— Потерян контроль над частью программ.

— Ты частично неисправен?

Он не ответил. Но когда Тася пошла за Митяем, поплыл следом.

Так, надо срочно что-то делать, иначе дрон может отключиться совсем. Теперь не тратим времени на панику, а начинаем искать способ связаться с Богиней.

— Друг, как мне связаться с местными?

Снова молчание.

— Почему ты не отвечаешь?

— Доступ к информационной базе закрыт.

Доступ закрыт. С одной стороны, это плохо, а с другой — наверное, тогда дрон не знает, что связываться нельзя. Значит, нужно пользоваться случаем и добиваться своего.

— Ты не можешь найти ответ в базе, но можешь об этом говорить?

— Да.

— Друг, как мне поговорить с Богиней?

— Я не знаю.

— Какие способы есть связаться с Богиней?

— Передать сообщение. Встретиться лично.

— Как с ней встретиться лично?

— По её приглашению.

— То есть сама к ней я прийти не могу?

— Нет.

— Ты можешь отвести меня туда, где сейчас Богиня?

— Туда нет прохода для детей.

Та-ак. Тупик.

— Ты можешь сделать проход для детей? — Всё-таки уточнила Тася.

— Нет, у меня нет допуска.

Ладно.

— Если я передам сообщение, оно сразу к ней попадёт?

— Оно будет лежать, пока Богиня не заглянет в раздел «Дети».

— Как часто она заглядывает в раздел «Дети»?

— Среднее время двадцать два дня.

Чёрт! Долго. Но если…

— Как долго длится Переселение?

— Я не знаю.

— Когда оно начнётся?

— Я не знаю.

— Что говорят твои собственные базы? Когда заканчивается… когда заканчивается твой основной доступ?

Этот вопрос Тася задала наугад. И даже не была уверена, что правильно сформулировала.

— Моё обслуживание заканчивается через тридцать два часа.

Вот это да… Вначале Тася обрадовалась полученной информации. Это значило, что через тридцать два часа… что Переселение состоится через тридцать два часа? Или его просто отключат? А какая разница, если дрон станет бесполезным?

А потом она испугалась. Та-ак. То есть у них всего полтора земных суток. А почту Богиня просматривает раз в три недели. И не факт, что вообще полезет смотреть, раз все они, не сговариваясь, решили «забыть» детей в прошлом.

Как же не хотелось ломать себе голову!

Они зашли в столовую, где каждый ждал новостей. Саблезуб собрал на себе всеобщее внимание, чему Тася была несказанно рада. К Митяю подошли с вопросами, и она убралась подальше, за киоски, дрон тащился за ней следом. Тася спряталась, села прямо на пол под какой — то прилавок, вздохнула.

Нужно было что-то сделать.

— Если кто-то из детей пораниться очень сильно, так, что будет угроза его жизни, ты сообщишь об этом старшим?

— Да.

— Немедленно?

— Немедленно.

Вот оно, решение. Вот оно…

Возможно, Саблезуб об этом знал. Раз хотел сбежать. Ведь кого, по его мнению, пустили бы в расход? По его мнению, ответ очевиден.

А кого пустят на самом деле?

Тася обхватила голову руками. Хотелось сжать её, чтобы кости трещали. Нашла всё-таки. Вот вам и выход! Так просто. Надо всего лишь в ближайшие тридцать часов кого-то серьёзно покалечить. Тогда Богиня изволит явиться.

Что было делать? Молчать? А что это решит?

Нужно было рассказать остальным. Или… сделать всё самой. От последней мысли дрожь пошла по телу. Что она могла сделать? Вены себе перерезать? Ножом в живот себя пырнуть? Тася поморщилась. Нет, она не сможет сделать себе харакири. И вены не сможет порезать. Наверное. Даже ради всеобщего спасения. Сама мысль причинить себе вред была настолько неприятной, что она даже думать об этом не могла.

Неужели нет другого способа?

— Тася! — Рядом оказался Митяй. — Ты чего тут сидишь?

А если он узнает — точно не позволит Тасе ничего сделать. Скорее, сам себя покалечит.

От мысли, что Митяй сделает себе больно Тасю прямо затошнило.

— Что случилось?

Его голос стал испуганным.

— Ничего. — Тася огромным усилием воли подняла голову. — Всё хорошо.

— Да ладно!

— Нет, правда…

Он сел рядом.

— Просто скажи правду. Может быть, ты хочешь решить всё сама, но большинством решать легче. Ты не представляешь, сколько разных вариантов могут придумать десять голов, пока ты думаешь одной. Тася!

— Ладно. — Она кивнула. Он прав, несколько человек быстрее найдут выход, если он вообще есть.

— Пошли сразу ко всем. Или тебе легче сказать только мне?

— Да, тебе. Сам передашь. В общем, до начала Переселения… нет, дрон перестанет работать через тридцать два часа. Что значит Переселение, мы не знаем, но может, планету вообще разрушат… А если нет, расплодятся жуки. Саблезуб сказал. Жуки правда есть?

Митяй медленно кивнул и по его лицу Тася поняла, что жуки — серьёзная угроза.

— Богиня может послушать меня, не вас, потому что у местных передо мной что-то вроде долга за слияние, которое я не прошла. Но чтобы с ней связаться есть только один способ — кто-то должен пораниться так сильно, чтобы находиться при смерти. Только тогда дрон её позовёт.

— Понятно.

Митяй сцепил зубы, поднял Тасю и они вышли к остальным.

Саблезуб по-прежнему сидел отдельно, с высокомерным видом, наблюдал свысока, как чёрный ворон на бойких пёстрых птиц.

Тася просто села на стул неподалёку и всё. Говорил Митяй. Он передал её слова, передал очень точно. И что самое интересное — ему сразу поверили.

— У кого-нибудь есть нанокрест? — Сразу же спросил Лука.

Остальные принялись шарить по карманам, будто у каждого в кармане может заваляться эту чудесная штука, про которую Тася тоже знала. Но ни у кого не было.

— Нет. — Ахлейн покачал головой. — На корабле осталась.

— Как и наши. — Димитр оглянулся на Саблезуба.

— Тут есть нанокрест?

— Нет.

— Ты не врёшь?

— Откуда тут нанокрест? Они сами себе нанокрест.

Тоже верно. Местным вряд ли понадобится эта полезная с точки зрения человека штука.

— Придётся так. — Задумчиво начал Димитр.

Тася встрепенулась. Ей было очень тяжело говорить, но она сказала:

— Я готова.

— К чему? — Опешил Димитр. Потом понял. — Ты? Что за ерунда!

— Ты не будешь этого делать. — Невозмутимо сказал Митяй.

— Почему?

— Даже разговора нет. — Ответил тот.

— Вы не понимаете. — Тася покачала головой. — А вдруг это всё неправда? И кто-то будет рисковать зря? Я не хочу… Лучше я сама.

Димитр будто и не слышал. Стал оглядывать парней. Пробежался по ним глазами и сказал.

— Это буду я.

— О! Ну вот опять! — Завопила его жена, которая стояла рядом и караулила. — Опять ты!

— Всё будет хорошо. — На автомате заявил Димитр.

— А если нет?

Они уставились друг на друга, упрямые, как два барана.

— Если другого выхода нет, мы все… мужчины должны тянуть жребий. — Сказал Ахлейн.

— Никакого жребия. — Сказал Лука. — Штатские вообще должны молчать, когда их не спрашивают.

И пошло-поехало!

Разгорелся жаркий спор. Они ругались, перебивали друг друга и всё больше повышали голос. Причём спорили не о том, на кого спихнуть этот «долг», а наоборот, кто из них его исполнит.

Тася сжала виски руками. Если они будут делать это тридцать часов подряд, они все тут свихнуться и уже некого будет вытаскивать.

Неужели нет выхода? Неужели никакого выхода нет?

Они спорили, наверное, с час, и не нашли того, кого будут калечить. К этому времени Тасе уже хотелось крикнуть, что пусть хоть полностью друг друга перебьют, только бы все замолчали!

Голова гудела и болела.

Вокруг хранились неиссякаемые запасы еды, но в рот ничего не лезло.

Постепенно все угомонились и разбрелись по столовой.

Тася снова сидела за каким-то прилавком, опираясь на него спиной, а её голова лежала на плече Митяя. Они спрятались. Как, впрочем, и большинство остальных.

Сидели и даже не говорили ни о чём. Рядом висел дрон.

— Если начнется пожар, ты сообщишь Богине? — Монотонно спрашивала Тася. Она задавала каждый вопрос, который приходил в голову в надежде, что сработает хоть что-то.

— Нет необходимости. В детской зоне установлена система безопасности.

И Тася снова думала. Митяй тоже периодически подключался.

— Если сломается канализация? Если не будет работать вентиляция? Если будет всеобщая драка? Если они начнут размножаться?

На последнем вопросе у Таси глаза на лоб полезли. Это что он имеет в виду?

Митяй пожал плечами и вздохнул. Да и всё равно не вышло, дрон сказал, что это не повод для волнения, потому что естественно.

А что же повод?

В общем, всё было плохо. А время шло.

А потом ещё Димитр пытался незаметно выйти из столовой. Ага, как же! Кто бы ему позволил! Его жена и двое парней вскочили как ужаленные и бросились следом. Обвиняли его, что он втихую хотел себя покалечить, чтобы всех спасти.

— Это бесполезно! — Сгоряча сказала ему Тася. — Вдруг вы для них уже не ребёнок? Им, может, плевать будет, что вы умрёте.

У прочих и челюсти отвалились. Но Димитр задумался. Тася надеялась, что Димитра это остановит. Напрасно. Через полчаса его поймали снова.

Вскоре все настолько издёргались караулить у выхода и ловить тех, кто хочет сбежать, чтобы втихаря нанести себе вред, что просто сели в куче и угрюмо молчали. Если кто-то смел дёрнуться, все смотрели на него как волки на овцу.

Нужно было решать. Решать, кто станет рисковать своим здоровьем.

Дрон продолжал висеть над Тасей. А она продолжала думать. Тася отчего-то верила, что может найти другой путь… может как-то иначе вызвать Богиню. Но как?

Она перебирала совсем уж нелепые варианты.

— Что если я буду долго плакать? Час, два, три?

— Дети иногда плачут.

— Что если у меня начнётся истерика и я начну всё ломать и крушить?

— Дети иногда ведут себя плохо.

— И что тогда с ними делают?

— Их наказывают.

— Как?

— Лишают сладкого.

Чёрт! Тут и без сладкого еды столько, что плюнуть некуда!

Тася сдулась. Вариантов больше не было. Ни у кого.

— Хватит тянуть. — Сказал Димитр. — Мы теряем время! Надо начинать.

— Только если будете бросать жребий! — Сказала его жена, Зои.

— Согласен. — Сказал Лука. — Мы будем бросать жребий.

— И я буду. — Упрямо заявила Зои.

— Ты же понимаешь, что я этого не позволю? — Спросил Димитр.

— А я не должна тебя спрашивать!

— Нет. — От покачал головой и отвернулся. — Все парни тянут жребий. Девушки — нет. — Он указал на Саблезуба. — И ты тянешь.

— Не, я, пожалуй, откажусь.

— Это была не просьба.

— Не буду.

— Не бойся. Я тебя просто немного придушу. — Невозмутимо заявил Димитр. — Совсем чуть-чуть. Не до смерти.

— Подождите! А что именно… что вы сделаете с человеком? Ну, которого выберете? — Спросил кто-то из девчонок.

Воцарилась мёртвая тишина.

— Это неважно. — Ответил Димитр.

Тася посмотрела на него исподлобья. Но молча. Она и сама не знала, хочет ли слышать подробности. Про придушить — это не подойдёт, слишком тонкая грань… да и как только человек снова задышит, помощь перестанет требоваться, так ведь? Что ещё? Лекарств никаких нет, с высоты падать — тоже можно просчитаться и убиться.

Выход один — ударить ножом, чтобы вызвать смертельно опасное ранение, но чтобы оставалось немного времени на спасение. Военные наверняка смогут так ударить. Тогда, может, местные и появятся.

Тасе стало так страшно, как ни разу не было страшно до этого.

Она попятилась. Посмотрела на дрона. Да сделай же что-нибудь!

Тот продолжал криво висеть и улыбаться.

— Сколько нас? Посчитайте. — Димитр полез к ближайшему киоску и вытащил из-под прилавка большую миску. — Бумага есть?

— Вот. — Кто-то достал из кармана блокнот и ручку.

Стали писать имена. Чтобы никого не пропустить, их называли вслух и каждое было будто удар. Особенно когда прозвучало: «Митяй».

Тася покачала головой и попятилась ещё дальше. Митяй смотрел на неё, но следом не пошёл. А дрон полетел. Тася уставилась на дрон, укоряя его взглядом. Да сколько же можно его упрашивать!

Вскоре миска с записками была готова.

— Кто хочет тянуть? — Спросил Димитр.

Минуту назад все спорили, а тут вдруг замолчали. Зои, которая стояла рядом с Димитром, опустила голову. Ксения, с которой Тася говорила в столовой, не скрываясь, вытерла слёзы.

Дрон болтался рядом, будто ему не было ни до чего дела! Тася не могла этого вынести.

— Ты должен связать меня с Богиней. — Прошептала она. Каждое слово давалось так сложно, будто она проталкивала его через километровую трубу. — Потому что… потому что она сама приказала так сделать!

Дрон молчал.

— Ты слышишь? — В отчаянии крикнула Тася.

— Я не получал таких указаний.

— Потому что ты потерял доступ к базе! Она сама приказала, чтобы я связалась с ней, когда буду готова к разговору! Ты понял? А ты просто не знаешь!

Тася кричала. Все смотрели на неё, но она не замечала чужих взглядов. Дрон думал. И вдруг выдал.

— Да.

Да? Дрон сказал да?

Стало тихо. Так тихо, что ей показалось — сердце вдруг стало стучать, словно барабан. Она осторожно разлепила губы, чтобы не спугнуть удачу.

— Ты свяжешь меня с Богиней?

— Да. Сейчас?

Тася мотала головой, потому что не верила. Митяй пошёл было к ней, но остановился, замер. Тася уставилась на него во все глаза, будто не знала, что дальше.

— Что мне сказать? — Прошептала она. — Что мне ей сказать?

— Мне сейчас передать Богине, что ты хочешь с ней поговорить? — Спросил дрон.

— Нет, подожди! — Тася запаниковала. Что она должна сказать? Ведь получается от её слов зависит так много! Если она сделает что-нибудь не то — пиши, пропало! Как тут оставаться спокойной? Как найти те самые правильные слова? Как окончательно их всех не угробить?

Кто-то что-то спросил, тихо, Тася не расслышала — и люди загомонили.

— Так, всем молчать! — Громко сказал Димитр. — Жребий откладывается. Нужно срочно подумать, что Тася скажет Богине. Пожалуйста, предложения только по делу.

Все оживились. Тася видела, как засверкали глаза у девчонок, видимо, каждая рассчитывала, что нужные слова найдёт именно она.

Но всех осадил Ахлейн.

— Нет. — Спокойно сказал он. — Мы ничего не будем думать.

Димитр в упор уставился на него. Ахлейн единственный сидел на полу в позе лотоса, как буддийский монах. Короткая стрижка и широкая одежда способствовали образу.

— Что ты хочешь сказать?

— Она сама должна найти смысл. Это её квест.

Да! Тася тоже так думала. Просто было страшно решиться. Взять на себя ответственность.

Она сомневалась, что Димитр согласиться с Ахлейном, главный-то он. Но тот подумал и кивнул.

— Хорошо.

И молча уставился на Тасю. И все остальные тоже молча уставились. Девушка Ахлейна покачала головой и вздохнула. Хотела бы помочь, да нечем.

— Просто делай, как хочешь ты. Думай о себе. — Сказал Ахлейн, смотря на Тасю. Покосился на Митяя. — Ну, ещё о нём можешь подумать. И всё! Про нас забудь. Наплюй. Поняла?

Тася поняла. Не сразу, но кивнула.

Почему она должна отвечать за всех? Ни должна ни разу!

Но народу вокруг было слишком много, чтобы на это наплевать. Нужно было остаться одной.

— Я отойду.

Тася встала и вышла из столовой. Убедилась, что дрон летит следом. Митяй тоже пошел.

— Я могу тебе помочь? — Спросил он, когда они остались наедине.

— Нет. — Тася качнула головой. Но сказу же сказала. — Да.

— Как?

— Скажи, на Земле… Ты хочешь домой?

— Конечно.

— Нет, не так спросила. Ты очень спешишь?

Он молча пожал плечами.

— Я хочу сказать, что если бы не опасность… а работа, ты бы спокойно работал вдали от Земли, не спешил бы возвращаться?

— А, вот ты о чём! Нет, я не спешу на Землю. Просто хочу убраться с Чернышки. Хватит с меня местных достопримечательностей.

— Я поняла. — Тася глубоко вздохнула. — Можешь остаться. Только постой в стороне, ладно? Или можешь уйти к остальным.

— Я останусь.

Митяй сделал несколько шагов в сторону и остановился. Покосился на Друга. Нахмурился и замер. Судя по настрою, он собирался стоять, сколько понадобится.

Его поддержка была огромной! Но действовать придётся самой.

«Они все в меня верят», подумала Тася. Это удивительно! В неё не верил даже собственный брат! Все её прошлые друзья, чуть запахло жаренным, свалили. Тася, конечно, не могла их винить, но разочароваться в них могла. Что и сделала. А сейчас ей доверились другие люди. Ей, незнакомке!

Ну что же, попробуем всех их не разочаровать. Друзей и сослуживцев Митяя. Тася встрепенулась, выпрямилась. Вспомнила, каким уверенным выглядел брат, когда отправлялся на работу. Не было ничего, ну вот вообще ничего, способного лишить его самоконтроля.

А они одна семья. Если брат умел, Тася и подавно справится!

Она нашла взглядом дрон и чётко сказала.

— Я хочу поговорить с Богиней! Один на один. Немедленно!

— Исполняю.

Тася замерла. Она не знала, сколько придётся ждать, но на всякий случай решила не двигаться. Не хотелось, чтобы Богиня застала её врасплох.

В этот раз хозяйка появилась не так быстро, как раньше. Она не включилась, а светилась понемногу. Вначале появился контур, который начал наливаться красками, потом большая часть красочной фигуры, наоборот, померкла и осталась лишь тень.

— Здравствуй, девочка. — Раздался уже знакомый голос.

— Здравствуй, Богиня.

— Чего ты хочешь?

Тася услышала какой-то тихий шелест со стороны… оглянулась. Точно! Все стоят! Толпятся в коридоре позади Митяя и подслушивают.

Неудивительно.

— Почему я не прошла слияние? Почему вы меня не взяли? — Спросила Тася. Ей действительно было интересно.

— Так вышло… Это было давно… Я не помню. — Ответила Богиня. Помолчала. — Ты хочешь Слияние?

О, вот тут аккуратно. Тася никакого слияния не хотела. Неизвестно, что это вообще такое — это ваше слияние. Вдруг и правда просто сожрут?

— Теперь уже поздно. — Со скорбью в голосе произнесла Тася.

Богиня кивнула.

— Я хочу компенсацию за то, что меня его лишили. — Сказала Тася и задержала дыхание. Вот сейчас всё и выяснится. Сейчас всё и решится.

Богиня щёлкнула и исчезла.

— Чёрт! — Тася отпрыгнула. Она не верила своим глазам. И что? И всё? И это всё?

Тася повернулась к Митяю и растерянно взглянула на него. Тот тоже смотрел по сторонам, будто искал следы Богини. Но конечно же, их не было.

— Не расстраивайся. — Митяй пошёл ей навстречу. — Мы придумаем что-нибудь ещё.

— Но что?

Тася даже злиться не могла. Она только и могла, что сглатывать слёзы, чтобы не зарыдать.

Провалила! Она всё провалила! Сделала неверный выбор — и вот что случилось!

— Мы найдём выход, вместе мы его найдём.

Митяй пожал плечами. Как только он подошёл, то сразу взял Тасю за руки. Остальные остались в коридоре, но будто переговаривались. Тасе вдруг стало стыдно. Такое странное ощущение… будто она в чём-то виновата, хотя она сделала всё, что могла. Хотелось извиниться. Тася набрала полную грудь воздуха…

Рядом мелькнул свет и появился местный. Кто именно, она не поняла, пока не раздался голос. Это был Главный.

— Чего ты хочешь? — Спросил он.

Тася до боли в пальцах вцепилась в Митяя. Вот. Вот оно! И ничего она не провалила. Наоборот — получилось! Она оказалась права.

Секунду назад Тася ощущала разочарование, а сейчас она словно взлетела.

Она была права!

И тот же самый внутренний голос сказал ей, что теперь медлить нельзя.

— Я хочу корабль! — Громко и чётко сказала Тася.

Митяй рядом даже дёрнулся от неожиданности. Все, кто стояли в коридоре ошеломлённо завертели головами, прислушиваясь.

Тася отпустила Митяя и подошла к Радужной фигуре вплотную. Посмотрела на него снизу-вверх.

— Я хочу большой корабль, который способен летать десятилетиями… веками по космосу! Быстро лететь! Рассчитанный на большую команду. Хочу, чтобы этим кораблём было легко управлять, чтобы справилась даже я. Хочу, чтобы там всегда была еда и энергия. Все удобства. Хочу, чтобы вы отправили нас всех… всех, кто сейчас в подземелье на этот корабль и позволили улететь. Вот чего я хочу.

Стало так тихо, что было слышно, как где-то далеко капает вода. Даже не оглядываясь, Тася знала, что на лицах остальных, включая Митяя, выражение глубокого шока.

Да, правильно. Наверное, они не ждали, что Тася станет выдвигать такие оригинальные требования. Наверное, они думали, что она будет просить просто их отпустить. Собственно, так и вышло — она это попросила. Но и от себя кое-что добавила.

Главный молчал, но Тася словно летела… и знала, что он ответит. Мерцание Радужной фигуры вблизи походило на искры и, отскакивая от него, искры прикасались к ней, затухали где-то глубоко под кожей. Почему-то именно сейчас Тася услышала это… невидимые лучи, которыми было прошито всё вокруг. Связь, объединяющая всю планету, делающая её единым целым.

В это мгновение она могла заглянуть в джунгли… к катеру… в океан… куда угодно.

Тася парила и… сливалась. Почти сливалась с этой энергией.

— Пусть будет так, как ты хочешь. — Ответил Главный. Его радужная тень едва колыхалась.

Тася летела…

— Спасибо. — Сказала она и улыбнулась.

А потом она вдруг то ли залетела слишком высоко, то ли недооценила свою выносливость, но воздух вдруг закончился, в грудь словно вонзился острый нож, который очень быстро разрезал её пополам и стал ворочаться в кишках.

И Тася закричала.

* * *

Очнулась она от писка. Сразу поняла — с такими звуками работает медицинское оборудование. Открыла глаза и попыталась сесть. Не получилось, она опиралась руками, но те скользили по гладкой поверхности лежака.

— Тихо. Не двигайся.

К ней подскочил Митяй, который сидел рядом. Прижал Тасю руками к поверхности кровати. Или… она скосила глаза.

Так вот она какая — медицинская капсула. Белая кушетка с высокими бортиками, над которой нависли непонятные приспособления.

Тут Тася поняла, что может двигать руками… но не больше. Она совсем не чувствовала ни живота, ни ног.

Ноги? Где её ноги?

Тася запаниковала. Она вывернула голову под углом, чтобы увидеть… ноги были на месте. Всё ещё часть её самой.

— Что со мной? — Прошептала Тася, но прозвучало только первое слово, потом голос пропал.

— Не бойся, всё уже хорошо. Я тут. — Быстро сказал Митяй. — Я сейчас всё расскажу, пожалуйста, просто не двигайся. Я с тобой.

Тася заставила себя дышать ровно, кивнула. Митяй взял её за руку, наклонился.

— Ты больна. Это правда. То, что говорил тебе брат. В твоих клетках какой-то сбой и они начинают стремительно разрушаться.

Тася откинула голову и зажмурилась. Вот оно. Вот! Но почему сейчас? Сейчас, когда, наконец, всё решилось. Сейчас, когда почти исполнилась её мечта… у неё почти появился корабль. И какой корабль? Идеальный! Неповторимый! Так почему сейчас?!

Сердце Таси обливалось кровью. Но ведь это не все новости?

— Меня вылечат? — Еле слышно спросила она.

— Вылечат. — Быстро сказал Митяй. Но спустя пару секунд добавил. — Но не всё так просто.

Тася сжала его руку.

— Говори.

— Чтобы тебя вылечить окончательно, нужно вернуть твоим клеткам правильную структуру и зафиксировать её. Они могут это сделать. Но… ты перестанешь быть собой.

— Что ты имеешь в виду?

— Генетически ты больше не будешь Тасей. Твой ДНК станет другим.

— И что это значит? Это плохо?

— Главное, что нужно знать — ты не получишь свою корпорацию. Не сможешь доказать, что ты — хозяйка Оберега.

— А, вот ты о чём.

Тася расслабилась, уставилась в потолок и задумалась.

Она никогда не собиралась становиться хозяйкой Оберега. Потому что думала о других вещах. Возвращение на Землю тогда казалось чем-то настолько далёким, что походило на сказку. А теперь… а что теперь?

— Есть другой путь. Они могут сделать лекарство. Будешь принимать его, когда случается приступ. — Добавил Митяй. — И болезнь будет отступать.

— Как принимать? Всю жизнь?

— Да, всю жизнь.

Тася усмехнулась.

— Как они могут сделать мне лекарство на всю жизнь? Если оно однажды закончится, или потеряется, что я буду делать? Где их искать?

— Они говорят, что могут. Но решать тебе.

Тася повернула голову и посмотрела на Митяя. Вот с чем ей повезло. Найти его. Вот настоящий клад. Оберег… это другое. Конечно, несметные сокровища хотелось бы получить… но зачем они ей? Особенно теперь, когда у неё будет корабль, которого нет больше ни у кого из людей? Корабль, который ни за какие деньги не купишь?

Он ведь будет?

— А корабль? — Разволновалась Тася.

— Смотри. — Митяй отодвинулся и вернулся с экраном. Поднёс его к лицу Таси. На экране на фоне бархатного космоса плыл волшебный корабль… Иначе и не скажешь. Похожий на кашалота, со множеством полос огней по бокам. Его брюхо было прозрачным и в нём виднелась зелень, а на голове блестели огромные прозрачные купола.

— Какой красивый. — Прошептала Тася. — А ваш? Ваши?

— Наших нет. — Митяй помрачнел. — Местные не говорят, что с ними стало. По правде, они вообще с нами не говорят. Мы думаем, наши корабли уничтожили.

— Вашу Валенсию? Мне жаль.

Митяй быстро кивнул.

— Ничего. Мы все живы и этот новый корабль… думаю, он куда круче. Нет, я Валенсию любил, конечно, но главное, что мы вместе.

— Да. — Тася глубоко вздохнула. Потом вздрогнула. — Сколько времени прошло? Сколько я тут?

— Почти тридцать часов.

— Тридцать часов… скоро Переселение?

— Да.

— И надо срочно решать?

— Да. — Он помялся. — Мне жаль.

— Тебе? Чего?

— Что тебе приходится выбирать.

Тася снова задумалась.

— А остальные где?

— Все уже на корабле.

Она снова уставилась на картинку. Это правда? Вот это вот происходит на самом деле?

— Они оставили тебе две кнопки. — Митяй снова отошёл и вернулся с пультом, на котором была одна синяя кнопка с надписью ДНК и вторая, белая, с надписью «Лекарство». — Надо решать.

— Хорошо.

Тася протянула руку, и он вложил в неё пульт.

Митяй ждал. Но не дёргал, не торопил.

А чего ждать? Ответ может быть только один.

Тася нажала на кнопку.

Эпилог

На корабль они попали очень просто. Когда Тася была готова, за ними прилетел Друг.

— Прошу пройти за мной.

Он, привычно покачиваясь, двинулся по пустому коридору, а Тася и Митяй шли за ним и смотрели по сторонам. Тасе хотелось запомнить это место, она знала, что никогда больше его не увидит. И, несмотря на все тревожные события, здесь она очнулась после долгого сна. Узнала про инопланетян. Получила в подарок корабль, о котором можно только мечтать! И главное — встретила Митяя…

Жалко было прощаться. И дрон… как ни странно, Тася очень привыкла к дрону и думала, что будет его вспоминать. И лодку… и столовую… и платформу…

Они вышли в холл со стеклянным потолком. Правда, самого потолка больше не было, в тоннеле, у которого не видно конца, свистел ветер. А под ним стояла та самая деревянная ракета, на которой Тася уже однажды выбралась на поверхность.

Тася и Митяй еле уместились внутри на узкой лавочке, пристегнулись… дрон залетел следом.

— Вы готовы? — Спросил он.

— Да.

Тогда окна и двери закрылись, в тело впились страховочные ремни, и ракета взлетела… Несколько секунд Тася не могла даже толком вздохнуть, а потом спросила:

— Друг, ты с нами?

— Конечно. Я буду присматривать за вами на новом корабле.

О, это была отличная новость!

— Почему?

— Дети должны оставаться под присмотром.

— Значит, ты будешь связываться с ними? С твоими создателями?

— Нет.

Нет? Тася покосилась на Митяя. Интересно, он в это верит?

В небольшой иллюминатор ракеты нового Тасиного корабля видно не было, но очень скоро они залетели в тёмное помещение, а потом ракета села и дверца открылась.

Лётный ангар. Митяй вышел первым и подал Тасе руку. Они оказались в огромном помещении, в котором светилась только дорожка к высоким воротам — выходу. Вокруг стояли разные корабли. На миг Тасе даже показалось, что она очутилась в том самом ангаре под землёй. Надо будет потом глянуть, может тут есть и её лодка?

Их не встречали. Как потом оказалось, никто не знал, когда именно они прилетят. Поэтому дорогу указывал дрон, который, похоже, ориентировался на корабле не хуже, чем в подземелье.

— Идите за мной.

Они пошли.

— И куда мы идём? — Спросила Тася.

— В командный пункт. — Ответил дрон.

— Логично. — Сказал Митяй.

Они шли недолго. Прямо за воротами нашёлся лифт, который, стоило в него войти, засвистел, задвигался и открылся прямо перед командным пунктом. Видимо, такая планировка рассчитана на то, чтобы в случае чего можно было быстро спуститься к транспорту, решила Тася.

В командном пункте было полно народу. Может, все там и были. По крайней мере даже чёрное пятно одежды Саблезуба маячило где-то в углу.

Когда появились Тася с Митяем, все вскочили и стали апплодировать. Тася покраснела от неожиданности.

Помещение было очень светлым, широким, разделённым на зоны с помощью освещения и светящихся полос на полу. И главное — одну из стен и часть потолка занимал огромное панорамное окно. Тася как увидела его, так и прилипла к нему взглядом. Там вдалеке, за окном, парила планета.

Конечно, Тася сразу поняла, что это Чернышка. Какая красивая! Правда, воды гораздо меньше, чем суши, зато она ярко-голубая. И эта жемчужная дымка облаков, которая окутывает планету как вата окутывает стеклянный ёлочный шар…

Тася быстро осмотрелась — но вокруг планеты было пусто, в смысле, не было других кораблей. Но как тогда местные будут переселяться?

— Садитесь, куда хотите. — Сказал Димитр. Все поздоровались и разошлись. Оказалось, что сидения появляются там, где требовалось, нужно всего лишь три раза стукнуть ногой по полу. Тася пока не была готова к изучению управления или корабля, она дождалась, пока сформируется кресло прямо у окна и села в него. Нужно было сделать передышку. Нужно было немного отдохнуть.

Митяй сел рядом. Они переглянулись. Он протянул руку. Тася протянула свою и крепко сжала его ладонь.

И они стали смотреть туда, за пределы корабля, который Тася уже любила. В нём будто объединились все те предметы, которых ей не хватало. Все игрушки…

Стоило расслабиться, как подлетел дрон.

— Хотите что-нибудь выпить или съесть?

— Нет, спасибо. — Тася качнула головой. — Друг, а что с Переселением?

— Переселение начнётся через семь минут.

— Так а что это такое?

— Я не знаю.

— Видимо, теперь он мало что знает. Друг, кто тебя создал? — Спросил Митяй.

Тот помолчал.

— Я часть этого корабля.

— Какого корабля? — Спросила Тася.

— У корабля нет имени. Дай ему имя, и я смогу ответить на твой вопрос. — Заявил дрон.

— Я должна дать ему имя? — Удивилась Тася.

— Да.

— Я не знаю, какое.

— Отвечать можно не прямо сейчас.

— Ладно, потом. Пока помолчи, пожалуйста. — Тася вздохнула и повернулась обратно к окну.

Чернышка — величественная, прекрасная — кружилась прямо перед ними.

Тася не знала, сколько времени прошло, но вдруг над головой раздался громкий, какой-то чужой голос дрона.

— Переселение началось.

Тася, не отпуская руки Митяя, подалась вперёд. Она смотрела на Чернышку и вокруг, но не видела кораблей. Ни одного! Может, корабли стартанут прямо с поверхности?

Вокруг уже толпились остальные. Никто не остался равнодушным, все хотели посмотреть на это самое Переселение.

И вот что-то произошло… Какой-то гул… Пелена облаков поплыла как-то слишком быстро, Чернышка словно повернулась… огромным своим боком… и пропала.

Тася протёрла глаза и снова уставилась в окно.

За окном не было ничего, кроме пустоты.

— Охренеть… — Пробормотал кто-то за спиной.

— Этого не может быть. — Прошептала Тася.

— Вот это я понимаю, переселились. — Захохотал какой-то парень. — Не, вы видели?

— Ахлейн, ты что-то знаешь? — Голос Димитра.

— Нет, конечно. — Осёкся парень. — Что я могу знать?

— Чего вы сразу к нему цепляетесь? — Спросила какая-то девушка, видимо, та самая Жанна, к которой Тася однажды приревновала Митяя. — Чуть что, сразу Ахлейн!

— Да потому что он всегда причём!

А это уже Лука. Тася слабо улыбнулась. Они препирались, и у неё душа от этой перепалки пела. Митяй улыбнулся ей в ответ и наклонился. Прошептал ей на ухо.

— Пошли отсюда?

— Пошли.

Они встали и ушли, и их ухода, кажется, никто даже не заметил.

Они шли по коридору и молчали. Тасе казалось, она попала домой. Размеры, цвета, воздух… всё было идеально. Пол под ногами мягко пружинил и пахло свежестью, будто она шла по берегу моря. Этот корабль ещё предстояло изучить… но Митяй затормозил у стены, на которой была изображена какая-то схема.

— Что это? — Тася вгляделась в рисунок. Мелкий, чёткий, белый фон, чёрные линии. — Это что, план корабля?

— Этажа. — Поправил Митяй. — Это план одного этажа.

Тася смотрела, отмечая такое количество помещений от совсем крошечных до огромных, что у неё просто глаза разбегались.

— Но как это?

— Хочешь узнать, почему он такой большой?

— Да. То есть нет. Не сейчас.

Митяй покосился на неё и снова повернулся к схеме.

— Смотри. Это, наверное, помощь.

Возле схемы был маленький дисплей. Митяй нажал на него.

— Куда желаете пройти?

Они переглянулись.

— В столовую? — Спросил Митяй.

— В каюту? — Одновременно с ним спросила Тася. И потупилась.

— Объединим? — Тогда спросил он.

Тася кивнула.

— В каюту. — Произнёс Митяй.

Она хотела что-то сказать, но… в стене открылся проход. Просто взял и появился, словно ниоткуда, как появлялись Радужные люди. За ним была комната. Жилая комната с мебелью, среди которой первым делом в глаза бросилась огромная кровать. На кровати лежал рюкзак Митяя.

— Похоже, это моя комната. — С удивлением сказал он. Но Тасю больше волновал другой вопрос.

— Это что, портал? — Спросила она.

Они шагнули в комнату… дверь пропала. На её месте осталась обычная дверь, вполне себе материальная. Тася с Митяем, не сговариваясь, прикоснулись к её поверхности. Твёрдая и непрозрачная.

Конечно, они выбежали в коридор. И он был совсем другим, не тем, из которого они сюда попали. У этого был другой цвет стен — сиреневый, и пахло здесь иначе — лавандой.

— Вот это да. — Сказал Митяй. Потом случайно зацепился за Тасю взглядом и замер. — Но ведь… а, ну его всё!

Он схватил Тасю за талию и затащил обратно в комнату. Тася завизжала от неожиданности, а потом рассмеялась. Дверь закрылась сама.

Конечно, она сразу уловила его настроение. И переживала. Всё-таки пятьсот лет без физической близости. Может, она теперь вообще не приспособлена к сексу? Шутка не очень, конечно, но кто его знает, что с ней сделали инопланетяне, когда лечили? Может там не только ДНК иное, а и сама она больше не человек?

Нет, нет, нет, хватит этих мыслей! Сколько можно?

И вообще, когда Митяй начал её целовать, Тася обо всём позабыла. Как она давно этого ждала! Но тут то одни приключения, то другие! Никакого покоя!

А теперь-то всё закончилось.

И началось…

— Надеюсь, в дверь сейчас не начнут колотить с воплями, что случилось… что-нибудь случилось. — Торопливо сказала Тася, на секунду отрываясь от его губ.

— Тоже на это надеюсь. — Быстро ответил Митяй, стягивая с неё футболку.

Больше они не говорили. Разве что шептали иногда друг другу что-нибудь, не предназначенное для чужих ушей.

Нет, всё же за пятьсот лет ничего непоправимого с её телом не произошло. Даже стало ещё лучше… намного лучше. Может, потому что теперь с ней был тот единственный, который прислушивался к Тасиным желаниям так же чутко, как она прислушивалась к его.

Митяй был очень нежным. Но и горячим тоже. Похоже, ему тоже надоело ждать.

Они так увлеклись друг другом, что пару раз чуть не свалились с кровати. Наверное, включись сирена, они бы и не заметили.

Их близость была яркой и светлой. Как кульминация отрезка жизни, который остался позади. А впереди — впереди целый космос.

Когда много времени спустя они просто лежали, рядом и под одним одеялом, прижимаясь друг к другу плечами и бёдрами, Тася нащупала рукой флешку.

Надо же… брат был настоящим злым персонажем. Но в результате подарил ей то, что обещал — долгую, счастливую, полную приключений жизнь. Королевский подарок!

И Тася не могла не испытывать к нему за это благодарности.

Митяй думал о чём-то своём.

— Тася. — Спросил он в конце концов. — Так как ты назовёшь корабль?

Тася улыбнулась и ответила.

— Оберег.

Конец

Октябрь, 2022 г.

Content

Юлия Шолох
Анабиоз

Пролог

Глава 1. Пробуждение

Глава 2. Игрушечный полёт

Глава 3. Митяй

Глава 4. Чудо-Катер

Глава 5. Посылка

Глава 6. Лодка

Глава 7. Встреча

Глава 8. Ох уж эти дети!

Глава 9. Богиня

Глава 10. Послание

Глава 11. К лодке

Глава 12. Переселение

Глава 13. Забытые дети

Глава 14. Тоннель наверх

Эпилог