Павел Лимеров

Пермские мифы для детей

Информация от издательства

Публикуется впервые

Лимеров Павел

Пермские мифы для детей / Павел Лимеров; ил. Любови Мустафиной. — Москва: МИФ 2026. — («Мифы для детей»).

ISBN 978-5-00250-201-1

Все права защищены.

Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

© Лимеров П. Ф., 2026

© Оформление. ООО «МИФ», 2026

Предисловие

В Национальном музее Республики Коми хранится уникальный экспонат. Это фрагмент древней лыжи — та часть, где она загибается, чтобы было легче скользить по снегу. Самый кончик увенчивает искусно вырезанная миниатюрная голова лося. Неискушенный посетитель музея пройдет мимо, рассеянно окинув взглядом этот вроде бы малоинтересный предмет за стеклянной витриной. И напрасно. Потому что этот небольшой, чудом сохранившийся обломок лыжи мог бы рассказать нам немало удивительных историй, случившихся на этой земле в течение многих веков. Дело в том, что этому обломку лыжи 8000 лет.

ДРЕВНИЕ АРТЕФАКТЫ

В 1963 году археолог Г. М. Буров проводил раскопки возле деревни Синдор близ Синдорского озера в Республике Коми и в слое торфа обнаружил артефакты: тот самый обломок лыжи, луки, рыболовные снасти, включая фрагменты сетей, крючки, детали больших рыболовных сачков — саков. Найденным предметам 7000–8000 лет. Торф — природный консервант, поэтому предметы из дерева и кости сохранились до наших дней.

Только вдумайтесь: самой древней египетской пирамиде 4500 лет, а лыже из Коми — все 8000. Вот и представьте: еще не построены пирамиды Египта, да и самого Египта пока нет, а на северо-востоке континента, который позже назовут Европой, в самый разгар каменного века древний охотник по первому снегу катит на этих лыжах в глубь тайги по своим делам. Поистине Коми — родина лыж.

ЛЫЖНИЦА ИЗ КОМИ

Кстати, самая знаменитая советская лыжница Раиса Сметанина, четырехкратная олимпийская чемпионка и семикратная чемпионка мира, родилась в Республике Коми — в селе Мохча на реке Ижме.

Вы спросите: а для чего лосиная голова на навершии лыжи? Может, для красоты? В древности любое украшение имело магическую силу, и за ним стояла некая история — например, о том, что в незапамятные времена бог или герой создали какую-нибудь вещь определенным образом. Считалось, что если люди будут следовать образцу, то это придаст вещам магическую силу. Лыжи, украшенные лосиными головами, помогали охотнику быстрее настичь зверя. Тот древний охотник верил, что дух лося вселяется в его лыжи и несет по снегам к заветной цели.

Сказка

Жил в деревне Кони удалой охотник по имени Йиркап. Однажды увидел он, как на берегу реки схватились Вэрса и Васа, лесной и водяной боги. Понял Йиркап, что если водяной бог одолеет, то зальет вода охотничьи угодья. Вот и пустил стрелу в водяного бога. Скрылся в воде Васа. А Вэрса, лесной бог, подарил Йиркапу охотничью удачу и указал, как найти Ас пу — «свое дерево». У каждого человека в тайге есть свое дерево. Если найдет его человек, то может сделать из него волшебную вещь: стол, который всегда будет полон еды и питья, или стрелы, которые будут бить без промаха. Любую вещь можно сделать, и будет она волшебной. Только отыскать свое дерево в дремучей тайге почти невозможно. Нашел Йиркап Ас пу, сделал из него лыжи. Непростые получились лыжи: какое место представит Йиркап, туда и несут его лыжи по воздуху. Стоит только бросить рукавицу на лыжи — и они останавливаются. Летит Йиркап, любого зверя и птицу на своих лыжах догоняет. Самым удачливым охотником в округе стал Йиркап. Это он открыл озеро Сим (Синдорское озеро) и первым построил возле него свою избу.

Не его ли лыжу нашел возле Синдорского озера археолог Буров? Может быть, это Йиркап первым стал вырезать на навершиях лыж лосиные головы? Остается только гадать. Однако история Йиркапа имеет и продолжение.

Сказка

Рассказывают, что прослышал как-то Йиркап о чудесной лосихе. Мол, видели в лесу неподалеку от озера Сим лосиху. Необычная это лосиха: шерсть на ней золотом отливает, издалека кажется, будто где-то за деревьями солнце всходит. Многие пытались поймать зверя, только непросто это. Загорелось сердце Йиркапа, встал на свои лыжи охотник, погнался за ней по льду Синдорского озера. Только и лосиха мчится быстрее ветра; даже не заметил охотник, что они уже не бегут по земле, а летят над ней. Домчалась лосиха до Камня-Урала[1], остановилась. Пустил стрелу из своего лука Йиркап, вошла она прямо в сердце лосихи — и вмиг превратилась она в прекрасную девушку. Злая ведьма Йома заколдовала ее, позавидовав красоте, а стрела Йиркапа сняла с нее порчу.

В основе этой сказки — миф о небесной охоте.

ЧТО ТАКОЕ МИФ?

Мифами ученые называют истории о богах, устройстве мира или о приключениях героев. Это слово древнегреческое и переводится как «сказание» или «предание».

В незапамятные времена люди считали, что солнце — это огромная лосиха, пробегающая за целый день по небосводу с востока на запад. Бежит солнечная лосиха, а ее преследует охотник, в более древних мифах — медведь. Догонит охотник-медведь лосиху — и закатится солнце, наступит ночь. Но утром лосиха-солнце опять появляется на востоке. И снова начинается небесная охота. Миф объяснял смену дня и ночи, лета и зимы. Древние люди рассуждали так: если один герой уходит, должен вернуться другой, как медведь просыпается и выходит из берлоги весной и впадает в спячку осенью, а лось, наоборот, выходит осенью, а весной начинается охота на него. Поэтому медведь — это символ лета, а лось — соответственно, зимы.

КАЛЕНДАРЬ КОМИ

В 1975 году на берегу реки Вычегды близ села Сторожевск местным жителем было найдено плоское бронзовое кольцо с изображениями животных, расположенными по кругу. Кольцо было передано археологам для изучения. Ученые выяснили, что это древний промысловый календарь коми, примерно IX века нашей эры. На нем девять периодов времени, или месяцев, обозначены фигурками различных животных. Год начинается 22 марта, от весеннего равноденствия, с периода медведя. А период лося наступает 10 августа, с точки осеннего равноденствия, от которого идет отсчет осенне-зимнего сезона.

Мы называем мифическими существами единорогов, драконов или сирен, а вот древние народы Севера считали чудесными и обычных животных. Например, лось был солнечным божеством. Память об этом сохранилась в языке. Когда коми говорят: «Идти по шерсти солнца», имеется в виду «Идти посолонь» (то есть по солнцу, в направлении солнца), а выражение «Идти против шерсти солнца» означает «Идти против солнца».

А медведь? Он не менее чудесен. Вот что о нем рассказывают.

Миф

Кругом было море, земли не было. Пролетела птица, обронила перо. С него началась земля, корень земли. Этот корень за год вырос большим, земля затвердела. Тогда пришел медведь, расцарапал землю — и образовались болота и горы.

Вот так медведь сделал землю такой, какая она сейчас. Во всяком случае, в это верили. А миф отнюдь не сказка, которая, как известно, ложь, хотя и с намеком на правду. С точки зрения древних, миф — это истинная правда. Обычный зверь не мог бы так расцарапать землю. По всему видно, что он обладал божественной силой. Не случайно некоторые герои-богатыри у коми считались потомками медвежьего рода и обладали поистине медвежьей силой. Люди также верили, что и медведь когда-то был человеком. Бывало, что удачливые охотники уходили в лес и превращались в медведей. А колдуны делали это запросто, но об этом позже. Вообще, коми издавна называли «людьми леса», потому что они веками жили среди дремучих лесов — тайги, которая на коми языке называется пармой. В парме-тайге обитают не только звери. Она полна светлых и темных духов, лесных и водяных богов, чудовищ вроде гиганта Яг-морта, а каждое дерево нередко может разговаривать с людьми. Да что там! Сама парма — живое существо, она может явиться охотникам в каком-либо обличье, одаривать их добычей или лишать ее. Поэтому герои легенд и преданий у коми — это могучие колдуны и охотники, а нередко и охотники-колдуны. Охота является священнодействием, ритуалом. Иначе в тайге не выжить. В этой книге немало историй и о богах, создавших этот мир, и о мифических предках, и о духах леса и воды, и о многом другом.

История и мифология пермских народов

Кто такие коми и при чем здесь Пермь?

На северо-востоке европейской части России — от рек Пинеги и Мезени на западе и до северных склонов Уральских гор на востоке — лежит Республика Коми. Населяют ее разные народы: среди них и русские, и белорусы, и украинцы, и татары, и немцы, но коренные жители республики — коми, или, как они называют себя, коми народ, коми войтыр. Уже 1000 лет они живут на этой земле. А что же было раньше, спросите вы, где были коми, скажем, 2000 лет назад? Примерно 1000 лет назад, в IX–X веках нашей эры, предки нынешних коми пришли к берегам рек Вычегды и Сысолы и устроили там свои первые поселения.

Пермские языки

Язык коми принадлежит к финно-угорской группе языков. Народы, говорящие на финно-угорских языках, живут в Северной, Восточной и Центральной Европе и Западной Сибири. В этих языках выделяются подгруппы: саамская (саамы), прибалтийско-финская (финны, эстонцы, карелы, вепсы, ижора, ливы), волжско-финская (мордва — эрзя и мокша, марийцы), пермская (удмурты, коми-зыряне, коми-пермяки), угорская (угры — венгры, ханты и манси).

Коми и удмурты относятся к пермской группе финских народов, их называют еще пермскими финнами. Языки коми-зырян и пермяков почти одинаковы. Различия между ними есть, но их немного, так что зыряне и пермяки могут друг с другом общаться. А вот с удмуртским языком различий куда больше. И коми, скорее всего, удмуртскую речь не поймет, хотя услышит знакомые слова и интонации. Дело в том, что когда-то коми и удмурты говорили на одном языке — прапермском. Но почему языки коми и удмуртов называются именно пермскими?

Все знают, что Пермь — один из самых больших городов России, но не всем известно, что слово «пермь» прибалтийско-финского происхождения. Pera-maa буквально означает «задняя или дальняя земля». Так древние карелы и вепсы называли земли на побережье Белого моря. Земли карел и вепсов входили в состав Великого Новгорода, и новгородцы слышали выражение пера-маа, которое сами выговаривали как «пермь». Но были еще и скандинавы-викинги, частые гости средневековой Руси, они ее называли Гардарикой. В их языке пера-маа превратилось в bjarma, а земли побережья Белого моря в устье Северной Двины они назвали Bjarmaland, то есть Биармия.

Легендарная страна Биармия

О стране в устье северной реки Вину (Северной Двины) стало известно в IX веке нашей эры. Скандинавский ярл (правитель) Отер рассказал английскому королю Альфреду о своем плавании по Белому морю, о биармийцах, чей язык похож на финский, и их богатствах. С тех пор в течение нескольких веков викинги совершали походы-вики в эту легендарную страну. Они воевали и торговали с биармийцами, вывозили из Биармии пушнину и моржовый зуб, драгоценности, которые биармийцы подносили своим богам. Не всегда, впрочем, походы викингов в Биармию были успешными. К примеру, в «Саге о Хаконе Хаконарсоне» рассказывается о том, как в 1264 году ярлы Андрес Скьяльдарбанд и Ивар Утвик отправились в военный поход в Биармию на четырех кораблях после того, как биармийцы напали на корабль викингов и перебили всю команду.

Сага

Эйрик Кровавая Секира получил тогда власть. Он правил Хёрдаландом и Фьордами, и была у него теперь с собой дружина. Однажды весной собрался Эйрик Кровавая Секира в поход в Бьярмаланд и очень тщательно отобрал войско для этой поездки. Торольв отправился в путь с Эйриком и стоял на носу его корабля, держа его знамя. Торольв превосходил тогда ростом и силой всех людей, как и его отец. В этом походе произошло много событий: была большая битва в Бьярмаланде у Вины. Эйрик одержал там победу, взял в жены Гуннхильд, дочь Эцура Тоти, и привез ее домой. Гуннхильд была всех женщин красивее и умнее и искусна в колдовстве.

Походы в Биармию прекращаются в XIV веке, и об этой земле надолго забывают. Вспоминают о ней в начале XIX века и начинают строить догадки о ее местонахождении, названии и сказочных богатствах. О Биармии написано немало книг. Однако в Средние века на Руси не знали о такой стране. Земли за «волоками» — перевалами по суше между Онежским озером и Белым озером с рекой Шексной, по которым перетаскивали ладьи и челны, — новгородцы называли Заволочьем, а вепсов, живших на этой земле, — заволоцкой чудью.

Загадка названия народа коми

Видимо, вепсы, древнее население Заволочья — чудь заволоцкая, неизвестной «дальней землей» пера-маа считали и земли в бассейне Вычегды и Выми. А когда предприимчивые новгородцы в XII веке присоединили Заволочье к своим землям, то и стали называть территории к востоку от Заволочья Пермью, а ее жителей — пермянами.

А что же коми? Еще в XIX веке ученые с удивлением обнаружили, что коми вообще ничего не знают о пермянах, да и слыхом не слыхивали, что когда-то их так называли. Кстати, в летописях тоже нигде не упоминается народ коми, даже в таком известном памятнике древнерусской литературы, как «Житие святого Стефана Пермского[2]», написанном в начале XV века. В нем сообщается о пермянах, но нет ни слова о коми. И в Вычегодско-Вымской летописи, составленной монахами Мисаилом и Евтихием в XVII веке в городке Усть-Вымь — тогдашнем центре Коми края, тоже не упоминаются коми. Рассказывая о крещении коми Стефаном Пермским, летописцы называют их пермяне, пермяки, перемеки, а после принятия крещения именуют вычегжанами, сысолянами, вымичами — по названиям рек, на которых живут эти люди.

В настоящее время разные группы коми тоже называют себя по названиям рек: эжватас — вычегодцы, изьватас — ижемцы, лузсаяс — лузяне и так далее. Но при этом они считают себя единым народом коми. Почему так произошло? Да потому, что название, которое народ дает сам себе (самоназвание), часто отличается от того, как называют его другие. Коми никогда не именовали себя пермянами, для себя они всегда были коми; но русские летописцы назвали их пермянами как жителей страны Пермь, и под этим именем они вошли в историю.

Что касается самоназвания коми, то есть две версии о его происхождении. Согласно первой версии, слово коми произошло от древнего слова ком — «человек», «мужчина», то есть коми означает «люди», «народ». Вроде бы идеальная версия, но у удмуртов, с которыми коми составляют пермскую группу, нет подобного слова, а следовательно, самоназвание народа коми появилось уже после их разделения с удмуртами. Но было бы странно, если бы народ, давно вышедший из состояния первобытности, только в Х веке вдруг осознал, что состоит из «людей». Есть и другая версия, согласно которой коми значило «камский», то есть «люди с Камы». Дело в том, что в древнем коми языке слово ком имело значение «большая река» (в удмуртском кам — Кама или Вятка), а свою родину эти древние люди называли Комму — Камская земля.

Предание

Далеко отсюда, на восходе солнца, жили когда-то два брата, Осьяс и Ожъяс. У них в подданстве было много народу. Жилось всем хорошо, ни сеять, ни пахать было не нужно: все само родилось, само в рот валилось. И был у тех братьев бог Шурма. Питался он человеческим мясом и запивал его теплой овечьей кровью. Пока братья потакали его кровожадным наклонностям, бог любил и защищал их. Но как-то раз братья забыли принести ему обычную еженедельную жертву — двух мальчиков, двух девочек и трех овец. Свирепый Шурма разгневался и нагнал на них большого черного ворона. Этот ворон своими крыльями производил гром, а из клюва у него выходило пламя. Он напал на Осьяса и Ожъяса, подданных погубил и сжег, а самих их прогнал далеко на закат. А чтобы они не могли воротиться назад и занять свое старое место, он когтем провел в земле борозду. По ней потекла вода, и образовалась глубокая широкая река. Он думал, что братья не в состоянии будут переправиться через реку, но только он улетел на солнце к Шурме, братья сделали плот, крепко перевязали его вичками (тонкими прутьями) и переправились через реку: сердце звало их на родину. Ворон увидел их и снова погнался за ними. Гнал их пустынями, потом лесами, затем опять пустынями и снова лесами… Потом он выдернул перо из хвоста и положил на землю. И выросли из этого пера большие горы, и покрылись лесами. Видят братья, что теперь не добраться им до родной земли, и остались жить в лесу… «Сказывали старики, — заканчивают пермяки свое предание, — что мы все и народились от этих братьев».

Историческая родина коми

Земля предков коми и удмуртов — Древняя Комму — находилась в Верхнем и Среднем Прикамье. В то время они говорили на одном языке, были охотниками и рыболовами, разводили домашний скот, умели они и обрабатывать землю так, чтобы на ней вырастал хлеб, но едва ли труд землепашца был их основным занятием. Давала им пропитание и достаток охота. Но в VIII–IX веках в Поволжье сложилось государство народа булгар — Волжская Булгария, подчинившее окрестные племена и народы.

Часть пермян приняла подданство Волжской Булгарии. В дальнейшем из этой группы пермских племен образовались удмурты и бесермяне. Другая же часть местного населения ушла на север, к рекам Вычегде, Сысоле и Выми. Берега этих рек в то время не были пустынными. В начале I тысячелетия нашей эры там сложилась племенная общность, близкая пермянам по языку. Археологи назвали эту общность ванвиздинской археологической культурой, по названию старинной деревни Ванвиздино, возле которой были открыты в 1919 году археологические памятники этой племенной общности.

КТО ТАКИЕ ВАНВИЗДИНЦЫ?

Поселения ванвиздинцев обнаруживаются на достаточно большой территории — не только в бассейне реки Вычегды, но и на Мезени, Северной Двине, в Северном Прикамье. Основным занятием ванвиздинцев была охота, при этом она давала не только пропитание: из шкур животных шили одежду, а пушнина служила валютой при торговле с более южными соседями. На пушнину обменивались ткани, украшения, хлеб. Женщины ванвиздинцев любили украшения. Археологи находят браслеты, перстни, множество бус из стекла и бисера, из янтаря и бронзы, а также бронзовые шумящие подвески — бубенчики и бронзовые литые фигурки лося-человека, человеческой личины в обрамлении лосиных голов, фигурки медведей, мифических существ, получивших в науке название «ящер».

Очевидно, ванвиздинцы сначала отделяли пришельцев с Камы от себя, называя их коми, то есть камичи, но племена смешивались, ванвиздинцы перенимали навыки земледелия, камичи — местную охотничью культуру, и со временем появилась новая племенная общность — коми. В XI–XII веках пермяне-коми расселились на территории нынешних Республики Коми и части Архангельской области. Это не значит, что пермяне-коми потеряли все связи со своей исторической родиной. Часть вычегодских коми в XIII веке вернулась в Прикамье. Они принесли с собой название народа — коми, которое вскоре было усвоено и принято прикамским населением, а также название страны — Пермь с прибавлением «Великая».

ПОЧЕМУ ПЕРМЬ НАЗЫВАЛИ ВЕЛИКОЙ?

В Средневековье прилагательное «великий» означало всего лишь «дальний», «окраинный».

На картах Вычегодская Пермь стала обозначаться как Пермь Малая или Пермь Старая.

Народы не возникают из ниоткуда и сразу. Рождение народа — это всегда долгая история. Как ручейки, стекаясь, образуют речку, которая, в свою очередь, становится притоком большой реки, так и народ по-настоящему становится народом, когда в него вольются родственные, а нередко и чужеродные племена. Вот так из разных родов и племен, которые в течение долгих лет приходили с Камы на Вычегду и смешивались с местными племенами, родился народ, назвавшийся коми, коми войтыр. А на Руси, да и в Европе в целом, коми долгие века называли пермянами, а их землю на картах обозначали как Пермь.

Но только ли название или самоназвание важно для того, чтобы народ стал народом?

ЧТО ТАКОЕ ЭТНОГРАФИЯ?

Наука, изучающая народы, называется этнографией. Это понятие состоит из двух греческих слов: этнос — «народ», и графо — «пишу». В буквальном смысле оно означает «описание народа».

Ученые-этнографы считают, что самоназвание, конечно, важно, но есть еще язык, на котором говорит народ, есть общая для этого народа культура, а также и единая религия. И если мы обращаемся к древности, это религия языческая.

Как это ни удивительно, но слово «язык» в Древней Руси имело значение «народ». Так что язычество можно перевести как «религия народа».

Язычество — религия устная, дописьменная (в отличие от христианства, основы которого записаны в книгах), поэтому различные истории о богах, об устройстве мира или о приключениях героев рассказывались устно. Эти истории называют мифами.

Мифология коми

Слово «мифология» содержит целых два древнегреческих слова — «миф» и «логос» («слово», «учение»). Мифология для древних людей — это совокупность мифологических историй, рассказов о том, как боги и герои создавали и обустраивали Вселенную для того, чтобы люди могли в ней жить.

В древности все народы имели свою мифологию. Однако не все народы донесли свои мифы до наших дней. Менялась религия, люди переставали верить в прежних богов, забывались и мифологические рассказы о них. Мифы Древней Греции дошли до нас только потому, что в Греции рано изобрели письменность и истории, которые до этого рассказывались, стали записывать.

Пермские народы приняли христианство в XIV веке. Новую веру в Вычегодскую Пермь принес ростовский монах Стефан, прозванный Пермским. Конечно, пермяне-коми не сразу отказались от своих прежних богов, но со временем они постепенно уходили из жизни народа. Многое из древней мифологии забылось, но в памяти коми-пермян сохранялись старинные сказания о богах и героях, причудливо переплетаясь с усвоенными из церковных проповедей библейскими легендами.

Миф

Когда-то жил на свете мамонт. Земля его не держала: очень был тяжелым. Где проходил, там землю продавливал, и за ним вода текла, а где взад-вперед проходил, там река образовывалась. Всюду он ходил. Однажды к Ною, который был святым, явился Господь и сказал: «Потоп будет, на земле никого из людей в живых не останется. Делай ковчег!» И Ной стал строить ковчег. Сели в него всякие птицы и звери. Последним пришел мамонт. Стал Ной сажать в ковчег мамонта, но не впустил его Господь. Во время Потопа все мамонты утонули, и не осталось их рода на земле.

Мифы о мамонте известны многим сибирским народам. Это неудивительно. В вечной мерзлоте до наших дней сохранились останки этих вымерших животных, а бивни мамонта ценились во всем мире. Но едва ли люди представляли мамонта таким, каким он был когда-то — огромным мохнатым слоном. К примеру, в мифах сибирского народа хантов мамонт-вэс — это подводное существо, щука с лосиными рогами. В коми легенде мамонт — огромный зверь, тяжесть которого становится причиной Всемирного потопа, о котором Бог предупреждает Ноя. Мы видим, как древний миф о мамонте словно бы врастает в библейскую историю о ковчеге Ноя и Всемирном потопе. Эта же тяжесть мамонта становится причиной, по которой его не пускают в ковчег, и род мамонта исчезает с лица земли.

Вот так, на стыке язычества и христианской веры, родилась удивительная мифология коми, в которой рядом соседствуют библейские герои и языческие колдуны. А главным героем коми сказаний стал святой Стефан Пермский, крестивший пермян-коми.

Пермяне и святитель Стефан Пермский

Стефан родился около 1340 года в городе Устюге в семье знатных родителей: его отец был священником соборной церкви Успения Святой Богородицы, а мать, согласно легенде, была крещеной пермянкой по имени Мария.

Легенда

Рождение Стефана было предсказано святым юродивым Прокопием Устюжским, собиравшим милостыню возле Успенского собора, в котором служил отец Стефана. Однажды, увидев трехлетнюю девочку по имени Мария, которая шла на вечернюю службу вместе с родителями, он поклонился ей в ноги, поприветствовав словами: «Вот эта девочка станет матерью великого отца Стефана, епископа и учителя Пермского!»

Стефан рос чрезвычайно одаренным мальчиком, он выучился грамоте за один год, рано начал помогать отцу в церковных службах. Вместо игр с другими детьми Стефан читал книги. В двадцать лет Стефан приехал в Ростов и принял монашество в монастыре Святого Григория Богослова. Этот монастырь славился своей библиотекой, в которой, помимо книг на славянском языке, было много греческих книг. Стефан изучил греческий и прочитал труды великих философов и богословов. Он решил идти в Пермскую землю, чтобы учить пермян христианской вере.

Там же, в монастыре, Стефан изучил пермский язык. Кроме того, он изобрел новую азбуку и перевел на пермский язык богослужебные книги.

СТЕФАНОВСКАЯ АЗБУКА

Стефановская азбука — одна из загадок этого времени. Всего в ней 24 буквы, которые расположены в привычном нам порядке: ан, бур, гай и так далее, как альфа, бета, гамма в греческом алфавите. Но само начертание букв не похоже ни на один из европейских алфавитов. Было сделано предположение, что Стефан создал свою азбуку на основе древнекоми пасов[3]. Но ученые отказались от этой гипотезы, не найдя сходных знаков. В последние годы рассматривается гипотеза о сходстве Стефановской азбуки и древней азбуки тюркских народов Сибири, но пока убедительных доказательств нет. Стефановской азбукой — анбуром — пользовались вплоть до XVII века, хотя уже начиная с XV века ее постепенно вытесняла славянская кириллица.

В 1379 году Стефан пришел в Пермскую землю и крестил первых пермян в Пыросе — так в ту пору называли поселение на месте современного города Котласа. Затем он направился в устье реки Выми, в самый центр Вычегодской Перми. Стефан не случайно выбрал это место: здесь было большое поселение пермян с крупным языческим святилищем. Рядом с ним он и построил свою келью. Нельзя утверждать, что просвещение шло гладко. Поначалу Стефан претерпел много зла от язычников: не раз они угрожали его убить, даже пытались сжечь его в келье. Но язычников останавливала кротость Стефана, его смирение перед лицом неминуемой смерти, и они отступали от него. О нем рождались легенды.

Легенда

Язычники пришли к Стефану большой толпой, схватили его и хотели тут же убить. Стефан помолился Богу — и нападавшие на него тут же ослепли. Стали они просить прощения у Стефана, чтобы вернул он им зрение, и обещали больше не трогать его. Стефан сказал, что сможет вернуть язычникам зрение, если они воздвигнут гору земли и выстроят на горе церковь. Ничего не видя, корзинами и горстями язычники носили землю на холм, пока не образовалась гора, которую назвали Степановской, и выстроили они там церковь. Лишь после этого Стефан вернул им зрение.

Так ли было на самом деле, неизвестно, но на этой горе и вправду была воздвигнута первая церковь в Вычегодской Перми — церковь Благовещения Богородицы. А как раз напротив церкви находилось главное языческое святилище, возле которого росла священная береза.

Легенда

Огромной была та береза: три человека едва могли ее обнять. Увешана она была звериными шкурами, лентами, платками и кусками ткани. Помолившись Богу, Стефан стал рубить березу, при этом послышались вопли духов, обитавших в ней, а ствол истекал кровью синего и зеленого цвета. Два дня рубил он березу, а за ночь вновь зарастал древесный ствол. На третий день он не переставая рубил даже ночью. И вот гигантская береза упала, верхушкой достигнув противоположного берега реки. На месте этого святилища Стефан построил церковь во имя архангела Михаила.

Рассказывают, что в XVII веке было решено на месте обветшавшей церкви поставить каменную. Старую церковь разобрали, и под ее алтарной частью обнаружили пень той самой чудесной березы. Строители и прихожане раскололи пень на щепки и растащили по домам кусочки бывшей языческой святыни.

Когда были воздвигнуты церкви, Стефан стал открывать при них школы, в которых пермян учили грамоте по богослужебным книгам на коми языке. Лучших учеников он назначил священниками в новых церквях.

В 1384 году были основаны монастыри Афанасия Великого и Пречистой Богородицы. Те, кто не захотел принимать крещение, ушли на реки Вашку и Пинегу. Сам же Стефан обосновался в Михаило-Архангельском монастыре в Усть-Выми и продолжал учить, проповедовать и переводить на пермский-коми язык книги.

Зимой 1396 года Стефан на санях отправился в Москву к митрополиту всея Руси Киприану. Путь был долгим и трудным, в дороге Стефан заболел и, приехав в Москву, слег. Он скончался 26 апреля того же года. Проститься с ним пришло великое множество народа: здесь были и князья, и бояре, священнослужители, а также простые горожане. Стефан при жизни слыл великим учителем и святым человеком. Стефан Пермский был причислен к лику святых в 1547 году и стал одним из наиболее почитаемых святых Русской православной церкви.

Сотворение пермского мира

Как создавалась земля

Когда мы слышим слово «миф», то невольно настраиваемся на удивительную сказку, на историю фантастических приключений Геракла — словом, на волшебство, которое невозможно в реальном мире. Но древние люди воспринимали миф совершенно иначе. Для них миф был священной историей, которая объясняла, почему мир устроен так, а не иначе. Многие мифы были тайной, секретным знанием, доступным только кругу посвященных. Мифы отвечали на вопросы: откуда произошли боги, кто и как создал этот мир, откуда взялись животные и как был сотворен человек. А главное, они учили, почему мир такой, какой он есть, и как в нем жить. Конечно, после того, как пермяне-коми приняли христианство, священной книгой для них стала Библия, но едва ли многие из них читали ее, поэтому древние мифы сохранялись, хотя и менялись под христианским влиянием.

Предание

Рассказывают, что когда-то на Коми земле жили красивые, светловолосые люди. Но однажды напали на них чужаки. Они убили всех мужчин, а женщин взяли в жены. Выжил только один древний старик. А потаенным знанием владели только мужчины. Собрал он женщин и рассказал каждой из них по одной тайне. И велел передавать ее по наследству. И когда-нибудь найдется наследник, который соберет воедино части тайны, и тогда снова наступит хорошая жизнь.

Старые люди верили, что где-то хранится книга, в которой записаны древние тайные знания. Рассказы о том, как создавалась земля, — осколки этой тайны.

Христианство принесло на древнюю Пермскую землю веру в единого Бога, Творца неба и земли. А во что верили сами пермяне в те давние времена? Язычники верят, что есть боги неба и земли, лесов и рек, даже любой ручей, впадающий в малую речушку, имеет своего бога. Ен — небесный бог, главный, потому что он выше других, ведь небо так высоко… В языке коми небо называется енэж, что буквально переводится как «божий луг». Это небесная твердь, по которой на своей колеснице катается Илья-пророк, бог грома и молнии.

Легенда

Илья-пророк, стоя на коленях, едет в телеге и управляет четырьмя парами коней. Когда он проезжает по железному мосту, раздается гром. Если Илья-пророк быстро едет, из-под колес искры брызжут, и этот огонь называют зарницей. А когда он сильно разгонится, говорят, будто он из лука стреляет.

Конечно, пророк Илья — персонаж библейский, но он прочно утвердился в мифологии коми. А почему древние считали, что небо — это твердь, божий луг? Ответ на этот вопрос, да и на многие другие вопросы, касающиеся устройства мира, давали мифы. И самый важный из них — миф о сотворении мира. Происхождение жизни на земле всегда было великой тайной, которую и сегодня пытаются разгадать ученые. Но миф стал первой попыткой древних прикоснуться к этой тайне, описав ее с помощью символов.

ЧТО ТАКОЕ СИМВОЛ?

Символом называют условный знак, образ какого-либо понятия, идеи.

Никто не видел, как и из чего создавался мир, поэтому это событие нельзя представить как определенный факт. Однако с помощью символов можно описать то, что никто никогда не видел. Например, как представить себе мир до того, как он возник? Ведь до того, как появился мир, не было ничего! Вот это «ничего» ученые еще с древнегреческих времен стали называть словом «хаос».

Из пустоты-хаоса впервые появляются боги (или бог), которые и создают мир. Созданный мир принято называть космосом.

ХАОС И КОСМОС

В переводе с древнегреческого хаос означает «пустота», «пропасть», «бездна»; космос — «мир», «Вселенная».

Ен и Омэль

В мифологии коми нет одного, «узаконенного» мифа о сотворении мира. В разное время ученые записали порядка десяти разных сюжетов, мало схожих друг с другом. Объединяет их то, что творцами всегда выступают два бога — братья Ен и Омэль. Человеческий облик братья обретают уже в ходе творения. А в самом начале его нет. К примеру, в одном мифе они предстают как два голубя, в другом — как лебедь и гагара, а в третьем и вовсе как две лягушки. Все зависит от того, каким символом обозначен в мифе первоначальный хаос.

Миф

Туман… Мрак… Нигде не было видно ни живого существа, ни растительности; один только прекрасный сизый голубь летал. Не раз он подавал голос, надеясь, что его услышит живое создание. Страдая от одиночества, он даже пытался броситься с высоты полета и разбиться. Вдруг он услышал голос, подобный своему. Это был еще один голубь. Они помчались навстречу друг другу, назвались братьями; посоветовались и решили изведать дно мрака и тумана. Один голубь нашел землю. Другой нашел тину. Когда первый голубь выпустил из клюва добычу — землю, то около ее частиц стали собираться другие частицы, и скоро она превратилась в остров и зазеленела. А из тины ничего не вышло. Второго голубя одолела зависть, но он затаил ее и попросил своего собрата поработать вместе. Первый голубь был Ен, существо могущественное; второй — Омэль, существо слабосильное и завистливое.

В этом мифе хаос представлен в виде тьмы и тумана, то есть как нечто воздушное, поэтому братья имеют облик голубей. В мифе, где хаос имеет вид болота, братья-творцы появляются в обличье лягушек. Но чаще всего хаос в мифах коми выглядит как первозданное море, океан, не имеющий ни конца ни края. А братья-творцы плавают на его волнах в виде лебедя и гагары или двух утят.

Миф

На поверхности первозданного океана плавали гагара и лебедь. Заспорили, чей голос сильнее. Гагара закричала: «Курлык-курлык» — и спросила лебедя, испугался ли он. Лебедь сказал: «Нет» — и тихонько подал голос в отдалении. Гагара снова начала курлыкать. В ответ послышались раскаты грома. Сердце гагары затрепетало: в голосе лебедя чувствовалась большая сила. В третий раз гагара закричала. В это время грянул гром, и молния ударила под самым боком гагары. Она еле спаслась, нырнув в воду.

ПТИЦА СО СВЕРХСПОСОБНОСТЯМИ

Кстати, вы знаете, что гагара — природный ныряльщик и может долго находиться под водой?

Птицы добывают из глубин океана щепотку земли, которая чудесным образом вырастает в материк. Ен-лебедь приказывает Омэлю-гагаре достать землю из-под воды. Как только земля превращается в материк, Ен и Омэль выходят на сушу в облике людей.

Конечно, мифы считались текстами священными, и в прежние годы их даже записывали в специальные тетради. К сожалению, рукописи до наших дней не дошли, но вот в 1920 году молодой ученый Павел Доронин переписал из такого рукописного сборника на коми языке миф о двух утятах, ставших братьями-творцами. Этот миф сегодня можно назвать самым известным в Коми.

Миф

По морю-океану плавала утка Чэж. Она носила в себе яйца, от которых должна была зародиться жизнь. Она долго искала место, где бы ей высидеть птенцов, но так и не нашла себе пристанища. Четыре яйца, которые она снесла, поглотила пучина морская, и только два последних яйца она сумела спасти. Из них вылупились два утенка: Ен и Омэль. Это были два брата, два противоположных начала: жизни и смерти, добра и зла, правды и неправды, дня и ночи.

Пока они не подросли, мать носила их на спине, потом попросила утят достать из пучины морской выроненные яйца и разбить их на ее теле. После этого она взметнулась вверх, а потом ринулась вниз и ударилась о воду.

Братьям Ену и Омэлю нужно было достать яйца из пучины морской. Нырнул сначала Ен. В Омэле сразу заговорило чувство противоречия, и, пока брат его находился на дне морском, Омэль засвистел, закричал таким голосом, что от этого крика все застыло и океан заледенел. Омэль обрадовался, что не осталось для брата выхода из-под воды. Вдруг засверкали молнии и с такой силой ударил гром, что сразу весь лед растаял и забурлила поверхность моря-океана. От испуга Омэль сразу нырнул в воду. Это Ен, выходя из пучины морской, ответил на козни Омэля громом и молнией.

Ударил Ен вынутое из пучины морской яйцо о тело мертвой матери и взлетел. В вышине сразу загорелось и заиграло лучами солнце, а тело утки-матери разрослось в длину и ширину, покрылось лесом, зеленью и цветами. Так появилась земля-матушка. Нырнул еще раз в пучину морскую Ен, достал второе яйцо зарождения и создал себе из него помощников — ангелов. Нырнул в пучину морскую завистливый Омэль и достал оттуда два яйца, покрытые затхлой тиной. Разбил он первое и бросил ввысь. На небосклоне зарделась тусклая, вечно холодная луна, появились признаки ночи и холода, а по земле потекли безжизненные потоки воды, зазияли озера и болота. Разбил Омэль второе яйцо и создал демонов-омэлей, помощников себе, таких же злых и злотворных, как и сам.

Как видим, мир создается из земли и тины или из утиных яиц. В последнем случае божественная сила, скрытая в яйцах, превращает тело матери-утки в сушу, в материк. Значит ли это, что древние пермяне представляли землю как тело огромной утки? Возможно, ведь образ утки в культуре коми был чрезвычайно популярен.

ПОСУДА В ВИДЕ УТКИ

До середины ХХ века местные мастера изготавливали для домашних нужд ковши и братины[4] в виде уток, а почти в каждом крестьянском доме можно было увидеть на столе солонку-утицу, на крыльях которой нередко вырезались и два утенка.

Герои мифа названы братьями, а это значит, что в создаваемом ими мире они имеют равные права. Однако миф подчеркивает, что они противники изначально, это проявляется даже в их именах.

Оба брата способны творить, но Ен — добрый бог, создатель всего самого лучшего на земле: людей, солнца, звезд, лесов, рек; тогда как Омэль — бог «мрака и тумана», он творец нечистой силы, луны, болот и гор, насекомых и земноводных. Неудивительно, что эти персонажи легко приняли облик христианских Бога и черта. В христианских легендах творцом нечистой силы является черт, поэтому образы мифического Омэля и черта иногда сливаются. В целом можно утверждать, что Ен — это Бог, а Омэль — дьявол. И поскольку древний миф объясняет теперь Сотворение христианского мира, то в нем участвуют такие библейские персонажи, как Адам и Ева, Ной, архангел Михаил и уже знакомый нам пророк Илья.

ЕН И ОМЭЛЬ

Имя Ен имеет значения «бог», «небо», тогда как Омэль переводится как «плохой», «скверный», «худой», «гадкий».

Война демиургов

Как только братья выходят на поверхность земли, между ними разгорается настоящая война. Ен старается обустроить мир, чтобы в нем было комфортно, а Омэль портит то, что создает его брат. К примеру, Ен сотворил цветы, деревья и леса, Омэль — озера, болота и зыбуны. Ен создал лесных птиц и животных, полезных людям, а Омэль — хищных птиц, зверей и пресмыкающихся. Причем хищные животные появляются как бы в ответ на сотворение «полезных» животных. Ен создает белку для того, чтобы человек мог охотиться; а Омэль — куницу, чтобы она охотилась на белку. Когда Ен создает собаку, чтобы она помогала человеку в охоте на куницу, Омэль соблазняет собаку шкурой — и она становится «нечистой», то есть животным Омэля.

Миф

Омэль сотворил много крыс, мышей и кошку. Ен понял, что они будут есть последний хлеб у крестьян. Он одел кошку в красивую шубку и сказал: «Ты моей слугой будешь. Мышей и крыс ловить станешь. Я тебе самое теплое место предоставлю и самое вкусное молоко дам. И ты всю жизнь будешь сидеть возле трубы». И теперь возле трубы сидит кошка и молоко пьет.

Омэль создает рысей, росомах и лисиц, чтобы они поедали все, что есть на земле; а Ен дает человеку разум, чтобы он научился изготавливать ловушки и капканы для охоты на этих животных.

Миф

Омэль сотворил зайца и пришел к Ену. «Что ты сегодня сделал?» — спросил у него Ен. «Я зайца сделал», — ответил брат. «Я тоже», — сказал Ен. «Если ты тоже зайцев сотворил, то у нас они перепутаются», — забеспокоился Омэль. Тогда Ен спросил: «У твоих зайцев кончики ушей тоже черные?» Омэль ответил: «Белые». Ен предложил брату пойти в поле. Там Омэль позвал своих зайцев, но ни один не прибежал. А когда Ен кликнул своих, прискакало несколько тысяч зайцев с черными кончиками ушей. «У меня зайцев вон сколько, а у тебя, Омэль, ни одного нет», — сказал он, а Омэль ответил: «Мои все исчезли».

У коми есть такое поверье: когда побелеют кончики ушей у зайцев, наступит время Омэля — конец белого света.

Миф

Омэль сотворил рябчика очень большим. Как взлетает, от крыльев гром гремит. Однажды Илья-пророк ехал по лесной дороге. С обочины рябчик взлетел. От шума крыльев лошадь испугалась, бросилась в сторону. Илья с лошади на землю упал и проклял рябчика: «Пусть ты будешь не больше своего зоба». И с тех пор рябчик маленьким стал.

Омэль создает насекомых для того, чтобы навредить Ену, а Ен создает мед и пчелу.

Миф

Ен сотворил мед. И полил дождь на землю, на травы, на листья, и в них родилась из меда пчела. С тех пор пчела летает и собирает мед в улей.

Ен — творец некоторых природных явлений, прежде всего гор. Горы стали расти, но потеряли меру, тогда Ен проклял их — и они остались неподвижными навек.

Миф

Создал Ен радугу. Она спустилась к реке и стала пить из нее воду. И чем дольше она пила, тем больше становилось облаков. В конце концов начался дождь.

Ен создал огонь в виде красивого румяного человечка. Но огонь стал жечь все вокруг, и Ен наказал его, превратив в кремень и серу для спичек. Ен создал ветер, но, после того как он стал валить леса, посадил его на цепь. Омэль создал луну — и все на земле стало замерзать, тогда Ен сотворил солнце — и на земле стало тепло, начали расти трава и злаки, пастись скот.

Положительно и отрицательно оцениваемые животные и явления как бы дополняют друг друга, обеспечивая равновесие в общей картине мира. Вот так, в борьбе двух противоположных сил, создавался мир, в котором суждено было родиться главному творению Ена — человеку.

Сотворение человека

Когда мир стал пригодным для жизни, братья приступили к сотворению человека.

Миф

Вылепил Ен из земли фигуру мужчины и дохнул ему в лицо. И ожил первый мужчина на земле. Вылепил Омэль из земли фигуру женщины и дунул ей в лицо раз, другой и третий, но женщина не оживала. Тогда дохнул Ен на творение брата — и ожила первая женщина.

Назвал Ен первого мужчину Адамом и повелел первым людям властвовать над землей. А после этого выстроил себе небо и удалился на него вместе со своими ангелами. Двенадцать лет Ен не являлся на землю.

На двенадцатый год он пришел и спросил у Адама, первого человека: «Где твои дети?» И Адам ничего не сумел ответить, потому что ничего не знал о своих детях. Двенадцать лет жена его рожала детей, каждый год по девочке, и каждый год она их сразу убивала, как учил ее Омэль. Проклял тогда Ен первую женщину и сказал, что она вечно будет пожирать своих детей. И так была велика тяжесть ее греха, что земля не смогла больше держать ее на себе. Поглотила земля жену Адама, и превратилась она в смерть, чтобы пожирать своих потомков, а двенадцать убитых ею дочерей стали помощницами своей матери, духами болезней и пороков.

Чтобы Адаму не было скучно, Ен вынул у него одно ребро, пока он спал, и создал из него другую женщину — Еву. От них и произошло все человечество. Но Омэль не смирился с тем, что творения Ена могут жить счастливо, поэтому он сеял раздоры среди людей.

Тысячу лет прожили Адам и Ева, дети их заполнили все уголки земли, но не прекращались раздоры между детьми и потомками Адама, а, наоборот, все росли и росли. Не стал Ен вмешиваться в дела людей и ушел навеки от грешной земли на свои небеса.

Этот миф очень важен, потому что он объясняет причину смертности человека, но не только. Женщина-смерть уходит под землю, открывая новый, нижний этаж мироздания. Отныне нижний мир становится миром умерших, куда отправляются все люди после кончины. А весь мир-космос обретает трехэтажный вид: небеса Ена, нижний мир для умерших и средний мир для людей.

Есть и другая мифическая версия сотворения человека.

Миф

Ен сотворил первого человека крепким, и кожа его была твердой как ноготь. Отлучился Ен по своим делам, а сторожить человека оставил собаку. А первая собака была голой, без шерсти. Увидел это Омэль, задул холодным ветром, заморозил все вокруг. Замерзла собака, а Омэль ей говорит: «Если ты позволишь мне посмотреть на человека, я тебе дам шубу». Собака разрешила. Омэль оплевал человека со всех сторон, испачкал его и вывернул наизнанку — так, что твердыми остались только ногти на кончиках пальцев. Собака получила обещанную шубу.

Пришел Ен и увидел, что человек не такой, как прежде. Он прогнал собаку, и с тех пор собак считают нечистыми и не пускают в дом.

Человек, к сотворению которого приложили руки оба бога, имеет двойственную природу. Во-первых, люди делятся на два пола. Во-вторых, у каждого человека две души: лов, что означает «душа-жизнь, дыхание», и орт — душа-тень, предсказывающая смерть. В-третьих, человек, зараженный скверной Омэля, всю жизнь вынужден выбирать между добром и злом.

Человек — последнее, что два бога сотворили вместе.

Миф

Увидев, что среди потомков Адама не утихают раздоры, Ен ушел от них на небеса. Таким образом, Ен выбрал доброе небо, а его злому брату достался нижний мир.

Подражая брату, Омэль построил над небом Ена другое небо. В итоге, соревнуясь друг с другом, они сотворили семь небес, причем четные небеса строил Омэль, а нечетные — Ен. Все небеса имели цвета радуги, но одно из небес Омэля было медным и не пропускало на землю ни капли дождя. Люди стали гибнуть от наступившей жары.

Послал Ен архангела Михаила. Пошел тот к Омэлю и не смог пробиться к нему. Создал Омэль огненную завесу. Вернулся архангел обратно к Ену и сказал, что не может подойти: «Огнем жжет». Разгневался Ен и сам пошел к Омэлю, начал сверкать молниями и греметь громом. Стали рушиться небеса Омэля, и три года рогатые бесы падали с них на землю. Те из них, кто упал в воду, стали водяными, а те, кто упал в лес, — лешими. Поэтому и говорят, что есть на земле и в воде нечистая сила.

Упал на землю коварный Омэль, взмолился брату, чтобы дал он ему если не небеса, то хоть какое-то место в мире, хоть дырку от забитого в землю колышка. Забил Ен колышек в землю, получилась дырка в земле, и ускользнул в нее Омэль. Не просто в дырку ушел Омэль — попал он в мир смерти, в подземный мир. А через эту дыру ворвались на землю комары, мухи, черви, змеи — все, что человеку противно и приносит вред.

С момента сотворения человека мифическая история начинает включать в себя библейские мотивы, а Омэль все более становится похож на черта. С именем Омэля отныне связывается понятие греха. Часть вещей, к созданию которых имел отношение Омэль, считаются нечистыми.

Легенда

Ен создал скрипку, но извлекать из нее звук его научил Омэль. Ен проклял скрипку, и с тех пор на скрипке играют при развлечениях, когда есть повод для греха. Кузницу также создал Ен, но работать в ней научил его Омэль, причем за науку выпросил для себя души всех умерших людей. Ен проклял кузнечное ремесло как дьявольское, а души всех без исключения умерших людей: и праведников, и грешников — с тех пор должны были отправляться в преисподнюю.

Так не должно быть в мире, поэтому вмешался Иисус Христос. Он сошел в ад и разделил грешников и праведников, поставив их по левую и по правую руку. Он вывел их из преисподней и обратил праведников в светлые звезды, а грешников — в темные. Отныне после смерти души праведников стали отправляться в небесную обитель предков — рай, а души грешников — вниз, в преисподнюю.

Земля стоит на воде. И вода стоит на аде. Ад стоит на корнях сердец людей, которые скупы и злы. Если, умирая, зло имеешь, сердце к дьяволу идет, как и душа.

Созданный двумя божествами мир состоит из семи небес, преисподней и мира людей, который расположен посередине. Верхний этаж этого мира, небеса Ена, всегда оценивается положительно. Здесь находится рай, куда устремляются после смерти безгрешные души, здесь живут праведники. Напротив, отрицательно оценивается нижний мир, преисподняя, место обитания Омэля, чёрта.

Весь мир, в том числе и человек, такой далекий от совершенства, служит доказательством того, что некогда, в начале времен, два брата-демиурга его таким сотворили, вернее, один творил, а другой портил.

Йома

Миф

Войпель и Йома были рождены небесной женщиной, женой бога Ена. Однажды Омэль услышал красивое пение, льющееся с небес, и скрип колыбели. Это жена Ена укачивала детей, Войпеля и Йому. Коварный Омэль стал ласково просить женщину хоть немного приоткрыть двери, чтобы он мог послушать пение. Она поддалась на уговоры — и ворвался Омэль на небо. Скинул он красавицу жену Ена и их детей с небес на землю. Не вернулись они обратно на небеса, но говорят, что все народы на свете пошли от Войпеля и Йомы.

Вот что интересно. Хотя в этом мифе Йома выглядит как прародительница людей, но других следов в мифологии она не оставила. Йома, скорее, сказочный персонаж. В сказках она похожа на русскую Бабу-ягу и тоже живет в домике на курьих ножках в дремучем лесу. Она собирается съесть попавшую к ней девочку, но та сбегает, бросая за спину волшебные вещи: когда она бросает палку — за спиной вырастает лес; бросает точильный брусок — появляются горы; бросает туесок смолы — течет смоляная река. Так и утонула злая Йома в смоляной реке.

Сказка

Жили-были муж и жена. Была у них дочка. Когда ее мать умерла, отец снова женился. У мачехи тоже была дочь. Падчерицу она невзлюбила. Однажды отправила мачеха падчерицу к реке моток пряжи прополоскать, а он упал в воду и утонул. Горевала, горевала падчерица — не знает, что и делать. Пришла домой и рассказала все как есть мачехе.

— Как хочешь, а чтобы пряжу достала, — велела мачеха.

Вернулась падчерица к реке, прыгнула в воду и вдруг оказалась на красивом лугу. Шла, шла и увидела табун лошадей. Она погладила лошадей, расчесала гривы, а те ей говорят:

— Иди дальше и придешь к Йоме. Она прикажет тебе истопить баню и ее детей попарить, а потом принесет тебе два короба — красный и синий. Возьми красный короб.

Пошла падчерица дальше и встретила стадо коров. Приласкала, погладила коров, а они и говорят:

— Когда скажет Йома выбрать красный или синий короб — выбери красный.

Вот пришла девушка к Йоме, а она говорит:

— Вот и будет у меня новая работница. Пойди вначале баню истопи, да так, чтобы когда дрова колоть будешь, то ни звука слышно не было, а когда печь растопишь, чтобы ни дымочка видно не было.

Истопила падчерица баню, а Йома принесла ей полное сито лягушек, ящериц и разных насекомых и говорит:

— Попарь и помой моих детушек.

Помыла, попарила девушка Йоминых детей и вернулась из бани. Спрашивает Йома детей:

— Ну как попарила вас моя новая работница?

— Очень хорошо она нас помыла и попарила, — отвечают.

Тогда сказала Йома:

— Выбери какой-нибудь короб да иди домой. А когда выйдешь на берег, открой и возьми свой моток пряжи.

Выбрала падчерица красный короб, вышла на берег, на зеленый луг и открыла его. А оттуда появилась красивая изба. Вошла девушка в избу, нашла свой моток пряжи и много всякого добра.

Когда она рассказала все отцу и мачехе, та аж закипела от зависти. На другой день отправила она свою дочь полоскать моток пряжи к реке. Та нарочно бросила моток в реку и прибежала к матери жаловаться.

— Ты, доченька, нырни за пряжей, — сказала ей мать.

Та и нырнула и попала на зеленый луг. Шла, шла и повстречала табун лошадей. Она побила и обругала лошадей, а те ей сказали:

— Принесет тебе Йома красный да синий короб, ты выбери синий.

Пришла девушка к Йоме, и та велела ей дров наколоть без шума и баньку истопить без дыма. Стала девушка дрова колоть — грохот поднялся, а когда баню топила, повсюду были дым да огонь. Принесла Йома сито лягушек, ящериц да насекомых и говорит девушке:

— Попарь и помой моих деток, да получше!

Девушка исхлестала, побила и обругала Йоминых детей.

— Ну как моя новая работница вас помыла, попарила? — спросила у них Йома.

— Ой, и побила нас, ой, и обругала нас!

Принесла тогда Йома два короба и говорит:

— Выбери из двух коробов один и иди домой.

Взяла девушка синий короб и пошла домой. Выбралась она из воды напротив своего дома и направилась к матери. А когда они открыли короб, оттуда полыхнуло огнем — и осталась от них только кучка золы.

Сказок о Йоме много, и она в них разная. Ее называют хозяйкой леса, и все деревья в парме — ее внучата, она же бабушка леших, а ее дети — лягушки и насекомые. Ее овцы — волки, а коровы — медведи, ее слушаются звери и птицы. Но к ней также приходят и за клубком ниток, за веретеном, мотком пряжи, и это делает Йому покровительницей женских ремесел. Она почти ничего не видит, но прекрасно чует героя сказки. У нее железные зубы. В некоторых сказках Йома — жена многоглавого дракона Гундыра. Очень похожа она и на богинь нижнего мира — обители смерти.

ИМЯ ЙОМЫ

Ученые обратили внимание и на имя этого персонажа. Оно напоминает имена финских богов Юмалы, Йомаля, марийского бога Юмы. Но это мужские божества. А в индийской мифологии есть прародители людей Яма и Ями, которые после смерти становятся божествами подземного мира.

Войпель

Войпель — бог северного ветра, Севера и тьмы. На языке коми слово вой означает «север» и «ночь», пель — «ухо», то есть Войпель в буквальном переводе «Ухо ночи» или «Ухо Севера». Странное на первый взгляд имя, не так ли? Возможно, Войпель считался всеслышащим, тогда как его отец Ен, бог неба, творец мира, был всевидящим.

Надо сказать, что древние люди считали, что на севере находится мир ночи, страна умерших, загробный мир. Ухо бога должно быть чутким: он хранитель вечного безмолвия Севера, безмолвия мира потустороннего. Этим объясняется, почему ветер, дующий с севера, то есть из мира тьмы, воспринимался как наказание за нарушение древних обычаев.

Поверье

Во время колошения ржи женщинам запрещалось полоскать и колотить белье, а детям — свистеть, иначе северный ветер заморозит хлеба. Детям запрещали свистеть в помещении: северный ветер накличешь. Причем северный ветер не обязательно замораживал, он мог принести болезнь и даже забрать с собой нарушителя.

Войпель имеет и второе имя — Шуа.

В переводе с печорского диалекта Шуа означает «вихрь», «буря». По легендам печорских коми, Шуа пребывает на горе Тэлпозиз, одной из вершин Северного Урала. Высота этой горы 1619,8 метра. Сегодня подъем на нее — обычное дело, многие туристы совершают это восхождение, но не всегда это было так просто.

В старину считалось, что нарушителя безмолвия покарают ветры Шуа. Да и в наши дни бывалые туристы опасаются проплывать на лодке мимо горы Тэлпозиз. Может внезапно испортиться погода: вдруг начнется гроза, хлынет дождь, даже и снег может пойти посреди лета.

Гора гнезда ветров

Путешествовавший в тех местах в 1890 году французский исследователь Шарль Рабо застал гору Тэлпозиз в ореоле мифологических представлений. Вот что он пишет: «Согласно местной мифологии, Тэлпозиз — место пребывания зырянского Эола[5], поэтому, идя у подножия этого пика, лодочники, повинуясь тому же суеверию, что и древнегреческие моряки, запретили нам свистеть и кричать, опасаясь вызвать бурю. Тэлпозиз в переводе с зырянского означает “гора гнезда ветров”. Местные жители считают эту гору неприступной: как только вы приближаетесь к ее вершине, злой дух вызывает ураган и сбрасывает вас в бездну. Говорят, что одного самоеда[6], решившего взобраться на этот пик вопреки предупреждениям зырян, ветер разорвал на куски»[7].

Этот прискорбный случай не остановил любопытного француза, решившего на себе проверить правдивость этих суеверий. В сопровождении троих спутников из зырян он предпринял попытку подняться на вершину, но на высоте 849 метров гору окутали тучи и разразился ливень с грозой. Вдобавок налетели полчища комаров, так что экспедиции пришлось вернуться к лодкам, и пик остался непокоренным.

Бывал возле легендарной горы и первый исследователь мифологии коми Каллистрат Жаков[8]. Вот что он пишет в своих путевых заметках.

Поверье

Печорские зыряне боятся ездить через Уральские горы мимо возвышения Тэлпозиз. На том возвышении, в «каменном гнезде ветров», живет страшный бог Шуа, лесной и горный властелин. Он не любит звуков и шума. Если подать голос при подъеме на гору, сейчас подует ветер. «Это, — говорят, — бог Шуа рассердился».

Дарук Паш

В одной из своих поездок по Северу Каллистрат Жаков услышал на реке Печоре предание о легендарном колдуне-охотнике Дарук Паше, якобы получившем волшебную силу от самого Шуа.

Предание

Отец посылает Дарук Паша за Камень (Урал), к остякам, чтобы получить от них долг, и предупреждает, чтобы тот, проезжая мимо «каменного гнезда», молчал и не пел песен: там живет великий бог ветров Шуа… Он не любит шума, и как услышит звук, чуткий на ухо днем и ночью, то поднимет ветер и нанесет вьюгу с отдаленного Севера. Берегись же, иначе он, страшный Войпель, погубит тебя. Но дерзкий Дарук Паш отца не послушал и специально запел песню, проезжая мимо горы Тэлпозиз. Поднялась метель, и в снежном вихре предстал сам Войпель, седой угрюмый старик, белый, как зима. На нем было все белое: и шапка, и кафтан, и обувь. Старик посмотрел на Дарук Паша и сказал: «Ты красив, и мне жалко убивать тебя, на лице твоем вижу я печальный жребий. Ты люб моему сердцу. Будешь известен повсюду умом и сметливостью, но в жизни испытаешь великие страдания, потеряешь то, что уже не вернуть. Я Войпель, бог вихрей, сын Севера, Шуа с чутким ухом. Когда что вздумаешь сделать, свистни — я буду помощником твоим. Прощай». С этим словом исчез Шуа в вихре снега.

Шувгей

Дарук Паш прославился как могучий колдун. Но ушли пермские боги из Коми земли, не слышно больше их голосов в вечнозеленой парме, только Войпель, повелитель северных ветров, чуткоухий Шуа, охраняет священную обитель древних богов — гору Тэлпозиз, да дети его, ветры-вихри, известные как шувгун или шувгей, носятся в тайге-парме, незримо влияя на жизнь людей. Рассказы о них записаны в тех краях.

БЫЛИЧКИ И БЫВАЛЬЩИНЫ — В ЧЕМ ОТЛИЧИЕ?

Мифологические рассказы о случаях, в правдивости которых никто не сомневается, называют быличками и бывальщинами. Бывальщины — это истории, которые произошли давно, а былички повествуют о людях, известных рассказчику. Сюжеты таких рассказов всегда строятся вокруг встречи человека с существом из потустороннего мира.

Бывальщина

Это случилось в одном селе в 1940-е годы. Мать отправила восьмилетнего сына в соседнюю деревню к родственникам. Перед уходом она отругала его за какую-то провинность. Мальчик ушел, а мать через некоторое время спохватилась, что отправила сына без благословения, да еще и отругала, — теперь его наверняка шувгей схватит. Забеспокоилась мать, прочла все нужные молитвы, попросила у Бога прощения. А мальчик потом уже рассказывал, что он недалеко ушел от села, как вдруг его догнал какой-то старик. «Отдай мне свою шапку!» — потребовал дед и попытался схватить его за воротник. Мальчик вырвался и побежал, а старик бросился за ним вслед, но внезапно остановился и сказал: «Сумели тебя спасти!» — и исчез. Мальчик помчался домой и все рассказал матери. Перекрестилась мать: вовремя успела благословить, а то унес бы сына шувгей. Ведь отругать перед дорогой — все равно что проклясть, за такими и охотится нечистая сила.

Старик, встретившийся мальчику, безусловно, существо потустороннее, в этом рассказчик не сомневается. Если бы мальчик отдал ему свою шапку, старик тут же обратился бы в вихрь и унес его.

Шувгей может менять свой облик в зависимости от того, перед кем ему нужно предстать. Ребенку шувгей может явиться как хоровод детей. Множество мальчиков и девочек веселятся, поют песни, и стоит ребенку только протянуть к ним руку, как он навсегда останется среди них. Женщине шувгей может привидеться в облике ее покойного мужа. Охотник в лесной избушке может вдруг услышать голоса, зовущие его выйти на улицу среди ночи.

Бывальщина

В одной деревне летним утром пропал четырехлетний мальчик. Он вышел из дома лишь в длинной рубашке и исчез. Искали его семь дней, в лесу, на реке, но найти не смогли. И вдруг он появился около своего дома. На все вопросы мальчик отвечал, что крестный катал его на лошади. Однако крестный мальчика умер еще год тому назад. Шувгей явился к нему в облике его крестного, и повезло, что не причинил он мальчику вреда.

Дети Войпеля-Шуа

Рассказов о похищенных ветром много. Совсем не обязательно это шувгей. В вихре может передвигаться и леший (даже целая компания леших), и водяной, и всевозможные злые духи, и нечистая сила. Может быть, все эти духи тоже связаны с образом древнего бога Войпеля-Шуа? Во всяком случае, Каллистрат Жаков считал именно так.

В его эпической поэме «Биармия» о мифологических временах дом Войпеля находится в дремучей тайге, его дети — боги леса, лешие — живут в парме семьями, в серых избушках, вихрем мчатся по непроходимым лесам, хохоча и хлопая в ладоши. Шувгей или шувгун тоже летят в вихре и не просто похищают людей, а уносят их — как правило, в чащу. Судя по созвучию имен, они и есть дети Шуа, которые с шумом и свистом мчатся по лесам, сбивая с толку людей разными обликами.

Согласно поверьям, пространство леса граничило с миром умерших, а этот мир невидим. Поэтому невидимыми становятся и те, кого уносит вихрь-шувгей. Шуа не просто насылает на людей ветер — он забирает человеческие души. Войпель-Шуа — северный ветер, то есть ветер, дующий из царства ночи и смерти, и у него есть мифологическая обязанность — переносить души умерших из мира живых в мир загробный.

Золотой век малорослой чуди

Время, когда боги создавали мир, ученые называют мифологическим. Все события — от появления на первозданных водах птиц-ныряльщиц до сотворения человека и разделения мира на три этажа-уровня — относятся к мифологическому времени. Как только мир обретает привычную форму и в нем появляется человек, время становится историческим. Подвиги героев кажутся нам сказочными, но происходят они все же в историческое время, потому что эти герои считаются предками современных людей.

А еще в мифах разных народов говорится о неких людях, которые были до того, как боги сотворили настоящих людей. Это поколение людей будто бы было несовершенным, и боги его «поменяли» на предков нынешних людей. Откуда же появились люди, которых бог не создавал?

Легенда

Первые люди здесь родились, на Каме. Триста веков с тех пор прошло. Все, что есть на земле, из семян рождается. И человек, и насекомые — из семян земли. И человек, как хвощ, из земли вышел. У ручья в мышиной норе жили. Вчетвером-впятером ютились. Лишь ночью выходили — спящую рыбу ловить. Тем и сыты были.

Вот так, сами по себе, из земли родились первые люди. Они, конечно, сильно отличались от современных людей. Прежде всего тем, что были они ростом с вершок.

Легенда

Первый человек появился в роще под грибом-красноголовиком. Он был размером с мизинец — как раз такой, чтобы поместиться под грибом.

Но не только малым ростом эти люди отличались от нынешних. Они были мохнатые, ушастые и черные, вместо ступней на ногах — копыта, обычно свиные, но могли быть и коровьи. Так можно ли было называть их людьми? Конечно нет. Вот и называли их чудами, чудью или вовсе чучкарями.

ЧУЖОЙ НАРОД

Слово «чудь» пришло к пермянам-коми из русского языка. Чудью в Средние века называли славяне-новгородцы соседние племена западных финно-угров: эстов, карел, вепсов. Чудь значит «чужие», «не свои». Попав в пермские языки, слово сохранило это значение. Вот и первые люди, а точнее — пралюди, стали называться чудью, то есть чужим народом, чуждым нынешним людям.

В русском фольклоре чужаки, жившие на этой территории до русских поселенцев, носят название «чудь белоглазая». Коми именовали чудью своих предков, не принявших христианскую веру.

Однако пралюди-чудь не только отличались от людей внешним видом, но и делали все по-другому.

Легенда

Чудь была маленькой, жила в маленьких домах. Каменные их домики были похожи на печки-каменки в банях. На пашне находили маленькие орудия из камня. О чудях говорили: «Прорубь сделают, толокно[9] в ней мешают. Нахлебаются, поспят, опять хлебают». Такие дикари, долотами[10] сено скашивали, топора не имели, сечкой[11] рубили. Чашек не было — на камнях варили. Ничего как положено делать не умели.

Чудины отличаются от людей поведением. С точки зрения людей, то, что делают чудины, граничит с безумием. Они все выполняют не так, как нужно, поэтому у них ничего не получается, но они продолжают делать все неправильно. Между тем чудь живет в благословенном мире, где рожь растет кустами, причем колосится от земли до самого кончика стебля.

Легенда

Хлеб они не сеяли, он рос сам по себе, да такой, что позавидовать можно, — это у нашей ржи один стебель и один колос, а чудская рожь растет кустами, да на каждом стебле суставы, а от каждого сустава еще стебли, да и не стебель это вовсе, а сплошной колос. Каждый такой ржаной или ячменный куст — что твое нынешнее поле! Только вот жать чудляне не умели, серпа не знали, ну и мучились, шилом сустав протыкали, затем на колос веревку набрасывали и всемером его на землю валили. Потом хлеб молотили, да не так, как люди, — цепом, а скалкой; у кого скалки не было — тот и веретеном молотил. Мешков у них тоже не было, зерно потом в паголенки[12] набивали. Впятером-всемером волокут паголенок с зерном, на грядку[13] поднимают, зерно на них сыпется, паголенок ведь не чулок, у него с обоих краев открыто, вот и мучаются. Кое-как поднимут, а ночью мышь пробежит, хвостом заденет, уронит паголенок на пол — вот и вся недолга! Плачут чудины, помочи[14] собирают, чтобы паголенок с зерном обратно поднять.

Мир чуди столь же удивителен, как и они сами. В нем всегда светит солнце, не надо сеять хлеб, он сам вырастает из земли, так что людям не грозит голод. Да и дети чуди начинают ходить и говорить прямо с рождения. Такое время принято называть золотым веком. Но в мифологии золотой век непременно заканчивается, и виноваты в этом всегда сами люди. Вот и чудь не сумела сохранить свой чудесный мир, и это благословенное время закончилось.

Легенда

Одна чудская женщина родила ребенка, положила спать, а сама подошла к печке и стала блины печь. Печет себе блины да на небо их лепит — остужает их так: небо тогда прохладное было, а чуди, видно, горячего и не ели. И видит чудинка: ребенок встал и на горшок сел. Женщина его блином подтерла, а блин по привычке к небу прилепила. И разгневался Ен, спустился на землю, взял колос и стал его шелушить. Пришла собака, схватила зубами верхнюю часть колоса и стала умолять:

— Ен, оставь мне пай![15] Оставь колос хотя бы на длину языка!

Сказал тогда Ен чудлянам, что оставит им хлеб, но с одним колосом, который будет отныне длиной с собачий язык:

— Отныне будете есть собачий пай!

А женщине Ен сказал:

— Пусть твои дети три года будут лежать не разговаривая! Только через три года будут на ноги вставать!

Вот с тех пор дети и не говорят с рождения, только что на ноги встают после года. Но это уже совсем другие дети — людские, а не чудские.

Оскорбленное небо поднялось вверх, и мир словно бы распахнулся во все стороны. Стал он для маленькой чуди просто огромным. Не росли уже кустистые злаки, зато появились деревья, поднялись высоко к небу белые березы. Изменился мир, и сиротливо стало чуди. Поняли они, что настало время уходить им из этого мира. Выкопали они ямы и прыгнули в них, ушли под землю, из которой и родились.

Есть и другие легенды об их уходе.

Легенда

Чудляне были мелким народом. Рожь не сеяли — сама росла. Колос — снизу доверху. Серпа тогда еще не было, рожь шилом жали. Пожалел их Ен: трудно так жать — и скинул на землю серп. Но, видимо, ошибся с размерами Ен, и серп для чуди оказался огромным. Осмотрели они его со всех сторон, подумали, что это какая-то железная тварь с зубами. Схватились за серп двенадцать человек, потащили его к Иньве-реке, положили в старый лапоть и поплыли на глубину. Бросили серп с лаптя, а он зацепился зубьями за края — лапоть и опрокинулся. Чуди не умели плавать, и все утонули.

Тут чудь жила. Высокие, черноволосые люди. Потом, когда Стефан Пермский пришел, решили: от своего не отступим. А жили в землянках на Чудинском холме, где сейчас кладбище, потом опоры срубили и сами себя живыми погребли. Часть чуди убежала кто куда, но одни утонули в старице[16], другие подались к Чудин озеру. Дошли до песчаного берега Чудина и сказали: «Такая жизнь не жизнь» — и зарыли друг друга в песке. А почему так сделали, неизвестно. Можно ведь, наверно, было уйти, лесов, слава богу, хватает. То ли испугались, то ли разум потеряли?

Уход чуди под землю или под воду следует понимать как открытие подземного мира. Ведь небо уже отделилось от земли, поэтому сюжет предполагает и устройство нижнего мира, чтобы земля стала миром средним, миром людей. И легенды показывают, что в этот мир пришли высокие люди, предки людей нынешних. Исчезла малорослая чудь, но не совсем, она словно бы растворилась в этом изменившемся мире: одни чудины в воду зашли, стали водяными; другие — в лес бросились, стали лесными; третьи, увидя серп, превратились в ящериц. Только теперь эту малорослую чудь называют чудами. По представлениям коми-пермяков (камских коми), чуды являются злыми духами, обитающими в темных местах, заброшенных домах, банях, овинах[17], погребах, в лесу и воде. Они сохранили облик малорослой чуди, но при этом невидимы, хотя могут предстать перед людьми в обличье человека или животного. Чуды во всем подражают людям: женятся, рожают детей, едят, пьют, держат скот.

Сказка

Один мужичок шел по лесу, вдруг слышит, под ногой что-то хрустнуло и кто-то запищал: «Ты зачем мой огород раздавил?» Огляделся мужик — точно, раздавил он ногой маленькую изгородь из прутьев. Смотрит, а под красноголовиком человечек прячется. Взял он его в руки, а тот кричит: «Не трогай меня!» Мужик думает, детям, мол, покажу его и верну на прежнее место. Спрятал его в пестерь[18], пришел домой, открыл его, хотел человечком похвастаться, а там его и нету. Проковырял дырку чуд и убежал. Только неизвестно, кому больше повезло — чуду или мужику. Чуды, они хоть и маленькие, но сила у них есть. Закрутят, унесут вихрем и бросят где-нибудь посреди тайги-пармы, вот и выбирайся, как можешь.

Вы уже знаете мифы о том, что Ен и Омэль создали мир, населили его млекопитающими, земноводными и насекомыми, сотворили человека, а затем Ен ушел на построенные им же небеса, а Омэль скрылся в подземном мире. «Так когда же было время малорослой чуди?» — спросите вы. Не следует забывать, что время творения — мифическое. Времени как бы нет. Это безвременье — когда небо еще не отделено от земли, а человек еще не сотворен и живет малорослая чудь — и есть эпоха золотого века.

Но вот сотворили боги человека, и мифическое время чуди закончилось, наступила эпоха истории людей. Надолго ли? Как знать, старые люди говорили, что чуди жили 2000 лет, а потом Ен их потопил и переменил на нас. И мы, по словам стариков, будем жить 2000 лет, а потом вернется время чуди. А в мифах других народов можно найти и «родственников» нашей чуди. Это и гномы, и эльфы, и цверги[19], и феи. И мы о них знаем больше, чем о своей малорослой чуди.

Эпоха героев

Богатырская чудь

Когда говорят о преданиях, то в голове сразу возникает образ седого старика, повествующего своим слушателям о героях, живших в давние годы. Отчасти это так и есть: предания — устные рассказы о людях и событиях, происходивших в далеком прошлом и оставивших след в человеческой памяти. Предания часто сообщают о тех, кто прославился в какой-то местности: первопоселенцах, охотниках, силачах, колдунах, разбойниках, а также о наиболее важных событиях исторического прошлого, которые там произошли, таких как гибель или уход чуди, принятие христианства. Чем к более отдаленному времени относится сюжет, тем больше он обрастает сказочно-мифологическими деталями. Герой подобных преданий имеет волшебные предметы, такие как лыжи охотника Йиркапа, или он неимоверный силач-богатырь.

Богатырскую чудь коми-пермяки считают своими предками, которые пришли на землю после ухода малорослой чуди. Это поколение отличалось необыкновенным ростом, силой и воинственностью.

Предание

Жил на Полюдовом камне Полюд-богатырь, а на Колчимском камне жил богатырь Пеля. Они враждовали друг с другом. Сила у них была богатырская, и дрались они по-богатырски. Перебрасывались Полюд с Пеля камнями и палицами, и никто из них не мог побороть другого. Так они и перекидывались до тех пор, пока не начали переводиться на земле богатыри. Скрылись тогда Полюд и Пеля со всеми своими сокровищами в горах и больше уже не выходят.

Чудские богатыри — легендарные герои, основатели коми-пермяцких селений и чудских каров — городищ, располагавшихся на высоких речных берегах. Такие городища обносили частоколом от незваных гостей, приплывавших на больших лодках. Чудины валили вековые деревья, обрубали сучья, заостряли верхушку и обносили частоколом город. Городища-кары соединялись друг с другом подземными ходами.

Предание

Рассказывают о богатыре по имени Юкся. Было у него три сына: Пукся, Чазь и Бач. Жили дружно, но когда дети выросли, то тесно им стало в родном гнезде. Пошли сыновья Юкси искать места для своих домов. День шли, другой, третий, а шаги-то у великанов не то что человеческие, далеко ушли. Вот Чазь нашел себе место, решил там строиться. Глядь, а топора и нет, с собой взять не догадался. Встал чудин и крикнул отцу:

— Эй, отец, кинь мне топор, я себе место нашел!

Юкся кинул ему топор, пролетел он над лесом, над полями и над реками, поймал его сын за топорище. Через пару дней он уже срубил деревья, расчистил место для избы, бревна заготовил и дом поднял, баньку срубил и амбар-тшамью[20]. А братья за это время далеко уже ушли. Вот слышит Чазь, что Бач ему кричит:

— Брат, я место красивое нашел, кинь мне топор, буду дом строить!

Кинул Чазь топор, пролетел он над лесом, над рекой пролетел, и поймал его Бач за топорище. Срубил он себе избу и баньку, а тут и Пукся кричит:

— Эй, братец, кинь мне топор, я тоже место себе доброе нашел, строиться буду!

Вот так они и бросали друг другу топор, пока не отстроились, а потом и свои топоры у каждого появились. А вокруг их изб вскоре люди стали селиться, и возникли деревни.

Городки-кары со временем обрастали деревеньками-грездами, и селились рядом с богатырями простые люди. Занимались они охотой и хлебопашеством, а богатыри железо ковали да воевали — только это они и делали. Пробовали они и мирное ремесло, да не выходило у них.

Век богатырской чуди был долог, но пришло время им уходить с этой земли. Они хоронили себя, обрушивая своды землянок и унося с собой несметные богатства. Говорят также, что многие из богатырей ушли в горы и обратились в камень.

С точки зрения последующих поколений, богатыри выглядят полумифическим народом. Их считают предками, но при этом они так не похожи на современных людей, что кажутся чужими. Поэтому их и называют чудью, а не коми.

Богатырь Пера

Минула эра богатырей, ушли они с лица земли. Но остались все же сильные люди, которых земляки называли богатырями. Одним из них был Пера. Впервые о нем поведал ученый Иван Лепёхин[21], в середине XVIII века по заданию Академии наук побывавший в Великой Перми. Он записал предание о том, как «один из чуди», Пера, за неимоверную силу был призван ко двору Ивана Грозного и пожалован царской грамотой на владение охотничьими угодьями. История маловероятная, потому что едва ли царь Иоанн Васильевич снизошел бы до приглашения ко двору какого-то «чуденина» из глухой тайги-пармы. Возможно, это только «привязка» истории о чуденине-богатыре к неким якобы реальным событиям, а сам сюжет сложился в незапамятные времена. Согласно преданиям, Пера и его брат Мизя когда-то давным-давно жили на реке Лупье.

Предание

Жили-были два брата, Пера и Мизя. Мизя служил в солдатах, а Пера охотился на белок. Бродит Пера целый день по лесу, дойдет до своего чома-шалаша, наломает пихтовых веток, костер-нодью разведет, да и спит себе возле нодьи. Однажды в столицу пришел очень сильный богатырь, начал людей мучить, колесом их давить. Того, кто осмеливался помериться с ним силой, он убивал на месте. Испугавшиеся жители начали посылать людей биться с тем богатырем, и, когда очередь дошла до Мизи, он сказал:

— Есть у меня дома брат Пера, силы он непомерной. Не вызвать ли нам его сюда?

Послали солдата на родину, чтобы привез он брата-богатыря. Встал Пера на свои лыжи и за два дня домчал до столицы. Видит: катит богатырь колесо, людей давит. Подъехал богатырь к Пере, ударил его в поясницу, сорвал с Перы кожаный ремень.

— Ах ты, чертов сын, — рассердился Пера, — да я тебя в грязь превращу!

Да как схватит того богатыря вместе с колесом, да как шваркнет его об землю — на земле только кровавый след от того богатыря и остался. Потом позвали Перу к царю, угощают его, в мягкую постель спать укладывают. Но только не нравится Пере такое житье, скучает он по родной парме, по речке своей Лупье.

— Проси, чего хочешь! — говорит Пере царь.

— Ничего мне не надо! Лишь свободно охотиться в родных моих местах.

Подарил Пере царь во владение Лупью-парму да еще шелковую сеть — куниц ловить.

Сюжетов о Пере много, и каждое предание выделяет разные черты его облика, такие как гигантский рост — три, а то и четыре метра, — или его огромную силу.

Предание

О Пере-богатыре мне дедушка рассказывал. Он не был человеком, медведь был его отцом. А медведи ведь очень сильные, он тоже таким сильным был. Жил он в глубине темного леса. Как встанет, голова выше деревьев.

В мифологии коми медведь был сыном верховного небесного бога Ена и жил со своим отцом на небесах, но однажды спустился на землю, увидев, как женщина уронила половинку горошины. Ен запретил медведю подниматься обратно, лишив права жить на небе.

Небесное происхождение медведя объясняло, почему дети от его брака с женщиной становятся в коми фольклоре богатырями. В древности такие дети назывались полубогами. Возможно, и Пера был полубогом, первым предком рода медведя, а люди считали себя потомками Перы. Вот как заканчивается одно из преданий: «Царь своим указом освобожденный город назвал именем Перы — Пермь, пермяцкий город. Пера был по национальности пермяк, и поэтому людей, живших в Пермской губернии, до наших дней называют пермяками». Известно было об этом и ученому Ивану Лепёхину, но в своих записях он все же отметил: «…сие я знаю, что они на своем языке не зовут себя пермяками, но коми-утир[22]»[23].

Получив грамоту на владение угодьями по реке Лупье, Пера был вынужден отвоевывать эти угодья у лесного бога Вэрса и водяного бога Вакуля (Ваись куля).

Предание

Однажды расставил Пера шелковые сети на куниц и попал на ту тропу, на которой охотился сам Вэрса-леший. Тот захотел прогнать Перу с Лупьи и спросил его, как он спит. Тот ответил: «Я сплю как сырой березовый чурбан, даже не дышу, ни звука не слыхать». Настала ночь. Пера в свою постель положил березовую ступу и накрыл одеялом, а сам взял стрелу и забрался в угол полатей. Пришел Вэрса и видит: посреди пола постель, а в ней кто-то лежит, и полная тишина в доме. Он подумал, что это Пера спит, воткнул копье в березовую ступу и сказал: «Третий раз я уже пришел к тебе, наконец-то ты попался!» А Пера с полатей выстрелил в Вэрсу из лука и произнес: «Я тебе трижды не попался, а ты мне попался с одного раза!» Тогда Вэрса побежал от Перы на восток, в сторону Урала, а Пера за ним погнался. Пера настиг его у горы Болванский Камень.

Пера побеждает и водяного — Ваись-куля, заставив его уйти из реки Камы и оставить рыбные места людям. Иными словами, Пера занимается обустройством мира для своего рода. В мифологии подобные персонажи называются культурными героями. Особенно ярко образ Перы как культурного героя проявляется в сюжете об «усмирении» солнца.

Миф

Солнце так сильно стало жечь, что и реки засохли, и земля потрескалась, и начало гибнуть все растущее на ней. Пера собрал своих сыновей, изготовил для них луки и стрелы, увел на самую высокую гору и приказал стрелять в Солнце из луков. Подняли тогда все семь сыновей свои луки и выстрелили из них в Солнце-Огонь. Вместе с ними выстрелил и Пера из своего огромного лука. Задрожало Солнце-Огонь, оторвался от него большой кусок и рассыпался лучами по всей земле.

Миф о культурном герое каждое поколение людей приспосабливает к своему времени, поэтому в преданиях о Пере события могут происходить и при Иване Грозном, и при князе Прикамья, то есть еще раньше, и при русской царице, и даже в советские годы. Однако в любое время Пера всегда помогает людям: при постройке избы один таскает огромные бревна для сруба, борется за интересы крепостных крестьян с графом Строгановым, есть даже сюжет о том, как Пера-богатырь побеждает змея-дракона, выкравшего его невесту. И все-таки, несмотря на все подвиги, Пера вынужден уйти из этого мира так же, как и остальные богатыри.

Предание

Однажды Ен увидел, как Пера кует огромную железную палку. Обратившись в старика, Ен пришел к Пере и спросил, что тот делает. Пера ответил, что кует ось железную. С ее помощью он перевернет Землю — и тогда станет теплее. Ен превратил Перу в камень. Прошло много лет, Ен вызволил Перу из камня и сказал ему: «Ты снова будешь тем, кем был, но и Земля останется такой же, какой была».

В конце концов Пера становится таким сильным, что его перестает держать земля, и он вынужден уйти в горы. По преданиям коми-пермяков, Пера ушел внутрь мыса Курэгкар.

Предание

С восточной стороны горы были ворота. Над ними висел колокол. Перу-богатыря Господь в камень превратил, и он до сих пор там сидит. Как войдешь в ворота, сразу же надо ударить в колокол, иначе богатырь закричит. А если богатырь закричит, так в целой губернии народ вымрет — такой завет наложен.

Памы — волшебники древней чуди

Кроме богатырей, обладавших огромной физической силой, пермяне знали и героев, сила которых была магической: их называли памами. Они были вождями народа и одновременно жрецами древней религии. Памы повелевали водой и огнем, им подчинялись не только люди, но и лешие и водяные.

В XIV веке вождем Вычегодской Перми был Пам-сотник — так он был назван в «Житии Стефана Пермского». Когда Стефан крестил пермян, то Пам-сотник дольше других сопротивлялся христианской религии. Но пам — это не имя, а скорее титул, дошедший до нас из глубокой древности. Пам-сотник был не только правителем, но и главным жрецом. Он общался с богами, и они будто бы наделяли его волшебной силой. Другой пам, Шипича, считается основателем селения в устье реки Сысолы, которое спустя годы стало городом Усть-Сысольском, а затем — Сыктывкаром.

Предание

Шипиче подчинялась вода. Рассказывают, что он прошел под водой от Архангельска до устья Сысолы, выйдя на берег только три раза. Здесь жил колдун Елика, с которым Шипича сразился и победил. Поселился он неподалеку от устья реки, где она впадает в Вычегду. Его сила и бессмертие были связаны с водой. Войдя в любой чан с водой, он волшебным образом переносился в реку. А когда однажды на его дом напали враги, он, преданный слугами, не нашел воды и погиб. Но город, им основанный, до сих пор стоит и хорошеет.

Кудым-Ош

О другом паме известно из преданий коми-пермяков. Его звали Кудым-Ош, и он считается основателем первого поселения на месте нынешнего города Кудымкара. Кудым-Ош в переводе с коми языка означает «медведь Кудым». Согласно мифу, его матерью была жрица бога Войпеля Пэвсин (Одноглазая), а отцом — волшебный медведь.

Предание

В старые времена в наших местах жил чудской народ. Жили чуденины в землянках, в черных избушках, и, как мыши да кроты, зарывались в землю. Крепкие и могучие были чуденины и могли даже бороться с медведем. Самыми сильными были три брата: Купра, Май и Ош, а из них троих самым удалым был Ош. Глаза у него были острые, как у кошки, и ночью он так же хорошо видел, как и днем. Ростом он был в три аршина[24], сила у него была как у трех человек, да и ум ему был за троих дан. Носил он зимой и летом одежду из собольих шкур, а на голову ничего не надевал. Мать его звали Пэвсин. Она была ведуньей, умела и глаза отвести, и с врагом биться, а дружила с водяными и лешим.

Кудым-Ош обладает неимоверной силой, высок ростом, и этим он похож на прежних чудских богатырей. Но, в отличие от них, он еще и обладает умом, что в мифологических историях о героях встречается редко. Как и Пера, Кудым-Ош — культурный герой. Все его дела направлены на то, чтобы обустроить мир своего племени, рода. И то, что совершает молодой пам, делается впервые в мире чуди. Он правитель, и правитель умный. Среди его подвигов нет богатырских деяний, но все его дела направлены на благо своего рода. Это он первым научился добывать и плавить железо и ковать железные орудия.

Предание

А как нашел железо, так сразу стал топоры да ножи ковать. И в первую очередь железные молотки сделал. После этого лодки стали строить. Лодки из тополя делали, карбасами[25] они тогда назывались.

Лодки-карбасы ходили под парусом и могли совершать дальние плавания не только по Куве и Иньве, но и выходить на Каму и Волгу. Это значит, что началась торговля чуди с другими народами, которых рассказчики называют татарами. Конечно, это не татары, а булгары, поскольку исторический фон деяний Кудым-Оша намного древнее татарского нашествия. Понятно, что чудь торговала мехами, которые в ту эпоху были чем-то вроде валюты. Кроме всего прочего, Кудым-Ош научил чудинов крестьянскому делу. Вот как это произошло.

Предание

Однажды плавал Кудым-Ош в устье Волги, и там его хлебом накормили. «Ешь, — говорят, — это нянь, хлеб!» А он боится: «Не пища это! Что это за хлеб такой? Мы такой еды никогда не видели». Но поел, пожевал так немного и спрашивает: «Чье это мясо, какого зверя?» А ему отвечают: «Это хлеб, хлеб!» И показали, как растет хлеб.

Попросил тогда воевода у них хлеба — домой везти. Снял с себя шубу и говорит: «Возьмите мою шубу, а мне семян дайте да научите, как хлеб вырастить». — «Бери, — говорят, — сам сколько хочешь». Взял он, надергал ржи вместе с соломой, потому что она длинная и густая. Думал он, что из соломы хлеб пекут. Взял и овса: очень он показался ему кустистым. Ячмень взял. А пшеница невзрачная — не взял он ее. Вернулся на родину, приказал рожь сеять. Как выросла рожь, испек хлеба.

Как мудрый правитель, Кудым-Ош не только учит чудь новым ремеслам, но и защищает ее от врагов. В преданиях рассказывается, что прежде чудины жили в лесах и их никто не видел. Но со временем людей стало больше, а чудь переселилась ближе к реке. Возле реки жить было лучше, и долго чудины не знали бед. Но однажды их поселения подверглись нападению. И тогда молодой пам Кудым-Ош решил строить укрепленный городок-кар.

Предание

Стал он думать, где построить кар для своего увтыра — рода. Поднялся он на крутой берег, посмотрел вокруг — и понравилась ему гора, на которой располагалось капище. Это было самое удобное место, и не было поблизости другого. Решил молодой князь Кудым-Ош строить на нем кар. Не раз приходила к нему Потэсь, та, что служила богам на этом святилище, умоляла его изменить свое решение. Она угрожала Кудым-Ошу местью всех чудских богов и проклятием. Но сказал Кудым-Ош Потэси: «Большое несчастье нам будет от наших врагов, если мы не укрепимся здесь».

Кар был возведен, укреплен тыном, но коварная Потэсь уговорила Кудым-Оша свататься к дочери вогульского князя. Она надеялась, что пам не вернется из долгого похода. Дело в том, что вогульская княжна Костэ прославилась тем, что вместо головы у нее была лосиная морда. К ней сватались многие, но, увидев лосиную голову, отказывались от женитьбы, и князь их казнил. Однако Кудым-Ош разглядел печальные и красивые глаза Костэ и не отказался от нее. А вскоре выяснилось, что княжна едва ли не с рождения носила маску лосихи, о чем не догадывался никто, даже отец девушки. Поэтому когда после предсвадебной бани лосиный образ Костэ исчез и она предстала перед гостями не безобразной невестой, а исключительной красавицей, то изумлению присутствующих не было предела.

Предание о чудском паме заканчивается счастливой свадьбой, и Кудым-Ош даже прощает коварную жрицу. Но эта история имеет и мифологическую основу. Не будем забывать, что пам Кудым — Ош, то есть медведь. В преданиях часто уточняется, что он носит на груди изображение медведя. Его дальнее путешествие и женитьба на девушке-лосихе — это не что иное, как единение двух родов: медведя и лося. Таким образом Кудым-Ош устанавливает нормы правильного брака, чтобы и в дальнейшем мужчины из рода медведя женились на девушках из рода лося.

Предание

Реку же, по которой пам Кудым-Ош ездил за женой, назвали Иньва, Женская река, а городище-кар, где поселился весь род после возвращения князя, — Ку-дым-кар, то есть городище около реки Ку. На этом месте и стоит теперешний город Кудымкар.

Когда Кудым-Ош стал памом, он надел панские одежды — собольи шубы — и не снимал их ни зимой, ни летом. Поставили чудины на горе Изъюр чомы-шалаши, затем выкопали землянки, а после этого огородили поселение-кар высоким тыном. А в центре городища-кара устроили святилище своим богам.

Предание

На том святилище росла огромная береза, а под ней стояли чудские боги и котел для жертвоприношений. В праздники собирался на священном месте народ. Охотники в честь богов стреляли из луков в метку на столбе. Стрелы оставляли на этом столбе. В жертву богам приносили шкуры пушных зверей, забивали скот, а когда большие сборы жертв были, то меняли меха у татар на серебряные вещи.

Подступы к городищу сторожил сам Кудым-Ош. Тех, кто приходил с миром, он пропускал, а с недругами расправлялся с помощью своих братьев.

Предание

Однажды врагам удалось убить Кудым-Оша, выстрелив ему в сердце. Пэвсин позволила отдать им все добро, сказав своим родичам: «Ничего хорошего они у нас не отнимут». Грабители погрузили все в карбасы, отплыли от городка и вдруг обнаружили вместо награбленного растение борщевик. Поняли они, что обманули их чудины, повернули свои лодки обратно. Но Пэвсин позвала на помощь Войпеля и напустила на лодки такой ветер, что враги повернули вспять. В конце концов им все же удалось прорваться, но мать оживила Кудым-Оша. Он сам напал на врагов, взял их в плен, однако не убил их и отпустил без выкупа. Старая жрица Войпеля разгневалась. «У Северной воды есть Пелют-камень, — сказала она. — Найди его и столько оленей принеси в жертву, чтобы камень этот от крови стал красным. Этой кровью ты смоешь свою вину». И Кудым-Ош сделал, как велела ему старая жрица.

Окончил жизнь Кудым-Ош не так, как чудские богатыри: он не ушел под землю и не превратился в камень. Он умер почти обычной смертью.

Предание

Кудым-Ош жил долго-долго и не старился. Но в конце концов смерть пришла и говорит:

— Помирай.

— Не могу, у меня дела есть. Да и как без меня народ будет жить?

Смерть ушла, и он жил еще долго, до глубокой старости.

Легенды о Степане-крестителе

Проходило время, и менялись представления о героях, защитниках народа. Приняли пермяне-коми христианскую веру, и таким героем стал Стефан Пермский, креститель Степан. Но вот что интересно: в легендах Стефан Пермский обращает в христианство не коми, не пермян, а чудь. И только после крещения чудь становится народом коми. А чудь, которая не пожелала креститься, погребла себя в земле или ушла куда-то навеки. Конечно, едва ли так было на самом деле. Но почти возле каждого коми поселения есть места, известные среди старожилов как чудские. Это может быть ручей, возле которого чудские девочки играли в куклы; или гора, где и располагались чудские землянки; дорога, по которой не желавшая креститься чудь уходила из этих мест. А еще есть особые места — чудские ямы. Возможно, это следы древних поселений, но местная молва говорит, что именно в этих ямах и погребла себя чудь.

А Стефан Пермский в народных легендах предстает могучим волшебником, который на каменном плоту плывет по всем рекам Перми и крестит языческую чудь.

Легенда

Степан плывет по Вычегде на камне. Он под Сереговом плывет: «В Серегово, здесь будет сользавод, век будут с хлебом и солью». Под Ёрысьдином плывет: «Здесь всегда будут с лодками и досками, век им лодки делать». Через Иб плывет: «Пусть здесь всегда спят». Ибские ведь и спят, бывало, долго; дым у них всегда поздно поднимается (печки поздно топить начинают). В Березниках березы были, он и сказал: «Пусть береза всегда будет». Сейчас вот от березы и деваться некуда. В Усть-Выми остановился, здесь и построил церкви. Стефан Пермский, он со Святым Духом плыл, на камень ведь так просто не сядешь.

Сюжеты этих легенд похожи: вот Степан пристает к берегу и крестит язычников, которые сопротивляются крещению и даже хулят его. Вот, проплывая мимо одной вычегодской деревни, язычники забрасывают Степана камнями, и он называет деревню Худой. Или во время плавания по реке Мезени он сходит с камня и идет по воде, моет ноги в ручье, и с тех пор ручей называют Святым.

Легенда

Напротив одного села были большие пороги, нужно было переносить вещи по берегу, и Степан сказал: «Носим». Так и стали называть это село.

Всех подобных легенд не перечислить. Кажется, что все коми села стремились связать свою историю с именем Стефана Пермского. На самом деле все было не так. Во времена Стефана Пермского этих сел просто не было! Например, по историческим документам, село Носим было известно только с 1646 года. И другие села были основаны гораздо позже. Исключение составляют только Усть-Вымь, Яренск, Вотча и еще несколько других поселений. Кого же в таком случае крестил Стефан Пермский?

ЖИЗНЬ ОХОТНИКОВ

Многие думают, что в древности люди жили в таких же селах, как и сегодня, только компьютеров и смартфонов у них не было. Конечно, это не так. В те далекие времена охотничьи народы не жили в больших поселениях. Одному охотнику нужно минимум сто квадратных километров тайги, чтобы прокормить семью, род. Поэтому охотничьи народы всегда малочисленны.

Средневековые коми-пермяне были прежде всего охотниками. Они сеяли рожь на подсеках[26], но земледелие для них было лишь подспорьем. Их поселения были разбросаны по всей тайге-парме, на тысячи километров. То, что Стефану Пермскому удалось крестить этих людей, собрать их в один народ, можно посчитать чудом.

Степан наказывает непокорных язычников

Стефан Пермский как будто перестраивает жизнь пермян, придумывая новые названия селам и деревням, и земля языческой чуди таким образом преображается в известный рассказчикам легенд Коми край. Однако не всегда крещение происходило гладко.

Легенда

Однажды Стефан Пермский поплыл по Выми на каменном плоту. Кого смог окрестить — окрестил, а кто и в ямы зарылся. Есть там деревня Кошки (на коми — Кось), а напротив нее в реке большой порог, где вода прямо-таки бурлит. Стефан и крикнул:

— Стань гладким, порог!

И не стало порога, выровнялась вода.

Жители Кошек сказали Стефану, что они опять ели беличье мясо.

Стефан разгневался:

— Раз так, вечно будете есть беличье мясо!

«Что не так с беличьим мясом?» — спросите вы. Дело в том, что в церковном праве XIV века был прописан запрет на употребление в пищу мяса некоторых животных, в том числе белки и лошади. Нарушителям грозило отлучение от церковного причастия на четыре года.

Жители деревни Кошки нарушили запрет и сказали об этом Степану, чтобы подразнить его. Разгневанный Степан завещал им есть беличье мясо во веки веков, и за ними закрепилось прозвище «едящие белок кошкинцы».

Жителей села Гам, употреблявших в пищу конину, Степан прозвал «гамскими рыжкоедами». Те же гамичи прослыли и «слепородцами» после другого случая.

Легенда

Крещеные, страшась гнева языческих богов, втайне чтили их и продолжали приносить идолам жертвы. Узнав об этом, Степан убеждал их прекратить следовать этому обычаю. Народ обещал перестать, но не раскаивался в том, что поклонялся идолам.

Разгневавшись, Степан произнес слова, до сих пор тяготеющие над жителями Гама: «Народ маловерный! Народ слепой! Да будет Гам слеп во веки!» С тех пор зыряне-гамичи подслеповаты и близоруки, а у прочих зырян слывут «слепородцами».

Степан наказывает непослушных язычников за то, что они не принимают христианство. Но стоит помнить, что это всего лишь легенды и искать в них отражения реальных событий не нужно.

Степан состязается с тунами в колдовстве

Против Степана-крестителя выступают могучие колдуны, на коми языке туны: Ошлапей, Мелейка, Паляйка, Корт-Айка, Кыска. Они свободно передвигаются под водой, управляют ветром, молниями, деревьями, могут обращаться в животных и рыб, их не берет ни меч, ни топор, ни копье — они фактически бессмертны.

Легенда

Тун Ошлапей, что значит «медвежьелапый», жил недалеко от села Туглим в своем городке-каре. Он не трогал туглимцев, пока они были язычниками, но, как только они приняли православие, стал им вредить. Крал их скотину, даже убивал охотников, и туглимцы позвали на помощь Стефана Пермского. Тот выбрал из туглимцев несколько самых сильных и ловких охотников, велел взять с собой луки и копья и посадил их за весла. Поплыли они вниз по Вычегде и увидели вскоре кар-городище могучего туна на высоком берегу реки. Взять туна-разбойника оказалось непросто. Река вдруг покрылась огромными волнами, бросая лодку Степана, словно щепку. Но Степан произнес заклятие — и волны стихли. Тогда Ошлапей обратился в огромную щуку и напал на лодку. Степан ударил щуку веслом наотмашь — и она исчезла в пучине. Спутники Степана поднялись к кару, а из ворот им навстречу вышел огромный бурый медведь Ошлапей. Охотники пустили в него стрелы, но они отскочили от заговоренного тела туна и упали на землю, не причинив ему вреда. Тогда охотники бросили в него копья, но и они не пробили шкуру.

Сказал Степан друзьям: «Если уж стрелы и копья бессильны против колдовства, то убьем его колдовским же способом». Велел он охотникам повернуться к туну спиной и, наклонившись, стрелять из лука промеж своих ног. Так и поступили охотники — и вонзились стрелы в грудь колдуна. Заревел медведь, рухнул на землю и обернулся опять человеком, только лапы медвежьими остались. Стали бить его копьями, но колдун все не умирал. Степан догадался, что смерть колдуна не в его теле, и велел разрезать пояс, которым колдун подвязывал штаны. И сразу испустил дух Ошлапей. Похоронили туна, а вскоре там и люди поселились, и стали называть то село Ошлапье.

Поединок Степана и туна — это состязание в магии. Начинает обычно тун, а Степан отвечает. Например, в единоборстве с Паляйкой — туном села Тыдор — Степан идет по воде Вычегды, тогда как колдун плывет под водой. Видя, что тун силен, Степан произносит заклятие — и тун начинает задыхаться. Вынырнувшего колдуна Степан бьет крестом по голове и заставляет снова нырять под воду. Корткеросский тун Корт-Айка и печорский Кыска промышляют тем, что перетягивают поперек рек железную цепь, чтобы не пропустить проплывающего Степана. Святитель крестом ударяет по цепи — и она лопается. Когда неуязвимый для оружия, обладающий железным телом Корт-Айка идет напролом на Степана, тот бьет его крестом по голове — и тун падает как подкошенный, сразу испустив дух.

Несмотря на захватывающий сюжет колдовского поединка, главный мотив легенд заключается в том, что Степан-креститель выступает как освободитель Коми земли от чудовищных языческих властелинов-тунов. Если вспомнить все легенды о его плаваниях на камне, о крещении чуди, то кажется, что эти легенды как бы очерчивают новый христианский мир, отличный от прежнего, языческого. В этом мире среди древних «чудских» или пермских названий различных географических мест появляются другие, уже связанные с именем Стефана Пермского, с его легендарными деяниями. И в этом новом христианском мире именно коми народу уготовано место «на земле», а языческой чуди — под ней.

Лесные и домовые духи

Богиня-мать

В Патриаршей летописи, в статье о Стефане Пермском отмечается, что крещенные им пермяне прежде молились идолам, солнцу, огню, воде, камням, деревьям, волам, волхвам и Золотой бабе. Так впервые было упомянуто об одном из самых загадочных феноменов мировой истории — Золотой бабе. В Европе о ней становится известно в XVI веке из сочинения Матвея Меховского[27] «Трактат о двух Сарматиях»: «За областью, называемой Вятка, по дороге в Скифию, стоит большой идол, Золотая баба, что в переводе значит “золотая старуха”. Соседние племена поклоняются ему, и никто, проходя поблизости или гоня и преследуя зверя на охоте, не минует идола с пустыми руками, без приношения».

Рассказ о золотой статуе подхватили другие европейские авторы. Многие разыскивали статую, но не нашли. А существовала ли она на самом деле?

У этих авторов всегда говорилось только о золотой статуе, и именно она интересовала искателей. Лишь в летописи речь идет не о статуе, а о поклонении Золотой бабе как богине. Золото в древних культурах считалось солнечным металлом и напрямую связывалось с почитанием солнца. В мифах оно предстает как то, без чего невозможна жизнь на земле.

Миф

Создал Омэль месяц. Он светил, но не грел. Когда крестьяне посеяли хлеб, ничего не взошло. Люди стали от голода умирать. Видя это, Ен сказал: «Если он месяц сделал, я сделаю солнце» — и сотворил солнце. Трава и хлеб начали расти, скот стал питаться травой, а люди — греться на солнце.

В представлениях древних людей солнце — это не просто огненный шар. В одном из мифов оно появляется в виде живой девушки, навеки разлученной с любимым человеком.

Миф

Колдун рассердился на парня и девушку и разлучил друг с другом, забросив на горячую и холодную звезды. И приказал звезде, на которой находилась девушка, появляться днем, а звезде, на которой жил парень, — ночью. С тех пор солнце восходит и светит днем, а месяц — ночью. Они никогда больше не встречались друг с другом и не встретятся.

Совсем не случайно именно девушка превращается в солнце. В пермской мифологии оно было женским божеством.

У многих народов мира символом солнца было копытное животное: олень, лось, даже корова или лошадь. Был и общий для многих мифологий Сибири и Севера Европы миф о космической охоте, где рассказывается о копытном животном, за которым по небосклону гонится охотник. Помните предание об Йиркапе? Он преследует лосиху, а его лыжи скользят не по снегу, а по небосклону. В основе этого сюжета — древний миф о погоне за солнечной лосихой, объясняющий смену дня и ночи, а также и времен года.

Языческая религия ушла в прошлое, и имена ее богов забылись. Охотник-медведь мог быть божеством грома, а возможно, был и родоначальником рода медведя. Ведь не случайно же в преданиях отцом таких героев, как Пера и Кудым-Ош, является медведь. А Золотая баба (на коми — Зарни Ань) вполне могла быть солнечной богиней.

И вот тут самое время обратиться к археологии. В середине XIX века ученые обнаружили загадочные бронзовые изделия с изображениями зверей, птиц, различных фантастических существ, которые находили при археологических раскопках в Прикамье. Их называли «чудскими образками», «шаманскими бляшками», а в ХХ веке стали говорить о пермском зверином стиле как уникальном явлении мировой культуры. Временем его расцвета считают III–XII века нашей эры. Ученые полагают, что лоси, олени, медведи, утки, хищные птицы, насекомые, изображенные на чудских образках, отражают представления древних людей о мире. Птицы и головы лосей символизируют верхний мир небесных богов, крылатая женщина-лосиха — срединный мир. Под ее ногами располагается ящер — символ нижнего мира. Богиня — повелительница мира людей, Богиня-мать, связывала воедино мир людей с миром небесных богов. Эта Богиня-мать и есть Золотая баба, Зарни Ань в мифах коми. С ней ассоциируется и образ солнечной лосихи в древней мифологии.

Миф

Омэль решил украсть с небес солнце, чтобы навредить Ену. Поднялся он на небо, но открыть небесные двери не смог. Тогда обманул коварный Омэль жену Ена, и приоткрыла она створку дверей. Буйным ветром ворвался на небо Омэль, сбросил жену Ена и ее детей на землю. Отыскал в жилище Ена шелковый лоскут, в один миг сшил себе рукавицу, влез на дерево и попытался схватить солнце. Но ему удалось взять только половину солнца, да и ту он не смог удержать. Она полетела и остановилась рядом с другой половиной, и тогда обе закружились и сделались круглыми. На одном круге остались от пальцев Омэля темные пятна. Ен назвал этот круг Тэлысь (от слова тэл, что означает «зима», «ветер»). А жена Ена так и осталась на земле.

Подобные сюжеты есть и в мифологиях других финно-угорских народов. Миф о небесной деве известен в мифологии саамов, эстонцев, мари. Финская дева воздуха Ильматар опускается в воды первичного океана, чтобы родить будущего творца мира Вяйнемейнена. Обско-угорская Калтащ, подательница жизни, сброшенная с неба Торумом, рожает бога Мир-Суснэ-Хума в воздухе, между небом и землей. Мордовская Анге-Патяй, дом которой на небесах, обеспечивает жизнь на земле.

А для чего нужно, чтобы женская богиня оставалась на земле? Да для того, чтобы поддерживать на ней жизнь. Великая Мать богов покровительствует рождению всех живых существ. Через нее животные, птицы, растения и люди связаны друг с другом узами родства. Пермская Золотая баба тоже Богиня-мать, повелительница мира людей. Одно из ее имен — Шонди-мам, что означает «Солнечная мать».

Лес-Вода

Богиня-мать была повелительницей срединного мира и самим срединным миром.

Как уже отмечалось выше, небеса в коми языке назывались енэж, что означает «божий луг». Название нижнего мира забылось, вытесненное христианским словом ад. А срединный мир? Родина пермских народов — лес, тайга, парма. Дорогами в тайге служат реки. Поэтому срединный мир для коми — это лес и вода, которые в языке коми обозначаются одним словом: Вэр-ва — «Лес-Вода».

Отношение древних людей к лесу и воде отразилось в правилах поведения, которые исследователи фольклора называют магическим этикетом, то есть правилами обращения со сверхъестественными силами.

Поверье

Когда идешь в лес, надо попросить разрешения у Леса-Воды-матушки. В лесу нельзя деревца ломать, причинять кому-либо вред. Увидишь гнездо утки или другие гнезда — не тронь! Пусть растят птенцов. В лесу нельзя ругаться. Нельзя обижать природу, ведь лес поит и кормит.

Отправляясь в лес и перед тем, как пройти через речку по деревянному мостику, пожилые женщины, перекрестившись, кланяются и произносят: «Ен-батюшка, Лес-Вода-матушка, благослови меня по-хорошему воду перейти и по-хорошему в лес сходить!» Затем они омывают лицо водой и пьют воду из горсти, после чего идут в лес и приносят много грибов.

Чтобы найти потерявшегося в лесу теленка, нужно принести в лес что-нибудь вкусное и вылить в ямку. Тогда теленок сам прибежит обратно. Обычай приношения даров лесной богине сохранялся до недавнего времени.

Богиня-мать покровительствовала не только лесной охоте, но и женским ремеслам. Об этом можно судить по знакам солнца на прялках, ткацких станах и некоторых других предметах, которыми пользовались женщины. Кроме того, она, несомненно, ведала и плодородием домашних животных. Это особенно касается коровы, которая считалась в культуре коми едва ли не священным животным.

Миф

Когда-то давным-давно коров доили мужчины, не доверяя это женщинам. Как-то одна корова исчезла. Мужчины отправились на поиски, но не могли ее отыскать. А хозяйка повстречала в лесу женщину, которая назвала себя Хранительницей коров от нечистой силы и научила правильно с ними обращаться. Напоследок она объявила, что теперь только женщинам можно доить коров и ухаживать за ними.

Это «право женщины» на корову не что иное, как установление мифической связи между женщиной и Богиней-матерью, пришедшей к женщине в образе Хранительницы коров. Через корову и ее хозяйку на всю семью как бы распространяется божественная благодать. Именно поэтому в приданое невеста всегда брала телку от коровы своей мамы, чтобы коровий род не прерывался, да и связь с родным домом оставалась.

Конечно, в христианскую эпоху образ Богини-матери сливается с образом Богородицы. И это не случайно, ведь коровьи ясли считались легендарным местом рождения Христа, а сама корова — животным, особо отмеченным Богородицей.

Вэрса-леший, охотники и лесные законы

Коми — народ охотников. Конечно, люди древности знали и крестьянский труд. Но в те далекие от нас века, когда земля коми называлась Пермью, главным занятием пермян все же была охота. По-другому и быть не могло: редкие селения и малые городки-кары пермян окружала дремучая тайга-парма и непроходимые болота. Выращивать хлеб в таких условиях было неимоверно трудно. Проще было его выменять на то, что добывалось охотой и рыбной ловлей.

Охота была сезонной. Летом мужчины занимались крестьянским трудом, а в начале сентября отправлялись в лес и охотились на лесную дичь, а с октября по декабрь добывали пушного зверя. Зимняя охота начиналась в середине января и заканчивалась в середине апреля.

Для охотников лес — это не просто территория, поросшая деревьями. Лес-Вода (Вэр-ва) — огромное мыслящее живое существо, населенное живыми разумными обитателями вэр олысьяс: деревьями, животными, духами леса и воды. Поэтому перед выходом на охоту совершали обряды. Жена крестила мужа, чтобы отвести от него несчастье. На столбе возле дома охотники вырубали топором знак рода — пас. Таким образом охотники оставляли дома частичку себя, чтобы дух одарил охотника везением и он вернулся с добычей.

Лесные духи

Лес, таинственный и могучий, начинался сразу за околицей деревни. Он кормил и поил, давал одежду и материалы для изб, вся жизнь коми была связана с лесом. Однако лес так и оставался миром потусторонним. И, отправляясь на охоту, человек больше опасался не хищных зверей, а обитавших здесь лесных духов вэр олысь. Это и духи леса, исконные его жители, это и души заблудившихся и погибших здесь людей. Особенно опасными считались души проклятых детей. Пусть даже случайно, в сердцах вырвалось проклятие у матери — ребенка тут же забирали духи леса. Помните того мальчика, которого чуть было не утащил шувгей в образе старика? Таких случаев было множество.

Лесные духи передвигаются вместе с ветром. Поэтому если в лесу поднялся вихрь или неожиданно подул сильный ветер, возможно, это лесные обитатели куда-то спешат по своим делам. Они летают по определенным дорогам, и там человеку нельзя оставаться на ночлег или строить жилище.

Находясь на промысле, охотники часто ночуют на открытом воздухе, располагаясь под елью и разжигая костер-нодью из двух бревен. Укладываясь спать, надо помнить о том, что деревья тоже живые и с ними нужно обращаться вежливо. Следует спросить у ели, можно ли здесь заночевать. Если можно, ель ничего не ответит: ветви не ломает, ни звука не будет слышно. Это значит, что ель приняла охотника и дух ели будет его защищать.

Бывальщина

Один охотник далеко ушел от лесной избушки. Шел, шел, притомился и решил заночевать под елью. Встал возле дерева и сказал: «Ель, пусти меня переночевать». Дерево зашумело, хотя ветра не было. «Это не к добру шумит, наверно, не хочет, чтобы я здесь ночевал! Пойду дальше». Лег под другое дерево, и никакого шума не было, значит, ему разрешили там заночевать. Утром он поднялся и увидел, что то, первое, дерево повалилось, будто ураган прошел. Если бы он остался под тем деревом, ему бы несдобровать.

Духи охотничьих избушек

У каждого охотника есть охотничье угодье[28] — большая территория леса с речками и озерами. В ее центре — охотничья избушка вэр керка и хозяйственные постройки. От избушки расходятся охотничьи тропы-путики, возле которых ставят капканы и ловушки. В прежние времена половину года, а значит и половину жизни, охотник проводил в лесу, в своей избушке и на путиках. Избушка — это не просто домик: она сама живая и в ней живет дух избушки. Поэтому и обращаться с ней нужно как с живым существом.

Магический этикет

Если ночь застала возле чужой избушки, нужно перекреститься, постучать и сказать: «Избушка-матушка, пусти переночевать да отдохнуть». Палку, которой дверь запирают, убери и поставь рядом. Уходя, наколи дров, оставь соли, сухарей, чаю, пару куропаток повесь на суп — для другого человека, который придет в избушку. В холоде это не испортится. Перед уходом снова перекрестись.

Лесные избушки отапливаются по-черному. Это значит, что вместо обычной печи в углу избушки находится очаг, сложенный из камней, — каменка. Трубы нет, а дым уходит через отверстие в стене и открытые двери. Конечно, с точки зрения городского жителя, это неудобно — как говорится, дым «глаза выест». Но для охотника, который в зимнюю пору прошел по путикам не один десяток километров, такое устройство избушки в самый раз. В избушках можно и помыться с дороги, и попариться, как в бане, поэтому их нередко называли баньками — пывсян. И в каждой такой избушке-баньке жил дух-хранитель, которого иногда называли банником (пывсянса). Перед тем как переступить порог, надо постучать, попросить у банника разрешения войти. Тогда банник будет тебя оберегать, чтобы и зверь-медведь в избушку не вошел. А иначе банник может предстать и человеком, и волком, и медвежьими глазами. Даже хозяину охотничьей избушки нужно было вести себя вежливо, стучаться и просить разрешения войти.

Бывальщина

Один охотник зашел в свою избушку без спросу. И только он лег спать, как откуда-то прилетела лошадиная нога и ударила его. Испугался охотник, убежал из этой избушки и даже охотничий промысел забросил.

Леший

Хозяином леса является Вэрса-леший. У него много имен. Его также называют лесным дядей, лесным человеком, лесным стариком, мохнатоухим, круглоглазым и просто русским прозвищем лешак. Всех его имен-прозвищ не перечислить. Видимо, они давались в зависимости от того, каким Вэрса себя показал.

Вэрса может менять внешность и предстать гигантом, ростом выше всех деревьев, уродливым, с вывернутыми пятками, мохнатым, медведем. Но часто он выглядит как обычный высокий человек в черном суконном кафтане. Лесные духи живут в чащах и занимаются обычным крестьянским трудом. А когда Вэрса-леший обходит свои угодья, его сопровождает собака.

Все, что есть в лесу, находится в цепких руках Вэрсы-лешего. И получить это можно было только при правильном поведении. Уходя на промысел, охотник старался расположить к себе Вэрсу. Надо было обязательно оставить хоть кусочек хлеба на пеньке и сказать: «Лешак, бери, лесной дядя, бери это, я тебе даю, а ты мне дай зверей и птиц».

Магический этикет

Охотники знали, в какое время и в каком количестве можно добывать дичь. В определенное время можно ловить одних зверей и птиц, а других — нельзя. Если поймаешь слишком много, в следующем году дичи не будет. Если пожадничаешь и лишнее испортится, охотничьей удачи больше не видать. А если поладишь с лешим, то дичь сама в руки идет.

Бывальщина

Говорят, что лешак защищает охотников. Иногда они видят, как он скачет по деревьям, снег перед ними с деревьев сбрасывает, чтобы он на них не упал, или идет за ними, оставляя в сугробах свои следы.

Если охотник нарушит лесные законы, то лесные духи станут ему вредить. Могут мостик разрушить прямо перед ним — и охотник речку не сможет перейти, могут увести его собаку в глубину леса, так что она не найдет обратной дороги, а могут зайти в избушку охотника и не давать ему спать. Бывалые охотники считают, что в таком случае нужно попросить прощения у лешего или у лесной избушки.

Бывает, что человек начинает кружить по лесу, постоянно возвращаясь на то же самое место. В таком случае говорят, что это леший «водит».

Бывальщины

Мой дядя рассказывал, что его отец однажды заблудился в лесу. Он пошел на охоту и что-то скверное сказал или крикнул. А если выругаться в лесу, будешь ходить по кругу. И вот дядин отец, куда ни пойдет, обратно на то же место возвращается. Потом понял, что лешак его «водит». Попросил прощения — и лешак его отпустил.

А еще старые люди рассказывают, что Вэрса похищает людей. И совсем не обязательно это те, кого кто-то проклял. Вэрса селит их в своем доме и заставляет работать. Если похищенный человек не будет есть и пить в доме лешего, тот может его и отпустить. Был случай, когда Вэрса похитил маленькую девочку. Она три дня жила в его доме, подметала пол и нянчила ребенка, а потом леший ее отпустил.

Бывает и так, что для похищенных меняется ход времени. Так случилось с молодой женщиной-геологом в 1930-е годы. Она пробыла в доме Вэрсы пять лет, а вернулась седой старухой.

Охотники-колдуны

Зимняя охота проходила далеко от дома, нередко даже на расстоянии больше ста километров. Поэтому охотники собирались в артели и все делали сообща, а в конце сезона добычу делили поровну. Часто во главе такой артели становился опытный охотник-колдун, его называли «хозяин». Считалось, что некоторые колдуны получают свою силу от лесных духов. Хозяин знал, как надо вести себя в лесу, и мог наладить контакт с Вэрсой, а также охранял свою артель от колдовских чар других хозяев. Случалось, что две артели на соседних угодьях ссорились друг с другом и начиналась схватка двух колдунов-хозяев. Каждый из них пускал в ход все свои силы и способности. Они портили ружья друг у друга, сбивали с толку собак, чтобы те не находили добычу, даже могли сделать так, чтобы другая артель видела не белок, а то, что им внушает колдун.

Бывальщина

Рассказывают о двух колдунах-хозяевах, живших давным-давно: Паляйке и Вежайке. Были они на дальнем угодье, Паляйка один, а Вежайка со своей артелью. Хвастался Вежайка своей охотничьей удачей: мол, тебе, Паляйка, только на печке лежать да тараканов ловить, а не на зверей охотиться. Но Паляйка был сильным колдуном и на следующий день пришел с богатой добычей, а артельщики с Вежайкой не принесли ничего. Повторялось это несколько раз. Хотел Вежайка даже убить Паляйку, но тот прочитал заговор — и артельщики до утра стояли возле его постели с занесенными вверх топорами. Тогда сказал Паляйка: «Будет вам добыча, а я не буду охотиться. Только знайте: я без добычи из леса не уйду». Прошел месяц-другой. Охотники взяли большую добычу и собрались возвращаться домой. Вдруг погода резко изменилась. Посреди зимы пошел ливень. Идет дождь день, два, три. Сугробы растаяли, речки вышли из берегов, и вода подошла к баньке. Охотники забрались на крышу, а вода все прибывает. Тогда они залезли на ближайшее дерево и стали ждать, когда уйдет вода, но она все прибывала. Охотники поднялись уже на самую верхушку дерева. Тогда Вежайка закричал во весь голос и от имени своих товарищей обещал уступить половину осеннего промысла Паляйке, если он спасет их от наводнения. Вода сразу же ушла.

А что же Вэрса? Конечно, он был на стороне Паляйки и помог ему. Ведь будь Вежайка поумнее да соблюдай лесные законы, леший никогда бы его не наказал.

Так рассказывали старики, но есть ли еще на свете лесные духи? Вот что говорят деревенские жители.

Бывальщина

У нас теперь большие машины ездят. Дед говорит, что лешего напугали и он убежал, а за ним следом ушли звери и птицы. Раньше ни волк, ни медведь ни разу в село не заглядывали, потому что лешаки оберегали людей. Но тех, кто не выполнял лесных законов, они наказывали.

Васа — хозяин подводного мира

В мифологии коми Васа — хозяин воды, водяной. Как и у Вэрсы-лешего, у водяного много имен. Но в отличие от Вэрсы, которого часто называют по-русски лешак или леший, Васа имеет только коми имена.

ИМЕНА ВОДЯНОГО

Водяного называют куль, ва куль («водяной куль»), куль пэль («куль старик»). Есть водяные озерные — тыысь ва куль («озерный водяной куль»), даже у каждого ручья есть свои водяные духи — шорса.

Водяные духи живут в подводном мире в обычных крестьянских избах, у них есть свое хозяйство, подворье, стада коров и лошадей, а утонувшие люди служат у них работниками. Свой скот водяные пасут на земле по ночам. Можно поймать корову водяных, потому что эти коровы дают много молока. А узнать их просто: шагая по траве, коровы водяных не оставляют следов, даже росу с травы не стряхивают.

Бывальщина

Мать рассказывала мне. Шла она как-то раз рано утром и на заболоченном берегу озера увидела стадо коров. Они не стряхивали росу и не оставляли следов. Мать догадалась, что это коровы водяных. Пастух спал. Мать сняла нательный крест и подвязала к поясу, потом подошла к одной корове и накинула на нее пояс. Тут пастух проснулся и стал кричать. Стадо коров погрузилось в озеро. Но та корова, на которой оказался крест, осталась. Пастух не смог ее забрать. После этого три ночи подряд к матери приходили за коровой. Встанут под окном и говорят: «Раб, верни корову!» На третью ночь к ней пришла старушка и прогнала их. После этого уже не приходили. Удойливая корова была, но свою породу не продолжила — у нее только бычки рождались.

Водяные считают себя выше человека и называют его своим рабом. Отвадить водяных духов — кулей смогла только старая колдунья. Видимо, она получала свою силу от водяных. Однако поймать корову или лошадь водяных — та еще задача. Не каждому она по силам.

Васа-водяной строго следит за соблюдением законов рыбного промысла. Рыбакам нельзя ссориться на берегу, бросать в воду мусор. Даже ловить рыбу в грязной одежде запрещается, иначе вместо рыбы в сети попадется конский навоз. Но к тем, кто соблюдает рыбацкие заповеди, у Васы совсем другое отношение.

Бывальщина

Рыбаки говорят, что Васа больше любит людей, чем лешак. Он нередко им помогает. С пустыми руками никогда рыбака не оставит: что-нибудь да даст. Если лодка лопнет, а река широкая, Васа поможет до берега доплыть. Однажды рыбак уже почти утонул, но Васа повернул течение реки, чтобы рыбак выбрался на берег.

Чтобы задобрить водяных духов, нужно делать им приношения. Рыбаки перед ловом бросали в воду хлеб с маслом, яйца, блины. Первую пойманную рыбу отпускали, а иногда и последнюю тоже. Раньше даже лодку топили — отдавали водяному, — чтобы он больше рыбы давал.

Если рыбак нарушил законы промысла — например, поставил сети так, что рыба не может пройти на нерест, — то водяные духи наказывали такого рыбака. Васа может выйти из воды, рыбак его и не заметит. А он оборотится в волка или в медведя, да и столкнет его в воду. Много рыбаков и охотников так утонуло, потому что не знали законов Васы.

Васа считается более опасным, чем Вэрса-леший. Казалось бы, оба они существа потусторонние, но с водяным лучше не встречаться: это к добру не приведет.

Бывальщина

Наша бабушка осенним вечером возвращалась с уборки льна. Проходя возле реки, она увидела, что кто-то стоит по колено в воде. Подошла она поближе, встала за дерево и начала рассматривать стоящего. У него были черные волосы до колен, большие глаза, длинный нос, очень широкий рот, похожие на овечьи уши, длинные пальцы с острыми ногтями. Бабушка подумала, что это человек. Сначала он мыл голову, а потом стал что-то вытаскивать из воды и класть на себя. Бабушка вышла из-за дерева и спрашивает: «Ты что там делаешь?» А он не отвечает. Тогда бабушка крикнула: «Ты что, глухой, что ли? Почему молчишь?» Он посмотрел на нее и говорит: «Что вы всё так поздно здесь ходите? Утащу тебя в омут. Многих я сюда перетаскал, и все они сейчас возле меня живут». — «А кто ты такой?» — «Я водяной, куль, и тех, кто меня не боится да поздним вечером купается здесь, я затаскиваю к себе». Бабушка испугалась и убежала.

Бабушке рассказчика повезло, но так бывает редко. Появление водяного само по себе предвещало, что Васа кого-то хочет забрать к себе. Если от берега напротив села послышится женский плач, то обязательно что-то случится. Каждую ночь плачет Васа и прекращает, как только человек утонет. Иногда можно увидеть Васу в облике девушки, расчесывающей волосы на берегу реки.

В каждом ручье, реке, озере мог жить Васа, но постоянным местом его обитания были глубокие омуты, водовороты и мельничные пруды. Говорили старики, что с каждым мельником Васа заключал договор, чтобы мельничное колесо постоянно крутилось и мельница работала.

Васа похож на человека, но часто выглядит пугающе. У него зеленые илистые волосы, большая голова и железные зубы. Одет он в зеленый кафтан. А когда Васа бросается в воду, то поднимается буря и волны захлестывают берег. Часто водяной является в виде огромной щуки. Считалось, что щука-водяной может стоять головой вниз по течению. Такую рыбу ни в коем случае нельзя бить острогой[29], так как она может обратить острогу против самого рыбака.

Бывальщина

Однажды ночью два человека отправились ловить рыбу с острогой. Проплывают под ивой и видят что-то вроде рыбины. Тот, кто держал в руках острогу, спрашивает рулевого: «Возьмем эту рыбину?» Он отвечает: «Давай бей!» Ударил первый — и древко остроги сломалось. Рулевой и говорит: «Давай-ка побыстрей отсюда уйдем! Это не рыба была». Когда они вышли на берег, рулевой сказал другому: «Давай снимай одежду!» Снял тот одежду, и рыбаки сделали из нее чучело на берегу, а сами пошли в баньку спать. Утром они увидели, что у чучела грудь пробита, а потом и древко остроги сломалось. Эта рыбина была водяным бесом.

Вот такой он, Васа, ва куль — хозяин подводного мира, исключительно опасный персонаж. Но как-то уживались люди с водяным.

Духи дома и бани

В большом крестьянском доме духов было не меньше, чем в лесу или в водах. Все они были невидимы, как говорили крестьяне — тыдавтэм, «невидимки», но для людей они были так же реальны, как жившие с ними кошки и собаки. Одни из них были добры к людям, другие, вроде титимеры, вредили: бросали вещи, опрокидывали ведра с водой, втыкали ножницы в стену. Сегодня это назвали бы полтергейстом, а в XIX веке приглашали колдуна или священника, чтобы их утихомирить.

Олыся-домовой

В крестьянском доме размещаются и комнаты-избы для людей, и крытый двор с сеновалом — сарай, под которым находится хлев для домашней скотины: коров с телятами, лошадей и овец. Дом должен быть живым, и, чтобы он ожил, нужно обязательно завести в нем домового. Коми домовой — олыся, что значит «жилец». Нередко его и называют переделанным русским словом жылеч.

Поверье

Олысю-домового приносят из старого дома. Обычно берут домового с печи. Читают заговор или молитву, чтобы домовой вышел, берут его в коробочку с пухом, чтобы мягко ему было. Он сядет в коробочку, и так приносят его в новый дом. А в новом доме домовой поселяется в подполе. Обычно он невидим, но мог появиться в облике кошки или собаки, в виде мохнатого комочка и даже человека.

Домовой следил за тем, чтобы дома всегда было хорошо, чтобы люди были здоровы, чтобы скотина не болела. Бывало даже, что корове не хватало корма и домовой сам приносил ей сено. Кроме того, он мог предсказать будущее. Надо только не испугаться и спросить его, к добру или к худу он показался. Как скажет домовой, так и сбудется.

Быличка

Доила я корову, и вдруг возле ног белая кошка прошла. Такую белую кошку я в жизни не видела, прямо неестественный цвет. Я так испугалась, что не успела спросить, к худу или к добру. Рассказала маме, и она ответила, что это к хорошему. Корова наша очень долго жила, и много молока у нее было.

Если домовой обижен на хозяев, он начинает их «давить» по ночам. Говорят, будто он вскакивает на грудь спящему — и тому снятся кошмары. Но и в этом случае полагается потрогать домового, и если он будет мохнатым, то это предвещает богатство.

Обиженный домовой начинает проказничать: заплетает волосы спящим, запутывает гривы лошадям и гоняет их по конюшне. В этом случае домового надо умилостивить чем-нибудь вкусным. Хорошие хозяйки каждый день оставляют для него свежее молоко и шанежку возле печки.

Домовой не может жить без своих хозяев, его нельзя оставлять одного. Поэтому при переезде всегда стараются перевезти его в новый дом. Если дом оставался без хозяев, из него слышался плач домового.

Пывсянса-банник

Как упоминалось выше, духа бани, банника, коми называли пывсянса. А банницу-женщину звали Вежа Гурань, что означает «хозяйка печи-каменки», иногда добавляя «матушка».

Добрые или злые духи бани? Если вести себя правильно, они не вредят. В бане нельзя задерживаться надолго. Считается, что после третьей партии людей в бане начинают париться сами банники и заходить в баню уже не следует.

Бывальщина

Одна женщина пошла париться четвертой партией, потому что замерзла. Она вошла в баню, а там парится банник, волосы длинные расчесывает. Женщина обратно попятилась. «Голоухая, сумела выйти, а то бы я тебя хорошенько попарил!» — услышала она вслед.

Банник назвал женщину «голоухой», потому что у него самого уши мохнатые. Баня считается опасным местом, главным образом из-за непредсказуемости банного духа. В бане нельзя было оставлять маленького ребенка одного: банник мог подменить его другим, сделанным из полена. Подмененного ребенка называли вежэм. Настоящий ребенок в это время рос где-то в потустороннем мире и мог однажды вернуться к родителям. Надо было только узнать его и вовремя набросить на его шею крестик.

Много духов в коми избе. Есть духи овина, сарая, свой дух живет в хлеве, в конюшне и в кузнице. Они и помогают людям, и пугают их. О каждом из них — свои истории, и рассказывать их можно долго. Оставим их для другого раза.

МИФ Детство

Подписывайтесь на полезные книжные письма со скидками и подарками: mif.to/d-letter

Все книги для детей и родителей на одной странице: mif.to/deti

#mifdetstvo

#mifdetstvo

Над книгой работали

Иллюстрации Любови Мустафиной

Руководитель редакционной группы Анна Сиваева

Шеф-редактор Татьяна Медведева

Ответственный редактор Любовь Неволайнен

Литературный редактор Антонина Семенова

Художественный редактор Татьяна Сырникова

Корректоры Лилия Семухина, Анна Погорелова, Татьяна Князева

ООО «МИФ»

mann-ivanov-ferber.ru

Электронная версия книги — ООО «Вебкнига», 2026

Примечания

1

Старинное коми название Урала — Из («камень). Так же называли Урал и на Руси. Здесь и далее прим. авт., если не указано иное.

2

Стефан Пермский, в миру Степан Храп (ок. 1340–1396) — епископ Пермский, святитель, просветитель Перми, апостол зырян. Прим. ред.

3

Коми пасы — знаки рода, которые использовали как обереги и в качестве знака родовой собственности. Их ставили на предметы быта, например на прялки, ими обозначали охотничьи угодья.

4

Братина — старинный большой сосуд, в котором подавались напитки для разливания по чашам.

5

Эол — в античной мифологии бог ветра.

6

Так называли ненцев.

7

Рабо Ш. Путешествие по Среднему Поволжью и Северу России. СПб.: Алетейя, 2024. С. 167.

8

Каллистрат Фалалеевич Жаков (1866–1926) — писатель, философ, математик, этнограф, первый исследователь мифологии коми.

9

Толокно — мука из поджаренного очищенного овса.

10

Долото — инструмент для долбления отверстий.

11

Сечка — рубяще-режущий инструмент, тяжелый нож с широким клинком.

12

Паголенок — голенище чулка или чулок с отрезанным носком.

13

Грядка — шест, перекладина или полка, приспособленная в крестьянской избе для вешания одежды, просушки дров над печью, хранения муки.

14

Помочь — у крестьян так называлась помощь друг другу в труде.

15

Пай — часть, доля.

16

Старица — участок прежнего русла реки, который со временем превратился в отдельный водоем.

17

Овин — строение для сушки снопов.

18

Пестерь — плетеная из лыка корзина, короб.

19

Цверги — название карликов в скандинавской мифологии.

20

Тшамья — амбар (кладовая) на длинных ножках возле охотничьей избы.

21

Иван Иванович Лепёхин (1740–1802) — русский ученый-энциклопедист, путешественник, естествоиспытатель, лексикограф, академик Императорской академии наук и художеств в Санкт-Петербурге.

22

Утир (коми-перм.), войтыр (коми-зыр.) — «народ»; коми утир, коми войтыр — «коми народ», «коми люди».

23

Лепёхин И. Продолжение дневных записок путешествия по разным провинциям Российского государства в 1771 году. СПб., 1780. С. 194–195.

24

Три аршина — примерно 2 метра 13 сантиметров.

25

Карбас — парусное судно средней величины.

26

Подсека — расчищенное для пашни место среди леса.

27

Матвей Меховский (ок. 1457–1523) — польский историк и географ эпохи Ренессанса, профессор Краковского университета, придворный врач и астролог короля Сигизмунда I.

28

Охотничье угодье — территория для охоты в собственности семьи или рода охотника. Передается по наследству.

29

Острога — орудие для рыбной ловли в виде вил с несколькими зубьями.

Content

Павел Лимеров
Пермские мифы для детей

Информация от издательства

Предисловие

История и мифология пермских народов

Кто такие коми и при чем здесь Пермь?

Легендарная страна Биармия

Загадка названия народа коми

Историческая родина коми

Мифология коми

Пермяне и святитель Стефан Пермский

Сотворение пермского мира

Как создавалась земля

Ен и Омэль

Война демиургов

Сотворение человека

Йома

Войпель

Гора гнезда ветров

Дарук Паш

Шувгей

Дети Войпеля-Шуа

Золотой век малорослой чуди

Эпоха героев

Богатырская чудь

Богатырь Пера

Памы — волшебники древней чуди

Кудым-Ош

Легенды о Степане-крестителе

Лесные и домовые духи

Богиня-мать

Лес-Вода

Вэрса-леший, охотники и лесные законы

Лесные духи

Духи охотничьих избушек

Леший

Охотники-колдуны

Васа — хозяин подводного мира

Духи дома и бани

МИФ Детство

Над книгой работали

Примечания