Браконьер 3

Глава 1

Двое из ларца

Лежать ни чистом постельном белье, когда сам только что выбрался из душа — отдельный вид удовольствия. А в последнее время подобное происходило настолько редко, что я и позабыл, каково это.

— О чём задумался? — впрочем, совсем без интереса спросила девушка.

Её звали Полина. На вид ей было немного за двадцать. Худенькая, с небольшой грудью, а кожа настолько бледная, будто никогда в жизни не видела солнца. Абсолютно белые волосы, притом везде. Даже брови едва видны, отчего серые глаза кажутся особенно яркими. Ноги немного колесом, однако выглядит это очень сексуально. А учитывая то, как она еще совсем недавно обвивала ими мои бёдра, заставляя двигаться быстрее…

Я снял её на всю ночь. Но большую часть времени тупо проспал, получив оплаченное удовольствие только утром.

Девушка натянула короткий топ и обернулась ко мне с выражением вопроса на лице.

— Странный ты, — произнесла она.

— Почему? — всё-таки разлепил губы я.

— Меня почти не трогал, да и молчишь постоянно. Надолго к нам?

— Как получится, — буркнул я и тоже поднялся с постели.

Вылезать не хотелось. Я бы с удовольствием провалялся так целый день, но, как известно, под лежачий камень вода не проходит. Не сказать, что у меня имелись какие-то неотложные дела, просто привык постоянно находиться в движении.

— Ты придёшь ещё? — сладким голосом спросила Полина.

— Не уверен, — покачал головой я.

— Почему? Тебе не понравилось?

— Дела, — отмахнулся я и натянул чистые штаны.

Надеюсь, второй комплект уже выстирали и просушили. Не хочется задерживаться в этой крепости дольше обычного. Слишком много здесь сосредоточилось людей, а значит, выродки обязательно попытаются их отсюда выбить.

Хотя вряд ли у них это получится. Помимо того, что люди возвели здесь приличных размеров стены, они ещё превратили подступы в натуральный лабиринт. Где-то перегородили дорогу остовами машин. И не просто свалили их в кучу, а сварили между собой кузова. Где-то напрямую, а где-то — используя разный металлический хлам в качестве проставки.

В других местах навалили строительного хлама, который заминировали. А небольшие проезды и дворики же заложили кирпичом. Все проходные пути охранялись, но пулемётные точки располагались и в некоторых тупиках. Так что прежде чем добраться до самой крепости, приходилось знатно попетлять.

Впрочем, для местных эти закоулки были понятными. Ещё бы: ходить туда-сюда по несколько раз на дню. Но вот враг, не зная точного маршрута, с вероятностью в девяносто процентов даже до стен крепости не доберётся.

— Ну, если что, ты знаешь, где меня найти, — с напускной грустью произнесла Полина, а затем добавила полнейшую чушь: — Я буду скучать.

— Послушай… — Я поморщился, почувствовав плохо прикрытую фальшь. — Не надо со мной играть.

— Как скажешь, — тут же охладела она и, натянув чулки, направилась к двери. Замерла возле створки и обернулась, — Знаешь, а ведь ты мне правда понравился.

— Взаимно, — кивнул я и принялся зашнуровывать высокие ботинки. — Стэп в каком номере?

— У нас так не принято, — покачала головой она. — Но ты можешь дождаться его на выходе.

— Разберусь, — отмахнулся я, и девушка вышла из комнаты.

Этот бордель считался чуть не элитным. Но серебра нам хватало, чтобы безвылазно проторчать здесь пару месяцев. В крепость нас загнала нужда. У нас закончились припасы, да и машина отказывалась ехать без топлива. Ну а раз уж мы всё равно попали в цивилизацию, то почему бы не воспользоваться её благами? Тем более что женского тепла мы не ощущали уже достаточно долгое время.

Проверив рюкзак, я убедился, что все мои вещи на месте и ничего не пропало. В подобных заведениях это не нонсенс. Шлюхи часто обчищают клиентов. Правда, в заведениях классом пониже. Но всё равно повода доверять местным работницам у меня нет. И лучше обнаружить пропажу сейчас, когда ещё есть возможность предъявить. Впрочем, не факт, что мне тут же кинутся возмещать убытки.

Закинув тяжёлую ношу на плечи, я ещё раз обернулся на постель, которая осталась измятой после бурного утреннего секса, и тяжело вздохнул. Нет, не по девушке, а по чистым простыням. Потянув на себя дверь, я выбрался в узкий коридор, по обеим стенам которого располагались точно такие же уютные комнаты для утех, и направился к лестнице, ведущей на первый этаж.

Когда-то тут располагалась администрация. Это было понятно по планировке. Да и огромный вестибюль на первом этаже, в котором встречали посетителей, говорил сам за себя. В жилых домах стараются экономить каждый метр пространства. Здесь же чувствовался размах.

Здание имело четыре этажа, но бордель занимал только первые два. Что находилось выше, я не знал, да и плевать, честно говоря.

Стэп уже сидел на диване, со скучающим видом посматривая на часы. Увидев меня, он натянул на рожу недовольное выражение.

— Тебя ждать — соплями изойдёшь, — выдохнул он.

— Здесь салфетки бесплатные, подотрёшься, — огрызнулся в ответ я. — Вещи проверил?

— Да, порядок, — кивнул он. — Ну что, какие планы?

— На рынок и валим.

— Жаль, я бы ещё разок переночевал, — вздохнул он. — Мне такая сосочка досталась, я её всю ночь драл. Аж яйца болят.

— Оставь подробности при себе, — поморщился я.

— Душнила, — буркнул приятель. — Короче, я ведь не просто пипиську мочил, кое-что выяснил. Ты ведь в курсе, что шлюхи — бесценный резерв любой разведки?

— Давай ближе к делу, — отмахнулся я и вышел на улицу.

Свежий весенний воздух окончательно прогнал сонливость. День обещал быть жарким. Снег практически полностью растаял, остались лишь грязные бугорки в тени зданий. Но и они отживали свои последние дни.

— Где-то здесь точно есть гнездо, — продолжил Стэп. — Настюха сказала, что у них за последний месяц уже два ночных дозора пропало. А ещё говорит, что администрация готова заплатить тем, кто это гнездо найдёт и выжжет.

— У них что, своих охотников нет? — спросил я.

— Да есть вроде. Но они больше для понта. Чисто днём на промысел выходят, да и то если кто-то информацию об изменённых сольёт. В основном тупо сидят, в носу ковыряются.

— Посмотрим, — кивнул я, не давая точного ответа. — А филиал «девятки» у них тут есть?

— Не-а, — ответил Стэп. — Так, набегами представители бывают, но больше для проформы. Всё ещё надеешься Старого отыскать? Да они даже если знают, где он, всё равно ведь не скажут.

— Это смотря как спросить, — хищно оскалился я.

— Брось, Брак. Мы не найдём его, пока он сам этого не захочет. Он же бывший разведчик. Их учили тому, как прятаться у всех на виду.

— На каждый член с винтом всегда найдётся жопа с закоулками, — ответил я крылатой фразой.

— Ладно, допустим, мы его найдём. И что дальше? Думаешь, он будет один? С ним же постоянно этот бледный трётся… как его… Утиль. Меня от одного его взгляда в дрожь бросает.

— Я и не собираюсь его убивать, — пожал плечами я. — Просто хочу узнать, что с моим братом. И вообще, хватит уже мусолить эту тему, сколько можно⁈

— Пока ты башку свою тупую не включишь, — усмехнулся Стэп. — Что думаешь по поводу гнезда?

— Какого? — не понял вопроса я. Слишком резко приятель сменил тему.

— Нормально вообще⁈ — тут же возмутился он. — Я кому сейчас про заказ от администрации рассказывал?

— Не наше это, — качнул головой я. — Мутная какая-то тема.

— А как по мне, так всё там более чем прозрачно.

— Да? — Я покосился на напарника. — Тогда почему они её сами решить не могут? Ты вокруг посмотри. Неужели считаешь, что у них недостаточно ресурсов?

— Да, может, там как раз дело настолько плёвое, что они не хотят на него время тратить?

— Ты точно не дурак? — хмыкнул я. — Сам-то слышишь, чего несёшь?

— Ладно, смотри сам, — насупился Стэп.

— Почём тушняк? — спросил я торговца и, взяв банку, принялся её рассматривать.

— За десять отдам, — ответил он. — Если сразу пять штук возьмёшь, то по девять.

— А это из кого? — уточнил я, потому как ценник был чуть не вдвое ниже обычного.

— Это курятина, вон тот ряд — из кабанчика. Лосятина есть, если интересует. Но они подороже будут.

— Ладно, походим ещё, если что — вернёмся, — буркнул я и поставил банку на место.

Цена очень заманчивая, но меня смущало то, что тушёнка в стекле. С нашим образом жизни подобная тара — не самая подходящая. Ну да, где же сейчас в жестянке её найти? За прошедшие годы мы вычистили все склады и заначки. Если в мире и осталось хоть что-нибудь из старых запасов, то нам о них не известно. Иначе их бы вынесли в течение дня.

Голод, который накрыл страну в первую весну, сложно передать словами. Ведь никто не возделывал землю, никто не разводил скот. Да, человечество резко сократилось в численности, но жрать-то мы не перестали. Сейчас, спустя три года от начала конца, мы более-менее приспособились. Помог мелкий домашний скот. В первую очередь — курицы и кролики, целые фермы которых содержались при каждой крепости.

С овощами было сложнее, но и здесь выход нашёлся. Некоторые крепости целенаправленно занимались их выращиванием, пустив на теплицы опустевшие многоэтажки. Одну из таких мы проезжали…

— Крупа почём? — спросил я следующего торговца, который стоял с вёдрами у кузова «Газели».

— Смотря какая? — вопросом на вопрос ответил он. — Комбикорм — полтинник за мешок.

— Мы что, похожи на тех, кому комбикорм нужен? — встрял в разговор Стэп. — Перловка сколько стоит?

— Сотня за мешок.

— Нам мешок не нужен, — внёс коррективы я. — Килограмм пять возьмём.

— Пятнашка, — тут же прибавил ценник торгаш.

— Это с хрена ли⁈ — возмутился приятель. — Мешок за сотку, а пять кэгэ — за пятнарь? Что-то не сходится!

— Так бери мешок, и всё сойдётся, — пожал плечами он.

— Ладно, погуляем ещё, — бросил дежурную фразу я и отправился дальше вдоль торговых рядов.

По большей части здесь торговали всяким барахлом, которого и без того было в избытке. Посуда явно смародёрена из окрестных квартир, потому как вся из разных наборов. Какие-то шмотки со следами ношения. Потёртая обувь, по большей части пригодная лишь для прогулок внутри защищённого периметра. А вот вязаные свитера и носки, похоже, новые, рукодельные. Но и сезон холодов уже закончился, а таскать с собой лишнее барахло — такое себе удовольствие.

— Опа! — раздался довольный возглас за спиной. — Картошечка! Почём будет?

— Двадцать грамм за кило, — ответила женщина.

— Фигасе! — возмутился Стэп. — А чё так дорого⁈

— Так ты сам её вырастить попробуй, — огрызнулась торгашка. — А потом посмотрим, почём ты её торговать станешь. Не нравится — не бери, нечего тут околачиваться. Ходят всякие, а потом товар пропадает.

Стэп почесал макушку и поспешил отстраниться от агрессивной торговки. А я завис у оружейного лотка, где продавались всякие виды холодного оружия, явно покрытого серебром. Больше всего заинтересовал стальной кастет с серебряными вставками в виде шипов. Очень занятная вещица. Я даже примерил его на руку и задумчиво осмотрел. Похоже, что шипы были сменные. И это очень удобно, учитывая, что кровь выродков растворяет благородный металл, словно кислота «чужого». Странно, что я сам до этого не додумался. А ведь в реализации это не сильно сложно.

— Брать будем или мы только посмотреть?

— Сколько? — уточнил я.

— За две сотни отдам, — ответил торговец. — Шипы сменные, можно отдельно комплект взять. Все на стальных сердечниках, на резьбе, так что не потеряются. Здесь даже фиксирующие винты есть на всякий случай.

— Вижу, спасибо, — кивнул я. — Но дороговато будет.

— Не дороже жизни, — усмехнулся торговец. — А несмотря на простоту, выродков мочит — будь здоров.

— Плавали, знаем, — хмыкнул я и продемонстрировал свой кастет, выполненный полностью из серебра. Правда, уже значительно оплавленный от частого использования.

— Неплохо, но слишком затратно, — пожал плечами торговец. — Сколько в нём веса?

— Почти полкило, — ответил я.

— Могу дать тебе за него этот плюс два комплекта шипов на смену. Ну и на сдачу патронов с картечью отсыпать.

— А давай, — не особо задумываясь, согласился я.

Нет, я бы и сам мог такой сделать, только на это нужно время и инструменты. А этот уже готовый, да ещё со сменными шипами. Да мне его на пару лет хватит, а то и больше, если не потеряю, конечно. От него и ранения сразу проникающие… Нет, определённо не худшая сделка.

— А у тебя только картечь? — уточнил я по патронам.

— А что ещё нужно?

— Пятёрка экспансивная есть? Серебряная.

— Смотря сколько нужно?

— Пачек пять взял бы.

— Ого, серьёзно! — выпучил глаза торговец. Похоже, я ему сегодня день сделал. — Это на полтора килограмма выходит⁈

— Скидку сделаешь? — уточнил я.

— По восемь за штуку отдам, — расплылся в улыбке мужик.

— Охренеть, ты слышал⁈ — возмущённо выдохнул Стэп, потрясая пакетом с картошкой. — По двадцатке за кило! Да когда эти корнеплоды столько стоили⁈

— Так зачем тогда покупал? — совершенно спокойно спросил я.

— Соскучился. Ща назад вернёмся, тушняка банку возьмём, «блевантина» в котле намутим.

— А вам что, тушёнка нужна? — тут же оживился мужик за прилавком.

— А у тебя есть? — спросил я.

— По десятке за банку, — кивнул он и выставил на прилавок жестянку без опознавательных знаков. — Прямиком с военных складов.

— Ого, такое ещё осталось? — хмыкнул Стэп и взвесил продолговатый цилиндр в руке.

— Каши готовые есть, если интересует, — растянул рожу в улыбке торгаш.

— Вообще-то, там за десятку банки на пол-литра продают.

— Не смеши мои коленки, — поморщился торговец. — Там стекло, а это жесть. Да и мяса в них ненамного больше, чем в этих, один бульон. Я Пикатина давно знаю, больше трёхсот грамм мяса он в них не положит. Тем более там курица, а здесь сто процентов свинина или говядина. И мясом весь объём заполнен. И не думаю, что вам нужно объяснять преимущество жести, перед стеклом.

— Ладно, уговорил, — усмехнулся я.

Понравилась мне хватка этого мужика. Да и в отличие от остальных, общался он более-менее вежливо. В итоге мы оставили у него почти три килограмма серебром, зато закупились всем необходимым, в том числе и крупой. Тем более что у него были очень удобные фасовки по полкило, сразу на порцию. Да и цена более чем устроила, всего грамм за упаковку. По сути, если брать мешок, оно как раз так и выходило. Только здесь мы затарились не одной перловкой, а взяли горох, гречку и пшено. Даже самодельной лапши пачку урвали, но она вышла чуть дороже.

— Охренеть! — возмутился Стэп, когда мы покинули территорию рынка. — Полтора килограмма как с куста. Эдак мои карманы быстро похудеют!

— Не ной.

— Да кто ноет⁈

— У тебя рот шевелится, а из него доносится скулёж. Это и называется «нытьё».

— Это называется «жаба». А она у меня знаешь какая злючая⁈

— У нас серебра — жопой жрать можно. А вот продуктов с патронами — кот наплакал. Нам так-то ещё скоблить и скоблить.

— А что мы там вообще забыли?

— Ничего, — пожал плечами я. — Просто хочу море увидеть.

— Чё на него смотреть? — фыркнул приятель. — Просто большая лужа.

— В башке у тебя большая лужа, — огрызнулся я. — Тебя силком никто не тащит. Можешь забрать свою долю и подождать меня здесь.

— Ага, щас, — саркастическим тоном произнёс Стэп. — И пропустить самое веселье? Нет уж, хрен ты так просто от меня избавишься… А это ещё что за зверь?

У нашей машины кто-то ошивался. Притом не просто так, а с явным намерением. Ну не станет проходивший мимо человек заглядывать в салон, сложив руки лодочкой.

— Э, пацан, ну-ка отвалил от тачки! — рявкнул я и на всякий случай положил руку на кобуру с пистолетом.

Однако когда шкет к нам обернулся, я как-то сразу растерялся. Во-первых, я узнал того, кто тёрся у нашей тачки, а во-вторых, это был не пацан. Из-под кепки, скрывающей белокурые волосы, на меня уставились испуганные серые глаза. Вот уж не ожидал, что наша встреча состоится так скоро.

— Тебе чего здесь надо⁈ — резко спросил я.

— Возьмите меня с собой! — на одном дыхании выпалила шлюха.

— Баба на корабле — к беде, — вместо меня ответил Стэп. — А ну сдристнула отсюда!

Внезапно девчонка рухнула на колени и, схватив меня за ногу, начала причитать:

— Пожалуйста, помогите мне, он меня убьёт. Просто вытащите меня отсюда! Я вам заплачу, у меня есть серебро.

— Эй, эй! — Я попытался отстраниться, но Полина держалась крепко. — Да пусти ты, твою мать! — рявкнул я, но даже это никак не подействовало.

А на нас уже оборачивались люди. Дружинник, что стоял на воротах стоянки, уже нехорошо косился в нашу сторону. Нет, скорее всего, ничего нам за это не будет, но привлекать к себе лишнее внимание очень не хотелось.

Я нагнулся и рывком поставил девушку на ноги. Ей пришлось отцепиться, но тактику она не изменила. Ухватила меня за руку и принялась её целовать, продолжая умолять нас забрать её с собой.

— Да чтоб тебя черти драли! А ну успокойся!

Для острастки я залепил ей несильную пощёчину. Девушка вздрогнула и замолчала. Она уставилась на меня, а из её глаз катились слёзы. Похоже, она была очень сильно напугана, и мне очень хотелось понять — чем. Ну, или кем. Ещё пару часов назад она была вполне довольна жизнью и не собиралась покидать уютный бордель. И вдруг на тебе — разве что трусы от страха не намочила.

— Что произошло?

— Он меня убьёт, — одними губами произнесла она.

— Кто он? Почему он должен тебя убить⁈ Что случилось? Ты можешь нормально объяснить⁈

— Вы мне поможете? — Она уставилась на меня умоляющим взглядом.

— Попробуем, — уклонился я от прямого ответа.

Честно говоря, очень не хотелось ввязываться в дела, которые меня не касаются. Даже ради этой симпатичной мордашки, которая очень умело обращается с мужским естеством.

— Он пришёл сразу, как вы покинули заведение, — начала издалека она. — И велел мне идти с вами. Сказал, что убьёт меня, если я не сделаю, как он велит.

— Кто — он?

— Я не знаю. Какой-то старик. Мне страшно! Помогите, пожалуйста!

— Как он выглядел?

— Обычно. Среднего роста, седой, весь в морщинах… Как вообще выглядят старики⁈

— Что конкретно он тебе сказал⁈ — с нажимом спросил я, уже понимая, что именно за старик мог так напугать шлюху.

— Что я должна поехать с вами.

— Бред какой-то, — пробормотал Стэп. — На хрена Старому это надо?

— Я не знаю! — вскрикнула Полина. — Мне страшно! Он Адельке горло перерезал…

— Стоп! Какой Адельке?

— Подружке моей. Мы вместе работали.

— Пф-ф-ф, — с шумом выдохнул я и почесал затылок. — Понятно, что ничего непонятно.

— Да что тут понимать? — вставил свои пять копеек Стэп. — Старый здесь, и это уже очевидно. Слушай, а где у вас отдел управы?

— Там. — Девушка указала пальцем в сторону центра. — Но менты нам не помогут. Вы не понимаете! Он пришёл в сопровождении дружины. А они ему даже слова не сказали, когда он Адельке горло перерезал. Он и меня убьёт…

— Да успокойся ты! — рявкнул я. — Разберёмся мы с твоим стариком. Лезь в машину.

— Правда? — В глазах шлюхи промелькнула эдакая надежда.

— Кривда, — огрызнулся я. — Брысь отсюда, я сказал!

Девчонка тут же юркнула в салон машины, которая просигналила дважды, оповещая об открытии центрального замка.

— Что думаешь? — Я уставился на напарника.

— Понятия не имею — пожал плечами он. — Но очень похоже на очередное задание от Старого. Только это какой-то бред. За каким хреном нам из города шлюху вывозить?

— Вот и я не знаю, — усмехнулся я. — Разве что она вовсе не шлюха.

— В смысле? — не понял ход моих мыслей Стэп.

— В прямом, — поморщился я. — Утром, когда мы трахались, мне показалось что она кончила по-настоящему.

— И что? Может, ты ей реально понравился. И вообще, они очень хорошо умеют притворяться. Это их работа, если что.

— Вот и я о чём, — усмехнулся я. — Что, если она просто очень хорошая актриса?

— Я всё равно не вижу в этом никакого смысла, — развёл руками напарник.

— Ладно, вывезем её из крепости и предметно пообщаемся в тихом месте. Назад садись.

— Чё это?

— А то, что я не хочу, чтобы она нам обоим глотки вскрыла. Лезь назад и присматривай за ней. Не нравится мне всё это.

— Хоть в чём-то мы с тобой согласны, — ухмыльнулся Стэп и распахнул заднюю дверь. — А ну-ка, красавица, двигай тазом. Да не бойся ты, я ж не кусаюсь!

Я распахнул водительскую дверь и задумчиво осмотрелся. В душе зародилось давно забытое чувство надвигающихся неприятностей. И я понятия не имел, как мне на всё это реагировать. А потому принял единственно верное решение в данной ситуации: начать играть по правилам, которые навязывает старый особист. Пока так, а дальше разберёмся, что к чему.

Глава 2

Бивуак

Из крепости нас выпустили без лишних вопросов. Никто не проверил машину, не заглянул в салон, чего мы, честно говоря, ожидали. Через лабиринт проехали, ориентируясь по белым флажкам, которые услужливо выставлялись в дневное время суток, чтобы гости не плутали. А дальше наш путь пролегал через опустевший город.

С каждым годом улицы выглядели всё более удручающе. Они навевали тоску, отчего хотелось поскорее покинуть пределы города. Пустые глазницы домов с выбитыми окнами, хлопающие на ветру двери форточки. А тишина такая, что от неё натурально звенит в ушах. Всё чаще попадаются следы диких животных, которые потеряли всякий страх и внаглую занимают квартиры под собственные нужды. Пару раз мы со Стэпом даже на кабанов натыкались, когда обыскивали подобные кварталы.

По большому счёту найти в городах хоть что-то полезное стало практически невозможно. Так… старая, заросшая грязью посуда да одежда, что превратилась в непригодное тряпьё. Но иногда всё же удавалось наткнуться на что-то стоящее: какой-нибудь радиоприёмник или тот же ноутбук. К слову, последние можно было продать за вполне приличную сумму. Да, интернета как такового больше не существовало, однако компьютеры всё ещё использовались и продолжали облегчать жизнь людям.

Вскоре городская высотная застройка сменилась частным сектором. А ещё через несколько минут мы выбрались на трассу, и скорость тут же упала. Больше никто не ремонтировал дороги, и, несмотря на то, что транспортный поток практически сошёл на нет, морозы делали своё грязное дело, нещадно разрушая асфальт. Впрочем, хороших участков пока ещё хватало, и когда мы встали на один из таких, я смело вдавил педаль газа, разгоняя машину до ста десяти километров в час.

Отъехав на приличное расстояние, я сбавил скорость и принялся всматриваться в обочины в поисках съезда. Да, в лес сейчас соваться опасно. Не в том смысле, что мы рискуем быть съеденными, просто весной грунтовые дороги представляют собой грязевые ловушки, из которых едва ли удастся выбраться без помощи трактора. А мы даже не на УАЗе. В одном из подобных опустевших городов мне всё-таки удалось отыскать «Мерседес», как две капли похожий на мою предыдущую «ласточку». Пару дней мы убили на то, чтобы поставить машину на ход, и теперь рассекали на ней по нашей необъятной.

Стэп, конечно, беспрестанно меня пилил, убеждая в необходимости обзавестись каким-нибудь внедорожником. Обзывал машину пузотёркой, и в такие моменты, как сейчас, я готов был с ним согласиться. Но каждый раз, когда дело доходило до заправки, напарник нахваливал тачку так, что я начинал сам себе завидовать. Да, как ни крути, а седан на дизеле — очень экономный в плане горючки. И да, сейчас это самый популярный вид топлива, возможно, из-за простоты его получения. Для выработки качественного бензина используются совсем лютые технологии. Потому как при простой перегонке его октановое число оставляет желать лучшего. Увы, но большинство машин, что остались нам от былой цивилизации, отказывались его поглощать.

Наконец-то на глаза попался более-менее приличный съезд, и я, сбросив скорость до минимальной, перевалился через обочину и нырнул в лес. Полина сразу заёрзала, видимо, подозревая неладное. Да уж, в чутье сейчас людям не откажешь. Те, кто смог дожить до сегодняшнего дня, научились предчувствовать неприятности задолго до того, как они случаются. С другой стороны, она сама полезла к нам в машину, мы её не приглашали. И глупо было надеяться на то, что мы вот так, с ходу, схаваем её легенду о Старом, который явился в публичный дом и ни с того ни с сего принялся резать глотки шлюхам. На него это совсем не похоже.

— А мы зачем здесь? — тихим, испуганным голосом спросила девушка.

— Выключай, — коротко бросил я, взглянув на Стэпа в зеркало заднего вида.

Мы уже давно работаем вместе и научились понимать друг друга с полуслова. Вот и сейчас Стэп даже бровью не повёл и, получив указание, резко, без предупреждения, выбросил в сторону Полины руку. Раздался сочный щелчок. В глазах шлюхи отразился испуг, а затем она резко вытянулась всем телом, едва не своротив мне ногой подлокотник. А в следующее мгновение закатила глаза и обмякла. Точный удар в челюсть — это не шутка. Таким не то что хрупкую девчонку, но и серьёзного противника можно вырубить.

Я тут же ударил по тормозам, перевёл коробку в нейтральное положение и поднял ручник. Всё это заняло меньше секунды. Выскочив из машины, я рванул крышку багажника и извлёк из него моток верёвки. Распахнул заднюю дверь и, подхватив девушку под мышки, выволок её из салона. Стэп помог перевернуть её лицом в землю, и мы быстро превратили человека в гусеничку. В том смысле, что теперь она могла передвигаться лишь извиваясь, как беспозвоночное.

— Ну вот. — Стэп с довольной рожей осмотрел дело рук своих. — Чё, может, пожрём?

— Не рано?

— Ничё не поздно, — переиначил мой вопрос он. — В самый раз. Я как о картошечке подумаю, аж слюни текут. Всё равно пока приготовим, пока ты эту суку допросишь. А?

— Распрягай, — кивнул я и снова подхватил Полину.

Немного проволок её по влажной земле и привалил к дереву, чтобы удобнее было разговаривать. Стэп тем временем вытащил из багажника складные стулья, котелок и взялся за обустройство временного лагеря. Я принялся помогать, тем более что девушка всё ещё пребывала в отключке. На её скуле надулся лиловый синяк, который отчётливо выделялся на бледной коже. Пару дней она будет жевать с большим трудом. Но это ничего, заживёт.

На мгновение мне стало её даже жалко. Уж не знаю, что заставило её присоединиться к нашей компании, но вряд ли на своём жизненном пути она встречала более отбитых отморозков, чем мы со Стэпом. Пытки и убийства для нас давно стали обыденностью. В первые месяцы, когда я яростно пытался отыскать Старого с братом, мы знатно поураганили. Даже изменённые, попадая в наши лапы и ещё до начала пыток понимая, кто их поймал, смотрели на нас с нескрываемым ужасом.

А эта девчонка совсем не похожа на человека, которому довелось пройти огонь и воду. Да, наверняка в её жизни тоже хватало дерьма, но оно явно очень сильно отличалось от того, которое довелось хавать нам. И я не сомневался, что сломаю её без усилий. И именно поэтому мне было её жаль, будто она бездомный котёнок.

— А она симпотная, — кивнул на Полину Стэп. — Есть в ней что-то такое, что заставляет смотреть. Вроде и не красавица, но взгляд притягивает.

— Нормальная, — буркнул я, пытаясь развести огонь из насквозь промокших веток. — Слушай, смочи тряпку солярой. А то мы так до утра здесь провозимся.

— Ща, — подскочил он и снова полез в багажник.

Стэп с хрустом оторвал кусок ветоши, которую мы как раз возили на такой случай, разворошил дрова и бросил в образовавшуюся лунку ткань. Затем полил её топливом и снова собрал эдакий вигвам из палок. Вскоре у нас уже весело потрескивал уютный костерок. Напарник уселся на стул и взялся чистить картошку, а я направился к пленнице.

Что-то мне подсказывало: она уже давно пришла в себя и лишь притворяется бессознательной. Чтобы в этом убедиться, я схватил её за ухо и резко выкрутил.

— А-а-а! — тут же закричала от боли она.

— Очнулась, значит, — улыбнулся я и уселся на стул таким образом, чтобы буквально нависнуть над девушкой. — Ну что, время сказок закончилось. Теперь я хочу послушать настоящую историю.

— Я не понимаю.

— Всё ты понимаешь, — поморщился я. — Давай так: ты рассказываешь всё как есть, и я не стану нарезать тебя косым ломтиком. Лады?

— Я вам уже всё рассказала.

— Ясно. Значит, будем по-плохому, — вздохнул я и вытянул нож из нагрудного чехла на разгрузке.

Я не особо разбираюсь в женщинах. Больше того, я их побаиваюсь, потому что не понимаю. Но одно я знаю точно: они все повёрнуты на собственной внешности. Не просто так они придумали макияж и миллион вариаций причёсок. А про женские гардеробы я вообще молчу. К чему это я? Да всё просто. Пытка — это не только боль. В этом деле главное — сломать человека психологически. Найти самое слабое место и давить на него до тех пор, пока он не расколется.

Боль можно терпеть, хотя надо признать, на это способны очень не многие. Но, к примеру, если пианисту тыкать ножом в ногу, то сломается он гораздо медленнее, чем если начать резать ему пальцы. Так и здесь. Зачем усложнять себе задачу, если есть вариант сразу перейти к тяжёлой артиллерии?

Я прижал клинок к щеке Полины и надавил, пуская первую кровь. Девушка замерла, боясь резким движением усугубить положение. В её глазах проявился ужас. Не страх, а именно животный, первобытный ужас. А значит, я был на верном пути.

— Я в последний раз спрашиваю, — нарочито медленно, чеканя каждое слово, повторил я. — Рассказывай, за каким хреном ты попёрлась с нами? Только учти: если твой ответ мне не понравится, улыбаться ты сможешь только одной стороной лица. Я тебе рожу до костей располосую.

— П-пожалуй-ста, — заикаясь, проблеяла она. — П-прости-те меня, п-пожалуй-ста. Я н-не хотела.

По щекам покатились слёзы, а её тело затрясло так, что я был вынужден ослабить нажим лезвия.

— Говори, мразь! — рявкнул я, и девушка вздрогнула.

Нет, на шпионку она была не похожа. Да и отыграть подобное попросту невозможно. Она пребывала в состоянии, близком к панике, и Старый вряд ли стал бы делать ставку на настолько слабого человека.

— Я сама, всё сама! — запричитала она. — Я всё выдумала.

— Зачем? Кто тебя послал?

— Никто, я всё сама придумала.

— Зачем?

— Чтобы сбежать. Я больше так не могла.

— Ничего не понял, но очень интересно, — прокомментировал Стэп.

— При чём здесь Старый? Говори, твою мать! — Я проигнорировал замечание приятеля.

— Это всё он, — совершенно непонятно ответила Полина. — Он рассказывал Насте о ваших приключениях. И про старика этого тоже.

— Ты сейчас о ком? Кто это — он?

— Друг твой, Стэп. Он хвалился этим, хотел показаться крутым.

Я убрал нож от лица шлюхи и обернулся на приятеля.

— Чё? — Он невинным взглядом уставился на меня. — Это, вообще-то, не секрет ни хрена. У любого спроси — все знают, кто такой Брак и что он сделал.

— Ну ты и придурок, — пробормотал я. — Когда уже научишься рот на замке держать?

— Ой, отвали, — отмахнулся он, продолжая заниматься готовкой.

— Дальше что? — Я обернулся к девушке и уставился на неё злобным взглядом.

— Настя всё рассказала. Тоже похвалилась, какой у неё крутой клиент был…

— Ну вот, я же говорил, — снова вставил своё слово Стэп.

— Завали хлебальник уже, — резко осадил приятеля я. — А ты рассказывай…

— Ну я сразу поняла, кто ты…

— И? К нам какого хрена полезла?

— Чтобы сбежа-а-ать… — Полина разревелась в голосину, даже подвывать не забывала.

Нет, если она актриса, то ей просто обязаны выдать «Оскар». Так натурально играть…

— Что думаешь? — Я обернулся к приятелю.

— Да хрен её знает, — пожал плечами он, нарезая картошку крупными кубиками. — Я тут перед всем этим абзацем, как раз фильм один посмотрел. Старенький, конечно, но классный. «Большой приз» называется. Самое интересное, хотел ведь «Большой куш» врубить, а попалось вот это…

— Стэп! — прикрикнул на напарника я. — Можно без лирики?

— А, да, — смутился он. — Так вот к чему это я? Там очень любопытная фраза прозвучала: «Никогда не верь наркоманам и шлюхам»…

— Я не шлюха, — подвывая, вставила свои пять копеек Полина. — Меня заставили. Это мерзко…

— Как-то так, — развёл руками Стэп и подхватил очередную картофелину. — Но вообще, очень похоже, что она не врёт. Её вполне могли принудить к работе.

— Так и было, — хлюпая носом, ухватилась за соломинку она. — Они меня били и держали на цепи, пока я не согласилась. Я хотела сбежать.

— Бред какой-то… — Я почесал макушку.

— И ничего не бред! — Девушка дёрнулась, но потому как была крепко связана, ничего хорошего из этого не вышло.

Она вдруг выпучила глаза и, ойкнув, плавно завалилась набок, отчего снова разревелась. Мне пришлось встать, чтобы вернуть её в прежнее положение. Вообще, эта история больше походила на правду, но легче от этого не становилось. Я попросту не понимал, что теперь с ней делать? Ну, допустим, мы её вывезли — и что? Взять с собой? Так она же балласт, самый что ни на есть. Боец из неё никакой, характер — размазня. Бросить её здесь? Так ведь сожрут. Нет, мне-то, по большому счёту, насрать, что с ней будет, но как-то это… бесчеловечно, что ли? Жалко её…

Может, довезти до ближайшей крепости и бросить там? Как вариант. Но, скорее всего, её снова отправят в бордель, просто потому что она больше ни на что не годится. Физически слабовата, чтоб на грязную работу поставить, а все более-менее приличные места уже давно заняты, и по своей воле ей их никто не уступит. Чего доброго, ещё башку в тёмном переулке проломят, чтоб под ногами не путалась. Или вышвырнут за периметр, на съедение выродкам.

— На левой ноге, — немного успокоившись, произнесла Полина.

— Что? — За раздумьями я как-то утратил нить разговора.

— След от обруча на левой ноге, — повторила она. — Можешь сам посмотреть.

И я посмотрел. Там действительно был шрам. Похоже, она пыталась вырваться и поранилась. А так как стальные кандалы никто с неё снимать не спешил, рана ещё и воспалилась. И теперь на лодыжке красовался серьёзный рубец.

— Я не вру, — добавила она.

— Допустим, — не стал оспаривать я. — Но почему мы? Что мешало тебе сбежать с кем-то ещё?

— Про вас столько слухов ходит! — Она шмыгнула носом и попыталась вытереть сопли плечом, но лишь ещё больше их размазала, — Вы сильные и опасные. С вами меня никто не посмеет тронуть. А легенду со стариком я специально придумала, чтобы вас зацепить. Твой друг сказал, что вы его ищете, вот я и… Я боялась, что вы его в городе искать начнёте сразу, но всё получилось.

— Ясно, — буркнул я и переставил стул к костру.

Девушка замолчала, продолжая наблюдать за нами. Страх из её взгляда пропал, и на его место пришло любопытство. Видимо, она уже поняла, что мы не станем её убивать, но теперь ей очень хотелось понять, что мы собираемся делать с ней дальше. Как, впрочем, и мне.

— Ну, что скажешь? — Я обратился за помощью к напарнику.

— Вроде не врёт, — пожал плечами он. — Ревела, по крайней мере, натурально. Уж я-то в этом дерьме разбираюсь. Столько баб пришлось бросить, и ведь каждый раз слёзы, будто там и вправду уже любовь воспылала…

— С этим уже разобрались, — поморщился я от избытка информации. — Делать с ней что будем?

— А какие есть варианты? — хитро прищурился он.

— С вариантами я бы и без тебя разобрался. Ты сам-то что думаешь?

— Балласт, — не моргнув глазом ответил Стэп. — Или орать начнёт в самый неподходящий момент, или мы её спасать полезем и в какой-нибудь замес угодим. Проще завалить — и дело к стороне.

— Не вариант, — покачал головой я. — Я же не убийца какой-то, не маньяк.

— Угу, ты это выродкам расскажи, которых мы на прошлой неделе как свиней разделали.

— А ты не путай жопу с пальцем, это другое. Хочешь, сам ей глотку режь, я не буду.

— Не, я тоже пас.

— Тот и хрен, — вздохнул я. — Ладно, довезём до ближайшей крепы и там сбросим. Ты пока на заднем диване покатаешься.

— Лады, — согласился Стэп и, порубив последнюю картофелину, водрузил котелок на костёр.

Я заглянул внутрь и хмыкнул.

— Не ублюёмся?

— В смысле? — не понял вопроса приятель.

— Да здесь целую роту накормить можно. Куда столько наковырял?

— Так нас же трое теперь, — флегматично ответил он и накрыл котелок крышкой. — С этой-то что делать? Может, уже развяжем?

— Пофиг, — отмахнулся я и развалился на стуле, подставляя лицо под весенние лучи, которые пробивались сквозь лысые ветви деревьев.

— Скоро клещи пойдут, — заметил приятель, подкинув пару коряг в огонь. — В лесу так не побалдеешь.

— Значит, будем в городах останавливаться, — нехотя отозвался я.

— Да, сейчас уже не то что раньше, выродков почти нет. Только у мелких крепостей периодически буянят да в Москве, говорят, от них не продохнуть. И чё они туда все прутся?

— Там метро, — буркнул я. — Считай, ещё один подземный город.

— Так его уже, поди, затопило давно, — резонно заметил Стэп.

— Если насосы работают, всё там в порядке. А они, скорее всего, работают. Изменённые за этим строго следят. Я на это насмотрелся, когда у них на ферме торчал.

Стэп собрал пену, сбросил её прямо в огонь и, поднявшись, направился к машине. Вернулся с рюкзаком, из которого выудил банку тушёнки и карту. Последнюю развернул и принялся водить ножом по отметкам.

— Получается, самый ближний свет у нас — Ростов-на-Дону, — произнёс он. — Это больше шести сотен кэмэ. Нам топлива точно хватит?

— За глаза, — ответил я. — В крайнем случае на месте что-нибудь решим. Думаю, пару рек нам пересечь придётся.

— Не факт, что там соляра пригодная будет. Сам знаешь, какое сейчас дерьмо в баках судов осталось. Давай ближе к Беларуси, а?

— Я хочу море увидеть, — отрезал я. — Один раз живём.

— А у меня бабушка в Новороссийске, — вдруг произнесла Полина, о существовании которой я уже успел позабыть, настолько тихо она сидела, — Была. Я как-то ездила к ней в гости, маленькая ещё. Море — это красиво. Я бы хотела там ещё раз побывать.

— Два сведенца, — буркнул Стэп и снова поднялся на ноги. Но на этот раз двинул к пленнице.

Спустя пару минут он прошёл мимо, сматывая верёвку в бухту через локоть, а секунду спустя хлопнул багажник. Я вздрогнул от внезапного прикосновения и покосился на колени, куда положила голову Полина, будто преданная псина.

— Спасибо, — прошептала она и поцеловала меня в бедро.

Не знаю почему, но от этого мне стало как-то не по себе, и я отстранил от себя девушку. Одно дело снять её как шлюху, и совсем другое — вот так. Тем более что никаких чувств я к ней не испытывал, отчего эти прикосновения казались неприятными и раздражающими.

— Не надо меня трогать, — сухо произнёс я и даже стул отодвинул.

— Хорошо, — не стала спорить Полина, но в её взгляде проскочила обида.

— Ты хоть что-нибудь полезное делать умеешь? — взял инициативу в свои руки Стэп. — Или только письки сосать?

— Не только, — нисколько не оскорбилась она. — Готовить могу, убираться, одежду вашу стирать. Всё, что скажете, буду делать. Могу даже спать с вами обоими.

— Фу, мерзость какая, — поморщился приятель. Я даже комментировать эту чушь не стал. — Вот это дерьмо из головы выброси, хорошо?

— Как скажешь, — кивнула она. — Только не прогоняйте меня, пожалуйста. Я всё буду делать, честное слово.

— Ладно, посмотрим, — важно заявил Стэп.

Похоже, ему нравилось чувствовать себя главным хоть над кем-то.

— А вы научите меня людей убивать? — спросила Полина.

Я аж слюной подавился от неожиданности и зашёлся в кашле. Стэп поднялся и услужливо постучал меня по спине.

— Ты дура что ли⁈ — возмутился я. — Мы, по-твоему, кто⁈

— Простите. — Она потупила взор. — Я не хотела. Просто… Мне как-то нужно научиться себя защищать. Вы ведь всё равно меня бросите. Я всё слышала. А если я научусь убивать, то больше не буду балластом. Я способная, честно.

— Капец, — только и выдохнул я.

Стэп молча ухмылялся и вскрывал жестянку тушёнки.

— Надо же, не обманул барыга, — хмыкнул он. — Ты посмотри, Брак, тут прям на весь объём кусок мяса лежит. А пахнет-то как… На, занюхни…

— Вываливай уже, — оттолкнул его руку я. — Жрать охота, а не нюхать.

— Ща, погодь, картоха ещё не сварилась.

Позади раздался хруст ветки, и я без лишних слов подскочил со стула. Привычным движением скинул предохранитель и загнал патрон в ствол. Может, я и зря включил паранойю, но просто так ветки в лесу не щёлкают. Нет, бывает, конечно, деревья периодически сбрасывают отмершие конечности, но и звук при этом другой, ещё и шелестом от падения сопровождается. А сейчас не так, а словно кто-то наступил по неосторожности. Не исключено, что промысловики за зверем вышли. Для грибников пока рановато, даже сморчки ещё не пошли. Но что-то мне подсказывает: это по наши души.

Стэп уже привычен к подобным нежданчикам. Ему даже говорить ничего не пришлось. Он подхватил нашу гостью за руку и поволок её к машине, а затем заставил забраться под неё. Всё делал тихо, без единого слова, объясняя знаками. Не знаю зачем, но он вручил девчонке пистолет, даже дослал патрон и снял с предохранителя. Не самое умное решение, но сейчас неподходящее время для споров. Сам он взял в руки дробовик и присел у капота, скрываясь за открытой дверцей. Пуля её прошьёт без проблем, даже не заметит, но он это сделал не в качестве защиты, а просто чтобы скрыться от прямого взора.

Я же выбрал более надёжную позицию, за крупным сосновым стволом, и взял под прицел направление, откуда прилетел звук. Не исключено, что люди, пришедшие сюда, попытаются нас обойти и взять в клещи. Но для этого потребуется время, плюс необходимо изначально знать, где мы находимся. В любом случае лучше вначале дождаться хоть каких-то событий, прежде чем палить во всё что движется. Может, это действительно промысловики и зла они нам не желают.

Некоторое время ничего не происходило, а затем к машине вышли двое. Одеты как обычно: межсезонная горка, разгрузки, высокие ботинки, а на груди — автоматы. А значит, точно не промысловики. В своём уме никто с автоматом на зверя не ходит, для этого есть свой инструмент, более подходящий.

— За стволы не хватайтесь, — предупредил я, удерживая гостей на прицеле. — А лучше вообще их скиньте и положите в сторонку.

— А рожа не треснет? — нагло заявил один из них и поднял два пальца.

В этот момент у самой моей головы в ствол сосны вошла пуля. Даже лицо обдало горячим воздухом. Я едва успел зажмуриться, чтобы выбитая щепа не засыпала глаза.

— Ствол брось, — скомандовал наглый. — И лапы подними. А ещё дружку своему скажи, чтоб не шкерился за капотом, а то мозги по лобовому расплескает. Девчонка где?

— Какая девчонка? — включил дурака я, но руки всё-таки поднял.

Автомат так и остался висеть на шее на трехточечном ремне. Чтобы схватить его, уйдёт максимум секунда, правда, у меня её пока нет. По тому, как пуля вошла в ствол, я примерно прикинул, откуда вёл огонь снайпер, а потому начал медленно смещаться. Всё-таки мы в лесу, и даже пара сантиметров может сыграть мне на руку. Тем более для вышедших на поляну всё выглядело так, будто я просто покидаю укрытие.

— Ты нам мозги не трахай, ага? — продолжил дерзкий. — Дружина видела, как она к вам в тачку садилась. Тебя что, бабушка в детстве не учила, что чужое брать — нехорошо? Последний раз спрашиваю: где сучка?

Вместо ответа из-под машины раздался громкий хлопок, и наглый мужик дёрнулся, схватившись за плечо.

— Ну всё, падла, молись, — прошипел второй и потянулся к оружию.

Глава 3

Урон

Пуля угодила говорливому в плечо. Можно сколько угодно говорить о пустяковых ранениях, но когда пуля прилетает в твоё тело, о продолжении боя можно забыть. Её энергия не просто делает отверстие в тканях, но и наносит им серьёзные повреждения ударом. Я пробовал и могу с уверенностью сказать, что боль при этом такая, что темнеет в глазах. Ощущения сродни тому, будто тебя кувалдой приложили. Гораздо проще вытерпеть проникающее ножевое, чем прилёт этой крохи.

Наглый тут же скрючился, а его приятель потянулся к стволу. Стэп моментально нырнул вниз и выстрелил из дробовика прежде, чем я успел подхватить автомат. Заряд картечи прилетел второму практически в упор. С такого расстояния даже прицеливаться особо не нужно, что и продемонстрировал напарник. Голова незваного гостя разлетелась в щепки, словно гнилой арбуз. На шее осталась лишь нижняя челюсть, отчего было вдвойне жутко наблюдать, как он продолжает поднимать оружие. Однако длилось это всего мгновение, после чего он сложился, словно марионетка, у которой одним движением отсекли управляющие нити.

Я наконец дотянулся до своего оружия и короткой очередью добил дерзкого. Так же, не целясь, прямо от груди. До него было всего каких-то три-четыре метра, и пули кучно легли ему в центр грудной клетки. Он даже пискнуть не успел, рухнул на землю и застучал ногами.

И в этот момент очнулся снайпер.

Уж не знаю, как далеко он засел, но стрелок из него так себе. Пуля просвистела мимо и с глухим щелчком вошла в ствол сосны. Но давать ему второй шанс я не собирался и тут же нырнул вниз, скрываясь с прямой видимости. Впрочем, сдаваться стрелок не собирался и продолжил расстреливать машину, видимо, надеясь зацепить кого-то из нас случайно. Пули шили метал кузова навылет, но ни одна из них не зацепила ни меня, ни Стэпа. А девчонку этот недоснайпер, похоже, не видел. И тем не менее она взвизгивала каждый раз, когда пули попадали в тачку.

Интересно, сколько их за нами пришло? Неужели всего трое? Или они не поняли, с кем связались, или считали себя мега крутыми перцами. В любом случае за свою ошибку они расплатились сполна. Ну, почти. Остался ещё этот горе-стрелок. И прижал он нас конкретно. Я попытался высунуться сзади и едва успел убрать голову. Пуля просвистела ровно там, где я был секунду назад. Но на этом он не остановился и несколько раз выстрелил по багажнику и задней части машины. Вот только ему было невдомёк, что я улёгся у заднего колеса. Здесь ему точно ловить нечего. Даже если он сможет пробить первый диск, то дальше идёт мост, металл в котором спокойно выдержит пулю калибром покрупнее, чем семёрка.

— Ты как? — спросил я у Полины, которая лежала под тачкой, прикрыв голову руками.

— Ай! — вместо ответа пискнула она, когда очередная пуля прошила кузов.

Завоняло соляркой, притом очень сильно. Я с сожалением заглянул вниз и увидел, как под днищем образовывается лужа. Нет, случайного воспламенения я не боялся. Солярку вообще не так просто поджечь, это не бензин, который способен полыхнуть от любой искры. Да и его только в кино можно поджечь обычной пулей, в реальной жизни он даже от окурка не загорится. Однако про тачку можно забыть.

Я сместил взгляд правее и едва сдержал стон. Под двигателем тоже образовалась лужа, но совсем не топливная. А значит, этот ублюдок положил нам движок, и вот это очень обидно. Если с пробитым баком ещё как-то можно уехать (не в самом же дне отверстие от прилёта, сколько-то топлива всё равно в нём останется), то вот с пулей в движке мы её даже завести не сможем.

И тут меня перемкнуло. Я любил эту машину, не просто так искал её среди брошенок в городах. К тому же это не самая популярная модель «Мерседеса» в нашей стране. А этот урод…

— Прикрой! — рявкнул я и закинул в рот небольшой кусочек чёрного сердца.

Немного выждал, когда на языке появится ощущение лёгкого жжения, и с низкого старта рванул под прикрытие дерева.

Снайпер замешкался. Видимо, не ожидал, что кто-то из нас решит прорываться. Оба выстрела ушли в молоко, а я прижался спиной к стволу дерева. В этот момент Стэп выпустил в сторону снайпера весь магазин. Потом снова нырнул под прикрытие капота и принялся набивать дробовик новыми патронами. Я внимательно следил за ним, не забывая считать. И как только в приёмник нырнул пятый цилиндрик, завопил:

— Пошёл!

Стэп точно так же, как и я несколько секунд назад, рванул от машины к дереву. А я высунулся из своего укрытия и выпустил несколько коротких очередей по предполагаемой позиции снайпера.

И мне удалось его спугнуть. А может, он решил не испытывать судьбу и свалить. Ведь рано или поздно мы его прижмём. Стрелок он явно не из лучших и одновременно двоих контролировать не сможет. Вот только рванул он не в самый подходящий момент, ведь я как раз поливал свинцом то место, где он предположительно находился, а потому отчётливо заметил, как дрогнули кусты.

Расстояние плёвое, особенно для «АК», всего каких-то тридцать метров. Даже удивительно, как этот чудик никого не зацепил.

Я вдавил спуск, добивая в сторону противника остаток магазина, и хищно ощерился, когда ушей коснулся слабый стон. Да и хруст ветвей оповестил о том, что там кто-то свалился. Понятия не имею, куда я ему попал, но даже если в ногу или руку, несколько секунд у меня есть, пока стрелка накрыло шоковым состоянием. А его точно накрыло, даже если он так же, как и я, держит во рту кусочек сердца.

Сменив магазин, я, не раздумывая, сорвался с места, влетел в кусты и практически сразу обнаружил стрелка. Он корчился от боли, держась за бочину. Винтовка (к слову, обычная, охотничья) всё так же висела на его шее, так что отбросить её пинком не представлялось возможным. Но я и не расстроился, тем более что не собирался его допрашивать. И без того всё было предельно ясно. Я вскинул оружие и направил его в голову нападавшему.

— Нет, — вытянул он окровавленную руку. — Всё не так, она с…

Договорить он не успел. А точнее, я не дал ему этого сделать и телепортировал его душу прямиком к вратам ада. Немного подумал и смачно плюнул на труп, предварительно проглотив ценное сердце. Секунду спустя по телу разлилось тепло, огонь сосредоточился в пояснице, и я впервые за долгое время с удовольствием потянулся.

Ещё год назад я и понятия не имел, что такое боли в спине. А потом, когда в очередной раз ковырялся с машиной, меня заклинило так, что я едва мог шевелиться. Сорок три года — это не шутка. Да, на какое-то время чёрное сердце спасало, но вскоре спина снова начинала ныть. Так что я ценил каждый день, проведённый без боли. Впрочем, за год она уже стала настолько привычна, что я вспоминал о ней, только когда она исчезала. Вот как сейчас.

— Капец «ласточке»! — донёсся голос напарника.

— Знаю, — буркнул я себе под нос, и вряд ли приятель меня услышал.

Присев перед трупом стрелка, я обыскал его, срезал разгрузку и забрал винтовку. Нам все это не пригодится, но на продажу пойдёт. Правда, я теперь понятия не имею, как мы всё это унесём? К тому же в тачке добра гораздо больше, и бросать его я не собирался.

— Вот же мразота! — снова раздался возмущённый голос. — Всю воду побил!

— Тела обыщи! — крикнул я. — И стволы с них сними.

— Как-нибудь без сопливых разберусь, — огрызнулся Стэп.

Я вернулся к машине, сбросил оружие и вещи покойника и присел на корточки, внимательно глядя на Полину. Она тоже уставилась на меня невинным взглядом, будто щенок, в надежде на то, что он наконец-то встретил хозяина.

— Ничего не хочешь мне сказать? — спросил я.

— В смысле? — Девушка сделала вид, что не поняла вопроса.

— В коромысле, ёпт, — раздражённо произнёс я. — Это ведь твои кореша, так?

— Я не понимаю…

— Всё ты понимаешь. Сколько лошков вы с ними уже обчистили?

До меня наконец-то дошло, что случилось на самом деле. Похоже, эти четверо промышляли самым обычным грабежом, замешанным на шантаже. Полина заманивала ничего не подозревающих жертв под предлогом «спасите, люди добрые». А затем появлялись, якобы её хозяева и предъявляли спасителям за кражу собственности борделя. Ну и во избежание дальнейших неприятностей предлагали оплатить эдакий моральный ущерб. Естественно, когда ты стоишь под стволами, спорить не очень-то и хочется. Не исключаю, что особо ретивые защитнички навсегда исчезали с лица земли. Схема старая как сам мир, но всё ещё рабочая.

Однако в нашем случае произошла осечка, и главный персонаж всей затеи вдруг решил переметнуться. Может, её действительно заставляли это делать? Иначе смысл ей стрелять в своих же и помогать нам?

— Все не так, — проблеяла она.

— А как? — усмехнулся я.

— Ну да, ты прав. — Полина потупила взор. — Пару раз я им помогала.

— Пару?

— Да, пару, — с нажимом ответила она. — Но они меня заставили. Первый раз это вообще вышло случайно.

— Кто-то из клиентов влюбился в тебя и решил помочь сбежать из шлюшьего рабства?

— Это не смешно, — зло прошипела она. — Он был хорошим человеком, а они его убили.

— М-да, — протянул я. — И почему я не удивлён? Ладно, вылезай.

— Я не могу, — надула губки Полина.

— Это ещё почему?

— Застряла.

Я поднялся и осмотрел машину. И как только её не раздавило? Возможно, потому что она худенькая и смогла поместиться под днищем, даже когда «мерс» сел на обода.

Оба колеса оказались пробиты, ну или в нашем случае — прострелены, и тачка знатно просела. В общем, выбраться из-под неё без посторонней помощи у девушки точно не выйдет. Мне в голову даже пришла очень коварная мысль, но я тут же отмёл её. Уж лучше пристрелить её сразу, прямо на месте, чем оставлять в таком вот положении. С другой стороны, она и не в асфальте застряла. Жить захочет — прокопает себе путь наружу. И всё равно я не стал так поступать.

Сунувшись в багажник, я выудил из него винтовой домкрат и широкую дощечку. Всегда вожу её с собой. Обочины редко когда обладают жёстким основанием, а как правило, пробитое колесо приходится менять именно в таких условиях. Да и не на себе таскаю, а багажники у старых «меринков» ого-го. При желании можно три трупа сразу спрятать.

Подложив дощечку примерно посередине, я вставил домкрат и принялся за работу. Вскоре крутить его пришлось с усилием. Дощечка стала погружаться в раскисший грунт, но не так чтобы критично. Когда щель оказалась достаточной, чтобы девушка смогла в неё пролезть, я схватил её за руки и рывком вытянул наружу. Затем опустил машину, сложил подъёмное устройство и убрал его обратно.

Стэп на мои действия лишь усмехнулся. А оно и в самом деле выглядело странно. Ведь машина больше никуда не поедет, так в чём смысл этой моей педантичности? С другой стороны, не разбрасываться же добром? Я вообще планировал отыскать другую машину и вернуться сюда за вещами. Всё мы на горбу точно не утянем, а бросать жалко. Многое из того, что хранится внутри, сейчас просто так не найти.

— Ну что, шеф, какие планы? — спросил напарник, сгрузив возле «мерса» барахло нападавших.

— Нужно машину найти, — произнёс очевидное я.

— Так они сюда наверняка не пешком пришли, — здраво подметил Стэп. — Явились с той стороны, значит, тачка, скорее всего, у дороги осталась. Здесь пешком минут пятнадцать от силы, могу сгонять.

— Вместе сходим, — покачал головой я. — Вдруг её кто-нибудь караулить остался.

— Ага, тогда он уже свалил бы после той пальбы, что мы здесь устроили. Не гони, Брак, я мухой, туда и обратно.

— Ладно, — согласился с его доводами я. — Ствол только нормальный возьми.

Стэп кивнул и, сунувшись в салон, взял второй укорот. Проверил магазин, запихнул в разгрузку два запасных и двинулся в сторону дороги. А я остался наедине с Полиной, которая вела себя тише воды. Она забралась в салон на пассажирское сиденье и приняла позу школьницы, положив ладони себе на колени. Я невольно хмыкнул, обнаружив её в этом положении. Образ ну никак не вязался с профессией.

— Что? — спросила она, заметив мою ухмылку.

— Нет, ничего, — буркнул я и начал потихоньку вытаскивать вещи из салона.

Кое-что оказалось испорчено выстрелами. Например, мой рюкзак, в котором обнаружились аж три отверстия. Наверняка сменным вещам досталось неслабо, впрочем, их можно заштопать. Если уж попадутся новые, тогда смело выброшу, а так… В общем, ещё побегаю.

Выложив куртку и брюки, я недовольно поморщился. Одна из пуль угодила в пачку патронов, да там и осталась. Разворотила, конечно, не всё, но примерно треть можно смело выбросить. Разве что серебряные пули вытащить, пригодятся в качестве платёжного средства. Всё остальное вроде осталось нетронутым. Ну, и на том спасибо.

— Ты шить умеешь? — спросил я, рассматривая пробитые в нескольких местах штаны.

— Умею, — ответила Полина.

— Держи тогда, отрабатывай спасение.

Я бросил ей на колени сменную «горку», сунул руку в боковой кармашек рюкзака и зашипел, потому как накололся об иголку. Палец тут же отправился в рот. Знаю, дурная привычка, но ничего не могу с этим поделать и поступаю подобным образом с любым порезом или ожогом.

Слизнув солоноватую каплю крови, я вытер палец о штаны и уже аккуратно извлёк катушку ниток, в которой торчала игла. Протянув швейный набор Полине, я продолжил копаться в машине. А она зашуршала одеждой, отыскивая пулевые отверстия.

«Ну вот, мы уже почти как семья», — подумал я и снова усмехнулся собственным мыслям. Какая только чушь в голову не влезет?

Затем пришла очередь багажника. Вот где оказался самый большой урон. Канистры с водой и соляркой пробиты навылет, и вся эта жижа напрочь залила всё остальное добро. В том числе и продукты, которые мы догадались сюда убрать. А всё моя дурацкая привычка не захламлять салон. А ведь изначально Стэп бросал покупки на задний диван, и именно я приучил его убирать всё в багажник. Ладно, нужно будет учесть на будущее.

Подняв сумку с крупами, я с сожалением посмотрел, как с неё стекает топливная эмульсия. Да, в пищу такое употреблять точно не стоит. Хорошо хоть, тушёнка осталась целой. Ни в одну банку даже пуля не попала, а мясу в жести ничего не сделается. Неужели придётся возвращаться? Очень не хочется, учитывая то, что мы только что убили троих членов банды, да ещё и шлюху из борделя увели. Вряд ли нас за такое по головке погладят. Может, и не поймут, конечно, вот так, с ходу, но лишний раз судьбу испытывать тоже не хочется. Ладно, по пути что-нибудь придумаем.

Разобрав вещи на пригодные и не очень, я сложил их кучкой возле машины и снова полез в рюкзак. Вытянул из него карту и принялся изучать маршрут. Нет, куда ехать, я, в общем, понимал, меня интересовали попутные населённые пункты. Судя по отметкам, ближайшая крепость на пути — это всё-таки Ростов-на-Дону, а до него скоблить почти шестьсот километров. С голоду не умрём, можно и одним тушняком нормально питаться. В крайнем случае пару ловушек на зайцев поставим или тетерева кого стрельнём. Но хотелось-то нормально пожрать. Тем более за сыпучку мы уже заплатили. Эх, представляю, как Стэп будет возмущаться всю дорогу. Кстати…

Я хлопнул себя ладонью по лбу и откинул подушку заднего дивана. Чуть не забыл забрать самое главное: нашу заначку, а точнее — тайник. Пришлось даже напрячься, чтобы вытянуть наружу мешочек с серебром. Здесь у нас почти десять килограмм скопилось. Ну и почти четыре полных чёрных сердца, высушенных до состояния кости. Только так можно было их сохранить без потери свойства.

Любые приправы и консерванты моментально убивали всё волшебство, даже самая обыкновенная соль. Да и сушить их приходилось без превышения температуры. Вот прямо как грибы, исключительно горячим воздухом, периодически давая остыть. Этим обычно занимались некие скорняки. Они же делали вид, что для сушки сердец необходимо соблюдать целый ряд технических процессов, чтобы ничего не испортить. Делалось это специально, чтобы не потерять нехилый доход. Но на деле всего-то и нужно было следить за температурой продукта. Мы со Стэпом додумались до этого сами, методом проб и ошибок. Да, изначально получалось криво, и кое-что нам пришлось даже выбросить. Но в отличие от обычных обывателей, сердец у нас было в достатке, и мы могли себе позволить поэкспериментировать.

— А что это там? — проявила любопытство Полина, глядя на мешочек, который сыто звякнул.

— Не твоё дело, — буркнул я. — Штопай сиди.

— Там серебро, что ли? — удивлённо вскинула брови она. — Ни фига себе вы богатенькие буратинки.

— Губу закатай, — огрызнулся я. — И займись делом.

— Да это я так, без задней мысли, — оправдалась она, хотя огонёк алчности в её взгляде всё же промелькнул.

— Так, — встал в позу я. — Если ты хоть кому-то об этом вякнешь…

— Что я, дура совсем? — усмехнулась она. — Да за такое нам всем троим глотки перережут и скажут что так и было́. — Она специально поставила ударение на последнюю букву.

— Хорошо, что ты это понимаешь.

— А откуда у вас столько?

— Слушай, какая тебе разница⁈ Чё ты лезешь куда не просят?

— Вчера ты не был таким злым, — обиженно произнесла она и вернулась к шитью.

— Вчера меня не пытались убить из-за шлюхи, — отпустил я очередную обидную фразу, и Полина засопела.

Ну и хрен с ней, пусть обижается. Мне её хорошее настроение не упёрлось. Тем более что все наши беды как раз из-за неё.

Со стороны дороги послышался звук двигателя. Наконец-то. А ведь работает машина довольно бесшумно, если учесть, что до трассы здесь пятнадцать минут пешком.

Я бросил взгляд на часы и хмыкнул. Нет, совсем не пятнадцать, а все сорок. Наверное, преследователи оставили тачку в паре километров от съезда. Интересно даже, как это они всё просчитали? Ведь в лес мы съехали по собственной воле, а не по просьбе девушки. Может, вначале проскочили мимо, а уже затем вернулись, заметив свежие следы? Да, наверняка так и было.

Вскоре из-за деревьев выехала машина. Ни много ни мало — целый «Паджерик». Воистину неисповедимы пути господни. Нет, такая тачка вовсе не редкость, особенно в постапокалиптическом мире, где за неё не нужно платить. Но размен у нас вышел почти равноценный, если учесть потерянное в перестрелке добро. Правда, и жрёт этот крокодил не чета моему «мерину». Но на первое время сгодится, да и места в нём не в пример больше. А нас теперь всё-таки трое, и вещей нам придётся возить на троих. Правда, надеюсь, это продлится недолго и в Ростове мы сможем избавиться от балласта в виде Полины.

— Всё заканчивай, потом доштопаешь. — Я бесцеремонно толкнул девушку в плечо.

— Ай, я из-за тебя палец наколола! — возмутилась она.

— Не смертельно, — отмахнулся я и, подхватив вещи, направился к новой машине.

— Хоба! — залихватски выпрыгнул из салона Стэп и расставил руки в стороны. — Ну как тебе наш новый аппарат?

— Пойдёт, — буркнул я и, сбросив поклажу, потянулся к багажнику.

— Фигасе — пойдёт! — не унимался напарник. — Это же настоящий внедорожник.

— Чем круче джип, тем дальше идти за трактором, — ответил крылатой фразой я. — Ну чё ты щеришься, как параша майская⁈ Ты хоть знаешь, сколько этот танк жрёт? А что у него система впрыска очень чувствительная к топливу? Накроется этот шарабан медным тазом после первой же заправки где-нибудь в Мухосранске — и что тогда делать будем?

— Ой, какой же ты душнила — это капец, — отмахнулся Стэп. — Вот вечно ты всем недовольный. Поль, отсоси ему, что ли, где-нибудь по дороге. Может, он хоть тогда подобреет?

— Не поможет, я пробовала, — отшутилась Полина. — Просто он уже старый брюзга.

— Довыделываетесь сейчас, обоим по харе настучу, — ответил я и отправился за очередной порцией барахла.

— Да мы же шутим, командир, — примирительно поднял руки приятель.

— За такие шутки в зубах бывают промежутки, — добавила Полина и игриво толкнула плечом Стэпа.

— Ай, костлявая какая. — Он почесал ушибленное место. — Ну что, шеф, куда путь держим? Топлива здесь чуть больше половины бака, так что до ростовской крепости мы не доскоблим.

— По бывшей платке пойдём, — ответил я, уже прикинув примерный маршрут. — Там Павловск по пути будет. Не знаю, жилой он, нет, но посмотреть думаю, стоит. Даже если там пусто, осмотримся, запасы попробуем поискать. Может, повезёт, на гнездо наткнёмся. Заодно тачку попроще найдём.

— Да хорош, Брак, дай хоть немного покайфовать! Нормальная же машина, свежая.

— Хорошо, заправлять её на свои будешь, — пожал плечами я.

— Договор, — ощерился Стэп. — Чур, я за рулём.

— А я на переднем! — добавила Полина и полезла в салон.

— Детский сад, ёпт, — буркнул я и захлопнул багажник.

Глава 4

Добытчики

— Да куда ты пружину пихаешь⁈ — раздражённо крикнул я.

— В дырочку, — невинным голосом произнесла Полина.

— В жопе у тебя дырочка! — рявкнул я. — А это ствол! А поршень где должен стоять?

— Да откуда я знаю, где это говно стоит⁈ — психанула она и швырнула разобранный автомат на пол багажника. — Задрал ты меня уже со своими железками!

— Дура! — выдохнул я.

— Сам козёл, — вернула Полина и нервной походкой направилась куда-то.

Через пару секунд до неё дошло, что идти здесь особо некуда, но включать заднюю она не собиралась. А потому уселась на капот стоящей неподалёку машины и уставилась в противоположную от меня сторону.

Я никак на это не отреагировал. Поднял оружие, установил все детали на место и примкнул магазин. Дослал патрон, поставил на предохранитель и повесил на шею. Затем уселся и принялся спокойно накручивать сигареты, аккуратно складывая их в портсигар.

Его, к слову, надо бы тоже сменить. В момент перестрелки в лесу он покоился в подлокотнике, и пуля пробила его насквозь. Пользоваться им, конечно, всё ещё можно, но при первом же дожде все сигареты намокнут. Впрочем, это не проблема, уж чего-чего, а такого дерьма всё ещё навалом, нужно только знать, где искать.

Стэп ушёл на разведку, а мы с Полиной остались у машины. По её же инициативе я стал учить её пользоваться оружием. Ну и естественно, начал с азов: как держать, как перезаряжать, ну и самое главное — ухаживать. Вот на последнем этапе и произошёл конфликт интересов. Девушка оказалась совсем тупой и даже после третьего раза не смогла правильно установить все детали на место. А в итоге ещё и психанула.

Я вставил в рот одну из самокруток и, чиркнув зажигалкой, прикурил. Пару раз пыхнул, чтобы табак занялся как следует, а затем наполнил лёгкие дымом. Справа послышались шаркающие звуки шагов. С этим тоже придётся что-то делать. Передвигаться бесшумно Полина не умела. То запнётся обо что-то, то, вот как сейчас, шмыгает, будто старушка.

— Ноги поднимай, — не удержался и упрекнул девушку я.

— Иди в жопу! — огрызнулась она и продемонстрировала средний палец.

— Вот же навязалась на мою голову, — пробормотал я.

Шаги приблизились, и прежде чем я успел отреагировать, девушка выхватила сигарету у меня изо рта и быстро отскочила. Впрочем, я не очень-то и хотел её останавливать. Движение в свою сторону я заменил задолго до того, как оно достигло цели. Полина вновь отошла к машине и плюхнулась на капот. А мне ничего не оставалось, как прикурить новую сигарету. Ну и скрутить ещё одну, чтоб добить портсигар до полного.

— Тьфу ты, придурок! — выругалась Полина.

Я обернулся на голос и увидел Стэпа, который лыбился во все тридцать два.

— Ну, что там? — спросил я.

— Чисто, — небрежно отмахнулся он. — Следов не видно. Похоже, этот район никто даже не обыскивал, разве что кто-то залётный типа нас.

— Повезло, — хмыкнул я. — Считай, на Клондайк нарвались.

И это было очень странно. В мире, где ничего больше не осталось, подобные места вызывали обоснованную паранойю. Почему люди сюда не сунулись, если очистили практически весь город? Первое, что приходит в голову, — здесь опасно. Поэтому я и отправил Стэпа осмотреться. Обычно мы делали это вместе, но сейчас я очень не хотел оставлять Полину одну. А тащить её с собой — затея ещё более глупая. Со своей неуклюжестью она обязательно в какое-нибудь дерьмо угодит. И ладно бы сама сдохнет, так ведь может и нас с собой утянуть.

— Ловушки? — уточнил я.

— Не много, и все примитивные, — кивнул Стэп. — Такое чувство, что раньше здесь гнездо было. Но сейчас пусто.

— Уверен?

— Брак, ну не первый день замужем, — усмехнулся приятель. — Идём, нет?

— Пф-ф-ф, — с шумом выдохнул я и покосился на Полину. — Может, свяжем её?

— Эй, да вы чё, совсем охренели⁈ — подскочила она. — Какой свяжем⁈

— Ладно, от нас не отходить, — принялся командовать я. — Идёшь след в след и делаешь ровно то, что мы говорим. Уяснила?

— Да.

— Никакой самодеятельности. Или пристрелю к чёртовой матери.

— Да поняла я, отвали!

— Веди, — кивнул Стэпу я.

Машину заперли на всякий случай. Нет, открыть её не особо сложно, но тем не менее придётся повозиться. В отличие от «мерина», за которым ухаживал я, в этой не было никаких секреток, предохраняющих тачку от угона. И да, сейчас это вообще не редкость. Можно легко остаться без скарба, если лицом торговать. Так что надо бы заняться этим вопросом, как только доберёмся до ближайшей крепости.

Типичная пятиэтажка в ничем не примечательном спальном квартале. Через дорогу супермаркет, во дворе — детская площадка… всё ровно то же самое, как и везде. И самое странное, что все магазины в округе разграблены до состояния голых стен, а сюда никто не сунулся. Впрочем, в одном месте окна на первом этаже всё же были разбиты. То есть попытки проникнуть в квартиры предпринимались. И от этого идти внутрь хотелось ещё меньше. Ведь что-то спугнуло людей?

Мы вошли в подъезд, который тоже выглядел обычно. Перед дверью набросали самодельных «ежей», навязанных из толстой проволоки. Похоже, даже из электродов. Пробить на таком обувь проще простого, но хорошие ботинки, скорее всего, уберегут от травмы. В самом подъезде обнаружилась растяжка, но её уже обезвредили до нас. Лишь леска валялась на полу и куски перебитой проволоки, с помощью которой крепилась граната. И да, согласен с напарником: её расположение было очень уж очевидным.

А ещё запах. Здесь витали ароматы застарелого разложения. А когда мы открыли дверь квартиры на первом же этаже, я наконец получил ответ на мучивший меня всё это время вопрос. Помещение было завалено трупами, причём в прямом смысле этого слова. Не один и не два, и даже не десять. Кто-то намеренно стягивал сюда тела умерших людей, организовав таким образом братскую могилу. Даже не представляю, какие ароматы витали здесь в первые год-два. Оно и сейчас-то не сахар. И то лишь благодаря тому, что кто-то вынес окна в квартире.

Позади пополам скрючилась Полина, выворачивая желудок на лестничную площадку. Что-то слишком она нежная для этого мира, словно её в теплице выращивали. С другой стороны, не все же успели с головой в дерьмо окунуться? Кому-то повезло попасть в лагерь для эвакуации, который не разорвали в первую же ночь, а вывезли в относительно безопасное место. Таких на своём пути мы тоже встречали. Но ведь её жизнь в крепости под Воронежем тоже была не сахар.

— Фу, — слегка поморщился Стэп. — Как думаешь, есть смысл что-нибудь брать из этого дома? Наверняка здесь даже упакованные продукты провоняли.

— Похоже, что нет, — вздохнул я. — Валим отсюда.

На мгновение я задержался и бросил прощальный взгляд на истлевшие тела. Почерневшая, плоть всё ещё висела кусками на оскаленных, точно таких же, коричневых от разложения черепах. Они таращились на нас пустыми глазницами, будто умоляя упокоить их души, похоронить по-человечески. Чуть дальше по коридору они были сложены штабелями. Но затем тот, кто их таскал, видимо, задолбался окончательно и просто сваливал их как попало. Из-за чего у двери образовалась настоящая мешанина и было непонятно, где заканчивается одно тело и начинается другое.

— Ужас какой, — отплёвываясь, произнесла Полина. — У меня теперь эта картинка перед глазами стоит. Наверняка ещё и сниться будет. Кто мог такое сделать?

— Да кто угодно, — пожал плечами Стэп. — Может, первые добытчики, решившие очистить улицы от трупов. А может, кто-то из выживших. Вот такая братская могила и вышла.

— Интересно, а в соседних подъездах то же самое? — поинтересовался я.

— Скорее всего, — кивнул Стэп. — Но если хочешь, можем проверить.

— А можно я вас в машине подожду? — умоляющим взглядом уставилась на меня Полина.

— Нет, — сухо отрезал я. — Передвигаемся только вместе.

— Да что со мной станется-то⁈ — возмутилась она. — Сейчас же день!

— Базар убей и шевели копытами, — буркнул я и направился к соседнему подъезду.

Но заходить в него я не видел смысла. Окна квартир на этом стояке тоже были разбиты, а изнутри тянуло тленом. А значит, и здесь всё ровно так же. Да, можно было подняться на пятый этаж и покопаться там. Вряд ли тот, кто таскал эти трупы, решился ворочать их по лестнице на самый верх. Я даже сомневаюсь, что на втором этаже мы обнаружим что-то подобное. Но даже при таком раскладе запах гниения пропитал весь дом, включая вещи. Особенно если учесть то, что творилось здесь в первый год.

Нет, лично я не рискну даже пробовать еду, которая пролежала здесь всё это время. Может, оно и не смертельно, но запах… А ведь стоит его только разогреть, и вонь поднимется такая, что ну его на хрен.

— Нет, валим отсюда, — уверенно произнёс я, добравшись до крайнего подъезда. — Поищем что-нибудь в частном секторе. Его, как правило, вычищают в последнюю очередь.

— А почему? — полюбопытствовала Полина. — Я бы вот наоборот с частных домов начала. Там подвалы, наверняка какие-то припасы есть, консервы и всё такое.

— Слишком большая площадь и маленький профит, — объяснил я. — Трудозатраты не окупаются, в общем. Для одиночек типа нас ещё куда ни шло, но если речь о целой крепости, то лучше многоквартирный дом, чем частный посёлок.

— Понятно, — кивнула она.

— Я думаю, что можно где-то здесь на ночлег встать, — добавил Стэп. — Судя по всему, город чист. Здесь даже выродкам ловить особо нечего.

— Можно, — согласился я. — Заодно осмотримся получше. Нужно топливо и хоть какие-то припасы.

— На последнее можно даже не надеяться, — хмыкнул напарник, — всё украдено до нас. А вот каких-нибудь одиночек подловить вполне себе возможно.

— Заводи уже, стратег хре́нов, — произнёс я и бросил приятелю ключ от машины. — До заката почти три часа, успеем ещё аграрий осмотреть. Может, повезёт и найдём немного соляры в технике.

— Ну разве что повезёт, — согласился Стэп и, вставив ключ в скважину на двери, разблокировал центральный замок.

Вскоре мы уже мчались в направлении платной дороги. Как раз когда мы с неё свернули, то проскочили мимо агрокомплекса, и я поставил себе галочку в уме, что его стоит проверить. Здесь же, неподалёку, раскинулся частный сектор, но осматривать его точно не было смысла. Слишком близко к основному въезду. А вот тот, что ближе к противоположной окраине, осмотреть можно. Вряд ли получится отыскать там хоть что-нибудь достойное, но одежда и какие-то бытовые вещи вполне могут остаться. А мне бы сменка не помешала.

К слову, Полина успела заштопать одно пулевое отверстие на штанах, и сделала она это очень неплохо. Не просто стянула ткань, как бы это сделал я, а создала очень прочную заплатку из нитей, хитрым образом пропустив их друг через друга. Я такое повторить не смогу. Может, кто из подружек научил, а может, и сама умела? Как знать, кем она была в прошлой жизни?

— Как ты попала в бордель? — спросил я девушку.

— Тебе правда интересно? — Она даже обернулась, встав на колени на переднем сиденье.

Полина сунула лицо в подлокотник, который имел форму рамки, и прижалась к нему, отчего выглядела, словно мартышка в зоопарке. Я уже даже пожалел, что спросил об этом. А ещё у меня всё больше складывалось ощущение, что ей гораздо меньше лет, чем она назвала. Ну не ведут себя так девушки в двадцать пять. Хотя бывает, наверное, и хуже.

— Нет, не особо, — отмахнулся я и сделал вид, что мне нет до неё никакого дела.

— Придурок, — прошипела она и села нормально, как положено.

Стэп снова усмехнулся, глядя на меня в зеркало заднего вида.

— А я бы послушал, — добавил он. — Расскажи, как ты вообще спаслась?

— Да никак, — охотно заговорила Полина. — В смысле, ничего особенного. Меня родители вытащили. А потом мы попали к военным. Мама у меня врач, так что нас сразу приютили, даже отдельную палатку дали. Правда, в начале двое суток держали на карантине, боялись, что мы можем обратиться и всё такое. А потом уже… Отец добровольцем в отряд ушёл и после первого же боя не вернулся.

Девушка тяжело вздохнула и замолчала.

— Приехали, — оповестил Стэп и свернул к забору агрария. — Да ладно, Поль, не реви, все мы кого-то потеряли.

— Да я понимаю, — ответила она и зашуршала одеждой, видимо, вытирала слёзы. — Ладно, потом дорасскажу.

— Выходим, — скомандовал я.

Мы спрыгнули на землю и вооружились, после чего Стэп заблокировал двери машины. Въезд на территорию был открыт, но внутрь мы заезжать не стали. Если придётся быстро сваливать, то лучше не ограничивать себя в пространстве. Тем более что машина у нас не маленькая, и развернуться на ней не так-то просто. С другой стороны, Стэп управляет ей довольно легко, да и не сказать, что радиус разворота у нашего внедорожника больше, чем у моего «меринка». И тем не менее лучше пусть будет поле для манёвра.

Внутри оказалось пусто. Кто-то даже всю технику отсюда выкатил. Хотя я догадываюсь, кто. Человечеству удалось очистить от выродков немалую территорию в Белоруссии, где сейчас и выращивались основные овощные культуры. Но и у каждой крепости имелся небольшой клочок земли под собственные нужды. Защищать его удавалось не всем, и иногда выродки устраивали диверсии. Но по большому счёту кое-что удавалось вырастить. Ту же картошку и огурцы. Да и изменённые тоже нуждались в обычном питании, а потому старались дождаться урожая, прежде чем уничтожать посадку.

Проще всего землю удавалось защитить тем, кто разрабатывал её в непосредственной близости к крепостным стенам. Чего нельзя было сказать о той, из которой мы сегодня уехали. Там укрепления расположились едва ли не в центре. Но небольшое поле за городом у них всё же имелось.

— Заправку проверь. — Я указал стволом автомата на одинокую колонку.

— Принял, — кивнул Стэп и направился к ней.

Некоторое время он копался там в поисках цистерны с топливом. Она оказалась закопана, как и на стандартной заправочной станции. Откинув крышку, он заглянул внутрь, включив подствольный фонарик.

— Как в памперсе, — отозвался он, и его голос гулко отразился от стен пустой ёмкости. — Чего и следовало ожидать.

— Давай боксы осмотрим, — предложил я и двинулся к зданию с кучей ворот.

Замки были вскрыты, а внутри пусто. Только запах сырости и застарелой смазки, которая впиталась в стены гаража. Мне это нравилось, навевало воспоминания о прошлой жизни. Я даже замер на некоторое время, втягивая ноздрями этот тягучий аромат. Но нет, ничего ценного обнаружить так и не смог. Опустевшие стеллажи, на которых остался лишь бесполезный ржавый хлам, да почерневшие пятна смазки, въевшиеся в бетонный пол.

— Ну чё тут? — заглянул внутрь Стэп. — Ясно, то же самое.

— Ща, — буркнул я и отправился в подсобку, ну или раздевалку, если угодно.

Огромный самодельный стол чуть ли не на всё помещение, со скамьями по обеим сторонам. Столешница обита линолеумом, а в одном месте — оцинкованной жестью. Середина, когда-то протёртая до блеска, теперь покрылась ржавчиной. И я прекрасно знал, чем именно её полировали. Такое покрытие делается только для одного: чтобы громче лупить костяшками домино. Они же здесь и валялись, по большей части на полу. Шкафчики для одежды располагались с обеих сторон от стола, выстроенные вдоль стен. Туда-то я и полез. В первых двух было пусто, во втором висел грязный комбинезон, пропитанный отработкой. А вот на полу шкафчика стояла алюминиевая канистра. Её-то я и искал.

Выудив её из шкафчика, я довольно ощерился, потому как она была тяжёлой. Надеюсь, там именно то, что я думаю. Откинув крышку, я понюхал содержимое и улыбнулся ещё раз. Внутри находилась солярка. Не много, всего литров пятнадцать, но это гораздо лучше, чем ничего. На всякий случай я осмотрел все шкафчики, но на этом ценные находки себя исчерпали.

— Живём! — Я продемонстрировал находку.

— Вот ты жук, — усмехнулся Стэп. — У тебя прям чуйка какая-то на всякие ништяки.

— Ладно, думаю, больше здесь ловить нечего. Валим в частный сектор, попробуем отыскать там что-нибудь пожрать.

Мы вернулись к машине, где я раскрыл атлас и принялся изучать местность. Да, карты в нём были очень старыми, но многое в них всё ещё отражало действительность. Тем более зная людей и то, как работают бюрократы, уверен: старые дома, скорее всего, остались на прежних местах. Да, возможно, многие из них перестроены, а то и вообще возведены заново, но сам сектор точно никуда не исчез.

— Вот в этот район двинем. — Я ткнул пальцем в страницу.

— А почему не в этот? — спросила Полина, закономерно указав на ближайший к нам.

— Потому что я так сказал, — не стал вдаваться в объяснения я.

— Этот слишком близко к дороге, а значит, его обыскали в первую очередь, — всё же ответил ей Стэп.

— Спасибо, — поблагодарила его Полина, бросив в мою сторону косой взгляд с эдаким неприкрытым упрёком.

Я никак на него не отреагировал и забрался в салон, на заднее сиденье. Стэп прыгнул за руль, запустил двигатель, и вскоре мы уже мчались по улицам города в обратном от выезда направлении. Место, на которое я указал, расположилось чуть дальше от основной городской застройки и практически всё состояло из частных домов. Мало того, по своим размерам оно ничуть не уступало основной части Павловска, а значит, шанс нарваться там на что-то полезное вырастал в разы. Ну и непосредственная близость к реке тоже сыграла свою роль.

Если есть река, значит, там обязан располагаться порт. Хоть какой-то, даже самый нищенский, но он есть. А значит, там будет и топливо. Вывезти его полностью из таких мест попросту невозможно. Не хватит транспорта, чтобы всё это забрать, как и резервуаров для хранения. Да и в баках судов его частенько остаётся немало. Ну и порыбачить по зорьке мы точно ещё успеваем.

— Левее держись, — посоветовал приятелю я. — Там набережная будет.

— Ого, да мы сегодня, похоже, как графья будем ночевать, — усмехнулся Стэп. — С видом на речку и все дела?

— А почему нет? — Я пожал плечами. — Можем себе позволить.

— Мне вон тот дом нравится. — Полина указала да двухэтажный особняк.

— Нет, ищем что-нибудь неприметное, — отрезал я. — Лишнее внимание нам ни к чему.

— Согласен, — добавил напарник и кивнул на обычный домик. — А этот тебе как?

— Давай дальше проедем.

Но чем дальше мы ехали, тем круче становились особняки. Затем дорога ещё раз вильнула влево, и на глаза стали попадаться строения попроще. А когда показались лодочные причалы, глаз как раз зацепился за вполне подходящий вариант.

— Тормози! — скомандовал, я и Стэп ударил в педаль.

— А поаккуратнее никак? — возмутился я, едва успев сгруппироваться, чтобы не слететь с дивана.

— Я думал, случилось чего, — буркнул напарник.

— Случилось, блин, бабка облучилась, — огрызнулся я, а Полина хрюкнула от смеха. Похоже, ей понравилась эта фразочка.

Мы выбрались из машины и направились к выбранному мной дому. Раньше он наверняка выглядел более презентабельным, но сейчас всё вокруг заросло сорняком и мелким кустарником. А после зимы всё это ещё валялось, образуя чёрную, непролазную кучу. Только обезьян на лианах не хватало. Но именно это нам подходило лучше всего.

— Стоять! — рявкнул на девушку я. — Куда прёшь? А вдруг там капкан установили или растяжку?

— Ой, я не подумала, — смутилась она.

— В том и проблема, — хмуро ответил я. — К тому же зачем оставлять подсказки и лезть напролом? Степ, глянь, что там слева, а я правый двор осмотрю. Ты здесь стой и не двигайся. Увидишь кого-нибудь — ори. Поняла?

— Угу, — кивнула девушка, а мы со Стэпом отправились осматривать прилегающие территории.

Первым делом — с фасада, чтобы прикинуть, как лучше проникнуть внутрь. Окно одного из домов было разбито, и я первым делом подошёл к нему и заглянул внутрь. Там всё было перевёрнуто вверх дном. Тот, кто обыскивал это место, особо не заморачивался. Но нам по большому счёту плевать. Всего-то и нужно что-то под крышей и желательно — без кучи дерьма в углу. Ну или разложившегося трупа.

Под ногами оказалось чисто, как и в оконном проёме. Я, без зазрения совести забрался внутрь и снова осмотрелся. Всюду грязь, особенно на полу у разбитого окна. Сюда заливал дождь и заметало снегом, да и листья ветром закидывало, отчего под ногами образовалось бурое пятно. Мельком осмотрев дом, я убедился, что ловить здесь нечего, и выбрался на задний двор. Прошёлся до забора, через который перемахнул в соседний сад.

Снова осмотрелся и дождался Стэпа. А когда он присоединился ко мне, мы вместе направились к дому, чтобы обыскать в нём каждый угол. И вовсе не на предмет ништяков. Выродки тоже любят прятаться в частном секторе, и как-то не очень хочется оказаться с ними в одном помещении ночью.

Судя по виду, здесь никого не было, но лучше перебдеть. Этот дом тоже подвергся обыску, и так же, как и предыдущий, хранил внутри следы бардака и хаоса. Но нас это не волновало.

Отыскав подвал и проверив его на отсутствие изменённых, я наконец дал добро на организацию ночлега. Стэп сразу засуетился, разгребая помещение от старого тряпья. Я же отправился к окну, что выходило на улицу, чтобы объяснить Полине, как следует пробраться внутрь, чтобы не оставить очевидного следа. Тем более что здесь я собирался провести как минимум пару дней.

Этот район точно стоит осмотреть повнимательней. Что-то мне подсказывает: здесь ещё много чего можно найти. Ну и ночь, естественно покажет, есть ли в городе ещё кто-то кроме нас. Всё-таки мы неслабо потратились в крепости, и теперь следовало пополнить казну. А лучший для этого способ — чёрное сердце. Желательно — два или три. И вот их-то я и надеялся добыть.

Глава 5

Охота

Обыскав как следует дом, мы оставили на хозяйстве Полину и отправились получать удовольствие. Тем более что в гараже нашлось всё для этого необходимое. Вначале я хотел взять удочку с поплавком, но Стэп отговорил, вручив мне спиннинг. И аргументы, что я не умею с ним обращаться, его мало интересовали.

— Не можешь — научим, не хочешь — заставим, — армейской фразой ответил он и сунул в мою руку удило. — Сейчас у хищника самый жор, так что не ссы.

— Ага, — хмыкнул я. — А через полтора часа у нашего хищника жор начнётся. Так бы хоть карасей каких натаскали.

— Ну их, — отмахнулся напарник. — Только костями плеваться. О, смотри, чё нашёл!

Я обернулся к приятелю и улыбнулся. В углу, под стеллажом, стоял целый куль собачьего корма. Даже не распечатанный.

— Помнишь, как мы прошлой весной его жрали? — с ухмылкой добавил Стэп. — Мне больше всего зелёные шарики нравились.

— Предлагаешь в багажник закинуть?

— Да хрен его знает, — пожал плечами он. — Сейчас мы вроде не нуждаемся. Но время нестабильное, как знать, что нас зимой ждать будет.

— Ладно, хватай. В хозяйстве и бычий хрен — верёвка, — согласился я.

— Вот то-то и оно, — кивнул Стэп и протянул мне свой спиннинг. — Подержи-ка.

На улицу выбрались тем же путём. Перемахнули через соседский забор, а затем второй, и только после этого свернули к выходу. И даже так не стали использовать калитку, а прошли через дом и воспользовались окном. Затем доскоблили до машины, которую тоже отогнали в соседний проезд, чтобы она не привлекала внимания, и наконец избавились от дополнительной ноши.

Место для рыбалки особо не выбирали. Просто вылезли на лодочную стоянку, оборудованную пирсами. Один из них вывернуло во время ледохода, но тот, что располагался по центру, всё ещё был цел. Это позволило нам рыбачить сразу на глубине, хотя я, честно говоря, сомневался в нашей затее. Но с другой стороны, мы пришли сюда просто за удовольствием.

— Ну и? — Я вопросительно уставился на приятеля. — Показывай, что делать нужно.

— Слушай, ну неужели ты ни разу в жизни на спиннинг не ловил?

— Нет, — покачал головой я. — Всегда предпочитал лодку и поплавок. В крайнем случае — сети или бредень.

— Смотри, — тут же приосанился Стэп, ощущая собственную важность. — Закидываешь вот так… — Он умело забросил воблер на несколько метров и продолжил обучение: — Теперь смотришь на кончик. Когда воблер упадёт на дно, ты увидишь, как он дрогнет, и начинай играть.

— В смысле — играть?

— Ща покажу, — ухмыльнулся Стэп.

Когда у него дрогнул кончик, я так и не понял. Но, видимо, это случилось, потому как приятель принялся подкручивать катушку. При том делал это совсем не так, как я ожидал. В моём понимании ловля на спиннинг выглядела тупо: забросил — вытянул, забросил — вытянул. Но на деле здесь имелась целая система. Стэп периодически подтягивал воблер, а затем отпускал. Выжидал пару секунд и снова делал несколько оборотов катушкой. Иногда подправлял траекторию, поводя удилищем то вправо, то влево. Как я понял, таким образом он имитировал поведение рыбки, которая якобы находилась на другом конце лески.

— Ща, — кивнул я и, нелепо размахнувшись, зашвырнул воблер чёрт-те куда.

Стэп хрюкнул, но комментировать не стал. Как я ни смотрел на кончик своего спиннинга, так и не смог поймать тот момент, когда приманка коснулась дна. А потому просто выждал какое-то время для порядка и принялся подкручивать катушку. Вытянул небольшой пучок травы, снял его с крючка и снова забросил воблер в реку. Так продолжалось минут десять, пока у Стэпа не началась поклёвка.

— Во, во! — засуетился он. — Попалась!

Про науку он тут же забыл. В том смысле, что никаких объяснений по его дальнейшим действиям не было. Некоторое время он плавно подтягивал добычу, а затем резко рванул удочкой и заработал катушкой в полную силу. Удилище изогнулось, кончик водило туда-сюда, но добыча крепко закусила приманку, и вскоре уже трепыхалась над поверхностью.

Стэпу попалась щука. Небольшая, максимум грамм на пятьсот, но он был доволен как слон. Наверняка и сфоткался бы с ней пару раз, будь у него такая возможность. Рыба отправилась в ведро, а приятель получив дозу адреналина, вошёл в азарт. С горящими глазами он продолжил закидывать спиннинг, напрочь забыв обо мне.

Впрочем, я пока не нуждался в дополнительных советах и тоже методично метал воблер в воду. Однако кроме травы или пустоты ничего не вытягивал. Солнце уже близилось к горизонту и собиралось завалиться за него, когда у Стэпа вновь ударила поклёвка. Очередная щука отправилась в ведро, а рожа приятеля выглядела как у кота, который нализался сметаны.

— Вот, учись, пока я жив, — добавил он и снова забросил воблер. — Ща ещё пару таких — и, считай, ужин готов. Ухи замутим.

— Какой ухи? — хмыкнул я. — У нас кроме рыбы больше ничего нет.

— Значит, в углях запечём, — пожал плечами он. — Или закоптим.

Я в очередной раз забросил спиннинг и наконец-то впервые смог улучить момент, когда воблер коснулся дна. Движение кончика было настолько слабым, что я больше почувствовал, как ослабло удилище, чем заметил необходимое движение. И принялся подтягивать приманку. Подкрутил катушку, замер, ещё раз подкрутил, двинул спиннингом влево и убрал слабину лески. Снова немного выждал, но как только начал подкручивать, дело пошло очень туго. Видимо, я за что-то зацепился. Я даже спиннинг слегка потянул, чтобы освободиться от зацепа. Удилище изогнулось, но вроде подалось, и я снова принялся наматывать леску на катушку. Так продолжалось до тех пор, пока леска не подобралась к пирсу, а затем случился такой удар, что я едва спиннинг не бросил.

Стэп мгновенно переключил внимание на меня.

— Подсекай! — заорал он. — Давай, тащи его, падлу!

— Тащить или подсекать⁈ — так же, пребывая в азарте, уточнил я.

— Да тяни ты уже!

— Да я тяну!

А в этот момент спиннинг изогнуло так, что он того и гляди сломается. Я испугался и слегка сбавил напор, позволяя добыче расслабиться. Всё это я проделывал интуитивно, не задумываясь. Будто руки и без меня понимали, как нужно на самом деле.

Почуяв поблажку, рыба перестала биться, и я снова взялся за катушку. На этот раз я опустил спиннинг практически к самой воде и продолжил тащить добычу, которая упорно не желала покидать свою среду обитания. Стэп даже своё удилище бросил. Всё его внимание было приковано ко мне, будто это он поймал крупного хищника. А в том, что на том конце сидит что-то серьёзное, я не сомневался. Слишком уже тяжело его было тащить.

И снова, как только мне удалось подвести рыбу к пирсу, она забилась, пытаясь сорваться, но да где там, я был к этому уже готов. А так как спиннинг находился у самой воды, оставалось лишь поднять его, чтобы вытянуть добычу. И когда я это сделал, Стэп изобразил эдакий танец вприсядку, прихлопнув в ладоши и по бёдрам. Объяснять, кто угодил ко мне на крючок, не требовалось. Хоть судаков в своей жизни я никогда и не ловил, но уж точно пробовал, и не раз. А мне попался настоящий крокодил. Судя по виду, килограмма на три, не меньше.

— Ну чё, — поморщился Стэп, с кислой рожей заглянув в ведро. — Новичкам везёт.

— Просто ловить надо уметь, — отпустил я шпильку в адрес приятеля.

— Ой, повыделывайся тут ещё, — фыркнул он. — Да если бы не я, так бы и сидел сейчас со своим поплавком, мальков тяга́я. Ну чё, хорош на сегодня?

— Да щас, ага, — ухмыльнулся я, пытаясь высвободить воблер. — Только самый клёв пошёл.

— Ну как скажешь, — хмыкнул приятель и поднял свой спиннинг.

Однако все последующие забросы улова не принесли. Спустя пятнадцать минут азарт уже сошёл на нет, а солнце практически наполовину скрылось за горизонтом. Ещё минут пять, и на город опустится ночь, а значит, нам действительно пора сматывать удочки, притом обоих смыслах.

Судак даже в ведро умещаться не желал. А потому мы приняли вполне уместное решение выпотрошить рыбу прямо на месте, а заодно и почистить. Чем и занялись. Времени это заняло немного, зато теперь вся добыча разместилась в ведре, и в доме грязь разводить не придётся. Зачерпнув воды из реки, я даже смыл с пирса чешую и потроха, чтоб оно не воняло и не привлекало лишнего внимания. Обратно в дом возвращались, подсвечивая себе под ноги фонариком.

Полину мы застали спящей. Но когда Стэп грохнул ведром, она распахнула глаза и уставилась на нас мутным взглядом.

— А, это вы, — протянула она и снова опустила голову на подушку. — Ну, как порыбачили?

— Смотри, какого крокодила поймали! — тут же подхватил ведро Стэп и едва не сунул его под нос девушке.

— Ага, — хмыкнул я, — поймали. Я поймал, а кто-то мелочь всякую таскал.

— Ой, можно подумать… — Приятель скорчил рожу. — Но вообще да, Брак поймал.

— И чё мне с ней делать? — Полина тупо уставилась на улов.

— Приготовить, — ответил я. — Насчёт щук не знаю, я бы их вообще выбросил, а судака на стейки порезать и на сковородку.

— Я не умею, — тут де включила заднюю Полина. — Никогда рыбу сама не жарила.

— Разберёмся, — буркнул Стэп, скидывая с себя куртку. — Распрягай баллон, ща всё будет.

С домом нам повезло. Кухонная утварь оказалась нетронутой. Нет, она тоже вся валялась на полу, но хотя бы присутствовала. Из квартир сейчас даже кастрюли все вынесли. Ну или они были в таком состоянии, что их даже в руки брать не хотелось. Ведь бо́льшая часть посуды на момент апокалипсиса была с едой. А щи, простоявшие в тепле более двух лет под закрытой крышкой, представляют из себя то ещё бактериологическое оружие. Холодильники так и вообще лучше не трогать. Герметично закрытые дверцы делают своё и сохраняют внутри такие ароматы, что даже квартира с трупами, обнаруженная нами сегодня, нервно курит в уголке.

Стэп подыскал сковородку нужных размеров и установил её на походную плиту. С газом пока особых сложностей не возникало. На заправках его полно, да и периодически на рынки привозят, прямо в баллонах. Поговаривают, что откуда-то из Рязанской области. Вроде как там имеется некое подземное хранилище, где этого газа ещё лет на сто вперёд сныкано. Понятия не имею, как это работает, но факт налицо: походная плита всегда при нас, и трудностей с заправкой небольшого баллона не возникает.

Разогрев сковороду, приятель принялся возить по горячей поверхности куском сала. Порезав судака на крупные стейки, он прямо рукой натирал их солью и перцем, а затем бросал на сковороду. Дом наполнился такими ароматами, что у меня непроизвольно потекли слюни. Даже Полина, которая до недавнего момента лениво валялась на продавленном диване, теперь подскочила и принялась заглядывать в сковородку из-за плеча Стэпа. А тот знай себе отгонял её, как назойливую муху, продолжая заниматься готовкой.

За окном опустилась ночь, но никаких сторонних звуков пока не было слышно. Природа ещё окончательно не проснулась. Несмотря на то, что днём уже вовсю летали разные насекомые, по ночам температура могла легко опуститься ниже ноля. В доме уже заметно похолодало. К сожалению, печи здесь не было, лишь современный настенный газовый котёл, который, к сожалению, не получится запитать от нашего скромного баллона. Ну это ничего, закутаемся в спальные мешки — не замёрзнем. Да и не стоит ночью разводить огонь. Впрочем, запах жареной рыбы наверняка демаскирует нас покруче любого дыма.

— Кушать подано, садитесь жрать, пожалуйста, — изображая кавказский акцент, произнёс Стэп.

У него получилось очень натурально сымитировать фразу из старого советского кино.

— Да в тебе прямо актёр умер, — усмехнулся я.

— Чё сразу умер-то? Он у меня живее всех живых. Ладно, налетай, пока горячее. Это же с ума сойти какой деликатес. Он ещё полчаса назад на леске трепыхался.

Дом погрузился в тишину. Хотя не совсем. Его заполняло наше дружное чавканье. Стэп, не стесняясь, сплюнул кости прямо на пол, заставив Полину поморщиться.

— Вообще-то, я здесь подметала! — прожевав, возмутилась она.

— Что-то незаметно, — ощерился приятель и снова сплюнул в сторону кость.

— Придурок, — выдохнула девушка, но на этом всё и закончилось.

Когда судак подошёл к концу, мы перекинулись на щуку. Но костей у этих мелких тварей было столько, что я даже кусок не осилил. Отодвинул от себя тарелку с объедками и направился в одну из спален.

— Ты куда это? — поинтересовался Стэп.

— Дрыхнуть, — ответил я. — Чего и тебе советую. Завтра обыщем посёлок и прикинем, откуда можно за городом понаблюдать.

— То есть мы здесь не на одну ночь? — удивлённо уставился на меня он.

— Нет. Ещё на одну точно здесь зависнем, а дальше — по обстоятельствам.

— Дежурство будем распределять?

— Ну ты сам-то как думаешь? Толкнёшь тогда после полуночи.

— Угу, — кивнул приятель и, вытянув изо рта очередную кость, положил её на тарелку.

Я прошёл в спальню и в чём был, в том и завалился на кровать. Потянул на себя влажное одеяло и, уже проваливаясь в сон, услышал шаркающие звуки. Похоже, Стэп решил замести свои плевки. Это меня улыбнуло, а дальше навалилась темнота.

* * *

Проснулся я оттого, что кто-то сопел мне в лицо. И я этому немало удивился. Ведь я точно помню, что засыпал один и никого к себе в постель не приглашал.

Приоткрыв глаз, я ничего не увидел. Вокруг была непроглядная темнота. Лишь из-под двери пробивался слабый трепещущий свет, видимо, от пламени свечи. Стэп как всегда в своём репертуаре. Наверняка сидит скрючившись, пытаясь читать в полумраке. Когда-нибудь он себе точно глаза сломает.

Я поднёс к лицу часы и убедился, что до моей смены ещё полтора часа. Светящиеся фосфоресцирующие стрелки было прекрасно видно в темноте. Я повернулся на другой бок, и на меня тут же легла рука.

Я уже понял, кто пристроился ко мне под бочок, и завтра обязательно выскажу ей на эту тему. Мы не семья и даже не пара, так что нечего ко мне под одеяло лезть, когда не просят. Может, и зря я решил здесь остаться? Надо было вначале балласт сбросить, а потом уже свои дела решать. Но хотелось убить сразу двух зайцев и заявиться в крепость с товаром.

— Пс-с, — послышалось от двери, и я моментально подорвался.

Просто так Стэп меня будить не станет, тем более таким образом. Да, наш сон тоже претерпел изменения. Вначале нам приходилось пинать друг друга в случае возникновения непредвиденных ситуаций. Но в последний год никто из нас ни разу не смог подобраться к спящему товарищу, чтобы хотя бы просто потрепать его за плечо. И вот такого тихого «пс-с» уже более чем достаточно, чтобы я или Стэп подорвались с кровати. Даже странно, почему я не отреагировал на появление Полины. Возможно потому, что в этот момент моей жизни ничто не угрожало. А сейчас, судя по всему, проснулся я вовсе не от того, что она дышала мне в лицо. Видимо, где-то на уровне подсознания я уже почувствовал приближение чего-то нехорошего.

Девушка тоже проснулась, в первую очередь из-за моего резкого движения. Она таращилась в темноту, силясь понять, что вообще происходит.

— Лежи тихо, — едва слышно, буквально одними губами прошептал я. — Чтоб ни звука, поняла?

Её тёмный силуэт едва заметно кивнул, и я, аккуратно ступая, двинулся к двери. Ещё вчера, перед тем как отправиться на рыбалку, я смазал все петли, чтоб они не скрипели. Створка отошла бесшумно, и я нос к носу столкнулся с приятелем, который ожидал моего появления.

— Что там? — прошипел я.

— Кажется, трое, — ответил Стэп. — Может, запах почуяли, не знаю. Трутся под окнами.

— Так это же хорошо, — оскалился я.

И в этот момент скрипнула входная калитка. Вот её я как раз не трогал, чтобы было слышно незваных гостей. Да и ходить через неё мы не собирались. А трое гостей, видимо, действительно учуяли запах еды. Других объяснений, зачем они сюда полезли, у меня нет. И это целиком и полностью наша ошибка. Будь их больше чем трое, нам бы пришлось несладко. Да и сейчас повозиться придётся. Всё-таки физически эти твари сильнее любого человека. Ну и скорости им не занимать.

Я с топором в руках занял позицию у двери. Степ уселся напротив, скрывшись за табуретом, который до кучи использовал в качестве упора под дробовик. Как минимум двоих мы с ним точно вшатаем. А с оставшимся уж как-нибудь разберёмся.

На всякий случай я присел, чтобы меня не зацепило шальной картечью. Нет, шанс подобного всё равно не равнялся нулю, но так я его всё же минимизировал. Плюс вошедший прикроет меня створкой. Так что глядишь — и вовсе не зацепит.

Некоторое время ничего не происходило. Потом кто-то подёргал дверную ручку. Но замок мы замкнули, чтобы не облегчать задачу упырям. Понятно, что при желании войти дверь их не сдержит, но тогда придётся шуметь, ну и какие-то секунды на подготовку у нас всё равно будут.

Однако вламываться к нам не стали. С улицы донеслось какое-то невнятное бормотание, а затем в одном из окон появился тёмный силуэт, прильнувший к стеклу. Уж не знаю, увидели они нас или решили проверить дом на всякий случай.

Окно брызнуло осколками, и внутрь нырнул первый гость. Не ввалился, а именно влетел, сжавшись в клубок. Абсолютно свободно, даже не коснувшись рамы с торчащими из неё острыми, словно шипы, фрагментами.

Изменённый распрямился, словно сжатая пружина, и приземлился на ноги, ни на мгновение не утратив равновесия. Впрочем, эти выродки были способны и не на такое. Поэтому по ночам мы предпочитали лишь выслеживать их гнёзда, а убивали исключительно днём. Но сейчас не до капризов.

«Дух, дух, дух», — трижды грохнул дробовик. Выстрелы в ночной тишине, да ещё и в замкнутом пространстве, прозвучали особенно громко. Уши хоть и заложило, но не так, как если бы Стэп палил из АК. Там реально даже контузию словить, так как пули покидают ствол со скоростью, превышающей звуковой барьер.

Тело выродка скрючилось у окна. Я прекрасно видел его силуэт и не стал дожидаться, когда он придёт в себя, тем более что патроны мы использовали обычные, начинённые свинцом. Серебром если и палили, то только в крайнем случае, только когда нас не интересовало чёрное сердце.

Я подскочил к ублюдку и с хекающим выдохом опустил топор на его шею. Да, хорошим инструментом я тоже обзавёлся. Башка выродка с грохотом рухнула на пол и закатилась под стол, а его тело окончательно обмякло. Этот готов, осталось ещё двое.

Вот только в дом они заходить не спешили. Вместо этого ударили по нам из всех стволов. Я едва успел на пол нырнуть.

Грохот выстрелов наверняка было слышно на всю округу. Зазвенели стёкла, осыпаясь мне на спину градом осколков. Из соседней комнаты донёсся визг Полины. Дверь в спальню я не закрывал, чтобы видеть, что там происходит. Ведь никто не мешал противнику обойти дом и попытаться забраться к нам с противоположной стороны. Другой разговор, что и к этому мы были готовы. Я увидел, как девушка тенью соскользнула с кровати и нырнула под неё. Вот сейчас умница, сейчас — молодец.

Что-то бряцнуло об пол, и я, ни говоря ни слова, рванул в спальню. Стэп точно так же прыгнул вслед за мной. Похоже, что напали на нас не самые опытные бойцы, потому как времени, чтобы спрятаться, у нас оказалось с запасом. А затем раздался взрыв. Осколки со свистом разлетелись во все стороны и это было последнее, что я слышал. Уши заложило, изображение перед глазами поплыло. Но явление это временное.

И снова, не сговариваясь, мы со Стэпом, синхронно закинули в рот по небольшому кусочку чёрного сердца. Я погонял его во рту, смачивая слюной, и надавил коренными зубами. Щеку тут же защипало, а в голове забушевал огонь. Буквально в ту же секунду звон в ушах отступил, а взгляд сфокусировался.

Со стороны кухни послышался хруст. Сам момент проникновения остался за кадром, так как мы ещё ничего не слышали, но вот шаги уже распознавались отчётливо. Битое стекло, которым усеяло пол, прекрасно в этом помогало.

Я снова сместился к дверному проёму и поднял топор. Стэп забрался под кровать к Полине. Девушка молчала. Может, вырубилась после взрыва, а может, сама догадалась не скулить.

«Дух, дух», — снова отработал дробовик, и из прихожей донёсся звук падающего тела.

— В кочан! — прокомментировал Стэп, давая мне понять, что дёргаться смысла пока нет.

Снова хруст стекла, а затем тишина. А через несколько секунд снаружи взревел автомобильный двигатель. Кажется, третий противник решил ретироваться. Под кроватью тут же вспыхнул свет от подствольного фонаря. Я тоже вдавил клавишу на своём, карманном. Некоторое время стоял зажмурившись. Глаза сразу резануло от резкой смены освещения.

— Как она? — спросил я.

— Контузило, но жить будет. Осколками не посекло.

— Принял, — кивнул я и бросился к своим вещам. — Дай ей сердце, валить надо.

— Уже, — ответил Стэп, выбравшись из-под кровати.

— Рюкзак мой возьми? — бросил Полине я, когда её голова вынырнула из укрытия.

— Какой? — Она удивлённо уставилась на меня.

— Золотой, ёпт, по краям серебряный, — зло огрызнулся я.

— Чё, вскрывать будем? — спросил Стэп, склонившись над ближайшим телом.

— Ну ясен пень, — отозвался я. — Ты этого, я — того, что у окна остался. И шевелись, они сейчас сюда всем составом явятся.

— Ой, иди уже, командир, хре́нов, — отмахнулся приятель и занёс свой топор над грудью выродка.

Он ему даже остаток башки отделять не стал. Всё равно сердце покинет его грудь быстрее, чем он успеет отрастить её заново.

Я бросился ко второму телу и тоже взялся за вскрытие. От него воняло дерьмом и тухлятиной. Первый заряд картечи пришёлся выродку в брюхо, и содержимое его кишок всё это время вытекало наружу. Да и вообще, запахи в доме витали не самые благородные. Кровь, дерьмо да сгоревший порох.

В отличие от Стэпа, мне пришлось повозиться. Труп изменённого принял на себя приличную порцию осколков, о которые постоянно цеплялся топор. Теперь придётся его править, наверняка нахватаю зазубрин.

Полина выбралась из спальни и, зажав рот рукой, брезгливо перешагнула ноги покойника, которого вовсю дербанил Стэп. Она так и замерла посреди прихожей, не понимая, что делать дальше.

— Ну чего встала? — рявкнул я. — Простыню пополам порви, часть Стэпу, часть — мне.

— Ага, — кивнула девушка и снова скрылась в спальне.

Движение — лучшее средство в такой ситуации. Пока ты чем-то занят, мозг отвлекается от страшной картины. А выглядим мы с приятелем действительно жутко, учитывая, что нас ещё и фонари с пола подсвечивают. Но мы-то с ним к таким вещам привычные, а вот Полине это наверняка кажется чем-то из ряда вон. Но ничего, справляется вроде.

— На. — Она протянула мне половину простыни и снова зажала рот рукой, видимо, чтобы не блевануть.

— Вещи наши у выхода собери, — отдал я следующее распоряжение, попутно извлекая из груди изменённого сердце.

И это, похоже, стало последней каплей. Полина согнулась пополам, выблёвывая на пол наивкуснейшего судака. Мне даже как-то обидно стало.

Где-то вдалеке снова раздался рёв двигателя, и похоже, не одного. А значит, у нас остались считаные минуты, чтобы покинуть опасное место. Запах крови их отвлечёт, но ненадолго. Так-то мы тоже в ней знатно извалялись. Как пить дать — найдут. Впрочем, и хрен с ними, нам бы успеть к тому моменту устроиться поудобнее, чтобы встретить их во всеоружии. Сомневаюсь что их здесь много. Скорее всего, какая-то залётная бригада, максимум — на двух-трёх машинах. Двоих уже убрали, и если их там даже по четверо на каждую тачку, то при хорошем раскладе мы их ухлопаем за пару минут.

— Готов! — оповестил меня Стэп.

Я затянул последний узел на простыне и поднялся с пола.

— Хорош рыгать! — толкнул я девушку. — Валим отсюда, пока подкрепление не подошло. Вещи наши где⁈

— Да, щас, — заметалась она, но наши рюкзаки подхватила.

А раз взялась, значит, пусть тащит. Я лишь запихал в свой оба сердца. Подхватил автомат, натянул на себя разгрузку и шагнул к двери. Стэп уже ожидал меня там. Вот что значит — слаженная команда. А за время нашего странствия мы с ним именно такими и стали.

Глава 6

Загон дичи

Мы выскочили из дома, и на этот раз не стесняясь, прямо через основную калитку. Сейчас бегать по дворам — только терять в скорости. Домчались до перекрёстка и сразу свернули вправо, чтобы углубиться в частный сектор. Так проще затеряться среди кучи дворов и небольших домиков. Справа, почти сразу за поворотом расположилась школа-интернат, во двор которой мы загнали машину. Но туда нам не надо. Звук мотора разносится далеко, особенно дизельного. Да и свет фар быстро выдаст наше местоположение, а рулить ночью на ощупь — такое себе удовольствие. Уж лучше пешком.

Мы миновали ещё один перекрёсток, а вскоре увидели слева ещё одно административное здание. Мазнув взглядом по вывеске, я успел ухватить очередное слово «Интернат». Да и то лишь благодаря тому, что на буквах осталась золотистая краска, которая тускло блестела в бледном свете луны.

В конце улицы нам пришлось остановиться. Мы выбрались к храму, миновать который можно было с обеих сторон. Но замерли мы здесь вовсе не из-за сложности выбора. Полина обо что-то споткнулась и растянулась на асфальте с характерным шлепком. Стэп не удержался и хрюкнул от смеха, отчего девушка ещё больше расстроилась. Того и гляди расплачется от обиды.

— Я больше не могу, — простонала она.

— Давай, — коротко бросил я напарнику, предварительно осмотревшись.

Стэп кивнул и стянул с плеча Полины свой рюкзак. Я поступил аналогичным образом, и мы занялись приготовлением ловушки для преследователей, которые должны были появиться с минуты на минуту. В том, что они точно встанут на наш след, я не сомневался.

Сунув руку в рюкзак, я выудил из него гранату, щедро усыпанную серебряной картечью. На её создание я потратил не один час, кропотливо приклеивая серебряные бусины к корпусу на суперклей и соду. Материал получился достаточно прочный, чтобы удержать картечь, и в то же время очень хрупкий, что позволит ей разлететься от взрыва россыпью, а не сплошным куском. Плюс я переделал запал, чтобы он сработал в то же мгновение, как с гранаты слетит предохранительная скоба.

— Как думаешь, сколько их? — спросил Стэп, цепляя к кольцу гранаты верёвку, которая была прочно привязана к куртке.

Он разогнул усики и практически вытянул чеку, оставив её в таком положении, чтобы она покинула отверстия от малейшего касания. Затем аккуратно положил её на землю и прикрыл курткой.

— Пять или девять, — пожал плечами я. — Надеюсь, девять.

— Даже не верю, что эта хрень снова сработала, — ощерился он. — Как детей, вот ей-богу.

— Вы о чём? — переводя удивлённый взгляд с одного на другого, спросила Полина. — Хотите сказать, что вы сделали это специально?

— Ну, всё легче, чем по городу в поисках гнезда мотаться, — с ехидной ухмылкой ответил Стэп и снова сунул руку в рюкзак.

Теперь он извлёк из него пакет с донорской кровью, которая была щедро разбавлена антикоагулянтом, чтобы не сворачивалась. Погода стояла достаточно холодная, чтобы она не испортилась. Да даже если слегка и подтухла, так запах только ярче станет.

Аккуратно вспоров пакет ножом, напарник вылил содержимое на куртку. Я уже стоял над ним с бутылкой, поверх которой был накручен распылитель. Внутри находилась перекись водорода. Лучшее средство, чтобы избавиться от пятен крови на одежде. Не в том смысле, чтобы её очистить, а чтобы разрушить, убить запах.

Попшикав на крупные кровавые пятна на одежде напарника, я передал ему бутылку, и он произвёл те же манипуляции со мной. Вот теперь мы окончательно были готовы к встрече.

Мы миновали церковь и вышли просто в идеальное место для засады. Слева ветеринарная клиника, справа — автомойка.

— Я там сяду, — указал на клинику я. — Ты на мойку дуй. Если их будет больше четырёх, я лишних серебром выкошу. Они, скорее всего, к тебе ломанутся, там спрятаться проще.

— Да в курсе я, работаем, — бросил Стэп и скрылся в одном из боксов автомойки.

Я схватил за руку Полину и потянул за собой. В здание соваться не стали, это может стать фатальной ошибкой. Во-первых, сильно понизит обзор, а во-вторых, граната быстро превратит укрепление в смертельную ловушку. Да и кустарник перед зданием разросся достаточно, чтобы скрыть нас с прямой видимости.

Некоторое время ничего не происходило. Я как раз успел подготовиться. Положил под руку магазин с обычными пулями. В оружии уже стоял тот, что заряжен серебром. Рисковать понапрасну я не собирался, и если придется, положу всех. Но я всё же надеялся, что нам удастся добыть ещё пару сердец, чтобы поправить своё финансовое положение. Нет, мы не нуждались, но лишним оно тоже не будет. Что-то мы сильно поиздержались за последние пару суток, а в заначку лезть не хочется. Пусть лежит на чёрный день.

— Как ты вообще мог спать, если знал, что они придут? — зашипела Полина, которую знатно трясло от всего этого дерьма.

— Пасть закрой, — шикнул на девушку я.

— Да ты достал уже…

Договорить я ей не дал. Схватил за горло так, что она захрипела, и прошипел сквозь зубы в самое лицо:

— Ещё один звук — и я тебе глотку перережу, уяснила?

Девушка быстро закивала, и я разжал хватку, вновь обратив всё внимание на дорогу, что шла со стороны храма. И в этот момент прогремел взрыв, вслед за которым, округу озарил крик, полный боли и отчаяния. Надеюсь, граната накрыла не одного выродка. В любом случае сейчас мы это узнаем.

Выродки не заставили себя долго ждать. Из-за храма вышла целая группа, аж шесть особей. Двигались грамотно, прикрывая друг друга, по обеим сторонам улицы. Видимо, до них всё-таки начало доходить, что они нарвались не на простых бродяг. Похоже, наш сюрприз унёс три жизни, что очень неплохо. Но шестерых без последствий, обычными пулями, нам не убрать. В идеале оставить хотя бы троих, но это уже как получится.

Я взял на прицел головного бойца, что вёл группу по правой стороне улицы, и плавно потянул спуск. Короткая очередь легла ублюдку прямо в голову. Расстояние плёвое, всего метров десять, так что промазать я не боялся. Я даже не стал смотреть на то, как заваливается его труп, и сразу сместил целик на ближайшую ко мне группу.

В идеале их бы положить в грудь, но я боялся, что экспансивные пули не смогут пробить бронежилеты, которые натянули на себя изменённые. Класс небольшой, прикрывает лишь грудь и спину, скорее всего, полицейские. Такие держат пистолетную пулю. АК шьёт их на ура, но только обычным патроном. Мои же пустотелые, чтобы не пробивать тело навылет. Серебро должно остаться в организме выродка, только тогда будет нанесён максимальный урон. Нет, само пулевое отверстие после попадания серебра тоже сразу не заживёт, но уж очень эти твари живучие, а потому лучше бить наверняка. Тем более в наших условиях.

Я сместил прицел в ноги и несколько раз, быстро, надавил на крючок. Три короткие очереди достигли цели, и ещё двое повалились на землю, оглашая пустынные улицы громкими криками. Ещё бы, серебро наверняка причиняет им дополнительную боль, прожигая и отравляя тело изнутри.

И в этот момент грохнул дробовик.

Бойцы, что остались без головного члена отряда, предсказуемо бросились в сторону автомойки, чтобы укрыться от моих пуль. А там их уже поджидал Стэп. Тот, что остался целым от моей группы, той, что двигалась слева, поддался стадному инстинкту и тоже тупо ломанулся на противоположную сторону улицы. Но его достал я. Быстро сменив магазин, я послал ему в спину очередь. Выродок будто споткнулся и полетел носом в асфальт. Из бокса автомойки выскользнула тень, а вскоре тьму разорвала яркая вспышка выстрела. Заряд картечи попросту размозжил башку изменённого, расплескав содержимое черепушки. Этому даже шею рубить не придётся, вряд ли он сможет регенерировать после такого. Там совсем ничего не осталось.

Стэп, закинув ствол на плечо, обошёл остальных и вальяжно проконтролировал каждого, избавляя меня от лишней возни. А затем перевернул ближайшее к себе тело и взялся за топор. Я покинул укрытие и стянул с пояса свой инструмент. Пора браться за работу, ту, ради которой всё это и затевалось.

Полина наблюдала за нами с бледным лицом, но на этот раз дело обошлось без блевотины. А может, это свет луны делал её такой. Впрочем, девушку всё ещё неслабо трясло.

— Вот это я понимаю — улов! — расплылся в довольной улыбке Стэп. — Как думаешь, тут ещё кто-нибудь есть?

— Сомневаюсь, — покачал головой я, извлекая из груди изменённого сердце. — Они бы тогда всей толпой явились.

— Вы психи! Конченые психи! — наконец Полину прорвало. — Вас нужно изолировать от нормальных людей! Вы оба наглухо долбанулись!

— Можно я ей в репу дам? — спокойно спросил Степ.

— Оно тебе надо? — ухмыльнулся я. — Не тронь говно, оно и не воняет.

— Да пошли вы оба! — взвизгнула шлюха.

Однако продолжала оставаться на месте. Ну а куда ей идти? Одной, среди ночи, в незнакомом городе… Да, может, мы и уничтожили группу выродков, но как знать, вдруг кто-то из них затаился или на шум явится кто-то ещё?

И она это прекрасно понимала. Сейчас для неё самое безопасное место — только рядом с нами. Ну да, мы психи, зато у нас теперь пять сердец, а это при самом хреновом раскладе — по четыре сотни за каждое. Итого два килограмма серебром. Мало кто способен столько заработать за одну ночь. Даже крупные бригады охотников не всегда могут похвалиться подобным уловом. А нас всего двое. Так что да, риск того стоил.

Но летом придётся тактику менять. Просто потому, что мы не сможем долго хранить кровь. Или её придётся покупать у кого-нибудь в крепости. Как, впрочем, и поступили в этот раз. Удивительно, на что готовы пойти люди ради тридцати грамм благородного металла.

— А рыбка-то покруче зайчатины сработала, — снова ощерился Стэп, убирая извлечённое мной сердце к себе в рюкзак. — Да и вкуснее. Да ладно тебе, не трясись ты так, всё уже закончилось.

Последняя фраза предназначалась Полине.

— Отвали от меня, — шарахнулась девушка.

— Да не больно-то и хотелось, — отмахнулся он. — Ну чё, шеф, куда теперь?

— Да по фигу, — ответил я. — Лишь бы подальше отсюда. Тачку пока оставим, нам бы просто выспаться теперь.

— Кстати, о птичках, — воздел палец приятель. — В следующий раз я буду дрыхнуть, а ты — следить. А то я уже второй раз подряд на часах остаюсь.

— Тебе не обязательно, ты молодой. Днём в машине выспишься.

— Да хрен там плавал. Сейчас как раз твоя очередь на пост заступать.

— Всё, валим, — бросил я, убирая последнее сердце в рюкзак.

— Сушить будем? — поинтересовался Стэп, когда мы лёгкой трусцой двинулись влево по улице.

— Нет, завтра всё скорнякам сдадим. У нас ещё «сухарей» хватает.

— Это мы, считай, по косарю заработали, — сделал ещё более довольную рожу напарник. — Плюс трофеи в тачке. С утра ещё этих оберём. Нормально так-то получается, почти все затраты за одну ночь отбили.

— Завтра ещё дома обыщем, может, даже тратиться не придётся. Разве что патронов пачку докупить. У тебя картечи сколько осталось?

— Да я всего десяток израсходовал, ну плюс-минус, конечно.

— Ну, лишними тоже не будут.

— Факт, — согласился Стэп. — Во, может, здесь зависнем?

Я остановился и осмотрел двухэтажный особняк, который расположился в конце улицы. Дорога отсюда вела либо на север, либо обратно, к реке. Мы были практически на прямой от места схватки, так как бежали, никуда не сворачивая. Но и уходить далеко тоже не хотелось, так как с утра всё равно придётся возвращаться. Нужно перегнать машину, собрать трофеи, ведь всё это деньги, а они, как известно, карман не тянут.

— Пойдёт, — согласился я и свернул во двор.

Прошёл через калитку, не опасаясь оставить следов. Вход был выстелен брусчаткой. Да, сорняк уже пробивался через щели в уложенных кирпичах, но после зимы он всё равно весь лежал, да и был довольно редким. Так что от стандартных мер безопасности можно было смело отмахнуться. Ну и вторая причина, по которой я согласился остаться в этом доме: решётки на всех окнах. Видимо, бывший хозяин очень переживал за сохранность своего добра и создал для себя натуральную крепость. Высокий забор тоже лишним не будет, хотя кованые ворота и калитка свободно простреливаются. Однако и незамеченными к нам подобраться не дадут. Плюс высокая мансарда даст приличный обзор.

Входная дверь оказалась выломана. Но это и не удивительно. Богатые дома привлекают внимание гораздо сильнее, а значит, увеличивается и соблазн в них проникнуть.

Внутри нас ожидаемо встретил бардак. Все шкафы нараспашку, вещи валяются прямо на полу, на стене кто-то написал матерное слово из трёх букв, используя баллончик с краской. Сам орган тоже изобразили, притом какой-то скрюченный, завядший. Уж не знаю, это комплекс художника или он хотел этим что-то сказать?

Я двигался первым, Полина держалась в середине, а замыкал шествие Стэп. Как только мы вошли в дом, тут же отправились осматриваться. Заглянули в каждую комнату и не постеснялись проверить подвал, который оказался полноценным этажом. Я уже бывал в подобных домах и уже ничему не удивлялся.

— Всё, я спать, — бросил Стэп, как только мы убедились, что внутри безопасно.

— Двигай, — разрешил я и направился к двери, на ходу цепляя с собой Полину. — Пойдём, поможешь.

Девушка молча кивнула и проследовала за мной. Вместе мы передвинули шкаф и завалили им выход. Не самая лучшая идея, но всё же так гораздо безопаснее, чем с вывороченной створкой. А в случае опасности уйдём через заднюю дверь, так сказать — огородами. Однако и там я тоже преградил путь какой-то тумбочкой, чтобы к нам не смогли вломиться с разбега.

Жаль, плита осталась на предыдущем адресе, я бы сейчас не отказался от чая. Впрочем, вариант, как вскипятить воду, имеется. Спиртовых таблеток в моём рюкзаке — с большим запасом. Весят немного, да и места занимают всего ничего.

Я принялся открывать шкафчики на кухне и едва не закричал от счастья, когда обнаружил в одном из них початую пачку растворимого кофе. Вот поистине невероятно ценная находка. За такое сейчас легко могут и убить. А запечатанная пачка «Нескафе» по стоимости даже обходит чёрное сердце. Вот только продавать я это добро не буду, самому надо.

Скинув рюкзак, я запустил руку во внутреннее отделение и извлёк упаковку сухого спирта. Осмотрелся, хмыкнул и бросил таблетку прямо на газовую конфорку на плите. Тем более что она призвана выдерживать температуру горения. Да и кружку над пламенем получится удобно разместить. Чиркнув зажигалкой, я запалил таблетку и водрузил на огонь алюминиевую кружку. Налил в неё воды и принялся ждать, когда она закипит.

— Кофе будешь? — спросил я у Полины.

Девушка молча сидела на табурете и смотрела в одну точку. Кажется, её накрыл адреналиновый отходняк. Она медленно подняла на меня взгляд и некоторое время смотрела, силясь хоть что-нибудь сообразить.

— Что? — всё же переспросила она.

— Кофе будешь? — терпеливо повторил я.

Вместо ответа она поднялась и подошла ко мне, продолжая смотреть прямо в глаза. А затем резко придвинулась и страстно впилась в мои губы. Первые пару секунд я даже не отвечал на поцелуй, но ей, похоже, было на это плевать. А потому я тоже забил на все предрассудки и, разомкнув губы, пустил в свой рот её мягкий и очень умелый язык.

Девушка тут же просунула руку мне в штаны, в которых моментально потяжелело. Я легонько толкнул её от себя, а когда она приблизилась к столу, бесцеремонно смахнул с него на пол посуду и уложил на освободившуюся столешницу Полину.

Удивительно, но брюки слетели с неё за одно движение. Она снова приподнялась и впилась в мои губы, судорожно пытаясь расстегнуть мой ремень. Я, продолжая отвечать на поцелуй, немного отстранился и помог справиться с пряжкой. Теперь и мои штаны оказались на полу. Девушка подалась чуть вперёд, помогая мне войти внутрь. Там было настолько мокро, что я даже не почувствовал, как провалился в горячее лоно.

Полина тут же запрокинула голову и издала протяжный стон, обхватила мои бёдра ногами, пытаясь насадиться ещё глубже, и вдруг забилась в судорогах. Внутри стало ещё более влажно. Хватка ослабла, и я наконец перешёл к ритмичным движениям. Однако и она не осталась в стороне, помогая мне наращивать амплитуду. И вскоре я снова почувствовал, как её ноги всё сильнее стискивают мой зад и заставляют меня проникать в неё всё глубже. Под конец Полина поднялась и прижалась ко мне всем телом, содрогаясь от сладкой истомы. Она меня так и не выпустила, заставляя кончить прямо в себя.

Только отвалившись от неё, я наконец услышал, что в кружке бурлит кипящая вода. Казалось, что всё произошло очень быстро, но когда я, натянув штаны, отправился заваривать кофе, то обнаружил, что половина успела выкипеть. Пришлось добавить холодной и кинуть на конфорку ещё одну таблетку.

Девушка продолжала сидеть на столе, широко расставив ноги. В руках она держала полотенце, которое прижимала к промежности.

— Залететь не боишься? — спросил я.

— У меня спираль, — ответила она.

— Вроде как это не гарантирует.

— А ты что, боишься стать папочкой?

— Нет, — пожал плечами я. — Скорее боюсь, что я не самый лучший для этого кандидат. Так что, кофе будешь?

— Естественно, — кивнула она и ещё раз протёрла себя полотенцем.

— Заразу какую-нибудь занесёшь, — поморщился я. — Хрен знает, что на него здесь прилипло за три года.

— Если дашь воды, я помоюсь.

— Ща, — кивнул я.

Плеснув немного воды в керамическую кружку бывших хозяев дома, я ополоснул её и вылил содержимое прямо на пол, хотя у меня перед носом находилась раковина. И ведь канализация, скорее всего, работает, но долбаная привычка… Я насыпал в более-менее чистую кружку кофе, прямо так, через край пачки, и залил его кипятком. Снова наполнил свою кружку холодной водой и уже остатки протянул Полине.

Она спрыгнула со стола, подошла к раковине и взяла кусок мыла. А затем, не стесняясь, присела и принялась подмываться. Я дождался, когда закипит вторая порция, но на этот раз переливать содержимое не стал, заварил порцию прямо в ней. А ещё одной, пустой кружкой, накрыл спиртовую таблетку, чтобы погасить огонь. Утром она нам ещё пригодится.

Кофе я поставил на стол, уселся на свободный стул и выудил из нагрудного кармана пробитый пулей портсигар.

— Будешь? — спросил Полину.

— Кофе и сигареты после классного секса… — Она довольно зажмурилась. — Ну как тут отказаться?

Мы закурили, смакуя каждую затяжку. Девушка взяла керамическую кружку, подула на напиток и сделала крохотный глоток. А затем уставилась на меня огромными серыми глазами.

— Что? — не выдержал и спросил я.

— Вы ведь хотите меня бросить там, так?

— Где там?

— В Ростове.

— Скорее всего, — не стал я кривить душой.

— Что мне сделать?

— В смысле?

— Не включай дурака, ты прекрасно понял, о чём я! — раздражённо ответила она. От той перепуганной насмерть девчонки не осталась и следа. — Я хочу остаться с вами.

— Нет, — сухо отрезал я.

— Но почему⁈

— Потому что ты нам мешаешь.

— Я больше не буду. И буду делать всё, что ты скажешь.

— Да какая разница. Ты — балласт, и это факт. Ты не умеешь стрелять, не умеешь драться. Да ты даже бегать нормально не можешь, растянулась на ровном месте, как эта…

— Тогда убей меня.

— Ты дура совсем⁈ — Я едва кофе не поперхнулся.

— Я больше не хочу быть шлюхой. А только это меня и ждёт. Без разницы, в Ростове вы меня сбросите, или где-то ещё.

— Но почему?

— Да потому, — резко ответила она. — Меня в первый же день к этому принудят. Думаешь, это была первая крепость, где меня так встретили? Хорошо, что изначально на хор не пустили. Может, побрезговали, не знаю. Я сама не смогу, мне духа не хватит. А тебе это, похоже, привычно. Просто приставь мне ствол к башке и спусти курок.

Я молчал и смотрел на неё, пытаясь понять, шутит она или это просто способ на меня надавить?

— Ну что ты молчишь? Почему вечно такой… как бирюк!

— Может, потому, что жить приходится в дерьме?

— Поверь, Брак, твоя жизнь очень далека от дерьмовой, — покачала головой Полина.

И сейчас она уже не казалась мне молодой. Напротив, почему-то выглядела старше, чем на двадцать пять. Усталая, чумазая, с глазами человека, который успел повидать гораздо больше, чем многим отводится на всю жизнь. Впрочем, сейчас куда ни плюнь, у всех вид очень похожий.

— Ладно.

— Что ладно? — с эдакой надеждой во взгляде переспросила она. — Поможешь мне умереть?

— Нет, — ухмыльнулся я, — так легко ты не отделаешься. С нами пойдёшь. Но если ты…

Теперь уже я не успел договорить. Полина вновь закрыла мне рот поцелуем. А оторвавшись от меня, посмотрела прямо в глаза и одними губами произнесла: «спасибо».

Кофе мы допивали молча. За исключением того, что под конец кружки она выпросила у меня ещё одну самокрутку. Выкурив, она бросила окурок в бокал и ушла на диван, откуда уже через секунду донеслось громкое сопение.

Я тоже закурил, развалился на стуле так, чтобы видеть происходящее в окне, а заодно и спящую Полину. И мысли в этот момент крутились самые разные: начиная от тех, что я пожалею о своём решении, и заканчивая тем, что она действительно притягивает взгляд.

Глава 7

Современные ценности

— Нам бы воды запас пополнить, — произнёс очевидное Стэп. — Осталось с гулькин хрен совсем. Я здесь скважину видел. Был бы генератор, можно было бы попробовать насос запустить.

— Она три года стояла, — покачал головой я. — Там теперь не меньше суток её проливать придётся. Не вариант.

— Так речка же рядом, — подкинула ещё более нелепую идею Полина.

— Ну, если не боишься кишки высрать, то вперёд и с песней, — усмехнулся напарник.

— Не знаю, — отмахнулась она. — Мы на речной воде не раз еду варили, и ничего, даже не пукали. Если её прокипятить, ничего страшного не случится.

— Как вариант, — согласился я. — Но я предпочитаю родниковую.

— Думаешь, здесь есть? — хмыкнул Стэп.

— В городе нет, а вот за его пределами сто процентов что-нибудь найдётся.

— Нет, это знать надо, а так можно неделю по лесу блуждать, — ушёл в отрицание приятель.

В такие моменты я всегда отмалчивался. И не потому, что не мог его переспорить. Просто он поднимал эти темы не ради разговора, а по причине того, что не понимал или хотел что-то опровергнуть. Но Полина этого не знала, а может, ей тоже наскучила моя молчаливость и она ввязалась в бесполезную дискуссию о воде, методах её поиска и обеззараживания.

Мы уже два часа обыскивали частный сектор города Павловск. Собрали трофеи с убитых ночью выродков и погрузили их в машину. Солярку я пока в бак доливать не решился. Для начала следовало проверить её на пригодность. По большому счёту ловить здесь было особо нечего, но кое-что нам всё-таки попадалось. И в силу бывшей профессии, Стэп довольно точно определял более-менее целые дома. Да я и сам уже неплохо в этом разбирался. Скитались мы не первый год, и за это время приобрели немало полезных навыков, основным из которых всё ещё оставалось убийство изменённых.

— Алё, гараж! — толкнула меня в бок Полина. — Ты вообще меня слышишь?

— Нет, — честно ответил я.

— Я спрашиваю, как ты вчера узнал, что их будет девять?

— Просто предположил, — пожал плечами я. — По звуку моторов догадался.

— И при чём здесь моторы?

— Три машины, — терпеливо принялся объяснять я. — В каждую, для комфортной езды, влезает по четыре пассажира. Те, что приехали к нам, были втроём, а значит, это группа разведки. Двоих мы положили, третий сбежал. Дальше объяснять нужно?

— Но ты ведь не мог знать, сколько их всего в городе, так?

— Ну.

— То есть вы рисковали?

— Не совсем, — покачал головой я. — Это тоже логично. Здесь им ловить нечего. В городе нет ничего такого, чтобы они тёрлись здесь большой толпой. Нам скорее повезло, что они здесь вообще были. Так что на крупное гнездо я не рассчитывал.

— Ясно, — задумчиво кивнула Полина. — И часто вы так?

— По-разному, — вместо меня ответил Стэп. — Иногда можем просто наблюдать за городом всю ночь, а с утра уже охотиться на спящих. Он когда первый раз такое выдал, я думал, от страха кирпичей за шиворот наложу. А сейчас ничего, даже скучно местами. Во, давайте больничку осмотрим.

— Зачем? — не поняла Полина. — Кому сейчас эти лекарства нужны?

— Ну, знаешь… — хмыкнул Стэп. — Обезбол никогда лишним не бывает. К тому же у нас пакеты для забора крови заканчиваются.

— Кстати, а где вы кровь взяли?

— У донора, — буркнул я. — За тридцать серебряников купили.

— Как символично.

Больница выглядела ещё более убого, чем разграбленные дома. Впрочем, она и в лучшие времена наверняка была той ещё дырой. Как-то я лежал в подобной в родных краях, и она мало чем отличалась от этой заброшки. Хотя ладно, полы однозначно были чище, да и дырок от пуль на стенах там не имелось. Однако здание выглядит довольно свежим, словно построено относительно недавно. Неужели за такой недолгий срок оно успело приобрести столь обветшалый вид? А что тогда ждёт нас через пять, десять лет?

— Я в аптеку, — доложил Стэп и нырнул в открытую дверь.

Вскоре оттуда донеслись звуки погрома. А мы двинулись дальше, походя заглядывая в помещения. На первом этаже располагалась поликлиника и приёмный покой, так что ничего интересного мы не нашли. Регистратура при входе тоже мало чем могла привлечь наше внимание, разве что кучей карт больных, которыми только огонь разводить.

— Как думаешь, откуда она вообще взялись? — продолжила тему выродков Полина.

Я же украдкой наблюдал за ней. Находиться здесь, в промозглом, грязном, заброшенном помещении ей явно не нравилось. Дверей она касалась с эдакой брезгливостью, да и в целом вела себя так, будто лишь вчера окунулась в мир, полный хаоса и боли. И мне стало любопытно, кем она была в прошлой жизни. Ведь все эти привычки явно пришли с ней оттуда. Впрочем, ответил я совсем другое.

— Не знаю. Думаю, что это следствие наших копаний в природе человека. Ошибка очередного эксперимента или что-то типа того.

— Значит, военные.

— Да почему военные? — не понял заключения я. — Может, медицина, а может, ещё чего? Не исключено, если это сама природа взбунтовалась и таким образом решила стереть нас с лица Земли.

— А я считаю, что это инопланетное вторжение, — услышав нашу беседу, вкрутил свою версию Стэп.

Из помещения аптеки снова донёсся какой-то грохот, а вслед за ним — восторженный возглас приятеля:

— Ну ни хрена ж себе!

— Что там? — тут же полюбопытствовал я.

— Клондайк! — вернулся неопределённый ответ. — Морфин и другие рецептурные препараты, которые полагается держать в сейфе.

— Зачем это вам? — округлила глаза Полина. — Вы что, наркоманы⁈

— Вот ты иногда как ляпнешь, — поморщился я, — аж ввалить хочется. Ну вот с чего ты взяла?

— Это самая стабильная валюта, — объяснил Стэп, который в этот момент вышел из аптеки, закидывая рюкзак на плечи. — Меня уже начинает пугать этот город.

— Почему? — снова не поняла Полина.

— Слишком много ништяков в одном месте, — ответил приятель.

— Разве это плохо?

— Он имеет в виду вселенский баланс, — пояснил я. — Если где-то круто прибыло, значит, в другом месте сильно убудет.

— Вы серьёзно верите во всю эту чушь? — поморщилась девушка.

— Ага, то есть тот факт, что это тело верит в инопланетян, тебя не смутило? — усмехнулся я.

— А вот ты зря ёрничаешь, — пустился в очередную дискуссию Стэп. — Тебя тогда не было в Нижнем, и ты не видел.

— Не видел что? Летающую тарелку? — продолжил я глумиться над приятелем.

— Нет, то, как МКС падала, — совершенно серьёзно заявил он. — А у нас в крепости мужик один был, с телескопом. Так вот он всё видел. Сказал, в тот момент, когда станция начала с орбиты сходить, он увидел, как рядом с ней что-то необъяснимое проявилось. Как будто защитное поле вокруг чего-то огромного полыхнуло.

— Муха у него перед телескопом пролетела, вот ему и почудилось, — не унимался я.

— Ну а вдруг? — Стэпа вновь понесло. — Вот почему ты даже допустить этого не хочешь? Ведь гипотетически такое возможно. Инопланетные захватчики забросили к нам вирус, и теперь им остаётся просто ждать, когда Земля освободится. Ведь вполне укладывается в логику.

— В фантастику это укладывается и в голливудские фильмы.

— Ну, считать, что мы единственные разумные существа во вселенной, тоже довольно эгоистично, — вступилась за напарника Полина.

— Во, понял? — ухватился за поддержку приятель.

— Но я тоже кое-что слышала, — тут же свернула со скользкой тропы она. — Вроде как всё это является побочным эффектом от лекарства против рака.

— И эта теория мне больше по душе, — кивнул я.

— Чёрт, да где эта долбаная операционная? — выругался Стэп, заглянув в очередную обшарпанную палату.

— Валить отсюда пора, — буркнул я. — Забрели куда-то на отшиб.

— Да, пойдёмте уже, — согласилась Полина. — Ненавижу больницы, особенно этот запах. Офигеть, три года прошло, а здесь до сих пор лекарствами воняет.

— А как же пакеты для крови? — покосился на меня Стэп.

— Придумаем что-нибудь, не последняя больница так-то.

— Ну как хотите. А я бы на местный склад ещё заглянул. Если мы в аптеке такие ништяки нашли, боюсь представить, что на больничных полках можно обнаружить.

— Нам жратва нужна, а не лекарства, — сухо отрезал я.

— Как скажешь, — пожал плечами приятель. — Ты же босс.

И мы развернулись на выход. Может, Стэп и был прав, и на складских стеллажах больницы оставалось ещё много чего полезного. Но мы и без того были забиты уже под завязку. А ведь куда-то нужно ещё продукты сложить, если, конечно, таковые удастся обнаружить. Плюс вода. Как ни крути, а это самый ценный ресурс, и места он занимает тоже больше всего остального.

Мы выбрались из здания, вернулись обратно на дорогу и углубились в частный сектор. На этот раз двинулись вниз, на юг, если смотреть на карту. Здесь тоже раскинулись одно- и двухэтажные дома. Павловск вообще поразил огромной площадью с подобной застройкой. Да и в целом город мне очень понравился. Раньше здесь наверняка было очень уютно. Куча зелени, речка рядом, даже какое-то озеро довольно немаленьких размеров. Летом натуральный рай: рыбалка, грибы и всё такое.

Незаметно для себя я тяжело вздохнул. Я скучал по прежней жизни, по брату. Ностальгия нахлынула на меня ещё там, в ремонтных боксах, и с тех пор память то и дело подбрасывала кадры из прошлого. То, как я наслаждался пивом по вечерам после тяжёлого, но очень продуктивного дня, сидя в кресле перед гаражом. Или как мы с Коляном смотрели очередную новинку кино, которую он умудрялся скачать раньше, чем был заявлен релиз в кинотеатре. Порой их качество оставляло желать лучшего, но нас это нисколько не смущало. Хорошая жизнь была, даже несмотря на все бытовые сложности.

Интересно, где он сейчас? Жив или Старый с Утилизатором уже давно закопали его труп где-то в лесу? Зачем он был им так нужен? Что может быть ценного в программисте, когда и самих компьютеров-то почти не осталось? Нет ни Интернета, ни сотовой связи. Редкие крепости могут позволить себе содержать серверную, да и та не имеет никакого отношения к глобальной сети. Так, удовлетворяет собственные нужды по ведению документации — и только.

Старик что-то говорил о том, что Коляну удалось обрушить военные спутники или типа того. В тот момент я не сильно вникал в его слова, ведь остался в живых благодаря какому-то чуду. Но в последнее время я всё чаще задумывался над его словами, пытаясь ухватиться за зерно истины и понять, для чего им так необходим мой брат. Я хотел верить в его ценность для нового мира, только в этом случае он мог быть всё ещё жив. Во всех остальных — нет. Даже как источник ценной информации. Его бы попросту сломали, уж кто-кто, а Утиль точно бы справился. А получив своё, убили бы и даже бровью не повели. Для этой парочки убрать человека — раз плюнуть. Чего уж говорить об изменённом.

Я сжал кулаки, и это не ускользнуло от внимания Полны. Внимательной её можно назвать с большой натяжкой, однако от меня она взгляда не отводит. Можно сказать, в рот заглядывает, хоть и пытается сделать вид, что это не так. Не хватало ещё, чтобы она втрескалась в меня по самые помидоры…

— О чём ты думаешь? — тут же прицепилась с расспросами она.

— Ой, не обращай на него внимания, — отмахнулся Стэп. — У него всего две стадии бытия: либо жрать всё, что не прибито, либо вот так молчать как этот.

— Зато тебя никогда не заткнёшь, — вернул я приятелю шпильку.

— Наверное, глупо спрашивать, кто где был, когда всё это началось? — сменила тему Полина. — Вся страна ведь гуляла.

— Судя по всему, не только наша, — хмыкнул Стэп.

— А вы никогда не думали, что это был странный выбор для начала атаки? Лето, ночи короткие, да и праздник этот — такое себе. Он ведь в основном только в нашей стране отмечается. Почему не Новый год?

— Да тебе не один хрен? — фыркнул приятель. — У них ведь всё получилось.

— Когда-то мне уже ответили на этот вопрос, — всё же решил сказать я. — Война — это сложный процесс, и к нему нужно приспособиться. И в тот момент, когда мы поняли, как нужно их убивать, как раз утратили всё преимущество в виде долгого дня. Поэтому они и начали летом, чтобы сдерживать наше сопротивление как можно дольше.

— Получается, ими руководит кто-то опытный, — внезапно выдала девушка истину, о которой никто из нас никогда не задумывался.

— А кем ты была в прошлой жизни? — наконец задал я интересовавший меня долгое время вопрос.

— Да никем, — пожала плечами она. — Крутыми были мои родители, а я лишь пользовалась всем тем, что они мне дали. Поэтому мы спаслись в числе первых. А потом…

— Ясно, можешь не продолжать, — произнёс я.

— Да нет, всё нормально, — грустно улыбнулась она. — Я уже свыклась с мыслью, что их больше нет, и никто мне больше не поможет. Тогда деньги быстро утратили ценность. А спустя неделю мой отец из властного человека превратился в изгоя. От нас отвернулись все, даже те, кто казался близким и верным другом. Они просто воспользовались его положением и бросили, как только представился удобный случай. Их убили, а меня… Меня продали, как вещь, будто я какая-то зверушка.

— Люди — сволочи, — странным образом выказал свою поддержку Стэп. — Поэтому мы нигде особо и не задерживаемся.

— А кем был ты? — спросила у приятеля Полина.

— Да тоже особо никем, — хмыкнул он. — Так, менеджер среднего звена. Обычный раздолбай, который рано женился и завёл детей.

— Они все погибли?

— Увы, — вздохнул он. — Брак вон тоже брата потерял.

— А ты? — Девушка уставилась на меня своими огромными серыми глазами. — Стой, дай сама угадаю! Военным? Или, может, полицейским?

— Слесарем, — буркнул я. — Тачки в гараже чинил.

— А у тебя тоже была жена?

— Нет.

— Почему? — откровенно удивилась она.

— Не нашлась та самая, — хмуро отшутился я. — Да какая вообще разница? Сейчас мы все уже давно не те, кем были раньше.

— Это точно, — хмыкнул Стэп. — Расскажи мне кто, что я вот так стану людей мочить, ни за что бы не поверил.

Приятель вдруг замер у железной двери, которая была заперта на навесной замок. Я тоже уставился на откровенную дикость, потому как всё, что когда-то было закрыто, взломали и обчистили в первую очередь. Мы всё ещё находились в частном секторе, однако это здание отличалось от всего того, что окружало нас раньше. Оно больше походило на двухэтажный гараж с приличным местом под стоянку. А ещё на стене остались следы от какой-то вывески. То ли её ветром сорвало, то ли владелец собирался её заменить, да так и не успел.

— Интересно девки пляшут, — пробормотал Стэп, рассматривая замок. — Здесь, похоже, ещё и на внутренний закрыто.

— Больше замков — ценнее добыча, — философски заметил я. — Ну-ка свали в туман, дай посмотрю.

Просто так, с нахрапа, внутрь было не ворваться. И если навесной замок можно было попытаться сбить каким-нибудь ломом, то внутренний просто так нам бы не дался. Сами ворота сварены из металла толщиной в три миллиметра. Такие при всём желании без особого инструмента не вскрыть.

Я обошёл здание и убедился, что с обратной стороны точно такая же мощная створка, и в отличие от лицевой стороны, эта даже ручки не имела. Видимо, запиралась исключительно изнутри и отворялась только по служебной нужде. Например, погрузка или разгрузка товара, ну или мусор вынести. Главный вход позволял разгрузить любую машину, даже автоприцеп.

— Ну что там? — спросил Стэп.

— Ничего хорошего, — ответил я, вернувшись к друзьям. — Тоже железная дверь, но без замка и ручки.

— Руками мы её не вскроем, — покачал головой Стэп. — Нам бы болгарку сюда, можно было бы попытаться петли срезать.

— Ну, можно попробовать крышу вскрыть. — Я задумчиво почесал подбородок.

— А это мысль, — согласился приятель. — Только топор жалко.

— А кто сказал, что мы здесь не найдём ничего подходящего? — хищно скалился я и направился к ближайшему дому.

По идее, нам нужно лишь попасть внутрь, а там заднюю дверь откроем и спокойно вынесем всё, что нужно. Надеюсь там не бытовая химия и найдётся хоть что-нибудь съестное. Но тогда я, пожалуй, соглашусь со Стэпом: слишком уж много удачи для одного места. Как бы не пришлось за это расплачиваться впоследствии.

Но все эти мысли быстро отошли на второй план, как только мы взялись за дело. Обшарив соседние дома, мы стянули к месту довольно приличный арсенал инструментов. Стэп отыскал набор ключей и головок, ножовку по дереву и небольшой ломик. Я притащил топор, молоток и два гвоздодёра. Затем мы отправились к дому, возле которого был стопкой сложен пиломатериал, и выбрали из него более-менее приличные доски. Снова вернулись обратно, где нас терпеливо ожидала Полина, и принялись за работу.

Сколотить лестницу особого труда не составило, хотя попотеть всё же пришлось. Давненько я не пользовался ручным инструментом, и пока напиливал из цельной доски ступени, весь взмок. Стэп раскладывал их между двух досок, которые поставил на ребро, и тут же приколачивал. Спустя час мы уже пыхтели, поднимая её. Конструкция вышла довольно тяжёлая. Но и с этой задачей мы справились.

Забравшись наверх, я принялся работать трещоткой, на которую нацепил головку на восемь. Именно под этот ключ сделаны саморезы, которыми крепится листовое железо. На то, чтобы снять лист, ушло ещё минут сорок. Хорошо, что он был не на всю длину ската, иначе пришлось бы городить ещё одну конструкцию, чтобы удержаться на крутой крыше.

Лист с грохотом слетел вниз, и я спустился следом. Пришла очередь Стэпа поработать руками, тем более до вожделенного входа осталось не так уж и далеко. Всего-то и требовалось прорвать паро- гидроизоляцию и оторвать пару досок обрешётки, чтобы расширить лаз. Этим и занялся приятель, пока я спокойно перекуривал внизу.

— Готово, — вскоре раздался его голос, а вниз рухнул огрызок доски. — Ну, я пошёл.

— Давай, — кивнул я и направился к заднему входу.

Полина двинулась следом. Она в нашем мероприятии играла роль наблюдателя, так как не умела пользоваться ни одним из инструментов. Да и не стал бы я ей их доверять. До сих пор не понимаю, почему согласился таскать её за нами. Может, просто разомлел после секса?

Некоторое время ничего не происходило. Затем изнутри раздался какой-то грохот, а спустя ещё пару минут лязгнул засов на двери, которая с противным скрипом отворилась.

— Брак, ты щас охренеешь! — с горящими алчностью глазами произнёс Стэп. — Или это она нам такую удачу приносит, или я уже даже не знаю.

— Только не говори, что это пищевой склад, — засомневался я.

— Ага, — довольно ощерился он. — Мелкооптовый. Кое-что, конечно, крысы уже потрепали, но годных продуктов ещё полно.

Я оттолкнул приятеля от входа и ворвался внутрь. Здесь пахло сыростью и плесенью. Щёлкнув фонарём, я поводил по забитым товарами стеллажам и тоже расплылся в улыбке.

Какова вероятность нарваться на такое место спустя три года после апокалипсиса? Наверняка она очень близко находится к нулю, и я никак не мог объяснить себе это. Даже ущипнул себя для порядка, чтобы убедиться, что я не сплю. Почему никто сюда не сунулся? Как вообще люди не заметили такое? Ответов у меня не было.

Зато я впервые за долгое время ощутил то, что всегда преследовало Стэпа: огромную жирную жабу, которая подкралась к моему горлу и принялась душить. Мы при всём желании не сможем это вынести. Даже если найдём грузовик, всё равно не унесём. Другой разговор, что нам столько и не нужно. Но… Что, если попробовать продать информацию в крепость? Думаю, за такое администрация щедро вознаградит. А уж как всё это вытащить, они точно придумают.

— Я за тачкой! — крикнул в проём Стэп и скрылся прежде, чем я успел ответить.

— Ого! — Полина, не скрывая восторга, осматривала нашу находку. — Сколько же всё это может стоить?

— Без понятия, — честно ответил я. — Думаю, здесь товара на несколько десятков тысяч. Но мы возьмём только самое необходимое.

— Но почему? Это ведь всё теперь наше! Мы можем остаться здесь и жить припеваючи целый год, а то и больше. Зачем куда-то бежать? Выродков вы истребили, нам здесь ничего не угрожает.

— Завтра всё может резко измениться. Мы и так искушаем судьбу. Слишком много везения на такой короткий срок. Стоять! Не прикасайся ни к чему!

— Почему?

— Потому что когда я в последний раз на такое нарвался, там была ловушка. Сейчас вернётся Стэп, и мы сами всё осмотрим. Пока просто стой спокойно.

— Хорошо, — не стала спорить она.

— А лучше пойдём пока на улицу, нечего плесенью дышать.

Мы выбрались наружу и вместо того, чтобы вдохнуть свежего воздуха, я вставил в рот самокрутку. Полина тоже взяла, и мы дружно задымили в ожидании, когда подъедет Стэп.

А я уже прикидывал необходимость посещения ближайшей крепости. Кроме того, что там нужно сдать сердца и трофеи, я больше не видел в этом необходимости. С другой стороны, я ведь собирался продать им информацию о складе. Так что да, пожалуй, мы туда всё-таки заглянем.

Кстати, о птичках. Мы ведь совсем забыли о машинах, на которых к нам приехали изменённые. А ведь у них в баках что-то плещется и, скорее всего, оно пригодно для двигателей. Надо будет с утра их осушить, прежде чем выдвигаться в Ростов.

Глава 8

Тупик

Упакованная под завязку машина управлялась куда лучше, чем пустая. Стэп дрых на заднем сиденье, и его поза вызывала у меня смешанные чувства. Хотелось как-то подшутить над приятелем, но я знал: стоит мне начать тормозить, и он тут же проснётся. А ещё мне было его немного жаль, потому как когда он проснётся, болеть у него будет всё. Просто в такой нелепой позе тело отдыхать не может.

Полина ехала на пассажирском сиденье, закинув ноги на панель. Будь это моя тачка, я бы обязательно устроил ей шоу с экстремальным торможением, чтобы она сложилась под торпедой. Но сейчас мне было плевать. Я собирался сменить её (в смысле — машину), как только мне представится возможность. Ну не люблю я «мицубы», кто бы что ни говорил. Да и весь японский автопром мне как-то не очень.

Нет, тачки они делают неплохо, спору нет, но до комфорта «Мерседеса» им всё-таки далеко. Даже мой, старенький «меринок» в плане посадки был гораздо удобнее. Здесь меня раздражало всё, включая узость салона, несмотря на его огромный размер и расположение центральной панели, до которой приходилось тянуться. Её бы чуть развернуть к водителю, как это делает «Сааб», но у японских инженеров, видимо, на это ума не хватило. А что до проходимости, не так уж и часто она требуется. По полям мы не носимся, а вот разбитый асфальт подвеска «Паджеро» чувствует особенно остро. В салоне всё гремит, поскрипывает, как у старой «Нивы». В общем, раздражает меня эта тачка, так что плевать на то, как и кто в ней сидит. Единственный плюс — огромный багажник, который мы забили, словно грузовик. И ведь тащит, практически не чувствуя.

Платная дорога огибала Ростов-на-Дону с восточной стороны. Естественно, что сейчас все камеры на ней были отключены. Да даже если бы и работали, платить за проезд всё равно некому. Но она всё ещё имела относительно хорошее покрытие, в отличие от других дорог. Чувствовалось, что за деньги, она делалась более надёжно, чтобы максимально отбить вложения и реже требовать внимания ремонтников.

По привычке я врубил поворотник и свернул на развязку, въезжая в восточный район города. Его окраина, как, впрочем, и в большинстве других городов России, состояла из частных домов. Но в отличие от Павловска, местный частный сектор выглядел крайне плачевно. Ну да и глупо было бы, при наличии крепости неподалёку. Местные добытчики наверняка вычистили его в ноль ещё года полтора назад, а то и больше.

Путь в пять сотен километров, да ещё в данных условиях, — то ещё испытание. Но в дороге ничего страшного с нами не произошло. Никто не пытался нас остановить и ограбить, что очень порадовало. В последнее время на участках между крепостями налёты случаются всё чаще. Всем хочется жить и кушать от пуза, но увы, не всем удаётся найти для этого честный способ заработка.

Хотя что им мешает, не понимаю. Выродков полно везде, достаточно завалить одного и вырезать ему сердце — и всё, серебра хватит на месяц безбедной жизни. Но нет, мы упорно продолжаем уничтожать сами себя, вместо того, чтобы обратить весь свой гнев на истинного врага человечества.

— Далеко до крепости? — спросила Полина, с опаской посматривая в сторону заката.

Да, на дорогу у нас ушёл весь световой день. На то, чтобы спрятаться за стенами, оставалось не более сорока минут.

— А, чё⁈ — подхватился Стэп и с мощным хлюпаньем подобрал слюни, которые распустил во время сна. — Приехали уже?

— Нет, — ответил я, посматривая на приятеля в зеркало заднего вида.

Как я и предполагал, его неслабо скрючило по пробуждении. Шея затекла, как и рука, на которую он опирался, и теперь он яростно их растирал, разгоняя застоявшуюся кровь.

— А меня, значит, можно игнорировать? — обиженным голосом произнесла Полина.

— Я вам обоим ответил, — буркнул я. — Скоро уже к лабиринту подкатим. Надеюсь, нас пропустят.

— А с чего бы им нас не пускать? — скорее утвердительно спросила девушка.

— Как знать? — вместо меня ответил Стэп. — Может, у них усиление какое, или ещё чего?

— Не нравится мне здесь, — поморщился я, всматриваясь вперёд. — Тихо очень. А ведь сейчас у стен самая движуха должна быть.

— Вот любишь ты негатива нагнать, — фыркнул приятель. — Всё там в порядке. Просто умные люди уже за стенами спрятались, одни мы вечно как эти.

— Как кто? — полюбопытствовала Полина.

— Как те, которые без башки, — тут же нашёлся что ответить Стэп. — Лезем постоянно в самую жопу. Твою ма-а-ать! — протянул он.

Я тут же ударил по тормозам, так как увидел то же, что и другие. В самом начале лабиринта, в здании, в районе третьего этажа зияла огромная дыра. Словно кто-то жахнул по пулемётной точке ракетой. А то, что она там была, мы не сомневались. Остатки укрепления валялись у подножия здания вместе с телами дозорных. Да, они были щедро присыпаны битым кирпичом и другим хламом, что вылетел наружу при взрыве, но всё же не полностью скрывались под ним.

Сердце сжалось в нехорошем предчувствии. Не факт, что выродкам удалось взять крепость, но пока всё указывало именно на это. Уж наши бы точно забрали тела погибших товарищей, чтобы похоронить как полагается. Вряд ли это случилось недавно, иначе мы бы услышали взрывы, да и дыма бы хватало, который мы тоже смогли бы заметить издалека.

— Что думаешь? — спросил Стэп, глядя на изуродованные трупы, от которых уже начало смердеть.

— Валить надо, — высказал общее мнение я. — Даже если крепость не пала, сейчас они нас точно не впустят.

— Что-то мне подсказывает, она пала. — Стэп почесал макушку и поднял взгляд в небо. — Свалить тоже не успеем.

— Ногами успеем, — парировал я.

Не сговариваясь, мы бросились к машине, подхватили рюкзаки, оружие и кое-что из припасов. Полина смотрела на нас так, будто впервые увидела.

— Чё вылупилась, бери что-нибудь и уходим! — рявкнул Стэп.

Девушка вырвалась из оков оцепенения. Ей явно было страшно. Это от меня в её адрес летели постоянные упрёки, Стэп же относился к ней нормально. И если даже он перешёл на грубости, дело точно пахнет керосином. Она выскочила из салона, быстро накинула на плечи свой рюкзак, который мы подобрали ей в Павловске, набросила на шею дробовик и зачем-то схватила мешок к собачьим кормом.

— Да брось ты его! — выругался я.

— Не, не, всё правильно, — вступился за девушку приятель. — Иначе без ужина останемся.

Махнув рукой, я припустил в обратную сторону, ближе к частному сектору. Там укрыться гораздо проще, да и сбежать, в случае чего — тоже. Машину мы бросили. В данной ситуации она бы нас демаскировала. Шум двигателя разносится на приличное расстояние, а без света фар в заброшенном городе далеко не уедешь. Если не столб дорогу перебежит, так обязательно какой-нибудь остов сгоревшей машины попадётся. Мне и днём-то приходилось неслабо лавировать.

— Туда, — махнул я и помчался в сторону реки.

План пришёл в голову буквально на ходу. Я вспомнил свои первые дни скитаний по заброшенному городу, в котором родился и вырос. Да и в последующие дни, летом, мы со Стэпом часто выбирали в качестве ночлежек вот такие плавучие островки безопасности.

Впрочем, сейчас укрыться на воде вряд ли получится. Но ещё изучая старый атлас, я запомнил, что практически вдоль всего побережья Ростова тянется огромный порт. Именно на него я и рассчитывал. Укрытий там хватает.

Город ожил внезапно. Ещё секунду назад всё было тихо, как вдруг со всех сторон эхом раскатились звуки двигателей. За спиной раздался крик, а, обернувшись, я увидел первых преследователей. Не говоря ни слова, я сменил магазин, зарядив оружие серебряным боеприпасом, и, переведя автомат в режим стрельбы одиночными, дёрнул затвор.

— Догоню, — выдохнул я и, присев на одно колено, вскинул оружие.

Первым же выстрелом поразил самого шустрого. И едва успел перекатиться в сторону. В ответ загрохотали очереди. Друзья тоже не стали дожидаться, когда их настигнут пули, и рванули в первый же переулок, что попался им на пути. Вот только он уводил их в противоположном направлении.

Ладно, Стэп не дурак и выживать умеет не хуже меня. Нам бы ночь продержаться, а уж с рассветом мы найдём как встретиться.

Сплюнув в сторону, я рванул дальше, во двор между двумя высотками. Отбросил мысли о том, чтобы укрыться в подъезде, и проскочил мимо какого-то кафе с очень аппетитным названием «БорщОК». Вот уж от чего я бы точно не отказался, так это от тарелочки нажористого борща. Кажется, я даже успел позабыть, какой он на вкус. М-да, мысли, конечно, в голову лезут… Но так, видимо, разум отвлекается, чтобы не впасть в панику.

Снова раздались выстрелы, и пули просвистели в опасной близости. Одна из них отрикошетила от стены и с характерным визгом рассекла воздух буквально в паре сантиметров от лица. Я сунул руку в подсумок и, зацепив пальцами кусочек чёрного сердца, тут же отправил его в рот. Хрен его знает, сколько мне придётся вот так бегать и как долго продолжат мазать преследователи.

Я снова свернул к реке и почти сразу рванул в следующий проулок, ведущий на восток. Буквально в паре метров выскочила ещё одна группа выродков. Да, моего манёвра они не заметили, но на то, чтобы сориентироваться, у них уйдёт всего пара секунд. А потому, как только впереди замаячил очередной проулок, я вновь сменил направление и теперь мчался уже на север. По домам впереди мазнул свет фар, а затем ушей коснулся рёв мотора. И это была не машина. Кажется, выродки пустили по нашему следу мотоциклистов. А этот вид транспорта куда опаснее машины. Мелкий, юркий, способный проскочить там же, где и пеший прохожий. При должном выборе техники им даже ступени нипочём.

Чёрт, они что, нас ждали⁈

Странная мысль мелькнула и тут же исчезла, потому как прямо на меня выехал один из двухколёсных преследователей. Двигатель мотоцикла взревел, водитель бросил сцепление, подняв транспорт на заднее колесо, и помчался на меня.

И это было его ошибкой. Такая ерунда прекрасно подходит для кино, но никак не для реального боя. В этом положении он не может управлять транспортом, а значит, уязвим.

Дробовик оказался в моих руках в одно движение, и заряд серебряной картечи покинул ствол. Я даже не стал наблюдать за тем, как мотоциклист полетел рожей в асфальт, и сразу рванул в сторону. Лишь ухмыльнулся, услышав грохот и то, как заглох двигатель. Водителю наверняка тоже досталось, несмотря на то, что целился я в колесо. Разлёт у картечи на таком расстоянии достаточный, чтобы хоть одна дробина, но угодила в человека.

Очередной треск очереди заставил меня нырнуть в кусты. Весна в Ростове явно наступает раньше, чем в центральной полосе. Здесь растительность уже начала покрываться мелкой листвой, что было мне только на руку. Да, от взгляда изменённых мне таким образом не укрыться, но прицел я им всё же собью.

С хрустом влетев в ветви, я рухнул на землю, перекатился несколько раз и вжался в мокрую траву. Пули защёлкали сильно выше, осыпав меня перебитыми ветками. Я припал к оружию, поймал на прицел тёмный силуэт выродка и потянул спуск. Грохнуло на весь район. Сноп искр вырвался из ствола, а стрелок рухнул как подкошенный. Его крик эхом разлетелся по округе. Да уж, я не раз видел, какую боль причиняет им серебро.

Поразив цель, я тут же подорвался с места и продолжил бег. В такой ситуации, в которую угодил я, лучший способ выжить — продолжать двигаться. Стоит где-нибудь затаиться, чтобы перевести дыхание, меня сразу прижмут. Впрочем, рано или поздно это и так случится. Да, сейчас выродки ещё не поняли, где я и куда направляюсь. Они и по собственным позициям пока не определились, но скоро это изменится. Как только они скоординируют свои силы, начнётся настоящий загон, и мне бы хотелось к этому моменту занять наиболее выгодную позицию. А ещё лучше вырваться из оцепления раньше, чем они его организуют.

Отходы к воде они перекрывают в первую очередь, а значит, мне нужно именно туда. Но как это сделать, я даже близко не понимаю.

«Щёлк», — шлёпнуло по стене чем-то тяжёлым. Я тут же втянул голову в плечи и снова скрылся за поворотом. А вот это уже нечестно. Стрелка с глушёным оружием я не выкуплю при всём желании. Он может быть где угодно, а если ещё и с оптикой, так вообще гаси свет.

Но делать нечего, нужно рвать когти, пока меня не окружили. А впереди, как назло, открытое пространство — широкий проспект. Бежать вдоль него совсем тупо, так я стану прекрасной мишенью. Двор, в котором я спрятался, перекрыт железным забором, и выход всего один, через ворота, створки которых валяются здесь же. И будь я на месте снайпера, то уже держал бы их под прицелом. Что-то мне подсказывает, стрелок там не очень. Промазал ровно в тот момент, когда я остановился, чтобы осмотреться. Либо работает с дистанции, превышающей более-менее прицельный огонь.

Я наполнил лёгкие воздухом и решился на прорыв. Выскочил на дорогу, услышал, как дважды щёлкнули пули буквально у самых ног, и помчался в сторону проспекта, виляя, словно заяц.

И снова голову посетила странная мысль. Мне показалось, что стрелок метил мне по ногам, оттого и промахнулся. Неужели он хотел меня остановить, чтобы взять живым? И это плохо. Нет, попотеть им в этом случае придётся гораздо больше, но это так же означает, что за мной будут охотиться все имеющиеся у выродков силы.

Даже не хочу спрашивать: где я им так насолил? Вариантов ответа слишком много, чтобы они сделали меня целью номер один. Но есть и плюс. Возможно, моим друзьям как раз удастся проскочить, пока изменённые устраивают облаву на меня.

Пуля ударила меня в ногу ровно в тот момент, когда я уже был готов скрыться за остановкой. И попала она сзади, прямо в ляжку. Лишь по инерции я успел сделать пару шагов и завалиться за спасительное укрытие. Хотя оно, конечно, так себе. Максимум, на что способно, — так это спрятать от прямого взора. Пуля же прошьёт эту жестянку и даже не заметит.

Но и я не собирался валяться здесь до бесконечности. Кусочек чёрного сердца уже значительно размочило слюной, и я сместил его к коренным зубам, которыми тут же сдавил волшебное средство. Через секунду по телу разлилось тепло, а место ранения вспыхнуло жаром. Боль стихла, и я был готов продолжить бег на выживание. Но в этот момент совсем рядом раздались голоса.

— Он точно здесь, Лупа́н сказал, что он его зацепил.

— Я его не слышу, — парировал второй.

— Ну кровь-то ты чуешь?

— Да, но… Чёрт! — только и успел ответить он.

Автоматная пятёрка вошла ему прямо в лоб. Сопротивления кости более чем достаточно, чтобы экспансивная пуля раскрылась и осталась в черепушке. Будь у меня обычная, автоматная, она бы прошла насквозь. А так этот выродок уже точно не оживёт. Второй только и смог, что схватиться за оружие, когда я дважды вдавил спуск. Ствол пришлось доводить в спешке, а потому я метился уже в грудь, чтобы наверняка поразить цель. Понятия не имею, попал ли я в сердце, но даже если и нет, серебро сделает своё и отправит урода прямиком в ад.

Остановка тут же загудела от частых попаданий. Но все пули ушли в молоко, так как я вжался в землю. А когда наступила пауза, снова сорвался с места, перемахнул через забор и рванул дворами.

Однако счастье было недолгим, так как я угодил в тупик. Впрочем, выход имелся: через окно и здание, либо снова на улицу, где меня наверняка поджидает Лупан. Странное прозвище для стрелка. То ли он очкарик, то ли из-за того, что пользуется оптикой, а может, всё вместе.

Миновав здание, я вырвался в очередной внутренний двор, пробежал по нему вперёд и выскочил на параллельную улицу, минуя шлагбаум. Эта была узкой, что в целом и не хорошо, и не плохо. Застигнуть меня здесь врасплох не получится, но при желании смогут прижать. С другой стороны, я всегда могу уйти через здания, что расположились по обеим сторонам. Осталось понять, в какую сторону я сейчас двигаюсь? Пока крутился дворами, окончательно потерялся в пространстве.

На бегу я сверился с компасом, едва различив стрелки в наступившей темноте. Солнце окончательно скрылось, сменив серые сумерки непроглядной ночной темнотой. Еще пара минут, и без фонаря я и шагу ступить не смогу. А луна, похоже, не спешит появляться.

И снова руку в подсумок, в котором покоится сушёное чёрное сердце. Кусочек полетел в рот, а я попытался посчитать остатки. Впрочем, я и без этого прекрасно знал, что их должно быть ещё восемь. За этим я строго слежу и периодически пополняю запасы.

Ладно, я всё ещё двигаюсь на восток, а мне нужно сворачивать к югу…

— Да чтоб вас, — прошипел я, заметив как впереди на перекрёсток выскочили ещё двое.

Они принялись озираться и даже несколько раз мазнули по мне взглядом. Один из них уставился в мою сторону, а затем махнул рукой. И парочка вдруг ушла. Вот так просто, глянули на меня и скрылись за поворотом. Я даже макушку почесал, не понимая, что именно произошло.

Память подбросила разговор изменённых, что двигались в сторону остановки. Они тоже не могли меня почуять. А ведь в тот момент по моей крови гуляло то, что делает таким ценным чёрное сердце. Ещё пару минут после его приёма я по обыкновению чувствую небывалый прилив сил и энергии. А что, если в это время я ничем не отличаюсь от них? Что, если я начинаю пахнуть иначе, или как там они определят «свой-чужой»? Ведь очевидно же, что эта парочка преследователей приняла меня за своего. Надо будет как следует проверить на практике…

Я не стал дожидаться, пока они вдуплят, что сейчас произошло, и рванул к перекрёстку. Выбежав на него, я без зазрения совести положил обоих прямо в спину. Первого подстрелил в голову, благо расстояние позволяло, а второго — двумя пулями в тело. И побежал в ту сторону, откуда они пришли. Не потому, что этот путь вёл к реке. Просто сейчас в этом месте, по логике, должна образоваться брешь в загоне.

Дорога резко пошла под уклон, и я даже увидел водную гладь, когда мой путь преградил микроавтобус. Боковая дверь распахнулась, и наружу выскочил целый отряд аж из шести боевых единиц. И тратить время даром они не собирались. Мгновенно организованно рассредоточились и тут же начали палить.

Первые очереди раздались практически сразу, пока группа бойцов только начала высадку. Мне снова ничего не оставалось, кроме как залететь в очередной двор. Он тоже был тупиковым, но здесь имелось окно большого размера, даже больше, чем требовалось. Его уже кто-то разбил, так что в здание я нырнул прямо как через дверь.

Это оказалось какое-то учебное заведение. Уж школьную планировку спутать с чем-либо ещё крайне сложно, если вообще возможно.

Со стороны улицы тут же раздался звон разбитого стекла и приглушенные голоса, которые явно раздавали команды. Если я всё правильно понял, то сейчас эта группа разделится на две команды и начнёт планомерно прочёсывать здание. А если судить по тому, как они двигались, за мной явились сами охотники. В том смысле, что в загоне, как правило, участвуют все подряд, а убивают зверя совсем другие люди. Так вот, до этого момента меня гоняли обычные изменённые, а сейчас по мою душу явились профессионалы. Не исключено, что в прошлой жизни они были какими-нибудь спецназовцами или военными. Очень уж грамотно двигались, когда высаживались из «микрика». Для них это было так же привычно, как поссать. Никто не замешкался, не споткнулся. Все движения точные и выверенные, отработанные годами практики. И что-то мне подсказывает, здания эти парни тоже зачищать умеют. Хрен они мне позволят перещёлкать себя как куропаток. Скорее наоборот.

Вскоре с противоположной стороны здания раздался очередной звон, а значит, по мою душу явился очередной отряд. И если их столько же, а я почему-то в этом не сомневаюсь — мне конец. Я судорожно осмотрелся, но в навалившейся темноте не смог рассмотреть даже собственной обуви. Выродкам наплевать, они прекрасно видят в темноте, а вот я… Сейчас достаточно щёлкнуть фонарём, и я моментально себя обозначу. Выбираться тем же путём? Да даже не смешно. При той выучке, которую я только что наблюдал, эти парни на сто процентов перекрыли путь к отступлению.

Мысли метались в голове, как бешеные лошади, которых напугала стая волков. И да, мне тоже было страшно, в первую очередь потому, что я не хотел возвращаться на ферму. А именно это меня ждёт, если им удастся взять меня живым. Или стоп… Они и так не собираются меня убивать. Может, я нужен им для чего-то другого? Нет, понятно, если я буду огрызаться и не оставлю им выбора, они меня пристрелят. Но ведь есть и другой вариант, так?

Я выпустил оружие из рук, даже снял его с себя, чтобы не вводить охотников в искушение, и положил на стол. Туда же отправился дробовик и пистолет. А я встал на колени и закинул руки за голову, всем своим видом показывая, что не собираюсь сопротивляться. В любом случае это шанс. Так у меня, возможно, появится хоть какая-то лазейка, но продолжая бой, я точно подохну.

Заодно узнаю, чего им от меня нужно? Не просто же так они устроили целую операцию по моей поимке? Даже крепость блокировали, если не выжгли совсем. Хотя в последнем я сильно сомневаюсь. Уж чего-чего, а сдерживать выродков мы научились неплохо.

— Он здесь! — раздался крик за дверью. — Эй, Брак, сдавайся, если не хочешь сдохнуть!

— Да заходите, — с ухмылкой выдохнул я. — Я уже вас заждался.

Дверь едва с петель не слетела от мощного пинка, и внутрь один за другим ворвались несколько изменённых. Все вооружены до зубов, на меня смотрят через прицелы. Я даже какую-то гордость за себя ощутил. Это ж надо — целый отряд спецов по мою душу пригнали. Да, похоже, не поскупились на самую элиту!

— Рожей в пол! — заорал один из них, похоже, командир. — Лёг, я сказал!

— Да слышу я, не глухой.

Я попытался аккуратно улечься, но мне не дали. Двое подскочили сразу с обеих сторон и силой повалили меня на пол. Что-то врезалось мне в ребро, и я дёрнулся, за что получил прикладом по башке. Последнее, что я почувствовал, — это как выскользнул изо рта слюнявый кусочек чёрного сердца. А затем мир поглотила тьма. Хотя в нём и до этого было не очень-то много света.

Глава 9

Связи

Волны мерно наползали на берег, перекатывая мелкую гальку. Её шелест успокаивал, а иногда казалось, будто это дышит сама земля. Я сидел на берегу, щурясь от миллиарда крохотных бликов, что были разбросаны по бесконечной водной глади. Словно огромный исполин провёл ладонью по ночному небу, а затем — не скупясь, от души — засеял море звёздами.

Было жарко. Солнце так сильно пекло макушку, что мне захотелось окунуться. Разбежаться и прыгнуть в солёную воду. Как в детстве, когда энергия бьёт через край, впереди целая жизнь, и ничто в этом чёртовом мире не способно тебя удержать.

Становилось всё жарче. Припекало так, что голова натурально грозилась расплавиться. Море манило меня, обещало прохладу и облегчение, а шум прибоя напоминал ласковый шёпот. Я подскочил и рванул в воду. Брызги разлетелись во все стороны, искрясь под ярким светом, будто жемчужины. И я нырнул…

Вот только вместо моря я ощутил под собой что-то твёрдое. А распахнув глаза, увидел тяжёлую военную обувь. Память скачком вернулась, и я осознал себя лежащим на полу в луже слюней, что натекли из моего рта. Довольно мерзкое ощущение, учитывая промозглую атмосферу внутри заброшенной школы.

— Выносим, — прозвучала команда, и сильные руки оторвали меня от холодного кафеля.

Как же так? Неужели мне снова светит ферма? Неугасающее чувство голода и вечная борьба за жижу, которую мы называли едой? Уж лучше пулю в лоб, чем опять оказаться там. Но что я могу? Как выкрутиться из положения, когда я связан по рукам и ногам? Начну брыкаться, так меня снова вырубят.

Стоп.

А почему я очнулся? Почему нет тошноты, которая обязана присутствовать после такого удара? Ведь сотряс мне был обеспечен. Жар! Так вот что это было! Не солнце пекло мне макушку — это чёрное сердце работало, убирая все последствия от нанесённого удара. Видимо, отключаясь, я всё же слизнул тот кусок с пола и проглотил. Вот она — жажда жизни, когда тело преобладает над разумом.

«Дух. Дух. Дух», — трижды отработал дробовик, и я со всего размаха прилетел рожей в пол. Губы брызнули кровью, будто раздавленные помидоры. Увы, но у меня не было и малейшего шанса прикрыть лицо от удара, так как руки всё ещё оставались закованы в наручники за спиной. А со связанными ногами даже извернуться не вышло. Да и неожиданно всё вышло. Ведь стреляли на улице.

Однако спецназовцы, или кто они такие на самом деле, отреагировали на угрозу привычным образом.

Бойцы моментально рассредоточились. Двое присели у дверного проёма, а оставшиеся две пары разошлись по углам, контролируя окна и прикрывая товарищей. Командир тут же затараторил в рацию, требуя доложить обстановку, однако ответом ему была тишина.

Я догадывался, что в дело вступил кто-то ещё, не менее опытный, чем выродки, что захватили меня. Те три выстрела были скорее необходимостью, чем частью плана. И это явно был не Стэп и уж точно не Полина. Тот, кто пришёл мне на выручку, действовал тихо и незаметно, не исключено, что там их целый отряд. Может, это люди из крепости наконец-то решили дать отпор? Или вызвали подкрепление, что, в принципе, одно и то же.

Мысли пронеслись за мгновение и в голове задержалась лишь одна, пожалуй, самая важная. А заключалась она в том, что я лежу связанным прямо напротив двери, и как только начнётся замес, меня нашпигуют свинцом в первую очередь. И я начал отползать, насколько это вообще было возможно. Перевернулся на бок, поджал ноги и попытался оттолкнуться, чтобы скользнуть по полу.

Вышло нелепо. Я скорее просто извивался на одном месте, чем двигался хоть куда-то. Точки опоры поблизости не было, и единственное, что позволяло мне оттолкнуться, — это неглубокие швы между плитками. Но они были настолько крохотными, что подошва ботинок постоянно выскакивала из них, и я продолжал тупо барахтаться.

Один из выродков, что занял позицию у окна, покосился в мою сторону с ехидной ухмылкой. Он тоже понимал, что сейчас я нахожусь в самой опасной части помещения. Любая граната, выстрел в дверь или окно неминуемо прилетят в меня. А как ещё можно штурмовать помещение, в котором засел противник? Да само слово «штурм» уже подразумевает жертвы. И я очень не хотел становиться одной из них.

Время шло, но ничего не происходило. Будто невидимый враг удовлетворился малой кровью и покинул поле боя. Но даже я понимал, что это не так. Тот, кто пришёл сюда, просто выжидает удобного момента. И скорее всего, он — человек, а значит, и времени у него полно, в отличие от изменённых. Потому что когда взойдёт солнце, они все сдохнут в страшных мучениях. Так что как бы им того ни не хотелось, но на прорыв идти придётся.

Паника вдруг улеглась. А ухмылка выродка придала мне злости. До меня наконец-то дошло, что я занимаюсь ерундой, ведь можно просто перекатиться к стене вместо того, чтобы извиваться на скользкой поверхности. Чем я и занялся.

Дело сразу пошло на лад. Буквально за несколько перекатов я ушёл с прямой линии атаки, а ещё спустя некоторое время уткнулся рожей в стену. Немного повозился для смены положения, чтобы видеть происходящее в комнате, и наконец затих.

За время моих акробатических упражнений ничего не поменялось, по крайней мере внутри. Бойцы всё так же внимательно наблюдали за обстановкой, оставаясь каждый на своём месте. Они тоже чего-то ждали, и явно не первого хода противника. Иначе уже давно попытались бы его спровоцировать. Скорее всего, командующий вызвал подмогу. Ведь в городе полно изменённых. Если они смогли осадить крепость, то и невидимого стрелка найдут, и спугнут, заставят действовать.

Эх, мне бы сейчас свободные руки, я бы ему помог. Знать бы заранее, что я не один в этой схватке, хрен бы я им так просто сдался. Но в тот момент я считал своё положение безвыходным. Ну и как оказалось, не сильно-то просчитался. Жизнь я себе точно продлил, а теперь вот заполучил и шанс на спасение. Призрачный, но он есть.

Снаружи снова послышался шум. Кто-то вскрикнул, раздался глухой стук, будто с небольшой высоты упало тело. И вдруг одно из окон, выходящих к реке, со звоном разлетелось на крупные осколки. Спецназ дрогнул, и один из бойцов сунулся в окно. Всего на мгновение, чтобы зафиксировать взглядом происходящее. Он уже убирал голову обратно за откос, когда она дёрнулась. Изменённый сложился в нелепой позе и застучал ногой. Даже в темноте помещения я увидел, что его лицо превратилось в сплошное кровавое месиво. Похоже, что пуля, которая в него угодила, имела приличный вес. Каска отразила энергию, и та попросту разворотила голову изнутри. Надеюсь, она была из серебра.

Двойка, что занимала позиции у двери, тут же прыснула в стороны, уже понимая, что противник находится с другой стороны, и они сейчас как на ладони. Понятия не имею, о чём думал снайпер, но их он почему-то убирать не стал. Мир снова погрузился в тишину и тягостное ожидание. Никто не хотел высовываться и делать свой ход.

Снаружи опять кто-то вскрикнул. Однако звука выстрела не было слышно. Значит, оружие глушёное и стрелок может находиться где угодно. Но кто тогда палил из дробовика?

Ответ явился внезапно. Я как раз перевёл взгляд на дверной проём. Мне показалось, будто там что-то двигалось, эдакая беззвучная тень. И увидев ствол дробовика, я тут же открыл рот. Нет, не за тем, чтобы предупредить бойцов, а во избежание звукового удара.

«Дух-дух», — дважды отработал дробовик, и ещё один боец стёк по стене, получив оба заряда картечью в бок, который не был прикрыт бронежилетом. В дверь тут же ударил шквал огня. Впрочем, оружие у выродков тоже имело глушители, а потому никакого дискомфорта я не ощутил. Лязг затворов разносился в пустом помещении громче, чем выстрелы. Естественно, что в проёме уже никого не было.

И в этот момент за окном мелькнула тень. Не человеческая, отчего мне стало даже не по себе. Огромная туша с глухим рычанием ворвалась в окно и бросилась на ближайшего изменённого, тут же впиваясь ему в глотку. Падая, он зацепил своего напарника, выталкивая его точно под снайперский огонь, и стрелок не подвёл. От шестерых опытных бойцов в считаные секунды осталось лишь двое. Ни о каком организованном сопротивлении уже не могло быть и речи.

Один из выродков, который всё ещё продолжал держать на прицеле дверь, сместил ствол на здорового чёрного пса, но выстрелить не успел. Из двери снова показался ствол, и заряд картечи снёс воину голову. Она попросту взорвалась внутри каски, которая с глухим стуком упала на кафельный пол. А последний даже не подумал сопротивляться. Он бросил оружие и поднял руки.

— Хан, ату! — прозвучала тихая команда, и пёс моментально переключился на оставшегося в живых.

А я наконец смог лицезреть своего спасителя. Невысокий коренастый мужик, черноволосый. То ли татарин, то ли мулат. В темноте особо не разобрать. Одежду он тоже предпочитал чёрную, но не гражданскую. Под неё скорее подходило слово «тактическая» или что-то типа того.

— Живой? — спросил он, присев возле меня на корточки.

— Вроде, — буркнул я.

— Меня Грог звать.

— Брак, — ответил я. — Извини, руки подать не могу.

— Это ничего, это поправимо, — усмехнулся он.

— А второй кто? — спросил я.

— Если ты про зверя, то это Хан.

— Я про стрелка.

— Думаю, с ним вы знакомы, — как-то хитро улыбнулся он. — Хан, фу! Что же ты их жрёшь-то постоянно?

Пёс послушно отошёл от тела и занял место у ног хозяина, который уже обыскивал тела.

— На твоём месте я бы их проконтролировал, — посоветовал я. — Боюсь, укус собаки, даже такой, как от твоего Хана, для них не смертелен.

— От моего Хана как раз смертелен, — ощерился Грог и поманил пса: — Ко мне.

Когда он приблизился, я захотел стать незаметным. Я не трус, но этой породы всегда опасался и не понимал людей, которые их заводят. Настоящий бойцовский пёс, кажется, породы стафф. Чёрный как ночь, с белой грудью, которая в темноте выделялась, будто строгая сорочка.

Грог потрепал его по загривку и, схватив за морду, оголил клыки, демонстрируя их мне. Даже в темноте я заметил, как они тускло блеснули серебром.

Он что, сменил собаке зубы на серебряные⁈ Твою же мать! Что за отморозка я встретил⁈

— Они что, из серебра? — не сдержался и спросил я.

— Практически из чистейшего, — ответил Грог. — Сплав какой-то, который не делает их более прочными. Но этим ублюдкам хватает.

— Ты что, больной⁈

— А ты что, доктор?

— Как? На хрена ты это сделал?

— Ты тупой, что ли?

— Что вы там возитесь? — раздался голос снаружи. — Он жив?

— Все с ним нормально, тупит только, как три члена вместе. Он тебе точно нужен? Может, мне его завалить?

— Заканчивай, к нам орда идёт.

— Ну-ка… — Грог резко перевернул меня на живот и принялся возиться с наручниками. — Чёрт ни хрена не вижу… Да не дёргайся ты!

Вскоре я уже разминал успевшие онеметь руки. Запястья мне затянули нещадно, да и я, пока кувыркался, пару раз прощёлкнул браслеты, зажимая их ещё туже. Верёвку на ногах Грог попросту срезал. И нож у него был заточен до состояния бритвы. Таким колбасу резать не станешь, он предназначен совсем для другого мяса.

— Уходим, — скомандовала тень за окном.

Мы выскочили наружу и помчались к реке. Напарника Грога я узнал сразу, как только увидел его со спины. Старый знакомый, с которым мы однажды бежали с фермы выродков. Впрочем, я и по голосу догадался, кто он, но не хотел доверять ушам. Всё-таки с нашей последней встречи много времени прошло, и память могла подвести.

— Там мои друзья, — выдохнул на бегу я.

— Не ссы, они уже не там, — ответил Грог.

Хан послушно, тенью бежал рядом с хозяином. По асфальту раздавался только цокот его когтей. На мгновение я даже позавидовал Грогу. Иметь при себе такую машину для убийства… да это даже покруче пулемёта с серебряным боеприпасом будет!

Мы выскочили на берег, где нас дожидался небольшой катер. Внутри уже сидели Стэп и Полина. Точнее, девушка сидела, а Стэп лежал у неё на коленях, связанный по рукам и ногам. Я вопросительно посмотрел на Грога, но тот в ответ лишь пожал плечами, мол, не моё дело.

— Му-ум-у-у! — замычал приятель из-под кляпа, увидев меня.

— А это обязательно? — спросил я, кивнув на напарника.

— Уже нет, — сухо ответил Утиль и повернул ключ стартера.

Позади тихо заурчал мотор, хотя, судя по его размерам, он должен был взреветь.

— Лучше сядь, — продолжая ухмыляться, посоветовал Грог.

Я едва успел опуститься на сиденье, когда катер сорвался с места, едва не уйдя у меня из-под ног. На середину реки мы вырвались за какие-то секунды, а затем помчались прочь из города. В последний момент я увидел, как на пристань ворвалась целая толпа выродков. Они даже пытались по нам стрелять, но ничего из этого не вышло, так как мы были уже на приличном расстоянии. Да и двигались перпендикулярно, что совсем не облегчало задачу, тем более в темноте.

Я принялся развязывать Стэпа. Вопросов в голове было столько, что я растерялся, не зная, с чего начать. По этому и взялся вначале за приятеля, в надежде, что рутинная работа хоть как-то отвлечёт и поможет сосредоточиться на важном. Стэп что-то мычал, но я упорно его игнорировал, продолжая возиться с узлами на руках.

— На, не мучайся, нож возьми, — протянул своё оружие Грог.

Я благодарно кивнул и за два движения рассёк верёвку, что стягивала приятелю руки. Он тут же сорвал с лица скотч и принялся вытаскивать изо рта тряпку. Я даже успел удивиться её размеру и тому, как она там вообще уместилась.

— Вот вы уроды, мать вашу так! — первым делом выругался Стэп. — Ну какого хрена, а⁈

— Чтоб под ногами не мешался, — ответил Грог.

— Да я помочь хотел!

— Тебя не просили, — сухо произнёс Утиль. — Сиди ровно, если не хочешь вплавь добираться.

— А куда мы? — Я всё же нашёлся, о чём спросить.

— Скоро узнаешь, — в своей манере ответил Утиль.

— Где мой брат⁈ — резко сменил тему я.

— И об этом тоже, — нехотя отозвался старый знакомый.

— Как вы меня нашли?

— Не мы, — покачал головой он. — За твою голову награду назначили.

— Кто? — опешил я от такой информации.

— Жак-Ив Кусто в прорезиненном пальто, — вместо Утиля ответил Грог и заржал, потрепав Хана по загривку. Будто пёс оценил шутку хозяина и закатился от смеха вместо с ним.

— Я серьёзно, — дождавшись, когда Грог успокоится, повторил я. — Кто объявил на меня охоту?

— Кореша твои, — снова хохотнул собачник. — Упыри и вурдалаки.

— Ты можешь без своих тупых шуток отвечать⁈ — огрызнулся я.

— А у тебя чё, с чувством юмора проблемы? — угрожающе прищурился Грог, и пёс у его ног тут же отреагировал на смену настроения хозяина утробным рыком.

— Отставить, — осадил своего напарника Утиль.

Тот положил ладонь на голову Хана, и пёс сразу успокоился, будто потерял ко мне всякий интерес. Он вывалил язык и уставился в сторону движения. Мне даже показалось, что он в этот момент улыбался.

— Вы мне ответите или нет? — уже более спокойно попросил я.

— А ты сам ещё не понял? — обернулся ко мне Утиль. — Выродки. Он обещают за твою голову аж целый центнер серебром. И я не удивлюсь, что действительно заплатят. А передвигаешься ты не особо тайно, в каждой крепости только о тебе и речь. Кстати, за информацию о тебе тоже платят, хоть и не так щедро.

— Да уж, покуролесил ты знатно, — поддержал напарника Грог. — Я тебя как-то иначе себе представлял. Думал, ты крутой аж подойти страшно. А на деле…

— Хлебало закрой. — Я уставился прямо в глаза собачнику.

— Тихо, тихо, воин, — ощерился Грог. — Успеем ещё пободаться. Ты пока очень серьёзным людям нужен, так что не наводи на грех.

— Я бы на твоём месте не нарывался, — посоветовал Утиль.

— Это я-то нарываюсь⁈ — возмутился я.

— Да в натуре, хорош, Брак, — осадил меня Стэп. — Они нас всё-таки спасли.

Полина вообще молчала. В её глазах читался испуг и полное непонимание происходящего. Нет, впоследствии она вывалит все вопросы на мою голову, но пока, в отличие от меня, ей хватало ума помалкивать. Я же, вопреки своему обычному состоянию, напротив, слишком разговорился. Видимо, сказывается адреналин, которого я с запасом хватанул во время боя.

— Это всё равно не объясняет того, как вы меня нашли? — повторил свой вопрос я.

— Следили за командой охотников, — ответил Грог. — Месяца три назад такая же по моему следу шла.

— Следили? — не поверил я. — Это, интересно, как?

— По-разному, — неопределённо ответил Утиль. — Средств для этого хватает. Да и ты не особо таился, честно говоря.

— А смысл?

— Ну как минимум чтобы не попасть в ситуацию, в которой ты оказался, — довольно доступно объяснил Утиль. — То, что ты делаешь, для выродков очень опасно. Не в том смысле, что они вдруг начали тебя бояться, хотя и это тоже. Но ты заражаешь своим безрассудством других.

— Не без вашей помощи, — язвительным тоном ответил я.

— Поверь, о том, что ты выманил целую орду под Нижним, уже никто не помнит. Ты и без нашей помощи выдаёшь подвиги куда интереснее.

— Старый жив?

— Твоими молитвами.

— Где он?

— Угомонись, Брак, скоро ты сам всё узнаешь. За три года многое изменилось.

— Кроме одного, — усмехнулся я. — Кажется, я снова вам для чего-то нужен.

— Не без этого, — кивнул Утиль. — Пока только тебе удалось поймать живого выродка и даже допросить.

— Шутишь?

— Вовсе нет.

— Я ни за что не поверю, что ты на такое не способен, — поморщился я.

— У меня есть и другие, не менее важные задачи. Например вот — задницу твою спасать.

— Спасибо, — буркнул я, понимая, что даже не поблагодарил его за это.

— На здоровье, — отозвался он. — Короче, прибудем на место, и всё узнаешь.

— И далеко до него?

— Прилично. Доберёмся ближе к рассвету. Так что можешь пока вздремнуть.

— У вас, пожалуй, вздремнёшь, — заметил Стэп.

— Эт дело хозяйское, — в своей манере произнёс Грог и, развалившись в кресле, закинул ноги на бортик. — А я, пожалуй, покемарю.

Он натянул кепку на глаза, будто ему мешал свет. Нет, Утиль уже давно включил головной прожектор, но он светил вперёд, и нам от него было ни жарко ни холодно. Пёс немного покрутился на месте и улёгся прямо под ногами хозяина. Пару раз мощно чавкнул, облизывая нос, и тоже угомонился.

— Ложись, если хочешь, — предложил я Полине, указав на свои колени.

Девушка благодарно кивнула и улеглась на меня, закинув ноги на Стэпа. Вопреки ожиданиям, он возмущаться не стал, да и вообще вёл себя непривычно тихо. В прошлый раз, когда мы встречались с Утилизатором в Нижнем, он тоже больше молчал, словно чего-то опасался. Может, и правильно, не знаю. В прошлой жизни я бы таких людей тоже обходил по большой дуге.

Но сейчас мне было как-то плевать на то, что из себя представлял Утиль или тот же Грог. Я стал не менее опасным, чем они, а потому общался с ними на равных. Хотя, надо признать, Хан меня всё-таки пугал. Я вообще-то животных не очень, если они не представлены в качестве блюда. Да и в этом случае предпочту травоядных. А уж стафф с серебряными клыками… брр-р. Да здесь кому угодно станет неуютно.

Полина пригрелась и мерно засопела. Переживаний ей сегодня тоже хватило, даже с запасом на две жизни вперёд. Машину жалко. Не столько саму тачку, сколько добро, которое в ней осталось. Эдакое дежавю, которое снова закончилось встречей с Утилизатором. Хорошо хоть, рюкзак успел подхватить. К слову, вещи Стэпа и Полины тоже здесь. Вот ведь упёртые, даже мешок с кормом не бросили. Ну теперь его хотя бы будет кому жрать, если Хан вообще таким питается? Судя по тому, как он обгладывал лица выродков, их плоть ему больше по вкусу.

Ладно, не всё так плохо, как тогда. Сейчас при нас хотя бы серебро и целых пять сердец. Чёрт, они ведь так протухнут. Хорошо, что на улице всё ещё прохладно, да и времени прошло не очень много. Может быть, успеем их засушить, если не отберут. Да плевать, новых наковыряем, нам не вперво́й.

Интересно, куда нас везут?

Это была последняя мысль перед тем, как я отключился. Мерный рокот двигателя, покачивание и адреналиновый отходняк сделали своё. Я задремал, даже несмотря на неудобную позу. Мне снова снилось море, и на этот раз я чувствовал его запах. Слышал крики чаек, да так отчётливо, будто они кружились у меня прямо над головой.

А потом меня бесцеремонно пнули по ногам.

Открыв глаза, я натурально утратил дар речи. Вокруг, всюду, куда доставал взгляд, была вода. Лишь в одном месте обзору мешала громадная посудина величиной с пятиэтажный дом. Именно она и заставила меня подавиться возмущением.

— Вот это ни хрена себе! — вместо меня выразил эмоции Стэп. — Это что ещё за чудо такое⁈

— Круизный лайнер, — ответил Грог. — Поднимайте ваши жопы, мы прибыли. Добро пожаловать на борт и в штаб-квартиру последнего очага сопротивления.

— Чего? — не поняла Полина.

— Ой, тебя это вообще не касается, — отмахнулся собачник.

Глава 10

Уют

— Уи-и-и! — раздался восторженный писк из душа, а вскоре из притвора показалась довольная мордашка Полины. — Прикинь! Здесь горячая вода есть!

— Угу, рад за неё, — буркнул я, разбирая вещи в рюкзаке.

— Бука, — фыркнула девушка и исчезла за дверью.

Зашумела вода, а через некоторое время из ванной донеслось громкое пение. Я вздохнул и продолжил заниматься делом. Шмотки швырнул на пол, так как их уже пора было стирать, впрочем, как и те, что сейчас были на мне. Но с ними я повременю. Не голым же мне по палубам рассекать, в самом-то деле. А сердца уже капитально требуют внимания, так что надо бы их пристроить. Если не удастся продать, то хотя бы засушить.

Серебро в сейф. Да, номер нам достался — сам себе завидую. Уже и не припомню, когда я вот так, с комфортом… А ведь никогда. Дома у меня всё было ровно так, как и у большинства. Обычная кровать, обычные подушки, стенка в зале с неизменным набором фарфоровой посуды для чаепития. Здесь же…

На ум приходило только одно слово, которое выдала при входе в номер Полина: «вау». Одна кровать чего стоила. Да это даже не кровать, а натуральный сексодром. Она в ширину больше, чем в длину. Девушка с ходу её испытала, рухнула прямо с разбега, раскинув руки в стороны. Я не стал, так как был весь в грязи и засохшей крови.

Впрочем, глупо было бы, ведь мы на круизном лайнере и вроде как даже пятизвёздочном, если у лайнеров вообще есть такое понятие.

Разобрав автомат, я принялся вычищать нагар из ствола. Пока есть свободная минута, лучше ей воспользоваться. За время скитаний я чётко уяснил: оружие нужно содержать в идеальном состоянии и заниматься им в любую свободную минуту. А сейчас у меня времени с большим запасом, так что я раскидал автомат на все составляющие. Ударно-спусковой механизм тоже требует внимания, хоть и не так часто. А в последние дни ствол где только не побывал: и в грязи, и в лужах. В общем, лишним точно не будет.

Да, круто они здесь устроились. С комфортом и размахом. А ведь на лайнере ещё и несколько бассейнов есть. Что-то такое Грог мне вкратце рассказал, пока провожал до каюты. Рай. И это в то время, когда люди вокруг дохнут, словно мухи от дихлофоса.

— Брак! — донеслось из душа.

— Что? — неохотно откликнулся я.

— Не потрёшь мне спинку?

— Нет.

— Ну почему-у?

— Занят.

— Ну и дурак.

Отвечать я не стал. Вместо этого принялся собирать оружие. Капнул масла в нужные места, установил пружину, погонял затвор и, защёлкнув ствольную коробку, несколько раз похолостил. Всё работало мягко, без усилий и закусов, как и положено. С этим стволом покончено, настало время дробовика. Ему тоже знатно досталось. Я разве что пистолет в эти дни не использовал, но его тоже разберу и вычищу, на всякий случай.

Я как раз заканчивал с оружием, когда из ванной выбралась Полина. Из одежды на ней было только полотенце на голове. Девушка сладко потянулась, сексуально прогнувшись в пояснице, и плюхнулась на кровать. Тело очень плавно утонуло в перине, что в очередной раз привело её в щенячий восторг. Она даже встала и повторила падение.

— Кайф, — выдохнула она. — Боже, спасибо тебе! Какой же это кайф!

— Ты здесь будешь? — поинтересовался я, заполняя магазин пистолета патронами.

— А ты куда собрался? — Она уставилась на меня, приподнявшись на локтях.

— Сердца нужно пристроить и одежду какую-нибудь замутить. У тебя размер какой?

— Сорок первый. Иди ко мне, а?

— Позже, — отказался я. — Вначале дела.

— Уверен? — Полина хитро прищурилась, и запустила руку себе между ног.

Она выдала сладкий стон, запрокинув голову, и расставила ноги ещё шире.

— Вот займись пока, если тебе неймётся, — усмехнулся я. — Никого не впускай из каюты не выходи. Я скоро.

С этими словами я поднялся из кресла, привычным движением сунул пистолет в кобуру и, подхватив пропитанный кровью узелок из простыни, вышел за дверь.

— Импотент! — донеслось в спину.

И снова я пропустил оскорбление мимо ушей. На некоторое время замер в коридоре и попытался вызвать в памяти что-нибудь отвратительное, чтобы у меня внизу всё расслабилось. Получалось не очень. Перед глазами всё ещё стояла обнажённая Полина. Вот ведь дьяволица! Ну ничего. Вернусь, отмоюсь и вставлю ей по первое число.

Осмотревшись, я выбрал левую лестницу и отправился на поиски хоть кого-нибудь, кто подскажет мне, куда деть сердца. У Стэпа я их забрал сразу, как только мы поднялись на борт. Пусть отдыхает, ему тоже неслабо досталось. Да и толку от того, что мы будем шататься вдвоём, никакого.

Поднявшись, я сразу обнаружил человека, который курил, облокотившись на борт. И не какую-то самокрутку, а нормальную сигарету. Мысли тут же переключились в другое русло, и я прямой наводкой направился к нему.

— Здорова. — Я остановился рядом. — Угости сигареткой.

— Травись, не жалко. — Он протянул мне пачку «Золотой явы». — Это вас на рассвете привезли?

— А что, так заметно? — усмехнулся я.

— Ну, вообще-то, да, — улыбнулся в ответ он. — Кого-то ищете?

— Да, мне бы лавку какую или где тут у вас торговля ведётся.

— Торговля? — Он удивлённо приподнял левую бровь. — Братан, ты, верно, не совсем понял, куда попал.

— Да мне никто толком ничего и не объяснил, — пожал плечами я. — Короче, у меня пять сердец, которые добыты два дня назад. Если с ними ничего не сделать, то они испортятся.

— Тогда тебе вниз нужно. На склад, к Макару.

— Макару? — Я не поверил своим ушам. — Это не толстый такой, хромой?

— Он самый. Знакомы?

— Судя по всему, — хмыкнул я. — Да уж, мир стал очень тесным.

— Ну вот ему сдашь. Он тебе квиток на премию выпишет.

— И большая премия?

— По сотке за штуку.

— Это же грабеж! — возмутился я. — Они в крепостях по четыре сотни уходят!

— Ну можешь выбросить, — усмехнулся мужик. — Ты здесь живёшь и жрёшь бесплатно, плюс патроны любые за счёт казны. Неужели будешь из-за пары грамм серебра бодаться?

— Не, ну если только так, — смутился я. — Ладно, спасибо…

— Стой.

— Что ещё?

— Там курить нельзя. Только на открытых палубах.

— А, понял, — кивнул я и сделал глубокую затяжку.

— П-хах! — Мужик хлопнул меня по плечу. — Да не спеши ты так, расслабься.

Продолжая ухмыляться, он скрылся в коридоре. Я проводил его задумчивым взглядом и отвернулся к воде. Вид был потрясающим. Не знаю почему, но я представлял себе море как-то иначе. И запах был другим, и воздух казался солёным, в смысле — в фантазиях. А на деле от воды пахло тиной, а воздух был самым обыкновенным, как и везде. А ещё у меня ну никак не получалось расслабиться. Постоянно казалось, что за углом подстерегает опасность. Может, сказывалось отсутствие автомата? Его тяжесть как-то успокаивала. Привык я к оружию. Настолько с ним сроднился, чтоб без него ощущал себя словно голым.

Щелчком отправив окурок в воду, я вернулся к лестнице и принялся спускаться. На минус первом уровне появились таблички служебных помещений. Среди них удалось отыскать и необходимую, с надписью «Склад».

На самом деле поблуждать пришлось немало, прежде чем я набрёл на нужную дверь. Лайнер оказался огромным, даже больше, чем снаружи. А все эти лесенки и коридоры натурально сводили с ума. Но редкие встреченные мной люди без лишних вопросов указывали мне путь. А один из них молча указал на табличку, на которой имелись указатели. Вот, ориентируясь по ним, я наконец и пришёл туда, куда нужно.

Распахнув дверь, я ввалился внутрь и нисколько не удивился, обнаружив Макара за столом, прямо у входа. Он оборудовал склад ровно так же, как делал это в нижегородском кремле.

— Здорова, жиробас! — Я привлёк внимание старого знакомого.

— Брак⁈ — Он удивлённо уставился на меня. — Твою мать! Брак!

Макар вдруг подскочил, дохромал до меня и сгрёб в охапку.

— Ну ладно, ладно. — Я похлопал его по спине. — Хватит этих телячьих нежностей. Ты как здесь?

— Да хорошо, — ощерился он. — Как видишь.

— Давно?

— Да считай, сразу. Когда вы меня в бункере оставили, через пару часов я был уже на свободе. Ну а на следующий день меня уже вывезли. Вначале в Калугу, затем поездом в Ростов, а оттуда уже вертолётом сюда. Теперь вот… Живу в общем, работаю.

— Ты извини, что мы тебя так…

— Ой, да брось. Я бы на вашем месте тоже себя подозревал. Не, поначалу-то я вас ненавидел. Думал: увижу, всё выскажу. А затем, спустя время, всё как-то переосмыслил и понял. Короче, забей, нормально всё. Ты как, кстати, в покер играть не разучился?

— А ты всё так же держишь подпольный клуб?

— Надо же как-то вечера коротать, — улыбнулся приятель. — Ну, а ты как? Стэп жив? Чем занимались всё это время? Сюда как попал?

— Да тоже жив, почти здоров. Со Стэпом тоже порядок. Дрыхнет, наверное, сейчас, или шляется где-то.

— Так он что, тоже здесь⁈

— Ну так мы с ним теперь напарники. Вместе выродков мочим, сердца вырезаем. Кстати, о птичках. — Я скинул с плеча узелок и водрузил его на стол Макару.

— Ну куда ты грязь-то эту прямо на бумаги! Брак, чтоб тебя черти дрючили, там же приходные накладные! — Макар засуетился, скинул узел с сердцами на пол и принялся всматриваться в бумаги.

Да, некоторые люди не меняются.

Наконец он убедился, что все документы в порядке и ничего критичного не произошло, и с шумом выдохнул. Потом посмотрел на меня и расхохотался, а затем уселся на стул.

— Да, умеешь ты взбодрить, — добавил Макар и промокнул выступившие слёзы рукавом.

— А чего ржал-то? — не разделив веселья приятеля, спросил я.

— Ну так… — Он неопределённо покрутил пальцами в воздухе. — Вспомнил былые времена. Но здесь лучше, да… Кстати, а ты не забыл, что всё ещё мне должен?

— Тебе кто-нибудь говорил, что ты жук? — усмехнулся я и уселся напротив. — Только не говори, что ты и здесь умудрился развернуть какую-то деятельность.

— Да какой там, — устало отмахнулся Макар. — И без того работы хватает. То поставка какая, то кухня запрос скинет, то вот, — он обвёл стол руками, будто это могло что-то значить, — к рейду готовимся.

— Что за рейд?

— А чёртьиво знает, — вот так, в одно слово, выдал он, — Какая-то мегаважная операция. Мне не докладывают. Моё дело заявку сформировать и списание провести. Да и плевать, честно говоря. Меньше знаешь — крепче спишь.

— А откуда здесь всё это?

— Из разных мест. В основном склады РВСН или ещё какие-то секретные хранилища. У нас ведь руководство страны неизлечимой паранойей сколько лет страдало. По всей земле заначек наделали. У Старого, похоже, доступ к секретной информации был, вот и вычищаем по-тихой. Что-то к нам отправляется, что-то на переработку или в крепости. Но все бумаги через меня идут. Порой такое богатство попадается… Не в том смысле, что золото там, оно ведь сейчас на хрен никому не нужно. А вот провизия и боеприпасы буквально вагонами проходят. Оружие там и всё такое… Ну ты понял, о чём я.

— Ещё бы. А энергия здесь откуда? Двигателя вроде не слышно.

— Ха, это вообще отдельная песня. Мы на атомном реакторе сидим.

— Иди ты!

— Ей-богу! Сам лично его видел. Ну не так, как тебя, конечно, а через окно. Да ты Старого попроси, он тебе экскурсию устроит.

— Он здесь? — мрачным голосом уточнил я.

— Без понятия, — пожал плечами Макар. — То прилетает, то улетает. Он же деловой как не знаю кто. Откуда только в нём столько энергии? Тут порой за день так намотаешься, ноги гудят, в спину стреляет. А этому уже за седьмой десяток перевалило, а он всё носится, будто ему семнадцать лет.

— Может, у него тоже везде стреляет. Просто он не жалуется, — заметил я.

— Ой, можно подумать, — поморщился приятель. — Ладно, давай с твоим барахлом разберёмся.

— И желательно побыстрее. Им уже третьи сутки пошли, как бы подтухать не начали.

— Нормально, не жара сейчас. Сколько там?

— Пять.

— Не шутишь⁈ — округлил глаза Макар. — А ты хорош. Я за три года работы впервые такой улов в одном месте вижу.

— Просто работать нужно уметь.

— Да тут, знаешь, ребята такие, что ого-го, — потряс кулаком Макар. — Нам бы таких побольше, давно бы выродкам Кузькину мать показали.

— А что это вообще за место?

— Вроде как база специальная. Даже не знаю, как объяснить. Штаб может, пункт управления сопротивлением. В общем, здесь все шишки, сюда вся информация стекается, отсюда все атаки и операции планируются.

— Штаб, значит, — кивнул я.

— Ну, а я как сказал? Здесь есть всё необходимое. Оружие, боеприпасы какие хочешь. Даже крупняк есть, и для танков тоже. Самих танков, конечно, нет, их здесь ставить негде. Но у нас и авианосец неподалёку курсирует. Небольшой такой, всего на десять единиц техники, но всё же. Подлодки даже есть, две штуки. Тоже небольшие, море-то мелкое, метров двадцать глубина всего.

— Ясно, по сердцам-то чего?

— Ах да, тебе документы выдали?

— Какие ещё документы?

— Та-а-ак, — задумчиво протянул Макар. — Тогда дуй в комендатуру и оформляйся. Как ксиву получишь, тогда ко мне, я тебе квиток на премию выдам.

— Может, хоть шмотки какие дашь? Мне бы помыться для начала не мешало.

— Шмотки? — зачем-то переспросил Макар и обернулся. — Напомни-ка размер?

— Женский комплект сорок второго, а мой — пятьдесят второго. Рост — сто девяносто.

— Так-так, — хитро прищурился Макар. — Женский, значит?

— Ой, вот ты только не начинай, ладно?

— Ха-ха-ха, да не хмурься ты, я же не со зла. Кто такая?

— Отвянь.

— Вот поэтому ты вечно один и бродишь, — отмахнулся Макар. — Ладно, придумаем сейчас чего-нибудь. Посиди пока. Только не лапай здесь ничего.

— Давай, шевели булками. У меня уже чешется всё.

Макар поднялся и скрылся за стеллажами. Я некоторое время сидел, рассматривая бумаги на его столе, а затем взял и перемешал несколько стопок. Пусть сидит, плюётся потом. Кладовщик вернулся через пару минут и протянул мне два комплекта «горки», поверх которых лежало даже чистое нижнее бельё и носки.

— Обувь нужна?

— Своя ещё нормальная, — отказался я.

Нет, запасной комплект мне бы не помешал, но у меня и в самом деле были очень хорошие военные ботинки с высокой шнуровкой и пластиковой вставкой в носке. А новые ещё разнашивать придётся. Какими бы хорошими они ни были, новая обувь имеет свойство где-нибудь натирать. Так что нет, не хочется мне с ними возиться, молотком швы простукивать. Может, в следующий раз.

— Я так понимаю, амуниция тоже по документам.

— Само собой. Ты мне потом и за костюмы распишется.

— Ладно, бывай. Как-нибудь ещё загляну. Когда у тебя игра следующая?

— Дак завтра после заката, когда все улягутся. Приходите со Стэпом, я вас с людьми познакомлю. И мадам свою приводи.

— Перебьёшься, — буркнул я и направился к двери.

Путь до каюты много времени не занял. Я уже научился более-менее ориентироваться и, следуя указателям, быстро отыскал обратную дорогу. А когда ввалился в номер, застал Полину спящей. Она развалилась на кровати, свесив одну ногу, а из-под одеяла торчал её упругий зад, в который так и хотелось вцепиться зубами. Но я поборол в себе плотское желание и отправился в душ.

Когда на голову обрушился поток горячей воды, я действительно почувствовал себя словно в раю. Нет, мы со Стэпом периодически топили бани, которые попадались нам на пути. Но во так, под горячим душем, я стоял впервые за столь долгое время. В гостиницах, в которых мы останавливались, чаще всего нас тоже записывали в баню. Но их там и топили так, больше для порядка, чтоб люди не мылись в холодном помещении. Даже в заведении, где работала Полина, не было такого удовольствия, как горячий душ.

Как же мало человеку нужно для счастья! Раньше мы жили со всеми этими благами и не обращали на них внимания, а сейчас даже чистая простыня — уже целое событие. Интересно, мы когда-нибудь сможем вернуться к той цивилизации, которую так быстро потеряли? Надеюсь, что да. По крайней мере, сдаваться мы не собираемся, а значит, рано или поздно победим выродков. Загоним их в самые мрачные подземелья, да там и похороним. Сейчас, натирая себя душистым мылом, я почему-то в это верил. Но там, на промозглых улицах, когда приходилось ползать на пузе по жидкому грязному снегу, я всегда сомневался в победе.

Выйдя из душа, я поймал на себе похотливый взгляд Полины. Видимо, девушка проснулась от шума воды и сейчас лежала, закутавшись в одеяло, выставив наружу только лицо. И даже так она всё равно выглядела соблазнительно.

— Пойдёшь ко мне? — Она откинула одеяло, демонстрируя мне свою наготу.

— Вот ведь чертовка, — усмехнулся я и нырнул в кровать.

Полина взвизгнула, делая вид, что испугалась, а затем прильнула ко мне всем телом и уставилась на меня своими огромными серыми глазами.

* * *

— Итак, — Старый подошёл к карте, — кратко введу вас в курс дела. Мы сейчас здесь. Вот эти территории полностью под нашим контролем.

— А там что? — спросил Стэп.

— Где?

— Ну, на севере, — уточнил приятель.

— Серебряный прииск, — терпеливо ответил Старый. — Здесь возобновлена добыча и переработка нефти. Эта, эта и эта железные дороги тоже восстановлены и задействованы. Но вас должны волновать вот эти отметки.

— Скопления выродков? — полюбопытствовал я.

— Мы предпочитаем называть их изменённые, или иные. Но да, ты прав, эти области находятся под их контролем.

— Основная всё ещё в Москве.

— Да, и теперь мы точно знаем почему. Они готовят очередной прорыв территории. Если им удастся захватить вот эти крепости, то мы не сможем удержать плодородные земли. А это значит, что снова начнётся голод.

— Он и не прекращался, — резонно заметил я.

— Ошибаешься, — покачал головой Старый. — Ты ещё не видел такого, какой нам светит, если мы потеряем Белоруссию.

— Ладно, общие данные понятны, — отмахнулся я и развалился на стуле. — Мы здесь зачем? Я так вижу, что опытных людей у вас в достатке.

— И их практически всех знают в лицо, — покачал головой Старый. — Ваша задача очень простая. Поймать изменённого и доставить его в полевую лабораторию. Дождаться окончания операции и вернуть в целости на указанное место.

— Зачем?

— Скажем так, — усмехнулся особист, — мне нужно замотивировать одного человека.

— Я всё ещё не понимаю… — Я развёл руками. — И, кажется, я дал ясно понять, что больше не стану играть вслепую. Мне прошлого раза хватило. Так что или выкладывай всё, или иди козе в трещину.

— Брак! — толкнул меня локтем в бок Стэп. — Да хорош ты…

— Послушай своего напарника.

— Я сказал — ты услышал, — упрямо добавил я.

— Пф-ф-ф, — с шумом выдохнул Старый. — Это, пожалуй, самая важная миссия из всех, что у нас были. Вот этот мальчик, — на экране появилась фотография какого-то пацана, — дитя изменённого и человека. Мы называем его «гибрид».

— Его нужно убрать?

— Ни в коем случае! — нахмурил брови особист. — Его важность в нашей войне неоценима. Он может жить днём, а его укус для человека работает ровно как чёрное сердце. Для нас он безопасен, но вот для иных… На них он действует особым образом.

— Значит, его нужно доставить сюда?

— И да, и нет, — снова нахмурился особист. — Нам нужно, чтобы его к нам привёл другой человек. И это не так просто организовать, поэтому и планируется многоходовая операция.

— А не проще ли взять пацана и привезти сюда на вертолёте, если он для нас так важен?

— Всё не так просто. Он ещё слишком юн и неопытен. Ему нужно стать воином и научиться выживать.

— Так научите. У вас для этого есть всё необходимое.

— Нет. Мы не хотим воспитывать из него очередного солдата. Нам нужен лидер.

— Лидер? Мне не послышалось? Вы что, хотите, чтобы выродок встал у руля? Да люди никогда его не примут…

— Твоего мнения никто не спрашивал, — строго осадил меня Старый. — Сделай то, что от тебя просят, и ты свободен. Можешь валить куда хочешь.

— Где мой брат?

— Неподалеку, — ответил особист. — На точно таком же лайнере, как и этот. И, в отличие от тебя, он уже давно трудится на благо человечества.

— Я тебе не верю.

— Твои трудности.

— Я могу его увидеть?

— Нет. Пока мы не завершим разработку синтетической крови, с изменёнными лучше не пересекаться.

— И много их у вас?

— Немало, — кивнул Старый. — Но каждый из них очень ценен. И мне бы не хотелось, чтобы ты или кто-то другой вмешивался в их работу.

— Мне нужны доказательства.

— Хорошо, ты их получишь. Видеозапись тебя устроит?

— Вполне.

— Ну вот и договорились. А теперь к делу.

— Я всё равно не понимаю, зачем все эти сложности.

— Тебе и не нужно это понимать. Есть человек, который научился выживать как никто другой, и эти навыки необходимо передать нашему будущему лидеру. И для этого они должны вместе пройти через сложности. Так тебе понятно?

— Ну, более-менее. Выродок, которого нужно поймать, это кто-то конкретный или вам плевать?

— Плевать. Главное, доставь его на операционный стол, а затем — в назначенное место. И проследи, чтобы нужный нам человек отыскал его гнездо. Справишься?

— Не вижу ничего сложного, — кивнул я. — Что с оплатой?

— Серьёзно? Хочешь остаться в ранге наёмника?

— Меня устраивает, — пожал плечами я.

— Хорошо, обсудим вопрос, и я дам тебе знать. На сегодня всё, можете отдыхать. Приступаем через сорок восемь часов. На выполнение задачи у тебя будет максимум неделя. Свободны.

Мы вышли из кабинета, и я тут же вставил в рот сигарету. Вторую протянул Стэпу, и мы вместе выбрались на палубу.

— Что думаешь? — спросил у приятеля я.

— Не знаю, — пожал плечами он. — Похоже на какой-то бред. Как по мне, так пацана тоже проще эвакуировать вертолётом.

— А об этом месте в целом?

— Кайфово здесь, — вздохнул приятель. — Я бы остался.

— Так оставайся.

— Шутишь? — усмехнулся он. — Да тебя без меня в первый же день грохнут.

— Я серьёзно. — Я уставился на друга немигающим взглядом. — За Полинкой присмотришь.

— Да иди ты в жопу, понял? — состроил обиженную рожу Стэп. — Я, по-твоему, кто? А если ещё раз такое предложишь, я тебя лично пристрелю. И пули будут серебряные, чтоб тебя, мудака, не откачали.

— Ладно, не ори ты, — усмехнулся я. — Разберёмся. Пошли к Макару, у него сегодня игра.

— Давай только через каюту пройдём, я там пару пузырей коньяка марочного намутил.

— Вот это дело, — ощерился я. — Вот это я понимаю, деловой подход.

Глава 11

Беседы

— Ко мне давай тоже заскочим, я Полину предупрежу, — попросил я Стэпа, когда тот вывалился из каюты с двумя литровыми бутылками коньяка.

Даже не представляю, где и каким образом он умудрился его достать, тем более здесь, посреди моря. Но на хороший алкоголь у него нюх. В последнее время цена за бутылку более-менее приличного пойла могла легко перекрыть стоимость чёрного сердца. Нет, бухла в крепостях хватало, но его качество и вкус оставляли желать лучшего. Сильно повезёт, если после такого наутро проснёшься только с головной болью.

Но чаще последствия были гораздо жёстче. Впрочем, чего ещё ждать от самогона, брагу для которого настаивали на всём подряд. Ведь сахара тоже днём с огнём не найти. И если летние сорта гнались из ягод, а осенние производились из яблок, то зимой и весной к крепкому алкоголю лучше было не притрагиваться. По этому вот такой заводской выдержанный коньяк ценился и продавался за баснословные числа.

— Как-то быстро ты подкаблучником стал, — отпустил шутку Стэп. — Чё, всё уже, яйца выкручивает?

— Знаешь, я иногда задумываюсь, почему до сих пор не пристрелил тебя где-нибудь под шумок? — хмыкнул я. — Но рано или поздно ты точно договоришься.

— Ты же без меня по миру пойдёшь. С деньгами ведь вообще дружить не умеешь.

— А потому что туда их с собой всё равно не заберёшь. Деньги — это всего лишь средство, инструмент, а не смысл жизни.

— Вот об этом я и говорю.

— Здесь подожди, — буркнул я и вошёл в свою каюту.

Нас поселили на одной палубе, но в разных концах. Стэпа ближе к носу, а меня — у кормы. Уж не знаю, чем руководствовалось начальство, ведь весь уровень был практически пустой. В том смысле, что свободных номеров по соседству имелось с запасом. Хотя, может, я чего-то не знаю, и люди, которые в них прописаны, сейчас где-то на заданиях, жизнью рискуют.

— Привет, — улыбнулась Полина, встречая меня в уже привычной позе: в кровати, с книгой в руках. — Ты сегодня рано.

— Я предупредить как раз, — ответил я. — Сегодня буду поздно, можешь меня не ждать.

Я развернулся к двери, но девушка меня придержала.

— Постой. — Она сбросила с себя одеяло и босиком прошлёпала ко мне. — Я тебе кое-что сказать хотела.

— Ну? — Я нетерпеливо посмотрел на неё.

— Мне работу предложили, в гостевом сервисе.

— Так это же хорошо, — впрочем, совсем безразлично отреагировал я. — Здесь ты будешь в безопасности.

— Это да… — Она потупила взор. — А ты?

— А что я?

— Ну, какие у тебя планы?

— Разберусь с работой, которую мне нарезал Старый, а дальше будет видно. Я так далеко не смотрю.

— Я не об этом.

— Блин, Поль, ты можешь рожать быстрее, меня там люди ждут.

— Ой, ну и вали к своим людям, придурок! — мгновенно психанула она. — Можешь там и оставаться, если они тебе важнее меня.

— Дура, что ли? — буркнул я и вышел за дверь.

— Чё, отпускать не хотела? — хмыкнул Стэп, который, похоже, слышал окончание нашей беседы.

— Ой, ты только не начинай, ладно? — поморщился я.

Мы добрались до лестницы на корме и спустились на технический уровень. Хотя это было не совсем так. Все механизмы и коммуникации располагались ещё ниже. И тем не менее эта палуба носила именно такое название. Просто так было понятнее гостям, для которых изначально создавался этот лайнер. Это сейчас здесь можно было свободно гулять где хочешь.

Уже не обращая внимания на указатели, мы добрались до склада, где по традиции устраивал игры Макар. И нет, этого никто не запрещал, просто ему нравилась сама атмосфера, якобы подпольного казино.

На самом деле в этом действительно что-то было. Во-первых, абы кто на игру попасть не мог, а во-вторых, полумрак складского помещения создавал эдакий уют. Свет вокруг всегда выключался, оставаясь лишь над игорным столом.

— Макар! — прямо от входа заорал Стэп. — Ты где, хромоножка!

— За второй стеллаж проходите, — вернулся ответ из глубины помещения.

Мы прошли в указанном направлении, где и расположился стол, за которым уже сидели трое, включая кладовщика. Одного из присутствующих я уже видел в кабинете Старого, на первом, ознакомительном совещании. Второй попался на глаза впервые.

— Знакомьтесь, — тут же представил нас Макар. — Это Брак и Стэп, мои старые приятели ещё по Нижнему Новгороду. Это Кузнецов Сергей Викторович, вице-адмирал военного флота.

— Можно просто Сергей, — кивнул тот, кого я уже видел у Старого. — Ни к чему здесь такой официоз.

— А это доктор Клементьев Николай Васильевич, — представил второго кладовщик. — Благодаря ему, это корыто всё ещё держится на плаву, а не превратилось в облако радиоактивной пыли.

— Фигасе, — хмыкнул Стэп. — Даже неудобно будет вас раздевать.

— П-хах, — хохотнул вице-адмирал, а затем и вовсе залился смехом: — Ха-ха-ха, а они мне нравятся! Присаживайтесь! Что там у вас с собой?

— Вот. — Стэп припечатал к столу обе бутылки.

— Ого, арманьяк, — покивал вице-адмирал. — Солидно.

— Ну так говна не держим, — хмыкнул приятель и плюхнулся на стул. — Ещё кто-то будет?

— Нет, на сегодня всё, — покачал головой Макар и взялся тасовать карты.

Доктор был молчалив. Уж не знаю, может, потому, что компания его не устраивала, а может, он всегда такой. В любом случае игра покажет, кто есть кто.

— Ну, как вам у нас? — пустился в неспешную беседу Кузнецов.

— Шикарно, — ответил Стэп, пытаясь срезать сургуч, под которым скрывалась пробка.

— Док, не в службу, а в дружбу: принеси бокалы, — попросил вице-адмирал.

— Они на… — начал было Макар, но Док его перебил.

— Я знаю, — сухо ответил он и поднялся из-за стола.

Вскоре Стэп уже наполнял их дорогим даже по меркам той, старой жизни, напитком. Вице-адмирал тут же поднял свой, разогнал его по стенкам и принялся наблюдать за тем, как он стекает.

— Ну, за знакомство, — пародируя голос генерала из известного отечественного фильма про охоту, произнёс он.

Мы чокнулись и сделали по небольшому глотку. Я даже зажмурился от удовольствия. Коньяк, ну или всё же арманьяк, приятно обжёг язык и огненным потоком провалился в желудок по пищеводу, не вызывая и малейшего желания закусить и уж тем более запить. А спустя пару секунд во рту остался приятный ореховый привкус.

— Эх, чувствую, сегодня нас ожидает чудесный вечер, — причмокивая, произнёс Кузнецов. — Ну ты долго ещё колоду греть собираешься? Сдавай уже.

— Так не терпится облегчить карманы? — хмыкнул Стэп.

— Смотри, как бы самому в одних трусах из-за стола не выйти, — вернул шпильку вице-адмирал.

На стол упали первые карты. Макар всегда сдавал по кругу всем игрокам, а в конце выкладывал прикуп. Сейчас в открытую легли три карты: двойка, четвёрка и семёрка, все разных мастей. Две оставались закрытыми. Я поднял свои и едва сдержал эмоции. Всё-таки покер — не та игра, где стоит их оголять. На руки мне упали валет и десятка. С такими картами рассчитывать не на что, даже если в закрытом прикупе окажется что-нибудь в пару к моим. Но посмотрим. Всё равно первые несколько сдач будут больше в качестве разогрева, и больших ставок ожидать не стоит. Мы будем скорее присматриваться друг к другу, прощупывать противника.

— Чек, — даже не заглянув в свои карты, произнёс вице-адмирал.

— А я, пожалуй, пятёрку накину. — Клементьев подвинул пять грамм серебра в общий банк.

— Я — пас. — Стэп тут же сбросил карты.

— Отвечу, — принял я ставку, но увеличивать не стал.

— Ого, кажется, кому-то привалило, — хмыкнул Кузнецов и наконец заглянул в свои карты.

Макар молча скинул свои, видимо, там тоже был полный шлак.

— А я, пожалуй, присоединюсь к игре, — довольно крякнул Сергей и добавил к банку пять грамм.

Повышать он не стал, и Макар перевернул четвёртую карту прикупа. Там оказался валет. Выходит, я не зря рискнул, и хоть какой-то шанс у меня уже появился.

Кузнецов никак не изменился в лице, продолжая играть роль жизнерадостного человека, а вот по лицу Дока пробежала едва уловимая тень. Пока я точно не понял, что это значит, но, похоже, он остался недоволен раскладом. Интересно, на чём он поднимал? Неужели на семёрках?

— А вы адмирал с той жизни или уже здесь назначили? — полюбопытствовал я.

— Ещё с тех, — ответил он.

— Выходит, вы знали Старого до всего этого дерьма? — Я наконец задал интересующий меня вопрос.

— Крючка-то? Ну да, доводилось встречаться.

— А почему Крючок?

— Так фамилия у него такая, Крюков. Хотя не уверен, что она настоящая. Он тот ещё волчара.

— А кто он?

— П-хах, ну ты даёшь! Он один из тех, кто в своё время доставлял посылку на Кубу.

— Это сколько же ему лет⁈ — выпучил глаза Стэп.

— Ну, лично он в той операции не участвовал, мал ещё был, как и я, но его бывшее начальство точно в этом участвовало. Хотя на счету Крючка не один правительственный переворот. Уж чего-чего, а раскачивать систему он умеет как никто другой.

— А зачем ему ещё один лайнер, полный выродков? — задал я второй, не менее важный вопрос.

— Там не простые изменённые, — ухмыльнулся вице-адмирал.

— И как это понимать?

— А тебе и не нужно ничего понимать, — заметил Кузнецов и пригубил коньяка. — Просто прими это как данность. Славка точно знает, что нужно делать. И если он собрал их там, значит, так нужно для победы.

— Вы так в нём уверены?

— Послушай, Брак… — Кузнецов внимательно посмотрел мне в глаза, — Когда Крючок продавал китайцам проект новейшего атомного генератора, все крутили у виска и поговаривали, что он выжил из ума. Но теперь мы все сидим здесь и радуемся тому, что он в своё время сделал.

— Я не понимаю, как это связано?

— А ты подумай? — улыбнулся он. — Откуда здесь свет, тепло, горячая вода? Что всё это питает?

— Я уже слышал, что мы на атомной тяге.

— Вот и подумай: откуда у Китая такие технологии?

— Хотите сказать, что этот проект замутил Старый?

— Я ничего не хочу сказать, а лишь констатирую факты. Эти лайнеры вышли с их верфей, притом в кратчайшие сроки. И вот что удивительно: потратив кучу ресурсов на их производство, несмотря на огромный финансовый потенциал, китайцы почему-то подарили оба судна нашей стране.

— Ну, я бы так не сказал, — вступил в беседу Клементьев. — За это они получили очень ценные разработки в атомной энергетике.

— Вот о том я и говорю, — воздел палец вице-адмирал. — Кстати, чек.

— Я, пожалуй, тоже пропущу, — добавил Док, и они оба уставились на меня.

— Вскрывайте пятую, я тоже чекну, — разрешил я, и Макар перевернул последнюю карту прикупа.

Там лежал третий валет. Эмоции я сдержал и даже не стал торопить адмирала со ставкой. Напротив, продолжил мучить его расспросами. Всё-таки эта сторона нашей встречи была куда интереснее игры в карты.

— Выходит, он знал о том, что может случиться? — спросил я.

— Может, — пожал плечами Кузнецов. — С его колокольни виднее.

— Что-то ты темнишь, Серёг, — снова проявил интерес к беседе Клементьев. — Выкладывай уже, здесь все свои.

— Да что выкладывать-то? Мои знания ненамного больше ваших. Так, кое-какие слухи — и только.

— Ну знаете что? — вставил своё слово Стэп. — На ровном месте слухи не рождаются.

— Тоже верно, — крякнул Кузнецов. — А ну-ка плесни старику ещё немного этого чудесного напитка.

Стэп наполнил бокал вице-адмирала и слегка добавил всем остальным. А оттого, что я к своему практически не прикасался, у меня получилось неприлично много. Но я не стал воротить нос и дважды пригубил жгучий напиток, снова прикрыв глаза от удовольствия.

— Ну и что же за слухи? — напомнил о теме беседы Клементьев.

— Ну, поговаривают, что это дерьмо давненько назревало. Ведь всё не так просто, как может показаться на первый взгляд. Выродки могут жить только ночью, а всё человечество предпочитает для этого день.

— Ну, это понятно, — кивнул Стэп.

— Да что тебе понятно? — уставился на него вице-адмирал. — Вот скажи мне, как ты при таком раскладе подомнёшь под себя правительство?

— Понятия не имею, — пожал плечами приятель.

— Вот тот и хрен, — усмехнулся Кузнецов. — А они смогли. При этом не только в нашей стране, но и во всём мире. Политики вдруг резко начали жаловаться на плохое самочувствие и переходить на удалённую работу. Благо всё необходимое для этого было сделано несколькими годами ранее.

— Думаете, год пандемии — это тоже дело рук изменённых? — спросил я.

— Как знать? Но очень похоже, что они уже тогда готовили почву. И Крючок не мог этого не знать. Это его работа — следить за подобными делами. Другой вопрос, поверили ли ему? Ведь в этот год он как раз отдал наработки по атомной энергетике в Китай, чем и подорвал к себе доверие. Не сам, конечно, такие решения ему неподвластны, но инициатива исходила с его подачи.

— Это был двадцатый год, — пробормотал я. — Выходит, лайнеры строили всего четыре года?

— Три, — усмехнулся вице-адмирал. — Беспрецедентная скорость строительства. Можно сказать, в самые рекордные сроки.

— И что, Китай даже себе ничего подобного не сделал? — задал резонный вопрос Стэп.

— Ага, щас! Ха-ха-ха, — расхохотался Кузнецов. — Эти жуки ещё три таких себе оставили. И возможно, в настоящий момент у них там точно такой же штаб, как у нас. А теперь представьте масштабы строительства и ресурсы, которые были на это запущены. Выводы напрашиваются сами собой.

— Но тогда почему никто не отреагировал на угрозу? Ведь если там, наверху, об этом знали…

— Да никто ничего не знал, — сухо отрезал Кузнецов. — В том-то и дело! Как ты себе это представляешь? Пришёл какой-то дед на приём к первому лицу государства и начал втирать про каких-то существ из области фантастики и сказок? Да его бы на дурдом сразу увезли! Доказательств-то нет. Такое ощущение, что этими выродками руководил кто-то очень опытный, да такой, что самому Крючку фору даст ходов на двадцать вперёд.

— А я всё равно не понимаю, как ему разрешили продать такие наработки на сторону? — почесав макушку, спросил Стэп. — Нет, там, конечно, дружественное государство и всё такое, но ведь это же стратегически невыгодно.

— А ты вокруг посмотри, — вместо адмирала ответил Клементьев. — Это же лайнер класса «лакшери». Ты хоть представляешь, какого уровня гости здесь должны были отдыхать?

— И что?

— А то, что все они люди, к тому же политики. А они ой как любят выпендриваться друг перед другом. Идеальное место для сбора информации. Эдакий отель «Интурист» на плаву. А если речь о заговоре такого уровня, то ещё и отличный соблазн.

— Кстати, да, — подхватил Кузнецов. — Здесь весь корпус построен по принципу сетки Фарадея, он экранизирует любые сигналы.

— А как же связь? — заметил я. — Туристы разве не будут возмущаться, если у них вдруг перестанут работать телефоны?

— Какие телефоны в открытом море? — хохотнул вице-адмирал. — Максимум, на что они могли здесь рассчитывать, так это спутниковый интернет. И тот настолько медленный, что исплюёшься. А его обеспечивает антенна над мостиком, ну и куча ретрансляторов на каждой палубе. Так что делать здесь особо нечего, кроме как напиваться да бахвалиться. Ну что, может, вскроемся уже?

— С чего вдруг? — приподнял брови Клементьев. — Я, пожалуй, ещё десять грамм добавлю.

— Да у тебя же ничего нет! — возмутился Кузнецов.

— Может, и нет, — пожал плечами Док. — Ты поддержи, и увидишь.

— Вы про меня не забыли? — спросил я.

— А тебе есть что сказать? — хитро прищурился вице-адмирал.

— Поддерживаю, — уверенно кивнул я и бросил целый пруточек на десять грамм в середину стола.

— Не, ребята, я точно пас. — Кузнецов скинул карты. — А вы рубитесь, если есть желание.

— Три семёрки! — вскрыл карты Док.

— Прости, друг, но сегодня не твой день, — хмыкнул я и бросил валета к паре на столе.

— Ха! — Адмирал аж подскочил и ткнул пальцем в Дока. — Как он тебя, а⁈

— Мы только начали, — усмехнулся Клементьев. — Меси колоду.

— Ладно, допустим, всё так. — Я воспользовался паузой в игр. — А откуда они вообще взялись?

— Так а что же ты этот вопрос Крючку не задал? — покосился на меня адмирал. — Это вроде уже давно не секретная информация.

— Да как-то не до того было.

— Лекарство от рака, — вместо него ответил Док.

После выпитого бокала коньяка он заметно оживился и начал более охотно общаться. Макар же наоборот притих и всё чаще смотрел куда-то в одну точку. Думаю, это мы в совокупности с алкоголем вызвали у него не самые приятные ассоциации.

— Первые испытания на людях прошли ещё году в пятнадцатом, но по закону необходимо выждать время, чтобы выявить побочные эффекты. Плюс бюрократическая машина неслабо тормозит выпуск препарата на рынок.

— Так они что, были успешны? — уточнил я.

— Как видишь, не совсем. Что-то в вакцине запустило генетические изменения в человеке, и мы получили то, что имеем.

— Это многое объясняет… — Я задумчиво постучал себя по губе.

— Ты о чём? — посмотрел на меня Стэп.

— О гибриде, — ответил я. — Мне всё никак не давал покоя его возраст. А теперь всё сходится. Ну, почти.

— О чём он? — Клементьев уставился на адмирала, а я получил от адмирала такой взгляд, что сразу понял: я сболтнул лишнего.

— Давай сделаем вид, что ты ничего не слышал, — улыбнулся Кузнецов и принялся сдавать карты.

— Опять в секретность играете? — буркнул Док, но продолжать тему не стал.

На этот раз расклад сразу был в мою пользу. Два короля на руках и один в прикупе. Как правило, такие игры заканчиваются, не успев даже начаться. Так и произошло. Когда я поднял банк на пять грамм, все тут же побросали карты. С другой стороны, пятиграммовый банк я всё-таки забрал, не считая своей ставки, конечно. Мы снова подвинули по одному грамму на кон, и Док взялся мешать карты. А я вернулся к разговору.

В голове приятно шумело, но дури не было. Настроение остальных соответствовало обстановке, и беседа лилась сама собой. Больше всех говорил адмирал, подкидывая нам крупицы информации о том, что произошло в мире. И, честно говоря, мне всё больше казалось, что без влияния высших сил здесь не обошлось. Очень уж гладко всё сложилось.

А может, мы просто слишком много о себе возомнили? Мир, который выглядел стабильным и монументальным, оказался хрупким, как хрустальный бокал. И речь не только о нашей стране, ведь хаос охватил весь земной шар, независимо от строя и системы. Не смогла устоять ни Европа, ни Америка, никто.

Как оказалось, в африканских странах с их постоянными непонятками в управлении и вечными военными переворотами люди подержались даже дольше, чем остальной цивилизованный мир. Ну и последними пали те, где пылал локальный вооружённый конфликт. Наверное, как раз из-за сложности распространения вируса. Но и они вскоре сдались, когда государства, поддерживающие воюющие стороны, перестали существовать.

В данный момент, спустя три года, ситуация всюду выглядела примерно одинаково. Небольшие крепости, как островки безопасности, серебряная ценовая политика, которая зародилась сама по себе, ввиду ценности данного металла, и отдельные скопления выродков, которые готовились к чему-то, стягивая силы в определённых, стратегически выгодных местах.

За один вечер мы узнали больше, чем за прошедшие три года. А заодно я проникся уважением к генералу Крюкову. Шаткий мир, достигнутый между нами и выродками, был полностью его заслугой. Только в первый год он уничтожил около десятка крупнейших очагов сопротивления. А в последующие два года сумел наладить снабжение и даже добычу кое-каких ископаемых.

Но самым серьёзным открытием для меня было то, что над Крюковым стоял ещё один человек, которого все называли Алексей Викторович. На лайнере он был очень редким гостем, но это именно его решения воплощал в жизнь Старый.

Впрочем, как я ни пытался выяснить об этом Алексее хоть что-нибудь, кроме имени и хвалебных речей, словно упирался в стену. Ни военного прошлого, ни заслуг в политике или науке. Складывалось ощущение, будто он явился из ниоткуда и сразу взял быка за рога. Словно лучше других знал о том, что происходит.

Адмирал так и говорил: что он просчитывает ходы противника наперёд. И это было странно.

Игра шла как бы между делом. Иногда мы даже не озвучивали свои действия, просто скидывали карты или стучали по столу пропуская ход. Ну и, само собой, делали ставки, когда этого требовала ситуация.

К концу второй бутылки я вдруг осознал, что спустил уже больше сотни серебром. Но я ни о чём не жалел, ведь то, что мы сегодня услышали, было важнее всего мирового запаса серебра.

Да, полученная информация пока была разрозненной. Кусочек там, кусочек здесь, и всё это сдобрено хорошей порцией слухов. Но из всего этого уже прорисовывалась понятная картина мира.

И вот она совершенно не радовала. Потому что стало понятно: если мы продолжим войну, то в конце концов попросту исчезнем как виды.

Да, именно так. На Земле не останется ни людей, ни выродков.

Но и делить с этими тварями мир я тоже не собирался. И плевать мне на планы Крюкова и этого самого Алексея. Лично я буду убивать их до тех пор, пока продолжает биться сердце. Посмотрим, сколько серебра они будут готовы выложить за мою голову ещё через год. Я почему-то уверен, цена как минимум удвоится.

Глава 12

Переброска

— Поговорить не хочешь? — нависла надо мной Полина.

— Не особо, — буркнул я, продолжая набивать магазины патронами.

— Ты обещал! — Девушка встала в позу. — Ты сказал что не бросишь меня.

— Я доставил тебя до безопасного места. Здесь никто не заставит тебя работать шлюхой. — Я посмотрел ей прямо в глаза. — Чего ещё ты от меня хочешь?

— Ничего, — выдохнула она и добавила: — Козёл. Я ведь тебе поверила.

— Да что не так-то⁈ Я тебе что, в вечной любви клялся? Или под венец звал?

— Да пошёл ты в жопу, понял⁈ — прошипела она. — Вали в свою вонючую… Не знаю куда, но вали! Урод!

— Психичка, — вернул ей шпильку я.

Вставил последний магазин в разгрузку, в очередной раз проверил подсумки и убедился, всё ли на своих местах. А потом, закинув рюкзак на плечи, двинулся к выходу.

— Стой, — преградила мне путь Полина. — Ты вернёшься?

— Нет, — честно ответил я.

— Но почему? Что не так? Я что, уродка какая?

— Поль, перестань, — поморщился я. — Мне сейчас вообще не до разборок.

— Но… Но ведь я… — замялась девушка, пряча глаза.

— Ну что ещё?

— Люблю, — прошептала она.

— Ну и дура, — выдохнул я и отодвинул её от выхода.

Выскользнув в коридор, я постарался побыстрее скрыться за поворотом. Поднялся на следующую палубу, и только здесь смог немного расслабиться. Хотя какой там… На душе было погано. Я вставил в рот сигарету, прикурил и сделал пару глубоких затяжек, подставляя лицо под морской ветер. Затем кивнул сам себе и уверенно двинулся дальше.

На четвёртой палубе, в носовой части, нас уже ожидал вертолёт, который должен был доставить меня и Стэпа в ростовскую крепость. Уже оттуда нас поездом перебрасывали куда-то в Подмосковье. Дальше своим ходом нам нужно было добраться до городка под названием Каси́мов. Где-то в этом районе и требовалось поймать выродка и устроить цирк с конями. В том смысле, что каким-то образом заставить неизвестного мне человека начать охоту на одиночку.

Крюков утверждал, что проблем с этим не возникнет, потому как почву уже подготовили. Человек, который должен попасть в выстроенную ситуацию, уже лишился стабильной работы и почти год пытается свести концы с концами. Так что от возможности заработать несколько сотен серебром он точно не откажется. Живёт он в крохотной крепости, в посёлке возле реки, и возможностей там не то чтобы много. Ближайший более-менее крупный город, — Муром, и тот находится в ста километрах. Хотя, если перебраться через реку и пройти по пересечённой местности километров сорок, можно попасть в Выксу. А это промышленный город, где есть много чего вкусного и полезного.

Цель имеет странную, совершенно не типичную фамилию для этих мест: Морзе. Характер скверный, не контактный. Для передвижения использует старенький мотоцикл «Иж-Юпитер» пятой серии. Как я буду наводить его на цель — понятия не имею. Будем решать уже на месте. Впрочем, если у него проблемы с финансами, я знаю, как на него надавить. По крайней мере, как завязать первичный контакт. А там уже разыграем пьяную сценку. Глядишь, прокатит.

— Ты рано, — встретил меня у вертолёта Грог, который тоже летел с нами, но только до Ростова. Дальше у него были свои задачи и другой маршрут.

— А сам чего здесь трёшься? — резонно заметил я.

— Не знаю, — пожал плечами он. — В номере сидеть тошно.

— Вот и я с той же целью.

— П-хах, — усмехнулся он. — У тебя там тёлочка такая… Уж я бы нашёл, чем с ней заняться, чтобы скоротать время.

— Губу закатай, — огрызнулся я.

— Да ладно, я же шучу, — ухмыльнулся он. — Но если что, могу за ней присмотреть, пока тебя не будет.

— Попробуй, — произнёс я спокойным голосом и посмотрел Грогу прямо в глаза.

— Да тихо ты, воин, ха-ха-ха, — развеселился собачник. — У тебя с чувством юмора, что ли, проблемы?

— А ты уверен, что у меня? — в тон ему криво ухмыльнулся я. — Над твоими шутками хоть кто-нибудь смеётся?

— Грубый ты и неженственный, — отмахнулся Грог.

— И слава богу.

На посадочной площадке появился Стэп. Видимо, тоже не нашёл, чем себя занять, и решил выйти пораньше.

— Здорова, — протянул он ладонь Грогу.

— Здоровее видали — и то не боялись, — ответил тот, но руку Стэпу всё-таки пожал.

— Тебе кто-нибудь говорил, что ты мудак? — ощерился приятель.

— Чё⁈ — угрожающе прищурился Грог. — Ты перед выходом сохранился, что ли?

— Отставить, — зарубил назревающий конфликт Крюков, который тоже пришёл пораньше.

Он передал Грогу какой-то конверт и потратил несколько минут на инструктаж с нами. Ничего нового, так, быстрый прогон по основным деталям плана. Ну и заодно напомнил, что на месте нас встретят и всячески помогут.

К этому моменту механики завершили проверку вертолёта, и пилот вскарабкался в своё кресло. Вскоре заработали двигатели, и лопасти принялись вращаться, вначале медленно, но с каждой секундой набирая обороты.

— Фтсиу, — залихватски присвистнул Грог, и Хан в то же мгновение оказался у его ног. — А вы чего расселись? Летим, нет?

— Кажется, это он нам, — толкнул меня в бок Стэп.

Я молча поднялся и направился к вертолёту. Лететь я собирался впервые в жизни, отчего ощущал эдакое беспокойство и одновременно подъём. Не сказать, что мне было страшно, скорее интересно, но адреналин всё равно влетал в кровь, хоть и небольшими порциями.

Внутри было шумно. Пожалуй, здесь грохот ощущался даже сильнее, чем снаружи.

Скинув рюкзак, я уселся на диван и приготовился к получению новых эмоций. Но не успел даже как следует угнездиться, когда в салон прошмыгнул ещё кто-то. Движение я заметил краем глаза, но когда обернулся посмотреть на ещё одного пассажира, не смог сдержать стон.

— Ты какого хрена здесь делаешь⁈ — закричал я, пытаясь переорать шум двигателя.

— Я тебя не слышу, — с ехидной ухмылкой ответила Полина и продемонстрировала мне средний палец.

— Дура! — снова заорал я. — Выходи!

— Иди в жопу! — резко ответила она. — Ты мне не хозяин.

— Давай, поехали! — выдал Грог и пару раз приложил ладонью по креслу пилота.

Тот словно ожидал приказа и тут же поднял вертушку в небо. Ощущение было такое, будто меня на мгновение вдавили в кресло, но вскоре оно сменилось пустотой под ногами. Показалось, что мы сейчас рухнем, но этого не произошло. Однако страх я контролировать не мог и вцепился в поручень рядом с дверью.

Грог покосился на меня и расхохотался. Да, видок у меня наверняка сейчас тот ещё. А вот Стэп и Полина никак не отреагировали на взлёт, будто для них это совершенно привычное дело.

Через пару минут я успокоился и даже без опаски рассматривал пробегающую под нами морскую гладь. Эмоции улеглись, а пейзаж был довольно скучным, в отличие от моего внутреннего состояния. Хотелось устроить разнос взбалмошной девчонке, но я терпел, не желая предоставлять развлечение Грогу.

Да, боец он был отменный и наверняка приносил очень много пользы. Но как человек — полное говно. Встреться мы при других обстоятельствах, я бы однозначно попытался его пристрелить. Но сейчас я себе этого позволить не мог. Как ни крути, а они с Утилём спасли жизнь мне и моим друзьям. Может, он и выполнял приказ, но что-то подсказывает: попадись мы ему в этой ситуации сами по себе, он бы всё равно не прошёл мимо. И тем не менее, дружить я бы с ним не стал.

Полёт прошёл незаметно. А вот посадку я ощутил всем нутром, особенно когда пилот резко пошёл на снижение. Желудок подпрыгнул к горлу, а низ живота защекотало. Аналогичные ощущения появились, когда мы начали садиться. Пару раз мне показалось, что мы вот-вот рухнем, и, естественно, ничего подобного не случилось. Вертолёт очень мягко коснулся полозьями асфальта, и мы покинули его нутро.

Мы приземлились уже за пределами лабиринта, но ещё не в самой крепости. Ростовчане подошли к обороне чуть иначе, чем все остальные, и устроили перед стенами эдакую буферную зону. Она состояла из строительного мусора, передвигаться по которому было не то что затруднительно, а практически невозможно. Ну если, конечно, нет желания переломать себе ноги, а возможно, и не только. Лишь небольшая часть осталась нетронутой, и она представляла собой небольшую парковочную площадку и узкую дорогу, перегороженную бетонными блоками. Проехать через неё можно было только змейкой, а дальше машина упиралась в огромную железную створку. Наверняка она ещё и бетоном внутри залита, чтобы её не взяли на таран или не выбили при помощи взрыва.

Я смотрел на эту мощь и не понимал, как их смогли взять в осаду? Здесь простреливалось абсолютно всё пространство. Скорее всего, мы чего-то в прошлый раз не так поняли, когда обнаружили разбитую пулемётную точку. Да и крепость не выглядела потрёпанной. Неужели мы сами себя загнали в ловушку? Или это была очередная подстава от Старого, чтобы заманить нас на лайнер? От него, пожалуй, и не такого можно ожидать.

Ответ обнаружился внутри, когда мы миновали ставший стандартным отстойник с проверками на человечность. Честно говоря, в дневное время суток я не видел в этом никакого смысла. Но, видимо, для системы так проще. А может, были прецеденты, ведь однажды, в особо пасмурную погоду, мы уже столкнулись с выродками днём. Правда, и одеты они были так, что издалека было ясно, кто они. Да и хрен их знает, вдруг уже смогли что-то придумать для защиты от солнечного света. Серебро им не обмануть в любом случае. Однако ультрафиолетом на нас тоже посветили, будто солнечного света было недостаточно для проверки.

Пройдя все необходимые процедуры, мы наконец-то вошли внутрь, где я уставился на следы попадания чего-то очень серьёзного. Люди всё ещё копошились на руинах, разбирая завал. Наверняка под ним похоронен не один десяток жителей крепости. И эта проблема однозначно важнее, чем собирать трупы, которым, в принципе, совершенно наплевать, когда их похоронят.

— Что здесь случилось? — полюбопытствовал я у привратника.

— Да эти, ублюдки. — Мужик скривился и презрительно сплюнул в сторону. — Ракетой по нам жахнули, прикинь⁈

— Ракетой? — переспросил я от удивления.

— Ага, — кивнул он. — Дней пять назад. Грохнуло так, что половина города оглохла. Общага вот сложилась, до сих пор копаем, людей достаём. Сволочи!

— Жёстко, — пробормотал Стэп.

— Не то слово, — согласился дружинник. — А всё из-за этого козла, которого они здесь прижать пытались.

— Это какого? — уточнил я.

— Да пёс его знает, — отмахнулся он. — Говорят, за его башку центнер серебром платят. Но я бы его с удовольствием и бесплатно пришил.

— А за что? — тут же закусился я. — Он ведь выродкам жить мешает. Стало быть, хорошим делом занимается.

— Ну, как видишь, теперь это дерьмо и нас коснулось, — вполне логично заметил привратник. — Так что вот…

— Ясно, — выдохнул я и поспешил отойти.

Как знать, вдруг у них и фото моё имеется? Правда, я наконец-то сбрил поросль на роже, и теперь меня не так-то просто узнать. Да и на голове теперь порядок, даже непривычно как-то, словно с макушки пару килограммов ушло.

Вспомнив о новой причёске, я погладил колючие короткие волосы. Погода позволяла обходиться без шапки, да и в межсезонном костюме было уже жарковато. Но не переодеваться же сейчас? Так что этот момент можно перетерпеть.

В отличие от нас со Стэпом, Полина могла себе позволить снять куртку, что она и продемонстрировала. Нам же для этого пришлось бы вначале скинуть рюкзак, затем разгрузку, и только тогда появлялся доступ к молнии на куртке. И заниматься этим сейчас, посреди улицы, не очень хотелось.

Грог куда-то исчез. Но мы особо на его счёт и не переживали. Напротив, его компания больше напрягала.

Осмотревшись, мы направились в управу, откуда нас должны были перебросить к поезду. В свете последних событий мне как-то расхотелось произносить своё имя. Но, думаю, Старый уже обо всём позаботился, и проблем возникнуть не должно. Похоже, нам с приятелем пора придумать себе псевдонимы, чтобы не получить по башке где-нибудь в тёмном переулке. Всё-таки центнер серебром — очень солидная сумма. На неё можно не просто начать новую жизнь, а в принципе больше ни в чём себе не отказывать. А если в какое-нибудь дело вложить — и подавно. Так что да, искушение очень велико, тем более когда есть желающие исполнить заказ бесплатно. Вот и делай после этого доброе людям.

— Управа здесь? — поинтересовался я у курящего мужика на входе в здание, которое очень подходило по описанию под то, что мы ищем.

— Смотря кто спрашивает, — нагло ответил он.

— Девятый отдел. — Стэп не менее нагло сунул ему в рожу ксивой.

Мужик тут же подавился дымом и вытянулся в струну. Впрочем, я обалдел не меньше. Нужно потом спросить у приятеля, где он её достал и что вообще это значит. Не в том смысле, что я не знал о существовании данного подразделения, хотелось понять: за какие заслуги Стэп получил там должность? А может, это ему дали просто так, чтобы миновать бюрократию?

— Проходите. — Мужик даже дверь перед нами распахнул и крикнул в полумрак помещения: — Филипыч, это из девятки, пропусти!

Филипычем оказался старикан, сидевший на вертушке. Получив предупреждение от товарища, он не стал мучить нас вопросами, как бы это было, зайди мы сюда по собственной инициативе, и пропустил нас внутрь.

Мы сразу поднялись на второй этаж, где и обнаружили кабинет местного управляющего. Стэп, видимо, возомнил себя всемогущим и вошёл внутрь без стука. Однако сразу проскочить нам не удалось, так мы угодили в приёмную. Здесь даже секретарша имелась. Строгая на вид женщина лет пятидесяти.

— Постойте, молодые люди, вы к кому⁈ — задала она не совсем уместный вопрос, так как кроме коменданта, здесь больше никого не было.

— У себя? — сухо спросил Стэп, сунув корочки в лицо секретарше.

— Не… Постойте, я уточню… — тут же сбилась она.

— Ясно, — хмыкнул приятель и потянул на себя дверь, ведущую уже в сам кабинет начальника.

Полина зачем-то показала женщине средний палец и нырнула следом за напарником. Я вошёл последним. На пороге обернулся и бросил секретарше:

— К нам пока никого не пускать.

— П-поняла, — кивнула она.

— Вы кто? — строго спросил комендант, отрываясь от телефонного разговора.

Похоже, он кого-то отчитывал по внутренней связи. Мы ещё не настолько взяли под контроль страну, чтобы восстановить телефонные линии. Тем более во времена смартфонов и так неслабо их запустили за ненадобностью.

— Девятый отдел, — в очередной раз мазнул корочками Стэп. — Вы должны были нас встретить.

— Молодой человек, вы что, не видите что у нас творится?

— Да мне наср…

— Успокойся, — осадил приятеля я и посмотрел на управляющего крепостью. — Извините, он у нас сегодня очень нервный. Как нам попасть на поезд до Москвы?

— А, так это вы, — пробормотал комендант, — Секунду. — Он снова поднёс трубку к уху и бросил в нее: — Перезвоню.

Затем опустил пальцем рычаги, выждал немного и набрал другой, короткий номер. Из чего я сделал выводы, что оказался прав: связь здесь настроена только внутренняя.

Но даже это уже значительно облегчало жизнь.

Ещё на столе управляющего стоял ноутбук, экран которого светился, а значит, в электроэнергии они тоже особо не нуждаются. Вряд ли их питает генератор, скорее всего, они умудрились наладить турбины на реке. Да, близость к морю и железной дороге делает своё. Похоже, со снабжением у них проблем нет, как и со специалистами в нужных областях.

Сам город я толком ещё не видел, но даже той малости мне хватило, чтобы понять: здесь люди живут более сыто, чем глубже в страну. Странно, но чем ближе к Москве располагались крепости, тем беднее в них было население. Стычки с выродками случались там гораздо чаще, а о постоянном снабжении электроэнергией можно было только мечтать.

— Алё, Грек? — спросил комендант в трубку. — Ты какого хрена людей не встретил⁈ Да мне плевать, что у тебя там! Мухой ко мне! Да, представь себе, уже прибыли! Бегом… — Он опустил трубку на рычаги и посмотрел на меня. — Простите. Ни хрена без меня не могут. Сейчас всё устроим. Чаю?

— Спасибо, не нужно. Нам бы на поезд сесть.

— С этим проблем не будет, — заверил меня комендант.

Буквально через пару минут нас передали на руки того самого Грека. Мужик он оказался нормальный, несмотря на помятый внешний вид. Вначале мы подумали, что он всю ночь пил, потому и проспал наше появление. Но на самом деле он пахал на завале, а явившись домой под самый рассвет, вырубился без задних ног.

Мы загрузились в машину и помчались к ЖД-вокзалу, где нас и должен был ожидать поезд. По пути пообщались о том о сём, но ничего значительного. Так, слухи и сплетни местного пошиба. На уровне «знакомый моего знакомого видел кое-что». Или «на прошлой неделе у нас тут один встрял так, что мама не горюй». Всё это я пропускал мимо ушей, поддакивая на автомате в ответственных местах.

Мысли были заняты Полиной. Не в том смысле, что я грезил поскорее остаться с ней наедине, а скорее наоборот: перебирал варианты, как бы попроще от неё избавиться. В целом она не напрягала, но это пока дело не запахнет жареным. В прошлый раз она сильно раздражала своим присутствием, несмотря на то, что никуда особо не лезла. Просто в нашей команде она самое слабое звено и в случае опасности забирает на себя внимание, которое необходимо для другого.

Вариант с круизным лайнером был идеальным, но эта дура решила в очередной раз проявить характер там где не просят. И как теперь поступить, я не знал. Оставить её где-то в крепости? Да она же действительно тут же загремит в публичный дом, так как больше ни на что не способна. Таскать её за собой — тоже такое себе удовольствие. Рано или поздно её просто убьют или обратят. Даже не знаю, что на самом деле хуже. Можно было бы отправить её назад, но как уговорить эту тулпешку? Ведь обязательно включит рога, начнёт орать и спорить.

В итоге я махнул на всё рукой. Будь как будет. В конце концов, я ей не муж и не отец. Не хочет нормально жить — её выбор.

Поезд оказался ровно там, где и должен быть. Стоял на станции, заправляя резервуары водой и прочим необходимым для дальнего пути. Сейчас у него нет возможности останавливаться на каждой «техничке». А путь нам предстоит неблизкий. Даже раньше такой занимал больше суток, а теперь — и того больше. И чтобы не рисковать грузом и людьми, передвигаться мы будет только в дневное время суток. Ведь всегда есть риск, что выродки попытаются нас остановить. Это только на первый взгляд такую мощь сдержать невозможно. По факту же, любая диверсия на путях — и мы будем вынуждены затормозить, чтобы не слететь с рельсов.

Днём такое можно смело исключить, а если ночью что-то подобное и случится, всегда есть обходной путь. Ну или можно задержаться на пару дней в безопасном месте, пока дорогу не восстановят. Теперь только так. Но я слышал, что есть небольшие торговые составы, которые не боятся кататься даже по ночам. К слову, этот был именно таким, в смысле, торговым.

Да, теперь локомотивы разошлись по частным рукам. Слишком мало осталось людей, способных ими управлять, да и самой системы больше нет. Вот некоторые авантюристы и замутили такой способ торговли. Влезает сразу много, а железка связывает практически все населённые пункты страны. Некоторыми составами владели крепости, но в целом всё это можно смело называть частной собственностью.

Естественно, данный способ логистики не прошёл и мимо Старого. Время от времени при помощи поездов в крепости доставлялась провизия и патроны. Но всё же основной веткой сообщения он выбрал водные пути. К слову, скоро по рекам снова пойдут торговые теплоходы. Жить сразу станет легче, особенно таким бродягам, как мы со Стэпом.

В поезде нам выделили купе. Мы даже не успели толком разместиться, как поезд тронулся с места и начал набирать скорость. За окном замелькал унылый пейзаж заброшенного города. Полина, продолжая упорно молчать и всем своим видом показывать, как сильно она на меня обижена, завалилась на верхнюю полку. Степ достал из рюкзака колоду засаленных карт и принялся раскладывать пасьянс. А я тупо пялился в окно, пока город не сменили леса и поля и не стало совсем уже скучно.

— Что у вас опять случилось? — спросил приятель, кивнув на Полину. — Весь день ведь молчит. Меня это уже пугать начинает.

— Не твоего ума дело, — огрызнулась девушка сверху.

— Ой, я думал, ты спишь, — усмехнулся Стэп и резко сменил тему: — Эх, сейчас бы курочку гриль расчехлить. Я раньше, когда в командировки гонял, всегда себе тушку в дорогу покупал. И пивка соску. Прям ностальгия заела.

— Я спать, — не стал поддерживать пустой трёп я. — Пока есть возможность, надо пользоваться.

— Да я на лайнере уже лет на десять вперёд выспался. Думал, свихнусь там от нечего делать.

— А мне вот не давали, — буркнул я и повесил разгрузку на крючок у двери.

— Что-то я не припомню, чтобы ты на это жаловался, — вернула мне шпильку Полина.

— А я и не жалуюсь, — спокойно ответил я и развалился на лежаке. — Толкнёте тогда, если что.

— Угу, — кивнул Стэп, сгрёб карты и принялся их тасовать. — А если чё — это чё?

— Отвали, — вяло отмахнулся я и намеренно отвернулся к стенке.

Сон не шёл. Так, какая-то полудрёма. Я даже слышал, как Полина тихо шуршит страницами книги, а Стэп что-то бормочет себе под нос, разговаривая с картами. Стук колёс успокаивал, и иногда, когда я всё-таки проваливался в сон, мне казалось, что там, за окном поезда, всё в порядке. Что скоро в купе постучится проводник и заявит, что следующая станция — наша. А там, на перроне, к нам ломанулся бабульки с корзинками, в которых под одеялом покоятся сочные, свежеиспечённые беляши. Ох, как же я их любил. Нигде больше таких не пробовал, сколько ни искал.

Мне снилось, что наш вагон заполнен людьми, и все они снуют туда-сюда. Кто с кружкой за кипятком, а кто — заварить БПшку. Где-то далеко, возможно, на другом конце вагона, орёт ребёнок, который ни в какую не желает сидеть на месте и уж тем более спать. Отчётливо, словно на самом деле, зазвучала гитара, и сильный голос затянул армейскую песню.

Я вынырнул из сна и вдруг понял, что гитара мне вовсе не снится. Кто-то действительно бряцал по струнам в соседнем купе. Перевернувшись на спину, я начал прислушиваться к тексту, и в этот момент раздался противный визг тормозов. Меня потянуло вперёд, и я едва удержался, чтобы не сверзиться на пол. Стэп подскочил и помог удержаться на верхней полке Полине, которая тоже едва не слетела, а затем сам с размаха плюхнулся на сидушку. Что-то загрохотало в соседнем купе, послышался мат и топот тяжёлой обуви.

Дверь к нам распахнулась, и внутрь заглянул заросший щетиной мужик.

— Подъём, там кто-то пути вскрыл! — выкрикнул он и исчез в проходе.

Наконец поезд окончательно замер, и я смог спокойно подняться. За окном вечерело, но до заката было ещё около часа. Неожиданный сюрприз, и это явно работа людей. Перед отправкой наши как-то прозванивали рельсы, вроде ультразвуком, но точно не скажу, не вникал. Но пути точно были целыми перед тем, как мы покинули Ростов. Иначе вперёд бы умчалась дрезина с бригадой ремонтников. Вот тебе и безопасный маршрут.

— Выходим, — скомандовал я. — Будем добираться самостоятельно.

— Уверен? Может, не стоит от людей уходить? — спросила Полина, с которой вмиг слетела вся спесь.

— Да, наша задача важнее поезда. Всё, кончай базар, через час здесь будет слишком жарко.

Мы похватали вещи и подались на выход. Вокруг уже суетились люди, спрашивая друг у друга, что же там такое произошло. Но судя по дыму впереди, и так всё было ясно. Кто-то заложил взрывчатку, возможно, ночью, и благополучно подорвал пути. А если учесть тот факт, что это сделали так, чтобы не повредить состав, а гарантированно его остановить, возникает целый ряд вопросов и предположений. Либо кому-то очень понадобился груз, либо это снова охотятся на нас.

Получается, кто-то сдал, что мы будем в поезде? Или это я себя снова накручиваю? В любом случае оставаться здесь нет никакого смысла.

— Эй, вы куда это собрались? — прозвучал оклик в спину.

Но оборачиваться или хоть как-то на него реагировать мы не стали. Наоборот, поспешили поскорее скрыться подальше. Заночуем в лесу, а дальше разберёмся. Тем более я выспался, смогу без проблем дежурить всю ночь.

Глава 13

Гонка

Передвигаться по лесу даже быстрым шагом, попросту невозможно. И уж тем более — бегом. Но нам нужно было спешить. Никто из нас не мог с уверенностью сказать, как скоро и с какой стороны начнётся атака на поезд. Возможно, мы сейчас движемся прямо в логово выродков. Хотелось бы ещё понять, где мы, ведь я благополучно продрых всю дорогу.

— Какой город и деревню мы проехали перед тем, как остановились? — спросил я.

— Буквально минут десять как Воронеж проскочили, — ответил Стэп.

— Стой, — скомандовал я и, скинув рюкзак, вытянул из него атлас.

В этом районе мы были совсем недавно, и ближайшая крепость находится в городе со странным названием «Грязи». Как раз туда и стремился поезд, чтобы встать на ночлег. Понять наверняка, где мы сейчас, без привязки к местности не получится. Так что будем прикидывать примерно. Основная часть земли на карте выглядит как разработанные под сельское хозяйство участки. Лесных всего два, и что-то мне подсказывает: выродки выбрали тот, что подальше от Воронежа. Но даже при таком раскладе до крепости осталось километров восемьдесят, плюс-минус. Для поезда это расстояние на раз плюнуть, пешком мы будем скоблить дня три. Плохо.

— Что не так? — спросил Стэп, заметив, как я скривил рожу.

— Лес небольшой, — ответил я. — Всего километров десять в диаметре.

— А дальше что?

— Если по направлению движения поезда — Усмань. За ней — поля до самой крепости.

— А до неё далеко?

— Примерно восемьдесят кэмэ.

— Хреново.

— Мы умрём? — севшим голосом спросила Полина.

— То, куда мы попадём, гораздо хуже смерти, поверь, — ухмыльнулся я. — Чё ты вообще попёрлась за нами? Сидела бы сейчас в тепле и сытости.

— Тебя забыла спросить, — тут же обозлилась она.

— Вот как-то так и держись, — кивнул я. — Злость придаёт сил. Всё, двинули.

— Куда? — уставился на меня Стэп. — В Усмань? Да там сто пудов их отряд сидит.

— Может, и сидит. — Я пожал плечами. — А может, и нет. Лично я бы на их месте к поезду на дрезине двинул. Так что мы их обойдём и подготовим встречу.

— А успеем?

— Понятия не имею. Но если продолжим хлебалом щёлкать — точно нет.

Я сориентировался по компасу и возглавил шествие. Полина шла в центре, Стэп — замыкающим. Этот порядок выстроился автоматом, без лишних слов. Девушка не ныла, не лезла с глупыми вопросами и вообще вела себя как положено в таких ситуациях. Любой приказ выполнялся беспрекословно, и это радовало. Вот ведь может быть умной, когда требуется. Но стоит нам угодить в относительную безопасность, как её будто подменяют. Ей бы ещё координацию слегка подправить, а то спотыкается на каждом метре. Не дай бог ногу повредит — пиши пропало.

— Стэп, дай ей фонарь, — попросил приятеля я.

— Ага, ща, — ответил он. — Тормозни на секунду.

Мы остановились, и приятель полез в рюкзак, где у него хранился запасной фонарик. Небольшой, но его света хватало, чтобы осветить себе путь.

— Батарейки, кстати, последние, — предупредил он. — Нужно будет ещё поискать. Или докупить.

— Принял, — кивнул я и посмотрел на Полину: — Ты как?

— Нормально, — ответила она. — Пить хочу.

— На. — Я протянул девушке флягу.

Она тут же присосалась к горлышку. А когда вернула мне ёмкость, я прикинул по весу, что она опустошила её примерно на треть. Такими темпами мы быстро без воды останемся.

Хотя в нашей ситуации это решаемо. В лесу обязательно отыщется какой-нибудь родник, нужно только внимательно смотреть по сторонам. Искать низину и ивняк, ну или любую другую растительность, которая предпочитает жить у воды. Ну а если не повезёт, в Усмани разберёмся. Через неё проходит река. Впрочем, у нас практически все населённые пункты строились у воды. Если есть на карте город, значит, рядом обязательно будет речка.

Усмань очень похожа на мой родной городок. Население всего в двадцать тысяч, в основном состоит из частного сектора. Наверняка и с работой там было так же тухло, как и у нас, хотя точно не скажу. Для наших целей она подходит идеально, лишь бы успеть до неё добраться. Вряд ли за поездом охотится большой отряд. Ну сколько там может быть особей, чтобы наверняка перебить всю охрану? Сомневаюсь, что больше двадцати. Часть положат те, кто остался защищать состав. Если повезёт, выкосят половину, но я, если честно, в этом сомневаюсь. Давать бой на открытой местности как минимум тупо. Да, вагоны смогут прикрыть от пуль и прямой видимости, но рано или поздно их всё равно задавят. С другой стороны, люди там неглупые и должны это понимать. Однако гадать можно до бесконечности, а нам придётся действовать по факту. Так что лучше изначально планировать оборону, исходя и максимально плохой ситуации.

— Как думаешь, это за нами? — озвучил мои мысли Стэп.

— Есть такое предположение, — ответил я. — Но вполне может быть, что и за грузом. Что мы везли?

— Так нам и сказали, — хмыкнул приятель. — Но, скорее всего, как обычно: патроны да жратву. Что ещё сейчас может быть в цене?

— Одежда, — добавила Полина.

— Не, этого дерьма в городах как грязи, — отмахнулся Стэп. — Разве что обувь, да и то не уверен, что её так сразу скупать кинутся.

— А серебро? — сделала ещё одно предположение девушка.

— И на кой хрен оно выродкам сдалось? Чтобы жёстко самоубиться?

— А если боеприпас серебряный? — смекнул я.

— Они же не между собой воюют, — снова опроверг Стэп.

— Ты не понял, — парировал я. — От ранения серебром сердце не поможет. А сами они такое изготовить не смогут. Для них оно токсично. Но даже если выродки полностью в химзащиту обернутся и противогазы на рожи натянут, это очень трудоёмкий процесс. Нужно производство, мощности, энергия. Там без литейки никуда. Мы бы такое точно заметили и первым делом атаковали. А так, считай, на халяву возьмут.

— Допустим, ты прав, — продолжил рассуждать Стэп. — Но очень уж с нашим проездом всё совпало. Тебе не кажется это странным?

— Я уже ответил, — кивнул я, хотя не уверен, что приятель меня видел. — Тогда получается, нас кто-то сдал.

— Да Грог теперь, кто же ещё! — Напарник моментально определил виноватого.

— Точно не он, — отмахнулся от версии я. — Он хоть и козёл, но выродков ненавидит похлеще нашего. Да и Старый бы ему не доверился.

— Тогда кто?

— Да кто угодно. Мало нас кто в Ростове видел? Да и в поезде народу хватало.

— Мы не своими именами представились.

— Ой, я тебя умоляю, — поморщился я. — За сто кило серебра нас уже наверняка описали до каждой родинки на теле. Не удивлюсь, если по рукам ещё и фото ходит.

— Согласен, — вздохнул Стэп и замолчал.

Мы продолжали упорно двигаться через лес. Ночь уже вступила в свои права, а вскоре со стороны поезда донёсся треск автоматных очередей. Затем заработало что-то крупное, и пару раз гулко грохнуло.

— Всё, закусились, — констатировал очевидное Стэп. — Надеюсь, наши их хотя бы ополовинят.

Я промолчал и тихо усмехнулся. Напарник размышлял теми же мерами, что и я. Вот что значит «на одной волне». Не просто так мы столько времени вместе, и оба живы. Слаженная команда — это основа основ выживания. Даже не знаю, дожил бы я до сегодняшнего дня в одиночку? Скорее всего, нет. Пример — то, как мы разделились в Ростове. Стоило мне остаться одному, как я тут же угодил в ловушку. И если бы не Грог с Утилём, снова попал бы в плен. А учитывая, сколько выродки готовы заплатить за мою голову, прожил бы я там недолго.

— Там посёлок, что ли, какой? — спросил Стэп, подсвечивая фонарём широкий прогал между деревьями. Они словно расступались впереди, уступая место высокому кустарнику. Такое явление часто встречается перед выходом на широкие поляны или по окончании лесного массива. Но здесь, практически на пределе видимости, сквозь листву явно проступало очертание крыши. Неужели добрались? Выходит, мы были гораздо ближе к городу, чем я полагал.

Мы остановились. Мысли заметались по черепной коробке. Что-то пошло не так. Нет, мы стремились попасть в город, но я полагал, что это займёт чуть больше времени. В чём подвох? Да всё просто: выродки, что устроили перестрелку у поезда, должны были пойти по нашему следу. И это дало бы нам время подготовиться, а то и продержаться до утра. Но при таком раскладе они успеют разделаться с обороной и вернуться. А если там такие же черти, что были в Ростове, шансов у нас ноль целых хрен десятых. Может, стоит погонять их по лесу? Нет, глупая затея. Изменённые видят в темноте гораздо лучше нас, спрятаться от них в кустах не получится. Драться без подготовки — тоже такое себе. И что делать?

— Ну чё? Идём, нет? — выдернул меня из раздумий Стэп.

— Хрен знает, — пожал плечами я. — Мы слишком близко.

— Это я и сам уже понял, — поморщился напарник. — Но в городе у нас больше шансов. Я, кстати, крови ещё намутил.

— Когда успел? — Я удивлённо уставился на приятеля.

— На лайнере, когда медосмотр проходили. Договорился там с одно сестричкой. Ох и горячая баба…

— Стоп, о сексуальных похождениях расскажешь после. Что за кровь? Плазма или…

— Или, — хмыкнул Стэп. — Она её какой-то хернёй обколола. Сказала, что на несколько суток хватит даже без холодильника.

— Вот ты хомяк, — хмыкнул я.

— А то, — довольно ощерился приятель. — Ну что, по старой схеме?

— Нет, на этот раз действуем иначе. Пошли.

Мы выбрались из леса и осмотрелись. На первый взгляд это место ну никак не походило на город. Скорее небольшую деревеньку домов на пятьдесят. Мы прошли её практически по прямой и выбрались на дорогу, у которой и обнаружили указатель. Надпись на нём гласила, что мы находимся в некой «Песковатке-Боярской». А до Усмани пилить ещё километра полтора.

Я так и замер у таблички с названием посёлка, осматривая силуэты домов. Хрен знает, сколько нам ещё придётся бегать по городу в поисках подходящего места для схватки. Здесь же на то, чтобы обойти все дома, потребуется максимум пара часов. А нам столько и не нужно. По сути, мы уже в городе, в эдаком аппендиците на окраине. Уверен, что местные даже не считали, что живут в деревне, так как расстояние до Усмани можно преодолеть минут за тридцать.

— Здесь останемся, — всё же принял решение я. — Стрельба стихла, а значит, выродки с минуты на минуту помчат обратно. Кто-то из них наверняка пошёл по нашему следу, так что у нас максимум час. Не вижу смысла тратить это время на бег по городу.

— Согласен, — хищно оскалился Стэп. — Раз уж всё равно подыхать, так сделаем это как можно громче.

Мысли продолжали метаться. Я стоял у развилки и крутил головой, пытаясь зацепиться взглядом за что-нибудь стоящее. Река. Мы же практически на берегу, и если перебраться на другую сторону, то отрыв будет приличным. Плюс вода скроет наши следы.

Нет, они наверняка поймут, что мы ушли по воде, но вот куда именно?

Я снова посветил на карту и убедился, что за рекой начинается огромный лесной массив. Если успеем добраться до него раньше, чем выродки выйдут на берег, то сможем затеряться и выиграть время.

Нет, останавливаться всё равно нельзя, речка не такая широкая, и в качестве серьёзного препятствия не подойдёт. В районе посёлка она метров пятьдесят в сечении, но если уйти обратно, ближе к лесу, сужается до состояния ручья. До другого берега буквально доплюнуть можно.

Тоже не вариант. Будем готовиться к схватке.

Мы вернулись немного назад, и я выбрал для боя несколько домов, которые выстроились в ряд по одной стороне улицы. Меня интересовали те, что расположились рядом. План созрел буквально на ходу, нужно было лишь организовать стартовую точку. То место, где начнётся бой. И проходить он должен по нашим правилам. Только так у нас будет шанс на победу.

Я подошёл к первому, который и решил выбрать в качестве приманки. Забрав пакет с кровью у Стэпа, я разбил окно и аккуратно, ножом, сделал небольшую дырочку в пакете.

Пришлось повозиться. Материал оказался довольно прочным, и мне не хотелось случайно его вспороть. Я собирался оставить след, похожий на обычный порез. Немного — на острый осколок, оставшийся торчать в раме, и чуть-чуть — на оцинкованный отлив.

Затем я забрался внутрь и провёл небольшую линию капель по полу в соседнюю комнату. Здесь положил пакет с кровью на кровать, чтобы с него немного натекло, распорол простыню и испачкал небольшой отрез. Всё. Пакет можно заклеить. Возможно, он ещё пригодится.

Осмотрев место, я подошёл к столу, который стоял посередине. Широкая столешница скрывала глубоко посаженное подстолье. Идеальный вариант для закладки, но нужно как-то активировать гранату. Ставить растяжку бессмысленно. На неё попадётся разве что один, тот, кто влезет в дом первым. А нужно накрыть сразу несколько, чем больше, тем лучше.

Я выбрался обратно на улицу и ещё раз осмотрел местность. Прикинул маршрут, по которому я бы вошёл в дом, и где бы оставил группу прикрытия. Скорее всего, я бы рассредоточил людей вдоль улицы и заставил бы залечь, ну или спрятал за домами на противоположной стороне.

Для этого прекрасно подходили только два объекта, их я и выбрал в качестве мышеловки. В рюкзаке оставалось всего две гранаты, оклеенные серебряной дробью. А больше нам и не потребуется. Всё равно шанс только один.

— Стэп, ну-ка попробуй взять это окно на прицел вон от тех домов, — попросил я приятеля. — Но так, чтобы я тебя отсюда не видел.

— Ща, — мгновенно отреагировал напарник и скрылся за одним из них.

— Вижу, — бросил я, и приятель сместился. — Всё ещё вижу.

— Херня место, — резонно подметил он и перебрался в другое, где растворился за разросшимися кустами.

— Пропал! — крикнул я. — Я как?

— На прицеле.

— Запомни позицию, давай к следующему углу.

Степ снова спрятался, и мне очень понравилось, как. А значит, это идеальное место для прикрытия.

Следующий двор был полностью обнесён высоким забором из профнастила. В такой бесшумно не пролезть. А оба дома, за которыми прятался Стэп, выглядели заброшенными, притом не с момента начала апокалипсиса, а гораздо раньше.

Напарник указал мне обе позиции, в которых дом напротив выглядел как на ладони, и я установил там гранаты. Закрепил прямо к стволам кустарника и просунул в каждую чеку тонкую капроновую нить. Её я прихватил давно в строительном магазине, и она уже не раз выручала нас в пути. Нет, не в качестве растяжки, а для того, чтобы что-нибудь примотать в качестве временного решения. Много места она не занимает, зато очень прочная. А сейчас она сыграет свою роль, как дистанционный детонатор. Лишь бы длины хватило.

Мы засядем у хозяйственных построек чуть ниже по улице, чтобы остаться в тылу у врага. Как только они займут позиции, взрываем и ждём реакции тех, что вошли в дом. Вряд ли их будет больше чем трое. Возможно, где-то останется ещё одна группа прикрытия, и после взрыва она обязательно даст о себе знать.

Либо мой план не сработает, и одна из команд уйдёт дальше по улице. А значит, нам нужен путь к отступлению и новая позиция. И из этих хозяйственных построек мы сможем выйти через небольшой пустырь к ещё трём домам. Здесь можно будет закончить схватку или отступить к реке. В этом месте она как раз сужается, что позволит нам скрыться в лесу, где мы и разберёмся с остатками отряда. Главное, чтобы их было не больше четырёх. В смысле, остатков.

С подготовкой было покончено, оставалось только ждать. Я уселся у окна, придерживая оба конца капроновой нити. Руки потели, а потому, чтобы она не выскользнула, я намотал её на палец. Стэп привалился спиной к стене, Полина встала рядом.

— А если наши победили? — прошептал напарник.

— Ты сам-то в это веришь? — спросил я.

— Да хрен их знает, — пожал плечами он. — Поезд так-то хорошо заряжен. У них и крупняк был. Вполне могли отогнать.

— Нам же лучше, — буркнул я.

— Так-то да, — вздохнул Стэп. — А что, если они не за нами пришли? Вдруг правда за патронами?

— Значит, пронесёт. — Я практически повторил предыдущий ответ.

— Хорошо бы.

Я снова улыбнулся. Напарник явно не верил в хороший исход и тоже готовился к худшему. Вопрос лишь в том, сколько их придёт по наши души? Я рассчитывал особей на десять-двенадцать. Как раз четыре тройки, оптимальный вариант, чтобы прочесать местность, прикрывая друг другу спины. Вот и посмотрим, оправдают ли выродки мои ожидания.

Вскоре со стороны дороги раздался хруст гравия. Кто-то всё-таки появился. Я толкнул Степа в лицо, указал пальцами на глаза и ткнул в сторону окна, выходящего на улицу. Напарник кивнул и перебрался к нему. Выглянул, несколько секунд всматривался в темноту, которую разгонял бледный свет звёздного неба, а затем вернулся обратно и показал мне дважды раскрытую ладонь и один палец.

Не сильно-то я и ошибся в своих выводах. Одиннадцать изменённых. Не очень ровно выходит, но уж сколько есть. А затем я увидел, как к заброшенным домам, возле которых я установил растяжку, с тыла подходят ещё две группы по три особи. Итого получилось семнадцать. Что-то многовато.

Я посмотрел на Стэпа и показал ему, что к нам явилась добавка в количестве шести штук. Приятель лишь округлил глаза. Я скосил взгляд на Полину, которая сидела на корточках и выглядела как-то не очень. Всю трясёт, того и гляди сознание потеряет. Надеюсь, не будет тормозить в самый ответственный момент. От неё всего-то и требуется бегать за нами как привязанная.

— Здесь кровь! — донёсся до нас голос от команды охотников.

— Проверь, — ответил, видимо командир. — Первый и третий, прикройте.

Шорох, топот тяжёлой обуви и тишина. Я приложил к глазам бинокль с режимом ночного видения и не без труда различил два силуэта у одной из заминированных позиций. Но увы, это были выродки из той группы, что явилась к заброшкам с тыла. Надеюсь, вторая засела там, где выявил ещё одну позицию Стэп.

Я потянул за нити, выждал, когда они как следует натянутся, и, обмотав их вокруг кисти, резко дёрнул на себя. Грохнуло тут же. Оба взрыва слились в одно целое, а улицу огласили крики раненых. Со стороны дома, в котором я оставил кровавый след, раздалась заполошная стрельба. Лупили наугад, из глушёного оружия. Но в ночной тишине и на таком расстоянии звука было достаточно. Плохо одно: не видно вспышек и непонятно, кому отвечать. Но своего я добился и панику посеял. Теперь нужно добивать, пока они не пришли в себя и не перегруппировались.

— Валим, — выдохнул я и рванул к соседним домам через пустырь.

Манёвр выбран тоже не просто так. Нас должны заметить и встать на след. Только так мы сможем выявить противника.

Вышло ожидаемо, хоть и немного не так. Нас расстреляли издалека. Пока не прицельно, и это дало нам шанс укрыться за углом дома.

— Ты здесь, я в обход, — выдохнул я и рванул по отмостке, огибая строение.

Засел на углу и навёл оружие на дорогу. Степ остался прикрывать позицию с тыла. На их месте я бы обязательно пошёл с двух сторон, одиннадцати выродков для этого хватит за глаза. Ещё часть отряда отправил бы по большой дуге, чтобы она вышла к нам со стороны леса. И атака, скорее всего, не начнётся, пока они не завершат манёвр.

«Дух. Дух», — дважды гавкнул дробовик Стэпа.

Пауза между выстрелами была небольшой, но всё же имелась. А значит, он попросту шуганул тыловую группу. Они тоже не дураки, и сразу в лобовую атаку не полезли. Скорее всего, сделали рывок специально, чтобы прощупать наши позиции. И это плохо, что напарник не смог сдержать палец на крючке. Но теперь уже ничего не поделать.

И вдруг я отчётливо услышал жужжание в небе. Мне аж завыть захотелось. У этих уродов с собой оказался дрон. Скорее всего, дальность его полёта невысока, ведь сотовой связи больше нет, а на радиоволнах много не налетаешь. Но нам и этого хватит. А если он ещё и камикадзе…

— Да чтоб вас черти дрючили! — выругался я и заорал: — Стэп, в дом!

Надеюсь, он успеет. Вот только весь план пошёл по одному месту. Нет, в доме-то мы какое-то время продержимся, но это только оттянет неизбежное. Пара гранат — и мы приплыли. Убежище превратится в смертоносную ловушку. Притом без разницы, будут ли это осколочные или светошумовые. Нас в любом случае прижмут, если мы не предпримем что-нибудь эдакое из разряда нестандартного и неожиданного. И я в душе не чаю, что именно мы можем устроить, кроме ответного огня из окон.

Да, обороняться всегда проще, чем штурмовать, но в нашем случае очень уж большой перевес. Дрон ещё этот. Чёрт, вот ведь твари! И где они его только взяли⁈

Глава 14

Потери

Мы ворвались в дом. Но решение это было временным и спасло разве что от дрона. Его настойчивое жужжание всё ещё отчётливо доносилось снаружи, но внутрь он так и не влетел. А вскоре всё окончательно стихло. Лишь лёгкий весенний ветерок трепал голые ветви деревьев. Да, здесь листья ещё даже не показались, хотя почки были уже знатно набухшими, готовыми прорваться в самый ближайший день.

И в этой ночной тишине я услышал сочный лязг затвора. Выродки явно зарядили что-то тяжёлое, от чего нам должно стать по-настоящему плохо.

— На пол! — взревел я и первым рухнул вниз.

Ни Полина, ни тем более Стэп не стали задавать лишних вопросов и в точности повторили мой манёвр. Мы разошлись с очередью буквально на мгновение. Грохот крупного калибра разорвал ночную тишину, а дом наполнился треском, хрустом и визгом пролетающих мимо пуль. Шили чем-то очень серьёзным, не меньше двенадцать и семь. Для такого калибра старый бревенчатый дом — защита никакая. Да, пули теряли львиную часть энергии, проходя через брёвна, но нам за глаза хватило бы и её остатка.

Несколько пуль выбили щепу из пола буквально у самого моего носа. Полине со Стэпом повезло, так как они успели нырнуть за печь. Впрочем, даже она не могла похвалиться тем, что способна сдержать пули. Те, что врывались внутрь через вынесенное окно, оставляли в кирпичной кладке огромные дыры, а с её противоположной стороны вылетало крошево приличных размеров.

Я не сразу понял, что за вой сопровождает огонь, вокруг было слишком шумно. Лишь когда заполз в укрытие к товарищам, до меня дошло, что это орёт Полина. Глаза девушки были заполнены ужасом, и я даже не стал пытаться её успокаивать. Всё равно бесполезно. Похоже, она впервые находится так близко к смерти. Нет, все мы в этом мире ходим по грани, однако мало кто из людей попадал под шквальный пулемётный огонь.

В такие моменты кажется, будто ты действительно смотришь в глаза самой смерти. Её дыхание так близко, что можно ощутить запах тлена. Я не трус, но даже меня сковало страхом. Да и что ещё я мог сделать, кроме как вздрагивать от каждой кирпичной крошки, что сыпались на моё тело.

Стэп резко вздрогнул и со стоном завалился на пол. На его боку тут же начало расплываться кровавое пятно. Лицо побледнело, однако продлилось это недолго. Вскоре он раскраснелся, будто только что выбежал из парной, и выгнулся дугой. А уже через секунду забросил в рот очередной кусочек сушёного чёрного сердца.

И в этот момент всё стихло. В ушах всё ещё стоял грохот и треск, но даже это не помешало услышать два глухих тяжёлых удара по деревянному полу. Ужас и не думал прекращаться.

— Валим! — снова взревел я и с низкого старта рванул в соседнюю комнату.

И снова мы успели буквально за мгновение до взрыва. Обе гранаты грохнули друг за другом с разницей в доли секунды. Осколки с визгом разлетелись во все стороны, уничтожая остатки мебели, которые и без того превратились в труху. Теперь уже вскрикнул я, словив спиной два чугунных фрагмента. Ощущение было таким, словно меня со всего размаха приложили кувалдой. Дыхание спёрло, на глазах навернулись слёзы, но я тоже был к этому готов. Размоченное слюной чёрное сердце давно ожидало своего часа. Но от боли и шока мне никак не удавалось загнать его на коренные зубы. Язык попросту не желал ворочаться. Наконец мне это удалось, и рот наполнился жгучим соком, а затем огненная лава сосредоточилась в месте ранений, и боль начал отступать.

Только придя в себя я заметил, что Полина лежит без сознания. Ей тоже досталось, но Стэп уже взял инициативу на себя и трясущимися руками пытался всунуть кусочек сердца в одну из её ран. Тот, что она всё это время держала во рту, сейчас валялся на полу. Я отчётливо его видел, даже несмотря на то, что мы находили практически в полной темноте. Эдакий остаточный эффект от употребления лекарства. Тьма будто расступалась, окрашиваясь в бордовые оттенки. Словно попал в комнату, где проявляется фотоплёнка. Жаль, что он длится недолго, всего несколько ударов сердца.

Дом снова наполнился шумом. С грохотом ударила в стену входная дверь, а в соседней комнате, окна которой выходили во двор, хрустнули осколки стекла. Веселье и не думало заканчиваться — выродки пошли на штурм. И это был наш шанс вырваться.

Не говоря ни слова, я подорвался с пола и, выставив ствол автомата в дверной проём, дал короткую очередь в сторону выхода. И тут же метнулся в сторону и рухнул на пол.

В ответ прилетел град пуль, но ни одна из них меня не задела. А я уже брал на прицел тёмный силуэт, который спешил спрятаться за откосом.

Пуля оказалась быстрее. Я метился в грудь, но когда вдавил спуск, потянул автомат вверх, пытаясь перечеркнуть изменённого очередью. Экспансивная пуля вряд ли пробьёт бронежилет, но есть шанс попасть в голову. Увы, даже с такого расстояния я этого сделать не смог.

Противник успел выйти из-под огня, но позицию занять не сумел, так как в спешке тоже завалился на пол. Плюс я по нему всё-таки попал. И пусть их сила и регенерация превышают человеческую, удар пули в броню он всё равно ощутил в полной мере, и дыхание она ему сбила. А у меня снова появился крохотный шанс завершить начатое. Вот только вместо этого я снова оттолкнулся от пола и нырнул дальше, в проход, скрываясь от ответного огня. Изменённый был в комнате не один, и я это понимал. Просто хотел воспользоваться ситуацией, но не повезло.

Из спальни, в которой мы скрылись от гранат, гавкнул дробовик, а значит, Стэп уже в деле. Он не даёт высунуться тем, кто явился к нам через главный вход.

Я прижался спиной к дощатой двери, которая расположилась в конце коридора. Похоже, за ней скрывалась какая-то кладовка. Спрятаться там не получится, остаётся только терпеливо ждать, пока из комнаты, в которую вошла штурмовая двойка, кто-нибудь не покажет нос. Эти парни свой хлеб едят не даром и работают очень чётко. Хотя до тех, что прижали меня в Ростове, им, конечно, далеко. Однако опыт ведения боя у них точно имеется.

Такие выводы я сделал, исходя из того, как высунулся в проём один из выродков. Он практически лёг на пол, минимизируя свой силуэт. Да и не каждый человек станет держать на прицеле нижнюю точку, ведь по обыкновению люди предпочитают оставаться на ногах в момент боя, чтобы не потерять манёвренность. Ход был не просто хитрый, а хладнокровно рассчитанный, и я на него почти попался. Но меня тоже выручил опыт, и прицел я держал примерно посередине, подсознательно ожидая чего-то подобного. И только поэтому успел сместить целик прежде, чем противник надавил спуск. Короткая очередь прилетела прямо в голову выродка.

Автомат сухо щёлкнул, и я за секунду сменил магазин, скинул пустой прямо на пол. В моём положении пытаться сунуть его в специальный подсумок — только терять время.

Второй, что остался в комнате, решил действовать иначе, и надо признать, в разы грамотнее. Вместо того, чтобы ловить меня на прицел и соревноваться в скорострельности, он просто катнул в мою сторону гранату.

Круглый шар катился в мою сторону, будто в замедленной съёмке. Я даже видел, как он подпрыгивал на неровностях. Внутри меня всё сжалось, сердце будто остановилось в ожидании приближающейся смерти. От такого меня ни одно чёрное сердце не спасёт. Не факт, что от меня останется хоть что-то, куда это сердце можно будет запихать. Близкий взрыв — это гарантированный конец.

И единственное, что мне пришло в голову, так это схватить гранату и вернуть её владельцу. Какая разница, взорвётся она у меня в руке или рядом, на полу? Эффект будет тот же. Но так у меня есть шанс. Небольшой, призрачный, но он есть.

Видимо, где-то наверху всё-таки есть высшие силы. И я им для чего-то нужен. Иначе я никак не могу объяснить то, что мне удалось совершить. Граната в очередной раз перекатилась по полу и подскочила, ударившись о него запалом. Я резко выбросил руку вперёд, и она точно легла мне прямо в ладонь. А затем я прямо наотмашь швырнул её в открытый дверной проём. Всё это происходило на столько медленно и отчётливо, что я запомнил каждое мгновение.

Взрыв раздался ровно в тот момент, когда металлический шар пересёк линию комнаты. Меня окатило жаром и больно ударило по ушам. В голове будто разорвалась ещё одна граната, и сознание начало угасать.

И снова, меня спасло чёрное сердце. Перед тем как совершить отчаянный поступок, я стиснул кусочек зубами в надежде на то, что это придаст мне сил и скорости.

Возможно, так оно и было, но сейчас, после взрыва, жгучий сок помог мне придти в себя. Звон в ушах стих, сознание прояснилось, и темнота перед глазами отступила. Мышцы налились энергией, а тьма вновь окрасилась багряными тонами, делая тёмное помещение очень контрастным.

Я подорвался с пола и ворвался в комнату, где скрывался последний стрелок. Направил автомат ему в голову и короткой очередью расплескал мозги раненного выродка по полу. Затем прижался к откосу и выставил ствол в сторону проходной комнаты, что выполняла в этом доме роль столовой. Только через неё можно было попасть в другую половину дома от главного входа.

— На выход! — заорал я, адресуя команду Стэпу.

Надеюсь, он понял, что я имел в виду.

Напарник тут же выставил ствол в проём и дважды жахнул в сторону столовой, а следом вытолкнул в коридор Полину. Девушка пригнулась и прямой наводкой помчалась ко мне. Этого я и требовал, за исключением одного момента: сделала она это так, что наглухо перекрыла мне линию огня. Стэп пальнул ещё раз, не позволяя высунуться противнику, и, не дожидаясь, когда девушка проскочит в соседнюю комнату, покинул укрытие.

— Вниз! — крикнул я и хищно оскалился, ловя в прицел голову ублюдка.

Полина всё поняла сразу. Ещё бы, вряд ли можно трактовать мои слова как-то иначе, когда тебе в лицо смотрит автоматное дуло. Девушка нырнула на пол, а я вдавил спуск. Очередь угодила прямо в башку выродка. Я стрелял практически в упор, и шлем не смог сдержать пули. Однако с другой стороны они не вышли, так как раскрылись при ударе, превращая мозги ублюдка в кашу.

Но он тоже успел вдавить спуск, и автоматная очередь угодила Стэпу прямо в бок. Приятель сбился с темпа и врезался в стену, по которой медленно сполз на пол. Я видел, как он пытается разжевать чёрное сердце, но его челюсть едва ворочалась.

— Твари! — взревел я и рванул вперёд.

Второй боец даже не успел среагировать, настолько мой манёвр оказался для него неожиданным. Но гнев уже затмил мой разум, и я не отдавал отчёта своим действиям. Так как виновник ранения приятеля был уже мёртв, моей целью стал его напарник, который и словил короткую очередь в рожу.

Я метнулся к другу, который уже начал отключаться. На ходу вытянул из подсумка ещё один кусочек сердца и, присев перед другом на корточки, сунул его товарищу в рану. Но вопреки моим ожиданиям, волшебное средство зашипело, будто я сунул его в кислоту, и буквально на глазах превратилось в некое подобие желе.

Я взвыл от бессилия, уже понимая, что ничем не смогу помочь человеку, который прикрывал мою спину на протяжении долгих двух с половиной лет. За это время мы прошли столько, что многим не удавалось увидеть и за всю жизнь. Сложно даже передать словами, что я чувствовал в этот момент.

Подскочив к мёртвому выродку, я схватил его автомат и скинул магазин. А когда, подняв его, заглянул внутрь, не смог сдержать стона. Боеприпас был серебряным. Это значит, что без срочного хирургического вмешательства мой друг умрёт. От чёрного сердца сейчас толку меньше, чем от привычного, человеческого лекарства.

Меня накрыло паникой. Я растерялся, не понимая, что нужно делать. Потеря друга оказалась слишком серьёзным ударом. Да, мы всё это время балансировали с ним над пропастью, творили такое, от чего у других становились волосы дыбом. Но каждый раз выкручивались, выходили из ситуации живыми и здоровыми. А потом снова бросались в омут с головой и ураганили так, что теперь выродки готовы платить за наши головы аж целых сто килограмм серебром.

В голове осталась единственная мысль: отомстить за друга и хотя бы так отплатить ему за всё, что он для меня сделал. И в этот момент мне было совершенно наплевать на свою жизнь.

Я молча поднялся, затянул в коридор тело мёртвого изменённого и стянул с его головы шлем. Вытащил из разгрузки два полных магазина и взял в руки «вал». Первым делом сменился, сбросив полупустой прямо на пол. Проходя мимо второго, снял боезапас с него и рассовал его по своей разгрузке, которая знатно потяжелела.

Подобравшись к окну, а точнее тому, что от него осталось после пулемётного огня, я раздавил зубами кусочек чёрного сердца. Не для того, чтобы получить заряд энергии, её мне придавала ярость. Я собирался стать своим для тех, кто остался снаружи.

— Готовы! — выкрикнул я в развороченный проём и принялся ждать.

Враг отреагировал ровно так, как я ожидал. Несмотря на способность видеть в темноте, они вряд ли смогли рассмотреть моё лицо. Да и я специально встал так, чтобы его не светить, чуть скрываясь за откосом. Было тяжело сдерживать оскал и ещё сложнее — палец на спусковом крючке. Пока действовало чёрное сердце, я всматривался в темноту, пытаясь отыскать позицию пулемётчика. Его нужно было валить в первую очередь.

Судя по углу, по которому к нам летели пули, он должен быть где-то в соседнем доме, но где? В разбитом окне или на чердаке, тёмный провал которого так и притягивал взгляд. Если я ошибусь, второго шанса не будет. Я даже спрятаться не успею. Крупный калибр достанет меня через стену, что уже было продемонстрировано.

— Они мертвы? — раздался вопрос.

— Да, двоих гранатой достали, последнего я снял в коридоре.

— Красавчик, что с парнями?

— Двухсотые, — ответил я и вскинул оружие. — Как и вы, падлы.

Прицел у «вала» оказался не простым, а с режимом ночного видения. Похоже, я сильно переоценил их способность видеть в темноте. Да, очертания предметов были чёткими, но всё равно недостаточными, чтобы вести по ним огонь. А такая цаца позволяла им видеть всё как на ладони. Ведь я всё ещё обладал их зрением, продолжая сдавливать зубами чёрное сердце, и в полной мере ощутил, насколько ярче виделся мир через ПНВ.

Я навёл точку на окно чердака и уже не смог сдержать ухмылки. Пулемётная точка была как на ладони, несмотря на то, что боец установил оружие в глубине чердака. Я заметил, как блеснули его глаза в темноте, и выпустил пулю прямо между этими огоньками. До цели было чуть больше тридцати метров, так что я не сомневался, что попаду. Хотя «вал», хорошей кучностью не отличается.

Как я и ожидал, после выстрела выродки словили шок. Для них я был своим, к тому же успел сообщить, что главный враг побеждён, заставив их расслабиться. Но это состояние не продлится долго, в моём распоряжении всего пара секунд, если не меньше. А потому я не стал поправлять прицел, чтобы убедиться в смерти пулемётчика, и сразу же переключил огонь на ближайшие цели.

Тот, с кем я вёл разговор, только и успел что схватиться за оружие, после чего рухнул сломанной куклой с дыркой в голове. Второй вскинул автомат, но это было последнее, что он сделал. Его я снял длинной очередью, не жалея патронов. Потому как катастрофически не успевал прицелиться. Осталось четверо.

Вместо того чтобы спрятаться за стеной, я прыгнул наружу и ушёл в перекат после приземления. По окну ударили автоматные очереди, выбивая щепу из многострадальных брёвен. А я укрылся за кустарником, вскинул оружие и из положения сидя снял ещё одного воина, который оказался открытым, как на ладони. Даже не знаю, на что он рассчитывал, оставаясь стоять прямо посреди дороги. Возможно, сказывалась привычка неуязвимости, хотя мы давно приучили выродков, что огонь из нашего оружия для них смертелен.

Всё, оставаться на месте было больше нельзя. Первичный шок от неожиданной атаки прошёл, и оставшаяся тройка распределилась по периметру. Каждый из оставшихся грамотно укрылся за надёжным препятствием, и мне оставалось только одно: двигаться, вытягивая их на себя, чтобы убрать по одному. Что я и сделал, припустив вокруг дома.

Пули стеганули по кустам, прореживая ветви в хаотичном порядке. Но меня там уже не было. Завернув за угол, я продолжил бег, на ходу сменив магазин на полный. Закинул в рот очередной высушенный до состояния кости кусочек сердца и принялся обходить дом. Затем на секунду остановился, всматриваясь в темноту сада, и сменил курс.

Из старого дощатого сарая прикрытие так себе, даже дозвуковая девятка прошьёт его и не заметит, но в качестве стартового прикрытия пойдёт.

Шмыгнув на угол, где скорее всего будет столб, я присел и принялся водить прицелом от одного угла дома к другому. Я понятия не имел, откуда появится первый противник, а потому старался держать на прицеле оба направления. Нападения с тыла я не боялся, так как выродков осталось немного, и вряд ли они решатся на подобный манёвр. Скорее всего, пойдут двойкой и одного оставят прикрывать прорыв. Надеюсь, чёрное сердце позволит мне оставаться невидимым для их взора. В том смысле, что не сработает система «свой-чужой», которая у них точно имеется. Иначе никак не объяснить их слепоту, когда я под действием лекарства.

Одного я не учёл: что кто-то из них решит пройти через дом. А именно это и случилось, судя по вспышке и громкому хлопку. Сработал дробовик. Его выстрел ни с чем не спутать. Но размышлять было некогда, потому как из-за угла высунулся один из ублюдков. Я поймал его голову в прицел и несколько раз утопил спуск. Попал с первой очереди. Боец клюнул рожей в отмостку, да так и остался неподвижно лежать. А вот оставшийся воин поступил непредсказуемым образом. Он завопил как ошпаренный и бросился бежать.

Ох, как же я ненавижу кого-то догонять!

Но выбора у меня не было. Я рванул за трусом что было сил. Выскочил из-за дома и как раз увидел его спину. Не сказать, что цель была лёгкой, но не гоняться же за ним по всей деревне. А отпускать его я хотел ещё меньше.

Вскинув оружие, я поймал беглеца в прицел и вдавил спуск. Очередь ушла в молоко, а оружие встало на задержку. Чёрт, не догадался перезарядить, привык к ёмкости АКСУ. А ведь у «вала» магазин всего на двадцать патронов. И это в очередной раз подтверждает тот факт, что не хрен хватать чужое оружие. Но увы, мой серебряный боезапас был практически исчерпан. А на бой с семерыми противниками с одним магазином не ходят.

Я перезарядился на раз-два, скинул пустой магазин на землю и снова поймал спину беглеца в прицел. Расстояние увеличилось метров до ста, что для «вала» уже критично. Да я и из своего бы вряд ли попал, тем более через заводскую прицельную планку. Здесь хоть какая-то оптика, вот только пользоваться я ей не умею. Точка практически полностью закрыла собой цель, но я всё равно надавил на спуск, а затем ещё раз, и ещё.

Мимо. Силуэт убегающего мелькнул в последний раз и скрылся за поворотом. Я выругался так, как не позволяет себе даже сапожник, сплюнул в сердцах и отправился в дом, где застал совершенно непредсказуемую картину.

На полу лежал Степ в разорванной куртке, а над ним склонилась Полина с ножом руке. На полу рядом с приятелем валялись какие-то шприцы, а девушка усердно ковырялась пальцами в открытой ране приятеля.

— Ты чё делаешь, дура! — закричал я.

— Отвали! — взвизгнула она. — Не подходи ко мне, не мешай.

— Он жив?

— Пока! — выдохнула она. — Я почти достала.

— Дай я.

— Уйди! Отвали от меня! — снова сорвалась на визг она, и я поспешил отстраниться. — Да твою мать! — взвыла Полина и вдруг вонзила в рану Степа нож.

Я с трудом сдержал себя, чтобы не отбросить её от приятеля пинком. Меня начало трясти. Адреналин от схватки уже отпустил, и тут прилетела вторая доза, из-за переживаний за друга. Вот только выхода ей я найти не мог. Я вообще ничего не мог, кроме как смотреть на то, как Полина кромсает раненый бок товарища.

При помощи ножа она расширила рану и запустила в неё два пальца. Скорчив рожу от работы в нелепом положении, она пыталась нащупать засевшую внутри пулю. И ей удалось её подцепить. Я понял это по звуку, когда девушка отбросила её в сторону.

Достав серебро из тела Степа, она запустила руку в его подсумок, где приятель хранил чёрное сердце, и сунула кусочек прямо в открытую рану.

— Чёрт, — простонала она. — Не помогает.

— Смотри осколки, пуля могла фрагментироваться! — подсказал я, и Полина вновь запустила в рану пальцы. Некоторое время она копошилась там, а затем отпрянула и разревелась.

— Да чтоб тебя! — не выдержал я и подскочил к приятелю.

Первым делом пальцы на шею — пульс есть и это хорошо. Грудь едва заметно вздымается, значит, жив, чертяка!

— Держись, братан, — прошептал я и сунул свои вымазанные в грязи и чужой крови пальцы в рану на боку. Внутри было скользко и горячо, и как я ни возился там, ничего постороннего почувствовать так и не смог. А потому запустил руку в свой подсумок и запихал очередной кусок чёрного сердца в рану приятеля. Уж не знаю, что именно сработало, скорее всего, нужно было просто немного подождать после того, как была извлечена пуля.

На этот раз кусочек среагировал как надо: начал впитывать в себя кровь Стэпа, словно губка. Затем рана заполнилась чёрной массой, на месте которой прямо на глазах начала образовываться чистая кожа. Дыхание Стэпа выровнялось, стало глубже, а затем он застонал.

— Ну ты и придурок, — выдохнул я и отвалился от приятеля, прижавшись спиной к стене.

— П-хах, — хохотнула Полина и вдруг взорвалась оглушительным смехом: — Ха-ха-ха!

Глава 15

Осторожность

— Чем колола-то? — Я кивнул на валяющиеся шприцы.

— Кровоостанавливающим и опиатом каким-то, — вяло ответила Полина.

Девушка уже отсмеялась, и теперь на неё навалилась апатия. — Он много чего в аптеке набрал.

— Теперь понятно, как он себе коньяк на лайнере выменял, — хмыкнул я. — Ну жучара.

— Сам такой, — хриплым голосом буркнул Стэп.

— Молчи уже, — отмахнулся я.

— Спасибо вам. Я уж думал, мне конец, — всё же добавил он.

— Это не мне, — покачал головой я. — Тебя Полина с того света вытянула.

— Если бы ты не увёл за собой выродков, мы бы здесь все погибли, — парировала она.

— Всё, хватит сопли развозить, — сухо обрезал я. — Устроили тут…

— Вообще-то, ты первый начал, — заметил Стэп.

— И ты тоже заткнись. Валить отсюда надо.

— Ночь же на дворе, куда мы пойдём? — уставилась на меня Полина. — Может, лучше рассвета дождёмся?

— Может, и дождёмся, но точно не здесь. Дом того и гляди обвалится.

— Раньше строить умели, не то что сейчас, — усмехнулся Стэп.

— А ты у нас теперь архитектор?

— Устал я от всей этой херни, — вздохнул приятель. — Знаешь, о чём я думал, когда умирал?

— О покое? — попытался угадать я.

— Именно, — совершенно серьёзно ответил Стэп. — О том, что больше не нужно никуда бежать и ни в кого стрелять.

— Если что, я никого за собой силой не тяну.

— Дурак ты, — фыркнула Полина и поднялась с пола. — И уши у тебя холодные.

— Устами младенца… — ощерился Стэп.

— Ой, оба в жопу идите, — поморщился я и тоже поднялся. Проходя мимо приятеля, отвесил ему пинка. — Хорош валяться.

— Прав Грог: ты грубый и неженственный, — скорчил рожу приятель, но тоже начал подниматься.

Мы похватали свои вещи, плюс собрали трофеи с мёртвых выродков. Не все, лишь серебряный боеприпас. На улице я некоторое время смотрел в сторону чердака, где остался пулемёт. За него мы могли бы выручить пару килограммов серебром, не меньше. А если к нему ещё и патроны остались… Но ворочать его на горбу не было никакого желания. С другой стороны, изменённые его сюда как-то доставили. Не пешком же они пришли.

— А кто-нибудь слышал шум мотора? — спросил у своих я.

Оба в ответ пожали плечами.

— Они со стороны леса пришли, — добавил Стэп. — Может, где-то там оставили?

Я кивнул и, щёлкнув фонарём, посветил на карту, прикидывая варианты. Если разживёмся транспортом, это в разы упростит нам жизнь. Плюс сможем прихватить все трофеи, считая пулемёт.

— Серьёзно? Вы прямо сейчас собираетесь её искать? — поморщилась Полина.

— Почему нет? — покосился на неё я.

— Ну хотя бы потому, что я устала.

— Потерпишь, — отмахнулся я. — Стэп, смотри. — Я поманил приятеля, и мы вместе уставились на карту. — Мы пришли отсюда.

— Ну, — согласился он.

— Вот здесь проходит железка.

— А эти три дома стоят прямо на отшибе у грунтовки, что ведёт к ней, — закончил за меня он. — Вполне логично бросить тачку там. А если у них что-то современное, то мотора мы могли и не услышать.

— Проверим?

— А то, — ощерился приятель.

— Только аккуратно, я одного упустил.

— Его бы живым взять… — Стэп задумчиво почесал макушку.

— На кой хрен он вам нужен? — спросила Полина.

— Нас кто-то сдал, — ответил я. — Не могли они на нас так быстро выйти. Поезд тормозили именно этот и именно в тот день, когда мы были внутри. Да и уровень подготовки тоже об этом говорит. Они даже пулемёт с собой притащили. А если бы им нужен был только груз, сюда бы они ни за что не попёрлись.

— По-моему, у тебя паранойя, — усмехнулась Полина.

— Не-а, — покачал головой Стэп. — На случайное совпадение это точно не тянет. Слишком много дерьма на наши головы. Брак прав, на нас объявили охоту.

— Думаете, он может это знать? — не унималась Полина. — Да даже если вы правы, это мог быть кто угодно.

— Вот и потолкуем, — пожал плечами приятель. — Хоть примерно будем понимать, откуда ожидать удара.

— Заглохните оба, — шикнул я.

Мы выбрались на грунтовку, но домов отсюда не было видно. Насколько я помнил по карте, дорога впереди делала резкий поворот, за которым они и скрывались. С обеих сторон лес, сквозь который невозможно рассмотреть что-либо. И если мы и дальше будем трындеть, то на том конце успеют подготовиться к встрече. Ну если, конечно, там кто-нибудь есть.

Однако на месте сбежавшего выродка я бы первым делом направился к машинам. Прорваться мимо нас на транспорте шансов гораздо больше. Да, сваливал он в противоположном направлении, но вернуться лесом ему ничто не мешало. В общем, осторожность точно не повредит.

— Может, через лес пройдём? — подкинул не саму здравую мысль Стэп.

— Нет, там без фонарей все ноги переломаем. А с ними выдадим себя с потрохами. Идём по дороге, но молча.

— А чё ты на меня-то сразу смотришь⁈ — возмутилась Полина. — Я вообще молчала.

— Цыц, я скал! — жёстко осадил девушку я. — Чтоб ни звука.

Мы двинулись вперёд. Шли не спеша, не забывая посматривать под ноги и по сторонам. Когда до поворота остались считаные шаги, я знаками показал, что нужно разделиться. Стэп с Полиной пойдут по дороге, а я — через лес.

Да, с одной стороны могло показаться, что я их подставляю. Но на самом деле всё было не так. Просто Полину в лес точно запускать не следовало. При всей её внешней хрупкости, шума от неё больше, чем от слона. И одну на дороге её тоже не бросить, поэтому с ней остался Стэп.

Лес в этом месте был редким и чахлым, словно его периодически вырубали, а потом снова забывали о его существовании, позволяя разрастись. В основном березняк, но и молодые сосенки тоже попадались. Зато идти было легко, под ногами только мягкий ковёр из прошлогодней листвы.

Когда показались дома, я остановился и осмотрел пространство через прицел «вала», в котором имелся ночной режим. Никакого движения не заметил, а потому решился выйти из тени. Тем более что таиться смысла нет. Если выродок где-то здесь, то он уже давно нас почуял. Я запоздало вспомнил о недавно открытом свойстве чёрного сердца, но теперь пихать его в рот было поздно.

Обойдя первый к дороге дом, я выбрался на открытый участок и сразу же обнаружил искомое. Два пикапа, что вполне логично, учитывая количество народа, которые им нужно перевозить. Не самый удобный способ передвижения, но в боевых условиях бывает и хуже. В любом случае лучше плохо ехать, чем хорошо идти.

Рядом никого. В том смысле, что сбежавший выродок, похоже, не решился возвращаться. Ну ему же лучше или хуже — с какой стороны посмотреть. Днём в лесу ему придётся туговато. Впрочем, там до Усмани рукой подать, найдёт где схорониться от солнца.

Ключей нет, и это плохо. Придётся возвращаться и обыскивать тела ещё раз. Может быть, поэтому беглец и решил передвигаться пешком. Нам же снова придётся разделиться. Ну, это не беда. Врагов здесь больше нет, и если вдруг не явится подмога, в чём я сильно сомневаюсь, то всё пройдёт гладко.

— Ну чё там? — спросил подошедший Стэп.

— Ключей нет, — ответил я.

— Сгонять?

— Нет, сам схожу. Вы меня здесь подождите.

— Как хочешь, — отмахнулся приятель и первым делом полез осматривать «Тойоту». — Офигеть! Откуда у них такие тачки⁈ Это же новенькая «Тундра», прикинь⁈

— Прикинул, — хмыкнул я. — Но на первой же крепости мы её сбросим.

— Чё это⁈ — возмутился он.

— А то, что она бензиновая. Ты хоть представляешь, сколько это чудовище жрёт?

— Зато на ней где хочешь поехать можно.

— И что у тебя за необходимость такая, постоянно в дерьмо лезть? Дорог, что ли, мало?

— Ты куда шёл? — встал в позу приятель. — Вот и давай, умничает он здесь.

— Брак, — придержала меня за руку Полина. — Осторожнее там, хорошо?

— Ой, ты-то давай не начинай, — буркнул я и отправился к месту схватки.

Девушка что-то бросила мне в спину, скорее всего, обидное. Но я не виноват, что мне сейчас не до телячьих нежностей. Есть дела поважнее, чем вот это всё. Да и не большой я любитель розовых соплей и сюсюканий, меня они скорее раздражают. Ну и, как я уже говорил, никого силой к себе не привязывал.

Трупы лежали там же, где мы их и оставили. И это тоже хорошо. Значит, никто из выродков не пытался ожить и уползти, а ведь с них станется. Впрочем, серебро прекрасно отбивает у них всяческое желание к подобным выходкам. Даже малая доза при попадании в кровь тут же отравляет их сердца. К утру их тела превратятся в нечто похожее на желе, и в течение дня солнце высушит их до состояния тысячелетних мумий, которые рассыпаются при малейшем механическом воздействии, будто картонные. Возможно, если бы не это, в городах до сих пор было бы не продохнуть от вони гниющей плоти.

Я принялся осматривать тела, сбрасывая в кучу всё, что казалось мне полезным или годным к продаже. Всё равно нам этим заниматься. Сняв с одного из выродков пистолет, я выщелкнул магазин и посмотрел на патроны. Странно, но в нём они оказались обычными. Выходит, серебром они зарядили только автоматы. Видать, собирались в спешке, что в очередной раз доказывает: информация о нас поступила к ним неожиданно. Буквально в кратчайшие сроки. Но тем не менее рельсы они заминировать успели.

Я даже остановился и призадумался над собственными выводами. Получалось так, что они знали, каким маршрутом мы поедем, но у них не было информации о времени. О том, что мы участвуем в операции, нам было известно за два дня до отлёта с лайнера. Полина уже знала об этом, как и Стэп, но… Девушка не была в курсе того, каким образом и в какой день мы отправимся дальше. И за каким, спрашивается, хреном, она вдруг решила лететь с нами? Неужели из-за большой любви ко мне? Или всё-таки к серебру?

В целом её появление в нашей группе почти сразу принесло целый шквал неприятностей. Вначале её дружки, которые якобы предъявили нам за похищение шлюхи. Затем нас накрыли в Ростове, тоже точно зная, в какой день мы там появимся и куда двинем. Теперь вот с поездом… Я, может, и параноик, но какие-то нездоровые совпадения. И как поступить?

Прямых доказательств нет, только подозрения, да и те откровенно притянуты за уши. Любое из них можно разбить вдребезги, даже особо не напрягаясь. Да и сам факт того, что она бросилась спасать Стэпа… Именно этот момент у меня никак не вяжется со всей логикой. Ну не было в этом никакого смысла, разве что ещё крепче втереться в доверие.

Чёрт, что же делать? Пытать её снова? И что это даст? Убивать просто так, без веских оснований, тоже такое себе. А вдруг я сам себя накрутил? Да меня после этого совесть сожрёт, как бы странно это ни звучало. Единственный вариант, как мы можем проверить её на паршивость, — самостоятельно выстроить нужную ситуацию. Например, долгое время не появляться на людях и посмотреть, к чему это приведёт. Если она — крыса, то рано или поздно на нас снова выйдут выродки.

Итак, последний рубеж — Грязи. Туда нам по-любому заезжать. Нужно пополнить припасы, продать трофеи и обзавестись какой-нибудь тачкой попроще, желательно на дизеле. Если никому не говорить, куда мы собираемся дальше (а ещё лучше — направить по ложному следу), то всё может получиться.

Кстати, о птичках. Полине можно назвать реальный маршрут и тем самым проверить её на утечку. Осталось предупредить Стэпа…

Ключи я обнаружил только на четвёртом теле. Я даже на брелок не посмотрел, потому как мне было плевать, на чём мы доберёмся до крепости. Если Стэпу так хочется порулить «Тойотой», он может за ней вернуться и поехать следом.

Впрочем, не такой уж и плохой вариант — забрать обе тачки. Так мы наверняка сможем сторговаться и выкружить себе нормальную машину. Для нынешних условий, естественно. В прошлой жизни я бы и сам не отказался от новенькой «Тундры», но сейчас не те времена. Любая поломка — и ты останешься с дорогущим куском железа один на один. Ну или что-то колхозить в гараже, у народного умельца, что тоже выйдет небыстро и недёшево. Поэтому желающих завести себе подобный геморрой сейчас не так чтобы и много. Рассчитывать придётся только на любителей понтануться.

В цене сейчас тачки, которые можно починить при помощи куска проволоки, пассатижей и такой-то матери. Желательно чтобы она ещё к качеству топлива была непривередлива. Мой «мерин» как раз из этой серии. Да, запчастей на него тоже днём с огнём не найти, но я знаю эту машину как свои пять пальцев. Так что в данном случае всё как раз по делу, в отличие от той же «Тундры», тем более новой.

Вернувшись, я изложил свой план Стэпу. Но только ту часть, где мы забираем обе машины. О Полине я пока промолчал, тем более что она таскалась за нами всюду, словно хвостик.

Пока мы загружали трофеями пикап, пока спускали с чердака пулемёт с двумя коробами боеприпаса… Затем Стэп вернулся за второй тачкой, а на горизонте уже начал брезжить рассвет.

В ожидании товарища я вертел в руках дрон. Он оказался самым обычным, наблюдательным, без какого-либо подвоха. Зря я его испугался и загнал нас в ловушку. С другой стороны, а кто знал? Управлял им как раз пулемётчик, он же был координатором всего этого мероприятия.

Для нас этот дрон никакой ценности не представлял. С ним только спалишься, выпуская его из засады. Да и управлять этими птичками не так просто, как может показаться на первый взгляд. Нет, при должном навыке — конечно! Но у нас-то со Стэпом он откуда? Так что однозначно в комиссию. Грамм за сто уйдёт, а если и нет — плакать не станем.

Вскоре на дороге появился свет фонарей, и я запрыгнул в салон второго пикапа от компании «Форд». Этот был куда как проще, но всё равно не вызывал у меня столь бурных эмоций, как у напарника. Тот вообще фанател от здоровых машин, а уж если они производства страны восходящего солнца, то и подавно. Попадись нам «крузак», он бы его, наверное, и трахнуть не постеснялся.

— Ты как? — спросил я у Полины. — Если хочешь, поспи пока.

— Нет, — покачал головой она. — В крепости отосплюсь.

— Не боишься там появляться?

— С тобой мне ничего не страшно.

— Ну и дура, — усмехнулся я и запустил двигатель.

— Сам такой, — беззлобно ответила она и привалилась головой к стеклу. — Но ведь ты меня в обиду не дашь, так?

— Не дам, — кивнул я и, дождавшись, когда проедет Стэп, повёл машину следом.

* * *

До крепости долетели за час. По железке управились бы быстрее, но увы. Теперь, наверное, этот маршрут вообще перекроют на какое-то время. Пока пути отремонтируют, пока состав уберут. Но надо отдать должное караванщикам, расписание у них было составлено чётко. Всё рассчитали, кроме диверсии на рельсах.

— Если не хочешь, можешь внутрь не заходить, — в очередной раз уточнил у девушки я.

— Всё нормально. — Она тряхнула головой. — Я не собираюсь от вас отходить.

— Просто хотелось бы избежать неприятностей.

— Я же сказала: всё будет хорошо.

— Ладно. — Я не стал продолжать спор.

— Лучше скажи, что вам купить нужно, я помогу.

— Ну, списки я не составлял. — Я почесал макушку. — А так — продуктов дней на семь. Плитку бы походную опять найти да небольшой баллон к ней. А то наша так с «Паджериком» и сгинула. Патроны бы не помешали, ну и трофеи скинуть нужно.

— Я поняла, — кивнула Полина. — С чего начнём?

— С трофеев.

— Тогда лучше к Климу идти. Ну или прямо на стоянку его вызвать.

— Фигасе сервис.

— Ну а как? Суетиться надо, чтоб серебро водилось.

— А ты давно такая деловая стала?

— Я такой всегда была, просто ты меня замечать не хочешь.

— Ладно, действуй, мы со Стэпом у тачек потрёмся. Кстати, а машины он не скупает?

— Можно, конечно, но он больше по оружию. Машины если и берёт, то только на срочный выкуп и за бесценок. По технике у нас Васька мутит, но надо узнать, когда у него смена. Если он сегодня на стене, тогда можно и с Климом поговорить.

— Откуда ты всё это знаешь?

— Так у меня в клиентах половина крепости, — фыркнула Полина, заставив меня поморщиться.

Я уже как-то успел позабыть, откуда она к нам прилипла. А сейчас вот… Даже как-то неприятно стало. Эдакий червячок собственника в душе шевельнулся. Надо бы поаккуратнее с ней. Не хватало ещё самому втрескаться. Не надо оно мне, уж точно не сейчас.

— Справишься?

— Пф-ф-ф, да как не фиг делать, — улыбнулась она и двинула к дружиннику на входе.

Я наблюдал за её действиями из машины. И надо признать, снова ощутил укол ревности, особенно когда бугай-охранник приложил девушку по мягкому месту.

Полина в ответ расхохоталась, от чего мне сделалось ещё поганее. Я открыл окно, чтобы презрительно сплюнуть, и едва сдержался. У двери стоял Стэп с занесённой для стука рукой. Вот был бы номер, если бы я плюнул не глядя.

— Ты чего подкрадываешься? — недовольно буркнул я и вставил в рот сигарету.

— Чё, бесит, да? — криво ухмыльнулся Стэп, кивнув в сторону ворот.

— С чего взял?

— С того, что ты даже по сторонам не смотришь.

— Ой, завались ты, — поморщился я.

— Да нормально. — Он стукнул меня в плечо. — Мне самому хочется этой обезьяне пулю между глаз пустить. Я про дружинника если что.

— Я понял.

— Полька теперь наша девочка…

— Кстати, о птичках, — прервал приятеля я. — А ты не думал, что это она может быть крысой?

— Думал, — признался Стэп. — Особенно когда нас с поезда сняли. Третье совпадение в её компании, уже смахивает на закономерность.

— Вот и я о чём.

— Но ты ведь говорил, что это она меня с того света вытащила.

— Так и есть.

— Тогда не сходится.

— Проверить надо, — покачал головой я. — Как знать, что у неё на уме? Может, она за тебя взялась, когда уже поняла, что мы побеждаем.

— Да, исключать не стоит. И что думаешь делать?

— Дезу запустить. Нам ведь в этот, как его… Касимов нужно.

— Ну да.

— Скажем, к примеру, что через Липецк на Рязань поедем. А сами через Тамбов попрём, как и хотели.

— И в чём прикол?

— В том, что только мы трое верный маршрут знать будем.

— Как вариант, — задумался Стэп. — Но я почему-то думаю, что мы спокойно проскочим. Скорее всего, нас будут на месте поджидать.

— С чего взял?

— Ну так… — Приятель покрутил пальцами в воздухе. — Есть кое-какие догадки.

— А поделиться никак?

— Я вообще думаю, что это всё Старый мутит.

— И зачем ему это?

— Спроси у лошади, у неё голова побольше, — отшутился приятель. — Этого Крючка хрен разберёшь. Зачем он нас на это дело выставил?

— Сам об этом тысячу раз думал.

— А я вот считаю, что как раз потому, что за нас центнер серебра обещают.

— И в чём прикол? — всё ещё не понял я.

— А в том, чтобы к той самой крепости орду привести, — ответил приятель.

— А это ему зачем?

— Да чё ты пристал: зачем да почему⁈ Я-то откуда знаю⁈

— А поезд тогда к чему?

— Проверка на оперативность. Нужно же ему как-то убедиться, что всё сработает.

— Да ну, чушь какая-то, — отмахнулся я. — Непохоже, что он стал бы операцией рисковать. Нас ведь чуть не прибили там. К слову, если бы ты там подох, я бы послал всю операцию вместе со Старым в одно место.

— Ну, может, ты и прав. Хотя лучше было бы, если прав оказался я. Не хочется мне Польку мочить. Хорошая она девчонка, добрая.

— Вот заодно и проверим, — кивнул я и выбросил окурок. — Ну, чё там? — Это уже предназначалось нашей спутнице.

— Нормально, — ответила она. — Клима вызвали, сейчас подъедет. Васька тоже сегодня свободен, обещал через пару часов подскочить. Дела какие-то у него.

— Пару часов? — переспросил я и почесал переносицу. — Ладно, посмотрим по обстоятельствам, может, и с Климом твоим решим. Нам ведь, по сути, только обмен интересен.

— Спокойно! — тут же встал на дыбы Стэп. — От пары килограммов серебра я бы тоже не отказался.

— Ага, будет отлично, если мы ключ в ключ махнёмся, — усмехнулся я. — Оба корыта на бензине.

— Так-то да, — вздохнул приятель. — Хорошо бы УАЗ вымутить.

— Да чё вы делите-то? — встряла в разговор Полина. — Сейчас Клим подъедет, и всё решим. Только дайте я сама с ним поговорю.

— Так же, как с этим? — Я кивнул на привратника.

— Ой, а ты что, ревнуешь⁈ — округлила глаза Полина.

— Ага, весь извёлся вон. Сейчас как отъедем, сразу рожу тебе разобью, чтоб неповадно было.

— Дурак, — фыркнула девушка, но совсем не злобно. — Не рожу, а лицо.

— Вы, ей-богу, как два женатика уже, — усмехнулся Стэп. — Любо-дорого посмотреть.

— Вот ты сейчас точно договоришься.

— После сегодняшней ночи меня теперь вообще ничего не пугает. Я же почти на том свете побывал.

— И как там? — полюбопытствовала Полина.

— Холодно, — ответил Стэп. — И жить хочется. В общем, не рекомендую.

— Вон он. — Полина указала пальцем на вышедшего из ворот мужика. — Ну что, сами будете разговаривать или доверите это дело профессионалу?

— Да дерзай, не жалко, — пожал плечами Стэп.

— Только это, один момент, — поспешил добавить я. — Если будут вопросы типа куда мы едем, отвечай всем, что в на Рязань прём, через Липецкую крепость.

— Поняла, — серьёзно кивнула она.

— Ну привет, потеряшка! — Ощерившись во все тридцать два зуба, Клим полез целовать Полину в обе щеки. — Я надеюсь, ты нагулялась и решила к нам вернуться?

— А ты, никак, скучал? — сладким аж до блевотины голосом, спросила Полина.

Глава 16

Поездочка

Открыв рты, мы смотрели за тем, как торгуется Полина. Казалось, для неё это подобно дыханию. В нужных местах она хмурилась, где-то хохотала и щебетала, словно беззаботная птаха, а затем выкатывала Климу стоимость, от которой у него отвисала челюсть. Торговец он был опытный, но даже ему с трудом удавалось сдерживать натиск бывшей шлюхи. В итоге за трофеи мы получили на пять сотен серебра больше, чем рассчитывали. А если учитывать, что от наших ожиданий с нас сторговали бы ещё столько же, то в плюсе мы остались аж на кило.

Помимо прочего, нам удалось обменять дозвуковую серебряную девятку на аналогичную пятёрку к АКСу, но увы, один к одному. Здесь Клим не собирался уступать, как Полина ни старалась. Зато она вытянула из него скидку на продукты, притом таких цен мы не встречали даже на оптовых базах. Пока торговец отходил от шока и ушёл собирать наш заказ, явился Василий. Может, специально, а может, просто так совпало, но девушка растянула переговоры на полтора часа. Всё потому, что торговалась она отдельно за каждый лот. Мы со Стэпом сбагрили бы всё скопом, просто чтобы сэкономить нервы и время. Но наша спутница, похоже, получала от этого отдельный кайф.

Когда явился скупщик машин, она не стала наваливаться на него с предложением и некоторое время трепалась ни о чём. Торги начались в тот момент, когда явился Клим. Оказалось, что наши тачки не так уж и бесполезны даже в условиях апокалипсиса. Может, как раз потому, что это пикапы и их можно гонять и в хвост и в гриву, загружая по полной. Именно на это и делала ставку Полина. Презентация лилась из неё с таким воодушевлением, что я уже начал задумываться: а не зря ли мы вообще их продаём.

Но Василий тоже оказался не пальцем делан и после очень тщательного осмотра принялся за перечисление минусов. Он почти слово в слово озвучил мои слова и предложил по два килограмма серебром за каждую. Увы, но более-менее приличный УАЗ на дизельном двигателе стоил в два раза дороже. Тогда в дело вступил Клим, который, по-видимому, уже имел виды на нашу технику. А я начал потихоньку догонять, в чём была стратегия Полины.

Несмотря на все недостатки, это были грузовики. Да, небольшие, но… Клим, как торговец средней руки, прикинул выгоду данного транспорта и, скорее всего, мысленно уже подсчитал прибыль, которую сможет с них поиметь. Рядом находятся ещё две крепости, и эти тележки прекрасно подойдут в качестве лавок на колёсах. Плюс Грязей в том, что здесь крепость выстроена прямо на железной дороге, и у Клима имеется прямой доступ к товару от первоисточника. Ни Тамбов, ни Елец этим похвалиться не могут. Хотя и там железка тоже проходит, но увы, за пределами стен. А потому составы в большинстве своём тупо проходят мимо, предпочитая стоянку в безопасном месте. И с нашими машинами торговец без проблем сможет расширить бизнес.

Нет, у него наверняка для этого всё уже есть. Но кто сказал, что две тачки на ходу будут лишними? Опять же, мы наверняка этого не знаем, в отличие от Полины. Шлюхи во все времена считались золотым резервом разведки. Как знать, какими мыслями делился с ней Клим после бурного секса? Возможно, среди них мелькали речи о том, что он собирается покорить новые горизонты. Так почему не предоставить ему эту возможность? А Василий здесь присутствовал только для того, чтобы предложение стало наиболее выгодным для нас.

— Короче, есть у меня один агрегат, как раз на дизеле, — наконец-то начал озвучивать то что нам нужно Клим. — «Клио», универсал седьмого года.

— Можно посмотреть? — тут же оживился я, за что получил осуждающий взгляд от Полины.

Кажется, я только что сорвал ей переговоры, но мне было плевать. Вряд ли ей удалось бы сделать предложение более выгодным. На УАЗ я и так не рассчитывал, за него бы пришлось как следует доплатить. А подобная «реношка» как раз стоила пределах пяти тысяч серебром. А в универсал без труда войдёт весь наш скарб, ещё и место останется. Да, в нормальном мире за такую сделку покрутили бы у виска, но мы здесь, в разрухе и хаосе, где ценность вещей изменилась до неузнаваемости. И порой новенькая «Тойота» стоит в три раза дешевле наполовину сгнившего УАЗа. Вот такая у нас теперь реальность.

Главное, что машина оказалась на ходу. Завелась с пол-оборота, и двигатель тарахтел ровно, без нареканий. Подвеска оставляла желать лучшего, но нам, в общем, насрать. Всего-то и требуется, чтобы эта лошадка домчала нас до Касимова. А это пятьсот километров. За день мы их, конечно, уже не проедем, но, думаю, машинка с этой задачей справится.

— Бак под пробку заправляешь — и договорились. — Я протянул Климу ладонь.

— Идёт, — кивнул он и ответил крепким рукопожатием.

Мы перекидали вещи в новую тачку, и я плюхнулся за баранку. Стэп долго ёрзал на сиденье, пытаясь подстроить его под себя и скорчив при этом недовольную рожу. И я его понимал: до комфорта «Тойоты» этому ведру было очень далеко. Но для наших целей эта тачка подходила гораздо лучше. Теперь хотя бы не придётся забивать себе голову вопросом, чем её заправлять. Топлива нам должно хватить до конечной. А то, что мы на ней в лес не заедем, так на это плевать — не на рыбалку собираемся.

— Удачно получилось, — улыбнулся я. — Даже в крепость входить не пришлось.

— Ага, — согласился Стэп. — И никто не спрашивал, кто мы и куда собрались.

Я вывел машину со стоянки и направил её в сторону Тамбова. Да, там мы делали крюк почти в сто километров, но у нас совсем другая цель: нужно проверить Полину на вшивость. И так уж вышло, что тамбовская крепость последняя, что встретится на нашем пути. Там имелись свои плюсы: порт. Крепостные стены были образованы за счёт удачно выстроенного спального квартала, который расположился прямо на берегу водохранилища. Его наполняла река Цна. Она же предоставляла жителям пищу, торговые сообщения и, естественно, воду.

Там я решил задержаться на ночь. Во-первых, нам всё-таки нужно каким-то образом проверить Полину, а во-вторых, не мешало бы выспаться. Даже я, продрыхнув в поезде весь день, после бурной ночи натурально валился с ног. А что говорить о товарищах, которые даже глаз не сомкнули. Полина вон уже носом клюёт, того и гляди на очередной выбоине в переднее сиденье врежется. Стэп тоже притих, хоть и делает вид, что бодрится. В таком состоянии нас на первом же гоп-стопе уложат. И тот факт, что всё это время нам удавалось избегать грабителей, — не более чем везение. Плюс, опять же, никто не гарантирует нам спокойную ночь в очередном заброшенном городе. Так что лучше воспользоваться ситуацией и как следует выспаться. Ну и пожрать горячего тоже не повредит.

* * *

Как ни странно, но до Касимова мы добрались без проблем. Переночевав в тамбовской крепости, остаток расстояния прошли за световой день. Лишь в одном месте пришлось поплутать, но в итоге разобрались, сориентировались и вскоре уже въезжали в этот небольшой провинциальный городок. В целом они все похожи, будто застраивались под копирку. Спальные микрорайоны на окраинах и исторический центр, возведённый веке эдак в девятнадцатом.

Единственное место, которое меня заинтересовало, это завод цветных металлов на въезде. Я даже некоторое время тупил возле него, размышляя, стоит ли туда соваться? Но в итоге решил, что смысла в этом нет. Уверен, что его обчистили ещё в первую неделю всего этого бардака. Сейчас там даже грамма серебра не найти, хоть всё вверх дном переворачивай.

А проехав чуть дальше, мы наткнулись на передвижной блок-пост. Первым желанием было проскочить мимо, но от БМП не убежишь. Отработает крупняком один раз, и никакое чёрное сердце не поможет. Притом для этого даже тридцатимиллиметровую использовать не нужно. Нашему ведру и пулемёта за глаза хватит.

Боец, что сидел на броне, вальяжно спрыгнул и знаками приказал нам остановиться. Так же неспешно, можно сказать — вразвалочку направился к нам. Однако оружие держал таким образом, что огонь мог открыть в любое мгновение.

Я опустил стекло и терпеливо дожидался, пока он подойдёт. Покидать машину в такой ситуации — себе дороже. Хрен знает, как воин расценит этот жест. Может легко принять за угрозу и пару раз перечеркнуть очередью.

— Здорова, командир, — с улыбкой поприветствовал бойца я.

— Здоровей видали, — в ставшей уже привычной хамской манере ответил он. — Кто такие, куда едете?

— Нам сказали, что здесь неподалёку крепость есть, — вместо меня ответил Стэп.

— И чё вам там надо?

— По делу, — криво ухмыльнулся приятель и продемонстрировал ксиву.

Он вообще мазал ей везде, где только предоставлялась хоть малейшая для этого возможность.

— Брак? — тут же спросил боец.

— Смотря кто спрашивает, — огрызнулся я.

— Так ты Брак или нет? — настойчиво повторил вопрос воин.

— Ну, допустим, — всё же не дал прямого ответа я.

— Ясно, — буркнул боец. — Опаздываете. Мы вас весь день караулим. Двигай за нами. — Он поднёс рацию ко рту и отдал приказ: — Лысый, заводи коробочку, гости прибыли.

— Принял, — шикнуло средство связи в ответ, а затем улицы заполнил грохот дизельного двигателя.

И тарахтел он не чета нашему. Словно ему глушитель напрочь отрезали. Я даже поспешил поднять стекло, чтобы отрезать хотя бы малую его часть. Говорить при таком шуме было попросту невозможно. А когда техника начала движение, грохот траков по асфальту и вовсе превысил все мыслимые пределы. Интересно, где они её вообще взяли?

К моему немалому удивлению, проехали мы через мост. Большинство мостов, что мы видели, были подорваны. Собственно, по этой причине нам иногда приходилось блуждать в поисках переправы. Впрочем, для данного поселения смысла в подрыве не было никакого. Не город-миллионник, где необходимо сдержать орду выродков, чтобы остановить наступление.

Сам город мы оставили справа, но даже той малости, что я видел, хватило, чтобы убедиться в собственных выводах. Касимов выглядел точно так же, как и моя малая родина. Дальше по трассе расположилась станция АЗС, но останавливаться на ней также было бессмысленно. Все заправки осушили в первое же лето, и сейчас там даже запаха не осталось, не то что топлива. Да и выглядела она соответствующе: разбитые окна, покрытые толстым слоем грязи колонки. Словно к ней уже лет сто никто не подходил.

А вот указатель с надписью «Елатьма» стоял на законном месте. Ещё одно странное название, к тому же какое-то мрачное. С другой стороны, сейчас куда ни сунься, всюду тьма и запустение. Порой чем крупнее город, тем более уродливо он выглядит: больше мусора, больше разрухи, да всего…

Мимо мелькали оставленные людьми деревни, и их вид был таким же удручающим, как и всё вокруг. Даже природа пока не радовала. Кое-где уже виднелись островки свежей зелени, но по большей части флора ещё не очнулась от зимней спячки. А свинцовые тучи на небе только усугубляли и без того мрачное настроение. Не исключено, что небо одарит нас очередным снегопадом.

— Снег, наверное, пойдёт, — словно прочитав мои мысли, произнёс Стэп. — Прям чернота прёт.

— Надоел он уже, — буркнула Полина. — Лучше бы на юге остались. Там уже тепло было, деревья распускались.

— Тебя никто силой не тащил, — заметил я.

— Да если бы не я, вы бы оба уже сдохли где-нибудь, — фыркнула она.

— Ну я бы точно отъехал, — хмыкнул приятель.

— Доберёмся до крепости — медаль тебе оформим, — подколол подругу я.

— Ой, да иди ты, — отмахнулась девушка и уставилась в окно.

— Здесь дорогу алкаши, что ли, строили? — выругался я, притормаживая на очередном повороте. — Виляет как пьяная.

Преодолев очередной подъём, мы ещё пару раз вильнули, и мимо мелькнул очередной знак с названием посёлка. Но на этот раз белого цвета. А через пару минут мы уже замерли у ворот крепости. Путешествие закончилось, можно немного выдохнуть, но не расслабиться. Всё-таки мы приехали сюда работать, а не отдыхать.

Однако попасть за стены оказалось не так просто. Технику запустили внутрь, а нас отправили в объезд, к главному входу. Там мы бросили тачку у стены, на специально оборудованной стоянке, которая, охранялась сменой часовых.

В маленьких крепостях всегда так. Места внутри не хватает, по этому гости оставляют машины снаружи. Периметр всё равно находится под постоянной охраной, вот они заодно и за стоянкой присматривают. Впрочем, на наше ведро с болтами вряд ли кто-нибудь позарится, даже если ему приплатить.

И всё же вещи мы оставлять не стали, вытащили даже барахло из багажника — целее будет.

Стандартный отстойник при входе, с процедурами по проверке на человечность. Нас облучили ультрафиолетом, заставили несколько секунд подержать в руке серебро — и вот мы уже внутри, с кучей баулов и сумок.

— Нужно гостиницу найти, — пыхтя как паровоз, высказал очевидное Стэп.

— Найдём, — кивнул я и поставил вещи на асфальт. — Здесь постойте, я сейчас спрошу, — бросил я и направился к дружинникам, которые кучковались у таблички с надписью «Место для курения».

Впрочем, это не мешало другим людям смолить в паре метров от него. И доблестные стражи порядка не обращали на мужика с сигаретой никакого внимания.

— Здорова, — начал со стандартного приветствия я. — Мужики, а где у вас здесь гостиница?

— Глаза разуй, — нагло ответил один из них и указал пальцем мне за спину.

Я перевёл взгляд в указанном направлении и хмыкнул. Ларчик-то просто открывался. Смущало лишь одно: гостей селили в доме, который являлся частью стены. В общем, в случае атаки под огонь мы попадали первыми. Да и плевать, не в таких передрягах бывали. Здесь всё равно спокойнее, чем на каком-нибудь пустыре или в лесу.

Мы сунулись в подъезд и снова нарвались на вооружённую охрану.

— Куда прётесь⁈ — выругался боец и направил в нашу сторону оружие.

— В гостиницу, — ответил я.

— Железная лестница снаружи, — буркнул часовой. — В глаза, что ли, долбитесь?

— Да мы у вас в первый раз вообще! — возмутился Стэп. — Там же не написано.

— Ты удивишься, — хмыкнул боец, но продолжать фразу не стал.

Мы вышли обратно, и я глазами нашёл очередную табличку со стрелкой. Так же, как и охранник секунду назад, усмехнулся и двинул к металлической лестнице, которая вела сразу на третий этаж. Раньше здесь было окно одной из квартир, но сейчас его переоборудовали в дверь, которая с противным скрипом распахнулась.

— Осторожнее! — вскрикнула Полина, которой едва не прилетело створкой в лоб.

Вышедший наружу мужик наградил её таким взглядом, что и слов не требовалось, и, даже не извинившись, быстро спустился вниз.

— Придурок, — добавила девушка и потянула на себя дверь.

Внутри нас встретила женщина средних лет, довольно милая на лицо, но с очень объёмной талией. Несколько стандартных вопросов, запись в журнал — и мы наконец-то получили ключи от номеров. Мне с Полиной один, и Стэпу — второй.

Комнатка оказалась настолько мизерной, что нам едва удалось разместиться. Вещи так и пришлось бросить на пол. Ни туалета, ни душа, лишь кровать и небольшая печь-буржуйка, возле которой буквально горстка дров. Зато серебра с нас содрали аж по десять грамм за сутки. Ну это ладно, на одну ночь нам хватит, но дальше нужно что-то решать. Хотя, возможно, днём принесут ещё. Или доплатим, если потребуется. Хорошо, что мы не нуждаемся, да и вообще в средствах не стеснены.

К слову, этот момент меня немного смущает. Старый мог бы и оплатить расходы, но для этого мне пришлось бы работать на него официально. А я не хочу. Даже в прошлой жизни я предпочитал зависеть только от себя и ни перед кем не отчитывался. А сейчас и подавно не собираюсь тянуть лямку службы. Знаю я эти военные штучки. К ним стоит только сунуться, задолбают тупыми приказами.

— Ну, вроде всё, — доложила Полина, за хлопотами которой я задумчиво наблюдал. — Можем идти ужинать.

— Вначале доложим о прибытии, — покачал головой я. — Потом всё остальное. Ночью в рейд.

— В смысле⁈ — выпучила глаза она. — В какой ещё рейд⁈ Мы же только приехали.

— У нас пять дней на поиск гнезда и охоту. Времени в обрез.

— Ну в рейд, так в рейд, — вздохнула она. — Что брать-то хоть?

— Тебе — ничего. Ты здесь остаёшься.

— Да щас! — возмутилась она. — Чтоб ты меня бросил?

— У тебя совсем с мозгами туго, — отмахнулся я и вышел за дверь.

Девушка догнала меня на лестнице. Я ожидал, что она сейчас продолжит ссору, но нет. Полина всем своим видом изображала обиженку, ну и заодно объявила мне очередной бойкот. Даже забавно наблюдать, как она молча снуёт рядом, ожидая моей реакции и извинений. Пора бы уже привыкнуть, что молчать я умею гораздо лучше, чем она.

«Дух-дух-дух», — отозвалась железная дверь, ведущая в сторожку.

— Кто? — прозвучал гулкий голос.

— Радиостанция у вас есть?

— Следующая дверь, — вернулся ответ, и я прошёл чуть дальше.

Табличка гласила, что здесь располагается администрация крепости, но раз сказали что мне сюда, значит, так и есть.

Я шагнул внутрь и оказался в пустом тамбуре. Спросить дорогу было не у кого, и я просто принялся читать надписи на дверях, продвигаясь вглубь помещения. И вскоре наткнулся на необходимую. Потянул на себя створку и едва не шарахнулся от вылетевшего изнутри клуба табачного дыма.

Помахав перед лицом ладонью, я всё же решился шагнуть внутрь и снова слегка обалдел. В кресле связиста сидел инвалид, по виду — какой-то татарин. Перед ним, прямо возле клавиатуры, стоял стакан, в который он бережно наливал душистый самогон. Радом — пепельница с дымящейся самокруткой и кусок сала на газете.

— Тебе чё надо? — бесцеремонно спросил он, кося на меня заплывшими от алкоголя глазами.

— Связь нужна.

— Я тебя поздравляю, — хмыкнул он. — Разрешение от губернатора есть?

— Какое ещё… Ты совсем, что ли, охренел⁈ Ты чё, бухаешь на рабочем месте⁈

— Слышь, ну-ка сдристнул отсюда, пока я охрану не вызвал! — Он схватил костыль и принялся барабанить им в железную дверь, которая находилась в противоположном конце комнаты. — Ж, Кульдим, ты какого хрена сюда посторонних пускаешь⁈

— Пф-ф-ф, — с шумом выдохнул я.

Сама дверь не открылась, вместо этого там распахнулось небольшое оконце, как тюремной камере. В помещении появилась рожа того самого Кульдима. Он посмотрел на меня и хмыкнул. Я его тоже узнал. Это его бригада встречала нас на въезде в город и провожала до крепости.

— Он из девятки, дебил, — бросил Кульдим и захлопнул оконце.

— Упс, — выпучил глаза татарин и зачем-то начал прятать выпивку. — Премного извиняюсь, — невпопад выдал он. — Коды связи предоставьте, будьте так любезны.

— М-да, — протянула Полина, которая наблюдала за всем этим цирком, стоя у меня за спиной.

— Покинь помещение. — Я кивнул на выход. — Разговор не для посторонних ушей.

— Да я могила, братан. — Связист провёл пальцами по губам.

— Вышел, я сказал! — рявкнул я, и татарин зашевелился, бормоча что-то себе под нос.

Он схватился за костыли и едва не полетел носом в оборудование при попытке занять вертикальное положение. Но ничего, справился. Постоял немного, привыкая к равновесию, и довольно лихо шагнул ко мне.

— Ну! — Он дыхнул мне в лицо свежим перегаром. — Может, подвинешься немного, ваше высокоблагородие?

— Придурок, — буркнул я, выпуская инвалида из комнаты связи.

Как пользоваться оборудованием, мне рассказали ещё на лайнере. Даже инструктаж провели и несколько часов практики, чтобы я точно знал, куда нажимать и во что говорить.

Я вставил флешку с кодом шифрования в системник, запустил радиостанцию и активировал программу. Дальше от меня ничего не зависело. Каналы выбирались автоматически, синхронизируясь с частотами штаба в море. Мало того, они постоянно менялись, чтобы нас нельзя было прослушать. Это мне тоже рассказали во время инструктажа.

— Брак вызывает базу, приём, — заговорил я, предварительно нацепив наушники гарнитуры.

Полина встала у двери на случай, если кто-то захочет войти. Ну и скрывать суть задания от неё смысла не было, так как она обо всём уже знала.

— На связи, — прилетел внезапный ответ. — «Приём» говорить не обязательно.

— Усвоил, — ответил я. — В общем, мы на месте, добрались до Елатьмы, приступаем ко второй фазе операции.

— Принял, — отозвался голос в наушниках. — У вас пять суток. Карта местности есть?

— Нет, не успели ещё…

— Найдите. Лагерь будет располагаться в районе города, на старом аэродроме, через девяносто шесть часов. Простоит сутки. Как поняли?

— Да нормально я понял.

— Отбой, — сухо ответил голос, и связь прервалась.

— Ну вот и пообщались, — пробормотал я, скидывая наушники.

— Флешка. — Полина кивнула на системник.

— Точно, — хмыкнул я и выдернул девайс из разъёма. — Ну что, теперь пойдём по городу погуляем?

— А ужинать?

— Успеем. Нужно местного скорняка отыскать.

— Зачем?

— Пробить информацию об артели охотников. Что-то мне подсказывает: поблизости мы ни одного гнезда не найдём. Заодно по ценам определиться. Если повезёт, мы заодно и свой карман пополним.

— Ну пойдём, — пожала плечами Полина и толкнула дверь.

В коридоре раздался грохот и отборный мат. Кажется, связист всё это время грел уши снаружи. А потому я нисколько не удивился, когда застал его лежащим на полу. Да уж, в интересное местечко нас занесло, ничего не скажешь.

Глава 17

Разведка

Мы сидели в кабаке, изучая местное население. Стэп предварительно обежал крепость, впрочем, как и мы с Полиной. Она была небольшой и охватывала центральную часть посёлка. Честно говоря, я не понимал её значимости. В том смысле, что ничего особенного здесь не было. Ни производства, ни торговли, кроме местной и никому особо не интересной. Да и находилось это укрепление в откровенной жопе мира — конечная точка на карте. То есть сюда можно было только приехать — и всё. Ни одна из дорог не вела дальше, только обратно, на выезд. И тем не менее Крюков отчего-то продолжал заниматься её снабжением. Патроны и питание поступали исправно, к тому же со сходом льда на реку всегда спускался теплоход.

Но в общем и целом жизнь здесь мало чем отличалась от других регионов и даже более крупных крепостей. Всё те же добытчики шуршали по округе в поисках чего-нибудь ценного, охотники периодически приносили чёрные сердца, а промысловики били зверя в лесу. К слову, лесные массивы вокруг были огромными, а буквально в часе езды располагался даже заповедник. Понятно, что сейчас за ним никто не присматривал и люди творили там всё что только заблагорассудится, но само его наличие уже давало много. По крайней мере, зверь там водился.

— Ну, что скажешь? — спросил у приятеля я.

— Да вроде всё как обычно, — словно прочитав мои мысли, ответил он. — Народ здесь только странный.

— Чем? — ухватился за ниточку я.

— Да вроде большинство здесь местные, то есть те, кто смог пережить всё это дерьмо и хоть как-то организоваться. Но все держатся как-то особнячком, малыми компаниями.

— Ну так это нормально, — отмахнулся я. — Специфика небольших поселений. Здесь ведь все друг друга знают как облупленных. А близкое соседство — оно такое… — Я покрутил пальцами в воздухе. — Мало кто его любит.

— Зато к чужакам относятся более настороженно, — продолжил Стэп. — Я тут в одном месте попробовал кипиш устроить, так на меня всем селом налетели, мол: наших бьют. Хотя у соседней лавки одна баба так на продавца орала, что даже мне страшно сделалось. И ничего, на неё вообще никто внимания не обратил. А ко мне даже дружина подошла. Короче, своего они точно не сдадут.

— Посмотрим. — Я поморщился, понимая, что напарник прав.

Но с другой стороны, мы его трогать и не собирались. Наша задача — поставить его на след одиночки и сделать так, чтобы он вырезал у него сердце. Дальше уже не наши заботы. Помощи от местной артели ждать не стоит. Как заметил Стэп, здесь все держатся особнячком и чужаков в свою тусовку не пускают. Так что придётся самим. Но это не проблема — опыта нам не занимать. А вот на саму цель посмотреть очень хотелось. Собственно по этой причине мы сюда и пришли.

Скорняк, с которым мне удалось побеседовать, недвусмысленно намекнул, где любит проводить свободное время Морзе. Семьи у него нет, характер скверный, а друзья такие, что нормальные люди стараются обходить их стороной. По вечерам они собираются здесь, чтобы пообщаться под пивко. К слову, последнее оказалось очень даже приличного качества. Такого я даже в прошлой жизни не пробовал. Густое, терпкое, чувствуешь, как оно по горлу проваливается. Варят его прямо здесь, в кабаке, и просят аж по три грамма за кружку. Но оно того стоит.

Я сделал большой глоток пенного и вставил в рот сигарету.

— Ты только что курил, — одёрнула меня Полина.

— Ты мне мама, что ли? — огрызнулся я и, чиркнув зажигалкой, глубоко затянулся.

В этот момент в кабак ввалился наш старый знакомый. Тот самый безногий связист. То ли выпитое уже успело выветриться, то ли он настолько крепкий на это дело, что способен пить до бесконечности. Он занял один из столиков, и вскоре к нему присоединился ещё один человек. А в течение получаса собралась вся компания, в том числе и Морзе.

Их поведение мало чем отличалось от большинства. Они о чём-то беседовали, иногда хохотали, однако наш объект чаще молчал и тупо пялился в кружку, словно пытался отыскать на её дне какие-то ответы. Одежда старая, потрёпанная и застиранная, местами в латках. А вот обувь явно дорогая, серьёзная. Да, носы уже потёрты, но видно, что хозяин за ней следит.

С оружием всё обстоит намного хуже. У связиста только табельный «Макаров» в поясной кобуре, у двоих обрезы, в том числе и у Морзе. Четвёртому где-то удалось достать «Кедр» и, пожалуй, это было самое грозное из всего, что имелось у них на руках. А ещё я заметил, что приятели платили за выпивку нашего объекта. Похоже, с финансами у него не просто проблемы, их тупо нет совсем.

Очень хотелось послушать, о чём они говорят, но все места рядом с ними были заняты.

— Ладно, я увидел всё что хотел, — осушив свой бокал, произнёс я. — Пора осмотреться в окрестностях.

— Серьёзно? — поморщился приятель. — Прямо сейчас за стену хочешь?

— А у тебя есть ещё варианты?

— Нет, но…

— Тогда подъём.

— А мне что делать? — спросила Полина.

— Номер отапливать, — ответил я. — И попробуй насчёт дров разузнать. Той горсточки, что нам оставили, вряд ли даже на ночь хватит.

— Может, я с вами?

— Нет, — вместо меня ответил Стэп. — Лучше мне тоже за дрова разузнай.

— Я могу к ним подсесть, — кивнула на шумную компанию девушка. — Заодно выясню, кто чем занимается.

— Нас уже видели вместе, — покачал головой я, — Тем более связист знает, что мы из девятки. Вряд ли они станут с тобой откровенничать.

— Мы можем сделать вид, что поругались, — хитро прищурилась она. — Это всегда работает.

— Не лезь, — сухо отрезал я. — Делай что говорят. Но мысль мне нравится. Воспользуемся, когда придёт время. А пока дуй в номер.

— Ладно, — скуксилась она, но спорить не стала.

Мы проводили её до лестницы и направились к воротам. Выпускали из крепости без всяких проверок, но у нас внезапно возникли сложности с выходом.

— Я же вам по-русски объясняю: после заката двери не открываются! — в очередной раз ответил охранник, даже не взглянув на ксиву в руках Стэпа.

— Ты слепой или идиот⁈ — взвинтился приятель. — Я тебе прямой приказ отдал!

— А ты мне не начальник!

— Вот здесь видишь, что написано? Сейчас я для тебя царь и бог!

— В очко себе эту бумажку затолкай, — набычился дружинник и упёр ствол автомата в брюхо Стэпу. — Или тебе помочь⁈ Сдристнул отсюда, пока я в расположении! Я таких богов знаешь где вертел⁈

— Тихо ты. — Я оттянул приятеля за петлю на рюкзаке, — Зачем хамишь-то?

— А чё он?

— Он свою работу выполняет, — усмехнулся я. — А ты рога включил. Сейчас он нас обоих тут положит и будет прав.

— Ну и чё тогда, выход отменяется?

— Кто сказал? — Я удивлённо вскинул брови.— Просто можно иначе решить. Слышь, командир, может, договоримся?

— Я, по-твоему, кто? — буркнул дружинник. — Если я вам ворота открою, меня завтра на них же вздёрнут.

— Серьёзно? — не поверил я.

— Нет, ёпт, я тут с клоунским носом стою, — огрызнулся он. — Ворота не откроются до рассвета.

— А если нам наружу надо? — Я почесал переносицу. — Неужели нерешаемо?

— На стену идите, там, где стоянка. Вас спустят. Но внутрь вы до рассвета уже не войдёте.

— Странные вы, — хмыкнул Стэп. — А на хрена тогда отстойник нужен? Днём ведь выродки не ходят.

— Зато укушенные ходят, — парировал он. — Нам в первый год этого дерьма хватило, чтоб больше не спотыкаться.

— Ясно, спасибо, — кивнул я и утянул за собой приятеля.

Мы немного прошли вперёд через большую площадь. И упёрлись в бывшую пожарную часть. Возле неё как раз и была организована стоянка на приезжих. Как ни странно, но машин там хватало. Немного, всего с десяток, но всё же. А значит, это место всё-таки проездное. Скорее всего, как перевалочный пункт между Рязанской и Владимирской областями. Расположено не очень удобно, ведь приходится съезжать с основного маршрута, зато здесь тихо. И я думаю, что если выродки здесь и бывают, то в очень редких случаях.

— Э, вы чё здесь трётесь⁈ — рявкнули нам со стены.

— Нам наружу надо, — ответил я.

— Больные, что ли? — уточнил часовой. — Или на охоту собрались?

— Типа того, — хмыкнул Стэп. — Нам привратник сказал, что с вами договориться можно.

— Двадцать грамм, — мгновенно ответил часовой, будто такса была уже ему известна.

— Идёт, — отозвался я.

— Тогда поднимайтесь.

Через пару минут мы уже спускались вниз по верёвочной лестнице. Похоже, не мы одни пользовались данной услугой, но вот вопрос: кому ещё это могло понадобиться? Местной артели? Вряд ли. Скорее всего, таким же гастролёрам типа нас, которые не боятся выслеживать выродков по ночам.

Но что-то мне подсказывает, наша сегодняшняя прогулка не увенчается успехом. Слишком уж умиротворённая здесь охрана, а это значит, что неприятности здесь случаются очень редко. Да и насрать. Нам пока нужно просто изучить местность и прикинуть, что к чему.

— Похоже, наша мадам не при делах, — завёл тему Стэп, когда мы отошли от стены на почтительное расстояние.

— Пока не ясно, — пожал плечами я.

— Ну так мы же без приключений добрались.

— А ты видел, как она торговалась?

— Ясен пень, — хмыкнул Стэп, — есть чему поучиться. Только я не понимаю: это здесь при чём?

— Шлюха, которая поимела бывших клиентов? — поморщился я. — Не знаю как ты, но я в такое верю с трудом. Этот Клим иногда уступал ей в таких местах, где я бы ни в жизни не прогнулся. Тем более если бы знал кто она такая.

— Думаешь, это подстава?

— Не знаю. Но очень уж она мутная. В вертолёт запрыгнула — ей слова никто не сказал. А ведь мы на боевое задание летели. А там, в деревне? Она тебя вскрыла и даже не поморщилась. Испуганную девочку начала играть, только когда я вошёл, а до этого резала вполне хладнокровно. Да и упыря того завалила точным попаданием в голову. И заметь, из твоего дробана.

— Хочешь сказать, что она засланная?

— Не исключаю такую возможность. Там, в Ростове, нас нашли очень быстро, будто знали, где мы. И я сейчас не о выродках.

— Да, я тоже заметил, — согласился напарник. — Грог прямо нам навстречу вышел, а затем к лодке вывел, которая буквально в паре шагов пришвартованной стояла. Да и к тебе мы сразу точно подошли.

— Ну я как бы палил почём зря. Там бы только дурак не понял, где искать. В общем, совпадений полно, но все какие-то косвенные. Однако если на все разом посмотреть, то спутница у нас выходит непростая.

— И что думаешь делать?

— Ничего, — флегматично ответил я. — Пока понаблюдаю ещё. Но Старый, конечно, тот ещё плут. Людьми вертит, как хочет. Не завидую я этому Морзе.

— То есть она от него засланка?

— Ну а от кого? Не изменённые же её к нам пристроили?

— А вдруг? — ощерился Стэп. — Помнишь, как они Евой в Нижнем вертели?

— Там другая ситуация была. Сейчас им наши с тобой головы нужны. Если бы всё обстояло так, она бы нас давно во сне прирезала. А так нет, приглядывает и докладывает.

— Интересно, а как бы всё сложилось, если бы мы к морю не пошли?

— Где-нибудь в Подмосковье бы нас приняли, — ответил я. — И Полину бы там же подсадили. Здесь не место важно, а сам факт. Мы зачем-то нужны в этой операции, но я пока не могу понять: зачем? Ну не вяжется у меня такое простое задание, как поймать выродка и навести на него клиента. Чушь…

— Об этом мы уже не раз говорили, — вздохнул приятель. — Но ответ, похоже, узнаем только в конце.

— В конце чего? — спросил я.

— Ну, операции этой. Вот ровно как в Нижнем. Поимеют нас, как пить дать.

— В этом я как раз не сомневаюсь. Потому и хочется заранее понять: чего ожидать?

— Так нам всё и раскрыли. Может, всё-таки попробуем из неё инфу вытрясти?

— Скорее всего, она тоже до конца ничего не знает. Ты мне вот что скажи: откуда ксива?

— На лайнере выдали.

— Ты в штат, что ли, вписался?

— Обещал подумать.

— Я серьёзно.

— Да никуда я не выписывался. Сказал, что подумаю, бумаги только прочитал — и всё. Но условия там, я тебе скажу…

— Может, и зря? — Я покосился на приятеля. — Жил бы в тепле и сытости.

— А сам чего?

— Ты же знаешь, я зверь свободолюбивый.

— Вот и меня всё устраивает, — вздохнул Стэп. — Накоплю деньжат и выкуплю себе теплоход. Тогда и буду как сыр в масле кататься.

— Ты хоть знаешь, сколько он стоит?

— Да, пробивал уже, — кивнул он. — Вместе с командой тысяч в сто можно уложиться.

— А у нас сейчас сколько? Тысяч по восемь на нос примерно?

— Ну, где-то так. Да чё ты пристал вообще? У человека ведь должна быть мечта.

— Есть у меня одна мыслишка, как раз на такую сумму, — усмехнулся я. — Но вдвоём мы это дело не потянем.

— Выкладывай.

— За наши головы ведь центнер дают, так?

— Ну?

— Вот тебе и ну, — буркнул я и хищно оскалился. — А что, если нам самим сдаться?

— Хочешь кинуть выродков на такие бабки?

— А кто нам помешает? Не в полицию же они жаловаться побегут?

— Слишком велико искушение, — поморщился Стэп. — Здесь надёжные люди потребуются.

— Так что им сказал, когда они тебе бумаги подсунули?

— Что-то ты резко темы меняешь, — с подозрительным прищуром посмотрел на меня Стэп. — Выкладывай.

— Нам нужно как-то обратно на лайнер вернуться.

— Зачем?

— Думаю, что Макар нам в этом деле поможет.

— С ним ведь делиться нужно будет.

— Скинем ему пять процентов, как посреднику. Но он сможет нам людей подыскать.

— Так с ними тоже делиться придётся.

— Зато ты будешь очень близок к своей мечте. Даже если в итоге мы килограммов по тридцать заработаем, оно того стоит.

— Ага, если не сдохнем раньше.

— Мы и сейчас неслабо рискуем.

— Кстати, о птичках: за каким хреном мы вообще сюда вылезли?

— Поговорить нужно было. Полина за мной как хвостик везде мотается, а тем для обсуждения уже слишком много набралось. Ну так что думаешь по этому поводу?

— Да я как тот Герасим, который на всё согласен. Мутим, конечно, что тут обсуждать.

— И вот ещё момент. Нужно Полину в стрессовую ситуацию поместить. Я просто уверен, что она не так проста, какой хочет казаться. Короче, на охоту её с собой возьмём и попробуем под выродка подставить.

— А если ты ошибаешься? Не жалко девку? Она ведь тебя любит, по ходу.

— Нет, не жалко, — покачал головой я. — Процентов на девяносто уверен, что она может за себя постоять.

* * *

За пределами крепости посёлок состоял из частного сектора. Кое-где встречались двухэтажные дома на несколько квартир, но их можно было даже в расчёт не брать. Все более-менее высокие здания собрались в центре, и ещё одно одиноко возвышалось на отшибе. Спрятаться здесь было можно, но не выродкам. Уверен, что этот дом обыскивали каждое утро, просто для профилактики. А в частных домах могли прятаться разве что небольшие группы. Особи на четыре максимум. Такие здесь если и бывали, то только проездом. А значит, для наших целей нужно было выбирать Касимов. Но в этом я тоже сомневался, так как выродкам там попросту нечего делать.

Муром — совсем другое дело. Крепостей в округе нет, можно мутить всё что угодно. В районе хватает различных заводов, есть железная дорога, склады и прочее. Так что в качестве перевалочной базы город вполне могли населять несколько сотен изменённых. Да и люди там наверняка всё ещё копошатся в поисках чего-нибудь ценного или просто полезного. А значит, и кормовая база присутствует. Другой вопрос, как нам выловить одиночку или хотя бы малую группу, которую мы сможем разделать. И на этот счёт у меня как раз имелась мысль, где в роли приманки будет участвовать Полина. Осталось только добыть крови и как следует всё рассчитать, чтобы свести все риски к минимуму. Всё-таки я покривил душой, когда сказал Стэпу, что мне не жалко девушку. Откровенно пускать её на фарш я не хотел.

Пока мы готовились к охоте и разрабатывали план, я параллельно пробил информацию обо всех приятелях Морзе. И даже не удивился, узнав, что двое из них работают добытчиками и являются бывшими коллегами объекта. Связист действительно оказался татарином. Ноги он лишился ещё в самом начале апокалипсиса, и тогда же познакомился с Морзе. Он-то его и пристроил в бригаду добытчиков. А заодно свёл с двумя другими корешами: Клеем и Бизоном.

План созрел окончательно, по крайней мере, та его часть, где я должен был передать координаты одиночки Морзе. Но для этого мне нужно было оставить его в гордом одиночестве. И теперь я не сомневался, что мне удастся это провернуть. Клея и Бизона я попрошу занять учётом на складе. От сверхурочных они по своей воле не откажутся, а татарина можно тупо напоить до беспамятства. Это я поручу Стэпу.

Нам оставалось лишь найти выродка, передать его специалистам Старого для каких-то неведомых манипуляций, а затем упаковать в какой-нибудь подвал, координаты которого впоследствии и получит Морзе. На этом наша работа закончится, и мы можем быть свободны. По крайней мере, я на это надеюсь. Но что-то подсказывает: так просто не получится, и по финалу операции нас обязательно будет ждать какой-то сюрприз. А чтобы его избежать, мы подставим Полину. И когда она спалится, вытряхнем из неё всю информацию.

На словах вроде всё просто. Но когда мы обсуждали варианты воплощения последней части плана в жизнь, начали всплывать всяческие нюансы. Например: как её прикрывать? Как довести ситуацию до края, при этом не рискуя жизнью девушки?

Да и она, словно чувствуя наши истинные намерения, наотрез отказалась становиться приманкой. А может, и в самом деле боялась, ведь всё легко могло выйти из-под контроля на любом этапе.

Мы успели даже до Касимова смотаться. Заранее отыскали место встречи, чтобы не таскаться по городу с опасным грузом на руках. Ещё осмотрели спальные районы на предмет места, в котором можно организовать лёжку. В общем, на всё это ушёл целый день и половина вечера. Но мы были готовы практически к любым вариантам развития событий.

Рюкзаки пересобраны, оружие проверено и начищено, осталось только дождаться утра, чтобы отправиться в путь.

Глава 18

Охота 2

— Там кофе ещё остался? — спросил я, кивая на термос.

— Да, половина ещё, — ответила Полина. — Налить?

— Угу, — ответил я и свернул на очередном перекрёстке.

— Может, в торговом центре? — предложил Стэп. — Пространство большое, мы сможем на втором этаже засесть. Оттуда вестибюль должен хорошо просматриваться.

— Не вариант, — отказался я. — Если замес начнётся, там даже от пуль спрятаться негде — сплошное стекло.

— Согласен, — вздохнул приятель. — Тогда завод.

— На, держи. — Полина протянула мне крышку от термоса, наполовину заполненную горьким напитком.

Сделав небольшой глоток, я продолжил осматривать город. Пока из всего, что мы видели, мне больше всего понравилась огромная площадь неподалёку от автовокзала. Широкая проезжая часть лишь увеличивала её, что идеально подходило под наши задачи.

Рядом располагался завод по производству упаковки и бумаги. Он тоже неплохо вписывался в рамки, так как имел огромную пустующую территорию, обнесённую высоким забором. Однако простреливалась она, максимум с трёх сторон, в отличие от площади. Здесь же находилось множество торговых точек, что хоть как-то объясняло наше присутствие. С другой стороны, почуяв запах крови, выродки даже внимания не обратят на мелкие нюансы. Да и позиций для огня там достаточно, как и путей для отхода.

— На площади засядем, — произнёс я и развернул машину. — Сейчас осмотримся и определимся с позициями.

— Я бы всё-таки где-нибудь в здании лучше, — поморщился Стэп. — Но в целом и там будет не плохо.

— Нам свобода нужна, — покачал головой я и покосился на Полину. — Ты как, не передумала?

— Нет, — ответила она и упрямо сжала губы.

— Хорошо. Тогда ещё раз покажи мне, как ты обращаешься с оружием.

Полина взяла пистолет, который лежал у неё на коленях, и дёрнула затвор. Затем посмотрела на оружие и неуверенно сняла его с предохранителя. Сухо щёлкнув курком, она уставилась на меня.

— Так?

— Ну, почти, — ответил я. — Но с предохранителем ещё нужно потренироваться. Чтоб не глядя…

— Я поняла.

— Патроны у тебя буду серебряные, так что стреляй только в самом крайнем случае. Помни, что нам нужен хотя бы один живой изменённый.

— Да, я помню.

— Хорошо. Продолжай тренироваться. Шанс у тебя будет всего один. Замешкаешься — и мы тебе уде не поможем.

Удивительно, но спорить она не стала. Возможно, наконец-то поняла всю серьёзность операции. Девушка подняла оружие и продолжила холостить, даже несколько раз попробовала сменить магазин. Я лишь поражался, насколько культяписто у неё это получается. Даже засомневался в своих умозаключениях на её счёт.

Вернувшись на площадь, я остановил машину, и мы выбрались наружу. Идеальное место, на мой взгляд, было у супермаркета, сразу за широким перекрёстком. За ним начинался городской парк, а напротив располагался деловой центр с кучей офисов. Там можно было организовать одну из позиций для стрельбы. Но если выродки решат уйти парком, мы их потеряем. Автовокзал — сомнительно. Ну что одинокая путница там забыла? Лично я бы напрягся, попадись мне такая цель.

Можно разместить её у входа в одном из кафе, что занимали первый этаж офисного здания. А самому засесть на вокзале. Оттуда её позиция будет как на ладони. Стэпа можно как раз посадить в супермаркете, чтобы подвести изменённых под перекрёстный огонь.

Я даже расставил всех нас по точкам и прикинул, что из этого получилось. Просчитал возможные вероятности передвижения противника и остался доволен. Важно, чтобы они явились за жертвой малой группой, максимум особей в шесть или восемь. С большей толпой мы вряд ли управимся, даже несмотря на эффект неожиданности.

— Ладно, — выдохнул я. — Поехали, что ли?

— Да, — согласился Стэп. — Вроде неплохо получается. Главное, их внутрь не пустить. А здесь, на местности, они будут как мишени в тире. Плёвое дело.

— Сплюнь, осёл, — поморщился я. — Кто же перед таким делом каркает-то⁈ Поль…

— Что?

— Ты готова?

— Да задолбал ты уже, — огрызнулась она. — Всё нормально.

— Хорошо, тогда жрём и начинаем.

Я посмотрел на часы. До заката оставалось ещё полтора часа, плюс-минус, конечно. Нужно ещё ловушку подготовить, в которую якобы угодила Полина.

— Фигасе! — вдруг прозвучал восторженный возглас напарника. — Эт чё, серебро, что ли?

— Стоять! — взревел я, заметив, как приятель двинулся в сторону находки.

— Чего? — обернулся ко мне он. — Вон, сам посмотри, там браслет лежит. Грамм на тридцать точно потянет.

— И ты решил, что его кто-то случайно здесь оставил? — усмехнулся я. — Как ты вообще выжил-то?

— Думаешь, ловушка?

— Уверен. И знаешь, что это значит?

— Не совсем.

— То, что мы идеально выбрали место. Группы загона обычно небольшие, выродков на шесть максимум. Нужно понять, как она работает.

Я обошёл приманку по большому кругу, внимательно осматривая. Само место просто кричало о том, что приближаться к нему не стоит. Прямо на тротуаре набросаны какие-то тряпки, поверх которых и сверкает браслет. Видимо, механизм спрятал под ними. Судя по тому, на сколько компактно это выглядит, там, скорее всего, граната.

Перебежав перекрёсток, я вошёл в парк и срубил ножом длинный прут орешника. Очистил его от листьев и примерился. Нет, так не пойдёт. Даже если там наступательная граната, осколками всё равно посечёт. Нужно за чем-то укрыться, но вот беда, ничего подходящего в округе нет. Разве что машину подогнать и присесть за двигателем.

— Да оставь ты эту хрень, — произнёс Стэп, наблюдая за моими потугами.

— Пожалуй, ты прав, — согласился я. — Возможно, в бою пригодится. Проверь, ты его видишь со своей позиции?

— Ща, — кивнул напарник и трусцой пробежался до супермаркета. Некоторое время он примерялся, а затем прилетел ответ: — Да, попасть смогу.

— Отлично, имей в виду. Скорее всего, там граната.

— Я догадался.

— Мальчики, — окликнула нас Полина. — Жрать пошли.

Мы собрались у своей тачки, где на капоте расположилась нехитрая снедь. Небольшая стопка блинов, которые мы прикупили на рынке в качестве хлеба и стеклянная банка тушёнки. Ну и остатки кофе из термоса, разлитые по кружкам.

Жевал я без аппетита, больше потому, что надо. А вот кофе шёл на ура. Жаль, что это остатки роскоши, больше у нас нет и, вероятнее всего, в ближайшем будущем не предвидится. Опять придётся переходить на травяной сбор. Это неплохо и даже для здоровья полезно, но ведь хочется именно вредного.

Я тряхнул головой, отгоняя пустые мысли, и уставился на деловой центр, прикидывая, где бы нам подвесить Полину. Да, именно так. Девушке придётся висеть вниз головой, делая вид, что она угодила в петлю. Из такого положения даже я вряд ли смогу вести прицельный огонь. Но в её случае расстояние будет плёвым. Другое дело, что времени у нее будет немного, в среднем минут пятнадцать-двадцать. Если говорить о нормальном состоянии. Дальше уже большой риск для здоровья. Кусочек чёрного сердца позволит увеличить это время раза в три-четыре, но не более того. То есть в среднем у нас не более сорока минут на всю операцию. Надеюсь, я всё верно рассчитал и у нас получится совершить задуманное.

— Ладно, держи ствол, — произнёс я, закинув последний кусок блина в рот.

Предварительно я сместил язычок фиксатора затвора, размыкая его. Если она действительно не умеет пользоваться оружием, то затвор слетит, как только она попытается загнать патрон в ствол. Даже этой малости хватит, чтобы проверить девушку на вшивость. Она приняла оружие и, даже не взглянув на него, сунула в наплечную кобуру. Так ей будет проще его извлекать в подвешенном состоянии.

— Всё помнишь? — ещё раз спросил я.

— Да, — кивнула она. — Вначале затвор, затем предохранитель. И целиться в грудь.

— Отлично, — кивнул я. — В петлю наступаешь по команде.

— Да, поняла.

— Стэп…

— Фё? — отозвался приятель с набитым ртом.

— Хорош жрать, пошли готовиться.

Напарник кивнул и, обойдя машину, полез в багажник. Выудил оттуда моток верёвки, и мы направились к зданию. Лестницу мы отыскали на территории завода, а остальной инструмент у нас уже был с собой. Ничего особенного: заряженный шуруповёрт с режимом ударной дрели и несколько анкерных болтов.

Забравшись на уровень второго этажа, Стэп принялся размечать отверстия, чтобы закрепить блок. Я забрался внутрь здания и передвинул шкаф к окну и обвязал вокруг него верёвку. Действовали мы примитивно, особо не маскируя ловушку. В первую очередь потому, что выродки увидят её в уже сработавшем состоянии. А значит, нам плевать, насколько изощрённой она должна быть.

Второй конец я передал Стэпу, и он пропустил его через блок. На другом конце он связал петлю, которая работала по принципу удавки. Теперь нам оставалось только зафиксировать её, чтобы она выдержала вывешенный в окно шкаф. Но так, чтобы упор легко выбивался.

С этим пришлось повозиться, но мы справились. Получился эдакий силок, которые ставят на зайцев, только рассчитанный на зверя покрупнее. Веса шкафа должно хватить, чтобы оторвать Полину от земли, но на всякий случай я накидал в него всякого хлама, чтобы увеличить массу. Главное, чтобы он не развалился при падении.

Но выглядит вроде надёжно, да и падать ему не так уж высоко. К тому же девушка должна компенсировать падение своим весом. Её бы проверить, но боюсь, мы не сможем собрать всё это в изначальное состояние.

Я толкнул шкаф наружу. Верёвка натянулась, словно струна, но конструкция выдержала. Оставалась ещё опасность, что при подрыве кверху девушка прилетит затылком в тротуар. Поэтому высвобождать фиксатор она будет лёжа.

— Вроде готово, — оценил издалека нашу работу Стэп.

— Да, пожалуй, нормально. Полин, держи сердце. Перед тем, как полезешь в петлю, смочи слюной и сунь под язык.

— Я помню.

— Молодец, — похвалил девушку я. — Дай руку.

Она протянула мне ладонь. Я вытянул нож и, засучив ей рукав, резко полоснул клинком по предплечью. Она зашипела от боли и уставилась на рану. Несколько раз сжала кисть в кулак, напрягая мышцы и заставляя кровь идти сильнее. Не спеша она двинулась к петле, оставляя за собой дорожку из багровых капель. По идее, этого должно хватить, чтобы выродки клюнули на приманку.

— Давай тоже по местам, — скомандовал я и направился к зданию автовокзала.

Солнце уже начало скрываться за горизонтом. Сразу похолодало. Воздух сделался стылым, предвещая лёгкий мороз. Но мы к этому были готовы и оделись тепло.

Полина встала у стены, опираясь на неё спиной. Я отлично видел её в прицел с режимом ночного видения. Специально снял его с «вала» и даже пристрелял на своей «ксюхе».

Стэп тоже скрутил себе один из таких. Теперь у нас было не то чтобы преимущество, но мы хотя бы могли чётко видеть, куда посылаем пули.

Однако погода сегодня была ясная. Весь день на небе ни облачка, а сейчас над домами всплывала практически полная луна. И её света было достаточно, чтобы рассмотреть даже детали пейзажа.

Я отключил ночник и снова осмотрел окрестности через оптику. Нет, с ним гораздо лучше. Сейчас точность — наше всё. Похлопав себя по разгрузке, я в очередной раз проверил наличие магазинов с серебряным боеприпасом и убедился, что он расположен с правильной стороны.

В общем, я нервничал. И не потому, что боялся провала. Я откровенно переживал за Полину. Даже не знаю, что буду делать, когда выясню, что она не та, за кого себя выдаёт. Я уже много раз прокручивал в голове наш разговор, но так до конца и не решил, как лучше поступить. Всё-таки я к ней привязался, как бы ни старался сохранить безразличие.

Ладно, проблемы будем решать по мере их поступления.

Где-то на пределе слышимости раздался звук автомобильного двигателя. А значит, мы не ошиблись. Выродки здесь есть, и сейчас они уже начали выползать из своих нор. Другое дело, что искать эти логова в таком городе практически бесполезно. Любой подвал, любой тёмный закуток мог стать для них убежищем. И я уже давно перестал удивляться тому, сколько таких мест можно найти даже в крохотной деревеньке. Чего уже говорить о таком городе, как Муром. Да, это не мегаполис с миллионным населением, но и не Елатьма, которую без труда удалось обойти за ночь аж три раза.

— Приготовились, — прошептал я в рацию.

— Да мы уже давно готовы, — отозвалась Полина.

— Принял, — коротко ответил Стэп, чем немало меня порадовал.

Сидеть пришлось долго. Время тянулось словно резиновое, но выродки не спешили появляться в нашей части города. Понятия не имею, чем они там занимались, но, похоже, как раз осматривали места с ловушками. По звукам я насчитал как минимум пять машин в разных концах города. И это плохо. Изменённых здесь оказалось гораздо больше, чем я рассчитывал. И это ещё неизвестно, сколько их передвигается пешком.

Что они вообще здесь делают? Неужели тоже рыщут, в поисках чего-нибудь полезного или ценного? Насколько знаю, здесь находится предприятие, связанное с радиоэлектроникой. Может, они шарятся там? Всё остальное вряд ли представляет большую ценность. Насколько я видел, здесь только мелкая металлургия, кое-что, связанное с железной дорогой и стройкой. Всё это имело смысл в прошлой жизни. Сейчас — вряд ли выродкам нужна организация по производству металлоконструкций или бетонносмесительная установка.

Где-то вдалеке мелькнул свет фар, и я перевёл прицел в ту сторону. Через какое-то время увидел, как из перекрёстка вывернула машина и направилась в нашу сторону.

— Давай, — бросил в рацию я, а спустя секунду, снаружи раздался сдавленный вскрик, за которым последовал тяжёлый удар.

Я перевёл прицел на Полину и убедился, что она надёжно подвешена буквально в полутора метрах от земли.

— Ты как? — спросил я, но вместо ответа девушка показала мне средний палец.

Я усмехнулся и выдохнул. Первая часть плана прошла как по маслу. Шкаф выдержал, приманка подвешена, осталось дождаться, когда начнётся клёв.

И выродки не стали с этим затягивать. Прямой наводкой они промчались мимо вокзала, а затем резко, со свистом, оттормозились и, врубив заднюю передачу, вернулись к площади. Хлопнули двери, и на улицу выбрались четверо. На профессионалов боевой подготовки они походили слабо. Скорее это обычные гражданские, хоть и имеют при себе оружие. Я уже успел на таких насмотреться, ничего опасного они из себя не представляют. Ну, если, конечно, знать, как их убивать.

Я навёл точку прицела на затылок одного из них, но палец на крючок класть не спешил, продолжая наблюдать за их действиями. Ну и за Полиной. Девушка затрепыхалась, оставаясь подвешенной за ногу. Выродки отреагировали на это хохотом, а один из них даже отпустил сальную шутку. Они подошли к приманке практически вплотную, когда она наконец-то начала действовать.

Пистолет оказался в её руке так быстро, что я даже не сразу понял, что она его выхватила. Выверенным движением она загнала патрон в ствол и трижды вдавила спуск. А я только диву давался, глядя на то, как пули выбивают мозги из черепушек изменённых. Последний оставшийся в живых замер и уставился на жертву. Я даже представил себе его рожу, усмехнулся и потянул спуск.

Короткая очередь ударила выродка в спину, заставляя споткнуться. И в этот момент грохнула очередь со стороны супермаркета, окончательно укладывая его на тротуар.

Я в одно движение выскочил в разбитое окно, на ходу убирая за спину оружие. Рука уже нырнула в карман, и пальцы вошли в проушины кастета. Теперь главное — не переборщить, чтобы не отравить ублюдка, а просто вырубить.

Я успел как раз вовремя. Противник уже начал подниматься, когда встретился рожей с моим ботинком. Удар вышел настолько сильным, что у меня лодыжка загудела. Голова ублюдка дёрнулась, но он всё ещё оставался в сознании и был очень опасен. А потому я склонился над ним и дважды пробил ему в рожу кастетом. Этого ему хватило за глаза.

Тут подоспел Стэп, и мы вдвоём быстро скрутили урода, крепко связав ему руки за спиной. А когда дело дошло до ног, на большой перекрёсток вылетела ещё одна машина. В дело снова вступила Полина, которая всё ещё болталась вверх ногами в петле. Однако на точность её выстрелов это никак не повлияло. Видимо, она уже поняла, что мы о чём-то догадались, и не стала продолжать играть в тупую шлюху.

До перекрёстка, по самым скромным подсчётам, было не менее пятидесяти метров. Но даже будучи подвешенной за ногу, девушка уложила подкрепление по принципу «один выстрел — один труп». У меня настрел насчитывал не одну сотню патронов, но даже я не смог бы исполнить такое.

— Чё вылупился! — резко отреагировала она. — Спуститься помоги, конспиратор хре́нов.

— Кто бы говорил, — усмехнулся я и направился к шкафу, чтобы срезать верёвку и аккуратно опустить девушку на тротуар.

Правда, вышло не очень. В последнее мгновение верёвка выскользнула из рук, и девушка шмякнулась на спину, издав короткий вскрик. Но нам снова стало не до разговоров, так как слева, к нам мчалась ещё одна машина.

Полина подхватила оружие выродка, лихо оттянула затвор, заглядывая внутрь, и вскинула оружие, вжимая приклад в плечо. А затем положила две короткие очереди в лобовое стекло прибывшему подкреплению.

Машина вильнула и через секунду врезалась в бетонный забор, что ограждал производство от центральной улицы. Выродки посыпались наружу, но тут в бой вступили мы со Стэпом. Я уже успел сменить магазин, зарядив оружие патронами с серебряными пулями, и первой же очередью упокоил выродка, который вывалился через заднюю дверь. Стэп снял пассажира, а девушка добила остатки магазина в водителя, когда тот попытался направить в нашу сторону оружие. Последнего выродка достал я, всадив ему в грудь три пули.

— Уходим! — скомандовал я и, схватив пленника за ноги, поволок его к нашей машине.

Стэп уже открывал багажник, а Полина полезла за руль. Она запустила двигатель как раз в тот момент, когда мы перевалили выродка через борт. Захлопнув крышку, я прыгнул на заднее сиденье, а Стэп полез вперёд. Угнездившись, я сменил магазин, а полупустой положил рядом, на сиденье. Как знать, может, ещё пригодится.

— Жми! — рявкнул я, и машина сорвалась с места.

Полина даже свет не включала. Лунного было достаточно для того, чтобы не слететь с дороги и не врезаться в столб.

Мы почти добрались до выезда, когда нам в хвост встала ещё одна тачка с выродками.

Именно этого я и ждал. Закинув оружие на спинку заднего дивана, я взял на прицел место водителя и, раскрыв рот, закричал. То же самое проделали и товарищи, в том числе и Полина. В таком пространстве палить из «калаша» дело неблагодарное. Контузию можно словить как не фиг делать. А я в очередной раз задумался о приобретении активных наушников. Они бы сейчас пришлись как нельзя кстати, да и в охоте помогли бы неслабо. Если выкрутить на них чувствительность, то получится неплохой усилитель слуха.

Как ни прискорбно признавать, но стрелок из меня так себе, особенно в грохочущей подвеской машине. Как назло, ещё и участок дороги попался такой, что я едва головой крышу не пробил. В общем, первая очередь ушла в молоко, как и вторая.

Машина накренилась, и мы влетели в поворот. Я почувствовал, как задние колёса пошли юзом, но Полина вдавила педаль газа, помогая ей выровняться. Впереди нас ожидала долгая прямая с относительно ровным асфальтом и я снова припал к прицелу. Вот только чёртово стекло, превратилось в мутную субстанцию, через которую ни хрена не было видно. Пришлось как следует раскорячиться, чтобы выбить его. И как только мне это удалось, а машина позади легла в прицел, я надавил на спуск.

На этот раз пули легли куда надо, и преследователи резко ушли влево. Свет фар подпрыгнул, раздался глухой удар, и мы остались в гордом одиночестве. Я наконец смог выдохнуть, но расслабляться было ещё рано. Как знать, может, за нами ещё кто-то увяжется.

Вскоре мы вылетели на трассу и помчались по направлению к Касимову. Позади завывал ветер, создавая сквозняк в салоне. Я поднял воротник, чтобы не продуло шею, и слегка сполз вниз, прячась за спинкой сиденья.

— Найди место, где можно ночь переждать, — буркнул я. — И поговорить.

— Хорошо, — кивнула Полина.

— Ты кто такая, мать твою⁈ — не выдержал и вывалил главный вопрос на голову девушки Стэп.

— Давай вначале оторвёмся, — тихо ответила она. — Потом я вам всё объясню. Кто вообще придумал весь этот цирк?

— Я, — честно признался я. — А с твоей стороны?

— Догадайся, — скривилась она, бросив на меня взгляд в зеркало заднего вида.

— Крюков? — произнёс очевидное я.

— Простите, но я выполняла приказ.

— Так кто ты? — повторил вопрос Стэп.

— В прошлом или сейчас?

— А есть разница? — уточнил я.

— Колоссальная, — хмыкнула девушка. — В прошлом я была обычной спортсменкой. Даже мастера спорта заслужила.

— И чем занималась?

— Спортивной стрельбой, — ответила она. — Это помогло мне пережить первые месяцы. А потом меня нашёл Старый.

— И кто ты теперь?

— Ещё совсем недавно была инструктором по боевой подготовке. А затем меня внедрили в вашу компанию.

— Жалеешь? — усмехнулся я.

— Нисколечки, — помотала головой она. — С вами весело. Это гораздо лучше, чем торчать на лайнере и стрелять в зале по статичным мишеням.

— Актриса ты, конечно, хоть сейчас на «Оскара» заявляй.

— Так меня Утиль готовил, — вскрыла ещё один козырь она. — Он настоящий профессионал своего дела. Я по сравнению с ним — несмышлёный ребёнок. Ты ещё не видел, как он психа изображает.

— Ясно, — буркнул я. — И какие у тебя задачи на наш счёт?

— Просто прикрывать. Изначально я должна была вас в Таганрог привести, но вы и без меня туда собирались. Так что я всего лишь напросилась в попутчицы. А когда ты меня хотел там на лайнере бросить, напросилась в прикрытие.

— Могла бы и раньше рассказать, — вздохнул я. — Избежали бы ненужных телодвижений.

— Как ты понял? — обернулась ко мне Полина, отвлекаясь от управления.

— На дорогу смотри, — пожурил девушку я. — Ты много где спалилась, но каждый раз по мелочи. А только пару дней назад всё воедино свёл и решил тебя проверить.

— Фиксатор затвора? — хмыкнула она. — Серьёзно? А если бы я смогла выстрелить?

— Ты каждый раз его кверху тянула, — ответил я. — Он бы слетел при зарядке. Плюс ты вниз головой висела…

— Ну а вдруг?

— Да чё ты пристала? Всё же получилось, — вступился за меня Стэп. — Так ты что же, получается, не шлюха?

— А тебя это расстраивает? — Она покосилась на приятеля.

— Ой, да иди ты в жопу. Ещё от тебя мне подколов не хватало.

— Ладно, не ной. — Полина толкнула приятеля в плечо. — Всё нормально, я не в обиде.

— Вот здесь где-нибудь тормозни, — попросил я, когда мы въехали в какую-то деревеньку. — Ночь нужно пересидеть.

— А если… — начала было Полина.

— Встретим, — хищно оскалился я. — Нас ведь теперь трое.

— Рада слышать, — произнесла она. — Вы мне правда очень нравитесь.

— А ты нам — нет, — отрезал Стэп. — Я вообще тебе теперь не доверяю.

— А ведь я тебе жизнь спасла, — резонно заметила девушка.

— Один — ноль, — хмыкнул Стэп, и мы все дружно рассмеялись.

Напряжение наконец схлынуло. Полина сбросила скорость и свернула к одному из домов. Вскоре Стэп уже открывал ворота, чтобы спрятать тачку от прямого взгляда с дороги.

Глава 19

Финальная стадия

До передачи объекта оставалось почти двое суток, и это время как-то нужно было скоротать. Нечего и мечтать о том, чтобы провести изменённого в крепость, даже в качестве пленника. Да нас пристрелят вместе с ним, прямо на входе. Ну или его завалят сразу, а нас потом вздёрнут на воротах как предателей, в назидание остальным. И никакая ксива здесь не поможет.

Оставаться на месте я тоже смысла не видел. Зато соседний к крепости город по всем признакам можно было считать чистым от выродков. Даже если там и ошивается какой-то отряд, то мы без особого труда его упокоим. Нас теперь трое. Туда мы и отправились на рассвете. К слову, как только у Полины отпала необходимость играть роль тупой шлюхи, она тут же отыскала новый способ, как нас побесить: принялась поучать.

— А почему вы с этими пукалками носитесь? — кивнула на автомат она. — Есть же более современные модели. Например, двести пятый или пятнадцатый. Там и планки «Пикатинни» штатные, можно всякие обвесы ставить. Да и стволы гораздо лучше. Ну сколько ты из своей «ксюхи» магазинов с серебром выпустишь, прежде чем ствол перегреется? Два-три максимум.

— Я столько не трачу, — буркнул я в надежде, что она успокоится.

— Это да, но ведь ситуации бывают разные. А серебро пожёстче свинца будет, ствол быстрее изнашивается…

— Ты чё хочешь от нас⁈ — огрызнулся я. — К чему привыкли, тем и пользуемся!

— Да я понимаю, просто…

— Просто отвали, ладно⁈

— Да, шлюхой ты мне больше нравилась, — хмыкнул Стэп.

— Ой, да стреляйте из чего хотите, — отмахнулась она. — Я же как для вас лучше хотела. Вот например: можно использовать монокуляр с ПНВ. Крепится он просто, зато ночью вы сможете нормально видеть. Опять же акустика…

— Да ты заткнёшься когда-нибудь, нет⁈ — не выдержал и рявкнул я. — Мы тебе что, спецназ, что ли, какой⁈ Откуда нам знать про все эти примочки?

— Ну, теперь у вас есть я. Могу подобрать всё необходимое. Пока мы на задании, вас переоденут за счёт конторы.

— А это мысль, — хмыкнул приятель. — Халяву я люблю.

— Ты ведь в курсе, что всё это дерьмо на себе таскать придётся? Плюс оно требует постоянной зарядки, а это значит, что к весу прибавятся пауэрбанки. Как по мне, чем меньше наворотов, тем проще.

— Как сказать, — продолжила спорить девушка. — Всё это ввели не просто так. Оно облегчает военное ремесло. Ты ведь прицел на «ксюху» зачем-то установил?

— Ты заткнёшься, если я соглашусь?

— Да, — довольно ощерилась Полина.

— Ну вот и хорошо. Разберёмся с делом — вернёмся к этому вопросу. А сейчас я не намерен переучиваться.

— Ладно, я поняла. Но заказать всё нужно сейчас, пока есть возможность халявы.

— Заказывай, — тут же согласился Стэп. — Если нам не понравится, продадим на толпе.

— Всё, хлебальники закройте, выходим.

Вот уж чего-чего, а частного сектора в Касимове было с запасом. И я предпочитал останавливаться на ночлег именно в таких районах, с одно- или двухэтажной застройкой. Больше вариантов для отступления, да и отыскать нас здесь будет гораздо сложнее. Ну, если мы сами того не пожелаем.

Выродка мы так и держали в багажнике, упакованного по рукам и ногам плюс завёрнутого в брезент, который мы отыскали в деревне, ещё на муромской трассе. На всякий случай я проверил его на наличие жизни — тупо отоварил прикладом по рёбрам и улыбнулся, услышав жалобный стон. Порядок, живой. Очень уж не хочется носиться по округе в поисках новой жертвы. Надеюсь, от обезвоживания он не подохнет. Ему всего-то и нужно продержаться последнюю ночь. А затем сдадим его на поруки бригаде санитаров и наконец освободимся от этой работы.

Стэп уже вовсю кашеварил, разложив походную плитку. Сейчас поужинаем и переберёмся в соседний квартал, чтобы не светить свои позиции запахом.

— Что у нас там? — без особого участия спросил я, заглядывая в кастрюлю.

— Макароны с тушняком, — ответил приятель. — Быстро и вкусно.

— Туда бы ещё пережарочки добавить, — вставила свои пять копеек Полина.

— Нет, — отрезал я, — слишком яркий запах. Я бы вообще лучше на холодную пожрал.

— Поздно, я уже макароны засыпал, — буркнул Стэп. — Надо было сразу говорить. Чё там, клиент жив?

— Да что с ним сделается? — хмыкнул я. — Мне вот интересно: а как они собираются его к месту привязать? Ну скинем мы его в подвал, даже найдём способ, как рассказать про гнездо этому Морзе. Что помешает выродку просто свалить?

— Ему автоматический инъектор в брюхо зашьют, — ответила Полина. — С лошадиной дозой транквилизатора. Рассчитан на двое суток плюс-минус. Так что он всё время тупо проспит.

— Ага, так ты, значит, в курсе всей этой затеи? — ухватился я за информацию.

— В общих чертах… — Она покрутила пальцами в воздухе. — А что?

— А то, что я всё никак не могу понять: почему мы? В чём подвох? Ведь это мог сделать любой из людей Старого. Хороших бойцов у него хватает.

— Не знаю, — пожала плечами она. — Может потому, что он вам доверяет.

— Зато мы ему не очень, — хмыкнул Стэп. — Да и ты, похоже, что-то недоговариваешь.

— Почему ты так решил?

— Ой, давай не будем, — отмахнулся приятель. — Я просто перечислять устану, сколько раз ты нам врала.

— Нет уж, сказал «а», говори и «б», — не унималась Полина. — Я обязана была сохранить легенду…

— Да не об этом речь. Это ведь ты нас выродкам в Ростове сдала, так?

— Нет, — помотала головой она. — Да и когда бы я успела?

— Тогда кто? — подхватил тему я.

— Понятия не имею. Мы ведь уже это обсуждали. Я же не камикадзе и не дура — так подставляться. Меня там тоже чуть не убили. Своих я вызвала, не отрицаю. Активировала аварийный маячок. Но выродкам я вас не сдавала. Мне сейчас нет смысла врать, вы меня раскрыли.

— Ладно, допустим, — согласился я. — Но об операции ты точно знаешь больше, чем говоришь.

Девушка отвела взгляд. Некоторое время она молча смотрела куда-то в пол, а затем тяжело вздохнула и произнесла:

— Обещайте, что доведёте дело до конца. Это действительно очень важно для всех нас, для мира.

— Выкладывай, а мы подумаем, — ответил я.

— Вы ведь в курсе, что за ваши головы назначили цену?

— Это уже пару недель как не новость, — усмехнулся Стэп.

— Значит, вы понимаете, что изменённые пойдут на всё, чтобы вас прижать.

— Как-то так я и думал, — выдохнул я. — На нас снова их натравят?

— В общем и целом — да, но не всё так просто. В этот момент вы будете в крепости…

— Вот уроды! — прервал девушку Стэп. — А я тебе говорил, что это всё Старый мутит. Чтоб я хоть ещё раз с ним связался! Валить отсюда надо, пока ещё есть возможность. Пусть сам своё дерьмо разгребает. Скинем посылку — и на лыжи.

— Нельзя! — Полина аж со стула подскочила. — Если изменённые узнают, что вас там нет, они… — Девушка замялась, глядя на наши кривые ухмылки. — Вот вы уроды! Вы что, меня развели⁈

— Вот тебе и ответ, — покосился на меня Стэп, — Как я и говорил, Старый сдал наш маршрут. И теперь выродки знают, что ему можно доверять.

— Сядь, — попросил девушку я. — Всё нормально, мы не собираемся сваливать. Просто нужно было убедиться, что мы всё верно просчитали.

— Просчитали что?

— Короче, — хищно оскалился напарник, — мы собираемся выставить изменённых на сто штук.

— Чего? — не поняла она.

— Того, — продолжил тему я. — Когда всё это дерьмо закончится и мы будем свободны от обязательств, разыграем одну сценку. За наши головы ведь центнер серебром предлагают, так?

— Вы хотите произвести обмен? — удивлённо уставилась на меня Полина. — Ну, то есть не совсем так…

— Именно, — закончил за неё Стэп. — Кинем этих ублюдков на сто кило серебра.

— Да вы конченые! — возмутилась Полина. — Вы хоть представляете, что после этого будет⁈

— Нас продолжат искать? — усмехнулся я.

— Да вашу же мать. Как вы себе это представляете? Да за вами целую армию отправят!

— Ну, в этом я сильно сомневаюсь, — произнёс я, склонив голову набок. — Думаю, их будет не больше пары десятков особей. Если, конечно, правильно донести информацию.

— А если нет? Если их будет сто? Что тогда?

— По-любому готовиться мы будем к худшему. — Я почесал переносицу. — Но мы не собираемся делать это в одиночку. Найдём людей… Кстати, ты сможешь связаться с Макаром?

— Думаю, да, — кивнула Полина.

— Ну вот и отлично. Главное, убедить Старого, чтобы он передал информацию выродкам. Остальное мы сделаем сами.

— Психи, — ухмыльнулась Полина. — Но мне это нравится. Я с вами.

— Да щас! — возмутился Стэп. — Там тогда и делить-то будет нечего.

— Я и не претендую на долю, — пожала плечами она. — Только на веселье.

— И мы после этого психи, — хмыкнул я.

— Чёрт, макароны! — оживился приятель и подхватил кастрюлю полотенцем.

* * *

На аэродроме ещё было пусто, когда мы прибыли на точку сбора. Где-то далеко грохотал вертолёт, но его ещё не было видно. Я спокойно курил, закинув задницу на капот машины, и щурился от яркого солнца. Апрель на удивление выдался очень тёплым и сухим. За десять дней не упало и капли дождя, даже та чёрная туча прошла мимо, так и не разродившись осадками. Снег окончательно растворился, словно его и не было, а на деревьях начала появляться молодая листва. Природа оживала, и я вместе с ней.

Не знаю у кого как, а мне весной всегда хочется какого-то движения. Зато осенью я, словно медведь, готов впасть в спячку на всю зиму. Вот и сейчас, предвкушая предстоящую операцию, я едва мог удерживать себя на одном месте. Полина кропотливо составляла список, сидя на заднем сиденье. Стэп стоял возле неё и следил, чтобы она не жадничала.

Вскоре над деревьями показался вертолёт, несущий целый контейнер, подвешенный под днищем на тросах. Следом за ним вынырнул ещё один, и они оба, плавно, пошли на посадку. Первым приземлился пассажирский. Из него выскочили люди и помогли поставить контейнер. Сцепка с грохотом рухнула на его крышу, и грузовой вертолёт тут же развернулся на обратный курс.

Я отбросил окурок и направился к прибывшим.

— Справишься там? — бросил мне в спину Стэп.

В ответ я лишь отмахнулся, мол: без вас разберусь. Люди уже распахнули створки и принялись доставать из контейнера оборудование. Первым делом запустили генератор и подключили к нему нагнетатель воздуха. Ещё двое раскатывали на земле надувную палатку. Заметив меня, от группы отделился один человек и устремился в мою сторону.

— Ты Брак? — спросил он.

— Он самый, — ответил я.

— Всё нормально? Пациент при вас?

— Да, в багажнике.

— Придётся немного подождать, пока мы установим оборудование. Его пока некуда положить.

— Да мы не спешим, — пожал плечами я. — А Старый что, не приехал?

— Не могу знать, — покачал головой он. — Мне о таком не докладывают.

— Ясно. Просто нам кое-что нужно.

— Без проблем, — кивнул человек. — Готовьте список, я всё передам. К вечеру доставят, куда скажете.

— Оперативно работаете.

— Ну а как? — развёл руками он. — Ладно, подгоняйте машину, пока где-нибудь там поставьте. Я скажу, когда всё будет готово.

Я вернулся к своим и снова закурил.

— Дым из жопы пойдёт, — упрекнул меня Стэп. — Чё там?

— Оборудование разбирают, — ответил я. — Минут сорок нужно подождать.

— А потом?

— Да откуда я знаю? — отмахнулся я. — Скажут, наверное. Со списком что?

— Готово, — отозвалась из салона Полина и протянула мне бумажку.

Я взглянул на ровные строчки и присвистнул. На всё добро, что она там понаписала, у нас тупо не хватило бы серебра. Но раз уж на халяву, то почему нет?

— А нам точно всё это дадут? — уточнил я, — Платить за это не придётся?

— Я вообще не понимаю, почему вы это на лайнере не запросили. Сейчас бы уже при параде бегали, — пожала плечами девушка.

— Ладно, хрен с ним. Пойду список передам. Вы пока тачку поближе подгоните, чтоб этого кабана не ворочать.

— Сделаем, — кивнул Стэп и уселся за баранку. — Блин, ездим на каком-то говне! Вокруг столько тачек нормальных…

Я не стал выслушивать его бормотание и снова направился к прибывшим. Скинул им список, на который командир группы точно так же присвистнул, но комментировать не стал. Он передал его пилоту вертолёта, который, кивнув, взялся за гарнитуру связи. К этому моменту подкатила машина, и командир прибывших отправил к нам людей, которые помогли выгрузить из багажника пленного выродка. А затем нас отпустили на три часа. Но никаких других дел у нас не было и мы спокойно дождались, когда закончится операция. Ну а чтобы не терять время даром, приготовили себе обед и перекусили.

Я забрался в салон и немного подремал. Даже вздрогнул, когда моего плеча коснулся командир.

— Готово, можете забирать, — оповестил меня он, — По заявке все в крепость доставят. Там же получите новые указания.

— Какие ещё, на хрен, указания⁈ — возмутился я. — Мы ни на что больше не подписывались.

— Это не мои проблемы, — пожал плечами он.

Машина качнулась, хлопнула крышка багажника, и народ сразу засуетился вокруг палатки, вытаскивая всё оборудование и загружая его обратно в контейнер. Стэп с Полиной так и сидели возле костра, о чём-то мило беседуя. Девушка жестикулировала, что-то ему объясняя, а я отчего-то ощутил покой. На мгновение мне показалось, будто всё хорошо и то, что мы сейчас делаем, действительно способно принести пользу.

— Э, хорош языками чесать! — крикнул я. — Поехали.

Друзья быстро свернулись, покидали вещи в багажник и запрыгнули в салон. Оба загадочно улыбались, будто о чём-то сговорились у меня за спиной. Но я не стал заострять на этом внимания, запустил двигатель и направил машину на выезд с аэродрома. Теперь нам предстояло сбросить выродка в выбранном заранее месте и как-то оповестить об этом Морзе. Желательно не вызывая подозрений.

* * *

Крепость продолжала жить в своём размеренном темпе. Нашего отсутствия словно и не заметили. Даже номера в гостинице выдали те же. Сбросив вещи в комнату, мы тут же отправились в кабак, где так любила собираться компания с Морзе. План был прост: нужно разыграть между нами ссору таким образом, чтобы я остался один. Затем я начну накидываться алкоголем и присоединюсь к друзьям, где и выдам секрет о гнезде с одиночкой.

Имелись и запасные варианты, в том числе тот, где моё место займёт Полина. Но я всё же предполагал, что из моих уст подобная информация, прозвучит гораздо убедительнее. Тем более что мне есть чем это подтвердить. Запаса чёрного сердца у меня столько, что я без труда обеспечу им всю смену гарнизона. Единственное, что я никак не мог оправдать, — так это почему сам не выпотрошил такую лёгкую добычу. А этот вопрос наверняка прозвучит, и ответ на него должен быть максимально правдоподобным.

Мы дождались, когда явились все участники торжества, а затем я начал повышать тон нашей беседы. Вскоре в нашу сторону уже начали коситься, и тогда я окончательно вспылил.

— Да я вас видел! — заорал я. — Чё вы мне тут чешете⁈ Иди в жопу ты, — я ткнул пальцем в грудь Стэпа, — и ты, шалава! Встречу вас за стенами — обоих завалю!

Для пущей убедительности я смахнул со стола посуду и направился к бару. Не самая лучшая затея светить серебро в таких местах, но именно на это я и делал ставку. Вытянув из кармана тугой пучок прутков, я бросил несколько штук на стойку, расплачиваясь за разбитую посуду. Краем глаза заметил, как бармен кивнул вышибале, мол, всё в порядке, клиент платит. Тем более он уже понял, что сейчас я обязательно продолжу фестиваль.

— Налей мне чего-нибудь покрепче, — не стал разочаровывать его я и бросил на стойку ещё один пруток, на десять грамм. — Крысы вонючие!

— Случилось что? — участливо поинтересовался он, наливая мне шот самогона.

— Случилось, ёпт, бабка облучилась, — огрызнулся я. — Откуда только такие уроды берутся⁈ Ещё друзья называются.

Я кинул стопку в рот и вставил в рот сигарету. Сейчас это тоже считается привилегией богатых. В том смысле, что вопиющее большинство курит самокрутки. А вот так, чтобы с фильтром… Да их лучше в приёмку сдадут. А на вырученное серебро купят табак на рынке и выиграют раз в десять минимум.

Около часа я бормотал разные проклятия в адрес своих попутчиков, планомерно закидывая в себя алкоголь. В голове уже знатно помутилось, и я начал переживать, что такими темпами действительно накачаюсь в слюни. Но у меня было волшебное средство — чёрное сердце. Да, алкоголь наносит вред организму, притом очень серьёзный. Но сердце выродков нейтрализует его действие, в том числе снимает и сам эффект опьянения. Правда, после этого придётся на толчке посидеть, потому как яд будет выводиться естественным образом. Что я и сделал.

Из уборной я уже вышел абсолютно трезвым. В голове немного шумело, но вскоре и это прошло. Однако я всячески изображал из себя в сопли пьяного, разъярённого на своих друзей человека. И снова направился к бару, где оплатил сразу целую бутылку. Схватив её за горлышко, я мутным взглядом осмотрел присутствующих и прямой наводкой шагнул к шумной компании из четырёх человек, включая Морзе. Они тут же притихли, наблюдая за моими действиями.

— Выпей-те со м-ной, — заикаясь, произнёс я. — Вы вро-де нор-мальные.

— Да присаживайся, не вопрос, — кивнул Морзе. — Заодно расскажешь, что у вас там произошло. А то мы застали только финальную часть.

— Да мудаки они, — выдохнул я. — Я! — Я постучал себя кулаком в грудь. — Я их в люди вывел! Всё им дал! Понимаешь?

— Не-а, — помотал головой Бизон.

— А, — отмахнулся я, — чё я вам тут рассказываю. Вы даже не знаете, кто я!

— А кто ты? — с кривой ухмылкой поинтересовался Морзе.

— Да этот тот козёл из девятки, я вам про него рассказывал, — ответил татарин.

— Чё-о-о⁈ — угрожающе протянул я. — Ты кого мусором назвал, утырок⁈

— Да тихо ты, успокойся, — дёрнул меня за рукав Морзе, и я снова плюхнулся на стул. — Ты же к нему приходил, так?

— Ну да, — кивнул я, едва не свалившись со стула. — Только я не мусорной. Это этот, урод… А всё я! — Я снова постучал себя в грудь. — Если бы не я, он бы так по помойкам и лазил, чмо!

— Как звать-то тебя? — спросил Бизон.

— Брак.

— Пф-ф-ф, — фыркнул Клей. — Так мы тебе и поверили.

— Чё? — Я опять приподнялся и угрожающе уставился на собеседника. — Не веришь, да?

— Не особо, — ухмыльнулся он.

— А так⁈ — Я сунул руку в карман и припечатал к столу целую горсть кусочков чёрного сердца.

— Фигасе! — выпучил глаза Морзе. — Эт чё, то, что я думаю?

— Ну так ёпт. — Я натянул кривую ухмылку.

— Офигеть… — Бизон поднял один кусочек и принялся его рассматривать.

— Так что у вас за кипиш-то там?

— Они трахались за моей спиной! — рявкнул я и ударил кулаком по столу. — Но это насрать! Я знал, что она шлюха, и не ждал от неё верности, но этот ублюдок! Они решили меня кинуть, представляешь? Меня!

Я схватил бутылку и присосался к горлышку.

— Эй, эй, полегче. — Клей забрал у меня посуду. — Нам-то оставь.

— Так ты, значит, охотник? — переключился на самое важное Морзе.

С того момента, как я присоединился к их столу, он не выпил больше не капли, в отличие от его друзей, которые успели ополовинить бутылку всего за несколько минут. Вот что значит халява.

— Да я ещё куплю, — оживился я и попытался встать, но сделал вид, будто меня сильно повело.

— Да успеешь ещё, — вернул меня на стул Морзе. — Я сам схожу. Есть ещё серебро?

— Пф-ф-ф… — Я скорчился и припечатал к столу пучок весом граммов на триста.

— Ого! — выпучил глаза Бизон. — Откуда дровишки?

— А ты догадайся, — криво ухмыльнулся я.

— Слушай, а как ты выродков находишь? — снова вернул беседу в нужное русло Морзе.

— А чё? — Я хитро прищурился и мощно рыгнул.

— Да не, ничего, — улыбнулся он. — Просто интересно.

— Тебе бабки, что ли, нужны?

— Не помешали бы точно, — продолжая улыбаться, ответил он.

— Короче… — Я приобнял нового знакомого и с подозрением покосился на его приятелей. — А, ладно, потом поговорим, без посторонних ушей.

— Да ладно, они мои друзья…

— Друзья, значит⁈ — хищно оскалился я. — Хочешь, чтобы они тебя так же поимели? Запомни, братан: в этом мире никому нельзя доверять, даже себе. Ты вроде нормальный, на моё добро не позарился, поэтому я кое-что тебе расскажу. Но только тебе, понял⁈

Я сгрёб со стола куски чёрного сердца и серебро, сунул всё это в карман, нарочно выронив пару кусочков. Серебро так вообще убрал раза с третьего. А потом снова подхватил бутылку и попытался присосаться к горлышку, но Морзе вовремя её отобрал.

— Пойдём, побазарим, — произнёс он и обернулся к своим: — Мужики, мы сейчас.

— Да ладно, я всё равно уже домой собирался, — подхватив свои костыли, сказал татарин. — Этот долбоящер весь вечер испортил.

— А я бы послушал, что он там напеть хочет, — хмыкнул Клей.

— Нам завтра на смену, — дёрнул его за рукав Бизон. — Так что мы, наверное, тоже почапали.

— Да хорош, мужики, — уставился на них Морзе, но татарин ему заговорщицки подмигнул. — Захочешь, сам потом всё расскажешь. А нам и правда пора.

События развивались даже лучше, чем я полагал. Друзья ушли, и мы с Морзе остались наедине. Я снова попытался схватиться за бутылку, но новый знакомый отодвинул её подальше и уставился мне прямо в глаза.

— Ну, выкладывай, что ты там хотел рассказать, — выдохнул он.

— Короче, я сегодня гнездо нашёл, — перешёл на шёпот я. — Одиночку, прикинь⁈ Там даже младенец справится, если днём войти.

— Ясно, — отмахнулся Морзе и сделал вид, что ему не интересно.

А может, так и было на самом деле. Ведь мало кто по своей воле станет рассказывать о таком сокровище. Мысли заметались в голове, словно бешеные кони, а тело уже начало действовать. Я схватил собеседника за рукав и вернул его на стул, как ещё совсем недавно делал он сам.

— Дебил, — дыхнул ему прямо в лицо я. — Я тебе дело говорю.

— А сам тогда почему его не выпотрошил? — усмехнулся Морзе. — Давай, дядя, до свидания. Ищи лохов в другом месте.

— Сам… — буркнул я и поморщился. — Я как раз собирался завтра этим заняться. Пожалуй, так и поступлю, раз тебе не надо.

— Ладно, допустим, я тебе поверил, — скептическим тоном произнёс Морзе. — Ну и где мне его искать?

— Там микрорайон один есть, в городе этом. Как его… Кас… Кас…

— Касимов.

— Точно, — кивнул я, едва не клюнув носом в столешницу. — Короче, там баба какая-то стоит, с рыбой. Вот в том доме, в подвале… Пф-ф-ф, — выдохнул я и провёл ладонями по лицу. — Что-то меня накрыло, братан. Кажется, я всё…

С этими словами я рухнул лицом на руки и сделал вид, что уснул. Не пошевелился я и тогда, когда Морзе сунул руку в мой карман. Пусть забирает, завтра вечером я всё это верну. Даже если нет, то плевать, ещё заработаю. Не бог весть какие там богатства, которые я не смогу восполнить. В конце концов, Старому предъявлю как расходы, пусть возмещает. Лишь бы Морзе поверил в легенду и отправился на поиски одиночки.

На самом деле моя пьяная болтовня была лишь первой частью развода. Сейчас он выйдет из бара и, скорее всего, остановится прикурить. И в этот момент ухватит краем уха беседу местных забулдыг, которые будут говорить о выродке-одиночке. Им уже должны были за это заплатить мои друзья. Вроде мелочи, но помогут закрепить нужную мысль. Ну и с утра, во время завтрака, кто-нибудь обмолвится или намекнёт на лёгкий способ заработать. А стоит Морзе сунуться к названному месту, как он увидит следы, подтверждающие присутствие изменённого. Не слишком явные, но достаточные, чтобы их заметил человек, занимающийся поиском всякого хлама.

Для верности я выждал двадцать минут и со стоном поднялся на ноги. Делая вид, что нахожусь в состоянии, близком к отключке, покинул кабак и тут же свернул к стене. А когда убедился, что следом за мной никто не пошёл, наконец-то выпрямился и направился к гостинице. Свою часть работы я выполнил. Надеюсь, всё получилось и завтра с утра Морзе помчится в Касимов на поиски одиночки. Хотя я до сих пор не понимал, что именно с ним сделали люди Старого и зачем вообще такие сложности.

* * *

День близился к закату. Примерно в обед в крепость явился Крюков в компании натуральных быков. Складывалось ощущение, что они перенеслись сюда прямиком из девяностых. Разве что по возрасту не подходили. Старый тут же пожелал увидеть нас. Но, как оказалось, вовсе не для того, чтобы узнать о ходе выполнения задания. Он привёз наш заказ. А отдав его, сослался на дела и куда-то свалил.

Оставшуюся часть дня мы разбирали оружие, вычищая из него консервирующую смазку. Занятие то ещё. Но в целом мы были очень довольны обновками. Двести пятый хоть и показался мне неудобным, но это было только на первый взгляд. Как только Полина навесила на него всё необходимое, я убедился в правоте её слов. Новое есть новое. Приклад более удобный, в рукоятке — комплект для чистки, с разборным шомполом. Про прицел вообще молчу. Четырёхкратный, с режимом ночного видения, тактический фонарик с режимом ЛЦУ.

— Да нам теперь сам чёрт не брат! — ухмыльнулся Стэп, двигая красной точкой по стене. — Круто! И чего мы раньше как лохи бегали?

— Нормально мы бегали, — буркнул я и отложил свой автомат. — Как думаете, Морзе повёлся?

— Да хрен его знает, — пожала плечами Полина. — Скорее всего.

— Да сто пудов повёлся, — отмахнулся Стэп. — Иначе Старый с нас бы уже три шкуры спустил. А он даже слова не сказал.

— Может, свалим, пока не поздно? — предложил я. — Какое-то предчувствие у меня не очень хорошее.

— Мы вчера от вас в соседний кабак пошли, — задумчиво произнёс Стэп. — К слову, там гораздо приличнее, чем в том, но не в этом суть. Там как раз бригада добытчиков отдыхала. Так вот они базарили, что в каком-то Гусе целое войско выродков остановилось. А ещё мне показалось, что на стенах — усиленный гарнизон. И вообще какая-то суета нездоровая. Дружина весь день ящики с патронами катает, будто нападения ждут.

— Я вам уже говорила. — Полина почесала переносицу. — Это часть плана, и вам нужно остаться здесь.

— Да с какого перепоя? — возмутился приятель. — Откуда они вообще узнают, были мы тут или нет?

— Вы меня подставите, — поморщилась девушка. — Я не должна была вам этого рассказывать. Крюков и так недоволен, что я раскрыта, а если узнает, что выдала финальную часть плана…

— И что он сделает? Уволит тебя? — спросил я.

— Да при чём здесь… Блин, ну как вы не понимаете. Он ведь перестанет мне доверять, а нам ещё его помощь понадобится. С Макаром, опять же, нужно как-то связаться. Давайте действовать по плану. Завершим работу, получим серебро и можем делать что захотим.

— Так ты теперь с нами? — спросил я, глядя девушке прямо в глаза.

— Мне кажется, ты уже давно это понял, — улыбнулась она.

— Три гада, — с умной рожей заявил Стэп.

— Дебил, твою мать, — хмыкнул я, а Полина расхохоталась в голос.

Снаружи послышался какой-то шум, крики, но наши окна выходили наружу, и посмотреть, что там происходит, мы не могли. Впрочем, кроме любопытного Стэпа это больше никого не интересовало.

Мы окончательно разобрали обновки, распихали всё по рюкзакам, а часть старья и того, что я счёл лишним, отложили. Если всё будет нормально, завтра сплавим это в оружейную лавку и свалим наконец из этой дыры. Хотя, надо признать, эта крепость уже начала мне нравиться. Хорошо здесь, спокойно. Может, и стоит отыскать что-то подобное, где можно осесть и начать новую жизнь.

Мои размышления прервал стук в дверь. Я даже не удивился, когда обнаружил за створкой Крюкова. В и без того тесном номере стало вообще не протолкнуться, когда он вошёл.

— Здрасьте, — кивнул Степ и посторонился.

— Случилось чего? — спросил я.

— Нет, — покачал головой Старый. — Просто зашёл рассчитаться. Задание выполнено, молодцы.

Он бросил на кровать тугую перевязь из серебряных пруточков. Судя по виду, там было не меньше килограмма. В нашем понимании не прям какое богатство, но всё же неплохо. А если учесть, что работа была плёвой, — и подавно.

— А это тебе лично от меня. — Крюков протянул мне ключ явно от какой-то машины. — Улица Илюшкина, дом пятьдесят семь. Проверь бардачок. И ещё кое-что: сегодня ночью на крепость нападут. Так что если хотите уйти, сейчас самое время.

— Мы останемся, — помотала головой Полина.

— Рад это слышать, — кивнул Старый, — Просто хочу, чтобы вы понимали: атака будет серьёзной, и мы можем не выстоять. Их оказалось больше, чем я рассчитывал.

— Это ведь ты их навёл? — спросил я, глядя Крюкову прямо в глаза.

— Ты просто не понимаешь, что поставлено на кон, — ответил он. — Это гораздо важнее всех наших жизней. Скоро ты сам всё поймёшь.

Крюков развернулся и хлопнул дверью, оставляя нас в глубокой задумчивости, из которой меня вывел сытый лязг затвора.

— Ну что, мальчики, готовы положить пару сотен выродков? — с кривой ухмылкой произнесла Полина, с глухим стуком ударив прикладом винтовки о пол.

— Можно подумать, ты оставила нам какой-то выбор, — хмыкнул Стэп.

— Мы всё ещё можем свалить, — задумчиво пробормотал я.

— Я не хочу, — помотал головой приятель, — Может, мы сегодня подохнем, а может, и нет, но дело это точно правое. В конце концов, мы ведь занимаемся этим не только ради серебра.

— Серьёзно? — Я приподнял брови, глядя на приятеля.

— Ну а ты чё думал?

— Ладно, — вздохнул я и улыбнулся. — Три гада, говоришь?

* * *

Продолжение истории здесь: https://author.today/reader/513530

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.

У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Браконьер 3

Content

Браконьер 3

Глава 1 Двое из ларца

Глава 2 Бивуак

Глава 3 Урон

Глава 4 Добытчики

Глава 5 Охота

Глава 6 Загон дичи

Глава 7 Современные ценности

Глава 8 Тупик

Глава 9 Связи

Глава 10 Уют

Глава 11 Беседы

Глава 12 Переброска

Глава 13 Гонка

Глава 14 Потери

Глава 15 Осторожность

Глава 16 Поездочка

Глава 17 Разведка

Глава 18 Охота 2

Глава 19 Финальная стадия

Nota bene