Большой внешний мир

Глава 1. Реальный мир

Пробуждение произошло внезапно, словно взрыв. Никакой приятной сонливости, когда пальцы уже ткнули в экран смартфона и отключили надоедливый будильник, но сознание ещё не выбралось из мира сонных грёз. Нет. Юрий разом пришёл в себя, словно включился на полную мощность, и распахнул глаза.

От страха дыхание тут же сбилось, а тело окаменело. Темнота. Перед распахнутыми глазами плещется чернильная темнота. И тишина. Гробовая звенящая тишина словно в глухой час ночи. Уши будто забиты сырой ватой. Кожа ощущает влажную теплоту. В голову тут же полезли панические мысли. Он утонул? Его заживо похоронили? По рукам и ногам волной пробежала нервная дрожь, Юрий дёрнулся всем телом и заорал. Только вместо крика из рта вырвалось сдавленное мычание.

Да что же это такое? Юрий опять попытался дёрнуться, но ничего не получилось. Как на грех он связан, связан весьма надёжно. Руки и ноги лишь слабо шевелятся в невидимых захватах. Сердце стучит бешеным мотором, а дыхание частое и глубокое. От избытка кислорода шумит в голове. Впрочем, Юрий шумно выдохнул, не стоит сходить с ума раньше времени. Пусть его обнимает тёплая и влажная темнота, но дышать он может. Это уже хорошо.

Рядом зажурчала вода. Что? Что это? Юрий попытался изогнуться и вновь без всякого результата и толка. Но на этот раз паника схлынула чуть раньше. Сперва лоб, а потом и кончики пальцев на ногах ощутили прохладу. Вода продолжает журчать, она уходит. А вместе с ней кожу в разных частях тела холодит всё больше и больше. Вот уже голова почти полностью выступила из воды. Колени и живот ощутили прохладу. Как и прежде ни хрена не видно, однако Юрий ощущает всем телом, как на него всё больше и больше наваливается гравитация планеты Земля. Закон Архимеда в действии. Так бывает, когда лежишь в ванной, а вода из неё уходит через слив на дне.

Беспорядочные мысли сложились в логической последовательности. Юрий расслаблено захихикал. Вместо страха и паники его наполнила радость, внеземная радость, блаженство, наполнила от кончика носа до кончиков пальцев на ногах. Это же виртуальная капсула. Та самая виртуальная капсула, в которую его запихнули больше десяти лет назад. Спину и ягодицы всё ещё согревает не вода, а специальный раствор. Это он с тихим журчанием уходит в невидимый сток на дне капсулы. В своё время Юрий специально поинтересовался устройством и принципом работы виртуальной капсулы. Так что теперь он точно знает, что будет дальше. Первые два этапа уже прошли. Он пробудился от виртуального сна, а специальная жидкость практически слита.

Гравитация окончательно прижала тело ко дну виртуальной капсулы. Кажется, будто ноги и руки налились свинцом, теперь вообще хрен пошевелишь даже пальцем. Да и бесполезно это, специальные ремни и зажимы надёжно удерживают его на месте. Юрий затаил дыхание. А теперь…

Слабый толчок и тихий шелест. Ага! Юрий вновь мелко-мелко захихикал. Раствор полностью слит, значит теперь… Впереди, в кромешной тьме, загорелись щели, четыре щели, что сразу сложились в квадрат. Точно! Юрий, как мог, приподнял голову. Капсула открывается. И вот яркий свет больно резанул по глазам. Ложе, на котором он лежит, выдвигается вперёд. Там, снаружи, не яркий солнечный день, а огромные лампы в цехе «могильника» светят ни чуть не хуже огненной повелительницы дня.

— Добро пожаловать в реальный мир!

Юрий сдавленно поморщился. Громкий, необычайно громкий мужской голос ударил по ушам. Капсула раскрылась едва на четверть, однако сквозь едва приоткрытые веки Юрий сумел заметить, что его встречает целая делегация.

— Тише вы, — недовольно зашипел другой мужской голос, в котором прорезались стальные командные нотки. — У пациента необычайно обострён слух. Так что не вздумайте орать и даже громко говорить.

— Хорошо, хорошо, доктор, — тут же торопливо согласился первый мужской голос.

С тихим шелестом капсула выдвинулась полностью. Яркий свет, зараза такая, будто льёт на глаза расплавленный свинец. Но любопытство, один хрен, сильнее. Не смотря на боль, Юрий всё равно едва-едва приоткрыл глаза. Над ним склонилось несколько белых фигур. Ну точно целая делегация.

— Так, всем прочь, сейчас я его освобожу, — заговорил мужской голос с командными нотками.

— Антон Степаныч, — упрямо возразил первый мужской голос, — да что вы делаете. Не так надо. Не так.

— Что не так? — мужчина, которого назвали Антоном Степанычем, недовольно переспросил.

— Всё не так. Отойдите, пожалуйста, — ответил первый мужской голос. — Отойдите. И позвольте нам сделать нашу работу.

— Хорошо, — ответил Антон Степаныч, хотя по интонации легко догадаться, насколько же он недоволен. — Только аккуратней, ради бога. Перед вами живой человек, а не труп.

С лица сползла дыхательная маска. Юрий машинально глубоко вдохнул. Нос тут же учуял резкие запахи пыли и масла. Сразу два служителя «могильника» принялись отцеплять с его тела манжеты, трубки и расстёгивать ремни, застёжки. Руки и ноги тут же почувствовали свободу, едва Юрий слабо шевельнулся. Бесполезно, гравитация ни чуть не хуже ремней и захватов прижимает его к днищу капсулы. Зато всё тело разом почувствовало не совсем приятную прохладу. Так всегда бывает, когда ещё мокрую кожу обдувает лёгкий ветерок.

— Так, осторожно, сажаем его.

Эмоции и впечатления потоком. Чьи-то руки подхватили Юрия за плечи и осторожно передвинули корпус в вертикальное положение. Яркий свет потолочных светильников тут же ослаб, Юрий чуть больше приоткрыл глаза. Перед ним та самая делегация. Трое мужчин в белых халатах суется возле выдвинутой капсулы. Ещё один, парень лет тридцати, бритый наголо и в просторном сером халате с большими пуговицами, стоит чуть поодаль и пялится на Юрия широко распахнутыми глазами. Причём в выражении его лица легко читается жгучая зависть.

— Отлично. Дыхание ровное, ритмичное. Зрачки…

Яркий свет ударил в левый глаз, и почти сразу переметнулся в правый. От неожиданности Юрий тряхнул головой.

— Отлично, рефлекс есть. Каталку сюда. Живо.

Что это было? Юрий несколько раз усиленно моргнул. Но тут взгляд упал на его собственные руки и ноги. Ужас вместе с паникой стрельнули в голову. Юрий так и замер с выпученными глазами. Невероятно! Ещё никогда он не видел собственные ноги и руки в столь жалком и ужасном состоянии. В иной ситуации можно было бы легко решить, будто его специально, долго и целенаправленно морили голодом. Мягко говоря, сквозь тонкую кожу на руках и ногах проступают кости. Это очень похоже на крайнюю степень истощения. Юрий едва склонил голову, шея тут же отозвалась болью.

Невероятно! У него такой вид, хоть изучай строение скелета. На груди рёбра едва не рвут кожу. Кажется, будто живота нет совсем. Кости таза выпирают наружу. Вот до чего его довело чрезмерное пребывание в виртуальной капсуле. Юрий лишь обессилено моргнул. Вот почему требуется длительная и дорогая медицинская реабилитация. Да, он знал об этом и раньше, но только сейчас понял.

— Посторонись.

Юрий с трудом приподнял голову. Один из служителей «могильника» подтолкнул к выдвинутой виртуальной капсуле медицинскую каталку. Для чего парню в просторном сером халате пришлось посторониться. Юрий наморщил лоб, а это кто? Эти трое в белых медицинских халатах однозначно работники «могильника». То парень с вылупленными от удивления и зависти глазами никак не вписывается в их компанию.

— Так, на счёт «два» взяли его.

Руки работников «могильника» мягко опустили туловище Юрия, голова вновь коснулась подголовника виртуальной капсулы.

— Раз… Два!

Рывок. Тело отозвалось болью, но боль быстро прошла. Трое работников «могильника» быстро и ловко переложили Юрия в медицинскую каталку. Спина и ягодицы ощутили приятную мягкость обивки.

— Эй, парень.

Юрий распахнул глаза и скосил их в сторону. Нет, это не к нему.

— Раздевайся и ложись.

— Но, это…, — тут же неуверенно заюлил парень в просторном сером халате.

— Радуйся, дурень, — один из служителей «могильника» задорно хохотнул, — не после трупа капсулу займёшь. Вон, сам видишь — дорога назад есть.

— Ему и в самом деле удалось выйти? — лицо парня в сером халате на миг склонилось над Юрием.

— Да, молодой человек, — сердито ответил Антон Степаныч. — Пациент сумел заработать необходимую для медицинской реабилитации сумму.

— Прямо в «Благодатном мире»? — голос парня в сером халате сочится неверием.

— Да, прямо в «Благодатном мире», — сказал, как отрезал, Антон Степаныч.

Вот оно что! Юрий распахнул глаза. На него, словно откровение свыше, снизошло понимание. Вот кто на самом деле тот четвёртый в сером просторном халате. Виртуальные капсулы не должны пустовать. Юрий сумел выбраться из одной из них. Не удивительно, что система, государство, власти решили тут же уложить на свободное место другого. В «Благодатном мире» вот-вот появится новый житель.

Тонкая белая простыня накрыла Юрия почти до самого подбородка. Стало несколько теплей и приятней. А, ну да, это один из служителей «могильника» укрыл его. А то ведь из виртуальной капсулы Юрия извлекли в чём мать родила.

— Молодой человек, вы нас задерживаете, — Антон Степаныч недовольно забурчал. — Пациента необходимо как можно быстрей доставить в стационар.

— Да не торопите его, Антон Степаныч, — возразил один из служителей «могильника». — Человеку, можно сказать, предстоит помереть. И нас, ради бога, не торопите. Если мы неправильно его подключим, то он точно помрёт.

— Хорошо, хорошо, не буду, — Антон Степаныч всё равно остался недовольным.

Юрий как мог скосил взгляд в сторону, однако коварный свет потолочных ламп опять принялся заливать глаза расплавленным свинцом. Похоже, что этот самый Антон Степаныч работником «могильника» всё же не является, раз командные нотки в его голосе плохо подстёгивают двух других мужчин в белых халатах. Тогда кто он? Довести мысль до логического конца Юрий не успел. К левому плечу прижалось что-то холодное. Тихий щелчок и едва заметный укол в кожу. Юрий тут же уснул. Пусть не мгновенно, но всё равно очень быстро. Приятное забытье враз отключило его от суровой реальности с её повышенной гравитацией, ярким светом и слишком громкими звуками.

Повторное пробуждение прошло гораздо более плавно и приятно. Сперва Юрий осознал собственное существование. На удивление на этот раз лёгкое, почти невесомое. Но следом нагрянул неприятный зуд. Кажется, будто его буквально с ног до головы искусали комары. Кожа чешется буквально везде и во всех местах сразу. Неприятно, это правда, но худо-бедно терпеть можно. Юрий осторожно приподнял веки. В памяти до сих пор неприятно пульсирует боль от расплавленного свинца, что пролился на его глаза, едва виртуальная капсула выдвинулась из стены себе подобных наружу.

Но нет, тихая радость растеклась по груди. На этот раз гораздо приятней. Юрий распахнул глаза полностью. Вокруг него царит приятный полумрак. Он снова в капсуле. Только эта, в отличие от виртуальной, гораздо более просторная и с прозрачной крышкой. А это что? Глаза пробежались по обнажённой груди и рукам. Всё его тело, буквально до самого подбородка, затянуто в мелкую серебристую сетку. Можно подумать, будто его одели в древнерусскую кольчугу, только колечки гораздо более мелкие и аккуратные. Оба запястья затянуты в чёрные манжеты, из которых выходят многочисленные пластиковые трубочки.

Юрий как мог склонил голову на левый бок, шея отозвалась неприятной болью. А теперь глянуть в правую сторону. Нет, он, всё-таки, в больнице, в медицинской палате. Просторная капсула с прозрачной крышкой окружена непонятными медицинскими приборами. Белые ящики с многочисленными индикаторами и кнопками переливаются огнями. На квадратном мониторе лениво дёргается зелёная синусоида. Белые стены и потолок. Юрий закатил глаза, кажется, у него за спиной большое окно. Вряд ли сейчас на улице яркий солнечный день, однако естественное освещение так достоверно не может воспроизвести ни один даже самый дорогой светильник, фонарь или настольная лампа.

— Добрый день, Юрий Фёдорович.

А? Что? От неожиданности Юрий слабо дёрнулся, по телу прокатилась неприятная мелкая дрожь. Вся кожа разом ощутила бесконечный зуд сразу во всех частях. Хотя, спрашивается, с чего он так нервно задёргался? Над капсулой, как раз напротив головы, склонился врач в белой шапочке. Это… Юрий задумчиво нахмурился. Лицо кажется смутно знакомым. Из-под белой шапочки выбиваются чуть седые волосы.

— Разрешите представиться, Надеин Антон Степаныч, главврач Центральной областной больницы славного города Екатеринбурга, — голос главврача словно мёд.

Юрий на миг задумался. А, ну да, вот почему лицо медика показалось смутно знакомым. Это же тот самый Антон Степаныч, что «возглавил делегацию» по его встрече в «могильнике» возле виртуальной капсулы. А то, что больница оказалась в Екатеринбурге, тоже вполне закономерно. Ведь именно в этом городе находится «могильник».

— Не буду скрывать: — глаза Антона Степаныча сверкают самодовольством, — я очень, очень рад, что именно моей больнице и мне лично выпала редкая возможность провести курс реабилитации бывшего жителя «Благодатного мира». Приятно осознавать, что вы смогли, сумели выбраться. Ибо, как вам несомненно известно, традиционно дорога в «могильник» является путешествием в один конец. С воскрешением вас, Юрий Фёдорович.

На вид главврачу немного за пятьдесят лет, если не за шестьдесят. Медик и не пытается скрыть собственную радость. Ладони Антона Степаныча то и дело трутся друг о друга. Похоже, что «воскрешение» из «могильника» и в самом деле редкое событие из ряда вон, даже если давно не молодой и многоопытный врач едва не пляшет от счастья словно студент-первокурсник после своей самой первой операции по удалению аппендицита.

«А что это такое?» Попытался было спросить Юрий, однако вместо слов из горла вырвался лишь невнятный писк. Лишь сейчас он заметил, что рот и нос прикрыты прозрачной, словно хрусталь, дыхательной маской.

— Нет, нет, не пытайтесь говорить, — ладони Антона Степаныча упёрлись в прозрачную крышку над головой Юрия. — Виртуальные капсулы — это такая дрянь. Их единственная задача поддерживать жизнедеятельность мозга человека, а на все остальные части тела им откровенно плевать. Ваши мышцы, Юрий Фёдорович, атрофировались до такой степени, что вы не можете даже говорить. По этой самой причине на вас надета специальная сетка для электрической стимуляции вашей мускулатуры. Пониманию, неприятно, но иначе никак. Ну а теперь…

Прозрачная крышка просторной капсулы на манер дверцы автомобиля распахнулась. Длинные холёные пальцы главврача передвинули на лоб кислородную маску.

— Попытайтесь это проглотить.

Рука главврача поднесла ко рту Юрия пластиковую бутылочку, ну в аккурат как для кормления младенцев. Разница лишь в том, что вместо классической соски круглая крышка вытянута на манер конуса с прямоугольной дыркой, да и сама бутылка заметно больше.

Унизительно? Ещё как! Но делать нечего. Юрий с трудом раздвинул губы. Вытянутый конус с прямоугольной дырой аккуратно просунулся между зубов. Ладонь Антона Степаныча неторопливо сдавила бока пластиковой бутылочки. Рот тут же наполнился тягучей жидкостью, чем-то похожей на манную кашу, в том числе и по цвету. Пусть не сразу, но Юрий сумел её проглотить. На вкус даже приятно, будто яблочное пюре.

— Великолепный глотательный рефлекс, — прокомментировал Антон Степаныч. — Постарайтесь проглотить всё. Настала пора восстановить функционирование вашего кишечника. Как-никак, насколько мне известно, — главврач усмехнулся, — вы ничего не ели тринадцать лет. Сейчас вас отравит даже манная каша. А эта специальная смесь поможет вашему кишечнику заработать должным образом.

Первоначальное чувство стыда быстро растворилось. Юрий принялся старательно глотать всё новые и новые порции «яблочного пюре». Не зря говорят, что аппетит приходит во время еды. А это и в самом деле его первая трапеза за последние тринадцать лет.

Пластиковая бутылочка опустела почти полностью, когда в палате загремели голоса.

— Стой! Куда? — взвизгнул женский голос.

— Общественность имеет право знать! — вторил ей мужской, явно молодой.

— Антон Степаныч запретил…

Возня, треск. Невидимая из капсулы дверь с силой припечатали в стену. Юрий недовольно поморщился. Слишком, слишком громкие звуки едва ли не в прямом смысле рвут уши и гулким эхом отдаются в черепной коробке. Их даже не заткнуть руками. Главврач резко поднял голову и обернулся. Большая капля беловатой жидкости, что так похожа по вкусу на яблочное пюре, капнула прямо на нос.

— Николай Герасимович, — в голосе главврача зазвенела ледяная сталь, — либо вы сейчас уберётесь из палаты вон, либо я уволю вас за профнепригодность.

— Но как же так, Антон Степаныч, — тут же возразил мужской молодой голос, — общественность имеет право знать. Такое дело! Человек из «Благодатного мира» вернулся. Это же почти с того света. Я просто обязан взять у него…

— Вон! — рык Антона Степаныча подобен гудку пароходной сирены. — Пациент всё равно говорить не может!

От начальственного крика Юрий вновь болезненно поморщился. По ушам опять будто саданули молотком, причем по обоим сразу. Зато сработало. Мужской молодой голос принялся бормотать что-то невразумительное, однако женский голос благополучно вытолкнул его из палаты вон.

— Прошу прошения, Юрий Фёдорович, — голова главврача вновь склонилась над распахнутой капсулой. — Ваше во всех смыслах примечательное возвращение с того света вызвало ажиотаж. СМИ самого разного пошиба и калибра буквально взбесились. Вон, — подбородок Антона Степаныча дёрнулся в сторону, — даже мой сотрудник, блогер доморощенный, и тот попытался взять у вас интервью. Впрочем, не беспокойтесь. Я распоряжусь, чтобы к вам пускали только приписанный к вашей палате персонал. А если Николай Герасимович ещё раз сунется к вам, то я и в самом деле уволю его за профнепригодность.

Во дела, от удивления Юрий невольно выпучил глаза. Не, конечно, он знал, что очень редко кто возвращается из «Благодатного мира». А вот о том, что подобное «воскрешение» способно вызвать ажиотаж в разнокалиберных СМИ, даже не подумал.

— Отдыхайте, Юрий Фёдорович, — мягкая салфетка стёрла с носа Юрия остатки «яблочного пюре». — Теперь видится с вами мы будем несколько чаще. Но пока мы будем держать ваше сознание отключенным, а то электрическая стимуляция вашей мускулатуры способна свести с ума. Но помните — вы находитесь на пути к полной физической реабилитации.

Руки главврача надвинули обратно кислородную маску. Следом мягко опустилась прозрачная крышка просторной капсулы. Ещё миг, Юрий уснул. Пусть и быстро, но действительно уснул, а не отрубился, словно получил поленом по голове.

Как Антон Степаныч обещал, так оно и получилось. Время от времени Юрий просыпался, приходил в себя. Каждый раз то сам главврач, либо немолодая, но доброжелательная медсестра, кормили его из пластиковой бутылочки специальной смесью, что по вкусу сильно напоминает яблочное пюре. Заодно Юрий узнавал последние новости о собственном состоянии. Если коротко, то электрическая стимуляция, пусть она очень неприятная для кожи, постепенно приносит свои плоды. Быстро и уверенно Юрий набирает вес, да и руки со временем перестали выглядеть как на последней стадии крайнего истощения.

Не меньше обрадовала другая новость — слух постепенно приходит в норму. Юрию больше не кажется, будто прямо в палате грохочет на все баса рок-концерт, а фанаты воют от восторга и бьются лбами что есть мочи о стены. Иначе говоря, органы чувств постепенно вспоминают о своей работе. Единственное, Юрий потерялся во времени.

Какой сейчас день, неделя, месяц, хотя бы час — для Юрия всё без исключения слилось в бесконечный цикл пробуждений и сна. Как объяснил Антон Степаныч, ничего страшного в этом нет, всего лишь побочный эффект медицинских препаратов. Но иначе невозможно уберечь его сознание от обилия впечатлений. Ведь его тело вновь пробуждается к жизни.

Глава 2. Шевелиться надо

Юрий пришёл в себя в очередной раз. Глаза ещё закрыты, однако он сразу почувствовал разницу, весьма ощутимую разницу. Прежде всего кожу больше не терзает противный зуд. Наоборот! Лежать очень даже удобно, приятно и тепло. Неужели… Юрий распахнул глаза и слабо пошевелился. Ну да, точно — его кожу больше не раздражает сетка электрической стимуляции мускулатуры. Юрий повернул голову влево, а потом вправо. Да и он больше не в капсуле с прозрачной крышкой. Дальше — больше. Нос и рот более не закрывает прозрачная кислородная маска.

Наконец-то! Юрий счастливо улыбнулся. Наконец-то его перевели, точнее, перенесли, в самую обычную медицинскую кровать в самой обычной больничной палате. Обнажённые руки лежат поверх белого одеяла. Под головой обычная подушка. Белый потолок и стены приятного светло-коричневого цвета. Слева, в стене, узкая дверца. Должно быть там туалет. С боку самая обычная прикроватная тумбочка. На стене напротив широкий экран телевизора. Хотя, Юрий пошарил глазами по сторонам, пульта управления почему-то не видно.

Сама по себе палата небольшая, даже маленькая. Зато ни малейшего намёка на соседей. Юрий и сам не понял, почему это обстоятельство обрадовало его особо. Может, он ещё не готов к постоянному общению с живыми людьми, а не с их виртуальными копиями. Пока с него хватит персонала больницы.

Осторожно пошевелить руками и ногами. От досады Юрий скрипнул зубами, пока получается хреново. Зато, по крайней мере, мышцы не отзываются острой болью. Особенно приятно то, что он больше ничем не связан. Юрий вновь самодовольно улыбнулся. Элементарная логика подсказывает, что больше его не будут включать и выключать, словно электрическую лампочку в кладовке. Вот, только, Юрий пошевелил правой рукой, на запястье сидит массивный по виду синий браслет. По внешнему краю «украшения» выделяется ряд мелких зелёных светодиодов. Это должно быть контроль за показателями его тела. Очень удобно, между прочим.

В палате светло, хотя квадратные светильники на потолке отливают тёмной белизной. Это же… Юрий, насколько возможно, запрокинул голову. Ну, конечное же! Окно. Справа от кровати окно, не слишком широкое, зато длинное. Снаружи солнечный день, ведь сейчас лето, должно быть. Пусть Солнышко в палату не заглядывает, зато через приоткрытую форточку во внутрь залетает приятный шелест ветра, листвы и чириканье воробьёв. А если прислушаться… Юрий навострил уши. А если прислушаться, то можно различить шелест шин. Где-то рядом, возможно за границей больничного парка, проходит автомобильная дорога.

Едва заметный шелест шин мягко намекает, что движение на дороге весьма и весьма интенсивное. По груди растеклось приятное тепло. Одним словом — реальность! Ведь что в Сочи 2.0, что в Верхнеянске, особенно в Верхнеянске, автомобилей практически нет, за ненадобностью.

— Поздравляю с очередным удачным пробуждением.

Юрий повернул голову на голос. Входная дверь в палату распахнута, на пороге остановился Антон Степаныч. Как и полагается главврачу, на нём белый медицинский халат. Только голову больше не украшает медицинская шапочка. Впрочем, тёмные волосы с проседью аккуратно уложены в некое подобие причёски. Руки главврача сжимают белый планшет.

— Юрий Фёдорович, — главврач остановился возле кровати, — вы вполне успешно прошли курс интенсивного восстановления. Всё, что только могли сделать препараты и электрическая стимуляция, они уже сделали. Дальнейшее восстановление тонуса мышц зависит от вас и только от вас. В некотором смысле, — Антон Степаныч улыбнулся, — медикаментозное лечение уже закончено, остальное — физическая реабилитация.

Антонина Родионовна, — главврач провернулся к входной двери, — прошу вас.

В палату, с пластиковым подносом наперевес, вошла медицинская сестра лет пятидесяти. Юрий сощурился. Нет, это другая женщина, не та, что ухаживала за ним, когда он был в капсуле интенсивной терапии. Но это ладно. Все мысли выскочили из головы вон, едва Юрий заметил, чем именно заставлен пластиковый поднос в руках медсестры. Небольшая белая тарелка. Нос тут же уловил запах манной каши. Рот в момент наполнился слюной.

— Так, я сейчас, — из ящика прикроватной тумбочки Антон Степаныч извлёк небольшой чёрный пульт управления.

Под Юрием тихо зажужжал электрический моторчик. Передняя часть кровати пришла в движение. Юрий машинально сжал пальцами одеяло. Ничего страшного, это всего лишь его тело поднялось в вертикальное положение. Ну, почти в вертикальное.

Одеяло в белом пододеяльнике сползло с груди. Только сейчас Юрий заметил, что на нём белая больничная сорочка. Чем-то она похожа на ночную рубашку, в которой обычно спала Вика. Для полного сходства не хватает синеньких цветочков, да и ткань даже на вид более плотная.

— Но прежде, — голос Антона Степановича враз стал серьёзным, — чем вы в первый раз покушаете, вам предстоит пройти серьёзное испытание — встать на ноги.

Поднос с тарелкой манной каши опустился на прикроватную тумбочку. Заодно Юрий заметил на нём кружку с молоком и блюдце с кусочком белого хлеба. Между тем медсестра аккуратно сдвинула одеяло в сторону.

— Давайте, Юрий Фёдорович, не тормозите, — произнёс Антон Степанович. — Докажите, что я не зря трачу на вас своё время.

— Постараюсь, — сдавленно прохрипел Юрий.

Голос будто неродной. От одного единственного слова связки отозвались болью, а в горле тут же запершило, будто он сильно простудился.

— Ничего страшного, не пугайтесь, — рука главврача одобрительно хлопнула по плечу. — Голосовые связки — это тоже мышцы, их тоже нужно разрабатывать.

— Спасибо, — только и сумел прохрипеть Юрий.

Медсестра заботливо сдвинула ноги за край кровати и подхватила под руки. Спина мягко оторвалась от приподнятой половины матраса. Босые ступни коснулись прохладного пола. От чрезмерного физического усилия сердце забилось с утроенной силой, а во рту пересохло. Юрий едва перевёл дух. Казалось бы, что может быть проще, чем встать с кровати? А на деле кажется, будто он пытается столкнуть с места тяжеленный камень размером с быка. Такого хорошего упитанного быка.

— Ну, смелей, — ласково произнесла медсестра.

Юрий напрягся что было сил! На лбу выступил пот, а дыхание сбилось. Через не хочу, на одном лишь ослином упрямстве, Юрий поднялся-таки на ноги. Ступни тут же отозвались болью, а тело пробила нервная дрожь. Кажется, будто у медсестры не мягкие и тёплые ладошки, а твёрдые и холодные электроды под высоким напряжением. Аж потряхивает, будто и в самом деле его бьёт электрический ток.

Зато! Зато! От восторга боль отступила на задний план. Юрий сумел-таки выглянуть в окно. По ту сторону пластиковой рамы и в самом деле больничный парк. Шикарная берёза с толстым стволом чуть ли не в прямом смысле лезет веткой в приоткрытую форточку. Тонкие зелённые листочки лениво шелестят под напором ветра. От восторга Юрий подался было всем телом к окну, медсестра едва-едва сумела удержать его в вертикальном положении. На берёзовой ветке сидит ворона. Самая обычная ворона, чёрные голова и крылья, спина и грудь серые. Городская птица уставилась на него чёрными бусинками глаз.

Реальность! Юрий едва не задохнулся от восторга. Как не странно, но только здесь и сейчас он поверил, что вокруг него шумит и пахнет настоящий живой мир, а не виртуальная подделка.

— Отлично, хватит пока, — Антон Степаныч улыбнулся во все тридцать два зуба. — У вас получилось. Вашему телу предстоит вспомнить, что значит передвигаться на своих двоих. А теперь, Антонина Родионовна, голубушка, помогите нашему пациенту лечь обратно в постель.

Как бы Юрий не старался, как бы медсестра ловко не придерживала его за руки, но он всё равно не сел, а грузно плюхнулся обратно на кровать. Матрас тонко взвизгнул. Но это мелочи, Юрий шумно выдохнул. У него получилось. Впервые за последние тринадцать лет, за проклятые тринадцать лет, он сумел встать на ноги и удержаться на них почти минуту.

— Спасибо, доктор, — прохрипел Юрий, горло всё ещё першит и пылает огнём.

— Продолжим в следующий раз. А пока отдохните и покушайте, — велел Антон Степанович. — И не пытайтесь даже! Антонина Родионовна вас покормит. Не всё сразу.

Заботливая медсестра накрыла ноги Юрия одеялом.

— Продолжайте говорить, хотя бы сам с собой, не спеша и негромко. И шевелитесь, уважаемый, шевелитесь, разрабатывайте мускулатуру. Вот, — Антон Степаныч положил на край одеяла чёрный смартфон, — начните с мелкой моторики пальцев.

Я взял на себя смелость купить вам телефон и оформить сим-карту. Ведь у вас уже имеется личный номер, зачем его менять. Как видите, смартфон не самый новый и крутой, зато вполне рабочий. Заодно я взял на себя смелость связаться с банком, завязать на этот телефон ваш счёт и перевести сто рублей, чтобы вы могли позвонить кому-нибудь.

— Мне некому звонить, — с трудом прошипел Юрий.

— Не важно. Зато, — указательным пальцем Антон Степаныч постучал по корпусу смартфона, — вы сможете выйти с него в Интернет. Что-то подсказывает мне, что вам в Сети будет очень интересно. Ведь у вас впереди новая жизнь. Действительно новая. Вам ещё только предстоит разобраться в себе и решить, как жить дальше.

— Откуда вы знаете, — Юрий подозрительно глянул на главврача.

— Молодой человек, — в голосе медика брякнула насмешка, — прежде, чем взять вас на реабилитацию, я не поленился тщательно ознакомиться с вашим досье. Ведь прежде, чем вы сумели покинуть виртуальную капсулу, мне пришлось согласовать все действия с полицией. К слову, ваш паспорт у меня в сейфе. В день выписки я передам его вам. Кушайте и отдыхайте, а мне пора. Дела, знаете ли.

— Спасибо, доктор, — с трудом выдавил из себя Юрий.

Пока Юрий слушал главврача больницы, медсестра присела на табурет рядом с кроватью и переложила поднос с тарелками прямо на ноги Юрия. Впрочем, поднос оказался с сюрпризом: специальные раскладные ножки упёрлись в простыню — отличная гарантия, что манная каша не опрокинется на пол. Юрий взглядом проводил главврача до дверей палаты. А теперь и в самом деле пора перекусить.

— Нет, нет, даже не пытайся, — руки медсестры мягко, но настойчиво, прижали ладони Юрия обратно к одеялу. — Ты ещё слишком слаб, чтобы кушать самостоятельно.

— Но ведь это…, — недовольно начал было Юрий.

В памяти свежи воспоминания, как же унизительно было сосать «яблочное пюре» из пластиковой бутылочки, будто он младенец какой-то. А потому и сейчас у Юрия нет ни малейшего желания играть роль беспомощного ребёнка дальше.

— Хорошо, попробуй, — медсестра оценила сердитую мину на лице Юрия и протянула ему ложку.

Лицо немолодой медсестры светится добротой и участливостью, однако в уголках глаз притаилась насмешка. Юрий подозрительно покосился на работницу больницы. С чего это вдруг?

Казалось бы, что может быть проще, чем взять ложку? Юрий не помнит, когда именно он научился кушать самостоятельно, но это явно произошло в раннем детстве. А теперь… Правая рука с трудом оторвалась от одеяла. Пальцы лишь со второй попытки ухватили пластиковую ложку за рукоятку. Будто и этого мало, ложка затряслась так, будто через неё пропускают ток в десяток ампер и ещё больше вольт.

— Убедился? — Антонина Родионовна благожелательно улыбнулась, едва проклятая ложка выскользнула из пальцев Юрия. — Лучше я тебя сама покормлю. А то, поверь, слюнявчик, да ещё грязный, выглядит ещё более унизительно.

Правая рука без сил шлёпнулась обратно на одеяло. Юрий обречённо вздохнул. Бывалая медсестра будто мысли читает.

— Ничего страшного, — пластиковая ложка на миг погрузилась в тарелку с манной кашей, — вот разработаешь мелкую моторику рук, проще будет. Это быстро произойдёт. Благо, — взгляд медсестры на миг упёрся в чёрный корпус смартфона, — Антон Степанович презентовал тебе отличный тренажёр.

И то верно, Юрий машинально распахнул рот. Теперь большую часть дня он будет проводить в сознании. Теперь у него полно времени для поднятия тонуса мышц и дум о будущем. О будущем! На душе сразу стало грустно. Но тут ложка коснулась губ. Следом на языке взорвался фейерверк сногсшибательного вкуса. От удовольствия Юрий тихо замычал.

Блаженство! Какое же блаженство! И это ещё мягко говоря. Первая ложка восхитительной манной каши соскользнула по пищеводу. Вот уж никогда не думал, что самая обычная манная каша может быть такой вкусной. Или, Юрий нахмурился, все эти россказни и анекдоты о больничной еде всего лишь враки? Между тем на языке восхитительным вкусом взорвалась вторая ложка манной каши. Дурные мысли в момент вылетели из головы. Юрий блаженно улыбнулся.

Ложка за ложкой Юрий быстро съел всю кашу. Небольшой кусочек белого хлеба пошёл словно изысканный и очень дорогой десерт. А тёплое молоко так вообще показалось очень древним марочным вином. Или, Юрий на миг нахмурился, «Благодатный мир», не смотря на всю крутость и достоверность виртуальной реальности, всё же не в силах передать все без исключения оттенки и нюансы вкуса? Очень похоже на то.

— Для первого раза у тебя отличный аппетит, — заботливая медсестра протёрла Юрию губы бумажной салфеткой. — Только, на всякий случай, приготовься к коликам.

— Как у младенца, — прохрипел Юрий.

— Да, как у младенца, — ухоженные руки медсестры подхватили с кровати поднос с грязной посудой. — Ведь в некотором роде ты и в самом деле родился заново.

— Подождите, — с натугой прохрипел Юрий.

Антонина Родионовна послушно опустилась обратно на табуретку возле кровати. На подносе в её руках выразительно брякнула грязная посуда.

— Скажите, пожалуйста, какое сегодня число? — длинные фразы даются Юрию с особым трудом.

Может и смешно, но Юрий и в самом деле потерялся во времени. Сперва в капсуле интенсивной терапии он вообще не мог следить за часами, а окна в палате интенсивной терапии были либо тщательно зашторены, либо их не было вообще. Вид на парк по ту сторону стекла подсказал, что сейчас лето. А какой месяц? Число? День недели, наконец? А бог его знает.

— Ничего страшного, такое бывает, — Антонина Родионовна переставила поднос с грязной посудой на прикроватную тумбочку. — Сегодня у нас 12 июня, понедельник. Если ты конкретно заблудился во времени, то 2090 год.

Это получается, Юрий усиленно зашевелил мозговыми извилинами, месяц. Чуть ли не месяц он был в полуобморочном состоянии.

— Подумаешь месяц, — тут же возразила Антонина Родионовна, — в той самой капсуле, бывало, люди по полгода лежали. Во как!

Юрий в недоумении уставился на медсестру. Антонина Родионовна и в самом деле мысли читать умеет? Или это он сам ненароком подумал вслух?

— Ты вообще парень молодой и много чего не знаешь, — голос Антонины Родионовны понизился до уровня полной нелегальности, словно у шпиона на задании, а глаза медсестры пугливо глянули на закрытую дверь. — Антону Степанычу, это, главврачу нашему, лечить тебя не по рангу.

— Как не по рангу? — удивлённо скрипнул Юрий.

— А так, — Антонина Родионовна с многозначительным видом подняла указательный палец. — Ему полагается больницей руководить. Там… — медсестра на миг замялась, — дисциплину блюсти, чистоту и стерильность проверять, премии нам выписывать и заявления на отпуска подписывать. Вот уже лет десять его главным рабочим инструментом является не скальпель или стетоскоп, а электронный рабочий стол у него в кабинете. А тут, такое дело, — Антонина Родионовна закатила глаза, — из «могильника» заказ на реабилитацию пришёл. На тебя, значит. Чтоб ты знал, только в нашей больнице необходимое оборудование имеется.

Ого! Про себя Юрий улыбнулся, как и все женщины в возрасте, Антонина Родионовна любит поболтать, а особенно посплетничать.

— Как сейчас помню, это 23 мая было, во вторник. Вся больница всполошилась, как улей, в который медведь полез.

— Постойте, — невольно воскликнул Юрий, но тут же натужно закашлял, в горле будто напалм рванул. — Как во вторник? Я же из «Благодатного мира» в пятницу вышел. Точно, — Юрий вновь натужно раскашлялся.

— Ну, это, я не знаю тогда, — отмахнулась Антонина Родионовна, — но это точно вторник был. Может, того, тебя только во вторник разбудили. Там… Дела всякие, чтобы ты в ожидании не мучился. Да не важно. В общем, Антон Степаныч лично взялся тебя лечить. Ну, в смысле, восстанавливать. Цени, ибо Антон Степаныч врач от бога!

В голосе медсестры сквозит едва ли не религиозное благоговение перед главврачом Первой городской больницы.

— Но и это ещё не всё, — голос Антонины Родионовны вновь понизился до уровня полной нелегальности. — Если бы ты только знал, какой вокруг тебя в СМИ вой поднялся. Антону Степановичу пришлось специально с полицией договариваться. Сперва на крыльце главном один сержант дежурил, важный такой. Но журналистов, газетчиков и блогеров всяких столько попёрло, — глаза медсестры сделались большими от притворного ужаса, — что пришлось целых два наряда вызывать. Первый на крыльце главном дежурил, а второй прямо в коридоре возле палаты интенсивной терапии постоянно ошивался.

— Кх-х-х, кх-х-х, — только и сумел выдавить из себя Юрий.

О такой стороне успешного выхода из «Благодатного мира» он не думал вовсе. Какое там не думал, не подозревал даже. Ещё только этого не хватало! Чего, чего, а стать звездой самых разных СМИ ему упорно не хочется. Впрочем…

— А почему сейчас никого нет? — Юрий показал глазами на входную дверь.

— Так, это, три недели прошло, — былой налёт полной нелегальности вмиг слетел с Антонины Родионовны. — Интерес всех этих газетчиков молнии подобен: сверкнула на всё небо, бахнула на всю округу, и пропала. Информационная повестка раз пять поменяться успела, — медсестра презрительно махнула рукой. — Сейчас на слуху пожар на НПЗ в Хабаровском крае. Там что-то бахнуло, загорелось и разлилось. Я особо не интересовалась. Зелёные тиграми рычат, местные власти с суровыми лицами обещают покарать всех невиновных и наградить всех непричастных, а владельцы НПЗ публично посыпают головы пеплом и торжественно клянутся выплатить достойные компенсации всем пострадавшим ёжикам и зайцам.

Тоже верно, Юрий облегчённо улыбнулся. Пусть физически жить в Большом внешнем мире ему не довелось, зато работа на Иртунском деревообрабатывающем комбинате позволила ему познакомиться практически со всеми сторонами жизни в реальности. В том числе Юрий узнал о недолгом и крайне переменчивом интересе СМИ. Да и бог с ними. Тем лучше.

— Ой, заболталась я с тобой, — Антонина Родионовна всплеснула руками и торопливо поднялась с табуретки. — Ты уж извини, но у меня работы полно. Другим больным тоже внимание требуется. Да и Антона Степановича лишний раз лучше не злить. Выздоравливай. Вон, — палец медсестры на миг указал на чёрный смартфон на прикроватной тумбочке, — мелкую моторику пальцев разрабатывай. Я так понимаю, тебе теперь много думать придётся, как оно дальше жить.

— Это точно, — Юрий слабо кивнул в ответ.

Антонина Родионовна ловко подхватила с прикроватной тумбочки поднос с грязными тарелками и торопливо выскользнула из палаты. Юрий проводил её взглядом. Конечно, теперь он будет часто видеться с этой немолодой медсестрой, заодно узнает кучу больничных сплетен. Ну да ладно, не об этом нужно сейчас думать, не об этом.

Чрезмерное пребывание в виртуальной капсуле не прошло для голосовых связок бесследно. Юрий чувствует себя так, будто час, не меньше, толкал на многочисленном митинге зажигательную речь. В горле першит, а голосовые связки слабо гудят. Впрочем, мышцы во всём теле гудят. Юрий попытался приподнять правую руку. Получилось, но плохо. Ладонь шлёпнулась обратно на одеяло. Вон, даже до пульта управления на тумбочке не дотянуться, дабы опустить обратно половину медицинской кровати. Какой там смартфон и мелкая моторика. Впрочем, оно даже к лучшему — всё лишний повод не лежать пластом, а шевелиться.

В палате повисла тишина, относительная тишина. Через приоткрытое окно снаружи залетает шум листвы, щебет птиц и далёкий шелест автомобилей на дороге, что проходит рядом с городской больницей. В голову полезли разные мысли, Юрий слабо пошевелился всем телом. А подумать есть над чем.

Больше двенадцати лет, пока Юрий получал образование и работал на Иртунском деревообрабатывающем комбинате, все его мысли, цели, мечты и планы ограничивались одним — накопить достаточно денег и выбраться в настоящую реальность. И всё. Дальше как отрезало. И главная тому причина — страх загадывать на будущее. Ведь не зря говорят, что если хочешь рассмешить бога, то расскажи ему о своих планах. Но то было ещё там, в «Благодатном мире». Теперь же он в вожделенной реальности. По крайней мере, Юрий как мог повернул голову в сторону окна, очень хочется в это верить.

Физическая реабилитация не займёт много времени. Месяц, может чуть больше. А дальше ему придётся искать новую работу, новое место в жизни. Впрочем, Юрий улыбнулся, во второй раз ему всяко не придётся сходить с ума от ожидания пять месяцев кряду. Теперь в его активе имеется реальный опыт реальной работы на реальном предприятии. А то, что он готов немедленно переселиться в любую точку нашей необъятной родины… Вот это и не есть хорошо.

Очень хотелось бы осесть в европейской части России, либо в Приморье. Но это вряд ли. Восток страны с наибольшим уклоном на север — вот наиболее вероятное место жительства. Впрочем, на душе тут же стало легко и тепло, ему всего тридцать лет. По-крупному счёту, его жизнь только-только начинается. Да у него ещё всё впереди! Чёрт побери, он же в настоящей реальности! Теперь и только теперь у него будет полноценная семья, жена и дети. Не меньше трёх детей. Нет! Даже пяти! Благо население России за последние полвека сократилось в два с половиной раза. Так что теперь власти изо всех сил стимулируют многодетность и демографию в целом. Вот она полноценная жизнь, а не виртуальный суррогат.

Кстати, о суррогате, Юрий нахмурился. Откровенно говоря, с некоторых пор его начали преследовать сомнения — а в реальности ли он? Глупость, конечно, но вдруг? Тринадцать лет в «Благодатном мире», это нельзя просто так выбросить на помойку. Впрочем, одно средство есть. Оно тоже глупое, но должно сработать.

Так, Юрий стрельнул глазами по сторонам, он, кажется, немного отдохнул. Самое время заняться мелкой моторикой пальцев. Юрий принялся усердно шевелить руками. Заодно и пальцами на ногах. Это даже хорошо, что передняя часть медицинской кровати так и осталась приподнятой, можно наклоняться вперёд. Пусть немного, Юрий аж крякнул от натуги, но вполне достаточно, чтобы через пяток мининаклонов вспотеть от усердия.

Глаза опять упали на чёрный смартфон на прикроватной тумбочке. Юрий машинально облизал сухие губы. Хочется, очень хочется, поскорей взять сей гаджет в руки. Хочется, но не для того, чтобы с головой погрузиться в пучину социальных сетей или компьютерных игр. Нет. Глупое средство должно сработать.

Ещё усилие! Мышцы загудели как перегруженный трансформатор под высоким напряжением. Получилось! Руки расслабленно шлёпнулись на одеяло. Получилось поднять сразу обе руки чуть выше плеч. Да! Если сперва их согнуть в локтях, то поднять будет легче, а после распрямить. Да и чем ему ещё заниматься, если не поднимать тонус мышц.

Глава 3. Призрак Вельшино

Как жаль, что в больничной палате нет хорошего удобного кресла с широкой спинкой и мягкими подлокотниками. Пусть передняя часть медицинской кровати легко поднимается, но сидеть с вытянутыми ногами уже надоело. Юрий передвинулся на край, ступни коснулись прохладного пола. Белая больничная пижама наполовину расстёгнута на груди. Так, в принципе, тоже удобно, благо матрас достаточно жёсткий. И уж точно не проваливается под весом тела.

Пальцы левой руки сжимают чёрный смартфон в противоударном корпусе, пальцы правой бойко бегают по экрану. В очередной раз Юрий задумчиво нахмурился. Вот уже пятый раз за день он зашёл на виртуальную биржу труда. И то, что он видит, мягко говоря, его не радует. Впрочем, Юрий распрямил спину, чего и следовало ожидать. Следовало, но всё равно грустно и немного обидно.

С того самого момента, как Юрий пришёл в себя на этой медицинской кровати, прошло три с небольшим недели. Нужно признать, физическое восстановление идёт полным ходом. Юрий проделал большой путь. Если сперва он не мог даже самостоятельно кушать, то со временем ему удалось весьма и весьма разработать мелкую моторику пальцев, несколько позже среднюю, а там и крупную. Иначе говоря, Юрий научился не только виртуозно обращаться со смартфоном, но и самостоятельно орудовать ложкой и ходить в туалет. А то «утка» — это так унизительно. Свой первый самостоятельный поход, пусть и под присмотром обходительной медсестры Антонины Родионовны, Юрий совершил именно в туалет.

Физическая реабилитация началась буквально на следующей день после переезда в отдельную палату. На каждое занятие Юрий отправлялся как на бой. Хотя, конечно, какой из него боец в инвалидной коляске, который даже не может самостоятельно управлять этой самой инвалидной коляской с электромоторчиком и крошечным джойстиком. Было трудно. Всё равно трудно даже стоять в бассейне с приятной прохладной водной по самое горло. Но оно того стоило. В начале второй недели Юрий, так сказать, перебрался на сухопутные тренажёры.

Едва пальцы рук худо-бедно обрели подвижность, Юрий взялся за смартфон. Самое первое, что он сделал, так это зашёл на виртуальную биржу труда. Как сложится его дальнейшая судьба, то ведает лишь господь бог. Но пока Юрий прекрасно понимает главное — его будущая работа станет стержнем его новой жизни, в том числе и по части места жительства.

Даже не верится, что каких-то полвека назад жители России слыли большими домоседами. Очень и очень малая часть людей могла легко махнуть на другой конец страны, если им предложат чуть более хорошее рабочее место, карьерный рост и чуть более денежную оплату труда. Подавляющая часть предпочитала сидеть на одном месте. Ведь сменить место жительства, перебраться хотя бы в соседний город, это же целое событие. Единственное направление, что стабильно работало во все времена, так это миграция жителей деревень, особенно отдалённых и депрессивных, в города.

Особняком выделялась Москва. Что, что, а в столицу мечтали перебраться очень и очень многие. Но сделать это было весьма и весьма непросто. Очень часто самый крупный мегаполис страны безжалостно пережёвывал людей, ломал им судьбы и выплёвывал обратно на бедные окраины.

Когда «Благодатный мир» заработал на полную катушку, был запущен ещё один очень важный государственный проект — социальный рейтинг.

Первые общественные обсуждения начались ещё в начале тридцатых. В 2034 году социальный рейтинг запустили в пилотной версии. Сперва жители Москвы, а со временем и всей России, узнали величину собственного социального рейтинга. Другое дело, что этот самый социальный рейтинг ещё ни на что не влиял. Впрочем, уже тогда он заставил наиболее умных и дальновидных серьёзно насторожиться. В 2040 году социальный рейтинг заработал на полную мощность и приобрёл окончательный современный вид. За шесть лет технология начисления баллов была обкатана и отработана, большая часть недостатков и недочётов была ликвидирована.

Ситуация кардинально поменялась полвека назад Глупо сидеть дома без работы и смотреть, как тает твой социальный рейтинг, когда в соседнем городе как раз требуется специалист твоего профиля. А кто так и не сделал должного вывода, кто так и не сумел оторвать задницу от дивана, тот со временем переселился в «Благодатный мир», где вообще не надо работать. Даже Москва, пусть и осталась центром всеобщего притяжения, изрядно растеряла былую привлекательность. Ибо в столице действует всё тот же социальный рейтинг.

Юрий глянул на шикарную берёзу за окном. Пока он официально не выписан из больницы, то не может подать заявку на бирже труда. Но, с другой стороны, никто и ничто не запрещает ему гонять собственную анкету в тестовом режиме. Как раз это и вызывает больше всего вопросов.

Реальная работа на реальном производстве оказалась гораздо более важной и значимой, чем Юрий мог себе представить. Так получилось, что раньше было просто не с чем сравнивать. Зато теперь! Благодаря работе на Иртунском деревообрабатывающем комбинате, у Юрия появился реальный опыт. Да ещё весьма успешный, да ещё более чем благоприятное рекомендательное письмо от Бажена Петровича, директора ИДК. Иначе говоря, спрос на Юрия существенно расширился. Но, опять же, что выбрать?

Да, вакансии имеются даже в Москве. Но это значит паршивенькая должность и откровенно копеечная для столицы зарплата. А это жизнь в «человечнике», в крошечной квартире-студии, в подобной Юрий и так прожил больше двенадцати лет в почти реальном Верхнеянске. Зато чего в Москве в избытке, так это злых и голодных конкурентов. На то, чтобы сделать карьеру, добиться хорошего заработка и переехать в достойное жильё, потребуются годы и годы. Чтобы там не говорили про рай в шалаше, а хорошая квартира, тем более личный коттедж, это очень и очень важно. Ибо только в светлую и просторную квартиру, не говоря уже об уютном двухэтажном коттедже в зелёном районе, будет нестыдно привести женщину, жену. Конечно, невесту можно привести и в «человечник», в квартиру-студию, только, в таком случае, что за женщина согласится выйти за него замуж? Правильно, лишь та, которой самой грозит переселение в «Благодатный мир», которая гонится за последними легко доступными крохами социального рейтинга. А такой вариант более чем возможен.

Если выразиться образно, то противоположный вариант можно назвать «на льдине в Северном ледовитом океане», или просто «на льдине». Чем дальше на северо-восток, тем должности и зарплаты солидней, особенно по сравнению с местными ценами. Вон, Юрий машинально кивнул, в Магаданской области работодатели традиционно обещают помочь с жильём и готовы выплатить так называемые подъёмные. А чего в Магаданской области меньше, так это конкурентов. Но и те, что имеются, вряд ли пухнут с голодухи. «На льдине» и жильё стоит гораздо дешевле. Так хороший капитальный коттедж в посёлке на берегу Анадырского залива стоит столько же, сколько худо-бедно нормальная однокомнатная квартира в Москве. Только, печальная улыбка растянула губы, вряд ли потенциальной супруге понравится вид из окна спальни на льдину, на которой белый медведь неторопливо пожирает свежепойманного тюленя. Да и, откровенно говоря, ему самому такое зрелище вряд ли придётся по душе.

Если копнуть ещё глубже, то дело даже не в дороговизне жилья в Москве и дешевизне «на льдине». Юрий нахмурился. Печально то, что он до сих пор не решил, а чего, собственно, он хочет от жизни? Семья, дом, жена, дети — это всё общие фразы, расплывчатые мечты. Нужна конкретика: имена, фамилии, адреса, уставные документы. А вот этого как раз и нет. А что вакансии? Палец в очередной раз мазнул по экрану смартфона. Самих вакансий на любой цвет и вкус вполне достаточно.

— Добрый день, Юрий Фёдорович, — в палате загрохотал хорошо знакомый голос.

Юрий поднял голову, рука машинально опустила смартфон на прикроватную тумбочку. В палату вошёл главврач Центральной областной больницы Екатеринбурга. Белый больничный халат на плечах Антона Степановича как всегда выглядит безукоризненно. Тёмные с проседью волосы аккуратно причёсаны. Ну вылитый бюрократ от медицины, но в хорошем смысле этого слова.

— У меня для вас хорошая новость, — Антон Степаныч светится самодовольством. — Ваши анализы готовы. Если коротко и без медицинской терминологии, — главврач с загадочным видом на секунду умолк, — то вы вполне здоровы и вас можно смело выписать.

Наконец-то! Юрий смущённо улыбнулся. Что, что, а лежать в этой палате, в этой более чем удобной медицинской кровати, ему уже надоело. Скучно. Душа жаждет действий и великих свершений.

— Конечно, — холёная рука Антона Степаныча опустилась на спинку кровати, — на чемпионате мира по бегу золотая медаль вам не светит, но вы уже находитесь в более чем удовлетворительной физической форме. Если захотите накачать мускулатуру как у олимпийского чемпиона по тяжёлой атлетике, то это уже к тренеру по фитнесу, а не ко мне.

— Зачем мне мускулатура как у олимпийского чемпиона? — Юрий улыбнулся в ответ. — Мне бы, для начала, вновь начать бегать по утрам километров пять-восемь.

— Хорошая привычка, — Антон Степаныч одобрительно кивнул. — Заодно заметно поднимает социальный рейтинг.

— Не без этого, — Юрий не стал отрицать очевидное.

— А ну, пройдись, — вдруг приказал главврач.

Юрий тут же легко соскочил с кровати. Три шага вперёд до стены, разворот на месте, и три шага обратно. Легко. Ни былой одышки, усталости или пота, вообще ничего. Хотя не так давно после подобного «подвига» больничная пижама становилась мокрой, особенно на спине.

— Вы уж извините, Антон Степаныч, — Юрий развёл руки в стороны, — танцевать не буду, не умею. Да и времени научиться не было.

— Ерунда, — Антон Степаныч махнул рукой, — главное, вы здоровы. Остальное приложится.

Словно скульптор, главврач полюбовался на Юрия. Антон Степаныч доволен, очень доволен, и не собирается скрывать этого.

— В принципе, — Антон Степаныч заговорил вновь, — я могу выписать вас прямо сейчас. Только зачем? Завтра утром, Юрий Фёдорович, я передам вам паспорт, и вы покинете больницу. Да, именно так. Начинать новую жизнь сподручней всего с утра, — главврач негромко рассмеялся. — А пока у вас имеется отличная возможность поужинать и позавтракать за счёт заведения. Вы уже решили, где остановитесь хотя бы на первое время?

Юрий смутился и склонил голову. Вопрос главврача оказался из разряда «не в бровь, а в глаз».

— Признаться, — нехотя заговорил Юрий, — я ещё не решил, где именно остановлюсь хотя бы на первое время. Но, с другой стороны, это не проблема. В Екатеринбурге полно как гостиниц и пансионатов, так и милых старушек, что с удовольствием сдадут комнату молодому приличному человеку с хорошим социальным рейтингом. Я проверял.

— Верю, верю, — Антон Степаныч благожелательно усмехнулся. — Да, я прекрасно понимаю, что вы круглая сирота, и что для вас особенно важно найти работу. Но! — лицо главврача враз стало серьёзным. — Будет не лишним, далеко не лишним, если вы устроите себе небольшой отпуск. Думаю, дня два-три будет вполне достаточно. Сменить обстановку, хотя бы просто расслабиться, лишним не будет. А там, глядишь, вы окончательно определитесь с собственным будущим. А то эти стены, — глаза главврача выразительно обежали кругом больничную палату, — не располагают к здравым рассуждениям.

Юрий задумчиво склонил голову, тоже верно. В стенах областной больницы почему-то хорошо получается мечтать, а вот прорабатывать конкретные планы почему-то не очень. Мистика? Да какая разница.

— В общем, договорились, — произнёс главврач. — Думайте, решайте, Юрий Фёдорович, а мне пора. Дела, дела, — на прощанье Антон Степаныч приветливо улыбнулся.

Дверь в палату мягко захлопнулась за спиной главврача. Антон Степаныч и в самом деле хороший главврач. По крайне мере, в Центральной областной больнице вполне достойный порядок, пол чистый, а трава на многочисленных газонах в парке аккуратно подстрижена. Да и подчинённые уважают Антона Степаныча, хотя не всегда и во всём соглашаются с его решениями. Но это рабочие моменты и не более того.

Юрий вновь опустился на кровать, руки вновь подхватили с тумбочки чёрный смартфон в противоударном корпусе. Отпуск — дело хорошее. Заодно можно, и даже нужно, совместить его с глупым делом, которое может оказаться полезным. Тем более только здесь и сейчас у него имеется возможность провернуть его. Бог знает, куда его забросит судьба и биржа труда.

Если не сейчас, то может статься лишь годы спустя у него вновь появится возможность сделать это. Но, руки бессильно опустились на колени, а смартфон едва не выскользнул из пальцев. Боязно. Волнительно и очень боязно. Мягко говоря, в душе разразилась эмоциональная буря. А всё страх, страх тому виной. Надо собраться. Юрий выпрямил спину и расправил плечи. Всё равно надо, хотя встреча с прошлым откровенно пугает.

Нужный номер давно вбит в память смартфона, хотя до сего момента Юрий так ни разу и не набрал его. Интернет — чудная вещь, а социальные сети вообще чума. В них можно найти если не всё, то очень и очень многое. Палец мягко коснулся нужной строчки, смартфон тут же разродился короткими гудками вызова. Юрий машинально причесал волосы. Это будет видеозвонок. Собеседник увидит лишь верхнюю половину его тела. А он, Юрий кисло улыбнулся, не красная девица на выданье, чтобы так откровенно смущаться и краснеть. Но почему же не отвечают?

Гудки прекратились, на экране смартфона появился мужчина лет сорока, либо немного старше, либо младше. Лицо открытое, волевое и загорелое. Юрий ждал, что оно будет прикрыто эдакой шикарной бородой — ничего подобного. Мужчина тщательно бреется, да и постригается коротко. На собеседнике надета камуфлированная куртка из плотной ткани. Юрий тут же узнал высоченные ели и, особенно, густую тёмно-зелёную ёлку. Подобные величественные и неухоженные лесные великаны в городских садах и парках не встретишь.

— Простите, — Юрий смущённо прокашлялся. — Если не ошибаюсь, Кругликов Егор Назарич, лесник. Точнее, совладелец семейной фирмы «Шушбай» по интенсивному выращиваю леса.

— Да, вы не ошибаетесь, — Егор Назарич коротко кивнул. — Только, молодой человек, предупреждаю сразу — мест нет. И не просите, не будет. Все дни расписаны до конца сентября. Лишь в октябре имеются свободные числа, и то лишь на неделе, не на выходные дни.

— Простите, вы о чём? — Юрий никак не ожидал такого начала, а потому удивлённо вылупился на маленький экран смартфона.

В свою очередь Егор Назарич удивлённо уставился на Юрия. Похоже, а именно такой реакции на свои слова он тоже никак не ожидал.

— Так вы, — осторожно начал Егор Назарич, — не об отдыхе на природе? Экологический туризм, рыбалка, охота и всё прочее?

В голове Юрия шарики с треском крутанулись вокруг роликов. Да, в аккаунте фирмы «Шушбай» что-то было об экологическом туризме, но буквально одной фразой.

— Нет, — Юрий энергично мотнул головой, — но будет лучше, если вы сразу объясните, о чём это вы.

Егор Назарич на секунду подозрительно прищурился.

— Хорошо, — лесник кивнул. — Наша фирма «Шушбай» занимается не только интенсивным выращиванием леса. Заодно мы занимаемся экологическим туризмом. Рыбалка, охота, грибы, ягоды, просто прогулки по тайге и экскурсии по кедровым делянкам. Как же без этого? Но у нас всего один гостевой домик со всеми удобствами. И, как я уже вас предупредил, он занят на месяцы вперёд. По этой причине мы даже рекламу отменили. Тем более интересно, молодой человек, кто именно посоветовал вам обратиться к нам.

А, понятно, Юрий расслабленно опустил плечи. Обычное дело. Маленькие семейные фирмы часто ведут бизнес не только по основному профилю. Вот и «Шушбай» заодно промышляет экологическим туризмом, раз сама фирма всё равно находится в дремучей тайге.

— Разрешите представиться, Сварин Юрий Фёдорович. Нет, нет, — Юрий поднял руку, — вы меня не знаете. Из ваших знакомых меня тоже никто не знает.

— Тогда как же вы…, — недоумённо начал было Егор Назарич.

— Я нашёл вас через социальную сеть «ВКонтакте», — Юрий перебил лесника. — Точнее, по ключевому слову «Шушбай». О том, что ваша семейная фирма заодно занимается экологическим туризмом, уж простите, ускользнуло от моего внимания.

— Тогда тем более интересно, зачем я вам понадобился, — объяснение вконец озадачило лесовода. — Так чего же вы хотите?

Простой вопрос бросил Юрия в нервную дрожь. Вот! Вот оно! Настал тот самый момент, к которому он так долго готовился. Так с чего же начать? Как обычно бывает в подобных случаях, все предварительные задумки напрочь вылетели из головы.

— Дело в том, Егор Назарич, — против собственной воли Юрий почувствовал, как щёки запылали жаром, — что вы действительно никогда меня не видели. А вот я вас видел, причём много раз.

— Это как и где? — озадаченное выражение на лице Егора Назарича сменилось на веселье, будто Юрий рассказал ему смешной и пошлый анекдот.

— Вам, конечно, знакома Шушбай, — продолжил Юрий. — Тихая лесная речка, тёмная холодная вода. Местами на её берега выходят ваши делянки кедров, но по большей части они покрыты густыми зарослями. Однако в одном месте река подмыла берег. Там образовался небольшой песчаный пляж. На нём, тринадцать лет назад, обычно по субботам, вы с вашей женой очень любили разбивать палатку. Обычно ваша супруга загорала на песке, тогда как вы предпочитали рыбачить с берега. Иногда с резиновой лодки, но это бывало редко. Потом вы обычно жарили на углях мясо, либо рыбу, если улов был хорош. Ну а главное, — Юрий смутился, щёки буквально пылают огнём, — время от времени вы забирались с вашей женой в палатку и тщательно закрывали за собой вход. Не удивлюсь, если своего первенца вы заделали именно там, в палатке на берегу Шушбай.

То, что у лесовода трое детей, Юрий узнал из его личного аккаунта. Старшему сыну двенадцать лет — это не может быть простым совпадением. На лице Егора Назарича отразилась буря эмоций и мучительных размышлений.

— Вельшино, — наконец-то выдохнул Егор Назарич.

— Оно самое, — Юрий кивнул. — Я родился там и провёл первые семнадцать лет своей жизни. Прошу извинить меня, но я подглядывал за вами с противоположного берега четыре года.

— А-а-а…, вот оно что, — Егор Назарич коротко хохотнул. — То-то меня жена постоянно уверяла, будто за нами кто-то следит. По этой же причине она наотрез отказывалась заниматься любовью прямо на пляже. А я, дурак, смеялся и не верил ей. Но, — лицо Егора Назарича враз стало серьёзным, — вряд ли вы, спустя столько лет, решили позвонить, дабы извиниться. Или, всё же? — лесник многозначительно недоговорил.

— Извиниться в том числе, — Юрий не стал отпираться. — Но в первую очередь мне хочется добраться до Вельшино, глянуть на него.

— Зачем?

— Видите ли, — от собственной неуверенности Юрий прикусил губу и опустил глаза, как же сложно бывает подобрать нужные слова, — мне упорно кажется, будто мои родители и прочие родственники до сих пор живут в Вельшино, будто деревня не умерла и до сих пор здравствует. Отец Кондрат, это наш священник, до сих пор пугает меня. Понимаю, это звучит глупо, — Юрий смущённо улыбнулся, — но мне и в самом деле нужно глянуть на Вельшино, чтобы убедиться…, — в свою очередь Юрий многозначительно недоговорил.

— А! Так ты, это, недобиток, — воскликнул Егор Назарич.

— Он самый, — Юрий кивнул в ответ.

Работа на Иртунском деревообрабатывающем комбинате отучила Юрия обижаться на прозвище «недобиток» Так уж получилось, что именно так, с подачи газетчиков, стали называть всех тех, кто полвека назад бежал от системы, бежал от «Благодатного мира», в глухие леса и горы. Стыдно признаться, но больше всего Юрия задевает тот факт, что «недобитков» больше нет. Власти переловили всех, и всех скопом отправили в «Благодатный мир». А прозвище «недобиток» так и осталось в памяти жителей реальности.

— Слушай, это не о тебе, случаем, не так давно во всю трубили СМИ? — Егор Назарич чуть пригнул голову. — Это ты всё же сумел вернуться из «Благодатного мира»?

— Я, — коротко ответил Юрий.

За три недели физической реабилитации Юрий успел привыкнуть именно к такой реакции людей. Да и как оно может быть иначе, если подавляющая часть жителей реальности уверена, будто хода из «Благодатного мира» нет в принципе.

— Вот что, — лесник первым нарушил неловкое молчание, — как я уже говорил, гостевой домик расписан на месяцы вперёд. Но если не откажешься переночевать в палатке, то добро пожаловать.

— Если в ней достаточно тепло и не надоедают комары, то я согласен, — ответил Юрий.

— Не надоедают, — заверил лесник — Как раз для подобных случаев у нас предусмотрена палатка. Но не обычная туристическая, а более основательная и просторная из толстой прочной ткани. Она разворачивается не на голой земле, а на специальной деревянной подставке. В ней даже электричество имеется и обычная кровать. Правда, палатке всё равно далеко до гостевого домика.

— Всё равно сойдёт, — Юрий улыбнулся.

— Тогда с тебя тысяча рублей. И заметь, — Егор Назарич поднял указательный палец, — эта поездка на две ночи и три дня. Я сам встречу тебя на вокзале в Тавде. Плюс питание и экспедиция в Вельшино. Если хочешь, могу организовать рыбалку, либо экспедицию по нашим владениям. Давай, соглашайся. Моя Галя из лесной дичи такие вкусности готовит, язык проглотишь. Это тебе не фабричные курочки и гуси. И чай на лесных травах. А к нему варенье. Ну и, — лесник хитро прищурился, — эксклюзив от меня лично — домашняя водка на кедровых орешках.

Тысяча рублей… Юрий задумался, смартфон задрожал в левой руке. Не так давно для него это была бы очень серьёзная трата. Но, с другой стороны, виртуальную капсулу удалось продать за три тысячи настоящих рублей. И всё это сверх «подушки безопасности» из двадцати тысяч. Так почему бы, чёрт возьми, не потратить лишние деньги на экологический туризм? Поездка за город, две ночи и три дня, питание и экскурсии.

— Хорошо, я согласен, — ребром ладони Юрий рубанул воздух.

— Отлично, — тут же отозвался лесник. — Сейчас я сброшу тебе счёт для оплаты. Ещё вопросы будут?

— Да, — Юрий кивнул. — А где находится Тавда?

— А, это, — изображение на смартфоне дрогнуло, — районный центр в трёхстах шестидесяти километрах на северо-восток от Екатеринбурга. Кстати, а ты где находишься?

— Как раз в Екатеринбурге, в Центральной областной больнице. Меня как раз выпишут завтра утром.

— Всё один к одному, — обрадовался Егор Назарич. — От Екатеринбурга до Тавды ты легко доберёшься на поезде или на автобусе. А там я уже встречу тебя прямо на вокзале.

— А почему именно Тавда? — спросил Юрий.

— Это ближайший город к нашей усадьбе, — охотно пояснил лесник. — Именно с его вокзала я обычно забирают гостей. Ну и мы сами регулярно наведываемся именно в Тавду по делам и за покупками.

— Хорошо, договорились, — произнёс Юрий. — Присылайте реквизиты.

— Договорились, — словно эхо отозвался лесник. — Жду тебя завтра на вокзале.

Изображение лесника на экране смартфона пропало. Вот так неожиданно получилось совместить приятное с полезным, небольшой отпуск с глупым делом, от которого может быть реальная польза. Ведь и в самом деле с некоторых пор Юрия преследует призрак Вельшино. Всё кажется, будто сейчас распахнётся дверь в Главное меню, а там и вход в базовую локацию «Вельшино». Конечно, глупость несусветная, но, на удивление, живучая. Прежде, чем обратиться за помощью к дипломированному мозгоправу, Юрий решил сам глянуть на реальное Вельшино. Ведь элементарный здравый смысл подсказывает, что родная деревня давно умерла. Да и дипломированный мозгоправ с высокой вероятностью посоветует сделать то же самое.

Коротко звякнул смартфон, Юрий тут же склонился над экраном. Лесник, как и обещал, прислал реквизиты для оплаты. Юрий тут же перечислил тысячу рублей. Пусть люди заодно заработают. Да и было бы глупо с его стороны рассчитывать на бесплатный поход в Вельшино. А добираться до родной деревни самостоятельно и в одиночку — ещё более глупая идея, которая, в конечном итоге, обернётся ещё большими расходами.

Смартфон мягко опустился на прикроватную тумбочку. Юрий поднялся на ноги и остановился возле окна. Снаружи погода просто прелесть. Вон, даже знакомая ворона вновь сидит на берёзовой ветке и пристально пялится на него чёрными бусинками глаз.

Юрий потянулся всем телом и улыбнулся. И чего, спрашивается, он так разволновался? Егор Назарич вполне нормальный мужик. Он даже не стал крыть матом, когда Юрий сознался, что аж четыре года тайком подглядывал за ним с женой с противоположного берега Шушбай. Наверняка лесник до сих пор регулярно наведывается на тот подмытый бережок, на тот крошечный песчаный пляж. Хотя, конечно, Юрий прочистил горло, теперь он вряд ли уламывает жену заняться любовью прямо на песке. Да и вряд ли у супругов Кругликовых осталась возможность забраться в палатку и закрыть за собой вход. Дети, а их у лесовода трое, куда же без них. Хотя, Юрий тихо рассмеялся, своего первенца они точно заделали в палатке на берегу Шушбай.

Глубокий вдох, Юрий закрыл глаза. И медленный выдох… Впрочем, понятно, с чего это он так разволновался. Причём разволновался до такой степени, что почти две недели не решался позвонить леснику и договориться о встрече. Страх — вот она главная причина. Как-никак, а ему предстоит встреча с прошлым.

Переселение в одиночную больничную палату заставило много о чём задуматься. Первое, что сделал Юрий, когда едва сумел совладать со смартфоном, так это открыть карту Свердловской области. Тогда же на него снизошло озарение. Пусть секту «Истинные люди» в полном составе переселили в «Благодатный мир», но Вельшино, родная деревня, так и осталась в реальности. Юрию вдруг до дрожи в коленях захотелось посетить её, глянуть собственными глазами, убедиться, в конце концов. Ведь прежде, чем ему хватило духу сбежать из-под венца в Сочи 2.0, ему пришлось прожить чуть больше четырёх месяцев в базовой локации «Вельшино». Виртуальная деревня, до ужаса похожая на реальную, гнилой занозой крепко-накрепко засела у него в голове.

Да, почти тринадцать лет Юрий прожил в почти реальном Верхнеянске. Да, ни с кем из бывших односельчан связи он не поддерживал. Даже случайно ни с кем и ни разу не пересекался. Анастасия, бывшая невеста, так и осталась единственным исключением. Но и она больше ни разу так и не показалась в Верхнеянске. Что с ней стало Юрий не знает и, откровенно говоря, знать не хочет.

Однако, вот же парадокс, Юрий всё равно не уверен, что базовая локация «Вельшино» так и не опустела вконец. Чем чёрт не шутит? Может статься, что и его родители, а так же другие родственники, до сих пор сажают картошку, доят коров, а каждое воскресенье прилежно ходят на россказни отца Кондрата об ужасах ада, не будь этот святоша помянут на ночь.

В этом и суть глупого дела, которое должно помочь — избавиться от иллюзий, от раздвоенности, просто успокоить. Раз уж звёзды сошлись, то заодно можно устроить себе небольшой отпуск. Юрий подмигнул вороне за окном, что по-прежнему сидит на берёзовой ветке и пялится на него чёрными бусинками глаз. Да, на миг Юрий замер на месте, совсем забыл спросить Егора Назарича, а что сейчас представляет из себя Вельшино? Впрочем, какая разница. Скоро он и так всё узнает. И даже больше — увидит собственными глазами.

Ворона за окном пронзительно каркнула и вспорхнула. Берёзовая ветка под её лапами лишь слабо дёрнулась.

Глава 4. Семья лесоводов

Как же хорошо, что у него хватило ума явиться на автовокзал Екатеринбурга за полчаса до отхода автобуса на Тавду. Едва объявили посадку, как Юрий самым первым заскочил в салон большого и комфортабельного авто с большими креслами и широкими подлокотниками. Заодно ему удалось занять очень удобное место возле окна. Может и мелочь, но всё равно приятно. Всю длинную дорогу до районного центра Юрий смотрел и смотрел на Большой внешний мир, но так и не смог налюбоваться им досыта. Чувство реальности заметно окрепло, но, нужно признать, временами всё же даёт заметные сбои.

Как вскоре выяснилось, Юрий зря боялся конкуренции за право сидеть возле окна. За три минуты до отправления на кресло рядом с ним плюхнулся парень лет восемнадцати в размалёванной футболке и драном кепи. Сосед так и просидел всю дорогу носом в смартфон. Уже в пути, интереса ради, Юрий несколько раз приподнимался над креслом. И таких пассажиров, которых собственный гаджет интересовал гораздо больше видов из окна, набралось едва ли не половина салона. Но, как бы то ни было, комфортабельный автобус уже вкатил на улицы Тавды, небольшого городка примерно в трёхстах шестидесяти километрах на северо-восток от Екатеринбурга.

Да-а-а… Юрий лишь качнул головой. Это не Сочи 2.0 и тем более не почти реальный Верхнеянск. Хотя да, общая планировка и дома очень схожи. Прошёл почти век, как распался СССР, однако его наследие до сих пор ощущается в типичной планировке улиц, в типичных пяти и девятиэтажных домах. Невероятное сходство буквально бросается в глаза в историческом центре Тавды. Либо, что тоже нельзя исключить, совсем уж ветхие дома снесли, а взамен построили точно такие же. А что? Юрий пожал плечами. Вариант более чем реальный. Как выразился герой очень популярной советской комедии: «Дёшево, надёжно и практично».

К слову. Так и не сбылись фантазии многочисленных писателей-фантастов об огромных городах на тысячи квадратных километров из высоченных зданий из стекла и бетона. Да и какой смысл городить башни в полтысячи этажей, когда население Земли и без того сократилось в разы и до сих пор продолжает уверенно сокращаться. Может быть из окна на четыреста тринадцатом этаже и в самом деле открывается чудесный вид на Луну, может быть и в самом деле очень престижно жить в огроменной башне из стекла и бетона, однако большая часть людей всё равно предпочитает жить в частных одно либо двухэтажных домах в сельской местности, либо в тихих зелённых пригородах.

Между тем автобус влился в поток машин на улице Максима Горького. Она, кажись, центральная. Юрий прижался щекой к прохладному стеклу. Там, дальше, должен быть поворот на небольшую площадь возле автовокзала. А если по ней пройти ещё дальше, то за улицей Цикарева будет ещё один вокзал, только уже железнодорожный. Ого, Юрий приподнялся на месте, по левую руку, в небольшом сквере, до сих пор стоит памятник Ленину. Ну что же, Юрий плюхнулся обратно на кресло, в России полно городов, где у местных властей либо не дошли руки убрать памятник вождю мирового пролетариата, либо они сами убеждённые коммунисты. Политикой Юрий никогда особо не интересовался, однако Коммунистическая партия России, сокращённо КПР, до сих пор не только существует, но и на каждых выборах благополучно проходит в Думу. Может статься, что как раз по этой причине в Тавде Владимир Ильич до сих пор стоит на постаменте и правой рукой указывает в светлое коммунистическое будущее.

Как же быстро летит время, Юрий качнул головой. Ещё только сегодня утром его выписали из Центральной областной больницы Екатеринбурга. Антон Степаныч, как и обещал, передал Юрию паспорт, а потом лично проводил до больших кованных ворот. Как хорошо, что хватило ума заранее подготовиться к выписке. Проще говоря, немного прибарахлиться. Одежда, а так же средства личной гигиены, были заранее заказаны через Интернет. Юрий пережил ни с чем не сравнимое удовольствие, когда в парке больницы, на специально размеченном пяточке асфальта, опустился большой дрон-курьер. Из специальной корзины под его днищем Юрий вытащил серый бумажный пакет со всеми заказанными вещами. И вот теперь, Юрий поднял глаза, на полке у него над головой лежит самый обычный чёрный рюкзак с вещами. С его личными и реальными вещами. С теми самыми вещами, которые не растворятся за ночь в воздухе, если их запихнуть в мусорное ведро, либо тупо столкнуть на пол.

Коварная инерция толкнула в левую сторону, Юрий едва не задел плечом парня в размалёванной футболке и драном кепи. Автобус свернул с улицы Максима Горького. В доме по левую руку, под окнами второго этажа, промелькнула большая надпись «Нита». Юрий на секунду задумался. Там должен быть какой-то магазин. Когда голова переполнилась от впечатлений о Большом внешнем мире и навалилась банальная скука, Юрий вывел на экран смартфона карту Тавды и принялся внимательно её изучать. Благо связь со Всемирной паутиной отлично работала на протяжении всего пути от Екатеринбурга.

А вот и он. От волнения перехватило дыхание. Юрий прижал левую ладонь к груди, а то сердце, того и гляди, проломит рёбра и вырвется наружу. Недалеко от платформы, где обычно сходят пассажиры автобусов, на парковке возле внушительного чёрного внедорожника застыла мужская фигура. Лица не разглядеть, но это может быть он и только он — Кругликов Егор Назарич, лесник и совладелец семейной фирмы по интенсивному выращиванию леса «Шушбай».

Как и полагается настоящему леснику, крепкую фигуру Егора Назарича укрывает плотная камуфлированная куртка с длинными рукавами. Концы тёмно-зелёных брюк заправлены в массивные ботинки с высокими голенищами. Или это не брюки, а такие специальные штаны? Господи, Юрий на миг закатил глаза, и о чём он только думает?

Борта чёрного внедорожника густо заляпаны подсохшей грязью. Вот уж действительно машина для плохих дорог, а то и для их полного отсутствия. Егору Назаричу так часто приходится ездить по всяким грунтовкам и тропам, что он давно махнул рукой на внешний глянец своего транспортного средства. Да и какой смысл наводить лоск и чистоту, если достаточно всего одной поездки на плантацию кедров, чтобы ослепительно-чёрные борта огромной машины с высоким клиренсом вновь покрылись бурыми разводами жидкой глины.

Автобус в последний раз качнулся на месте и замер. Тонко пискнули тормоза. Вместе с прочими пассажирами Юрий потянулся на выход. Правая рука забросила на плечо тощий рюкзачок с личными вещами. В проходе между креслами Юрий кисло усмехнулся. На верхнем клапане рюкзачка самое то вывести большую красную надпись: «Дом. Милый дом».

— Сварин Юрий Фёдорович? — лесник шагнул навстречу, едва Юрий спрыгнул с последней ступеньки автобуса.

— Он самый, — Юрий от души пожал протянутую руку.

— Рад, рад, очень рад познакомиться с вами вживую, — по-медвежьи сильная лапища лесника несколько раз энергично тряхнула Юрия за руку.

— Взаимно, — Юрий от всей души улыбнулся в ответ.

Да, современные смартфоны достигли больших высот в деле передачи цветов и видеокартинки в целом, но лишь здесь и сейчас, на автовокзале города Тавда, Юрий окончательно убедился, что Егор Назарич и есть тот самый мужчина, за которым он тайно наблюдал с противоположного берега тихой лесной речушки Шушбай. Открытое лицо, загорелые щёки и прямой уверенный взгляд забыть невозможно. Хотя, конечно, минувшие годы добавили леснику солидности вместе с морщинами.

— Если у вас нет каких бы то ни было дел в Тавде, то предлагаю не терять время зря. Прошу вас, — широкая ладонь Егора Назарича указала на замызганный грязью внедорожник. — Путь нам предстоит неблизкий, успеем наговориться.

Вблизи чёрный внедорожник производит ещё более величественное впечатление. Юрий обогнул машину и потянул на себя ручку дверцы пассажира возле водителя. Изнутри тут же вырвался приятный запах леса и сосновый смолы.

Юрий опустился на сиденье возле водителя. Не зря говорят, что для мужчины его машина словно крепость на колёсах. Глаза пробежались по салону авто. Если снаружи чёрные борта внедорожника замызганы жидкой глиной, то внутри едва ли не образцовая чистота. Вон, взгляд на миг упёрся в пол, даже коврик на месте водителя и тот не так давно был тщательно вымыт. Чувствуется, буквально в каждом завитке, ручке или кнопке на дверце чувствуется, до какой же степени лесник обожает свою машину, своего боевого коня и, одновременно, надёжное транспортное средство. Кончики пальцев пробежались по передней панели. Кажется? Или лесник и в самом деле регулярно натирает гладкую поверхность воском?

— Пристегнуться не забудь, — Егор Назарич опустился на место водителя.

— Простите, чуть не забыл, — Юрий суетливо потянул ремень безопасности.

Внушительный чёрный внедорожник аж качнулся под плотной и массивной фигурой лесника. Руки Егора Назарича привычно легли на огромный руль. Юрий с плохо прикрытым интересом покосился на главный орган управления машиной. Вообще-то гораздо более компактные и удобные в управлении джойстики давно вытеснили классические круглые рули, которые ещё называли «баранками». Но, если верить знатокам с различных автомобильных форумов и сайтов, то классический руль для экстремального вождения всё равно годится гораздо лучше. Юрий незаметно поджал губы. Хотя даже в этом внедорожнике далеко не первой свежести эта самая «баранка» явно анахронизм. Но, как говорили в старину, хозяин — барин.

Ключ тихо щёлкнул в замке. Внутренне Юрий сжался. Где-то на краю сознания он ожидал, что сейчас под капотом взревёт мощный движок, так называемый двигатель внутреннего сгорания. Потом в обязательном порядке затрещит так называемая коробка скоростей. Внедорожник резко дёрнется с места, а позади из так называемой выхлопной трубы вырвется сизое облачко солярного или бензинового выхлопа. Ничего подобного! Машина лесника не настолько древняя, да и качественный бензин больше не продаётся на каждой трассе у каждого перекрёстка на так называемых бензоколонках. Внедорожник плавно тронулся с места, под его задней осью тихо и мощно загудел небольшой, но сильный электродвигатель. Как и весь без исключения современный наземный транспорт, внедорожник работает не на бензине или соляре, а на электричестве.

Мощный автомобиль плавно вывернул с привокзальной площади на улицу Максима Горького. Сильные руки Егора Назарича виртуозно крутят «баранку» туда-сюда.

— Что? — Егор Назарич покосился на Юрия. — Никогда не доводилось кататься на внедорожнике с классическим рулём?

— Строго говоря, — в ответ Юрий смущённо улыбнулся, — я вообще первый раз в жизни сел в легковушку.

— Да как такое возможно? — Егор Назарич удивлённо дёрнулся, от чего внедорожник вильнул на дороге.

— В моём активе всего один полёт на транспортном вертолёте, одна поездка на междугороднем автобусе, и вот сейчас будет ещё одна, но уже на легковом автомобиле. А всё остальное — не более чем очень тонкая виртуальна имитация.

— А, ну да, — голова Егора Назарича качнулась словно на пружинке, — недобиток. Но неужели всё до такой степени серьёзно.

В голосе лесника сквозит недоверие. Ему упорно не верится, будто в нынешние времена можно дожить до тридцати лет, и при этом ни разу не прокатиться на самой настоящей легковой машине.

— Более чем, — Юрий пропустил мимо ушей «недобитка». — В Вельшино, где мне довелось прожить первые семнадцать лет, из транспортных средств были только телеги с конями. Зато тринадцать лет назад, с борта вертолёта, я видел вашу усадьбу. Вы как раз на крыльцо вышли.

— Было дело, было, — сильные руки Егора Назарича вновь крутанули «баранку», внедорожник ощутимо качнулся на повороте. — Власти не подумали нас предупредить, а потому мы с Галиной неслабо так перепугались. С чего это вдруг в нашей глухомани вертолёты разлетались? Вот и выбежали глянуть на крыльцо.

Повисла неловкая тишина. Юрий не придумал ничего лучше, как уставиться в окно. Чёрный внедорожник лихо катит по улицам Тавды, небольшого, если разобраться, городка Свердловской области. Но смотреть всё равно жутко интересно. Широкие улицы, тёмный асфальт дорог и тротуаров, зелёные насаждения и дома. Много домов. Мимо окна пролетают не только стандартные девятиэтажки и ещё более старые кирпичные пятиэтажки, но и гораздо более современные с широкими окнами и просторными балконами. И люди, Юрий с трудом подавил в себе желание прижаться лбом к стеклу, много людей. На тротуарах шатаются не праздные гуляки, которые понятия не имеют, чем занять себя до наступления вечера, а спешат по делам озабоченные горожане. Сущая экзотика большое количество молодых мам с маленькими детьми в колясках или под руку. Что в Сочи 2.0, что в Верхнеянске детей не было вообще.

О-о-о… Юрий прижал ладонь к стеклу, пальцы ощутили приятную прохладу. А вот ещё одно очень интересное отличие реальной Тавды от почти реального Верхнеянска — большое количество самых разных кафешек, забегаловок, булочных и даже ресторанов. Пусть сейчас в разгар дня посетителей немного, но обилие свободных столиков и пластиковых стульчиков под огромными зонтиками и навесами более чем выразительно намекают, что жители Тавды очень даже любят перекусить на свежем воздухе и опрокинуть кружечку-другую горячего кофе, чая или лимонада из больших стеклянных стаканчиков. Да уж, Юрий скривился, для очень многих жителей Верхнеянска подобный вид отдыха является непозволительной роскошью.

Проклятье, Юрий тихо прокашлялся. Ощущение нереальности всё же скопилось в груди холодным туманом. Но, слава богу, на этот раз реальность не думает рябить перед глазами, словно изображение на экране неисправного компьютера. По-крупному счёту, только сейчас он начал по-настоящему привыкать к жизни в Большом внешнем мире. И это, Юрий тайком от лесника улыбнулся, ему нравится.

Как-то быстро и незаметно чёрный внедорожник выкатил на окраину Тавды. Все строение, что выше трёх этажей, остались за спиной. Вдоль проезжей части потянулись одно и двухэтажные коттеджи. Да, буквально из всех щелей прёт стандартная застройка и типовые, словно под копирку, проекты. Разница лишь в расцветке и прочих декоративных мелочах. Однако, насколько Юрий успел понять, жители Большого внешнего мира предпочитают жить именно в подобных индивидуальных домах. А то, что они под копирку, зато цена радует. Здесь, на окраине Тавды, построен типичный спальный район среднего класса.

Ещё через несколько минут чёрный внедорожник выбрался за пределы города. Тротуары и дома закончились Вдоль обочины потянулся лес. Даже не просто лес, ухоженный и домашний, а дикая тайга. Ещё до начала двадцать первого века Свердловская область была заселена не густо. А теперь, когда население Российской Федерации сократилось более чем в два с половиной раза, и подавно. Смена экономической формации, тотальная компьютеризация и роботизация всего и вся, не прошли бесследно. Буквально в последние десять лет демография начала выпрямляться, а количество жителей вновь начало расти.

Однообразный вид из окна быстро нагнал скуку. Юрий зевнул. Чего, чего, а на дикую тайгу ещё в детстве ему довелось налюбоваться на жизнь вперёд.

— Скажите, — Юрий повернулся к Егору Назаричу, — а вы бывали в Вельшино?

С языка едва не соскользнуло уточнение «в реальном Вельшино». Но лесник прекрасно понял его и так. Ведь для него существует только одна деревня — реальное Вельшино.

— Бывал, конечно, — Егор Назарич кивнул. — Правда, давно, года три-четыре назад.

— И как там? — сердце почему-то сжалось от дурного предчувствия.

— К чему слова, — сильные руки Егора Назарича в очередной раз крутанули «баранку», — скоро сам всё увидишь. Ты, это, — на щеках Егора Назарича выступил едва заметный румянец, — лучше расскажи, как оно там, в «Благодатном мире». А то о нём такие дикие слухи ходят. Там и вправду жить в кайф?

— Если бы там и в самом деле была бы жизнь в кайф, тогда зачем, по вашему, я покинул «Благодатный мир»? — вопросом на вопрос ответил Юрий.

— Ну да, — нехотя признал Егор Назарич. — Только всё равно расскажи. Пожалуйста.

Юрий тихо просипел. Рассказывать о собственной жизни в Сочи 2.0, в Верхнеянске и уж тем более в базовой локации «Вельшино» нет ни малейшего желания. Прошло всего два месяца, а жизнь в виртуальном пространстве уже кажется дурным и нереальным сном. Как будто это всё было не с ним. Но в голосе лесника, в его лице и в напряжённой фигуре в целом сквозит и орёт дикое желание на грани с приличием.

— Это смотря что считать хорошей жизнью, — хмуро произнёс Юрий.

Однако постепенно, километр за километром, Юрий втянулся и заговорил гораздо более свободно и охотно. Ему и в самом деле будет нелишним выговориться, выплеснуть из себя весь негатив виртуальной жизни. Вскоре по наводящим вопросам Юрий понял, почему Егор Назарич попросил рассказать о «Благодатном мире» именно здесь и сейчас. Больше всего лесника интересуют наиболее «солёные» подробности виртуальной жизни, самые пикантные, даже откровенно неприличные. А то, как не сложно догадаться, в компании жены и тем более детей, о многом Егор Назарич просто постесняется спрашивать.

— Теперь понятно, почему тебе аж до усрачки захотелось вернуться в настоящую реальность, — Егор Назарич добродушно улыбнулся, от чего у него на лбу кожа на миг собралась в глубокие складки. — Адский рай. Такое сложно придумать самому. И что дальше?

— Дальше? — невидящими глазами Юрий уставился на чёрную ленту дороги перед квадратным капотом внедорожника. — Искать работу, куда уж без неё.

— Ох, чую, этот самый поиск забросит тебя в очень далёкие края, — как бы невзначай заметил лесник.

— Вполне может быть, — Юрий не стал отрицать очевидное. — Такова жизнь. Зато я в реальности. В настоящей реальности.

— И чего же ты хочешь, чего ждёшь от настоящей реальности?

— Того же, что и все люди — дом, семья, жена, дети, хорошая работа. Ничего сверхестественного или экзотического.

— Но это всё общие слова. А что конкретно?

— А что конкретно, я пока и сам не знаю, — Юрий склонил голову на бок. — Антон Степаныч, это главврач больницы, где я прошёл курс физической реабилитации, посоветовал мне устроить самому себе небольшой отпуск. Вот я и решил совместить отпуск с поездкой в Вельшино, в реальное Вельшино. Ведь, в некотором смысле, моя родная деревня переехала вместе со мной в «Благодатный мир». В голове кавардак. Мне упорно кажется, что очень скоро я встречу своих родителей и прочих односельчан. Вот зачем мне нужно увидеть реальное Вельшино. Иначе это проклятое наваждение меня так и не отпустит.

Время за разговорами пролетело быстро. Юрий не следил за показаниями одометра, но от Тавды чёрный внедорожник укатил не на одну сотню километров. Как вдруг массивная машина резко свернула с асфальтированной дороги. Под колёсами тут же загрохотало, забухало и затряслось то, что можно смело назвать «внедорогой», или просёлочной дорогой без малейшего намёка на какое бы то ни было твёрдое покрытие. Лишь местами попадается подсыпка из серого шлака.

— Сегодня ещё ничего, — заметил Егор Назарич, когда внедорожник ощутимо тряхнуло на очередной колдобине. — Дождей уже третий день нет, потому и сухо. Да и ехать недалеко, всего четыре километра.

— А если дождь? — Юрий плотней ухватился за ручку над дверцей.

— Тогда, бывает, очень долго, — как ни в чём не бывало ответил лесник. — А то и вообще никак. Особенно осенью, когда дождь на неделю зарядить может.

— Так вы что, в изоляции живёте? — Юрий недоверчиво покосился на лесника.

— Ты когда-нибудь слышал о почтовых беспилотниках?

— Конечно слышал, — на очередной колдобине Юрий машинально упёрся левой рукой в панель перед собой. — Правда, краем уха. Специально никогда не интересовался, надобности не было.

— Тогда понятно, — Егор Назарич с грацией бывалого водителя крутанул «баранку». — На самом деле нам не так уж и часто приходится покидать усадьбу. Если уж совсем никак, то гостей я могу и на вездеходе встретить, и на буксире дотащить, если потребуется. А так всё, что нам нужно, мы через Интернет заказываем. А заказанное почтовые дроны прямо в усадьбу по воздуху привозят. Но и в этом не велика надобность. Обычно мы с Галей за покупками в Тавду выбираемся, где и затариваемся сразу на неделю, а то и на месяц. Там… — лесник на миг задумался, — соль, крупы всякие, одежда, естественно, обувь. Косметика, без неё вообще никак. А так у нас свой огород большой имеется. Картошка, теплица, огурцы, помидоры. Каждую осень больше сотни банок всяких солений и варений закатываем. Ещё куры, корова, четыре поросёнка. Тушёнка и сало у нас тоже свои. Одно время кроликов держали, да больно прожорливые сволочи оказались, травы не напасёшься.

— Но ведь огород большой и тем более скотина много сил и времени требуют, — заметил Юрий.

Как бывший деревенский житель Юрий более чем хорошо знает, сколько времени и сил нужно, чтобы посадить, вырастить и собрать да хоть ту же картошку. Чего уж говорить о гораздо более требовательных и капризный помидорах.

— Гораздо меньше, чем ты думаешь, — сдавленно просипел лесник, хотя хохот фонтаном прёт из него. — У нас куча сельскохозяйственных роботов самого разного размера и назначения. Они бригаду колхозников сразу на десятка два душ заменяют. Галина за огородом и скотиной смотрит. Дети по мелочам помогают. А я в курятник и в хлев не заглядываю даже. Ну, не считая ремонта и обслуживания механических помощников. Это уже моя епархия получается.

— А дети? — недоверчиво спросил Юрий. — Им же в школу ходить надо. Вряд ли школьный автобус осилит это «внедорожье» в сезон дождей. Или роль школьного автобуса играет вездеход?

— Господь с тобой, — Егор Назарич махнул рукой, но тут же вновь вцепился в «баранку» обоими руками. — Дети дистанционно учатся.

— Это как? Через экран смартфона? — Юрий изо всех сил постарался не брызгать ядовитым сарказмом.

— Нет, конечно же! — лесник не сдюжил и расхохотался. — У нас в доме специальная комната имеется. Голографические проекторы мощные стоят. И никаких виртуальный капсул с полным погружением. И без них возникает полная иллюзия присутствия в классе с учителем и другими учениками. Всё бесплатно, между прочим. Всё в рамках специальной государственной программы доступного образования вне зависимости от места жительства. Конечно, физического контакта нет. Зато для младших и средних классов это самое то. Не поверишь, — Егор Назарич покосился на Юрия, — у моих детей даже школьные друзья имеются. Да будь иначе, мы бы ещё с Галей крепко подумали: жить нам в этой глуши, или в какой-нибудь посёлок перебраться. Дети — наша всё.

За очередным поворотом показался высокий плотный забор. Из-за тёмно-зелёного цвета Юрий не сразу разобрал, где ворота. Лесник точно не нажимал на какие бы то ни было кнопки, однако, едва внедорожник подкатил ближе, как почти квадратные створки ворот сами разъехались в стороны. Автоматика, и никакой магии.

— Зачем вам такие ворота и забор? — Юрий развернулся в пассажирском кресле, чтобы проследить, как створки ворот начали сами собой закрываться.

— Так ведь тайга кругом, — Егор Назарич крутанул «баранку» так резко, что внедорожник едва не встал на два колеса. — Чтобы дикое зверьё на собственную погибель не забредало. Охрана природы и всё такое. Я без специального разрешения даже утку на болоте подстрелить не могу.

— Неужели всё так строго? — удивился Юрий.

— Ну, — лесник виновато улыбнулся, — не до такой же степени. Тех же уток для себя, для семьи, да и гостей попотчевать, без лицензии ещё можно пострелять. А вот ценных мех, рысь, медведь, или мясо, кабан, лось, это уже квота нужна. Побраконьерничать, конечно, можно. Да только если попадёшься, то дерьма не оберёшься. Социальный рейтинг тут же просядет со всеми вытекающими. Нет уж. Легально — оно проще и дешевле получается.

Чёрный внедорожник неторопливо прокатился по двору. Юрий враз забыл о квотах на отстрел меха с мясом и принялся с огромным интересом озираться по сторонам. Даже через автомобильные стёкла усадьба лесоводов производит сильное впечатление.

Конечно же, в первую очередь в глаза бросился жилой дом в два этажа. Хотя, если приглядеться, это всё тот же типовой коттедж, коих на окраинах всё той же Тавды полным-полно. Широкие окна с белыми рамами, красная крыша. Над коньком возвышается кирпичная труба. Деревянная лестница в три ступеньки ведёт на просторное крыльцо, что больше похожа на веранду, только без двух стен. Юрий вытянул шею, возле входной двери можно заметить прямоугольный стол и два массивных стула.

— А, это Галя любит на крыльце всякими делами заниматься, — Егор Назарич перехватил взгляд Юрия. — Там… Ягоды перебирать, грибы разделывать, соленья-варенья закатывать. Я ей давно предлагаю отдельный навес построить и воду провести. Так нет же, ей больше на крыльце нравится, а мне потом вёдра таскай.

Юрий осторожно выбрался из машины, левая рука на автопилоте захлопнула дверцу. Из будки рядом, что больше похожа на миниатюрный сарай, величественно и неторопливо вышел большой сторожевой пёс. Юрий невольно попятился. Бог его знает, какой он породы, но мохнатый сторож с длинной коричневой шерстью и серьёзными глазами явно владеет собачьим паспортом, оно же свидетельство о «благородном происхождении».

— Это наш Тузик, — широкая ладонь Егора Назарича ласково потрепала пса по холке. — Он у нас не только дом охраняет, но и на охоту со мной ходит. Больше всего ему нравится из Шушбай уток подстреленных таскать. Но, при случае, может и медведю объяснить, что тот не прав.

В Вельшино, что в реальном, что в виртуальном, огороды обычно располагаются позади дома. Здесь же, в усадьбе лесоводов, длинные грядки с капитальной теплицей будто приобняли левую половину дома. Ещё дальше в ту же сторону торцом стоит высокий полукруглый ангар серого цвета. При взгляде от ворот усадьбы трудно оценить, насколько он длинный, но, если навскидку, не меньше половины сотни метров.

— А это мой замок, — Егор Назарич с гордым видом махнул в сторону полукруглого ангара. — Гараж, мастерская, склад — всё в одном месте. Техники у нас много. Это всё мои владения. Уж сколько раз я запрещал жене и дочери переступать порог моего замка. Да разве женщины послушаются.

По тону лесовода легко догадаться, что на самом деле он так лишь прикалывается. Хотя, с другой стороны, он и в самом деле считает стальной полукруглый ангар своей и только своей вотчиной, где жена, и тем более дочь, не имеют никакой власти и даже право совещательного голоса.

Юрий ещё раз окинул усадьбу взглядом. Кажется? Или она на самом деле заметно больше, чем запомнилось ему с борта транспортного вертолёта. Впрочем, тогда времени рассмотреть её в деталях и подробностях просто не было. А за тринадцать лет усадьба вполне могла разрастись во все стороны.

Вслед за Егором Назаричем Юрий поднялся на крыльцо. Тихо скрипнула входная дверь. Встречать нежданного гостя высыпало всё семейство. Юрий так и замер на месте! Да, это она, та самая женщина, за которой он тайком наблюдал долгих четыре года с другого берега тихой лесной речушки Шушбай. Боже, как же она похожа на Вику, оставленную в Верхнеянске жену. Конечно, она стала старше, более величественной и строгой. Однако, как и тринадцать лет назад, она осталась красивой и стройной. И это при том, что она совладелец семейной фирмы, на ней же большой дом, огород со скотиной, два сына и дочь. Самый младший ребёнок лесника, мальчик в длинных шортах и в серой рубашке из плотной ткани, с любопытством поглядывает на Юрия снизу вверх.

Вот ещё одно принципиальное отличие женщин Большого внешнего мира от деревенских баб — они не замордованы бытом, тяжким трудом по дому и по хозяйству в целом. Больше всего Галина Назарич похожа на строгую учительницу младших классов, или на администратора гостиницы. Просторный халат яркого коричневого цвета перехвачен на талии кушаком. А вот на кого жена лесовода точно не похожа, так это на деревенскую бабу. Против собственной воли Юрий вновь почувствовал, как щёки предательски запульсировали жаром.

— Галина, — Егор Назарич учтиво поцеловал супругу в щёчку, — ты была права.

— В чём именно я была права? — тут же потребовала уточнить Галина Назарич.

— Ну как же? — лесовод делано удивился. — Там, на берегу Шушбай тринадцать лет назад, за нами и в самом деле постоянно подглядывали. Вот он подглядывал, — Егор Назарич демонстративно развернулся к Юрию.

Лицо Галины Назарич на миг потемнело от недовольства. Впрочем, оно тут же посветлело вновь, жена лесовода приветливо улыбнулась.

— Ладно, будем считать, что это было давно и не правда. Юрий Сварин? — Галина Назарич приветливо протянула руку.

— Он самый, — Юрий вежливо пожал тонкую ладонь с ухоженными ноготками.

— Недобиток, сама понимаешь, — тут же продолжил Егор Назарич. — Это о нём с месяц назад все СМИ трубили. Ты не поверишь! — лесовод театрально закатил глаза. — Но ему и в самом деле удалось вырваться из цепких лап «Благодатного мира». А где Юрины? — Егор Назарич резко сменил тему.

— Где же им ещё быть? — вопросом на вопрос ответила Галина Назарич. — На Шушбай, на рыбалку ушли.

— Юрины, — Егор Назарич повернулся к Юрию, — это наши старые знакомые, отец и сын. Оба конкретно повёрнуты на рыбалке. Их не будет дня два. Но, на всякий случай, палатка для тебя уже готова. Пошли покажу.

Супруга Егора Назарича вместе с детьми вернулась в дом. Юрий проследовал за лесоводом. По тропинке из керамических плиток они обогнули дом. За коттеджем нашлась прямоугольная поляна с коротко стриженной травой. С боку расположился продолговатый бревенчатый домик с двумя окошками и кирпичной трубой над коньком. Должно быть это баня. На противоположном краю поляны нашёлся ещё один домик, только гораздо более просторный и с большими окнами. А это, догадался Юрий, должно быть гостевой.

С краю, на квадратном деревянном настиле, и в самом деле развёрнута палатка. Юрий подошёл ближе. А она и в самом деле не туристическая, едва ли не мобильное жильё. Высотой чуть больше двух метров. Плотная ткань даже с виду тяжёлая, чем-то похожая на брезент.

— Вот, располагайся, — Егор Назарич откинул в сторону полог палатки.

Внутри и в самом деле нашлась настоящая кровать, а не банальная раскладушка. Рядом небольшой круглый столик и стул с прямой и высокой спинкой. С потолка, с деревянной перекладины, свисает шарообразная лампочка.

— Как и обещал, обогреватель, — палец Егора Назарича указал на металлический ящик в правом углу. — Он автоматический. Если ночью вдруг станет холодно, то он включится сам. Впрочем, можешь настроить температуру под себя.

— Благодарю, — Юрий пригнул голову и вошёл в палатку.

Мобильное жилище выглядит шикарным, хотя далеко не новое. Это и в самом деле резервный вариант. Бывает, и нередко, что гостей в усадьбу лесовода приезжает много. Вот палатка и выручает. Будь иначе, то Егор Назарич не стал бы специально для неё мостить деревянную площадку.

— Заниматься экологическим туризмом всерьёз мы никогда не планировали. Оно как-то само собой получилось, — Егор Назарич остался снаружи, однако придержал плечом сдвинутый полог. — За пятнадцать лет у нас накопилось много друзей. А там друзья друзей и просто знакомые. В общем, стало проще организовать небольшую подработку, нежели всем отказывать. Да и, честно говоря, моей Галине есть с кем языками почесать. Да и детям тоже имеется с кем в догонялки по двору погонять.

Юрий молча улыбнулся в ответ. Как раз ради двух последних обстоятельств лесоводы и построили тот уютный гостевой домик, а так же развернули эту палатку. Каких бы чудес не достигли средства связи, как бы реалистично не передавали объёмное изображение голографические проекторы, а живое общение не заменит никакой виртуальный суррогат.

— Вон там, — мозолистая рука Егора Назарича указала на небольшую пристройку к бане, — туалет и душ. Сам понимаешь, в палатке ни того, ни другого нет. Ладно, осваивайся пока. Через час ужинать будем, я приду за тобой.

— А как же Вельшино? — Юрий опустил на пол перед кроватью чёрный рюкзачок с немногочисленными пожитками.

— В Вельшино мы завтра пойдём, с утра пораньше, — пояснил Егор Назарич. — Сейчас всё равно поздно уже. Не велика радость по тёмному лесу плутать. Да и ты много ли в потёмках разглядеть сумеешь. Ладно, я пошёл. С дороги переодеться надо, да и машину в гараж убрать. Не люблю, когда мой конь железный под открытым небом ночует.

Массивная фигура лесовода в камуфлированных штанах и куртке скрылась за дверью. Как и полагается в приличных домах, у коттеджа семьи Кругликовых имеется не только парадный вход, но и задняя дверь. Юрий вышел из палатки, полог тут же мягко захлопнулся за его спиной. И в самом деле поздно уже. Пусть на небе во всю сияет Солнышко, однако дневное светило уже примеривается к западному горизонту. Юрий глянул на пристройку к бане. Да и ему самому будет не лишним сполоснуться. Благо ещё в Екатеринбурге не поленился прикупить полотенце, прочие банные принадлежности и запасные трусы.

Ого, вот ещё одна причина, по которой Егор Назарич выбрал судьбу лесовода. Душ Юрию очень понравился. Это не стандартная пластиковая коробка, которой ему приходилось пользоваться в Центральной областной больнице Екатеринбурга, а едва ли не произведение искусства. Стены небольшой комнаты обшиты вертикальными рейками, а на полу лежит деревянная решётка с квадратными отверстиями. И то, и другое пропитаны каким-то лаком, зато древесина до сих пор сохранила приятный свежий цвет и не думает гнить. А вода, что пролилась Юрию на голову из широкого круглого распылителя, прелесть, а не вода. Можно смело сказать, живая лесная вода, которую лесовод специально не разбавляет химией. Может, у Кругликовых здесь скважина или просто колодец. В любом случае элементарная сантехника делает жизнь в таёжной глуши ничуть не хуже, чем в шумном и многолюдном городе.

Чистый и распаренный Юрий вернулся в палатку. Вода в душе не просто тёплая, а реально горячая. Полотенце едва успело вытереть тело насухо, как гораздо раньше назначенного часа вернулся Егор Назарич. Лесовод не удержался и устроил для Юрия небольшую экскурсию по усадьбе.

Кто бы сомневался? Юрий лишь усмехнулся про себя. В самую первую очередь Егор Назарич привёл его в собственную епархию, в тот самый полукруглый стальной ангар. Изнутри он оказался ещё более просторным и длинным, метров сто, не меньше. Добрая половина заставлена тяжёлой техникой. Юрий с ходу узнал тех роботов, за работой которых он наблюдал с другого берега Шушбай. Только теперь он точно знает как они называются.

Прежде всего роботизированный вальщик леса, та самая машина с металлической рукой, что спиливает стволы и складывает их в транспортный кузов. Сам транспортный кузов на прицепе к универсальному автоматизированному трактору нашёлся рядом. Ещё один робот, что аккуратно втыкает саженцы в землю. Другой, что перепахивает свежую делянку. Нашёлся даже автоматизированный подборщик толстых сучьев и тонких стволов на дрова. На отдельном стеллаже, словно на миниатюрном аэродроме, выстроилась эскадра летающих дронов.

В другой части ангара, которую Егор Назарич назвал ремонтной мастерской, Юрий сразу узнал средний ремонтный комплекс и ещё два малых на широком верстаке. Как пояснил лесник, в целом у него более чем стандартный набор оборудования для маленьких семейных фирм. Не удивительно, что с таким достаточно обширным парком самых разных роботов Егор Назарич легко справляется в одиночку.

С особой любовью и нежностью Егор Назарич показал небольшой закуток, где он оборудовал столярную мастерскую. Несколько архаичный деревянный верстак, стенд с пилами, линейками, деревянными молотками, универсальный станок с дисковой пилой, а так же сверлильный и токарный. А запах… Под верстаком притаился робот-уборщик, однако он не в силах изгнать из столярной мастерской ни с чем не сравнимый запах свежего дерева.

Егор Назарич признался, что ещё с детства обожает работать с деревом и вообще любит лес. На продажу он ничего не делает, исключительно для семьи, да иногда родственникам, друзьям и знакомым по большому блату. Юрий тут же припомнил душевую. Да, в этом плане у лесника работа просто идеальная.

Пусть и без прежнего восторга и энтузиазма Егор Назарич повёл Юрия осматривать дом. Как выразился лесовод, епархия его жены Галины Назарич. К слову, в семейной фирме супруга лесника ведает финансами и юриспруденцией. Как выразился Егор Назарич, Большой брат бдит и обожает строгую отчётность. Так что вклад Галины Назарич в процветание семейной фирмы очень даже велик, хотя напрямую разведением леса она почти не занимается.

Да, нужно признать — у семьи Кругликовых не просто просторное, но и весьма комфортное жильё. У супругов отдельная спальня. У каждого из троих детей на втором этаже своя комната. Плюс ещё одна пока свободная. Парадный вход ведёт в уютную гостиную с большим мягким диваном и широким телевизором. Рядом вполне современная кухня с высоким холодильником и электрической плитой на четыре конфорки. Широкий стол человек на десять более чем прозрачно намекает, что здесь не только готовят пищу, но ещё и кушают. Причём часто собирается не только большая семья лесоводом, но и многочисленные гости.

Весьма забавно и по-своему оригинально Юрий познакомился с ещё двумя обитателями уютного коттеджа. Он не стразу сообразил, что это за странный шум, пока из коридора между комнат с тихим жужжанием не выкатил круглый низенький робот-уборщик. А на нём с гордым видом, словно на низеньком пуфике, расположились два кота. Два самых обычных беспородных кота с длинными усами и хвостами. Как со смехом пояснил Егор Назарич, идеальную мышеловку до сих пор не изобрели. А из тайги то и дело наведываются мелкие грызуны.

Робот-пылесос — любимый аттракцион домашних котов. И подобная забава домашних питомцев настолько распространена, что производители автоматических уборщиков уже давно указывают в техническом паспорте изделия максимально допустимый вес домашних любимцев. Обычно не больше пятнадцати килограмм.

Робот-уборщик плавно обогнул Юрия вместе с Егором Назаричем и укатил дальше по коридору. Лишь кот, более толстый и широкий в плечах, на миг бросил на гостя надменный взгляд.

— Здорово, — с тихим восторгом выдохнул Юрий.

— Это ещё что, — назидательно произнёс Егор Назарич. — Давай, я тебе ещё делянки покажу. Как не как, а это, — Егор Назарич бросил взгляд в сторону кухни, — наша гордость.

— Ещё чего удумал! — тут же долетел с кухни недовольный голос Галины Назарич. — Если так хочется похвастаться, то позже покажешь. А сейчас за стол, а то без ужина останетесь.

— А что за делянки? — не удержался Юрий, когда они присели за широкий стол на кухне.

— Так, это, — Егор Назарич облокотился на столешницу, — мы ведь не только лес интенсивным способом выращиваем, но и вообще разводим его. Недалеко от дома у нас специальные делянки имеются под саженцы. Мы нередко получаем заказы, в том числе из самого Екатеринбурга. Особенно популярны кедры. Ну а то, что продать вовремя не получается, то всегда можно пересадить на свободные пятачки в тайге.

— А-а-а…, если не секрет, — Юрий смутился, — почему у вас с женой отчества одинаковые. Это, случайно…

— Нет, нет, что ты, — в глазах Егора Назарича запрыгали весёлые искорки. — В своё время я познакомился с умной и красивой студенткой Галей Гусевой. Это уже позже, в ЗАГСе, вдруг выяснилось, что у нас одно на двоих отчество. Но общих родственников у нас нет, как и более дальних предков. Я это позже специально проверил. Так, на всякий случай.

— А говорят, будто мужчины не сплетничают, — громкий голос Галины Назарич перебил шёпоток её мужа. — Враки. Ещё как сплетничают. Ладно, приятного аппетита.

Глава 5. Человек без корней

Официально Юрия пригласили на ужин, однако в его глазах это оказался самый настоящий пир. Густой наваристый суп сменила варёная картошка с домашними котлетами. А крепкий и чёрный словно смоль чай прекрасно дополнили домашние булочки и варенье из морошки. Как бы Юрий не скромничал и не отнекивался, однако всё равно натрескался до ушей.

Между тем на улице незаметно стемнело. Юрий аж вздрогнул от неожиданности, когда со стороны леса вдруг долетел волчий вой. Воспоминания детства и юности будто специально ждали сигнала и нахлынули на Юрия студёной волной. Ведь и ему много-много раз приходилось слышать далёкий волчий вой. Только тогда он не сидел на просторной и светлой кухне и не прихлёбывал ароматный горячий чай с морошковым вареньем.

— Всё, волки говорят, что спать пора, — строго произнесла Галина Назарич.

— Но мама, рано ещё, — тут же закапризничал самый младший сынишка.

— Я сказала спать, — спокойно повторила Галина Назарич, однако в её голосе звякнула сталь. — Аня, уложи брата, а сама можешь посидеть ещё часок.

— Хорошо, мама, — Аня легко соскользнула со стула на пол и подхватила младшего брата за руку.

Старший сын, Юрий так и не запомнил его имени, ушёл в свою комнату ещё раньше, как только расправился со стаканом чая и сладкой ватрушкой.

Едва шаги детей затихли на лестнице на второй этаж, как Егор Назарич хитро улыбнулся и выставил на стол пузатую бутылку коньяка. Хотя… Юрий прищурился, в бутылке и в самом деле когда-то давно был коньяк, но теперь в ней плещется другой не менее крепкий алкоголь, а то и более.

— Самогон? — неуверенно уточнил Юрий.

— Э-э-э, нет, брат, это не просто самогон, — в голосе Егора Назарича сквозит плохо скрытая гордость. — Это самая настоящая домашняя водка на кедровых орешках и чистейшей колодезной воде. Прошу заметить, — лесник ещё только в прямом смысле не раздулся от гордости, — спирт выгнан не из картошки, а из овса.

— Это он специально для самогонки овёс сажает, — Галина Назарич всё же подпортила момент торжества мужа.

— Сколько раз тебе повторять, женщина, — делано возмутился Егор Назарич. — Водка, домашняя водка. У меня технология отработана до мелочей. Сейчас бахнем.

Впрочем, Галина Назарич и без команды мужа выставила на стол две хрустальные рюмки грамм на сто каждая. Лесник тут же наполнил их едва ли не до краёв.

Юрий осторожно подхватил ближайшую рюмку и поднёс её к глазам. Если лесник не врёт, то для гордости у него и в самом деле имеются все основания. Юрию как-то довелось посмотреть телепередачу о домашних спиртных напитках. Классический мутный самогон — не такой уж и сложный в производстве продукт. Другое дело полноценная домашняя водка. Если коротко, то морока с ней ещё та. Но, если верить ведущему той телепередачи, то и результат гораздо более впечатляющий.

— Что? Неужели тебе никогда не приходилось пить спиртное? — Егор Назарич на свой манер расценил заминку Юрия.

— Строго говоря, нет, — Юрий смутился, и сам не понял почему. — У нас в реальном Вельшино самогон, и даже брага, были большой роскошью. Ведь для из изготовления нужна настоящая еда. В любом застолье молодым если и перепадал самогон, то слёзы одни. Мне, вон, за малостью лет вообще ни разу не налили.

— Так ты что, вообще никогда не пил? — удивилась Галина Назарич.

— Пил, и даже пьянствовал, но то в «Благодатном мире», — рюмка с водкой качнулась в руке Юрия. — То была виртуальная водка, как и прочие алкогольные коктейли и пиво.

— Тогда не будем тянуть. За здоровье всех здесь присутствующих! — торжественно возвестил Егор Назарич.

Рюмки мелодично брякнулись краями. Юрий тут же выпил. Холодная огненная жидкость скатилась по пищеводу и ухнула в желудок.

— Хорошо пошла, — Юрий удовлетворённо крякнул.

— А то! — Егор Назарич с довольным видом опустил пустую рюмку на стол.

Домашняя водка на кедровых орешках и в самом деле пришлась Юрию по душе. Хотя поразительно, до какой же степени вкус виртуального алкоголя похож на вкус реального. Но разница, едва уловимая разница, всё равно есть.

На удивление Галина Назарич пить водку так и не стала. Вместо этого, так сказать за компанию, она налила себе красного морса. Странно? Тогда, на берегу реки Шушбай тринадцать лет назад, она обычно не отказывалась. Только пьянки всё равно не получилось. После второй рюмки пузатая бутылка из-под коньяка вернулась обратно в дебри настенного шкафчика над кухонным столом.

Юрий вновь взялся за чай. Впрочем, всего двух рюмок действительно великолепной и качественной водки вполне хватило, чтобы почувствовать себя гораздо лучше, комфортней и уверенней.

— А как вы стали владельцами фирмы «Шушбай»? — Юрий придвинул к себе очередную полную чашку.

— Что? Понравилась наша усадьба? — уточнила Галина Назарич.

— К чему скрывать очевидное, — Юрий не стал отпираться. — У вас тут не царские хоромы, однако всё такое уютное, родное. Я работал на деревообрабатывающем комбинате. Пусть это было не самое большое промышленное предприятие, но такой теплоты и покоя там не было и в помине.

— Но, но, по аккуратней, парень, — Егор Назарич, будто предупреждая об опасности, поднял указательный палец. — Семейная фирма — есть самая жестокая форма эксплуатации пролетариата.

— Это ещё почему? — от удивления Юрий едва не опрокинул на себя чашку с горячим чаем.

— Да потому, что у нас здесь нет начальников, как и подчинённых. Дети не в счёт, — торопливо уточнил Егор Назарич. — Да, время работы мы устанавливаем сами, отгулы, отпуска, больничные — всё сами. Но, по факту, наш рабочий день всё равно является ненормированным. Потому и эксплуатация самая жестокая, ибо работаем сами на себя. Размер заработка зависит исключительно от нашей же производительности.

— Да не слушай ты его, Юрий, — Галина Назарич махнула рукой. — На самом деле всё не так страшно, как он тут расписывает. Наша фирма «Шушбай» является частью государственной программы по сохранению и приумножению лесов вообще и ценных пород деревьев в частности. Вот уже второй десяток лет мы выращиваем лес, но конечной продукции как таковой до сих пор нет. Годный на спил лес появится лишь через тридцать лет после посадки. Поверь, Юрий, для ценных пород это очень и очень быстро.

По факту мы исполняем обязанности лесников. Без постоянной помощи со стороны государства наша семейная фирма «Шушбай» просто бы не возникла. Так что в полном смысле этого слова коммерческой фирмой мы не являемся.

Юрий застыл в растерянности. Какие ещё сюрпризы подготовил для него Большой внешний мир?

— Хорошо, я понял, — Юрий справился с изумлением. — Но тем более интересно, как вы создали свою фирму? Ведь она, как я понял, является семейной.

— Ну, это, — Егор Назарич задумчиво помещал ложкой в чашке с чаем, — пожалуй, начну с того, что мы с Галей из разных концов Свердловской области. Я-то как раз местный, из Тавды. А Галя из Серова, это на самом севере области. Мы познакомились в Уральском государственном лесотехническом университете, как раз в одной группе оказались. Она мне ещё на лекциях глазки строить начала.

— Ой, — тут же отмахнулась Галина Назарич, — это ещё надо разобраться, кто кому первым глазки строить начал.

— Мы уже на пятом курсе были, когда как раз власти конкурс объявили, — Егор Назарич сделал вид, будто реплика жены пролетела мимо его ушей. — Благо у нас и курс последний, и специальность нужная. Сами не думали, почти не надеялись, но всё равно победили.

— Ага, — в голосе Галины Назарич мелькнул сарказм. — А вместе с нами победили ещё несколько пар. И вообще в области ещё несколько десятков семейных фирм типа нашей наберётся.

— Но условие у конкурса строгое — фирма должна быть семейной, — Егор Назарич вновь сделал вид, будто замечание жены даже не коснулось его ушей. — Вот нам и пришлось сперва пожениться, а потом переселиться на это место. Здесь тогда вместо уютной усадьбы гарь была. Всё, что я тебе показал, мы сами построили. Первые три года, пока дома не было, так вообще в фургоне жили.

— Вы взяли кредит? — уточнил Юрий.

— Не совсем, — Егор Назарич отрицательно мотнул головой. — Мы с Галиной финансовый план разработали, под него нам и дали хороший грант. Мы на эти деньги обустроились. Конечно, первые два года кошмар был. Зато-о-о, — лицо лесника распласталось в самодовольной улыбке, — теперь грех жаловаться. Наши чувства прошли суровое испытание на прочность. Экологический туризм — это так, мелочь пузатая. Пока товарный лес ещё не вырос, мы очень хорошо саженцами торгуем. Да и сами себя во многом обеспечиваем. Ты же сам видел.

— Тогда, тринадцать лет назад, у вас, вроде, усадьба меньше была? — поинтересовался Юрий, за разговорами он едва не забыл о чае, который успел несколько остыть.

— Конечно меньше была, — Егор Назарич кивнул. — С той поры мы ещё два раза расширились. За счёт огорода в основном.

— А ещё он поле под овёс расчистил, чтобы самогонку гнать, — вклинилась в разговор Галина Назарич.

— Домашнюю водку делать, женщина, — лениво уточнил Егор Назарич. — Детей мы лишь на четвёртый год завести решили, когда этот дом, — сильная рука лесника выразительно шлёпнула по столешнице, — наконец полностью достроили. А сейчас мы собираем второй комплект, — Егор Назарич лукаво глянул на жену.

— Дурак, — коротко выдала Галина Назарич, но ругать более откровенно так и не стала.

— В смысле второй комплект? — Юрий опустил надкушенный бублик на стол.

— Ну как же, — Егор Назарич делано удивился, — сына у меня два, старшему есть кого воспитывать и опыт передавать. А вот дочь всего одна, младшей подружки у неё нет.

Теперь понятно, почему в доме супругов Кругликовых пустует одна из комнат. Юрий машинально надкусил бублик и запил его уже чуть тёплым чаем. По этой же самой причине Галина Назарич не стала пить водку, действительно отличную домашнюю водку, а предпочла безалкогольный морс. Ведь она беременна. Если ей чуть больше сорока лет, то для четвёртого ребёнка выглядит она очень даже ничего.

— А если не дочь? — спросил Юрий и тут же устыдился собственного вопроса.

— Тогда, — Егор Назарич сдавленно рассмеялся, — сразу начнём собирать третий комплект. Если что, то пристроить к дому ещё пару комнат будет нетрудно. Заодно у нас появится Зимний сад.

— Да, я знаю, что сейчас можно легко заказать пол будущего ребёнка, только на подобный шаг мало кто решается. Это противоестественно, — лицо Галины Назарич на миг сердито нахмурилось. — Если только по медицинским показаниям, такое бывает, иногда.

Юрий молча уставился в почти пустую чашку с чаем. Даже завидно, немного.

— Если я правильно вас понял, — Юрий вновь глянул на лесника, — не прошло и двадцати лет, как вы поселились здесь.

— Правильно, — Егор Назарич кивнул.

— А дальше? Дальше что?

— Ну-у-у…, — задумчиво протянул Егор Назарич, — мы очень надеемся, что кто-нибудь из наших детей продолжит наше дело. Говорить об этом ещё рано, но надежда есть. На худой конец продать фирму никогда не поздно. Трудностей с этим быть не должно.

— В договоре чётко прописаны все условия подобной продажи. У нас уже есть полное право сделать это, — закончила Галина Назарич. — Но мне, если честно, не хочется уезжать отсюда.

— К слову, Юрий, ты в курсе, что к нам в первый год ваш священник приходил, — Егор Назарич сменил тему. — Как там его? Отец Комбат… Крот…

Юрий так и замер на стуле. В груди тут же проклюнулся лютый холод.

— Отец Кондрат, — тихо подсказал Юрий.

— Да, точно, — Егор Назарич облегчённо вытянулся на стуле, — отец Кондрат. Сперва он пытался нас в свою веру обратить, благо мы оба крещёные. На важные праздники мы обычно в соседнее село Гренёво отправляемся, там храм каменный имеется. Только ничего у этого отца Крота не получилось.

— Отец Кондрат, — машинально поправил Юрий.

— Крот, Кондрат, какая разница, — отмахнулся Егор Назарич.

— Неужели плохо говорил? — спросил Юрий.

— О-о-о, нет, — аж с восторгом выдохнул Егор Назарич. — Говорил он как раз великолепно, будто мёдом мазал. Только всё равно ничего у него не вышло. Пугать адом, котлом и чертями двух вчерашних студентов, у которых впереди вся жизнь — пустое дело. Да и супругу мою, — лесник покосился на жену, — никак не устраивала перспектива перебраться в Вельшино и тем самым отказаться от всех благ цивилизации. А то водится за ней грешок, за книгой в туалете зависнуть может.

— Да ты и сам большой любитель со смартфоном на унитазе зависнуть, — не зло огрызнулась Галина Назарич. — Вон, даже розетку специально под зарядку в туалет провёл.

— Да и на кой ляд нам было перебираться в лес дремучий, — слова жены лишь развеселили Егора Назарича. — Все, кто реально испугался «Благодатного мира» и социального рейтинга, уже лет тридцать назад как в тайгу сбежали. Мы сами и в том, и в другом никакой чертовщины не видим, только польза немалая. Но на этом визиты отца Крота не прекратились.

Обратить нас в свою веру он больше не пытался, зато пытался наладить торговлю. Я так понимаю, в Вельшино много чего не хватало. В первую очередь лекарств разных.

Юрий печально опустил голову. Это точно. Лекарств, даже самых элементарных, в Вельшино отродясь не было. От чего люди то и дело умирали от таких болезней, какие в Большом внешнем мире никто уже и за болезни не считает.

— Только, опять же, ничего у отца Крота не вышло, — между тем продолжил Егор Назарич. — Так-то сектантам было что предложить: рыба, грибы, ягоды, даже поделки домашние, не говоря уже о ценных шкурках. Да только нам всё это не нужно было, уж точно не в тех количествах, в которых предлагали. Дома тогда у нас не было, детей тем более не было. А те же ягоды мы и сами вполне набрать могли.

— Так, это, — Юрий даже немного растерялся, — почему только личное потребление? Насколько мне известно, те же натуральные бобровые шкуры пользуются спросом. А медвежья шкура на стене, это же такой крутой аксессуар. Неужели продать не могли?

— Юрий, — Галина Назарич добродушно улыбнулась. — Вельшино и сектанты в целом выпали из системы. Потому речь и шла лишь о личном потреблении, ибо продать хоть что-нибудь на сторону мы не могли в принципе.

— Вот, вот, — Егор Назарич энергично закивал. — Те же бобровые и медвежьи шкуры просто так на полки интернет-магазинов не выложишь. Нужны охотничьи лицензии со всеми вытекающими. Иначе голимое браконьерство получается. Грибы, ягоды — с этим несколько проще. Но, опять же, это совсем другой бизнес получается. Нам бы пришлось отказаться от лесоводства, от государственной поддержки отказаться и пуститься в вольное плаванье. Нас такой вариант ни разу не устраивал, — для большей убедительности Егор Назарич лениво шлёпнул ладонью по столешнице.

— Да и не получилось бы долгое время не привлекая внимания закупать в больших количествах те же лекарства, особенно антибиотики, — продолжила Галина Назарич. — Та же налоговая вмиг заинтересовалась бы, куда на самом деле мы всё это сбываем. Это же незаконное предпринимательство получается.

— Неужели торговля с сектантами является уголовно наказуемым деянием? — вновь удивился Юрий.

— У-у-у… как всё запущенно, — протянул Егор Назарич. — Галя, у тебя лучше получится, объясни юноше суть современного бизнеса.

— Я, вообще-то, в университете изучал экономику, — Юрий сердито нахмурился.

— Значит ты точно не в курсе, — отрезал Егор Назарич.

Это они о чём? Юрий подозрительно уставился на супругов Кругликовых. И в самом деле обидно, немного. В университетском курсе и в самом деле была экономика, а так же юриспруденция и прочие предметы. Плюс в его активе работа на Иртунском деревообрабатывающем комбинате. Пусть бухгалтерскую отчётность всего ИДК он не вёл, но и в должности главного по очистным Юрию пришлось изрядно повозиться с бюджетом.

— В наше время, — Галина Назарич собралась с мыслями, — государство активно поощряет развитие бизнеса. Запустить собственное дело не представляет особой сложности как с точки зрения бюрократической волокиты, так и первоначального капитала. Другое дело, что возможность забабахать международную корпорацию и сказочно разбогатеть — это за гранью ненаучной фантастики. Иначе говоря, легко и безопасно, но ни разу не супердоходно.

Пусть не персональный ракетоплан и дача на Гавайских островах, но заработать на достойную жизнь вполне реально. Вот, — Галина Назарич взмахнула руками, — и ты вполне можешь заработать на подобный дом, а так же машину и возможность отдыхать на вечно тёплых островах раз в год. Но для этого нужно быть в системе, в государстве, работать честно. Ну, более-менее честно. Большой брат, государство, знает о каждом из нас буквально всё. Так что обмануть его крайне проблематично.

Жители Вельшино выпали из системы. Это ещё ладно. Если налаживать с ними полноценное экономическое сотрудничество, то можно легко оказаться в пролёте. Налоги, лицензии и прочее вмиг сожрут всю прибыль. Юрий, ты должен сам прекрасно понимать: как агенты экономической деятельности, жители Вельшино откатились в прошлое тысячелетие. Иначе говоря, их производительность крайне низкая, а продукция, соответственно, крайне дорогая. Какая-либо торговля с ними возможна лишь с нарушением закона. Там…, — жена лесовода на миг задумалась, — уход от налогов, двойная бухгалтерия и прочее.

— А торговать с сектантами в ноль, только время терять, — добавил Егор Назарич. — В общем, наладить торговлю так и не удалось. Отец Крот когда это понял, то отстал от нас окончательно.

— Дела…, — лишь протянул Юрий.

Больше всего в рассказе лесоводов поразил не факт попытки наладить торговлю с Большим внешним миром, а лицемерие отца Кондрата. Ведь он старательно, едва ли не на каждой воскресной проповеди, уверял односельчан, будто любая связь с Большим внешним миром крайне опасна для спасения души. Дескать, молния с небес, тело в землю, а душа сразу в ад, в котёл с кипящей смолой и серой, ну и далее по списку. А сам, оказывается, Юрий заскрипел зубами, пытался воспользоваться благами цивилизации. Но не получилось. Вельшино со всеми односельчанами не просто выпали из системы. Нет. Экономическая разница оказалась слишком большой, чтобы наладить хоть какое-то взаимодействие. Или это и есть одна из главных причин, почему государство без особых затей просто запихнуло всех недобитков в «Благодатный мир»? Весьма вероятно.

Таковы особенности цифровой экономики. Это Юрий понял ещё из уроков истории, когда учился в Новосибирском университете. Да, вести бизнес стало гораздо проще. Можно не опасаться нарваться на откровенных мошенников, или на чиновников, что откровенно начнут вымогать взятки. Но, с другой стороны, тотальный контроль. Настолько тотальный, что не позволил секте «Истинные люди» встроиться в экономическую жизнь страны хотя бы левой пяткой. Как результат Вельшино замкнулось в себе, полностью перешло на натуральное хозяйство. Впрочем, как и все прочие поселения недобитков.

— А вы, случаем, не в курсе, что стало с другими деревнями недобитков? — спросил Юрий, хотя и сам прекрасно знает ответ. — Ведь кроме моего Вельшино были ещё Ольхинеха и Старославино.

— А, эти, были конечно, — Егор Назарич расслабленно кивнул. — Года через полтора полицейские переловили всех недобитков. Окончательно добили, так сказать.

— Добили, — словно эхо повторил Юрий.

Дремучая тайга, сотни километров нехоженых троп, буреломы и болота на самом деле лишь создавали видимость полной изоляции от Большого внешнего мира. На орбите Земли висят огромные универсальные станции, которые видят буквально всё, что происходит на поверхности. Для них не помеха ни ночь, ни туман, ни даже грозовые тучи. А к ним ещё можно смело добавить возможности компьютерной техники и роботов. Лишь в Новосибирском университете Юрий окончательно понял, как полиция узнала о жителях Вельшино буквально всё. Элементарно, оказывается. Наверняка сотрудники правопорядка насытили дома односельчан самыми разными «жучками», скрытыми микрофонами и видеокамерами. Да и возможности обычных поисковых собак тоже не стоит скидывать со счёта.

— Неужели вот так переловили всех до одного? — уныло переспросил Юрий.

— Поверь: всех до одного, — Егор Назарич развёл руками. — Вон, больше десяти лет прошло, а из леса никто так и не вышел. За это же время так и не появилась ни одна новая деревня или хотя бы хутор.

Конечно, бывало, что не всех накрывали разом, — продолжил лесовод. — Один-два, особенно молодые да бойкие, прорывались через облаву и убегали в тайгу. Но и таких через день-два ловили, как беглых каторжников в старину. Я это точно знаю.

— Откуда? — спросил Юрий.

— Так ведь и нас с Галей пару раз привлекали для поисков, — охотно пояснил Егор Назарич. — Пойми правильно, Юрий: голод, страх и отчаянье в конечном итоге толкнули бы беглецов на преступление.

— И что же стало с беглецами?

— Можешь быть уверен, — Егор Назарич не удержался и хохотнул, — никого на месте не расстреляли. Всех, всех без исключения, в конечном итоге отправили в «Благодатный мир».

— Это точно, — нехотя согласился Юрий.

Чай давно выпит, но опрокинуть ещё одну чашечку уже не хочется. За окном окончательно стемнело. Даже волчий вой растворился в ночном лесу. На миг на кухне повисла тишина. Лишь слышно, как где-то на втором этаже просторного и уютного дома тихо голосит телевизор.

— Юрий, прости за неприличное любопытство, — осторожно начала Галина Назарич, — но и в самом деле жуть как интересно, как оно там на самом деле в «Благодатном мире». Я таких диких слухов наслышалась, что хоть стой, что хоть сразу падай.

Юрий не сразу сумел сфокусировать взгляд на жене лесника. А, ну да. Ещё в дороге он успел более чем основательно рассказать о «Благодатном мире» Егору Назаричу, то теперь его супруга, оказывается, тоже изнывает от дикого любопытства. Рассказывать упорно не хочется, но не стоит обижать гостеприимную хозяйку.

— Я ведь когда за вами подглядывал, уже тогда подумывал, а не сбежать ли мне из Вельшино, — нехотя начал Юрий. — Да и жениться на деревенской дурнушке жуть как не хотелось. А тут, понимаешь, — Юрий тяжело вздохнул, — Большой внешний мир, едва ли не в прямом смысле этого слова, сам свалился мне на голову.

Неторопливо и обстоятельно, впрочем, стараясь избегать самых интимных и солёных подробностей, Юрий принялся рассказывать о «Благодатном мире». Егор Назарич хоть уже и слышал его рассказ, но всё равно и во второй раз смотрел на Юрия с огромным интересом. Чего уж говорить о Галине Назарич, которая едва сдерживалась, чтобы не утопить Юрия в массе уточняющих вопросов.

— Так что же это получается, — Галина Назарич эмоционально всплеснула руками, — ты у нас теперь круглая сирота?

— Получается так, — печально согласился Юрий и с мрачным юмором добавил, — круглее не бывает. Вся моя родня, вся без исключения, так и осталась в «Благодатном мире». Я даже не знаю, кто и по каким виртуальным городам разбежался. Вряд ли даже родители остались в базовой локации «Вельшино». А самое ужасное в том, Галина Назарич, что у меня до сих пор нет ни малейшего желания связаться хотя бы с матерью.

— Но почему? — удивлённо воскликнула Галина Назарич.

— Да ясень пень почему, — вместо Юрия вклинился Егор Назарич. — От встречи с родной матерью ничего, кроме боли и разочарования, быть не может.

— Верно, — Юрий кивнул. — Я никак не смогу ей объяснить, почему невозможно хотя бы её и отца вытащить вслед за собой в реальность. Мои родители просто не поймут этого. Как бы мало по историческим меркам не существовало реальное Вельшино, однако в нём успело сформироваться классическое патриархальное общество. А тяжёлая жизнь в таёжной глуши вновь вернуло к жизни не только прямую родственную спайку, но и мира. В смысле, — тут же уточнил Юрий, — мир, как крестьянская община деревни.

— Получается, Юрий, теперь ты человек без корней, — сделала вывод Галина Назарич.

— Получается, — Юрий вновь кивнул.

— Нельзя, нельзя быть таким, — уверенно заявила Галина Назарич.

— Нельзя, — охотно согласился Юрий.

— Ладно, хватит о грустном, — Егор Назарич с шумом поднялся из-за стола. — Да и вообще хватит на сегодня. Спать пора. Завтра с утра, как и обещал, отвезу тебя в Вельшино. И да, Юрий, дикого зверья можешь не опасаться. Заборы у нас высокие, крепкие, сам видел. Да и Тузик бздит не по-детски. В прошлом году он у нас волка задрал.

— Да щенка он почти задрал, — Галина Назарич поднялась следом, — слишком молодого и слишком глупого.

— Хорошо, хорошо, я понял, — Юрий улыбнулся. — Всем спокойной ночи и до завтра.

На улице… Благодать! Едва за ним захлопнулась задняя дверь, как Юрий поднял руки и потянулся всем телом. Великолепный летний вечер. Воздух прохладен и свеж, но не до такой степени, чтобы кожа стала гусиной. За высоким забором темнеет громада леса. Над головой чуть более светлое небо. Через широкие разрывы туч то и дело проглядывают яркие звезды. Одно плохо — комары испортили всю малину. Не прошло и минуты, как воздух вокруг Юрия буквально пропитался назойливым и занудным гудением.

Небольшая пробежка под защиту палатки. А внутри и в самом деле тепло. Юрий опустился на корточки перед обогревателем. Красная метка рукоятки регулятора остановилась возле отметки «20». Двадцать градусов тепла — вполне достаточно для комфортного сна. Юрий выпрямился в полный рост. Ого, а светильник в виде шара оказался с небольшим, но очень приятным дополнением. Он не только светит, от сферы исходит едва уловимый запах. Вот почему снаружи тучи комаров, а внутри ни одной пискливой твари.

Футболка и брюки повисли на спинке стула. Юрий забрался под одеяло. Тепло, уютно и приятно. Даже едва уловимый комариный писк по ту сторону плотной ткани доставляет удовольствие. Вот она реальная жизнь со всеми своими плюсами и минусами. А то в Сочи 2.0 комаров нет в принципе. Хотя в достопамятном Верхнеянске в летнюю пору постоянно приходилось разоряться на разные антикомариные средства. А то достаточно всего одной твари, чтобы напрочь испортился всякий сон. За тринадцать лет Юрий успел напрочь отвыкнуть от комаров, хотя что в реальном Вельшино, что в базовой локации «Вельшино» от них было не спрятаться.

Не об этом надо думать, не об этом. Юрий перевернулся на бок, руки надвинули одеяло под самый подбородок. В душу буквально врезались слова Галины Назарич — «человек без корней». Вот она новая цель его новой жизни — найти то самое место, где он сможет пустить эти самые корни. Эх, Юрий вздохнул, знать бы ещё, где это самое место находится.

Сон быстро сморил Юрия. Виной тому то ли длинный и богатый на события день, то ли две стопки отличной домашней водки. Да какая разница?

Глава 6. Гнилая заноза

Большой чёрный внедорожник Егора Назарича плавно остановился. Юрий перевёл дух, наконец-то закончилась непривычная, а от того ещё более утомительная тряска. Вот уж точно — всё познаётся в сравнении. Дорога от асфальтированной трассы до усадьбы лесоводом ещё прелесть, оказывается.

— Приехали. Передохнём немного, надо ноги размять, — рука лесовода с щелчком провернула ключ в замке переключателя, россыпь огоньков на панели внедорожника тут же погасла.

Размяться, так размяться. Тихо звякнула застёжка ремня безопасности. Юрий неуклюже выбрался из внедорожника и оглянулся. Да, это то самое место.

Берег тихой лесной речушки Шушбай за тринадцать лет ничуть не изменился. Высокая трава и густые кусты всё так же спускаются к самой кромке воды. Длинные ветки сосен и берёз всё так же нависают над тёмной рекой. А на этом месте тихое течение всё так же подмывает берег, от чего золотистый песок всё так же просыпается маленьким уютным пляжем. Хотя нет, кое-что всё же изменилось.

У самого края песчаного пляжа появилась площадка из квадратных тёсаных брёвен. Юрий подошёл ближе, наверняка древесина пропитана какой-нибудь химией, чтобы не гнила. Из-за чего брёвна приобрели насыщенный чёрный цвет. Впрочем, цвет вполне приятный для глаз и никакого неприятного запаха. Место для костра обзавелось ещё более основательным очагом из закопчённых камней. А в кустах рядом притаилась высокая пластиковая кабинка мобильного туалета.

— Мы на это место до сих пор ездим всей семьёй. Вон, — Егор Назарич махнул рукой, — капитальное основание под палатку сделал, жене и дочери очень нравится. Да и туалет нормальный пришлось приобрести. А то мне самому не шибко нравится, когда комары за задницу кусают. Ничего более я из принципа не делают.

Егор Назарич облачился в привычный камуфляж и чёрные сапоги. Чувствуется, буквально в каждом движении чувствуется, что для него это более чем привычная одежда. Хотя лесовод не солдат, да и в армии служить ему не довелось. Зачем тогда ему маскирующий наряд?

— Если не секрет, то почему? — Юрий остановился у кромки воды.

— А иначе глупость получается, — Егор Назарич остановился рядом. — Мы и так за городом живём. Обзаводиться ещё и дачей, это явный перебор. Но на это место мы гостей и туристов не водим, так что цени. Рыбалка здесь хорошая. Да и само место очень удобное.

— Спасибо, ценю, — Юрий вполоборота глянул на лесовода.

То ли усталость, то ли домашняя водка, то ли свежий таёжный воздух, то ли это всё сразу помогли Юрию великолепно выспаться. Лесник, хоть и обещал разбудить с утра пораньше, но, к счастью, не спозаранку. Да и зачем рано вставать? Ни на рыбалку, ни на охоту, ни по грибы они всё равно не собирались. Ровно в восемь утра Юрия разбудил вежливый стук в деревянную подпорку палатки.

Сборы не заняли много времени. Душ и обильный завтрак. Уже в девять часов утра бывалый внедорожник Егора Назарича вывез Юрия из усадьбы с выразительным, как выяснилось, названием Шушбай. Супруги Кругликовы не стали проявлять чрезмерную фантазию, а потому и свой дом назвали по имени своей же семейной фирмы. Правда, лесник не удержался и провёз-таки Юрия через делянки. Но оно того стоило. Лишь вблизи Юрий с немалым восторгом убедился, насколько же стройные и высокие растут деревья. Особенно пришлись по душе кедры.

Как пояснил Егор Назарич, спрос на натуральную древесину постоянно растёт. Люди уже досыта наигрались с дешёвым и далеко не самым чистым с точки зрения экологии пластиком. Натуральности захотелось. Так что в недалёком будущем семейная фирма «Шушбай» обещает приносить неплохую прибыль. Да и экспансия за пределы Земли набирает обороты. Натуральная древесина там, где вообще ничего не растёт, уже сейчас считается роскошью.

Пусть Егор Назарич повёз Юрия кружным путём через делянки с молодым лесом, однако не прошло и сорока минут, как внедорожник остановился на берегу Шушбай, всё той же тихой лесной речушки с тёмной и холодной водой. Тринадцать лет назад именно по её руслу проходила негласная граница между Большим внешним миром и замкнутым сам на себя миром секты «Истинные люди».

Взгляд упал на противоположный берег Шушбай. Да, Юрий машинально кивнул, именно в тех кустах он прятался и наблюдал за лесоводами долгих четыре года. Как же глупо и наивно теперь всё это выглядит. Интересно, Юрий вытянул шею, а теперь, случаем, за ними кто-нибудь наблюдает?

— Интересно, а сейчас за нами кто-нибудь наблюдает? — поинтересовался Егор Назарич. — Или на двух полностью одетых мужиков не так интересно смотреть?

— Сами же говорили, некому теперь смотреть, — ответил Юрий.

— Это верно, — легко согласился Егор Назарич. — Как мне заявил майор полиции Соловьёв, с недобитками покончено раз и навсегда. Причём не только в нашей области, но и вообще по всей стране.

— А как мы переберёмся на другой берег, — Юрий поспешно сменил неприятную тему.

— В этом месте лучше не переходить. Дно хорошее, песчаное, только вода холодная. Да и глубины хватает. Мы здесь только в жару купаемся. Так что я точно знаю.

— Тогда как же быть? — недоумённо спросил Юрий.

— Там, дальше, — левая рука Егора Назарича махнула выше по течению, — отличный мост имеется.

— Откуда? — удивлённо воскликнул Юрий.

Тут и в самом деле есть чему удивляться. Насколько Юрий помнил, никаких мостов и мостиков через Шушбай отродясь не было. Пусть граница была негласной, но жители Вельшино никогда не переходили на правый берег. Считалось, что уже на нём начинается территория проклятых и богомерзких машин.

— Понимаешь, — Егор Назарич вдруг смутился, — когда Вельшино зачистили…. В общем, после вас остались поля и пастбища. Ну и…, — лесник неопределённо рубанул воздух перед собой ребром ладони, — я с властями района договорился и делянки там разбил. Расширился, так сказать. Пойми меня правильно, соблазн был дикий, не нужно было разрешение на вырубку леса оформлять, благо на ваших бывших полях и лугах его и так не было. А мостик через Шушбай я сам соорудил, чтобы тяжёлая техника на ту сторону пройти могла.

Юрий лишь грустно улыбнулся в ответ. Егор Назарич прямо не сказал, но по факту он прибрал к рукам поля и пастбища жителей Вельшино. Хотя, с другой стороны, через десяток другой лет они всё равно заросли бы лесом.

— Ладно, поехали, — Егор Назарич развернулся на месте.

Через километр едва проторенная лесная дорога и в самом деле вывела к мосту. По-своему это весьма солидное сооружение. Длинные и толстые стволы переброшены с берега на берег. Сверху накат из более тонких стволов. Две полосы содранной до древесины коры образуют своеобразную колею.

— Понимаю, — заговорил Егор Назарич, едва передние колёса внедорожника с тихим треском вкатились на тонкие брёвна наката, — ни один строительный инспектор такой мост в эксплуатацию ни за что не примет. Да мне плевать, честно говоря. Всё равно им никто, кроме меня, разумеется, не пользуется.

Ещё через километр и в самом деле потянулись промышленные делянки, не широкие, но очень длинные прямоугольники. Ровные, словно по линейке, ряды с юными соснами, ёлками и кедрами выстроились словно солдаты на параде. Юрий лишь качнул головой, здесь и в самом деле на его памяти были поля и луга. Старики очень любили рассказывать, сколько сил и времени им пришлось вбухать, чтобы расчистить всю эту землю от дремучей тайги.

— Лес растить очень долго, — разговорился лесник, едва слева по ходу движения внедорожника показалась первая делянка, — зато хлопот почти никаких. Ели и сосны пропалывать и поливать не нужно, только траву косить регулярно, чтобы молодые саженцы не душила. И то на шестой-седьмой год надобность и в этом отпадает. Вон, приехали.

Возле очередной делянки машина встала. Юрий тут же выбрался наружу. Да, и в самом деле приехали. Старая околица вот уже второй десяток лет доблестно держит оборону. Столбы подгнили, некоторые заметно подкосились, но ни одна из длинных серых жердей, что перегораживают проход, так и не упала в густую траву.

Юрий подошёл ближе. Главная задача околицы, чтобы скотина не потерялась. А то с глупой коровы станется в лес уйти. Хотя, как уверяли старики, и дикий зверь не решался пересечь простенькое ограждение. Только Юрий в эту байку никогда не верил.

Едва торенная дорога привела точно к главной деревенской улице. Твою ж мать, будто и не было всех этих лет. Юрий привычно поднырнул под выбеленную дождями, Солнцем и ветром жердь. Вот он и дома, так сказать.

Душа пошла трещинами. Мир перед глазами зарябил и задёргался, будто он вновь оказался в Сочи 2.0. Вельшино не было ни разрушено, ни сожжено. Люди просто покинули его, бросили. Главная деревенская улица заросла густой и высокой травой, скрылись даже глубокие колеи. Юрий качнул головой, даже не верится, что в дождливую погоду улица превращалась в длинную полосу грязи. Серые от времени заборы из грубых досок всё ещё огораживаю дома и дворы. Тёмные бревенчатые избы где в три окна, где в четыре возвышаются над ними. Вон, даже ставни не закрыты и не заколочены. Во многих местах время и ветер сорвали их. Дранка, что покрывает все без исключения крыши, много где окончательно сгнила и превратилась в труху. Чёрные дыры словно провалы в другие измерения.

Ощущение нереальности охватило горло холодным стальным обручем. Юрий неторопливо двинулся вдоль по улице. Густая трава словно нехотя расступается перед ним и тут же смыкается у него за спиной. Ну дела… Ничего подобного с ним не было даже в «Благодатном мире». В памяти упорно всплывают воспоминания будто о другом Вельшино, живом и даже шумном. Разговоры людей, мычание коров, звонкие голоса петухов. Упорно кажется, что сейчас, буквально сейчас, вот-вот распахнётся та или иная калитка и давний односельчанин окликнет его, а потом обязательно добавить, дескать, опять бегал на Шушбай глазеть на бесовские машины. Ведь было время, когда Юрий знал в лицо и по именам всех односельчан.

По спине скатилась нервная дрожь. Не дай бог из-за угла покажется тёмная и тощая фигура отца Кондрата в чёрной потёртой рясе. Вот уж кого Юрий боялся с раннего детства. Это даже удивительно, что у него хватило смелости, пусть и в самый последний момент, сказать «нет», когда отец Кондрат едва не обвенчал его с деревенской дурнушкой Анастасией Зориной.

Бред какой-то, Юрий на миг остановился. Охренеть можно. Он семнадцать лет прожил здесь, ходил по этой улице. Но память, память о прошлом, память о детстве, упорно отказывается принимать то, что сейчас видят его глаза. А видят они полное запустение и тишину. Нехорошую такую, ненормальную тишину.

А вот и центральная площадь. В принципе, этого и следовало ожидать. Небольшая церковь сохранилась лучше всего. Маковка всё такая же облезлая, крыльцо в три ступеньки и закрытая дверь.

— Это я дверь закрыл, — из-за спины пояснил Егор Назарич. — Чтобы зверьё не шастало. Церковь, всё-таки.

Пусть и не сразу, с недовольным противным скрипом, старая дверь медленно распахнулась. Юрий переступил порог. Внутри храма божьего ненормальная раздвоенность восприятия несколько отпустила. Ну правильно, Юрий кисло улыбнулся. Бывать в самой церкви ему приходилось мало, если не сказать редко. Народу в Вельшино жило гораздо больше, чем мог вместить маленький храм. Вот Юрию и приходилось вместе с родителями и прочими «лишними» односельчанами стоять на улице и лишь слушать, как изнутри, через распахнутую дверь, доносится густой и важный голос отца Кондрата.

— А иконы где? Иконостас? Да и прочая утварь где? — Юрий развернулся к Егору Назаричу.

В «Благодатный мир», как и на тот свет, с собой не возьмёшь даже нательного крестика. Поэтому полиция просто вывезла жителей Вельшино в том, в чём каждый из них оказался на момент пленения. Собирать вещи, не говоря уже о домашнем скарбе, не было никакого смысла.

— Так, это, — лесовод потёр пальцами висок, — забрали.

— Кто забрал?

— Да как вас в «Благодатный мир» сплавили, так буквально на следующий день сюда целая делегация нагрянула. Насколько мне известно, большую часть утвари, в том числе иконостас, в краеведческий музей увезли. Не спрашивай, не помню в какой именно. А иконы со святыми книгами по церквям раздали. Я точно знаю, что в храме Гренёво, куда мы по праздникам ездим, икона из вашего Вельшино висит. Как-то Галя мне объяснила, дескать, она настоящая, древняя. В смысле, не новодел современный. Ей самое место в храме божьем.

Делать в пустом храме больше нечего, Юрий вышел на крыльцо, его тут же окутал тёплый воздух. В лесу прохладно и сыро, а вот на деревенской площади Солнышко изрядно припекает. Юрий расстегнул ворот прочной лесной куртки, что дал ему Егор Назарич. А теперь… Сердце тут же напряжённо забилось. А теперь самое главное.

Тринадцать лет прошло, однако ноги так и не забыли дорогу к дому. Неспешный шаг по деревенской улице, что густо заросла высокой травой. Знакомый забор. Правая рука привычно толкнула ещё более хорошо знакомую калитку. Десяток метров через двор и совсем уж хорошо знакомое крыльцо. Юрий остановился перед закрытой дверью. От волнения аж мурашки по телу. Вот он и дома. Дома, только радости ни на грош.

Ненормальное чувство раздвоенности треснутым колоколом загудело в голове. Кажется, Юрий даже чуть посторонился. Упорно кажется, будто дверь сейчас распахнётся, и на крыльце появится отец. Грозный родитель сердито сдвинет брови, привычно спросит, где это Юрий шатался? Или опять на Шушбай бегал? А потом тяжёлая рука родителя отвесит ещё более тяжёлый подзатыльник. Аж голова заболела, Юрий потёр затылок. Это уже вообще ни в какие ворота не лезет. Кажется, будто ладонь отца и в самом деле звонко шлёпнула по затылку.

Ладно, хватит фигнёй страдать. На удивление дверь в родной дом распахнулась легко, почти без скрипа. В сенях на миг подступило острое желание снять сапоги, а то мать ругаться будет. Юрий прошёл в гостиную, она же самая большая комната в их доме. На это раз кажется, будто здесь похозяйничали грабители. Ну да, Юрий кисло улыбнулся, трофейная команда, пусть и не классические мародёры. Но всё равно обидно.

По среди избы большая русская печь. Юрий прикоснулся к ней, ладони ощутили стылые кирпичи под облезлой побелкой. А когда-то они всегда были тёплыми, даже горячими. В закутке большая кровать родителей. На удивление она до сих пор аккуратно заправлена. В грубом покрывале ни одной дырки. А вот здесь, Юрий обогнул печь, в небольшой комнатке до сих пор стоит ещё одна кровать. Его кровать, которая была предназначена для него и молодой жены. Лицо запылало жаром. Как же хорошо, что Анастасии Зориной, деревенской дурнушке, так и не довелось вместе с ним прилечь на неё. Это было бы омерзительно.

С ума сойти! Юрий качнул головой. На стене, на кованом тёмном гвоздике, до сих пор висят его рабочие штаны и рубаха. Серый кушак свесился будто дохлая змея. Именно в этой одежде ему приходилось убирать навоз в хлеву, таскать дрова, да и прочие дела по дому, в поле и в огороде. Юрий оглянулся. Если не считать следов трофейной команды, то дом остался таким, каким они его оставили. Накануне в субботу мать навела в избе чистоту. Ведь на следующий день, в воскресенье, они всей семьёй отправились в церковь на воскресную службу. Тогда Юрий надел чистую одежду, парадную, в которой осенью должен был жениться на Анастасии Зориной. Вместо этого он вместе со всеми односельчанами старше пятнадцати лет угодил в «Благодатный мир». Вот обстановка в доме и осталась почти не тронутой.

Всё кажется, будто в избу можно заехать и жить хоть прямо сейчас. У зева печи до сих пор кривой пирамидкой сложены дрова, а на шестке небольшой кучкой лежит растопка. Мать собиралась по возвращению из церкви сразу же затопить печь и заняться едой. Юрий сам, по приказу отца, принёс со двора эти дрова, а ещё чуть раньше натесал эту самую растопку.

Обстановка в доме сохранилась в почти нетронутом виде ещё и потому, что незадолго до того, как в Вельшино нагрянул Большой внешний мир, Юрий сам помогал отцу перебрать крышу. Старая дранка сгнила, а новую натесали из отличных смоляных брёвен. Вот за тринадцать лет крыша так и не протекла.

Юрий вернулся в гостиную. Возле кровати родителей притаился большой окованный железными полосами сундук. Полукруглая крышка поднялась с тихим скрипом. В нос тут же шибануло затхлостью, хотя вещи сами по себе сохранились вполне прилично. Какая ирония! Левой рукой Юрий подцепил телогрейку отца. Грозный родитель так ей дорожил, считал очень ценной, даже обещал оставить её в наследство, если только непутёвый сын перестанет валять дурака и бегать на берег Шушбай. Но! Ценная телогрейка серой кучей рухнула обратно в сундук, сверху грохнула полукруглая крышка. Старая полинявшая телогрейка трофейную команду так и не заинтересовала. А сейчас она тем более не нужна.

Юрий ещё немного прогулялся по дому, а потом вышел во двор. А вот тот самый хлев, где когда-то жили коровы с телятами и овцы. Юрий отвернул в сторону низенькую дверцу. Когда-то тут славно воняло свежим навозом, а теперь лишь пылью и вконец гнилым сеном в яслях на стене. В своё время Юрий вместе с отцом поменяли дранку и на крыше хлева, а вот пол окончательно сгнил. Зато в углу до сих пор прислонены тот самый веник и те самые грабли. Господи, Юрий на миг закатил глаза, даже не верится. Сколько же раз ему приходилось чистить это проклятый хлев тем самым веником и теми самыми граблями. Да, кстати.

— А куда делась вся скотина? — Юрий вышел из хлева во двор. — Ведь только у нас были коровы, телята и овцы. А по деревне ещё больше.

— О-о-о! — Егор Назарич, который всё это время терпеливо ждал Юрия у крыльца, театрально закатил глаза. — Ты не поверишь. Коров, коз, кур да и прочую полезную живность забрал какой-то сельскохозяйственный институт. Дескать, уникальные породы и далее в том же духе. Но это только из Вельшино, ведь твоя деревня первой под переселение в «Благодатный мир» угодила. Когда очередь и до прочих недобитков дошла, то вся живность была организованно вывезена и продана местным фермам. Кто-то тёлочек в своё стадо добавил, а кто-то хрюшек сразу на мясо пустил. Сам понимаешь, не без этого.

Меньше всего повезло собакам и кошкам. Да, вслед за полицейскими сюда нагрянули всякие борцы за права животных Да только на беду свою большая часть домашних любимцев разбежаться успела. Сам понимаешь, итог печален — какая тварь божья не сумела к людям прибиться, та сдохла от голода, если ещё раньше не стала обедом для таёжных хищников.

Кстати, — Егор Назарич улыбнулся, — помнишь двух котов у меня в доме на пылесосе?

— Конечно помню, — Юрий кивнул.

— Один из них Тишка, он внук Люски, кошки как раз из вашего Вельшино. Где-то через месяц после вашего выселения она к нам прибилась и прожила в усадьбе шесть лет.

У животных, как и у людей, своя судьба. Дальше от хлева начинается заросший по самое не хочу огород. Только у Юрия начисто пропало желание пройтись ещё и по нему. Хотя там должен быть колодец, откуда ему бессчётное количество раз приходилось таскать воду для полива и для бани. В Вельшино был всего один колодец с хорошей питьевой водой, к которому за разговорами и свежими сплетнями любила бегать мать.

Калитка печально стукнулась за спиной, когда Юрий вновь вышел на улицу и развернулся, чтобы в последний раз глянуть на свой дом. Да, да, это именно его дом, а не родителей. Согласно обычаю, как младший сын и как единственный, кто сумел дожить до семнадцати лет, он должен был бы остаться в нём с молодой женой, дабы заботиться о родителях в старости. Но этого так и не произошло. Юрий тупо уставился на тёмный забор. Чёрт побери! И очень хорошо, что этого не произошло!

Взгляд влево, взгляд вправо. Пустая улица заброшенной деревни, густая трава, тёмные избы, кривые заборы и тишина. Лишь где-то стучит дятел, да шумит ветер. На Юрия будто снизошло озарение свыше, душа аж замерла от восторга, а щёки запылали от внутреннего жара. Вельшино больше нет. Секты «Истинные люди» больше нет. Прежняя жизнь умерла в этом месте тринадцать лет назад.

С сердца будто схлынула грязь, а с плеч свалился тяжкий камень. Юрий распрямил спину и вдохнул полной грудь. Хорошо-то как! Только здесь и сейчас Юрий окончательно поверил, что он сумел выйти в реальность, в настоящую реальность. В ту самую реальность, где осталась заброшенная деревня Вельшино. Прежняя жизнь всё равно умерла, хоть и до сих пор влачит жалкое существование в «Благодатном мире». Хотя, Юрий едва не расхохотался от собственных мыслей, чем чёрт не шутим. Вполне может быть, что и отец Кондрат, да не будет он помянут на ночь, сбросил рясу, повесил на гвоздик большой латунный крест, помолодел лет на сорок и теперь по-молодецки зажигает на самых модных танцполах. Хотя, хриплый смех всё же вырвался наружу, скорей всего бывший священник, бывший духовный лидер секты «Истинные люди», тупо спился в каком-нибудь «Урагане», баре для любителей дешёвого пива и недорогой водки.

Все без исключения жители Вельшино что-то потеряли, когда переселились в «Благодатный мир». Не обошлось и без трагедий, кода матери потеряли детей до пятнадцати лет. Однако отец Кондрат потерял больше всех. Он потерял власть над телами и душами односельчан. Вот почему священник так остро реагировал на каждого, кто убегал в Портал. Даже если это был Тарас Емелин, местный алкаш и вообще пустой мужичок.

— О-о-о, как я вижу, ты повеселел, — вслед за Юрием Егор Назарич вышел на деревенскую улицу. — Уж не собираешься ли ты поселиться здесь?

— В смысле? — Юрий недоумённо глянул на лесовода.

— Ну как же, — Егор Назарич и не собирается шутить, — ты же сам говорил, что превратился в круглого сироту, круглее не бывает. Так что, по-крупному счёту, тебе без разницы где жить и где работать. Так почему бы не здесь, — сильные руки лесовода словно обняли заброшенное Вельшино. — Ведь это твоя родина, твоя земля. Ты родился и вырос здесь.

Хм-м-м… Юрий задумчиво нахмурился. О чём, о чём, а о подобном он никогда не думал. Всё, что он хотел, просто убедиться, что ни Вельшино, ни секты больше нет.

— А что? Вариант более чем реальный, — Егор Назарич на свой манер расценил задумчивое молчание Юрия. — Власти активно помогают мелкому семейному бизнесу. Ты не думай, будто здесь глухомань, где последней медведь от онанизма умер. Будто здесь заняться совершенно нечем, разве только с волками на Луну выть. На самом деле возможностей здесь выше крыши. Да хоть лес выращивать, как я.

— Конкурента не боишься? — Юрий не удержался от подколки.

— Да какой из тебя конкурент, — Егор Назарич махнул рукой, но тут же торопливо добавил. — В смысле, тайга огромная. Ещё одна фирма «Шушбай» конкуренции ни на копейку не добавит. Спрос на древесину натуральную ещё лет сто расти только будет. Да ради такого дела я на тебя все делянки перепишу, что на месте твоих бывших полей и лугов засажены.

Не хочешь быть лесоводом, так охотой займись. Туризмом экологическим. Здесь даже производство какое-нибудь развернуть можно. Вон, — широкая ладонь лесника шлёпнула по серой заборной доске, — хоть тем же фермерством. Будешь выращивать коров и хрюшек на чистейших лесных травах. Рябчиков разводить можно, да хоть лосей. Тут, главное, хороший бизнес-план написать надо. Но мы с Галей тебе с этим обязательно поможем.

Юрий неторопливо двинулся по улице. Лесник говорит чудные вещи, будто бредит. Но при этом на полном серьёзе. По крайней мере, в его словах нет ни малейшего намёка на глупую шутку или стёб.

— На портале «Госуслуг» глянуть надо, — Егор Назарич зашагал рядом. — Там всегда можно найти свежую информацию о конкурсах разных.

— Э-э-э…, — Юрий остановился и повернулся к леснику, — о каких таких конкурсах?

— Ну, балда, — Егор Назарич всплеснул руками. — Я же тебе только вчера рассказывал. Мы с Галей именно так нашу фирму семейную создали. На грант не только делянки кедрами засадили, но и усадьбу нашу построили.

— А, ну да, вспомнил, — Юрий кивнул и вновь неторопливой походкой двинулся по деревенской улице.

— А невесту мы тебе найдём, не сомневайся даже, — голос лесника звенит и сверкает от оптимизма. — Если ты не в курсе, то дезурбанизация продолжается во всю. Сейчас как раз маленькие городки и деревни всякие быстрее растут. Из городов крупных народ толпами сваливает. Ты без проблем найдёшь женщину, молодую и красивую, что захочет на природу перебраться. А если ты ей ещё и хороший бизнес-план предъявишь, то она тут же за тебя замуж выйдет, прямо на полу.

Юрий не выдержал и рассмеялся. В одном предложении лесник умудрился смешать бизнес-план, совет и солёную шутку.

— У вас, поди, уже и планы большие, — Юрий провёл пальцами по глазам, а то аж слёзы едва не брызнули.

— А то! — охотно согласился Егор Назарич. — Соседями будем.

— Ага, — сыронизировал Юрий, — а когда твоя ещё не рождённая дочь выйдет замуж за моего ещё не рождённого сына, то вообще родственниками станем.

— А почему бы и нет? — Егор Назарич с ходу отмёл всякий намёк на иронию. — Глядишь, со временем, вместо усадьбы Шушбай, полноценный посёлок появится. Если население десятка два-три будет, то из районных властей и дорого капитальную до трассы выбить можно будет. Благо четыре километра всего. А там, лет через сто, и город Шушбай будет.

Ну дела, Юрий лишь качнул головой. Егор Назарич не шутит, он сам очень и очень хочет в это верить. Может быть даже старается, чтобы оно именно так и вышло. И в этом плане ещё одна семья, пусть даже по соседству через несколько километров, будет далеко не лишней. Хотя…, — Юрий украдкой бросил взгляд на лесника, — вполне возможно, что его дети в город так и не уедут, а поселятся рядом. А там сыновья обзаведутся жёнами, а дочери мужьями. Вот так сперва усадьба Шушбай превратится в посёлок, а потом и в самом деле до городского статуса дорастёт. Ведь именно так в старину возникали сперва хутора, потом деревни, а потом и новые города.

— Нет, уважаемый, — решительным тоном произнёс Юрий. — Не буду скрывать: мне нравится природа, свежий воздух, колодезная вода и прочее, прочее, прочее. Но именно здесь я жить не буду. Это точно.

— Но почему? — разочарование в голосе лесника едва не переросло в жалобный собачий вой.

— Вельшино, даже мёртвое, — Юрий махнул рукой, — навивает на меня очень плохие воспоминания. Может быть в самом раннем и беззаботном детстве я и был здесь счастлив, только начисто не помню этого. А вот в более сознательном возрасте меня всегда тяготила жизнь в секте с её нелепыми предписаниями, ещё более нелепыми ограничениями и целенаправленным невежеством. Если ты не в курсе, — Юрий глянул на лесника, — то старики специально не учили детей грамоте, и вообще отказывались говорить о Большом внешнем мире.

— Это ещё на кой ляд?

Пояснения Юрия никак и ни коем образом не укладываются в голове лесовода.

— Чтобы оградить новые поколения от дурного влияния Большого внешнего мира, — пояснил Юрий. — Ведь чем менее образован человек и общество в целом, тем больше он и общество в целом пропитаны религией. Но как раз меня Большой внешний мир манил и звал. Думаешь, я почему подглядывал за вами целых четыре года? Потому что именно вы, даже купальник уважаемой Галины Назарич, символизировали для меня Большой внешний мир. Но какой он на самом деле, я имел крайне превратное представление.

— Ну да, звучит логично, — нехотя согласился лесник.

— А самое плохое, что едва не случилось со мной, — продолжил Юрий, — так это женитьба на Анастасии Зориной. Мало того, что она была деревенской дурнушкой, толстой и с кривыми зубами, так она ещё была слаба на передок. Иначе говоря, её сексуальная привлекательность никак не соответствовала её сексуальным аппетитам. Только в Сочи 2.0 до меня в полной мере дошло, какая же адская семейная жизнь обошла меня стороной. Так что может быть когда-нибудь я и буду жить в лесу, может даже в глуши, но только не здесь. Где угодно, но только не здесь.

Объяснение получилось эмоциональным, немного сумбурным, зато правдивым. Юрий вновь расправил плечи и вздохнул полной грудью. Заодно и для самого себя получилось всё расставить по полочкам. Хотя, конечно, жаль, что мечта лесника о посёлке Шушбай сдвинулась на неопределённое время в будущее.

— Хорошо, я понял тебя. Но что же тогда дальше? — вновь заговорил Егор Назарич, когда они вернулись к чёрному внедорожнику.

— Если не сложно, отвези меня обратно в город. Тавда, кажется, — попросил Юрий, едва присев на пассажирское кресло рядом с водителем.

— Но почему прямо сейчас? — от удивления Егор Назарич едва не подпрыгнул на месте, однако коленки лесника всё же глухо ударились о «баранку». — Ведь у тебя оплачено две ночи и три дня. По договору я привезу тебя в Тавду только в воскресенье вечером.

— Обещаю, что не буду требовать вернуть деньги за пропущенные дни, — Юрий виновато отвёл глаза в сторону.

— Дело не в деньгах, — отмахнулся Егор Назарич. — Я понять не могу — почему?

— Тошно мне здесь, — едва ли не через силу признался Юрий. — Это место, даже эта околица, — Юрий ткнул пальцем в окно, — вызвали в моей памяти очень много и далеко не самых приятных воспоминаний. Мне была ненавистна жизнь в секте, но мне так и не хватило сил порвать с ней, хотя бы банально удрать. Если бы не переезд в «Благодатный мир» и попытка женить меня на деревенской дурнушке, то я, может быть, так бы и остался в секте навсегда. А теперь моё прошлое кажется мне даже не кошмаром, а несусветной чушью.

— Хорошо, — ключ звонко щёлкнул в переключателе, руки Егора Назарича легли на «баранку», — я понял тебя. Но ты так и не ответил на мой вопрос.

— Какой? — Юрий в недоумении глянул на лесовода.

— Что дальше, Юра? Жить здесь ты не хочешь. Ладно, переживу. А где тогда ты хочешь жить? И с кем? — уточнил Егор Назарич.

— Не знаю, — Юрий пожал плечами. — Честное слово не знаю. Я пока в свободном полёте. Я только что избавился от прошлого. Очень надеюсь, что больше никогда не увижу это Вельшино. А о будущем мне ещё нужно подумать. Благо деньги у меня пока есть.

— И сколько? Если не секрет, конечно.

Чёрный внедорожник плавно тронулся с места. Под задней осью тихо и мощно загудел электрический двигатель.

— Двадцать тысяч, подушка безопасности, — ответил Юрий.

Скрывать от лесника правду не имеет никакого смысла.

— Ого! — Егор Назарич уважительно кивнул. — А ты молодец, не хило так подстраховался. С такими деньгами и в самом деле можно основательно подумать о будущем. Только с поисками не затягивай. А то без денег социальный рейтинг в момент просядет. Опять в «Благодатный мир» угодишь.

— О нет. Только не это, — тихо воскликнул Юрий.

Егор Назарич ловко развернул внедорожник. Вскоре околица Вельшино скрылась за поворотом едва проторённой лесной дороги. Юрий оглядываться не стал, хотя и проследил через зеркальце заднего вида, как серые от дождей, Солнца и ветра столбы словно растаяли за машиной. Ему и в самом деле предстоит подумать о будущем. Предстоит, но только не здесь и не сейчас.

Глава 7. Белый медведь на льдине

— Добрый вечер, уважаемый, — Юрий слегка навалился на высокую стойку администратора гостиницы.

— Добрый вечер, уважаемый, — эхом отозвался холёный администратор лет пятидесяти в безукоризненном деловом костюме насыщенного чёрного цвета.

— Подскажите, пожалуйста, где мне найти возможность присесть за электронный рабочий стол, или хотя бы за клавиатуру полноценного компьютера? — с этими словами Юрий вытащил из кармана смартфон. — Мне предстоит серьёзное дело, а я большой не любитель тыкать пальцем в мелкий экран.

Ради экономии в гостинице «Родник» Юрий снял одноместный номер класса «эконом». Какого-либо компьютера, не говоря уже о полноценном электронном рабочем столе, в нём нет и быть не может по прейскуранту. Зато имеется вполне удобная кровать, небольшой столик, на стене плоский телевизор и в отдельной комнате душевая кабинка с унитазом. А больше Юрию и не нужно, ведь он не на отдыхе.

— Нет ничего проще, — администратор добродушно улыбнулся. — Недалеко от автовокзала находится суши-бар «Васаби». Именно там, за весьма умеренную плату, вы можете арендовать компьютер с доступом в Интернет. Вы знаете, где находится наш автовокзал?

— Конечно, — Юрий кивнул.

— Там же, в суши-баре «Васаби», вы заодно сможете перекусить. Хотя, смею заверить вас, кухня нашего ресторана выше всяких похвал, а цены не напугают ваш кошелёк. Особенно рекомендую отведать рябчиков. Правда, они не дикие, с фермы, но всё равно очень хороши.

— Верю, верю, охотно верю, — Юрий благодушно улыбнулся. — Только, при всём уважении, перед вами безработный нищеброд, который экономит на всём, на чём только можно сэкономить. Особенно на рябчиках. Но за предложение спасибо. При случае обязательно воспользуюсь вашей рекомендацией. Всего вам хорошего.

— И вам всего хорошего, — на лице администратора не дрогнул ни один мускул, хотя ему вряд ли нравится прислуживать нищебродам.

По каменным ступенькам Юрий спустился на заасфальтированный тротуар. Перед ним в обе стороны раскинулась улица Максима Горького. Вечер, рабочий день уже закончился. Поток машин на проезжей части заметно вырос, да и пешеходов прибавилось. Жители Тавды спешат насладиться вечером понедельника, хотя его и называют самым тяжёлым на неделе.

Автовокзал должен быть там, Юрий повернулся в левую сторону. Строго говоря, в северо-западном направлении через два-три квартала. А там и суши-бар «Васаби» непременно найдётся.

Шелест шин, тихий гул электрических движков и голоса людей. Юрий неторопливо шагает по тротуару. Откровенно говоря, он успел пожалеть, что отказался от предложения Егора Назарича задержаться в усадьбе Шушбай до воскресенья и как следует отдохнуть на лоне природы. Лесник обещал угостить шашлыками и жаренной на углях рыбой, но уломать так и не сумел. И лишь когда за окнами чёрного внедорожника лесника замелькали пригороды Тавды, Юрий сообразил, что оказался в районном центре в аккурат вечера пятницы. Но упрямая гордость так и не позволила дать задний ход. Внедорожник Егора Назарича, как обычно замызганный серой глиной, благополучно укатил обратно в усадьбу Шушбай. Скорей всего, никогда более они не увидятся. Да и ладно.

Благодаря навигатору в смартфоне Юрий быстро нашёл гостиницу «Родник», где и поселился в одноместном номере класса «эконом» на два дня сразу. Уже у себя в номере, через смартфон, он подал заявку на «Всероссийскую виртуальную биржу труда». Благо его личный аккаунт никуда не делся, а вносить в анкету новые данные, либо править прежние, не пришлось вовсе. Юрий ещё в Центральной областной больнице Екатеринбурга, интереса ради, обновил анкету и написал новое резюме. Но!

Это виртуальная биржа труда работает в режиме 24 на 7. А у людей, у потенциальных работодателей и начальников, начались выходные. Юрий не сразу сообразил, что первые реальные предложения он получит лишь после обеда в понедельник. То есть, когда живые люди, администраторы и кадровики, глянут на его резюме и, очень хочется в это верить, отправят приглашения на собеседование.

Пусть и не в усадьбе Шушбай в обществе супругов Кругликовых, но Юрий и так неплохо провёл выходные. Благо в Тавде есть куда пойти и на что посмотреть. Насчёт «безработного нищеброда», откровенно говоря, он загнул. Пусть и без кутежа, Юрию удалось неплохо отдохнуть. А вот что было действительно плохо, так это масса свободного времени для невесёлых дум.

Приятная не навязчивая музыка встретила Юрия, едва перед ним распахнулась дверь в суши-бар «Васаби». Как и следовало ожидать, он отделан под средневековую Японию. Стены укрыты панелями под бамбук, пол застелен ламинатом, который с первого взгляда легко принять за циновку. Только вместо низеньких столиков, сидеть перед которыми можно только на корточках, главный зал заставлен вполне себе привычными столиками и стульями. Россия — это не Япония, здесь мало кто умеет с комфортом сидеть прямо на полу на корточках.

У дальней стены, за символической перегородкой из пластикового бамбука, нашлись обещанные администратором гостиницы компьютеры. Всего три штуки, зато все свободные. Юрий быстро арендовал один из них сроком на час.

Юрий поудобней устроился на простеньком пластиковом стуле. Да, это не полноценный электронный стол. Обычная клавиатура, классическая «мышь» и плоский экран на подставке. Компьютер общественный, явно трудится не покладая рук, особенно зимой и по выходным. Однако работники суши-бара более чем достойно следят за его чистотой. Правая ладонь легла на «мышь», плоский экран тут же загорелся. Ну да, Юрий усмехнулся, рабочий стол практически пуст.

Иконка браузера. Прямо в адресную строку Юрий забил адрес «Всероссийской виртуальной биржи труда», благо была возможность выучить его наизусть. Вот и персональный аккаунт. По рукам и ногах разлилось нервное напряжение. Впрочем, Юрий тут же расслабился, сработало. Вот она магия графы «Согласен на переезд в любую точку РФ». Мало кто её ставить. Только радоваться всё равно не получается.

Та-а-ак… Глаза пробежались по списку приглашений, всего десятка два. Для первого улова очень даже хорошо. Может завтра во второй половине дня добыча будет ещё более богатой. Ну а пока…

Ожидаемо, но всё равно обидно. Приглашения из европейской части России или Приморья отсутствую начисто. Нет даже Мурманской области, что находится на Кольском полуострове за Полярным кругом, зато в Европе. Нет Алтая и вообще регионов вдоль южной границы РФ. А вот что есть, так это Сибирь-матушка во всём своём великолепии от Уральских гор на западе и до Берингова пролива на востоке.

Пальцы нервно забарабанили по пластиковому корпусу «мышки», от чего беленькая стрелка-курсор на экране принялась мелко-мелко дёргаться. Юрий сердито поджал губы. В принципе, если подождать недельку-другую, то вполне реально перехватить вакансию в европейской части, в Приморье или в южных регионах России. А если набраться терпения на месяц-другой, то вполне может повезти найти хорошую работу в Московской области, а то и в самой Москве. Ну-у-у… Юрий скривился, если верить социальным сетям. Делом не в этом.

Два дня, субботу и воскресенье, Юрий думал и думал, думал и думал, но так и не надумал, а чего, собственно, он хочет? При таком раскладе «география» отступила на задний план, зато на передний вышли деньги. Иначе говоря, имеет смысл начать перебор вариантов с наиболее щедрой оплаты труда и до менее щедрый. Деньги, они такие, лишними не бывают. Как бы не хотелось, но поиск смысла жизни придётся отложить на будущее. А сейчас в первую очередь нужно подумать о хлебе насущном. Юрий сердито нахмурился. В душе поселилось крайне неприятное чувство неопределённости, будто за спиной пропасть бездонная. Сколько не экономь, но двадцать тысяч рублей, «подушка безопасности», рано или поздно «сдуется». Нужен постоянный и, очень желательно, хороший доход. А так же постоянная крыша над головой, а не одноместный гостиничный номер разряда «эконом». Глаза вновь пробежались по приглашениям. А вот и самый денежный вариант — город Бечевинка, прости господи, Камчатский край. Заодно нужно будет глянуть в сетевую энциклопедию, дабы почерпнуть о потенциальном месте работы больше информации.

Вот уже третью сотню лет человечество не просто добывает полезные ископаемые, а делает это в поистине промышленных масштабах. Не удивительно, что все легко доступные месторождения давно выработаны. Пусть ни уголь, ни нефть, ни газ больше не являются становым хребтом современной энергетики, но они до сих пор остаются ценным химическим сырьём. В морях, что омывают Северный ледовитый океан, полно буровых платформ. Для доставки ценного голубого сырья на Большую землю широко используют танкеры арктического класса. По сути, это те же ледоколы, которые заодно перевозят огромные объёмы нефти и газа. Но!

Суда арктического класса — удовольствие не из дешёвых. Везти на «ледоколе» газ и нефть дальше на юг в тёплые моря экономически невыгодно. Вот так на Камчатке, на Шипунском полуострове в Бечевинской бухте, сперва возник перевалочный пункт Бечевинка, а уже после рядом с ним вырос полноценный город с тем же названием.

По сути, в Бечевинке происходит перегрузка газа с газовозов арктического класса на другие газовозы, менее дорогие в производстве и более дешёвые в эксплуатации. Со временем рядом с перевалочным пунктом построили завод по переработке газа. Да и как его не построить, если сырьё рядом? А там и другие предприятия подтянулись. Из первоначального посёлка быстро вырос настоящий город. И вот теперь федеральная компания сетевых магазинов «Гийкан» решила открыть в Бечевинке свои торговые площади шаговой доступности. Только специфика в том, что потребовался большой склад, ибо в местных условиях проблематично работать «с колёс». То есть доставлять прямо в магазины требуемый товар по мере его распродажи. Как раз для склада федеральной компании «Гийкан» и потребовался управляющий.

Звучит заманчиво и просто. Только, Юрий склонил голову на бок, в чём подвох? Опять ищут наиболее дешёвый вариант? Наверно, так оно и есть. Если разобраться, то работники вроде него — самые настоящие подарки для коммерческих компаний и фирм. Первоначальный опыт реальной работы уже есть, но, одновременно, не настолько внушительный, чтобы претендент на вакансию мог требовать внушительную оплату своего труда. Впрочем, если не сразу, то со временем из «Гийкан» можно вытрясти прибавку. Да и заявка свежая, только сегодня утром по московскому времени выложили. Ладно, правая рука дёрнула «мышку» с места, пусть будет Бечевинка.

Клик. Ещё клик. И ещё. Согласие рассмотреть предложение ушло потенциальному работодателю. Юрий задумчиво скосил глаза в сторону. Разница во времени часов пять. Сейчас в Бечевинке должна быть ночь. Ответ и собеседование будут завтра утром. Может, взгляд вновь переместился на список предложений, рассмотреть другие варианты? Да ну на фиг. Руки самым решительным образом сдвинули клавиатуру прочь. Запахи в суши-баре «Васаби» витают просто зашибись. Можно и нужно как следует поужинать. Тем более часовая аренда компьютера истечёт буквально через четыре минуты.

В главном зале Юрий присел за свободный столик недалеко от барной стойки. Хотелось бы сесть возле окна, или хотя бы возле стены, но нет, облом. Пусть и понедельник, но уже вечер. Влюблённые парочки, супруги с детьми и просто весёлые кампании уже заняли самые лучшие столики. Да и ладно.

Архаичного бумажного, или чуть менее архаичного из пластика, меню нет и не надо. Круглый столик сам по себе является меню. Точнее, простейшим электронным столом специально для заведений общепита. Пусть в реальности Юрий подобными никогда не пользовался, а вот в незабвенном «Куруру», ночном клубе Сочи 2.0, огромное количество раз.

Указательный палец ткнулся в кружок с символическим листком. Так, что может предложить суши-бар «Васаби»? Юрий задумчиво склонился над столиком. В первую очередь различные виды суши, то есть сырой рыбы со специями. Юрий много раз читал, видел и слышал о весьма популярном в Японии, да и во всём мире заодно, блюде из сырой рыбы, но рисковать не стал. Пустому желудку сейчас не до изысков. Тупо пожрать бы.

А вот роллы, цилиндрики варёного риса с разной начинкой завёрнутые в листья морских водорослей, будут в самый раз. Юрий быстро набрал заказ на пару не слишком дорогих и крикливых сетов. А вот смочить горлышко можно будет самым обычным морсом, в меру сладким, в меру терпким. Ещё по «Куруру» Юрий отлично помнит, что васаби и маринованный имбирь вызывают сильную жажду.

На столике загорелась зелёная надпись: «Ваш заказ принят. Пожалуйста, немного подождите». Ну что же, Юрий сел на стуле прямо, можно и подождать. Сейчас он в отпуске, так что можно хотя бы чуток пошиковать. А то очень скоро у него будет работа и придётся экономить. Скорей всего, опять придётся сесть на «похлёбку» без вкуса. Впереди у него по жизни сплошной туман в сумерках. Чего он хочет и сам не знает, но накопить денег лишним не будет. Это уж точно.

Официантка, женщина лет сорока, но весьма приятная в общении и улыбчивая, принесла заказ. Юрий машинально подхватил с подноса пару деревянных палочек. Можно и ложкой, вилкой ещё удобней, но раз роллы считаются блюдом японской кухни, то и кушать их нужно по-японски.

Первый сет ушёл влёт. Юрий только-только придвинул к себе второй, как в кармане завибрировал смартфон. Какого чёрта? Деревянные палочки легли поверх роллов. Юрий выудил из кармана электронный гаджет, который тут же разразился мелодией вызова. Номер незнакомый, что не удивительно. Тем более интересно, кому это он понадобился.

— Алло, слушаю вас, — Юрий поднёс смартфон к уху.

— Э-э-э…, — с ноткой растерянности протянул незнакомый мужской голос, — Юрий Фёдорович Сварин?

— Он самый, — Юрий кивнул. — С кем имею честь?

— Разрешите представиться, Корбин Армэн Лазаревич, директор представительства фирмы «Гийкан» в Бечевинке, Камчатский край. Вы оставляли заявку на поиск работы на «Всероссийской виртуальной бирже труда»?

— Оставлял, — помимо собственной воли Юрий вытянулся на стуле.

— Надеюсь, вы не будете против, если мы прямо сейчас проведём, так сказать, предварительное собеседование?

— Э-э-э…, — Юрий не сразу собрался с мыслями. — Если не ошибаюсь, то сейчас у вас на Камчатке должна быть ночь.

— Не ошибаетесь, ночь и есть, — охотно согласился Армэн Лазаревич. — Только я не сплю, а потому и решил не откладывать дело в долгий ящик. Так вы, надеюсь, не против?

— Нет, конечно же.

— Отлично, — обрадовался невидимый собеседник. — Вы нам подходите по всем статьям. У вас есть самое главное, святая корова, реальный опыт работы на инженерной должности. Все это хорошо, только меня смущает, почему вы, Юрий Фёдорович, уволились по собственному желанию с Иртунского деревообрабатывающего комбината? И это при том, что его директор, Клюшкин Бажен Петрович, написал вам более чем благожелательное рекомендательное письмо. Почему вы, Юрий Фёдорович, так и не остались на ИДК? Если верить Бажену Петровичу, то вас ждала отличная карьера.

Понятно, Юрий на миг закрыл глаза, но почти сразу вновь распахнул их. Ещё один вечно занятый начальник, что прочитал стандартную анкету по диагонали, и при этом даже не заглянул в текстовую часть резюме, где обычно соискатель вакансии рассказывает то, что считает нужным рассказать. Или, как в данном случае, для чего в стандартной анкете не нашлось специальных строк и галочек. Впрочем, скрывать смысла нет.

— Армэн Лазаревич, вы, надеюсь, помните, как месяца два назад все СМИ шумели о человеке, который сумел выбраться из «Благодатного мира» обратно в реальность?

Чего, чего, а столь неожиданного вопроса потенциальный работодатель точно не ожидал.

— Э-э-э…, — растерянно протянул Армэн Лазаревич, — припоминаю, было что-то подобное. Только причём здесь вы?

— При том, уважаемый, что я и есть тот самый человек, — ответил Юрий.

На том конце повисла тишина. Будет печально, если мозг Армэна Лазаревича рванул на манер новогодней петарды.

— Я потому и уволился с Иртунского деревообрабатывающего комбината, что мне потребовалось два месяца на восстановление и реабилитацию. Виртуальные капсулы «могильников» — это такая дрянь. Я выглядел ещё хуже, чем узник концлагеря времён Второй мировой войны.

— А, разве, такое бывает? — недоверчиво поинтересовался Армэн Лазаревич. — Насколько мне известно, в «Благодатный мир» обычно того, с концами. Это как умереть. А вы, случаем, не врёте?

— Армэн Лазаревич, — Юрий как мог скрыл в собственном голосе неуместную досаду, — перед вами все мои данные. Вы легко можете их проверить.

— Ну да, — нехотя согласился Армэн Лазаревич.

— Чтобы заработать на реабилитацию, мне пришлось проработать на Иртунском деревообрабатывающем комбинате два года. Да, да, удалённо, прямо из «Благодатного мира». Как раз по этой причине мне удалось серьёзно продвинуться по части программирования промышленных роботов. Сами понимаете, сделать что-либо собственными рука я не мог физически.

На том конце трубки вновь повисла тишина. Армэну Лазаревичу вновь потребовалось время, чтобы переварить новую дозу убойной информации. Вот как плохо не читать резюме потенциального работника полностью.

— Хорошо, я вас понял, — Армэн Лазаревич заговорил вновь. — А почему вы не вернулись обратно на ИДК?

— Очистные сооружения и чистота территории. При всём уважении, это не то, чем я хотел бы заниматься всю жизнь. Ну или хотя бы в ближайшие лет десять.

— Тогда зачем вы вообще устроились на ИДК? — Армэн Лазаревич напирает, словно въедливый следователь на подозреваемого.

— У меня не было выбора, — Юрий махнул рукой. — Я пошёл туда, куда меня элементарно взяли. Это сейчас, с реальным опытом и будучи в реальности, я получил больше двух десятков предложений от потенциальных работодателей всего за три дня. А тогда, без реального опыта работы, да ещё из недр «Благодатного мира», мне пришлось ждать единственного предложения больше пяти месяцев. И если бы на тот момент ИДК не был бы на грани банкротства, то ещё не факт, что Бажен Петрович взял бы меня на должность смотрящего за грязью.

— Хорошо, я вас понял. Тогда почему…

— Армэн Лазаревич, — Юрий не совсем вежливо оборвал потенциального работодателя на полуслове, — давайте я расскажу вам всё с самого начала. Так мы не потратим лишнее время на бесконечные объяснения и уточнения.

— Хорошо, я вас слушаю, — после секундной паузы согласился Армэн Лазаревич.

— Вас, конечно же, интересует, как я вообще оказался в «Благодатном мире». За хорошие дела в «могильник» не отправляют. Так вот, Армэн Лазаревич, смею вас заверить: я оказался в «Благодатном мире» не потому, что мой социальный рейтинг просел ниже сотни баллов, а потому, что у меня его не было вообще.

Неторопливо, но и не затягивая без нужды, Юрий рассказал потенциальному работодателю, как родился в секте «Истинные люди» по среди глухой тайги. Как однажды Большой внешний мир сам нагрянул к ним в деревню. Как долгие десять лет получал сперва базовое школьное образование, а потом ещё и высшее. И как, в конечном итоге, ему удалось выбраться из «Благодатного мира» обратно в реальность.

— Да-а-а… Весьма и весьма занимательная история, — произнёс Армэн Лазаревич, едва Юрий закончил повествование. — Признаться, я никогда не верил, будто из «Благодатного мира» всё же ведёт одна тропка. Но тем лучше. В общем, я вас понял, вы нам подходите.

Юрий сдержанно улыбнулся. Ну вот, можно сказать, он нашёл работу. Ладно, почти нашёл. Былой безграничной и бездонной радости, которую он пережил в первый раз ещё в Верхнеянске, больше нет. И виной тому чуть больше двух десятков предложений, что пришли в его аккаунт в ответ на резюме.

— Очень рад это слышать, — Юрий не стал тянуть с ответом. — А теперь мне очень хотелось бы узнать, чем, собственно, мне придётся заниматься и за что конкретно отвечать. Ну и размер заработка, конечно же. Надеюсь, он не будет ниже той суммы, которую вы указали в ответе на мою заявку?

— Насчёт заработка можете не беспокоиться, — заверил Армэн Лазаревич. — Будет всё, как я обещал: четыре с половиной тысячи рублей в первые три месяца на испытательном сроке. А потом пять тысяч в месяц, если, разумеется, вы успешно выдержите испытательный срок.

— Надеюсь, — осторожно, словно шагая по минному полю, заговорил Юрий, — из вас реально выбить прибавку?

— Разумеется реально, — голос Армэна Лазаревича задрожал от едва сдерживаемого смеха. — Но сперва вам придётся доказать, что вы достойны более щедрой оплаты.

— Рад это слышать, — Юрий улыбнулся в ответ. — А теперь, пожалуйста, расскажите, каким будет мой фронт работ?

— Э-э-э…, — протянул Армэн Лазаревич. — Если вы не в курсе, то федеральная сеть розничной торговли «Гийкан» буквально неделю назад начала свою деятельность в Бечевинке. Меня прислали из Москвы для организации представительства. Так что, Юрий Фёдорович, если проявите сообразительность и расторопность, то вполне сможете занять моё место.

— Я так понимаю, вы вернётесь в Москву? — тут же уточнил Юрий.

— Естественно, — не стал отпираться Армэн Лазаревич.

Весьма распространённая практика, между прочим. Штаб-квартиры крупных фирм традиционно находятся в крупных городах. А уж такой, которая ведёт бизнес по всей России и на территории сопредельных государств, сам бог велел быть в Москве.

Для организации новых представительств обычно из штаб-квартиры направляют высокопоставленных менеджеров. Но только далеко не все из них проявляют желание остаться в какой-нибудь дыре. Вот и Армэн Лазаревич не горит желанием закончить свою карьеру и жизнь в Бечевинке на Камчатке. В подобных случаях от высокопоставленных менеджеров обычно требуют не только организовать представительство на новом месте, но и подготовить себя замену из местных. На что Армэн Лазаревич только что более чем прозрачно намекнул.

— В небольших городах типа Бечевинки наши магазины обычно работают с «колёс». Вы знаете, что это такое? — неожиданно спросил Армэн Лазаревич.

— Конечно, — тут же ответил Юрий. — Со складов, которые обычно находятся в крупных районных или областных центрах, требуемые товары доставляют прямиком в магазины.

— Верно, — в голосе Армэна Лазаревича промелькнуло удовлетворение. — Специфика Бечевинки в том, что как раз в ней работать с «колёс» не получится. Почему руководством фирмы и было принято решение построить прямо в Бечевинке полноценный склад для хранения и распределения товаров по магазинам. Хотя да, по нынешним временам это анахронизм.

Вам, Юрий Фёдорович, предстоит сперва принять непосредственное участие в создании склада, организации и наладить его работу с магазинами. А потом, естественно, возглавить его. Предупреждаю сразу — подчинённых у вас не будет. Не считая автоматических погрузчиков и прочих роботов, разумеется. Возьмётесь?

— Конечно возьмусь, — тут же согласился Юрий. — За успешное создание склада, а так же за его организацию и наладку работы с магазинами, вы, несомненно, выплатите мне хорошую премию. Заодно это будет более чем хороший повод выбить из вас прибавку.

— А вы амбициозный молодой человек, — в голосе Армэна Лазаревича зазвучали нотки одобрения. — Но мне нравятся такие работники. Вопросы будут?

— Конечно будут, — тут же отозвался Юрий. — Самый главный из них, уж не сочтите за наглость, почему вы так оперативно пригласили меня на собеседование? Ведь сейчас в Бечевинке ночь.

То, что потенциальный работодатель, он же, фактически, будущий начальник, так быстро вышел на связь, вызывает некие подозрения. Не будь федеральная сеть «Гийкан» и в самом деле хорошо знакомой и широко известной, то Юрий точно не стал бы спешить с согласием.

— Хороший вопрос, Юрий Фёдорович. Вы растёте в моих глазах. Не буду скрывать, в своё время я профессионально занимался подборкой персонала. Кадры, знаете ли, решают всё. И далеко не везде живых людей можно заменить роботами. Это уже после меня, так сказать, повысили и отправили покорять Бечевинку.

Так вот, — продолжил Армэн Лазаревич. — Прежде всего я составил очень хороший запрос в базу данных биржи труда. Поверьте, я на этом деле собаку съел, и не одну. В этом плане вы, Юрий Фёдорович, оказались золотым.

— В смысле? — сдержанно воскликнул Юрий.

— Дистанционное высшее образование за четыре года — это мощно, это не каждому под силу, — охотно начал перечислять Армэн Лазаревич. — Реальный опыт самостоятельной работы вкупе с хорошей рекомендацией от прежнего работодателя. Ну и, не без этого, согласие на переезд в любую точку страны. Поверьте, это дорого стоит. В общем, нужно было торопиться. Ибо тот, кто первым сделает предложение, имеет дополнительные шансы заполучить работника. А то, что сейчас в Бечевинке ночь и я не сплю, так это не самая большая цена.

— Так, может, — в душе Юрия проснулось озорство, — мне уже сейчас попытаться выбить из вас прибавку?

В телефоне раздался короткий смешок.

— Мне нравятся амбициозные работники, но не наглые, — предупредил Армэн Лазаревич. — Я и так предложил вам самое щедрое вознаграждение за ваше резюме. Ещё вопросы будут?

Ого, а будущему начальнику палец в рот не клади, откусит вместе с рукой. Впрочем, настоящий начальник и должен быть таким.

— Да, Армэн Лазаревич, — Юрий машинально кивнул. — Как у вас в Бечевинке с жильём?

— А это уже за свой счёт. Но, смею вас заверить, — торопливо произнёс Армэн Лазаревич, — у вас будет более чем достойный выбор. Всего за две тысячи рублей в месяц вы сможете снять хорошую однокомнатную квартиру, а то и двухкомнатную. А всего за штуку — квартиру-студию.

— В так называемом «человечнике»? — уточнил Юрий.

— Разумеется в «человечнике», — Армэн Лазаревич ни чуть не смутился. — Плох тот работник, что в своё время не пожил в «человечнике». Впрочем, за ещё более умеренную плату вы вполне можете снять комнату у какой-нибудь милой одинокой пенсионерки. Ваш социальный рейтинг вполне позволяет сделать это. Ещё вопросы будут?

— Нет, Армэн Лазаревич, — Юрий отрицательно мотнул головой.

— Так вы согласны принять моё предложение?

Вот он самый главный вопрос. Юрий в задумчивости склонил голову, пальцы машинально подхватили палочки для еды, но тут же опустили их обратно на цилиндрики роллов с тунцом.

В принципе, грех отказываться. Бечевинка, Камчатский край. Из окна и в самом деле может открыться великолепный вид на льдину, на которой белый медведь доедает свежепойманного тюленя. Но, коль уж в качестве приоритета выбрал деньги, не стоит давать задний ход в самый ответственный момент. С его знаниями и опытом, даже с учётом согласия на переезд в любую точку страны, больше не предложат. А потенциальный начальник производит хорошее впечатление, по крайней мере, по телефону.

— Хорошо, Армэн Лазаревич, — Юрий мысленно махнул рукой, — я принимаю ваше предложение.

— Отлично, — ответил Армэн Лазаревич. — Будем считать, что предварительно мы уже договорились. Завтра днём пришлю вам официальное приглашение. Как скоро вы будете в Бечевинке? Предупреждаю сразу: более двух недель на переезд я вам не дам.

— Армэн Лазаревич, — от неуместного веселья смартфон едва не выскользнул из руки, — в данный момент я нахожусь в Свердловской области. Прямо сейчас, уж извините, на вокзал не побегу. Вечер уже, а я ещё не поужинал. А вот завтра утром сразу отправлюсь на автовокзал и часа через три буду в Екатеринбурге. А там либо прямым рейсом в Петропавловск-Камчатский, либо с пересадкой, если прямой рейс так и не найдётся.

— Я вас понял. Тогда всего вам хорошего и приятного вечера, — напоследок пожелал Армэн Лазаревич.

— И вам доброй ночи, — отозвался Юрий.

Гудок отбоя, смартфон вернулся обратно в карман. Пальцы вновь подхватили палочки для еды. Вот оно преимущество роллов — подогревать не нужно. Будь вместо них обычные щи, то они успели бы остыть. Цилиндрик риса с тунцом в обёртке из листьев морских водорослей погрузился в крошечную пиалу с соевым соусом. Ну вот он и нашёл работу, деревянные палочки подцепили ролл и аккуратно отправили его в рот. Однако в задумчивости Юрий так и не обратил внимания на пряный вкус. Конечно, не факт, что новая работа окажется приятной, но и заранее расстраиваться тоже не стоит. То, что с обязанностями главного по складу, он справится, можно не сомневаться. Но Бечевинка… Да, это не Москва и не Владивосток. Да только в его ситуации…

Мысль на полуслове оборвала вибрация смартфона. Да кто там ещё? Рука вытащила из кармана плоский гаджет. Номер незнакомый. Ещё один работодатель?

— Алло, слушаю вас, — Юрий поднёс смартфон к уху.

— Сварин Юрий Фёдорович? — осведомился на этот раз женский голос.

— Он самый. С кем имею честь?

— Надеждина Антонина Сергеевна, фирма «Дик», Владивосток, Приморский край. Вы оставляли заявку на «Всероссийской виртуальной бирже труда»?

— Так точно, оставлял, — палочки для еды вновь улеглись на недоеденные роллы.

— Надеюсь, вы не будете против прямо сейчас провести предварительное собеседование?

Во дела! Юрий так и замер на стуле со смартфоном возле уха. А говорят, будто снаряды в одно и то же место дважды не падают. Падают! Да ещё как! Проклятье, Юрий тряхнул головой. Не об этом нужно думать, не об этом.

Владивосток, это же, прости господи, Приморье, Приморский край. Ничем не хуже европейской части России. Отличный климат, великолепная природа. Опять же, Китай под боком. Это точно не Бечевинка и белый медведь на льдине. Но! Шальная мысль не хуже ледяной воды окатила разгорячённое воображении, Юрий тряхнул головой. Всё не может быть настолько хорошо.

— Так вы согласны прямо сейчас провести предварительное собеседование? — голос потенциальной работодательницы нервно дрожит от напряжения, или от бессонницы?

— Антонина Сергеевна, — Юрий, наконец-то, справился с изумлением, — разрешите предложить вам сэкономить массу времени и сил. Я уже получил хорошее предложение. Мне обещали четыре с половиной тысяч рублей на три месяца на испытательном сроке, и пять тысяч после успешного завершения испытательного срока. Вы готовы предложить мне пять и пять с половиной тысяч соответственно?

Сказанул… И сам поразился собственной наглости. А как же иначе? Юрий много раз читал и видел подобное в фильмах. Это же как по учебнику. Это же отличный способ заранее выбить из потенциального работодателя прибавку к зарплате. Если только, конечно, получится развести Армэна Лазаревича и Антонину Сергеевну на «аукцион невиданной щедрости».

В трубке раздалось недовольное пыхтение.

— Юрий Фёдорович, — голос Антонины Сергеевны брызнул ледяными осколками, — я собиралась предложить вам не более трёх тысяч восьмисот на испытательном сроке и максимум четыре сто, если вы успешно пройдёте испытание. Зато работать вы будете на зелёной окраине Владивостока. Из окна вашей мастерской открывается отличный вид на залив Петра Великого. Где это вам предложили больше?

— Бечевинка, Камчатский край, — не стал скрывать Юрий. — Да, из окна моей будущей мастерской, в лучшем случае, будет вид на Бечевинскую бухту, газовозы и белых медведей. Только, в нынешней ситуации, для меня гораздо важней деньги, а не прекрасный вид на залив Петра Великого. Так вы готовы предложить мне пять и пять с половиной тысяч соответственно?

— Нет, — сказанула, как отрезала, Антонина Сергеевна. — Всего вам хорошего.

— И вам спокойной ночи, — вежливо произнёс Юрий, но смартфон уже разразился сигналом отбоя.

Вот так, телефон вернулся обратно в карман, у потенциальной работодательницы едва хватило вежливости не нагрубить ему самым похабным образом. Получается, Юрий машинально подхватил палочки для еды, она и в самом деле рассчитывала продать ему отличный вид из окна на залив Петра Великого вместо более высокой оплаты труда. Хотя да, Юрий криво усмехнулся, он только что потерял, мягко говоря, отличную возможность перебраться во Владивосток. Это верно. Да только до сих пор непонятно — ему самому это нужно? Или нет? Впрочем, будут деньги, будет опыт, можно будет перебраться и во Владивосток.

Юрий вновь принялся за роллы, то и дело смачивая горло в меру сладким и в меру терпким морсом. Жаль, конечно, что так и не удалось развести двух потенциальных работодателей на «аукцион невиданной щедрости». Может, ещё кто позвонит? Но нет, Юрий неторопливо, едва ли не растягивая удовольствие, съел все роллы, выпил весь морс, досыта налюбовался интерьером суши-бара «Васаби», но никто более так и не позвонил. Не зря говорят, что в одно и то же место снаряд трижды не падает.

Глава 8. Это судьба!

Системные часы на экране смартфона, белые цифры на фоне бирюзовой морской волны, показывают 9:59. Рано, но уже почти. Юрий в нетерпении переступил с ноги на ногу. Правая рука в готовности номер один легла на дверную ручку. Ещё немного… Ведь не зря говорят, что точность — вежливость королей.

Десять часов ровно — пора. Ладонь тут же слетела с круглой ручки, костяшки пальцев несколько раз гулко ударились в дверь.

— Войдите, — донеслось изнутри.

Массивная на вид дверь из липовой древесины с никелированной ручкой плавно отошла в сторону. Юрий с бодрым видом переступил порог в кабинет начальника. Бывать здесь ему приходится нечасто. Да и чего здесь смотреть? Кабинет начальника, да и представительство федеральной сети магазинов шаговой доступности «Гийкан» в целом, находится в одном из двух бизнес-центров славного города Бечевинка, причём не в самом крутом. Любимый начальник, Армэн Лазаревич Корбин, сидит за массивным на вид столом всё из той же липовой древесины. Со своим-то заработком вполне мог бы позволить себе натуральную древесину. Причём не сплошь химическую ДСП, а натуральный массив. Но таким ненавязчивым образом Армэн Лазаревич подчёркивает, что он тут временно. Настанет час, и он… В общем, не хочет Армэн Лазаревич навсегда оседать в богом забытой Бечевинке, очень не хочет.

Не так давно Армэну Лазаревичу стукнуло пятьдесят лет. Однако пристрастие к здоровому образу жизни, а так же лысая, словно биллиардный шар, голова здорово молодят его. А деловой костюм, будто только что из прачечной, делает его гораздо более важным и солидным, хотя рост и комплекция в целом изрядно подводят. Чуть раскосые глаза и тёмная кожа мягко намекают, что в его роду полно выходцев из Азии. Впрочем, это же Россия, в которой традиционно проживает уйма самых разных народов и национальностей. А последнюю сотню лет началось активное смешение кровей. Не даром всё чаще и охотней жители самой большой в мире страны называют себя россиянами.

— О, Юрий Фёдорович, — довольно протянул Армэн Лазаревич, — вы, как всегда, точно в срок.

— Так вы сами назначили точное время, — Юрий охотно подхватил словесную игру.

Живой секретарши, или хотя бы виртуального киберпомощника, у Армэна Лазаревича нет. Зато имеются электронный рабочий стол, календарь и гораздо более простенький компьютерный помощник, по сути, говорящая записная книжка. Впрочем, начальник прекрасно справляется и так.

— Садись, — махом руки начальник указал Юрий на стул для посетителей возле стола.

Юрий послушно опустился на мягкий стул. В голове само собой возникло наставление Петра первого подчинённому, как нужно вести себя перед ликом начальника. Только с Армэном Лазаревичем залихватский и немного туповатый вид не прокатит. Более всего главный представитель фирмы «Гийкан» не терпит подхалимаж и некомпетентность.

— Ну что же, Юрий Фёдорович, — Армэн Лазаревич самодовольно улыбнулся, словно кот, что стащил у хозяйки котлету прямо со сковороды, — теперь и только теперь нас всех можно поздравить с успешным запуском торговой сети «Гийкан» в Бечевинке, да не обойдут газовозы её бухту и терминал стороной.

Это да, Юрий послушно кивнул и улыбнулся начальнику в ответ. В городе разом распахнули свои двери сразу пять магазинов «Гийкан». Отдельно и особо Армэна Лазаревича радует то обстоятельство, что сие важное событие произошло в пятницу 25 августа. То есть накануне Первого сентября. Тем самым они застали пик спроса на товары для школьников, хотя, конечно, магазины «Гийкан» в первую очередь торгуют продуктами питания.

Бойкая торговля накануне Дня знаний — это ещё цветочки. После памятного разговора по телефону в суши-баре «Васаби» в Тавде прошло чуть больше двух месяцев. И без того короткий отпуск закончился. Буквально через день Юрий уже сошёл с междугороднего автобуса на автовокзале Бечевинки. И-и-и… С первого же дня с головой погрузился в водоворот срочных и важных дел. Ей богу, будто со скалы сиганул. Армэн Лазаревич, как и обещал поручил ему организацию склада для непродовольственных и продовольственных товаров длительного хранения. Буквально через неделю Юрий возблагодарил Господа бога, что и в без того обширном перечне товаров не оказалось ни одного скоропортящегося.

Ситуация едва ли не один в один с Иртунский деревообрабатывающим комбинатом. Больше месяца Юрий был занят по самое горло. В свободное от основной работы время ему пришлось в экстренном порядке латать дыры в собственных знаниях, едва ли не с ноля изучать складское и торговое дело. К концу второй недели жизни в Бечевинке Юрий по достоинству и в полной мере оценил те знания и тот опыт, что он накопил за два года на ИДК. Иначе справиться в столь сжатые сроки ему бы ни за что не удалось. По крайней мере, и этому обстоятельству Юрий радовался особо, ему не пришлось расчищать Авгиевы конюшни за предшественником. И это само по себе очень хорошо.

И вот сегодня, 8 сентября 2090 года, можно сказать, он успешно сдал экзамен — работа склада непродовольственных и продовольственных товаров длительного хранения налажена на пять с двумя плюсами. По крайней мере заведующие пятью магазинами «Гийкан» получают требуемые товары в срок и жалоб на самого Юрия не имеют.

— Юрий Фёдорович, — тон голоса Армэна Лазаревича преисполнился торжеством и официальностью, — по результатам работы вам полагается премия в размере одной тысячи рублей.

— Большое спасибо, — пусть и сдержанно, но вполне искренне, ответил Юрий.

Тысяча рублей — это хорошо. Но могло быть ещё лучше.

— Только сегодня утром я отослал в Москву, в головной офис, подробный отчёт. Между прочим, не забыл упомянуть в нём и ваше имя. Чуете, что это значит? — лицо начальника враз стало хитрым-хитрым.

— Отлично чую, Армэн Лазаревич, — Юрий не стал отпираться.

Армэн Лазаревич москвич. Лишь господь бог ведает в каком колене. Начальник до сих пор официально прописан именно в столице. В Бечевинку его прислали для запуска сети магазинов «Гийкан». После чего Армэн Лазаревич твёрдо намерен вернуться обратно в Москву. Главная интрига всего представительства в том и заключается, кто именно останется вместо него в этом кабинете и сможет купить массивный рабочий стол из натуральной древесины.

— Кроме вас, Юрий Фёдорович, я нанял ещё несколько специалистов, — начальник будто читает мысли. — Это главный администратор и пять заведующих магазинами. У них у всех, с разбросом в две недели, заканчиваются испытательные сроки. Но уже сейчас я могу сказать, что они все успешно выдержали испытание. А потом, к чему скрывать, я устрою между вами конкурс вот на этот стул, — Армэн Лазаревич выразительно шлёпнул ладонью по подлокотнику. — Вы, Юрий Фёдорович, уже в числе возможных претендентов.

В народе не зря говорят: обещать — не значит жениться. Но внешне Юрий улыбнулся и произнёс:

— Если я правильно вас понял, то из вас уже можно выбить прибавку к зарплате?

— На каком основании? — лицо Армэна Лазаревича вмиг стало серьёзным.

— Ну как же, Армэн Лазаревич, — Юрий нарочито театрально всплеснул руками. — Вы же сами только что отметили мою работу щедрой премией в тысячу рублей. А так же однозначно дали понять, что я вполне могу рассчитывать на ваше место.

— А вот и нет, — Армэн Лазаревич откинулся на спинку кресла.

— А на каком основании? — тут же вежливо поинтересовался Юрий.

— На том, Юрий Фёдорович, что ваш испытательный срок ещё не закончился, — начальник будто сама любезность.

— Железный аргумент, — согласился Юрий.

Пусть аргумент железный, но всё равно жаль. То, что о прибавке к зарплате можно заикнуться только после окончания испытательного срока, ещё ничего. Хуже другое. После себя Армэн Лазаревич оставит кого-нибудь из местных. Как бы не хотелось, а выбивать прибавку придётся уже из нового директора. И это при том, что ещё неизвестно, как у них сложатся отношения на фоне острой конкуренции за этот кабинет и кресло на колёсиках под седалищем начальника. Армэн Лазаревич хотя бы сам понимает, какую мину закладывает? Или у него стиль работы такой? Месяц с небольшим — всё же малый срок, чтобы узнать за начальником такие тонкости.

— Вот что, Юрий Фёдорович, — благодушие аж прёт из начальника, — разрешаю вам отправиться домой прямо сейчас. Благо сегодня пятница. А вам и так слишком много раз приходилось задерживаться на работе сверх урочного. Не дело это. Наладьте личную жизнь. Познакомитесь, в конце концов, с хорошей женщиной. Ну и далее, не мне вас учить. Откровенно говоря, — глаза Армэна Лазаревича и в самом деле чуть было не стали раскосыми, — в своём штате я предпочитаю иметь семейных сотрудников, особенно женатых. А вам уже тридцать лет.

Хорошее предложение. На этот раз Юрий улыбнулся начальнику вполне искренне.

— Э-э-э…, этот день будет оплачен полностью? — на всякий случай уточнил Юрий.

— Да за кого вы меня принимаете? — делано возмутился Армэн Лазаревич. — Конечно полностью, — гораздо более спокойно заверил начальник. — Можете идти.

Отличное предложение! Почаще и побольше бы таких. Но вслух Юрий произнёс другое:

— Благодарю вас, Армэн Лазаревич, — Юрий поднялся со стула для посетителей. — Приятных вам выходных.

— Иди, иди уже, — Армэн Лазаревич нетерпеливо махнул рукой. — Женщину себе нормальную найди.

Прозрачные двери не самого крутого в Бечевинке бизнес-центра сперва услужливо распахнулись перед Юрием, а потом торопливо захлопнулись за спиной. Улица встретила прохладной сыростью. Серые тучки над головой, того и гляди, прольются мелким противным дождиком. Но для Камчатки, да ещё осенью, погода более чем нормальная. Так что грех жаловаться. По мраморным ступенькам Юрий спустился с крыльца на тротуар. На другой стороне улицы, наискосок в сотне метрах, высокой круглой башней из стекла и бетона громоздится второй в Бечевинке бизнес-центр. Тот самый по крутости и арендной плате первый в городе.

Раз погода хорошая, а дождя нет, то не грех прогуляться до дома пешком. Бодрой походкой Юрий зашагал по тротуару. Правда, свежий и холодный ветер с бухты то и дело норовит поднырнуть под плотную куртку, либо залезть ледяными пальцами за воротник. Юрий машинально поправил тёплую кепку. Но это всё мелочи жизни, на которые не стоит обращать внимания вовсе.

В прошлом столетии в Бечевинской бухте была база подводных лодок и небольшой одноимённый посёлок на берегу. Посёлок был настолько маленький, что у него было даже улиц, только номера домов. Зато теперь полноценный город Бечевинка вытянулся вдоль берега толстой лентой. Склад, где работает Юрий, находится ближе к сопкам, на окраине. Да и правильно, что ему в центре делать? Здесь и начальство близко. Хотя, и это тоже надо признать, Армэн Лазаревич всё равно может завалиться с проверкой в любой момент, вне зависимости от количества осадков и температуры воздуха на улице. В чём не раз и не два Юрий успел убедиться лично.

Юрий вдохнул полной грудью. Хорошо-то как! Наконец-то закончилась головомойка последних недель. Пора, пора, ох как пора входить в нормальный режим сна, отдыха и, конечно же, работы. А это значит, что будет не лишним вновь заняться спортом. А то социальный рейтинг слегка просел, ибо в нём очень даже не хватает баллов за очень полезную привычку пробегать по утрам не меньше восьми километров. Да и для здоровья польза будет огромная.

На миг Юрий притормозил перед прозрачной витриной продовольственного магазина. Мясные окорока, колбасы и головки сыра выглядят как настоящие. Кажется, будто даже пахнут. Но на деле это всего лишь макеты. Да и, Юрий тихо рассмеялся, не дело сотруднику фирмы «Гийкан» отовариваться в магазинах других продавцов. Но это ладно, Юрий бойко зашагал дальше.

И так, перед ним два базовых варианта. Первый — бегать совершенно бесплатно в небольшом парке возле дома. Второй — записаться в фитнес-клуб, что находится недалеко от дома, но это уже за деньги. Хотя, Юрий хитро прищурился, имеется третий базовый вариант — купить полноценную беговую дорожу. Увы, Бечевинка не может похвастаться обилием хотя бы просто погожих деньков. А бегать под дождём, особенно под осенним и со снегом, как-то не хочется. Но проблему с утренними пробежками нужно будет решить несколько позже.

Бечевинка как город хоть и гораздо крупней посёлка подводников, но всё равно маленькая. Не прошло и десяти минут, как Юрий подошёл к своему дому на Сестринской улице, типичному «человечнику» аж на тридцать этажей при восьми подъездах.

— Юрий, добрый день.

От неожиданности Юрий вздрогнул, в момент вернулся из мира дум и грёз на грешную землю. Уже возле подъезда судьба, или просто случай, столкнул его с Карташовой Милой, соседкой с нижних этажей. На вид девушке лет двадцать пять. Красивая, стройная, лицом и фигурой здорово напоминает Анастасию Зорину, бывшую невесту. Правда, не деревенскую дурнушку с кривыми зубами в реальном Вельшино, а почти фотомодель в Сочи 2.0. Впрочем, не исключено, что и Мила не отказала себе в удовольствии лечь под скальпель пластического хирурга. Только править свою внешность в реальности стоит довольно дорого. Обязательная медицинская страховка на подобные траты не распространяется. Всё равно не распространяется, даже если человек попал в аварию, либо иной несчастный случай, где его внешность серьёзно пострадала.

Красная куртка на плечах соседки перехвачена на талии рёмнем с яркой медной бляшкой. Осенние сапожки на длинных каблучках, голова укрыта серым тёплым платком. Это сейчас мода такая.

— Добрый день, уважаемая, — Юрий вежливо склонил голову.

— Как я вижу, сегодня вы вернулись домой раньше обычного.

— Совершенно верно. Начальник пожаловал меня хорошей премией и, заодно, отпустил пораньше домой, — Юрий не удержался, чтобы не похвастаться перед соседкой.

— О-о-о, наверняка это связано с тем, что в нашем городе открылись сразу пять магазинов «Гийкан». Я права? — Мила не сколько спрашивает, а сколько уточняет.

— Вы правы, — Юрий самодовольно улыбнулся. — И в этом важном событии имеется толика моей заслуги.

Соседка явно не прочь постоять у подъезда подольше и почесать языками. Только самому Юрию очень хочется домой.

— Разрешите пройти, — вежливо попросил Юрий.

— Да, да, конечно же, — с плохо скрытым недовольством Мила всё же отошла в сторону.

Юрий торопливо обогнул соседку и нырнул в подъезд. Едва доводчик мягко закрыл за ним дверь, как Юрий остановился и оглянулся. С Милой они живут в одном подъезде. Он на двадцать седьмом, а она, кажись, на пару этажей ниже. Однако почему-то пересекаются подозрительно часто. Вон, она уже успела каким-то образом узнать его имя, а заодно где он работает. Сам Юрий, хоть убей, не помнит, когда успел представиться и рассказать о своей работе.

Да это же… Юрий развернулся и медленно побрёл к дверцам лифта. Неожиданная мысль яркой молнией сверкнула в голове. Да эта самая Мила проявляет к нему явный интерес, пока ещё, правда, в рамках приличия. Не будь он так измотан и занят все последние недели, то и сам непременно заметил бы к себе недвусмысленный женский интерес.

— Дом, дом, милый дом, — архаичным стальным ключом Юрий отпер входную дверь.

Как бы Армэн Лазаревич не торопил Юрия на работу, однако начальник всё же дал ему целый день на личное обустройство. В Бечевинке нашёлся более чем приличный список самых разных вариантов, но Юрий предпочёл поселиться в «человечнике». А что? Он молодой и холостой. Жить в подобной однокомнатной квартире с маленькой кухней и совмещённым санузлом вовсе незазорно. Тем более он уже прожил в подобной больше двенадцати лет.

Возле входной двери Юрий скинул куртку и ботинки. Как хорошо после сырой и прохладной улицы погрузить ноги в мягкие войлочные тапочки типа «ни шагу назад». Хотя одна очень существенная разница между этой квартирой и той, что была у него в Верхнеянске, всё же имеется. Там у него был отличный компьютер с электронным рабочим столом, отдельной клавиатурой и аж с тремя широкими экранами. В реальности позволить себе такую роскошь Юрий не может. Пока не может. По-крупному счёту ему и не к чему три экрана. На всё про всё вполне хватает слегка потёртого жизнью и предыдущими владельцами ноутбука. А вот что действительно не нравится, так это бардак. Со всей этой свистопляской по запуску торговой сети успел заметно запустить собственное жилище.

Наконец пластиковая корзина для белья показала дно. Последнюю наволочку Юрий закинул в жерло стиральной машины и захлопнул дверцу. Вскоре стиральный агрегат довольно заурчал и загудел электрическим моторчиком. На кухне Юрий навёл себе «похлебку», старую знакомую без вкуса. Так-то он вполне может позволить себе питаться по-человечески нормальной едой, но дело не в этом.

Нормальную еду требуется готовить. А там и грязная посуда, и включенный постоянно холодильник, и регулярные пробежки по магазинам. А так набил желудок привычной «похлёбкой», в два счёта сполоснул стакан, тарелку, ложку и побежал на работу. Питаться полуфабрикатами из разряда «разорви упаковку и разогрей в микроволновке» очень не хочется. Да и для талии с желудком такая диета не есть хорошо. На то, чтобы научиться элементарно готовить, хоть ту же перловую кашу, нужно время, время и ещё раз время. Короче говоря, в его доме не хватает женской руки. Очень не хватает.

«Похлёбка» съедена, тарелка, стакан и ложка чистенькие и блестящие убраны обратно на сушилку для посуды. Юрий опустился на диванчик напротив рабочего стола. Чем бы заняться? Чем бы теперь заняться? Поработать? От столь ужасной мысли тут же взвыла спина, а глаза налились кровью. Нет уж! Юрий мысленно одёрнул сам себя. Он и так наработался за последние недели выше крыши. Нужно отдохнуть, только как именно?

Полноценного телевизора с широким плоским экраном и удобным пультом управления нет, да и ладно. Если ноутбук сдвинуть на край стола, то он вполне сойдёт за телевизор. Правда, экрану далеко до нужных размеров, да и пульта нет. Зато в Интернете полно всякого видео. А если оплатить подписку на какой-нибудь онлайн кинотеатр, то можно наслаждаться шедеврами мирового кинематографа хоть сутки напролёт. Впрочем, Юрий торопливо пересел с дивана за рабочий стол, руки двинули ближе ноутбук, одно дело у него есть.

Армэн Лазаревич — бывалый начальник, профессиональный кадровик. Не зря же он более чем прозрачно намекнул, что предпочитает иметь в своём штате семейных сотрудников, особенно женатых. Юрий поднял крышку ноутбука. Вот и ему давно пора найти женщину. Причём не просто подружку, любовницу и компаньонку для развлечений, а полноценную жену. Ему и самому надоело жить монахом. Да и о семье давно пора подумать. Тридцать лет, четвёртый десяток пошёл. Если не шевелиться, то легко и пятый проморгать.

Юрий рывком выдвинул левый нижний ящик рабочего стола. Лежит, да и куда ей деться? В углу пустого ящика сиротливо приютилась пачка презервативов. Ещё в самолёте до Петропавловск-Камчатский Юрий решил купить что-нибудь для интимных свиданий с женщиной. Так, на всякий случай, благо у презервативов достаточно большой срок годности. И, поди же ты, большой срок годности пришёлся очень кстати. Это в Верхнеянске ему буквально же в первый день повезло познакомиться с Викой. Сердце тут же неприятно кольнула былая боль. Что, что, а половые гомоны мозги не пачкали, регулярный секс и всё такое. А вот в Бечевинке вышло иначе.

В реальности мужчин и женщин примерно поровну. Мало носить штаны и бриться по утрам. Нужно шевелиться, чтобы найти хотя бы подружку на ночь. Юрий скривился, а ему случайная подружка не нужна. Ящик с треском задвинулся обратно. В памяти всплыли не такие уж и далёкие воспоминания о лесоводах. Как бы мало они не общались, но это была первая полноценная семья, с которой Юрию довелось познакомиться. Егора Назарича и Галину Назарич связывают не только любовь и влечение друг к другу, а ещё дети и совместный бизнес. Как говорится, и в горе, и в радости, и в богатстве, и в бедности. Нет же, Юрий сердито пождал нижнюю губу, если уж искать женщину, то сразу жену.

На экране ноутбука быстро появился рабочий стол. Юрий не стал утруждать себя цветной картинкой, а оставил приятный голубой фон. Интернет, браузер, поисковик. В специальной строке Юрий в два счёта забил запрос. В ответ поисковик ещё быстрей выдал несколько миллионов вариантов. Впрочем, сайт знакомств «Два кольца» как обычно вне конкуренции на самой первой странице на самой верхней строчке. Между прочим, отличный вариант. Курсор в виде белой стрелки переместился на ссылку, левая кнопка мыши дважды выразительно щёлкнула. На подобных сайтах женщины гораздо чаще и охотней ищут мужей. А вот мужчины часто предпочитают разные варианты. Впрочем, создать липовые аккаунты для различных левых целей не получится. Сайт «Два кольца» заботится о своей репутации.

Клик по кнопке «Зарегистрироваться». Юрий быстро заполнил строчки анкеты с красными звёздочками. Точный адрес указывать не нужно, даже город не обязательно, если только по желанию. Зато строчку «Социальный рейтинг» Юрий заполнил с особой радостью. Как ни как, а у него 418 баллов. Самое первое, на что обратят внимание потенциальные невесты, это как раз социальный рейтинг. Ведь не зря в настройках фильтра он идёт самым первым.

В целом по России социальный рейтинг колеблется в пределах от пятисот до семисот баллов. Пусть его 418 находятся ниже нижней границы, но для молодого мужчины без детей, без собственного дома или хотя бы квартиры, без личного автомобиля, да ещё который только-только по настоящему начал трудовую биографию и карьеру, размер социального рейтинга более чем приличный. Хотя, откровенно говоря, в первую очередь его социальный рейтинг отражает отсутствие штрафов. А то за курение табака, злоупотребление алкоголем, лишний вес и прочие злоупотребления система буквально с кровью режет баллы.

Так, ещё сфотографировать самого себя на смартфон и выложить фотку для анкеты. Самое главное в строке с надписью «Цель знакомства» Юрий совершенно искренне выбрал опцию «Для создания семьи».

Отлично, анкета заполнена. Клик по кнопке «Зарегистрироваться». На экране ноутбука выскочили символичные песочные часы. Песчинки, внешне похожие на квадратики, неторопливо пересыпаются из верхней треугольной колбы в нижнюю. Но вот выскочила надпись «Регистрация подтверждена». Следом брякнул смартфон. Юрий подхватил его со стола и провёл пальцем по тёмному экрану. Точно — пришла СМС. Его официально уведомили, что он успешно зарегистрировался на сайте «Два кольца».

Как и полагается солидному Интернет-ресурсу, «Два кольца» регистрирует новых соискателей через сайт «Госуслуги». Так владельцы сайта сразу убивают двух зайцев. Во-первых, потенциальный соискатель сразу доказывает, что он живой человек. А во-вторых, как раз по этой причине не может быть и речи, чтобы завести на сайте знакомств хотя бы ещё один левый аккаунт. И уж если указал в строке с целью знакомства «Для создания семьи», то и создавай семью. А если нужна всего лишь любовница для редких встреч на её территории, то и выбирай опцию «Для интимных встреч». Только подобные объявления пользуются среди женщин плохим спросом. А очень часто и вовсе отсекаются фильтром при поиске и отборе.

Да-а-а… Юрий лишь зря пошарил глазами по столешнице в поисках стакана с водой. Зарегистрироваться и заполнить анкету, это легко. А теперь предстоит самое трудное — перечень пожеланий к будущей спутнице жизни. И самая первая строчка — социальный рейтинг. Юрий в задумчивости уставился на мерцающий курсор. Да ладно, пусть будет прочерк. Откровенно говоря, он и сам не уверен в собственной ценности для брачного рынка. Ещё и цену себе набивать? В любом случае перенастроить требования к потенциальной жене никогда не поздно.

Возраст — это легче. Пусть будет от двадцати пяти и до тридцати. Когда жена старше, Юрий поморщился, это ещё ничего не значит, но традиция требует, чтобы жена была младше мужа. Не моложе двадцати пяти лет — самое то. Связываться с ещё более молодыми, тем более с малолетками, нет никакого желания. Как раз после двадцати пяти молодые люди заканчивают образование, находят работу и задумываются о дальнейшей жизни.

Да и всё, пожалуй. Курсор переместился на кнопку «Готово». Остальные строчки пусть пока останутся пустыми. В конце концов ему нужен опыт. Однако волнение всё равно едва ли не в прямом смысле взяло за горло, когда Юрий отправил-таки свою анкету на всеобщее обозрение. Впрочем, ничего страшного не произошло, земля под ним не разверглась. Даже вулканы Камчатки и те не выбросили в небеса столбы пламени и дыма. Только на экране бывалого ноутбука появилась надпись: «Ваша анкета отправлена».

Ух! Юрий перевёл дух. Как будто сто километров с полной выкладкой за раз пробежал. Крышка ноутбука тихо закрылась. Или, что вернее, со скалы в холодную воду сиганул. Впереди выходные дни, как раз можно будет подождать. А уже потом, в понедельник вечером после работы, можно будет разобрать первые результаты. А там точно видно будет, как и каким образом подправить фильтр. Да и самому пуститься в самостоятельный поиск лишним тоже не будет. Можно и сейчас, но правая рука лишь бессильно шлёпнулась на крышку ноутбука. Нет, не получится. От волнения пальцы пролетают мимо кнопок. Нужно, нужно сперва успокоиться.

На маленькой кухоньке Юрий остановился возле разделочного стола. По правую руку раскрытым зевом зияет отключенный холодильник. На столе в гордом одиночестве возвышается трёхлитровая бутыль бытового фильтра. Сквозь прозрачный пластик отлично видно, что он наполнен едва на половину. Но ничего крепче воды в квартире больше нет.

Стакан фильтрованной воды ухнул в желудок, Юрий даже крякнул для порядка. Может, и в самом деле купить хотя бы одну бутылку водки для особо торжественных или нервных случаев. Как сейчас, например.

К чему обманывать самого себя? Юрий ещё разок наполнил стакан из фильтра. Сейчас он сделал первый шаг, чтобы в очередной раз круто изменить свою жизнь. Как знать, может быть с женщиной, что согласится разделить с ним судьбу, он сумеет понять, чего же он на самом деле хочет от этой жизни.

Неделю назад, когда склад непродовольственных и продовольственных товаров длительного хранения заработал в штатном режиме, а Первое сентября благополучно минуло, Юрий вдруг понял, что не испытывает к своей работе большой симпатии. Да, это честный труд. Тот самый труд, что позволяет ему каждый день кушать, иметь крышу над головой и спать в чистой и тёплой постели. Только уже ради этого имеет смысл честно исполнять свои обязанности и должным образом. Но не более того. Юрий даже удивился, когда Армэн Лазаревич первым спросил его о возможной прибавке к зарплате.

Так-то оно так. Пустой стакан вернулся обратно на сушилку над раковиной, Юрий машинально развернулся к выходу с кухни. В режиме «по умолчанию» ему полагается озаботиться собственной карьерой. Шутка ли? Стать директором сети магазинов «Гийкан» в Бечевинке. Сколько зарабатывает начальник подчинённым знать не полагается. Это едва ли не федеральный закон. Но Армэн Лазаревич получает всяко больше пяти тысяч рублей. А там дальше, если занять его место, то можно расширить количество магазинов «Гийкан» в Бечевинке, а так же открыть ещё несколько за её пределами. Да, Камчатка и Камчатский край в целом до сих пор плохо заселены. Особенно если сравнить их с Приморьем и европейской частью России. Но дело как раз в том, что население растёт, плюс бойко развивается туризм. Вон, в гостиной Юрий опустился на диван, с каждым годом становится всё больше и больше желающих подняться на вулкан Ключевская сопка, дабы плюнуть в его жерло, ну или бросить монетку на счастье. Правда, в стране давно победил безнал, зато специальные монетки можно легко и просто купить в любой сувенирной лавке. В общем, возможностей для карьеры, для головокружительной карьеры вплоть до переезда в головной офис в Москву, имеются. Вопрос в другом — а нужно ли ему это?

Вот ещё одна причина, в некотором смысле самая сокровенная, почему он не стал указывать место жительства потенциальной жены. Не стальными же цепями он прикован к Бечевинке. Юрий усмехнулся. Для него до сих пор не составит большого труда умчаться хоть на другой конец страны, а то и планеты Земля в целом. Юрий сердито пошевелил плотно сжатыми пальцами. Чего уж обманывать самого себя: он не настолько дорожит работой в торговой сети «Гийкан», чтобы искать жену исключительно в Бечевинке.

Треск дверного звонка словно грохот землетрясения. Юрий ошпаренным котом подскочил на диване. Сердце вскачь, дыхание спёрло, руки сами собой сжались в кулаки. Будто одного раза было недостаточно, дверной звонок затрещал ещё раз. Ну да, Юрий расслабил пальцы и выпрямил спину, а чего он ещё захотел от дешёвой модели? Вместо приятной мелодии простенький электромагнит до одури колотит мелким молоточком по стальному колокольчику. Да и хрен с ним. Юрий в недоумении уставился на входную дверь. Кто это может быть? В Бечевинке он прожил не так уж и много недель, чтобы успеть обзавестись хотя бы одним другом. Причём таким другом, который может нагрянуть в гости в любой момент без приглашения. Тем более интересно, кто же это может быть?

— Иду! Иду! — прямо на ходу крикнул Юрий, когда дверной звонок разразился дурной трелью в третий раз.

Наконец противная трель стихла.

— Вы!!! — удивление единым выдохом вырвалось из груди, когда Юрий распахнул входную дверь.

— А что? Ты ждал в гости президента или, как минимум, губернатора Камчатского края?

Мила. Соседка Мила, что живёт где-то на нижних этажах, замерла с довольным видом на пороге квартиры. Только теперь на ней не тёплая куртка, а красивое вечернее платье приятного зелёного оттенка без рукавов и с глубоким декольте. Красный пояс выразительно подчёркивает её талию. Правда, причёска подкачала. Шедевра парикмахерского искусства нет и в помине. Тёмные волосы перехвачены на затылке в банальный хвостик чёрной резинкой. Да и на ногах вместо кокетливых туфель на шпильках обычные домашние тапочки.

Левая рука соседки прижимает к груди большую зелёную бутыль шампанского. А пальцы сжимают белый пакет с закуской. Свободная рука Милы всё ещё упёрта в выпуклую кнопку дверного звонка.

— Не понял, — только и сумел вытолкнуть из себя Юрий.

— Да чего тут понимать! — Мила торжественно махнула свободной рукой. — Юра, это судьба!

— Какая ещё судьба? — Юрий упорно не догоняет.

— Да какая может быть ещё? — Мила деланно обиделась. — Ну, соображай: «Два кольца». Не прошло и часа, как ты выложил на нём свою анкету.

— А ты откуда знаешь?

— Может, для начала, я пройду? — Мила хитро улыбнулась.

— А, ну да, проходи, — Юрий отступил в сторону.

Птичкой, рыбкой, дельфином Мила пролетела, проскользнула, запрыгнула в квартиру. Юрий лишь тупо закрыл за незваной соседкой дверь, а то из коридора ощутимо тянет холодом. Бутылка глухо бухнула, когда Мила поставила шампанское на стол возле ноутбука. Рядом на столешницу шлёпнулся белый пакет.

— Надеюсь, у тебя найдётся парочка бокалов и хотя бы одна тарелка под закуску? — Мила, словно приведение с мотором, проскочила мимо Юрия.

— Найдётся, — только и сумел ответить Юрий, но Мила уже убежала на кухню.

— О-о-о! Ещё один любитель «похлёбки»!

Юрий завернул следом на кухню. Вся такая красивая и фигуристая, но с важным видом хозяйки, Мила застыла перед распахнутой дверцей холодильника. Юрий почему-то сразу смутился и произнёс:

— Бокалы и тарелки вон там, на сушилке.

— Ну хоть посуда есть, — Мила стащила с сушилки над раковиной два стеклянных бокала. — Да не расстраивайся ты так, я и сама на «похлёбке» сижу. Вон, заодно и фигуру берегу, — бокалы, зажатые в руке соседки, словно веером очертили её фигуру «рюмочкой».

Однако Юрий уже пришёл в себя. А потому с самым решительным видом перегородил выход с кухни.

— Стоп, уважаемая, давайте объяснимся, — Юрий, для ещё большей наглядности, невольно подражая матери, упёр руки в бока. — По какому праву вы хозяйничаете в моей квартире?

— Так я же уже объяснила, — лицо Милы вытянулось от удивления. — «Два кольца». Ты же сам меньше часа назад выложил на нём свою анкету. Говорю же тебе, это судьба.

— Судьбу пока оставьте в стороне, — Юрий так и не тронулся с места. — Да, с час назад я зарегистрировался на сайте «Два кольца». Только вы тут при чём?

— Ну хорошо, — Мила послушно присела на табуретку возле обеденного столика. — У меня самой на сайте «Два кольца» вот уже больше года висит анкета. Между прочим, тоже «Для создания семьи», — Мила погрозила пустым бокалом. — На свой смартфон я вывела уведомления, если на сайте появляются новые анкеты. В смысле, не просто новые, а такие, какие проходят через мой фильтр.

Юрий стрельнул глазами в сторону. А, ну да, на сайте знакомств и в самом деле имеется такая возможность. Это обычная практика.

— А тут смотрю, — Мила театрально закатила глаза, — новая анкета появилась. Я как на фотку глянула, так сразу тебя узнала. Говорю же, это судьба!

Соседка аж сияет от радости, будто получила благодатную весть свыше.

— Мы же в одном подъезде живём, я только на два этажа ниже. Чуть ли не каждый день встречаемся, то у подъезда, то в лифте. Так какого хрена демагогию разводить? Я тут же схватила шампанское, закусить и сразу рванула к тебе. Тем более у меня сегодня выходной, а тебя начальник уже отпустил домой пораньше. Говорю же! — Мила бойко вскочила с табуретки. — Это судьба!

— Больше года, говоришь, — Юрий недоверчиво сдвинул брови.

— Не веришь? Так проверь, — Мила махнула пустыми бокалами. — У меня на страничке вся информация имеется, в том числе когда я зарегистрировалась.

— А вот и проверю, — Юрий развернулся и двинулся в комнату.

Загружать ноутбук заново не пришлось, Юрий лишь поднял экран. Вход в Интернет. «Два кольца». Личный аккаунт. Ого, уже несколько приглашений.

— Вон! Вон моё приглашение! Второе сверху, — за спиной брякнули пустые бокалы. — Карташова Милана Спартаковна.

Юрий тут же навёл курсор на второе сверху приглашение. Двойной клик. Тут же развернулась личная страничка Карташовой Миланы Спартаковны. Ты смотри, Юрий выпрямился на стуле, и в самом деле Мила. И-и-и… Юрий пошарил по анкете глазами. Соседка и в самом деле зарегистрировалась на сайте «Два кольца» больше года назад, когда ещё сам Юрий был в «Благодатном мире».

— Судьба, милый, судьба.

За спиной выразительно чпокнуло, Юрий обернулся. Ничего страшного. Мила не забыла прихватить из дома заодно и штопор. И пока Юрий проверял её анкету на сайте «Два кольца», соседка весьма ловко откупорила бутылку шампанского. Вопреки опасениям, игристое вино так и не ударило в потолок шипучей струёй.

— Держи, — Мила протянула Юрию полный бокал с прозрачным вином. — А теперь выпьем за встречу. За судьбу!

Предложенный соседкой тост отдаёт чрезмерным пафосом, зато искренний. Уж точно глаза у Милы горят от радости и, чёрт побери, от вожделения. Охренеть! Бокалы мелодично стукнулись. Юрий тут же осушил свой одним глотком до самого дня. Нужно признать, отличное игристое вино.

— Да, да, это хорошее шампанское, — Мила поставила пустой бокал на стол возле ноутбука. — Поверь, я в этом хорошо разбираюсь. А теперь ты получишь то, чего тебе так не хватало все эти два месяца.

Красный пояс в момент слетел с талии Милы. Оказывается, главное достоинство платья с приятным зелёным оттенком в том, что оно легко снимается. Мила лишь повела плечами, как платье послушно опало к её ногам. Перед Юрием предстала точённая девичья фигурка. Небольшая грудь и почти плоский живот. Кожа покрыта лёгким загаром. Мила явно пользуется солярием, но в меру. Символические трусики ничего не скрывают, а лишь намекают на внеземное блаженство.

В голове зашумело, Юрий потёр виски пальцами. И вряд ли тут дело в одном бокале шампанского, пусть и хорошего качества. Организм самым похабным образом тут же напомнил, что у Юрия и в самом деле вот уже сколько там месяцев не было секса. Сначала из-за реабилитации, а потом из-за работы. Зато теперь…

Щёки запылали жаром. Однако остатки силы воли и здравого смысла с отвагой камикадзе бросились в бой.

— Стоп, притормози! — Юрий выставил перед собой растопыренные ладони. — Да, мы знакомы с тобой больше месяца, но это шапочное знакомство, и не более того. Зачем ты так гонишь лошадей?

От волнения и, чёрт побери, от возбуждения Юрий лишь по факту заметил, что уже перешёл с нежданной гостьей на «ты».

— Ну ты силён! — Мила придвинулась на шаг ближе, однако Юрий тут же на шаг отступил. — Ты первый, кто при виде меня практически голой потребовал что-то там объяснить.

— Не отступай от темы, — с трудом просипел Юрий. — Отвечай.

С отвагой смертников остатки силы воли и здравого смысла сумели-таки отразить натиск половых гормонов и откровенной похоти. А вот уже на счёт второй атаки никаких гарантий. Но Мила и сама не стала развивать наступление.

— Хорошо, будь по-твоему.

Мила с большой неохотой отступила назад, но тут же демонстративно повернулась к нему спиной и так эротично подняла с пола платье и красный пояс. Юрий лишь нервно сглотнул, хотя все, все без исключения, первобытные инстинкты орут и требуют завалить эту бабу прямо на пол, чтобы тут же…

— На самом деле всё просто, — Мила с эротичной ленцой бросила платье и пояс на стол. — Ты уже давно приглянулся мне. Я уже давно пыталась с тобой сойтись, да только твоя работа не оставляла мне никаких шансов.

— Как это не оставляла? — Юрий с трудом перевёл дух.

— До сего дня ты возвращался домой в таком затраханном состоянии, что тебя не смогли бы соблазнить даже райские гурии, — охотно пояснила Мила. — Всё, что тебе хотелось, так это сперва добраться до кухни пожрать, а потом до кровати и завалиться спать.

В точку! Юрий смущённо отвёл глаза в сторону. Было дело. Запуск любого нового дела требует массу времени и сил. А когда в голове чугунным колоколом шумит усталость, а пустой желудок пудовыми кулаками колотит по позвоночнику, тут и в самом деле не до телесных прелестей соседки на два этажа ниже. Тем более на дворе не лето, а на соседке плотная тёплая куртка, а не эротичный купальник.

— Но, как я только сегодня поняла, на работе у тебя, наконец-то, устаканилось, — между тем продолжила Мила. — Другой женщины рядом с тобой я так и не заметила. Ну а раз ты зарегистрировался на сайте «Два кольца», то какой-либо женщины у тебе вообще нет. И не смотри на меня так, — Мила расхохоталась, — у меня самой вот уже год мужика не было. Мы же взрослые люди! Потребности, знаешь ли. И, между прочим, мне завтра с утра на работу.

Как не странно, но именно упоминание работы помогло Юрию успокоиться. В конце концов если молодая и красивая женщина предлагает заняться любовью, то грех ей отказать. Будь, что будет! Юрий шагнул навстречу Миле и единым движение подхватил соседку на руки.

— О-го-го! — с восторгом воскликнули Мила. — И что дальше?

Вместо ответа Юрий опустил Милу на кровать. Зря, что ли, она двуспальная? А кожа у соседки в самом деле весьма и весьма приятная на ощупь.

— Секундочку, — Юрий метнулся к столу и вытащил из нижнего ящика полную пачку презервативов, предосторожности лишними не бывают.

— Зачем? — разочарованно протянула Мила. — Я принимаю противозачаточные пилюли. А эти…, — всего одним словом соседка умудрилась передать всю свою нелюбовь к презервативам. — В общем, они только притупляют отношения.

— Ну уж нет, — к собственному удивлению твёрдо произнёс Юрий. — Заниматься любовью без резиновых посредников я буду только с женой.

— Ну раз так…, — Мила тут же пошла на попятную.

Небольшая заминка с резиновыми посредниками ничуть не охладила пыл новой знакомой. И вот Юрий вновь почувствовал под собой молодое и сильное тело весьма красивой женщины. Это было чудесно! Походя Юрий с немалым удовольствием отметил, что фигура у соседки всё же не до такой степени точёная, как у куклы. Нет. Мила явно не пользовалась услугами пластических хирургов, предпочитая более традиционные способы следить за своей фигурой. В первую очередь это «похлёбка», ну и спорт, разумеется.

Зашибись! Юрий без сил растянулся рядом с Милой. Вот что вынужденное воздержание с психикой делает. Так и с катушек слететь недолго. Прав, прав Армэн Лазаревич, пора, ох как пора, как минимум обзавестись постоянной женщиной.

— Я сейчас за шампанским сбегаю, — Мила соскользнула с кровати.

Боже! Юрий закатил глаза. Как же эротично и красиво она поднялась на ноги… А как двигается… Кажется, будто стулья и стол сами уступают ей дорогу. Впрочем, Юрий поднялся с кровати следом, нужно заодно и ему воспользоваться моментом.

Уже в туалете использованный презерватив скрылся в глубинах канализации Бечевинки. Заодно в раковине ополоснуть руки. Чтобы там Мила не говорила о резиновых посредниках, однако разницу Юрий так и не почувствовал. Тем лучше. Презервативы, того, надёжней.

— Держи, — Мила протянула Юрию полный бокал.

Пока он бегал в туалет, Мила вернулась с кухни и улеглась на постели поверх простыни в весьма и весьма соблазнительной позе. А почему бы и нет? Но это чуть позже. Юрий пригубил отличное шампанское и опустился рядом с соседкой.

Теперь, когда первый самый горячий порыв страсти прошёл, Юрий несколько лучше разглядел Милу. Ого, она напоминает Анастасию Зорину. Но не ту, что была в реальном Вельшино, а ту, что оказалась в базовой локации «Вельшино». Стройная и подтянутая, Мила по мере сил и возможностей заботится о своём теле. Нужно признать, получается у неё очень даже хорошо. Хотя, конечно, до профессиональной фотомодели она всё равно не дотягивает.

А ещё в чём-то Мила напоминает Анастасию по характеру, по едва уловимой внутренней энергетике. Разница была бы явно меньше, не будь в активе Милы полноценного образования и опыта реальной жизни в Большом внешнем мире. Наверно, это и в самом деле судьба. Юрий улыбнулся собственным мыслям.

— Мила, — Юрий опустил на прикроватную тумбочку пустой бокал, — в моей жизни ты стала самой первой реальной женщиной.

— Да ну брось, — Мила недоверчиво отмахнулась. — В тридцатилетних девственников, да ещё в наши вольные времена, я не верю. Да и не похож ты на девственника. Опыт у тебя точно есть.

— Ну да, есть, — Юрий вытянулся в полный рост, да так, что пятки свесились с матраса. — Даже больше: можно сказать, что двенадцать лет я был женат. Даже золотое обручальное кольцо носил.

— Не может быть, — Мила тут же нахмурилась. — И сколько у тебя детей? И где они?

— Детей нет и быть не могло в принципе, — с печальной усмешкой пояснил Юрий. — Отношения были исключительно виртуальные. Я ведь недобиток. Слышала о таких?

Мила старательно наморщила лобик, но вспомнить, кто такие недобитки, так и не смогла.

— Я из «Благодатного мира» четыре месяца как вернулся.

— Юра! — Мила приподнялась на локте и нависла над ним грозовой тучей. — Врать-то ври, только меру знай. Из «Благодатного мира» назад в реальность ходу нет. Это как помер, только без похорон, гроба и крематория.

На удивление Мила рассердилась не на шутку. И с чего это вдруг? Юрий мысленно пожал плечами. Да, обычно люди не сразу ему верят, но ещё никто и с ходу не обвинял его во лжи.

— Так ты что не помнишь, как четыре месяца назад все СМИ шумели о недобитке, что вернулся из «Благодатного мира»? — удивлённо уточнил Юрий.

— Милый, — соседка сама любезность, — эти самые СМИ, особенно «жёлтые», меня не интересуют. Если что и было на самом деле, то я всё благополучно пропустила.

— А если произойдёт что-нибудь действительно важное?

— А если произойдёт что-то действительно важное, то новость всё равно дойдёт до меня тем или иным образом. А так на эти самые СМИ только время зря терять.

Логика весьма своеобразная, однако, нужно признать, в ней имеется рациональное зерно. Юрий и сам новостями особо не интересуется, мимо него тоже много чего проходит незаметно. Однако если новость действительно важная, то она и в самом деле тем или иным образом дойдёт до него. Например, через Армэна Лазаревича, либо через других работников торговой сети. Через случайно подслушанный разговор в магазине. В некоторых случаях о новостях Юрий узнавал из листовок и плакатов, что то и дело расклеивают по городу. А так и в самом деле получается хорошая экономия времени.

— Ладно, раз у нас наклёвываются серьёзные отношения, то расскажу тебе всё. Только, — Юрий приподнялся на локтях, — пошли на кухню.

В голом виде на кухню — это уже перебор. Юрий натянул на себя трусы. Да и Мила тоже решила ограничиться лишь этой частью своего гардероба.

— Извини, но, кроме «похлёбки» без вкуса, у меня ничего нет. Не ждал я гостей. Хотя, хочешь, можно сгонять в магазин.

— Да ладно, не нужно, — Мила весьма эротично прислонилась к стене плечом. — «Похлёбки» хватит. Только дай я сама наведу.

Кормить гостя, да ещё новую любовницу, «похлёбкой» — грубейшее нарушение не только этикета, но и здравого смысла. После такого «ужина» второй интимной встречи может и не быть. Да и вообще может последовать бурный разрыв отношений. Но Мила и сама прекрасно поняла, к кому пришла в гости и каким образом. Из белого пакета она достала немного хлеба и порезанную тонкими кружочками колбасу. Юрий лишь усмехнулся, когда увидел, какую закуску к шампанскому принесла Мила. Более чем явное доказательство, что соседка прибежала на свидание вдруг и в большой спешке.

— Надеюсь, хотя бы из школьного курса истории ты помнишь, как в тридцатых годах начался исход несогласных с политикой властей в дикие леса, в горы и на необитаемые острова? — начал Юрий, едва Мила перестала старательно месить «похлёбку» ложкой и вновь подняла на него глаза.

— Ну-у-у…, — Мила задумчиво наморщила лобик, — что-то такое было. Если не ошибаюсь, тогда же, в тридцатых, «Благодатный мир» заработал на полную катушку. За низкий социальный рейтинг в него отправлять начали. Я права?

— Да, — Юрий кивнул. — Не все решились на яростный протест. Нашлись и такие, кто предпочёл по-тихому смыться.

— А, понятно, — Мила погрузила ложку в «похлёбку».

— Так вот, — Юрий собрался с мыслями и продолжил. — В первую очередь подальше от властей и цивилизации в целом рванули самые разные религиозные секты. В том числе и секта «Истинные люди». Она окончательно отделилась от православия в середине тридцатых. Заодно вобрала в себя много так называемых староверов. Благо у них более чем богатый и многовековой опыт бегства от властей.

Спокойно и неторопливо Юрий рассказал Миле всё. И как родился в тайге, и как однажды Большой внешний мир сам нагрянул к нему в деревню, и как он оказался в «Благодатном мире» и как в конечном итоге всё же сумел из него выбраться. Мила слушала молча, лишь механически забрасывая в рот разведённую «похлёбку». Постепенно недоверие на её лице сменилось на удивление, а после и на жгучий интерес.

— В жизнь бы не поверила! — с жаром воскликнула Мила, едва Юрий закончил рассказ. — А ты, это, точно не врёшь?

— Мила, — устало произнёс Юрий, — какой смысл мне врать? Это не то достижение, которым можно гордиться. Правда всё равно рано или поздно всплывёт.

— Тоже верно, — нехотя согласилась Мила. — Тогда, — на лице любовницы отразилась убойная смесь любопытства и страха, — расскажи, как оно там, в «Благодатном мире»?

— А то, понимаешь, о «Благодатном мире» такие дикие слухи и домыслы ходят, — закончил за соседку Юрий.

— Верно, — Мила сдержанно улыбнулась. — Вроде как и рай, говорят, только, почему-то, добровольно переселяться никто не хочет. Вон, у моего отца один знакомый был, инвалид первой группы, на коляске старой и скрипучей всё катался. Ладно, пенсию хорошую заработать успел, не бедствовал. Так ему столько раз предлагали переселиться в «Благодатный мир». Дескать, вновь ходить будешь, вновь женщин любить будешь. Так он ни в какую. Если какой работник социальный на него наседать начинал, так знакомый отца чуть в драку не лез и при этом орал дурным голосом: «Только через суд!»

Юрий негромко рассмеялся. Мила так смешно и так уморительно изобразила праведный гнев инвалида-колясочника, что не рассмеяться невозможно.

— Так как оно там? — в голосе Милы вновь мелькнула странная смесь жуткого интереса и страха.

— Райский ад, если двумя словами, — со вздохом произнёс Юрий. — Только там понимаешь, что смысл жизни не в том, чтобы жрать, пить и трахаться от заката до рассвета…

Юрий давно привык, что людей жутко интересует его жизнь в «Благодатном мире». В реальности о «виртуальном рае» и в самом деле сложилось весьма и весьма превратное представление. А ещё Юрий давно убедился на собственном опыте, что гораздо быстрей и проще будет терпеливо рассказать и ответить на все вопросы, нежели ещё дольше отнекиваться и объяснять новому знакомому, что это не та тема, на которую Юрию хочется говорить.

— Вот почему Вика, моя первая жена, предпочла остаться в Верхнеянске навсегда. Хотя, конечно, жизнь там не сахар. Но она не одна такая. Чего уж там, весь Верхнеянск такой, — закончил Юрий.

— Никогда не слышала о Верхнеянске, — призналась Мила. — Хотя да, странно это, практически добровольная нищета.

— Ну нет, — тут же возразил Юрий, — до действительно настоящей нищеты там далеко. Пусть и без «жира», но жизнь в Верхнеянске вполне сносная. Уж точно никто там милостыню у церкви не просит. Если у тебя больше нет ко мне вопросов, то расскажи о себе, — попросил Юрий.

— Давай, сначала выпьем, — предложила Мила. — Зря я что ли полгода бутылку берегла.

— Подождала бы ещё пятьдесят лет, стала бы обладательницей коллекционного шампанского, — пошутил Юрий.

Шутка вышла грубая и явно неудачная. Мила даже не улыбнулась, а лишь сердито поджала губки. Однако всё равно разлила по бокалам неколлекционное шампанское.

— Биография у меня самая обычная, — Мила опустила пустой бокал на стол. — Не так давно мне исполнилось двадцать пять лет. Надеюсь, теперь ты сам понимаешь, зачем я затеяла всю эту возню с «Двумя кольцами»?

— Понимаю, — Юрий покрутил пальцами пустой бокал.

Двадцать пять лет — это многое объясняет. Начиная с того, что Мила не кокетничает и не скрывает свой возраст. Это хорошо. С другой стороны, двадцать пять лет — очень важный возраст в жизни современных молодых людей. К двадцати пяти годам, как правило, заканчивается учёба и начинается работа, заодно молодые люди задумываются о будущем и, как правило, начинают активно создавать семьи. Не говоря уже о том, что именно после двадцати пяти лет возникает реальная опасность загреметь в «Благодатный мир», если размер социального рейтинга упадёт ниже сотни баллов.

— Больше пятнадцати лет назад мои родители переехали в Бечевинку, — между тем продолжила Мила. — Один в один как у тебя: работы в Подольске, это в Одесской области, для них не нашлось. Зато здесь отыскались сразу две вакансии. Уже здесь я окончила школу. Только, — Мила вздохнула, — пять лет назад родители опять сменили место работы и жительства. Вместе с моими младшими сёстрами они укатили куда-то под Иркутск.

— И ты жалеешь, что не укатили вместе с ними? — осторожно поинтересовался Юрий.

— Нет, — Мила улыбнулась. — Та дыра под Иркутском, я всё никак не могу запомнить название того посёлка, ещё покруче нашей Бечевинки будет. Да и к тому времени я уже снимала отдельную квартиру и вообще окончательно стала взрослой. Откровенно говоря, отец не захотел брать меня с собой, а мать не посмела ему перечить. Вот так я и осталась в Бечевинке. Сейчас я работаю официанткой в ресторане «Торпеда». Слышал о таком?

— Если и слышал, то не придал значения, — признался Юрий. — В принципе, раз в месяц я вполне могу позволить себе посетить подобное заведение. Только зачем? Деньги лучше копить на более важные дела.

— Ты по этому «похлёбкой» питаешься?

— Не только, — Юрий кивнул. — Кроме экономии, это облегчает быт. Вон, посуду мыть практически не нужно, готовить не нужно, по магазинам бегать не нужно. Да и холодильник напрягать.

— И ты всю жизнь вот так и собираешься прожить с отключённым холодильником?

— Нет, конечно же, — Юрий энергично замотал головой. — Зачем, по-твоему, я зарегистрировался на сайте «Два кольца»?

— А, тоже верно. Я и сама почти по тем же причинам на «похлёбке» сижу.

— Всё-таки, расскажи о себе? — вновь попросил Юрий.

— Ну-у-у… — задумчиво протянула Мила. — Извини, рассказывать о своих бывших я не буду. Да и вряд ли тебе будет интересно.

Юрий ничего не ответил, но эту тему и в самом деле лучше не трогать. Это в Вельшино если молодая жена в первую брачную ночь оказалась не девственницей, то обманутый муж получал полное право прикопать её труп возле болота. В реальности нравы гораздо более вольные. Да и как оно может быть иначе, если женщины уже давно ни в чём не уступают мужчинам по части карьеры, науки и прочих профессий. А эффективные противозачаточные и легкодоступный тест ДНК позволили мужчинам избавиться от страха воспитывать чужого ребёнка под видом собственного.

— После окончания образования я перепробовала много занятий и профессий. Была продавщицей, няней, домработницей, социальным работником. Сейчас, как я уже говорила, работаю официанткой.

— Ты так и думаешь остаться простой официанткой? — спросил Юрий.

— А чего здесь постыдного? — Мила с вызовом уставилась на него. — Больше половины моих коллег давно и успешно работают официантками, поварами, музыкантами. Это честный и востребованный труд. «Торпеда» является полноценным коммерческим заведением, приносит доход и платит все положенные по закону налоги.

Юрий виновато отвёл глаза в сторону. Трудно не согласиться с Милой. Да, научно-технический прогресс и смена социальной формации сделали людей гораздо более бойкими и подвижными. Но не всем же в самом деле быть крупными бизнесменами, политиками, чиновниками высокого ранга, генералами и популярными артистами. Большая часть людей всё равно предпочитает просто жить, наслаждаться тем, что у них уже есть, и не мечтать о неких великих свершениях. Те же лесоводы Кругликовы вполне довольны своей работой, своей усадьбой посреди тайги и судьбой в целом. Хотя да, личного реактивного самолёта и них нет и никогда не будет.

— Да не расстраивайся ты так, — Мила уловила настроение Юрия. — Я вовсе не собираюсь до конца жизни работать простой официанткой, хоть это честный и вполне востребованный труд. У меня в планах создать свою фирму, семейную, скорей всего. Хочется заработать побольше денег, чтобы свалить из Бечевинки.

— И куда? — уточнил Юрий.

— В идеале, конечно же, в Москву, — Мила мечтательно закатила глазки, от чего её обнажённая грудь стала ещё более выпуклой и соблазнительной. — Но вполне подойдёт и небольшой городок на берегу тёплого моря, где растут яблони и сливы, а огурцы можно выращивать без теплиц и парников в открытом грунте. Например, — Мила на миг замялась, — в Запорожскую область, на берегу Азовского моря.

— А почему именно Азовского, а не Чёрного?

— Мне так хочется. А почему — сама не знаю.

— И по этому ты решила выйти замуж?

— В том числе и по этому, — легко призналась Мила. — Мама постоянно втирала мне, как важно порядочной девушке найти себе мужа. Социальный рейтинг штука важная. А ещё дети, ипотека, наконец. Да и вдвоём замутить любое дело гораздо легче.

— Кстати, — Юрий выпрямился на табуретке, — какой у тебя социальный рейтинг?

Вот уж точно язык мой — враг мой. Сам по себе вопрос считается бестактным. Это как подойти на улице к незнакомцу и прямо спросить, сколько он зарабатывает денег. Если нет особой надобности, то люди не любят об этом говорить. К примеру, Юрий до сих пор не в курсе, какой социальный рейтинг у его непосредственного начальника Армэна Лазаревича. Сам виноват, нужно было не трепать языком, а сразу глянуть на личной страничке Милы на сайте «Два кольца».

— Если ты не заметил, какой у меня социальный рейтинг, то напомню — 211 баллов, — бестактный вопрос Милу не смутил. — Хотя да, я прекрасно понимаю, что это маловато будет, — торопливо добавила соседка.

— А, это, — только и сумел промямлить Юрий.

— Да, это ещё одна причина, по которой я решила покончить с экспериментами и остепениться. Сам понимаешь: у меня теперь очень даже хороший стимул стараться. Но и ты, Юрий, уж извини за прямоту, тоже из «Благодатного мира» вернулся. Это, почитай, как в тюрьме тринадцать лет отсидел. Для полного и окончательного сходства ещё только куполов во всю грудь не хватает.

Юрий окончательно смутился. Аналогия более чем верная. Хотя сейчас классических тюрем больше нет. Да и купола по количеству проведённых за решёткой лет никто более не набивает. За серьёзные правонарушения сразу отправляют в «Благодатный мир». А за более мелкие административные дела вполне хватает следственных изоляторов.

— Не обижайся, пожалуйста, — примирительным тоном произнесла Мила. — У каждого из нас имеются недостатки. Да, с ними можно и нужно бороться, но ценить нужно достоинства. Пошли, — Мила приподнялась из-за стола и сладко потянулась. — Одного раза мне недостаточно.

И то верно, Юрий поднялся следом. Четыре месяца без женщины, можно и нужно навёрстывать упущенное. Тем более в пачке осталось ещё девять презервативов.

Они во второй раз занялись любовью. Пусть без прежней «голодной» страсти, зато более изысканно и с большим наслаждением. Пусть Мила работает простой официанткой, зато в постели страсть как хороша. В этом она опять напомнила Анастасию, но Юрий быстро прогнал эту мысль.

Лишь когда часы на стене показали девять вечера, Юрий напомнил Миле, что ей, вообще-то, завтра с утра на работу. Соседка тут же предложила остаться на ночь, но Юрий мягко, но твёрдо, отверг это предложение. Не стоит форсировать события. Если всё сложится удачно, то у них вся жизнь впереди. Мила нехотя согласилась и тут же предложила уже в воскресенье вечером отправиться в ночной клуб. На что уже Юрий ответил отказом, ибо уже ему в понедельник с утра на работу. Да, да, всё так строго, ибо испытательный срок ещё не закончился. Каким бы явным успехом не был бы запуск сети магазинов «Гийкан», но это не повод просить у начальника отгул для буйства в ночном клубе. Вот после ещё можно будет попробовать. А пока не стоит дразнить закон подлости.

После недолгих препирательств он всё же сошлись на следующей пятнице, когда у обоих будут выходные дни, и уже ничто не помешает им как следует оттянуться в клубе в ночь на субботу на полную катушку. А то ещё по Верхнеянску Юрий прекрасно знает, что отдых, даже оттяг, и в самом деле необходим хотя бы раз в неделю.

— А что мы будем делать всю эту неделю? — на пороге своей квартиры Мила остановилась и глянула на Юрия снизу вверх.

— Видно будет, — ответил Юрий. — В конце концов никто и ничто не запрещают нам встречаться хоть каждый день. Если ты забыла, то мы живём в одном подъезде.

— Может, всё же…, — опять было начала Мила.

— Нет, — отрезал Юрий. — Не будем форсировать события.

— Ладно, — Мила окончательно сдалась. — Тогда до встречи.

Дверь в квартиру мягко захлопнулась. Юрий ещё немного постоял на пороге и оправился домой. Можно на лифте, это быстрей. Зато на своих двоих дольше.

Уже у себя в квартире Юрий плюхнулся на диван. Руки привычно обняли мягкую спинку. Сытость, двойная сытость, накрыла его с головой. Теперь у него есть подружка, любовница, дай бог, невеста и, глядишь, жена. Вот как удачно, что Мила живёт рядом, под боком, почти. Хотя… Следом за сытостью нахлынула грусть. Юрий понурил голову. На память пришла Вика. Ведь вопреки всем условностям «Благодатного мира» он считал её женой. Но, увы, Вика предпочла остаться в «Благодатном мире». Это её недостаток, ибо своё место в реальности она так и не нашла. Зато обрела его в виртуальном Верхнеянске. Глянуть на её личную страничку на каком-нибудь литературном сайте? Взгляд упал на закрытый ноутбук. Нет, не нужно. Юрий вновь расслабился, по телу прокатилась приятная дрожь. Увы, нужно жить дальше, строить реальные отношения с реальной женщиной. А Вика? А что Вика? Всё, что он может сделать, так это сохранить о ней добрую память.

По оконным стёклам методично забарабанили крупные капли дождя. Юрий повернул голову. Зелёные шторы едва ли наполовину скрывают прямоугольный провал на улицу. Там, снаружи, плещется мокрая и холодная тьма. Лишь снизу едва-едва пробивается свет уличных фонарей.

Да-а-а… Юрий уронил голову на мягкую спинку дивана. Бечевинка — это и в самом деле не то место, где ему хотелось бы провести свою жизнь. Суровая северная природа, на горизонте конусы потухших и действующих вулканов. Где-то там на юге тяжело дышит Берингово море, точнее, Авачинский лазив, куда, в свою очередь, выходит Бечевинская бухта.

Вот и Мила более чем прямо дала понять, что тоже не желает провести в Бечевинке всю жизнь. Свалить отсюда вдвоём и в самом деле будет гораздо легче. Но. Но. Но. Не стоит форсировать события. В Миле присутствует какая-то загадка, даже недосказанность. Мелочь? Не скажи. В конце концов ему нужна жена, а не подружка на ночь.

Глава 9. Ночной клуб

— Верь мне, ты не пожалеешь! — Мила щебечет во всю. — «Прибой» — он не самый крутой клуб в Бечевинке, зато самый клёвый. И уж точно самый демократичный.

— В смысле самый демократичный? — Юрий глянул на Милу сверху вниз.

— Ну, это, — Мила на миг сбилась с весёлого щебета, — цены там самые реальный. За престиж не дерут. Зато музыка и свет зашибись!

Юрий ещё в глаза не видел ночной клуб «Прибой», однако со слов Милы получается, что это и в самом деле отвязное место. Впрочем, Юрий едва сдержал смешок, выбор небогатый. Кроме «Прибоя» в Бечевинке найдётся от силы ещё два ночных клуба.

А пока вечер только набирает обороты. По осеннему времени уже стемнело, зато Набережная подводников осветилась яркими уличными фонарями. По правую руку во всю сияют окнами жилые дома. На первых этажах яркими витринами выделяются магазины, кафешки и прочие общественные заведения. По левую простирается гладь Бечевинской бухты. Но и её бездонную черноту то и дело прорезают огни морских судов. Конечно, с берега не разглядеть, но это и есть те самые газовозы разных классов.

Это простой люд в пятницу вечером стремится оторваться за всю неделю и ещё на неделю вперёд. А морские терминалы Бечевинки, а так же газовый завод, работают круглые сутки без каких бы то ни было перерывов на выходные и праздники.

Погода, откровенно говоря, дрянь: холодно и сыро. Сказывается близость большой воды и холодного Курильского течения, что идёт из Северного ледовитого океана вдоль Камчатки, Курильских и Японских островов. Но выбирать не приходится. По местным меркам погода вполне терпимая.

Нужно признать, что знакомство с Милой оказалось очень даже кстати. Юрий вновь почувствовал себя женатым. В некотором роде, ибо даже кольцами они пока не обменялись. В течении недели с момента знакомства Мила продолжала бегать к нему каждый вечер, и каждый вечер к обоюдному удовольствию они изрядно трясли то диван, то кровать, а то и обеденный стол на кухне. Однако каждый раз, каким бы бурным не был бы секс, Юрий упорно провожал Милу до её квартиры. Впрочем, она быстро смирилась и перестала ворчать. Что Юрию особенно понравилось, так это то, что вчера вечером после работы ему пришлось купить третью пачку презервативов. Первые две благополучно утонули в унитазе. Хотя Мила всё равно продолжает упорно твердить, что резиновые посредники не нужны, будто они только притупляют ощущения.

Первый сексуальный голод благополучно удовлетворён. Это даже начальник Армэн Лазаревич заметил. И вот сегодня они, наконец, отправились в ночной клуб. Оттягиваться так оттягиваться по полной программе, пока дома, кроме отключенного холодильника, их никто не ждёт, нет даже кошки или собаки. В выборе клуба Юрий полностью положился на Милу, благо в Бечевинке она прожила гораздо дольше его. Да и, честно говоря, для него нет особой разницы, где именно закончить этот вечер пятницы и встретить раннее утро субботы. Гораздо больше Юрия волнует то, что он впервые с Милой, так сказать, вышел в свет. А это очень хорошая возможность узнать потенциальную спутницу жизни с другой стороны. Да, на белых простынях она великолепна. А какой она будет в обществе? Да ещё под градусом?

Ночной клуб «Прибой» встретил их яркими огнями большой вывески над широким бетонным крыльцом. Само здание будто вклинилось между самыми обычными жилыми девятиэтажками. Как будто не желая ещё больше выделяться на общем фоне, ночной клуб почти такой же прямоугольной формы, разве что этажей всего три. Зато перед клубом самая солидная парковка. Правда, Юрий очень вовремя прикрыл рот ладонью, с личными авто негусто. Парковка на три четверти светит пустыми местами.

Бечевинка город маленький. Самая распространённая причина всё же обзавестись персональной машиной это не реальная потребность в средстве передвижения, а престиж, статус или понты. Вот и начальник Армэн Лазаревич, не смотря на доход и московскую закваску, так и не обзавёлся личным автомобилем.

Главное, это тишина. Конечно, относительная, городская тишина. Громче визга шин звучат только голоса уже не совсем трезвых посетителей, да весёлый гомон больших компаний, которые то и дело подтягиваются со всех сторон, либо то и дело вываливаются из немногочисленных такси.

А вот и первое серьёзное отличие от виртуального «Куруру» — дверей в ночной клуб «Прибой» много, но ни на одной из них не висит индикатор заполнения. По груди приятным теплом растеклась радость, Юрий вступил на первую бетонную ступеньку. Это же реальность! Ночной клуб один, танцпол один, и никакого уплотнения.

Ого, а у клуба отличная звукоизоляция, отметил про себя Юрий. Лишь в вестибюле на них пролилась ещё не столь громкая, но уже приятная и ритмичная музыка. Прозрачные автоматические двери на танцпол то и дело впускают всё новых и новых посетителей. Народу… Яблоку ещё можно найти место где упасть, но с каждым часом, буквально с каждой минутой, «мест для падения» все меньше и меньше.

— Пятница, вечер, чего ты хочешь, — Мила будто прочла его мысли. — И всем без исключения в понедельник с утра на работу.

Замечание более чем верное. Школьников, даже старшеклассников, нет и в помине. Самым молодым на вид не меньше восемнадцати-девятнадцати лет. В основном преобладают молодые люди от двадцати пяти до тридцати пяти лет. Хотя хватает и тех, кому хорошо за сорок, а то и близко к полтиннику.

Как в своё время любила выражаться Анастасия, придётся толкаться жопами. Но здесь и сейчас толкучка только порадовала Юрия. И в самом деле никакого уплотнения на выбор.

Через прозрачные двери танцпол призывно мелькает огнями, а музыка, которая то и дело выплёскивается в вестибюль, так и тянет пуститься в пляс. Но пришлось задержаться, чтобы сперва переодеться, а потом сдать верхнюю одежду в гардероб.

По совету Милы, Юрий не только снял пальто, но и переобулся. Плотные тёплые ботинки успокоились в чёрном пакете. Взамен Юрий надел гораздо более лёгкие с мягкой резиновой подошвой. У Милы под ярким жёлтым пальто оказалось ещё более яркое платье с блёстками. Через плотную ткань ничего не просвечивает, зато она плотно облегает точёную фигурку девушки. Впечатление вообще убойное. Да и движений такой наряд не стесняет.

— Туфли, — Мила протянула руку, — достань, пожалуйста.

Невысокие демисезонные сапожки Мила убрала в пакет. Взамен Юрий вытащил из сумки туфли с плотной застёжкой на толстом каблуке. Правда, лак на коже заметно потрескался, а набойки ещё более заметно потёрлись. Этим туфлям явно не приходилось долго скучать на нижней полке в гардеробе.

— Ого! — только и сумел выдохнуть Юрий, когда прозрачная автоматическая дверь осталась за спиной.

— А что я тебе говорила! — в ответ самодовольно крикнула Мила.

Да, в гардеробе полно народу, однако на танцполе, вопреки опасениям Юрия, вовсе не столпотворение. Сам танцпол весьма и весьма просторный. На широких антресолях разместились многочисленные столики. Там же, вдоль стен, должны быть не менее многочисленные барные стойки. Весь первый этаж отдан под танцпол.

Сразу четыре ярких световых шара висят над головами посетителей. Цветные прожектора скользят по толпе и перемигиваются разными цветами. И музыка, весьма бойкая и ритмичная музыка бьёт по ушам и не даёт толком разговаривать, только кричать, причём громко.

Но почему на танцполе относительно просторно? Мила опять будто прочла его мысли и показала пальце вверх. А, ну точно! На танцполе потому ещё относительно просторно, что народ ещё только «заправляется горючим».

— Нам туда! — сквозь грохот музыки не сразу пробился голос Милы.

Хорошая мысль. Они направились к ближайшей лестнице на второй этаж. Ещё по «Куруру» Юрий прекрасно помнил, что оттягиваться лучше и приятней всего, когда в крови плещется хотя бы с десяток градусов. Да и, Юрий глянул на танцпол сверху, танцевать здесь тоже никто не умеет. Мужчины и женщины, парни и девушки лишь самозабвенно дрыгают руками и ногами в такт музыке. Да и плевать!

— Что будешь пить? — Мила ловко взгромоздилась на высокий табурет перед барной стойкой.

— Давай на твоё усмотрение! — Юрий торопливо занял единственный свободный табурет рядом с Милой. — Только не слишком крепкое, мы сюда не пьянствовать пришли!

— Это точно! — пальчики Милы ловко забегали по меню на электронной столешнице барной стойки.

Ага, а вот и главный секрет, почему в «Прибое» самые демократичные цены. За барной стойкой нет даже роботов. Стена с батареями бутылок напротив не более чем очень качественная голография. Посетители набирают заказы на электронных столах. И на них же, через специальные дыры в столешницах, появляются многочисленные пластиковые бокалы с коктейлями и тарелочки с закуской. Использованная посуда покидает барную стойку тем же путём. Юрий оглянулся. Многочисленные столики до самого ограждения работают точно по тому же принципу. Для чего у них у всех вместо тонких ножек толстые подставки. Это же реальный мир, никаких скидок на виртуальность и бесплатных ботов с яркими фиолетовыми глазами вместо живых официантов и барменов.

— Зато диджей здесь настоящий! — пальчик Милы указал куда-то вниз. — Правда, он только по пятницам работает. А в остальное время, даже в ночь на воскресенье, бездушная автоматика!

— Да и плевать! — в тон отозвался Юрий. — Мы и без живой обслуги прекрасно повеселимся!

— Это точно! — радостно согласилась Мила. — О! Наш заказ!

Из дырки рядом с локтями Милы вынырнули два высоких бокала с тёмным коктейлем. Никаких зонтиков и долек апельсина, только тонкие пластиковые трубочки.

— Давай, я заплачу! — Юрий вытащил из кармана пластиковую карточку.

— Так и быть! — Мила едва не подавилась смехом. — Следующий коктейль оплатишь ты!

Проклятье. Юрий стыдливо спрятал карточку обратно в карман. Это же реальность. В подобных «демократических» заведения принято платить вперёд и только вперёд. Иначе коктейль просто не появится на барной стойке.

Юрий неторопливо через трубочку высосал весь коктейль. Кроме зонтика и дольки апельсина в нём не нашлось ни одного кубика льда, хотя на ощупь бокал холодный. Ещё одна экономию. Ну и ладно.

— Что это было? — Юрий поставил пустой бокал на барную стойку, бокал тут же провалился в дыру и пропал.

— Фирменный коктейль «Прибой»! — крикнула в ответ Мила. — В меру вкусный! В меру алкогольный! В меру «демократичный»!

Что «Прибой», что «Куруру» — суть одна. Хотя в первом явный уклон на «демократические цены», а во втором все посетители как на подбор молодые и красивые.

— Признаться! Я в первый раз в реальном ночном клубе! А как тут с безопасностью?

Подобная манера разговора изрядно напрягает голосовые связки, но всё равно прикольно, когда громкая музыка едва ли не в прямом смысле бьёт по мозгам.

— Не будь таким наивным! — Мила не сдержалась и рассмеялась. — Здесь полно видеокамер! Если что, то полицейские нагрянут в этот вертеп за пару секунд! Только ещё раньше над головой дебоширов зависнет полицейский дрон! Вон, смотри!

Юрий глазами проследил за указательным пальчиком Милы. Действительно, под самым потолком неторопливо скользят небольшие полицейские дроны. Грохот музыки напрочь забивает тихий шум их винтов.

Спрашивать, конечно, глупо, но всё равно интересно.

— А здесь можно закинуться чем покрепче этого? — Юрий ткнул пальцем в голографическую батарею бутылок на стене напротив барной стойки.

— Не! Не получится! — ладонь Милы выразительно рубанула воздух. — Безнал капитально подрезал теневой бизнес! Добыть «что покрепче» можно, но это дорого стоит и забот не оберёшься! И уж точно не здесь! Хотя бывает, и не так уж и редко, когда посетители приносят дурь с собой или уже в себе!

Вопрос не только глупый, а ещё и наивный до жути. Тотальный безнал и тотальная финансовая слежка за всеми без исключения гражданами не то, что подрезали, а едва ли не полностью доконали теневой бизнес, в том числе и торговлю наркотиками. Вычислительные мощности современных компьютеров чудовищные, а за каждым гражданином тянется ещё более чудовищный цифровой след. Так что если самый обычный гражданин потратит за месяц меньше, чем заработает, включая сбережения в банке, то это уже серьёзный повод для полицейской проверки.

— Что по мне! — между тем продолжила Мила. — То спиртного более чем достаточно! Кайф тот же! Зато полностью легально! Пошли танцевать!

— Пошли! — Юрий бойко спрыгнул с высокого табурета.

Господи, как же давно это было. Строго говоря, он впервые оказался в реальном ночному клубе. Но опыт многочисленных загулов в виртуальном «Куруру» никуда не делся. Оно того стоило! Юрий вслед за Милой влился в толпу на танцполе. Здесь и сейчас можно просто веселиться, просто танцевать, ну или делать вид, будто танцуешь. Вокруг полно людей. Да, не все из них молодые и красивые, зато из них точно никто в самый неподходящий момент не отбросит копыта, чтобы чуть позже без следа раствориться в воздухе. Вон! Юрий вытянул шею, рядом с ними далеко не трезвый мужик лет сорока лихо крутит за руку женщину чуть младше сорока. Даже по их лицам видно, что они женаты. И ничего! Детей сплавили к тёще, а сами решили оттянуться в ночном клубе. Хоть иногда можно и даже нужно.

Музыка, громкая ритмичная музыка, подхватила и повела Юрия. Мысли вон. Лишь веселье, тупое подогретое на спирту веселье. Негатив, дела, заботы и прочий стресс едва ли не в прямом смысле принялся стекать с души и сердца мелкими чёрными ручейками.

Вот чего ему давно не хватало! Юрий подхватил Милу за талию и крутанулся вместе с ней в корявом танцевальном па. Не хватало «заправиться горючим» и начать дрыгать руками и ногами до полного изнеможения в компании с красивой и молодой женщиной. Эх! Жить хорошо! А хорошо жить — ещё лучше! Реальность! Оно того стоило!

Первый танец. Второй. Третий. Юрий чуть было не пустился в четвёртый, как Мила вдруг схватила его за рукав и громко произнесла:

— Хватит пока! Пошли отдохнём и «заправимся»!

— Пошли! — охотно согласился Юрий.

Вот оно как затянуло, вслед за Милой Юрий поднялся на второй этаж. Танцевать до полного изнеможения можно, но лучше делать небольшие перерывы перевести дух, «заправиться» слабоалкогольным коктейлем, а то и перекусить. Иначе можно свалиться без сил буквально через час-два.

На этот раз Юрий не только оплатил оба коктейля, но и заодно заказал мелкое шоколадное пирожное с грецкими орехами — и белки, и углеводы. А потом они снова спустились на танцпол и погрузились во всеобщее веселье.

Времени нет, да и к чёрту часы. В очередной раз они уселись на высокие табуреты возле барной стойки. Юрий наплясался до упаду, приговорил с десяток слабоалкогольных коктейлей, однако хмеля ни в одном глазу. Ещё разок выпить, закусить и…

— Мила! Какая встреча!

Казалось бы, вокруг них не переставая гремит музыка. Возле барной стойки толпится куча народу. Люди не говорят, а кричат друг другу едва ли не в самые уши. Да и мало ли девушек и женщин по имени Мила могут быть рядом. Однако, к вящему удивлению Юрия, Мила едва не подпрыгнула на высоком табурете, бокал с очередным слабоалкогольным напитком без зонтика, дольки апельсина и кубиков льда едва не выскользнул из её нервно сжатых пальцев.

В жутком недоумении Юрий оглянулся. Толпа жаждущих «подзаправиться» буквально подпёрла к стойке очередного ничем не примечательного любителя ночных клубов лет двадцати пяти — тридцати максимум. Серые джинсы с широким кожаным ремнём, крикливая рубашка с коричневыми узорами. На круглом лице выделяются нос с горбинкой, волосы стрижены под ежа. Разве что глаза выдают в незнакомце школьного забияку, дворового хулигана и любителя дешёвого пива под гитару в чужом подъезде прямо на подоконнике.

— Ну что, нашла себе мужа?

Незнакомец ни чуть не пьянее большей части посетителей «Прибоя». Однако тон, которым был задан вопрос, не просто скачет на грани оскорбления, а ещё несёт в себе лошадиную дозу самого ядовитого сарказма. Юрий глянул на Милу. Появление незнакомого парня буквально выбило девушку из колеи. Кажется, будто Мила враз протрезвела. Первоначальный испуг схлынул, вместо него в глазах подружки вспыхнула злость, за которой весьма умело притаился страх.

— Ваня, что ты тут делаешь? — спросила, будто бахнула из пушки в упор, Мила.

— Как что? — пьяно удивился Ваня. — Оттягиваюсь по полной программе! Вот, только что старую знакомую встретил!

Бывший. Наконец-то и до Юрия дошло очевидное. Бывший парень Милы, пусть не слишком пьяный, но всё равно ведёт себя весьма развязано.

— Между нами всё кончено! — Мила спрыгнула с высокого табурета и надвинулась на Ваню словно танк на пехотинца. — Я не желаю тебя видеть! Не смей лезть в мою жизнь своими грязными лапами!

— Но! Но! Полегче! — в ответ огрызнулся Ваня. — Я тут случайно!

— Не вздумай меня преследовать! — Мила будто оглохла от собственного крика. — Забудь, где я живу! Не звони мне больше!

Подружку прорвало. То ли по делу, то ли нет, но Мила вывалила на Ваню столько обвинений, будто он конченный маньяк-убийца, который только тем и занимается, что кушает на завтрак копчёных младенцев. Хотя обвинение в загубленной молодости явно перебор.

Да чтоб вас всех, Юрий мысленно ругнулся. Чего, чего, а скандал и драку из-за бабы на этот вечер он не заказывал. А всё идёт именно к этому, уж слишком бурно Мила отреагировала на появление бывшего. Хотя сам Ваня буквально оторопел от столь бурного наскока и невольно подался назад, будто собрался своим задом проломить барную стойку. Юрий мысленно скрестил пальцы на удачу, по крайней мере пока лезть в драку или закатывать скандал Ваня не собирается.

Или, всё же, придётся драться? За последние месяцы Юрий изрядно подрастерял былую физическую форму. Главное, он никогда не учился драться. Весь опыт, которым он располагает, родом из далёкого детства. И то отец Кондрат люто запрещал кулачные бои между парнями из разных деревень, хотя молодецкая кровь бурлила и требовала выхода в хорошей драке. Вот уже и посетители ночного клуба несколько подраступились, будто специально освободили место для драки. Однако развязка наступила гораздо быстрей и не та, как уже мысленно настроился Юрий.

— Пошли от сюда! — Мила будто стальными клещами вцепилась в рукав Юрия и поволокла его за собой во истину с не девичьей силой.

И это всё? Прямо на ходу Юрий изогнулся и оглянулся. Пусть толпа посетителей ночного клуба, словно морские волны, тут же сомкнулась за ними, однако Ваня, кем бы он не был на самом деле, так и остался пришибленный к барной стойке с ошарашенными глазами. Тогда, Юрий вновь глянул на подругу, куда и зачем, да ещё с настойчивостью и напором бульдозера, она его тащит?

Едва Мила чуть сбавила обороты, как Юрий изловчился и вытащил из кармана смартфон. Чего! Ещё только час ночи. Веселье в самом разгаре. Однако, вопреки ожиданиям, Мила потащила Юрия не на другой конец просторного танцпола. Вместо этого она вывела его на первый этаж и едва ли не пинками вытащила за прозрачную автоматическую дверь в вестибюль ночного клуба.

— Э, ты чего? — попытался было возразить Юрий.

— Мы уходим! — самым серьёзным образом заявила Мила.

Официально ночной клуб работает до шести утра. В их распоряжении ещё целых пять часов. Уйма времени. Однако, едва Юрий глянул на расстроенное, но всё равно крайне решительное, лицо Милы, как желание спорить и доказывать тут же улетучилось. Как бы не было печально, но вечер, точнее ночь, испорчен окончательно.

Гардеробщик, мужик лет шестидесяти с шикарной седой шевелюрой, равнодушно принял номерки и подал одежду. Словно солдат срочной службы, менее чем за минуту Мила переоделась и всучила Юрию пакет с танцевальными туфлями на толстом каблуке. Большое зеркало на стене рядом с гардеробом так и не дождалось от молодой посетительницы клуба внимания.

Уже на улице Мила с ходу запрыгнула в первое же такси. Юрий едва успел присесть на заднее сиденье рядом с ней. Бечевинка и так не может похвастаться большими размерами. В иных более спокойных обстоятельствах они вернулись бы домой точно так же, как и пришли — пешком. Тем более погода несколько наладилась, пусть и стало ещё холодней, зато не так противно и сыро, как было всего несколько часов назад. Однако Мила не намерена задерживаться возле ночного клуба буквально ни на одну лишнюю секунду. Кажется, будто автопилот такси испугался столь сурового настроения Милы, не стал уточнять адрес, а лихо рванул с места.

И лишь когда они добрались до квартиры Милы, подружка несколько успокоилась и попросила Юрия зайти. А почему бы и нет? Если веселью конец, то, как знать, получится узнать что-нибудь новое.

Не без интереса Юрий переступил порог и аккуратно закрыл за собой входную дверь. Как и следовало ожидать, у Милы точно такая же квартира, как и у него: единственная комната, маленькая кухня и совмещённый санузел. Кажется? Хотя нет, диван несколько иной. Да и стол в углу из натурального дерева явно не из магазина класса «эконом». А вот что бросилось в глаза, так это далеко не идеальный порядок. Кровать в углу и половина дивана завалены женскими нарядами. Обе подушки погребены под платьями разного фасона и расцветки. Ещё одно пальто бессильно свесилось через спинку стула возле деревянного стола. Тогда как женские трусики и лифчики плотно оккупировали мягкую спинку дивана. Но, вроде как, пылью не пахнет, да и пол не завален откровенным мусором. Хочется верить, что весь этот бардак из-за того, что Мила долго и придирчиво собиралась в ночной клуб «Прибой». Ведь это их первый совместный выход в свет.

Пальто, ботинки и шапку Юрий оставил на вешалке возле входной двери и в одних носках прошёл следом за Милой на кухню. Как и следовало ожидать, холодильник отключен, дверца нараспашку. А вот и бытовой фильтр с пластиковой ёмкостью литра на три, необходимое дополнение к «похлёбке».

— Выпей, — на стол перед Милой Юрий поставил стакан воды.

— Спасибо, — Мила залпом опрокинула стакан.

Как от былого веселья, так и от выпитых слабоалкогольных напитков не осталось и следа. Что не успело выветриться, пока они весело дёргали конечностями на танцполе, то добила нежданная и от того ещё более нервная встреча с бывшим и поспешное бегство, а иначе и не назовёшь, из ночного клуба.

— Хочешь узнать, кто это был? — Мила глянула на Юрия снизу вверх.

— И так понятно кто, — Юрий присел на соседний табурет, — твой бывший.

— Верно, — Мила отвела глаза.

Подлая человеческая сущность жаждет узнать подробности, самые солённые, самые скандальные. Руки буквально чешутся схватить подружку за плечи, тряхнуть как следует и заставить выложить всё как на духу, как на допросе в Гестапо. Но Юрий благоразумно промолчат. Не стоит давить на Милу, тогда гораздо больше шансов, что она расскажет всё сама. А если так и не захочет рассказывать, то и методы Гестапо не помогут.

— Ладно, всё равно узнаешь, — кулачок Милы глухо ударился о столешницу. — Его зовут Ваня, Иван Поликов, если официально. Это непросто мой бывший, я реально любила этого козла. Мы долгое время были вместе, почти четыре года. Всё было просто зашибись, но идиллия закончилась, когда я решила остепениться. Сперва мягко, а потом всё более и более настойчиво я стала намекать этому козлу, что нам пора официально оформить наши отношения. Однако он наотрез отказался понимать даже самые топорные намёки.

А потом между нами произошло бурное объяснение, — хмуро бросила Мила. — Я прямым текстом заявила, что мне нужна стабильность: муж, нормальное жильё, дети, ипотека и далее по списку. В ответ Ваня не менее прямым текстом заявил, что его всё устраивает и так. Залезать в ипотечную кабалу он не хочет, жена ему не нужна, а дети, так это вообще спиногрызы, от которых одни лишь расходы. В общем, мы расстались весьма и весьма бурно. Ваня весьма бойко выскочил из этой квартиры, когда я схватила вот эту самую табуретку, — двумя пальчиками Мила показал на табуретку под Юрием, — чуть было не сломала её о его голову.

Несколько позже до меня дошла простая истина: — продолжила Мила, — мало принять решение остепениться. Мало. Мне пришлось не просто выгнать этого козла из своей жизни, а круто поменять весь мой круг общения. Главное, я больше не хочу жить в этом «человечнике». Почему, собственно, у меня и возникли мысли не просто сменить работу, поменять шило на мыло, а завести собственный семейный бизнес.

В голове зазвенели тысяча и один вопрос, но Юрий вновь сумел сдержать неуместное любопытство. Сейчас Мила раскрылась ему с неожиданной стороны. Сейчас самая лучшая тактика — молчать и слушать.

— К чёрту миллионы. К чёрту собственная вилла на берегу Чёрного моря. Семейная фирма тем и хороша, что позволит создать прочный материальный фундамент для простой, но более чем достойной жизни. Распоряжаться собственным временем по собственному усмотрению и работать на себя. Да, — Мила резко подняла руку, Юрий послушно закрыл рот, — я знаю, что работать на себя — самая жестокая форма эксплуатации. Но оно того стоит, верь мне. Можно зарабатывать ровно столько, чтобы покрыть собственные потребности и не париться карьерой, начальством и прочими атрибутами работы на чужого дядю.

В словах подружки имеется рациональное зерно. На память вновь пришла чета лесоводов Кругликовых. Егор Назарич настолько врос в свои делянки, что вряд ли променяет их на кабинет с видом на Красную площадь. Да и Галина Назарич вряд ли откажется от своего огорода ради того же вида на Красную площадь. Разница только в том, что Мила ещё откровенней, хотя и весьма туманно, мечтает о собственной семейной фирме, тогда как у четы Кругликовых она уже есть.

— Юрий, останься у меня. Прошу, — Мила подняла на него большие печальные глаза. — Если не хочешь, чтобы я ночевала у тебя, тогда заночуй у меня.

Дела… Пальцы задумчиво забарабанили по столешнице. Юрий как и прежде не намерен форсировать события. С другой стороны, они ещё ни разу не спали в одной постели в прямом смысле этого слова. Тем более, как Юрий успел заметить, у Милы тоже двуспальная кровать.

Левая рука пощупала карман брюк. А вот и главный аргумент «ЗА». Чисто на всякий случай Юрий прихватил в клуб связку из трёх презервативов. Поход в «Прибой» в любом случае обещал закончиться бурным сексом. Как бы Мила не заверяла в эффективности противозачаточных пилюль, но для себя Юрий твёрдо решил, что заниматься сексом без «резиновых посредников» он будет только с женой.

— Хорошо, будь по-твоему, — Юрий нежно сжал ладошки Милы.

Пусть и не после бурного ночного веселья, секс получился на славу. Заодно Мила окончательно успокоилась. Юрий в изнеможении растянулся рядом с подружкой на её двуспальной кровати. Ему всего тридцать лет, а устал так, будто лес валил. Пора, пора, ох как пора заняться утренними пробежками. Заодно подправить социальный рейтинг, а то просел немного. Именно так падение и начинается: здесь поленился, там опрокинул лишнюю рюмку водки, вон там плановый медосмотр проморгал. Так легко не заметить, когда социальный рейтинг опустится ниже роковой черты в сотню баллов. Но это всё потом, Юрий с нежностью и заботой натянул на Милу одеяло. От танцев, нервов и любовных утех подружка вырубилась без задних ног.

Всё бы ничего, да только к нему самому сон почему-то никак не идёт. Юрий покосился на окно. У Милы занавесок нет вообще, стёкла прикрывают горизонтальные жалюзи. Кажется, будто в щели между белыми пластиковыми полосками сочится тьма, ну или просто ночной покой.

Неужели… Сердце забилось от предвкушения и радости. Неужели вот оно, то самое, простое человеческое счастье? Вика, с которой Юрий прожил в почти настоящем браке больше двенадцати лет, так и не позволила ему провести вместе с собой в одной постели хотя бы одну ночь от заката до рассвета. Тогда это казалось Юрию несусветной глупостью, иногда откровенно злило. Однако теперь, когда Вика навсегда осталась в виртуальном Верхнеянске, до Юрия наконец дошло, зачем она так делала. Нужно признать, Вика была права — таким образом все эти двенадцать лет она держала между ними некую минимально возможную дистанцию. И вот, когда настал день расставания, им удалось мирно разойтись, разойтись по наиболее мягкому из всех возможных вариантов. Зато теперь…

Мила — совсем-совсем другое дело. Она не просто стремится завязать с ним серьёзные отношения. Здесь и сейчас это кажется глупостью, но теперь у них имеются все шансы создать полноценную семью. По крайней мере виртуальная реальность со всеми её условностями не мешает им. Теперь и только теперь его жизнь полностью в его руках. Безусловный базовый доход, словно проклятье языческих богов, больше не висит Дамокловым мечом над головой. Вон, Юрий скосил глаза на тумбочку, где валяется небрежно брошенная пачка презервативов, предохраняться надо. И теперь вполне естественно, что Мила не просто затащила его в свою постель, но и сумела удержать на всю ночь. Хотя… Да ну на фиг! Юрий мысленно махнул рукой. Не по-мужски смыться в потёмках, пока Мила спит. Элементарная гордость не позволяет.

Но, но, но… Юрий поёжился, по спине скатилась холодная дрожь. В глубине сознания всё равно бродит страх ошибиться. Это с Викой было просто. Грубо говоря, надоела — легко нашёл бы другую. Детей всё равно нет и быть не может, общего имущества нет и быть не может. Какой-либо связи, кроме личной привязанности, нет и быть не может. С Милой — совсем другое дело.

Брак с Милой будет самым настоящим, а не только золотые обручальные кольца на безымянных пальцах. Это и общий бюджет, и общее имущество, а потом и общие дети. Развестись просто так, снять обручальные кольца и забыть, не получится. Будет суд, нужно будет делить имущество, кредиты, детей, разъезжаться по разным углам. Даже если Мила будет просто беременной, то уже придётся долго и серьёзно думать. В законодательстве по этому поводу прописаны какие-то запреты и ограничения. В Новосибирском институте Юрий изучал юриспруденцию, но семейный кодекс РФ особо не штудировал. Да и надобности тогда в этом не было.

Нет уж, Юрий вновь закрыл глаза и попытался расслабиться, не стоит форсировать события, не стоит. Аборты серьёзно отражаются не только на психике женщины, но и на её социальном рейтинге. Вот уж точно без этой гадости никуда. Так что «резиновые посредники» — самый надёжный способ избежать множество серьёзных последствий. Детей нужно планировать заранее и вдумчиво, а не «залетать» по большой и светлой любви. Тогда и только тогда дети будут источником любви и счастья, а не проблем.

Правда, осталась в Миле какая-то загадка, недосказанность. Да, благодаря не самой приятной встрече в ночном клубе «Прибой» Мила открылась с неизвестной стороны, но всё равно не до самого конца.

Глава 10. Конец всем тайнам

— Ваш заказ готов, приятного аппетита.

Будто по команде приятного женского голоса в середине круглого столика открылась дыра, из которой поднялся круглый поднос с тарелками и стаканами.

— Наконец-то, — Мила нетерпеливо придвинула поднос ближе и подхватила прямоугольную тарелку с роллами.

— Не стоит так бурно реагировать, — философски заметил Юрий, — ждать пришлось не больше десяти минут. В подобных случаях крайним сроком считаются пятнадцать минут.

— Когда целую неделю не ела ничего, кроме «похлёбки», то и десять минут кажутся вечностью, — Мила ловко подцепила деревянными палочками для еды крайний цилиндрический ролл и опустила его в маленькую пиалу с соевым соусом.

— Тоже верно, — Юрий не стал спорить и тоже подцепил деревянными палочками для еды следующий на тарелке ролл.

По молчаливому согласию от ресторанов и ночных клубов они отказались. В первые ходить накладно, а ко вторым уже Мила напрочь утратила всякий интерес. Как догадался Юрий, встреча с Ваней, с бывшим парнем, стала для Милы крайне неприятным сюрпризом. Но, чтобы уж совсем не замыкаться в двух квартирах, они выбрали кафе с выразительным названием «Крабсбургер» на Набережной подводников в качестве отличного компромисса.

Не самое крутое, но и не самое дешёвое заведение. Круглые столики оснащены простейшими электронными столами. Автоматическая доставка прямо на стол. Благодаря чему в «Крабсбургере» нет живых официантов, а то и поваров, зато цены приятно радуют глаза и кошелёк. А ещё здесь полно блюд из морепродуктов. Вот и сейчас, например, Юрий заказал роллы с мясом камчатского краба — не слишком дорого, но и не протеиновая дешёвка из соевого наполнителя и ароматизаторов «идентичных натуральным».

— Ого! Краб! Настоящий! — Мила с восторгом уставилась в надкушенный ролл, только на третьем куске она распознала главную начинку. — И по какому поводу? Надеюсь, ты не ограбил любимого начальника?

— Ну как же можно грабить любимого начальника? — с плохо прикрытой гордостью произнёс Юрий. — У меня сегодня более чем легальный повод как привести тебя в «Крабсбургер», так и угостить роллами с настоящим мясом камчатского краба.

Юрий выразительно замолчал, однако Мила не выдержала первой.

— Не томи, — Мила ловко забросила в рот надкушенный кусок и принялась жевать с удвоенным удовольствием. — А то я всё съем, а что за повод так и не узнаю.

— Ладно, — Юрий не стал тянуть кота за хвост. — Как раз сегодня у меня закончился испытательный срок. Мой любимый начальник Армэн Лазаревич, много счастья и лет жизни ему, официально взял меня на работу в фирму «Гийкан». Плюс я получил давно обещанную прибавку к зарплате в пятьсот рублей.

— Супер! — с восторгом, не смотря на набитый рот, выдохнула Мила.

Откровенно говоря, их совместного с Милой заработка вполне хватило бы для нормального домашнего питания. Даже без давно обещанной прибавки в пятьсот рублей они вполне могли бы и дальше позволить себе поход в «Крабсбургер» раз в неделю и даже чаще. Но деньги лишними не бывают. Пока можно посидеть и на «похлёбке». Можно, хотя бы для того, чтобы накопить на достойную свадьбу, если уж пока не получается копить на что-нибудь другое более затратное, величественное и приятное.

Обычно они платят каждый сам за себя. Так сказать, ещё один успех эмансипации. Тем более официально они ещё не муж и жена, единого семейного бюджета у них нет. Но как раз сегодня Юрий не только в очередной раз позвал Милу в «Крабсбургер», но и торжественно объявил, что он угощает.

Первый голод утолён. У каждого на прямоугольных тарелках осталась примерно треть роллов. Юрий не забыл о маринованной редьке, хотя Мила её особо не жалует.

— Юра, признаться, я удивлена, — Мила чуть громче обычного поставила стакан с газированным лимонадом на стол.

— Чем именно ты удивлена? — тут же поинтересовался Юрий.

— Ну как же! Мы встречаемся больше месяца. Оба не скрываем друг от друга, что с самыми серьёзным намерениями. Однако ты до сих пор так и не поинтересовался, какое у меня образование.

— Хорошо, — благодушно поинтересовался Юрий. — Мила, какое у тебя образование?

— В том то и дело, что у меня нет высшего образования, — на едином дыхании выпалила Мила.

— Как это нет? — от удивления палочки для еды пролетели мимо ролла и звонко врезались в тарелку.

От такого признания Юрий даже растерялся. В последние лет пятьдесят высшее образование стало не просто повальным, а фактически обязательным для всех. Особенно для тех, кому ещё нет тридцати. Это люди пожилого возраста, кто уже давно на пенсии, так или иначе сумели обойтись без «вышки». Но и они вполне естественным образом идут на убыль. Вот и Юрий по умолчанию подразумевал, что и у Милы в ящике стола припрятан диплом о высшем образовании. А вопрос, который он ей с таким благодушием задал, подразумевал лишь конкретную специальность, а не сам факт наличия «вышки». И тут такой облом, понимаешь.

— Как я тебе уже рассказывала, — между тем продолжила Мила, — школу я закончила уже здесь, в Бечевинке. Однако родители так и не отпустили меня в другие города. Так-то я хотела во Владивосток податься, на инженера какого-нибудь. Но мама настояла, чтобы я поступила в местный университет на нефтехимика.

На третьем курсе я окончательно поняла, что не хочу всю жизнь разбирать нефть на молекулы и атомы, а потому решилась оставить университет. Скандал в благородном семействе был грандиозным! — Мила выразительно закатила глаза. — Из-за чего, собственно, я и съехала от родителей в «человечник».

Пришлось самой зарабатывать на жизнь. Я трудилась много где и много чему училась. Последними были курсы официанток, после которых я и устроилась в «Торпеду». Только, сам понимаешь, на курсах меня научили должным образом подавать еду, а главным условием для найма была модельная внешность.

Юрий, прямо пальцами, забросил в рот очередной ролл. Всё равно в голове не укладывается. Тем более для него, которому пришлось упорно десять лет, десять долгих лет, грызть гранит науки едва ли не в прямом смысле этого слова. Мила на свой манер поняла недоумённое молчание Юрия и продолжила.

— Да, не буду отрицать, — Мила взмахнула палочками для еды, — высшее образование штука полезная, но не есть обязательная. И без него можно вполне обойтись.

— Это как? — Юрий сумел-таки выдавить из себя пару слов.

— Я же тебе уже говорила, — Мила тихо возмутилась, но так, культурно и больше для проформы, — бизнес, семейная фирма. Это для работы на чужого дядю нужны все эти дипломы и корочки. Вот представь себе: ты знаешь и умеешь всё, что знаешь и умеешь сейчас, но, допустим, — Мила особо выделила последнее слово, — диплома о высшем образовании у тебя всё равно нет. Твой любимый, как там его, Армэн Лазаревич взял бы тебя на работу?

— Нет, конечно же, — тут же ответил Юрий. — Ведь и без меня полно молодых специалистов, которые…

— Вот именно! — Мила повысила голос. — А самого себя на работу в собственную фирму ты возьмёшь вообще без всяких дипломов. Ибо тебя самого будут интересовать конкретные знания и навыки, а не какие-то там корочки.

— Но знания и навыки всё равно нужны, — Юрий едва нашёл, что возразить.

— А вот здесь, — Мила хитро прищурилась, — мы подходим к самому интересному. В истории полно примеров, когда люди со слабым образованием, а то и без какого-либо образования вообще, наживали многомиллионные состояния, создавали целые отрасли промышленности, выводили человечество на новый виток научного и технического развития. Тот же Генри Форд, создатель автопрома США, из официального образования имел всего три начальных класса.

— А как же он тогда…

— Генри Форд самостоятельно выучил, изучил, освоил только те знания и навыки, что непосредственно потребовались ему для создания американского автопрома. Ну и чтобы нажить кучу миллионов заодно. Вот тебе, Юрий, в твоей работе на складе сильно помогают знания по истории Древнего Египта? А как там с астрономией? Тебе каждый день нужно вспоминать разницу между галактиками и квазарами?

— Нет, — нехотя признал Юрий.

Мила намеренно задела по-своему очень интересную тему. И действительно, за десять лет интенсивной учёбы Юрий приобрёл весьма и весьма обширный багаж знаний. Однако большая его часть так и пылится невостребованной. Более того, что в случае с Иртунским деревообрабатывающим комбинатом, что со складом фирмы «Гийкан» в Бечевинке, ему всё равно пришлось дополнительно доучиться, узнать и освоить то, чего не оказалось в университетской программе, однако что потребовалось на каждом конкретном рабочем месте.

— Надеюсь, теперь ты понимаешь, почему я не хочу ни доучиваться в местном университете, ни поступать на заочное в Новосибирский институт дистанционного обучения, — лицо Милы светится от самодовольства. — Давай займёмся каким-нибудь бизнесом и наймём сами себя без каких-либо дипломов и корочек.

— Каким именно бизнесом ты предлагаешь заняться?

— Возможностей полно, — Мила беспечно махнула рукой. — Нужно будет исследовать рынок, пошарить в Интернете, всё тщательно прикинуть и обмозговать. Что-нибудь обязательно найдётся. Там, — Мила задумчиво щёлкнула пальцами, — открыть своё кафе или сувенирный магазин. Главное, мы сможем работать на себя. Главное же, мы вместе пройдём через потребные курсы повышения квалификации. Это гораздо проще и быстрей.

Юрий задумчиво отвёл глаза в сторону. Если в Бечевинке открыть сувенирный магазин, то он будет обречён на разорение с момента открытия. Да, туристов с материка хватает, но и самых разных сувенирных магазинов, магазинчиков, лавочек и ларьков в Бечевинке и без них избыток.

— Да пойми же ты, — кулачок Милы ткнулся Юрию в плечо, — конечный результат будет зависеть от нас и только от нас.

Во дела! Юрий ничего так и не ответил, лишь молча уставился в тарелку с одиноким ещё недоеденным роллом. Да, Мила и раньше заикалась о собственном бизнесе, о семейной фирме, но только сейчас до Юрия дошло, что это не игра воображения, не фантазии, а вполне серьёзные намеренья.

— Юрий, я прекрасно понимаю, что тебя гложут сомнения, — сладким ангельским голоском продолжила Мила. — Над тобой довлеет мышление наёмного работника, что привык работать на чужого дядю. Пойми, государство всемерно поддерживает малый семейный бизнес. Миллионерами, чего уж врать самим себе, мы не станем, но более чем достойная жизнь у нас обязательно будет.

Если потребуется, то я без проблем перееду в любую точку России. Да ради собственного дела даже в дыру к родителям под Иркутском. Да и ты, насколько мне известно, не цепями прикован к Бечевинке. О! Ты как-то раз сам проговорился о льдине, на которой белый медведь кушает свежего тюленя.

Это точно, Юрий улыбнулся. Пусть ему так и не довелось узреть в Бечевинской бухте на льду хотя бы одного белого медведя, зато в окрестностях самой Бечевинки более чем хватает медведей бурых. Полицейским едва ли не каждую неделю приходится выпроваживать с городских улиц косолапых обратно в тайгу и сопки. Понимают, твари божьи, что никто насмерть стрелять в них не будет. А потому особо и не стесняются.

— В конце концов, Юра, — ладонь Милы обожгла плечо, — не ошибается только тот, кто ничего не делает. Ты всегда сможешь вернуться к работе по найму. А уж работу официанткой в какой-нибудь «Торпеде» я всегда найду.

Чтоб тебя. Юрий закинул-таки в рот последний ролл и подхватил наполовину пустой бокал с шипучим лимонадом. Мила ему нравится, это так. Вон, даже умудрилась заразить его своей мечтой наладить собственную жизнь. Пусть не богач, пусть купаться по утрам в ванне с шампанским так и не придётся, зато вполне достаточно, чтобы не думать о хлебе насущном и хотя бы раз в год позволять себе отпуск на каком-нибудь тёплом море. Да хоть бы приехать в эту же Бечевинку, но уже в качестве экологического туриста. Смех, да и только. Он уже третий месяц живёт здесь, а за пределами города ни разу не был.

Но! Но! Но! Пустой бокал едва не стукнулся о край прямоугольной тарелки. Юрий будто в первый раз глянул на Милу. Нет, что-то в ней не так. Какая-то загадка, недосказанность всё равно терзает и терзает душу. Если разобраться, то Мила предложила если не план, то очень хорошее направление для дальнейших размышлений и поисков. Но проклятая недосказанность буквально путает все карты и мысли в голове.

— Юра, не молчи! — ладонь Милы вновь обожгла плечо. — И вообще, ты меня пугаешь. Мы встречаемся вот уже два месяца как. И сколько ещё времени тебе нужно?

— Что? — Юрий повернулся к Миле. — Так рвёшься за меня замуж?

— Конечно рвусь, — Мила не стала отрицать очевидное. — Своё я уже отгуляла. Мне уже двадцать пять лет. Времени для глупостей и ошибок больше нет. И тебе, милый мой, — в слово «милый» Мила умудрилась вложить столько ядрёного сарказма, — уже тридцатник. Или, в этом своём «Благодатном мире», ты ещё недостаточно нагулялся и наглупил?

Волна раздражения тугой спиралью поднялась в груди… Но так и не выплеснулась наружу. Юрий сдержался. Обидно, но в чём-то Мила очень даже права.

— Этот мир устроен так, — Мила развела руки широко в стороны, будто попыталась обнять кафе «Крабсбургер» и всех его посетителей разом, — что в нём наибольшие шансы преуспеть не у одиночек, а у пар, у супругов. В общем, как-то так, — Мила тут же стушевалась.

Сама того не подозревая, Мила толкнула весьма эмоциональную речь. Причём сделала это достаточно громко, чтобы в их сторону принялись поглядывать даже два чёрно-белых кота, что вольготно разлеглись прямо на высоких табуретах возле барной стойки. Чего уж говорить о прочих посетителях «Крабсбургера».

Уж замуж не в терпёж — вот откуда пошла эта поговорка. Юрий вежливо улыбнулся симпатичной барменше за барной стойкой. Хотя… Господи! В голове молнией свернула мысль. И как только сразу не догадался об этом? Это же так просто.

— Вот что, Мила, — Юрий самым решительным образом ткнул пальцем в кнопку «Оплатить» на электронном столе перед собой, — мы прямо сейчас идём в ЗАГС.

— Как? Уже? — то ли от успеха собственной эмоциональной речи, то ли от неожиданности, Мила весьма удивилась.

— Конечно сейчас. Ты же сама только что призналась, что рвёшься выйти за меня замуж, — кнопка «Оплатить» тут же вытянулась в прямоугольник, Юрий послушно положил в него банковскую карточку. — Или ты уже передумала?

Вопрос с поддёвкой. Однако Мила уже справилась с удивлением и взяла себя в руки.

— Я согласна, — сдержанно, чтобы на них вновь не стали оглядываться коты возле барной стойки, произнесла Мила. — Доставай кольцо.

— Кольца нет, — Юрий ткнул пальцем в красную кнопку «Оплатить заказ». — Пока нет. Но обещаю купить нам сразу золотые. Классика потому и классика, что проверена людьми и временем.

— Хорошо, пусть будет классика, — Мила расслабленно улыбнулась.

— Ну вот и всё, — Юрий подхватил со стола банковскую карточку. — Пошли.

— А ЗАГС работает? — Мила тут же встревожилась.

— Конечно работает. Ведь он для людей, а не люди для него. Пусть сегодня пятница, но успеть мы должны.

Уже на улице Мила подхватила Юрия под руку, и они бойко зашагали по тротуару. На лице подруги застыла мина умиления и облегчения. Кажется, будто прямо у неё на лбу проступила надпись большими красными буквами: «Наконец-то!!!» Но Юрий невольно подпортил Миле приподнятое настроение, когда резко замер посреди улицы и недоумённо спросил:

— Подожди, а ты знаешь, где находится ЗАГС?

— Э-э-э…, — Мила растерянно глянула вдоль Набережной подводников, — понятия не имею.

— Ладно, Интернет знает всё, — Юрий вытащил из кармана смартфон.

Немного поиграть с картой Бечевинки. ЗАГС тут же нашёлся. Можно дойти пешком, но, ради такого торжественного момента, Юрий тут же вызвал такси. Не прошло и десяти минут, как жёлтая машина с чёрными шашечками на боку высадила их возле ничем не примечательного жилого дома, на первом этаже которого и нашёлся ЗАГС Бечевинки. У бетонного крыльца Юрий на миг остановился. А почему ЗАГС не разместили в мэрии? Наверно потому и не разместили, что там и без него понатыкано много разных служб. Да, Бечевинка маленький город, однако это обстоятельство не отменяет его бурного роста за последние годы.

В небольшом гардеробе Юрий галантно помог Миле раздеться и повесил её модную красную куртку с длинными полами на вешалку. Заодно рядом повесил и свою. В операционном зале нашлось сразу три окошка, но работает только одно. Впрочем, других посетителей сейчас нет.

— Добрый день, молодые люди, чем могу быть полезна? — с профессиональной вежливостью и улыбкой поинтересовалась женщина в годах в простой ярко-зелёной блузке по ту сторону стеклянного окна.

— Мы, это, — начал было Юрий, но слова коварно и в самый неподходящий момент разбежались из его головы.

— Хотим пожениться! — тут же радостно подхватила Мила.

— Поздравляю, — женщина улыбнулась. — Ваши личные данные, пожалуйста.

Как оказалось, не только Юрий, но и Мила оставили свои паспорта дома. Ничего страшного. Имя, фамилия и год рождения помогли женщине-оператору в считанные секунды найти их личные данные в глобальной информационной базе. Для того, чтобы принять заявление, всё равно пришлось пройти тройную идентификацию — отпечатки пальцев, радужная оболочка глаз и экспресс-анализ ДНК. Как раз по этой причине заявки на бракосочетание принимаются только в ЗАГСе и только в присутствии брачующихся. Хорошо, что для оплаты государственной пошлины вполне хватило банковской карточки, которую Юрий не забыл прихватить из дома для визита в «Крабсбургер».

Прибор для экспресс-анализа ДНК, чем-то похожий на большую ложку на длинной рукоятке, кольнул указательный палец. Юрий чуть дёрнулся, но усидел на месте. Процедура забора образца не сколько болезненная, а сколько неприятная. Зато никакая боль не способна затмить приподнятое настроение Милы. Подружка, точнее, уже невеста, наконец-то справилась с эмоциями и теперь просто сияет от счастья. А когда дошла её очередь заявить под протокол, что они и в самом деле намерены вступить в брак, то… В короткую фразу «Подтверждаю под протокол» Мила вложила столько эмоций и пыла, что будь здесь коты из «Крабсбургера», то они непременно поднялись бы на задние лапы и принялись бурно аплодировать.

— Поздравляю вас, молодые люди, — произнесла женщина-оператор, когда электронный рабочий стол под её пальцами одобрительно брякнул, — ваша предварительная заявка принята. Разрешите напомнить, что сама регистрация вашего брака состоится не раньше чем через тридцать календарных дней. То есть, — глаза женщины-оператора на миг упали на электронный рабочий стол перед ней, — не раньше 13 ноября сего года.

— Как предварительная? — Мила аж изменилась в лице. — Разве мы только что не поженились?

По недовольному выражению лица женщины-оператора по ту сторону окна Мила и сама поняла, что сморозила глупость.

— Большое вам спасибо, — Юрий торопливо поднялся с небольшого удобного стульчика перед окном. — Если всё, то мы пошли.

— Да, это всё, вы свободны, — на лице женщины-оператора вновь засияла профессиональная улыбка.

Через гардероб они прошли молча, Мила лишь позволила помочь ей надеть модную красную куртку. Зато, едва они вышли на улицу и спустились на тротуар, тут же насела на Юрия с расспросами.

— Что ещё за предварительная заявка? Какие ещё тридцать дней? Я думала, нас прямо здесь и сейчас поженят, — торопливо произнесла Мила.

— Нет, конечно же, — Юрий едва сдержался, чтобы в ещё более эмоциональных выражениях не показать, насколько же и он удивлён наивными вопросами Милы. — Согласно семейному кодексу Российской Федерации, сначала предварительная заявка, а потом ещё тридцать дней, так сказать, испытательного срока. Вдруг кто передумает. А уже потом можно официально пожениться хоть через год. Так что не волнуйся, — правой рукой Юрий обнял Милу за плечи, — мы всё успеем: и ресторан арендовать, и платье тебе сшить, и золотые кольца купить. Вряд ли ты мечтала вот так, в пожарном порядке, выскочить замуж. Всё у нас будет как у людей. Глядишь, заодно с родителями помиришься. Твоя мама и сёстры уж точно не простят себе, если получат приглашение, а на твою свадьбу так и не приедут. Тем более с моей стороны родственников не будет вообще. Да и с друзьями, откровенно говоря, тоже никак.

— Ну да, разумно, — будто нехотя согласилась Мила. — Я как-то об этом не подумала. Да и папа будет очень рад, когда я, наконец, сменю фамилию.

Разговор увял сам собой. Первое удивление и шок постепенно оставили Милу, хотя она так и продолжила рассеянно поглядывать по сторонам. Если бы не Юрий, то свежеиспечённая невеста могла бы запросто выскочить не замуж, а на проезжую часть прямо под бампер легковушек. Да и самому Юрию несколько напряжённое молчание только на руку. Они так и прошли два квартала до своего дома. Лишь когда перед ними распахнулась дверь подъезда, Мила окончательно пришла в себя.

— Ну так что? Ко мне или к тебе? Отпразднуем помолвку? — Мила игриво улыбнулась. — А то, давай, сгоняем в магазин за чем-нибудь покрепче воды. Да и заодно купим что-нибудь вкуснее «похлёбки». Так и быть, скинемся вскладчину. Не дело такое дело…

— Нет, нет, любовь моя, — Юрий вежливо пропустил Милу в подъезд первой, но не очень вежливо перебил её, — сейчас мы поднимемся каждый в свою квартиру. И даже более того — этот вечер и грядущую ночь проведём по отдельности.

— Но почему? — дверцы лифта услужливо распахнулись перед Милой, однако от удивления невеста так и замерла на его пороге.

— А потому, — Юрий вежливо подтолкнул невесту в лифт, — что сейчас нам предстоит пройти через очень важное испытание — ознакомиться с подноготной друг друга.

— Это как? — только и сумела вымолвить невеста.

— Социальный рейтинг, святая корова, куда уж без него, — указательный палец Юрия ткнулся в кнопку двадцать пятого этажа, лифт тут же дёрнулся с места.

— Но ты и так знаешь мой социальный рейтинг, — вымолвила Мила.

Юрий готов поклясться, что в голосе невесты звякнуло отчаянье.

— Конечно знаю, — Юрий кивнул. — Но! Одно дело размер социального рейтинга, и совсем другое узнать, из чего именно он состоит, какой прогноз на будущее. Без этого никак, — Юрий выразительно развёл руки в стороны. — Почему и говорят — узнать подноготную друг друга.

— И где узнать?

— Мила, всё там же, на портале «Госуслуг». Наша предварительная заявка уже зарегистрирована. Так что в твоём личном аккаунте ты сможешь увидеть всю мою подноготную. Впрочем, как и в моём аккаунте откроется твоя подноготная. Всё по чесноку.

Дверцы лифта очень вовремя распахнулись. Юрию опять пришлось вежливо вытолкнуть Милу наружу, на этот раз на лестничную площадку.

— Юра, — возле двери в свою квартиру Мила опять остановилась, — может, бог с ним с рейтингом социальным. Давай, отпразднуем как следует. У нас помолвка, если ты забыл.

— Нет, Мила, — Юрий упрямо качнул головой. — Будет так, как я сказал. Но, если ты так жаждешь всё же отпраздновать нашу помолвку, то впереди у нас два выходных дня. Вот прямо завтра утром и созвонимся. Если уж не в «Торпеду», то в другой ресторан я тебя сведу. В общем, куда-нибудь посолидней, чем «Крабсбургер», — пообещал Юрий.

Мила впала в странную растерянность. Глаза невесты будто остекленели, а нижняя челюсть отвисла как при сильном удивлении. Зато руки будто обрели самостоятельность, извлекли из сумочки стальной ключ и распахнули входную дверь.

— До завтра, любовь моя.

Юрий почти вежливо, и почти не применяя силу, затолкнул Милу в квартиру и сам, на всякий случай, закрыл дверь. Замок выразительно щёлкнул. А теперь сделать ноги, пока невеста не пришла в себя и не придумала какую-нибудь гораздо более весомую проволочку.

Лишь когда перед самым носом захлопнулись дверцы лифта, Юрий перевёл дух. Откровенно говоря, реакция Милы на предварительную заявку, а в особенности на новость о подноготной, крайне не понравилась. Или это последствие того, что она банально не доучилась в вузе? Это же всё элементарно. Женитьба — очень важный шаг в жизни каждого гражданина. Почему государство и даёт тридцать дней подумать, прикинуть, оценить будущего спутника жизни, а то и вовремя опомниться. Юрий никогда особо не интересовался статистикой, но точно знает другое — эти тридцать дней предотвращают большое количество разводов, не говоря уже о более серьёзных последствиях вплоть до уголовных.

Нетерпение покалывает кончики пальцев. В прихожей ботинки торопливо слетели с ног и ткнулись в стену. Куртка не сумела зацепиться петлёй за крючок на вешалке и шлёпнулась прямо на пол. Плевать! Юрий подскочил к ноутбуку, рука резко дёрнула крышку-экран в рабочее положение. Боль обожгла указательный палец, когда Юрий слишком энергично ткнул кнопку запуска. Сейчас! Сейчас! Сейчас наступит конец всякой тайне, всякой иной недосказанности.

Да, социальный рейтинг — это не то, чем люди охотно делятся друг с другом. Не говоря уже о том, чтобы орать о его размере на каждом углу. Да, много где его спрашивают либо требуют указать. Вон, на том же сайте «Два кольца» социальный рейтинг занимает почётное место сразу же под именем. Или другой пример. Армэн Лазаревич, как бы не был доволен результатами работы оптового склада, однако всё равно не поленился уточнить размер социального рейтинга Юрия. Точнее, начальник предпочёл убедиться, что тот не стал меньше. А то мало ли что? Однако самой большой личной тайной являются составляющие социального рейтинга. Какие именно плюсы определяют его размер. И, тем более, какие именно минусы не дают ему разрастись до небес.

Единственное исключение, которое позволяет пролить свет истины на составляющее чужого социального рейтинга — предварительная заявка на заключение брака. Как не крути, как не разглагольствуй о тайне личной жизни, но знать не только размер, но и подноготную потенциального супруга, крайне важно. Почему состав социального рейтинга и называют в народе подноготной. Оно и правильно, Юрий плюхнулся на стул перед ноутбуком. Ведь им движет не праздное любопытство, а самый что ни на есть практичный интерес. Ведь он собирается не много, не мало разделить с Милой жизнь. Ведь после свадьбы у них будет одна на двоих судьба. А это и финансы, и жильё и тем более дети.

Руки предательски затряслись, когда на экране ноутбука появился личный аккаунт на «Госуслугах». Следом через «мышь» задрожала и стрелка курсора. Где? Где? Где подноготная Милы? В каком разделе? От волнения пересохло в горле. Да вот же она! Слева, в столбце с главными вкладками аккаунта, появилась ещё одна — «Семейное состояние».

Стрелка курсора хищной рыбкой метнулась к новой вкладке. Левая кнопка «мыши» лишь жалобно пискнула, когда указательный палец с невероятной скоростью и силой дважды щёлкнул по ней. Вкладка тут же развернулась. Первое, что бросилось в глаза, широкая надпись: «Подана предварительная заявка на вступление в брак с гражданской Российской Федерации Карташовой Миланой Спартаковной 2065 года рождения».

Да, это оно, то самое. Юрий облегчённо улыбнулся. Нервное напряжение несколько отступило. Пальцы перестали душить «мышь», а спина в изнеможении прижалась к спинке стула. Вот теперь и только теперь конец всем тайнам, конец всем недосказанностям. И как только раньше не догадался? И всё по-честному. Раз у него появилась подноготная на Милу, то и у Милы в личном аккаунте на «Госуслугах» появилась подноготная на него. Да и пусть! Юрий мысленно махнул рукой. Он и так ничего от Милы не скрывал. По крайней мере не то, что с огромной долей вероятности будет указано в его подноготной.

Так. Так. Так… Глаза заскользили по строчкам. Социальный рейтинг 211 баллов, но это он и раньше знал. А вот из чего конкретно он состоит. И! И! И! Юрий вытянулся на стуле и подался всем телом вперёд. Охренеть! Кто бы мог подумать! Мила свет Спартаковна ещё та ШТУЧКА!!!

Это? Это? Это… Сознание заметалось в поисках нужного слова. Это бред наяву. Да, аттестат о полном школьном образовании Мила и в самом деле получила в Бечевинке. Однако из Бечевинского государственного университета её отчислили за неуспеваемость на четвёртом семестре. Это же, Юрий на миг скосил глаза в сторону, ещё на втором курсе, а не на третьем, как сама поведала Мила. Дальше — больше.

Теперь понятно, откуда Мила знает о Новосибирском институте дистанционного обучения. Ещё бы не знать! Злобный «Эх» сорвался с губ. Ведь она там училась. Точнее, глаза пробежались по строчкам и датам, зарегистрировалась на дистанционном обучении по специальности «Химик-технолог по переработке нефти и газа». Однако уже через четыре месяца её отчислили за отсутствие какого-либо прогресса в учёбе. Опять ложь! Получается, что Мила всё же хотела научиться разбирать нефть на молекулы и атомы, но сперва в бечевинском университете, а потом и дистанционно в новосибирском. Однако с треском провалилась и там, и там. Точнее, на очном её почти два года «пинали» родители. А на заочном у неё самой не хватило элементарной усидчивости и терпения.

Не зря, ох не зря, «бабушка» Влада Силуяновна предупреждала, что учиться на «дистанции» гораздо сложнее. Для этого мотивация должна быть как сталь! У Миланы свет Спартаковны, без «волшебных пенделей» родителей, мотивации не оказалось вообще. Дальше — больше.

Раздел «Здоровье» больше похож на любовный роман завзятого сетевого графомана. Пятнадцать лет — сделала аборт. Юрий лишь качнул головой. Залететь в столь нежном возрасте можно только по «очень большой и светлой любви». Семнадцать лет — переболела гонореей. На дворе конец двадцать первого века, подцепить венерическую болезнь можно по ещё более «большой и светлой любви». Саркастический смешок сам по себе вырвался из горла. Хорошо, что хоть в девятнадцать лет СПИД не подцепила, не стала, так сказать, доводить дурную тенденцию до логического конца. Но со здоровьем это ещё не всё.

Ветрянка, грипп, ковид и прочие болезни, ещё ладно. Вирусы они такие, летучие. Ещё в активе Миланы свет Спартаковны серьёзная травма нижних конечностей. Жаль, подробностей нет, но где-то она конкретно навернулась, раз провела на лечении и последующей реабилитации аж четыре месяца.

Информация о прегрешениях Милы до восемнадцати лет закрыта. Доступ к ней имеют силовые органы, либо по решению суда. А вот уже после восемнадцатого дня рождения Мила отметилась несколькими приводами в полицию. Конкретно за что не указано, во всех случаях одна и та же слишком размытая формулировка — хулиганство и вандализм. Юрий лишь качнул головой. Гульнула девушка на всю катушку. Последний раз заночевать в «обезьяннике» ей довелось год назад, незадолго до наступления двадцати пяти лет.

О-го-го! От удивления Юрий едва не клюнул носом экран старенького ноутбука. «Обезьянник» — это ещё детская песочница. На Милане свет Спартаковне висит уголовный срок. Условный, естественно, всего три года. Это, Юрий на миг задумчиво скосил глаза в сторону… По закону Российской Федерации у молодых людей до двадцати пяти лет ещё есть право на ошибку. Дело явно мелкоуголовное и серьёзной опасности для окружающих не представляло. Будь иначе, то Милана свет Спартаковна загремела бы в «Благодатный мир» как пить дать, а то и сразу в печальный и скучный «Бункер». А так ей круто повезло, что приговор по её делу был вынесен до рокового двадцать пятого дня рождения. Почему, собственно, она и сумела отделаться условным сроком. К слову, срок ещё не погашен.

Зато, зато…. В глазах на миг потемнело, Юрий слабо выдохнул словно проколотая шина. Это уже вообще ни в какие ворота — на Милане свет Спартаковне висит компенсация пострадавшим. Кому и за что — ни строчки информации. Но сумма!!! 508 тысяч 281 рубль и 40 копеек. Из столь фантастической суммы для простой девушки Мила успела компенсировать немногим меньше тридцати тысяч рублей. С такими темпами ей придётся расплачиваться лет двадцать, не меньше.

О-о-о! А тут ещё кое-что ну очень интересное. 508 тысяч 281 рубль и 40 копеек — это лишь паритетная часть, которую обязана выплатить потерпевшим сама Мила. 508 тысяч 281 рубль и 40 копеек потерпевшим обязан выплатить её подельник, некий Поликов Иван Сергеевич. Юрий выпрямился на стуле. Уж не тот ли Ваня, на которого они случаем наткнулись в ночном клубе «Прибой»? Если это действительно он, тогда понятно, почему Мила так бурно на него отреагировала. Накинулась на подельника с такой злостью, с таким остервенением, будто Ваня спёр её любимую болонку и слопал. Причина столь «бурной любви» может быть только одна — это с подачи Вани на Миле повисла компенсация в половину ляма. Либо оно так и было на самом деле, либо Мила так считает. Конечно, после такой подставы она не только порвала с Ваней всякие отношения, но и в самом деле едва не проломила его череп табуреткой.

Зато… Зато… Юрий сердито засопел, пальцы сами сжались в кулаки, аж костяшки хрустнули от напряжения. Зато вопрос Вани: «Ну что, нашла себе мужа?» вдруг заиграл новыми красками и смыслами. Ведь, паршивец, всё прекрасно знает. Его внешне невинный вопрос можно перевести иначе: «Ну что, нашла дебила, который будет выплачивать за тебя компенсацию потерпевшим в половину ляма?»

С таким долгом глупо надеяться, будто у Миланы свет Спартаковны могут быть хоть какие-нибудь накопления. Собственно, их и нет. На банковском счёте лишь остаток с последней зарплаты. Да и откуда этим самым накоплениям взяться, если половина всех её доходов уходит на выплату компенсации потерпевшим? Зато ещё одной тайной вон. Теперь понятно, почему Мила сидит на «похлёбке». С её-то заработками только на «похлёбке» и можно прожить. Иначе вместо модной красной куртки ей придётся носить бэушный ватник из армейского секонд-хенда.

А вот и вишенка на торте! После всех этих сногсшибательных откровений злости на Милу не осталось вовсе, лишь ядовитая ирония. Общий прогноз социального рейтинга Карташовой Миланы Спартаковны отрицательный. Пусть чуть-чуть совсем, пусть то и дело меняя направление на рост, но в долгосрочной перспективе социальный рейтинг Милы опустится-таки до роковой черты в сотню баллов. А после она получит от властей предложение переселиться в «Благодатный мир» в добровольно-принудительном порядке. Аминь!

Пальцы потёрли разгорячённый лоб. Прости господи, как роман ужасов прочитал. Зато… Взгляд вновь пробежался по датам. Всё правильно, всё сходится. Незадолго до двадцати пяти лет Мила заработала судимость и вдрызг разругалась с Ваней. На «добрую память» от бывшего друга она получила компенсацию потерпевшим в половину ляма. Ещё раз аминь.

Ноутбук жалобно бухнул, когда крышка слишком резко схлопнулась. Юрий откинулся на спинку стула, руки, словно порванные верёвки, безвольно повисли вдоль тела. Ну вот и свершилось. Теперь больше никаких тайн, никаких недоговорок, всё просто, ясно и понятно. Вот она главная причина, по которой Мила решила остепениться — страх. Милана свет Спартаковна, впрочем, как и все жители реальности, до жути боится угодить в «Благодатный мир». Это же как умереть на самом деле. А «Благодатный мир» хоть и называется «благодатным», однако загробным раем его никто не считает. Привет целенаправленной и долговременно пропаганде. Однако, как бы Мила не тряслась от страха, через год, два, три она всё равно окажется в «Благодатном мире». Процесс идёт, как говорят в подобных случаях.

Мила вполне могла бы заняться собой, получить полноценное образование, найти гораздо более прибыльную работу или в самом деле начать свой бизнес. Половина миллиона рублей. Да, это много, но выплатить можно, было бы желание и сила воли. Однако с последним у Милы оказался полный затык. Да, она пыталась что-то там сделать, только у неё ничего не вышло. Официантка в дорогом ресторана «Торпеда» — вот её потолок. И вот тогда Мила решила выскочить замуж.

Кулак с грохотом опустился на стол. Ноутбук и так лежал на столешнице ниже травы, тише воды, а тут окончательно притих и скукожился. Вот именно! Юрий зло перевёл дух. Если бы ей и в самом деле удалось выйти за него замуж, и тем более родить от него хотя бы одного ребёнка, то у неё и в самом деле появились бы шансы удержаться в реальности. Незабвенный Ваня для такого дела не годится по всем без исключения статьям.

Одно плохо, Юрий зашипел как сотня злых котов, о достойной жизни пришлось бы забыть лет на двадцать. Как на её мужа на него легла бы основная тяжесть по выплате компенсации пострадавшим. Плюс содержание Милы и ребёнка. А это опять работа, работа и ещё раз работа. Сверхурочные, левая подработка и «похлёбка» даже по воскресеньям и на Новый год.

Вот ещё одной тайной стало меньше, Юрий машинально потёр ушибленный кулак. Теперь понятно, почему Мила была так решительно против «резиновых посредников». Противозачаточные таблетки? Лажа и собачий хвост! Лишь только сейчас, задним умом, Юрий вдруг сообразил, что никогда и ни разу не видел, чтобы Мила принимала хоть какие-нибудь лекарства, чтобы в её сумочке или на прикроватной тумбочке хотя бы раз оказалась початая пачка тех самых противозачаточных таблеток.

Ни хрена она не принимала! Кем, кем, а полной дурой Мила не была. Выскочить за него замуж и прочее — это план максимум. Вполне возможно, что она пыталась провернуть план минимум — просто забеременеть от него, родить ребёнка и тем самым удержаться в реальности. Тонкостями и подробностями Семейного кодекса Юрий никогда не интересовался, нужды такой не было. Но, как знать, план минимум мог сработать. По крайней мере он никогда не слышал, чтобы в виртуальную капсулу уложили беременную женщину. В любом случае, это типичная женская тактика, которой не одна тысяча лет.

О, господи! Юрия аж передёрнуло. Пусть богатым опытом по части отношений с женщинами похвастаться он не может, зато в его активе хватает книг и фильмом. Почему, собственно, от так и вцепился в «резиновых посредников». Даже больше — чисто на автопилоте, после интимной близости с Милой, лично отправлял использованные презервативы через унитаз в канализацию Бечевинки. А то, чего доброго, у Милы вполне могло хватить ума и отчаянья вытащить из мусорного ведра презерватив и хотя бы таким образом заиметь от него ребёнка.

Юрий с трудом поднялся на ноги. В запертом сундучке оказался не волшебный горшочек с золотыми монетками, а полный и вонючий ночной горшок. На кухне глаза лишь бессильно пробежались по практически пустым полкам шкафчика над кухонным столом. Надо, надо, надо, чёрт побери, держать про запас хотя бы одну бутылку водки. Стакан холодной, горькой и прозрачной был бы сейчас очень кстати. Но! Юрий залпом опрокинул стакан самой обычной воды и тут же налил из-под фильтра ещё один. Угораздило же его.

Нет, рука вытащила из кармана смартфон, такой «хоккей» ему не нужен. Палец ткнулся в зелёную иконку быстрого набора. Юрий поднёс смартфон к уху.

— Юра! Я тебе всё объясню! — едва пискнул сигнал вызова, как из телефона выплеснулся возбуждённый голос Милы. — Это всё Ваня-гад меня подставил! Давай курнём! Давай курнём! Кайф словим! Да и родители сволочи! Отца так вообще только карьера интересовала! Его с утра до вечера позднего дома никогда не было!

Ну да, Юрий присел на табуретку, ещё одна типичная женская тактика — давить на жалость и обвинять во всех своих бедах кого угодно, но только не себя любимую. Юрий устроился на табуретке поудобней, это надолго, может быть.

Бессвязный поток просьб и признаний продолжался несколько минут. Как вдруг Мила ненадолго умолкла, а потом вдруг спросила:

— Юра, а почему ты молчишь?

Юрий выпрямился на табуретке, вот теперь можно говорить.

— Мила, я не хочу с тобой ругаться. Меня не интересуют все твои оправдания. Просто между нами всё кончено, — нарочито спокойным тоном произнёс Юрий. — Я отзываю предварительную заявку на заключение брака.

— Юра!!! Как же так! Я же люблю тебя!!! — Мила опять взорвалась бурными эмоциями.

И вновь из смартфона полился поток просьб и признаний. Юрий облокотился на обеденный стол. Придётся опять подождать. Ничего, расходы на связь он как-нибудь переживёт. Но вот Мила опять умолкла.

— О любви можешь забыть, — всё тем же нарочито спокойным голосом продолжил Юрий. — В моих глазах ты потеряла самое главное— доверие.

— Я не врала тебе! — тут же выпалила Мила.

И-и-и… Юрий опять приготовился ждать и слушать. Но нет, продолжения потока просьб и признаний так и не последовало. Осознанно или нет, но Мила приняла условия конкретно этого разговора.

— Конечно не врала, — легко согласился Юрий. — Только, знаешь ли, в народе не зря говорят, что полуправда — худший вид лжи. Когда ты собиралась рассказать мне об аборте, о гонорее, об условном сроке, о компенсации потерпевшим в половину ляма? Перед самой регистрацией нашего брака в ЗАГСе? Или сразу после?

Как бы Юрий не старался, как бы не сдерживался, однако зелёные ядовитые капли сарказма один хрен сами собой срываются с языка. И хорошо, что всего лишь капли. Душа рвёт и мечет. Так и хочется наговорить Миле гадостей. Да побольше! Побольше! Морально унизить её, растоптать её достоинство и закопать её душу. Но не стоит идти на поводу у собственных эмоций, тем более низменных и грязных.

Тишина в трубке продлилась недолго. У Милы хватило ума не отрицать очевидное. Ведь все её прегрешения официально и должным образом запротоколированы. Современное государство и в самом деле знает о каждом своём гражданине буквально всё. Знает даже то, о чём сам гражданин давно и благополучно забыл.

— Но теперь-то, Юра, ты всё знаешь! Теперь ты обязан меня просить и помочь!

— Нет, — Юрий напрягся всем телом…, но сдержался. — Никому и ничего я не обязан. В том числе и тебе. Мила, ты обуза, ты тормоз. Ты сама угодишь в «Благодатный мир», и меня за собой утянешь. А я уже там был. И мне там не понравилось. Я на собственной шкуре знаю, как сложно вернуться обратно в реальность.

— Но Юра…

— Нет!!! — внутреннее напряжение всё же прорвалось наружу одним единственным словом. — Нет, — гораздо более спокойно повторил Юрий, — я не хочу рисковать.

— Но это же нечестно! Я ещё не ознакомилась с твоим социальным рейтингом! Это ещё надо выяснить, какие скелеты припрятаны в твоём шкафу. Я уверена — тебе есть чего стыдиться!

Юрий молча закатил глаза. Наивность восьмидесятого уровня. Скелеты в шкафу — ещё ладно. Мила не знает элементарного.

— Мила, прямо сейчас я отзову предварительную заявку на регистрацию брака. Однако у тебя всё равно будут ещё почти сутки, чтобы изучить всех моих скелетов вместе с моим шкафом. Такое право даёт тебе закон.

— Но Юра! Но нельзя же так! Это не может вот так всё кончится! Я же люблю тебя! Люблю!!!

Юрий опустил телефон. Всё, что нужно было сказать, он уже сказал. Палец ткнулся в красную трубочку отбоя, бурный эмоциональный поток просьб и признаний тут же оборвался. Ах, да. Пальцы вновь забегали по экрану смартфона. Мало прервать разговор на самом интересном месте, Мила тут же начнёт названивать вновь. Точнее, Юрий опустил смартфон на обеденный стол перед собой, уже не начнёт. Номер Милы не просто удалён из активных контактов, а внесён в «чёрный список».

На душе паршиво и выпить нечего. Взгляд упёрся в окно. Вечер пятницы только-только набирает обороты. Может, того, сгонять за водкой, пока не поздно? Заодно прикупить нормальной закуски. А то, говорят, закусывать водку «похлёбкой» последнее дело.

Истошный стук в дверь барабанной дробью разлетелся по квартире. Юрий резко обернулся. Следом донёсся невнятный поток слов, в котором с большим трудом можно узнать некоторые слова и фразы. Облом, Юрий склонил голову, это надолго. Мила пошла в последнюю и самую отчаянную атаку — уломать его лично. А вот и хрен ей!

В гостиной Юрий плюхнулся на диван. Глаза уставились в потолок. Грохот и невнятный поток слов и не думает стихать. Придётся обойтись без водки и закуски. Сейчас самое лучшее вообще не казать нос из квартиры. Малодушно и трусливо? Юрий криво усмехнулся. Ещё как! Но уж лучше чувствовать себя малодушным трусом, нежели грандиозный скандал. Так что пусть входная дверь держит оборону. А то, Юрий закрыл глаза, он не настолько в себе уверен, чтобы выдержать личный разговор с брошенной женщиной на повышенных тонах.

Время тянется невыносимо медленно. Однако Юрий так и не поднялся с дивана, пока Мила долбилась в дверь, кричала и умоляла. Первый самый отчаянный штурм удалось отбить. То ли у Милы иссякли силы, то ли у соседей сдали нервы, и они пригрозили вызвать полицию. Правда, Юрий распахнул глаза и сел на диване прямо, теперь ему придётся съехать из этого дома и найти другую квартиру. Впрочем, это не проблема, в Бечевинке хватает «человечников». Но это позже, не сейчас.

Душа жаждет водки и закуски, однако Юрий так и не решился высунуть нос в коридор. С Милы станется засесть в засаду прямо на его этаже. Но всё равно чувствуешь себя так, будто землю продал, а деньги пропил. Это какой же облом. Столько надежд, и всё, буквально всё, за считанные минуты пошло прахом. Ладно, что бы там не произошло, не стоит вешать на Милу всех собак. Ей теперь и без его обвинений будет тяжко.

Впрочем, в его распоряжении имеется хороший способ прогнать хандру, заодно убить время. Юрий пересел за стол и распахнул ноутбук. Хорошее кино, какая-нибудь лёгкая комедия или не шибко умный боевик будут сейчас очень кстати. Жаль только, что заесть стресс не получится. «Похлёбка» для такой цели не годится вовсе. Может, оно и к лучшему.

Глава 11. По морде

Длинная пузатая стрелка с тихим щелчком переместилась на цифру 12. Одновременно несколько более короткая, но не менее пузатая, стрелка уставилась точно на цифру 6. Обе стрелки вытянулись в некое подобие прямоугольника с талией. Взгляд на миг задержался на старомодных часах. Но нет, Юрий невольно улыбнулся, кукушка не выскочит, боя не будет. Часы хоть и старые, но без «художественного представления» каждый час. Зато рабочий день, наконец-то, официально закончился. Можно и нужно собираться домой.

Часы имеются в смартфоне. Часы имеются в электронном рабочем столе. Однако Юрию приглянулись именно эти большие, круглые и старомодные. Вот и купил через Интернет по случаю. Впрочем, не настолько они и старомодные. Никакой механики, современной батарейки типа АА хватает едва ли не на год.

Ладно, что там? В первую очередь закрыть все файлы и аккуратно разложить их по папка. Пальцы быстро и ловко забегали по электронному рабочему столу. Вот теперь можно выключить и сам электронный рабочий стол. Системный значок в виде крошечных песочных часов, обширная столешница потемнела. Юрий аккуратно отсоединил и убрал в ящик кнопочную клавиатуру. Так-то можно обойтись и без неё, зато с ней гораздо удобней. В его работе то и дело приходится печатать запросы, ответы, пояснительные записки и прочую бюрократию.

Все заказы на сегодня удовлетворены. Все товары по магазинам отправлены. Товар из Петропавловск-Камчатский доставлен и аккуратно рассортирован по полкам. С чистой совестью можно отправляться домой. Юрий церемонно откатился на кресле с колёсиками от рабочего стола.

Тёплая куртка, шапка, ботинки из шкафчика в кабинете. Смартфон привычно опустился в карман. Всё, можно идти. Однако на пороге кабинета Юрий на миг остановился и обернулся. Удивительное дело, как же быстро он превратился в образцового бюрократа. Да, в течении дня ему то и дело приходится принимать и отправлять товары. А то всякое бывает, если лично не проследить. Однако большую часть дня ему всё равно приходится проводить в этом маленьком уютном кабинете и разгребать кучи документов. Впрочем, Юрий аккуратно закрыл за собой дверь, грех жаловаться. Ему за это платят, и платят хорошо.

Переодеться можно и дома, Юрий старательно застегнул молнию на куртке. У себя на складе деловой костюм-тройку он не носит, как это делает любимый начальник Армэн Лазаревич. Не по рангу, откровенно говоря. Да и незачем. Синий комбинезон с лямками и логотипом фирмы «Гийкан» на спине гораздо удобней и практичней. Да и чего уж врать самому себе, по гулкой металлической лестнице Юрий спустился из кабинета под потолком на бетонный пол склада, ему то и дело приходится работать руками. Да, промышленные роботы умеют многое, но делают они только то, что им непосредственно приказано, либо заложено в программу. А всё остальное они тупо игнорируют начисто.

Конечно, существуют киберпомощники. Не просто мощные компьютеры, а с элементами искусственного интеллекта, которые худо-бедно умеют думать сами. Но и стоят киберпомощники нехило. Для простого склада мощность даже самых простых моделей явно избыточная. Вот и не хочет Армэн Лазаревич разорять любимую фирму на киберпомощника. Да и зачем? Если на складе работает живой человек, начальник склада, которому по служебным обязанностям думать полагается. Экономика должна быть экономной. Как в своё время сказал генсек СССР Леонид Ильич Брежнев.

Вот они, красавицы. Словно генерал на плацу мимо дивизии Юрий с гордым видом прошёлся по складу мимо стеллажей и автоматических погрузчиков. Чистота и порядок — это сочетание начальство жуть как обожает. Вот и калитка в больших металлических воротах. Увы, но отдельного входа на склад для людей нет. Да и ладно.

7, 6, 0, 1, 4. Пальцы привычно пробежались по клавишам на белой коробочке возле калитки. Юрий торопливо выскочил наружу и захлопнул за собой металлическую дверцу. Секунда. Ещё одна. Ещё… Замок выразительно щёлкнул. Всё, склад не только надёжно заперт, но и поставлен на сигнализацию. Хотя, спрашивается, от кого здесь охранять? Тотальный безнал, социальный рейтинг, «Благодатный мир», куча видеокамер на каждом шагу и даже смартфоны в карманах у всех без исключениях граждан практически под ноль извели преступность. Ну да, пьяная драка, ревнивый нож в спину, коррупция (как же без неё) — это осталось. Но чтобы нашлась некая банда, которая позарится на склад непродовольственных и продовольственных товаров длительного хранения? В такое Юрию очень хочется поверить. Хочется, но упорно не получается. Но таковы правила, регламент, нарушать который ни в коем случае нельзя.

Разгар осени, на улице уже стемнело. Юрий шумно вдохнул полной грудью. Зато насколько же воздух обворожительный и свежий. Погода так себе, с тёмных небес что-то моросит. То ли очень мелкий дождик, то ли уже мелкий дождик со снегом. Но никакой дождь и снег не в силах испортить превосходное настроение. Юрий бодро зашагал от склада прочь.

Рабочий день закончился, но светская жизнь только начинается. Гирлянды уличных фонарей, легковушки и автобусы, витрины магазинов и забегаловок. И люди, много людей. Мужчины и женщины в тёплых куртках спешат домой. Добрые мамы и строгие папы ведут малышню из детских садиков. Пенсионер в тёплом аккуратном пальто с архаичной тросточкой в руке остановился перед красный сигналом светофора. Парень с планшетником перед носом едва не врезался ему в спину. Жизнь бурлит, спешит и развлекается. Ну а раз на улице не ливень стеной, не жгучий мороз и прочие стихийные бедствия, то будет не лишним дойти до дома пешком. Юрий с гордым видом прошёл мимо остановки городских автобусов, где под прозрачной крышей уже столпилось человек десять.

Грустно, конечно, что выходные пропали даром. Перед сном Юрий так и забыл отменить предварительную заявку на заключение брака с гражданкой Миланой свет Спартаковной. Лишь в субботу утром, поздним утром, заодно и выяснилось, что сама Мила этого не сделала. Не сделала хотя бы в отместку, чтобы после с гордым видом и с полным основанием заявлять, что это она первой его бросила. Неужели уже бывшая невеста до последнего надеялась на чудо? Впрочем, Юрий легко переступил через лужу на тротуаре, какая теперь разница.

Оба выходных дня Юрий тупо провалялся на диване. Заодно пересмотрел кучу фильмов и научно-популярных передач. Высунуть нос из квартиры он так и не решился. Благо запасов «похлёбки» хватит на месяц с лишним, а вода и так течёт из крана. Это даже обидно — предаться ни пьянству, ни хотя бы обжорству, у него так и не получилось.

В понедельник утром Юрий специально удрал на работу как можно раньше. Повезло, одним словом. Ни в лифте, ни в подъезде, ни на крыльце с Милой он так и не столкнулся. Хотя брошенная невеста прекрасно знает его график работы. Рука извлекла из кармана смартфон, Юрий бросил взгляд на время. Да, как раз сейчас сама Мила должна быть на работе. Благо у неё вечерняя смена, домой она вёрнется лишь после полуночи, когда ресторан «Торпеда» закроется. Так что нежданной и крайне неприятной встречи у подъезда, в лифте или на лестнице можно не опасаться. В принципе не опасаться.

Не зря говорят, что работа — лучшее лекарство от хандры. Едва в понедельник утром Юрий снял склад с охраны, едва по гулкой металлической лестнице поднялся в свой кабинет, едва включил электронный рабочий стол, как тут же с головой погрузился в привычный водоворот приёмки/отправки товаров. Заодно не поленился лично провести техническое обслуживание автопогрузчика номер четыре, накатать и отправить Армэну Лазаревичу два пространных отчёта и переделать ещё кучу дел.

Нежданное веселье коротким смешком вырвалось наружу. Юрий улыбнулся от уха до уха. Не зря говорят, что человеку свойственно ошибаться, но окончательно всё запутать может только компьютер. Вторая половина дня как раз и ушла на то, чтобы распутать график поставок и заявок для магазинов. Юрий по самые гланды пообщался с любимым начальником Армэном Лазаревичем, а так же со всеми заведующими магазинами шаговой доступности славной фирмы «Гийкан», да не протухнут помидоры на её полках. Зато, как не странно, бюрократическая разборка окончательно помогла Юрию прийти в себя. В конце концов жизнь продолжается.

А вот и родной дом, длинное тридцатиэтажное здание, классический «человечник». В его дворе редко можно встретить молодую маму с детской коляской или бабушек-сплетниц, что бдят по сторонам и не хуже ФСБ вычисляют всех проституток и наркоманов.

На всякий случай Юрий настороженно выглянул из-за угла. Аж гора с плеч. Чисто. По крайней мере у подъезда не маячит красная модная куртка Милы. Да и вообще не самая хорошая погода разогнала всех по домам. Вторая половина октября, вообще-то. Но, едва Юрий подошёл к подъезду, как за спиной застучали торопливые шаги.

— А ну стой, баклан!

Что за? Юрий машинально развернулся. Вслед за ним из-за угла дома выскочил парень лет двадцати пяти в чёрной кожаной куртке и в серых джинсах.

— Ага! Попался! — парень выдохнул смесью водки и пива.

В два шага незнакомец подскочил ближе. Кулак прямо в лицо! От неожиданности Юрий не сразу почувствовал боль, лишь отступил назад. Что, что, а получить по морде прямо на пороге своего дома он никак не ожидал. Второй удар крепким рабочим ботинком прямо в живот заставил Юрия согнуться.

— Будешь знать, как крутых тёлок бросать! — парень раскипятился ещё больше. — Да я тебя…

— Ваня!!! Прекрати!!!

Истошный женский визг заглушил последние слова парня. Да это же… От удивления Юрий разогнулся. Ещё один удар в ухо стрельнул болью в шейных позвонках. Юрий развернулся на месте и едва не упал на асфальт.

— Ваня! Не надо! Ты его убьёшь!

Ну всё, Юрий распрямил спину и повернулся к парню боком, вечер неприятных сюрпризов пора заканчивать. Ещё один удар ногой пришёлся вскользь по бедру. От очередного удара кулаком в челюсть Юрий благополучно увернулся. Но тут же вновь едва не застыл на месте от удивления.

Мила? Бывшая невеста в изящном белом передничке официантки поверх короткой юбки и в не менее красивой шапочке чем-то похожей на русский традиционный кокошник вцепилась в локоть парня. А это должно быть Ваня, бывший парень Милы, он же подельник.

— Отпусти! — взревел Ваня, пальчики Милы бессильно соскользнули с его локтя. — Я покажу этому баклану, где крабы зимуют!

Первый шок прошёл. Хоть Юрий и пропустил три болезненных удара, но смиренно стоять и получать оплеухи он больше не намерен. Пьяный кулак Вани просвистел мимо уха. Юрий никогда не умел толком драться, но шагнуть навстречу поддатому парню и толкнуть его плечом в грудь, вполне получилось. Помогло, Ваня чуть не рухнул на Милу, но это ненадолго.

— Ах ты падла! — Ваня опасно качнулся из стороны в сторону, но удержался-таки на ногах. — Ты ещё и драться удумал! Убью!!!

— Ваня! Не надо!!! — Мила вновь вцепилась в локоть своего бывшего, но тот бешеным быком лишь потащил её за собой.

— Баклан!

Кулак Вани по широкой дуге просвистел мимо носа в опасной близости. Бывший Милы тоже не умеет драться. Зато пьяная свирепость вкупе с мощным выхлопом дешёвой водки и пива прут из него как из прорванной канализации.

— Нет!!! — опять взвизгнула Мила.

— Не мешай! — Ваня стряхнул Милу словно надоедливую шавку.

Бывшая невеста шлёпнулась задом на асфальт. Юрий только сейчас заметил на ней большую и явно мужскую тёплую куртку с отворотами явно из натурального меха. Широкий подол очень вовремя уберёг Милу от жестокой встречи с холодным асфальтом.

— Баклан! — Ваня вновь ринулся в атаку.

Юрий едва успел отскочить в сторону. Туша Вани пролетела мимо в опасной близости. Однако подлый обратный удар всё-таки врезался кулаком в ухо. Юрия опять развернуло на месте. Да как же остановить этого пьяного придурка?

— Немедленно прекратите драку! — с небес, словно глас бога, загрохотал строгий мужской голос.

Юрий поднял глаза. Да это же полицейский дрон. Небольшой беспилотник с четырьмя винтами завис в метре над их головами. С этим лучше не шутить. Юрий торопливо отскочил в сторону и поднял руки. И тут же ботинок Вани со всей дури заехал ему в пах!

— Получи, баклан!!! — победоносно взревел Ваня.

От жгучей боли Юрий охнул и схватился руками за промежность. И без того не шибко умный Ваня накачен градусами до такой степени, что какой-то там строгий мужской голос с небес ему не указ. Это же понял и обладатель строгого мужского голоса. Раздался треск. Яркая вспышка на миг озарила двор «человечника». Голубая молния с полицейского дрона шибанула Ваню прямо в грудь. Парень на миг замер и бухнулся задом на асфальт.

Как же больно! Юрий едва сумел втянуть в лёгкие немного свежего воздуха. Кажется, будто по ногам и низу живота растёкся расплавленный свинец. Как же больно и подло.

— Ваня! Ванечка! — Мила попыталась было подняться на ноги, но лишь бессильно дёрнулась и перевалилась на карачки. — Зачем же ты так?

Голос Милы дрожит от страха. Или её так колбасит от холода? Боль нехотя отступила. Пусть и не сразу, но Юрий сумел распрямить спину и расправить плечи. Ну да, конечно, классический наряд официантки, Мила убежала прямо с работы. И не просто убежала, а походя прихватила чужую мужскую куртку. Между прочим, на вид весьма дорогую. Но, что это? Юрий наклонил голову. На грудь упали большие красные капли крови.

Проклятье. Прямо ладонью Юрий попытался стереть с лица кровь. У Вани кулаки сильные, но, к счастью, пустые. В смысле, этот придурок не догадался вооружиться ни ножом, ни банальной палкой.

Рядом рявкнула сирена. Юрий повернул голову. Возле подъезда остановилась полицейская машина. Синхронно хлопнули дверцы, два стража порядка торопливо выскочили наружу.

— Эй, парень, не рыпайся, — один из полицейских выдернул из кобуры на поясе станер.

На всякий случай Юрий поднял руки. Но нет, это не в его адрес. Пьяный и не шибко умный Ваня всё ещё шевелится и пытается что-то там изобразить.

— Не стреляйте! — Мила храбро загородила бывшего. — Он больше не будет.

— Конечно не будет, — второй полицейский подошёл ближе. — Егор, убери станер. У этого придурка вся координация движений сбита. Не то, что драться, подняться на ноги он не сможет. Помоги мне.

Полицейские ловко подхватили Ваню под руки и рывком поставили на ноги. У бывшего Милы и в самом деле порушена вся координация движений. Кажется, будто он вообще упился в хлам, и, если бы не поддержка стражей порядка, рухнул бы на асфальт как подкошенный.

Прокатиться на большой полицейской машине так и не довелось. Впрочем, Юрий никогда и не мечтал об этом. Опорный пункт полиции нашёлся в соседнем квартале, во дворе между высокими домами. Полицейские довели Ваню под руки, которого то и дело шатало по дороге и заносило на поворотах. Юрий и Мила дошли сами.

Уже в самом опорном пункте Мила попыталась было отбить бывшего. Попытка закончилась тем, что и её посадили в «обезьянник», второй по счёту, специально для женщин. Впрочем, две клетки отделяет друг от друга стальная решётка из толстых и гладких прутьев. Юрий не дёргался, и вообще он потерпевший, а потому ему позволили примоститься на стуле возле небольшого столика с электронной столешницей.

В скромном и по-своему аскетичном опорном пункте полиции Юрия больше всего поразили две вещи. Клавиатура на небольшом столике. Белые буквы на пластиковых клавишах стёрлись едва ли не на половину. По размерам и яркости пятен можно смело судить, как часто та или иная буква используется при наборе текста. Второе — это большой плоский экран на стене над небольшим столиком. Подобные экраны обычно вешают в спортивных барах, чтобы посетителям было удобно не только жбанить пиво большими кружками, но и заодно наблюдать за каким-нибудь матчем или соревнованием. А в остальном опорный пункт полиции всё то же серое ничем не примечательное казённое заведение. На белом потолке большими квадратами сияют светодиодные светильники. Стены обшиты серыми панелями. Пластиковые стулья. Только пол капитальный, из широкой и тяжёлой даже на вид керамической плитки.

— Лечись, — полицейский с майорскими звёздочками на погонах протянул Юрию несколько чуть влажных дезинфекционных салфеток.

— Спасибо, — Юрий взял салфетки.

Очень кстати на стене недалеко от входа нашлось высокое прямоугольное зеркало. Юрий старательно стёр с лица кровь. К счастью, из носа перестало капать. На нижней челюсти и на скулах кожа нездорово набухла. Очень скоро на ней расцветут синяки. Завтра утром Юрий придёт на работу «красивым-красивым». Ваня, чтоб его, умеет бить сильно.

Последним стала идентификация личности. Полицейские не стали спрашивать паспорта либо иные документы. Тот же майор, что снабдил Юрия влажными дезинфекционными салфеткам, снял со всех троих отпечатки пальцев с помощью прибора, что сильно похож на обычный планшет.

— И так, разрешите представиться, — полицейский устроился за рабочим столиком, — майор Ермолаев. Если вы не в курсе, то я начальник Опорного пункта полиции № 9 города Бечевинка. Мне же предстоит разобраться с вами по существу. Хотя, признаться, вы меня удивили. Подобные пьяные разборки обычно бывают либо в пятницу вечером, либо в субботу утром. А тут, понимаешь, в понедельник. Ладно, это всё лирика.

Вы — Сварин Юрий Фёдорович. Родились 8 мая 2060 года в деревне Вельшино Тавдинского района Свердловской области. Всё правильно?

— Да, — Юрий кивнул.

— Вам, как потерпевшему, первое слов. Что произошло?

Майор Ермолаев профессионально вежлив, но сам его внешний вид, тёмно-серая форма, тщательно выбритое лицо и короткая аккуратная стрижка, едва ли не прямо говорят, что шутить, врать и выкручиваться будет только себе дороже.

— А, так это, — Юрий собрался с мыслями. — Я, как обычно, в седьмом часу по полудню, возвращался домой. Возле моего подъезда меня догнал вот этот Ваня, — Юрий выразительно глянул в сторону «обезьянника», в свою очередь Ваня обжёг его таким суровым взглядом, словно метнул молнию. — Догнал, и без всяких объяснений принялся меня бить.

Вот, — кончиками пальцев Юрий дотронулся до ушибленной челюсти. — Ещё в ухо пару раз ударил, в живот ногой и раз в пах. Больно, между прочим.

— Баклан, — зло прошипел Ваня из-за стальной решётки, но майор грозно на него цыкнул.

— Следом из-за угла дома выскочила Мила. Это, — Юрий на миг сбился с мысли, — Милана Спартаковна Карташова. Врать не буду: она честно пыталась этого самого Ваню вразумить и даже оттащить от меня. Да только бесполезно это. Ваня, мало того, что крупней и тяжелей её будет, так ещё дешёвым бухлом заправиться успел.

Ну а дальше, — Юрий выразительно всплеснул руками, — ваш дрон подоспел и вдарил по Ване голубой молнией. А чуть позже и ваши подчинённые подоспели. Вот и всё, пожалуй.

— Понятно, — многозначительно произнёс майор Ермолаев. — Вам известны причины, по которым этот самый Ваня решил вас избить?

— Ну, это, — Юрий машинально потёр ушибленный подбородок, — Ваня не удосужился что-либо объяснить, но я и так догадываюсь почему.

— И почему же? — вежливо поинтересовался майор Ермолаев.

— Дело в том, товарищ майор, что не далее, как в прошедшую пятницу вместе с Миланой Спартаковной Карташовой я подал предварительную заявку на заключение брака. Однако содержимое её социального рейтинга оказалось для меня столь неожиданным и столь интересным, что на этом наши отношения закончились. Иначе говоря, не прошло и часа, как мы подали заявку в ЗАГС, как я объявил ей, что между нами всё кончено. Хотя саму заявку я отменил через Сеть на следующий день в субботу.

Этот Ваня, — Юрий вновь выразительно глянул в сторону «обезьянника», — ещё до меня был близким другом Карташовой Миланы. Что именно и как я понятия не имею, но он явно решил отомстить мне за поруганную честь своей бывшей.

— Баклан, — вновь злобно прошипел Ваня.

— Но вы сами гляньте на её социальный рейтинг, и тут же сами всё поймёте, — предложил Юрий. — У вас всяко должен быть доступ.

— Имеется такой, — не стал отпираться майор Ермолаев.

Пальцы полицейского пробежались по электронной столешнице.

— Ого, — лицо майора Ермолаева тут же удивлённо вытянулась. — Во даёт. Зато понятно, почему через час вы порвали с ней. Обычное дело и наивная надежда утаить своё прошлое и вероятное будущее.

Как Юрий и предполагал, у начальника опорного пункта полиции имеется допуск к личным данным задержанных и потерпевших. За свою карьеру страж порядка, поди, столько всяких рейтингов социальных насмотрелся, что «подвиги» Милы не произвели на него сильного впечатления.

— Понятно, — майор Ермолаев кивнул. — Карташова Милана Спартаковна, — продолжил полицейский. — Вы родились 11 августа 2065 года в городе Подольск Одесской области. Всё правильно?

— Да, — тихо пискнула Мила.

— Слушаю вас.

Во взгляде Милы отразилась вселенская тоска. Тихим голосом, то и дело всхлипывая и подтирая слёзы пальцами, бывшая невеста начала неуверенным голосом.

— Да, — Мила кивнула, — всё так и было, как Юра сказал. Да, в пятницу мы подали заявку на свадьбу, но уже через час Юра сказал мне, что бросает меня. Я пыталась поговорить с ним, объясниться, но он просто не пустил меня в свою квартиру. В субботу и воскресенье я пыталась застать его за пределами квартиры, но так и не смогла. А сегодня утром Юра гораздо раньше обычного убежал на работу.

Я работаю официанткой в ресторане «Торпеда». Сегодня вечером до полуночи как раз моя смена. На работу я пришла с разбитым сердцем. Примерно с час назад в ресторан зашёл Ваня. Это, — Мила на миг сбилась, — Иван Поликов. Зашёл и спросил, что со мной. Я с дуру всё ему рассказала. Ваня тут же заявил, что отомстит за меня. Я не успела вовремя сообразить, о чём это он, как Ваня уже вышел на улицу.

Я побежала за ним. Да, в гардеробе моего ресторана мне пришлось прихватить первую попавшую под руку куртку. А то холодно, осень на дворе. Пока мы шли, — Мила всхлипнула, — я пыталась отговорить Ваню, да только он меня не слушал. А остальное вы уже знаете. Я не хотела. Просто так получилось. Честное слово.

Заявление Милы о честном слове прозвучало не очень убедительно. Или она только сейчас осознала всю тяжесть печальных последствий?

— Понятно, — протянул майор Ермолаев. — Поликов Иван Сергеевич. Вы родились 23 мая 2065 года в городе Бечевинка Камчатского края. Всё правильно?

— Да, — буркнул Ваня.

— Слушаю вас.

То ли голубая молния полицейского дрона оказалась слабой, то ли Ваня сам по себе стойкий к парализующим ударам, однако сейчас он вполне пришёл в себя и даже почти протрезвел.

— Ну, это, — прогудел Ваня. — Сегодня, после работы, мы, того, как обычно, с мужиками пиво пили.

— Только ли пиво? — тут же потребовал уточнить майор Ермолаев.

— Ну ладно, ещё водку пили, — невольно сквозь зубы процедил Ваня. — У Андрюхи на прошлой неделе днюха была, вот он и проставился, наконец. Да и много ли той водки было? — с вызовом произнёс Ваня. — Всего бутылка на троих.

— Понятно, дальше, — мягко потребовал майор Ермолаев.

— Ну а дальше я домой пошёл. Устал как собака, да ещё с мужиками по пивку вдарили. А тут, смотрю, ресторан «Торпеда». Дай, думаю, загляну к Милке на огонёк.

— Ваня, не ври, — вмешалась Мила. — Мой ресторан никак не мог быть по твоей дороге домой.

— Ну, подумаешь, крюк небольшой, — тут же нашёлся Ваня. — В общем, заглянул на огонёк. А то к себе домой хрен бы она пустила. А в ресторан, того, прокатило.

В общем, захожу, смотрю, а Милка вся расстроенная такая. Тарелки сами из рук валятся. Я ей, типа, чё с тобой? А она как расплачется, как разревётся. Ну, это, рассказала всё. Как этот баклан, — глаза Вани вновь метнули в Юрия злые молнии, — сперва её поматросил, а потом бросил.

Раз такое дело, нельзя с рук спускать, — продолжил Ваня. — Этого баклана проучить нужно. А зачем дело в ящик долгий откладывать? Я, это, сказал Милке, что набью морду этому баклану, и пошёл. Мужик сказал, мужик сделал.

А эта дура за мной следом на улицу выскочила, да и давай на всю улицу голосить: «Не надо! Не надо!» — Ваня грубо, но на удивление точно, передразнил Милу. — Подхожу к дому. Милка сама сказала, что этот баклан с ней в одном подъезде живёт. А тут, понимаешь, такая удача, — глаза Вани блеснули то ли от выпитой водки, то ли от азарта. — Баклан как раз чапает. Ну и набил я ему морду. Если бы не вы, — глаза Вани вновь метнули злые молнии, только на этот раз на майора Ермолаева, — я бы ему ещё зубы выщелкал, чтобы знал, паскуда, как Милку бросать.

— Идиот! — Мила тут же вспылила. — Радуйся, что тебя быстро повязали. За особо тяжкий вред здоровью тебе бы ещё сверху накинули бы.

— Совершенно верно, — тут же согласился майор Ермолаев. — В данный момент побои потерпевшего едва ли тянут на среднюю тяжесть. И что дальше?

— Так это всё, — прогудел Ваня. — Тут ваш дрон сраный прилетел и в меня разрядом шарахнул. А следом и ваши архаровцы подсуетились.

— Понятно, — майор Ермолаев счёл ниже своего достоинства обижаться на бранное слово «архаровцы». — Посмотрим «кино».

Широкий настенный экран над головой майора засветился. Юрий машинально кивнул. Теперь понятно, зачем его повесили в опорном пункте полиции. Хотя стражи порядка явно не упускают возможность заодно посмотреть по нему какой-нибудь фильм или хоть те же соревнования по хоккею.

Сейчас же на широком экране вместо спортивной схватки на ледовом поле развернулись нелицеприятные кадры недавней драки. Какая там драка? Юрий хмуро поправил сам себя. Настоящее избиение. Стычку с Ваней успели снять сразу две видеокамеры. Первым оказался стеклянный глаз над дверью подъезда. Вторая камера снимала с полицейского дрона. Хотя нет, Юрий сощурился. Ещё две точки съёмки. Судя по картинкам, что постоянно дёргаются вверх-вниз, видеокамеры были на полицейских.

Злость и обида ржавыми гвоздями больно царапнули и без того побитое самолюбие. Юрий сердито набычился. Особенно горькие кадры сняла камера на полицейском дроне, как Ваня засветил ботинком прямо в пах. Полицейский, будто специально издеваясь над ним, прокрутил самое позорное видео несколько раз. Это же самое натуральное избиение младенцев получается. Нужно было хотя бы разок треснуть этому Ване между глаз. Треснуть хотя бы раз, чтобы не так обидно было. Но, Юрий отвёл глаза от широкого экрана, какой теперь смысл махать кулаками после драки.

Глаза не видят, а уши слышат. Особенно когда майор Ермолаев то и дело переключается на видеокамеру на подъезде. Юрий сердито пошевелил пальцами. И сколько ещё полицейский будет над ним издеваться?

— Довольно, — наконец произнёс майор Ермолаев. — Показания участников драки не расходятся с записями видеонаблюдения. Писать заявление будете?

— Обязательно, — Юрий тут же поднял голову, за спиной тихо всхлипнула Мила.

— Хорошо. Вот типовой бланк. Проверьте ваши данные и пишите.

— Спасибо, — Юрий повернулся к электронному рабочему столу.

Вот где как никогда пригодилась юридическая грамотность, пусть и в пределах обычного гражданина, а не юриста-профессионала. Майор Ермолаев вывел на электронный рабочий стол типовой бланк заявления. «Шапка» документа уже заполнена. Но, на всякий случай, Юрий ещё разок проверил личные данные. А теперь главное — суть претензий к Поликову Ивану Сергеевичу.

Отдельная клавиатура с кнопочками гораздо удобней, но вполне сгодится и электронная. Юрий старательно и быстро написал заявление в качестве потерпевшего. Вроде, ничего не забыл. Между тем майор Ермолаев ещё более быстро и сноровисто набросал протокол допроса участников происшествия. Вот для чего ещё нужен большой настенный экран над головой майора. Заодно полицейский вывел протокол и на него, чтобы и Мила, и Ваня могли не просто увидеть его, но и внимательно прочитать прямо из «обезьянника».

Как и полагается, Юрий старательно прочитал протокол допроса. Как же приятно иметь дело с профессионалами в любой сфере человеческой деятельности. Сухим юридическим языком, который весьма беден на эмоции, зато изобилует максимально точными формулировками, майор Ермолаев удивительно точно и сжато изложил суть происшествия. Никаких прекрас или густых красок. Роль каждого участника описана предельно чётко. Особо порадовало отсутствие каких бы то ни было наездов даже на Ваню, хотя именно он виноват в произошедшей драке. Майор Ермолаев просто изложил факты, а кто виноват, и в какой степени, решать будет судья. И последнее действие, все трое под протокол и на видеокамеру подтвердили, что внимательно ознакомились с протоколом, и что с их слов всё записано верно.

Удивительно! Ни Ваня, ни тем более Мила, даже не пытались отпираться, юлить или хотя бы встать в позу тупого упрямства из разряда: «Я не я и корова не моя». Впрочем, оно и понятно — всё равно не поможет. Даже самое тупое упрямство лишь прибавит полицейским работы, и не более того. Зато настроит стражей порядка весьма агрессивно, а то и злопамятно. Судя по всему, Ваня и Мила прекрасно понимают это, а потому и проявляют похвальное стремление облегчить работу полицейским.

— На этом всё, уважаемый, — широкий настенный экран над головой майора Ермолаева погас. — Вы, Юрий Фёдорович, можете идти. Все ваши телесные повреждения уже зафиксированы. Без нужды город не покидайте. Возможно, вам придёт повестка в суд для дачи показаний. А вам, Иван Сергеевич и Милана Спартаковна, придётся остаться у нас до утра. После вас отправят в СИЗО.

Как говорится, инцидент исчерпан, по крайне мере на сегодня. Продолжение, в лучшем случае, завтра. Юрий поднялся со стула, но так и остался стоять возле рабочего стола полицейского. Страшное слово «СИЗО» немало озадачило его.

— Скажите, — неуверенно начал Юрий, — а что с ними будет? Точнее, с Милой? Ведь она, так сказать, непосредственно меня не била. Неужели всё так серьёзно?

— Ну-у-у…, — глубокомысленно протянул майор Ермолаев. — Дело не мелкое, но и серьёзным назвать его никак нельзя. В иной ситуации Ваня получил бы высшую административную меру наказания в пятнадцать суток, плюс компенсация морального и физического вреда в вашу пользу на десяток другой тысяч рублей. А Милана Спартаковна просто отсидела бы в соседней камере за компанию те же пятнадцать суток. Но! — резко, будто выстрелил, произнёс майор Ермолаев. — Что Иван Сергеевич, что Милана Спартаковна, хорошими социальными рейтингами похвастаться не могут. К тому же на них висит условный срок. А это уже серьёзно.

Иначе говоря, на Иване Сергеевиче висит хулиганское нападение на вас. На Милане Спартаковне кража из гардероба ресторана «Торпеда». Куртку-то она далеко не самую затрапезную унесла.

— Как это кража? — удивлённо воскликнул Юрий.

— Да, уважаемый, кража, — произнёс майор Ермолаев. — Если пострадавший, владелец куртки, получит её обратно и проникнется трагедией Миланы Спартаковны, то судья тут же снимет с неё это обвинение. Но если пострадавший упрётся по каким бы то ни было причинам, то Милане Спартаковне придётся отвечать за кражу по всей строгости «Уголовного кодекса Российской Федерации».

— Так её отпустят? — неуверенно поинтересовался Юрий. — Я не собираюсь ей мстить. Это не по-мужски.

— Увы, нет, — тут же ответил полицейский. — Да, будет суд, будет разбор дела по существу, допрос потерпевшего, то есть вас, просмотр видео и прочее, что полагается в подобных случай. Только, — майор Ермолаев резко сменил тон, — поверьте моему опыту, уже сейчас я могу сказать, что будет с Иваном Сергеевичем и Миланой Спартаковной.

— И что же? — тихо спросил Юрий.

— Завтра утром, уже в СИЗО, к ним явится общественный защитник. Вряд ли у Ивана Сергеевича и Миланы Спартаковны найдутся средства для найма «золотого адвоката». Общественный защитник внимательно ознакомится с протоколом, — ладонь полицейского выразительно хлопнула по электронной столешнице, — ещё более внимательно просмотрит все видеозаписи происшествия, а после настоятельно посоветует Ивану Сергеевичу и Милане Спартаковне написать заявление о добровольном переселении в «Благодатный мир».

От таких страшных слов Мила опять громогласно разрыдалась. Юрий глянул в сторону «обезьянника». Ваня слезы сдержал, но бросил в ответ такой суровый взгляд, что Юрий и без всяких слов почувствовал себя полным бакланом.

— Если Иван Сергеевич и Милана Спартаковна, — как ни в чём не бывало продолжил майор Ермолаев, — проявят благоразумие, то через два-три дня окажутся в «могильнике» Петропавловск-Камчатский. То есть, смогут сразу же поселиться в какой-нибудь базовой локации типа «Приморск» или «Мегаполис». Если же Иван Сергеевич и Милана Спартаковна проявят упрямство, то будет суд со всеми вытекающими последствиями. В конечном итоге они всё равно окажутся в «могильнике» Петропавловск-Камчатский, только недели на две позже и уже в пресловутом «Бункере» на километр-другой. Вы знаете, что это за «Бункер» такой?

— Знаю, — коротко ответил Юрий.

Рассказывать полицейскому, что Юрий не только знает, что это за «Бункер» такой, но и что успел там побывать, абсолютно не хочется.

— Но неужели всего лишь за попытку остановить Ваню социальный рейтинг Милы просядет меньше сотни баллов? — Юрий едва сдержался, чтобы не заорать во весь голос.

— Условный срок, не забывайте, — назидательно напомнил полицейский. — К тому же у них обоих плохая биография. Я вспомнил, как эти двое покупали у дилера наркотики.

— Какой ещё дилер? Какие ещё наркотики? — от удивления Юрий сел обратно на стул перед столом полицейского.

«Дилер», «наркотики» — эти слова весьма органично звучат в детективе, особенно в ретро-детективе. Но здесь и сейчас они выглядят как анахронизм. С таким же успехом майор Ермолаев мог обвинить Милу в церковной ереси. Типа Земля крутится вокруг Солнца, а не Солнце вокруг Земли, как уверяет святое учение Аристотеля.

Социальный рейтинг, поголовный безнал, тотальная слежка за всеми просто не оставили места для незаконной торговли наркотиками. Это раньше можно было купить за наличные рубли пакетик-другой дури у дилера в подворотне. Теперь же компьютеры тщательно подбивают баланс расходов и доходов всех без исключения граждан. Не получится даже провести торговлю наркотой под видом других товаров или услуг. Так налоговая всё равно заинтересуется, почему это некий гражданин постригается в парикмахерской дважды в неделю. Или почему этот же гражданин потребляет слишком много молока, хотя у него в медицинской карте чёрным по белому записана непереносимость лактозы? Как не крути, как не старайся, но нелегальную торговлю наркотой вычислят скорее рано, нежели поздно.

Похоже, полицейский без труда прочитал все эти мысли на лице Юрия, а потому сразу смягчился и пояснил:

— Ладно, признаю, перегнул палку, — майор Ермолаев виновато поднял руки перед собой. — Проще говоря, один придурок привёз откуда-то из Средней Азии большой пакет с анашой. Ещё с десяток придурков собрались у доморощенного дилера и весело провели время. Среди них оказались Иван Сергеевич и Милана Спартаковна. И ладно бы если эта сладкая парочка последовала примеру прочих: накурилась бы до дури и отрубилась бы на месте. Так нет же, — полицейский злобно хмыкнул, — их потянуло на подвиги.

О-о-о…! — майор Ермолаев театрально закатил глаза. — Это было самое громкое дело в нашем болоте. Иван Сергеевич и Милана Спартаковна угнали мотоцикл и принялись раскатывать на нём по городу под кайфом.

— Как раскатывать? — спросил Юрий. — Почему же первый же патруль ДПС их не остановил?

— А вот в этом весь прикол, — полицейский многозначительно поднял указательный палец, рассказ о злоключениях Вани и Милы доставляет ему явное удовольствие. — Пьяных мотоциклистов вычислили в момент. Даже раньше, чем хозяин мотоцикла заметил пропажу и подал заявление. На первое же удобное для перехвата место выдвинулся патруль ДПС. Только Иван Сергеевич и Милана Спартаковна проигнорировали требование полицейских остановиться, благополучно проскочили мимо них и… через десяток метров въехали в припаркованный на обочине «Аурус». Мотоцикл в хлам, машина в кузовной ремонт. Почему, собственно, на каждого из них и повесили больше полумиллиона рублей компенсации потерпевшим.

— Ну а если я…? — начал было Юрий.

— Даже если вы отзовёте заявление, — вежливо перебил майор Ермолаев, — то спасти Милану Спартаковну от «Благодатного мира» всё равно не сможете. Поверьте моему опыту, уже завтра Милану Спартаковну с треском выгонят из ресторана «Торпеда». И всё будет, смею вас заверить, строго по закону. Во-первых, — полицейский демонстративно загнул мизинец на правой руке, — она покинула рабочее место в разгар дня. Во-вторых, она унесла не самое дешёвое имущество клиента. А в-третьих, вряд ли она была образцово-показательной официанткой. Таких как она нанимают исключительно благодаря модельной внешности. Так что начальство «Торпеды» с лёгким сердцем укажет ей на дверь.

— Но так она же…, — начал было опять Юрий.

— Станет безработной, — вежливо аж до тошноты перебил полицейский. — Увольнение по статье сильно подрежет и без того хилый социальный рейтинг. Эта же статья не позволит Милане Спартаковне устроиться в другое заведение общепита. Тут никакая модельная внешность не поможет, нарушителей трудовой дисциплины нигде не любят. Так что придётся Милане Спартаковне менять сферу деятельности, вновь проходить какие-нибудь курсы. А это всё время, время, время. Её социальный рейтинг такой временной нагрузки просто не выдержит.

Ладно, хватит, — полицейский резко сменил тон. — Я и так сболтнул вам гораздо больше, чем вам полагается знать. Если у вас с вопросами всё, то, Юрий Фёдорович, можете идти домой.

Вежливую фразу «вы можете идти домой» можно смело перевести иначе и всего одним словом — «проваливай». Юрий неторопливо поднялся со стула. Полицейский и в самом деле сказал лишку. Зато теперь понятно, как именно Мила умудрилась заработать уголовный срок и колоссальную компенсацию потерпевшим в половину ляма. Тут уж действительно без вариантов.

— Юра!!! — протяжный отчаянный вопль Миланы разлетелся по опорному пункту полиции. — Ну неужели ты просто так бросишь меня? Умоляю! Спаси меня! Я всё для тебя сделаю!

Вот оно знаменитое женское упрямство в действии, да ещё помноженное на страх и приправленное отчаяньем. Юрий остановился возле стальной решётки «обезьянника».

— Мила, мне жаль, — обоими руками Юрий обхватил холодные прутья решётки. — Мне действительно жаль, что оно всё вот так вышло. Но я не для того долгие двенадцать лет тух в Верхнеянске. Не для того десять лет грыз гранит науки, а потом ещё два года вкалывал как каторжник на галере, чтобы в реальности в твоём лице обрести непосильную обузу.

Я хочу жить! — Юрий резко повысил голос. — Жить и наслаждаться жизнью. А не существовать и каждый день бороться с обстоятельствами, словно бульдозер тащить тебя по жизни. Лет двадцать уйдёт только на то, чтобы погасить твой долг.

— Но Юра…, — жалобно протянула Мила.

— На самом деле всё не так уж и страшно. Это только из реальности кажется, будто «Благодатный мир» пропитан страхом и ужасом. На самом деле там можно жить, я это знаю точно.

Надеюсь, у тебя хватит ума переселиться в «Благодатный мир» добровольно. Тогда ты сразу получишь хорошую квартиру где-нибудь на берегу тёплого моря. Там…, — Юрий на миг задумчиво скосил глаза в сторону, — в Сочи 2.0 или в Батуми 2.0. Главное, тебе больше не придётся работать, разносить тарелки, мило улыбаться и строить глазки дебилам-посетителям. До самой смерти ты останешься молодой и красивой. Тебе не придётся больше питаться «похлёбкой» либо иным образом трястись над своей кожей и фигурой. Ты сможешь тусить в ночных клубах каждую ночь. Секс без «резиновых посредников», последствий и обязательств. Дешёвая выпивка и закуска. Даже дома тебе не придётся пылесосить комнаты и протирать пол мокрой тряпкой. Главное соблюдай простое правило: «Есть только здесь и сейчас, завтра нет». Проще говоря, живи одним днём. Живи и наслаждайся жизнью. Живи и не думай о будущем.

А если всё же захочешь вернуться в реальность, — Юрий резко сменил тон, — так в твоём распоряжении Верхнеянск и Новосибирский институт дистанционного обучения. Всё, всё, дорогая, в твоих руках. Из «Благодатного мира» можно вернуться. Я, — Юрий ткнул себя пальцем в грудь, — самое яркое тому доказательство. Надеюсь, у тебя хватит ума переселиться в «Благодатный мир» добровольно. В «Бункере» я тоже был. Поверь: это крайне скучное и унылое место. А теперь прощай.

Юрий резко развернулся на месте и зашагал прочь. Мила лишь вновь громогласно разрыдалась за его спиной.

— Эй! Парень!

Юрий повернул голову. Майор Ермолаев аж приподнялся на стуле.

— Так это ты вернулся из «Благодатного мира»? То-то я вижу лицо знакомое. О тебе весной все СМИ шумели.

— Да, — коротко бросил Юрий.

— Так, это, — майор Ермолаев замялся, как юноша на первом свидании с девушкой.

— При всём уважении, товарищ майор, — Юрий остановился возле входной двери, — но у меня нет никакого желания вспоминать «Благодатный мир». Если получится, то в другой раз. А сейчас всего вам наилучшего.

Рука уверенно толкнула тяжёлую дверь. Из широкой щели тут же пахнуло влажной прохладой. Юрий торопливо выскочил на улицу. Лицо оросил противный мелкий дождик. Вот уж не думал, что и его вежливую фразу «если получится, то в другой раз» можно перевести всего одним словом — «отвали».

Глава 12. Работа над ошибками

Ух-х-х… Как же всё хреново получилось. С тяжёлым сердцем Юрий побрёл домой. Не смотря на темноту, прохладу и мелкий противный дождик, вечер в самом разгаре. Вон, Юрий скосил глаза в сторону, даже маленькие дети пяти-шести лет с весёлыми визгами носятся по детской площадке во дворе возле дома, где находится опорный пункт полиции. С пяток молодых мам пристроились рядом на лавочке и во всю чешут языками, однако ни одна из них не забывает поглядывать на детей.

Юрий невольно улыбнулся. Климат в Бечевинке оторви и выброси, но люди ко всему привыкают. Да и что курточки на ребятне, что куртки и пальто на молодых мамах одинаково хорошо не пропускают влагу и холод. А уличные фонари не хуже Солнышка заливают детскую площадку приятным и тёплым желтоватым светом.

Уже у себя в квартире, в ванной комнате над раковиной, Юрий ещё раз ополоснул лицо. Кожа уже начала заметно опухать. То-то прохожие то и дело останавливались перед ним и бросали удивлённые взгляды. А как же завтра утром удивиться Армэн Лазаревич! Юрий тихо хихикнул. Рассказать любимому начальнику правду? Или, прикола ради, скормить байку о нападении в тёмной подворотне банды головорезов. Впрочем, в головорезов Армэн Лазаревич точно не поверит.

На кухне подвесной шкафчик над разделочным столом и сам разделочный стол «порадовали» практически пустыми полками. Из выпивки только вода. Чая и того нет. Может, Юрий с треском захлопнул дверцы шкафчика, всё же сгонять за водкой? Ну к чёрту, выходить на улицу окончательно расхотелось. С такими «фонарями» даже автоматическая касса откажется продать ему хотя бы пол-литра, а то, чего доброго, сразу вызовет полицию. То-то майор Ермолаев обрадуется возможности расспросить непосредственного свидетеля о «Благодатном мире». Хотя, конечно, глупости всё это. Но выбираться из квартиры всё равно не хочется. Только и остаётся по давней традиции хлопнуть для острастки пару стаканов чистой воды. Заодно Юрий решил подкрепиться.

Вот именно что подкрепиться, ложка привычным образом зачерпнула из глубокой тарелки беловато-серую «кашу» без вкуса. Еда давно стала чисто механическим процессом, а голова, как обычно, думает. Вот оно как получилось, Юрий машинально закинул в рот очередную ложку «похлёбки». Откровенно говоря, на Ваню ему плевать. Иван, как там его, Сергеевич — типичный уличный хулиган, которого, как наклюкается чего покрепче и подешевле, так сразу тянет на «подвиги». Да и Милана свет Спартаковна не прочь победокурить под градусом. Вот так они и заработали условный срок и миллион компенсации пострадавшим на двоих. Майор Ермолаев прямо не сказал, но ясно и так: будь Ване и Миле на момент пьяного заезда меньше двадцати пяти лет, то оба вместо условного срока и назначенного долга в половину ляма каждому загремели бы в «Благодатный мир». А так Милана свет Спартаковна перепугалась до кровавых мальчиков в глазах и честно попыталась зацепиться за реальность. Только попыталась она это сделать чисто по-женски в самом худшем значении этого слова — за счёт мужчины. Ваня, ясно дело, на роль «якоря» не годился вовсе. Ещё в зале суда Мила поняла, что её дружок скорее рано, нежели поздно, всё равно переберётся в «Благодатный мир», вот и порвала с ним. Может быть даже прямо в зале суда. Но! Не судьба.

Чистая тарелка, ложка и стакан перекочевали в сушилку над раковиной. Милу, конечно, жаль. В самом деле очень жаль. Но жалость — это не повод идти у неё на поводу. Милана свет Спартаковна сама и только сама выбрала свою судьбу. Никто не заставлял её дружить с Ваней. А то, прямо на ходу Юрий усмехнулся, её родители были категорически против такого бойфренда старшей дочери. Такое часто бывает. Ну и ладно, пусть Мила покоится с миром в «могильнике». Как знать, может у неё ещё найдутся силы вернуться в мир живых.

Стул тихо скрипнул, когда Юрий присел на него возле стола в гостиной и развернул ноутбук. Пора провести работу над ошибками. Провал с Милой — ещё не повод отказаться от своих планов. А синяки? Юрий улыбнулся собственному помятому отражению в зеркале. Синяки со временем сойдут, а душевные раны зарубцуются. Время лечит.

В первую очередь Юрий зашёл на сайт «Два кольца». Ого! Брови удивлённо дёрнулись вверх. С того злосчастного вечера, как Мила сама прибежала ему в квартиру, он больше не заглядывал на сайт знакомств. Накопилась куча сообщений. Конечно, отвечать на те, что пришли два месяца назад, смысла нет, но глянуть на самый свежий десяток всё же имеет смысл.

Сообщения от женщин, которым приглянулась его анкета. Юрий лишь покачал головой. Как же их много, почти четыре сотни. В груди холодным колючим шаром тут же вспыхнула злость. И какого чёрта, спрашивается, он зациклился на Миле? Всё! Клавиатура в знак протеста хрустнула под сведёнными от злости пальцами. Больше никакого секса на первом свидании. Сперва переписка, сперва навести справки вплоть до того, что провести небольшое расследование. Детективной деятельностью Юрий никогда не занимался, зато много раз слышал, что через Интернет, даже исключительно через легальные сайты и ресурсы, о любом человеке можно узнать много чего интересного. Существуют даже фирмы, которые специализируются на интернет-разведке. Ну уж до такой крайности доходить всё же не стоит.

Глаза неторопливо побежали по списку имён. И все эти женщины проявили к нему интерес. Ладно, пусть пока не к нему лично, но к его анкете точно. А это что такое? Юрий наклонился к экрану монитора. Очередное ничем не примечательное имя: Суслонова Юлия Станиславовна. Однако это имя едва ли не в прямом смысле взорвалось в памяти фонтаном непонятных образов. Юрий сел прямо. Он готов поклясться хоть на Библии, хоть на Кама-Сутре, что это имя ему знакомо, причём, знакомо очень хорош, едва ли не до слёз. Пусть сообщение от Юлии Харитоновны пришло почти два месяца назад, но любопытство сгубило не одну сотню кошек. Курсор сместился на загадочное имя, левая кнопка «мыши» дважды глухо щёлкнула.

— Ах ты господи! — удивлённо ахнул Юрий, едва профиль развернулся.

Вот это говорят, что мир тесен. Это же Юличка! Приснопамятная соседка по лестничной площадке славного города Верхнеянска. Он же единственная базовая локация «Благодатного мира» под названием «Реальность». Но, душа пошла трещинами, Юрий нахмурился, как же так? Как она смогла выйти в Интернет живых?

Да понятно как! Ладонь звонко шлёпнула по лбу, Юрий поморщился от боли. Базовая локация «Реальность» тем и хороша, что только из неё есть доступ в Интернет живых. Благодаря чему собственно он сам сперва сумел получить высшее образование, а потом найти работу на Иртунском деревообрабатывающем комбинате. Так что у Юлички полный доступ в Интернет, в том числе никто и ничто не запрещает ей пользоваться услугами сайта «Два кольца». Вопрос в другом — как её заявка дошла до его аккаунта? Пользователей на сайте очень и очень много, всем без исключения приходится пользоваться фильтрами. А то перебирать наугад аккаунты возможный брачных и любовных партнёров можно до второго пришествия Христа.

Вот это краля! Злорадная улыбка растянула губы. На фото в аккаунте Юличка вся такая юная и красивая. Ну, максимум, лет двадцать! Хотя… Юрий в задумчивости наморщил лоб. Он никогда не интересовался возрастом Юлички, да и она сама, даже под пыткой, не выдала бы сию страшную тайну. А так, навскидку, ей должно быть около полтинника. Ну уж точно не меньше сорока пяти. А в настройках, и это Юрий помнит абсолютно точно, возраст потенциальной невесты он указал точно — от 25 до 30 лет. Как же тогда Юличка сумела проскользнуть?

Ах, вот оно как, Юрий лишь озадаченно качнул головой. Как? Как? Элементарно! Достаточно просто глянуть на анкету Юлички, чтобы сразу заметить зияющую пустоту в графе «Возраст». Его просто нет. Кажется, вот в чём её секрет.

Пришлось залезть в правила и список наиболее распространённых вопросов и ответов на них. Оказывается, анкеты сайта знакомств позволяют не указывать свой возраст. Эдакий призрак неприкосновенности тайны личной жизни. Даже собственную фотографию выкладывать вовсе не обязательно. Вот Юличка и не стала светить свой реальный возраст. А фотка, сто пудов, старая, на которой ей и в самом деле может быть двадцать лет, ну или около того.

Фильтр нужно было настраивать, вот что! Юрий скрипнул зубами от злости. Он не указал, что делать, если в анкете потенциальной невесты возраст не указан. А раз чёткого указания нет, то и возраст Юлички чисто теоретически может оказаться в нужном диапазоне от 25 до 30 лет. Сам по себе сайт заточен так, чтобы каждый пользователь получил максимально возможное количество заявок.

Проклятье! Юрий аж зарычал от злости. Ещё один серьёзный косяк с его стороны. Зря, ой как зря, он не указал социальный рейтинг потенциальной невесты. Вот и Юличка со своим никуда не годными сорока одним баллом проскочила через фильтр. Но если для глубин «Благодатного мира» сорок один балл вполне нормально, то даже по меркам Верхнеянска это маловато будет. А по меркам настоящей реальности так вообще курам на смех.

Надо, срочно надо, как следует настроить фильтр отбора. В первую очередь Юрий указал, что не желает принимать заявки от женщин, чей социальный рейтинг ниже его собственного на сто баллов. Хотя, Юрий на миг оторвал глаза от экрана ноутбука. У него сейчас 418 баллов. По меркам реальности это очень даже неплохо. Ладно, пальцы вновь забегали по клавиатуре, пусть будет не ниже полторы сотни баллов. А какой должна быть верхняя граница социального рейтинга для потенциальной невесты? Юрий вновь замер с отсутствующим взглядом.

А зачем эта самая верхняя граница вообще нужна? Ладно, пусть верхней границы не будет вовсе. Откровенно говоря, саркастический смешок коварным образом выскочил из глубины души наружу, упорно не верится, будто женщина, у которой социальный рейтинг под семьсот баллов, сама обратит на него внимание. Как не крути, а социальный рейтинг — это первое, что бросается в глаза. Как бы не было погано думать об этом, но девять из десяти решений отправить потенциальному партнёру заявку или нет, пользователи сайта «Два кольца» принимают исключительно при взгляде на социальный рейтинг.

Так, теперь окончательно перекрыть Юличке и ей подобным дамочкам доступ к его аккаунту. «Мышка» бойко зашевелилась на столе, следом по экрану далеко немолодого ноутбука забегал курсор. В настройках фильтра Юрий специально указал, что не желает принимать заявки от женщин, которые не указали свой возраст. Так, теперь… Теперь возможная невеста в обязательном порядке должна иметь высшее законченное образование. Именно что законченное. А то та же Милана свет Спартаковна всё же отучилась три семестра, но диплом об окончании, естественно, не получила. Специальность? Ладно, пока не имеет значения. Важно, чтобы сам диплом был.

Место жительства? Юрий опять в задумчивости уставился в окно. В первоначальной настройке фильтра стоит прочерк. А раз так, то потенциальная невеста может жить где угодно, не только в любой точке России, но и за её пределами. Сайт «Два кольца» не ограничен территорией Российской Федерации и её гражданами. В этом плане по умолчанию выступает язык сайта — русский. Хотя нет, пальцы вновь забегали по клавиатуре. Пусть местом жительства потенциальной невесты будет Камчатский край. Да! И пусть гражданство у будущей жены будет только Российской Федерации. И-и-и… Вот же отдельная опция… Юрий специально указал, что не желает знакомиться с женщинами, которые по тем или иным причинам, постоянно или временно, находятся в «Благодатном мире» и вообще в виртуальной капсуле на ПМЖ. А то в других странах мира хватает своих «могильников» и существуют свои аналоги «Благодатного мира». Юрий сел прямо. Юличка, привет ещё раз.

К слову, вот таким невероятным образом удалось узнать кое-что новое о бывшей соседке по лестничной площадке. Охренеть! Юрий лишь хмыкнул. Юличка и в самом деле, и на полном серьёзе, пытается найти мужа в реальности! И чем, спрашивается, она надеется зацепить потенциального супруга? Чисто спортивного интереса ради Юрий вновь развернул анкету Суслоновой Юлии Станиславовны.

Так… Высшего образование нет. Место работы… Да она много где работала, только в списке исключительно секретарши и помощницы. Такой недвусмысленный намёк, что работала она чисто формально. А в данный момент работы не имеет вообще. И это с учётом возраста под полтинник… Не, бред! Юрий пожал плечами. «А вдруг!» Вот единственное, на что может рассчитывать Юличка. Вот уж точно, как сказала Вика, первая жена, никаких шансов. Шансов и в самом деле по нолям. В Верхнеянске Юрий прожил с Юличкой на одной лестничной площадке долгих двенадцать лет. Однако за эти долгие двенадцать лет Юличке так ни разу и не подфартило. Хотя уж, кажется, сама теория вероятности должна была прийти к ней на выручку.

Внимательно и скрупулёзно, не пропуская ни одной опции, а если смысл опции ещё и не понятен, то и залезая в пояснения, Юрий перенастроил фильтр. Когда же фильтр с новыми настройками прошёлся по заявкам женщин, то от былого изобилия осталась едва ли пятая часть. И то по большей мере полуторамесячной давности. Дела… Юрий озабоченно почесал затылок. Впрочем, ладно. Впредь наука.

Нет, Юрий тряхнул головой, грех жаловаться. У него и так остались заявки от потенциальных невест. Ему же нужна всего одна жена, а не десяток. Есть с чем работать. К тому же, никто и ничто не запрещает ему самому просматривать женские анкеты и отправлять заявки. Главное, что «это судьба» больше не прокатит. Жену найти, это не бутылку с газировкой распечатать, сложнее будет.

Чёрт побери! Юрий даже улыбнулся. Как бы печально не получилось с Милой, но ей в самую пору сказать большое спасибо — надоумила. Если разобраться, то саму Милану свет Спартаковну подвело элементарное незнание законов. Она либо забыла, либо понятия не имела вообще, ни о предварительной заявке на брак, ни об испытательном сроке в тридцать календарных дней. А ещё Мила начисто упустила, что у потенциального мужа появится законное право ознакомиться с подноготной её социального рейтинга. Впрочем, тот же закон даёт и ей право ознакомиться с подноготной социального рейтинга жениха. Будь иначе… Юрия аж передёрнуло от дурных перспектив, то у Милы был бы шанс. Уж больно ловко она сумела сыграть на его желании обзавестись семьёй и тем самым обрести смысл жизни. А как ловко она сумела вывернуть в достоинство тот печальный факт, что у неё нет высшего образования. И действительно, если создать собственную семейную фирму, либо просто фирму, то какой-либо диплом, либо его наличие вообще, не имеет значения. В этом плане законы Российской Федерации предоставляют гражданам большие послабления. А в том же Новосибирском институте дистанционного обучения полно самых разных учебных курсов, в том числе узкоспециализированных и продолжительностью буквально в несколько дней. Да хоть по ведению финансов маленькой семейной фирмы, или хоть той же официантки ресторана с претензией на солидность и престиж.

О-о-о!!! Юрий рывком сел прямо, ладони так и остались лежать на потёртой клавиатуре. Кажется, будто над головой яркой молнией сверкнуло озарение. Семейная фирма! А ведь Мила и в самом деле предложила отличный вариант. Даже великолепный вариант.

Врать самому себе не просто глупо, а ещё и опасно. Юрий давно понял, что у него нет ни малейшего желания карабкаться по скользким ступенькам карьерной лестницы на самую вершину должностей и званий в федеральной сети магазинов шаговой доступности «Гийкан». Всё равно нет, какие бы интриги вокруг своего стула не разводил бы Армэн Лазаревич. Юрию плевать, кто именно займёт кабинет любимого начальника не в самом крутом бизнес-центре Бечевинки. И уж тем более плевать с высокой колокольни, что он сам не сядет в кресло Армэна Лазаревича. Следом со свистом пролетает карьера в органах государственной власти. Хотя и в этом плане перед ним нет непреодолимых преград. Политика, выборы — на фиг, на фиг! На столь печальном фоне перспектива работать на себя и только на себя выглядит очень даже привлекательно. К слову, существует ещё одна отличная возможность, о которой Милана свет Спартаковна либо забыла, либо тупо была не в курсе.

Так, это должно быть где-то здесь. «Мышка» с бешенной скоростью принялась елозить по столу, а пальцы барабанить по клавиатуре. Юрий не зашёл, а забежал на сайт «Госуслуг».

— Ага!!! — победоносный вопль разлетелся по маленькой квартирке.

Вот тот самый раздел на сайте. Глаза торопливо заскакали по строчкам и разделам. Точно! Точно! Всё, как рассказывал Егор Назарич, лесовод из окрестностей Тавды. Государство и в самом деле постоянно запускает самые разнообразные конкурсы на создание самых разных семейных фирм. И-и-и… Ого! Господдержка и гранты — это очень хорошо! Тут… Тут… Главное… Юрий едва не клюнул экран носом. Главное предоставить самый лучший, самый проработанный и сбалансированный бизнес-план будущей фирмы.

— Да чтоб вас! — Юрий злобно рыкнул.

Вот же засада! Фирма-то семейная! А семья, как минимум, должна состоять из мужа и жены, из мужчины и женщины. Времена однополых браков канули в прошлое вместе с крахом надежды англосаксов на однополярный мир и «золотой миллиард». Правда, Юрий облегчённо выдохнул, кое-какие лазейки всё-таки имеются.

Подать заявку на конкурс можно и холостым. Даже более! В случае победы у него будет целый год на поиски жены. Но в противном случае, если откинуть юридические одежды, он попадёт на крупные бабки. В любом случае лучше сперва жениться, а уже потом подать заявку. Тем более, Юрий криво усмехнулся, элементарная логика подсказывает, что у холостяка или незамужней гораздо больше шансов пролететь по конкурсу со свистом. Судить-то будут живые люди, а не роботы. Либо, Юрий тут же повеселел, ещё хороший вариант: искать жену и участвовать в конкурсе одновременно. Точнее, найти жену, которая разделит его желание стать совладелицей семейной фирмы и работать самим на себя.

Ладно, что там имеется? Глаза заскользили по весьма внушительному списку текущих и ещё только рекламируемых конкурсов. Ого! Позиций под сотню. Ого ещё раз, во многих из них победителей не один, а два, три и даже более. А, ну да, Юрий на миг задумчиво скосил глаза в сторону. Лесоводы Кругликовы тоже не были единственными победителями. Вместе с фирмой «Шушбай» в Свердловской области возникло ещё несколько семейных фирм по интенсивному выращиванию леса.

А вот это особенно интересно. Юрий вытянул шею. Да и количество уже поданных заявок заметно меньше, чем в прочих конкурсах. А почему? Двойной клик по нужной строчке. На экране ноутбука тут же развернулась подробная информация. Вот теперь понятно, почему, от досады Юрий мелко-мелко закивал.

Если канцелярит перевести на разговорный русский, то вырисовывается следующее. Государство решило провести окончательную оцифровку всех бумажных архивов. Оказывается, до сих пор оцифровали далеко не всё.

Так-то оно да, наиболее важные с точки зрения истории архивы перевели в цифру ещё в начале двадцать первого века. Едва ли не сразу, как только информационные технологии позволили это сделать. Например, архивы царской семьи, правительства СССР, времён Великой Отечественной войны и прочие соизмеримые по важности. А вот многочисленные районные и областные архивы и архивчики, где хранятся данные о простых смертных, до сих пор лежат на складах мёртвым грузом. С одной стороны, ценность их весьма сомнительная. Юрий усмехнулся. Вряд ли история его семьи до ухода в леса заинтересует хотя бы одного исследователя ещё лет двести. Да и простым смертным редко приходит в голову копаться в собственной родословной. Но, с другой, это же история, это же ценный статистический материал. Вот кому-то в правительстве и пришла в голову гениальная мысль совместить полезное с полезным.

Задание. Условия. Финансирование. Юрий нахмурился, пальцы задумчиво потёрли висок. Всё, вроде, очень даже неплохо. Тогда почему так мало заявок? А, вот почему. Вот она главная подлянка.

Оцифровать печатный текст легко. Запрограммируй робота подставлять листы под сканер, и знай себе ковыряй в носу. Рукописный текст, рукописные архивы — это совсем-совсем другая песня. Тут беспечно ковырять в носу не получится. Это же, фактически, очень сложная задача. Придётся самим либо довести до ума уже существующие алгоритмы по распознаванию рукописного текста, либо создавать собственные. Да-а-а… Пирожки печь гораздо легче.

От соискателя или соискателей требуется написать толковый бизнес-план. Вот ещё одна сложность — придётся основательно изучить архивное дело. Хорошо что хоть с робототехникой Юрию пришлось изрядно повозиться ещё в бытность работы на Иртунском деревообрабатывающем комбинате. Опыт накопился колоссальный! В том числе и по-своему уникальный.

В общем, не конкурс, а сплошной букет проблем. Хотя, Юрий самодовольно потёр руки, каждая проблема несёт в себе зёрна новых возможностей. Нужно только найти их, полить настойчивостью, и тогда можно будет пожать очень даже сочные плоды успеха.

Ого, ещё интересный момент — конкурс не анонимный. Хотя имена, фамилии и даже места жительства Юрию ничего так и не сказали. Да и какая разница, где живёт тот или иной соискатель. В отдельном пункте правил чётко указано, что придётся переехать на постоянное место жительства в другое место. Где именно — чёрт его знает. В качестве базы для будущей семейной фирмы власти обещают отдать какой-нибудь ненужный объект. Скорей всего, это будет бывшая воинская база, поселение, часть, может даже просто склад посреди тайги. Сколько таких почти бесхозных объектов осталось на просторах России ещё со времён СССР. Но, и это тоже нужно признать, подобный объект может стать очень ценным приобретением.

Гораздо важнее другое — едва ли не половина претендентов официально в браке не состоит. Ну, конечно! Озарение наконец-то посетило Юрия. Все эти конкурсы, заодно, так сказать, отличный стимул для холостой молодёжи обзавестись семьями. Как там говорила Мила… Весь этот мир заточен под двоих. Вот почему конкурс хоть и по созданию семейных фирм, но участникам даны хорошие поблажки по части заключения браков. Голову на отсечение: холостяки не только усердно пишут и шлифуют бизнес-планы, но, заодно, ищут жён и мужей.

Эх! Была не была! Юрий мысленно махнул рукой. Где наша не пропадала! По двойному клику развернулась анкета участника. Ого, Юрий улыбнулся, больше половины строк уже заполнена. Ну да, это же сайт государственных услуг. Получится или нет — это видно будет. Зато хороший опыт лишним точно не будет.

Глава 13. Кто кого переплюнет

— Юрий, спасибо за отлично проведённое время.

Офигеть! Юрий едва сдержался, чтобы не закатить от восторга глаза. Какой же у Джейн прекрасный голос. Не говорит, а будто поёт! Между тем молодая женщина поднялась из-за стола.

А как же изящно и со вкусом она одета. Юрий едва сдержался, чтобы не вылупить глаза. Плотная голубая блузка выразительно подчёркивает достоинства её фигуры. А воздушный шарфик создаёт вокруг хозяйки ореол таинственности и привлекательности. Да и вообще всё в Джейн великолепно! И лицо, и густые тёмные волосы, и даже сумочка, чья тонкая кожаная лямка так кокетливо перекинута через плечо.

Наверняка в генах Джейн смешалась кровь многих народов. В первую очередь коренных жителей Камчатки и пришельцев с Европейской части России. Не исключено, что был кто-то из Японии или Китая. И всё вместе дало такой убойный коктейль! От Джейн волнами, цунами расходятся флюиды женской притягательности и сексуальности.

Юрий не сразу сумел подняться из-за стола. Ноги будто ватные, хотя, вроде, ничего крепче кофе он не пил. Да и Джейн заранее отказалась от спиртных напитков, а бухать в присутствии дамы не к лицу.

Едва Юрий направился вместе с Джейн к выходу из кафе, как за спиной раздался сердитый женский голос:

— Куда пялишься, старый козёл.

Нет, это не по его адресу, Юрий не стал оборачиваться. Зато тут же в ответ зашипел виноватый мужской голос:

— Что ты, что ты, дорогая, никуда я не смотрю.

Юрий так и не обернулся, чтобы ненароком не столкнуться глазами с обладателями шипящих голосов. Да и какая разница, кто это сказал, если все без исключения посетители мужского пола кафе «Прибой» уставились им вслед. Точнее, вслед великолепной во всех отношениях молодой женщины по имени Джейн.

У стойки гардероба Юрий галантно помог Джейн накинуть на плечи модельное демисезонное пальто приятного светло-коричневого цвета, как раз под её глаза. А то на улице, не смотря на конец апреля, всё равно достаточно прохладно. Но даже пальто не в силах скрыть точённую фигурку Джейн. А её волосы, Юрий молча сглотнул, волной, водопадом рассыпались по её плечам. Обоими руками Джейн быстро и ловко поправила их. И-и-и… И вот уже не лохмы длинных волос, а что-то вроде причёски. Как будто они выходят не из кафе, где провели почти час, а из дорогой парикмахерской, где молодая женщина провела все три часа.

— Такси! — уже на улице Джейн подняла руку возле проезжей части.

Юрий тряхнул головой. Кажется? Или на самом деле на зов Джейн устремились все без исключения такси славного города Бечевинка. И ладно бы живые водители мужчины. Так нет же, на призывно поднятую руку ещё более охотно помчались автопилоты.

Уже возле распахнутой дверцы такси Джейн обернулась.

— До встречи, Юрий, — Джейн в который раз обворожительно улыбнулась. — Извини, но у меня дела.

— В воскресенье? — только и сумел выдавить из себя Юрий.

— Увы, — Джейн печально вздохнула, — именно в воскресенье. Созвонимся, как-нибудь.

— Созвонимся, — эхом отозвался Юрий, но дверца такси уже захлопнулась.

И как они смогут созвониться, если телефонами личных номеров они так и не обменялись? Закономерный вопрос так и замер на губах. Да и какой смысл теперь спрашивать? Юрий опустил руку. Жёлтая машина такси с чёрными шашечками на борту уже лихо укатила вдаль по улице.

— И не обменяемся, — тихо, почти про себя, закончил Юрий.

Едва Джейн укатила, как любовный морок тут же принялся рассеиваться словно дым от костра под натиском урагана. Юрий тихо вздохнул, развернулся и побрёл в противоположную сторону. Пусть до его дома топать и топать, но сейчас ему просто необходимо пройтись пешком, чтобы окончательно развеять любовный морок и дурные мысли. Само свидание прошло великолепно, но это был провал. Из всех возможных провалов самый провалистый провал.

Горький и трагичный разрыв с Милой оказался весьма ценным уроком. К слову, ни в какой суд Юрия так и не вызвали. Где-то через неделю он получил официальное электронное письмо. Полиция Бечевинки в лице заместителя начальника подполковника Абликова известила, что дело против Поликова Ивана Сергеевича и Карташовой Миланы Спартаковны закрыто в связи с добровольным переселением указанных граждан в «Благодатный мир». Любой другой потерпевший на месте Юры до сих пор потирал ладони от радости. Переселение в «Благодатный мир» — это же, по современным понятиям, почти смертная казнь. Но Юрию от такой новости стало только печально.

Но, как бы то ни было, жизнь продолжается. Вот уже пятый месяц Юрий в активном поиске. Но, чёрт побери, его буквально преследуют провал за провалом. Вот и Джейн… Аж мороз по коже! Юрий зябко повёл плечами, хотя успел даже несколько сопреть под тёплой курткой.

Пока они общались через сайт «Два кольца» — всё было просто замечательно! Если Джейн не врёт, а не верить ей нет оснований, у неё хорошая работа в администрации порта. Само собой высшее и законченное образование. Двадцать девять лет, младше Юрия менее чем на год. Другое дело, что фотография в её анкете не может передать и четверти той ауры женственности и привлекательности, что накатывает при личной встрече. В этом-то и проблема.

В памяти сама собой всплыла фраза с какого-то форума: «С красавицами знакомятся только дураки, а женятся на красавицах только идиоты». Теперь, Юрий оглянулся через плечо, от жёлтого такси и след простыл. Теперь эта фраза уже не кажется тупой. Теперь, не смотря на её внешнюю абсурдность, Юрию почему-то не хочется быть ни дураком, ни тем паче идиотом.

О, да! Сама Джейн держалась молодцом, как будто специально изучала искусство непринуждённой светской беседы. Однако едва ли не в каждом слове сквозила её главная проблема, едва ли не проклятие — поклонников у неё пруд пруди, хоть в бочках засаливая или дустом трави, а в мужья никто, ну буквально никто, не метит. Почему Джейн, при всех своих данных, зарегистрировалась на сайте «Два кольца». На свою беду она не только красивая, а ещё умная и амбициозная — самое убойное сочетание.

Будь у Джейн поменьше ума и амбиций, то она сумела бы сделать головокружительную карьеру фотомодели. Ей в самый раз рекламировать самую дорогую и престижную ювелирку. А уж нижнее бельё, кружевные трусики и лифчики, после её рекламы разлетались бы как горячие пирожки в морозный день. Мужики скупили бы всё подчистую, дабы одеть своих жён, любовниц и подруг. Но не судьба. Как сама выразилась Джейн, ей претит трясти титьками перед видеокамерой, гораздо больше её привлекает карьера на административном поприще. Вот уж точно, Юрий сдавленно прыснул: «Ей бы грудь побольше, а ума поменьше». Примерно так выразилась главная героиня одного из старых телесериалов.

Перед пешеходным переходом Юрий остановился. На светофоре на той стороне дороги замер красный человечек. Или и в самом деле установить верхний предел социального рейтинга? У Джейн он составляет, прости господи, 694 балла. Для незамужней и бездетной женщины, а именно семья и дети серьёзно накидывают баллы, это очень и даже очень хорошо. Действительно хорошо, Юрий насупился, а лично ему обидно, немного — слишком большая разница с его социальным рейтингом. Ну кто бы мог подумать, что такая ЖЕНЩИНА обратит на него внимание.

На светофоре через дорогу красный человечек пропал, вместо него появился зелёный, который принялся смешно дрыгать ножками. Юрий вступил на проезжую часть. Мимо него тут же понеслись прочие прохожие. Нет, Юрий тряхнул головой, ему нужна женщина попроще, не такая продвинутая и, чёрт побери, красивая. Как мужики таращатся на Джейн. А как ревниво шипят их жёны. Тут и святой ревностью изойдёт, тут никаких нервов не хватит. Придётся через сайт «Два кольца» вежливо объяснить Джейн, что она для него слишком хороша. Ей бы принца какого на белом «Аурсе», а не заведующего складом непродовольственных и продовольственных товаров длительного хранения, у которого даже велосипеда нет.

И что потом? Ботинки шаркнули по бетонному бордюру, Юрий качнулся, но устоял. За спиной весело загудели и зашуршали шинами многочисленные легковушки и грузовики. Юрий машинально развернулся и побрёл дальше по тротуару. А потом снова и снова осторожные послания, осторожные обмены сообщениями через чат, потом осторожные разговоры по видео. И, апофеоз, свидание на нейтральной территории. Вон, Юрий на миг бросил взгляд назад, в этом же кафе «Прибой» он встречался с потенциальными невестами раз пять. Самое печальное в том, что Джейн — последняя из возможных невест, что живёт в Бечевинке. Неужели настала пора расширить географию поисков до размеров Камчатского края? Благо к его аккаунту имеют доступ все жительницы полуострова. Или, чего уж там мелочиться, сразу до размеров всей Российской Федерации?

— Юрий? Юрий Фёдорович Сварин?

Собственное имя из чужих уст словно ушат холодной воды. Юрий остановился. Только сейчас он заметил, что ноги всё же несут его привычным маршрутом домой. И донесли бы прямиком до родного подъезда, если бы неожиданная преграда, что окликнула его по имени.

— Да, с кем имею честь?

Глаза наконец-то сфокусировались на окружающей реальности. Господи! Юрий прижал руку к груди. Из глубины души едва не вырвался удивлённый возглас «Вика?». С первого взгляда показалось, будто его окликнула Вика, Виктория Лимасова, жена, что осталась в «Благодатном мире». Только это не Вика. Молодая женщина, что окликнула его, гораздо моложе, лет двадцать восемь. Вполне себе симпатичная, с правильными чертами лица, не тощая, но и не толстая. Простая демисезонная куртка до колен застёгнута на все пуговицы. Волосы укрыты под просторной вязанной шапочкой чёрного цвета. Вот только с косметикой незнакомка не просто переборщила, а пересолила и переперчила. Даже на неискушённый взгляд Юрия на её лице слишком много тонального крема, губы слишком тщательно промазаны губной помадой, а ресницы слишком густо покрыты тушью.

Незнакомка остановилась в двух шагах и молча уставилась на него. Кто она? Юрий напряг память. Одна из отвергнутых невест? Нет. Может, мстительница за поруганную честь одной из отвергнутых невест? Тоже нет. Со всеми потенциальными невестами Юрий расстался вполне мирно и вежливо. Да и как могло быть иначе, если ни с одной из них до секса он сознательно не доходил. И при этом незнакомка всё равно кажется знакомой. Тем более интересно.

— Юрий Сварин, вы участвуете в конкурсе по созданию малой семейной фирмы по окончательной оцифровке бумажных рукописных архивов?

— Да, — машинально ответил Юрий, а в голове тут же сверкнула догадка. — Вы Голуба, Голуба Лунина. Вы тоже участвуете в этом же конкурсе.

Конкурс по окончательной оцифровке бумажных рукописных архивов давно превратился для Юрия в увлечение номер два. В свободное от основной работы и поисков жены время он с упоением принялся изучать архивное дело и оттачивать бизнес-план. Чему, между прочим, способствовали явные успехи. Так Юрий со своим бизнес-планом сперва прошёл в длинный список, а потом и в короткий, в котором всего пять участников. Сам конкурс окончательно завершится почти через месяц.

Вот почему незнакомка всё же показалась знакомой. Любопытства ради Юрий не раз и не два просматривал анкеты других участников конкурса. Пусть информации в них мало, зато все без исключения содержат качественные фотографии. Голуба Лунина запомнилась не только благодаря немного старомодному имени. Её бизнес-план тоже прошёл в короткий список.

— Вы меня узнали. Отлично. Не нужно будет представляться и объяснять.

От того, что произошло дальше, Юрий едва не выпал в осадок и едва не растёкся по асфальту. Голуба Лунина подошла ещё ближе, едва ли не в прямом смысле вцепилась в горло и потребовала, едва ли не самыми грязными словами и выражениями, чтобы Юрий добровольно убрался с конкурса к такой-то матери. На щеках Голубы Луниной через толстый слой тонального крема проступила краснота, а глаза заблестели как у отца Кондрата, священника Вельшино, когда тот самозабвенно пугал односельчан адом.

— Юрий! Вы молодой, красивый и здоровый! К тому же умный! — Голуба Лунина всё же вспомнила русский цензурный язык. — Вы ещё сумеете пробиться по жизни! А мне позарез нужно победить в этом конкурсе! Это вопрос жизни и смерти! — Голуба Лунина едва не сорвалась на крик.

Какой напор. Какая агрессия и злость. Против собственной воли Юрий уставился на Голубу Лунину овечьими глазами. Да и как не восхититься конкуренткой, когда она ещё больше стала похожа на Вику, на первую жену. Но! В голосе Голубы Луниной сквозит нервозность и хорошо заметная истеричность. В своё время, на улицах Верхнеянска, Юрию более чем плотно пришлось пообщаться с подобными женщинами, коих в народе очень метко прозвали недотраханными.

— Эй! Вы меня слышите?

Не самый вежливый толчок в грудь заставил Юрия сделать шаг назад.

— Вы понимаете, что сейчас ходите по краю? — вопросом на вопрос ответил Юрий.

— В смысле? — Голуба Лунина тут же насторожилась.

— Мне достаточно звякнуть в полицию, чтобы ваш социальный рейтинг тут же заметно просел, — охотно пояснил Юрий. — Улыбнитесь, нас снимает большое количество видеокамер. Вон, — Юрий ткнул пальцем за спину Голубы Луниной, — полицейский дрон уже проявляет к нам интерес. От более близкого подлёта его пока удерживает стереотип.

— Какой ещё стереотип? — Голуба Лунина враз растеряла былой напор.

— То, что именно женщина, меньше ростом и меньше массой, проявляет агрессию по отношению к мужчине, который выше её ростом и больше массой. Обычно бывает наоборот, — охотно пояснил Юрий. — А если я попрошу полицейских предоставить мне видеозапись и отправлю её судьям, то вы с треском и волчьим билетом вылетите с конкурса.

От такого заявления Голуба Лунина опешила. Господи, Юрий с превеликим трудом подавил смущение, как же она похожа на Вику. Лицо, глаза… Только моложе лет на двадцать. Особенно вот это выражение, когда Юрий, прикола ради, предлагал Вике заняться любовью прямо под кустом в парке. Летом, разумеется, когда тепло. Каждый раз Вика возмущалась и отказывалась напрочь. О-о-о! Юрий прочистил горло. Каждый раз на её лице возникало точно такое же выражение оскорблённого достоинства.

— Да вы! Да вы! — Голуба Лунина, словно дракон, задышала гневом, до полного сходства ещё только не хватает огня и дыма. — Тогда вы станете… Тогда…

Ещё немного, и Голуба Лунина окончательно съедет с катушек. Она на эмоциях, ей терять нечего.

— Тогда разрешите пригласить вас хотя бы вон в тот магазин, — к собственному удивлению произнёс Юрий. — Там как раз работает небольшой кафетерий. Если вы не в курсе.

— Зачем? — былой эмоциональный негатив со свистом вылетел в трубу, такого поворота событий Голуба Лунина явно не ожидала.

— Как зачем? — Юрий театрально всплеснул руками. — За чашечкой кофе с очень вкусным круассаном вы спокойно и обстоятельно расскажите мне, почему это я должен отказаться от конкурса. Заодно сможете объяснить, почему я не должен воспользоваться ситуацией и избавиться от вас как от конкурента.

Глаза Голубы Луниной нервно забегали из стороны в сторону. Юрий едва ли не на самом деле разглядел на её плечах белого ангелочка с пушистыми крылышками и чёрного беса с острыми рожками. Проще говоря, силы добра и зла вступили в жесткую полемику. Интересно, Юрий уставился на молодую женщину, кто победит? Ангел или бес?

— Хорошо, — согласилась, словно с трудом выдохнула, Голуба Лунина. — Но только если вы угощаете.

— Согласен, — Юрий улыбнулся. — Прошу вас.

В небольшом продовольственном магазинчике с банальным названием «Мечта» и в самом деле давно и успешно работает небольшой кафетерий. Именно в нём Юрию довелось встретиться с одной из потенциальных невест. Тогда же он и запомнил это очень удобное место, что сейчас так вовремя подвернулось.

С десяток небольших круглых столиков с высокими ножками. Никаких стульев. Зато относительно просторно. А когда стоишь, то нехотя быстрей опрокинешь в себя чашку кофе и побежишь дальше по жизни. Наверно именно по этой причине кафетерий в магазине «Мечта» пользуется популярностью у местных жителей и офисных работников.

У входа в магазин Юрия посетило ещё одно откровение: Голуба Лунина — не просто недотраханная баба. Столь бурная агрессия очень часто скрывает страх. Если оно так, Юрий вежливо пропустил молодую женщину вперёд, тогда чего она боится? И не просто опасается, а едва ли не трясётся от страха.

Одним словом, им повезло. Голуба очень вовремя встала возле единственного свободного столика. А Юрий, как и обещал, принёс две чашки хорошего кофе и тарелку с двумя ароматными и свежими круассанами. Только разговор пришлось ненадолго отложить. Та скорость, с которой Голуба Лунина скушала круассан, мягко намекает, что сегодня она ещё не обедала.

— И так, я вас слушаю, — произнёс Юрий, едва от круассана остались лишь крошки, а чашка Голубы Луниной опустела более чем наполовину. — Пожалуйста, постарайтесь привести побольше фактов. А то эмоций вы выплеснули на меня более чем достаточно.

Наполовину шутливое замечание пошло впрок. Голуба Лунина нервно покрутила наполовину пустую чашку туда-сюда и заговорила почти спокойным голосом.

— Юрий Фёдорович, поймите меня правильно: конкурс очень, очень, очень важен для меня. Я уже участвовала в пяти подобных, — Голуба Лунина для большей наглядности растопырила ладонь. — И каждый раз я вылетала из финала. Вот и сейчас, в шестой раз, я вошла в короткий список. Ещё одного обидного поражения я просто не переживу.

— Голуба, разрешите вас так называть, это всё эмоции. — Факты, пожалуйста, только факты, — как можно более тактично попросил Юрий.

— Я… Я хороший экономист, — Голуба собралась с мыслями. — Действительно хороший. Я на этих бизнес-планах собаку съела. Уж извините, но подробности своего бизнес-плана я приводить не буду.

— Но почему же я всё же должен уступить вам в конкурсе? — мягко поднажал Юрий.

Голуба всё никак не может решиться. Если так и не сможет, тогда тем хуже для неё.

— Близких родственников у меня нет, — будто через силу заговорила Голуба. — Когда мне было двенадцать лет, я с родителями попала в аварию, автомобильную. Я сама уцелела чудом.

К сожалению, эта самая авария оказалась последней каплей. По решению суда обоих моих родителей отправили в «Благодатный мир». Не спрашивайте подробности, всё равно не скажу. Важно то, что не будь мне двенадцать лет, то я вполне могла бы последовать за ними. А так меня отправили в детский дом.

Не спрашивайте, всё равно не скажу, но надежды на удочерение у меня не было вовсе, — Голуба печально и сердито сдвинула брови. — Сам понимаешь, прогресс в лечении бесплодия существенно сократил количество желающих взять чужого ребёнка, коль завести своего упорно не получается. Да, оставались ещё бабушка и дедушка, родители мамы, но они сами, как любил говорить мой отец, осколки былой эпохи. Они сами были близки к тому, чтобы угодить в «Благодатный мир». Всё, чем они могли мне помочь, так это присылать конфетки по очень большим праздникам.

После детского дома мне стоило огромных усилий получить высшее экономическое образование. Пока мои сокурсники отдыхали, развлекались и любили друг друга, мне приходилось вкалывать, вкалывать и ещё раз вкалывать. Буквально с первого курса мне пришлось питаться одной «похлёбкой». Ты даже не представляешь, какая это гадость.

Юрий тактично сдержался, хотя понять Голубу можно. На самом деле в реальности мало и редко кто добровольно и упорно сидит на «похлёбке». Грубо говоря, люди любят пожрать. Даже женщины любят, что трясутся над объёмом собственной талии. В силу очень долгой практики Юрий вновь сел на «похлёбку». И то в его случае это, в первую очередь, соображения практичности и лёгкости быта, а не дефицита средств.

— А ты знаешь, Юрий, что половина из тех, кто вместе со мной вышел из детского дома, ужа там, — Голуба неопределённо махнула рукой, — в «Благодатном мире».

Понятно, Юрий чуть заметно кивнул, вот он самый главный страх Голубы Луневой — страх оказаться в «Благодатном мире». Этот самый страх просто король среди всех прочих страхов современности. Террористы с биобомбами нервно курят в сторонке. Хотя, если разобраться, страх Голубы сродни страху перед безобидными паучками или гипотетической возможности быть похороненным заживо.

— Но и после окончания института мне с трудом и в одиночку пришлось пробиваться по жизни. Работа по найму, карьера — это не для меня, — уверенно, даже слишком уверенно, заявила Голуба.

— Это ещё почему? — не выдержал Юрий. — Миллионы людей работают по найму. Подавляющая часть из них вполне обеспечены и счастливы. Я и сам работаю по найму.

— Не скажу, это личное, — едва ли не сквозь зубы прошипела Голуба. — Мне по гроб жизни нужен собственный бизнес. Причём, обязательно такой, чтобы не приходилось общаться с многочисленными клиентами. Так что парикмахерские и булочные отпадают сразу. Мне двадцать восемь лет. Я на грани. С личной жизнь у меня полный завал. Не скажу! Не спрашивай! — Голуба опять чуть было не сорвалась на крик. — Единственное, что может меня спасти, так это собственный бизнес.

— И тогда ты сможешь найти себе мужчину? — как бы невзначай, почти шёпотом, уточнил Юрий.

— Да, лишь только после запуска личного бизнеса я смогу… У меня появится надежда найти себе мужчину, — Голуба с ходу отмела всякую иронию.

Интересное дело, отметил про себя Юрий, не мужа, а именно мужчину. И как, в таком случае, она собирается создавать семейную фирму? Или имеются иные лазейки, кроме супруга противоположного пола? Надо бы уточнить. Но вслух Юрий спросил:

— Какой у тебя социальный рейтинг?

— Тебя это не касается, — тут же отрезала Голуба.

Значит, не больше шести сотен баллов. Да, обычно люди не любят распространяться о личном социальном рейтинге, но сейчас могла бы и сказать. А так только и остаётся гадать: то ли у неё средний по стране социальный рейтинг, то ли просто близкий к нему.

Но! Но! Но! Юрий будто в первый раз окинул Голубу Лунину взглядом. Как ни странно, но он ей верит. С её стороны было бы гораздо логичней сочинить некую душещипательную историю, пробить на жалость, навешать на уши лапши. Вместо этого Голуба просто отказывается говорить, она будто пьяный матрос деньгами разбрасывается тайнами. И главная тайна — на кой хрен ей нужен собственный бизнес. По сути она так и не объяснила.

— Ты боишься переселиться в «Благодатный мир»? — спросил Юрий.

Как знать, может быть хотя бы маленькая провокация заставит Голубу разговориться.

— Да, боюсь, — прямым текстом призналась Голуба. — Если ты не понял, то среди моих бывших товарищей по детскому дому полно тех, кто уже там. Эта проклятая виртуальность постоянно висит у меня над головой Дамокловым мечом. И не смейся над этим, — тут же потребовала Голуба.

— Хорошо, — Юрий решил зайти с другой стороны, — как ты нашла меня?

— Элементарно, — Голуба усмехнулась. — Вычислила через Интернет. Фотография, имя и лишь приблизительное место жительства. Но этого вполне хватило, чтобы выяснить, что ты работаешь в фирме «Гийкан». Вот я и решали обойти все магазины в Бечевинке. На удачу, честно говоря. Однако сработало.

Не сработало, а повезло, Юрий мысленно поправил Голубу. Как раз в самих магазинах «Гийкан» она бы его ни за что не нашла. Однако, поди же, они столкнулись прямо на улице. А если бы не повезло, то невелика потеря. Сама Голуба Лунева живёт недалеко, в Петропавловск-Камчатский. Считай, в Бечевинку на выходные, словно туристка, смоталась.

— Теперь, надеюсь, ты доволен и проникся важностью моей…, — Голуба всё-таки замялась подбирая нужные слова, — моей просьбой?

Как же не хочется, но придётся-таки красавицу разочаровать.

— Голуба, — Юрий постарался найти наиболее обтекаемые слова, — тебе меня не переплюнуть.

— В смысле? — недоверчиво протянула Голуба.

— У меня родственников нет вообще. Ни близких, ни дальних, ни очень дальних. Так что конфетки мне вообще никто и никогда не пришлёт даже в реанимацию.

— Нет, так не бывает, — Голуба словно само воплощение недоверчивости. — Ты что, клон? Тогда у тебя должен быть хотя бы донор генетического материала.

— Ты ещё только боишься угодить в «Благодатный мир», — Юрий пропустил слова Голубы мимо ушей, — а я уже там был. Ты слышала о недобитках?

— Это…, — Голуба задумчиво нахмурила лоб, промычала что-то непонятное под нос, но более чем уверенно продолжила. — Это, как их там, кто больше полувека тому назад в леса, моря и горы подался. Это, от рейтинга социального и мира «Благодатного» ноги сделал. Если не ошибаюсь, именно этих людей газетчики и прочие гиены печатного слова и прозвали «недобитками». Точнее, не сколько тех беглецов полувековой давности, а их потомков. Но, это, — Голуба резко выпрямилась, — насколько мне известно, лет пятнадцать назад всех «недобитков» переловили. Мне тётя Глаша, воспитательница в детском доме, рассказывала. Тогда ещё большая буча была, этично это или нет. Но, в конечном итоге, простым обывателям плевать на «недобитков».

— Верно, — Юрий кивнул. — Я и есть тот самый «недобиток». В семнадцать лет меня отправили в «Благодатный мир» только за то, что социального рейтинга у меня не было вообще. Двенадцать лет, долгих двенадцать лет, у меня ушло на получение образования, поиск работы и чтобы скопить пятьдесят тысяч рублей на реабилитацию. Ты понятия не имеешь, как же трудно, сидя в «Благодатном мире», найти работу в настоящей реальности. И этой самой настоящей реальностью на данный момент я наслаждаюсь меньше года. Вот почему я хочу победить в этом конкурсе, — для большей убедительности Юрий чуть надвинулся на Голубу. — Я не хочу вернуться в «Благодатный мир». Я уже там был, и мне там не понравилось. А для этого мне позарез нужно закрепиться в реальности.

Грех не сыграть на страхе Голубы Луневой перед «Благодатным миром».

— Но у тебя уже есть работа, — тихо и не очень уверенно воскликнула Голуба.

— По найму, на чужого дядю, но это не для меня. Карьера меня не интересует от слова «совсем». Так что если я что-то не поменяю в своей жизни, то это лишь вопрос времени, когда у меня от тоски и скуки съедет крыша. Плюс к этому проблемы в личной жизни.

— У тебя? И проблемы? — спросила, будто презрительно плюнула, Голуба.

— Да, — в свою очередь Юрий с ходу отмёл всякую иронию. — Подружками на ночь или на час я уже насладился в «Благодатном мире» по самую маковку. Это прямой путь к моральной деградации. На результаты такой деградации я тоже успел насмотреться там же. Уже в настоящей реальности одна «невеста» чуть было не помогла мне переселиться в «Благодатный мир», а последняя оказалась слишком хороша для меня. Впрочем, — Юрий резко сменил тему, — это моя личная жизнь и тебя она не касается.

Вот уж точно не зря говорят, что не спеши жаловаться на судьбу первому встречному. А то судьба первого встречного может оказаться ещё горше твоей. Если Голуба никогда раньше и не слышала это выражение, то сейчас наверняка вполне ощутила его горькую правду на себе.

— Хорошо, признаю, — лицо Голубы погрустнело, — ты меня переплюнул.

Радоваться бы надо, как ни как, а ему удалось одержать победу над Голубой. Однако вместо радости Юрия прошибла нервная дрожь. В момент печали Голуба как никогда ранее стала похожа на Вику. Ибо точно такое же печальное лицо, понурый взгляд и загнутые вниз уголки губ врезались в память, когда Юрий расстался с любимой женщиной на пороге её квартиры. Навсегда. Точно так же Вика была расстроена «разводом», хотя точно так же понимала, что так надо. И что дальше?

Голуба уже признала своё поражение. Элементарная логика подсказывает, что сейчас она развернётся и уйдёт. Просто уйдёт, вернётся в свой Петропавловск-Камчатский с непредсказуемыми последствиями. Как знать, может быть уже завтра она сама напишет заявление и добровольно ляжет в виртуальную капсулу в «могильнике». Ибо вряд ли у неё хватит сил дождаться результатов конкурса. Чтоб его.

Юрий несколько раз усиленно моргнул, но нет, реальность перед глазами так и не пошла волнами нереальности. И что того? Голуба Лунева ему никто и звать её никак. Это её проблемы и её выбор, если она окажется в «Благодатном мире». Но ему от этого ни легче, ни труднее не станет. Зато! Зато! В голове взорвалась шальная мысль.

— Голуба, подожди, — произнёс Юрий.

Голуба и в самом деле чуть было не развернулась, чтобы уйти прочь, но осталась возле столика и вновь глянула на Юрия.

— Послушай, — торопливо продолжил Юрий, — мы оба участвуем в одном и том же конкурсе, претендуем на один и тот же грант. Мы оба собираемся создать семейную фирму. Но при этом у меня проблемы с личной жизнью, а у тебя так вообще полный завал. Так какого хрена мы тут выпендриваемся! — Юрий вдохнул поглубже и выпалил одним махом: — Выходи за меня замуж!

Что за хрень? Горький урок с Милой впрок так и не пошёл. Не прошло и половины часа, как Юрий познакомился с Голубой Луневой. Какое у неё отчество и какой у неё социальный рейтинг, он не знает до сих пор, однако уже успел сделать ей предложение руки и сердца. Ведь она так похожа на Вику…

— Ты серьёзно? — удивление в голосе Голубы начисто выбило печаль.

— Более чем, — язык Юрия заработал помимо воли и разума. — Мне нужна жена, полноценная жена. Женщина, что не будет для меня балластом, что не будет призом или трофеем. Женщина, которая станет для меня спутником и соратником. Не говоря уже о том, что она будет совладельцем и активным участником нашей семейной фирмы. У тебя, как не сложно догадаться, проблемы и желания точно такие же. Ну и, только не обижайся! — Юрий, словно щит, выставил перед собой растопыренные ладони. — Но ты — недотраханная.

Голуба было вспыхнула праведным гневом, но тут же погасла.

— Да, — натянуто произнесла Голуба, — постоянного мужчины у меня нет. Давно уже нет. Да и… не было никогда.

Признание в собственной недотраханности далось Голубе с большим трудом. Это не то, чем можно хвастаться перед подружками и коллегами по работе. Но Голуба всё же нашла в себе мужество признать очевидное.

— Так в чём проблема? — Юрий облегчённо улыбнулся. — Господь потенцией меня не обидел. Только уж извини, купить заранее цветы и обручальные кольца я не догадался.

Шутка получилась так себе и совсем не смешной. Это ладно. Больше всего поразила реакция Голубы. Она не обрадовалась как дурочка при виде цветного фантика, и не рассмеялась в ответ на шутку. Нет. Голуба глянула на него так, будто поймала на постыдной лжи. Нет, даже хуже — на воровстве. Но вот сморщенный от тяжких раздумий лоб Голубы в момент разгладился.

— Давай так, я предлагаю тебе пройти испытание, — наконец-то выдала Голуба.

— Какое ещё испытание? — Юрий тут же потребовал уточить.

— Не могу сказать, что оно будет простым. Но…, — Голуба выразительно потянула кота за хвост, — если ты переспишь со мной прямо сейчас… Нет, не прямо на этом столике, — пальцы молодой женщины коснулись круглой столешницы, — то я выйду за тебя замуж. А если не сможешь, если откажешься, то тогда ты покинешь конкурс. Идёт?

Что за бред? В свою очередь Юрий круто удивился. Он ожидал много чего. Например, довериться судьбе и бросить жребий. Там… Спички, на пальцах, классическая монетка, или что там вместо неё подвернётся под руку. Голуба вполне могла предложить взятку, вплоть до того же секса. Ладно, хотя бы попытаться предложить. Но чтобы переспать с ней прямо сейчас? Ладно, что ещё прямо не на этом столике. А то время идёт, а посетителей в кафетерии меньше не становится. То-то потеха будет. Нет, тут что-то нечисто.

— И-и-и… В чём же подвох? — осторожно поинтересовался Юрий.

— Как? — Голуба зло усмехнулась. — Неужели ты уже сдался? Неужели предложение руки и сердца, а так же пятидесяти процентов в будущей семейной фирме, было всего лишь блефом?

Не в бровь, а в глаз! Юрий сердито засопел, но сдержался.

— Нет, моё предложение более чем серьёзное, — как можно более спокойным и уверенным тоном произнёс Юрий. — Но раз ты требуешь пройти столь странное испытание, то пусть так оно и будет. Я тут как раз недалеко живу. Только прежде давай зайдём в этот чудный магазин, — Юрий ткнул пальцем в сторону торгового зала, — и купим хорошее шампанское и что-нибудь на закусь. Там… Фрукты, конфеты, шоколад, что там тебе нравится больше всего. А то у меня дома, кроме «похлёбки», больше нет ни хрена.

— Э-э-э, нет! Никакого спиртного! — резко возразила Голуба. — Переспать со мной ты должен на трезвую голову. Только так.

— Хорошо, — Юрий не стал упираться, — тогда шампанское мы откроем уже после. А то у нас и так получается поперёк всех писанных и неписанных правил. Договорились?

— Договорились! — в глазах Голубы сверкнуло злобное торжество.

Как Юрий и предложил, сперва они зашли в торговый зал продовольственного магазина с банальным названием «Мечта». Элитных вин в подобных заведениях не бывает из принципа, однако бутылку вполне приличного шампанского Юрий всё же нашёл. Заодно, по просьбе Голубы, купил виноград и плитку сладкого шоколада.

Глава 14. Странное испытание

От магазина до «человечника» они шли молча. Былой эмоциональный запал успел выветриться. Как это часто бывает в подобных случаях, эмоции успокоились, и заработали мозги. Что же это получается? Юрий покосился на молчаливую Голубу. Опять секс на первом свидании? Опять эпохальное «Это судьба»? Как же легко, оказывается, он может швырнуть в мусорную корзину все свои принципы. Так легко и быстро, будто трагичной встречи с Милой никогда и не было. Или это так взбунтовались половые гормоны?

Предсказание начальника опорного пункта полиции майора Ермолаева сбылось с пугающей точностью. Мила с Ваней уже в «Благодатном мире». Это распространённая практика. В обмен на согласие, они не попали в «Бункер», а сразу же переселились в какую-нибудь базовую локацию, может даже в Сочи 2.0. Судебная машина тоже не осталась в накладе, ибо разом отпала нужда в самом суде, в адвокате, в СИЗО и прочих неизбежных расходах.

Вот и родной подъезд. Да пропади оно всё пропадом! Юрий мысленно, но всё равно весьма энергично, махнул рукой. Хрен знает, на что он подписался, но твёрдо можно сказать одно — Голуба самым решительным образом отличается от всех прочих женщин, с которыми Юрий успел познакомиться на страницах сайта «Два кольца». Вот, только, с косметикой перебарщивает. Для двадцати восьми лет на её лице слишком много тонального крема. Тут нехотя приходит сравнение со штукатуркой. А ещё слишком откровенно выделены глаза, губы и брови.

— Прошу вас, — Юрий распахнул дверь в свою квартиру и предложил Голубе первой переступить порог.

Новая знакомая быстренько скинула ботинки у порога, бросила Юрию на руки куртку вместе с шапочкой и с хозяйским видом прошлась по квартире. Не поленилась даже заглянуть в мусорное ведро под раковиной на кухне.

— Поздравляю, Юрий Фёдорович, — Голуба остановилась посреди гостиной, — первое предварительное испытание ты прошёл.

— И что это было за испытание? — Юрий аккуратно пристроил под вешалкой свои ботники и повернулся к нежданной гостье.

— У тебя в квартире порядок. Конечно, относительный, — Голуба на миг скривилась. — Но для одинокого мужчины и в самом деле чисто. Вот теперь и только теперь я верю, что постоянной женщины у тебя нет.

— С чего такая прозорливость? — поинтересовался Юрий.

— Не чувствуется женская рука. Только эдакий функционал с некой допустимой погрешностью. Ведь ты по образованию инженер. Отпечаток профессии, так сказать. Вон, — левая рука Голубы указала на окно, — на подоконнике ни одного цветочка.

Это точно! Все эти цветочки, картинки, статуэтки, салфетки сами по себе не способны создать в доме уют. Только женщина может расставить и развесить их нужным образом. Ведь этот самый неуловимый уют не зависит от цены настенных обоев или от дороговизны ковра на полу. Только женщина, только пресловутая женская рука, способна превратить холодную кубатуру квартиры в тёплое жилое пространство.

Мила, бывшая соседка, порывалась навести в его квартире уют, но так и не успела довести дело до конца. А потом, за прошедшие месяцы, «женская рука» Милы будто растворилась в воздухе.

— Ну что, — Голуба упёрла руки в бока, — ты готов признать собственное поражение пока не поздно?

Ладно, это была бы шутка такая. А так чёрт его знает, как её понимать.

— Ну уж нет, — Юрий пошёл на принцип, — либо я с блеском пройду твоё испытание, либо с треском его провалю. Промежуточного варианта не будет.

— Хорошо, тогда я скоро, мой герой.

Из дамской сумочки Голуба извлекла фен, расчёску, потребовала чистое полотенце и… И торопливо скрылась в ванной комнате. Вскоре изнутри донеслось журчание воды.

И как это понимать? Юрий в нерешительности замер перед закрытой дверью в собственную ванную. Чем глубже в лес, тем злее партизаны. Ладно, счета за горячую и холодную воду его не разорят. Но что это за испытание такое, если Голуба решила принять душ? И почему обязательно на трезвую голову?

На память очень не вовремя пришли кадры из какого-то около любовного фильма. Потому и запомнилось, что женщина, главная героиня, специально обмазалась едва ли не тухлой рыбой, чтобы обломать любовнику весь кайф. А тут? Запаха несвежей рыбы не будет. Там, на полочке, Юрий задумчиво нахмурился, у него лежит хорошее банное мыло и стоит шампунь. Мужской, конечно же, но всё равно с приятным запахом. Странно всё это.

К чему зря ломать голову. Юрий унёс шампанское и закуску на кухню. Ради такого случая даже включил холодильник. «Накрыть поляну», разобрать постель, раздеться самому и подождать, пока Голуба выберется из ванной комнаты? Блин. Ещё никогда Юрий не чувствовал себя так глупо. В конечном итоге остановился на компромиссе: кровать разобрал, не забыл положить на прикроватную тумбочку пачку презервативов, а сам остался в домашней одежде, в футболке, шортах и даже в тапочках.

Любое заявление женщины «Я скоро» можно и нужно сразу же умножать на пять. А для полной гарантии сразу на десять. Минут пятнадцать журчала вода. Потом ещё столько же гудел фен. Голуба сперва хорошо помылась, а потом не менее тщательно высушила волосы. Они у неё русые, даже длинные. Но вот многообещающе щёлкнул замок. Юрий аж подскочил с дивана.

— Ты ещё не передумал? — на пороге гостиной наконец-то показалась Голуба.

Вопрос «Какого хрена?» благополучно застрял в горле. Сам того не подозревая, Юрий отдал Голубе самое большое полотенце, что только нашлось у него в доме. Новая знакомая зачем-то закуталась в него словно в паранджу. Вон, даже лицо прикрыла.

— Нет, — Юрий сердито насупился, — не передумал.

— Тогда смотри! — Голуба, словно заправская стриптизёрша, рывком сдёрнула с себя полотенце и предстала перед ним полностью обнажённой.

— Теперь понятно, почему только на трезвую голову, — удивлённо произнёс Юрий.

Голубе двадцать восемь лет. Пусть юношеская свежесть и подростковая угловатость давно прошли, однако новая знакомая всё равно шикарно выглядит: подтянутый живот, крепкая грудь ни разу не рожавшей женщины и крутые бёдра. Русые волосы рассыпались по обнажённым плечам волнующим водопадом. Может быть постоянного мужчины у неё и в самом деле нет, однако Голуба всё равно тщательно следит за своим телом. На коже ни одного волоска, в том числе на лобке и в подмышечных впадинах. В своё время Вика доходчиво объяснила, каких трудов и какой боли стоит такое великолепие.

«Похлёбка» и утренние пробежки, или чем там на самом деле Голуба нагоняет социальный рейтинг, прорисовали её мышцы. На ногах это смотрится особенно круто. Но в целом Голуба всё равно просто женщина. До глянцевого блеска профессиональных фотомоделей ей всё равно далеко.

Теперь понятно, зачем Голуба едва ли не в прямом смысле так тщательно «штукатурилась». Пазл сложился, горячая вода обнажила последствия давней автомобильной аварии. Левое ухо вырвано с мясом, вместо него был протез, но Голуба специально его сняла. Левой груди тоже нет. Вместо неё остался уродливый шрам в виде многолучевой ломаной звезды. Правую скулу обезобразили сразу два глубоких шрама. Ещё один давний порез кривой молнией лёг на правое предплечье. Левое бедро «украсили» ещё два глубоких шрама. Кажется? Или чуть выше коленной чашечки и в самом деле был вырван «кусок мяса». И, для «красоты картины», на левой ступне не хватает трёх пальцев: мизинца, безымянного и среднего.

— Ну что? Сдаёшься? — с вызовом бросила Голуба, однако по её щекам всё же разлился красный румянец смущения.

— Как бы не так…, — протянул Юрий.

Все эти шрамы и отсутствующие конечности уже отступили на задний план, где благополучно затерялись. Юрий шагнул навстречу. По телу уже растеклось сексуальное возбуждение, а главный мужской орган чуть не порвал трусы вместе с шортами. Голуба понятия не имеет, как же сильно она похожа на Вику, на Викторию Лимасову, на первую жену, с которой Юрий счастливо прожил больше двенадцати лет. Только моложе лет на двадцать пять.

— Любимая, — Юрий подхватил Голубу на руки, — какое счастье. Ты вернулась ко мне.

Язык мой — враг мой. Зато, в свою очередь, Голуба ну никак не ожидала услышать нечто подобное, а потому буквально онемела от удивления. Юрий аккуратно положил её на расправленную постель. Футболка, шорты и трусы с треском улетели на пол. Однако рука подцепила с прикроватной тумбочки пачку презервативов — это единственное, что успел сделать разум, прежде чем окончательно отключился.

Блаженство! Юрий без сил плюхнулся на смятую простыню рядом с Голубой. Приятная расслабленность вместе с волной внеземного счастья накрыли его с головой. Ничего подобного с Милой никогда не было. Только сейчас до Юрия дошло, что с бывшей соседкой он всего лишь удовлетворял половое влечение. Похоть, грубо говоря, и ничего более. Зато сейчас…

— Ну как? — Юрий повернулся лицом к Голубе, — я прошёл твоё испытание?

Голуба, мягко говоря, в глубокой прострации. Глаза в кучу и в потолок, будто медитирует.

— Голуба, ты чего? — Юрий приподнялся на локте и осторожно потрепал молодую женщину за плечо.

— Ты первый мужчина, который переспал со мной на трезвую голову, — медленно произнесла Голуба. — Причём, сделал это по-человечески, на расправленной кровати, в полностью обнажённом виде и при ярком свете.

Юрий натужно прочистил горло. Ну и признание! Даже представлять не хочется, какой же до встречи с ним была интимная жизнь Голубы. Не удивительно, что ещё до тридцати лет она превратилась в стерву на эмоциях, во истину в недотраханную женщину.

— Так, это, я прошёл испытание? — вновь поинтересовался Юрий.

Вместо ответа Голуба повернулась к нему спиной и села на кровати. Ого! Юрий не удержался и дотронулся до её спины кончиками пальцев. Как же выразительно у неё прорисована талия.

— Почему ты то и дело называл меня Викой? — Голуба вполоборота глянула на Юрия через плечо.

— Прости, но не только в твоём шкафу водятся скелеты, — Юрий виновато отвёл глаза в сторону, а по щекам растёкся предательский жар.

— Она твоя жена? Была ей? Вы развелись? У вас есть дети?

— Всё гораздо сложней, чем может показаться на первый взгляд, — начал Юрий. — Вика… Виктория Павловна Лимасова. Я прожил с ней в «Благодатном мире» больше двенадцати лет. Во многом благодаря ей, её поддержке, её телу и терпению, мне удалось выучиться, получить профессию и, в конечном итоге, заработать семьдесят штук на реабилитацию.

— Так она была твоей женой?

— Я жил с ней, я спал с ней, я даже носил на пальце золотое обручальное кольцо. Другое дело, что в «Благодатном мире» нет института брака. За ненадобностью, — добавил Юрий. — Фактически мы были супругами, а юридически нет. Не говоря уже о том, что наши физические тела лежали в разных «могильниках».

— Тогда почему она осталась в «Благодатном мире»?

Юрий едва не надкусил нижнюю губу. Сама того не ведая, Голуба затронула очень больную тему. Но если сейчас они сразу и до конца не расставят все точки над «Ё», то вряд ли Голуба согласится выйти за него замуж.

— Будет лучше, если я расскажу тебе всё с самого начала, — в свою очередь Юрий поднялся с кровати.

На кухне, за бокалом хорошего шампанского, Юрий и в самом деле рассказал Голубе всё: как попал в «Благодатным мир», как захотел выбраться из него, как перебрался в виртуальный Верхнеянск, где и познакомился с Викторией Лимасовой.

— Вот так, — Юрий закинул в рот прохладную виноградинку, но даже не заметил её вкуса, — Вика осталась в Верхнеянске, а я вышел в реальность. В настоящую реальность, в благородное и законопослушное общество, как она любила повторять.

— И с тех пор ты ни разу ей даже не позвонил? — в голосе Голубы мелькнуло осуждение. — Ты же сам говорил, что из Верхнеянска, из этой, как там её, базовой локации «Реальность», имеется выход в Интернет живых.

— А ещё я вполне мог бы купить виртуальную капсулу с полным погружением, и не просто приходить к Вике в гости по выходным, но и заниматься с ней любовью. Верхнеянск хоть и является частью «Благодатного мира», но в нём вполне реальны подобные визиты. Возможность имеется, я специально проверял. Другое дело, что этой самой возможностью никто не пользуется, — пояснил Юрий.

Но дело не в цене виртуальной капсулы. При желании вполне можно купить заметно дешевле, бэушную. Просто…, — Юрий собрался с мыслями. — Просто мы решили не растягивать сомнительное удовольствие. Она там, я здесь. Вика сделала свой выбор, я сделал свой. Она прекрасно понимает, что мне нужна полноценная жена, живая женщина, которая разделит со мной жизнь со всеми её радостями и невзгодами, которая родит мне детей. Чем быстрее мы переварим расставание, тем легче будет нам обоим. Ты, лучше, скажи, — Юрий резко сменил тему, — так я прошёл испытание или нет?

Голуба тут же опустила глаза, по её щекам расплылся румянец смущения. Картина тем более чем сюрреалистическая, ибо она так и присела на табуретку возле обеденного стола полностью обнажённой. Не говоря уже о том, чтобы вновь скрыть под толстым слоем тонального крема все свои шрамы и нацепить фальшивое ухо.

— Признаться, — виноградинка в пальцах Голубы брызнула соком во все стороны, — я никак не думала, что ты сумеешь пройти испытание. Обычно потенциальные любовники тут же делали ноги, едва я снимала фальшивое ухо, — пальцы Голубы дотронулись до места, где не так давно было это самое фальшивое ухо. — А перед тобой я предстала, так сказать, во всём своём великолепии. Я думала, что ты тут же выставишь меня за дверь. Морально я была готова даже к тому, чтобы одеться прямо на лестничной площадке.

— Это было нетрудно, — Юрий виновато улыбнулся.

— Потому что я очень сильно похожа на твою бывшую жену Вику?

— А ещё потому что у меня полгода не было женщины.

— Разве такое возможно? — холодное недоверие враз прогнало со щёк Голубы багрянец смущения.

— Голуба! — выразительно протянул Юрий. — Вообще-то, по законам любовного жанра, это тебе полагается после секса спрашивать меня, женюсь я на тебе или нет. А тут, понимаешь, мне приходится допытываться, выйдешь ли ты за меня замуж или нет.

Щёки Голубы в момент покраснели вновь. Между тем Юрий наполнил бокалы и принялся за еду. Точнее, обильно закусывать. Так всегда бывает, когда долго сидишь на одной «похлёбке». Даже простой виноград кажется пищей богов, а не самое дешёвое шампанское так вообще чем-то запредельным. Вот и Голуба как-то быстро и незаметно перетаскала большую половину виноградной грозди. Точно, про себя Юрий лишь усмехнулся, и она привыкла питаться «похлёбкой» без вкуса. Вот и сейчас её вкусовые рецепторы с восторгом отмечают праздник обалденного вкуса.

— Или, — Юрий театрально нахмурился, — мне ещё раз пройти испытание? Правда, я уже не совсем трезвый, — ноготь указательного пальца выразительно брякнул по стеклянному бокалу с шампанским.

— А знаешь… А давай! — Голуба резко выпрямилась на табуретке. — Я так давно мечтала сделать это.

Что именно Голуба так давно мечтала сделать, спросить Юрий не успел. Былая скованность и отстранённость враз покинули Голубу. Или свою лепту успели внести два бокала хорошего шампанского? Так или иначе Голуба затащила Юрия под душ и включила воду. Сырые трусы едва не забили сток. Закончилось тем, что она повалила Юрия на пол, а сама взгромоздилась на него сверху.

— Истинная женщина, — только и сумел произнести Юрий, когда Голуба поднялась с пола, а потом мягко, но настойчиво, вытолкнула его из душевой, из его, между прочим, душевой.

Дверь в ванную захлопнулась, вскоре за ней опять загудел фен. И смех и грех, Юрий тихо рассмеялся, он вновь почувствовал себя женатым. Вика так редко одаривала его любовью под тёплыми струями воды, зато каждый раз точно таким же образом выталкивала его в коридор, закрывала дверь и начинала приводить себя в порядок. Всё, что Юрию осталось, так это принести Голубе третье и последнее сухое и чистое полотенце в его доме. Каково же было его удивление, когда спустя полчаса Голуба вышла из ванной завёрнутая в полотенце. Тщательно высушенные волосы забраны на затылке в хвост.

— Отвернись, мне нужно одеться, — потребовала Голуба.

— Но как же, это…, — от удивления Юрий растерялся.

— Отвернись, — ещё более решительно потребовала Голуба.

Ну ладно, Юрий послушно отвернулся. Шелест ткани за спиной продолжался от силы минуты две. Когда же терпение иссякло и он вновь повернулся к нежданной любовнице, то застал Голубу уже на пороге квартиры. Ботинки на ногах, а демисезонная куртка вот-вот окажется на её плечах.

— Э! Ты чего? — Юрий торопливо шагнул из гостиной в прихожую. — Вообще-то я дважды прошёл испытание. Теперь ты просто обязана выйти за меня замуж.

Шутка получилась так себе, Голуба даже не улыбнулась.

— Прости, но мне надо подумать, — Голуба натянула на голову чёрную вязаную шапочку. — С моей стороны это был чисто импульсивный поступок. Я узнала, где ты живёшь. Настоящая удача уже в то, что я наткнулась на тебя прямо на улице. Но, вообще-то, — Голуба оторвалась от зеркала возле вешалки и глянула на Юрия, — я на эмоциях примчалась в Бечевинку, чтобы найти и загрызть конкурента, а не выйти за этого самого конкурента замуж. Если бы ты жил со мной в одном городе, здесь или в Петропавловск-Камчатский, то я с удовольствием стала бы твоей любовницей. А так…

Входная дверь закрылась за спиной Голубы. Юрий тупо повернул рукоятку замка, язычок звонко щёлкнул. И как это понимать? Ну да, тело Голубы, мягко говоря, обезображено давней автомобильной аварией. Она действительно едва уцелела. Только он уже успел привыкнуть к ней. Ведь она, прости господи, так похожа на Вику. Похожа и телом, и лицом, и манерой держаться. А что такое физические увечья в наше время? Расходы, и не более того. Вопрос времени и денег.

В гостиной Юрий опустился на диванчик. Теперь понятно, почему Голубе так важно запустить собственный бизнес. Ей нужны деньги, и деньги немалые. Такова особенность страховой медицины. Врачи вполне, буквально за яйца, могут вытащить с того света. Пришить хоть руку, хоть ногу — не проблема. А вот пластика, чтобы убрать страшные шрамы и нарастить недостающие пальцы с ухом, дело весьма и весьма дорогое и только за свой счёт.

Глава 15. Три из четырёх

Глаза переместились на часы на стене. Всего лишь вторая половина воскресного дня. И чем, спрашивается, теперь заняться? А ведь была отличная возможность сводить Голубу в кафе, или даже в ресторан. Да хоть в какой-нибудь клуб! Только не в ночной, а то завтра с утра на работу. Но! Вместо развлечений и продолжения знакомства, Голуба просто ушла. Похоже, ей и в самом деле нужно побыть одной и подумать. А то и в самом деле глупо получилось: конкурентов полагается уничтожать, а не выходить за них замуж. Ну что же, это её право.

Жалко только, что они так и не успели обменяться телефонными номерами. Вот тебе и секс на первом свидании. Хотя… Юрий вскочил с дивана и торопливо прошёл в ванную Точно! Голуба забыла-таки на полке над раковиной перед зеркалом расчёску и фен.

— Истинная женщина, — Юрий печально усмехнулся.

Голуба не стала утруждать себя скромностью, а тупо сдвинула помазок, бритву, шампунь и прочие личные вещи Юрия в сторону. На освободившееся место как раз и легли расчёска с феном. Зато, как знать, может она вернётся. Вернётся хотя бы для того, чтобы забрать свои вещи. Или не вернётся и оставит, так сказать на память, расчёску с феном. А если и в самом деле оставит, то вряд ли она была бы для него хорошей женой.

В гостиной Юрий вновь плюхнулся на диван. Идти куда бы то ни было расхотелось окончательно. Сегодня у него и так было первое свидание, которое оказалось последним. И вот ещё одно, так сказать, свидание. Потерять в один день двух женщин — это перебор. Как всегда, выручил бездонный Интернет. Юрий принялся лениво просматривать различные фильмы и ещё более рассеянно просматривать новости. Видео, как известно, самый лучший способ отключить мозги.

Вторая половина дня и вечер за просмотром дебильных фильмов и неинтересных новостей пролетели быстро и незаметно. Как обычно, ровно в десять вечера Юрий забрался в постель. Ждать возвращения Голубы глупо, да и поздно уже. Вон, Юрий понюхал подушку, даже её запаха не осталось. А завтра будет новый день, новый понедельник. Какой бы облом не случился в его личной жизни, но работа прежде всего. Да здравствует сайт «Два кольца» и старая народная мудрость — кто ищет, тот всегда найдёт. Однако, едва Юрий накрылся одеялом, как по квартире прокатился неуверенный стук во входную дверь.

— Голуба? — только и сумел вымолвить Юрий, когда распахнул входную дверь.

Прошло часов пять-шесть, как она выпорхнула из его квартиры. Естественно, возможности навести марафет у неё не было. Сколько же прохожих шарахнулось от неё прочь при виде шрамов на её правой скуле и не видя на привычном месте левого уха. Впрочем, просторная чёрная шапочка надёжно скрывает и правое ухо. Главное же, на лице Голубы всё то же растерянное выражение, так что вряд ли она вообще заметила хотя бы одного прохожего на улицах Бечевинки.

— Э-э-э…, — протянул Юрий, — ты пришла за своими вещами?

Как обычно, в самый ответственный момент в голову пришла только самая ответственная глупость.

— Какими вещами? — встрепенулась Голуба, будто только что проснулась.

— Ну, это, расчёска, фен, — перечислил Юрий.

— А, нет, — Голуба неопределённо махнула рукой. — То есть да, и за вещами в том числе. Признаться, — лоб Голубы задумчиво наморщился, — я так и не смогла прийти к определённому выводу. Но и купить билет в Петропавловск-Камчатский я тоже так и не смогла, рука не поднялась. Если твоё предложение всё ещё в силе, пустишь переночевать?

— Да, да, конечно, — Юрий торопливо отступил в сторону.

Былая хандра и печаль растворились в воздухе. Радость, самая настоящая радость, нахлынула на него, когда Юрий, согласно всем законам вежливости, помог Голубе снять демисезонную куртку и аккуратно повесил её на вешалку. А когда она наклонилась, чтобы снять ботинки…

— Прости, но я так и не сообразила заглянуть хоть в какой-нибудь общепит.

Намёк более чем прозрачный.

— Прости, — в свою очередь Юрий всплеснул руками, — но я так и не сбегал в магазин за хоть чем-нибудь более вкусным, нежели «похлёбка» без вкуса.

— Если это предложение поужинать «похлёбкой», то я согласна, — тут же заявила Голуба.

— Тогда прошу на кухню.

Лишь на кухне, искоса поглядывая, как Голуба кушает, Юрий окончательно убедился, что она и в самом деле сидит на «похлёбке» без вкуса. Гостья отмерила и развела водой ровно столько, чтобы машинально съесть универсальную еду и не поморщиться, когда «похлёбка» «превратилась в картон».

Самая страшная коммерческая тайна фирмы «Триникум», что производит «похлёбку» без вкуса, как раз в том и состоит. Когда голоден, когда готов за раз проглотить хоть слона, у «похлёбки» какой ни какой вкус всё же есть. Все его описывают по разному. Лично Юрию кажется, что у синтетической еды вкус манной каши, только сильно разбавленной водой. Но в тот момент, когда нужное количество жиров, белков, углеводов, витаминов и прочих полезных питательных веществ оказывается в желудке, вкус у «похлёбки» тут же пропадает. Лично Юрию кажется, будто он становится сырым картоном.

Поздний ужин прошёл в тишине. Юрий ничего не ел, ибо уже перекусил. Голуба машинально ложка за ложкой забросила «похлёбку» в рот, а потом так же на автопилоте сполоснула за собой посуду. Хотя чего там мыть? Тарелка, ложка и кружка.

— Ну, так это, мне перебраться на диван? А тебе, как гостье, освободить кровать? — Юрий попытался пошутить.

— Не нужно, — ответила Голуба. — Я с удовольствием составлю тебе компанию в постели. Надеюсь, у тебя найдётся ещё одна подушка?

Ещё одна подушка у Юрия так и не нашлась. Привет экономии холостяка. Зато куртка, свёрнутая валиком и запихнутая в наволочку, подошла ни чуть не хуже. Они так и легли под одним одеялом.

Приятная истома растеклась по телу, Юрий блаженно улыбнулся. Как же приятно вновь почувствовать себя женатым. Голуба обняла его и прижалась всем телом.

— Я давно мечтала сделать это, — с закрытыми глазами прошептала Голуба.

— Что именно? — вежливо поинтересовался Юрий, хотя её слова немного покоробили.

— Провести ночь с мужчиной в одной постели.

— Кххммм, — Юрий прочистил горло, чтобы бы хотя бы так скрыть собственное смущение. — Секс на трезвую голову и в постели в голом виде при ярком свете у тебя уже был. Секс не на совсем трезвую голову в голом виде под душем тоже был. В одном постели с мужчиной ты уже, надеюсь, до утра. Так о чём ещё ты давно мечтала?

— О-о-о…, — Голуба так и не распахнула глаза, — осталось самое последнее: «потереть спинку в бане», заодно и помыться.

А при чём тут баня? Юрий в недоумении уставился на Голубу, но уточнять так и не стал. Молодая женщина уже ровно дышит, проще говоря, она уснула. Набегалась за день. Нежданно, негаданно разом исполнились три из четырёх её заветных желаний. Вот и вырубилась в момент. Хотя… Понятно, при чём тут баня.

В голову пришли детские воспоминания о Вельшино, о реальном Вельшино. Когда Юрий был подростком, то часто обсуждал с друзьями, чем именно взрослые так любят заниматься в бане, вдали от глаз детей и прочих родственников. Увы, пока личной бани у него нет. И всё-таки, почему «потереть спинку» именно в бане? А-а-а… Юрии сдавленно хихикнул, понятно почему.

Чтобы там не говорили об американцах, как бы их не ругали за «золотой миллиард» и последующий крах этого самого «золотого миллиарда», однако в деловой практичности им не откажешь. И вот у американцев существует казалось бы глупая поговорка: «Какой именно человек относится к среднему классу?». И ответ не менее глупый: «Тот, кто владеет газонокосилкой». Получается, что одно тянет за собой другое.

Саму по себе газонокосилку купить нетрудно. Они продаются в любом худо-бедно приличном хозяйственном магазине. Но! Чтобы возникла нужда в личной газонокосилке, нужен личный газон. А где у простого человека может быть личный газон? Правильно — чаще всего перед личным домиком. А личные дома с личными газонами традиционно располагаются на окраинах городов, а то и вообще в пригородных посёлках. А работа, как правило, в центре города. Значит, к личным газонокосилке и домику ещё нужен автомобиль, чтобы ездить на работу в центр города. Вот так и получается, что самая обычная газонокосилка является самым верным признаком принадлежности к среднему классу.

С некоторой натяжкой нечто подобное можно сказать и о бане. Конечно, как и траву можно подстригать в общественном парке, так и в баню можно ходить общественную. Благо можно снять отдельный номер. Но лучше всего, когда баня своя. В реальном Вельшино у каждого жилого дома была своя баня. А это же… Юрий вновь глянул на Голубу.

— Тебя интересует мой социальный рейтинг? — спросила Голуба, оказывается она не спит, а только притворяется.

— Да, — Юрий не стал отрицать очевидное.

— 520 баллов.

— Ох ты, — с восторгом выдохнул Юрий.

— Что? — Голуба приоткрыла правый глаз. — Я слишком хороша для тебя?

— Хороша, но не настолько, чтобы это стало обидно, — ответил Юрий. — Надеюсь, ты понимаешь, зачем для участия в конкурсе допускают холостых и незамужних?

— Чтобы они переженились и создали полноценные семейные фирмы, — Голубу затрясло от тихого смеха. — Я только это сейчас поняла, почему конкурсы не анонимные, и почему любого другого участника найти не так уж и сложно. В принципе.

— Голуба, так в чём проблема? Давай объединим наши планы, выступим общим фронтом. И тогда главный приз наш. Сама догадываешься, или подсказать, на что именно мы пустим нашу первую реальную прибыль?

Пальцы Голубы пробежались по страшным шрамам на её правой скуле.

— Естественно, мы поженимся, — закончил Юрий.

— Не успеем, — Голуба натянула одеяло до самого подбородка. — По закону требуется тридцать календарных дней. Всё равно не успеем, даже если прямо завтра подадим предварительную заявку.

О-о-о! Юрий порадовался про себя. Голуба знает тонкости семейного кодекса.

— По правилам конкурса, если ты забыла, может победить и холостяк, либо незамужняя, — Юрий поправил сам себя. — Даже больше, у победителя будет целый год на создание полноценной семьи. А с нашей стороны будет не только общий план, но и предварительная заявка. Уверен на все сто: это не просто прокатит, это станет для нас очень жирным плюсом. В свою очередь в договоре с нами просто появится дополнительный пункт, который обяжет нас заключить брак в положенный законом срок.

— Уж замуж невтерпёж? — произнесла Голуба. — Или тебе так не терпится узнать самые позорные подробности моего социального рейтинга?

— Вообще-то, — Юрий недовольно шмыгнул носом, — из чего состоит мой социальный рейтинг ты тоже узнаешь. Кроме того, наиболее позорные страницы своей биографии я тебе уже рассказал.

— Я, это…, — Голуба было зашевелилась, но Юрий прижал указательный палец к её губам.

— Не надо ничего говорить, — Юрий убрал руку обратно под одеяло. — Утро вечера мудренее. Давай спать. А завтра ты всё окончательно решишь.

— Давай, — легко согласилась Голуба.

Новая знакомая и в самом деле быстро уснула. Надо бы последовать её примеру. Но… Юрий лишь зря перевернулся с боку на бок, а потом обратно. Он слишком возбуждён. Его вновь окутало счастье, он вновь почувствовал себя женатым человеком. Рядом с ним, под одним одеялом, лежит женщина, красивая и умная женщина. Пусть её тело обезобразили какие-то там шрамы, но это всё временно. Современная пластическая хирургия творит чудеса. Главное, Юрий едва не задохнулся от восторга, о такой удаче он не мог даже мечтать. Вика, любимая Виктория Лимасова, вернулась к нему уже в реальности. Да, пусть под другим именем и с другой судьбой, но до чего же Голуба похожа на неё. Ну и, очень приятный бонус, Голуба не просто моложе Юрия, а почти ровесница. Для крепкого и полноценного брака это очень хорошее обстоятельство. Как ни как, а с Викой Юрий нередко ощущал себя ребёнком. Ведь первая жена и в самом деле годилась ему в матери.

Глава 16. Пятьдесят процентов

Тихая, но настойчивая, мелодия будильника выдернула Юрия из объятия сна. Мозг ещё спит, но руки уже сами стянули с прикроватной тумбочки смартфон, указательный палец ткнулся в большую красную точку на экране. Мелодия тут же стихла. Это хорошо, Юрий осторожно положил смартфон обратно на прикроватную тумбочку. На гаджете стоит тихая приятная музыка, которая лишь постепенно становится всё громче и громче. А то будь у него классический механический будильник, то своим звоном он разбудил бы не только Юрия, но и заодно всю округу. А так он успел проснуться до того, как будильник заодно выдернул из объятий сна ещё и Голубу.

Осторожно, стараясь не шуметь, Юрий выбрался из-под одеяла. Настроение — во! Вот уж точно: для того, чтобы полноценно выспаться, нельзя спать в одиночестве. Ладно, Юрий поправил одеяло, пусть Голуба спит. Хотя, конечно, по всем законам любовного жанра ему полагается приготовить завтрак и сварить кофе. Причём, и то и другое нужно подать в постель. Но, увы, кофе нет и никогда не было. Да и на работу собираться нужно. Утренний ритуал расписан едва ли не по секундам.

Но, как бы Юрий не старался вести себя словно мышь в чулане, Голуба всё равно проснулась и заявилась на кухню в импровизированной ночной рубашке. Это тоже классика любовного жанра: специально для новой знакомой Юрий пожертвовал свою футболку.

— Доброе утро, любимая, — Юрий на миг оставил традиционную утреннею «похлёбку». — Совсем забыл спросить. Ведь сегодня понедельник, разве тебе не нужно на работу?

— Конечно нужно, — с сушилки над раковиной Голуба подхватила чистую тарелку, ложку и кружку. — Только ещё вчера вечером я договорилась со своей начальницей Лидией Васильевной. Она, конечно, жутко удивилась, но предоставила-таки мне отгул на понедельник по семейным обстоятельствам.

— И каким именно семейным обстоятельствам? — полушутя, полусерьёзно поинтересовался Юрий.

— Да так, — Голуба присела на табуретку за обеденный стол, — я честно призналась начальнице, что получила предложение выйти замуж. Ты бы видел её глаза…, — протянула Голуба. — А если на моём безымянном пальце и в самом деле окажется золотое обручальное кольцо, то она отпустит меня за счёт фирмы сразу на месяц. Но, — лицо Голубы враз стало серьёзным, — сегодня вечером мне нужно будет вернуться в Петропавловск-Камчатский.

— Ну-у-у…, — Юрий принялся мучительно вспоминать расписание автобусов до столицы Камчатского края, — в принципе, до девяти вечера время у тебя есть. Ради такого случая я готов оплатить тебе билет на самолёт.

— Ну уж нет, — Голуба улыбнулась в ответ и принялась методично размешивать «похлёбку», — деньги, вообще-то, у меня тоже есть. Я потому и сижу на этой гадости, — ложка выразительно хлюпнула по жидкой синтетической пище, — что коплю на собственный бизнес. Накопить достаточно, конечно, всё равно не получится. Но даже лишняя тысяча существенно облегчит неизбежное кредитное бремя.

— Это верно, — охотно согласился Юрий.

Завтрак, хотя вернее его будет назвать «приём пищи», быстро закончился. Юрий подвёл Голубу к своему ноутбуку, включил его и показал, в какой именно папке хранится его бизнес-план. Отсутствие сна обернулось благом: пока Юрий ворочался с боку на бок, заодно успел много чего тщательно обдумать. Вот так он и решил, что Голуба в обязательном порядке должна ознакомиться с его бизнес-планом.

— Не боишься, что я уведу у тебя самые ценные идеи? — спросила Голуба, глядя на Юрия со стула снизу вверх. — Может быть, так сказать, на паритетных началах ты желаешь ознакомиться с моим бизнес-планом?

— Было бы неплохо, но мне реально некогда, — ответил Юрий.

— Тогда зачем…

— Должен же кто-то из нас двоих сделать первый шаг. Если ты забыла, то мне реально нужна жена и деловой партнёр.

— Но, это…, — Голуба неуверенно заёрзала на стуле.

— Если ты решишь предать меня, то лучше сделай это прямо сейчас. Проигрыш в конкурсе я как-нибудь переживу. На самый худой конец я всегда могу обратиться за помощью к лесоводам Кругликовым.

— Так ты же, вроде, не хотел…, — начала было Голуба.

— Время лечит, — ответил Юрий. — Полгода спустя идея вернуться в реальное Вельшино уже не кажется мне дикой.

— Никогда бы не подумала, что ты настолько рисковый человек, — призналась Голуба.

— Милая моя, — Юрий погладил Голубу по голове, — на самом деле риск едва ли не минимален. У меня полно оснований надеяться, что ты всё же выйдешь за меня замуж.

— Это ещё почему? — Голуба с лёгким хлопком опустила экран старенького ноутбука.

— Голуба, при всём уважении, я не собираюсь ни оскорблять тебя, ни тем более унижать, только сказать, как оно есть на самом деле, — начал было Юрий.

— Да, да, я поняла, — нетерпеливо произнесла Голуба.

— Ну раз поняла, то…, — Юрий собрался с духом, — тебе муж нужен гораздо больше, чем мне жена.

— С чего ты так решил? — Голуба напряглась, но так и не сорвалась на грязную ругань.

Юрий расслабленно улыбнулся. Приятно осознавать, что Голуба не только умная женщина, но ещё и вполне адекватная. Раз так, то можно смело продолжить «прогулку по тонкому льду».

— Видела бы ты себя со стороны, — начал Юрий. — Вчера днём на меня едва ли не в прямом смысле напала недотраханная женщина. Сейчас же былая стервозность и злость уже исчезли из твоего голоса и взгляда. Сама понимаешь, — Юрий не сумел сдержать пошлую улыбку, — вчера тебя трахнули два раза. Можно было бы и в третий раз, но мне реально пора на работа. Ну и походя исполнились три из четырёх твоих заветных желаний.

На лице Голубы промелькнуло напряжение, но вместо ругани она расслабленно рассмеялась и ответила:

— Это ещё нужно разобраться, кто кого трахнул. Хотя да, чего уж тут обижаться, ежели оно так и было на самом деле. А за три из четырёх заветных желаний и в самом деле спасибо.

Регулярная половая жизнь важна не только для мужчин, но и для женщина. Если верить психологам, то именном во время секса, точнее оргазма, женщина разряжается психологически. Почему, собственно, без регулярного секса у женщин едет крыша и они становятся злыми и раздражительными.

— Вот, — Юрий опустил на стол рядом с ноутбуком запасную ключ-карту от квартиры. — Мало ли захочешь куда отлучиться. И разверни ноутбук.

В текстовом редакторе Юрий быстро напечатал номер своего сотового телефона.

— И зачем мне всё это? — указательный палец Голубы ткнулся в экран.

— Вообще-то сегодня нам предстоит сделать очень важное дело — подать предварительную заявку на заключение брака. Если ты не в курсе, то в ЗАГСе мы должны быть во плоти. Дистанционно не получится.

— Зато отменить заявку можно дистанционно из дома, — как бы невзначай заметила Голуба.

— Верно, — Юрий кивнул. — А всё остальное мы вполне можем обговорить и сделать либо по телефону, либо через Интернет.

— Но почему ты так уверен, что я выйду за тебя замуж? — тихо возмутилась Голуба.

— Сто процентной уверенности нет, но шансы очень хорошие. Ну всё, мне пора, — Юрий торопливо чмокнул Голубу в щёчку и выскочил из квартиры.

Прокатит или нет? Да какая разница! Юрий не стал дожидаться лифта, а так и рванул на своих двоих на первый этаж. Он и так застрял дома дольше положенного. Придётся идти на работу весьма и весьма бойким шагом. Пусть официально никто не отмечает, во сколько именно он приходит на работу, но Армэн Лазаревич в любой момент, на правах начальника, может узнать в полиции, когда склад был снят с сигнализации. Причём, он может получит распечатку хоть за месяц, хоть за год. Да и первые грузовики с товарами могут прибыть уже в пятнадцать минут девятого. Автопилот ничего не скажет, а вот заведующие магазинами сказать могут, причём, много чего и далеко не всегда цензурными словами.

Ещё только торопливо шагая на работу Юрий думал, будто не сможет погрузиться в привычную круговерть приёма и отправки товаров с головой. И дело не в том, что он практически не знает Голубу, хотя и успел дважды заняться с ней сексом. Красть из квартиры нечего, Юрий и так живёт весьма скромно. А что касается бизнес-плана, то он сам решил показать его Голубе. Обманывать самого себя глупо. Больше всего Юрия терзает страх, что вечером после работы он застанет свою квартиру пустой. Голуба и в самом деле может легко и просто упорхнуть из его жизни. И если заодно она и в самом деле утащит пару самых ценных идей из его бизнес-плана, так это будет весьма и весьма малая потеря перед гораздо более солидным разочарованием.

Но, едва в кабинете под крышей склада, Юрий нацепил родную синюю спецовку с логотипом фирмы «Гийкан», как с протяжным гудком нагрянул первый грузовик. Огромная стальная буханка на колёсах остановилась точно в четырёх метрах от створок ворот. Ну да, Юрий торопливо запустил электронный рабочий стол, понедельник — день тяжёлый. За выходные дни запасы в магазинах шаговой доступности успели несколько истощиться. Да и нет в магазинах запасов как таковых. Юрий не то, что погрузился с головой в привычную работу, а нырнул в неё словно с высокого обрыва.

До самого обеда у Юрия просто не нашлось времени для волнений и глупых мыслей. Лишь в час дня, когда очередная стальная буханка лихо выкатила из ворот склада, Юрий вернулся в кабинет под крышей. Зато какой же приступ радости он пережил, когда на экране смартфона, который он благополучно забыл на столе, нашёл аж целых пять пропущенных звонков с одного и того же неизвестного номера. Можно не сомневаться — это Голуба! Догадка тут же подтвердилась, когда Юрий перезвонил.

Вторая половина дня пролетела быстрее первой. На этот раз Юрию пришлось разгрузить четыре фуры, что привезли товар из Петропавловск-Камчатский.

— Ох! Какой сюрприз! — радостно воскликнул Юрий, едва калитка склада захлопнулась за его спиной.

Как и полагается, в шесть часов вечера Юрий закончил работу и поставил склад на сигнализацию. Голуба уже ждёт его на улице.

— Привет, родная, — Юрий не удержался и поцеловал Голубу в щёчку. — Если ты здесь, значит твой ответ «Да»?

— Вообще-то, — Голуба тихо рассмеялась, — предложение руки и сердца полагается делать не так.

Намёк понятен. Юрий тут же опустился перед Голубой на одно колено, протянул к ней правую руку и заговорил самым что ни на есть торжественным голосом:

— Дорогая Лунина Голуба… Э-э-э… Как тебя по батюшке?

— Александровна, — тут же подсказала Голуба.

— Дорогая Лунина Голуба Александровна, — Юрий начал заново, — разрешите предложить вам руку и сердце! А так же пятьдесят процентов в нашей будущей семейной фирме… Э-э-э… А как будет называться наша будущая семейная фирма?

— «Арктика».

— А почему «Арктика»? — удивился Юрий. — И вообще при чём здесь Арктика?

— Ну-у-у…, — Голуба замялась. — Сама Арктика тут не при чём. Но я давно мечтаю назвать свою семейную фирму именно так.

— Хорошо. — Юрий не стал спорить, — путь будет «Арктика». И так…

Дорогая Лунина Голуба Александровна, разрешите предложить вам руку и сердце! А так же пятьдесят процентов в нашей будущей семейной фирме «Арктика»! — с пафосом произнёс Юрий. — В общем, выходи за меня замуж!

— Ах, это так неожиданно! — с наигранной простотой Голуба принялась ломаться. — Но, так и быть, я согласна!

— Ура! — Юрий тут же вскочил на ноги, подхватил любимую и крутанулся вместе с ней в замысловатом танце.

— Но! Но! Уронишь! — Голуба звонко расхохоталась.

Только при взгляде в упор Юрий заметил, что оба страшных шрама на правой скуле Голубы хоть и замазаны тонизирующим кремом, но уже без былой тщательности и толщины. Это хороший признак. Это значит, что собственные уродства на теле и коже уже не так сильно волнуют Голубу, как это было ещё сутки назад.

— Хорошо, пошли, — Голуба подхватила Юрия под руку. — Где тут у вас ЗАГС? Веди.

— На том конце города, — Юрий ткнул пальцем вдоль улицы.

— Такси?

— Мне бы не хотелось, — ответил Юрий. — Да, денёк выдался напряжённый, как оно обычно бывает по понедельникам, но мне как раз нужно прогуляться пешком, чтобы остыть и успокоиться. Но если желаешь…

— Нет, нет, — Голуба энергично тряхнула головой. — Я тоже не прочь прогуляться, остыть и успокоиться. А то никогда не думала, что вот с этим, — пальцы Голубы выразительно дотронулись до правой скулы, — мне, всё-таки, сделают предложение выйти замуж.

Бечевинка сам по себе город небольшой. Не прошло и пяти минут, как они вышли на Таёжный проспект, что ведёт в центр города.

— Знаешь, Юрий, — задумчиво произнесла Голуба, — я внимательно ознакомилась с твоим бизнес-планом.

— И-и-и? — выразительно произнёс Юрий. — Понравилось?

— Хуже, — Голуба печально вздохнула.

— Что хуже? — Юрий не на шутку встревожился.

— Я вдруг поняла, почему с треском проиграла предыдущие пять конкурсов, — слова Юрия Голуба пропустила мимо ушей. — И почему непременно с треском проиграла бы и шестой.

Я хороший экономист, и в самом деле хороший. Но именно это обстоятельство и погубило меня. Так свой бизнес-план я начала с обзора рынка промышленных сканеров. Ну, это, что потребуются для сканирования рукописного текста. Потом перешла на поиск наиболее оптимальной модели компьютера для распознавания текста. Точнее, уже киберпомощника достаточной мощности. Я тщательно просчитала доставку, оплату, лизинг и прочее.

Для доводки программ распознавания рукописного текста я планировала привлечь сторонних специалистов, либо фирмы, либо даже фрилансеров. И, опять же, обзор рынка, возможные расходы.

Если коротко, то я ко всему подошла с экономической точки зрения. Всё тот же поиск наиболее оптимального соотношения цена-качество, доставка, обслуживание, привлечение необходимых специалистов.

— И что здесь плохого? — встрял Юрий. — Звучит более чем логично.

Однако Голуба вновь пропустила его слова мимо ушей и продолжила.

— Ты же, Юрий, инженер. К своему бизнес-плану ты подошёл с технической точки зрения. Так, самое главное, ты сперва просчитал, какой именно тебе потребуется сканер для распознавания рукописного текста. И это в связке с последующей обработкой сканов на компьютере, точнее, тоже киберпомощника. И уже из выведенных технических характеристик ты сделал обзор рынка.

Больше всего меня убило доводка программ для распознавания текста. Сперва ты отметил собственные навыки. Потом отметил навыки, которых у тебя нет, но которые непременно потребуются. Следующий шаг, необходимые курсы, где их пройти, а так же стоимость. И всё это только для того, чтобы самому и только самому доводить до нужного результата уже существующие программы распознавания. В итоге это даст не только существенную экономию на сторонних специалистах, но и гибкость. Как я поняла, ты предложил доводить программу распознавания текста буквально под конкретный подчерк. Я до этого не додумалась вовсе.

А ещё в твоём бизнес-плане всплыл громадный опыт конкретного производства. Так ты предложил купить на рынке неисправные автоматические погрузчики для крупнотоннажных контейнеров. Естественно, с лёгкой и средней степенями неисправности, дабы потом самому полностью их отремонтировать. Для этих же целей ты запланировал приобрести полный комплект ремонтного оборудования вплоть до средних ремонтных модулей и один малый для электроники. Расчёт на то, что ты сам будешь ремонтировать не только автопогрузчики, но и прочую технику, вплоть до водопровода и канализации. И это всё даст тебе огромную экономию средств, времени и гибкость.

Буквально в каждой строчке твоего бизнес-плана чувствуется, как ты привык выбивать из начальства требуемый бюджет. Для чего собственно и нужно железобетонное основание трат. Иначе начальник не даст ни копейки.

Если подвести итог, то твой технический подход гораздо эффективней моего финансового. Из-за своей профессиональной деформации на деньги я бы этот конкурс точно проиграла бы. Я потому и попала в финал, что мой бизнес-план с экономической точки зрения прописан идеально.

— Именно по этим причинам ты и решила выйти за меня замуж?

— А, разве, ты сам упорно не звал меня замуж? Крепче любить будешь.

— Это точно, — Юрий расслабленно рассмеялся. — Признаться, как раз с точки зрения финансов мой бизнес-план слаб прежде всего. Уж чего точно у меня нет, так это тщательного обзора рынка техники и оборудования. Я, это, в зависимости от размера гранта предполагал их выбирать.

— Это точно, — Голуба кивнула. — Уж очень ты боялся превысить отпущенный тебе бюджет. А то директор ругаться будет и премий лишит.

— Зато теперь, — весело протянул Юрий, — я с превеликим удовольствием спихну на твои хрупкие плечи все финансы, всю юриспруденцию и прочую бюрократию заодно. А сам сосредоточусь исключительно на производстве, на решении технических проблем.

— Я так и знала, — незлобно произнесла Голуба. — Все вы мужики одинаковые. Чую, теперь уже из меня ты будешь выбивать нужный тебе бюджет.

— Не без этого, — Юрий тихо рассмеялся.

Вот так, в буквальном смысле на ходу, они разделили главные обязанности в ещё не созданной семейной фирме. Что самое интересное, подобное разделение можно проследить если не во всех, то в очень и очень многих семейных фирмах. Семья лесоводов Кругликовых типичный пример. Егор Назарич занимается производством, ремонтом и обслуживанием роботов, а так же прочими техническими вопросами вплоть до водопровода и канализации их усадьбы. Тогда как его жена Галина Назарич ведёт бухгалтерию фирмы и отвечает за все юридические вопросы.

— Дорогая, — примирительно произнёс Юрий, — а ты глянь на свои обязанности с другой стороны.

— Это с какой же? — Голуба тут же насторожилась.

— Ну как же, раз в нашей фирме именно ты будешь распоряжаться финансами, то всяко сможешь больше тратить на себя. Там…, — Юрий на миг задумался, — юбочки, трусики, колготки и прочие наряды, а так же крема, губные помады и прочая косметика. Да и мало ли ещё какие дамские штучки ты сможешь позволить себе купить. И это не говоря уже о хирургической пластике.

— А ты откуда знаешь?

— Голуба, не забывай, я был женат, почти, — пояснил Юрий. — Да и с людьми общаюсь, знаешь ли. Во многих семьях именно женщины ведают финансами, благодаря чему извлекают личную выгоду. Мужья, в свою очередь, смотрят на подобные траты сквозь пальцы. В пределах разумного, конечно, не в ущерб всем прочим бытовым расходам и коммуналке. Ведь каждому мужику приятно, когда его женщина одета красиво и со вкусом. Особенно, — Юрий многозначительно поднял указательный палец, — это касается нижнего белья.

За разговорами они незаметно дошли до ЗАГСа. Уже знакомая Юрию женщина-оператор по ту сторону окошка подозрительно глянула на него.

— Так получилось, уважаемая, — Юрий виновато развёл руками. — Но на этот раз я очень и очень надеюсь, что всё у нас получится.

Вполне искренние слова Юрия растопили ледяное сердце женщины-оператора. Так что дальнейшая регистрация предварительной заявки прошла без сучка и задоринки. Даже больше: уже немолодая женщина-оператор с доброй улыбкой поздравила их с предстоящим бракосочетанием.

— И что это было? — подозрительно поинтересовалась Голуба, когда они вновь вышли на улицу.

— Ты о чём? — переспросил Юрий.

— Почему служительница ЗАГСа сперва так странно на тебя глянула, — уточнила Голуба.

— А, это, — Юрий несколько смутился, — печальная история. Где-то полгода назад я уже заходил в этот ЗАГС к этой же служительнице. Тогда я был с Милой, которая уже в «Благодатном мире».

— А, бывшая соседка по подъезду, — вспомнила Голуба.

— Она самая, — Юрий печально вздохнул. — Мне её бывший морду набил.

— Боишься, что история повториться?

— Есть такое, — Юрий пожал плечами. — Только, так сказать, свой самый страшный скелет в шкафу ты мне уже показала. А сама не боишься найти в моём шкафу нечто ещё более страшное?

— Это вряд ли, — отмахнулась Голуба. — Безграмотный паренёк-сектант, который в прямом смысле родился в дремучем лесу, сумел прямо в «Благодатном мире» получить высшее образование, найти работу и заработать пятьдесят тысяч на реабилитацию…

— Семьдесят тысяч, — поправил Юрий. — Ещё двадцать пришлось накопить в качестве «подушки безопасности».

— Тем более семьдесят тысяч. Это, знаешь ли, очень хорошая рекомендация. Но, позволь мне рассказать о себе несколько подробней.

— Зачем? — спросил Юрий. — Мне теперь доступна подноготная твоего социального рейтинга. Как и тебе моя.

— Всё так, — Голуба недовольно поморщилась, — но будет лучше, если самые позорные подробности своего социального рейтинга я расскажу сама.

— А, разве, ты не всё мне рассказала?

— На всякий случай расскажу ещё раз.

Голуба и в самом деле много чего успела рассказать и так, хотя всплыли новые детали и подробности. Но в целом её история по-своему весьма типичная.

Невеста родилась в Петропавловск-Камчатский. До двенадцати лет она жила самым обычным, вполне себе счастливым ребёнком. Но всё изменилось после той страшной автомобильной аварии. Её родителей отправили в «Благодатный мир» не только за грубое нарушение правил дорожного движения. Отец Голубы официально был признан виновником той аварии на дороге. Но и это ещё не всё.

Родители Голубы были бизнесменами, не самыми крупными, но уже не мелкими. Что-то там они нахимичили. Что именно Голуба понятия не имеет. Двенадцатилетнюю девочку такие скучные слова как «финансы», «налоги» и прочие не интересовали вообще. Автомобильная авария стала последней каплей, после чего обоих родителей Голубы сразу же после выписки из больницы уложили в «могильник» Петропавловск-Камчатский.

Как это всегда бывает, связь с родителями тут же оборвалась, навсегда. Уже будучи взрослой Голуба поняла, в чём дело. Сперва они попали в «Бункер» по приговору суда, откуда связи нет и быть не может в принципе. Но и годы спустя ни отец, ни мать в базовой локации «Реальность», в знаменитом на свой манер Верхнеянске, так и не появились. Почему? Голуба не имеет ни малейшего понятия.

Базовая локация «Бункер» весьма коварная. Там нет точно определённого срока, только километры туннелей, которые требуется прочистить. А чистить эти самые туннели можно как очень долго, так и очень быстро. А можно вообще не чистить. Всё зависит от самого осуждённого, от его желания выбраться из виртуальной тюрьмы. Может родители Голубы прочистили свои километры, может нет. Может они так и застряли в глубинах «Благодатного мира» среди обилия порочных развлечений. Итог один — на связь они так и не вышли. Может не смогли, может не захотели вовсе.

Голубу после выписки из больницы отправили в детский дом. С опекунами и так сильный напряг, а у неё ещё физические уродства. Голубу так никто и не удочерил, а там ей самой исполнилось восемнадцать лет. Как бы то ни было, она закончила школу при детском доме, после осилила ВУЗ. Но, увы, с получением диплома экономиста её трудности по жизни только начались.

Личная жизнь не заладилась с самого начала. Юрий и сам это понял, когда оказался первым мужчиной, с которым Голуба переспала на расправленной постели, на трезвую голову, в полностью обнажённом виде и при ярком свете. Больше о личной жизни Голуба не сказал ни слова, да и Юрию не захотелось выяснять подробности.

Физические увечья не только испоганили личную жизнь Голубы, но и существенно отравили профессиональную. Косметика, даже самый настоящий театральный грим, не могли до бесконечности скрывать её физические изъяны. Да и врачам не принято языки отрезать. Так или иначе, рано или поздно, но об её физических изъянах узнавали все без исключения коллеги по работе. Следом девятым валом Голубу накрывали слухи, домыслы и прочие глупости. Если мужикам обычно по барабану, то женщины «старались на совесть». Вот почему Голубе необычайно трудно ужиться в коллективе. Как на грех коллективы сплошь оказывались женскими.

Голуба сменила несколько мест, прежде чем до неё дошло очевидное — это не выход. Проблему нужно решать радикально. Сейчас она работает в городской администрации Петропавловск-Камчатский. Откровенно говоря, в мэрии она задержалась лишь потому, что корову-начальницу более чем устраивает, что среди её подчинённых имеется такая, которая гораздо уродливей её. Вот остальные коллеги худо-бедно держат языки в узде.

Постепенно Голуба пришла к мысли, что ей нужно заняться собственным бизнесом, где она сама и только сама сможет устанавливать законы и правила. А там, если постараться, можно будет накопить требуемые суммы на пластические операции. Как и полагается, сперва Голуба подняла кучу информации, прочитала несколько десятков книг и просмотрела несколько десятков специализированных сайтов. Так она пришла к выводу, что самый верный и самый надёжный вариант — это конкурс на портале «Госуслуг».

Заодно Юрий узнал, на что надеялась Голуба, когда подавала заявку на конкурс. Ведь от неё требовалось создать не просто коммерческую фирму, а семейную коммерческую фирму. Расчёт на дыры в правилах. Так после победы в конкурсе Голуба собиралась самым серьёзным образом заняться поиском мужа, которого вдохновит идея личного бизнеса и не испугает её внешность. А если такого не найдётся, то получится прецедент. Ведь в правилах не прописано, что в конкурсе запрещено участвовать людям с физическими уродствами, которые не позволяют найти достойного брачного партнёра. В самом печальном случае Голуба была готова и на формальный брак, лишь бы только у неё появился собственный бизнес. Но пять поражений подряд едва не выбили её из седла.

Каждый раз горечь поражения усиливалась стократно от того, что Голуба вполне заслуженно считала себя хорошим экономистом. Да и как оно могло быть иначе? Ведь только через профессию, через карьеру и заработок она могла накопить деньги на пластические операции, дабы кардинально поменять свою поганую жизнь на гораздо более счастливую. Это только сегодня до Голубы дошло, что экономическая составляющая бизнес-плана хоть и важна, но всё равно лишь вторична.

Благодаря весьма экономной жизни, скромной квартире в «человечнике» и «похлёбке» без вкуса, Голуба сумела накопить около пятидесяти тысяч рублей. Сперва она планировала потратить их на пластические операции. Как раз бы хватило убрать оба шрама с правой скулы. Но потом передумала. Чем больше у неё будет денег в момент запуска собственного бизнеса, тем меньше будет долговое бремя, и тем быстрее она сможет пустить прибыл на пластические операции. Этот путь обещал быть гораздо короче простого накопления за счёт еды и комфорта.

— Ну и полчаса назад я подала предварительную заявку на вступление в брак с гражданином РФ Свариным Юрием Фёдоровичем. Сама в шоке, но это так, — закончила Голуба свой рассказ.

Да-а-а… Юрий качнул головой. История хоть и не весёла, но всё равно довольно типичная.

— Ладно, — ребром ладони Юрий рубанул воздух перед собой, — откуда на твоём теле взялись все эти изъяны, я понял. А как у тебя, так сказать, — Юрий на миг замялся в неловкой нерешительности, — с возможностью рожать детей?

Вопрос более чем серьёзный. Социальный рейтинг, баллы — хрен с ними со всеми. Юрий невольно напрягся в ожидании ответа.

— О-о-о…, — протянула Голуба, — насчёт этого можешь не беспокоиться. Меня это тоже очень сильно волновало, специально несколько раз проверялась. Как меня заверил врач, я смогу зачать, выносить и родить хоть футбольную команду детей. Мои детородные функции ничуть не пострадали. Это точно.

— И слава богу, — облегчённо выдохнул Юрий. — Тогда ещё один вопрос. Только не обижайся. Чтобы ты делала, если бы и в этом конкурсе пролетела бы мимо?

— Тогда, — Голуба задумчиво нахмурилась, — сперва ревела бы дня два-три, съела бы килограмм пять-шесть шоколадного мороженного, а потом начала бы думать дальше. В седьмой раз на портал «Госуслуг» я бы не пошла. Шесть раз — и без того дурной и однозначный результат. Скорей всего, решилась бы на запуск собственного бизнеса без поддержки государства. Да, это заметно сложней, но тоже можно. Кстати, — Голуба глянула на Юрия, — а что мы будем делать, если и сейчас проиграем?

— Ясно дело что, — тут же отозвался Юрий. — Сперва поревём дня два-три, съедим килограмм двадцать шоколадного мороженного на двоих…

— Я серьёзно, — сердито перебила Голуба.

— Я тоже серьёзно, — ответил Юрий. — В первую очередь мы съедемся вместе. Как именно — видно будет. Тут либо ты сумеешь найти хорошую работу в Бечевинке, либо я хорошую работу в Петропавловск-Камчатский. Возможен и третий вариант — мы оба находим хорошую работу в третьем городе. Как я понимаю, ничто особенно в Петропавловск-Камчатский тебя не держит.

— Это верно, — Голуба опустила голову. — В «могильник» к родителям ходить не принято.

— Вот, — согласился Юрий. — А дальше будем думать. На сайте «Госуслуг» полно других конкурсов. Вдвоём у нас всяко больше шансов победить. Либо можно будет подумать о самостоятельном запуске собственного бизнеса. Семейную фирму создать ещё легче, чем в одиночку. Государство поддерживает мелкий семейный бизнес. Точнее, мы будем делать и то и другое параллельно. Голуба, пойми: главное — это не конкурс на портале «Госуслуг», главное — мы нашли друг друга. Я инженер, ты экономист, для семейной фирмы это самое оптимальное сочетание. А ещё у нас имеется самая серьёзная мотивация — твои физические уродства. Извини за грубость, но мне будет гораздо приятней держаться за твои титьки обоими руками. Не говоря уже о том, чтобы появиться с тобой на пляже в купальных костюмах. В смысле, я в плавках, а ты в бикини.

А варианты есть, их полно. Ведь мы можем переехать в любую точку России. Вплоть до того, чтобы осесть в реальном Вельшино и воспользоваться помощью лесоводов Кругликовых. Что-нибудь да придумаем. Например, — Юрий на миг скосил глаза в сторону, — грибы и ягоды собирать и выращивать. Чем не вариант? Забабахать грибные и ягодные плантации, морошка, клюква. Весьма востребованный продукт с высокой добавочной стоимостью. Главное, верить в себя, двигаться вперёд и только вперёд не смотря ни на что. Как сказал один умный человек, двигаться от поражения к поражению вплоть до окончательной победы.

Ответ Юрия развеселил Голубу. Но она тут же оглянулась по сторонам и недоумённо спросила:

— А куда мы идём?

— Э-э-э…, — в свою очередь Юрий оглянулся по сторонам, — понятия не имею.

За разговорами оба не заметили, как ЗАГС скрылся за углом, а они зашагали по улице без направления и цели.

— Тебе нужно на вокзал? — наконец-то сообразил Юрий.

— Да, — Голуба кивнула.

— Может, того, самолёт? — с плохо скрытой надеждой предложил Юрий.

— Нет, пусть будет поезд. Да, это несколько дольше, зато дешевле. Да и мне нравится смотреть из окна на тайгу, на сопки, на берег Авачинского залива. Всё интересней, чем бело-серая пустыня под крылом самолёта.

— Тоже верно, — нехотя признал Юрий. — Тогда, позволь подвезти тебя на такси.

Насколько же Бечевинка как город весьма скромный. Буквально через пятнадцать минут они уже стояли на перроне вокзала. Незаметно стемнело, зажглись яркие фонари. Чёрная лента железной дороги уходит вдаль. Да и народ потихоньку подтягивается. Вечерний поезд в Петропавловск-Камчатский самый популярный, он же единственный. А потому железнодорожный вокзал Бечевинки весьма скромный. Всего лишь металлический ангар с достаточно просторным залом ожидания, автоматическими кассами и прочими необходимыми службами.

Под высоким перроном чернеют рельсы. Да, в мире полно маглевов и прочих скоростных поездов на магнитной подушке, но классическая железная дорога до сих пор вне конкуренции. А всё потому, как сказал один персонаж ещё советского фильма, дёшево, надёжно и практично.

На фоне прочих пассажиров Голуба выделяется полным отсутствием багажа. Ни чемодана на колёсиках, ни хотя бы большой спортивной сумки у неё нет. Всего лишь скромная дамская сумочка. На этот раз фен и расчёску в квартире Юрия она не забыла.

Немного печально и даже глупо. Юрий глянул вдоль железнодорожного полотна. Слева приближается яркий круг света. Это должно быть пассажирский поезд на Петропавловск-Камчатский, который вот-вот встанет у перрона. Они только-только познакомились, но уже вынуждены расстаться. Да, официально они уже жених и невеста. Да, они будут созваниваться и навещать друг друга. Но всё равно грустно. Юрий вздохнул. Наверно, сам бог послал ему такое испытание на прочность и на верность.

— Юра, я ведь ещё один очень важный навык в своём бизнес-плане ты упустил, — вдруг произнесла Голуба.

— Это какой же? — Юрий недоумённо глянул на невесту.

— У тебя права есть?

— Право на что?

— На управление личным автотранспортом, — пояснила Голуба.

— Зачем нам машина? — Юрий развёл руками. — Вот встанем на ноги, вот тогда и можно будет купить легковушку, чтобы по выходным дням выезжать за город на природу. Может даже дачу купим, или вообще переселимся в пригород.

— Эх, недобиток, — Голуба улыбнулась. — Права тебе нужны будет не для того, чтобы меня на пикники за город возить, а для управления лёгким грузовичком типа «Газель». Как раз хватит категории «Б», как и обычной легковушкой.

— Э-э-э…, — задумчиво протянул Юрий. — Я всё равно не понимаю, зачем?

— Если ты не в курсе, — начала Голуба, — то все семейные фирмы при поддержке государства создают исключительно в азиатской части России. Да, бывает даже в Подмосковье, но это дикое исключение, за которое разворачивается дикая драка, — Голуба улыбнулась. — Как правило, это Сибирь, Урал, а то и вообще Чукотка. Если мы окажемся во Владивостоке, то нас можно будет смело назвать жуткими везунчиками.

— И к чему столь длинное объяснение?

— А к тому, жених ты мой, что нам, с вероятностью близкой к сотне процентов, передадут бывшую собственность Министерства обороны. А эта самая бывшая собственность, как пить дать, окажется в лесу, в десятках, а то и в сотнях, километрах до ближайшего города. Так что лёгкий грузовичок нам потребуется позарез. Те же доски длинной в шесть метров ты как на легковушке крепить будешь? Так что живо поступай на курсы и сдавай на права, — потребовала Голуба. — Времени на учёбу у тебя должно хватить.

— А у тебя права есть? — полюбопытствовал Юрий.

— Конечно есть, — Голуба кивнула. — Но я хочу, чтобы меня возил ты.

— Чтобы, в свою очередь, возить меня пьяного? — Юрий не удержался от глупой шутки.

— Но! Но! Но! Любимый! — указательный палец Голубы упёрся Юрию в подбородок. — С алкоголиком я жить не буду.

— Признаю, — Юрий тут же поднял руки, будто сдался в плен, — шутка получилась так себе.

— То-то же, — назидательно произнесла Голуба.

Вот бывает же так: специально не подгадывали, однако нужный вагон остановился точно рядом с ними. Юрий поцеловал Голубу на прощанье и помахал рукой вслед. Вскоре красные габаритные огни последнего вагона растаяли в темноте. Ну вот и всё. Как говорят в подобных случаях, до скорой встречи. А всё равно весело, немного. Ведь ещё вчера утром он понятия не имел, что уже сегодня днём официально станет женихом. Дай бог, чтобы всё у них сложилось, чтобы всё у них получилось. Очень хочется верить, что сама судьба свела их.

Домой Юрий вернулся на такси. Можно было бы и пешком, но подвело проклятое любопытство. Без прежней дрожки в коленях он включил ноутбук и зашёл на сайт «Госуслуги». На этот раз он чувствует себя гораздо спокойней и уверенней. А всё потому, что в Голубе нет никакой загадки, никакой недосказанности. Да и в душе поселилась уверенность, что новоявленная невеста рассказала ему если не всё, то самое главное точно.

В личном аккаунте вновь активировалась вкладка «Семейное состояние». А вот и подноготная социального рейтинга Голубы Александровны Луниной, да станет она вскоре Свариной. Глаза быстро пробежались по строчкам. Слава богу, Юрий облегчённо выдохнул. Голуба и в самом деле рассказала о себе правду, только правду и ничего кроме правды. Скелетов в шкафу типа условной судимости или огромной компенсации пострадавшим у неё нет. Так что предварительная заявка на брак остаётся в силе.

Конечно, может уже сейчас, прямо в вагоне поезда, Голуба просматривает подноготную его социального рейтинга. Однако Юрий всё равно абсолютно спокоен. Ведь, в свою очередь, он не стал скрывать от новоявленной невесты каких бы то ни было скелетов в шкафу, а рассказал правду, всю правду, какой бы она не была. Так что есть надежда, и не малая, что и Голуба сутки спустя дистанционно не отзовёт предварительную заявку на заключение брака.

Глава 17. Военный объект

Небольшой грузовичок со смешным названием «Газель» лихо катит по лесной дороге. Конечно, это не федеральная трасса по четыре полосы движения в каждую сторону, но твёрдый асфальт, местами с трещинами, местами с более тёмными заплатками так называемого ямочного ремонта. Но в целом дорога более чем приемлемая, да ещё в две полосы. Так что сворачивать в сторону, дабы пропустить встречный транспорт, не потребуется. Только непонятно: то ли хорошо, что встречного транспорта нет вовсе, то ли плохо, что на встречу им так ни разу и не попалась ни одна легковушка или хотя бы замученный людьми и жизнью трактор.

Да и ладно, Юрий мысленно махнул рукой. Незачем накручивать самого себя раньше времени. Дорога хорошая. «Газель» хоть и старенькая, но вполне исправная. Главное, Юрий покосился на панель управления перед собой, компьютер машины молчит, а не раздражается нервными трелями. Правая рука поудобней перехватили джойстик управления. А это значит, что он более чем уверенно ведёт машину, и при этом не нарушает правила дорожного движения.

Рядом, на пассажирском сиденье, с комфортом и с початой бутылкой питьевой воды, расположилась Голуба. Розовая лёгкая футболка и белые шорты подчёркивают её стройную фигуру, а заодно и не думают скрывать все изъяны её кожи и тела. Вон, про себя Юрий самодовольно улыбнулся, даже два рваных шрама на правой скуле светят ломаными молниями на всю округу. Только Голубе уже плевать. По её словам, коллеги в мэрии славного города Петропавловск-Камчатский выпали в осадок, когда в один прекрасный день она заявилась на работу без привычной штукатурки на лице. Тем лучше. Почти муж любит её и так.

— Ну, скоро уже? — Голуба чуть приподнялась на мягком кресле, бутылка с водой качнулась в её руке.

— Мы почти на месте, — Юрий бросил взгляд на экран навигатора перед собой.

А вокруг такое лето! Тепло и сухо. Тихий гул электродвигателя «Газели» почти не забивает шелест и свист тайги по краям дороги. А запахи… Юрий в очередной раз шумно потянул носом. Через распахнутое окно в кабину грузовичка вместе с приятным освежающим ветерком залетают запахи смолы и сухих иголок. Запах детства. Только на этот раз это не Вельшино, не живое и не мёртвое, а просто тайга.

— Осторожней, — сердито заметила Голуба, когда «Газель» в очередной раз подпрыгнула на едва заметной колдобине.

— Стараюсь как могу. Хочешь, сама сядь за джойстик, — тут же предложил Юрий.

— Нет уж, вези, муж мой, — отмахнулась Голуба.

На этом так называемая перепалка закончилась. Голуба сердится лишь для вида. На самом деле она жутко довольно, ибо сбылась очередная её мечта — сидеть на месте пассажира, и чтобы за джойстиком управления сидел её муж. Ну, почти муж. Вот Юрий и старается как может. А это не так легко, как может показаться на первый взгляд.

Эту самую «Газель» только сегодня утром они взяли в лизинг. А до этого Юрию приходилось управлять только учебной легковушкой. На ней же, ещё в Бечевинке, он сдал на права. И ладно сейчас дорога перед лёгким грузовичком напрочь пустая. А то опыта у Юрия и так с Гулькин нос, но включать автопилот упорно не хочется.

Голуба не зря предупредила, что ему потребуются права, чтобы управлять лёгким грузовичком. А вот о чём Юрий сам начисто забыл, так это ещё в Бечевинке нанять инструктора с машиной и накатать на подобном грузовичке хотя бы несколько часов. Всё было бы легче. А то управление «Газелью» сильно напоминает легковушку, но габариты совсем другие. Но! Делать нечего. Вот и остаётся набирать нужный опыт управления лёгким грузовичком в экстренном порядке.

Когда ещё они смогут позволить себе приобрести легковушку? Такую, чтобы можно было с комфортом развалиться на месте водителя, чтобы за спиной радостно галдели дети. Но пока небольшой грузовичок важнее. Ведь в его кузове сложены не только их чемоданы с вещами, а и другой самый разный груз.

Зато! Зато! От радостных воспоминаний в животе запорхали бабочки. Они выиграли! Выиграли! Выиграли конкурс на портале «Госуслуг». Не прошло и недели, как Голуба вернулась домой в Петропавловск-Камчатский, как они послали жюри совместный переработанный бизнес-план будущей семейной фирмы по окончательной оцифровке рукописных архивов под названием «Артика». В сопроводительном письме Юрий не забыл указать, что он с Голубой Луниной уже подал предварительную заявку на заключение брака.

В этой части их совместный план прокатил на «ура». Буквально в тот же день вечером количество финалистов сократилось до четырёх. В ответ жюри конкурса не прислало ни одного вопроса. Другое дело, что мучительное ожидание продолжалось ещё три недели. Три долгие злосчастные недели.

Они встречались лишь по выходным дням. Два раза Юрий сгонял на поезде к Голубе в Петропавловск-Камчатский, разок она к нему в Бечевинку. На второй встрече Юрий пригласил Голуба в ресторан. Как же слано они погудели! Тогда же Юрий впервые увидел Голубу под хмельком. Впрочем, как и она его. В себя они пришли у Голубы дома на кровати под одним одеялом. Правда, полностью одетые, даже в ботинки. Но оно того стоило!

Как же им не терпелось начать новую жизнь. Но прошёл ещё месяц, прежде чем окончательно были улажены все формальности. Лишь первого июня, в пятницу, они получили полный комплект документов. Юрий едва не треснул по швам, пока не отыскал в установочных документах место, где им теперь предстояло работать и жить. К его удивлению, это оказались координаты для ГЛОНАСС. Впрочем, столь странному адресу быстро нашлось вполне логичное объяснение — окрестности Екатеринбурга. Точнее, на юго-восток от столицы области, недалеко от Кольцово, аэропорта.

— Приехали! — радостно гаркнула Голуба.

Юрий дёрнулся от неожиданности. «Газель» едва не сыграла в придорожную канаву. Лишь в последний момент Юрий успел вывернуть джойстик и нажать на тормоза. Однако недовольство так и застряло в горле. Чёрт побери, они и в самом деле приехали.

— Ну вот, что я и предполагала с самого начала, — Голуба торопливо спрыгнула на разогретый Солнцем асфальт.

— Знаешь, я почему-то не сомневался, — Юрий следом выбрался наружу и аккуратно захлопнул за собой дверцу.

В установочных документах фирмы «Арктика» были приложены планы местности и неких строений, где им теперь предстоит работать и жить. Но только Юрий так и не нашёл ни одного пояснения, что же здесь было раньше. Зато теперь отпали последние сомнения.

Буквально в трёх метрах от капота «Газели» асфальтированную дорогу перегородили высокие стальные ворота. Такие хорошие, капитальные ворота. Поверх створок декоративные элементы в виде маленьких копий с листовидными клинками. Кажется, или кончики и в самом деле специально заточены? Но, главное, на стальных створках наварены две эмблемы вооружённых сил Российской Федерации в виде пятиконечных звёзд. Да, они полностью закрашены серой краской, однако всё равно выделяются словно барельефы. Проще говоря, перед ними бывший объект Министерства обороны.

— Ставлю на то, что здесь была часть ПВО, — Голуба ткнула пальцем в сторону ворот. — Наверняка Екатеринбург с юга прикрывали.

— Да, может быть и ПВО, только вряд ли здесь располагались пусковые установки, — заметил Юрий. — Скорей всего, здесь была ремонтная база.

— С чего ты решил? — Голуба повернулась к нему. — Мы ещё даже не вошли.

— Любовь моя, — Юрий с улыбкой глянул на почти жену, — мы же с тобой вместе разглядывали планы.

— А, ну да, — Голуба тут же согласилась.

— Только мне не понятно, — Юрий подошёл ближе к стальным воротам, — это хорошо, что здесь была часть ПВО? Или это плохо?

— Ну-у-у…, — задумчиво протянула Голуба, — наверно, всё же, это хорошо. По крайней мере я на это очень надеюсь.

Ещё в Бечевинке, когда они только-только решили пожениться и представить на конкурсе совместный бизнес-план, Голуба предположила, что им достанется бывший объект Министерства обороны. Прогресс, и всё такое. Зачем теперь размещать на земле средства ПВО, когда в распоряжении военных оказались крупные орбитальные станции. Ну а бывшую воинскую часть аккуратно законсервировали и выставили на продажу по остаточной стоимости. В смысле, чтобы максимально быстро сбыть её с рук.

Ладно, это всё лирика. Что дальше? Понятно что. На правом бетонном столбе, под белым прямоугольным пятном, черный квадрат переговорного устройства. Над ним темнеет стеклянный глаз видеокамеры.

— Добрый день, — Юрий ткнул пальцем в кнопку переговорного устройства. — Есть кто живой?

— Добрый день, — из динамика тут же раздался механический голос. — Слушаю вас. Говорите.

Да, современные технологии давно научились подделывать живые человеческие голоса. Ещё не любая программа сможет отличить искусственный от настоящего. Но вот такие механические голоса давно и прочно вошли в обиход. Может слегка и царапает слух, зато сразу ясно, что говоришь с роботом, а не с живым человеком.

— Э-э-э…, — Юрий не сразу собрался с мыслями. — Фирма «Арктика». Мы прибыли вступить во владение этим объектом.

— Представьтесь, пожалуйста.

— Юрий Фёдорович Сварин, — тут же представился Юрий. — Совладелец семейной фирмы «Арктика».

— Принято. Кто ещё рядом с вами? Представьтесь, пожалуйста.

— Голуба Александровна Лунева, — Голуба подошла ближе, — второй совладелец семейной фирмы «Арктика».

— Принято, — долетел из динамика механический голос. — Пожалуйста, проходите. Пожалуйста, не забудьте в кратчайший срок взять охрану объекта на себя.

— Мы уже заключили предварительный договор с охранной фирмой «Тригионо», — заверил Юрий, но в ответ тишина.

— И что теперь? — спросила Голуба.

Тут же, словно отвечая на вопрос Голубы, громко щёлкнул замок. Левая стальная створка с тихим скрипом приоткрылась. Юрий подошёл ближе и потянул её на себя. Нехотя, будто делая очень большое одолжение, створка отошла в сторону. Зато вторая створка с гораздо большим энтузиазмом распахнулась настежь.

— Сейчас загоню, — Юрий повернулся к «Газели».

Как бы не хотелось тут же приступить к осмотру своих новых владений, но оставлять машину снаружи — не лучшая идея. Люди? Если бы. А вот дикое зверьё — это запросто. Как их предупредили в фирме по лизингу, фауна вокруг Екатеринбурга совсем страх перед людьми потеряла. Те же мишки привыкли, что двуногие их только шугают, но не охотятся. Ещё залезут. Тем более в кузове есть чем поживиться.

— Ну теперь-то мы можем осмотреться? — Голуба аж пританцовывает от нетерпения.

— Не просто можем, а обязаны это сделать, — Юрий как мог задвинул створки ворот на прежнее место.

Юрия и самого распирает дикое нетерпение. Ведь до этого момента в их распоряжении были лишь безликие планы. А что такое план? Всего лишь куча чёрных линий разной толщины и структуры. Для планирования бизнеса вполне достаточно. Но душа жаждет визуальных впечатлений.

Скорей всего, здесь и в самом деле была часть ПВО, только не пусковые установки и гаражи, а некое подобие ремонтной базы. В первую очередь Юрий с Голубой направилась к длинному и широкому промышленному зданию. Про себя Юрий назвал его «цех». Бетонные стены, сплошные окна на высоте метров пять-шесть и стальные ворота. Цех точно построили больше сотни лет назад. Однако само здание, по крайне мере внешне, сохранилось неплохо.

Калитка в стальных воротах на торце здания легко распахнулась, едва Юрий потянул ручку на себя. Хотя видно, что на калитке изнутри установлен массивный замок с дистанционным управлением.

— Это что же получается? — Голуба склонилась над замком с дистанционным управлением. — Перед нами все двери нараспашку?

— Скорей всего, так оно и есть, — Юрий толкнул створки ворот, которые тут же охотно распахнулась. — Кто бы не приглядывал за этим объектом, но они тут же умыли руки и самоустранились, едва здесь появились мы.

— А где здесь включается свет? — Голуба растерянно оглянулась по сторонам.

— Загляни вон в тот щиток, — Юрий ткнул пальцем.

На сером щитке возле ворот чёрными буквами написано «Освещение», только цех полностью обесточен. Юрий прошёл в глубину по бетонному полу. Ещё проблема, придётся разбираться. Хотя в документах указано, что объект полностью электрифицирован. Впрочем, пока через широкие сплошные окна на стенах во внутрь попадает вполне достаточно света.

Военные уехали от сюда и забрали всё оборудование. Только они не стали утруждать себя наведением порядка. Бетонный пол завален различным хламом и мусором. Впрочем, носком ботинка Юрий провёл по подозрительному тёмному пятну, луж не видно. А это очень хороший признак. Дай бог, крыша не протекает. Хотя как раз вчера был сильный дождь. Правда, заливало Екатеринбург, где они остановились в гостинице, а здесь дождя могло и не быть. Но всё равно хочется надеяться на лучшее.

— Здесь мы разместим наше главное производство! — восторженный голос Голубы эхом разлетелся по пустому цеху. — А вон в той части поставим станки по переработке бумаги.

— А почему именно там? — спросил Юрий.

— Ой, — Голуба выставили перед собой растопыренные ладони, — только не надо напоминать мне, что технические вопросы, это твоя епархия. Это же очевидно. Вон за теми воротами находится большая забетонированная площадка. На ней мы будем складировать пребывающие контейнеры. Через те ворота роботы будут затаскивать их во внутрь. В середине цеха мы разместим главные сканирующие станки. А уже в том углу как раз будет находится вполне логичное завершение нашей производственной линии. И уже через эти ворота, — Голуба повернулась к проходу, через который они вошли, — готовая продукция будет вывозиться наружу.

— Ладно, согласен, — Юрий не стал ввязываться в бесполезную дискуссию, тем более Голуба права на все сто.

Это как раз Голуба для повышения эффективности и экономической отдачи предложила не продавать макулатура, тем более не тупо сжигать её в большом костре снаружи, а перерабатывать. По клятвенному заверению почти жены недорогие брикеты для печей, каминов и прочих домашних очагов пойдут нарасхват. А с учётом того, что за исходное сырьё платить не придётся вовсе, то и прибыль от дополнительного заработка обещает быть очень даже приятной. Так оно будет или нет, спорить Юрий не стал. Получится — хорошо. Не получится — ничего страшного. Тем или иным образом им всё равно придётся тратить деньги на утилизацию макулатуры. Основная работа по оцифровке архивов сама по себе обещает хороший доход.

— Делать внутри цеха больше нечего. Тем же путём они вышли из главного промышленного здания и обогнули его. Там, куда указала Голуба, и в самом деле нашлась просторная забетонированная площадка. Плац, как про себя назвал его Юрий.

— Согласен, здесь мы разместим склад для прибывающих контейнеров. А если вон там, — Юрий показал рукой, — разровнять землю и залить её бетоном, то можно будет расширить площадку еще больше, вплоть до внешнего забора.

— Ты уверен, что в этом будет необходимость? — недоверчиво поинтересовалась Голуба.

— Более чем, — заверил Юрий. — Насколько я успел выяснить, все эти бумажные архивы давно сидят в печёнках властей самых разных уровней. Велика вероятность, что нам в кратчайший срок сбачат всё это условно ценное добро. Год, от силы, два мы будем получать контейнеры со всех концов нашей необъятной в больших количествам. А потом ещё лет тридцать мы будем планомерно разгребать все эти залежи.

— Согласна, — Голуба кивнула. — С точки зрения экономии складских помещений, так оно и есть.

Они продолжили обход своих новых владений. А вот и то, ради чего собственно им под семейную фирму отдали бывший объект Министерства обороны — пусть и миниатюрный, но самый настоящий железнодорожный вокзал. Хотя к нему подходит всего одна ветка. По стальной лестнице Юрий поднялся на длинный и широкой бетонный перрон. Отлично! В своё время сюда доставляли самую разную боевую технику. Своим ходом все эти зенитные комплексы съезжали с открытых грузовых платформ, а потом спускались по широкому бетонному пандусу на землю.

Теперь по этой же железнодорожной ветке им будут доставлять крупнотоннажные контейнеры с бумажными книгами и прочими томами для оцифровки. На широком перроне не только найдётся место где развернуться роботу-погрузчику, но и где поставить, конечно же временно, прибывающие контейнеры. Железная дорога она такая — потребует вернуть вагоны едва ли не в тот же миг, как доставит их до этого перрона.

Следующим на пути оказалось небольшое здание без окон из красного кирпича. Юрий пояснил, что это подстанция, и хотел было осмотреть её, но Голуба самым решительным образом потащила его дальше. Почти жену гораздо больше заинтересовало другое здание, двухэтажное из силикатного кирпича с небольшим бетонным козырьком над входом. Про себя Юрий назвал его штабом.

Всё как и должно быть — какая часть, такой и штаб. Здание из силикатного кирпича маленькое совсем. На каждом этаже всего четыре комнаты, хотя вернее будет назвать их кабинетами. Может тут и в самом деле располагался штаб, но что конкретно Юрий так и не понял. Военные, когда покидали эту базу, старательно сняли, отодрали либо зачистили все без исключения надписи. На кой хрен они это сделали, то теперь ведает лишь господь бог.

— Выбирай, — Юрий лишь махнул рукой.

Голуба тут же отправилась исследовать маленькое здание из силикатного кирпича. Как женщине Юрий предоставил почти жене право выбора. Ведь года три, пока их семейная фирма как следует не встанет на ноги, им предстоит здесь жить. Хотя да, вокруг Екатеринбурга хватает небольших и уютных дачных посёлков. Дезурбанизация, одним словом. В их положении влезать ещё и в ипотеку будет смерти подобно. Так что пускай Голуба сама решает, где у них будет спальня, где рабочий кабинет, а где столовая с кухней. Благо в её распоряжении аж восемь комнат.

Непонятно каким образом в первую очередь Голубе приглянулась угловая комната на втором этаже направо от входа.

— Облом, — задумчиво произнёс Юрий, когда выключатель на стене в очередной раз лишь бессильно щёлкнул, а единственная уцелевшая на потолке лампочка так и не загорелась.

— Только не говори мне, что света нет и не будет, — строго произнесла Голуба. — У нас нет ни генератора, ни хотя бы приличного накопителя.

— Да нет, — Юрий оставил в покое бесполезный выключать, — в техническом описании к объекту чётко сказано, что электричество здесь есть.

— Тогда где же оно? — Голуба вопросительно развела руками. — Ладно, сперва разберёмся с электричеством, а потом займёмся переездом.

— Я так и хотел сделать, но ты сама протащила меня мимо подстанции, — напомнил Юрий.

Женщина, что с неё взять? Электричество — это по мужской части. В первую очередь Голубе очень хотелось присмотреть комнату под будущую спальню, а заодно под гостиную, рабочий кабинет и кухню со столовой.

Голуба отправилась вместе с Юрием обратно на подстанцию, в небольшое здание без окон из красного кирпича. К ужасу Юрия дверь легко отворилась, хотя и на ней нашёлся массивный замок с дистанционным управлением. Вот ещё одна проблема, о которой их никто не предупредил, а они сами не догадались — безопасность объекта. Про себя Юрий отметил, что нужно будет разобраться с замками, с освещением территории, с видеокамерами и даже с переговорным устройством возле ворот. А пока всё указывает на то, что им просто сбросили бывшую ремонтную базу по принципу «разбирайтесь сами». Проще говоря, распахнули все двери.

Оборудование подстанции Юрию не понравилось сразу, хотя подобного он ожидал, но в глубине души надеялся на лучшее. Ежели одним словом — старьё. Подстанция тупо отключена. Хотя… Юрий осторожно прижал ладонь к пыльному боку одного из силовых трансформаторов. Работает, пальцы ощутили едва заметную вибрацию. Тогда… Вводной автомат удалось воткнуть лишь с помощью специального рычага. Зато на подстанции тут же вспыхнул свет.

— Мне уже приходилось обслуживать трансформаторные подстанции, — Юрий аккуратно положил специальный рычаг обратно на низенький стальной столик у стены. — Будь здесь сейчас инспектор по ТБ, то мы непременно огребли бы штраф.

— А так повезло? — спросила Голуба.

— Не совсем, — Юрий, под укоризненный взгляд Голубы, обтёр пыльные ладони прямо о серые шорты. — Прежде, чем нам привезут оборудование, мне придётся поднять документы по этой подстанции и вообще по электроснабжению базы в целом. Там… Протоколы испытаний, проверок и прочее. Теперь поняла, зачем я предусмотрел в нашем бизнес-плане расходы на проверки?

— Поняла, — Голуба сердито буркнула.

И смешно и плакать хочется. Предсказание Голубы о том, что теперь Юрию придётся уже из неё выбивать нужный бюджет, сбылось буквально при первом же обсуждении их нового совместного бизнес-плана. Юрию пришлось долго и упорно доказывать, что им, с очень высокой долей вероятности, достанется почти заброшенный объект. В свою очередь Голуба наивно полагала, будто им передадут идеально подготовленные производственные площади «под ключ». Просто въезжай, втыкай вилку в розетку и сразу работай. В общем, Голуба оказалась типичным представителем «офисного планктона», который никогда не сталкивался с суровым производственным процессом лицом к лицу.

Зато теперь Голуба окончательно поймёт, насколько же были наивны её планы использовать для сервисного обслуживания оборудования различные сторонние организации вплоть до фрилансеров. Не, можно и так, только подобное обслуживание вылетит в очень круглую копеечку, не говоря уже о лишних часах ожидания. Когда ещё сервисная служба докатит до них из Екатеринбурга.

Даже здесь, на распределительной подстанции, военные какой-то хрен потёрли все надписи. Даже на дверцах, что прикрывают ячейки самых крупных вводных автоматов, исчезли стандартные обозначения «Ввод № 1» и «Ввод № 2».

— Рискну предположить, — Юрий показал пальцем на автоматический выключатель самый первый в верхнем ряду, — что именно с этого автомата запитан штаб.

— Ты имеешь в виду то жилое здание из силикатного кирпича? — уточнила Голуба.

— Оно самое, — Юрий кивнул.

Палец ткнулся в чёрную круглую кнопку. В ячейке с автоматическим выключателем треснул приводной механизм. Следом загорелась зелёная сигнальная лампочка, над которой с помощью трафарета выведено «ВКЛ».

— А если не угадал? — Голуба с подозрением уставилась на зелёную сигнальную лампочку.

— Тогда нам придётся продолжить эксперименты, — ответил Юрий.

На выходе из распределительной подстанции Юрий не придумал ничего лучше, как подпереть дверь большим серым камнем. Судя по многочисленным царапинам и сколам на его поверхности, как раз для роли замка его сюда и принесли.

— Не угадал! — в голосе Голубы брякнул восторг вкупе с ядовитым сарказмом.

Почти жена принялась с плохо скрытым садизмом выразительно щёлкать выключателем возле входной двери. Теоретически над её головой, как раз под козырьком, должен был вспыхнуть квадратный светильник. Но этого не произошло. Матовая чуть выпуклая поверхность так и не озарилась ярким светом.

— Любовь моя, — Юрий улыбнулся похлеще змея-искусителя, — военные — это такие аккуратные люди. Ты даже не представляешь, до какой степени они могут быть аккуратными.

Распределительный щиток штаба нашёлся под лестницей на второй этаж. Как Юрий и предположил, все автоматические выключатели, что распределяют электричество по кабинетам и розеткам, оказались выключенными.

— Попробуй ещё разок, — Юрий нарочно громко хлопнул стальной дверцей распределительного щитка.

О! Чудо! Свет на крыльце послушно вспыхнул, едва Голуба толкнула пальчиком выключатель возле входной двери. А когда и в выбранной комнате вспыхнул свет, Голуба разразилась радостным воплем.

— Горит всего одна лампочка, — Юрий ткнул пальцем в потолок.

— Плевать, пока хватит и одной, — ответила Голуба. — Хотя ты прав. Вот и первое, что нам придётся заказать — лампочки. Составь смету, любимый. Если будешь себя хорошо вести, то, так и быть, я её подпишу.

— Да куда ты денешься, — начал было Юрий, но Голуба перебила его.

— В кране в туалете нет воды. И, ради бога, ни слова о евреях! — торопливо добавила Голуба.

— Жаль, хорошая была шутка, — ответил Юрий. — А так надо разбираться. Если в туалете кран всё же имеется, то должна быть хоть какая-нибудь система водоснабжения. Там…, — Юрий на миг задумался, — скважина или колодец. Будет очень печально, если на чердаке этого чудного домика найдётся стальной бак для привозной воды. Ладно, — Юрий сменил тему, — подгоню ближе грузовик.

Не зря, оказывается, Голуба настояла на том, чтобы они купили сразу упаковку двухлитровых бутылок с питьевой водой. Уже по собственной инициативе Юрий закинул в кузов «Газели» три канистры по двадцать пять литров каждая, так сказать, для технических нужд.

— Да, — на выходе из комнаты Юрий остановился и вновь повернулся к Голубе, — туалетом пока тоже не пользуйся.

— Это ещё почему? — Голуба тут же насторожилась.

— Сперва нужно будет проверить состояние септика. Или что тут у военных было в качестве канализации.

— А если мне приспичит? — с вызовом поинтересовалась Голуба.

— Родная, — Юрий выразительно развёл руки в стороны, — тайга кругом. За тобой некому подглядывать. Ты можешь смело выйти на середину плаца, стянуть свои замечательные белые шортики и…

Глаза почти жены сверкнули так, будто Голуба пальнула из спаренной крупнокалиберной винтовки.

— Либо воспользоваться кустиками за штабом, — торопливо закончил Юрий и выскочил из комнаты.

Зря он конечно так, Юрий вышел на крыльцо. С Голубой они познакомились чуть больше двух месяцев назад. Но вместе, под одной крышей и под одним одеялом, они не прожили и семи дней кряду. А это кто?

Возле «Газели» неуверенно переминается с ноги на ногу и растерянно оглядывается по стонам мужчина лет сорока. В руках зажата большая чёрная папка. Юрий подошёл ближе. Хотя нет, больше всего это похоже на планшетник в прочном противоударном корпусе.

Торговый агент, с ходу определил Юрий. Ибо только торговый агент солидности ради в столь тёплый летний день наденет строгий деловой костюм с галстуком и нацепит деловую шляпу. Вон, даже ботинки надраены до зеркальной темноты.

— Добрый день, — торопливо, но хорошо поставленным голосом, заговорил незнакомец, едва Юрий подошёл ближе. — Если не ошибаюсь, вы — Юрий Сварин, владелец фирмы «Арктика».

— Да, не ошибаетесь, — Юрий остановился в двух шагах от незнакомца. — Чем могу быть полезен?

— О, что вы, это я могу быть вам полезен, — на лице незнакомца засверкала профессиональная улыбка. — Разрешите представиться, Ипполит Воробьянинов, торговый агент, недвижимость. Надеюсь, — глаза торгового агента выразительно пробежались по бывшему военному объекту, — вы не собираетесь жить здесь постоянно. Да и зачем вам это? Разрешите предложить вам несколько вариантов. Любой из них вы можете купить либо сразу, либо взять ипотеку под весьма выгодный и необременительный процент. Смею заверить, что вам, как молодому и привлекательному мужчине, в любую из предлагаемых мною квартир будет не стыдно привести женщину.

Торговый агент лукаво подмигнул и тут же затараторил с новой силой.

— Предлагаемые мною квартиры находятся на юго-восточной окраине Екатеринбурга. Так что у вас не будет проблем, дабы добраться на работу в это прекрасное место, — торговый агент всплеснул руками, словно любовно обнял бывшую военную базу. — Желаете ознакомиться с вариантами?

Торговый агент с грацией дрессированной мартышки подскочил ближе и развернул перед Юрием большой чёрный планшетник.

— Э, нет, — Юрий отрицательно мотнул головой. — Насчёт жилья, это к жене.

— Как? Разве вы женаты? — торговый агент тут же развернул планшет к себе и принялся с утроенной силой тыкать в экран пальцем. — Согласно официальным данным, вы холостой. Вон, даже женаты ни разу не были.

— Если вас так интересуют подробности, то, — Юрий демонстративно вытащил из кармана смартфон и глянул на часы, — гулять мне холостым осталось всего три часа и пятьдесят восемь минут.

— Э-э-э…, — торговый агент растерянно захлопал глазками, — так вы вот-вот официально женитесь?

— Да, — Юрий кивнул. — Жизненные обстоятельства вынуждают нас сделать это прямо здесь, без гостей и свадебного кортежа.

— Так это же ещё лучше! — торговый агент аж расцвёл от счастья. — У меня полно вариантов для молодой семьи. Желаете Екатеринбург, юго-восточная окраина? Или, ещё лучше, сразу личный коттедж? Буквально в десяти километрах от этого чудесного места я могу предложить вам несколько великолепных вариантов. Изорково! Пусть не элитный, но вполне приличный посёлок, где вы будете жить со всеми удобствами в окружении таких же как и вы людей, которые…

— Нет! Нет! Нет! — Юрий оборвал рекламную трескотню торгового агента. — Я же сказал, к жене. Давайте, я вас провожу.

Юрий тут же развернулся и зашагал обратно к штабу. Торговый агент громогласно затопал следом. Вообще-то обзаводиться что квартирой в Екатеринбурге, что домиком в каком-нибудь ближайшем посёлке они с Голубой не планируют по вполне понятным причинам. Но пусть почти жена избавляется от этого, Юрий украдкой покосился через плечо, слишком бойкого торгового агента.

Пока Юрий бегал к грузовичку, но напоролся на торгового агента, Голуба не сидела без дела. В комнате, которую она сама выбрала, почти жена успела распахнуть окно и сдвинуть старые трескучие столы и стулья в угол.

— Пожалуйста, — Юрий прямо из коридора показал на Голубу, — моя невеста, Голуба Александровна Лунина, которая очень скоро станет Свариной. Второй совладелец семейной фирмы «Арктика».

— Юра, это кто? — Голуба повернулась к нежданному гостю.

Зря она это спросила. Торговый агент тут же перехватил инициативу и заговорил всё тем же хорошо поставленным голосом.

— Разрешите представиться, Ипполит Воробьянинов, торговый агент, недвижимость. Разрешите поздравить вас с предстоящим бракосочетанием, а так же предложить вам несколько отличных вариантов. Лучше всего вам подойдёт личный коттедж в Изорково. Это хороший и тихий посёлок всего в десяти километрах от сюда.

В Изорково имеется небольшой универсальный магазин. Так что за хлебом и носками вам не придётся посылать почтовый дрон. Но, главное, это детский сад и школа.

Юрий боком, боком торопливо отошёл от распахнутой двери в комнату. И пусть Голуба потом не говорит, что это подстава. Сама не так давно призналась, что хочет жить и растить детей в каком-нибудь тихом посёлке недалеко от города. Вот пусть теперь сама и разбирается, стоит ли Изорково того или нет? Десять километров — это реально под боком.

Хорошо поставленный голос слышен даже на улице перед крыльцом штаба. Юрий поднял голову. Не удивительно, окно же распахнуто настежь. За створками въездных ворот, которые лёгких ветерок всё же немного распахнул, нашлась незнакомая чёрная машина. А, ну да, Юрий хлопнул себя ладонью по лбу. Торговый агент явно не пешком добирался до их фирмы.

Юрий быстро подогнал «Газель» к штабу и развернул её створками кузова к подъезду.

— Вот этот дом меня вполне устраивает, — услышал Юрий, когда затащил в комнату системный блок киберпомощника и аккуратно опустил его на стол. — Только пока мы даже физически не можем его осмотреть.

— Почему же? — торговый агент расстроился так, будто только что заложил в ломбарде любимую тёщу.

— Мы только сегодня, меньше часа назад, приехали сюда.

Юрий остановился возле стола и прикинулся ветошью. Судя по голосу, Голуба держится великолепно. Любая другая на её месте уже попросила бы почти мужа вынести труп и прикопать его где-нибудь за оградой бывшей военной базы в тайге.

— В ближайший месяц мы будем запускать нашу фирму, — между тем продолжила Голуба. — Даже на полчаса мы не сможем покинуть её пределы. И лишь после, когда всё более-менее устаканится, я сама с превеликим удовольствием попрошу вас показать нам этот домик.

А ведь не врёт, отметил про себя Юрий. Либо домик, либо Изорково, либо и то и другое сразу Голубу зацепили.

— Надеюсь, вы прекрасно понимаете, что за этот месяц на этот чудный коттедж может найтись другой покупатель. Но я могу придержать его специально для вас, если вы оставите залог.

— Вы, когда шли по территории нашей фирмы, видели хотя бы одну видеокамеру? — вдруг спросила Голуба.

— Э-э-э…, — торговый агент растерянно захлопал ресницами, — нет.

— Вот и мы не нашли ни одной видеокамеры, — Голуба будто пригвоздила торгового агента к позорному столбу. — А это не только безопасность территории, но и управление логистикой и производством. Иначе говоря, непредвиденные расходы. Увы, — Голуба всплеснула руками, — предусмотреть всё без исключения невозможно в принципе. Так что даже на вполне законный и правомерный залог потратиться мы не можем.

Но, уважаемый, — Голуба резко сменила тон, — даже если этот чудесный коттедж в Изорково будет продан, неужели вы не сможете найти ему достойную замену?

Юрий так и прыснул в кулак. Голуба очень вежливо, но очень метко, чуть было не усомнилась в способностях торгового агента. Как там его, Юрий на миг задумчиво скосил глаза в сторону, Ипполит Воробьянинов. Имя что-то знакомое, из какой-то очень хорошей книги.

— Конечно же смогу! — торговый агент тут же взорвался праведным гневом, но хорошим праведным гневом, театральным. — Вот вам, уважаемая, моя визитная карточка. Звоните в любое время. В пределах разумного, разумеется, — всё-таки уточнил торговый агент. — Можете не сомневаться: если не в Изорково, то в каком-нибудь другом посёлке я обязательно найду для вас достойный дом. А теперь разрешите откланяться.

Глава 18. В силу обстоятельств

Чёрная и ладная фигура торгового агента вскоре скрылась за чуть приоткрытыми створками ворот. Не скажешь, что у торговцев недвижимостью лёгкий хлеб. Юрий хмыкнул. Интересно, ещё торговые агенты будут сегодня или в ближайшие дни? Или они давно поделили «охотничьи угодья»?

— Голуба, — Юрий повернулся к невесте, — коттедж в Изорково и в самом деле так хорош?

— Если судить по фотографиям и словам этого агента, то даже очень, — призналась Голуба. — Только, в любом случае, его нужно осмотреть лично. Заодно нужно будет прояснить ситуацию на местном рынке недвижимости. Не исключено, что этот шустрый товарищ пытается впарить нам дом втридорога.

— Не такой он уж и шустрый, — заметил Юрий. — Сперва он принял меня за холостяка. Хотя наша фирма изначально заявлена как семейная. К тому же, сама знаешь, три года мы будем вставать на ноги, потом ещё два развиваться, а потом три набирать обороты. И это, заметь, самый оптимальный вариант. Так что…

Но тут в кармане сперва завибрировал, а потом и призывно запиликал смартфон. Юрий вытащил телефон наружу. Ого, видеозвонок. Номер незнакомый. И кто это может быть?

На небольшом экране возникла женщина лет тридцати-сорока. Под её руками легко узнать электронный рабочий стол. Юрий с первого же взгляда понял, что перед ним чиновница. Точнее, какой-нибудь инспектор. Слава богу, не полиция, либо иная силовая структура. У силовиков в чести строгие мундиры. На чиновнице же хоть и строгое, но вполне гражданская блуза с короткими рукавами. Зато, судя по суровому лицу и чуть сведённым глазам, ну не меньше чем «генеральша».

— «Ростехнадзор», — вместо имени и фамилии представилась чиновница. — Юрий Фёдорович Сварин? Владелец фирмы «Арктика»?

— Так точно, — почти по-военному отозвался Юрий.

— По моим данным в вашей фирме «Арктика» слишком давно не проводилась проверка исправности электрооборудования. Если имеется такая возможность, то я желаю прямо сегодня провести инспекцию вашей фирмы, — глаза чиновницы метнули громы и молнии.

— Ни сегодня, ни в ближайшие несколько недель провести проверку электрооборудования нашей фирмы не получится, — ответил Юрий.

— В случае отказа от инспекции, либо попыток проволочек, я могу приостановить деятельность вашей фирмы «Артика» вплоть до решения суда.

— Если вы сегодня, прямо сейчас, прибудете с инспекцией на нашу фирму, — продолжил Юрий, — то так оно и будет. Так дверь на распределительную подстанцию десять киловольт не запирается должным образом. На дверцах ячеек автоматических выключателей отсутствуют пояснительные надписи. Я не смогу предоставить вам необходимые протоколы испытаний и проверок, ибо плановые испытания и проверки всего электрооборудования нашей фирмы проводились бог знает когда.

От столь неслыханной наглости чиновница растерянно захлопала глазками, однако быстро взяла себя в руки.

— Вы предлагает мне прямой сейчас приостановить деятельность вашей фирмы? — на этот раз глаза чиновницы стрельнули лазерными лучами.

— Секундочку, — Юрий опустил телефон на стол и прислонил его к системному блоку киберпомощника. — С вами будет говорить второй совладелец семейной фирмы «Арктика». Голуба, пожалуйста.

Голуба тут же встала напротив смартфона.

— Голуба Александровна Лунева, совладелец семейной фирмы «Арктика», — вежливо представилась Голуба. — При всём уважении, но приостановить деятельность нашей фирмы «Арктика» вы не сможете при всём желании.

— Это почему?

Уже не только глаза, но и вся фигура чиновницы, и даже голубая стена за её спиной, принялись метать громы и молнии. Сталь, а не женщина, с восхищением, но про себя, отметил Юрий. Даже такое сверх всякой меры заявление не сумело сбить с чиновницы профессиональную спесь.

— Официально наша фирма «Артика» начнёт свою коммерческую деятельность только через неделю. То есть 14 июня 2091 года. В следующий четверг, иначе говоря. Но и это ещё не всё, — Голуба торопливо выставила перед собой правую ладонь.

Согласно межотраслевым правилам, с момента официального начала коммерческой деятельности у нашей фирмы «Арктика» будет месяц на проверку принятого на баланс электрооборудования и на устранение выявленных недостатков. После чего мы сами обязаны пригласить вас с инспекцией для приёма электрооборудования в эксплуатацию.

Во даёт! Юрий самодовольно улыбнулся. Вежливо, и почти ненавязчивым образом, Голуба дала чиновнице понять, что она коза и погулять вышла. Да и как оно может быть иначе, если чиновница и сама не знает пределов своих обязанностей и полномочий.

— Хорошо, — лицо чиновницы ни чуть не изменилось, с таким фейсом самое то в покер играть, — не позднее 15 августа сего года я жду от вас официальной заявки для проведения инспекции.

— Премного вам благодарны, — Голуба чуть склонила голову, — постараемся уложиться в срок.

Чиновница отключилась.

— Началось! — Голуба несколько нервно рассмеялась.

— Что началось? — Юрий подхватил со стола смартфон.

— Как хорошо, что я настояла на официальном запуске нашей фирмы с 14 июня. А ты, — Голуба глянула на Юрия, — всё понять не мог, на кой хрен тянуть козла за бороду ещё целую неделю. А вот почему!

Палец Голубы выразительно ткнулся в смартфон в руке Юрия.

— Откуда ты знаешь? — в растерянности спросил Юрий.

— Чужой опыт, муж ты мой, — ответила Голуба. — Лучше учиться на чужих ошибках, нежели набивать собственные.

— А конкретней, — потребовал Юрий.

— Форумы и сайты для начинающий предпринимателей. Это один из распространённых подводных камней, о которые так любят биться лбами начинающие бизнесмены. У чиновников то ли чуйка такая, то ли охотничий инстинкт, но, — резко произнесла Голуба, — стоит только появиться новой фирме, как на неё, словно стая шакалов на раненую антилопу, тут же набрасываются инспекторы самых разных мастей и званий. Однако имей в виду, — лицо Голубы враз стало серьёзным, — если до 15 августа мы не наведём порядок, то уже 16 августа эта дама нас сожрёт с потрохами. Ну или в самом деле приостановит коммерческую деятельность нашей фирмы до решения суда.

— Справимся, — Юрий махнул рукой. — На худой конец часть оборудованиям можно будет официально вывести из эксплуатации. А потом снова ввести, когда доведём его до ума. К тому же, мы не общепит и вообще не оказываем услуг населению на своей территории. Так что в этом плане нам будет гораздо легче.

— Грубо говоря, если кто и сгорит в пламени промышленного цеха, так только мы сами.

— В точку, — согласился Юрий.

— А ты откуда знаешь о возможности официально вывести из эксплуатации? — в свою очередь спросила Голуба.

— Всё от туда же, — усмехнулся Юрий. — На Иртунском комбинате мне пришлось запускать в эксплуатацию очистные сооружения после реконструкции. Вот уж когда инспекторы и прочие чиновники вдоволь напились моей кровушки. Экологические стандарты и нормы до сих пор снятся мне в кошмарах. А вот не забыть о роковом пятнадцатом августе нам поможет вот эта штука.

Белый системный блок киберпомощника внешне похож на чемодан, такой же продолговатый и с закруглёнными углами, только без ручек и колёсиков. Маленькая защитная шторка легко сдвинулась в сторону, указательный палец ткнулся в круглую кнопку. Изнутри системного блока тут же раздалось мерное гудение.

Киберпомощник — весьма и весьма полезная вещь. Говорят и хвалят, что полезная, кому довелось пользоваться подобным. Юрий часто жалел, что на складе в Бечевинке ничего подобного у него не было.

— Добрый день, — прогудел изнутри системного блока механический голос. Разрешите представиться: «Универсал 4.07», «Тринконат». Пожалуйста, в первую очередь, определите мой пол и назовите моё имя.

Сам по себе киберпомощник пола не имеет. Но людям гораздо приятней, когда он либо «мужчина», либо «женщина». По этой же причине киберпомощникам часто дают либо имена, либо прозвища.

— Пусть ОН, — Голуба особенно выделила мужской пол киберпомощника, — будет Генерал.

— Почему Генерал? — не понял Юрий.

— Ну здесь же была воинская часть.

— Была, — Юрий не стал отрицать очевидное, — только командовал ей максимум майор.

— Тогда пусть будет Генерал-майор, — хохотнула Голуба. — Хотя нет. Пусть ОНА будет Лидией Васильевной. Так зовут мою бывшую начальницу. Я потом ещё и голос схожий подберу.

Кроме имени и пола для киберпомощника можно подобрать ещё и голос. Рынок предлагает огромное количество самых разных голосов, начиная со знаменитостей и до полностью синтезированных, которых у людей не бывает в принципе. Например, с забавным «марсианским» акцентом. Заодно к голосу можно подобрать и манеру общения. Например, крутой начальник, сопливый интеллигент в пятом поколении, легкомысленная порнозвезда. Нередко у потребителей бывают очень экзотические запросы, а у производителей не реже очень больная фантазия.

— Ну уж нет, — с самым решительным видом заявил Юрий. — Вот будет у нас в Изорково собственный коттедж, вот купим для него ещё одного киберпомощника, вот тогда ты и назовёшь его как душе угодно. Хоть та же Лидия Васильевна. Но здесь, на производстве, киберпомощник в первую очередь мой помощник. Поэтому только я и дам ему имя и пол.

Голуба явно хотела что-то возразить, но лишь молча закрыла рот. Как бы мало они не прожили вместо, но одно почти жена успела уяснить. Многие бытовые мелочи, да и не только мелочи и не всегда бытовые, Юрий охотно отдал Голубе на полный откуп. Где жить, какие обои купить, где именно повесить картину — в подобных вопросах женщины и в самом деле разбираются гораздо лучше мужчин. Но если Юрий в чём-то упёрся, то лучше уступить.

— Хорошо, — наконец произнесла Голуба. — И как ты хочешь назвать нашего киберпомощника?

— Э-э-э…, — Юрий не сразу собрался с мыслями, до этого момента об этом он даже не думал. — Отец Кондрат. Да, пусть будет отец Кондрат.

— А это ещё кто такой? — удивилась Голуба.

— О-о-о! — Юрий театрально закатил глаза. — Отец Кондрат был духовным лидером нашей секты «Истинные люди». Фактически самым главным в Вельшино. Да, ещё у нас был староста, так сказать светская власть, но он против священника никогда не шёл.

О-о-о! — Юрий хитро усмехнулся. — Я ещё голографические проекторы в штабе установлю и куплю специальное дополнение для отца Кондрата. Пусть он будет, так сказать, воплоти! Там… В подряснике, в скуфье, в епитрахиль и с большим латунным крестом на груди. И вести себя он будет соответствующим образом. Ты только представь: врывается в кабинет, размахивает крестом и орёт дурным голосом: «Покайтесь, грешники! Адские машины поломались!»

От собственной глупости Юрий рассмеялся, следом прыснула Голуба.

Уже давно киберпомощников можно оснастить не только оригинальным голосом и определённой манерой выражаться, но и голографическим воплощением. И в этом сегменте рынок предлагает огромное количество самых разных вариантов. Можно сотворить себе вальяжную знаменитость в прикиде как у чокнутого попугая, крутого начальника в пиджаке и с галстуком, легкомысленную порнозвезду в слишком откровенном наряде. Как правило, в купе с образом идёт манера поведения. Знаменитость размахивать сумочкой и капризно кривит лицо, крутой начальник размахивать руками и стучит кулаком по столу, а уж порнозвезда… И по этой части у потребителей нередко бывают очень экзотические запросы, а у производителей так вообще вконец извращённая фантазия.

— Ох, Голуба, — продолжил Юрий, — если бы ты только знала, как он всех достал. Как же он любил односельчан всех оптом, на воскресных проповедях, адом пугать. Я понятия не имею, жив ли он и где, но пусть хотя бы его голос и образ будут помогать нам вести дела. Уверяю, тебе понравится.

На том и порешили. Юрий не поленился прочитать инструкцию к киберпомощнику, а потому легко и быстро задал ему новое имя вместе с мужским полом. Жаль, конечно, но тембр голоса, манеру выражаться, внешний вид и поведение в целом придётся докупить и установить позже. Здесь же Юрий задал отцу Кондрату первую задачу — напомнить о визите инспектора «Ростехнадзора» 15 августа.

— Принято, — ответил отец Кондрат. — Юрий Фёдорович, Голуба Александровна, я вас не вижу, — следом предупредил киберпомощник.

— Ах, да, — спохватился Юрий. — Совсем забыл с этим звонком.

Из кармана серых шорт Юрий вытащил чёрную полусферу круговой видеокамеры, которая шла в комплекте с системным блоком киберпомощника.

— Вот так, — в специальный разъём на системном блоке Юрий вставил чёрную полусферу видеокамеры. — Как теперь? Видишь нас?

— Да, Юрий Фёдорович, — тут же отозвался отец Кондрат. — Обнаружено отсутствие внешнего источника питания. Имеющегося заряда накопителя хватит на семьдесят два часа.

— Ах, да, — из другого кармана шорт Юрий вытащил длинный провод с вилкой и подключил отца Кондрата к розетке в стене. — Как теперь?

— Внешнее питание обнаружено, — отозвался отец Кондрат. — Параметры напряжения и частоты переменного тока в пределах нормы.

— На этом пока всё, — торопливо произнёс Юрий. — Часа через два-три я установлю на крыше антенну для доступа в Сеть. Со временем заведу на тебя все видеокамеры, дистанционные замки и управление производством в целом.

— В чём заключается моя главная задача? — всё тем же механическим голосом спросил отец Кондрат.

Когда они покупали отца Кондрата в специализированном магазине, то менеджер по продажам прописал в памяти киберпомощника образы Юрия и Голубы как хозяев и главных пользователей с правами полного доступа. Но ничего более отец Кондрат пока не знает.

— Я и Голуба, — начал Юрий, — являемся совладельцами семейной фирмы «Арктика». Ты понимаешь, что значит «семейная фирма»?

— Так точно, — послушно отозвался отец Кондрат. — В моей базе данных находится полный свод законов Российской Федерации.

— Отлично, — отметил Юрий. — Наша фирма «Арктика» буквально в ближайшие дни займётся оцифровкой бумажных архивов. Твои задачи будут следующими…

Минут десять, то и дело прибегая к уточняющим вопросам и к помощи Голубы, Юрий старательно объяснял отцу Кондрату его будущие обязанности. Откровенно говоря, как раз из-за предстоящего колоссального объёма самой разной информации они и разорились на киберпомощника. Контроль за территорией бывшей военной базы, дистанционные замки и прочая бытовуха по сравнению с главной задачей не более чем детская пластиковая тележка для трактора. Если бы фирма «Артика» пекла пирожки или коптила колбасу, то для оправления культа святой бюрократии вполне хватило бы обычного компьютера.

— Между мной и Голубой Александровной следующей разделение обязанностей. Я, — Юрий ткнул себя пальцем в грудь, — отвечаю за все технические вопросы. Та же установка видеокамер, проверка оборудования и наладка сканирующих станков. Голуба Александровна отвечает за финансы и юридическую стороны нашей фирмы «Арктика». Налоги, счета, общение с чиновниками — это всё к ней. Заодно, — Юрий покосился на почти жену, — к ней же обращайся со всеми бытовыми вопросами. Как-то покупки в магазинах, стирка одежды, новые ковры и тапочки. Задачи в целом ясны?

— Так точно, — ответил отец Кондрат.

— Вопросы будут?

— При текущем объёме полученной информации и выполнении технических и технологических процессов, вопросов нет.

— Отлично, — Юрий повернулся к почти жене. — Голуба, тебе помочь?

— Ну-у-у, вообще-то, — Голуба принялась ломаться, — таскать тяжести не женское дело.

— Конечно не женское, — тут же согласился Юрий. — Только разрешите напомнить, что в кузове нашей «Газели» лежат твои сумочка и рюкзачок. А ещё пять коробок с набором из фарфора на десять персон. Кое-кто объяснил мне, что это наследство от бабушки. И если треснет хотя бы одна кружка, то треснет вся моя сексуальная жизнь на ближайший месяц.

— Хорошо, хорошо, — рассмеялась Голуба, — намёк я поняла. Только сначала переоденься в свой рабочий костюм. А то шорты уже испачкал.

Сумочку, рюкзачок и все пять коробок с бабушкиным фарфором Голуба и в самом деле снесла сама. Всё остальное доблестно перетаскал сам Юрий. Только грех жаловаться, Голуба занялась самым что ни на есть женским делом, которым сам Юрий заниматься любит не очень — уборкой. Специально для наведения чистоты в коридоре у дверей комнаты Юрий оставил одну из канистр с водой на технические нужды объёмом в двадцать пять литров.

Как бы они не старались, как бы не торопились, но подготовка к очень важному делу завершилась лишь через три с половиной часа. На счастье Голубы, септик штаба оказался полностью исправным. Юрий разрешил невесте мыть руки в раковине и не бегать по нужде в кустики за штабом. За последнее замечание он чуть было не получил мокрой тряпкой по голове.

— Ну что? Готово? — голос Голубы дрожит от нетерпения.

— Сейчас проверим, — Юрий спрыгнул с шаткого стульчика и поспешил к распахнутому ноутбуку. — И вот так.

В углу комнаты, где так и застыл шаткий стульчик, сперва будто сконцентрировалась пыль, а потом появилась цветная наполовину прозрачная пирамида.

— Сейчас, стульчик уберу, — Юрий оттащил подальше «наследство» военных.

Пирамида недолго оставалась статичной. Вот она сперва слегка приподнялась над полом и закружилась. Её грани принялись сверкать яркими огнями. Да и сама пирамида то растворялась в воздухе почти до полной прозрачности, то становилась плотной и монолитной словно камень.

Цветная пирамида — стандартный тест для проверки и настройки голографического проектора. Именно его Юрий повесил под потолком в углу комнаты.

— Тест пройден, — произнёс Юрий, едва цветная пирамида вспыхнула огненными искрами и окончательно растворилась в воздухе. — А как дела у тебя?

— Всё на мази, — Голуба показала на стол.

Один из столов, что достался им в качестве «наследства» от военных, Голуба вытащила на середину комнаты и накрыла белой скатертью. Выбор блюд и напитков не может поразить воображение, зато еда самая настоящая, по особому вкусная после «похлёбки». В центре большая чаша доверху наполнена фруктами: бананы, яблоки, сливы, персики. Гроздь синего винограда венчает это великолепие. Четыре салата в специальных салатницах. Голуба наготовила бы и больше, но салатниц в бабушкином наборе нашлось всего четыре. Зато ещё на четырёх тарелках разложена нарезка: колбасы, сыр, ветчина и порезанная мелко-мелко зелень. Но главное украшение стола, по мнению Юрия, это, конечно же, большая бутылка шампанского. От вина, пива и водки по обоюдному согласию они решили отказаться. Два комплекта тарелок и два комплекта ложек и вилок разложены на противоположных концах стола. Можно было бы поставить их вместе, но, раз других гостей не предвидится, то, опять же по обоюдному согласию, решили устроить как на свидании в ресторане.

— Давай, скорей, переодевайся, — потребовала Голуба, — уже без десяти четыре.

— Ай момент! — Юрий с трудом оторвал взгляд от пищевого изобилия.

Увы, но для предстоящего торжества старая футболка и не менее молодые рабочие брюки не годятся вовсе. Тем более за последние три с половиной часа Юрий успел основательно их извозюкать. Но, буквально в самый последний момент, в кармане опять запиликал смартфон.

Да кого там ещё принесло? Юрий в раздражении вытащил гаджет из кармана. Опять незнакомый номер, опять видеозвонок.

— Добрый день, — Юрий едва не сорвался на ругань, когда на маленьком экранчике появился начальник. — Слушаю вас.

Именно начальник, а не государственный чиновник. Мужчине несколько больше сорока лет. Да, на нём пиджак, рубашка, даже галстук имеется, но китель рабочего подошёл бы ему гораздо больше. А ещё чуть тронутые сединой борода и щёки, которые не слишком часто знакомят с бритвой. Зато выпирающие скулы и квадратная челюсть говорят о том, что у начальника крепкий характер и привычка командовать людьми.

— Добрый день, — деловым, но слегка недовольным тоном, заговорил начальник. — Вы — Сварин Юрий Фёдорович, владелец фирмы «Арктика»?

— Да, — Юрий машинально кивнул. — Чем могу служить?

— Смирнов Алексей Александрович, начальник железнодорожной товарной станции «Екатеринбург 4», — незнакомец и в самом деле оказался начальником. — Извольте сегодня, буквально сейчас же, принять причитающиеся вам двадцать крупнотоннажных контейнеров. Фитинговые платформы прошу освободить и сегодня же вечером отправить их обратно на станцию. Предназначенный для вашей фирмы груз вот уже вторую неделю занимает у меня десятый путь.

— При всём уважении, но откуда столь много контейнеров за раз? — удивился Юрий.

— Ну, скажем, не за раз, а накопилось за две последние недели, — пояснил начальник станции. — И всё на адрес вашей фирмы «Арктика». Забирайте немедленно.

Да что они все специально сговорились? Юрий захрипел от натуги. Хотя очень хочется объяснить этому Алексею Александровичу, куда ему идти и в каком виде. Вместо этого Юрий натужно выдохнул и ответил почти спокойным голосом.

— При всём уважении, но ни сегодня, ни завтра, ни в четыре ближайших дня принять причитающиеся нам крупнотоннажные контейнеры мы не сможем. В лучшем случае только 10 июня, то есть в воскресенье.

От столь наглого заявления начальник железнодорожной станции недовольно закряхтел. Наверняка и ему тоже очень захотелось отправить Юрия в том же направлении и в том же виде, куда Юрий чуть было не отправил его самого.

— Вам выписать неустойку? — почти спокойным тоном спросил начальник станции. — У вас лишка денег? Так это запросто.

— При всём уважении, но выписать неустойку вы так же не сможете, — Юрий окончательно взял себя в руки и почти успокоился.

— Это ещё почему? — начальник станции сердито дёрнулся, стул под ним пронзительно шаркнул ножками по полу.

— Коммерческую деятельность наша фирма «Арктика» официально начнёт только 14 июня 2091 года. Но, как вы уже поняли, ещё до наступления этой даты мы сможем принять причитающиеся нам крупнотоннажные контейнеры, все двадцать штук. Но уж точно не сейчас и не сегодня вечером.

И да! — Юрий повысили голос, чем не дал начальнику станции заговорить. — Отправителем груза являются органы государственной власти. Кроме того, там нет скоропортящихся продуктов питания либо иных товаров с ограниченным сроком годности. Вы можете отправить все двадцать контейнеров по обратным адресам, только они всё равно вернутся к вам в кратчайший срок. И ладно если просто вернутся на вашу станцию.

Более чем прозрачный намёк на неустойки и штрафные санкции со стороны властей начальник станции просёк моментально.

— Хорошо, — тон Алексея Александровича разом смягчился, — по каким причинам вы не можете прямо сейчас принять крупнотоннажные контейнеры?

— К сожалению, — Юрий театрально вздохнул, — я давно не был в фитнес-зале. Но даже чемпион мира по тяжёлой атлетике не сможет поднять даже самый лёгкий из крупнотоннажных контейнеров, чтобы перенести его с фитинговой платформы на открытую площадку для хранения. Два робота-погрузчика уже специально заказаны, но они прибудут только 10 июня. К сожалению, они оба бэу. Продавец заверил меня в их исправности, но стопроцентной гарантии всё равно не дал. Увы, как вы сами понимаете, всегда приходится исходить из наихудшего варианта.

Объяснение начальнику железнодорожной станции явно не понравилось. Неустойка либо отправка груза по обратным адресам тоже не прокатят. Это он тоже понял.

— Хорошо, так и быть, — Алексей Александрович заговорил вновь, — я пришлю вам парочку своих роботов-погрузчиков. Недорого, — тут же добавил начальник станции.

Не мытьём, так катаньем.

— При всём уважении, — Юрий окончательно успокоился, — но будь у нас свободные средства, то мы приобрели бы новых роботов-погрузчиков.

От такой наглости начальник железнодорожной станции онемел. Ноздри его расширились, того и гляди сорвётся на крик. Он и так пошёл на все возможные уступки. А тут какой-то юнец гнёт перед ним пальцы.

— Понимаю! — продолжил Юрий. — На самом деле произошла серьёзная накладка. Контейнеры для нас прибыли гораздо раньше, чем наша фирма «Артика» официально начала работать. Могу только гадать, по каким причинам отправители отправили груз раньше, чем нужно было. Но и вы поймите меня.

Мы и так прибыли на место на неделю раньше официального срока, чтобы заранее разобрать как раз подобные завалы. Наша фирма «Арктика» новенькая, с иголочки. Откровенно говоря, до самого конца ещё и не дошитая. У нас жёсткий бизнес-план. Мы не можем позволить себе лишние траты. И вообще, фирма «Арктика» официально является семейным предприятием. Я, вон, ещё даже не успел жениться на втором совладельце. Сами гляньте.

Юрий повернул телефон в сторону Голубы, такой красивой-красивой, и закончил:

— Если вам так необходимо освободить фитинговые платформы и десятый путь, то присылайте своих роботов-погрузчиков и за свой счёт. Сложить контейнеры можно прямо на перроне, места там достаточно.

— Ладно, чёрт с вами, — начальник станции махнул рукой. — Придумаем что-нибудь. Свет вам да любовь.

Связь оборвалась. Юрий с облегчением опустил смартфон на стол. Можно сказать, что вернулись горячие деньки. Опять. Первый раз он попал в серьёзную запарку на Иртунском деревообрабатывающем комбинате. Второй раз, когда в Бечевинке запускал в работу склад фирмы «Гийкан». И вот опять.

— Умеешь же ты разговаривать с людьми, — заметила Голуба.

— Самый убойный аргумент оказался надет на тебе, — ответил Юрий.

— В смысле? — Голуба нахмурилась.

— В зеркало глянь.

Как бы не хотелось Алексею Александровичу, начальнику железнодорожной станции, избавиться от крупнотоннажных контейнеров и освободить десятый путь, но он тоже человек. Вполне возможно, что женат, и дети имеются. Когда Юрий повернул смартфон в сторону Голубы, то она предстала перед начальником станции в наряде невесты. Всё как полагается: белое пушистое платье почти до самого пола с открытыми рукавами и воздушная фата. В подобном одеянии в гости не ходят, тем более не шатаются по ночным клубам. В таком одеянии женщины выходят замуж. Это традиция.

— Юрий! Осталось пять минут! — спохватилась Голуба. — Переодевайся, давай!

— Сейчас, — Юрий сорвался с места.

Футболка и брюки комом улетели в дальний угол. Юрий торопливо накинул на плечи белую рубашку и натянул тёмно-синие брюки. Ещё жилетка и пиджак. Классический костюм-тройка, пусть и не самый дорогой. Голуба завязала ему галстук в тон костюму. Только сейчас Юрий заметил, что она всё же замазала тональным кремом оба шрама на правой скуле. Хотя Голуба уже давно перестала стесняться своих внешних недостатков.

— Кольца? Где кольца? — Юрий торопливо застегнул на пиджаке последние пуговицы.

— Вон, — Голуба ткнула пальцем, — я их на системный блок положила.

Точнее, оба золотых кольца Голуба положила в фарфоровое блюдце, и уже его поставила на системный блок киберпомощника.

— Ах, да, телефон давай, — потребовал Юрий.

Голуба молча протянула ему свой смартфон. Юрий положил свой и её гаджет рядом с системным блоком и громко произнёс:

— Отец Кондрат, новое задание.

— Слушаю.

— Подключись к нашим телефонам и сам принимай звонки. Если кто будет спрашивать, отвечай, что совладельцы фирмы «Арктика» ответить не могут, ибо они сочетаются законным браком. Задача ясна?

— Так точно. Поступил запрос на включение голографического проектора. Включить?

— Давай, — Юрий торопливо подхватил Голубу под руку.

Свадьба — очень важное событие в жизни любого нормального человека. Так уж получилось, что ни Юрию, ни Голубе пригласить на церемонию бракосочетания абсолютного некого. Можно было бы по-быстрому оформить отношения ещё в Екатеринбурге. Пять минут, и они вполне официально муж и жена. Но Голуба всё равно настояла хотя бы на усечённой церемонии. Как выяснилось, это ещё одна её мечта — надеть по соответствующему случаю белое платье невесты. Юрий не стал возражать. Откровенно говоря, он сам не прочь жениться по-человечески. Особую радость ему доставило то обстоятельство, что на этот раз у него будет всё по-настоящему и в реальности. А не тот балаган, что чуть было не разыгрался против его воли в базовой локации «Вельшино». Да и, Юрий покосился на лацкан пиджака, на нём теперь не убогая рубашка деревенского сектанта, а полноценный костюм-тройка. В собственных глазах Юрий сразу поднялся на несколько социальных ступенек.

Настроенный заранее голографический проектор сперва просто осветил угол комнаты. Но вот изображение уплотнилось и прорисовалось. Словно призрак появилась немолодая, но очень приятная женщина. Рядом с ней будто вырос высокий узкий столик.

— Добрый день, вы готовы? — поинтересовалась работница ЗАГСа.

— Да, — первой ответила Голуба.

— Да, — только и успел повторить Юрий.

Дистанционное заключение брака — услуга, которую оказывают все без исключения ЗАГСы Российской Федерации. Раз уж с гостями у них вообще никак, то они решили сыграть свадьбу прямо на объекте их семейной фирмы «Артика». Как ни как, а именно она свела их вместе и стала фундаментом их отношений. Хотя, конечно, пожениться в дворце бракосочетания было бы круто.

— Э-э-э…, — растерянно протянула работница ЗАГСа, — почему я не вижу гостей?

— Нам некого приглашать, — ответил Юрий. — Так получилось.

— Свидетелей тоже не будет, — следом произнесла Голуба.

Свидетели — ещё один элемент свадебного обряда. По-сути, он тоже анахронизм, почему законодательство давно позволяет обойтись без свидетелей.

— Ну что же, приступим, — работница ЗАГСа приосанилась и заговорила хорошо поставленным голосом. — Голуба Лунева и Юрий Сварин, сегодня вам предстоит вступить в законный брак, навеки связать свои жизни и судьбы воедино.

Ну как же без торжественной речи? Юрий улыбнулся и плотнее сжал запястье Голубы. Даже не верится, что он стоит здесь и сейчас.

— Голуба Александровна Лунева, — между тем работница ЗАГСа перешла к самому главному, — согласны ли вы взять в мужья присутствующего здесь Юрия Фёдоровича Сварина?

— Да, я согласна взять в мужья присутствующего здесь Юрия Фёдоровича Сварина. О чём и подтверждаю под протокол, — от волнения голос Голубы слегка дрожит.

Ну как же обойтись без современной формулировки «под протокол»? Ведь классической росписи в акте регистрации брака не будет.

— Юрий Фёдорович Сварин, согласны ли вы взять в жёны присутствующую здесь Голубу Александровну Лунину?

— Да, — Юрий с трудом вытолкнул из себя первое слово, а всё волнение проклятое, — я согласен взять в жёны присутствующую здесь Голубу Александровну Луневу. О чём и подтверждаю под протокол.

— Прошу, обменяйтесь обручальными кольцами.

Левой рукой Юрий подхватил с системного блока киберпомощника фарфоровое блюдце. Голуба первой надела ему на безымянный палец золотое кольцо. После сама перехватила блюдце. Юрий осторожно взял второе кольцо и, не без трепета, надел его на безымянный палец Голубы. Фарфоровое блюдце задрожало в её руке и чуть было не сыграло на пол. Юрий вовремя подхватил его и поставил обратно на системный блок киберпомощника.

— Объявляю вас, — голос работницы ЗАГСа на миг замер, — мужем и женой.

Наконец-то! И без всяких напоминаний со стороны работницы ЗАГСа Юрий подхватил Голубу, прижал к себе и поцеловал. Сквозь тонкую ткань пальцы невольно нащупали её страшные и уродливые шрамы. Плевать! Юрий радостно выдохнул.

Что будет дальше, то ведает лишь господь бог. Конечно, в ближайший месяц они будут заняты по самую маковку. Вот такой у них будет медовый месяц. Плевать ещё раз. Одно Юрий знает точно — мечты сбываются.

Конец трилогии.

Content

Большой внешний мир

Глава 2. Шевелиться надо

Глава 3. Призрак Вельшино

Глава 4. Семья лесоводов

Глава 5. Человек без корней

Глава 6. Гнилая заноза

Глава 7. Белый медведь на льдине

Глава 8. Это судьба!

Глава 9. Ночной клуб

Глава 10. Конец всем тайнам

Глава 11. По морде

Глава 12. Работа над ошибками

Глава 13. Кто кого переплюнет

Глава 14. Странное испытание

Глава 15. Три из четырёх

Глава 16. Пятьдесят процентов

Глава 17. Военный объект

Глава 18. В силу обстоятельств