Двойник

Пролог

Константин Назимов

ДВОЙНИК

Аннотация:

Двойник — точная ли копия? А если он живет в другом мире и эпохе? При этом неотличимо похож. Или все это сон? Вот только реальность оказалась другой, жесткой и не дающей время на размышления.

Молодой парень из нашего мира переносится в свою копию. Казалось бы, судьба подарила неплохой шанс. И вроде все хорошо, да в империи плохо. Трещит она по швам, внешние и внутренние враги активизировались. Вот-вот произойдет свержение императора, а герцогство отца захватят. Старшему сыну, как наследнику, ничего не остается, как погрузиться в происходящее. Что ждет Алексея, а в новом мире Айлексиса? Да все то, что в древние времена считалось нормой! Предстоит учиться на ошибках, находить и терять друзей. Новаторство? Оно у него есть, да только дайте время. Но он не побоится обнажить шпагу или меч, защитить честь дамы и упорно идти к цели…

Пролог

Мечты и реальность — две разные вещи, в этом убеждаешься быстро, когда начинаешь окунаться во взрослую жизнь. Нет, у кого-то может происходить все и не так, правил и аксиом нет. Однако, в двух разных мирах, совершенно не похожих, двум молодым людям снились сны, которые они не могли никому рассказать. Хотя, такие попытки и делали, но ни к чему хорошему это не привело. Если в начале родные смеялись над детскими словами, то потом обеспокоились, стали вызывать докторов и целителей. Врачи сокрушенно качали головами, выписывали горькие пилюли, которые непременно требовалось разжевывать. А какие были противные на вкус микстуры! Только в этом, условно говоря, больные, были согласны, а во всем остальном они имели зачастую противоположное мнение. При этом, отдавали отчет, что внешне очень схожи, даже родинки и те одинаковые. И что забавно, каждый из молодых людей считал, что никогда бы так не поступил на месте своего двойника или копии.

— Как странно, — задумчиво произнес парень, рассматривая себя в зеркало в небольшой ванной комнате.

— Удивительно, — сказал его двойник, вглядываясь в свое отражение в воде озера.

На вчерашней тренировке, первый получил травму, когда на спарринге у соперника слетел наконечник с рапиры. И именно в момент выпада, который не удалось парировать. Защитная экипировка спасла, но от травмы не уберегла. На плече появилось рассечение, правда, не слишком большое. А на троих верховых напали разбойники, при этом в герцогских угодьях! Стычка оказалась скоротечной, пущенный болт из арбалета прошел в опасной близости от наследника земель, но оставил на его плече аналогичный шрам.

— Хм, скорее это все же выверты воображения, — покачал головой парень из развитого мира. — Такого в действительности просто не может быть.

Видения или сны были настолько реальными, что невольно внесли коррективы в их взросление и увлечения. Если один тянулся к точным наукам и ему не нравилось махать мечом, то второй предпочитал скакать верхом. Увы, они не могли общаться, только видеть и слушать, правда, последнее далеко не всегда удавалось. Тем не менее, представление о том, как живет его двойник в другом мире они оба имели. Если тот, кто родился в приграничном герцогстве и воспитывался в строгом поклонении к родным и старшим, то второй имел больше личного пространства. И, тем не менее, оба парня ждали с нетерпением, когда сны познакомят их с чем-то новым и необычным. Вот только эти знания мало чем им могли помочь. Зачем изучать устройство компьютера тому, где обычное электричество заменяется дорогущими магическими светильниками? А другому корпеть и медитировать полдня, а то и больше, чтобы попытаться создать малюсенький огонек перед собой? Вот только магия не откликалась, а из тех книг, что удалось прочесть со своим двойником было далеко не все понятно. Какие магические поля? Как использовать свой дар или источник, которого сколько не проверяй, а тот не откликается. Да и с помощью магии далеко не все возможно сделать. Обычные люди в историческом мире, как называл его первый парень, ей даже не пытаются пользоваться. Легче кресалом разжечь огонь, чем несколько часов собирать магию, а потом остаться на сутки без сил, с трудом шевелясь. Какие из таких работники? А какой смысл напрягать себя и зрение, чтобы увидеть на небольшой миг ауру вокруг собеседника, при это ощущая, как по спине струится пот?

— Н-да, если со мной произошел несчастный случай, то мой двойник мог бы и пораскинуть мыслями, с чего бы на него разбойники напали! — умываясь, буркнул молодой человек.

Когда он со стороны наблюдал за происходящим, то отметил некие детали, на которое почему-то в историческом мире не обратили внимание и не задались вопросами. Засаду организовали грамотно, как только верховые въехали на лесную дорогу, в них сразу разрядили арбалеты. При этом болты должны были снять плохенькую магическую защиту, прикрывавшую конных. И это удалось, как и повалившие деревья заставили срочно спешиться двух охранников молодого господина. Надо признать, покушение удалось бы, но наемникам фатально не повезло в решающий момент. Тот, кого они должны были убить, повел себя неправильно. Не стал картинно вставать в стойку, когда один из охранников с рассеченной шеей заваливался на траву, а второй с круглыми от удивления глазами держался за меч врага, вошедший в брюшную полость. Парень сделал то, чего от него не ожидал никто. Мысок сапога ударил между ног одного из нападавших, рапира, словно копье полетела во второго убийцу, а последний, уже делая длинный выпад, напоролся на острый сук в руках сына герцога. Парень сам не понял, как упал на землю и схватил первое, что попалось под руку.

— Готов поспорить на что угодно, Айлексиса выслеживали и хотели убить, — покивал сам себе парень, и со вздохом взял бритвенный станок.

Бриться ему не очень-то нравится, но еще больше раздражает растительность на щеках. Кто-то любит бороды и усы, за ними ухаживает, а у Алексея, такое у него имя, раздражение от щетины. Возможно, когда волосики станут жесткими, а не мягкими, как сейчас, то он и изменит мнение. Он все продолжает сравнивать как живет его двойник и он сам. Герцогство находится в приграничье империи, оно было пожаловано прадеду или еще более старшему в поколении по линии отца, за преданность короне и боевые заслуги. Айлевирское герцогство расположилось на границе королевства, соседствующего с территориями занимающими орками и поселением горцев, похожим на гномов, за свой невысокий рост, прижимистость и хитрость. Граница постоянно подвергается набегам орков, а вот со стороны горцев идет торговля. Однако, в герцогскую казну прибыли от этого почти нет. Караваны не задерживаются, уходят в столицу империи. Да, лет двести назад король провозгласил себя императором, завоевав двух соседей. При этом получил контроль над морскими путями и кораблестроением и плодородные земли, где занимались сельским хозяйством.

Вроде бы при каком-то штурме командир небольшого отряда, господин Севергон Коршунгов, пришел на помощь королю, на шатры которого напали горцы и орки. Вообще-то, этому веры не очень много, как-то все сумбурно в родовой летописи написано. Да и само герцогство далеко не лакомый кусок, можно сказать как находилось на грани разорения, так и продолжает таковым оставаться. Ну, это так казалось парню из развитого мира.

— И кому же нужно убийство наследника? — задался вопросом Алексей, собираясь отправиться на первую пару в институт.

Для всех и каждого, в семье парня из другого мира царит мир и спокойствие. Но последнее время есть какое-то напряжение, что-то происходит. При этом, мачеха парня не гнобит, относится к нему хорошо. Со своим младшим братом по отцу у Айлексиса неплохие отношения. Сайлен к старшему тянется, старается с ним соревноваться и точно не строит планы подвинуть в очереди на наследство. Впрочем, отцу всего-то пятьдесят лет, он здоров и не собирается умирать. Еще у парня есть две младшие сестры, одна совсем мелкая заноза, которой десять лет, и Свейла, которой исполнилось на днях шестнадцать и именно при ее родах умерла родная мать Айлексиса. Герцог первую жену любил, однако, он не смог долго оставаться вдовцом. Айлевир женился на графине, которую привез из столицы. Приданого у той оказалось пару чемоданов с одеждой, старенькая повозка, да трое служанок. Какими доводами руководствовался герцог — никто не знает, но вторая его жена многим напомнила первую. Такая же спокойная и миловидная, рассудительная и тихая.

— Или все же капитан был прав, когда он с герцогом прибыл на место схватки? — задался вопросом Алексей, вспоминая слова бородатого и осторожного воина.

Тот некоторое время ходил по поляне, осмотрел трупы нападавших, а потом убедительно стал доказывать, что это не покушение, а обычный разбой. В общем-то, в его доводах имелся смысл. Трое молодчиков явно не из местных, не тот загар, точнее, его нет, да и в найденных походных мешках нашлись теплые вещи. Северяне? Но что они тут забыли? Их земли находятся за владениями с орками и между собой они, мягко говоря, не дружат. Или что-то изменилось?

— Мне бы стоило попытаться книжку написать, раз так все воспринимаю, — хмыкнул парень, утираясь полотенцем.

Алексей неоднократно размышлял, откуда в его голове происходят такие видения. Они мало напоминают прочитанные книги и просмотренные фильмы. Далеко не все в герцогстве и империи гладко, народ живет тяжко, а магия, как таковая, мало всем помогает. Или в столице все не так? Увы, Айлексис там давно был, поэтому-то и нет точного представления, что происходит за границей герцогства. Поговаривали, что имеются боевые маги, опора императора и гроза врагам.

— Наверное, это все же буйная фантазия, — сам себе сказал Алексей и вздохнул, возвращаясь в реальность.

Денег осталось немного, с родителями он давно не общался, те заняты своими раскопками. Вроде бы они сейчас в Египте или уже оттуда уехали? Постоянные экспедиции, дома бывают настолько редко, что не будь видеосвязи и он бы их лица забыл. Парня воспитывала бабушка, баловала его, но год назад умерла. Похороны он организовал сам, благо помогла давняя знакомая семьи и еще пара человек. А вот мать приехать не смогла, лежала в госпитале с лихорадкой, а отец за ней ухаживал. Какую-то заразу на раскопе подхватила, что случалось не так редко. Да и даже бы будь она здорова, то прилететь из джунглей точно не успела. От их лагеря до цивилизации неделю пути, а бабушка скончалась скоропостижно. Врачи сделали заключение, что тромб оторвался, а так бы могла еще жить и жить. Сам же парень поступил по стопам отца с матерью и стал студентом археологического института. Ему интересны загадки истории, к которым тянет, в том числе и на раскопках бывать приходилось. Так что и увлечения под стать интересам, а еще к этому подтолкнули видения из странного мира. Следующим летом его родители обещали с собой взять, если не окажется хвостов после первого курса. Ну, об этом Алексей Андреевич Алексеев ни грамма не беспокоится, науки ему даются легко.

Ничего не предвещало беды и в герцогстве. После стычки с разбойниками жизнь вошла в спокойное русло. Ну, младшая сестренка Айлексиса продолжила дебоширить, носилась по дому и проказничала. А кто в таком возрасте не без греха, особенно если все восхищаются, няньки без ума, родители смотрят сквозь пальцы, и только старший брат способен отругать. Ну, с ним она тоже на раз справляется, сделает умильную рожицу, пустит слезу, и начнет просить прощения, при этом не забывая делать вид, что раскаивается. Как ей быть, если брат обидится и не будет рассказывать истории из странного и придуманного мира? Это их общая тайна и другим о ней знать нельзя.

— Сын, как ты оцениваешь то, что происходит? — задал вопрос герцог Айлексису, когда они возвращались с охоты, подстрелив пяток зайцев.

— Отец, о чем ты? — не понял его парень.

— Обо всем, — обвел рукой Айлевир окружающее их пространство.

— Очень общий вопрос, — пожал плечами Айлексис.

Герцог чуть улыбнулся, пригладил усы, но промолчал, выжидательно поглядывая на сына. Парень тяжело вздохнул, он понял, что отмолчаться не удастся.

— Охота прошла неплохо, — произнес парень.

— Гхм…

— Урожай в этом году будет неплохой.

— Хм…

— Новые лесопилки вскоре заработают во всю мощь.

— Угу…

— На границе затишье.

— Вот как? — прищурился герцог.

— Лазутчики докладывают, что орки готовят набег на северян и им не до нас, — уже увереннее произнес Айлексис. — Горцы финансируют сразу две стороны конфликта и ждут барышей.

— Что насчет осеннего бала? Есть та, которую готов привести в дом? — поинтересовался отец.

Этого вопроса парень всячески избегал, ему больше нравился мир, где молодые люди сначала друг друга узнают, ходят на свидания, целуются и смотрят кино. Ну, тот момент, когда зачастую начинают вместе жить не поженившись, он не очень понимал. Какой у женщины статус? Любовница? Вроде бы нет. С другой стороны, он старался принять тот мир таким, какой он ему видится.

— Нет, — покачал головой Айлексис, — в герцогстве никого не встретил. Если и приглянулась какая, то после нескольких фраз аж зубы сводит.

— Это если общение происходит официально, — усмехнулся герцог. — Тебе следует с той или иной девушкой пройтись по вечернему саду.

— Да кто ж ее отпустит? За своими чадами зорко следят.

— А ты пытался? — хмыкнул отец. — Неужели не подумал, что прояви ты заинтересованность, то не только отпустят, но глаза закроют, если дойдет до чего-нибудь этакого. Поймав же на горячем, то уже не отвертишься.

— Тогда мне и вовсе нет желания ни с кем по ночному саду гулять, — хмуро ответил наследник герцогства.

Айлевир не удержался и рассмеялся. Впрочем, он сам не видел подходящей партии для сына, не только из-за того, что тот сказал, но и в качестве укрепления герцогства. Сейчас графства примерно в равном положении, никто не выделяется. Почти в каждом имеется какая-нибудь девушка на выданье, но такой брак не принесет выгоды, как бы ни печально это звучало. С другой стороны, герцог мог и подумать, если бы сын какой-нибудь графиней или баронессой заинтересовался.

— Но ты же понимаешь, что вскоре предстоит определиться? Как насчет того, чтобы отправиться в столицу? — задал вопросы герцог.

В Каршанской империи ранние браки приветствуются, а к двадцати годам уже сложно подобрать пару. Обычно и вовсе помолвки заключались в раннем возрасте, но Айлексиса эта участь миновала. Пока нет и разговоров про обучение при дворе или в одном из имперских институтов. В пограничном герцогстве необходимы другие умения и навыки. Требуется организовывать оборону, уметь атаковать врага, держать в узде подданных и еще управлять финансами. Ну, нельзя забывать про советников и ученых мужей, которые всегда готовы предоставить решение. Да, в случае провала, вся вина ляжет на того, кто отдал приказ.

— Почему бы и нет, — задумчиво ответил молодой человек, которому интересно посмотреть на Каршанск.

Поговаривали, что главный город империи очень красив. Там есть товары со всего света, много разных рас, при этом Великая церковь не устраивает гонения на язычников.

— Тогда завтра выдвигаемся, — хмыкнул герцог. — Приглашение получили, отказываться в любом случае нельзя. Мне же тебя еще предстоит представить перед императором и официально объявить наследником.

Айлексис согласно кивнул, получается, они отправятся вдвоем с отцом, а сборы потребуются минимальные. Их будет сопровождать небольшой отряд, а вот если бы ехало семейство, то дорога заняла уйму времени. Сестрам и герцогини понадобилось бы не менее трех дней на сборы.

Две недели пролетели, как говорят, в седле. Молодой человек оказался удивлен, что он один с трудом справляется с дорогой. Воины и отец лишь посмеивались, отмечая, как Айлексис выматывается. И вот он уже рассматривал широкие улицы столицы, где народа столько, словно какой-то праздник. Патрулирующая стража, внимательно следя за порядком и призывая не устраивать драк и не мусорить. Тем не менее, запах далек от того, к которому парень привык и поэтому постоянно морщит нос, подавляя в себе желание дышать ртом. Кареты и различные экипажи снуют туда-сюда, проезжают телеги, спешат куда-то верховые, посыльные. Горожане все как один в приличной одежде, уровень жизни, как принято говорить в другом мире, намного выше, чем в герцогстве и это неожиданно расстроило. Своими выводами он поделился с отцом, но тот усмехнулся и велел отряду свернуть на одну из боковых улиц. Буквально через десять минут столица предстала с другого ракурса. Много мусора, люди одеты чуть ли не в лохмотья, детвора перемазана, на незваный отряд поглядывают с опаской. Невольно сравнив крестьян и рабочий люд в столице и герцогстве, Айлексис пришел к выводу, что дома все же лучше.

Они заселились в неплохой гостинице, миновав несколько постоялых дворов. Отец ничего не объяснял, предпочтя, чтобы сын сам во всем разобрался. Айлексис не терял времени даром, гулял по столице и глазел по сторонам в оставшиеся три дня до императорского бала. И вот он с отцом отправился во дворец, куда устремилось высшее общество империи. Кареты создали затор на улице, возницы ругаются, дамы морщат носики и обмахиваются веерами. От украшений и нарядов рябит в глазах. Молодой человек впервые почувствовал себя неуютно. У него обычная рапира, боевая, без украшений. Одежда чуть помята и пошита далеко не из дорогой ткани. На удивление, их представили императору одними из первых. Правитель империи оказался усталым и пожилым человеком, постоянно покашливающим, но встретил их радушно.

— Герцог, рад, что наконец-то прибыли ко двору, — заявил сидящий на троне, когда отец и сын склонили головы. — Надеюсь, на границе все в порядке.

— Ваше Императорское Величество, не извольте волноваться, — произнес Айлевир.

— Даже и не собирался, — буркнул тот. — Молодой человек, так как теперь вы официально стали наследником, то жду от вас представления будущей жены. Не имея семьи — нельзя защищать границу, это одно из основ.

Айлексис промолчал, он с таким утверждением не согласен, но его мнение никто не спрашивает.

— Развлекайтесь, — отмахнулся правитель, давая понять, что аудиенция закончена.

Отец и сын отошли в сторону, и герцог чуть слышно сказал:

— Будь осторожен, мне необходимо отлучиться и переговорить кое с кем. Император давно потерял интерес к происходящему и отчитываться приходится перед Верховным магом.

— А он разве не здесь? — не удержался от вопроса парень.

— Он не любит балы и предпочитает работать в кабинете, — улыбнулся герцог. — Когда-то мы с ним приятельствовали, но государственные дела для него на первом месте. Так, это за мной, — он чуть кивнул в сторону приближающегося молодого человека в пенсне, — помощник Буржана. Не задирайся ни с кем, — напутствовал сына герцог и направился навстречу к помощнику мага.

Ну, парень принял решение просто понаблюдать за происходящим и сравнить этот бал с теми, которые устраивались в герцогстве. Отличий много, начиная с различных групп, разбившихся по интересам. Дамы откровенно оценивают взглядами кавалеров, а те на них в ответ смотрят так, словно уже завоевали. Нет, есть и скромные девушки, смотрят в пол и чувствуют себя неуютно. Айлексис оценил задумку отца, который привел его чуть ли не в повседневной одежде. Он никому не интересен и может спокойно во всем разобраться. К нему точно никто не подойдет и уж тем более не заговорит. Но это оказалось не так. Почему они ошиблись? Не тем ли, что слишком бросались в глаза?

— Привет! — прозвучал рядом нежный голосок. — Ты же воин из благородных? Я права?

Айлексис с удивлением рассматривает девушку в нарядном платье и немного растрепанной прической. Украшений на незнакомке минимум, глаза горят озорством, уж этот-то взгляд он ни с чем не спутает. Младшая сестренка так смотрит, когда собирается набедокурить или уже совершила какой-то проступок.

— Можно и так сказать, — кивнул Айлексис.

— Отлично! Тогда дарю тебе аж три своих первых танца! — объявила девушка и выжидательно посмотрела на парня, ожидая его восторженной реакции, но ее не последовало. — Ты не понял, кто я такая?

— А зачем? — пожал плечами наследник герцогства.

— Хм, но даме же не принято отказывать!

— Вы еще девушка, — осторожно ответил парень, прикинув, что его собеседнице едва ли исполнилось пятнадцать.

— И что? — прищурилась та и протянула ладошку: — Я — Иштания или коротко — Ишта. А тебя как зовут?

— Айлексис, — чуть склонил голову парень, осторожно пожимая ладошку.

— Какой-то ты робкий, жаль, — покачала головой девушка. — Ладно, пошли танцевать!

Она с неожиданной силой увлекла молодого человека в центр зала. Три танца пролетели словно миг. Смотря в голубые глаза и озорную улыбку, притягательные губы партнерши Айлексис поймал себя на мысли, что девушка ему интересна. Та еще умудрилась из него вытянуть столько информации, которую он далеко не каждому и расскажет. При этом и на его вопросы Ишта легко отвечала, но свой титул не назвала, как и фамилию. Объявила, что это тайна великая и если им еще раз суждено встретиться, то так тому и быть. Но на самом деле, она просто избегает общество неких парней, которые ей осточертели.

— Меня обязали три танца исполнить на этом балу. Пришлось выкручиваться, прости, если подставила, — чуть обеспокоено сказала девушка, когда последний танец подошел к концу.

Айлексис не успел и слова сказать, а девушка проворно затерялась в толпе, оставив его одного. Отца нигде не видно, впрочем, они условились встретиться в гостинице, если разминутся.

— Пора и честь знать? — сам себя спросил молодой человек.

Прежде, чем отправиться на выход, он разузнал у слуги насчет уборной. А вот там-то его поджидал сюрприз в виде троих парней, чуть старше его. Они зашли следом и без слов один из них ударил ребром ладони по шее сына герцога. Тот не смог отреагировать, лишь чуть уклонился. А в этот момент кулак второго нападавшего, на которым оказался кастет, ударил в висок Айлексиса, а должен был разбить нос. Третий же вскрикнул:

— Идиоты! Зачем его прибили?

Сын герцога приграничья медленно сползает по стене, а по его виску стекает темная капля крови. Аура Айлексиса стремительно угасает.

— Уходим! — объявил все тот же парень, который не успел применить силу. — Не хватало еще, чтобы нас застукали над остывающим трупом!

Парни выбежали из уборной комнаты, а у герцогства Айлевирского наследник вот-вот станет другой.

Глава 1

ДВОЙНИК

Глава 1. ДВОЙНИК

На этот раз сон и явь смешались, это осознаю, но не могу разобраться, где реальность, а где бред больного воображения. Хотя, нет, давно уже считаю, что все события в другом мире происходят на самом деле и, вполне возможно, в настоящее время. Почему? Сложно ответить, но некоторые моменты никак не могут оказаться моей фантазией. Мало того, что некоторые слова не знаю, так еще и зачастую нахожусь в шоке от того или иного. Кстати, алфавит в древнем мире чем-то похож на наш, как и речь кажется знакомой, но на самом деле, когда первый раз мне привиделся мой двойник, то ни слова не понял. Ну, на тот момент он и сам многие буквы не выговаривал, а читать-писать не умел. Вот и учился с ним, как, подозреваю, и он со мной.

— Что-то я не в форме, — чуть двинул рукой и попытался открыть глаза.

Удивительно, ничего не болит, но огромная тяжесть словно вдавливает тело в жесткую кровать. Еще и апатия сильная, нет желания вставать и чем-то заниматься. Кстати, а почему так-то? В памяти всплыла картинка, когда я возвращался после празднования дня студента. Мы с одногруппниками решили отметить поступление в институт и познакомиться поближе, все же вместе предстояло учиться пять лет. Пришли не все, примерно половина группы, при этом девушки выставили предварительное условие, чтобы ни грамма алкоголя. Их мог понять, в малознакомой компании напиваться сомнительное удовольствие, последствия могут оказаться печальными. А повеселиться можно и так, при желании. Поэтому-то и решили совместить, собравшись в ночном клубе, где дискотека до утра. Вот только все сразу же пошло как-то не так. Несколько парней пришли в подпитии, две девчонки откровенно флиртовали со всеми подряд. Кто-то залипал в телефоне, а с остальными беседа не вязалась. Но, в какой-то момент все же разговорились, потанцевали, а потом стали расходиться. Мог посчитать, что вечер прошел позитивно, но только до момента, когда услышал крик о помощи. Трое подвыпивших парней тащили к тачке упирающуюся девчонку. Большой тонированный джип, престижный и вроде бы последний модели. На таких машинах абы кто не катается. Похоже, столкнулся с мажорами, которым все дозволено.

— Нет, нет! Не поеду! Помогите! Кто-нибудь!

— Не ори, а то хуже будет, — усмехнулся один из парней и залепил девушке пощечину.

У несчастной голова мотнулась в сторону и на какой-то миг она обмякла. Представить, что последует дальше не так-то сложно. Окажись девушка в машине и ей сбежать окажется невозможно. Уже удивительно, что так долго оказывала сопротивление, почти минуту наблюдал, как ее пытаются запихнуть в тачку.

— Парни, а вы отдаете себе отчет, что творите? — поинтересовался я, разгоняя по венам кровь и готовясь к драчке.

— Отвали, — лениво произнес тот, кто удерживал девушку за талию.

Двое других и вовсе ринулись на меня с кулаками и, надо признать, парни кое-что могут. Однако, алкоголь вреден, сказывается на скорости реакции, а зачастую и мешает просчитывать варианты. Качаю маятник, удар кулака противника рассекает воздух над моей головой, а в его солнечное сплетение врезается моя ладонь. На пару минут он не соперник, а вот удар по моим ребрам болезненный. Зато короткая двойка по корпусу в моем исполнении и завершающий в подбородок — классика. Очнувшаяся девушка вырывается из рук мерзавца, точнее, он сам ее отпускает и выхватывает из кармана выкидуху. Это уже опасно! Делаю шаг назад, так как свою миссию выполнил, девушку отбил и ту уже не догонят, убегает так, что только пятки сверкают. Кстати, ее туфельки валяются на асфальте, наверняка ноги порежет, зато останется цела.

— Зря ты с нами связался, — усмехнулся парень, поигрывая ножом.

Он демонстративно посмотрел за мое плечо, но на этот старый трюк я не повелся. А в следующий миг висок взорвался болью. Удар оказался такой силы, что кости черепа не выдержали. Я еще стою на ногах, но осознаю, что без помощи хорошего нейрохирурга не выживу. Ощущаю, как по щеке стекает кровь и начинаю оседать. Успеваю заметить того, кто нанес удар кастетом. Мужику лет тридцать, этакий шкаф и на его лице ни грамма эмоций, а в левой руке брелок от авто. Это же водитель тачки! Вот что не давало покоя, когда с парнями сцепился, не учел охранника-водителя.

— Получается, могло быть и хуже, — сам себе сказал и все же дотронулся кончиками пальцев до виска.

Удивительно, даже голова не перебинтована, медицинские приборы не пищат, в палате не пахнет лекарствами и почему-то нет ни одного горящего светодиода, не говоря уже о лампах. А еще какой-то странный специфический запах, этакая смесь парфюма и пудры. Попытался сесть, но тело отказалось подчиняться.

— Что за бред, — настороженно произнес, вспомнив кое-что еще.

Завалившись на асфальт, еще продолжая дышать, но уже находясь без сознания, я встретил Айлексиса в каком-то странном месте.

— Это межмирье, — усмехнулся мой двойник, у которого на виске капля крови. — Не повезло нам с тобой. А может это из-за того, что двойники и проблемы одного затрагивают другого.

— Мы оба умерли? — задал я очевидный вопрос.

— Еще пока нет, — задумчиво произнес Айлексис. — Однако, в своих мирах мы уже не жильцы.

— Как это?

— Там нас убили, хотя и не хотели этого, — наследник герцогства помолчал и добавил: — Наверное не хотели, однозначно ответить не могу.

— Как мы тут оказались?

— Наши ауры и магические силы покинули тела, которые для них не предназначены, но успокоиться не могут, зная, что есть возможность продолжить жить, — задумчиво произнес Айлексис. — Алексей, ты же со мной учился, неужели ничего не понимаешь?

Ну, признаю, не особо вдумывался в то, что изучал мой двойник. Сначала было интересно, но когда даже слабенького проявления магии у себя не обнаружил, то не очень-то вдумывался в то, что показывало видение. Нет, быт меня интересовал, как все устроено, какие порядки и правила, но в изучение старинных фолиантов, медитаций и непонятных теорий не очень-то вникал. Честно говоря, скептически к такому относился.

— У меня нет магических способностей, — пожал я плечами.

— Они есть у всех, — отмахнулся мой двойник. — Другой вопрос, что источники не развиты, мало энергии, а сама магия почти не помогает в обычной жизни. В твоем мире легче купить зажигалку или щелкнуть выключателем, чтобы подсветить себе путь.

— Можно подумать, что в твоем не так, — почему-то обился я. — Есть свечи, лучины…

— Не продолжай, это и так понятно, — прервал меня мой двойник.

Мне вдруг показалось, что он намного взрослее и опытнее, чем я. Почему? Из-за обязанностей, с которыми сталкивается каждый день? Получается, моя жизнь была легче и беззаботнее?

— У нас мало времени, а без твоего согласия ничего не получится, — произнес Айлексис.

— О чем ты?

— Наша ментальная связь сегодня впервые дала сбой, когда тебя ударили. Похоже, мы уже друг друга не почувствуем, как когда-то раньше. Точнее, всему наступает предел. Удивительно, что столько времени друг за другом наблюдали и даже, можно сказать, проживали совместные жизни. Теперь же все не так, — он дотронулся до своего виска и печально улыбнулся. — Глупо, как же глупо все получилось. И ведь я знаю, тебе нравятся мои брат с сестрами, ты восхищаешься отцом и даже мачехой. Алексей, согласен ли ты занять мое место?

К этому моменту уже сумел понять, к чему он клонит. Но что ответить? Прожить чужую жизнь или она окажется моей? А как же сам наследник герцогства, что станет с ним? В мое тело он вряд ли способен вернуться, мало того, что магия в моем мире слишком слаба, так еще и полученные повреждения не позволят выжить. Действительно, глупо все получилось, что у него, что у меня. Или так тому и предрешено? Нет смысла задавать вопрос, кто так задумал, ответа не получу, а если и будут догадки, то они ничего не дадут.

— И ты так просто мне это предлагаешь? — я посмотрел на своего двойника.

— А почему бы и нет, — пожал тот плечами. — Мы же с тобой не просто двойники из разных миров, у нас духовная связь и почти всегда одинаковые взгляды. Да, где-то характеры отличаются, ты более взрывной и импульсивный. Однако, хочу предупредить, что прежним ты уже не останешься. Мои навыки, память, знания и умения повлияют на тебя, хочешь ты того или нет.

— Прекрасно, просто превосходно, — хмыкнул я. — Другими словами, вместо наших двух личностей появится третья.

— Нет, это не так, — отрицательно покачал головой Айлексис. — Ты будешь ощущать себя Алексеем, но откликаться и действовать от моего имени, — он вдруг поморщился и посмотрел наверх. — Время на исходе, аура истончается, для принятия решения остается меньше минуты. И, да, я, с твоего дозволения, попытаюсь занять твое тело, в которое ты ни при каких раскладах не вернешься, — он протянул мне руку: — Договорились?

Ладонь парня подернулась пеленой, словно вот-вот исчезнет. Наследник герцогства поджал губы и внимательно на меня смотрит. В его взгляде нет ни капли сомнения, поэтому-то я пожал его ладонь. Практически сразу замутило, перед глазами поплыли круги, а потом образовалась воронка и меня с огромной скоростью куда-то потащило. Мне показалось, что в какой-то момент падение замедлилось, а потом произошел удар, от которого мои мозги встряхнуло, а сам я провалился в беспамятство. Замелькали картинки из чужого мира, как Айлексис проживал ту часть жизни, которую я не видел. Хм, некоторые моменты оказались неожиданными, этого никак не ожидал. Одно понял, мой двойник взрослее меня, не физически — морально. Правда, это не удивительно, в древние времена все происходило быстрее.

— Это сон или нет? — задаю себе вопрос, а сам прислушиваюсь к непонятным ощущениям.

Где-то внутри меня теплится этакий мягкий и уютный комочек, готовый откликнуться и сделать все, что в его силах. Он крохотный, но от осознания, что он со мной становится на душе спокойнее. Это ни что иное, а возможность использовать магию. Источник? Дар? Не важно, как его называть. Конечно, он слаб и ничего толком сделать не в силах. Айлексис пытался его развить, но не сумел. Рассчитывать на то, чтобы стать могущественным магом и крушить врагов направо и налево одним движением приподнятой брови не может быть и речи. Впрочем, даже огонек зажечь на кончике пальца и то требует огромных усилий и долгого восстановления. Несколько часов точно из жизни выпадет.

— Получается, это произошло в действительности, — печально улыбнулся и все же сел на кровати.

Есть некие отличия от моего обычного состояния. Тело более спортивное, пресс на животе ощущается явственнее, в руках и ногах однозначно больше силы. При этом, в своем мире уделял физическому состоянию приличное количество времени. Нет, не злоупотреблял спортзалом и тяганием тяжестей, на раскопках зачастую требуется махать киркой и перелопачивать метры грунта. Да и спортом не пренебрегал.

Дверь тихо скрипнула и отворилась, на пороге кто-то постоял, а потом уверенно вошел в комнату. Миг и на столе загорелась лампадка и я увидел знакомое платье. Меня посетила озорная девчушка, с которой три танца кряду сплясал. Стоп! С ней не я танцевал! Вот только воспоминания говорят обратное, в том числе и ощущения. Тем временем, девушка обернулась и вскрикнула, встретившись со мной взглядом. В ее голубых глазах секунду назад была боль и тоска, а теперь они полыхают недоверием и радостью.

— Ты выжил? — удивленно спрашивает она меня.

— Проверь, — чуть пожимаю плечами и добавляю: — Сам еще не разобрался, так что ущипни меня.

Посетительница повела себя странно, она выставила вперед руку, нахмурилась и что-то попыталась сделать. Ей это плохо удалось, поэтому она взяла и ущипнула себя за запястье. Вновь вскрикнула, а потом осторожно подошла ко мне и буркнула:

— Не двигайся, а то ударю.

Откуда и когда в ее ладошке появился стилет я не углядел. С трудом не дернулся, когда ладонь девушки оказалась на моем лбу, после чего ее пальчики осторожно пощупали пострадавший висок.

— Странно, — удивилась та и сделала шажок назад. — Ты точно не упырь, а височная кость цела. Как так, если лекарь ничего не мог сделать и заявил, что ты не доживешь до утра. А если случится чудо, то потеряешь разум и будешь ходить под себя, мычать и никого не узнавать. Кстати, ты же меня знаешь?

— Мы с тобой танцевали три раза, — ответил ей, подумал и добавил: — Точнее, ты меня трижды уже использовала.

— Граф, не переходите грань, — холодно сказала посетительница.

— Ты и титул мой знаешь? — не обратил внимание на ее повелительный и высокомерный тон. — Кстати, а как я тут оказался?

— Тебя принесли слуги, — объяснила девушка о чем-то размышляя.

— Об этом, уж прости, догадался, — хмыкнул я. — Ты бы меня не приволокла, да и драка произошла в мужской уборной. Сомневаюсь, что туда заходила.

— Тогда что хочешь услышать? — пожала плечами девушка.

— А как тебя зовут-то? — запоздало спросил ее и сам представился: — Наследник герцогства Айлевирского, Айлексис Айлевир, старший сын герцога.

— Мне об этом известно, — отмахнулась девушка. — Кстати, твой отец не в курсе о том, что случилось. Не захотела его расстраивать, он бы ничего сделать не смог, но ситуацию мог ухудшить. А разве ты забыл, что назвала свое имя? Ты меня расстраиваешь!

Гм, действительно, она Айлексису представилась, но, убей не помню какое имя назвала, а титул так и вовсе. Или она его скрыла? Роюсь в памяти, но почему-то все время всплывает взгляд этой голубоглазки, когда с ней танцевал. Что за напасть? Или мой двойник в нее с первого взгляда влюбился? На наследника герцогства это не похоже, но исключать ничего нельзя. Увы, эмоции и чувства память не передает, да и еще не все могу почему-то вспомнить. Этакие темные пятна присутствуют.

— Госпожа или барышня, уж прости, не знаю твоего статуса, но не могла бы ты свое имя повторить? — продолжил я настаивать. — Как ни крути, а хотелось бы знать ту, из-за которой чуть не умер. Кстати, кто эти благородные придурки, что как простолюдины машут кулаками, а не выясняют отношения на дуэли?

— А ты на дуэли с ними бы справился? — склонила голову к плечу девушка.

— Понятия не имею, — честно признался ей и встал во весь рост.

Ощущения интересные, присутствует некая заторможенность, когда тело выполняет привычные движения с задержкой. Этакий долгий пинг получается, ну, смеюсь, такое сравнение не уместно. Хотя, подходящее определение сложно подобрать, я не медик, хотя и оказание первой помощи изучал. В походах археологи сталкиваются с разными опасностями, от укуса змей и падений в ловчие ямы. Еще и аборигены способны доставить неприятности.

— Ладно, иди уже к отцу, герцог тебя наверняка заждался, — подумав, сказала моя спасительница или ходячая неприятность.

Честно говоря, не смог ее отнести к какой-то из сторон. Сейчас она и не помышляет о забавах и уже ничем не напоминает мою младшую сестренку. Ну, Айка, как ее сокращенно иногда называю, когда хочу подразнить, умеет казаться истиной леди, строго соблюдая этикет. Честно говоря, это случается не часто, сразу после того, как накосячит по полной программе, ну, или какой-нибудь важный прием в доме происходит.

— Тебя же Ишта зовут, верно? — произнес я, прежде чем успел подумать, память толчком вернулась.

— Вспомнил наконец-то, — улыбнулась девушка, — а то уже стала переживать за твои мозги.

— А титул?

— Если захочешь — узнаешь, — отмахнулась та, подумала и добавила: — Но лучше этого не делай. Не желаю видеть, как окажешься среди тех, кто волочится за мной и добивается расположения.

Намекает, что птица высокого полета? Вот только в голосе больше грусти, чем заносчивости.

— Идем, выведу тебя из дворца. И не вздумай кричать, если что-то увидишь непотребное, — погрозила мне пальчиком и хихикнула каким-то своим мыслям.

Уточнять, что она подразумевала я не стал. Не удивился и тому, что в коридоре оказались двое телохранителей моей загадочной знакомой. Воинам лет по двадцать пять, у них ни единый мускул не дрогнул, когда я вышел следом за Иштой.

— Идем коридором для слуг, — посмотрела девушка на своих охранников.

Те синхронно переглянулись и поморщились, словно съели что-то кислое.

— Леди, позвольте нам графа проводить, — произнес один из воинов.

— А меня вы одну оставите? — усмехнулась девушка. — Не боитесь, если со мной что-то приключится?

На лицах телохранителей только бы слепой не смог прочесть ответ. Они больше не за свою подопечную переживают, а за здоровье тех, кто посмеет встать на ее пути. Ну, еще и за замок беспокоятся. И я их отлично понимаю! У Ишты в глазах бесята и чертята прыгают, она точно что-то замыслила и от своего не отступится.

— Леди, мы могли бы разделиться, — произнес охранник.

— И что из этого получится? — усмехнулась девушка. — Вы в паре работаете и друг другу спину прикрываете. Не хочу спорить! Идем! — она схватила меня за руку и потащила по коридору.

Мне ничего не оставалось, как последовать за ней, при этом с сочувствием взглянув на воинов. Те находятся в печали, похоже, у них есть определенные инструкции и сейчас они их нарушают. Готов побиться об заклад, что девушка предложит им сохранить все в тайне, ну, если не нарвемся на неприятности.

— Айлексис, а орки, которые совершают набеги, очень страшные? — неожиданно спросила меня Ишта.

Я даже с шага сбился, не сразу сообразив, о чем она спрашивает.

— Ты разве их не видела? — решил уточнить.

— Встречала, — неохотно кивнула Ишта. — В общем-то, они не очень страшные. Нет, симпатичных среди них не видела, но что такого, если зеленоватая кожа, клыки выпирают изо рта, лоб большой и покатый, а сами все как один больше двух метров. У них еще странный говор и непонятный язык. Вот их шаманы и на самом деле навевают страх, очень у них всяких разных амулетов много, а взглядом чуть ли убить не готовы.

— Тогда ты все сама знаешь, — усмехнулся я. — За тем исключением, что среди них имеются и те, кто обычного роста. Некоторые и вовсе без клыков обходятся, если их выбили. В тактике плохо разбираются, живут племенами, которыми пытаются управлять вожди и шаманы. Но, надо отдать должное, в бою очень опасны, за счет своего безрассудства, бесстрашия на грани безумия и неимоверной силы.

— А правда, что они похищают крестьянок и делают с ними всяческие непотребства? — понизив голос, спросила Ишта.

— Случается, — не стал врать, но потом добавил: — Благородным дамам это все тоже грозит. Поэтому, завидев орка лучше прячься, а то он тебя поймает и суп сварит.

— Врешь, орки не настолько дикие, — неуверенно произнесла девушка.

— Да, культ поедания разумных у них уже в прошлом, но гарантий никто не даст, если окажешься в плену, — пожал я плечами.

Пугать не хочу, но пару раз присутствовал, когда отцу докладывали, что границу орки прорвали и захватили пару деревень. Увы, от тех подробностей, которыми делились гонцы, еда просилась наружу.

— Айлексис, а ты с ними сражался? Участвовал в отражении набегов? — продолжила интересоваться девушка.

— Нет, — отрицательно покачал головой, хотя и имелось искушение соврать.

Тем временем, мы проходим коридором, между комнат слуг. Некоторые дери открыты и, надо признать, понимаю, почему телохранители не хотели этим путем идти. В одной из комнат режутся в карты, в соседней солдаты тискают двух полуголых служанок. Слышится ругань, характерные звуки при драке и занятии любовью. Разумеется, не из всех комнат, большинство закрыты и непонятно, что там на самом деле происходит. Щечки у Ишты раскраснелись, ее губы шевелятся, повторяя услышанные бранные фразы. Девушке очень любопытно, что тут и как. А еще она отчаянно трусит, но не показывает вида. Удивительно, но коридор мы миновали безболезненно, ни с кем не столкнувшись и телохранители с облегчением выдохнули. Дальнейший путь и вовсе оказался ничем не примечательным. Спустились по лестнице, Ишта что-то сказала постовому у двери и тот последнюю без вопросов отворил.

— Что ж, приятно было познакомиться, — сказала девушка и кивнула в сторону выхода: — Ступай, отца успокой.

— Не думаю, что он обо мне волнуется, — спокойно ответил ей и пояснил: — Доверяет и уверен, что в сомнительную авантюру не ввяжусь.

— Тут столица, а не твои земли, — усмехнулась Ишта. — Айлексис, ты хороший парень, но многое не знаешь и не понимаешь, — совсем по-взрослому, произнесла девушка и добавила: — Боюсь, во дворце не протянул бы и недели. Придворные тебя бы сожрали, пережевали, выплюнули и не подавились. Тут другие нравы и тебе повезло, что со мной столкнулся.

Спорно, ой спорно! Не станцуй она со мной три танца, то сейчас бы и горя не знал. Или все же где-то предрешено?

— Прощай, — коротко сказала Ишта и развернувшись, быстрым шагом стала удаляться.

— До свидания, надеюсь, встретимся, — сказал ей в спину, но девушка не обернулась.

Мне же ничего не оставалось, как покинуть дворец. Сразу за его оградой нанял извозчика, который с радостью согласился меня до гостиницы довести, всего за десять монет серебром. Он за дурака меня держит или думает, что не знаю цену деньгам?

— Не вопрос, но только отсыплю медью, — спокойно ответил я пройдохе. — Ты бы еще золотой запросил, вдруг бы согласился.

— Господин, вы же из дворца путь держите, неужели полюбовница обделила? Одежда у вас не очень-то дорогая, но ведь и не нищенствуете, — потер скулу возница.

— Ты за кого меня принял⁈ — возмутился я.

— А разве не из тех, кто ублажает дам? — округлил глаза мужик, а потом стащил с головы картуз и склонил голову: — Простите, обознался. Через эту калитку в это время выходят те, кому дамы в возрасте денег отсыпают.

— За десять медяков довезешь или стражу крикнуть, чтобы разобрались с твоими гнусными намеками? — прищурился я, стараясь сделать грозный вид.

Уж не знаю, испугался ли возница или у него в этот час не оказалось других клиентов, но до гостиницы он меня довез. А вот в номере герцога или правильнее будет отца оказалось многолюдно. На столе расстелена карта, а сам он даже не обратил внимание на мое появление. Помимо отца, в комнате еще трое, два армейских полковника и капитан стражи, судя по его мундиру. Они о чем-то ожесточенно спорили и сейчас недовольны друг другом.

— Что-то случилось? — поинтересовался я.

— Какой же ты догадливый, — с раздражением ответил отец и посмотрел на своих собеседников: — Господа, так как мы из этой ситуации будем выбираться?

Глава 2

В СТОЛИЦЕ

Глава 2. В СТОЛИЦЕ

В номере гостиницы, где собрались далеко не последние люди империи, наступила тишина. Настроение у всех присутствующих мрачное, ну, кроме меня. Я-то еще не понял, что происходит и кому какая опасность грозит. Почему-то посчитал, что в герцогстве нас никто не тронет. От столицы мы далеко, граница укреплена, преданные войска имеются. Впрочем, если потребуется, то графства выставят под двадцать тысяч бойцов. Черт! Не бойцов, воинов. С одной стороны, смысл одинаковый, но тут не принято так говорить. А я ловлю себя на мысли, что продолжаю думать сленгом из своего мира и, нет-нет, да и проскочат такие словечки в разговоре. Если дома на это никто не обращает внимание, все привыкли, то здесь следует следить за своими высказываниями. Кстати, об этом мне и герцог напоминал, когда держали путь в Каршанск. Удивительно, но Иштания, с которой общался, ни разу не заострила внимания на моих, не принятых в этом мире, выражениях.

— Айлексис, посиди и послушай, — кивнул мне герцог в сторону кресла, стоящего у окна.

Намек, чтобы не влезал я прекрасно понял. Ну, пока не понимаю, о чем речь, то и высказываться не о чем.

— Капитан, давай еще раз, — потер висок герцог Айлевир. — Что-то не сходится, есть нестыковки в твоем рассказе. Не верю, что все так одновременно наваливается. Это какое же должно было оказаться планирование.

Один из армейских полковников согласно кивнул, второй покачал головой, то ли соглашаясь, то ли нет.

— Сам сначала не поверил, — поморщился капитан, которому немногим за тридцать. — Изначально казалось, что события между собой не связаны. Но, возможно, все еще хуже, чем думаю. Некоторые моменты остались невыясненными, зато прослеживается четкий план Горшанской империи. Вам ли не знать, что они давно точат на нас зуб.

— В двух последних войнах мы их знатно потрепали, — заметил герцог.

— Не спорю, но давайте посмотрим на карту, — кивнул капитан. — Ваше герцогство граничит с землями орков и горцев, имеет проход в северную империю и, если там начнутся боевые действия, то они оттянут наши основные силы. Мы оголим тыл, — он указал на противоположное место на карте. — Конечно, граница и там неплохо укреплена, герцогство Азайлийское сильное, а недалеко размещены воинские подразделения, как раз на случай войны с Горшанской империей. По донесениям шпионов, Горское государство получило большой заказ от горшанского императора. Вот только горцы не собираются что-то продавать, вместо этого, они выделили средства вождям орков и преподнесли дары Суркусу, который недавно возглавил Северную империю. Известен и приказ, который получили мелкие оркские племена. Им запрещено атаковать Айлевирское герцогство. И, как вы подтверждаете, на границе относительная тишина, — он посмотрел на хмурого герцога.

— Почти декаду нет попыток вылазок, но мне поступают донесения, что орки готовят поход на северян, — ответил Айлевир.

— Но развернуть свои отряды им ничего не стоит, — буркнул полковник, а второй его поддержал:

— Да, граф Суршин прав, — он посмотрел на капитана, — оттянув наши основные силы, мы не сумеем противостоять горшанцам. Ситуация критическая, а император ничего не желает слушать. Еще и это заговор, будь он не ладен.

Мне так и хотелось воскликнуть. Что за заговор⁈ Но сумел сдержаться, мысленно представляя карту империи и пытаясь анализировать услышанное. Если все это происки горшанского императора, то надо отдать тому должное, он сумел добиться невозможного. Мало того, что перетащил на свою сторону нейтральных горцев, так еще сумел договориться с орками. С Северной империей все достаточно просто, пока их интересы взаимны, то они будут союзниками, не имеющими общих границ. Однако, так как нашу империю собираются захватить, а в этом нет сомнений, то… А вот тут большой вопрос, как вожди орков на это согласятся. Они обязаны понимать, что если с двух сторон на них пойдут войной, то будут уничтожены. Правда, это если и произойдет, то намного позже, после дележа захваченных земель. Опять-таки, появятся варианты, что северная империя сцепятся с горшанской. Черт, даже виски начало ломить от множественного развития событий, которые не факт, что произойдут.

— Возможно, император делает вид, что ничего не знает и ему все надоело, — задумчиво произнес капитан. — Мне сегодня сообщили, что к столице направляется два гвардейских полка, преданных Волтуру. Когда сюда направлялись, то шепнули, что спешно готовятся императорские экипажи. А вот приказа я не получал, похоже, вышел из доверия.

— Волтур никому не верит? — удивился герцог.

— Слишком много предателей, не поймешь, кто враг, а кто друг, — усмехнулся один из полковников и плеснул себе в фужер вина.

— Но чем думает верховный маг? Он же не способен управлять империей! — воскликнул мой отец и ударил кулаком по столу.

— Жаждет власти, — пожал плечами полковник, залпом выпивший вино. — Герцог, вы отошли от императорского двора, в столице появляетесь редко и не в курсе политических раскладов. Надо признать, Волтур последнее время слушал советников, издавал противоречивые указы, не желал вникать в подробности того, что происходит и собрал вокруг себя глупцов и идиотов. Устраивались шикарные торжества, раздавались направо и налево земли, а жизнь обычных подданных ухудшалась. За внешним блеском и лоском скрывается печальная картина. Император словно в спячке находился, но вроде бы одумался. Призвал к себе всех детей, даже незаконнорожденных и пытается выбрать приемника.

— Даже дочери и те при дворе, — хмыкнул второй полковник. — Выдает их замуж за тех, кто мог бы оказаться полезен. Но время упустил, боюсь, его участь предрешена и империю, если что и спасет от гибели, то только преданные герцогства.

Айлевир прищурился и осмотрел собравшихся, усмехнулся, налил себе вина, но пить не стал. Он о чем-то глубоко задумался, в номере воцарилась напряженная тишина. Она продолжалась чуть ли не минуту, а потом герцог спросил:

— И сколько из семнадцати герцогств на нашей стороне?

— Семь, — твердо ответил полковник, но его взгляд вильнул в сторону.

— А остальные? — уточнил отец. — Неужели все на стороне верховного мага?

— Нет, — покачал головой капитан, — Буржан заручился поддержкой восьми герцогств, остальные заняли выжидательную позицию.

— Всего два? — поразился Айлевир и обвел взглядом собравшихся. — Шутить изволите?

— Нет, — буркнул один из полковников, — честно говоря, в таком раскладе нет уверенности. Подозреваю, что на защиту императора не выйдет и половина из тех, про которых говорит капитан стражи. Вся центральная часть империи под верховным магом, а находящиеся герцогства на границе слишком далеко и им необходимо защищать наши рубежи.

— Власть Волтура не просто шатка, она вот-вот падет, если не случится чуда, — поддержал своего боевого товарища второй полковник. — Честно говоря, наша задача сохранить империю. Конечно, мы верны присяге, но нас император слушать не пожелал.

Я вспомнил человека, сидящего на троне. Он или очень хорошо прикидывался или ему все действительно осточертело либо вел свою игру. Не думаю, что, находясь у власти столько времени, Волтур так бездарно ее готов упустить. Его взгляд выражал скуку, но пару раз мне удалось поймать его внимательный взгляд, словно он оценивал, сразу рубить голову или подождать. Неужели замыслил масштабную чистку? А не надорвется ли, чтобы одним ударом изменить положение? Впрочем, меня больше заботит наше герцогство и те подданные, за которых должны отвечать. Плевать на то, кто правит, мне Волтур неизвестен, а из разговора понятно, что он допустил много промахов, управляя империей. Каковы на то причины? Без разницы! В таких делах важен результат, а он, как говорится, на лицо. Если уж ближайшие герцоги спят и видят, чтобы ими руководила другая фигура, то это говорит о многом. Однако, делать выводы слишком рано, как и осуждать тех, кого толком не знаю.

— Получается, вы хотите мне сказать, что если на мое герцогство ринутся орки с северянами, то помощи ждать не от кого, — медленно произнес Айлевир, а потом повысил голос: — Так какого черта мы тут с ваши обсуждаем⁈ Не могли сразу сказать, на что рассчитывать?

Гнев отца понятен, нас оставляют с врагом один на один, а это своеобразное совещание устроено лишь для того, чтобы прощупать герцога и его лояльность.

— Герцог, не горячитесь, вы умный человек и сами все понимаете, — вздохнув, сказал капитан стражи. — Нам приятно слышать, что вы остались преданы императору и не вывесите белый флаг на стенах крепостей.

— Милейший, за такие подозрения и слова обычно принято держать ответ! — рыкнул Айлевир и положил ладонь на рукоять меча.

— Герцог, успокойтесь, мы все делаем одно дело, — выставил ладони перед собой один из полковников. — Чтобы не случилось в столице, нам необходимо думать о границе. В ближайшее время нам придется ох как тяжело. Счет идет на дни, а то и часы. Если враг прорвется через границу, — он обвел пальцем большой круг на карте, — то разорение этих земель неизбежно. Мало того, скажу больше, выбить врага окажется очень сложно, если они займут ваши замки.

— И как мне удержать племена орков и полки северян? — криво усмехнулся герцог.

— Время, его необходимо выиграть, — признался капитан.

Хм, а ведь они не просто прощупывали отца! Вся эта троица действовала по приказу императора. Готов на что угодно поспорить. Волтур все же ведет собственную игру, которая, боюсь, неизвестна всем присутствующим. Примерно в таком же ключе думал и Айлевир. Вот он сжал кулаки, скрипнул зубами, а потом прошел и сел в кресло.

— Сколько нам удерживать врага? — глухо спросил он. — Как долго будет чистка в столице и что произойдет, если Буржан одержит верх? Хотя, последний вопрос снимаю, на него вы ответ точно не дадите, если только кто-то от верховного мага не пожалует. Правильно мыслю? — он с раздражением посмотрел на собравшихся.

— Да, — коротко ответил капитан и развел руки в стороны: — Извините, мы выполняли приказ.

— Свободны, — не поднимаясь и не скрывая своего плохого настроения, сказал герцог.

Собравшиеся переглянулись, вежливо простились, а потом покинули номер. С одной стороны, расклад очевиден, но как оно все получится на самом деле одному Богу известно. Хотя, нет, не так, полагаться можно только на собственные силы. Я продолжаю сидеть и размышлять о сложившейся ситуации. Если ее трезво оценивать, то герцогство на грани катастрофы. Зеленые воины, как орки называют сами себя, если объединятся с северянами и устремятся на стены пограничных крепостей, то долго мы не выстоим. Хотя, ключевых бастионов не так и много, где ждать основной удар, после которого можно попытаться взять под контроль большую территорию. Мелкие отряды не так страшны, хотя они и доставят хлопот. Другой вопрос, а не следует ли нанести упреждающий удар? Прикрыл глаза и воспроизвел по памяти карту. Слабых или чувствительных мест у противника нет. Вторгаться в северную империю — смерти подобно, гоняться за племенами орков на их земле — бессмысленно. А вот финансистов к ответу можно и призвать. Конечно, в горах, пещерах и многочисленных подземных переходах, преимущество окажется не на нашей стороне. Зато воины из них не ахти, предпочитают луки и арбалеты, в рукопашную не лезут. Правда, катапульты и стенобитные машины изготавливают превосходные. Кстати, вот и еще повод, чтобы горцев пощипать. Мол какого лешего вы врагам орудия поставляете? А то, что они занимаются таким заказом — уверен! Северянам долго доставлять до наших замков и крепостей мощное оружие, а идти на штурм крепостных стен без прикрытия они не дураки.

— Айлексис, я и забыл, что ты здесь, — отвлек меня от раздумий голос герцога. — Часом не уснул?

— Нет, — открыл я глаза, — с такими новостями про сон можно забыть.

— В общем-то, ничего нового, — неожиданно хмыкнул отец. — Не в первый раз нас оставляют один на один с врагом. Обидно, что проверяли на вшивость, но и с этим можно смириться, — он провел рукой по бородке. — Но проблема в том, что нам предстоит опасаться удара в спину, а это чертовски плохо.

Упс, а ведь этот момент я упустил. Империю хотят поделить, при этом низвергнув императора.

— За всем стоит верховный маг? — уточнил я у герцога.

— Возможно, — неопределенно пожал тот плечами. — Точной информации у меня нет, пока не получил ни одного донесения от своих шпионов.

— Они есть у тебя в столице?

— Разумеется, — кивнул герцог, — как и во многих других местах. Зачастую, людей, которые делятся информацией нельзя называть шпионами, скорее, они выражают таким образом благодарность, рассказывая, что происходит. Ладно, сейчас уже поздно, утром поговорим. Иди к себе и отдохни, не исключаю, что потребуется в спешке возвращаться домой.

Я встал и направился к двери.

— Айлексис, подожди, — остановил меня герцог. — Почему во дворце задержался? Надеюсь, ничего не случилось?

— Все нормально, — не стал ему рассказывать о произошедших событиях и переменах. — С одной леди познакомился, она чем-то Айку напоминает.

— Постарайся не называть так сестру, даже наедине со мной, она обижается.

— Делает вид, — отмахнулся я.

— Хорошо, иди отдыхай, — подошел к столу герцог и впился взглядом в карту.

Ему предстоит поломать голову, чтобы выкрутиться с наименьшими потерями. Зная наши и вражеские возможности, то нет у меня уверенности, что сумеем границу удержать. Расклад не в нашу пользу и это напрягает. Выстроить еще одну эшелонированную линию обороны не успеть, да и таких возможностей нет. Хотя, почему бы не попытаться усложнить жизнь врагу? Кое-где можно устроить горные обвалы, есть узкие места! Какое время выиграем? Пару суток, не больше. Но почему бы не заминировать дороги? Это не так сложно сделать, а урон врагу нанесем. Конечно, такого вида боеприпасов тут нет. Однако, имеются сосуды с зажигательной смесью, которые скидывают на головы врага или жгут в море корабли. Хм, а почему бы не создать легкие катапульты, способные производить залповые удары. Достаточно немного усовершенствовать баллисту, которую использовали в Древнем Риме! Там даже их ставили на повозку и каждая центурия, состоящий из порядка ста воинов, имела такую штуку! В общем-то ничего нового и сложного. Правда, баллиста использовалась в основном для стрел и реже для камней. Она имела двухплечевой торсионный механизм и работала по принципу стреломёта. Отличалась от катапульты тем, что снаряды запускались по настильной траектории. Легкие стрелы поражали врага на расстоянии километра, при этом прицельная точность была поразительна. Умелый расчет, состоящий из двух-трех человек, мог уничтожить вражеского командира. Впрочем, можно и онагр сделать, который по сути являлся упрощенной катапультой и тоже бил по настильной траектории. Однако, мне нравится первый вариант, когда если закончатся бомбы, то можно использовать дротики или стрелы. Главное, предусмотреть возможность стрельбы тем или иным способом. Вот только на создание такого оружия нет времени. Потребуется не один десяток таких баллист, чтобы их залповый удар нанес ощутимые поражения врагу. А с учетом, что расстояние не так велико, то следует озаботиться защитой или отходом. Если орудия выставить в два ряда и бить без остановки, то будет шанс обратить противника в бегство. Вот только, это в теории, а на практике все может оказаться не так.

— Наверное, лучше тракты минировать, — сам себе сказал, когда набросал чертеж баллисты, прикинув сроки ее изготовления и как долго она сумеет прослужить, прежде чем ей потребуется ремонт. — Зато есть варианты, — буркнул и широко зевнул.

Хотелось спать и есть, а мысли все крутятся вокруг северян и орков. Чем их подкупили, раз они собираются выступить единым фронтом? А еще, как-то засомневался в своих идеях. Дальность стрельбы слишком мала, а слаженность потребуется отменная, чтобы избежать рукопашной, в которой шансов не окажется. Ну, если только набрать отряд тех, кому нечего терять и их никто из боя ждать не будет. Смогу ли бросить бойцов на верную гибель? Не уверен, если только сам рядом с ними стоять буду.

Утром меня разбудил один из доверенных воинов герцога. Служивый долго бил в дверь и заставил меня встать.

— Чего в такую рань? — недовольно буркнул я.

— Господин, отец вам велел передать, — протянул мне несколько конвертов воин.

— А сам он где?

— Взял троих и отправился на оружейный рынок, после посетит дворец. Меня оставил вам помогать, если потребуется, — объяснил мой собеседник.

Герцог ему доверяет, Гунбарь, так зовут воина, повидал многое за свои тридцать лет. Будь он благородного происхождения, то дослужился бы до командира, а так под его командой несколько телохранителей отца. Получается, родитель беспокоится за мою безопасность. Вскрыл первый конверт и нашел подтверждения своим догадкам. Герцог просил быть осторожным, гостиницу не покидать до его возвращения. Если же он к полуночи не вернется, то постараться незаметно покинуть столицу и возвращаться в герцогство. Второй конверт мне предлагалось вскрыть после того, когда окажусь на наших землях. Третье письмо предназначено для моей мачехи, брата и сестер. Четвертое — казначею герцогства и капитану гарнизона, отвечающему за гарнизон поместья и безопасность близлежащего города под названием Эйлин.

— Господин Айлексис, будут распоряжения? — поинтересовался Гунбарь, находившийся в комнате, пока я изучал послания от отца.

— Герцог что-нибудь на словах передавал? — уточнил я.

— Пожелал всем удачи, — ответил воин, некоторое время помолчал, словно сомневаясь, следует ли мне говорить, но все же сказал: — Под утро к Его Светлости прибыло несколько посыльных. Они даже между собой чуть не передрались, каждый пытался доказать, что его вести важнее.

— Знаешь чьи они люди?

— Двое из дворца, кому служат поди разбери, а третий прибыл издали, у него не имелось знаков принадлежности к герцогству или кому-то другому, — произнес Гунбарь, вздохнул и добавил: — Что-то затевается, столица гудит слухами.

— И что же говорят? — поинтересовался я.

— Сплетни всякие, в них правду сложно найти.

— Дыма без огня не бывает, рассказывай! — велел телохранителю.

Гунбарь не посмел ослушаться, а может он посчитал, что мне необходимо знать, что происходит. Воин слишком опытный и умело контролирует эмоции, правда, что обидно, меня считает еще подростком. Пока добирались в столицу, не раз подшучивал, в спаррингах дрался вполсилы.

— Говоришь, что император собирается выдать замуж за какого-то горца одну из своих дочерей? — удивился я.

— Королевский конюх проболтался, что три кареты приказано готовить к длинному переходу. Подобрать лошадей, которые не испугаются высотных дорог и подвесных мостов, подковы сменить на зимние. Отдельно указали, чтобы не забыли цепи на колеса с собой взять. Вывод однозначный, император отправляет кого-то к горцам. Определенные экипажи закреплены за конкретными особами, — дал развернутый ответит воин.

Ну, он еще упоминал про готовящийся мятеж, объявление войны со стороны Горшанской империи, но меня это не заинтересовало. Подробности знаю и без слухов. А вот про северян и орков никто не болтал, ну, или Гунбарь об этом не узнал.

— Хорошо, ступай, но будь поблизости, — велел воину, подумал и добавил: — Никого не отпускай, возможно, нам придется в любой момент уходить. Поэтому, все должно быть готово.

— Как прикажете, — покивал тот.

— Минут через двадцать спущусь перекусить, там продолжим разговор, — сказал, а сам отправился в ванную комнату.

Пока приводил себя в порядок пытался наметить дальнейшие шаги, но я не являюсь самостоятельной фигурой. Нет, слуги мои приказы исполняют, но мой предшественник старался не брать на себя ответственность. Честно говоря, правильно поступал, опасаясь вызвать неудовольствие герцога. Да и не очень-то он давал наследнику управлять, но к советам прислушивался.

— Чего изволите? — спросил меня подавальщик, когда я уселся за столик и стал искать глазами Гунбаря.

— Завтрак, — пожал я плечами, удивляясь, куда это телохранитель запропастился.

— Могу предложить яичницу с жареным мясом, чай и булочки, — не задумываясь сказал работник гостиницы.

— Тащи, — кивнул ему и увидел Гунбаря, который что-то пытался доказать императорскому гвардейцу.

Мой телохранитель в раздражении махнул рукой, а потом направился к моему столику, что-то буркнув своему визави.

— Господин, у нас проблема, — мрачно сказал телохранитель.

— Что-то случилось с герцогом? — напрягся я.

— Нет, точнее, мне о нем ничего не известно, — покачал головой воин. — Император повелевает нам сопровождать в горское государство делегацию.

— И в чем проблема? — не понял я телохранителя. — Насколько знаю, дорога к горцам пролегает через наши земли, поэтому это наша обязанность.

— Эскорт должен состоять из полусотни воинов, под командованием представителя кого-нибудь из рода Айлевирских, — вступил в разговор гвардеец. — На границе герцогства вам необходимо встретить кортеж, а потом неотлучно находиться вплоть до окончания миссии.

А вот это действительно плохо, похоже, мы с отцом попали в немилость. Либо императору на нас плевать. Ясно только одно, сам герцог не в состоянии возглавить такой отряд, у него забот хватит на границе. Кого-нибудь из вассалов не пошлешь, остаюсь только я, брата в расчет принимать нельзя, он еще мал, и его воины точно не послушают.

— Есть письменный указ? — задал я вопрос гвардейцу и тот утвердительно кивнул. — Давай! — протянул я руку.

— Простите, он для герцога, — отрицательно покачал головой мой собеседник, в глазах которого дикая усталость и, вообще, с ним что-то не так.

Еще раз его внимательно осмотрел. Одежда вроде бы по размеру, но он к ней не привык, холеные руки, прическа от хорошего цирюльника, а не сделанная в казарме. Ряженый — однозначно. Но действительно ли этот человек, пытающийся выглядеть рядовым гвардейцем, от императора или представляет его врагов?

Глава 3

В ДОРОГУ

Глава 3. В ДОРОГУ

Сижу и размышляю, как поступить. Велеть схватить гвардейца или сделать вид, что ему поверил? Не совсем понятно, если он занимает сторону врага, то, чего добивается. Но почему шифруется, если представляет императора?

— Садись, — кивнул лжегвардейцу на свободный стул у столика, — подождем герцога, — он хотел что-то возразить, но я не позволил, взмахом руки призвал его молчать, а сам продолжил: — Я не дам ответа без письменного приказа, но его ты готов отдать лично в руки господина Айлевира. Будет нехорошо, если кортеж никто из наших воинов не встретит.

Мой собеседник устало прикрыл глаза, похоже, он давно не спал, еще и нервы у него ни к черту, желваки на скулах заходили. Тем временем, подавальщик поставил передо мной завтрак, который и пятеро-то здоровых мужиков не съедят.

— Это что? — спросил я у работника гостиницы. — Издеваться изволишь⁈

Тот искренне удивился и не понял меня, стоит, непонимающе смотрит и не знает, что ответить. Гм, ну, не прав как раз я! Это одна из стандартных порций для благородных господ, уставших в дороге. Если бы такое количество еды подали даме, то скандала избежать не удалось. И как сразу об этом дурацком обычае не вспомнил⁈ Надо срочно выкручиваться!

— Гм, почему столовый прибор только один? Или не видишь, что нас трое⁈ — нашелся я, при этом понимаю, что несу чушь.

Кто это в моем статусе посадит за стол посыльного и телохранителя, чтобы те разделили трапезу? Нет, исключения случаются, но сейчас этому нет объяснений, кроме как я демонстрирую свое сумасбродство. Кстати, имею полное право, так как рос на окраине империи. И опять вру! Наследник приграничного герцогства обучался этикету не хуже, чем любой другой его сверстник из столицы. Н-да, допускаю ляпы и ничего с этим поделать не могу. Хорошо хоть, что раздвоением личности не страдаю. От пришедшей этой мысли на какое-то время впал в ступор. Да, я Алексей из другого мира, но и одновременно с этим Айлексис из этого. Как так? Объяснить сам себе не могу, но герцога и его семью считаю родными, переживаю за наших подданных, границу и, пожалуй, империю.

— Господин, вы предлагаете им разделить с вами завтрак? — обескуражено спросил подавальщик, выводя меня из задумчивого состояния.

— Что-то не так? — прищурился я, не собираясь отступать и брать свои слова обратно.

— Для нас это честь, — произнес Гунбарь.

А вот посыльный или кто он там на самом деле на меня подозрительно посмотрел.

— Присаживайтесь, — хмыкнул я. — Кстати, господин гвардеец, а вы свой титул и звание не желаете назвать?

— Лейтенант гвардии, граф Муржиан Витор, — подумав, ответил тот.

У моего телохранителя вытянулось лицо, а потом он заметно побледнел. Хм, наверное, вспомнил, как общался с графом, считая того равным себе, а то и ниже по чину.

— Витор, позвольте к вам так обращаться, — произнес я, наблюдая, как гвардеец усаживается за стол, а подавальщик спешит к нам с двумя столовыми приборами.

— Ничего не имею против, — чуть пожал плечами лейтенант.

А вот мой телохранитель продолжает истуканом стоять и не спешит к нам с графом присоединяться.

— Гунбарь, ты чего медлишь или сыт? — задаю вопрос своему телохранителю, давая ему возможность маневра.

Тот все правильно понял, головой закивал, а потом произнес:

— Господин, я-то уже позавтракал, дозвольте проверить наших людей и лошадей.

— Ступай, — кивнул ему и положил себе на тарелку приличный кусок яичницы.

— Слушаюсь! — четко сказал мой телохранитель и чуть ли не мгновенно исчез.

Лейтенант невольно хмыкнул, но от комментариев отказался. Он все правильно понял, за исключением того, почему я так поступил.

— Витор, не стесняйтесь, кушайте, — кивнул я на стоящее посередине стола блюдо. — Вы же, как догадываюсь, последнее время провели в седле и вряд ли могли спокойно перекусить.

— Ваша правда, — подтвердил тот.

Некоторое время мы молча поглощали еду. При этом, лейтенант съел раза в два больше моего и судя по его взгляду не очень-то насытился.

— Вы же понимаете, что устное распоряжение выполнить не могу, — медленно произнес я, беря в руку чашку с чаем.

— Да, — коротко ответил тот.

— Однако, промедление спутает карты императору, — сделав вид, что не услышал ответа, продолжил я. — Неизвестно когда появится герцог, а делегация вскоре отправится в путь. Конечно, они будут двигаться медленно, однако, чтобы достойно выполнить приказ к нему следует подготовиться. При этом, вам известно, кто я такой и мой статус наследника герцогства. Но не беспокойтесь, предназначенный приказ отцу не прошу отдать мне, а вот если поделитесь информацией, то, возможно, приму нужное вам решение.

Лейтенант задумался, не мешаю ему, сам пытаюсь разобраться, почему готов, не дожидаясь отца, отправиться выполнять странное распоряжение, практически ничем не подкрепленное. Верить ли словам графа? Только из-за того, что выглядит честным человеком? В моем мире многие бы засмеяли, но в этом далеко другие традиции, хотя и хватает подлецов. Однако, насколько знаю из памяти своего двойника, то тут даже нет нормальной разведывательной сети! Так называемые шпионы далеко не профи, обычные люди, в основном торговцы, которые при случае готовы сообщить ту или иную информацию. Да, они преданы своему государству, готовы за него страдать, но… после того, как решат собственные проблемы. Допустим, продадут товар на базаре, а потом неспешно вернутся в гостиницу и только после этого составят донесение, после чего, при удобном случае, попытаются его отправить. В большинстве случаев, за предоставленные сведения не попытаются даже медяка получить. А вот, так называемый, промышленный шпионаж — другой вопрос, за него отсыпают золотом, но и законы намного суровее. Честно говоря, по всей структуре управления есть вопросы. Взять хотя бы наше герцогство. Торговые караваны идут постоянно, разбивают дороги, радуются, что их путь относительно безопасен, но при этом в нашу казну мало чего перепадает. Разве это правильно? Только в прошлом году приходилось несколько раз ремонтировать разбитые мосты. Но, с другой стороны, торговцы, зачастую, едут без медяка в кармане, надеясь заработать и платить им нечем. В общем, практически тупик. Если только не обязать их сбывать часть продукции в герцогстве, чтобы могли расплатиться и продолжить путь. А лучше всего создать такие условия, чтобы сами хотели продавать товары, а не проезжать транзитом.

— Айлексис, простите, мне нечего вам сказать, — с сомнением в голосе произнес мой собеседник.

— Граф Витор, а чего вы опасаетесь? — поинтересовался я, стараясь не показать своего раздражения.

— Как вы говорили — спутать карты, — пожал тот плечами.

— Бред какой-то! — я все же не сумел сдержать эмоции. — У вас есть задание, которое не хотите провалить, но выполнять его не спешите. Что ж, удачи лейтенант, — махнул рукой, — на этом разговор окончен.

— Хорошо, — спокойно ответил тот и встал. — Останусь при своем мнении и дождусь герцога.

Флаг ему в руки и барабан на шею! Мысленно высказался я, размышляя, чем бы заняться. Покидать гостиницу нельзя, ситуация в любой момент способна выйти из-под контроля, точнее, потребуется действовать, а попробуй отыщи кого-нибудь в людном городе. А вот то, что приказ императора придется выполнять — сомнений нет. Граф ни единым словом не соврал, я сумел напрячь свои слабенькие магические возможности и считывал ауру при беседе. Да, он многое скрыл, точнее, не пожелал рассказывать. Почему? Скорее всего нет у него ко мне доверия. Если со стороны глянуть, то сидит этакий молодой парень и требует отчета у более опытного. Или это в порядке вещей? Нет, пока еще не могу вжиться в новый мир, все время вспоминаю условности старого. Здесь нет ничего удивительного, когда семнадцатилетний парень командует войском или герцогством, а об этом я постоянно забываю. Тогда почему граф промолчал? Скорее всего, миссия с душком и она ему не нравится.

— Господин, какие будут указания? — подошел ко мне Гунбарь.

— Ждем герцога, — ответил я, подумал и добавил: — Если к вечеру не вернется, то выдвинемся к месту встречи императорского каравана. Узнай у лейтенанта, где и когда должны их встретить.

— Но приказ…

— Мы ничем не рискуем, — перебил я своего телохранителя. — Нет оснований графу не верить, а понять его можно, если велено послание отдать лично в руки моему отцу.

— Понял, — кивнул Гунбарь. — Мы с собой скольких воинов возьмем?

— Вдвоем с тобой поедем, а остальным выдам инструкции, что делать, — ответил ему и тяжело вздохнул, понимая, что предстоит писать десяток записок, в том числе отправить письмо родным и оставить послание для отца.

Мой предшественник предпочитал читать, а на документы ставить подпись. Как-то не заладились у парня отношения с пером и чернильницей. Даже просил, чтобы ему писаря выделили. Конечно, речь про детский возраст, но и повзрослев, парень к писанине испытывал отвращение. Разумеется, наследнику герцогства не пристало оставаться неграмотным, заставили его занимать чистописанием по несколько часов в день, но если не кляксу, то брызги чернил он однозначно оставлял, при написании десятка строк.

— И ничего сложного! — усмехнулся я, выводя на пергаменте красивые буквы, при этом не делая ни клякс, ни даже брызг не оставляя.

Честно говоря, не ожидал, что справлюсь с такой задачей. Правда, времени тратится на обычную фразу много. Каллиграфически выписывать буквы требуется в любовных посланиях, а не в обычных записках. Однако, моего двойника учили и вдалбливали, чтобы у него такой почерк был.

— Ну, это легко исправить! — усмехнулся сам себе и стал упрощать буквы.

Дело пошло значительно быстрее, чему я порадовался. Даже написал распоряжение в городок, рядом с которым должны встретить императорский караван. Оставил только пустое место для названия города. Градоначальнику повелел готовиться к приему гостей, подготовить провизию в дорогу и собрать отряд из преданных и опытных воинов, в количестве пятидесяти человек.

— Гунбарь! — повысил голос, зовя телохранителя или, что правильнее, адъютанта.

Такой должности в этом мире нет, но я ее введу, а то помощник как-то неправильно, у охранника узкая задача, а вот с адъютанта можно много требовать.

— Слушаю, — вошел в номер служивый, не подозревая, что его статус вскоре изменится.

Ну, если отец его к себе не заберет, конечно, найду другого, но пока меня Гунбарь всем устраивает.

— Узнал, где встреча с посланниками императора?

— В Пуртанске, — коротко ответил тот.

— Пуртанск? — озадаченно переспросил я, мысленно представляя карту герцогства. — Почему там, если путь к горцам есть намного короче? Это же какой крюк предстоит сделать!

— Они могут воспользоваться галерами в Оржанске и прибыть по реке, — осторожно возразил Гунбарь.

Такой вариант возможен, Пуртанск портовой город, как и Оржанск, но я сильно сомневаюсь, будет ли выигрыш по времени. Если только делегация императора немногочисленна.

— Хорошо, — кивнул я, заполняя пробел в письме-распоряжении.

Еще раз прочитал свое послание, размашисто расписался, достал из кармана малую печать наследника и поставил оттиск. Запечатал конверт, вновь использовал печать, чтобы получатель знал, если кто-то прочтет послание. Подумал и написал, что письмо требуется вручить мэру Пуртанска или тому, кто его заменяет. Точнее, насколько знаю, мэр номинальная фигура. Дело в том, что городом и окрестностями управляет граф Сейконов, но ему уже под восемьдесят и решения принимает его супруга. По словам отца очень предприимчивая дама, которая младше мужа на полвека, если не больше. Обычный брак по расчету, когда разорившееся семейство продало в рабство дочь. Ну, или та сама такой путь выбрала, решив прибрать к рукам состояние старого дурака, поверившего в какие-то к нему чувства. Впрочем, могу и тут ошибаться, не зная настоящие мотивы сторон.

— Отправь кого-нибудь из наших людей в Пуртанск, ответа не ожидаю, — протянул я конверт Гунбарю.

— Господин герцог не будет возражать? — осторожно поинтересовался тот. — Дело в том, что вы не вправе приказывать вассалам.

— Пусть считают, что это просьба, — хмыкнул я и добавил: — Если кто-то ее не выполнит, то обижусь.

Дал своему адъютанту еще указания, связанные с моими посланиями в разные точки герцогства. В том числе требуется отправить нескольких гонцов в ключевые крепости на границе. Уверен, коменданты не зря едят свой хлеб и подозревают, что враг к чему-то готовится. Вот только у военных нет доказательств, поэтому-то и не бьют тревогу, не шлют донесений, боясь, что их посчитают дураками. В такой ситуации лучше перебдеть, чем недобдеть! И это не шутка! Излишняя осторожность спасет сотни, а то и тысячи жизней. Однако, ресурсы у комендантов цитаделей ограничены, а без серьезных на то оснований они не в праве запрашивать помощь.

— Господин, но мне придется почти всех воинов из отряда отправить с вашими указаниями. Почти никого не останется. Что на это скажет ваш отец? — держа в руках ворох моих писем, произнес Гунбарь.

— Информация зачастую стоит намного дороже, чем десяток, а то и сотня клинков. А в данном случае речь идет о нескольких гонцах. Короче, мне все равно как, но письма необходимо доставить адресатам в кратчайший срок. Если есть варианты как это лучше сделать — готов выслушать.

— Достаточно одного проверенного воина отправить в ваш родовой замок, а оттуда разослать приказы голубиной почтой, — предложил Гунбарь.

— Уверен, что так получится быстрее? — уточнил я, мысленно себя пнув, так как про голубей забыл.

Воин на какое-то время задумался, что-то прикидывая. Я тоже варианты просчитал и понял, что еще легче послать воина в ближайший город в герцогстве, а оттуда уже письма переправить в замок. Там мои послания отсортируют и разошлют конечным адресатам. Так и поступили, точнее, Гунбарь пошел этим заниматься, а мне ничего не оставалось, как слоняться по номеру и думать, чем бы себя занять. Баллисты из головы не выкинул, прикинул как их рационально использовать и что для этого потребуется. Если действовать четко и слаженно, то это окажется очень сильным оружием. На начальном этапе нужно изготовить хотя бы штук десять таких машин, потренировать расчет и обслугу, а потом, если потребуется, применить их в бою. При этом, подготовка должна быть скрытной, чтобы ни один шпион не сообщил врагу. Вот только эффект окажется временным, нельзя недооценивать противника, который попытается найти защиту.

— Сын, чем занят? — без стука вошел в номер герцог.

— Бока отсиживаю, — пожал я плечами, вставая с кресла.

— Что за распоряжения ты отослал? — устало спросил герцог и уточнил: — Говори коротко, у нас мало времени.

После моих объяснений он удовлетворенно покивал головой. Дернул себя за бородку и сказал:

— Молодец, растешь, все правильно сделал. Мне придется в столице на пару дней задержаться, схожие инструкции я тоже отослал. Насчет же Пуртанска, то в него ты отправишься и выезжаешь немедленно. Младшая дочь императора едет в качестве этакой заложницы, возможно и чьей-то будущей супруги. Точных замыслов императора не знаю, он попытается ее предложить кому-то из горцев или северян, тем самым наладив дружественные отношения. Грубо говоря, Волтур надеется, что сработает хотя бы один вариант.

— Замужество еще могу понять, но заложница, — я скептически пожал плечами.

— Обмен на лояльность, — поморщился отец, который от замыслов императора не пришел в восторг. — Но дело еще в том, что трон под императором вот-вот рухнет. Боюсь, это дело времени и, максимум, он продержится полгода. Я пообщался со многими своими старыми друзьями, как бы вчерашние гости не надеялись, но все предрешено.

— Почему же ты остаешься здесь?

— Оружие, герцогству оно необходимо в больших количествах, — ответил родитель. — Уже завтра отправлю первый обоз, а потом и большой караван, — он потер висок и грустно добавил: — Если успею.

Потом пошли наставления, размусоливать действительно нет времени. А самое интересное, что отец не понял того, что Волтур пытается вывести из-под удара близких. Но, похоже, он поздно спохватился. Именно из-за этого и такой маршрут выбран, чтобы сложнее было в пути до границ нашего герцогства нападение устроить. Что будет, если император не усидит на троне? Чем закончится визит к горцам? Боюсь, нас там всех прирежут или передадут тому, кто в империи захватит власть.

— О чем задумался? — отвлек меня от размышлений герцог.

— Боюсь, нам следует укреплять не только границу с соседними государствами, но и внутреннюю, — ответил ему.

— Именно туда и закупаю оружие, — усмехнулся отец. — Или думал, что для крепостей? Нет, там этого добра с лихвой, в том числе и трофеи будут. Ладно, удачи тебе сын, время непростое, а ты уже взрослый. Нам бы с тобой еще пару месяцев, чтобы полностью тебя в курс дела ввел, но не вышло, — он поморщился.

Дело в том, что до моего восемнадцатилетия, когда войду в настоящие права наследника осталось всего ничего. Именно тогда-то отец и собирался устроить торжественный прием и начать давать мне непосредственные задачи по управлению герцогством. Не сложилось, но, возможно, это и к лучшему. Даже если совершу какие-нибудь ошибки, то отцу никто слова сказать не сможет, что наследник плохо готов.

— Ты мне отдашь Гунбаря? — поинтересовался я.

— Только его? — прищурился герцог.

— Сейчас каждый человек на счету, который с тобой останется, — ответил ему и добавил: — Мог бы и в одиночку отправиться, да опасаюсь заблудиться.

— Врешь, — хмыкнул родитель, — или недоговариваешь. Ладно, раз желаешь с собой Гунбаря взять, то так тому и быть. Правда, были на него определенные планы, но и твоя миссия не такая простая. На рожон не лезь, если почувствуешь неладное, то возвращайся в родовой замок или ближайшую крепость. Понял?

— Разумеется так и поступлю, если запахнет жареным.

— Чем запахнет? — удивленно посмотрел на меня отец.

— Это если не останется выхода и пойму, что угодили в западню.

— Опять твои странные выражения, — погладил бородку герцог. — Ладно, всё порешали, уже дал команду, что с тобой, помимо, Гунбаря, еще два воина отправятся. Они уже лошадей должны были оседлать и собрать в дорогу снеди.

Хм, он же заранее мне своего телохранителя передал, но хотел услышать обоснования, когда его об этом же попросил. Нет, я не обижаюсь за такую проверку, герцог в своем праве. А вот от двоих воинов, пожалуй, откажусь, они нужнее тут будут. Так и поступил, на удивление, родитель спорить не стал. Похоже, он мои слова про то, что ему тут каждый человек важен, воспринял серьезно.

Мы с Гунбарем выехали из Каршанска через час, предварительно перекусили в гостинице. Направились по короткому пути в Пуртанск. Если верить карте, до него примерно шестьсот километров, а это дней восемь-двенадцать в седле находиться. Кстати, разброс по времени обусловлен разными факторами, в том числе и неожиданными препятствиями, кои могут начинаться от непогоды и заканчиваться банальной потерей подков.

— Господин, тракт на удивление пуст, почему-то редко попадаются торговцы, да и крестьяне не спешат везти продукты на продажу, — заметил Гунбарь, когда стало смеркаться.

— Тоже обратил на это внимание, — покивал я. — Народ знает намного больше, чем всем кажется. Слухи же, что тот пожар, разлетаются мгновенно.

— Соглашусь, — буркнул мой адъютант.

Или его в денщики определить? Нет, у него опыта больше, чем у обычного слуги.

— Гунбарь, как считаешь, не пора выбирать место для ночлега? — поинтересовался я у своего спутника.

— Через пару километров будет постоялый двор, думаю, лучше до него добраться. Там и покушаем спокойно, сами отдохнем и за лошадьми присмотрят. Заодно и поинтересуемся последними новостями, — медленно произнес воин, при этом он как-то виновато отвел взгляд.

— Не бойся давать мне советы, не обижусь, — успокоил его, вздохнул и ускорил своего вороного.

Конечно, можно было гнать во весь опор, преодолевая за дневной переход большее расстояние, но тогда бы потребовалось менять лошадей. Постоялые дворы и придорожные трактиры такую услугу предоставляют. Стоимость далеко не всегда приятная, но если есть срочность, то за это приходится платить. В текущей ситуации, у нас есть запас времени. Я прикинул, что имперская делегация прибудет в Пуртанск через две, а то и три недели. Мы всяко успеем, еще и отберем хороших воинов в дорогу. А вот даже одну баллисту вряд ли мне построят. Да и толку-то от одного орудия! Если только использовать его в качестве тренировочного экземпляра.

В придорожном трактире тоже оказалось немноголюдно, точнее, почти пусто. Хозяин заведения мрачно поведал, что поток торговцев уже пару недель пошел на убыль, чего в такое время года на его памяти никогда не случалось.

— Говорят, будет война с горшанцами и северянами, — сделал он заключение, подумал и добавил: — Горцы, будь они неладны, что-то мутят, это их происки.

Ну, с последним утверждением я не совсем согласен. Скорее всего, причина кроется в нашей столице. Сейчас многое, если не все, зависит от императора, как он справится с внутренним кризисом. Но мои предположения получили подтверждение, что народ в этом мире все узнает намного быстрее, чем благородные господа. И, что удивительно, я в этом мире всего ничего, но к быту уже привык. Практически забыл о привычных комфортных вещах и даже про них как-то редко вспоминаю. Нравится ли мне тут? А вот нет однозначного ответа и не факт, что он появится. Мне нравится жить, свободно дышать и к чему-то стремиться. А здесь есть где развернуться. Сейчас же интересно посмотреть, как живут люди. Перед сном, я сходил на речку и окунулся, смыв с себя дорожную пыль. Спал сном младенца, Гунбарю пришлось меня будить, как только рассвело. А дальнейший переход проходил примерно по такому же сценарию. Несколько раз ночевали на опушке леса, но большей частью останавливались в придорожных трактирах, а города объезжая, чтобы в них не терять времени. И вот мы въехали в земли нашего герцогства. Десяток километров и уже в Пуртанске.

— Как-то странно, — потер я щеку, на которой трехдневная мягкая щетина.

— Согласен, — буркнул Гунбарь, осматриваясь по сторонам и при этом держа ладонь на рукояти меча.

У воина сработал инстинкт, но прямой угрозы нет. Однако, даже воздух пропитан тревогой, словно затевается что-то плохое. И это в портовом городе, который входит в Айлевирское герцогство! Следовательно, за порядок ответственность лежит в том числе на мне. Предстоит разобраться и, надеяться, что ошибся.

Глава 4

ПУРТАНСК

Глава 4. ПУРТАНСК

Наши лошади медленно двигаются по улице, тут и там подмечаю странные детали. Время от времени до слуха доносится речь на незнакомых языках. Именно во множественном числе! Такое ощущение, что в городе больше гостей из разных стран, чем местных жителей. Мало того, моряки, а большей частью это именно они, находятся в группах по пять-десять человек. Все при оружии и, что примечательно, практически трезвые. Мало того, они как-то лениво и неохотно общаются с женщинами, не задирают их и не пристают. Даже к девицам легкого поведения и то не проявляют интереса. А еще, морячки, если их так можно назвать, большей частью точно недавно только оказались на кораблях. Лица не обветрены, кожа на ладонях не загрубевшая. Нет, я рассмотрел и мозоли на коже, но они оставлены от рукоятей мечей. Да и сбитые костяшки, говорят о том, что перед нами опасные противники. В том числе и поймал на себе несколько оценивающих и подозрительных взглядов, брошенных ненароком.

— Проедемся через порт, — сказал своему адъютанту.

— Согласен, — мрачно произнес Гунбарь.

Мы не обмениваемся мнением, что происходит, опытный воин почувствовал мое напряжение. Наверняка догадался, что я заподозрил неладное. Другой вопрос, почему городская стража бездействует?

— Две галеры, три торговых судна, один военный корабль и все не принадлежат нашей империи, кроме все же последнего, — медленно произнес мой спутник, когда мы оказались на причале.

— Что думаешь? — поинтересовался я у него.

— Странно это все, но объяснить можно, — потер переносицу воин.

— Попытайся, — предложил я.

— Привезли дорогой товар, в сопровождении галер, отправили караван и теперь ждут, когда тот придет обратно.

— Ну-ну, — скептически буркнул я. — Поедем-ка в ближайший дом удовольствий.

— Господин, портовые шлюхи зачастую болеют всяким разным, думаю, вам следует выбрать место, где обслуживают благородных. Понимаю, расценки там высоки, но наследнику герцогства сделают хорошую скидку. Да и в счет уплаты налогов с радостью поработают.

— О чем это ты? — чуть смущенно спросил я его. — Не время и не место для развлечений. Мне парочку вопросов задать нужно и ничего более.

Вот это более, чуть не переросло в изнасилование меня от озабоченных портовых девок. Ну, немного утрирую, но когда покинул дом удовольствий, то выдохнул. Хозяйка заведения, узнав кем являются ее посетители, развила бурную деятельность:

— Сайка, Майка — стол накрывать, у нас дорогой и желанный гость!

Ну, признаюсь, в борделях лично не бывал, хотя, мой двойник их уже посещал, но его память не передает те ощущения, которые почувствовал. Гунбарь остался снаружи, он говорил, что заведение далеко не дорогостоящее, портовое и этим все сказано. Однако, когда я вошел, то унюхал приятные благовония, свет приглушенный, всюду ковры, на стенах откровенные картины, стоят статуэтки фривольного вида. Сама же мадам или бандерша довольно-таки симпатичная женщина лет под тридцать, но это не точно. Ей может оказаться сорок или двадцать пять, в зависимости от того, как за собой следит и что пришлось пережить. На ней шелковый халатик, макияж, волосы уложены в замысловатую прическу, а глаза светятся любопытством. Вот сделала вид, что задумалась и этак вытянула точеную ножку. У меня во рту даже пересохло.

— Господин наследник, не желаете вина? — проворковала эта бестия.

— Обойдусь обычной водой, — ответил ей, а та даже руками замахала:

— Откуда же вам такой напиток возьму? В моем заведении вода только для омовения. Кстати, — она подошла вплотную, — не желаете дорожную пыль смыть? Могу распорядиться и останетесь довольны. Да и вашу одежду надо бы в порядок привести.

— Прости, ты не назвала своего имени, — напомнил я.

— Обращайтесь ко мне как будет угодно, но всем известна как Шипка.

— Интересное имя, — не удержался я от комментария. — Похоже оно дано от шипа розы.

— Господин, вы мне льстите.

— Надо признавать очевидное, — пожал плечами. — Ладно, зашел в твое заведение кое-что узнать. Ответь-ка…

— Хозяйка, стол накрыт, — появились в дверях две девицы, на которых минимум одежды.

Личики симпатичные, длинные волосы распущены, туфельки на высоких каблуках, на одной белые чулки с подвязками, на второй черные. На них полупрозрачные пеньюары, а взгляды такие томные и зазывающие, что устоять не так-то просто. Хм, а ведь тут еще и какое-то воздействие на меня давит.

— Айлексис, пройдемте к столу, в ногах правды нет, — мило улыбнулась Шипка. — Вы же с дороги, немного отдохнуть не помешает.

И такие в ее интонациях убаюкивающие нотки, что не понял, когда и как оказался за столом и держу в руке бокал с вином. С такими данными и она работает в порту? Да могла бы аристократов охмурять! Или чего-то не понимаю? А может это только я так поплыл, а на опытных мужиков ее чары не действуют?

— За вас, — приподняла свой бокал Шипка и сделала малюсенький глоток.

А вот ее девицы залпом вино выпили и с вожделением посмотрели на бутылку. Бандерше это совсем не понравилось, и она погрозила им кулаком, постаравшись сделать так, чтобы я не заметил.

— Благодарю, — кивнул и сделал пару глотков, а потом прокомментировал: — Достойное вино.

— Для такого дорогого гостя ничего не жалко, — произнесла хозяйка заведения. — Вижу вы очень напряжены и устали, уверена, после того как у нас отдохнете, то мгновенно восстановитесь. Девочки готовы сделать расслабляющий массаж, останетесь довольны.

— Шипка, отошли своих работниц, надо поговорить, — произнес я, стараясь не вслушиваться в ее очаровательный голос.

— Господин, простите, но я не обслуживаю гостей, — склонила та голову, при этом в ее глазах появилось задумчивое выражение.

— Еще раз повторяю, не за этим сюда пришел! — чуть нервно ответил и допил оставшееся в бокале вино.

Шипка сделал едва уловимый знак рукой и девиц словно ветром сдуло. Дисциплина в доме удовольствий на высоте. Тем более не понимаю, почему он находится в порту. Или, когда тут появляются матросы, то все обстоит не так? Возможно, проверять нет желания.

— Господин, у меня есть некие принципы, но с вами их готова нарушить, правда, не переходя определенных границ, — подсела на мой подлокотник кресла бандерша и прикусила уголок губы.

Вот же чертовка! Она очень притягательна, а еще, думаю, в вино что-то добавила, иначе с чего бы так возбудился? С другой стороны, стыдиться нечему, я молод, а тут такая атмосфера, что и импотент почувствует себя мужчиной.

— Меня интересует, что говорят капитаны судов, находящихся в порту, — собрал волю в кулак и произнес, глядя в глаза хозяйки заведения.

— Они мало говорят, предпочитают пить и развлекаться, — пожала плечиками моя собеседница.

— И все же, вспомни и подумай, было ли в последнее время что-то необычное.

Шипка нахмурилась, слезла с подлокотника и прошлась по комнате, не забывая, чтобы выглядеть привлекательно. Неужели она привыкла ходить с гордо поднятой головой? А двигается как супермодель или манекенщица! Или продолжает меня соблазнять? Судя по задумчивому лицу, сведенным к переносице бровям, то сейчас ее мысли заняты другим. Она всерьез отнеслась к моей просьбе.

— Господин, пожалуй, вы правы, есть странности. Корабли длительное время в порту, но треть, если не больше, команды всегда на них остается. Обычно, когда суда встают на прикол, то на берег дают увольнительную почти всем. Ну, если не проводятся какие-то работы. Конечно, у нас дом удовольствия находится в порту, но он далеко не дешевый и, тем не менее, поток гостей обычно большой. В последнее время, моряки нас словно избегают. Нет, заходят, но много не пьют и надолго не задерживаются. Капитаны судов поступают так же, — произнесла Шипка, а потом добавила: — Не знаю, с чем это связано.

— Я тебя понял, — встал со своего места и достал из кармана золотой. — Спасибо за угощение и, если услышишь что-то — отыщи меня. Думаю, это сделать сумеешь.

— Айлексис, но как же мне вас в таком состоянии отпустить? — всплеснула та руками, а из ее глаз исчезла задумчивость и появились озорные искорки. — Вам ни на коня не взобраться, ни по улице спокойно не пройти. Вы же встречных девушек и дам напугаете! Только скажите и сейчас же позову своих девочек, и они в мгновении ока уладят проблему.

Она вновь ко мне приблизилась, окутывая своим очарованием, приятными духами и некой притягательностью на магическом уровне. С последним не совсем разобрался, что-то вроде того, словно в ауре хозяйки дома некий магнит находится и к ней, точнее, к ее телу меня влечет.

— Не сегодня, — нашел в себе силы и отрицательно покачал головой. — Шипка, ты про мою просьбу не забудь. Если узнаешь что-нибудь, то сразу сообщи.

— Так меня к вам и пропустят, когда окажетесь под присмотром графини Сейконовой, — хмыкнула та.

— Уверен, ты найдешь способ, — ответил и, не удержался, провел подушечкой пальца по ее щеке.

С чего такой жест сделал? Понятия не имею, хозяйка заведения тоже опешила, на какой-то момент растеряв уверенность. Этим-то и воспользовался — сбежал! Ну, вежливо попрощался и ретировался. Не уверен, как это выглядело со стороны, когда из дверей дома удовольствия вышел. Еще и Гунбарь на меня понимающе посмотрел и не удержался от улыбки.

— Чего зубы скалишь? — буркнул я, подходя к своему скакуну и похлопал того по крупу.

— Виноват! — вытянулся во весь рост мой адъютант, стараясь в голос не рассмеяться.

— Гунбарь, пошли, нанесем визит мэру, — сказал ему, мысленно махнув рукой, понимая, что выгляжу не очень.

— Верхом или пешими? — не удержался от вопроса воин.

— Пока пройдемся, надо нервишки унять, — хмыкнул я. — Сам же видел, довели меня девки, а времени нет, чтобы с ними развлекаться.

— Господин, у вас сильная, — он чуть заметно запнулся, но потом продолжил: — сила воли.

— Идем уже! А если будешь о чем-то намекать, то в следующий раз с собой возьму и в решающий момент отошлю с каким-нибудь поручением.

— Айлексис, вы же так жестоко со мной не поступите? Молчу и никому о том, чему стал свидетелем не скажу, не сомневайтесь, — поспешно сказал Гунбарь.

— Гляди у меня, — погрозил тому кулаком, а сам пока никак унять возбуждение не могу.

Пришлось мысленно переключиться на насущные проблемы. Размышляю, что происходит и зачем тут столько чужих воинов. Захватить Пуртанск они вряд ли способны, насколько помню, только гарнизон насчитывает порядка трех-четырех сотен воинов. А есть еще стража, да и ополчение быстро поднимется. Хотя, если такие планы кто-то вынашивал и тех же гребцов на галерах заменил на воинов, а в торговых судах усилил команды, то не все так однозначно. Правда, принадлежность военного корабля под вопросом, вроде бы он все же нашей империи принадлежит. С другой стороны, при правильной и внезапной атаке, обороне города придется несладко. Пожалуй, следует выдать капитанам кораблей предписание, чтобы отшвартовались и ждали своих пассажиров в отдалении от пирса, а командам запретить сходить на берег. Какое этому придумать обоснование? Ничего подходящего на ум не пришло, а следовательно, можно разыграть молодого самодура, которому что-то не понравилось. Идея так себе, но позволит быстро решить данную проблему.

— Кто такой? — заступил мне путь в ратушу или мэрию, никак не вспомню, как тут это здание называется, городской стражник.

— Перед тобой что ли отчитываться? — прищурился я. — Как ты смеешь так разговаривать⁈ Давно в карцере не сидел⁈

— Никого пущать не велено, — страж развел в сторону руки, чуть стушевавшись и внимательно меня рассматривая.

Ну, моей одежде требуется хорошая чистка, а еще лучше новую купить. Каких-то регалий на мне нет, выгляжу молодо, без свиты, поэтому меня легко принять за простолюдина. И все же, если присмотреться, то легко догадаться, что не так я прост. Тот же поясной ремень стоит столько, сколько стражнику за полгода не заработать. Эфес рапиры тоже указывает на то, что оружие изготовил мастер своего дела.

— Отойди в сторону! — рыкнул на охранника подбежавший к нам Гунбарь. — Или не понял, дурак, что перед тобой граф, старший сын нашего герцога?

— Ваша милость, простите, не признал, — попятился стражник.

Интересно, как он меня мог опознать? Н-да, в этом мире многие верят словам и тушуются перед наглостью. Я же прошел внутрь городской управы, увидел слугу и велел:

— Где тут главный? Веди к нему!

Слуга почтительно склонил голову и вежливо сказал:

— Доброго дня, извольте проследовать за мной.

Мы поднялись на второй этаж и остановились перед двухстворчатыми дверьми.

— Власти города совещаются под руководством представителя графа, — произнес мой сопровождающий.

— Как ее зовут? — спросил я и на всякий случай уточнил: — Представитель графа — его супруга?

— Все верно, графиня Азалия Сейконова, — произнес слуга, подумал и спросил: — Мне о вас доложить?

— Сам справлюсь, — отмахнулся я и вошел в зал.

Хм, действительно совещаются. Перед картой, висящей на стене, стоит грузный капитан городской стражи. За столом, на стуле с высокой спинкой, сидит молодая дама, на которой слишком много драгоценностей. Но, надо признать, не дурна собой, лет двадцати пяти, в глазах недовольство, губы поджаты. Метнув в мою сторону взгляд, она склонила голову к плечику, не став требовать, чтобы убирался вон.

— Здравствуйте, — спокойно сказал я, проходя в центр зала и рассматривая присутствующих.

Начальника тюрьмы опознал по знакам отличая, предположил, что три человека, которым лет под сорок, представляют собой управленцев. Присутствуют еще трое господ, один из них капитан военного судна, развалился в кресле и переводит взгляд с меня на Азалию. Двое оставшихся — кто-то из знати или торговцев.

— Добрый день, — чуть подумав, ответила графиня, а вот остальные промолчали.

— Позвольте представиться, — широко улыбнулся я и достал бумагу, в которой отец подтверждал мои полномочия, — граф Айлексис Айлевир, старший сын герцога Айлевира Варда.

— Мы вас уже заждались, даже думали отправить отряд на розыски, — встала со своего места дама. — Я графиня Азалия Сейконова, рада от имени своего супруга вас приветствовать в Пуртанске, — она подошла, чуть присела в реверансе, а потом, нарушая этикет, протянула мне ладошку.

При таком знакомстве дамам ручки целовать не принято. С чего так поступила? Захотела засмущать?

— Очень рад, — осторожно пожал пальчики, своей собеседнице, с удовольствием наблюдая на ее лице досаду.

— Граф, как могу к вам обращаться? — поинтересовалась Азалия.

Ее вопрос не так прост, если не обозначу себя наследником, то потеряю вес в глазах окружающих и мои приказы поставят под сомнение. Но и права качать нет на то никаких оснований, тем белее, что управлять портовым городом не знаю как.

— Видите ли графиня, далеко не все так однозначно, — начал, мысленно себя отругав, что заранее этот момент не продумал. — Если говорить официально, то являюсь наследником герцогства, с подтвержденной от отца полнотой власти. Другими словами, мои приказы не следует игнорировать, но предлагать другие пути решения проблемы не возбраняется, а даже приветствуется. Мешать же чьей-либо работе не собираюсь, если та идет во благо. Надеюсь, мы с вами друг друга поймем и найдем общий язык. В обычной же обстановке, был бы рад, если вы начали обращаться ко мне как к другу, по имени или титулу, но не как к наследнику.

Сказал и мысленно себе поаплодировал. Завернул так, что графиня некоторое время осмысливала мои слова, «прилепив» улыбку на лицо.

— Граф, Айлексис, уверяю вас, постараюсь оправдать ваши ожидания, — нашлась с ответом моя собеседница, а потом продолжила: — Ко мне и вовсе обращайтесь без лишнего официоза, я же просто супруга графа, который за все тут в ответе.

— Азалия, вы великолепны, — чуть слышно шепнул я, чтобы никто кроме нее не услышал, а потом чуть повысил голос: — Графиня, а не найдете ли времени мне рассказать, что происходит в городе. Не отказался бы и от экскурсии с вашим участием.

Нет, флиртовать не собираюсь, но, прежде чем разгребаться с проблемами необходимо понять, что происходит, а то легко наломать дров.

— Мы уже закончили совещание, — улыбнулась мне женщина и оглядела собравшихся. — Господа уже уходят, у них есть неотложные дела.

Спорить и возражать ей никто не посмел, только капитан военного судна хотел что-то сказать, но передумал и последним покинул зал.

— Граф, вы уже где-то остановились? Если нет, то была бы рада принять вас в нашем с мужем поместье, — произнесла Азалия, подходя к столу и складывая в стопку какие-то документы.

— Я бы с радостью принял ваше приглашение, но мне следует остановиться недалеко от порта, — ответил ей, подумал и добавил: — Однако, с радостью нанесу вам визит и познакомлюсь с графом.

— К сожалению, Шортон никого не принимает, он себя последнее время не очень хорошо чувствует, — сделала печальное лицо моя собеседница. — Хотя, для такого важного гостя я его уговорю сделать исключение. Мы даже можем прямо сейчас отправиться, для него это окажется неожиданностью, и он не посмеет вас не принять. И, насколько знаю, вам же требуется его поддержка в неком вопросе.

— О чем это вы? — внимательно глядя на невозмутимую женщину, поинтересовался я.

— Набрать пятьдесят толковых воинов не так-то просто, — ответила та, а потом пояснила: — Мой супруг получил инструкции от вашего отца. К сожалению, в них не все понятно, но я постараюсь помочь. А насчет того, чтобы остановиться в порту и речи не может идти, там шумно, пахнет рыбой и, — Азалия нахмурилась, — меня посчитают негостеприимной.

Ну, согласен, погорячился. Проигнорировать приглашение нельзя, в глазах окружающих это будет выглядеть так, что граф с супругой в опале. Следовательно, авторитет местных правителей пошатнется, а этого нельзя допустить, при условии, что они нормально правят городом и окрестностями.

— Убедили, — поменял свое решение, — приму ваше приглашение. В том числе и о делах сумеем переговорить.

— Вы же недавно прибыли, — утвердительно сказала Азалия. — Как насчет того, чтобы вместе пообедать и поболтать? Боюсь, повара ничего к нашему приезду приготовить не успеют, граф на диете и его еда вам не понравится.

— С удовольствием, заодно вы мне покажете, где в городе хорошая кухня, — согласно кивнул и неожиданно ощутил, что с этой влиятельной особой легко общаться.

Выводы же пока делать рано, еще ни один важный вопрос не затронули.

— Мне распорядиться, чтобы подготовили книги учета ведения торговых операций? — поинтересовалась графиня, взяв в руки внушительную стопку бумаг. — Эти документы надо убрать в сейф, они не предназначены для посторонних.

— Так пойдемте, — пожал я плечами и протянул руку: — Давайте понесу бумаги, стопка на вид прилично весит.

Переговариваясь, мы покинули зал и через пару минут оказались в рабочем кабинете графини. Судя по некому беспорядку, то она тут проводит много времени. Интересно, ей нравится управлять или деваться некуда? Впрочем, могла все спихнуть на советников и помощников. Азалия из когорты деловых бизнес-леди и в моем мире могла добиться больших успехов. Здесь же она остается в тени супруга. С одной стороны ее никто не посмеет обвинять в плохом управлении или допущенных ошибках, но и своего честолюбия ей не удовлетворить. Пожалуй, следует ее официально назначить управлять графством, но только после того, как пойму, что супруг недееспособен.

— А где ваша свита с охраной? — задала вопрос моя спутница, когда покинули здание городской управы и направились в ресторан.

— Мой адъютант пошел пристроить лошадей в городскую конюшню, а больше я никого с собой не брал, — ответил ей, подмечая, что местные жители графине приветливо улыбаются.

Правда, за нами по пятам следует двое охранников влиятельной особы, но это правильно.

— Ой, а как же он вас найдет? Вдруг подумает, что кто-то похитил? — сдерживая улыбку, произносит Азалия и в интонациях ее голоса ощущаются нотки кокетства.

— Он человек опытный, поймет, что беспокоиться не о чем, — хмыкнул я и добавил: — Слуги и стражники видели, как мы покинули управу и они слышали о наших планах.

— Так вы специально уточняли, что после ресторана отправимся ко мне в поместье! — сказала графиня и прикусила язык.

Ей не следовало так говорить, если хочет показать, что находится в тени супруга. А теперь понятно, что его в расчет не принимает, поместье считает своей собственностью, как и подозреваю все вокруг.

— Азалия, вот мы с вами прогуливаемся, а вы ничего подозрительного не замечаете? — задал ей вопрос, мазнув взглядом по группе из пятерых матросов, пялящихся на городскую стену и что-то вполголоса обсуждающих.

— Не понимаю, о чем вы, — покачала та головой.

— Почему в городе так много трезвых моряков, которые еще и ведут себя тихо?

— А, вы об этом, — вмиг стала серьезной графиня. — Да, это меня нервирует. Не понимаю, что происходит, а наш военный корабль поэтому и стоит у причала в полной боевой готовности.

— Не боитесь, что если произойдет внезапная атака, то город окажется под угрозой захвата?

— Сомнительно, предполагаемых врагов не так много, чтобы об этом беспокоиться, — отрицательно покачала та головой, а потом сделала неожиданное признание: — Граф, а мне вы нравитесь. Не успели приехать, а уже углядели то, что не могла понять пару недель. Еще и радовалась, как дура, что происшествий почти не случается.

— И каков ваш план, по избавлению угрозы от такого количества предполагаемых врагов?

— А вот и ресторан! Пойдемте, покушаем, а то на голодный желудок плохо соображаю.

И вновь она лукавит, оттягивает время, чтобы попытаться лучше меня узнать. Ну, я тоже хотел бы ее прощупать. Нет, не на предмет фигуры или еще чего-то, а узнать о планах и так ли она верна отцу. Присягу точно не приносила, обвинить ее в измене невозможно, но судя по сверкающим камням в сережках и на пальчиках, то вполне допускаю, что ее больше всего деньги интересуют. Готов поспорить, найдутся десятки, если не сотни сомнительных финансовых операций, стоит только капнуть. Но разве это главное? Уже вижу, что портовый город в полном порядке и тут нормальное и адекватное управление. А если в герцогскую казну поступают не все предназначенные для этого налоги, то пусть казначей разбирается.

— Тут нет лишних ушей, — объявила Азалия, усаживаясь за столик к ресторане. — Предлагаю честно и откровенно поговорить. Я готова ответить на ваши вопросы.

— У вас есть любовник или любовники? — вырвалось у меня, а графиня закашлялась от неожиданности.

Я же сижу и внимательно на молодую женщину смотрю. Насчет нее нет каких-то планов, но мне необходимо знать, до какой степени могу ей доверять. От ее ответа зависит многое и, похоже, она это поняла.

Глава 5

НЕТ РЕАЛЬНОЙ ВЛАСТИ

Глава 5. НЕТ РЕАЛЬНОЙ ВЛАСТИ

Дело в том, что я сумел считать ауру у Азалии. Процентов на девяносто девять уверен, что, как говорится, «рыльце у нее в пушку». Нет, осуждать графиню не имею права, в данный момент мне необходимо понять, могу ей доверять или нет. Конечно, вопрос слишком личный и на него она вправе дать отрицательный ответ. Другое дело, как это сделает.

— Айлексис, неужели настолько вам приглянулась? — чуть нервно и кокетливо одновременно спросила молодая женщина.

— В этом мире возможно все, — хмыкнул я, не став ничего объяснять.

— Позвольте согласиться и в тоже время промолчать, — подумав ответила графиня. — Хотя, нет, готова поклясться, что на данный момент у меня слишком много забот, чтобы крутить интрижки.

Лукавит, ох лукавит, еще и глазками стреляет. Однако, ее аура спокойна и думаю, что моя собеседница не врет. Или считает себя опытнее? Мы с Азалией приступили к трапезе, при этом ведя светскую беседу. Время от времени обращаю внимания, что графиня задумывается и чему-то удивляется. Похоже, она не понимает, как себя со мной вести, в том числе и несколько раз поменяла мнение. Наверняка рассчитывала увидеть неопытного наследника, робкого или наоборот этакого бесшабашного, которому нет дела до проблем в герцогстве. Или я слишком по-взрослому себя веду? Странное ощущение, когда мой двойник делал больше моего в своем мире, имел ответственность и учился управлять герцогством. Вот только при этом его кругозор и, в какой-то степени, опыт почему-то оказался ниже. Кстати, реагируют на происходящее в этом мире намного медленнее, точнее, как-то не так, в том числе не учитывают многие факторы. Это мне так кажется или еще не во всем разобрался? Не следует спешить делать выводы, постоянно себя одергиваю.

— Вы согласны нанести визит моему супругу? — поинтересовалась графиня, когда мы с ней пили кофе.

— Вроде бы об этом уже договорились, — пожал плечами, а потом добавил: — Ваше приглашение насчет того, чтобы остановиться в вашем поместье — принимаю. Согласен, что люди неправильно воспримут, если заселюсь в трактир или гостиницу.

— Прямо камень с души, — улыбнулась молодая женщина. — Едем? А насчет сменной одежды не переживайте, этот вопрос тоже возьму на себя. Оплату проведем за счет налогов, которые плачу герцогу. Хорошо?

— Без проблем, — подумав, кивнул я, но потом добавил: — Если только штаны не будут стоить, как резвый жеребец.

— Жеребец? — переспросила моя собеседница и не сдержала смешок. — Айлексис, вы очень забавно выражаетесь. Не беспокойтесь, я не настолько глупа, чтобы совершать такие глупости.

Так и хотелось ответить, что уж в этом-то не сомневаюсь. Азалия легко отыщет возможность скрыть часть дохода и заплатить меньше налогов. Разумеется, если у нее возникнет такое желание. Пока мне нравится ее хватка и взгляды, она в какой-то мере жестка и смотрит на все реально.

— Любезный, — громко произнесла графиня, подняв руку, — счет!

— Я заплачу, — сказал ей, но графиня отмахнулась и ответила:

— Нет, вы гость нашего города, хотя мы и являемся вашими вассалами. Или думаете, что когда герцог присылает проверяющих, то они платят из своего кармана?

Хм, боюсь, мы никогда не получим точной картины того, как идут тут дела. Азалия умна и не совершит элементарных ошибок. Уж в книгах учета у нее точно полный порядок, а копать глубоко никто не станет. Впрочем, отцу и мне известно, что все графства недоплачивают налогов в казну. На это закрываются глаза, если только совсем чиновники не зарвались. Дело еще в том, что многие статьи расхода не подлежат учету, а деньги на них нужны.

— Вы передвигаетесь в пролетке? — удивился я, когда мы вышли с графиней из ресторана.

— Верхом и в карете не очень удобно, — пожала та плечиками. — Пролетка маневренна, быстра и предназначена большей частью для города. Пыль в глаза пускать нет желания, да и не для кого. Граф, надеюсь, вы же не обиделись, что не устроила празднества по случаю вашего прибытия?

— Нет, какие могут быть обиды, — отмахнулся я, выставив вперед руку, предлагая графине на нее опереться, чтобы подняться в пролетку.

— Вы очень галантны, — чуть улыбнулась та и воспользовалась моей помощью.

Поместье Сейконовых оказалось на удивление не очень большим и находилось прямо на берегу реки, сразу за чертой города, недалеко от городской стены. С точки зрения безопасности спорное решение, но зато вид изумительный. Сад ухожен, кустарники подстрижены, тут и там растут цветы, а вот каких-то модных статуй нет.

— Господин граф на прогулке, наблюдает за рекой и пытается рисовать, — после приветствия, доложил пожилой дворецкий.

— Как у него настроение? — задала вопрос хозяйка поместья.

Слуга вопросительно в мою сторону посмотрел, Азалия чуть кивнула, разрешая говорить. Кстати, она меня представила только по титулу и имени, не став говорить кем являюсь.

— Сегодня он тихий, истерик не закатывал, — доложил дворецкий и добавил: — Целитель приезжал, подвижек к улучшению не увидел. Сетовал, что все меньше удается передать графу жизненной силы.

— Поняла, ступай, подготовь нашему гостю комнаты и найди место для размещения его адъютанта, — распорядилась молодая женщина и посмотрела на меня: — Пойдемте, вы хотели с моим супругом познакомиться.

Настроение у Азалии заметно испортилось, а когда подходили к беседке, находящейся у берега реки, то и вовсе аура молодой женщины потемнела от печали. Неужели она так привязана к мужу? Или это обычное сострадание?

— Дорогой, к тебе гость, — входя в беседку, сказала графиня.

Ее супруг сидит в кресле-каталке, позади нее стоит молодой парень в форме слуги. При появлении хозяйки он учтиво склонил голову и сделал несколько шагов назад. Сейконов никак не отреагировал на слова супруги, не повернул голову в мою сторону. В ауре графа нет ни одного эмоционально всполоха, но его взгляд прикован к какой-то точке на воде.

— Позвольте представиться, — подошел я к несчастному, — граф Айлексис. Хотел бы пожелать скорейшего выздоровления.

Ноль реакции, если не считать, что изо рта Сейконова потекла слюна. Я посмотрел на графиню и кивнул ей в сторону выхода. Увы, ее супруг доживает последние дни. Как это понял? Черт его знает, но уверен, он не протянет и месяца, об этом и поделился с Азалией.

— Целители об этом говорят на протяжении последнего года. В каждый свой визит они подтверждают срок, но его сдвигают, — спокойно ответила та.

— Сочувствую, — сказал ей и сам не понял, какой смысл вложил в это слово.

— Я уже смирилась, — печально улыбнулась молодая женщина. — Первое время надеялась, страшно было остаться одной и взяться за управление нашими землями. Со временем втянулась, а брак мы заключили с обоюдной выгодой, так что теряю хорошего мужа, но не более того. Ладно, вы убедились, что граф не в состоянии отдавать приказы и вникать в происходящее. Что теперь? — вопрос у нее непроизвольно вырвался. — Поставите наместника со стороны?

— С чего бы? — пожал плечами. — Отпишу отцу, чтобы он вас утвердил на должности, которую занимает супруг и официально передал бразды правления. Боюсь, моей власти для такого назначения не хватит.

— Вы меня вновь удивили, — озадаченно произнесла хозяйка поместья и, если уж откровенно, то и всего графства, включая портовый город.

— Де-факто вы давно уже управляете тут всем и довольно неплохо, — пожал в ответ плечами. — Для чего на это место кого-то искать? Или вы хотите удалиться от дел?

— И выть от скуки? Нет, если есть возможность оставить все как есть, то была бы благодарна, — она с каким-то намеком на меня посмотрела.

— Сочтемся, — улыбнулся ей, а потом стал серьезным и произнес: — Не знаю, заметили ли вы в городе проблемы или у вас взгляд замылился, но то, что мне бросилось в глаза заставило насторожиться.

— Вы о чем? — сбилась с шага графиня.

Изложил ей свои мысли насчет странного поведения моряков, но выводы делать вновь не стал, захотел послушать, что спутница скажет. Азалия молчала минут пять, о чем-то размышляя.

— Айлексис, такое поведение команд с торговых судов не редкость. Все зависит от капитанов и старших офицеров, как они понимают дисциплину. В том числе и важно откуда прибыли суда. Однако, чтобы между ними не вспыхивало драк и стычек это уже вызывает вопросы. А городская стража мне постоянно докладывает, что значимых происшествий не зафиксировано. Нет даже девиц, которые бы пожаловались на жесткое обращение и грубость, — она потерла висок.

— Я заглянул в портовый дом удовольствий, так там клиентов в последнее время почти нет, — подкинул ей еще пищу для размышления.

— Граф, не ожидала от вас такого! Вы же только прибыли и когда успели развлечься⁈

— Графиня, вы неправильно поняли, посещал то заведение с целью получения информации, меня никто не ублажал, — в такт ей, ответил я.

— А вы так молоды, длительно воздержание вредит, — выдала та.

От ее слов почувствовал смущение, чего давно за собой не замечал. Азалия же сделала вид, что споткнулась и пришлось ее за талию обнять, не давая упасть.

— Осторожнее, — произнес я, ощущая сквозь тонкий корсет под платьем упругое тело.

— Ох, вы меня спасли, — проворковала молодая женщина. — Боюсь, мне с вами не рассчитаться.

Никак не могу понять графиню, то она серьезная и деловая дама, а то словно как какой-то подросток флиртует напропалую. Неужели готова отдаться здесь и сейчас? Сомневаюсь, скорее всего проверяет меня, а если дело дойдет до чего-то более интимного, то включит заднюю, а еще и пощечину залепить способна, с нее станется. И что в такой ситуации делать? Как поступить? Опять-таки, по жизни с благородными не имел каких-то близких отношений. Сам не знаю, но прижал к себе молодую женщину, словно взглядом удава на нее посмотрел и медленно приблизил губы к ее, после чего шепнул:

— Азалия, не играй со мной и не думай, что еще мал. Если попытаешься еще раз спровоцировать, то пеняй на себя.

— Граф, что вы себе позволяете? — пискнула та.

— Догадайся, — хмыкнул я и на миг прикоснулся к ее губам.

Молодая женщина замерла, словно ждала продолжения, но его не последовало. Я отстранился, а в глазах своей спутницы прочел неподдельное разочарование и сожаление. Хм, боюсь, этак мы способны далеко зайти. С другой стороны, я-то не против, особенно после всего увиденного, другой вопрос, что в портовом городе назревают проблемы, будь они неладны. Сейчас точно не до развлечений, пусть даже и мое тело начало реагировать.

— Айлексис, мы же с вами не переходили на ты, почему же вы…

Не дал ей закончить фразу, перебил:

— Есть предел терпению и вам, дорогая моя графиня, об этом известно. Однако, я не деспот и не насильник, против вашей воли брать вас не собираюсь. Понимаете, о чем говорю?

— Вы же намного моложе, но почему-то кажетесь опытнее и намного сильнее, — удивленно произнесла хозяйка поместья.

— Надеюсь, мы найдем общий язык, — убрал выбившийся локон у молодой женщины за ее ушко. — Но сейчас у нас общая проблема и она заключается в непонятных морячках, слоняющихся по городу. Боюсь, если им отдадут приказ, то гарнизону придется тяжко. Как насчет того, чтобы вы велели отшвартоваться от пирса, а командам кораблей и галер, если они не из нашей империи, сходить на берег только по особому распоряжению?

— Но так никогда не поступали, — нахмурилась графиня, мгновенно перестроившись на деловой лад. — Поймите, Пуртанск портовый город, тут другие правила и обычаи.

— Со временем меняется все, — хмыкнул я. — Думаю, если отдать некие распоряжения начальнику гарнизона и городской страже, то мы от этой проблемы избавимся. Заставим судна возможного противника встать на якорь в непосредственной близости от порта и возьмем их на прицел своими катапультами. Если что-то попытаются предпринять без вашего на то одобрения, то пусть пеняют на себя. Именно в таком ключе вам требуется отдать приказы капитанам кораблей возможного врага. Уж простите, но не верю, что они поджидают своих торговцев.

— Но ведь так не принято, это подорвет все устои, — покачала головой графиня. — Айлексис, поймите, очень многое строится на доверии.

— Азалия, это вы уясните, что время тревожное, готовиться следует ко всему, даже тому, что вам и в страшном сне не приснится, — ответил ей, а потом усмехнулся и продолжил: — Ваши опасения понимаю. Что если ошибаюсь? Но ответственность готов взять на себя. Пустите слух, что приехал наследник герцога и вы с ним не согласны, но ничего поделать не в силах. Мол молод он еще, ничего не понимает, а возомнил себя пупом земли. Приказ исходит от него. А чтобы поверили, то назначу-ка я вас управлять землями графства, в том числе и этим городом. Разумеется, с оговоркой, что пока тут нахожусь, то являюсь тем, чьи приказы не подлежат обсуждению. Как вам такое?

— Но вам достанутся все шишки, если восприняли все не так, как на самом деле, — медленно произнесла графиня, с каким-то уважением на меня посмотрев.

— Хотите сказать, что ответственность за такое решение окажется на мне? Так я вас успокою, не боюсь этого. Мало того, подозреваю, что прибывшие капитаны под чужими флагами, тоже этому воспротивятся. И, как минимум, попытаются это распоряжение саботировать. Вот тогда-то и потребуется городская стража, усиленная воинами из гарнизона, чтобы препроводить моряков в тюрьму, а потом по десятку человек отправлять их на корабли. А еще, необходимо взять объяснительные с капитанов, что они тут забыли и почему не уплывают, — ответил графине, а потом уточнил: — Или уходят? Вроде бы в морской терминологии нет слова «уплывают».

— Вы правы, — ответила Азалия, но не совсем ее мысль понятна, с чем она согласна.

— Так мы действуем?

— Боюсь, до завтрашнего утра ничего не получится, необходимо провести предварительную подготовку, — медленно произнесла графиня.

— Отправьте посыльных к высшим офицерам, чтобы прибыли сюда для получения распоряжений. Это срочно, — мрачно сказал ей, не по понимая, почему та пытается затянуть время.

— Хорошо, — кивнула графиня, но судя по ее ауре, то она не верит в эту затею.

Чуть позже понял, посыльные один за другим вернулись и доложили, что не смогли доставить приказы. Азалия объяснила, что после рабочего дня сложно отыскать командиров подразделений, а уж заставить их явиться и вовсе нереально. У начальника стражи много, как она выразилась, амурных дел. Командир гарнизона любитель выпить и даже начальника тюрьмы не найти, тот отправляется рыбу ловить, не сообщая куда именно.

— Получается, после рабочего дня город без управления? — озадаченно посмотрел на графиню, сидя в ее кабинете за письменным столом. — Они даже заместителей не оставляют? Кто-то же обязан выполнять их работу!

— Поднимала этот вопрос, но мне вежливо намекнули, чтобы не лезла в дела военных. Мол пусть радуюсь тому, что лояльно относятся к моему управлению, на которое не имею права.

— Другими словами, вы нас не трогайте, и мы не будем, — потер я переносицу.

Молодая женщина развела руки в стороны и кивнула, ничего не став отвечать.

— Вызывайте старших командиров, тех, кого найдете. Приказ за моей подписью, сейчас его напишу, — сказал графине, но та возразила:

— Достаточно устного распоряжения, по такому поводу в документе нет необходимости.

Ну, согласен, что-то я психанул, в том числе имел желание устроить выволочку командирам. Сейчас не до этого, у нас, возможно, намечаются проблемы, необходимо действовать быстро и согласованно. Поэтому, первый мой указ гласил о том, что в силу обстоятельств, временно беру управление Пуртанском на себя. Заместителем назначаю графиню Сейконову, которая возглавит город после моего отъезда. В общем, к полуночи мы сумели собрать нескольких офицеров, в том числе и боцман с военного судна прибыл. К сожалению, капитана корабля найти так же не смогли. Хотя, думаю, что посыльные не особо старались или были посланы далеко и надолго, дабы им не мешали развлекаться.

Гунбарь же мне сообщил еще несколько неприятных моментов. Городская стража нашла общий язык с матросами с транспортных кораблей и чуть ли не в полном составе, каждый вечер, гуляет в портовом трактире. Платят за угощения, разумеется, не наши служивые.

— Господин, похоже, город готовят к захвату. Возможно, ждут определенного времени или некого события, но я бы и медяка не поставил, что мы отобьемся, — сделал вывод мой адъютант, после рассказа.

— А не ты ли ранее говорил, что это невозможно? — напомнил я ему.

— Лучше признать ошибки, чем настаивать на своем, понимая, что не прав, — ответил тот.

И все же, нет смысла врагу захватывать Пуртанск, по крайней мере не на данном этапе. Портовый город удержать окажется сложно, а его временное падение повлиять на боевые действия не сможет. Это только кажется, что он дает возможность развивать наступление, однако, для этого потребуется сюда перебрасывать войска по реке, а это не так-то просто. Или и тут ошибаюсь? Несколько раз изучил карту империи и соседних стран, пытаясь поставить себя на место предполагаемого врага. Нет, глупо посылать сюда какие-либо значительные силы, если только оттянуть резервы империи. Но и это сомнительно, проблема ляжет на плечи моего герцогства. Ближайшие вассалы способны решить проблему, выставив минимум войск. Неужели все дело в том, что ждут дочь императора? Если ее возьмут в заложницы, то попытаются повлиять на сговорчивость Волтура? Тоже сомнительно, мало того, что дочь императора не имеет официального статуса, так она еще и не наследница. Или и тут ошибаюсь? Сложно сказать, у меня мало информации, чтобы сделать правильные выводы.

— Господа, считайте меня кем угодно, но, чтобы к вечеру, в городе осталось минимум моряков с галер и транспортников, которые ходят не под флагом нашей империи, — обвел я взглядом присутствующих и мысленно поморщился.

В основном своем, прибыли молодые офицеры, не успевшие еще набраться опыта. Только боцман оказался закаленным морским волком, если судить по его лицу. Мужику лет под сорок, старый шрам на виске, даже волосы с сединой. Но он не спешит высказываться, хотя остальные восприняли мой приказ недоуменными взглядами.

— Все указы будут готовы к утру, к этому времени гарнизон должен быть переведен в состояние боевой готовности. Городская стража усилит патрулирование и закроет все ворота ведущие в город, — подвел я итог и спросил: — Вопросы?

— Что, если пришлые нам не подчинятся? В том числе капитаны не согласятся отшвартоваться? — спросил боцман, а потом сразу же добавил: — Если применим силу, то случится заварушка, из которой непонятно кто выйдет победителем.

— Другого пути нет, — твердо сказал я. — Городские улицы необходимо очистить от гостей, которые себя странно ведут.

— Да, после ваших слов, уяснил, что не давало покоя, — спокойно кивнул боцман. — Я передам ваше распоряжение капитану, тот примет окончательное решение. Напомню, вы не вправе приказывать экипажу военного корабля империи. У нас есть собственное командование. Не удивлюсь, если уже утром снимемся с якоря и уйдем из Пуртанска, — он встал и чуть склонил голову: — Простите, это не от меня зависит.

Судя по взгляду моряка на сидящую у окна графиню, то он передал ей некое послание от капитана. Азалия явно это поняла, судя по поджатым губам. А еще из этого следует, что капитан судна знал, что его сюда пригласили, но отправил вместо себя боцмана, выдав ему определенные инструкции. И ведь это он сделал демонстративно, прислав не штурмана или кого-то из старших офицеров.

— Хм, если капитан желает или получил какие-то конкретные указания, то жду его для объяснений. В противном случае, буду расценивать происходящее как саботаж, со всеми вытекающими, — жестко ответил я боцману, который с удивлением на меня посмотрел. — Напомню, ваш корабль находится в водах герцогства, и вы должны подчиняться нашим законам и правилам. Желаете их оспорить? Ваше право, но в столице, а не здесь. Так и передайте капитану. Свободны!

Таких слов моряк точно не ожидал, с ответом не нашелся, кивнул и вышел. Ушли и остальные, мы с графиней вновь остались одни.

— Граф, боюсь, вы прыгаете выше головы, — осторожно заметила Азалия. — Вам не верят, а предположения всего лишь слова, которые основаны на догадках и странным поведении экипажей из других стран. Уверена, местное население тоже окажется разочаровано, если ознакомится с вашим указом.

— Предлагаете дождаться, когда город начнут захватывать? — раздраженно спросил я. — Мало того, что у нас нет времени, так еще и не остается возможности маневра. Конечно, можно отправить гонцов, чтобы сюда выдвинулись какие-нибудь наши войска. Но тогда мы невольно ослабим оборону в другом месте или кто-то не получит подкрепление. Черт! Если честно, то голова кругом, — признался молодой женщине.

— Вам следует отдохнуть, а утром посмотреть на все другими глазами, — успокаивающе произнесла графиня. — Уже велела натаскать воды, чтобы освежились, одежду заберет горничная. Если потребуется, она же вам и поможет искупаться. Понимаете, о чем говорю? — Азалия задумчиво на меня посмотрела.

— У меня есть адъютант, — буркнул я, чем вызвал наигранное недоумение на лице графини. — Вы это о чем подумали⁈ — рыкнул на нее. — Хотите проверить на что способен?

— Айлексис, не понимаю, о чем это вы, — сделала та невинное личико. — Ладно, предлагаю сперва поужинать, хотя и время позднее. Уверена, дела до утра подождут, да и деваться некуда, пока ваше распоряжение дойдет до высших командиров, а они потом захотят уточнить детали.

Скрипнул зубами, понимая, что она права. Нет у меня толком ни власти, ни авторитета, как, если разобраться и у нее. Остается надеяться, что тот, кто затеял непонятную игру, не начнет захватывать город. Азалия же со мной продолжает то кокетничать, то говорит серьезно, словно чего-то ожидая и в тоже время страшась. Странностью ее поведения поделился с Гунбарем, которому давал указания, что мне требуется к утру узнать. Воин хотел что-то мне объяснить, но осекся на полуслове, почему-то не став продолжать. Я выделил ему денег на посещение трактира, чтобы подпоил и разговорил кого-нибудь из моряков с подозрительных судов. Адъютант заверил, что сделает все в лучшем виде. У меня же на завтра много дел и даже не знаю, за что взяться. Необходимо еще набрать отряд, дабы выполнить приказ императора. Со дня на день ожидается прибытие той, кого должен сопровождать к горцам. И ее охрана на мне! Думал не смогу заснуть, но как только оказался в постели, сразу отрубился. Выспаться не успел, показалось, только глаза прикрыл, а меня уже кто-то будит.

Глава 6

ПРОТИВОСТОЯНИЕ

Глава 6. ПРОТИВОСТОЯНИЕ

— Господин! Вставайте! Дело срочное! — трясет меня за плечо Гунбарь.

— Что случилось? — подавив зевок и желание послать куда подальше адъютанта, спросил я.

— Заварушка в порту, экипажи с галер его захватили.

— Как это? — уточнил у него.

— Один из младших офицеров стражи с пятью подчиненными попытался ваше приказание исполнить. Он сделал попытку арестовать тех моряков, кто отказался вернуться на корабли, — начал рассказ Гунбарь, но я его перебил:

— Из-за чего все произошло потом узнаю. Какая ситуация сейчас?

— Порт контролируют горшанские моряки. Вы оказались правы, это именно они. Суда использовали трофейные, поэтому их и приняли за других.

— Что наш военный корабль? — лихорадочно одеваясь, уточнил я.

— Его захватили, а дежурную команду вырезали.

Не успел! Черт! Не хватило пары дней, чтобы разобраться с врагом. Впрочем, без драчки бы не обошлось. Мой план основывался на том, чтобы заставить противника подчиниться, предварительно раздробив его силы. Следовало начинать с трактиров, арестовывая непрошеных гостей. Часть бы их препроводили в тюрьму, других отправили на корабли, находящиеся под прицелом катапульт. А что теперь? У нас большие проблемы!

— Айлексис! — без стука, буквально влетела в комнату графиня. — Беда!

Я в этот момент собирался надеть сорочку и сверкал голым торсом. Азалия на меня уставилась и замерла на месте.

— Доброе утро, — поздоровался с хозяйкой дома, а потом поморщился: — Точнее, недоброе утро выдалось. Чем занят командир гарнизона? Надеюсь, он нашелся?

— Посыльный вернулся ни с чем, — отрицательно покачала головой графиня. — Командование взял на себя его заместитель. В порт выдвинулись отряды и берут дороги под контроль.

— Азалия, вы давно встали? — поинтересовался я.

— Простите? — не поняла молодая женщина моего вопроса.

— Вам же о происшествии стало известно давно, — мрачно изрек я. — Меня будить не собирались, надеясь своими силами справиться. Когда же стало понятно, что большие проблемы, то ко мне поспешили. Верно?

— Если бы меня и вас по каждому чиху беспокоили, то временя на отдых не осталось, — пожала та плечиками.

Гунбарь, бочком-бочком направился на выход. Опытный воин не захотел становиться свидетелем ссоры. Он правильно поступает, опасаясь, что останется без вины виноватый. Графиня легко на него стрелки переведет, если захочет. Он же мой человек, да еще адъютант, так почему не сообщил господину о случившемся? Ну, точнее доложил намного позже, чем упустил время! А сама Азалия вроде, как и не обязана меня ставить в известность, не давал таких распоряжений.

— Считаете, что это мелкая неприятность? — вкрадчиво спросил я и подошел к той, кто последнее время управлял портовым городом. — Азалия, вы случайно не заболели? — приложил ладонь к ее лбу. — Хм, да вы горите! Что с вами?

— Сорочку застегните, вы меня смущаете, — прошептала та, отведя взгляд в сторону.

— Простите, — я отошел к окну, приводя свой внешний вид в порядок.

Действительно, этикет нарушил, но и она не паинька, в комнату влетела и даже не постучалась. А что, если бы у меня какая-нибудь девка ночевала? Горничные у графини очень даже ничего, да и сама хозяйка дома намекала, что мне могут помочь снять напряжение после дороги. Сомневаюсь, что она имела в виду только омовение.

— Это вы меня извините, — произнесла хозяйка дома. — Перенервничала и неправильно себя повела.

— Что с боевым кораблем? Он действительно захвачен?

— Похоже на то, несколько членов экипажа спаслись. Добирались до берега вплавь. На борту оставалась небольшая часть экипажа под руководством боцмана, который присутствовал на совещании. Говорят, он погиб одним из первых.

— И где капитан? — мрачно поинтересовался я.

— Барон Салейх, собирает членов команды и просит у городской стражи оружие. Такое получила донесение, но ответа не дала.

— Понятно, едем в городскую управу, ни секунды терять нельзя.

— А как же завтрак? — вырвалось у графини.

Ничего ей не стал отвечать, только головой покачал. А вот Гунбарь молодец, подготовил наших лошадей. Воин понимал, что в поместье не останусь. Первым делом мы с адъютантом отправились не в порт, как мог бы подумать кто-то. Что там делать? Смотреть на горшанских захватчиков, которые к чему-то готовятся? Вообще-то, их действия не очень понятны. При удачном раскладе они могли к этому времени контролировать большую часть города, но атаку развивать не стали. Почему? Какие у них цели? Или осознают, что удержать Пуртанск не сумеют?

— Где командир гарнизона? — задал вопрос воинам, когда прискакали к внутренней стене, отделяющей порт от основного города.

Линий обороны у Пуртанска две или три, смотря как считать. Город опоясывает ров и стена, являющимися первой линией обороны от врага, если тот попытается атаковать с суши. Сам порт защищен фортовыми сооружениями, в которых установлены катапульты. Если отдать приказ атаковать, то кораблям придется тяжко. И есть еще стена, отделяющая порт от города, так называемая вторая линия обороны, уже от десанта. Впрочем, ее когда-то подразобрали, увеличивая ширину дороги, да и в различных местах есть ходы в стене.

— Он в казармах, собирает людей и готовится к наплыву ополченцев, которым потребуется раздать оружие, — ответил мне пожилой стражник, потер висок, зевнул и продолжил: — Господин, не переживайте, супостата одолеем.

Не стал его слова комментировать, поднялся на стену и попытался рассмотреть, что происходит в порту. На первый взгляд все как обычно. Корабли находятся у причалов, народ суетится, но вот только у каждого есть оружие. Но имеются и грузчики, перетаскивающие с торговых судов бочки.

— Что в них? — задумчиво спросил сам себя.

Если мое предположение верно, то там что-то типа адского огня или воспламеняющейся смеси. Сунься мы, чтобы отбить порт и тот заполыхает, а корабли отойдут от пирса. И ведь есть еще одна странность, о которой только сейчас подумал! Почему не приходят в порт другие купеческие корабли? Если правильно помню, то в Пуртанске трафик был приличный. Неужели осуществляется водная блокада? Тогда императорские галеры окажутся под угрозой захвата. Хотя, нет, они идут по течению, а туда вряд ли горшанцы отправили свои суда. Большая вероятность, что могли нарваться на наши боевые корабли и из такой затеи нечего бы не вышло.

— Господин, какие будут указания? — раздался позади меня усталый голос.

Обернулся, передо мной стоит капитана стражи, а позади него никто иной, как мрачный капитан боевого корабля.

— Нам передали требования от захвативших порт? — спросил я.

— Нет, — отрицательно качнул головой капитан стражи. — Всех своих людей поднял по тревоге, часть размещаю на внутренней стене, остальные строят баррикаду на дороге. Пара десятков бойцов из гарнизона передано нам в усиление.

— Как это пара десятков? — поразился я.

— Начальник гарнизона объявил, что не видит угрозы и ему не поступало распоряжений, — криво усмехнулся капитан корабля.

— Так, давайте мы с вами потратим пару минут на знакомство, — потер я висок, пытаясь разобраться в происходящем. — Меня зовут граф Айлексис Айлевир, старший сын герцога и его официальный наследник. Чтобы сразу снять вопросы — полномочия от отца на управление землями получил. Теперь ваш черед, — посмотрел на капитана стражи.

— Марк Шурбанов, капитан стражи, — ответил тот.

— Барон Салейх Варла, капитан корабля, — ответил его спутник, а потом добавил: — Утерянного судна.

— Сколько в нашем распоряжении людей, на данный момент? — спросил их.

— Если с теми, кто присоединился от гарнизона, то около двух сотен, — что-то прикинул Шурбанов, а потом уточнил: — Это без экипажа барона.

— Сто пятьдесят, но почти без оружия, — признался Салейх, а потом пожаловался: — Из арсенала не выдали даже ржавого меча. Охранение твердит, что не велено и готовы применить силу.

— А где сам начальник гарнизона? — мрачно спросил я.

— Говорят, что он организовал штаб со своими офицерами, но туда пробиться не удалось, — ответил капитан стражи.

— Марк, соберите человек двадцать своих подопечных, хочу нанести визит в этот штаб. Кстати, что делает комендант форта? — кивнул на отдельно стоящие фортификационные сооружения. — Там какой-то заметной движухи не наблюдаю.

В ответ военные пожали плечами, мол у них другие заботы.

— Господин, форт готов к стрельбе, там все нормально, не беспокойтесь, — сказал Гунбарь и на мой не высказанный вопрос, пояснил: — Беседовал с двумя воинами, обслуживающими катапульты. Божатся, что если получат приказ, то разнесут судна в щепки.

Скептическую ухмылку капитана корабля я проигнорировал. Ему бы о своих глупостях думать, а не ставить под сомнения слова моего адъютанта. Хотя… сомневаюсь я в том, что за десяток выстрелов катапульты добьются сколько-то значимых результатов. Бахвалится любой дурак способен, а если начнут камни, или что там у них за снаряды, метать, то горшанцы быстро на штурм форта пойдут. Увы, численность пока не нашей стороне, но обороняться всегда легче, возможно еще и по этой причине захватчики не пошли дальше порта. Или все пошло не по плану и сейчас командир горшанцев ломает голову как поступить?

— Пусть нацелят часть катапульт на дорогу, где были когда-то ворота, — посмотрел я на своего адъютанта, но тот отрицательно качнул головой:

— Господин, для этого потребуется ваш личный приказ, меня никто слушать не станет.

Гм, действительно, чем только я думал, когда такое произносил? Еще и не факт, что это лучшее решение. Мне даже неизвестно, сколько у нас катапульт и какие к ним заряды. А еще нужно учесть траекторию, которая вряд ли позволит бить в указанную точку.

— Этот вопрос лично обсужу с комендантом форта, — кивнул я и направился к спуску с городской стены.

Признаюсь, мысли скачут, но паники нет и это уже неплохо. Правда, пока не знаю, как действовать и план в голову не приходит. Ну, если подойти к проблеме с другой стороны, то необходимы инструменты, чтобы от нее избавиться. Изначально нужно собрать как можно больше воинов, готовых выполнять приказы. У местных перед пришлыми всегда имеется преимущество, первые отлично знают местность, способны чуть ли не с закрытыми глазами ориентироваться и им есть за что биться. Сделать на это ставку? Ну, она и так очевидна. Вот только опыта в таких делах у меня нет. Теоретические знания не в счет, но и их сбрасывать со счета нельзя. А еще можно попытаться применить то, что знаю по книгам, фильмам и сериалам из другого мира. Я же в свое время зачитывался приключенческой литературой, в том числе и фэнтези уважал, а начал читать так и вовсе с похождения флибустьеров. Кстати, почему в этом мире нет пушек? Про пистоли и ружья даже не заикаюсь, это оружие на заре своего изобретения многие не приняли всерьез. Спорили до хрипоты, доказывая, что болт из арбалета или стрела из лука намного превосходят пули. И ведь были правы, огнестрел проигрывал по всем параметрам. Очень дорогое изготовление, требования к хранению, перезарядка, вес и много всего. И, тем не менее, кто-то огнестрел продвигал, развивал и усовершенствовал, вкладывая большие суммы. С чем это связано? Теорий много, есть и те, которые наверняка близки к истине.

— Что-то не о том думаю, — буркнул себе под нос, но зарубку на памяти сделал, чтобы к этому вопросу вернуться и на досуге поразмышлять.

Нет у меня желания бросаться в омут и пытаться перекроить сложившееся положение вещей. Уже знаю к чему приводит усовершенствование средств для уничтожения себе подобных. Пока этот мир от такого далек, точнее, находятся другие средства для истребления всех и вся. Но ведь на того же медведя честнее ходить с рогатиной, чем бить хозяина леса из нарезного ствола с оптикой и при этом находясь в лабазе. Лучше развивать то, что уже используется и не вносить в этот мир чуждые технологии. Ну, не уверен, что останусь привержен такому взгляду, слишком соблазн велик стать сильнее, пусть и временно. Если же посмотреть, как происходило развитие в технологическом мире, то и тут в эту сторону идет, пусть и с большим запозданием. Люди привыкли улучшать свой быт, с этим спорить нет смысла.

— Стойте, не велено пущать! — заступил мне дорогу воин.

Сам не заметил, как дошел до здания, где находится командир гарнизона.

— Ты кто такой? — рыкнул капитан стражи. — Неужели не знаешь, кто перед тобой?

— Измена? — вопросительно спросил я и посмотрел на Гунбаря: — Почему не сообщил, что часть воинов гарнизона негласно поддерживает врага?

— Господин, об этом не знал и не подозревал, — сделал испуганное лицо мой адъютант, мгновенно уловивший в моих словах иронию. — Исправлюсь и строго изменников покараю. С этого приступать? — он ткнул в сторону рядового острием меча, который как-то незаметно в его руке оказался.

— Эй, я не предатель и не изменник, — отшатнулся воин, до этого времени загораживающий мне путь. — Верен клятве.

— С дороги, — рыкнул я.

Больше он и не думал мешать, отшатнулся, а стоящие в паре метрах его товарищи зябко передернули плечами. Похоже, каждый из солдат порадовался, что не его время находиться на посту.

— И как это понимать⁈ — вошел я в кабинет к начальнику гарнизона, распахнув дверь ударом ноги.

— Вы это о чем? — лениво спросил сидящий в кресле за письменном столом, держа в руке бокал.

— Судя по открытой бутылке вина, закуске на тарелках, то оперативный штаб что-то празднует, — криво усмехнулся я. — Неужели оказался прав пару минут назад? — оглянулся на капитана стражи, а у того желваки на скулах ходуном ходят, глаза прищурены, губы поджаты.

А вот капитан боевого корабля только ухмыляется, у него точно настроение подпрыгнуло. Ну, еще бы, недавно он считал себя последним неудачником, а тут на это звание претендует другой. Кстати, за потерю судна, практически без боя, барон точно получит кучу проблем. У него лишь два варианта: отбить корабль, либо пасть в бою смертью храбрых.

— Увы, это не так, — спокойно ответил хозяин кабинета. — Уважаемый наследник герцогства, у меня сейчас время обеда, если пожелаете, то присоединяйтесь. Война — войной, а кушать надо.

— Почему воины гарнизона не подняты по тревоге? Какие действия вы предприняли, чтобы не допустить того, что произошло? Извольте изложить мне, как наследнику, дальнейшие ваши намерения, — медленно произношу, ощущая, как усиливается злость.

— Приказов не получал, а мои воины охраняют внешний периметр и за происходящее внутри не отвечают, — развел руки в стороны капитан гарнизона.

— Бумагу и перо, — мрачно потребовал я.

— Без проблем, — кивнул владелец кабинета, небрежно подвинув в мою сторону чернильницу, а потом и лист бумаги положил.

— Полное звание, имя, — посмотрел я на него, сдерживая себя, чтобы не выругаться.

— Капитан гарнизона портового города Пуртанск, нанят на эту должность графом Сейконовым уже более десяти лет назад. За время службы…

— Это к делу не относится, — отмахнулся я. — Имя и фамилия!

— Замаш Городев, — ответил мне этот придурок или изменник.

Указ написал второпях, посадил-таки две кляксы и приличное количество чернил разбрызгал. Сильно на перо давил, но все же документ закончил. Достал из кармана печать, поставил оттиск, на своей подписи и протянул капитану гарнизона:

— Вы смещены с вашего поста и немедленно отправляетесь под арест! С вами разберемся позже, сейчас нет времени. Освободите кресло!

— Граф, вы заходите за черту, — сказал Городев, но с указом внимательно ознакомился. — На ваши действия пожалуюсь самому императору, только тот может меня лишить воинского знания и почестей.

— К вам будут относиться уважительно, не переживайте. Даже когда палач занесет топор, то в тот момент будут бить барабаны, — криво усмехнулся я и кивнул капитану стражи: — Арестовать и препроводить в отделение стражи.

— Не в тюрьму? — удивился тот.

— Нет, — покачал я головой.

Надо отдать должное начальнику гарнизона, тот не стал ни спорить, ни скандалить. Гордо поднял голову и покинул кабинет в сопровождении капитана стражи. Я же, словно бешеный принтер, стал один за другим писать указы. Воины гарнизона переходят под мой личный контроль. Объявляется военное положение. Целителям и врачам подлежит принимать раненых, если таковые появятся, и не скупиться на лечении. Не забыл и про новые правила захода кораблей в порт. Про них уже говорил Азалии, но у той сейчас статус непонятен. Вроде и поставил ее возглавлять город и земли, но теперь сам пытаюсь во всем разобраться.

— Граф, простите, а чем вы заняты? — отвлек меня барон. — Боюсь, одной писаниной проблему не решить.

— Сейчас пишу на оружейный склад, чтобы выдали экипажу военного корабля вооружение, которое те обещают вернуть, а за утрату или порчу заплатят вдвойне.

— Грабеж! — возмутился Салейх. — Если будет стычка с врагом, то мои моряки точно что-то да сломают, либо утеряют. Допустим, вы пишите про несколько сотен болтов, а как их вернуть в целости, если выстрелил из арбалета?

— Это ваши проблемы, — спокойно ответил ему и намекнул: — Трофеи в счет приму, не переживайте.

— А что, если не отобью корабль?

— Тогда вас разжалуют, а потом, не удивлюсь, казнят. Ну, возможно, еще потребуется возместить строительство корабля. Сумеете наскрести нужную сумму?

— Издеваетесь? С моей-то зарплатой? — отрицательно покачал головой Салейх.

— Как насчет того, чтобы изобразить купцов, спускающихся вниз по течению и решивших сделать остановку для отдыха? Переоборудуем рыбацкие шхуны и в бой. Как только корабль окажется в ваших руках — баллисты настраиваете на галеры и без предупреждения метаете в них адский огонь. Надеюсь, нет нужды все подробно объяснять.

Капитан ничего не сказал, только отрицательно головой покачал. Не верит он в такую авантюру. Ладно, пусть молчит, целее будет. Я же, под покровом темноты поведу атаку на оккупировавших порт горшанцев. В общем-то, сейчас трезво оцениваю ситуацию и склоняюсь к тому, что произошло недоразумение, которое сам же спровоцировал. Не собирался командир врага захватывать порт. Он точно выжидал, иначе бы уже мог получить контроль на большей частью города. Следовательно, у горшанца имеется некий приказ и план действий. Последний точно пошел не по запланированному сценарию. Но чего тут приличные по количеству клинков горшанцы добиваются? Об этом только предстоит узнать, желательно ликвидировав угрозу.

— Господин, какие последуют указания? — заглянул в кабинет Гунбарь.

— Объяви построение, хочу с рядовыми переговорить.

— Сделаю, — широко улыбнулся мой телохранитель. — Не проблема!

Оказалось, что большей частью состав гарнизона разошелся по домам и не собирается не только возвращаться, но и сражаться. Строй оказался реденьким, осталось порядка восьмидесяти человек, хочешь не хочешь, а они должны слиться со стражей. Ну, с математикой с детства дружу, шанс на легкое возвращения порта под наш контроль уже не идет. С другой стороны, если отобьем корабль, то расклад изменится в нашу сторону.

— Граф, с трудом сумела вас отыскать. Могли бы и сообщать, где находитесь, — зашла в кабинет Азалия и обернувшись кому-то приказала: — Не стесняйся, в твоей профессии этому нет места.

— Здравствуйте, — произнесла никто иная, а бандерша, приближаясь к Сейконовой.

— И тебе не хворать, — чуть кивнул, а потом уточнил: — Шипка, так каким ветром принесло? Из порта сейчас выбраться сложно, а у твоих девиц наверняка полно работы.

— Вы просили, я пришла, — улыбнулась мне хозяйка дома удовольствий.

Азалия от этих слов поморщилась и внимательно посмотрела на Шипку. И ведь во взгляде графини аж десяток эмоций проскочило и все они далеко не доброжелательные. Ну, на мнение графини, хозяйке дома удовольствий — плевать. Хотя, если не знать кто из них из какого слоя общества, то можно и ошибиться. На молодых женщинах длинные платья в пол, далеко не дешевые, шляпки, даже перчатки и те присутствуют, правда, последние они держат в руках. Кокетливые шляпки на высоких прическах, горделивые осанки и миловидные личики. Хм, нет, если присмотреться, то на Шипке наряд попроще, точнее, не из такой дорогой материи и украшений у нее почти нет.

— У тебя есть, что сказать? — прищурился я, внимательно глядя на бандершу.

— Да, кое-какие сведения имеются и даже послание от главаря горшанской банды, — ответила Шипка и расстегнула на груди пуговки, под возмущенный выдох графини. — Вот, вам послание, — вытащила спрятанный в корсете конверт.

— Очень интересно, — озадаченно сказал я, а потом спросил: — А сама что расскажешь?

— Стычка с моряками и стражей началась в моем заведении. Вчера мои девочки пользовались спросом и двух не поделили. Какой-то лейтенант из городской стражи заявил, что у него имеется приказ, чтобы моряки покинули берег и отправлялись на свои посудины. Если же кто-то откажется, то того его бойцы арестуют. Последние же находились в приличном подпитии. В итоге, завязалась драка. Переломали стулья и стол, даже диван порвали и это не говорю, что стены кровью запачкали, — она сокрушенно покачала головой. — Кто ремонт оплатит?

— Требуй с виновных, я не при делах, — сказал ей.

— Когда же в словах лейтенанта нашли подтверждение в его бумагах, то и завертелось. Моряки выгнали стражников с территории порта, хотели атаковать город, но с галеры прибыл их командир. Вполне адекватный и обходительный, впервые его видела. Правда, Милана сказала, что заходил в мое отсутствие и с ней развлекался.

— Это к делу не относится, — поспешно перебил я бандершу, которая свободно расхаживает по кабинету и держится очень уверенно.

— Так вот, господин Шумансан, просил изыскать способ и доставить вам послание. Мне неизвестно, что он написал, но на словах просил передать, чтобы не вздумали мешать его планам, — улыбнулась Шипка.

— Даже так? — хмыкнул я.

— Уверена, вы его не послушаетесь, — улыбнулась бандерша. — Готова вам помочь.

— И чем же это ты сделаешь? — не выдержала графиня. — Девок своих под него подложишь?

— Дамы, не ссорьтесь, — выставил перед собой руки, — сейчас не до этого.

Молодые женщины друг друга окинули взглядами, но перечить не стали, разошлись по разным углам, как боксеры на ринге. Я же вскрыл послание и углубился в чтение.

Глава 7

ПОИСК РЕШЕНИЯ

Глава 7. ПОИСК РЕШЕНИЯ

После прочтения послания я его передал в развернутом виде Шипке, чтобы та ознакомилась с ультиматумом Игалека Шумансана, лейтенанта императора Осумана из Горшанской империи. Именно так назвал себя предводитель воинов, захвативших порт. Графиня нахмурилась, когда бандерша взяла письмо, но ничего не сказала, хотя ей это точно не понравилось.

— Азалия, мне необходим тот, кто руководит рыбацкой гильдией, — обратился я к графине. — Еще срочно требуется найти начальника порта, пусть он приведет с собой представителей купцов, у которых имеются товары на складах. Поручите это моему адъютанту.

— Хорошо, — после небольшого раздумья, ответила графиня. — Я только напишу записку господину Ярубию.

— Это начальника порта так зовут? — уточнил я.

— Да, — кивнула Азалия, проходя к письменному столу.

Я позвал ожидающего за дверью Гунбаря и дал тому инструкции. Глава порта не главное, мне нужно понять, как относятся к происходящему простые горожане. Почему в городе царит спокойствие, словно ничего не произошло. Неужели всем плевать? Или настолько уверены, что гарнизон справится с проблемой или она сама рассосется? Уверен, всем все известно, слухи распространяются намного быстрее среди обычных людей.

— Неужели горшанский лейтенант пойдет на такое? — потерла виски бандерша. — Как он может грозить тем, что оставшихся в порту возьмет в рабство?

Это она еще смягчает слова Шумансана, тот чуть ли не прямым текстом написал, что будет устраивать показательные казни и порт окрасится красным от потоков крови. При этом он никого не пожалеет, даже тех, с кем недавно развлекался он сам и его члены экипажа. Намек на дом удовольствий! Да, в послании имелось упоминание на то, что людей он прикует к веслам на галеры, а его надсмотрщики кнутами объяснят, как грести. Смысл же ультиматума в том, чтобы никто не вздумал мешать их планам. На сам Пуртанск они не претендуют, но порт не отдадут, а где-то через неделю покинут это место. Если будем сидеть тихо, то проблем не будет. Несложно догадаться, чего или кого они ждут. Зачем им дочь нашего императора, которая со свитой должна прибыть со дня на день? Пока не могу на этот вопрос ответить. Предположения имеются, но далеко не факт, что прав в своих выводах. Император Осуман славится своими интригами, его ходы в политике сложно просчитать. Хотя, нет, это мой предшественник не очень горшанского императора понимал. Я же готов с уверенностью сказать, что тот мечтает установить свою власть над нашей, Каршанской империей. Дочь Волтура, пусть даже незаконнорожденная, но признанная, позволит в этих планах продвинуться. Ее используют как прикрытие для своих целей. Возможно даже посадят на трон в качестве императрицы, но править будет не она и короткое время. Вроде бы у Осумана пятеро сыновей, если одного из них женить на нашей принцессе, то каршанцы воспримут это положительно. Нет, локальные стычки будут, не все герцоги подчинятся, но уже сейчас тех, кто предан Волтуру остается все меньше. А как же в эту схему вписываются северяне и орки? Или они разменная монета в игре горшанцев? А еще нельзя сбрасывать со счетов горцев, к которым и направил наш император своих посланников.

— Вот же черт! — ругнулся я, понимая, что все предположения в один миг могут оказаться неверны.

Необходимо учитывать различные факторы и политические расклады, а полноты картины не имею. Остается только плыть по течению и решать насущные проблемы. Сейчас на территории герцогства происходит наглый захват, еще и ультиматум выставили! На что расчет и откуда такая осведомленность о происходящем? Письмо адресовано мне, с указанием титула и имени. У лейтенанта отличные осведомители и есть четкий план действий, которого у меня нет. Хотя, как это нет⁈ Врага необходимо бить, а это уже план! Другой вопрос, что поставлен в сложную ситуацию, нет проверенных воинов (Гунбарь не в счет!), срок поджимает, но деваться-то некуда.

— Господин граф, что-то еще не так? — поинтересовалась Азалия.

— Могло быть хуже, — неопределенно ответил и посмотрел на Шипку: — Прочла? Передай послание графине.

Хозяйка дома удовольствий мою просьбы выполнила, при этом почему-то смущена. Неужели теми несколькими фразами вражеского лейтенанта, что и как он сотворит с пленными женщинами? Похоже на то, судя по вскрику Азалии, которая как раз дочитала до этого места. Кстати, графиня же замужняя дама, а покраснела словно невинная барышня. Хотя, Игалек очень уж откровенно описал, что и как его люди сотворят, если попытаюсь ему помешать. В общем-то, если рассматривать и оценивать ультиматум, то он написан обычным бандитом, а не офицером, имеющим благородное происхождение. Или, правильнее будет сказать, пиратом. Горшанская империя не брезгует негласно охотиться на купеческие корабли, если тех не сопровождают военные суда. Но если это так, то надо отдать должное лейтенанту, сумевшему удержать экипажи от разгульной жизни в порту и в городе. Подозреваю, что его авторитет высок, а сам он пользуется уважением.

— Шипка, а ты встречалась с Игалеком Шумансанским или как там его зовут? — кивнул на послание в руке графини.

— Нет, я не ублажаю клиентов своего заведения, — отрицательно покачала та головой.

— Ты не поняла, мне его похождения не интересны. Хотел узнать твое мнение, насколько он опасен и как к нему обращались подчиненные, если те находились рядом, — пояснил я.

Бандерша почему-то выдохнула, а потом утвердительно кивнула и сказала:

— Если в этом смысле, то, конечно, видела.

— И каков он? — с интересом посмотрела на нее Азалия.

— Высокий, смуглый, волосы жесткие, взгляд волевой, лицо симпатичное, мускулы неплохие. Девочки от одного взгляда на него готовы были из корсетов выпрыгнуть! — стала рассказывать бандерша.

— Я не об этом спрашивал.

— Простите, — покивала Шипка и продолжила: — Расплатился щедро, двумя фразами убедил меня доставить вам послание. Сама не ожидала, что соглашусь. У него какой-то нежный баритон, от которого мурашки по коже бегают. С трудом себя в руках держала, а то могла бы принципам изменить, если он за собой поманил. В постели ненасытен и горяч, правда, немного жестковат. Мила шепнула, что такие акробатические трюки никогда не делала. Он ее и так и…

— Шипка! Не о том говоришь! — возмутился я, наблюдая, как Азалия чуть рот приоткрыла, слушая такие подробности. При этом бандерша еще и жестами что-то пыталась изобразить.

— Ой, забылась, — посланница врага прикрыла рот ладошкой. — Он суров, подчиненные его уважают и бояться. Он только один взгляд на моряков бросил и тех, как ветром сдуло, даже забыли, что уже оплату внесли.

— Как к нему обращались? — мрачно уточнил я, осознавая, что угроза в письме не пустой звук.

— Кэп, так его назвали, но сразу же заткнулись под жестким взглядом. Он еще процедил, что теперь им трое суток палубу драить за длинный язык, — сказала Шипка, а потом с любопытством на меня посмотрела и выдала: — Не переживайте, вы хоть и моложе, но выглядите намного лучше.

— Не собирался себя с ним сравнивать, — хмыкнул я.

— А тогда для чего расспрашивали? — задала вопрос Азалия.

— Про врага лучше знать как можно больше, — задумчиво ответил ей и добавил: — Обо мне он почему-то наслышан. Интересно, от кого? — посмотрел на бандершу, а та сделала вид, что не услышала вопроса.

Готов поспорить, этот лейтенант, точнее, тот кто за него себя выдает, провел беседу и с Шипкой, но не от нее узнал подробности. Радует только то, что он не видит во мне опасного противника. А вот, что к нему обращались «кэп», наводит на размышления. Да и не может лейтенант командовать сборным составом. Опять-таки, захват боевого судна он провел блестяще, при этом действовал спонтанно. Ну, горшанец смог подключиться после начала стычки моряков с городской стражей, получившей от меня указания. Готов поспорить, что из порта, Шумансан отправится, как только выполнит возложенную на него миссию. Узнать бы еще в чем она заключается.

— И что будем делать? — посмотрела на меня графиня.

— Мне идти или подождать ответа? — задала вопрос хозяйка дома удовольствий.

Кстати, в этом мире к девицам, скажем так, легкого поведения относятся исходя из статуса. В общем-то, это не удивило, а вот то, что графиня старается ни взглядом бандершу не оскорбить и спокойно с ней готова общаться оказалось для меня неожиданностью. Впрочем, порывшись в памяти, осознал, что все же негласно осуждают тех, кто выбрал такой жизненный путь.

— На ваш вопрос пока ответа нет, надо подумать, — сказал Азалии, а потом повернулся к Шипке: — Позволь узнать, куда это ты собралась?

— Домой, — пожала та плечиками.

— Нет, останешься здесь, — сказал ей, а потом понял, что слишком неопределенно выразился. — Не в том смысле, что в этом помещении, а на территории, которую контролируем. Когда вернется Гунбарь я попрошу его снять тебе в гостинице номер.

— Извините, но мне необходимо вернуться, — глядя мне в глаза, ответила бандерша. — Что бы ни случилось, а своих девочек не брошу.

Пару минут с ней препирался. Без толку! Упряма, как ослица какая-то! Ее даже не смутило упоминание, что собирается горшанец сделать с заложниками, если не приму его ультиматум. В итоге, как ни странно, но она настояла на своем.

— Если жизнь не дорога, то делай что угодно, — поморщившись, сказал Шипке, подумал и добавил: — Передай предводителю горшанских моряков, что его послание принял к сведению, но ответ давать отказался.

— Хорошо, — облегченно выдохнула владелица дома удовольствий, — тогда могу идти?

— Ступай, — махнул рукой, а сам сел в кресло.

Адъютант где-то задерживается, а у меня пока нет ни одной идеи. Изначальный план, который сводился к ночной атаке со стороны реки на рыбацких лодках я отверг. И не только из-за того, что скорее всего лейтенант является негласным капитаном шайки пиратов под горшанским флагом. Уж за передвижением противника по воде он точно будет следить. Сколько собрать лодок, чтобы незаметно попытаться приблизиться к врагу и взять на тот же абордаж наш захваченный военный корабль? Необходимо незаметно доплыть до борта корабля, подняться на палубу, уничтожить боевое охранение, после чего вывести судно из порта. Какой шанс, что все получится? Оцениваю в один процент из ста. А если разобраться, то и это вовсе утопия. Кроме как атаки в лоб ничего другого не остается.

— А если атаковать одновременно? — сам себя спросил и потер подбородок.

Шансы увеличиваются, но не больше, чем на один процент, а это тоже ни в какие ворота не лезет.

— Ох и тяжело же получить оружие из арсенала! — вошел в кабинет Салейх. — Чуть по зубам не заехал кладовщику, будь он неладен!

— Капитан, попрошу не выражаться, — недовольно буркнула графиня.

— Азалия, простите великодушно, не заметил, что вы здесь. Разрешите вашу ручку, — капитан проворно подошел к сидящей у окна графини и склонился в поклоне.

Молодая женщина помедлила, но ладошку протянула, которой мгновенно завладел Варла и сказал:

— Вы очаровательны, как и всегда, прямо-таки услада моих глаз. Как насчет составить мне компанию за ужином?

— Салейх, вы приглашаете графиню на свое судно? — ехидно уточнил я. — Не забыли, что его потеряли?

— Отобью, — не оборачиваясь и уже что-то шепча Азалии, ответил тот.

— Господин, разрешите? — показался на пороге Гунбарь.

— Входи и докладывай, — велел я, потеряв интерес к воркующей парочке.

Ну, если быть точным, то графиня молчала и вроде бы даже пару раз попыталась свою ладошку вырвать, но Салейх ее не отпустил. Похоже, капитан решил сменить тактику и попытаться завоевать графиню нахрапом.

— Граф Варшин не смог меня принять, — начал мой адъютант.

— Кто это? — сразу уточнил я.

— Начальник порта, — пояснил Гунбарь и продолжил: — Он как узнал, о произошедшем, так сразу в запой ушел. Буянить изволят, трезветь не хотят.

— Купцы?

— Нашел троих, подсчитывают убытки и рвут волосы на голове, и это в самом деле. Жалуются, что разорены и теперь пойдут милостыню собирать.

— Как много товаров на складах и есть ли продовольствие? — задал тот вопрос, который волновал больше всего.

— Всего в достатке, хватит прокормить небольшую армию пару месяцев, — ответил мой адъютант. — Народ, в большинстве своем, с интересом ждет, что произойдет дальше. Захвата города не боятся, считают, что с такими силами враг не страшен.

— Прекрасно, — поморщился я.

— Воины гарнизона спешно возвращаются в казармы, они настроены решительно и ждут приказов.

— А это уже хорошая новость!

— Есть предложение, — подумав, сказал Гунбарь.

— Говори, — кивнул ему.

— Мы могли бы выбрать место на реке и как только появятся императорские галеры, которые ждем, то их предупредить, чтобы не заходили в порт.

— Не получится, — покачал я головой. — Мало того, что охрана не даст близко подплыть, так еще тут везде, кроме залива в порту, очень быстрое течение. Не представляю, как мы перехватим галеры, развившие большую скорость. Даже если рыбацкие лодки встанут на якоря, то это делу не поможет, никто не остановится и слушать не станет. Однако, попытаться стоит, нельзя пренебрегать ни одной возможностью.

— Мне заняться? — вопросительно посмотрел на меня адъютант.

— Пожалуй, — подумав, кивнул я. — Сейчас напишу послание и выдам тебе этакую верительную грамоту.

Графиня продолжает о чем-то шептаться с капитаном, у которого на лице кислая мина. Похоже, Азалия дает ловеласу от ворот поворот, но пытается это сделать в мягкой форме. Или не сбрасывает со счета намечающуюся интрижку? Необходимо торопиться, а ни сделано ничего! Правда, времени прошло немного, как узнал о случившемся, но сам собой неудовлетворен.

— Держи, — протянул Гунбарю два листа бумаги, на которых почти не сделал ни единой помарки. Вытащил из кармана кошель, развязал тесемки, несколько монет ссыпал себе в карман. — Надеюсь, этого хватит, — отдал деньги адъютанту.

Тот упрямиться не стал, ответил, что отчитается за каждый медяк. Мой охранник и помощник в одном лице ушел, я же еще раз взглянул на карту. Нет, рыбаки вряд ли сумеют перехватить кортеж с дочерью императора. Рассчитывать на это нельзя. Остается только выбить врага из порта, точнее, уничтожить. Как это сделать?

— Капитан, подойдите, — сказал я, не глядя на флиртующую парочку.

— Есть идеи? — неохотно подошел ко мне тот.

— Это хотел у вас спросить! Как собираетесь возвращать корабль и что станете делать дальше, когда его отобьете?

— Врагов за борт скину, судно отведу от пирса, чтобы никто к нему незамеченным не подобрался, — мгновенно ответил Салейх.

— А как на борт попадете?

— Вплавь, под покровом темноты, возьму с собой пятнадцать моряков, — он ткнул на карту в районе недалеко от форта: — Тут к воде можно незаметно подобраться, глубина позволит плыть вдоль берега, будем использовать дыхательные трубки.

— Уверен, что не заметят?

— Надеюсь, — пожал плечами мой собеседник.

Хм, а вот я в этом сильно сомневаюсь. Горшанцы не дураки, а под предводительством опытного и уважаемого командира. Да и ночью, как правило, усиливают посты. Уж точно будут вглядываться в водную гладь, чтобы не подпустить к кораблям мелкие суденышки. Нет, нам необходимо вражеского капитана или кто он там на самом деле — удивить. А еще, даже если отобьет Салейх свой корабль, то ситуацию это не изменит в лучшую сторону, а ухудшить сможет. Зато императорский кортеж окажется в безопасности, его барон точно перехватит. Правда, для того чтобы полноценно управлять кораблем ему потребуется взять на борт оставшихся членов экипажа. Следовательно, придется где-то подходить к берегу, а местность это сделать не позволяет, если верить карте, на которой обозначены глубины и течение. И что он будет делать? Уведет корабль вниз по течению? Найдет какой-нибудь приток и попытается судно там спрятать. Впрочем, это не так важно, основная проблема останется. Но сама идея мне понравилась, ее следует обдумать.

— Что если устроить некую движуху перед портом? — вслух сказал я. — Допустим, воины начнут собираться в отряды, якобы готовясь к атаке. Это отвлечет внимание врага. А тем временем, небольшие группы пловцов под водой отправятся к кораблям противника. В определенное время осуществим захват сразу всех судов. При этом, очень надеюсь, что и предводителей удастся захватить в плен или убить. Что скажешь?

— Большой риск, что нас обнаружат, — задумчиво потер переносицу капитан. — Нам неизвестно, сколько на судах воинов, вряд ли большинство на берегу. Да и корабли у причалов, бесшумно их захватить не получится, подмога быстро подоспеет, и мы там все ляжем. Мой же корабль стоит не у пирса, до него горшанцам придется вплавь добираться.

— А надо их заставить корабли от пирса увести, — усмехнулся я.

— И как это сделать? — задумчиво спросил мой собеседник.

Ответа пока нет, но зато начинает вырисовываться план. Однако, у нас цейтнот, времени на раскачку нет. Первым делом переговорил с офицерами гарнизона. Те выделили пятьдесят воинов для моей задумки. Парни все молодые, бывшие рыбаки и отменно плавают, ну, по их словам. В общих чертах обрисовал, что предстоит сделать и, на удивление, ни у кого не возникло вопросов. Очень надеюсь, что они не побоялись возразить и указать на ошибки. Но, вроде бы с энтузиазмом восприняли, несколько человек даже вызвалось провести на окраины порта через лабиринты пещер, заканчивающими у самой воды, а то и заполненными ее.

— Готовьтесь к вылазке, враг захватил наш порт, угрожает штурмом города и поставил ультиматум, на который пойти не могу, — объявил воинам, оглядел сосредоточенные лица и продолжил: — Как только корабли отойдут от причала, мы вплавь до них добираемся, поднимаемся и захватываем. На каждое судно пойдет по пятнадцать человек. Большая часть экипажей сошла на берег и у нас появился неплохой шанс.

Авантюра, как есть авантюра, мысленно себе говорю, направляясь в форт. Почему-то командир катапульт не соизволил явиться по моему требованию. Нет, он прислал своего порученца с объяснением, что покинуть пост не имеет права. Готовится защищать город и на досужие разговоры у него нет ни времени, ни желания. Прямо так и написал! Ладно, я не гордый, сам поднимусь и на месте переговорю, заодно и посмотрю, был ли прав в своих выводах. Оказалось, что начальник форта времени даром не терял. Его люди в поте лица перетаскивают катапульты и нацеливают их на дорогу, ведущую от порта к городу. Я прикинул траекторию и похвалил себя за догадку. Как ни изворачивайся, а часть залива не простреливается и, уверен, вражеским морякам об этом известно. Конструкция орудий у всех стран одинакова, поэтому траектория выстрелов просчитывается на раз. Впрочем, необходимо из самого форта прикидывать, где мертвая зона. Уверен, сюда чуть ли не сразу вражеские разведчики наведались.

— Граф Айлексис? — направился ко мне мужик в запыленной форме без знаков различая. — Зачем вы здесь?

— Пришел к коменданту, он же не соизволил явиться, — криво усмехнулся я.

— Виноват, — без раскаяния в голосе, произнес тот.

Ну, то, что он за катапульты отвечает и так понятно. Солдаты на него смотрят с уважением и боязнью, следовательно он ими командует. Нет, могу и тут ошибаться, но что-то подсказывает, что прав.

— Вы комендант или нет? — прищурился я.

— Да, Мураб Астов, к вашим услугам, — подтвердил тот и склонил голову.

— Мураб, необходимо, чтобы вы ударили по пирсу.

— Траектория не позволит, — отрицательно качнул тот головой.

— Передвиньте катапульты, ослабьте силу удара, камни используйте меньшего размера, или наоборот большего. Неужели мне вас учить, как стрелять? — с раздражением ответил ему. — У вас есть два часа, ровно в час по полудни должен быть выпущен первый снаряд. Вопросы?

— Зачем бить по пирсу? Есть возможность ударить бочками, предварительно подпалив в них масло. При удачном раскладе вражеские суда запылают, что те факелы.

— И какова вероятность прямого попадания? — скептически спросил я и сам же ответил: — Один шанс из ста! Вам же необходимо сделать пристрелку. Или я не прав?

— Но попытаться-то можно, — пожал плечами комендант форта.

— Мураб, задачу вам поставил, от ее исполнения зависит очень многое, если не все. Через два часа, после того как корабли противника отчалят от пирса, мы их атакуем. На вашей совести будет то, что абордажные группы погибнут. Вам надлежит еще и не допустить подкрепления на суда. Учтите, невыполнение приказа приведет к печальным последствиям, — жестко сказал я.

— Вот оно как, абордажные группы, — провел ладонью по бородке мой собеседник, в глазах которого мелькнула радость. — Я уж, старый дурак, подумал, что вы ничего делать не станете. Конечно, ваш план рискован, зависит от различных случайностей. Но, признаю, такая дерзость может получиться. Хорошо, через два часа первая катапульта ударит!

— Надеюсь на вас, — я пожал руку Мурабу, который оказался понятливым и даже не попросил письменного распоряжения.

Хотя, если приказы отдаются лично, то в этом мире не принято прятаться за бумажки или отказываться от своих слов. Своеобразное доверие, основанное на чести. А вот если указания даются удаленно, используя посыльных либо даже доверенных лиц, то только письменно. Я же поспешил к воинам, готовящихся к абордажу кораблей противника. В крови бурлит азарт и нетерпение, сомнений нет, что все получится. Главное, чтобы не вмешался неожиданный фактор в мой план.

— Господин граф, вы чего удумали⁈ — возмутилась Азалия, когда я с одной из групп воинов, направился за проводником.

— Что-то не так? — посмотрел на молодую женщину. — Ах, да, вы остаетесь за главную! Бумаги о вашем назначении вам передал, так что все нормально.

— Айлексис, отойдем в сторону, нам надо поговорить, — чуть слышно произнесла графиня.

Согласен, лейтенант и его воины уши навострили и ловят каждое слово. Времени терять нет желания, но кое-какие инструкции Азалии необходимо выдать. С этим чертовым цейтнотом далеко не все успел сделать. А еще мне интересно, что она хочет сказать?

Глава 8

НА АБОРДАЖ

Глава 8. НА АБОРДАЖ

Чувствую, что опрометчиво поступаю, герцог потом выскажет всё, что он обо мне подумает. Правда, это в случае, если выйду победителем, а их как бы не судят. Но, в общем и целом, мне надлежало остаться в Пуртанске и руководить. Вот только кем? Азалией? Шипкой? Тот же капитан стражи продолжает недоверчиво в мою сторону смотреть. Нет у меня поддержки, которая необходима! Гунбарь не в счет, он ни влияния, ни веса не имеет. Как и госпожа Сейконова, которую все слушали и даже ее приказы выполняли, зная, что она заверит указания печатью супруга. А получалось у графини не так и плохо, надо отдать должное, но до определенного момента. Женщина не знала, как поступить после сообщения о захвате порта. Не окажись тут я, то быть беде. Ну, она еще не исключена, если план провалится. Сумеет ли начальник форта правильно и вовремя ударить из катапульт? Не промахнется ли? Нет ответа, но уже скоро узнаю. В арсенале гарнизона я выбрал себе два коротких меча, кинжал, пять метательных ножей и кастет. Раздумывал над тем, чтобы взять небольшой арбалет, но от этой идеи отказался. Мой двойник неплохо стрелял, но полагаться на его навыки нельзя. Их можно восстановить, но после упорных тренировок, что и собираюсь сделать при первой возможности. Да и после воды на арбалет нельзя полагаться. Тетива промокнет, нужного натяжения точно не будет. Зато тут мало кто сможет что-то противопоставить моим приемам при рукопашной схватке.

— Господин, слышите, как плещутся волны? — вывел меня из размышлений проводник.

Молодой парень по имени Вайсак, всего полгода на службе. Он местный, ходил с отцом добывать рыбу, в том числе и доставлять ее коротким путем до торговцев на базаре.

— Да, — кивнул я.

— Уже скоро будем на месте, — широко улыбнулся проводник.

Действительно, буквально через минуту мы оказались в небольшой пещере, в центре которой правильной формы прямоугольник, в котором то падает, то поднимается уровень воды. Странно, обычно такое явление наблюдал на море, а если на реке, то после моторной лодки. Почему тут так?

— Нам предстоит проплыть порядка двадцати метров под водой, — стал рассказывать Вайсак. — Глубина тут метров десять, — он задумался, — двенадцать, течение сильное, с водоворотами, поэтому-то и происходят отливы и приливы. Если увидите большую воронку, то ни в коем случае в нее не суйтесь, утащит на дно и выплыть не получится. Несколько человек утонуло. Но в общем-то тут безопасно, а когда корабли горшанцы от пирса отведут, то они точно их в эту часть залива отгонят, — он посмотрел на меня.

— Наша цель, где бы не вынырнули — самая большая галера, — напомнил я воинам. — Поднимаемся на борт со стороны реки, ни в коем случае не порта. Все понятно?

— Да, — нестройно ответили мои подчиненные.

— Если все получится, то каждого награжу по золотому, а еще поделим добычу, захваченную на судах, — запоздало объявил им, чуть не упустив эту важную часть.

Мотивация во все времена должна быть и желательно большая, тогда подчиненные будут стараться. Лозунги хороши, но воинам хочется кушать, бахвалиться победами и показывать, что они заслужили. Одних похвал мало, это давно и всем известно. Вот и в этом случае, на лицах воинов появились мечтательные выражения и улыбки.

— Особо отличившиеся получат больше, — продолжил я, — а если кто-то погибнет, так как все мы смертны, то прослежу, чтобы призовые получила родня. Ну, удачи нам всем!

— Удачи нам всем, — хором повторили воины, словно это боевой девиз.

Мы стали раздеваться, оставляя минимум одежды, мокрая будет сковывать движение во время боя, где каждая секунда может стоить жизни. Правда, сражаться босым то еще удовольствие, но других вариантов нет. Ожидание, оно всегда неприятно, если только не надеешься на что-то радостное и хорошее. Впрочем, и даже в таком случае возникают вопросы, а получится ли так, как рассчитываешь. Сомнения и надежда идут рука об руку, зачастую заставляя нервничать. Но сейчас я спокоен и сосредоточен, на кону многое и выбор сделан. Удивительно, поймал себя на том, что в этом мире стал взрослее и в какой-то степени опытнее. Как такое возможно? Даже окружающих людей и то начинаю просчитывать и понимаю их стремления. Нет, уверен, выводы делаю не всегда правильные, поэтому-то с ними и не спешу. Взять ту же Азалию, молодая женщина вроде бы знает чего хочет, но мечется и терзается, боясь поступить опрометчиво. Боится пересудов? Или страшится самой себя? Надо с ней об этом поговорить, если выпадет возможность. Если же вернуться к тому, почему себя стал так ощущать, то ответ далеко не однозначный. В этом мире раньше взрослеют, возникают обязанности и давит груз непростых решений. Мой двойник многое знал и умел, но я-то еще больше, правда, больше в теории и жил беззаботнее, если такое можно применить при сравнении двух реальностей. Когда же на мою личность наложилась другая и произошло этакое слияние, то случилось и изменение характера, появилась этакая решимость, которой не хватало ни мне ни Айлексису.

— Господин! Началось! — воскликнул проводник.

Действительно, нас ощутимо тряхнуло, мелкие камушки со свода пещера посыпались. Даже мелькнула мысль, а вдруг скала не выдержит и нас тут заживо похоронит.

— Ждем еще минут двадцать, — сказал я и зябко передернул плечами.

Как бы не замерзнуть, рано отдал приказ готовиться к заплыву. Но обратно отыгрывать не собираюсь.

— Делаем разминку, надо чтобы согрелись мышцы, — объявил воинам и первый принялся за комплекс упражнений.

Парни с недоумением на меня посмотрели и стали вяло поддерживать, но потом втянулись. Даже обмениваться шуточками стали. Мол смотри как граф ноги задирает и крутится на одном месте. Не поняли, что веду бой с тенью, заставляя это тело принять те навыки, которыми когда-то владел. Время тянется медленно, но вот нам пора. Прибежал пацан, оставленный мной у входа в лабиринт пещер. Он хотел за братом увязаться, говорил, что лучше него ориентируется внутри скалы, вот и дал ему задание нам сообщить, что будет происходить в порту.

— Господин! Горшанцы стали уводить корабли от пирса, все как вы и говорили! — с азартом произнес наблюдатель, а в его интонациях голоса неподдельное восхищение. — Там такое началось! Бух-бах! Осколки во все стороны, крики, гам, суета, а наши катапульты бьют и бьют! Удары стали к кораблям подбираться, на бортах забегали и отчаливать стали. И ведь никого не смогли взять, моряки не захотели под удары лезть.

— Разумеется, другого и не ждал, — спокойно ответил я и кивнул Вайсаку: — Ты первый, следом пятерка самых опытных, за ними поплыву сам, позади меня остальные.

— Ясно, — коротко ответил проводник и первым прыгнул в воду.

— Ты остаешься здесь и стережешь одежду, — погрозил пацаненку пальцем, у которого заметил дыхательную трубку для плавания под водой.

— Но… — начал тот, но я его перебил:

— Это приказ, за непослушание — голову рубят!

Дальше говорить не мог, нырнул за воинами в темную воду. Сразу же осознал ошибку. Надо было продумать, как плыть под водой, где почти ни зги не видно. Нам следовало использовать веревку, чтобы за нее держаться и не сбиться с пути. Правда, она оказалась бы слишком длинной, и не факт, что облегчила путь. Какие к черту водовороты? Как их тут увидеть? С трудом различаю силуэт плывущего впереди. А вот и вовсе из виду воина потерял! Черт! Только не паниковать! Легкие начинают болеть от нехватки воздуха, но я продолжаю двигаться вперед. Вайсак говорил, что перед выходом из этого каменного свода, заполненного водой необходимо повернуть направо и сразу же вверх. Но где этот чертов поворот? Напрягаю зрение, вспоминаю про магию, которой почти не обладаю, но ауру-то способен разглядеть. Точно, впереди, чуть правее, в семи метрах от меня, словно ракета, плывет боец. Кстати, прыгнувшие следом за мной уже чуть ли не на пятки наступают. Похоже, переоценил свои возможности и плаваю хуже всех. Сам на себя разозлился и активнее заработал руками и ногами. Мало того, еще и к своему источнику мысленно обратился и потребовал у того помощи. Удивительно, но почти сразу стал нагонять впереди плывущего воина, при том, что тот скорость не снизил. Второе дыхание открылось? Возможно, но вот в груди уже даже огонь разгорается, воздуха не хватает. Стало светлее! Устремляюсь вверх, но на поверхность воды, как бы ни хотелось, показываться нельзя. Мне удалось сдержаться, сунул трубку в зубы, зажал нос, выдохнул ртом и втянул в себя небольшой поток воздуха. Лучше от этого не стало, если не хуже, так как голова закружилась, а под водой это очень чревато. Взял себя в руки и отыскал глазами Вайсака. Знаками показал парню, чтобы тот разведал обстановку. Воин сразу же мне указал рукой направление. Ну, не сообразил я, что у любого корабля есть осадка или глубина погружения корпуса корабля в воду. Итак, все суда, кроме нашего военного, как и предполагал, находятся недалеко. А еще удалось рассмотреть и мои абордажные группы. Вроде бы все идет по плану и нас не заметили. Ну, это и понятно, горшанцам сейчас не до этого. Катапульты продолжают обстрел порта. Откуда только у коменданта форта столько снарядов? И ведь не стал их экономить, продолжает отвлекать внимание. Мне не пришлось выбирать цель, длинный корпус галеры недалеко от нас. К нему и направился. Мои боевые котики, ну, смеюсь, никакие они не котики — пловцы, отправились следом, а потом и попытались выстроиться в этакую линию. И вот мы уже осторожно, стараясь не сделать лишних всплесков, медленно выныриваем у самого борта галеры. У нее убраны весла и, с одной стороны, это радует, так как явно мало моряков на борту, но с другой стороны, подниматься сложнее. Вот только моих бойцов это не затруднило, они ловко, орудуя ножами, мигом залезли на борт. Признаю, я задержался, но сумел вскарабкаться ненамного позже.

— К каютам! — даю приказание и добавляю: — Капитана брать живым!

Впрочем, мои воины и так знают, что делать. Роли распределены, четверо бойцов, включая меня, бегом направились на капитанский мостик, рядом с которым расположены каюты офицеров. Нас уже заметил смотрящий и поднял крик, что враг на борту. Кто-то из моей абордажной команды метнул нож, и моряк рухнул в воду. Одновременно с этим и двое горшанцев у румпеля завалились. Галера потеряла управление, а так как якорь еще не спустили, то ее борт стал разворачиваться. Но сейчас не до этого, нам навстречу выбежало трое моряков, один из которых стал стрелять из многозарядного небольшого арбалета. Болт пронесся у моего уха, рядом рухнул один из моих бойцов, схватившись за живот. А моя рука, словно действуя самостоятельно, один за другим метнула три ножа. Я увидел, как арбалетчику лезвие пропороло шею. На палубу полилась кровь, из рук моряка выпал арбалет, а сам горшанец схватился за горло, стараясь остановить кровь. Бесполезно, он еще не понял, что перебита артерия.

— Айлексис, берегитесь! — проорал Вайсак и парировал удар меча, который предназначался мне.

От второго удара легко уклонился, а противнику нанес удар ногой в бок, после чего обнажил свои мечи. Кстати, вот еще где сказалась недостаточная практика. Мои воины давно клинки обнажили, а я только сейчас. Короткая схватка и путь свободен, вот только нас осталось трое. Получился этакий неприятный размен трое на трое. По мне, это не в нашу пользу, так как имели фактор неожиданности. Распахиваю дверь, ведущую в каюты и острие моего меча напарывается на живот спешащего на шум офицера. Тот даже ничего понять не успел, как и я. Дергаю меч на себя, тело моряка заваливается, но я его отталкиваю в сторону. Быстрым шагом добегаю до двери капитанской каюты. Галеры строятся одинаково, за небольшими изменениями, поэтому знаю где и что расположено.

— Что там за шум? — вопрошает сидящий за столом капитан, который даже не поднял голову, изучая какие-то документы.

— Вы мой пленник, сдавайтесь! — выдыхаю я и дергаюсь в сторону.

Изящный метательный нож вонзается в косяк, где пару мгновений назад находилась моя голова.

— Не бывать этому! — восклицает капитан галеры и всей операции по захвату порта.

В руке моряка рапира и стилет, у меня два коротких меча. Мы готовы к бою и свою позицию оцениваю хуже. А моряк бьет клинком рапиры по стоящей на столе бутылке вина и во все стороны разлетаются осколки стекла. Черт! Как он быстро соображает! Босиком мне с ним сражаться и так-то сложно, а теперь и вовсе преимущество на его стороне. Вжик, вжик! В плече капитана болт, второй в бедре, а позади меня раздается голос Вайсака:

— Еще как бывать, а биться с нашим командиром вы недостойны, раз пытаетесь мухлевать.

Гм, не поспоришь, парень дело говорит. А капитан зло сверкает глазами, рапиру переложил в левую руку, стилет валяется на полу, а сам он опирается на одно колено.

— Сдавайтесь, — усмехаюсь я. — Вы проиграли.

Мой оппонент скрипнул зубами, дернул шеей, а потом сломал клинок рапиры, вогнав его в щель между досками пола.

— Ваша взяла, сдаюсь, я ваш пленник, — произнес капитан и завалился на пол.

А вот это совсем не хорошо! Я рассчитывал, чтобы он приказал своим людям сложить оружие, а этот гад сознание потерял. Придется заниматься его лечением, но чуть позже, сначала связать и узнать, как дела на борту галеры и что происходит на других кораблях.

— Берем его и кладем на кровать, — сказал я Вайсаку.

— Прирезать и всего делов, — буркнул тот.

— Нельзя, он сдался, а еще нужен живым. Или думаешь его люди просто так сдадутся?

— Естественно, — отмахнулся парень, — они уже проиграли. Город захватить не сумеют, а сбежать не смогут. Что остается?

— Вариантов масса, — хмыкнул я. — Ты забыл, что среди тех, кто в порту, есть офицеры. Что если найдется кто-то, захотев занять должность своего предводителя? Никогда нельзя противника недооценивать. Вот капитан, — кивнул на раненого, — посчитал, что он диктует условия и опасаться нечего. Что из этого вышло сам видишь.

Мы не просто разговаривали, но еще и действовали. Уложили горшанца на кровать, связали ему руки и ноги, после чего покинули каюту. Мне хотелось ознакомиться с бумагами и картами, которых приличное количество, но пришлось себя сдержать.

— Господин граф! У вас все нормально? — влетел в каюту один из наших, весь перепачканный кровью.

— Как видишь, — ответил воину и уточнил: — Что с галерой? Мы ее захватили?

— Да, горшанцы отправились на корм рыбам! — расплылся тот в улыбке.

— Потери? — коротко поинтересовался я.

— Э-э-э, точно не знаю, кажется, трое ранено, еще пятеро убито. Или шестеро? — боец пожал плечами.

— Сам-то цел? — задал ему вопрос, пытаясь понять, есть ли на нем его кровь.

— Ни царапинки! — оскалился парень.

Хм, только сейчас обратил внимание, что он щеголяет в коротких сапожках из неплохой кожи. И когда помародерствовать успел? Впрочем, это законный трофей, никто и не подумает осуждать.

— Вам бы приодеться, господин Айлексис, — словно прочтя мои мысли, сказал Вайсак.

— Успею, — отмахнулся я, сделал шаг и поморщился, наступив на осколок. — Черт! — ругнулся, согнул ногу и вытащил острое стекло, а из ранки мгновенно показалась кровь. — Вот же гадство!

Сел на ближайший стул и осмотрелся. Вайсак вновь все правильно понял, метнулся к шкафу и распахнув дверцу присвистнул:

— А капитан-то галеры тот еще франт!

— Найди какой-нибудь платок или чистый кусок тряпки, — попросил я.

— Сорочку жалко рвать, — пробубнил парень, роясь в одежде.

Когда он ворох шмотья успел набрать? В том числе и сапоги принес! При этом не стал меня слушать и ранку мою перевязал. Кстати, сделал это споро и у меня бы лучше точно не получилось.

— Откуда такие навыки? — поинтересовался я.

— Бабка врачеванием занималась, меня помогать заставляла, твердила, что мне это пригодится. Ага, как же! Не в гарнизоне же роды принимать! — он рассмеялся.

— Ты и на это способен? — не поверил я.

— Дык в деревне жили, бабы часто рожали, только и успевай воду греть, — хмыкнул тот.

— А серьезными ранениями занимался? — продолжил я его расспрашивать.

— В основном, когда мужики друг другу морды били, да в ход ножи и вилы пускали. А вот тех, кто на охоте пострадал уже реже. Там ведь если от кабана не увернулся или медведя на рогатину не поднял, то мало кто в живых оставался, — словоохотливо поделился Вайсак.

— От меня далеко не отходи, будешь мне нужен, — сказал ему и без стеснения стал раздеваться, избавляясь от влажной одежды, которая не успела высохнуть.

Воины почему-то смутились и ретировались из каюты. Чего это они? Можно сказать получили боевое крещение, а испугались увидеть графа без одежды. Или думают, что физиологически от них чем-то отличаюсь?

— Странно, — буркнул себе под нос, внимательно рассматривая мужские панталоны.

Нет, они новые и их капитан не носил. Вопрос в том, что такое нижнее белье дико неудобно. Жаль нет ножниц, а то бы сделал что-то напоминающее семейные трусы. Кстати, их тоже не жаловал в другом мире, предпочитал боксеры или брифы, которые от первых отличаются тем, что более короткие. И все же, укоротил длину панталон с помощью ножа, после чего быстро оделся и похромал на выход. Неожиданно для себя, боль в ступне мешает нормально передвигаться. А осколочек-то был небольшой.

— Граф, дозвольте и мне одежду поискать? — обратился ко мне Вайсак.

— Иди, — кивнул ему в сторону капитанской каюты, но парень в испуге отрицательно головой замотал:

— Нет-нет, вашими трофеями воспользоваться не могу, не по чину мне, на смех поднимут, что захотел с самим графом Айлексисом, наследником герцогства, встать на одну ступень. Тут попроще есть чем поживиться.

— Как хочешь, — безразлично ответил ему, а сам направился на мостик.

Моя абордажная команда радостно по галере снует, не обращая внимания на стоны наших же раненых. Нет, им, насколько понял, оказали первую помощь, но ухаживать не собираются. Или выживут, либо умрут и всем плевать на получивших раны в бою, хотя и сражались плечом к плечу. Почему так? На этот вопрос пока нет ответа, сейчас другое важнее. Форт продолжает обстрел пирса, но намного реже, похоже, берегут снаряды. В порту суеты не заметно, горшанцы спрятались и затаились. Наверняка наблюдают за происходящим на море. На мачте галеры, которую захватили, развивается флаг герцогства. Кто и когда его с собой захватил — понятия не имею. Но решение правильное, чтобы все знали, кто тут теперь хозяин. Кстати, боевой корабль тоже поднял флаг нашей империи. Правда, там на борту пожар, но его тушат. Одно торговое судно пылает и его уже ничего не спасет. Вот и вторая галера явно никому не достанется, ее сносит к горящему кораблю и за борт прыгают остатки абордажной команды и, похоже, выжившие горшанцы. На оставшихся двух торговых кораблях идет ожесточенное сражение. Непонятно на чьей стороне перевес.

— Неужели на борту находилось больше моряков, чем рассчитывал? — задался вопросом, размышляя, как в этой ситуации поступить. — По местам! — заорал, напрягая всю мощь легких.

Абордажная команда бросилась ко мне. Ну, согласен, их роли заканчивались на том, когда галеру захватим и теперь они не понимают, что от них хочу.

— Мне надо, чтобы мы прошли рядом с транспортниками, — указал рукой на корабли. — До горшанцев надо донести, что они проиграли и если не сдадутся, то умрут. Поэтому, привести к бою стрелометы, поднять якорь и распустить парус. Ну, или если есть другие варианты, то готов их выслушать.

— Чего застыли⁈ — воскликнул Вайсак, как-то незаметно появившийся за моей спиной. — Мы все ходили на рыбацких шхунах, неужели с галерой не управимся?

Судя по лицам воинов, то они в этом сильно сомневаются.

— Нам течение поможет, парус ставить не будем, — продолжил парень, — за румпель сам встану, а по двое на весла, этого хватит!

Точно, парус же не поднимают. И как об этом забыл? Надеюсь, мою оплошность простят, я все же больше сухопутный человек, моряцкую терминологию плохо знаю. Но этот пробел следует восполнить. Впрочем, мой двойник теорию изучал, это у меня она из головы вылетела.

Буквально через пару минут галера начала движение. Когда до первого транспортника, на борту которого бойцов из гарнизона Пуртанска загнали на ют и вот-вот могли скинуть в реку, я проорал:

— Горшанцы! Ваш предводитель в плену, сражение проиграно, сдавайтесь! Если не бросите оружие, то отдам приказ ваше судно потопить!

Передышка, наши воины на транспортнике радостно загудели, а вот моряки-захватчики атаковать перестали. Последних человек пятнадцать против пятерых наших. Удивительно, что абордажную команду не расстреляли из арбалетов, которые наверняка на судне в большом количестве. Или опять ошибаюсь? Потом устрою разбор, сейчас не до этого.

— Притащите Шумансана, но постарайтесь его раны не сильно тревожить, он мне живым нужен, — приказал я стоящему рядом одному из своих воинов.

— Понял, — кивнул тот и поспешил в сторону кают.

Через пару минут, Игалека поставили рядом со мной. Он уже пришел в себя и стоит с видом обреченного человека. Ну, на родине его ждет незавидная участь, провалил задание. И кто его обыграл? Какой-то мальчишка, без собственного отряда, не имеющий воинского звания и не участвовавший в сражениях. Позор капитану! А император может и вовсе посчитать предателем.

— Готов дать тебе слово, что отпущу тебя и часть твоих людей, — посмотрел я на своего визави. — Выделю транспортник и валите из Каршанской империи на все четыре стороны. Даже не все деньги изыму, оставлю немного, как и припасами снабжу. У тебя нет выбора, соглашайся. Если откажешься — повешу, будешь сотрудничать — обозначил, что получишь. Кстати, не советую возвращаться к горшанскому императору или тому, кто тебя сюда послал.

— Ты очень разумный молодой человек, — глянул на меня исподлобья тот, тоже перейдя на ты. — Знал бы раньше, такого не случилось, — он криво улыбнулся и поморщился, покосившись на плечо, в котором болт.

— Подлечим, не переживай, а если захочешь — будешь почетным пленником.

— Нет уж, посмешищем быть не желаю, — покачал тот головой, а потом задумался, повернувшись к транспортнику, с которого ждут его слов.

Медлит Игалек, борется с гордостью, честью и присягой. Он все прекрасно понимает, что уже не будет пути назад, отдай он тот или иной приказ. Переломить ситуацию он не сможет, как даже красиво погибнуть в бою. Но пока решение не может принять, от которого зависит не только его жизнь, но и многих других. Я же надеюсь, что он сделает правильный выбор, иначе мой план рухнет и придется придумывать новый.

Глава 9

СЛОВО НАДО ДЕРЖАТЬ

Глава 9. СЛОВО НАДО ДЕРЖАТЬ

— Не вздумай глупить, — говорю своему раненому пленнику, — ты видел меня в деле и понимаешь, что кроме резни ничего не добьешься. Учти, пощады не будет тем, кто не сдастся.

Игалек поднял голову к небу, в котором ни облачка, а потом кивнул и сказал:

— Айлексис, я вам доверяю и уже признал поражение. Парни! Горшанцы! Слушай мой приказ! Господин граф, наследник герцогства, в котором находимся, дал слово, что отпустит тех, кто сложит оружие!

Ну, не совсем это ему говорил, Игалек немного передернул, но его понимаю. Не мог же он объявить, что освобожу не всех. Предводитель же врага продолжает:

— Катапульты порта в любой момент способны потопить любое судно. С боем вырваться у вас нет шансов, а я, как уже знаете, в плену и не побегу. Так вот, мой приказ — сложить оружие! — он замолчал.

Над водой воцарилась тишина, только плещутся волны, скрипит оснастка судов, да на небольшом ветерке хлопает парус. Ну, еще догорают галера и транспортник, а воины, которые там бились уже подплывают кто к пирсу, а кто-то забирает в сторону. На судне, где недавно происходило сражение, а мою абордажную команду чуть не скинули за борт, забренчало оружие. Экипаж транспортника стал бросать на палубу мечи, ножи и арбалеты. И вот тут-то я вновь понял, что готовиться надо тщательнее, а просчитывать дальше. Куда расселить такую прорву народа? А ведь их еще и прокормить требуется. Боюсь, в тюрьме мест не хватит, если только камеры не забивать сверх нормы.

— Граф, разрешите мне в каюту вернуться, — произнес Игалек.

— После того, как вы повторите свои слова у пирса, а потом напишите приказ своим людям, — ответил ему и добавил: — Еще хотелось бы подробно узнать, что вы тут забыли, кто и зачем вас сюда послал.

— О последнем уговора не было, — качнулся мой собеседник, но на ногах устоял.

— Пойдемте, — уважительно ему сказал, осознав, что горшанец испытывает не только душевную боль, но и самую настоящую, болты в его теле никуда не исчезли, — Вайсак, помоги капитану!

— Слушаюсь! — подскочил к нам парень.

— Уложи пленника в кровать и готовь все что требуется, чтобы достать болты, а потом обработать раны, — дал ему указания, прикидывая, что делать дальше.

Сражение на кораблях прекратилось, но праздновать победу рано. Большая часть врага в порту и как они себя поведут в такой ситуации не совсем понятно. Подчинятся Игалеку или ринутся в атаку? Надеюсь, что разум у них возобладает.

— Граф, с военного корабля передали сообщение, что капитан убит, — сказал мне один из моих людей.

Я не сразу понял, о чем, точнее, о ком он говорит.

— Салейх погиб? — уточнил у парня.

— Да.

— А как мы сообщение получили?

— Флагами, — пожал тот плечами и уточнил: — Сразу после того, как сражение прекратилось на транспортниках.

— Понятно, — потер я висок.

— Экипаж просил распоряжений.

— Пусть встают на якорь, — подумав, дал такое указание, не представляя, что теперь делать с военным кораблем.

Барон своими замыслами не делился, в том числе и не объяснил, каким ветром его сюда занесло. Надеюсь, приказы ему давались в письменном виде, и он их не уничтожил. Но неужели никто из его офицеров не взял на себя командование? Или Варла опасался, что его подсидят и никого ни во что не посвящал? Гадать нет смысла, не удивлюсь, что ни один из офицеров не хочет брать на себя ответственность. За потерю судна, пусть и временную, кто-то перед командованием ответит. Свалить все на погибшего в бою капитана не удастся. Морщусь, проблемы одна за другой возникают на ровном месте. Мне бы пяток толковых советников и помощников. Да где их взять? С другой стороны, почему бы не переложить вопрос о пленных на капитана стражи и начальника тюрьмы? Это их прямая обязанность! А едой пусть обеспечивает Азалия, она же городом управляла и неплохо справлялась. Восстановление повреждений в порту так и вовсе обязанность того, кто за него отвечает. Правда, этот господин вроде бы в запой ушел, если не выйдет кого-нибудь другого назначу или и эту проблему спихну на графиню. Нет, умывать руки от управления не собираюсь, но разрываться по каждому вопросу глупо. Уследить за всем не смогу, а самому вскоре предстоит продолжить путь, когда императорский кортеж до Пуртанска доберется. Кстати, еще же маршрут необходимо составить, но это не так сложно.

— Все подготовил? — спросил я Вайсака, заходя в каюту капитана.

— Да, — покивал тот. — Даже мазь для заживления ран нашел, — он продемонстрировал мне открытую склянку, из которой невыносимо воняет.

— Действуй, — коротко сказал парню, а сам сосредоточился на ауре раненого.

Ученик знахарки или кто она там была на самом деле обхватил болт на ноге Игалека и попытался его выдернуть. Бывший капитан галеры взвыл, дернул ногами, угодив здоровой в грудь парню. Вайсак этого не ожидал, отлетел спиной назад на метра на три и грохнулся об пол.

— Ты, сволочь такая, живодер или кто? — процедил Игалек, на лбу которого выступил пот, а в ауре всполохи боли.

— П-п-простите, — заикаясь, пробормотал недоделанный лекарь.

— Азов не знаешь? — покачал головой капитан. — Надо определить какой наконечник у болта, сделать разрезы до его начала, а потом медленно за древко потянуть.

— Либо резко, — не согласился я.

— Медленно, чтобы понять, не мешает ли что-то, — повторил Игалек.

— Я с таким не сталкивался, — признался Вайсак.

В каюте наступила тишина, только раненый хрипло дышит. Н-да, медицина тут оставляет желать лучшего. Доктора или точнее целители с лекарями далеко не все умеют. Кстати, врачевание делится на несколько видов и подходов. Есть традиционная, в моем понимании, когда используются порошки, пилюли, мази и обычный скальпель. Это — лекари. Второй вид — знахари и знахарки, их большинство и они предпочитают использовать микстуры, отвары, зелья и те же мази, но заговоренные собственной магической силой. Не чураются и применять обычное магическое воздействие. Разумеется, чистят раны вручную, как и роды принимают. И последние представители этой профессии, самые малочисленные — целители. Они подходят к проблеме больного комплексно, но в основном полагаются на дар и тот же болт из тела могут вытянуть с помощью заклинаний и своего источника. Их услуги стоят дорого, а лечат они редко, так как приходится после каждого воздействия на больного долго восстанавливаться. Кстати, далеко не со всеми болячками они справляются, тот же пресловутый аппендицит удалить не могут с помощью своей силы.

— Лезвие на огне прокали, — достал я свой кинжал и протянул Вайсаку, а потом посмотрел на Игалека: — Терпи, болты необходимо вытащить, иначе возможно заражение крови.

— Знаю, — кивнул тот. — Мне бы к целителю, мой в порту, но туда пока нельзя.

— Есть крепленое вино? — спросил капитана и оглядел каюту.

— В шкафу у иллюминатора, — ответил раненый.

— Вайсак, — кивнул я парню.

Тот понял без объяснений, принес бутылку, запечатанную сургучной пробкой, которую я одним движением выбил. Прямо из горла пригубил, проверяя крепость. Ну, алкоголь чувствуется, но не сильно.

— Пей! — поднес к губам капитана.

— Не хочу, — буркнул тот.

— Это анестезия, — попытался я объяснить и прикусил язык, таких слов в этом мире не знают. — В одном старом фолианте вычитал, что опьянение позволяет утратить чувствительность и снизит боль при ранениях.

— А, это да, есть такое, — хлопнул себя по лбу Вайсак. — Бабка часто раненых предварительно поила вином или специальным грибным отваром, чтобы те заснули и ничего не чувствовали. И как об этом забыл?

— Ясно, — коротко ответил Игалек и стал пить.

— Хватит, — остановил я его, когда в бутылке осталось примерно половина. — Голова кружится, мысли путаются? — задал вопросы бывшему капитану галеры, тот в ответ зевнул и чуть кивнул, прикрыв глаза.

Выдохнув, я взял нож и сделал два глубоких надреза рядом с болтом в бедре Игалека. Тот чуть дернулся, простонал сквозь зубы, но ничего не сказал. А я вдруг ощутил, что могу поделиться с раненым силой из своего источника, что и сделал. Вот только результат оказался не таким, каким ожидал. Только что сделанные порезы затянулись, а кровь запеклась.

— Гм, вот это фокус, — озадаченно буркнул себе под нос, краем глаза увидев, как у Вайсака от удивления рот открылся.

— Что такое? — прошептал тот, кто оказался подопытным в моих «кривых» руках.

— У тебя хорошая регенерация, — ответил ему и предупредил: — Сейчас еще раз надрезы сделаю и уже после этого болт вытащу.

Так и поступил, но изменил воздействия из своего источника, попросив дар обезболить этот участок. Конечно, это как-то глупо звучит, но как общаться со своим источником я пока не понял. Пошел по принципу того, как рассматриваю ауру у окружающих. Я мысленно обращаюсь к странному комку внутри себя, являющемуся вместилищем магии и прошу его использовать часть силы, чтобы рассмотреть эмоции того или иного человека. Отдаю себе отчет — это очень ненаучно, возможно, а то и точно, что действовать надо не так. Однако, пока получается, то почему бы не продолжать так действовать. А при случае свои возможности лучше изучить и каким-то образом проверить. В том числе и собственную ранку на ступне залечить, а то продолжает беспокоить при ходьбе.

Лезвие ножа вдавил в кожу Игалека, одновременно с этим и направил магию в рану. Вновь показалась кровь, а я уже осторожно тяну болт. Тот плохо поддается, медленно идет, но резко его вытаскивать не решаюсь. Вот уже основание наконечника показалось, а у меня по лицу и спине пот струится. Этак на вторую рану сил не останется, но каких-то других вариантов нет. Болт откидываю, раздвигаю руками рану и осматриваю ее. Мысленно ругаюсь, понимая, что внутри есть клок одежды.

— Нож! — протягиваю руку за спину и ладонь мгновенно ощущает рукоять кинжала.

Как жаль, что нет медицинских инструментов, с их помощью уже бы давно очистил рану, а тут приходится острием лезвия ковыряться. С пятой попытки, мне удалось вытащить посторонний предмет. Вином щедро промыл рану, после чего отозвал или рассеял свое заклинание. Или всего лишь прекратил воздействовать на больного? Точно не понимаю, что делаю и это неправильно, но, опять-таки, если получается, то почему бы не довериться своей интуиции. Однако, никому не пожелаю оказаться на моем месте и уж тем более не порекомендую так действовать.

— Бинтуй, — коротко приказываю Вайсаку, а сам устало поднимаюсь и на затекших ногах подхожу к иллюминатору.

Мне не хватает воздуха, необходимо вдохнуть полной грудью. Открываю круглое окно и с наслаждением делаю глубокий вдох. Ощущаю, как кровь насыщается кислородом, даже некое опьянение испытываю. А вот сил в источнике остались крохи. Впрочем, сам все же на ногах с трудом стою.

— Готово, — произносит недавний проводник, который оказался понятливым и смышленым.

Пожалуй, следует парня взять себе в услужение. Подучится и из него выйдет неплохой помощник, а пока побудет денщиком или личным слугой. Разумеется, если согласится, насильно заставлять его не собираюсь.

— А теперь плечо, — через силу улыбнулся я и встретился с внимательным взглядом Игалека. — Что-то не так? — спросил у сдавшегося в плен.

— Я ваш должник, — как-то криво улыбнулся тот.

— Вы мой пленник, — ответил ему, помолчал и продолжил: — Я дал слово и собираюсь его выполнить.

— Благодарю вас граф, вы человек чести, — сказал бывший враг.

Или бывших врагов не бывает? Нет, это не так, случается, когда неприятели становились друзьями, но, наверное, чаще происходит наоборот, как бы это печально ни звучало.

Экспериментировать не стал, на это нет ни сил, ни желания. Проделал все то, что и с болтом в бедре у капитана. Времени заняло заметно меньше, как и потраченных сил из источника. Правда, я и сам спешил, осознавая, что запаса магии у меня кот наплакал.

— Вот и все, жить будешь, — наблюдая, как Вайсак заканчивает перевязку, сказал я своему пациенту.

Н-да, сам такого от себя не ожидал, что врага буду оперировать, да еще с помощью магии. Кстати, об этом не следует распространяться.

— Мне необходимо, чтобы вы поклялись, что произошедшее останется в тайне ото всех, — медленно произнес я. — Достаточно того, если объявим, что раны господина Игалека оказались несерьезные, потребовалось их промыть и забинтовать.

— Но все видели, что у него из тела болты торчали, — покачал головой парень.

— Они вошли на излете, неглубоко, — понятливо сказал бывший владелец галеры.

— Да, так и было, — покивал парень, сообразивший, почему надо держать язык за зубами.

Нет, к магам относятся хорошо, их немного, но вот они не желают выполнять некие прихоти своих господ и стараются свои способности не афишировать, если им этого не нужно. В моей ситуации, все проще и сложнее одновременно. Как таковой приказ могу получить только от императора или отца. Герцог вряд ли пожелает меня чем-то сильно нагружать, а вот от правителя всего можно ожидать. В любом случае, мне необходимо посоветоваться, прежде чем открыто пользоваться своим даром. Не факт еще, что этот магический всплеск не временный. Этакие проснувшиеся возможности на фоне стресса, адреналина и еще каких-то неучтенных факторов. Допустим, чтобы получить такие возможности мне вновь потребуется проплыть под водой без воздуха такое же расстояние! Магия вещь очень капризная и понять ее происхождение, как она развивается далеко не просто. Ну, возможно я чего-то не знаю, основываюсь на памяти своего двойника и тому, к чему привык в своем мире.

— Идем к пирсу, сумеешь своим воинам приказать сложить оружие? — уточнил я у Игалека.

— Без проблем, — приподнялся тот и поморщился: — Боль возвращается, но это хорошо, а то уже думал, что чувствительность потерял.

— Калечить тебя не собирался, — хмыкнул я.

— Знаю, но любое воздействие на организм опасно, — ответил тот.

Угу, еще бы вспомнил, как и чем на жизнь зарабатывает, а потом бы о чем-то говорил! Спорить с ним не стал, надеюсь, вскоре разойдемся в разные стороны и больше не увидимся. Нет, в этой жизни уже не хочу ни от чего зарекаться, собственный пример перед глазами. На удивление все прошло идеально! Мы причалили к пирсу, Игалек попросил разрешения сойти на берег и пообщаться со своими офицерами. Каюсь, когда его окружил десяток военных, то у меня мелькнула мысль, что он может нарушить слово. Отдаст приказ штурмовать галеру и у нашей абордажной команды не останется и шанса. А зная численность наших команд на боевом и транспортных кораблях, то и их вернет легко. Нацеленный стреломет на группу офицеров во главе с их предводителем нам бы мало помог. Сколько бы успели сделать выстрелов? Три-четыре, не больше, да еще могли и ни в кого не попасть. Но, нет, горшанин сдержал слово. Перед причалом, через пятнадцать минут, начали выходить воины и складывать оружие.

— Неужели победа? — недоверчиво прошептал Вайсак.

— Похоже на то, — хмыкнул я и поинтересовался: — Как там наши раненые? Их первых доставить к лучшим целителям Пуртанска. Об оплате пусть не беспокоятся, казна города рассчитается. Передашь, что таково мое распоряжение.

— Сделаем, — покивал парень.

— И чего стоишь? Действуй! — рыкнул на него я, наблюдая, как недавний враг выстраивается в шеренги, а в сторону порта направляется отряд стражи.

За нашей галерой к пирсу подошел транспортник, а вот боевой корабль остался на месте. Я же вернулся в капитанскую каюту и принялся изучать бумаги и карты. Предварительно осмотрелся и даже произвел небольшой обыск. Хотелось знать, какие трофеи достались. Три тысячи золотом — большая сумма, серебро и медные монеты считать не стал. У капитана еще имелась неплохая коллекция оружия. А вот украшений или драгоценностей почти нет. Или где-то есть тайник, о котором Игалек умолчал. Ничего, при случае обязательно отыщу, если бывший хозяин сам не признается. Ему отдам лишь ношеную одежду, а новую оставлю себе. Шмотки капитан выбирал со вкусом, дорогие и качественные, денег не жалел. Другой, один из важных вопросов, какое ему судно выделить и поместятся ли там все его воины? Мне почему-то жалко галеру возвращать, но и транспортник бы пригодился. Но слово надо держать, иначе даже свои уважать не будут, а авторитет завоевать окажется невозможно.

В дверь каюты кто-то осторожно постучал, а потом спросил:

— Можно?

— Открыто, — собирая документы в найденный походный мешок, ответил я.

— Граф, с вами все в порядке? — задала вопрос появившаяся на пороге Азалия.

— Со мной-то да, а вот вы тут что делаете? Забыли, какие дал указания⁈ — возмутился ее присутствию.

Игалек сдержит слово, в этом уже не сомневаюсь, но под его началом могли найтись несогласные. Именно их опасаюсь, что могут взбунтоваться и попытаться все переиграть. В таком случае город останется на какое-то время без управления.

— Айлексис, но я же за вас переживала, — похлопала веками графиня, строя из себя этакую невинность и простоту. — Ой, вы ранены? Почему хромаете?

Заметила-таки, я-то к ней намеревался подойти и высказать все, что думаю о ее умственных способностях. Хотя, она далеко не дура, возможно, какие-то свои цели преследует, явившись сюда.

— Азалия, не заговаривайте зубы, — погрозил ей пальцем. — Почему сюда явились и ослушались?

— Ой, что-то не помню, когда вы говорили об этом, — пожала та плечиками и продолжила: — Разве запрещали вас навестить, когда причалите на захваченной галере, а наши враги сложат оружие?

— Не передергивайте.

— И не собиралась! — медленно приблизилась та ко мне. — Неужели не догадываетесь, что дамы без ума от тех, кто героически их спасает? Даже эта, как ее там, — она щелкнула пальцами, — Шипка и та наверняка уже сюда спешит. Или думаете, что ошибаюсь? Господи, да весь город готов чествовать наследника герцогства, который отвел угрозу. Когда сюда спешила, то видела стихийно готовящихся к пиру по случаю победы. Пришлось даже выделить средства из своих личных сбережений. Айлексис, поймите, людям необходим праздник, а вы на нем главное лицо.

А вот мы и подобрались к причине, по которой графиня прибыла ко мне. Или ошибаюсь? Думаю, молодая женщина и впрямь за меня волновалась, в ее ауре очень уж много смущения, но есть твердость. Что-то она задумала и отступать не захочет.

— Азалия, боюсь, после череды сегодняшних событий веселиться как-то не очень захочу. У нас есть погибшие и раненые, в том числе убит барон, — медленно произношу, а графиня меня вдруг обнимает и шепчет:

— Ой, это так ужасно, но и такая честь пасть героем с оружием в руках. Мне жаль барона, но его плохо знала, а вот за вас волновалась, места себе не находила. И только супруг никак не реагировал, вы же знаете, что его разум где-то далеко. Айлексис, успокойте меня, скажите, что ваша рана не опасна. Может ее следует перевязать, мазь наложить? Хотя, уверена, лучше показать целителю. Велю сейчас же одного сюда привезти!

Волосы графини щекочут мое лицо, а еще она своей упругой грудью прижимается и, похоже, не желает меня отпускать.

— Не надо, это не ранение как таковое, напоролся на осколок, — признался я.

Ей помешал Вайсак пришедший доложить, что мое указание выполнил. Графиня, явно раздосадованная, отошла к иллюминатору, пока я общался с парнем и давал ему новое задание. Оно касалось транспортного корабля, чтобы все грузы, кроме запасов продовольствия, выгрузить и готовить судно к отплытию. Галеру решил себе оставить, она быстрая и маневренная, ее смогу использовать под разные задачи, с которыми транспортник не справится.

— Времени даю три часа, — подытожил я, подумал и продолжил: — Идем на пирс, переговорим с Игалеком, возможно он еще чего-нибудь попросит. Кстати, одежду нашему пленнику вернуть, собери его вещи, которые он носил и пусть отправят на транспортное судно. Очень надеюсь, что до вечера горшанцы успеют отчалить, а то горожане их попытаются линчевать, чего допустить не могу.

— Не поняла, — покачала головой графиня, — граф, вы просто так отпустите пленных и даже не возьмете за них выкуп? Ладно еще обычные матросы, но офицеры-то должны нам выплатить компенсацию за причиненный ущерб!

Она искренне изумлена и, честно говоря, права. Таковы правила войн, если кто-то попал в плен, то его обменивают на что-то или кого-то. Бывает и так, что заставляют отработать, в том числе на различных шахтах. Все зависит от того, какой получен ущерб. Кстати, трофеи в этом случае не засчитываются, они считаются собственностью победителя в схватке.

— Такой у меня был уговор с горшанским командиром, я дал слово чести и его нарушать не собираюсь, — ответил Азалии, подумал и добавил: — Не согласись на это господин Шумансан и у нас не только бы оказалось больше потерь, но разрушения не в таком количестве. Опять-таки, порт пострадал от ударов наших катапульт.

— Знаю, вы отдали приказ коменданту форта, чтобы отвлечь внимание, заставить корабли отойти от причала. Удивительно, что ваш тактический прием сработал, — произнесла графиня, а потом добавила: — Айлексис, простите меня за недавнее удивление, вы правильно поступили. А слово чести стоит намного дороже, чем какой-то выкуп.

Кивнул ей и направился на выход из каюты. Следует отдать приказ капитану стражи, который наверняка не знает, что делать с таким количеством пленных. Так и оказалось, Марк собрал, наверное, всех стражников города. Они окружили горшанцев, но действий не предпринимают, трезво оценивая свои силы. Сам же капитан никак не уяснит, что ему говорит Игалек.

— Почему не узнали у меня? — подошел я к ним, при этом стражники города почтительно расступились и с большим уважением, а то и восхищением, пожирали меня глазами.

— Граф, вы действительно отменяете приказ, что врага следует сажать в тюрьму и в участки стражи? — задал мне вопрос Марк.

Гм, вот в чем тут дело! У капитана есть мой приказ, который еще действителен.

— Отменяю, — утвердительно кивнул и добавил: — Тех, кого арестовали ранее, доставить сюда, после того как транспортный корабль будет готов к отплытию, горшанцы на нем покинут наше герцогство. Все верно? — посмотрел я на Игалека.

— Да, уйдем незамедлительно, как только появится такая возможность, — ответил тот, а потом чуть слышно сказал: — У меня просьба, не могли бы вы проявить милость и часть трофейного оружия вернуть? Мы же станем легкой добычей кого угодно.

Поразмыслив, я согласился на эту просьбу. Выделил пятьдесят мечей, пять арбалетов и зарядов к ним, ножей так и вовсе разрешил брать по одному в руки. Когда же вернулся в каюту, то обнаружил от Азалии записку, в которой та извинилась, что ушла не попрощавшись, но ей необходимо готовиться к чествованию героев. Похоже, от торжества отвертеться не удастся. Но сейчас главное отправить горшанцев восвояси, проследив, чтобы те не вздумали поджидать императорских посланцев к горцам.

Глава 10

ПРАЗДНОВАНИЕ

Глава 10. ПРАЗДНОВАНИЕ

Удивительно, но уже к вечеру торговый корабль, на борту которого уместились все горшанцы, отплыл из порта. Стою на пирсе и даже не могу поверить в такое. Казалось бы, этот мир отстает от того в котором я жил на сотни лет по своему развитию. Изначально, мне казалось, что тут ритм жизни раз этак в пять, а то и десять медленнее. Однако, разве могло такое произойти там, где родился? Случись что-то подобное и потребовались бы согласования, разбирательства, консультации и прочие проволочки. Возникла бы куча проблем на ровном месте. Разумеется, я не говорю про какие-то военные действия, это просто не мыслимо. Допустим, произошло недоразумение с группой туристов или спортсменов, так они на родине оказались месяца через два, если не позже. И ведь, с одной стороны, это правильно, законы нарушать нельзя. А с другой стороны, еще неизвестно, чем мне аукнутся отданные неоднозначные приказы. Или надеяться, что победителей не судят? Увы, это не так, их не только судят, но и казнят, вместо наград.

— Зато у меня нет головной боли из-за такого количества горшанцев в городе, — буркнул себе под нос и похромал в сторону Вайсака, который держал под уздцы двух лошадей.

Парень проявил себя с отличной стороны, даже не отправился со всеми праздновать, продолжил вокруг меня крутиться и выполнять распоряжения.

— Господин, куда мы сейчас? — спросил меня Вайсак.

— В городскую управу, — подумав, ответил ему. — Слушай, ты почему со всеми не хочешь развлечься? Слышал, в городе уже вовсю празднуют.

— Мне с вами интереснее, — честно ответил тот.

Ну, судя по его ауре, то он о чем-то недоговорил, но в целом не соврал.

— Скажи, а чего бы хотел? — задал ему вопрос и неуклюже запрыгнул в седло.

В последний момент ногу прострелило болью и оттолкнулся плохо. Даже стона не сдержал, благо он получился почти неслышный.

— Служить лично вам, — подумав, ответил парень. — Готов выполнять любую работу, не подумайте чего, не ради денег! Готов отказаться от части трофеев, которые мои по праву в недавнем бою, только бы с вами остаться.

— Денщиком или как еще недавно было принято — оруженосцем, — внимательно посмотрел на Вайсака. — И готов на такое пойти? Это же личный слуга господина, который обязан живота своего не щадить и безропотно выполнять любые, даже самые неприятные, приказы.

— Да, а насчет неприятных приказов, то вы их никогда не отдадите, если только не останется другого выхода. В народе гуляет слух, что встреть вы двух медведей в лесу и те вам малину начнут собирать!

— Что за бред? — покачал я головой.

— И никакой это не бред! — убежденно сказал Вайсак. — Вы придумаете, как зверей заставить себе служить.

— Сомневаюсь, — задумчиво ответил, а сам уже прикидываю, мог ли бы своим даром на хозяев леса воздействовать. Рассмеялся, поймав себя на мысли, что парень в чем-то прав, сдаваться бы не стал.

— Уже нашли способ? — не удержался от вопроса Вайсак.

— Не факт, — неопределенно махнул рукой и тронул коня. — Насчет твоей просьбы, — потер висок, — считай, что с этого момента ты мой личный слуга. Если себя проявишь, подучишься и будешь таким же сообразительным как сегодня, то когда-нибудь до помощника дослужишься.

— Йо-хо-хо! — воскликнул парень, просияв, что тот начищенный золотой. — Господин граф, благодарю, не подведу и оправдаю ваше доверие!

— Скажи, а кто тебя учил? — запоздало спросил его, только сейчас поняв, что он слишком правильно выражает свои мысли в отличие от своих товарищей.

У тех словарный запас намного меньше, часто сбиваются с мысли и с трудом могут объяснить, что имеют ввиду.

— Так бабка же, — пожал тот плечами.

— Интересная у тебя родственница, — хмыкнул я. — Жива?

— Да, она крепкая, — улыбнулся тот.

Надо бы старушку как-нибудь навестить, мысленно сказал себе. Внучка она хорошо воспитала, но он еще этого не осознал. Ногу опять прострелило болью. Что за чертовщина? Или не все осколки из ранки вытащил? Похоже на то, надо бы осмотреть ступню, а то из-за такого пустяка последствия могут оказаться плачевны.

— Надо послать кого-нибудь к рыбакам, которые должны перехватить императорский кортеж, — вслух сказал я.

— Зачем? — искренне удивился недавно взятый в услужении слуга. — Готов поспорить, они уже все подробности знают. У них же есть жены и детишки, если недалеко от берега держатся, то им весточку точно принесли.

И где тогда ошивается Гунбарь? Почему еще не вернулся? Если к утру не объявится, то тогда велю начать его поиски.

На улицах Пуртанска полно народа. Все веселятся и празднуют победу. Нет, есть и те, кто оплакивает погибших, увы, без потерь не обошлось. Азалия таким семьям обещала хорошие выплаты и поддержку. В том числе и устроить торжественные похороны. Не хочу думать о плохом, сейчас надо со всеми радоваться, в том числе и тому, что все хорошо получилось.

— Господин! Слезай с коня и приголубь меня! — схватила мою ногу девица, на которой вполне достойная одежда. — Не смотри ты так, не гулящая я, просто душа требует счастья! — она похлопала себя по груди.

И ведь симпатичная, молоденькая, перебрала вина и, боюсь, найдет приключений на свою голову. Попытаться ее урезонить или махнуть рукой? Вот и парочка мужиков, которые ждут, когда я продолжу путь, а дама останется одна.

— И кто же ты, красавица? — задаю вопрос, мрачно оглядывая улицу.

Стражи нет, обидеть могут любого и уж тем более таких вот неосторожных дурех.

— Белошвейка, шью одежду и с этого живу, — бесхитростно ответила та. — Марика я, с Погорной улицы, дом восемь. Пойдем со мной, такие тебе кальсончики подарю, что обзавидуются подружки.

Хм, проблемы с одеждой у меня есть, точнее, к местной моде вопросы. А еще неудобно в них, дискомфорт ощущаю и никак не привыкну, при этом материалы очень даже ничего, часто превосходят те, которые использовались в другом мире. Кстати, это-то понятно, тут нет искусственных тканей, все настоящее, а изготовление зависит от денег в кармане. Другими словами — любой каприз за ваши кровные. Ну, слоган каждому знаком, и, думаю, во все времена актуален.

— А ведь ты не настолько пьяна, как хочешь казаться, — задумчиво сказал белошвейке, которая продолжает держаться за мою больную ногу. — Заблудилась и поняла, что просто так отсюда не выберешься?

— С подругой поругалась, осталась одна, а тут начали приставать, — потупилась Марика.

— Раз честно призналась, то помогу, — улыбнулся ей и указал на Вайсака: — Забирайся к нему, доедем до городской управы, если совсем на улице плохо, то там отсидишься.

Мой новоиспеченный слуга аж покраснел, когда белошвейка лихо запрыгнула на его лошадь, при этом подол платья чуть ли не на голове у парня оказался. Марика облегченно выдохнула и покосилась на двух мужиков, на лицах которых читалось разочарование. Я подъехал к ним и, чтобы только они слышали, сказал:

— Узнаю, что кого-то силой взяли, то прилюдно казню, велев оскопить. Поняли? Ваши рожи запомнил, стража в лепешку расшибется, но отыщет. Кстати, если окажетесь простыми наблюдателями, то вина падет в первую очередь на вас. Поняли?

Судя по побледневшим лицам, то моей угрозой прониклись. Это не значит, что через пару минут не вернуться к поиску жертвы. И чего неймется, доступных девиц на улицах полно. В том числе и Марика хотела развлечься, да ее не устроило что-то. Чем ближе к управе, тем мрачнее становлюсь. Наблюдал несколько драк, слышал крики о помощи, но, в общем и целом, народ, как говорят, отрывается. Заметил и нескольких стражников, напившихся в усмерть. Порядок в городе отсутствует, как класс. Это не празднование и не чествование победителей, а простая попойка. Вот только ее последствия для многих окажутся плохими. Придется придумывать правила проведения таких мероприятий. Вряд ли нововведения воспримут положительно, особенно, если там будут упоминаться штрафы, но порядок должен быть.

— Айлексис, мы вас уже заждались! — поспешила ко мне навстречу Азалия, когда спешился у городской управы. — Знать города желает выразить вам свое восхищение. Купцы не поскупились и выделили крупную сумму в знак признательности за спасение своих товаров.

— Графиня, вы не знаете, что на улицах происходит? — спросил у молодой женщины, наблюдая за Марикой и Вайсаком, которые никак не могут с лошади слезть.

— Народ ликует и гуляет, — пожала та плечиками.

— И вас это устраивает?

— А что не так? — вопросом на вопрос, ответила та и пояснила: — Такое событие не грех отметить, а если кто-то черту перейдет, то понесет наказание. Правда, принято миловать за проступки, которые сделаны на таком торжестве.

— Это в прошлом, за своих подданных их безопасность и благополучие отвечает тот, кто управляет городом. На минутку, не забыли ли, что именно таким лицом являетесь? Я брал на себя временное управление, в момент внешней опасности, но сейчас ее нет.

— Граф, вы уверены, что нам нечего опасаться? — удивленно спросила Азалия. — Как насчет того, что горшанцы атакуют наши крепости? А северян с орками сдерживают на границе воины герцогства! Думаю, вы рано складываете с себя руководство Пуртанском.

— Хотите переложить свою головную боль на меня? Графиня, вы страшная женщина! Точнее, коварная! — рассмеялся я. — Ладно, если признаете, что торжество пошло не так, как задумывалось, то в следующий раз этого нельзя допустить. Согласны?

— Да, — кивнула та, задумалась и спросила: — Но как это сделать?

— Об этом позже поговорим, главное — есть желание измениться, — ответил Азалии, а потом, вздохнув, сказал: — Пойдемте к тем, кто меня заждался, как бы не хотелось, а разочаровывать их нельзя.

— Граф, вы меня все больше удивляете, — задумчиво ответила молодая женщина.

— Чем же?

— Другой бы на вашем месте, если чего-то не захотел делать, то и не стал бы, даже если это пошло во вред, — ответила та.

— Иногда приходится подстраиваться под обстоятельства, чтобы в дальнейшем оказалось проще решать проблемы, — спокойно сказал ей, но потом добавил: — Это не означает, что начну действовать против своих принципов и убеждений.

— Уже давно догадалась, — улыбнулась графиня.

— Кстати, распорядитесь, чтобы моих сопровождающих покормили и не прогнали, пока сам их не заберу, — чуть кивнул в сторону Вайсака и Марики, которые все же сумели спешиться и сейчас о чем-то тихо переругиваются.

— Без проблем, — ответила Азалия и сделала жест рукой, словно кого-то к себе подзывая.

Из дверей городской управы выбежал среднего возраста мужчина и застыл перед графиней. Та отдала несколько распоряжений, но я не вслушивался, осматривался. Да, на центральной площади относительный порядок, в том числе и усиленные отряды стражей. Значит имелись опасения у тех, кто устраивал торжество, что оно может выйти из-под контроля. А вот весь город обезопасить от гуляющих горожан явно невозможно, не хватит даже гарнизона. Впрочем, у солдат, в отличии от стражи, другие обязанности. Если их заставить следить за порядком, то могут первыми в драку ввязаться. Или вновь ошибаюсь? Ну, уверен только в одном, что проконтролировать веселье такого размаха очень и очень сложно.

— Пойдемте, — кивнула мне Азалия. — О ваших людях позаботятся, если же они вам понадобятся, то попросите любого слугу их привести. Не волнуйтесь и о лошадях, их отправят в конюшню, а в мое поместье вернемся в карете. Специально ее по такому случаю велела доставить. Кстати, граф, не предложите даме руку, а то у меня подол длинный, боюсь зацеплюсь за что-нибудь и упаду. Не хочу опозориться.

— Без проблем, — буркнул я, предлагая молодой женщине взять меня под руку.

Пальчики графини легли на мой локоть, пару камешков в кольцах сверкнули в такт довольным искоркам в глазах Азалии. А еще, молодая женщина, идет ко мне чуть ближе, чем допускает этикет. Даже пару раз задела бедром, как бы случайно. Провоцирует или желает показать, что мы с ней ближе, чем кто-то мог подумать? Честно говоря, так и не понял. В большом зале городской управы много дам и господ. У меня даже в глазах зарябило от драгоценностей и слащавых улыбок. Но раз пошел на такой шаг, то остается держать лицо. Мне кого-то представляют, о чем-то спрашивают, делают прозрачные намеки и при этом не стесняются «прилипшей» графини, которую следует поблагодарить. Она большинство соперниц одним взглядом отшивает, а некоторых подвыпивших господ жестко осаживает.

— Когда закончится эта чертова торжественная часть и мы отсюда свалим? — задал вопрос своей даме, после того как нам с ней пришлось толкнуть речь.

— Думаю, сразу как бал подойдет к своей середине. Это танцев семь-восемь, — огорошила меня Азалия.

— Издеваетесь? — прошипел я, мило улыбаясь какой-то чопорной старушке, пожелавшей узнать о моем здоровье.

— Таков обычай, — хмыкнула графиня. — Вам ли об этом не знать!

Ну, согласен, практически любое событие в высшем обществе, если это не совещание какое-нибудь, заканчивается… дискотекой в моем понимании. А еще семейства пытаются пристроить своих дочерей. Вдовы же ищут себе партнера не только на танцы, но и на какое-то время. Господа тоже время не теряют и с удовольствием заводят интрижки, впрочем, это касается и дам. В таких отношениях участвуют двое и количество измен среди супругов, в среднем, одинаково. При этом в расчет не берутся ни дома удовольствий, ни молодые люди, которые специализируются на ублажении дам.

— Увы, сие мне хорошо известно, — вынуждено согласился со словами Азалии.

— А еще, Айлексис, будьте осторожны, не смотрите на внешность и молодость, тут есть такие хищницы, что не успеете оглянуться, а вас уже под венец потащат. Вашего отца тут нет, и у дам появился неплохой шанс. Догадываетесь, о чем говорю?

— А вы предлагаете мне свою защиту и покровительство, — хмыкнул я. — Позвольте узнать, а каковы в таком случае окажутся границы дозволенного? Или мне посетить заведение известной вам Шипки?

— Граф, а вы не наглеете ли случаем? — чуть кокетливо, спросила Азалия.

— Очерчиваю возможности, чтобы потом вы назад пятками не попятились.

— Айлексис, как такое возможно? Разве герою, в которого большая часть города влюблена смею отказать? — она опустила глазки к полу и похлопала ресницами.

— Азалия, побойтесь Бога! Мне такое количество влюбленных даром не надо! Это же надо учитывать старушек, детишек и, прости меня Господи, неких мужчин со странными наклонностями. Как говорится, чур меня! — со смешком сказал ей, а сам чуть не дернулся от прострелившей боли в ступне.

— Ой, что вы такое говорите и на что намекаете. Боготворят по-разному, ставят памятники, слагают сонеты, я именно это подразумевала! А вот и танцы сейчас будут, — она чуть кивнула в сторону, обращая мое внимание на появившихся людей с музыкальными инструментами. — Нам с вами предстоит бал открыть, а потом, надеюсь, вы меня еще ни раз ангажируете.

— Непременно, — чуть улыбнулся, сомневаюсь, что долго сумею отплясывать с больной-то ногой.

Перед тем как повести свою партнершу, взял у официанта с подноса фужер шампанского и несколькими глотками его выпил. Желудок, в котором давно не было еды, отреагировал урчанием. Чуть ли не мгновенно в голову ударил хмель. Нет, не сильно, но зато стало временно легче ноге. Потом-то за это придет расплата, но сейчас требуется делать вид, что я в порядке и готов править хоть этим городом, хоть герцогством. Слабых никто не любит и не уважает, это четко от отца уяснил.

— Вы неплохо танцуете, — сделала мне комплимент Азалия.

— А вы еще лучше, — хмыкнул я и предложил: — А давай сбежим, твоя же карета готова? — обратился к ней на ты, показывая, что вхожу в ее ближний круг.

— Айлексис, нам следует еще ненадолго задержаться, — чуть отрицательно качнула та головой.

В этот момент раздался шум, два господина что-то не поделили и один вызвал другого на поединок. В предвкушении такого зрелища собравшиеся заволновались и оживились. Часть высшего общества даже стала делать ставки. Пожилой же господин, как оказалось, возмутился тем, что его молоденькую супругу чуть сильнее, чем следовало, прижал к себе в танце молодой промышленник.

— Айдалов, он быстро богатеет, его интересы лежат в разных областях, — чуть слышно стала рассказывать Азалия, потягивая шампанское. — Ему всего двадцать пять лет, из разорившегося рода, начинал без гроша в кармане. Холост, любовниц меняет, как перчатки, даже мне пару раз предлагал поужинать при свечах. Не жаден и не хам, но себя сильно любит и гордится.

— Противник? — коротко уточнил я, оценив крепкого мужчину под сорок, с волевым лицом.

— Барон Хагайров Михай, отставной полковник, недавно прибывший из столицы с молодой супругой. Поговаривали, что он ее в варьете увидел и влюбился словно мальчишка. Ни на кого не посмотрел, взял в жены.

Я оглядел бледную супругу отставного полковника. Красивая, элегантная и стройная, глаза на мокром месте, аура мечется от разочарования и страха. Чего она боится? Судя, как смотрит на Михая, то переживает за него. А тот, в свою очередь, чуть виновато на нее посматривает, но от своего решения проучить мерзавца отступать не намерен. А вот господин Айдалов на всех смотрит с превосходством, он действительно самоуверен, и, думаю, за это поплатится. Ну, мне почему-то так хочется.

— У вас будут просить разрешить провести дуэль, — шепнула Азалия.

— Знаю, — коротко ответил ей.

А договаривающиеся стороны выбрали в качестве оружия для поединка шпаги. И биться собрались не до первой крови, а когда противник окажется не в состоянии продолжать поединок либо извинится. Отставной полковник уверенно направился в мою сторону, чуть ли не таща за собой супругу. Кстати, у него имелась еще одна особенность, он не носит усы, в отличие от большинства присутствующих мужчин.

— Граф Айлексис, прошу простить за испорченный праздник, — чуть склонил голову Хагайров.

В самом начале, когда я только пришел на это торжество, он мне уже представлялся и даже хотел что-то сказать, но ему кто-то не дал этого сделать.

— Барон, вы в своем праве, — спокойно ответил я и чуть повысил голос: — Необходимо проявлять уважение к тем, с кем находишься в обществе. Если нет манер, то не следует пенять на кого-то.

По залу прокатился шепот, господин Айдалов встретился со мной взглядом и в его глазах я прочел, что нажил врага. Насколько понял графиню, этот молодой промышленник имеет в обществе вес за счет своих денег. Надо бы еще разобраться, как он их сумел заработать. Он с первого взгляда не понравился, у него аура злобная и завистливая. Да и тому, чему стал свидетелем, не добавляет этому господину очков.

— Благодарю, — чуть растеряно произнес Михай. — Позвольте обратиться к вам с просьбой, — он посмотрел на меня и чуть подтолкнул супругу, чтобы та вышла вперед.

— Слушаю вас, — кивнул ему.

— Дайте разрешение провести дуэль здесь и сейчас.

— Без проблем, деритесь, — спокойно ему ответил, понимая, что меня никто не простит, если откажу в таком зрелище.

— Спасибо, а еще, если что-то случится, то не мог ли бы вы оградить мою супругу от посягательств, если только она сама того не пожелает, — произнес Хагайров, за что получил незаметный удар кулачком в бок от своей жены.

Аура у молодой девушки полыхнула таким негодованием, что на секунду мне стало больно глазам.

— Как вас зовут, милая моя? — обратилась графиня к жене отставного полковника.

При этом Азалия ненамного старше той, которая стоит перед нами. Ну, если не считать статуса в обществе.

— Айнита, — ответила та и сделала идеальный реверанс.

А голосок у девушки очень приятный и певучий. Готов побиться об заклад, что она не только отплясывала в варьете, но еще и пела.

— Барон, обещаю взять вашу супругу под свою защиту, — произнесла Азалия и добавила: — Граф в нашем городе надолго не задержится, а я уезжать не собираюсь.

— Премного благодарен, — склонил голову барон, при этом Айнита на него многообещающе посмотрела, совершенно не так, как принято.

Она с решением мужа не согласна и обязательно тому все выскажет, как только останутся одни. Сейчас же вынуждена улыбаться, но аура и взгляды выдают ее состояние. Интересные у этой пару отношения, при этом отставной полковник, как говорится, не под каблуком, но и супруга у него не собирается молчать, если с чем-то не согласна. В обществе соблюдают принятые правила, но дома, наверняка, искры летят. Ну, при этом друг друга обожают, несмотря на разницу в возрасте. Впрочем, тут никого не удивить тем, что жена намного младше.

— Барон, удачи, — напутствовал я Хагайрова.

Тот благодарно и немного растеряно кивнул в ответ. Похоже, не ожидал, что встану на его сторону. Тогда почему подошел? На этот вопрос ответить сложно, скорее всего у него не оставалось выбора, а за Айниту переживает и понимает, что на дуэли не всегда побеждает тот, кто уверенно держит оружие или прав на сто процентов.

— Слышала, что Айдалов часто дуэли проводит и ни одной не проиграл. Это так? — сказала Айнита и посмотрела на Азалию.

— Я в мужских игрищах не слишком хорошо разбираюсь, — неуклюже ушла от ответа графиня.

— Значит это правда, — закусила губу супруга отставного полковника.

После коротких переговоров, дуэль решили провести прямо в зале, не выходя на улицу, чтобы народ не видел, как благородные господа дерутся. И все бы ничего, да только у меня в сапоге явно стало хлюпать. Похоже, открылась ранка, которую посчитал пустяковой. А уйти и вовсе сейчас невозможно, я так не объявил, что правление городом возвращается к графине. Да и невозможно это сделать, пока не подписал наградные бумаги отличившимся в бою. И чего Азалия так поспешила с торжеством, не могла завтра его устроить?

— Граф, мне кажется или вам нехорошо? — обхватив мою руку, спросила графиня.

— Вы очень проницательны, — криво усмехнулся я.

— Айнита, помоги, возьми Айлексиса за вторую руку и не дай ему упасть! Граф должен выстоять до конца поединка! — обеспокоено сказала Азалия.

— Неужели все так плохо? — хрипло спросил, а перед глазами начинает двоиться.

— Ты бы себя в зеркало видел, — напряженно шепнула графиня.

Супруга отставного полковника меня тоже взяла меня под руку. Наверняка мы со стороны странно смотримся, но сейчас все взгляды прикованы не к нам. Барон отсалютовал Айдалову шпагой и встал наизготовку. Его противник, рисуясь, повторил жест Хагайрова и в свою очередь изготовился к поединку.

Глава 11

ПОСЛЕДСТВИЯ АВАНТЮРЫ

Глава 11. ПОСЛЕДСТВИЯ АВАНТЮРЫ

Сколько длится бой на шпагах? От нескольких секунд и до трех-пяти минут максимум, при том, что после минуты, когда парированы основные финты, то финал становится мало предсказуем. Победителя, как правило определяет случай, разумеется, при относительно равных физических возможностях. Нет, бывают исключения, когда один из дуэлянтов владеет шпагой на несколько порядков лучше своего противника и при этом он очень зол. Вот тогда-то поединок может затянуться надолго, при условии, что имелись определенные договоренности. Сейчас похоже как раз последний вариант. Господин Айдалов рисуясь ринулся в атаку, намереваясь отставного полковника проткнуть и на этом закончить. При этом, надо отдать промышленнику должное, он свой удар хотел нанести в бедро Хагайрова.

— Ох, — выдохнула вцепившаяся в меня Айнита, когда ее супруг, не сдвинувшись с места, парировал выпад.

У меня продолжает плыть перед глазами, но непонятно, кто кого поддерживает. Нет, Азалия-то старается, чтобы я не свалился, а вот бывшая танцовщица забыла обо всем на свете. На моей руке точно будут синяки, а еще она меня дергает.

— Голубушка, проявите сдержанность, этак вы графа Айлексиса, вместе со мной, опрокинете на пол, — чуть слышно прошипела Азалия.

— Простите, — виновата произнесла жена одного из дуэлянтов и вновь охнув дернула мою руку.

Уже все поняли, что Хагайров владеет шпагой намного лучше своего противника. При этом, промышленник часто на дуэлях бился и выходил победителем. Но тут наткнулся на мастера клинка, не иначе. Некоторые финты отставного полковника я с легкостью читал, но далеко не все. А вот то, с какой филигранной точностью он владеет шпагой меня удивило. Через пару минут после начала поединка на господине Айдалове сорочка разорвана в трех местах, при этом не выступило ни грамма крови. Один из стоящих позади нас господ, плохо разбирающийся в боевой технике, убеждал свою даму, что промышленник вот-вот победит, мол удача на его стороне. Его слова сильно нервировали Айниту, пришлось ее успокоить:

— Скажите, а ваш супруг всегда обидчиков так изощренно наказывает?

— О чем это вы? — не поняла молодая женщина, выдохнув, когда острие шпаги Айдалова прошло в нескольких сантиметров от шеи ее мужа.

Промышленник раскрылся, отставному полковнику достаточно чуть довернуть шпагу и нанести укол в любую часть тела противника и на этом закончить дуэль. Но, нет, он вновь выбрал другое продолжение. Наконечник его оружия поддел штанину противника, раздался треск материи и образовалась приличная прореха на бедре того, с кем сражается, точнее, играет в кошки-мышки, отставной полковник.

— Айнита, разве не видите? — хмыкнула Азалия. — Ваш супруг издевается над Айдаловым. После этой дуэли, чем бы она не закончилась, господину промышленнику долго будут напоминать о таком позоре. Боюсь, его начнут игнорировать и не приглашать на званные обеды и ужины.

— Зря господин Хагайров затягивает поединок. Он уже достаточно опозорил своего соперника, а от случайности никто не застрахован, — произнес я, рассматривая ауру Айдалова, в которой полыхает неприкрытая ненависть к своему противнику.

Промышленник отступил и стал обходить отставного полковника по кругу, тот внимательно за соперником следит, но атаковать не спешит.

— Не желаете извиниться? — задает вопрос Хагайров.

— С чего бы? — усмехнулся Айдалов. — Владеете вы шпагой лучше, это, бесспорно, однако, вы скоро выдохнитесь и тогда легко вас насажу на свой клинок!

— Вы очень самоуверенны, — усмехнулся отставной полковник. — Думаете, способны вывести меня из себя?

А вот это он зря! Забыл про свою больную точку.

— Уверен, ваша супруга с удовольствием бы со мной потанцевала, не помешай нам ваше присутствие, — усмехнулся промышленник.

Дернулся полковник, но сдержал эмоции. А вот Айдалов победно усмехнулся и даже послал Айните воздушный поцелуй. Интересно, он смерти ищет?

— Блин, больно же, — прошипел я супруге одного из дуэлянтов, так как ноготки женщины впились в мою руку.

— Простите, — в очередной раз покаялась Айнита.

Зато поединок подошел к своей кульминации. Хагайров взвинтил темп, его клинок замелькал с такой скоростью, что сложно уследить. Несколько росчерков и сорочка на плече промышленника пропитывается кровью, пострадало бедро от удара словно хлыстом, шпага выпала из-за укола в запястье. А отставной полковник приставил острие своего оружия к шее противника.

— Извинитесь, — жестко произнес супруг той, которая в очередной раз мою руку истязать вздумала. — Не хотелось бы омрачать праздник.

Кстати, возможно благодаря Айните я сознания не потерял, все же боль отрезвляет. Правда, ноге от этого лучше не становится.

— Приношу свои извинения, был не прав, — выдавил из себя Айдалов.

— Продолжим или вы признаете поражение? — уточнил отставной полковник.

— Вы опытнее и сильнее, я проиграл, — произнес промышленник, но в его интонациях затаилась обида и злоба.

Боюсь, он такой позор просто так не забудет. В открытую побоится действовать, но нанять кого-нибудь может. Либо отомстит, попытавшись разорить своего недруга. Кстати, этот прием применяется не реже, а может быть и чаще, чем выяснение отношений на дуэли. Далеко не всегда все решает оружие, плетутся интриги и обидчика втягивают в финансовые операции, из которых он выходит в одних трусах, да и то заложенных. Немного утрирую, но не далек от истины. В том числе и не брезгуют ядом, коварными дамами, нанимают бретёров, профессиональных шулеров… много способов уничтожить или раздавить врага. Но есть еще и правила чести, если выплывает наружу, как выиграл в противостоянии, то такой человек и сам легко всего лишится. С ним никто не захочет иметь дел, даже если они грозят принести хорошую прибыль. В общем, все в этом мире сложно, впрочем, как и везде. Кстати, даже есть дамы, которые на дуэлях бьются, правда, шпаги редко выбирают. Известны случаи, когда устраивались бои на ногтях. Задача в том, чтобы своей сопернице разодрать кожу, хоть на руках, хоть на лице, при этом не дай Бог, чтобы дернуть за волосы или ударить. А если уж этакая дуэль на смерть, но нет желания или возможности драться, то в дело вступает яд, налитый в один из двух бокалов. Конечно, дамские поединки очень редки, в основном происходили в столице, при дворе императора. Да и то, допускаю, что слухи сильно преувеличивали то, как и из-за чего такое случалось.

— Дуэль завершена, победителем признан господин Хагайров, — объявил я, а потом добавил: — Честь госпожи Айниты защищена, в чем ни секунды не сомневался. На этом, прошу меня простить, но торжество покидаю. День выдался насыщенным, а вы продолжайте веселиться и, надеюсь, — обвел взглядом собравшихся, — больше никаких недоразумений не будет.

Вряд ли к последнему прислушаются, если вспыхнет ссора между дамами или господами. Но зато у меня будет совесть чиста.

— Идите к супругу и предложите ему отправиться вместе с нами в мое поместье, — сказала Азалия, смотря на Айниту.

— А как же господин граф, ему нехорошо, — осторожно ответила та.

— Не переживайте, я его удержу, — задумчиво произнесла графиня.

На секунду я представил, как выгляжу со стороны, поддерживаемый двумя молодыми женщинами. Что подумают окружающие нас благородные дамы и господа? Сейчас-то фокус внимания переместился на меня. Удивительно, но в глазах окружающих беспокойство. Неужели настолько плохо выгляжу? Хм, на ногу почти ступить не могу! Услышал перешептывания, что наследник-то ранен, а все равно пришел, не смог пропустить чествования.

— Обопритесь на меня, — обеспокоено произнесла Азалия, — не думайте, я не такая слабая, как кажется.

— Справлюсь, — сцепив зубы, ответил ей и напомнил: — Про моих людей не забудьте, возьмите их с собой и позаботьтесь.

— Айлексис, не беспокойтесь, все сделаю. Мне вызвать целителя, чтобы вас осмотрел?

— Не думаю, что в этом есть необходимость, — буркнул, сосредоточившись на передвижении ног, одна из которых плохо слушается.

Как в тумане добрел с графиней до кареты. За нами следом шел отставной полковник с супругой, у которых оказался открытый экипаж. А вот Вайсак с Марикой уже верхом на лошадях. При этом белошвейка чем-то недовольна, озабочена и напугана. Неужели испугалась моего недавно принятого в услужение денщика? Потом узнаю, сейчас уже ночь и отпускать девушку одну опасно. Да и переговорить с ней хотел, вдруг сумеет сшить одежду, к которой привык. Жаль только, что придется ограничиться нижним бельем, становиться законодателем моды не получится, слишком различаются два мира.

— Комнаты Его Сиятельства на втором этаже, — доложил дворецкий графине, когда мы прибыли в ее особняк.

Лестница показалась необычайно крутой, но и по ней дошел, оценив фактуру драгоценного дерева, из которой сделаны балясины и перила. Графиня все это время шла рядом, предварительно раздав указания слугам и все же послав за целителем.

— Граф, позвольте помочь снять с вас сапоги, — присела возле меня Азалия, когда я плюхнулся в кресло, оказавшись в отведенных мне покоях.

— Позовите служанку, негоже вам руки марать, — выдавил из себя улыбку, но потом добавил: — Я и сам справлюсь, только немного передохну.

— Не будьте неразумным и примите помощь, это меньшее, что могу сделать, — буркнула графиня и стащила сапог, с ноги, которая не пострадала.

Молодая женщина отшвырнула его в сторону и осторожно потянула второй сапог. Увы, он не поддался, похоже, нога распухла или из-за крови голенище сидит плотно.

— Подстелите на ковер какую-нибудь тряпку, — сказал молодой женщине, — а то испачкаю такую красоту и ее выкидывать придется.

Ворс у ковра высокий, сам он ручной работы и наверняка стоит дорого.

— Нашли о чем беспокоиться, — буркнула графиня и дернула сапог, но тот опять не поддался.

С третьего раза все получилось, Азалия вместе с моей обувкой опрокинулась на спину, а из голенища, прямо на ее платье пролилось немного крови. На ковер брызги тоже попали, да и из раны продолжила кровь сочиться.

— Говорил же вам, позаботиться об имуществе, — проворчал я, рассматривая опухшую конечность.

— Где таз с водой и полотенца⁈ — прокричала Азалия.

В комнату мгновенно вошли три служанки. У одной в руках таз с водой, вторая держит кувшин, а у третьей не только несколько полотенец, но и какие-то склянки с мазью.

— Осторожно омойте графу ногу, — приказала Азалия, но потом передумала. — Нет, идите все отсюда! Сама справлюсь!

Девушки ни слова не сказали, мгновенно удалились, с недоумением посмотрев на хозяйку. Похоже, поведение Азалии для окружающих несвойственно.

— Чем вы так ступню рассадили? — задала вопрос графиня, разматывая пропитанный кровью носовой платок с моей конечности.

— Осколком от бутылки, — признался я, подумал и дополнил: — Его вытащил, но, похоже, он оказался не один.

— Скорее всего, — прищурилась молодая женщина и продемонстрировала мне раскрытый платок, на котором поблескивают несколько крохотных стеклышек. — Я не целитель, но, подозреваю, вы повредили одну из внутренних вен. Кровь выступает толчками, словно преодолевает защиту.

— Не продолжайте, — отмахнулся я, — все понятно.

Действительно, стоило мне посмотреть на свой источник, в котором крохи магии, то увидел приличный расход. Поток устремляется в ногу, борясь с повреждением, но, как подозреваю, регенерировать или заживить рану не может из-за постороннего объекта. Тем не менее, магия пытается меня вылечить, причем без моего на то вмешательства. Это радует, но и показывает то, что через чур полагаться на нее нельзя. Кстати, не факт, что не будь внутри ступни стекла, то ткани восстановились.

— И что же вам понятно? — встала с колен графиня. — Я-то вот знаю, что делать, но, боюсь, не справлюсь. Однако, слуг привлечь не могу, те откажутся, а целителя все нет. Да и не факт, что его отыщут, как-никак в городе гулянка продолжается.

Графиня подошла к стене и дернула за шнур, где-то в глубине особняка раздался чуть слышный трезвон. Она вызвала служанку, которая пришла через минуту. Азалия что-то той велела и спустя всего пять минут раскладывала на полотенце различные инструменты. При этом на ее лице сменялись различные эмоции, от предвкушения, до страха.

— Боюсь спросить, а что вы задумали? — подозрительно уточнил я, все это время исследуя свои повреждения и пытаясь определить, сколько еще умудрился загнать себе под кожу осколков.

— Рану необходимо почистить, — ответила Азалия. — Для этого мне придется вытащить осколки, наложить мазь и перебинтовать ногу, — задумчиво произнесла, держа в одной руке нож, а во второй миниатюрные щипчики.

— А не лучше ли дождаться целителя? — осторожно спросил ее.

— Не доверяете? — чуть обиженно уточнила та и поджала губы.

— Боюсь вы испачкаетесь, — буркнул я и поинтересовался: — Неужели в поместье никого не найдется, кто бы это вместо вас сделал? Кстати, пригласите-ка сюда моих спутников! Девушка работает белошвейкой, если что, то она сумеет рану зашить. Да и мой денщик парень не промах, достанет на раз все осколки!

— Думаете? — с сомнением в голосе спросила графиня.

Увы, мой план не сработал, от слова совсем. Вайсак наотрез отказался причинять мне боль, даже во благо. Марика же согласилась только помочь графине и, если потребуется, сделать несколько стежков, дабы рану закрыть. Мотивы у каждого оказались свои, если ставшего моим денщиком еще мог понять, тот прилично вина выпил на радостях, то белошвейка боится крови. Не совсем понял, как она тогда рану собралась зашивать, если потребуется. Мне же самому осколки не достать, нога в колене плохо сгибается и придется извернуться буквой зю, чтобы до ступни дотянуться.

— Ладно, ваша взяла, — сказал я, посмотрев на хозяйку дома.

— Айлексис, не переживайте, всё будет хорошо, — улыбнулась мне Азалия.

— Господин, а как насчет вина? Вы недавно говорили, что оно обезболивает и обеззараживает, — вспомнил Вайсак и добавил: — Только крепленое надо.

— Нет, обойдусь без него, если только на рану полить, — ответил я, не зная, как отреагирует на опьянение источник.

Если он посчитает, что в организм попал яд, то будет пытаться его нейтрализовать и потратит и так крохотный запас энергии. Рисковать нельзя. Ну, свое мнение поменял через пять минут, когда Азалия стала ковыряться в ране. Боль, честно говоря, нестерпимая, но приходится не стонать и держать себя в сознании, хотя и соблазнительно оказаться в беспамятстве.

— И еще один осколочек, — пробормотала хозяйка дома, вытаскивая щипчики с зажатым в них стеклом.

Откуда их столько? И почему процесс так стремительно развивался? Ногу плохо чувствую и это беспокоит. Если потеряю конечность, о чем думать даже нельзя, то мне придется в этом мире очень тяжко.

— Госпожа, господин целитель прибыл! — доложил дворецкий, когда Азалия, перемазанная в моей крови, вновь начала искать остатки осколков в моей ране.

К этому моменту я уже привык к острой боли, но приятного в этом ничего нет.

— Пусть подходит и закончит, — велела графиня слуге.

Не знаю, кто приходу доктора больше обрадовался, Марика и Вайсак так точно засветились радостью. Хозяйка дома эмоции сдержала, а мне так и вовсе не до чего. Однако, целитель, оказавшийся пожилым дедом, графиню похвалил:

— Не ожидал такой идеальной работы, — осматривая мою ногу, сказал он. — Ни единого стекла не осталась, а вот плохой крови много, ее следовало выпустить. Нуда ничего, это поправимо, — он вытащил скальпель и без предупреждения сделал несколько глубоких надрезов не только на ступне, но еще под коленом и икре. — А вот и то, о чем говорил, — он указал на стекающую слишком темную кровь в таз. — Сейчас выйдет, мазь нанесу и через пару дней вы, граф, сможете бегать.

— А раньше нельзя? — хрипло спросил я.

— Можно, но тогда вновь попадете ко мне, — хмыкнул целитель. — Ага, вот и красная кровь пошла, просто превосходно, все как по науке.

Целитель зашептал себе под нос какие-то заклинания, обильно намазал дурно пахнущей мазью мои раны. Действительно, кожа срослась чуть ли не мгновенно, боль утихла, но опухоль не спадает.

— Не переживайте, все будет хорошо, — обнадежил меня целитель и широко зевнув сказал: — Граф, берегите рану, не натруживайте ногу.

— Спасибо, — ответил я. — Скажите, сколько вам должен за лечение?

— Будет вам, — отмахнулся тот. — За меня почти всю работу госпожа Азалия сделала, ее благодарите. Да и кем я себя почувствовал, возьми с вас деньги? Вы город от больших неприятностей спасли.

На этом он откланялся, а я даже не удосужился узнать его имени. Ну, мне простительно, с трудом сознание удерживал. Зато после того, как мне помогли лечь в кровать, то почувствовал себя заметно лучше. Боли нет, только небольшая слабость и хочется спать. Азалия же велела Вайсаку и Марике покинуть выделенные мне комнаты, а сама вызвалась подежурить. Графиня раздосадована, но пытается это скрыть. Похоже, она рассчитывала провести эту ночь совершенно не так. Если бы не устроенный ею праздник, то все могло так и случиться. Я бы спокойно залечил рану, не доводя ее до такого состояния, а вечер мог перерасти во что-то большее. Не знаю, возникла бы у меня интимная связь с графиней или нет, но точно бы она не стала дежурить у моей постели и время от времени проверять нет ли у ее пациента лихорадки.

Утром проснулся бодр и от раны даже следа не осталось, в том числе и от порезов, нанесенных целителем. Если присмотреться, то кожа в этих местах чуть светлее и больше ничего.

— Господину что-нибудь нужно? — спросила служанка, возникшая на пороге спальни, как только я сел на кровати.

— Привести себя в порядок, — ответил я и уточнил: — Хочу помыться и побриться. Есть такая возможность?

— Конечно, в туалетной комнате вас дожидается чан с теплой водой, одежду вашу почистили, но еще не успели принести. Возможно, она не высохла.

— Тащи даже если она влажная, — отмахнулся я, пытаясь вспомнить, кто же меня раздел.

И ведь даже укороченные панталоны сняли! Неужели Азалия лично этим занималась? Точно, когда уснул, то именно ее пальчики расстегивали мою сорочку. Думал это сон, а оказалось, что наяву происходило. Вот же нахальная и бессовестная графиня! Но мне-то стесняться не от чего, пусть молодая женщина нервничает.

— Как же хорошо и жизнь хороша! — моясь в широченной бадье, вырвалось у меня.

— Готова сделать ваше утро еще приятнее, — раздался голосок все той же горничной, которая меня приветствовала, когда проснулся.

— Нет, — отказался от ее услуг. — Оставь мою одежду и организуй завтрак.

— Хозяйка об этом уже позаботилась, она вас ожидает в столовой.

— Тогда иди и скажи ей, что приду минут через двадцать, — велел разочарованной девушке, которая была не прочь меня ублажить.

Интересно, это ей Азалия велела или служанка сама инициативу проявила? Ну, без разницы, пока мне не до утех, сил немного, в том числе и источник почти пуст. Почему-то резерв во время сна не пополнился. Возможно, источник продолжал лечение и поэтому не осталось шрамов.

— Господин, разрешите? — раздался голос никого иного, а Гунбаря.

— Входи, — велел я.

Воин выглядит устало и как-то помято, в отличие от меня.

— Доброе утро, господин Айлексис, — склонил он голову, — готов понести любое наказание.

— Здравствуй, — озадаченно произнес я. — Что случилось?

— Недоглядел, нарушил герцогский приказ и теперь вы вправе прописать мне плетей или отправить на плаху.

— С ума сошел? Или перепил вчера? Что ты такое несешь! Ну-ка, объяснись!

И вот тут-то он начал меня, как мальчишку отчитывать. Точнее, я себя таковым ощутил, а Гунбарь ни словом не оскорбил, но выводы напрашиваются сами собой. Мой отец велел Гунбарю присматривать за сыном, что и так понятно. Наследник, по словам телохранителя, показался очень разумным и умеющим принимать решения в сложной ситуации.

— Я спокойно отправился на перехват императорского кортежа, полагая, что глупостей вы не наделаете. Но ваша безрассудная вылазка вместе с абордажной группой мое мнение изменило. Вам следовало управлять войсками, но не совать голову в пасть тигра. Чтобы произошло с городом, если ваш план не удался? А как насчет всего герцогства, у которого не стало наследника? Но даже это еще не все! Вы без вопросов отпустили горшанцев и даже выделили им корабль. Врага следовало уничтожить, а не прощать! Но и этого мало! Получив ранение, вы не позаботились о себе, а участвовали в торжестве теряя свои силы и подвергая себя очередной опасности. Как мне в глаза вашему отцу посмотреть?

— А были ли у меня иные варианты? — хмыкнул я. — Что такого в том, что отпустил врага, который сложил оружие? Где его содержать и чем кормить? А если бы продолжил с ними воевать, то какие бы оказались жертвы с двух сторон? Ты об этом не подумал?

— Но разве следовало так рисковать? — задал вопрос Гунбарь, проигнорировав мой. — Айлевир мне голову открутит!

Как ни печально признавать, а в его словах есть разумное звено. Вот только я не мог поступить иначе. Точнее, тогда не смог послать воинов на верную гибель. Следовало выбрать наблюдать и руководить с крепостной стены. Но мой-то план строился на общении с предводителем горшанцев. Не произойди это и в порту, а потом и в городе началась бы резня.

— Никто тебе ничего не сделает, ты под моей защитой, — неуверенно сказал я и вылез из воды.

Отличное настроение как рукой сняло, но показывать этого не стал, наоборот, сделал вид, что уверен в своей правоте. А проанализировать и себя поругать могу позже, этот же разговор считаю этакой тренировкой, перед встречей с отцом. Честно говоря, давно уже понял, что поступил, неосмотрительно поддавшись азарту, но сделанного не воротишь. И, уверен, последствия моего опрометчивого поступка мне еще аукнутся.

— Господин, вам следует знать, что императорский кортеж зайдет в порт к вечеру, — немного спокойнее сказал Гунбарь, с облегчением и без тени смущения рассматривая меня обнаженного.

Он не увидел на мне ни одной раны и немного успокоился.

— Откуда сведения? Они точные? — уточнил я.

— Гонец, он вез именно такое послание и должен был убедиться, что в Пуртанске все спокойно. Я с тремя воинами его перехватил, тот не долго упирался, все рассказал.

— И, о чем же он поведал? — подозрительно уточнил я, ощущая некое беспокойство и боясь услышать плохие известия.

Глава 12

ПОДГОТОВКА К ПОХОДУ

Глава 12. ПОДГОТОВКА К ПОХОДУ

Верить или нет, тому, что поведал гонец? Сильно сомневаюсь, такие сведения не для какого-то рядового посыльного. Конечно, парень говорит, что большую часть подслушал, точнее, случайно услышал. И это тоже сомнительно! С другой стороны, надеяться, что воина перехватят именно те, кто на этих сведениях начнет выстраивать какие-то действия, мягко говоря, глупо. Да и как-то не верится, что наш император так со своими детьми поступает, используя их словно разменную монету. Детишек у него полно, любил в молодости с дамами развлекаться. Но ведь, как понимаю, он их поддерживал, многих негласно.

— И что тебе велено в Пуртанске сделать? — спросил я гонца, которого Гунбарь приволок в поместье Сейконовых.

Разговор проходил на конюшне, в одном из пустующих стойл. Парень помят, но следов побоев не видно. Впрочем, мой телохранитель наверняка умеет допрашивать так, что никто ни о чем не догадается.

— Если все спокойно, то отправить голубя в столицу, — ответил тот.

— А если нет?

— Тоже голубя, — пожал в ответ плечами гонец. — Послания заранее подготовлены, но, граф, ваши люди их изъяли.

При этом кортеж прибывает через несколько часов, отреагировать в Каршанске никто не успеет. Следовательно, хотят просто знать добралась ли дочка, или точнее, посланница императора до Пуртанска. Вот еще чего не понимаю, почему такой статус у девушки? Хотя, может она умеет интриговать не хуже императора. Нет, последнее маловероятно, иначе бы ее не отправили к горцам. Впрочем, а к кому могли бы послать? К горшанцам, северянам или оркам? Эти варианты еще хуже, там бы ей житья точно не дали. Но почему Волтур не попытался заручиться чьей-нибудь поддержкой? Черт, он же со всеми разругался, а еще знает, что его хотят с трона сместить.

— Ты давно столицу покинул? — задал я очередной вопрос парню.

— Три дня назад, — ответил тот и не удержался от зевка. — Пришлось гнать во весь опор, благо заводных лошадей предоставляли без промедления.

А вот это уже интереснее! Готов поспорить, что о горшанцах в Пуртанске стало в столице известно, но на помощь никого не отправили. Почему? Нет ответа, как и то, что в гонце нет смысла, сведения в столицу бы все равно попали рано или поздно. Ну, я-то подозреваю, что, голубя, а то и не одного, отправили бы мгновенно, захвати горшанцы императорских посланников. Крайним же в этом окажется никто иной, а мой отец. Кто-то крайне хитро попытался воспользоваться ситуацией и подставить герцога! Да-да, именно Айлевира Варда, чтобы тот угодил в опалу и его начали подозревать в измене. Мне удалось спутать карты, но это не значит, что других попыток не последует. Предстоит посланников императора проводить к горцам, защищать по пути и в якобы нейтральной стране. При этом статус дочери императора мне не удосужились сообщить. Кто она? Заложница или у нее есть право вести переговоры и о чем-то договариваться? Какие у нее полномочия?

— Господин, что с ним делать? — отвлек меня от размышлений Гунбарь.

— Отпустить, — коротко ответил я, но потом пояснил: — Толку от него никакого.

— Но он же сообщит, что вам все известно, — недоуменно покачал головой мой телохранитель. — Давайте его подержим в отделении стражи или определим в тюремную камеру. Пусть пару недель отдохнет, а потом отправляется на все четыре стороны.

— И что это изменит? — я с усмешкой посмотрел на своего опытного помощника, который почему-то никак не просчитывает развитие событий. — Или думаешь, в столице еще неизвестно, что план горшанцев провалился? Вот только с чего бы он вообще возник? Ты не думал, что кто-то заранее слил информацию о планах императора? Следовательно, этот кто-то находится очень близко к Волтуру. Понимает ли это наш правитель? Разумеется, он в курсе, но, возможно, вычислить врага не может.

Хм, а нет ли в плане императора еще и ловли на живца? Но тогда он дочь уже со счета списал. Точнее, ему на нее плевать. Не хотелось бы такого, тогда императору сложно окажется служить, если его не уважать. Черт, слишком много разрозненных фактов, выводы из которых приводят к противоположному. В любом случае, мне поручено принцессу оберегать и защищать, так почему бы не отнестись к такому со всем усердием! Меня точно в расчет не брали и это зря, кое-кому карты уже спутал, не дав горшанцам перехватить императорский кортеж.

— Господин, вы правы, настолько далеко не заходил в своих рассуждениях, — задумчиво произнес Гунбарь. — Какие последуют указания?

Он не захотел ни спорить, ни свою позицию высказать. А ему есть что сказать, в этом я уверен. Я направился в дом, мой телохранитель пошел следом, о чем-то размышляя. Судя по его ауре, он злится на себя. Скорее всего из-за моего разговора с гонцом. Точнее, того, что сам не смог из парня выбить нужные сведения, хотя и применил физическое воздействие. Далеко не всегда кулаки все решают, необходимо знать какой вопрос задать. Гонец-то может был и рад ответить, да его не о том спрашивали.

— Отцу о происшествии в порту ни слова, — требовательно посмотрел на своего телохранителя.

Тот вздохнул, нахмурился, но потом осторожно сказал:

— Думаю, следует герцогу рассказать не все, но в общих чертах он должен знать о произошедшем. Уверен, донесения о событиях в Пуртанске он уже получил.

— Не ты ли к этому руку приложил? — я подозрительно посмотрел на телохранителя.

— Клянусь, этого не делал.

— Не успел, — перевел его слова, заметив в ауре Гунбаря всполохи сожаления и раскаяния.

Он никак не успокоится и себе не простит, что меня оставил в городе без присмотра, а я влез куда не следовало.

— Меня ваш отец не обязывал перед ним отчитываться, — буркнул телохранитель.

— Гунбарь, ты должен уяснить простую истину, что сейчас служишь мне. Каждый твой шаг, способный так или иначе испортить мои планы, буду расценивать как предательство. Сам понимаешь, если о таком узнаю, то нам придется распрощаться. Не требую от тебя клятв верности и преданности, ты волен откровенно говорить, если увидишь, что совершаю ошибку. За это ругаться не стану, но конечное решение приму самостоятельно. Только на таких условиях буду тебе доверять. Понял, что хочу сказать?

— Да, вы достойный сын своего отца, — задумчиво произнес Гунбарь. — С радостью буду служить под вашим началом, если только герцог не найдет мне лучшее применение.

Хитрить пытается, перекладывает стрелки на того, кому приносил присягу. С одной стороны его понимаю, но и от своих слов не отказываюсь. Все же, я чуть кивнул, принимая позицию телохранителя и советника, увы, другого не дано, а преданных людей не так просто отыскать. Да и время им необходимо, что проникнуться уважением к своему господину.

— Как обстоят дела с отрядом, который необходимо собрать для сопровождения императорского кортежа? Готовы ли к путешествию повозки и кареты? — задаю вопрос, при этом сам прекрасно знаю ответ.

Ничего-то толком в этом направлении сделать не успел. Предстоит собрать караван, в том числе и нанять простых работяг. В обязательном порядке потребуются слуги, повара и даже обычные грузчики. Сомневаюсь, что горцы нас примут с распростертыми объятиями. И неважно, что передо мной такой задачи не ставили, мне необходимо думать и о своих людях. Так что, к пятидесяти воином потребуется добавить еще десяток людей. А как они будут передвигаться? Только в повозках, не пешими же пойдут, тогда у нас скорость передвижения окажется очень низкой. И не забыть про запас продовольствия.

— Ты завтракал? — поинтересовался я у Гунбаря.

— Перекусить успел, — ответил тот и уточнил: — Мне продолжить набор воинов или переключиться на закупки необходимого в путешествии?

— Отряд набирай человек на шестьдесят-семьдесят, потом мне их представишь из которых и выберу, кто с нами отправится. Насчет быта спешить не будем, но надо иметь варианты, как с этим быстро разобраться. Надо послушать, какие требования предъявит принцесса, — задумчиво сказал я, а мои слова услышала графиня и не сдержала саркастичной улыбки. — Что-то не так сказал? — поинтересовался я у Азалии, после того как с ней поздоровался.

— Айлексис, я пришла справиться о вашем здоровье и предложить позавтракать. Если бы вы еще болели, то приказала бы принести еду в вашу спальню, — она чуть подалась ко мне и шепнула, чтобы Гунбарь не слышал: — Лично бы вас с ложечки кормила.

— Графиня, мне очень приятно, что проявляете обо мне такую заботу, — улыбнулся хозяйке дома. — Жаль только, что долго не смогу рассиживаться, у нас много дел. По моим сведениям, сегодня прибывает императорский кортеж. Сколько там людей я понятия не имею, но надо всех разместить и готовить караван. Надеюсь, вы, как ответственная за Пуртанск, с этим справитесь.

— С чем конкретно? — перешла на деловой лад графиня.

Азалия сосредоточена, внимательно на меня смотрит, а от ее игривого настроения и кокетства не осталось и следа. Очертил круг, что от нее требуется, графиня выслушала и, что странно, не задала ни единого вопроса. Неужели со всем согласна? В том числе и найти несколько карет для путешествия? Правда, я оговорился, что требования к комфорту и какие выставят условия доверенные лица императора мне неизвестно. Хозяйка поместья и тут согласно кивнула, но все же посетовала:

— Граф, вы даете очень мало времени.

— Известные вам события не позволили этим вопросом заниматься, — развел руки в стороны, а потом добавил: — Сами же знаете, что в Пуртанск не так давно прибыл.

— И сделали очень много, — задумчиво ответила молодая женщина, а потом усмехнулась, оглянулась на стоящую в отдалении горничную и шепнула: — Айлексис, нельзя быть таким идеальным, могу же в вас влюбиться, как это сделали большинство дам и девушек на вчерашнем торжестве.

— Откуда вам это известно? — поинтересовался я, маленькими кусочками поглощая омлет.

Как бы не спешил, а этикет не позволяет за минуту съесть завтрак и на ходу выпить кофе. К тому же, с графиней ведем деловую беседу и даже ее нескромные намеки дают пищу для размышлений.

— Поверьте, у меня есть свои источники, — мило улыбнулась хозяйка дома и чуть повысив голос приказала служанке: — Подавай кофе, мы с графом почти позавтракали.

— А как ваш супруг поживает? Улучшение не наступило? — задал вопросы вежливости своей собеседнице.

— Увы, без изменений в лучшую сторону, — ответила молодая женщина, на лице которой мелькнула печаль.

— Сочувствую, — вежливо ответил ей.

Она вряд ли мужа любит, но точно его уважает. Правда, в ближайшее время станет вдовой и будет носить траур не мене трех месяцев. И это вновь неписаные правила этикета. Нет, если быть точным, то они как раз написаны, но не узаконены. Так вот, когда погибает супруг или супруга в бою, то заводить интрижки нельзя в течение года, иначе общество осудит. При этом дуэль в расчет не принимается, точнее, зависит от официальной причины. Зачастую дерутся муж и любовник, ну, или наоборот, дамы сражаются за мужчину, такое тоже случается в этом мире. Каждый человек, независимо от пола, желает хорошо и счастливо жить, развлекаться и любить. Так вот, возвращаясь к этикету и правилам соблюдения приличий после кончины одного из супругов. Когда кто-то долго болеет, в том числе и если есть значительная разница в возрасте, при этом нет детей, то общество требует соблюдения приличий в день похорон и некоторое время после них. Даже если у дамы или господина имеется любовник или любовница. Но есть и исключение, когда при жизни, покойный или умершая не только знали об этом, но и приветствовали. Да-да, в жизни случается много всего, особенно во взаимоотношениях. А говорить о том, как заключаются договорные браки можно очень долго, слишком разнятся варианты и, к сожалению, в этом мире это обычное явление. Не удивлюсь, если отец захочет попытается меня женить, подобрав, как он посчитает, хорошую партию.

— Айлексис, вы о чем-то задумались и даже кофе не пьете, — отвлекла меня от размышлений графиня, держа у своих губ чашку.

— Простите, — улыбнулся ей, — обещаю исправиться и в вашем обществе не выпадать из реальности.

— Договорились, — кивнула та. — Так как ваша рана? Не беспокоит? Обратила внимание, что даже не хромаете.

— Все прошло, и за это мне вас надо благодарить.

— Ой, не стоит, — отмахнулась молодая женщина, потерла переносицу и задумчиво произнесла: — Императорские посланцы в Пуртанске наверняка на несколько дней задержатся, надеюсь, у нас с вами найдется время еще побеседовать, — она посмотрела мне в глаза.

— Очень на это рассчитываю, — ответил ей и чуть заметно кивнул.

Графиня хороша собой, я не прочь с ней тесно пообщаться, она же по мужской ласке соскучилась, да и меня не очень-то прельщает посещения какого-нибудь дома удовольствий. Ну, если только того, которым Шипка заведует, но не факт, что та захочет меня лично развлечь, а ее девицы меня вряд ли устроят.

— Айлексис, как жаль, что на нас столько дел навалилось, — сокрушенно покачала головой хозяйка дома.

— Азалия, чем быстрее разберемся с проблемами, тем у нас больше окажется времени для общения, — ответил ей и встал из-за стола. — Простите, мне необходимо готовиться к переходу к горцам. Честно говоря, еще даже не наметил маршрут, по которому отправимся. Надо прикинуть по какому тракту лучше ехать, рассчитать время между остановками…

— Не продолжайте, — прервала меня графиня, — кабинет моего супруга и библиотека в вашем распоряжении. Дворецкий проводит и покажет, где лежат точные карты герцогства.

— Спасибо, — кивнул ей и направился к слуге, который, словно черт из табакерки, появился тогда, когда понадобился.

— Господин граф, прошу вас следовать за мной, — с невозмутимым выражением лица, сказал слуга.

— Веди, — коротко сказал ему, пытаясь вспомнить имя дворецкого.

Вроде бы Азалия меня этому чопорному слуге представляла и его имя называла. Пейтон? Или ошибаюсь?

— Прости, ты же Пейтон? Или спутал? — уточнил я у дворецкого, когда поднимались по лестнице.

— Господин Айлексис, все верно, вы правы, меня зовут именно так, — ответил слуга, с удивлением на меня посмотрев, впервые допустив эмоции на лице.

— Так вот, Пейтон, ты ко мне приведи моего денщика и девушку, которую должны были разместить в поместье. Первого зовут Вайсак, а вторую — Марика.

— Госпожа Марика с рассветом ушла, а вашего слугу забрал Гунбарь, — ответил дворецкий.

Хм, а не много ли телохранитель на себя взял⁈ С какого перепуга командует моим личным слугой⁈ Нет, понимаю, что тот ему необходим, парень знает воинов из гарнизона и поможет набрать отряд. Но следует ли в таком вопросе Вайсаку доверять? Впрочем, сам планировал каждого утвердить, прочтя их ауры. Вот еще один интересный момент, который почти из вида упустил. Мои магические способности явно увеличились. Если раньше через несколько минут магического зрения чувствовал усталость и опустошение, то теперь этого и в помине нет. Захотелось немедленно проверить догадку и вызвать огонь, чтобы посмотреть, насколько дольше тот продержится. Разумеется, делать этого не стал. Мало того, что Пейтона озадачу, так еще и в доме нахожусь, где чего-нибудь подпалить могу. Технике безопасности недаром и в этом мире уделяется большое внимание, особенно при использовании магии. Правда, это касается тех, у кого большие источники и они по праву считаются магами, но они настолько редко встречаются в обычной жизни, что про них забываешь.

— Понятно, — задумчиво кивнул дворецкому, а потом уточнил: — Случайно не знаешь, где Марику найти? Хотел с ней переговорить.

— Адрес известен, отправлю за белошвейкой посыльного, — спокойно ответил тот.

Честно говоря, он меня удивил, но я не стал ничего уточнять. Девушке хочу задать пару вопросов и если та оправдает ожидания, то сделаю ей хороший заказ. Правда, когда смогу его получить не знаю, но меня одежда, особенно нижняя, просто бесит. Неудобно в ней, никак не могу привыкнуть. При этом мой двойник не то, чтобы модником числился, но ткани для пошива себе костюмов выбирал тщательно.

— Господин, вы предпочтете работать в кабинете или библиотеке? — задал мне вопрос Пейтон.

— Веди сперва к книгам, надо карты герцогства взять, — подумав, ответил ему.

Когда же оказался в библиотеке, то и вовсе уходить отсюда не захотел. На стеллажах много старинных фолиантов, стопки карт и в том числе горской страны. Мне следует изучить и их, чтобы понять, как в случае надобности лучше всего оттуда выбираться. Боюсь, что основные тракты окажутся недоступны, там и шагу не пройдем, как нас схватят. Да, настрой у меня не слишком хороший, но тому есть причины. Горцы не на нашей стороне, хотя и делают вид, что заняли нейтральную позицию. Понять бы еще, кто под чью дудку пляшет. Пока уверен в одном, орки выступают разменной монетой и этакой силой, с помощью которой намереваются доставить нам проблемы на поле боя.

Я погрузился в изучение карт, чтобы составить несколько маршрутов предстоящего путешествия. В общем-то, по своему герцогству нет препятствий, чтобы добраться до границы с горцами. Правда, есть и проблемы, необходимо учесть скорость передвижения, чтобы останавливаться на отдых не в лесу или чистом поле. А еще мне неизвестно, что пожелает в пути дочь императора и как она себя поведет. Вдруг начнет капризничать, жаловаться и требовать постоянной передышки?

— Нет, неблагодарное это занятие, — сам себе сказал и сдвинул карты в сторону.

Взял лист бумаги и, оставляя на нем чернильные брызги, набросал с пару десятков пунктов, что потребуется в пути. Как глава отряда сопровождения, мне надо учесть различные факторы. В том числе и предусмотреть, как и чем кормить своих подчиненных. Следует задуматься о внешнем виде воинов. Нельзя к горцам заявиться грязными и растрепанными, так как мы представляем своего императора! Нам потребуется еще и целитель, так как переход ожидаю непростым и наверняка кто-нибудь заболеет или в какой-нибудь стычке получит ранение. В общем, голова начала пухнуть! Либо дую на воду и лучше все пустить на самотек? Увы, нельзя этого допускать, дисциплину необходимо поддерживать и плох тот командир, который не решит бытовую проблему подчиненных.

— Повара, швеи, целители, конюхи… — перечитал я, некоторые свои пункты и призадумался.

Без всех этих слуг мы легко обойдемся на своей территории. В придорожном трактире или деревне, не говоря о городе или замке своих подданных мы найдем все необходимое. Но дело в том, что у горцев, вполне возможно, их слугам доверять не сможем. Да и не факт, что их предоставят. Почему-то не верю в гостеприимность горцев.

— Господин граф, Марику привезли, — зашел в библиотеку дворецкий.

— Отлично, веди ее, — обрадовался я.

А вот белошвейка встречи не рада, ее аура мечется, а сама она отчаянно трусит, но старается этого не показывать.

— Здравствуйте, — дрогнувшим голосом, сказала девушка.

— Привет! — махнул ей рукой и указал на стул перед письменным столом, за котором расположился: — Присаживайся, поговорим.

— О чем? — осторожно спросила та, сев на самый краешек стула.

— Ты меня боишься? Почему?

— Не знаю, чем вас обидела, но ваши посыльные действовали довольно грубо, — выпалила Марика и прикусила язык.

— Вот как? — нахмурился я. — Прости, вышло недопонимание. У меня нет времени, а заказ хотел сделать. Ты же говорила, что с пошивом одежды экспериментируешь. Это так и есть на самом деле?

— Да, вы правильно запомнили, — кивнула Марика.

Набросал пару эскизов и показал своей собеседнице. Та сильно удивилась и стала меня убеждать, что такое белье будет невозможно носить. Доказывать и убеждать не собирался, выложил на стол пару золотых и спросил:

— Возьмешься или нет? Разумеется, о моем заказе не следует распространяться.

— Мне необходимо снять мерки, — подумав, ответила та и вытащила из кармашка в переднике портной метр. — Это сантиметровая лента или швейный сантиметр, — стала объяснять мне, демонстрируя гибкую ленту с делениями.

— А почему цифр нет? — поинтересовался я, прекрасно зная, что это такое.

— Каких цифр? — не поняла Марика. — Зачем они, если и так понятно, — развела большой и указательный пальцы, — сколько тут, и, потом, швея лишь уточняет размер, глаз наметан и редко ошибусь.

— Но ведь удобнее и перепроверять нет необходимости, а от ошибки никто не застрахован, — объяснил ей и мысленно одобрительно улыбнулся.

Девушка покрутила в руках портной инструмент, что-то про себя прикинула и согласно кивнула:

— Да, вы правы, так было бы быстрее и проще, — ее глаза сверкнули от радости, и она объявила: — Обязательно себе на ленту цифры нанесу! Жаль только, что на шнурке так не сделать.

Уточнять про какой-то шнур я не стал. Вышел из-за стола и позволил с себя мерки снять, а когда белошвейка уже собралась на выход, сам не знаю для чего, ей предложил:

— Не желаешь к горцам вместе с караваном отправиться? В дороге, если потребуется, будешь одежду латать, а деньгами не обижу — договоримся.

— К горцам? Вместе с императорскими посланниками и его дочерью? — задумчиво переспросила та, показав своим вопросом, что для горожан секретов нет. — Заманчиво, у них есть чему поучиться.

— Шитью у горцев? — поразился я.

— Думаете у них одежду не изготавливают? — хмыкнула Марика, начав себя чувствовать намного свободнее и даже независимо, чем в начале разговора. — Есть материалы, изготовления которых хранится под большим секретом. Ткань не пачкается, устойчива на разрыв и при этом тело дышит. Она редко в продаже появляется и стоит дорого.

— Не знал, — честно ответил, понимая, что в этом мире следует осторожно делать выводы.

Горцы разные и у них есть своя промышленность, хоть и славятся тем, что добывают драгоценности, а в банковском деле им равных нет. Уверен, среди людей из нашей или даже горшанской империи найдутся те, кто у горцев на финансовом поле выиграет. У всех народов есть грамотные в разных областях специалисты, ну, возможно исключение составляют орки, но зарекаться бы не стал.

— Готово, — проговорила Марика, разгибаясь.

— Ты не записываешь мерки?

— Запоминаю, — коротко ответила та, чуть подумала и спросила: — Могу ли ответ на предложение о путешествии дать позже?

— Без проблем, — утвердительно кивнул и добавил: — Только обязательно меня найди, если захочешь поехать. Думаю, дня два-три в запасе есть.

На этом с ней и договорились. Марика ушла вполне довольная, а я стал обдумывать сложившееся положение. При этом чувство тревоги все больше, словно вот-вот произойдет что-то неприятное.

Глава 13

ВСТРЕЧА

Глава 13. ВСТРЕЧА

Пришел хмурый Гунбарь и озадачил тем, что ему с Вайсаком удалось убедить отправиться с нами всего тридцать воинов. Большинство тех, кто еще вчера жаждал мне служить почему-то стали отказываться.

— Им что-то известно, — подытожил мой телохранитель, — но эти бесовы дети не желают говорить. Айлексис, простите, но вашего новоиспеченного слугу оставил в районе казарм. Поручил ему разузнать, что и как.

— А он справится?

— Парень смышленый, а разговорить бывших сослуживцев поможет звонкая монета. Выделил ему немного денег, чтобы он устроил прощальный ужин.

— Гунбарь, ты все правильно сделал, — одобрительно кивнул я. — Что насчет припасов в дорогу?

— Взял на себя смелость закупить болты и стрелы. Опасаюсь, что чем ближе к границе, то дороже они будут и не факт, что их вообще продадут. Ситуация-то неспокойная и это уже не секрет.

— Какое количество повозок потребуется для отряда? — задал ему еще один вопрос, тот ответил без промедления:

— Три-четыре, в зависимости от ваших планов.

Честно говоря, даже если императорские посланники будут настаивать немедленно продолжить путь, то на это не пойду. Подготовиться необходимо, а пока только перечень на бумаге. Интуиция подсказывает, что дорога окажется непростой, а уж когда у горцев окажемся, то и вовсе будет тяжко.

— Господин граф, Айлексис! — быстрым шагом вошла в библиотеку Азалия. — Мне сообщили, что в порт направляются две галеры! Думаю, это императорский кортеж.

— Черт, они не могли в пути подольше задержаться? — задал вслух вопрос, на который не требуется ответа. — Графиня, пойдемте встречать высокопоставленных гостей. И, прошу, не устраивайте по этому случаю торжеств, если только не поймем, что те их ждут.

— Постараюсь, — ответила та, отведя взгляд.

Ну, похоже моя просьба запоздала, у хозяйки поместья и управляющей города свой взгляд на эти вещи, и он от моего отличается. Если же разобраться, то высоких гостей принято встречать на высшем уровне, а то ведь они обидятся, а некоторые и злобу затаят. Ну, последнее в данной ситуации маловероятно, однако, гостеприимство и уважение все же следует оказывать.

— Азалия, я тут поразмышлял, — обратился к графине, когда мы с ней в ее экипаж усаживались, — думаю, если устроить небольшой прием в честь приезда гостей, то это было бы правильно.

— Айлексис, неужели вы берете свои слова обратно? — удивилась та.

— Был неправ и готов это признать, — спокойно ответил, а потом прищурился и уточнил: — Скажите, а вы ведь уже вели подготовку к встрече с дочерью императора?

— Да, это не только хороший тон, но и необходимость, — серьезно сказала моя спутница. — Понимаю, что ситуация непростая, но нам же следует заботиться о гостях, поддержать их, поднять настроение. Насколько понимаю, — она печально улыбнулась, — миссия у посланцев Волтура, — графиня замялась, подбирая слова, — как бы мягче сказать, далеко не завидная.

— Вам об этом что-то известно? — запоздало уточнил я, только сейчас осознав, что графиня, которая правила графством и Пуртанском вместо своего супруга, обязана была держать руку на пульсе.

Какой из этого напрашивается вывод? Молодая женщина имеет своих осведомителей, в том числе и при дворе императора. Даже если ей и сообщает сведения далеко не высокопоставленный человек, но в Каршанске думаю нет никого, кто не знает о складывающейся ситуации вокруг трона. Даже уверен, слугам может быть известно намного больше, чем их господам. Хм, надо бы подать эту идею отцу, чтобы герцог больше внимания уделал обычным людям и их сообщениям. Кстати, а почему это я все время пытаюсь зависеть от отца, да еще которого далеко не всегда таковым считаю? Пора самому начинать во взрослые игры играть, как бы этого не хотелось. Ну, добиваться каких-либо успехов на чиновничьих должностях или строить политическую карьеру не помышляю. Мне бы получить некую независимость, взять под управление какой-нибудь городок и там развернуться! При правильном подходе обязан справиться, если уж даже Азалия это делает. Правда, у молодой графини сложились неплохие условия для правления. Прикрывалась супругом, а в графстве народ работал и жил по устоявшимся правилам. Всех все устраивало! А вот я, возьмись за управление в том же Пуртанске — начну устанавливать свои порядки и это может далеко не всем понравиться.

— Господин граф, думаю, всем известно, что происходит, но никто не знает, чем закончится, — осторожно ответила Азалия. — Правильные ли мои выводы или нет, — она пожала плечиками, — покажет будущее, возможно, очень короткое.

— Согласен, — кивнул я и призадумался.

Во всей этой ситуации плохо учитываю действия врагов империи, точнее, они не просчитываются из-за многих неизвестных. Понятно, что грядет война и уже известны нападающие. Вопрос только когда и где будет основной удар. Нашему герцогству предстоит отражать атаку северян и орков, а что, если к ним присоединятся отряды горшанцев? Этого никто не ожидает и не рассматривал такую возможность. Но в Пуртанск-то последние прибыли, при этом очень нагло и дерзко! Был ли у них шанс захватить город? С такими силами вряд ли и они это понимали. Но ведь могло подойти подкрепление. Как оказалось, водные пути контролируем из рук вон плохо. И все из-за того, что такую тактику враг никогда не использовал. Но все бывает впервые.

— Черт, — я потер виски, — даже голова заболела!

— Давайте помассирую, у меня есть небольшие зачатки дара к целительству, — произнесла Азалия и, не дожидаясь моего ответа, приложила свои пальчики к моим вискам, при этом расстояние между нашими лицами оказалось минимальным.

Хм, боль действительно исчезла почти мгновенно, возникло чувство притяжения и это несмотря на то, что экипаж потряхивает, а кучер в любой момент может оглянуться.

— А как же ваш супруг? — шепнул в губы графини, в свою очередь положив ладонь на ее щеку.

— Его уважаю и сожалею, что он в таком состоянии, — ответила моя спутница. — Жизнь продолжается, а завтра или вскоре мы расстанемся, при этом оба пожалеем об упущенной возможности. Ну, я так точно буду вас вспоминать, понимая, что вместе нам быть не суждено.

— Ты совершенно права, — сказал Азалии перейдя на ты, сместил ладонь на затылок графини и несильно потянул ее голову к себе.

Та такого не ожидала, но на поцелуй ответила и у нее даже вырвался стон, но это длилось лишь пару мгновений. Я только и успел попробовать ее губы на вкус, а моя спутница отпрянула.

— Боже, что мы творим, нас же могут увидеть, — прошептала графиня, при этом избегая моего взгляда и сильно нервничая.

— Это вряд ли, — буркнул я обняв молодую женщину за талию и потянув на себя. — Иди ко мне.

— Айлексис, что ты вытворяешь⁈ — шикнула та, на миг вновь поддавшись, но потом отпрянув. — Забыл куда мы едем?

Ну, да, честно говоря, из головы вылетело.

— А зачем ты меня провоцировала?

— Я не специально, так получилось, — потупилась Азалия.

— Гм, у тебя помада на губах размазалась, — констатировал я.

— Блин! — графиня взяла свою сумочку с сиденья и стала в ней рыться.

Но первое, что она сделала, вытащила носовой кружевной платок и стерла с моего лица следы преступления. Ну, так себе под нос буркнула. Надо же, какой эпитет дала почти невинному поцелую! Правда, он нас на другой уровень отношений перевел.

— Азалия, ты же меня вечером навестишь? — поинтересовался у своей спутницы, аура которой мечется в сомнениях. — Или нам удастся уединиться раньше?

— Айлексис, возможно, мы оба ошиблись, и нам не следует заходить слишком далеко, — не глядя на меня, ответила та.

Понятно, она больше первый шаг не сделает. Но пустит ли к себе в спальню? Проверю, а если не захочет открывать, то придется пойти на хитрость. Уверен, если окажемся наедине, да еще за закрытыми дверьми, то графиня с собой не справится.

— Ты же сама понимаешь, что вскоре расстанемся и неизвестно увидимся ли вновь. Мне предстоит тяжелая дорога, а в свете последних событий в империи, то она будет сопряжена с большим риском, — спокойно сказал и завладел ее ладошкой.

К этому моменту моя спутница привела себя в порядок, только немного покрасневшие щечки и горящие страстью глаза выдают ее состояние. Надеюсь, окружающие это спишут на нервы от встречи кортежа императора. Все же настолько высокопоставленных гостей графиня не принимала, будучи главой Пуртанска. И, вполне возможно, когда ее супруг еще не болел, то и тогда из близкого окружения императора эти места не посещали. Мой отец пару раз в Пуртанске бывал, но его визиты были короткие и носили деловой характер. Мне даже неизвестно, был ли он с Азалией знаком.

— Прибыли, — пробасил кучер, при этом не став оборачиваться.

Гм, похоже, он кое-что слышал из того, что ему знать не нужно.

— Гуршан, спасибо тебе и помалкивай, — произнесла графиня, а потом дотронулась до спины своего слуги: — Возьми, выпей за мое здоровье, — между пальчиков Азалии мелькнула серебряная монета.

На этот раз кучер обернулся. По его лицу невозможно прочесть каких-либо эмоций, кроме той, что он благодарен своей госпоже.

— Хозяйка, премного благодарен, — склонил голову к груди мужик, принимая монету. — Вы меня знаете, за вас готов голову на плаху положить. А на сплетни внимания не обращайте, вы для своего мужа сделали невозможное. Пора и о себе подумать.

— Ты это о чем? — опешила Азалия. — Какие еще сплетни?

— Не хотел говорить, да чего уж тут, — Гуршан тяжело вздохнул. — Народ давно шепчется по углам и приписывает вам то одного любовника, то другого. И только немногие знают, что вы себя блюли, чего даже я не понимал. Еже ли чего, — он потряс своим здоровущим кулаком, — готов объяснить каждому, что вы в своем праве.

— Что-то ты разговорился, — чуть улыбнулась графиня, а потом добавила: — Спасибо.

Я помог выйти Азалии из экипажа, и мы с ней направились к пирсу. Галеры только показались в заливе, и они причалят минут через двадцать, не раньше.

— Гуршан один из тех слуг, кому я полностью доверяю, — чуть слышно произнесла моя спутница. — Если случится так, что он принесет от меня весточку, то вы ему доверьтесь, пусть он даже на словах что-то передаст.

— Понятно, — удовлетворился ее таким объяснением.

— Граф, мы с вами на людях будем продолжать держать дистанцию, досужие сплетни ни мне, ни вам не нужны, да еще и тогда, когда для них нет оснований, — пройдя метров десять в молчании, сказала моя спутница.

— Не думайте обо мне плохо, — покачал я головой. — Не собираюсь вас компрометировать.

— Айлексис, ты очень благороден, — предварительно оглянувшись по сторонам, чтобы убедиться, что ее слова никто не услышит, сказала моя спутница. — Мне приятно с тобой общаться.

— А будет еще лучше, — сказал ей и посмотрел многообещающим взглядом.

— Граф, не надейтесь меня смутить, — рассмеялась та и пояснила: — Сейчас свои эмоции контролирую.

— Кроме блеска в глазах, — хмыкнул я.

— Кто бы говорил, — чуть толкнула меня локтем молодая женщина, — вы бы видели свое довольное лицо, словно кот, объевшийся сметаны.

— Сравнение неверное, мне только намекнули, что возможно пиршество, а его еще не дали, — парировал ее слова и постарался сделать серьезным лицо. — А встречающих-то приличное количество.

Там, где предположительно пришвартуются императорские галеры, стоят человек десять при полном параде. Назначенный мной командир гарнизона в парадной форме, начальник стражи, несколько высокопоставленных чиновников из городской управы, даже казначей Пуртанска и тот пришел. При этом ни одной дамы, если не считать нескольких девиц, стоящих в отдалении. Как такового почетного караула нет, присутствуют только городские стражники, взявшие пирс в этакое полукольцо и не пускающие зевак.

— Черт! Мы забыли про транспорт для гостей, — поморщился я.

— Не волнуйтесь, велела свою карету пригнать, — успокоила меня Азалия.

Графиня молодец, успела продумать, как встречать посланников императора. Наверняка уже подготовлены комнаты, где их разместит. А если те согласятся, то устроит им бал с фейерверками! Готов поспорить, что и повара трудятся не покладая рук. Кстати, начальник порта тоже малый не промах, о недавних разрушениях напоминает только несколько куч битого камня, а от ударов катапульт не осталось и следа. В некоторых местах еще и краска не высохла.

Я обменялся приветствиями с собравшимися, при этом почувствовал к себе неподдельное уважение. Если разобраться, то мои заслуги и не так велики. План оказался очень хорош и дерзок, не подвел комендант форта, без которого бы все могло окончиться печально. Но и своих заслуг не следует преуменьшать. Как ни крути, а это я договорился с капитаном горшанцев, чтобы те убрались восвояси. Вполне возможно, что получу за это упреки, мол отпустил врага, а мог его разбить. Вот только это потребовало бы больших жертв и сорвало императорскую миссию, точные мотивы которой неизвестны. Стоим, переговариваемся о различной ерунде и ждем, когда причалят галеры. Кстати, они обе боевые, на таких с комфортом не попутешествуешь. И, кстати, не факт, что горшанцы бы могли их захватить. Хотя, уже на их стороне мог сыграть фактор неожиданности.

— Господа, здравствуйте, есть ли тут наследник герцога, граф Айлексис? — крикнул с борта причалившей к пирсу галеры какой-то офицер.

— Это я, — спокойно ответил моряку. — Встречаю с высшими чинами Пуртанска посланников императора.

— Будьте добры подняться на борт, — невозмутимо сказал офицер в чине лейтенанта. — С вами желают переговорить.

— И к чему такая секретность? — буркнул себе под нос, но по сходням пошел на галеру.

Команда судна занята тем, что готовится к отплытию. Я хоть и не моряк, но некие признаки на лицо. Или галеру собираются отвести в залив и бросить якорь? Вот только вторая так и не причалила, продолжает движение.

— Верительные грамоты показать? — задал вопрос встречающему меня офицеру.

— Мне они не нужны, — отрицательно покачал тот головой и добавил: — Мы свою миссию выполнили, пассажиров, — он чуть сморщился, — доставили, теперь они переходят под вашу ответственность.

О чем это он? С чего бы мне отвечать за принцессу со свитой?

— Что-то случилось в пути? — поинтересовался я у лейтенанта, а потом уточнил: — Почему меня капитан не встретил?

— Думаю, вы вскоре все сами поймете, — ответил тот, выдохнул и буркнул: — Этот переход нас сильно утомил, лучше бы в море вышли и дали бой врагу превосходящему нас в несколько раз.

— Пассажиры достали за время в пути? — сочувственно спросил я.

— Не то слово, — выдохнул тот. — Мы почти пришли, — кивнул в сторону коридора, где на галере находятся каюты. — Вам сюда!

— А вы? — поразился я такому отношению к себе и посланцам императора.

— У меня дела, честь имею!

Не успел и слова ему сказать, а лейтенант уже быстрым шагом удаляется.

— Интересные дела тут происходят, — я потер свой подбородок и направился на поиски тех, кого предстоит сопровождать к горцам.

Сунулся в одну каюту — закрыта, во вторую — пусто и только с третьего раза мне повезло. Дверь поддалась, а потом у моей груди оказалось острие кинжала.

— Кто таков⁈ — рыкнула на меня девица в военной форме без знаков различия, при этом сделав зверское лицо.

— Мне перед тобой отчитываться? — не испугавшись и не дернувшись, спросил я.

— Простите, — отвела она от моей груди кинжал. — Поездка выдалась та еще, — буркнула и сделала шаг назад. — Входите.

Интересно-то как! А самое главное — непонятно, что тут случилось, раз даже капитан боевой галеры не захотел проводить посланцев императора и не поздоровался с встречающими. Пройдя внутрь помещения, я оказался в просторном зале. Около иллюминатора в кресле сидит какой-то старик, за его спиной стоит почти точная копия девицы, которая угрожала кинжалом. А около одной из дверей, ведущих из этого зала, застыла молоденькая девушка, судя по форменной одежде — горничная.

— Представьтесь, — проскрипел старик и поморщился.

— Для начала думаю поздороваться, — хмыкнул я. — Хорошего всем дня.

На лице охранницы деда появилась улыбка, но она мгновенно пропала, стоило старику чуть дернуть головой. Хм, сведения оказались неверны и вместо принцессы мне выпало сопровождать такого персонажа? Ох, чувствую, хлебну с ним проблем. Впрочем, если правильно понимаю, то он должен подчиняться мне, а не наоборот. Ну, пока его до конечной точки не довезу. А вот потом он уже способен отыграться.

— Да, атмосфера у вас что-то с чем-то, — усмехнулся я и уселся без приглашения в кресло, стоящее рядом с дедом.

— Что вы себе позволяете? — проскрипел тот. — Где ваши верительные бумаги?

— Пожалуй, представлюсь, — спокойно сказал я, догадавшись, что мой собеседник пытается вывести меня из себя, по какой-то непонятной мне причине. — Граф Айлексис Вард, наследник Айлевирского герцогства, мне поручено сопроводить посланников императора. И, да, чуть не забыл, — деланно развел руки в стороны, — в пути, по повелению Волтура, чтобы миссия прошла успешно, мне должны подчиняться все, ибо командование возложено на мои плечи.

— Кхм, — кашлянул в кулак дед, — не врете и черных мыслей не имеете. Ладно, я Журбер Вуркий, советник императора и его доверенное лицо в переговорном процессе. Граф, предъявите все же бумаги, чтобы удостоверился в вашей личности.

Интересно, как он их проверит? Но, вытащил из внутреннего кармана свои верительные документы, в том числе подписанные отцом. Журбер вновь меня удивил, нет, не тем, что он придирчиво рассматривал чуть ли не каждый завиток, долго изучал подпись, а то, что от его пальцев исходил некий поток магии. Скорее всего, дед с помощью своего источника изучал на подлинность бумаги. Уж не знаю, как он и с чем их сравнивал, но в итоге встал со своего места и чуть склонив голову сказал:

— Граф, рад с вами познакомиться.

— Взаимно, — буркнул я, забирая бумаги и пряча их в карман.

— Марба, — он посмотрел на охранницу, стоящую у двери, — позови графиню, мы наконец-то достигли герцогства.

Воительница, у которой мышц будет поболее, чем у меня, при этом не сказал бы, что она грузная, ни слова не говоря подошла к двери, у которой стояла горничная. Марба коротко стукнула об косяк, после чего вошла в каюту. При этом молоденькая служанка так и осталась у двери.

— Айлексис, каковы наши дальнейшие планы? — неожиданно спросил меня советник императора, которого направили в качестве переговорщика к горцам.

— Думаю, вам надо пару дней отдохнуть, после чего отправимся, — осторожно ответил я, но потом добавил: — В силу некоторых причин, подготовку к походу пришлось начать недавно.

— Иными словами, — покивал каким-то своим мыслям Журбер, — вы не готовы. Это очень плохо, я бы сказал немыслимо. Граф, на нас всех возложена определенная миссия, если ее провалим, то вам не сдобровать.

— За свои ошибки ответить готов, но не за чужие, — усмехнувшись, жестко посмотрел на старика, который мне не понравился.

Слишком он высокомерно разговаривает, я бы даже сказал чуточку презрительно, а еще постоянно ворчит. То-то в зале такая давящая атмосфера. Или во время плавания случились какие-то проблемы, что тоже вполне вероятно.

— Как же мне все надоело! — послышался недовольный и чей-то знакомый голосок.

Дверь каюты распахнулась и на пороге показалась молоденькая девушка, в простом платье, волосы забраны в хвостик, при этом ее лицо очень милое и… знакомое. Я ее точно где-то видел, как и она меня, если судить по ее мгновенно расширившимся зрачкам, когда мы встретились взглядами. Вот только она потом глаза прищурила, словно предупреждая, чтобы помалкивал.

— Добрый день, — склонил я голову. — Рад приветствовать ваше…

— Я графиня Иштания Вилар, путь держу в горскую империю, для заключения кое-каких договоров, — перебила меня девушка.

— Рад знакомству, — чуть нахмурился я, не понимая, к чему этот маскарад. — Я граф Айлексис Вард, наследник Айлевирского герцогства.

Они не подозревают, что всем давно известно, кого император направил на переговоры? Хотя, насчет последних нет уверенности, допускаю, что отец знал больше, чем мне сказал.

— Здравствуйте граф, — за спиной Ишты появилась грузная тетка приличных таких габаритов. — Рада вас видеть, я наперсница госпожи Иштании, баронесса Еврания Муршаева, — на одутловатом лице женщины, которой лет сорок пять, а может и больше, проступило явное разочарование.

Похоже, мой внешний вид или молодость баронессу не устроили. Либо она чем-то еще недовольна. Хм, судя по ее взгляду на свою подопечную, то та ей хлопот доставляет. Госпожа Муршаева недовольна внешним видом Ишты, ее скромным нарядом, отсутствием косметики, и, думаю, много еще чем. Так что я поторопился с выводом, что Еврания от меня не в восторге. Хотя, уверен, с этой дамой общий язык вряд ли найду, как и с советником императора придется тяжко. А как насчет дочери императора? Уж я-то точно не ожидал, что с ней знаком. Кстати, а где ее телохранители и остальные сопровождающие? Но об этом пока спрашивать рано, надо разобраться в текущей ситуации.

— Думаю, вам всем известно, что ни для кого уже не секрет, кто едет к горцам. По-крайней мере, в Пуртанске об этом знают все. В том числе и горшанцы оказались в курсе. Свою личность скрывать нет необходимости, — произнес я и посмотрел на Иштанию.

— Вот как? — проскрипел со своего места Журбер. — Печально, но предсказуемо. Шила в мешке не утаишь, слишком многое поставлено на карту.

— На пирсе вас собрались встречать высшие чины Пуртанска, — не обратив на слова деда никакого внимания, продолжил я. — Если вам удобно, чтобы обращались как к графини и называли Вилар, то так это и будет. Но, так сказать, негласно, вы должны соответствовать статусу дочери императора и действовать по этикету.

— Незаконнорожденной дочери, — хмыкнула Ишта.

— Зато вас император признал и даже внес в генеалогическое древо, — парировал Журбер.

Похоже, в пути они все перессорились, исключение если и было, то со стороны служанки и телохранительниц. Последние невозмутимы, а вот горничная за свою госпожу переживает.

— Госпожа Вилар, думаю, вам следует чуточку изменить внешность, чтобы соответствовать своему статусу и не разочаровать встречающих, — мягко намекнул я. — Поверьте, это в ваших интересах.

В зале воцарилась тишина, вряд ли мои слова можно счесть за оскорбление. Ишта сама в таком виде вышла и теперь ей на это мягко попенял. Что она мне ответит и как поступит? Вариантов много, хочется верить, что она разумная девушка и должна понимать кто враг, а кто друг. К первым себя точно не отношу, ну, если она сама не окажется стервой, в чем сильно сомневаюсь.

Глава 14

СОВЕТНИК ИМПЕРАТОРА

Глава 14. СОВЕТНИК ИМПЕРАТОРА

Если не дура, то поймет, что завоевав уважение и, возможно, сочувствие она получит себе сторонников и союзников. Не уверен, что это ей нужно и пригодится, но пренебрегать таким я бы не стал.

— Граф, поняла вас, дайте мне полчаса, — кивнула Ишта, при этом ее эмоции оказались скрыты, а аура закрыта от магического сканирования.

Как она это сделала? Ну, путь предстоит длинный, разберусь. Сейчас бы хотелось узнать, что на галере произошло во время плавания. И это узнаю, не сейчас, так позже. Охранницы с виду кажутся опасными, но к ним подход кто-нибудь да найдет. Скорее всего это будет Гунбарь, он мастер разговорить врага, правда, методы у него не те. Ну так пусть учится! Вайсак слишком молод, он легко найдет общий язык с горничной.

— Сарика, за мной, — Ишта кивнула служаке и вернулась в каюту, при этом так спешила, что чуть не упала.

Журбер озадаченно потер кончик носа, похоже, он не ожидал такой покладистости от Иштании. Это еще и удивленный взгляд наперсницы подтверждает. Женщина тоже пребывает в непонятках. Ну, есть и у меня вопросы, не только к дочери императора, но и ее спутникам.

— Итак, после того, как вы все сойдете с галеры, то за вашу безопасность отвечаю я, — спокойно произнес, глядя на советника императора. — Мне необходим список ваших людей и примерный объем и вес багажа.

— Хм, славно, что вы, господин Айлексис, сразу же взялись за порученное вам дело, — ответил старик. — Но, разве вам не сообщали в каком составе мы отправимся к горцам?

— Мне это неизвестно, — покачал головой.

— Так вот, вы уже всех видели. Мне подготовить список? — ехидно спросил Журбер и скрестил руки на животе.

— Кого видел? — не сразу понял его намек, а потом нахмурился и уточнил: — Вы хотите сказать, что к горцам едут только те, кто здесь?

Советник прикрыл глаза и чуть заметно кивнул, а на его губах появилась улыбка.

— При этом в Пуртанск вы отправились на галере и вас сопровождала еще одна, — потер я висок и вопросительно посмотрел на старика.

— Охрана, — коротко ответил тот.

Бред какой-то! Я-то голову ломал, где разместить кучу приезжих, продумать как передвигаться большим караваном. Подсчитывал время в пути и на основании этого строил маршрут. Но это не проблема, полчаса и откорректирую план передвижения. Другой вопрос, что это за потешная делегация такая отправлена к горцам! Наперсницу в расчет не беру, тут только два главных лица, если правильно понимаю. Старик и недавно признанная дочь императора. Если первый является советником, о котором слышать не приходилось, то именно у него должны быть некие предложения нашего императора к горцам. Выбор-то не богат! Вряд ли Иштанию кто-нибудь воспримет всерьез, как бы ни обидно звучало, но девушка в большой политической игре лишь разменная монета. Однако, ее безопасность важнее, но при этом ей выделили всего двоих телохранительниц и позволили взять одну служанку. Что-то не сходится! Меня пытаются обмануть и это очень печально. Ничего, этот вопрос задам Журберу с глазу на глаз, а еще могу с дочерью императора переговорить. Мы с ней, вроде бы, нашли общий язык, когда познакомились в столице. Правда, там она мне показалась более независимой, дерзкой и наглой, но при этом милой и похожей на мою мелкую сестру. И, что интересно, почему-то не захотела раскрывать наше с ней знакомство. Почему это желает скрыть от своих спутников?

— У вас нет даже помощника? — задал я очередной вопрос Журберу.

— Слуга, но он не переносит путешествия по воде, поэтому в Пуртанск собирался добираться дилижансом.

— А кто еще к нам присоединится? Или ваш слуга такой один?

— Господин Айлексис, думаю, у каждого свой круг обязанностей, всё знает тот, кому мы служим, — хмуро произнес старик.

Другими словами, он дал понять, чтобы не совал нос куда не просят. И это за невинный, в общем-то, вопрос.

— Сам бы не хотел вдаваться в детали, но они необходимы, — я невозмутимо посмотрел на советника императора. — Поймите правильно, если к нам попытаются присоединиться пару десятков человек, то выполнять свои обязанности мне будет сложнее.

— Граф, вы не совсем поняли, — вступила в разговор баронесса, — мы подчиняемся императору и только ему! Если от него поступит приказ или указание увеличить состав делегации, то так тому и быть, понравится вам это или нет.

— Госпожа Муршаева верно сказала, — хмыкнул Журбер, — вам останется только сделать все возможное, если к нам кто-нибудь примкнет.

Не желают раскрывать карты. Сами не знают или считают себя мудрее, опытнее или набивают цену? Впрочем, не исключаю, что так себя ведут, потому что сами не понимают происходящее. Зато уже примерно ясно, почему тут такая напряженная атмосфера. Путешествие до Пуртанска выдалось для всех неким испытанием. Готов поспорить, что эти особы отыгрывались и срывались на моряках. Именно поэтому и не появился капитан, а лейтенант не захотел даже мимолетно с ними пообщаться, представив меня, как требует того этикет.

— Я готова, пошли, — сказала появившаяся Иштания.

Журбер удивленно приподнял брови, наперсница дочери императора хмыкнула, демонстративно осмотрела девушку и буркнула:

— Давно бы так.

Девушка преобразилась до неузнаваемости. Гордый взгляд, высокая прическа, дорожное платье темно-синего цвета, в мочках ушей аккуратные серьги, на пальчиках несколько колец, в руке дамская сумочка и белые перчатки. В ауре всполохи жесткости и независимости, а еще что-то похожее на готовность дать бой всем и каждому. Только непонятно, с кем она собралась сражаться? Хотя, думаю, что за себя. При этом она стала похожа на ту, с которой когда-то танцевал мой двойник, а потом уже свел я знакомство. Как там она меня назвала? Упырь? Ну, понятно, сильно удивилась обнаружив живым и чуть не заколола стилетом. Но почему здесь встретила в таком виде, а потом молниеносно, за считанные минуты, преобразилась? Она не знала, что мне выпала честь ее сопровождать? Хм, а честь ли? Нет ли и в этом некого плана императора? Вряд ли, он не всемогущий и не всезнающий. С другой стороны, мог и просчитать, что герцогу придется отправить сына, который даже официально не объявлен наследником. Впрочем, если погибнет один, то на этом ветвь семьи Айлевиров не оборвется. А на неопытности сыграть намного легче, чем с теми, кто долго жил интригами. Кстати, Журбер не похож на манипулятора, он просто старый брюзга и наверняка сторонился от придворной жизни. Или вновь спешу с выводами?

— Идем, — поднялся со своего места советник императора.

— Зурба, Марба — багаж, — повелела баронесса, посмотрела на горничную и сказала той: — Сарика не забудь вещи своей госпожи.

— Госпожа Муршаева, указания личным слугам и телохранительницам даю только я, — чуть слышно произнесла Иштания. — Не забывайтесь!

Баронесса опешила, воительницы остались невозмутимы, а горничная просияла и облегченно выдохнула.

— И кто же наши вещи перенесет с галеры? — ехидно поинтересовался Журбер.

— Меня это не интересует, — дернула плечиком дочь императора и посмотрела на меня: — Граф, мне долго ждать? Сказала же, что хочу покинуть это осточертевшее судно!

— Прошу следовать за мной, — склонил я голову, не понимая поведения Ишты, та не похожа на ту с которой познакомился когда-то.

Правда, обстоятельства другие и требуют от девушки казаться не той, кем ей хочется быть. Даже в ее глазах и то какая-то тоска и усталость, нет задора и беззаботности. Разумеется, другого ждать и не приходится.

— Лейтенант, позаботьтесь о вещах своих пассажиров, чтобы их выгрузили, прежде чем галера отчалит, — сказал я морскому офицеру, который провел меня на судно.

— С удовольствием, — буркнул тот неприязненно посмотрев на Иштанию.

Что же на корабле произошло? Жаль сейчас об этом узнать не могу. Если дочери императора нанесли оскорбление, то за это должны ответить. Кстати, сама Ишта делает вид, что не замечает ни офицера, ни моряков, смотрит вдаль и ждет, когда продолжим путь. А вот обычные матросы не испытывают неприязни к моей высокопоставленной спутнице. Сумел прочесть несколько аур и в этом убедился, они сочувствуют девушке и хотели бы ее подбодрить, а расставаться так и вовсе не хотят. Чем-то она парней к себе расположила, тем удивительнее, что так покидает галеру. Капитан судна неоднократно нарушил все рамки приличий, не говоря уже об этикете. Посчитал, что он на галере царь, Бог и судья? В какой-то мере это так, но не стоит забывать, что любой корабль и экипаж без помощи с берега, от тех, кого моряки привыкли презрительно называть сухопутными крысами, долго ходить по воде не сможет.

— Граф, дайте руку, — попросила Ишта, когда мы подошли к сходням, чтобы спуститься с судна.

— Вы боитесь высоты? — удивился я.

— С ума сошли? Нет, но упасть могу, туфли новые надела, — чуть слышно буркнула девушка.

А ведь это очередная мелкая пакость офицеров галеры. Для такой особы они могли бы другой трап использовать. Уверен, он на судне имеется.

— Поднимались на борт по такому же мостику? — уточнил я, чтобы убедиться в своих подозрениях.

— Нет, нас встречали не так, — криво усмехнулась девушка, вложив в мою протянутую руку ладошку.

Капитан галеры зря мелко мстит, девушка такое точно не простит, а если забудет, то я ей напомню. Мы с дочерью императора успешно преодолели препятствие, правда, в один момент борт галеры дернулся, сходни качнулись и Ишта с трудом устояла на ногах. Если бы она меня за руку не взяла, то могла бы действительно упасть.

— Позвольте вам представить графиню Иштанию Вилар, — сказал я собравшимся на пирсе.

После представления кого и как зовут, последовали, как это принято, расшаркивания, раскланивания, комплименты и стандартные вопросы о том, как добрались.

— Госпожа Иштания, надеюсь, вы окажите мне честь и остановитесь в моем поместье? — задала вопрос Азалия, после того как этакое официальное знакомство закончилось.

Дочь императора улыбнулась и посмотрела на меня:

— Это решать графу Айлексису, он теперь отвечает за продолжение моего путешествия.

— Графиня Азалия уже подготовила покои, насколько знаю и, уверен, вам там понравится, — ответил я.

— Хорошо, — кивнула та, — ничего не имею против. Поехали.

— Гм, а как же ваши спутники? — задал ей вопрос, посмотрев на борт галеры, где Журбер стоял и что-то высказывал какому-то офицеру, судя по всему, капитану.

Аура старика безмятежна, а вот моряк смущен, расстроен и… испуган. При этом ему лет сорок, и он выглядит этаким морским волком. Ну, не следует забывать, что командует боевой галерой, а то и двумя. Кто же такой этот Журбер, раз так «построил» капитана? И почему старик раньше ничего не предпринимал? Кстати, баронесса к происходящему безразлична, но спускаться по трапу не спешит. При этом горничная Ишты уже рядом со своей госпожой, как и телохранительницы.

— Карета нас ждет, — указала направление Азалия, мы все посмотрели в ту сторону, а позади нас послышался треск, чьи-то вскрики, а потом всплески, словно кто-то в воду упал.

Практически мгновенно разразилась брань с борта галеры, да такая, что большинство выражений никогда не слышал, а про некоторые действия могу только смутно догадываться. Самое безобидное высказывание было про якорь и его предназначение для дураков. Капитан орет на свою команду, а несколько моряков уже прыгнули за борт.

— Что случилось? — удивленно спросила Ишта.

— Сходни, — коротко ответила одна из телохранительниц.

— Что сходни? Зурба, говори понятнее! — нахмурилась дочь императора.

— По ним спускался господин Журбер, помогая госпоже Муршаевой, доски обломились, — пояснила воительница, которая точно немногословна.

Иштания сделала вид, что это происшествие ее не тронуло, но довольный всполох в ауре скрыть не смогла. А вот когда, пострадавших вытащили на пирс, то оказалось, что баронесса сломала ногу и руку. При этом переломы неприятные, их даже опытный целитель не залечит за пару недель.

— Виновных капитан накажет, — объявил Журбер, когда еще раз побывал на галере и побеседовал с капитаном.

Советник императора, как и Иштания, и не подумали расстраиваться из-за пострадавшей баронессы. У меня сложилось ощущение, что старику наплевать, а вот девушка даже рада, что наперсница не сможет составить ей компанию. К этому времени госпожу Муршаеву перенесли в ближайшее заведение, оказавшееся домом для удовольствий, где хозяйка Шипка. Узнав, в какое место попала Муршаева, дочь императора не сумела скрыть своего довольного вида. Правда, она почти сразу посмурнела, когда Шипка обратилась к Азалии:

— Госпожа, здесь не больница, я не смогу должным образом позаботиться о баронессе.

— Обсудите это с Айлексисом, он велел сюда пострадавшую перенести, — ответила та и добавила: — Думаю, он войдет в ваше положение, памятуя о том, как старались.

Мне показалось, что Азалия специально подобрала неопределенные слова, которые предназначались Иштании. Дамы почему-то друг друга восприняли неоднозначно. Не сказал бы, что между ними возникла антипатия, скорее, какая-то настороженность, хотя друг другу мило улыбались. И, кстати, я не говорил, чтобы баронессу в дом удовольствий отнесли, это чистая выдумка графини! Ну, когда меня спросили, куда пострадавшую доставить, то в ответ лишь неопределенно рукой махнул. Неужели указал на этот дом? Вроде бы он в другой стороне находился. Надо об этом у хозяйки города уточнить! А то ведь за такое могу ее с поста снять. Жаль только назначить взамен Азалии некого, точнее, не знаю кому еще управление доверить.

— Граф, господин Айлексис! — взвыла баронесса, осознав, где находится и что с ней произошло. — Как вы могли так поступить⁈ Немедленно, слышите, немедленно меня отсюда велите унести!

— Вернуть на пирс? — подошел я к дивану, куда уложили Муршаеву. — Учтите, там тучи собираются, вскоре дождь пойдет. Опять-таки, я не целитель и так взял на себя ответственность за вашу транспортировку.

— Подумаешь, какие-то переломы! Их залечат за пару дней! Унесите же меня из этого гнезда разврата! — продолжила бушевать баронесса.

— Сразу после того, как разрешит целитель, — упрямо ответил я, краем глаза наблюдая, как Журбер о чем-то с последним шепчется.

Доктора сразу видно, у того аккуратная бородка, саквояж в руке, а из кармана проглядывает слуховая трубка. Не совсем понятно, для чего ее с собой целитель прихватил, но это не мое дело.

— Прошу всех покинуть помещение, мне надо осмотреть пострадавшую, — объявил целитель, после того как закончил разговор с Журбером.

Я попросил советника императора отойти на пару слов. Тот внимательно на меня глянул, но возражать не стал. Он не дал мне задать вопрос, первым сказал:

— Граф, я не мог не воспользоваться случаем и от госпожи Муршаевой отделаться. Нет, не поймите неправильно, это был несчастный случай, но его последствия пойдут нам всем на пользу. Характер у баронессы скверный и отвратительный, поверьте на слово.

— Простите, не знаю вашего титула, — задумчиво произнес я.

— Давно уже не придаю ему значения, — отмахнулся старик. — За свою жизнь встречал много обычных и простых людей, которые оказывались намного честнее и благороднее тех, кто родился с золотой ложкой во рту.

— И все же, — не отступил я, — часто возникают ситуации, когда статус важен, например, при переговорах с врагом.

— Но мы-то с вами делаем общее дело, — усмехнулся Журбер. — Ладно, Айлексис, вы меня убедили, если хотите, то обращайтесь как к герцогу безземельному.

— Значит вы герцог, — сказал я и сам себе кивнул, — не удивлен, но сразу возникает несколько вопросов.

— Почему вы во главе миссии и с какой просьбой я обратился к целителю? — понимающе спросил тот и сразу же продолжил: — На первый вопрос ответ не дам, не все так просто. А насчет баронессы свою точку зрения высказал. Целитель объявит, что она продолжить путь не сумеет и вам придется подыскать графини Вилар новую наперсницу.

— Мне?

— А кому еще? — пожал тот плечами и усмехнувшись добавил: — Вы же во главе отряда, по крайней мере до момента пока не окажемся на месте, в чем сильно сомневаюсь.

— Почему? — мгновенно насторожился я.

Не понравились мне его слова, ставящие под сомнение, что миссия завершится успешно.

— На то много причин и часть их вам точно известна, — задумчиво ответил Журбер. — Или думаете, что, изгнав один отряд горшанцев мы с ними не столкнемся? Кстати, поздравляю, вы отлично справились.

— Вам и это уже известно?

— Нужно уметь смотреть по сторонам, слушать и задавать правильные вопросы, — хмыкнул тот. — Так сколько было врагов и как они оказались в порту? Пришли на торговых судах?

— Две галеры и три торговых корабля, якобы поджидали возвращения из столицы своих купцов с караванами, — ответил я.

— При этом их не отправляли, — задумчиво покивал Журбер. — Кто-то горшанцам помогал, жаль, что эти люди остались в тени.

Он прав, об этом не раз размышлял, думая, как отыскать предателей. Увы, ни одной зацепки не увидел. Ну, капитану городской стражи обрисовал ситуацию и велел наблюдать, если кто-то начнет сорить деньгами, происхождение которых непонятно. Вот только вряд ли стоит рассчитывать на глупость врагов, а тем более предателей. А задавать эти вопросы предводителю участвующих в набеге на Пуртанск было бессмысленно, тот бы их не сдал, даже под угрозой смерти.

— Стража пытается недругов отыскать, — буркнул я.

— Пусть стараются, — кивнул Журбер и указал на появившегося целителя: — Пойдемте, послушаем его вердикт, а потом пора уже где-нибудь перекусить, старость знаете ли, к ней надо с уважением относиться, а она требует соблюдать режим.

Как и ожидалось, доктор в красках описал что последует, если баронесса продолжит путь. Он прописал ей постельный режим аж на три недели, что для лечения переломов с помощью магии очень большой срок. Мало того, первые три дня госпожа Муршаева должна оставаться на одном месте и только потом ее можно будет перевезти в госпиталь. А еще через два дня, если не появится осложнений, баронессе будет дозволено осторожно передвигаться по Пуртанску, но избегать нагрузок и тряски.

— Мы не можем столько терять времени, — хмуро произнесла Иштания.

— Графиня, я совершенно с вами согласен, — невозмутимо сказал Журбер, — это невозможно, край через пятеро суток нам следует отправиться в путь. Лучше раньше, но никак не позже. Надеюсь, к этому моменту господин Айлексис сумеет вам подыскать наперсницу или компаньонку по путешествию. Одной вам нельзя путешествовать в компании мужчин.

Ишта внимательно посмотрела на старика, в глазах девушки вспыхнуло понимание. Она даже приоткрыла рот, чтобы сказать спасибо, но сумела удержаться и промолчать. Вопросительно на меня посмотрела, а я только неопределенно пожал плечами. Где мне отыскать за короткий срок компаньонку дочери императора? Необходимо соблюсти некие условности, чтобы дама была старше своей подопечной, имела титул, зачатки к магии и, как минимум, какое-то образование. По всем параметрам подходит Азалия, если она получила какую-нибудь бумагу об окончании хотя бы курсов, частные учителя не в счет. Но у графини болен супруг, есть еще определенные обязанности, в том числе перед герцогством. Нет, ее точно нельзя брать и даже об этом думать. Кто еще? Никого не знаю! А ведь придется искать. Но как? Не объявление же в газету давать. Одна надежда на Азалию, она должна в этом вопросе помочь.

В карету все сели в молчании, впрочем, думаю Журбер всегда такой. Иштания же о чем-то задумалась, но в ее ауре преобладают довольные всполохи. А вот Азалия обеспокоена, что-то ее тревожит.

— Скоро приедем и пообедаем или сначала захотите немного отдохнуть и освежиться? — первой прервала молчание Азалия.

— Покушаем, — коротко обронил Журбер.

— Без разницы, — буркнула Ишта.

— Отлично, — улыбнулась Азалия, стараясь выглядеть радушной хозяйкой, при этом чувствую, что она не понимает, как себя с гостями вести.

— Графиня, — обратился я к ней, — нам надо подыскать для госпожи Иштании наперсницу или компаньонку, вы не поможете? Вдруг кто-то есть на примете?

— Уже думала об этом, боюсь, никого не знаю, кто мог бы подойти на эту роль, — отрицательно качнула та головой.

— Как, в целом городе не сыскать ни одной кандидатуры? — поразилась дочь императора.

Впрочем, даже признав ее своей дочерью, Волтур как-то плохо о ней заботится и переживает. Одна служанка, две телохранительницы и старый советник? Не смешно! Я-то ожидал десяток, если не больше, слуг, горы утвари, личную охрану и кучу советников, не считая прихлебателей. На деле — никого и почти ничего! Как принцесса может отправляться в такое путешествие практически с пустыми руками и без свиты? Уверен, таково было повеление императора, но это означает, что он Иштанией не дорожит. Самый простой и очевидный вывод.

— Я подумаю, — ответила Азалия, а потом добавила: — Это не так просто, как кажется.

Ну, согласен, еще далеко и не каждая дама согласится на такое путешествие, которое, если подумать, способно оказаться в один конец.

— Не обязательно искать среди тех, кто рядом и считается на хорошем счету, — неожиданно произнес Журбер. — Главное — соблюсти условности, а остальное не так важно. Разумеется, при условии, что у такой дамы хватит ума и сообразительности.

Не совсем понимаю, к чему он клонит, а старик продолжил:

— Взять хотя бы хозяйку дома удовольствий, чем не вариант?

Если он нас троих своим предложением озадачил, то это мягко сказано. У Азалии глаза округлились, Иштания рот приоткрыла, я и то пару раз моргнул, чтобы понять, а не ослышался ли.

— Насколько понял, вы с той дамой знакомы. Верно? — продолжил советник императора.

— Да, — чуть ли не хором, ответили мы с Азалией.

— В какой-то мере ее уважаете, а то, что у нее есть благородная кровь и порода, так это не скроешь. Сама она не похожа на девицу, которая будет обслуживать клиентов. Однако, заведует домом удовольствий, а значит имеет на это право и умение, — стал перечислять Журбер.

— Дело нехитрое, — буркнула Азалия.

— Но требует знаний и подготовки, в том числе и окончания курсов по ведению такими заведениями. Следовательно, бумага должна иметься. Несколько дней у нее будет вынужденный простой, а если учесть недавние события в порту, то, думаю, она с трудом сведет концы с концами. А раз так, то может согласиться подзаработать на пару таких домов, которые сможет с легкостью открыть после окончания нашей миссии, — продолжил цепочку рассуждений Журбер.

Я и девушки сидим и своим ушам не верим, что советник императора всерьез рассматривает и предлагает такую кандидатуру. Или ему так нужно? Но для чего? И кто такая на самом деле хозяйка дома удовольствий? Какие-то нехорошие подозрения возникают.

Глава 15

ПОДБОР ЛЮДЕЙ

Глава 15. ПОДБОР ЛЮДЕЙ

Нет странно это все! У меня складывается такое чувство, что он прямо-таки сватает Шипку. Уж не свой ли план какой-то осуществляет? Пожалуй, Гунбарь получит еще несколько заданий. В этой ситуации необходимо разобраться, но кандидатура хозяйки дома удовольствий у меня не вызывает отторжения.

— Иштания, вы же не против такой компаньонки? Она вас многому способна научить, а в нужный момент и на защиту придет, — обратился этот непростой старик к дочери императора.

— В общем-то, нет, — неуверенно ответила та. — Мне бы с ней переговорить, тогда будет более понятно.

— А вы что скажите? — Журбер задал вопрос уже мне.

— Мы же не скомпрометируем графиню Вилар такой компаньонкой? — осторожно спросил я. — Все же ее род деятельности специфичен.

— Граф, Айлексис, бросьте, — рассмеялся Журбер. — Или думаете, что при дворе все чисты и невинны. Поверьте, многие дадут сто очков вперед любой хозяйке дома удовольствий. Взять ту же баронессу, так некстати пострадавшую, да о ней такие слухи при дворе ходят, что даже меня смущают, а я прожил немало.

Готов поспорить на что угодно, не просто так он Шипку предлагает с собой взять вместо Муршаевой! И я уже почти на сто процентов уверен, не сломайся сходни, так на пирсе случилось бы что-то еще с баронессой. Не бывает таких совпадений. И как поступить? Отказаться и искать кого-то еще? При этом уверен, что у владелицы дома удовольствий с этикетом и бумагами полный порядок. Следовательно, она давно работает на Журбера и не так важно, ее ли это дом удовольствий или она стала в нем хозяйкой совсем недавно. Или важно? Черт! Куда же нас втянули?

— Надо подумать, — буркнул я.

— Это просто вариант, который на поверхности, — хмыкнул Журбер, скрестил руки на груди и сделал вид, что задремал.

До поместья Сейконовых мы больше молчали, каждый размышлял о своем. Я еще наблюдал за аурами спутников, точнее, спутниц, советник императора наглухо закрыл свои эмоции. Старик делал вид, что спит, но, нет-нет, да на виске у него нерв дергался. Не так-то он спокоен, как хочет показать. Азалия для себя пытается что-то решить, точнее, решиться, но мнение свое постоянно меняет. Думаю, она вспоминает, как мы с ней в порт ехали и о чем в итоге договорились. Хотя и не прозвучало с ее стороны однозначное «да», но и «нет» она не сказала. Уверен, ее оборона с моим натиском не справится, ну, или она сама перейдет к активным действиям. Графиню точно никто не осудит, а я вскоре уеду и не факт, что мы с ней еще встретимся в этой жизни. А вот аура Иштании довольно-таки беззаботна, девушка расценивает все происходящее, как приключение, которое неизбежно. Неужели на любые последствия согласится, которые для нее приготовил император?

— Прибыли, — произнесла Азалия. — Рада вас всех принимать у себя в гостях.

— Служанка будет жить со мной, а телохранительницы поблизости, — произнесла Иштания. — Прошу, позаботьтесь об этом.

— Графиня Вилар, а что это вы про меня забыли? Уж не задумали ли чего? Мои апартаменты должны находиться в непосредственной близости от ваших. Если эти условия невыполнимы, то мы снимем номера в гостинице, — приоткрыл глаза Журбер.

— Что вы подразумеваете, говоря в непосредственной близости? — уточнила Азалия.

— На одном этаже, — буркнул дед.

Хм, получается, советник императора за Иштанией еще и присматривает, не доверяя ей. Неужели боится, что девушка сбежит? Не похоже на нее, хоть и немного узнал дочку императора, но готов поспорить, если бы она не согласилась на визит к горцам, то ее бы везли со связанными руками и ногами. Да и куда ей бежать? В нашей империи не скрыться, соседние только порадуются, получив такую высокопоставленную заложницу. Попытаются у Волтура выторговать что-нибудь, но, скорее всего, Иштанию просто используют, а потом о ней забудут. У нее только один вариант, забиться в какую-нибудь глушь и сидеть там не высовываясь. Но разве она способна на такое? В том числе и вести такую жизнь? Нет, не представляю девушку в образе обычной крестьянки или той же травницы. Стоп! А почему именно травницы? Откуда у меня уверенность, что у моих спутниц к этому есть дар? При этом он у них далеко не развит, как мог бы!

— Господин Айлексис, вы вновь ушли в себя, — оборвал мои размышления Журбер, когда мы расселись за накрытым столом.

— Вы же знаете, что у нас прилично накопилось проблем, — ответил я.

— Но они все далеко не такие сложные, — отмахнулся старик. — Граф, после обеда вы уделите мне пару минут? Хотел бы обсудить с вами наш маршрут к горцам. Вы же его уже составили?

— Да, и не один, — спокойно ответил я.

— Графиня Азалия, чувствуется, что вы подготовились нас принять, спасибо вам за это, — посмотрел старик на молодую женщину.

— Это моя обязанность, — ответила та, но не стала скрывать, что довольна.

— Вашему супругу не становится лучше? — продолжил беседу Журбер с хозяйкой поместья.

— Увы, доктора дают неутешительные прогнозы, — покачала головой Азалия.

— Печально, но ничего не поделать, жизнь продолжается и каждому следует ей радоваться, если есть такая возможность. Уж поверьте человеку, повидавшему на своем веку многое, — сказал, глядя ей в глаза советник императора.

А ведь он дает ей совет, точнее, рассеивает сомнения, которыми та терзается. Но как узнал? Уж не читает ли мысли? Впрочем, он действительно опытный и от него не так-то просто что-то утаить. Надо с ним постоянно держаться настороженно. Это с виду он выглядит старым и без сил. Однако, это не более чем маска, в которой ему удобно. И ведь Иштания об этом знает, к разговору прислушивается, но судя по ауре она недовольна Журбером.

— Неплохо, — оценил мои подготовленные варианты маршрутов советник императора, когда я их ему показал на карте, после обеда.

Азалия осталась с Иштанией, они объявили, что хотят прогуляться по саду и побеседовать.

— Но есть и неучтенные факторы, которые способны планы нарушить, — кивнул я на карту.

— От этого никуда не деться, — пожал плечами Журбер. — Что насчет отряда охраны? Когда его сформируете?

Ему известно, что из необходимых пятидесяти воинов у меня их всего двое. Он слишком хорошо осведомлен!

— Надеюсь, что сегодня к вечеру, — буркнул я, а потом задал в свою очередь вопрос: — Как думаете, а кто и что нам еще понадобится? Для такого похода нам же потребуются не только бойцы, но и обслуга, чтобы путь сделать относительно комфортным. Ведь не пристало дочери императора появляться перед народом в пропыленном дорожном костюме. Верно?

Журбер не сразу ответил, взял паузу и прошелся по кабинету. Неужели он о таких очевидных вещах не подумал?

— Граф, дело в том, что далеко не все так очевидно. Нам необходимо спешить, а большой караван нас будет тормозить. Верхом же я сам долго не продержусь, как и графиня Вилар не выдержит дневного перехода. А еще у нее служанка, обязательно подберем наперсницу. Кстати, — он оживился, — все же предлагаю присмотреться к хозяйке дома удовольствий. Есть еще один момент, про который не хотел при девушках говорить.

— И что же это за момент?

— Поклянитесь о нем никому не говорить раньше времени, да и не факт, что это произойдет, — внимательно посмотрел на меня Журбер.

Дал слово, других вариантов не имелось. Советник же императора, объявил о том, что Иштании ищут достойную партию, которая укрепит позицию ее отца и позволит избавиться от большинства проблем.

— Сомневаюсь, что одним ударом, да еще с помощью девушки, получится такое провернуть, — не согласился я.

— И мне не верится, — пожал плечами Журбер. — Вот только не все планы Волтура знаю, в том числе и какие он ведет переговоры, что обещает и чем согласен пожертвовать. Не удивлюсь, что стоит нам прибыть к горцам и сразу же объявят о помолвке, а потом свадьбе. Так вот, рядом с Иштой должна находиться та, которая ее обучит поведению в брачную ночь, даст советы и поддержит. Брать с собой ей в пару монахиню, в прямом и переносном смыслах, было бы большой глупостью.

— Поэтому-то и пал выбор на баронессу?

— В том числе, а еще она задолжала императору, — буркнул старик.

— Но вы были против, — констатировал я.

— У нас с ней очень разные взгляды на элементарные вещи, — чуть кивнул Журбер.

— Но вы же не знаете, что из себя представляет владелица дома удовольствий.

— Мне хватило ваших с графиней Азалией негласных рекомендаций. А еще, госпожа Шипка сумеет защитить и позаботиться о своей спутнице, как это делает для своих девиц. Кстати, те однозначно расстроятся, потеряв такую хозяйку, — медленно произнес мой собеседник. — Пожалуй, я даже буду настаивать, чтобы именно она с нами отправилась. Лучшей кандидатуры в Пуртанске однозначно не отыскать. Согласны?

Сильно давит, можно сказать, прижал к стенке! И, что удивительно, я с ним согласен. Мало того, в какой-то степени хозяйке дома удовольствий готов доверять, до определенного момента. Есть к ней кое-какие вопросы. Другое дело, что не люблю, когда меня используют втемную и пытаются манипулировать.

— Давайте не будем спешить, — медленно произнес я. — Хочу переговорить с Шипкой, возможно, вы ошибаетесь и у нее нет благородного происхождения или оно ничем не будет подтверждено. Есть еще вариант, что она наотрез откажется.

— Пять тысяч золотом, — усмехнулся Журбер, — именно столько готов заплатить. Не думаю, что деловая дама упустит такое предложение, после которого легко изменит свою жизнь.

Меня сумма впечатлила, очень большие деньги. Но она не сняла с повестки дня вопрос, почему старик вцепился в Шипку. Какие у него на нее виды? Сомневаюсь, что только из-за всех сказанных ранее слов. Но тут уже и у меня остается мало вариантов для маневра. Если молодая женщина получит столько золота, то она изменит свою жизнь к лучшему, если не дура.

— Думаю она согласится, — подумав кивнул я. — Но ведь без одобрения Иштании ничего не получится.

— Об этом следует беспокоиться на последнем этапе, — удовлетворенно отмахнулся старик и поднялся с кресла. — Пойду отдохну, дорога выдалась непростой, а это только начало, надо сил набираться. Надеюсь, вечером мы вернемся к текущим проблемам.

Мне осталось только молча согласиться. Советник императора ушел, а я еще пару минут стоял у окна и анализировал нашу беседу. С одной стороны, у Журбера нет таких полномочий, как у меня. Номинально мне предстоит командовать походом, но на деле именно старик пока диктует. Следует ли его осадить или лучше прислушиваться?

— Господин, разрешите? — появился на пороге кабинета Гунбарь.

— Заходи, — кивнул ему и указал на одно из кресел: — Присаживайся, вижу, что устал.

— Пришлось побегать, — согласно кивнул тот.

— Докладывай.

— Необходимое количество воинов набрано, осталось их утвердить. Провиант и различная мелочевка собрана на одном из купеческих складов. Городская управа, по вашему распоряжению, выделила две крытые повозки, карету и пролетку. Приобретен запас болтов и стрел, также купил десять арбалетов и луков. Качество оружия среднее, но и цена невысокая. Что еще? — он задумался и потер щеку.

— Узнал, как происходило плавание высокопоставленных гостей?

— Не успел, про это пытается разузнать Вайсак с белошвейкой. Они должны пообщаться со служанкой графини Вилар, — ответил мой помощник и телохранитель.

— Баронесса? — вопросительно посмотрел на Гунбаря, которому не потребовалось ничего объяснять.

— Изначально — несчастный случай, но от него невозможно получить такие травмы. Понятия не имею, как такое произошло, — развел тут руки в стороны.

— А если честно, — хмыкнул я.

— С ней находился советник императора, при определенных умениях он мог сделать так, чтобы женщина неудачно упала, а когда он ей помогал, то она сама себе руку сломала. С ногой сложнее, но тоже возможно. Полученные травмы одинаковы, словно близнецы, думаю, использовался один и тот же прием.

— Но это не точно, — продолжил его мысль и утвердительно кивнул сам себе.

Честно говоря, подтверждения-то и не требовалось, баронессу вывел из строя Журбер и он даже это практически не скрывал. Другой вопрос, как он это сделал? Я-то рассчитывал, что Гунбарь разберется, но он не сумел.

— Здесь траты, которые совершил за счет налогов, которые идут герцогству, — мой помощник положил на стол лист бумаги.

Глянул на цифры и не раздумывая подписал, документ уйдет к казначею Пуртанска, чтобы потом не оказалось недоразумений при отчислениях в герцогскую казну.

— Есть список того, что приобрел? — задал вопрос Гунбарю.

— Да, разумеется, — он вытащил из кармана уже несколько сложенных листов и протянул мне.

Меня не интересовало за сколько приобретены те или иные вещи. С этим разберется казначей и если найдет нестыковки, то обязательно об этом скажет. Мне необходимо убедиться, что ничего не упустили и не забыли. Ну, при таком переходе есть возможность приобретать необходимое по пути следования, но лучше не искать вещи и не терять время.

— Почему так мало мазей и порошков, применяемых при ранениях? Окажемся у границы и, боюсь, там нам их будет сложно достать, спрос на них всегда большой.

— Это господин целитель писал, — посмотрел в бумагу Гунбарь. — Я его попросил, чтобы он приобрел нужные материалы для возможных раненых и больных.

— А ты ему говорил, сколько человек примерно будет?

— Он не спрашивал, — подумав ответил мой помощник.

— Умножить в три раза, нет, в четыре! — взял перо, обмакнул в чернильницу, после чего обвел десяток пунктов. — Перевязочного материала и вовсе нет, — покачал головой и добавил еще строку. — Необходимо купить крепленое вино, чтобы им промывать раны. Думаю, бутылок десять хватит.

— Уж вино-то мы всегда отыщем, — пожал плечами Гунбарь. — У любого воина есть пара фляг и в одной точно не вода.

— Хорошо, это на твое усмотрение, — кивнул я. — Обоз у нас получается большой. Точно ли хватит транспорта?

— Целитель и белошвейка поедут в одной повозке, управлять ей будет кучер. Во второй — повара, они с лошадьми сами справятся. А больше я никого не нанимал, вы не распоряжались.

— Все товары влезут в повозки? — потер я висок.

— С запасом! — отмахнулся мой помощник.

— Так, теперь еще одна задача. Надо осторожно разузнать про Шипку, владелицу дома удовольствий. Как давно она в Пуртанске, что о ней говорят и как ведет дела.

— Прошу простить, а зачем это нужно? — удивился Гунбарь.

— Возможно, она отправится с нами, но об этом тебе не стоит никому говорить.

— Ясно, — озадаченно ответил тот. — Господин Айлексис, так вы когда парней утвердите? И, думаю, им понадобится командир, не сами же будете командовать.

Гм, и об этом не подумал! Вот что значит нет практики в управлении людьми. Пять отделений по десять человек. У нас же получается целый взвод, по меркам моего родного мира, кстати, и тут так же выходит. Да, необходим офицер, а его мне предстоит найти самому, Гунбарь с таким предложением к вышестоящему по званию обращаться не имеет права. Ну, или обговаривать условия.

— Хорошо, идем в казармы, пообщаемся с воинами, — принял я решение, не став его откладывать.

С воинами, которые захотели отправиться со мной к горцам, общение не затянулось. У троих мне не понравились ауры, двое оказались простужены, но это пытались скрыть. К остальным вопросов не возникло, правда, их оказалось пятьдесят пять, но от кого-либо отказываться не захотел. В том числе и капитан гарнизона, присутствующий при нашей встрече, ворчал, что лучших забираю.

— А еще мне необходим лейтенант, которому они будут подчиняться и с кого мне спрашивать, — сказал я Замашу, когда мы шли с тренировочного поля, где с воинами знакомился.

Ну, знакомился — не точное определение, к парням присматривался, их имен не спрашивал, пока в голове столько информации удерживать нет желания.

— Айлексис и об этом знаю, — вздохнул капитан гарнизона. — Есть один человек на примете, за которого готов поручиться. Барон, у его семьи поместье недалеко от границы и владеют всего двумя деревеньками. Служит исправно, смышлен, солдаты его уважают, хоть и молод.

— Зови, — коротко сказал я и уточнил: — Он же где-то поблизости, так ведь?

— Верно, — не удивился моим выводам Замаш и поднял вверх руку, сделал кистью круговой жест.

Лейтенанту всего девятнадцать, немного старше меня, но Гаррай Пунгелов, так он представился, не вызвал никакого негатива. Барон честен, жаждет воинской славы и как можно быстрее подняться по карьерной лестнице. Разумеется, он не стал отнекиваться и от обещанных призовых за поход. В общем, договорились, осталось все документально оформить и эту головную боль я спихнул на младшего командира, которого только что принял. Ну, а чего такого? Пусть приступает! Наверняка же найдет писаря, а если и нет, то пусть сам бумагу марает. У меня к писанине чернилами и пером стойкое отвращение, точнее, зазорного в этом ничего нет, зато кляксы получаются.

— Господин Айлексис, — подошел ко мне Гунбарь, когда я направился в порт, чтобы встретиться с Шипкой, — все узнал, целителю ваши слова передал, тот обещал докупить лекарства.

— Что узнал?

— Про владелицу дома удовольствий, — пояснил мой помощник и увидев вопросительный взгляд, продолжил: — В Пуртанск приехала три месяца назад, вступила в наследство. Оно ей досталось от тетки по отцовской линии, если верить слухам. Сделала ремонт, половину, если не больше, девиц разогнала. Ввела новые правила и подняла расценки, чем местные не очень-то довольны были.

— Еще бы, — хмыкнул я, — никто платить дороже не захочет.

— Мнение быстро поменяли и говорят, что лучше подкопить, но отдохнуть как следует.

— Вот как? И чем же она удивляет?

— Обязательна чистоплотность, сильно пьяных не принимает, за драки и побои большие штрафы. Как-то сумела договориться с патрулями городской стражи и те ее прикрывают.

— Крышуют, — автоматически подправил я.

— Простите, что делают?

— Не обращай внимания, продолжай.

— Гм, на чем остановился? — призадумался мой помощник. — Ага, так вот. У девиц появились хорошие наряды, но одно из самых главных — еда.

— А с ней что не так? — не понял я.

— Блюда по вкусу не уступают хорошему ресторану, а ценник дешевле. У хозяйки заведения даже пытались заказывать отмечать то или иное торжество.

— Неужели хотели свадьбы играть?

— Ей два таких предложения поступило, но она отказала, — усмехнулся Гунбарь.

— Хотел бы я посмотреть, кто был инициатором, — сдерживая улыбку, ответил своему помощнику, представив, как в доме удовольствий отмечают свадебную церемонию, а доступные девицы прислуживают гостям.

— Вроде бы из гильдии купцов, одних из завсегдатаев дома удовольствий, — пояснил мой спутник.

— А недостатки?

— Гордая, мнит о себе черте что, ни за какие деньги не соглашается клиентов ублажить. Из семейного бюджета вытягивает деньги. На ее девиц уходит слишком много, раньше было терпимее. Не дает в долг, не принимает расписки и не позволяет в ее заведении играть в любые азартные игры.

— Как интересно, — задумчиво произнес я. — Думаю, различного негатива про нее ты еще можешь долго перечислять.

— Это, да, далеко не все госпожу Шипку любят и хвалят, — покивал Гунбарь.

— И каков твой вывод?

Опытный воин призадумался, он многое повидал, но тут не знает, что ответить. Только неопределенно пожал плечами.

— Хорошо, ты славно потрудился, — хлопнул я его по плечу. — Иди отдохни, в путь выдвинемся не раньше, чем послезавтра. Можешь расслабиться.

— Спасибо, — улыбнулся Гунбарь, но продолжил идти рядом.

Заметив же мой удивленный взгляд, он, что удивительно, немного смущенно сказал:

— Покушать вкусно и недорого хочу, а еще проверить, верно ли говорили и расписывали достоинства дома удовольствий. А перед походом расслабиться с какой-нибудь девицей не помешает, там-то небось занят окажусь.

Не стал ему ничего отвечать, он в своем праве и уж осуждать своего помощника не собираюсь. А если честно и откровенно, то где-то ему даже завидую. Наестся от пуза и его еще девица ублажит. Хм, не специально ли Шипка своих гостей едой прельщает, чтобы девицам меньше работы досталось? Впрочем, могу ошибаться, в пищу могут добавлять безобидные травки, которые мужскую силу и выносливость повышают. Ничему не удивлюсь, после услышанного. Вот только как это взаимосвязано с Журбером? Сомневаюсь, что он мог просчитать так далеко. Выходит, зря хозяйку заведения подозревал? Вспомнил, как советник императора настаивал, чтобы Шипка составила компанию Иштании и вновь засомневался.

— Кстати, а как ты собираешься отдохнуть? Там же баронесса! — запоздало вспомнил я, когда уже почти дошли до дома удовольствий. — Ей же целитель велел не двигаться.

— А ее прямо с диваном в одну из комнат перенесли, — хмыкнул Гунбарь, а потом добавил: — Госпожа Шипка попросила грузчиков и им щедро заплатила, чтобы пострадавшую не побеспокоили. Так вот, та ничего и не поняла, она уснула, а проснулась в этаком будуаре. Говорят, что ей понравилось.

Молодец хозяйка дома удовольствий, наверняка баронессе снотворного дала, а потом, чтобы та не мешала работе, ловко заселила в одну из комнат. Интересно, свою отдала или, так называемое, рабочее пространство?

— Господин граф? — удивилась Шипка, заметив меня на пороге. — Вы как клиент или в гости зашли?

Гунбарь переминается с ноги на ногу позади меня, я на него кивнул и сказал:

— Он клиент, а мне бы с тобой поговорить.

— Господин, проходите в ту комнату, — указала моему сопровождающему владелица заведения. — Вами моя помощница займется, так как вы у нас впервые, и мы не знаем, чему отдаете предпочтений.

Мой спутник не заставил себя ждать и ушел, а Шипка задумчиво на меня посмотрела, вздохнула и сказала:

— Господин Айлексис, простите, но вынуждена отказать.

— В разговоре? — хмыкнул я.

— Нет, вместо себя могу кого-нибудь поставить. Про то, чтобы с вами отправиться.

— Вот как? — задумчиво посмотрел на молодую женщину, которая спокойна и не набивает себе цену, как могло изначально показаться. — Даже не поинтересуетесь каков гонорар готовы заплатить? Правда, я еще не принял окончательного решения, но на вашей кандидатуре настаивает…

— Давайте все же поговорим в другом месте, — поспешно перебила меня Шипка и крикнула: — Силия! Подмени меня!

Из комнаты вышла стройная девица, на которой накинута полупрозрачная материя. Видно, что под ней ничего нет, но деталей рассмотреть невозможно. Странное место, как и порядки! Заведение в порту, а у меня складывается ощущение, что оно из элитных. И где такому Шипка научилась?

— Тут недалеко есть приличный трактир, давайте там выпьем по бокалу вина или чашке кофе, — предложила Шипка, поспешно покидая свое заведение.

Она не желает, чтобы ее работницы услышали нашу беседу. Следовательно, догадывается, что так просто отказаться не получится. А может думает, что мне есть чем ее принудить к путешествию.

Глава 16

У КАЖДОГО СЕКРЕТЫ

Глава 16. У КАЖДОГО СЕКРЕТЫ

Трактир и в самом деле уютный, столиков не так много, цены дорогие, у дверей двое вышибал, а за стойкой приветливый и полноватый хозяин заведения. Он Шипку прекрасно знал, как и ее девиц. Просил передать привет Силии и что завтра точно зайдет к ней, так что пусть его дождется. Меня он тоже откуда-то знал и выразил благодарность, что избавил его от проблем и горшанцев. А еще он объявил, что накормит нас за счет заведения.

— Миркай, с чего такая щедрость? — удивилась моя спутница.

— Вы лучшая реклама, которую можно пожелать, — усмехнулся тот. — Уверен, уже пошел слушок, что господин граф и одна известная особа, ужинают в моем трактире. При этом, дом удовольствий славится своими поварами.

— А ты хитер, — покачала головой Шипка.

— Я-то только учусь, у тебя опыта набираюсь, — широко улыбнулся Миркай и уточнил: — Чего изволите? Хотите, принесу еды на свой вкус?

— Нет-нет! — замахала руками молодая женщина. — Чур меня! Нам тогда до утра из-за столика не выйти, а когда трактир покидать станем, то я в дверь не пролезу!

— Ой, зачем ты так? Сама как тростинка, худая совсем, пяток килограмм тебе набрать надо, а то и все десять, — ответил ей хозяин трактира.

Я же в разговор не встреваю, сижу и наблюдаю. Эти двое явно подружились, но между ними больше ничего нет и судя по аурам быть не может. Оба это знают и черту не переходят. Наконец, Шипка сделала заказ, ограничившись лишь кофе и булочками, чем расстроила Миркайя.

— Он уже пару раз сватался к Силии, но получал отказ, — чуть слышно сказала моя спутница.

— Почему? Она не желает становиться хозяйкой трактира?

— Вы верно подметили, если выйдет замуж, то Миркай ей все отдаст. Это ее и беспокоит, боится, что разобьет бедолаге сердце, — вздохнув, сказала Шипка. — А я думаю, что из нее получится верная жена. А если пойдут детишки, то и счастье будет.

— Они слишком разные, — задумчиво сказал я, сравнивая мельком виденную фигуру девицы с габаритами трактирщика. — Хотя, приходилось встречать тех, кто внешне не подходит, но друг без друга жить не может.

— Айлексис, а вы не могли бы это повторить Силии? Что если получится ее убедить?

— И что от этого выиграю? — прищурился я.

— А чего вы хотите?

— Правды, — пожал плечами.

Шипка нахмурилась, взяла в руки чашку с кофе и сделала пару небольших глотков, после чего сказала:

— А так ли она вам нужна? Прошлое в прошлом, а будущее туманно, надо жить настоящим и скажите, что неправа!

— Сложно спорить, — задумчиво ответил своей непростой собеседнице. — Однако, ты же прекрасно понимаешь, что ставки высоки. На кону жизни, в том числе и моя. Подозревал, что у тебя благородное происхождение, но сейчас в этом убедился. Думаю, имеются и все необходимые бумаги, а в знаниях уже не сомневаюсь. Хорошо, соглашусь с советником императора, что ты отлично подходишь на роль подруги и спутницы графини Вилар, при условии, что вы с ней не будете враждовать. Достаточно того, что подтвердишь не причинять вреда ни ей, ни мне.

— Но я-то не согласилась, — напомнила о своей позиции Шипка.

— Журбер предложил тебе пять тысяч золотом, — спокойно сказал я.

Молодую женщину сумма впечатлила, но жадный огонек в глазах не зажегся. За столиком воцарилась тишина, посетителей в трактире почти нет. Двое морских офицеров что-то обсуждают в дальнем углу, да компания купцов отмечает прибытие груза.

— Это сильно все осложняет, — потерла переносицу хозяйка дома удовольствий. — И какие от меня потребуются услуги? Такие деньги не просто так платят.

— Если то, что сказал мне советник императора, то ничего сверхъестественного и уже тем паче постыдного. Возможно, следует составить и подписать договор, а деньги положить в банк в качестве обеспечения.

— Это детали, и они не важны, слову герцога можно доверять, — задумчиво отмахнулась Шипка.

Вот и титул советника ей известен, а он его не афиширует. Молодая женщина поняла, что допустила промах, поморщилась и объяснила:

— Он мой дальний родственник. И, как не смешно, но я баронесса по рождению.

— Что же смешного? — не понял ее намека.

— Айлексис, забыли, кто у меня на лечении?

— А, вы о госпоже Муршаевой, — дошло до меня.

В общем, Шипка обещала поразмыслить и завтра дать до обеда ответ. От ее уверенности и следа не осталась, когда она твердо отказывалась. Похоже, Журбер знал куда нанести удар и, готов поспорить, сумма не с потолка взялась. Молодой женщине необходимы эти деньги. Для чего? Вариантов тьма, начиная с того, чтобы выкупить родовое поместье или же кого-нибудь из заключения. А возможно есть что-то еще, о чем сложно представить. Скорее всего она согласится, точнее, сама еще не поняла, а ее аура дала ответ, и он положительный. Как отреагирует Иштания? Скорее всего баронесса завоюет ее доверие.

Я проводил Шипку до ее заведения, после чего откланялся и, поймав извозчика, направился в поместье Сейконовых. Скоро время ужина и на него не следует опаздывать. Если все получится, то завтра последние приготовления к походу завершим, после чего выступим. Покинув пролетку, не успел на ступень крыльца подняться, а ко мне уже спешит Вайсак. Судя по ауре парня, то того распирает от новостей. Я развернулся и кивнув своему денщику, как мысленно его называю, направился в сторону одной из беседок.

— Господин, все узнал, что просили! Сарика пыталась держать язык за зубами, но не выдержала, выболтала все! — торопливо произнес мой личный слуга.

— Прямо-таки все? — не поверил я.

— Много наговорила, даже не верится в такое. А что, если она половину напридумывала? Сплетни-то расходятся из-за того, что начинают ради красного словца привирать.

— Ближе к делу, — я поторопил Вайсака.

Тот согласно покивал, наморщил лоб, а потом стал рассказывать. Когда Иштания с горничной загружались на боевую галеру, то их встретили со всеми подобающими почестями. Капитан был услужлив, офицеры пытались ухаживать, даже делали комплементы Сарике и намекали, что готовы ей показать самые интересные места на корабле. И, действительно, она с дочерью императора, баронессой и несколькими офицерами в первый день обошли чуть ли не все боевое судно. Двое лейтенантов прямо-таки увивались вокруг графини. Даже какие-то презенты пытались дарить, но та отказывалась. А вот баронесса воспринимала к себе внимание не так. Умудрилась принять в своей каюте молоденького лейтенанта, отвечающего за парус или что-то в таком духе. Служанка точно не поняла, она в морском деле не разбирается. Господин Журбер на происходящие никак не реагировал, все время о чем-то размышлял или смотрел на реку. А Муршаева, ко второму дню путешествия, уже вовсю флиртовала с помощником капитана и пару раз ходила к тому посмотреть морские карты. Возвращалась раскрасневшаяся, растрепанная и очень довольная. В общем, сцепился старпом с молодым лейтенантом, проткнул своего соперника шпагой. Дуэль устроили прямо на палубе. И это произошло утром третьего дня пути. Капитан на своих офицеров долго орал, что не потерпит на корабле такого. Но это не помогло, его помощник посчитал, что ему все дозволено. Попытался Сарику к себе затащить, когда его вахта закончилась. Возню и вскрики услышала Иштания и прибежала на помощь. Вот только он их все равно чуть обоих не изнасиловал. Телохранительницы графини подоспели и пришлось галере заходить в ближайший портовый город, чтобы отправить помощника капитана и молодого лейтенанта на лечение. После этого капитан запретил пассажирам передвигаться по галере и даже выходить подышать.

— Что-то подобное и подозревал, — задумчиво сказал я, но мысленно добавил, что в этом рассказе часть правды, было что-то еще.

Но даже этого достаточно, чтобы герцог начал предпринимать определенные шаги. Я бы и сам от баронессы всеми силами попытался избавиться. Если уж она на боевом корабле так себя вела, то страшно представить, как бы действовала в походных условиях. Конечно, благородных господ, которые ей стали делать комплементы не предвиделось, но она бы и с простыми воинами шашни крутила. Такую породу женщин знаю, у них одно на уме. При этом, умеют выглядеть и держаться достойно, не скажешь, что любвеобильна настолько, что готова первому встречному отдаться. А баронесса правила и тонкости этикета знает и ими владеет. Представляю, каково ей находиться в доме удовольствий, догадываться, а то и слышать о происходящем за стенами. Очень изощренное наказание Журбер придумал, я бы и то о таком вряд ли додумался. Хотя, если бы баронесса довела, то мог еще и похлеще что-то организовать.

— А как насчет всего остального? — задал вопрос Вайсаку, понимая, что полученная информация мало что дает.

Нет, дочь императора пережила несколько неприятных минут, когда подверглась попытке насилия. Но если уж старпом, второе лицо на корабле после капитана, так пренебрежительно отнесся к Иштании, словно она простая девка и даже не благородная дама, то это о чем-то говорит! Никто девушку не расценивает, как влиятельную особу, способную доставить неприятности. Или все дело в злоупотреблении алкоголем? Жаль сам не могу расспросить участниц событий. Поинтересоваться у Журбера? Тот вряд ли правду расскажет, в своем стиле уйдет от ответа. Произошедшие события ведь и его, как проницательного советника императора, ни грамма не красят. А узнай об этом Волтур, то неизвестно как он отреагирует. С одной стороны, налицо преступление, да еще против дочери, но ссориться с боевыми моряками правителю не с руки. Точнее, публично их обвинять и наказывать. Легче всего направить убийц и почистить ряды офицеров, а потом слух пустить, что те сами этого добивались и так будет с каждым, кто поднимет руку на доверенных лиц императора. Скорее всего так и произойдет, если Журбер донесение правителю отправил. А судя по тому, как меня встретили и провожали пассажиров, то так и произошло. Боюсь, если что, то будет сложно рассчитывать на помощь боевого флота империи, когда со мной рядом будет Иштания или герцог. Нет, военные помогут, но без желания и если возникнут препятствия, то попытаются отказать.

— Господин Айлексис, а вы про что? — не понял моего вопроса парень.

— Не тупи, — хмыкнул я. — Что ты узнал про то, как раньше жила графиня Вилар. Как давно у нее служит Сарика?

— Э-э-э, так вы же про это ничего не говорили, — растерянно покачал головой Вайсак, подумал и добавил: — Может быть Марика знает? Она со служанкой графини подружилась и часто о чем-то беседовала.

— Значит приведи ко мне белошвейку, но, чтобы никто ее не увидел.

— А зачем она вам? — нахмурился Вайсак. — Уж простите, но Марика не из тех девиц, которые готовы за деньги.

— Неужели в твоих умственных способностях ошибся? — задумчиво спросил у своего денщика. — Думал, что ты подучишься и станешь мне помощником. Но пока тебе доверить толком ничего нельзя. Этак отправлю за лошадьми ходить!

Раздражение накопилось и его на парня выпустил. Нет, а о чем он думал, когда меня пытался обвинить в том, что белошвейку собрался в койку затащить? Кстати, еще не факт, что эта Марика сама с радостью согласится со мной ложе разделить. Гм, это о чем я? Какое ложе с белошвейкой? У меня забот выше крыши, если и развлечься, то… А где собственно? Не в доме же удовольствий у Шипки! Мало того, что там баронесса со сломанными конечностями к каждому шороху прислушивается, так еще и в глазах хозяйки заведения падать не хочу. Или Шипка на это даже внимания не обратит? Нет, еще как обратит! Достаточно вспомнить, как она свою девицу пытается сосватать за трактирщика.

— Простите, с дуру ляпнул, — опустил голову Вайсак.

— Впредь думай, — махнул на парня рукой и направился к дому.

Есть однозначное понимание, что дочери императора несладко живется, хотя та и пытается это скрыть. Волтур ей не уделяет внимания и заботы, а официально ее признав он сделал еще хуже. Еще и эта сомнительная поездка к горцам. Почему Иштания согласилась? Неужели не понимала, что это для нее опасно? Она не глупа, знала на что шла. Ну, возможно, что не все предугадала, но уж точно понимала о рисках. Следовательно, ей что-то император пообещал. Знать бы еще что. Впрочем, это ничего не изменит, основное мне понятно, как и чего от графини можно ожидать. Более темная лошадка в нашей компании — Журбер. Вот он точно непредсказуем.

— Господин граф, вы очень пунктуальны! — встретила меня с улыбкой на лице Азалия.

— А вы, как обычно, обворожительны, — я сделал хозяйке поместья комплемент и не покривил душой.

Молодая женщина к ужину подготовилась, облачилась в новое платье темно-бордового цвета, украшений, что удивительно, немного. А над прической трудилась ее цирюльница так и вовсе пару часов. Я чуть склонился в поклоне и поцеловал протянутую руку. От бархатной кожи свежий аромат трав и цветов, так и кружит голову. Хм, использовала своеобразный афродизиак для мужчин. Значит наш с ней флирт переходит на новую стадию. И, честно говоря, устоять перед хозяйкой дома ох как не просто, а когда нет желания сопротивляться, то и вовсе невозможно.

— Ой, Айлексис, вы так милы, — прошептала графиня, перед этим покосившись в зеркало.

Невозмутимый дворецкий ее не смутил, тот, судя по ауре, полностью на стороне хозяйки и ее выбор одобряет. Хотя, о каком выборе речь? Если что-то и произойдет, то только интрижка и слуга об этом знает, как мы с молодой женщиной.

— Азалия, вы же согласны мне ответы дать на пару-тройку вопросов? — негромко спросил я молодую женщину, без пяти минут вдову.

— Такому гостю, как вы отказать в такой малости не смогу, — лукаво ответила та и при этом чуточку покраснела, не сдержала эмоций.

Мы бы еще продолжили обмениваться полунамеками, да нам помешал вездесущий Журбер. Он появился на лестнице второго этажа, сверху на нас посмотрел, а потом медленно стал спускаться. Азалия натянула на лицо невозмутимую маску, каким-то образом даже приглушила полыхающую ауру.

— Простите, что прервал вашу беседу, — произнес Журбер. — Мне сказали, что уже подают ужин.

— Вы правы, ждем только госпожу Вилар, — спокойно ответила хозяйка поместья и непроизвольно прищурилась.

Иштания тоже стала по лестнице спускаться и к вечеру она подготовилась не хуже Азалии. Кремовое платье удачно оттеняет ее кожу и подчеркивает голубые глаза. Волосы чуть завиты и локонами падают на плечи. Макияж неброский, как и у хозяйки дома.

— Больше никого не ожидается? — поинтересовалась Иштания и посмотрела на Азалию: — Вы же говорили, что собирались устроить торжественный ужин.

— Насколько поняла, то он не входил в ваши планы, — спокойно ответила хозяйка дома.

— В том числе и я не рекомендовал, — буркнул Журбер и пояснил: — Нам не до веселья, в империи непростая ситуация. Еще неизвестно, сумеем ли добраться до конечной точки путешествия.

— Что-то случилось? — нахмурился я, мысленно себя отругав, что в очередной раз не удосужился проверить почтовые сообщения.

Правда, если бы что-то было срочное, то Гунбарь сообщил, это в его обязанности входит.

— Есть предпосылки и вероятности, они большие и неизвестно в какую сторону качнется, — в своей манере ответил герцог, но потом добавил: — На границе участились стычки, их расценивают, как разведывательные набеги перед вторжением.

Ну, это не новость! Правда, все зависит от интенсивности и поведения врага. Опытный командир сразу отличит, для каких целей осуществляется атака. Я задал герцогу пару уточняющих вопросов, но, как и ожидал, он конкретно отвечать не захотел. Только напомнил, что каждый день на счету. И в этом я с ним солидарен.

— Завтра мы собираемся, а послезавтра выдвигаемся, — сказал собравшимся, когда уже произошла смена нескольких блюд. — Раньше не получится, еще нет компаньонки для графини, — посмотрел на Иштанию, а та неопределенно пожала плечиками. — Рассчитываю, что темп сразу возьмем большой и нагоним отставание.

— А что насчет той, которую рекомендовал взять в спутницы к госпоже Иштании? — поинтересовался Журбер.

— Мы с ней поговорили, я не против, но она взяла время подумать. Но нам надо узнать мнение госпожи Вилар. Если она будет категорично против, то будем искать другие варианты, но из-за этого в Пуртанске задержимся, — произнес я.

— Если та особа согласится, то мне с ней надо будет переговорить, хотя бы пару минут и после этого пойму следует соглашаться на ее присутствие или нет. И, — она посмотрела на Журбера, — не забывайте, что баронесса Муршаева вскоре пойдет на поправку.

— Вы собираетесь ее ждать? — хмыкнул герцог.

— Нет, мы спешим, — усмехнулась Иштания и посмотрела на меня: — Айлексис, а не расскажите, как продвигается подготовка к походу?

— В общем-то, все готово, — пожал я плечами, мысленно пытаясь вспомнить, а нет ли того, что упустил.

— Хорошо, — задумчиво кивнула девушка.

Что-то на ее лице радости не видно, аура и вовсе мрачная, и раздраженная. Понять Иштанию могу, она не уверена в своем будущем. Не удивлюсь, что горцы нас всех повяжут и передадут горшанцам или северянам, чтобы те шантажировали Волтура. Про орков не говорю, те к проблеме подходят радикально. Но и остальные враги ненамного хуже, если не идти на их условия. Этак и казнить способны, при этом самым жестоким способом. В данной ситуации легче всем окажется солдатам, умрут не мучаясь. И что за мысли? Это все Вилар виновата со своим настроением. После ужина, когда все стали расходиться, я поинтересовался, нет ли на мое имя почты. Оказалось, что пришло письмо из дома. Брат с сестрами интересуются, как мои дела, рассказали новости, которых немного. В основном жаловались на проделки младшей сестрички, которая от рук отбилась, их достала и никого слушаться не желает, ждет только меня. Невольно разулыбался, Айка та еще заноза, кого угодно в могилу сведет, образно выражаясь. И уже в самом конце послания, Сайлен поделился, что в округе спешно создают запасы продовольствия и набирают тех, кто желает служить в герцогских отрядах. На большие суммы производится закупки оружия и военного снаряжения. И из-за этого отменяются все празднества, на них отец не выделяет денег, и младшенькая проявляет недовольство, от этого и бесится.

— Он намекнул о готовящейся войне или обеспокоен поведением Айки? — задал вопрос вслух, подумал и пришел к выводу, что Сайлен изменился.

Повзрослел и стал умнее. Раньше он бы не стал делать такое завуалированное предположение. Но сейчас посчитал, что мне следует об этом знать, при этом прикрылся сестрой. Да, сделал это коряво, но зато попытался запутать, если послание прочту не я. Получается, если делается такая ставка на оборону, то отец считает войну неизбежной. Но почему в Пуртанск похожие распоряжения не дошли? Портовый город далеко от столицы, но он находится в одном из ключевых мест герцогства. Или все из-за того, что если его и захватить, то удержать окажется сложно. Это при высадке десанта, а если враг по земле придет, захватив попутно большую часть герцогства, то Пуртанск оборонять окажется бессмысленно.

— Надо дать пару советов Азалии, как ей действовать, если случится осада, — сказал сам себе и мысленно хмыкнул.

Вот и причина постучаться в покои графини. Честно говоря, так и не понял, собирается меня навестить или нет. Ну, попытка — не пытка. Я покинул кабинет, но, прежде чем идти давать советы хозяйке поместья зашел к себе. Большой чан полон теплой воды, слуги позаботились, чтобы смог помыться. Именно так и поступил, а то как-то нехорошо пропыленным с Азалией беседовать. Разделся и уселся в этакую ванну, которые в этом мире только-только приступили изготавливать. Кстати, очень неплохой бизнес можно наладить. Не устанавливать заоблачные цены, а брать количеством. Ну, из цельного куска мрамора они уже давно делаются, а вот более легкие и дешевые встречаются редко. Как правило из-за брака. Прикрыл глаза и расслабился, честно говоря, вылезать и куда-то идти не очень-то хочется. Нет, от своих планов не отказываюсь, окачусь холодной водой и сон испарится. Сквозь дрему замечаю, как в противоположной стене поворачивается каменная плита. Из проема выходит красивая и стройная девушка в прозрачном пеньюаре. На ее теле только несколько украшений, а на ножках… тапочки из рыжего меха. Волосы длинные, падают на лицо, тонкие пальчики чуть подрагивают, аура мечется. А гостья все ближе подходит, но с каждым шагом все неувереннее.

— Ты мне снишься? — задаю вопрос.

— Айлексис, ты меня напугал! Думала, что собрался поиздеваться! — отвечает Азалия и откидывает волосы назад. — Не ждал?

— Очень ждал! — встаю во весь рост.

— Нет, сначала оботрись, ты меня намочишь! И уйми своего змея, а то он очень страшный и большой! — нервно произносит хозяйка дома и начинает пятится.

— Ну уж нет, раз пришла, то не думай убегать, — шепчу и выпрыгиваю из чана.

Азалия вскрикивает, разворачивается, теряет тапки и пытается скрыться в тайном проходе. Ей не удается, поймал ее, когда она сделала пару шагов. Обнял, прижал к себе, поцеловал в шейку и шепнул:

— Не бойся, я не страшный и тебя не съем.

— Хотелось бы верить, — расслабленно ответила графиня.

Мы с ней очень вдумчиво «беседовали», перебирали различные варианты, обсуждали всевозможные комбинации. Плескались в чане, благо туда и втроем легко поместиться. Азалия оказалась ненасытной и той еще выдумщицей. Даже поливала меня вином, вроде бы не специально, у нее полный фужер опрокинулся.

— Давай передохнем, — попросила графиня, когда мы устроились на широкой кровати и я размышлял, а не атаковать ли ее прямо сейчас.

— Устала? — задал ей вопрос, рассматривая припухшие губы у молодой женщины.

— Немного, — честно ответила та. — Не представляю, как жить, когда уедешь.

— Найдешь себе кого-нибудь, — погладил ее по щеке. — Ты и так затворницей долгое время жила, а супруга уже оплакала. Он на тебя не обидится, если узнает, что ты не ушла за ним или не подалась в монастырь. Уверен, граф желал тебе самого наилучшего.

— Угадал, — кивнула Азалия. — Часто повторял, что жизнь не остановится, если кого-то из нас не будет. Смеясь, говорил, что обязательно заведет себе любовницу или вновь женится, если со мной что-то случится. Требовал, чтобы и я так же говорила.

— При этом он бы так не поступил, — сказал я. — Эти слова для тебя предназначались. Готов поспорить, что ты от него и послание нашла, в котором он просил тебя не убиваться по нему слишком долго.

— Не забывай, что целители боролись за него все это время и даже давали надежду.

— Один процент из ста? Говорили, что чудеса случаются? Азалия, долг верности ты давно отдала, поживи для себя, — притянул к себе гибкое и стройное тело графини.

— Именно этим и занимаюсь, — усмехнулась та и поцеловала меня.

Глава 17

НЕДОСТАЮЩИЕ ШТРИХИ

Глава 17. НЕДОСТАЮЩИЕ ШТРИХИ

Я взял с хозяйки поместья слово и даже клятву, что она не закроется в себе после моего отъезда. Не будет грустить и смущаться от мужских комплементов и намеков. Не знаю, как поступит на самом деле, не очень-то поверил ее заверениям, что так и сделает. Какое-то время ей потребуется, чтобы смириться с моей потерей. При этом мы друг другу не подходим. И это Азалия знает лучше меня. На сегодня она замужняя дама и даже если завтра станет вдовой, то герцог не допустит чего-то большего, между нами. Остаться любовниками — без проблем, но, чтобы в обществе вели себя согласно этикету. И почему все в него так вцепились? Знают кто нарушает, когда с кем и сколько раз, но при встрече и намека нельзя показать, иначе будет скандал и обязательно вызов на дуэль. За честь дамы принято драться даже если ее плохо знаешь.

— Нам бы следовало всем сходить в храм, — задумчиво произнес Журбер, когда собрались за завтраком.

Кстати, за столом царила очень странная атмосфера. Советник императора чем-то озабочен, это его обычное состояние, как уже понял. Однако, на это раз он плохо контролировал ауру, что удивительно. А эмоции у него далеко не радостные, скорее, очень печальные и, я бы даже сказал, трагичные. Что произошло? Думаю, он получил какие-то сообщения, которыми не хочет делиться. Вот только как старик это сделал, находясь на территории поместья? Кто он вообще такой и чем занимается? Пока ответа на этот вопрос у меня нет, про нашего спутника никто из окружения ничего толком не знает. С Азалией о нем поговорили, графиня призналась, что пыталась поспрашивать у местной знати про Журбера, но безрезультатно. Так же она отправила пару писем осведомителям своего супруга, которые трудятся при императорском дворе, но те еще не ответили. В свою очередь, я тоже жду весточку от отца, но и тот молчит.

— Служба в одиннадцать, — ответила хозяйка поместья, посмотрев на большие напольные часы, — до нее еще полтора часа.

Журбер удовлетворенно кивнул, а на лице Иштании чуть ли не крупными буквами читалось, что она хотела хозяйке дома пожелать замолить грехопадение. И чего графиня Вилар так на Азалию и меня ополчилась. Или ревновать изволит? Это вряд ли, ей следует о себе беспокоиться. Однако, аура у дочери императора бушует негодованием, при этом она пытается держать себя в руках и даже ни одной колкости не сказала. И все же, она разительно изменилась с первой нашей встречи. Тогда была похожа характером на Айку, мою неугомонную младшую сестренку, а сейчас Иштания совершенно другая. Думаю, она вновь станет прежней, ей требуется время, чтобы во всем разобраться. Либо же я вновь чего-то не знаю и не понимаю.

— Но нам же надо определиться с компаньонкой для меня, — хмуро сказала дочь императора и добавила: — Одной благородной даме путешествовать в таком количестве господ никак нельзя. Служанка не в счет, как и какие-нибудь другие женщины, которые окажутся в составе каравана.

— Госпожа Шипка обязательно согласится, и вы с ней найдете общий язык, — уверенно ответил ей Журбер.

При этом он уже не так сильно уверен, что поступает правильно. Похоже, начинает переживать за удачный исход не только миссии, но и за свою родственницу, которую сосватал в компаньонки дочери императора. Что же черт возьми происходит?

— Госпожа графиня, разрешите с вами переговорить, — вошел в зал, где мы расположились, управляющий поместьем.

Ему под тридцать, свою хозяйку боготворит, старается незамедлительно выполнять все ее распоряжения и при этом казаться незаметным. А еще, он точно из какого-то обнищавшего дворянского рода. При этом в его ауре нет и грамма страсти к Азалии и даже влюбленности, только уважение и восхищение.

— Простите меня, отлучусь, — сказала хозяйка поместья, осторожно отерла губы салфеткой и отошла к окну, кивнув управляющему, чтобы следовал за ней.

Долго она не задержалась, выслушала, а потом подошла к столу и сказала:

— Несколько купцов выразили желание присоединиться к каравану. Они готовы оплатить расходы и предоставить своих телохранителей для усиления охраны.

— Нет, — мгновенно ответил я. — Передайте им, что мы их не возьмем.

— И это правильно, — одобрительно буркнул Журбер, глядя на меня.

— Ты все слышал? — обернулась Азалия к управляющему.

— Да, простите, что побеспокоил, — ответил тот и незаметно удалился.

— Господин Айлексис, объясните, почему отказали, — посмотрела на меня Иштания. — Путь не такой простой и каждый человек способен пригодиться, тем более телохранители.

— В которых нет уверенности, — ответил я ей, но потом дополнил: — Купцы, даже если они и являются вассалами моего отца, вольно или невольно способны помешать. Озаботься они раньше, то еще бы подумал, после того как их проверил. Сейчас же, когда до выхода осталось меньше суток, это сделать затруднительно. Да, лишние руки и мечи не помешают, однако, телохранители купцов, как правило — наемники, которым платят за работу. В случае какого-либо происшествия они не будут нас защищать.

— Господин граф хочет сказать, что он должен быть уверен в беспрекословном выполнении его приказов, — подправил меня советник императора.

— Вы это одобряете? — задала ему вопрос дочь императора.

— Да, в пути мы имеем права просить и советовать, но не более того, — ответил ей Журбер. — Нам всем придется друг другу доверять.

На этом беседа как-то свернулась, каждый обдумывал сказанные слова, к которым невозможно придраться. Но это в теории, на практике все обычно не так происходит. Из-за гордости или глупости, а может и того, что неизвестны все факты и человек отстаивает свою ошибочную точку зрения. Именно поэтому-то и возникают недоразумения и разногласия.

Мы отправились в храм, как и договорились, а вот владелица дома удовольствий пока не пришла. Честно говоря, начинаю немного нервничать, запланированный выход из Пуртанска под угрозой. Без наперсницы или компаньонки для графини Вилар нам придется задержаться. И ладно бы имелась какая-то другая кандидатка, но у нас никого на примете. Каково же было мое удивление, когда увидел Шипку в храме. Молодую женщину даже не сразу узнал. Шляпка с вуалью прикрывало ее лицо, скромное, но дорогое платье не вписывалось в ее сложившийся образ. Узнал только по горделивой осанке и знакомой ауре. Священнослужитель нараспев читал молитву, с образов на нас смотрели лики святых, кто-то бил поклоны и молился. А вот наша компания, если так можно выразиться, держалась скромно, отдавая почтение высшей силе.

— Красивый храм, — выходя на крыльцо сказал Журбер и предложил: — Давайте дождемся госпожу Шипку, с ней и в поместье вернемся.

Владелица дома удовольствий немного задержалась, делала подношение и ставила свечи, а потом о чем-то беседовала со священником.

— Господин Айлексис, позвольте вас на пару слов, — обратился ко мне советник императора, все утро что-то для себя решавший.

— Слушаю, — сказал я ему, когда мы отошли от дам на пару метров.

— Давайте прогуляемся, — предложил мне тот. — Женщины сами между собой разберутся, мы только помешаем.

В его словах послышался какой-то намек, но я не смог расшифровать подоплеки. Еще и ауру старик вновь стал контролировать, стал невозмутим и серьезен. Я увидел, как Шипка вышла из храма, посмотрела по сторонам и уверенно пошла к Иштании и Азалии. Похоже, родственница Журбера приняла решение и, насколько понимаю, желает отправиться с нами к горцам. Что ее сподвигло, обещанный гонорар или появилась другая причина? Дело в том, что я успел перехватить взгляд Шипки, который она бросила на моего спутника. Мне показалось или она его простила? Для советника императора это тоже не осталось незамеченным, и он чуть заметно облегченно выдохнул.

— Айлексис, у меня не очень хорошие новости, — медленно произнес Журбер.

— Что случилось?

— Вы же в курсе, что в столице намечался бунт, — потер переносицу мой спутник. — Так вот, он состоялся, но заговорщики оказались не те, точнее, были еще одни, про которых никто не догадывался. Племянник императора разыграл свою карту, захотев сесть на трон. И чем он только думал? Эх, это не так важно, но его отряд и пара десятков высокопоставленных господ запутали ситуацию до невозможности. Покушение вышло корявым, Волтур получил легкое ранение, погибли несколько его телохранителей.

— Откуда вам это известно?

— Птичка на хвосте принесла, — хмыкнул Журбер, но потом объяснил: — В Пуртанске есть мои люди, они обмениваются информацией с теми, кто остался в столице.

— Кто же вы такой? — не удержался я от вопроса.

— Семь лет назад официально отошел от дел, а до этого заведовал тайной канцелярией, — невозмутимо ответил этот далеко, как оказалось, непростой старик.

Я же от удивления даже споткнулся. Не ожидал, что у герцога такой высокий статус и влияние. Люди занимавшие такие должности и имеющие политический статус никогда не бывают бывшими, если только их не хоронят с почестями. Но неужели его не смогли опознать в Пуртанске? Почему Азалию никто не предупредил? Или он настолько оставался в тени, что его лицо мало кому известно? Очень много вопросов, но нет на них ответов. В том числе и почему он взялся за эту миссию!

— Кого мне необходимо доставить к горцам, вас или Иштанию? — спросил я.

— А вы стойко выдержали такое известие, впечатляет ваше самообладание и быстрота реакции, — хмыкнул Журбер. — Вопрос правильный задали, однако, главной все же является дочь императора. А вот переговоры, как догадываетесь, это по моей части.

— Почему решили раскрыть свою личность?

— Айлексис, вы здравомыслящий молодой человек, надежный и правильный. Признаюсь, какое-то время вас проверял, не верил тому, что про вас рассказывали. Даже подумывал поставить во главе каравана кого-нибудь другого, подготовил запасной вариант, но он не очень нравился. Не человек, не подумайте на свой счет, но меня бы больше устроил ваш отец. Кстати, вы с полковником познакомились, и он дал вам лестную характеристику.

— Который сражался на дуэли, прибыв в Пуртанск с молодой женой? — прищурился я.

— Браво! — хлопнул в ладоши Журбер.

— Но они ведь не играли и по-настоящему супруги.

— А они ни словом не соврали, — развел руки в стороны мой собеседник. — Правда, собирались уехать не в Пуртанск, но это не важно.

— Действительно, какая разница в какой части империи осесть, — саркастически хмыкнул я.

Журбер на меня внимательно посмотрел, но ничего не сказал. Зато мне есть над чем подумать. Похоже, дела у нашего императора совсем плохи, раз он задействует старую гвардию. Или миссия настолько сложна? Ну, меня к переговорам не подпустят, волноваться на этот счет нет оснований. А еще, похоже, советник императора, точнее, бывший глава тайной канцелярии и сам не понимает, как все сложится.

— Айлексис, не могу не сказать, что ваш отец получил ранение. Не беспокойтесь, его жизни ничего не угрожает, он уже пошел на поправку. Однако, ситуация складывается таким образом, что ему необходимо вернуться в герцогство и отражать нападение северян и орков, которое произойдет в ближайшее время, — Журбер потер висок и продолжил: — По разным данным, границу попытаются прорвать сразу в нескольких местах. Сил у врагов достаточно. А произойдет это в следующем месяце, плюс минус пара недель. Беда в том, что мы в этот момент окажемся где-то поблизости. Понимаете, чем это грозит?

— Идем в пасть зверю, — буркнул я, пытаясь осмыслить такой большой пакет информации. — Вы мне лучше пока скажите, как герцог Вард? Он способен возглавить отряды вассалов и дать врагу отпор?

— Будем надеяться, что к этому времени восстановится, — уклончиво сказал мой собеседник.

Он все же рассказал, что отец получил болт в бедро и плечо. Еще раз заверил, что раны не страшные, однако, некоторое время герцогу предстоит отдавать приказы из поместья, находясь на своей территории. Последнее понятно, если Айлевир не вернется домой, то не сможет держать руку на пульсе событий. Гонцам добираться долго, а голубиной почтой отправлять донесения в Каршанск это заранее готовиться к тому, что послания точно кто-то любопытный прочтет. Все же, к императорской голубятне имеет доступ много людей, а сами письма окажутся у герцога не сразу.

— Господин Журбер, — я демонстративно огляделся по сторонам, — уверен, ваши люди где-то поблизости, но их не вижу.

— Мне не так страшно за себя, как вам могло показаться, — усмехнулся тот.

— Но ведь и в караване у вас найдутся защитники, верно?

— И что с того, даже если это так? — не понял тот, куда я клоню.

— А уж на боевой галере тем более, но вы все же почти дозволили случиться непоправимому.

— Узнали о тех событиях? Наверняка Сарика проболталась, — задумчиво произнес этот непростой старик. — Хм, вам бы в свое время ко мне под начало поступить, да слишком были молоды. А насчет путешествия по реке, то ведь ничего не случилось, — он как-то ехидно хмыкнул.

— Или вы сделали так, чтобы дамы не высовывали из кают носа.

— Перенимайте опыт, он бесценен, — со смешком сказал Журбер, но потом стал серьезен. — Ладно, посмеялись и хватит. Думаю, вам достаточно того, что уже рассказал. На невысказанные вами вопросы скажу так, что и сам еще не уверен, как и что получится. Планы император продумал и просчитал, но не со всеми его мыслями я согласился. Будем пытаться перевернуть ситуацию в пользу нашей империи, больше добавить нечего.

— Горшанцы? — все же задал я ему вопрос.

— Сильны, нашей армии придется непросто, — кивнул своим мыслям тот.

— А основной мятеж, он подавлен?

— Еще не начинался, но, похоже, всем о нем известно, как и то, что заговорщики знают про попытки противодействия со стороны императора. Расклад сложился таким образом, что никто не понимает, на чьей стороне больше сил. Сделать первый ход сложно, поэтому-то и затягивается все. А еще, — он вздохнул, — Волтур стал мягче и сентиментальнее. Удивительно, что он отправил Иштанию, да еще поручил ее охрану вам, — глаза бывшего главы тайной канцелярии вдруг блеснули, словно он какую-то загадку разгадал или получил ответ на вопрос.

— Что-то не так? — спросил его, видя, что Журбер застыл и только его губы шевелятся.

— Все нормально, — медленно ответил тот. — Возможно, император захотел подстраховаться и спасти дочь, а я был неправ, — он покачал головой, а потом уже осмысленным взглядом на меня посмотрел и продолжил: — Граф, не берите в голову, у вас есть определенная задача и ее выполняйте.

Хм, о чем же он подумал, какое его посетило озарение и прав ли? Увы, старик не пожелал говорить и даже на другие вопросы ответить. Но и то, что он поведал дает пищу для размышлений. Правда, итог один — политические дрязги не для меня! А еще мне показалось, что Журбер не верит в счастливое окончание нашей миссии, при этом он знает намного больше. Вот только выбора нет ни у меня, ни у него, ни даже у Иштании. В этой ситуации, пожалуй, мне необходимо предупредить Шипку, что пять тысяч золотом может не стоить того куда она ввязывается. Так будет честно, но принесет мне проблем.

— Возвращаемся, надо набраться сил перед дорогой, — подвел черту под разговором Журбер, развернулся и направился к экипажу, возле которого о чем-то беседовали дамы.

Насколько понял, Азалия в переговорах приняла живое участие. Но вот хвалила ли владелицу дома удовольствий или нет — не понял. Зато Иштания и Шипка смотрят друг на друга доброжелательно, что не может не радовать.

— Ну-с, как вижу, вы успели составить предварительное мнение друг о друге, — широко улыбаясь, сказал Журбер, при этом и не скажешь, что пару минут назад он казался сильно озабоченным и расстроенным.

— Доброго дня господа, — вежливо поздоровалась с нами Шипка.

— Рад видеть, — чуть склонил голову я.

— Здравствуй, — запоздало сказал Журбер, разглядывая ту, кто ему приходилась дальней родней. — Ты уж прости старика за все.

— Господин Журбер, мы же встретились сегодня, не для воспоминаний, верно? — покачала головой Шипка, чуть подумала и сказал: — Так как в походе мне предстоит выглядеть подобающим образом, то позвольте представиться — баронесса Свения Муркия, но для близких и друзей могу остаться Шипкой, — она улыбнулась и облегченно выдохнула, словно давно носила на душе камень.

— Шипка это же тебе дали такое прозвище из-за шипов или ты сама его взяла? — поинтересовалась Иштания.

— В детстве и в подростковом возрасте меня предпочитали звать Колючкой, но мне не нравилось. А однажды, один парень назвал шипастой розой, мол красива, но недоступна, как только подходишь, то обязательно оцарапаешься, — поделилась с нами бывшая управляющая домом удовольствий.

— Ты же мне потом и об этом расскажешь? — поинтересовалась у нее дочь императора.

Как бы они совсем не сблизились! Что-то мне не нравится прозвище госпожи Свении! Не дай Бог она окажется похожа на Иштанию, которую встретил при дворе ее отца. Для полного набора не хватит только моей младшей сестры. Если Айка каким-то образом к ним присоединится, то пиши-пропало!

— А не сглупил ли я? — задумчиво произнес Журбер. — Может быть следовало предложить в два раза больше золотых, только бы Шипка держалась от нас подальше.

— Господин герцог, вы серьезно? Испугались и предлагаете отступные? — со смешинкой в глазах, спросила баронесса у старика. — Нет, не старайтесь, если уж решилась и сожгла мосты, то иду до конца!

— И это мне известно, — с грустью ответил Журбер. — Надеюсь, мы все найдем правильный путь, а если потребуется, то отстроим новый мост и не один.

— Может быть отметим наше взаимопонимание и пообедаем? — предложил я и посмотрел на Азалию, которая с каждым мгновением становится печальнее: — Графиня, не подскажите, где тут хорошо кормят?

— Неподалеку есть отличный трактир, который у многих ресторанов выиграет. Там хозяева семейная пара орков, они с малолетства живут в Пуртанске и про них ни одного плохого слова никто сказать не может, — сказала Свения, видя растерянность Азалии.

— Орки? — нахмурился Журбер. — Хм, хотел бы попробовать их стряпню.

На этом и остановились, баронесса объяснила кучеру как тому подъехать к трактиру и уже спустя минут пять мы рассаживались за столиком. При этом у выхода стояли два вышибалы, как не сложно догадаться из орков. Прислуживала нам молоденькая орчаночка, а за барной стойкой стоял нескладный паренек, тощий и худой, разумеется, той же расы, что все работники этого заведения.

— У них семейный подряд, — невозмутимо объяснила Шипка или точнее Свения.

Никак не могу о молодой женщине думать, как о баронессе и назвать ее именем данным при рождении. И ведь не просто так она нас сюда привела, это и Журбер уже понял.

— На самом деле, в Пуртанске проживает много тех, кто прибыл из разных стран, — подцепив на вилку очищенную креветку, сказала Шипка, а потом продолжила: — Им пришлось тяжело, да и сейчас-то не все гладко. Кто-то смог чего-то добиться, другие руки опустили.

— Намекаете, что их следует защитить, если потребуется? — поинтересовалась Азалия.

— И обязательно дать понять тем, кто попытается на этих несчастных горожанах отыграться, — покивала бывшая бандерша.

— Неплохая идея, — задумчиво произнес Журбер. — Они не виноваты и не могут нести ответственность за своих соплеменников.

— Не волнуйтесь, не дам в обиду никого из горожан, если они честным трудом на жизнь зарабатывают, — произнесла Азалия.

— Хорошо бы не только одним Пуртанском ограничиться, да такого влияния нет, — потупившись, заявила Шипка.

Вот тебе и бывшая бандерша! Она же нас сюда не случайно привела, хотела показать тех, кто трудится на благо общества, а сам выходец из вражеской страны. При этом в герцогстве, да и во всей империи, немало горцев, северян и горшанцев, которые тоже работают или просто живут обычной жизнью. Ну, последнее редкость, для этого нужны большие деньги.

— Неизвестно, как они себя поведут случись заварушка, — медленно произнес Журбер, а потом добавил: — Не удивлюсь, что их сюда специально послали шпионить.

— Больше тридцати лет назад? — хмыкнула Шипка.

— Почему бы и нет, — пожал плечами старик. — Всякое бывает, а мог кто-то и недавно появиться, попросить посодействовать в том или ином деле, взывая к совести. Однако, устраивать гонения на тех чья вина не доказана нельзя и в этом согласен. Лучше никому не станет. Ладно, отпишу в столицу, пусть подумают.

— Так может издать какой-нибудь указ, что на территории герцогства, все подданные, независимо от расы и происхождения, имеют равные права, а в случае их нарушения, то… — начал я, но советник императора меня перебил:

— Айлексис, поверьте, одним указом не обойтись. Это уже больше политика, а потом, ты уверен, что тот, кто нас обслуживает принес клятву верности твоему отцу и нашему императору? Защищать их, если они ничего противоправного не совершили, дело стражи, вот пусть этим и занимаются. Максимум, что в твоих силах, дать негласные, — он поднял указательный палец вверх, — подчеркиваю, негласные указания капитану городской стражи.

— Но как же так, — расстроенно произнесла Шипка.

— Недовольных не остановить указом, — буркнул Журбер.

И он прав, если только заранее не подготовить почву, что живущие бок о бок друг другу не враги. В общем, трактир покинули сытые, но каждый о чем-то своем думал. Правда, мне удалось перекинуться с Шипкой парой фраз, под предлогом, что волнуюсь за Гунбаря, который пока так и не объявился. Баронесса меня заверила, что мой помощник покинул ее заведение в полном здравии, довольный и отдохнувший. На мои же слова, что путешествие предстоит слишком опасное и пять тысяч может оказаться мелочью по сравнению с жизнью, она ответила:

— Спасибо, для себя все решила, а риск есть всегда, подавиться и умереть можно от небольшой рыбной косточки. Я еду с вами, да и Иштания мне понравилась.

И все же, не очень понимаю, как это будет выглядеть. Среди наших воинов, наверняка, большинство ее знают, пусть и не лично. Думаю, за ней предстоит приглядывать, а то и охранять, боюсь, телохранительницы дочери императора с такой задачей не справятся. Придется поручить Гунбарю и Вайсаку присматривать за дамами. Вернувшись в поместье, я засел за то, чего всей душой не перевариваю — писанину пером и чернилами. Необходимо отцу рассказать, что происходит и спросить у него совета по некоторым вопросам.

— Айлексис, можно? — зашла в кабинет Азалия.

— Разумеется, — широко улыбнулся ей, запечатывая последние послание. — Я полностью в твоем распоряжении, — потянулся, встал и направился к хозяйке поместья.

— У меня есть новости, думаю, они тебе не очень понравятся, — вздохнула графиня.

— Потом, все потом, — буркнул я, делая пару быстрых шагов в ее сторону, заключая в объятия и целуя в точеную шею.

— Не сходи с ума, — прошипела та. — Сюда могут войти, дверь не заперта, сейчас еще даже ночь не наступила.

— И что с того? — усмехнулся ей. — Утром отбываем, ты остаешься и вскоре меня забудешь.

— Сомневаюсь, — прошептала та и отстранилась: — Не сейчас, надо поговорить!

Глава 18

СУТКИ В ПУТИ

Глава 18. СУТКИ В ПУТИ

Ранним утром, верхом на лошади я осмотрел собравшийся в путь караван. Карета, три фургона, два с грузом и один приспособлен для отдыха женщин, крытый экипаж и отряд воинов. Журбер, как обычно, в задумчиво-хмуром состоянии уже занял место в карете. Рядом со мной Вайсак, обменивающийся знаками с белошвейкой, находящейся в экипаже с телохранительницами Иштании и целителем. Все готово, за исключением дам, которые задерживаются. Они о чем-то собрались переговорить с Азалией и уже минут пятнадцать их ждем.

— Госпожа Свения идет, — чуть слышно сказал мой денщик.

Я распорядился, чтобы никто не вздумал баронессу называть тем именем, под которым ее знали в Пуртанске. Ну, это не касается меня, дочери императора и Журбера. Впрочем, последний и не подумает так обратиться к девушке, являющейся его родственницей. Что-то между ними произошло, и за это герцог раскаивается и пытается заслужить прощение. Правда, делает это своеобразно, нет чтобы объясниться и покаяться. Он же плетет этакую сеть интриг, добиваясь сближения с Шипкой. А она способна уколоть и взбрыкнуть, прозвище ей очень подходит. Как там какой-то парень дал ей определение? Роза с шипами? Думаю, оно подходит баронессе. Красива, умна и хладнокровна, готова постоять не только за себя, но и за своих друзей и работников. Самое интересное, что какие бы личные отношения не сложились между ней и бывшим главой тайной канцелярии, они обменивались посланиями по голубиной почте! Баронесса уважает своего родственника как профессионала и это для меня очевидно. Увидев на крыльце поместья появившуюся дочь императора я спешился и кинул поводья Вайсаку.

— Граф, простите за задержку, — произнесла Иштания, спускаясь по ступенькам.

— Ничего страшного, дорога предстоит длинная, пятнадцать минут ни на что не повлияет, — ответил ей и мысленно удивился.

Аура у девушки показывает, что та находится в этаком раздрае, когда готова совершить абсолютно противоположное. Что же такого ей поведала Азалия? Хозяйка поместья далеко не так проста и это уже давно понял. Ее, наверное, единственный недостаток — общение наедине с мужчиной, вот там она неопытна, но учится быстро, а неумение покрывает старанием и страстью.

— Айлексис, зачем вернулся? Мы же уже попрощались, — посмотрела на меня Азалия.

— Еще раз хотел тебя поблагодарить, — ответил я хозяйке поместья.

— Врешь, — усмехнулась та. — Будешь пытаться убедить, чтобы не рисковала если Пуртанску будет угрожать осада.

И вновь она права, такие предпосылки, увы, существуют. Горшанцы, если захватят город, получат возможность доставлять подкрепление по реке, и в какую сторону нанесут удар окажется непонятно. Из портового города до столицы есть много дорог, перекрыть их окажется сложно, так как основные силы будут на границе сдерживать натиск врага. А держать в Пуртанске много воинов тоже глупо. Одна надежда, что планы врагов узнаем заранее и сумеем подготовиться.

— Азалия, ты не сбежишь, — констатировал я, — убеждать не буду, нет смысла. Хочу лишь попросить, будь осторожна, ты еще понадобишься герцогству.

— Всегда готова, — чуть улыбнулась графиня. — Айлексис, подумай и над моими словами, не лезь в пасть тигру. Уверена, горцы лишь делают вид, что хотят со всеми дружить.

— Возможно ты права, но у меня приказ, — чуть пожал плечами. — Ладно, мне пора, — взял пальчики молодой женщины, наклонился и поцеловал ее запястье. — Береги себя, не грусти и радуйся жизни, не будь затворницей и найди того, кто будет исполнять твои прихоти.

— Прошу, подумай над моими словами и не рискуй понапрасну, — дрогнувшим голосом, сказала Азалия. — Да, и еще, не упускай своего шанса, ты отправляешься путешествовать в приятной компании. Так вот, случается, что дамам требуется сильное мужское плечо и тогда те готовы упасть в объятия. Помни об этом.

— Не понял, ты опять говоришь загадками.

— Разберешься, — отмахнулась графиня. — Все, ступай, они уже отправились!

У меня возникло желание на час или два задержаться. Верхом быстро догоню караван, зато как следует прощусь с хозяйкой поместья. Но, нет, этого нельзя делать, сплетни и слухи мгновенно распространятся по Пуртанску и Азалия окажется в сложной ситуации.

— До встречи, — кивнул ей, а та в ответ чуть слышно выдохнула:

— Прощай.

В этом одном слове оказалось столько смысла, что даже как-то не по себе стало. Азалия провела черту между нами и поставила точку. Продолжения уже не последует, даже если встретимся вновь. Ну, в общем-то она права, лучше один раз отрезать, чем долго пилить, мучиться и знать, что финал окажется примерно таким. Или все же графиня лукавит и отлично сыграла? Не желает, чтобы о ней беспокоился? Наивная, в любом случае буду переживать, не только из-за наших уже былых отношений. В Пуртанске много жителей, они все под угрозой, если верить донесениям осведомителей. Горшанцы готовят флот, который намерены отправить к городу, чтобы перерезать снабжение герцогства. Беда в том, что противопоставить нечего! Конечно, пару идей дал, но на их воплощение в жизнь потребуется время. При этом точные планы врага неизвестны. У меня есть одно предположение, но оно из разряда невероятных. Сомнительно, что северяне, орки и горшанцы выступят единой силой, захватят империю, а потом ее между собой поделят. Вот только Журбер, когда ему об этом заикнулся, не стал меня высмеивать. Он только буркнул:

— И этот вариант возможен, если кто-то сумел заставить вождя орков, императоров северян и горшанцев плясать под свою дудку.

— Что, если это кто-то из горцев? — задал я вопрос.

— Это может оказаться любой, даже наш верховный маг, — криво улыбнулся старик.

Именно в тот момент я догадался, отчего у него такое настроение. Его и Волтура кто-то переигрывает с разгромным счетом. При этом наш император и бывший глава тайной канцелярии далеко не новички. Удары же наносятся один за другим и реагировать на них получается с запозданием. Кто-то уверенно гнет свою линию, к которой долго и тщательно готовился. При этом все проморгали и не увидели, что вот-вот все рухнет, а когда спохватились, то уже оказалось поздно. Или еще нет?

— Думаю, до границы наш путь пройдет в тишине и спокойствии, — сказал мне Гунбарь.

Ничего ему не ответил, не слишком в этом уверен. Конечно, разбойники нас не потревожат, они не самоубийцы нападать на хорошо вооруженный отряд. К тому же, не слышал, чтобы в герцогстве орудовали большие шайки. Максимум, сбивались в кучку человек десять, устраивали засады на купцов, неосмотрительно путешествующих с небольшой охраной. Да и то это была редкость, а отряды из графства, где такое произошло, находили лихих людей и с ними расправлялись.

— Айлексис, что вы все верхом, да верхом, — обратилась ко мне баронесса, когда я поравнялся с каретой. — Составьте нам компанию, а то становится скучно.

И это только в первый день пути, когда проехали всего-ничего! Удивительно другое, Журбер поддержал Шипку:

— Граф, присоединитесь к нам, дамы хотят узнать о маршруте, когда будут организованы привалы и где планируется останавливаться на ночлег.

— А чего раньше об этом не беспокоились? — задал им вопрос, предварительно попросив кучера замедлить ход кареты.

— Боюсь, дамы себе не так представляли путешествие, — усмехнулся советник императора.

Мой маршрут движения раскритиковали в пух и прах! При этом поддержки от Журбера я не получил, тот сидел и ухмылялся. Иштания и Свения пожелали увеличить привалы, заезжать по пути в города, смотреть как живут люди, совершать покупки и даже заикнулись про посещение каких-нибудь представлений. На уточняющий вопрос ответили расплывчато, мол не откажутся от постановки в театре или на худой конец посмотреть на бродячих артистов. Но и это еще не все! Дамы в унисон стали упрашивать сделать крюк и посетить моих родных, им захотелось зачем-то нанести визит вежливости. Аргументы приводили различные и даже пытались капризничать и угрожать. Не учли только одного, точнее, одну, мою младшую сестренку, которая меня закалила в своих шалостях. Зато я представил, что будет, если Айка найдет общий язык с Иштой и Шипкой. Сейчас передо мной сидят хитрющие бестии, а не благородные дамы! Вот только есть во всем этом один нюанс, а точнее, вопрос. С чего бы они так переменили отношение к путешествию? Не так давно говорили, что хотят как можно быстрее оказаться у горцев, а теперь явно пытаются это оттянуть.

— Давайте начистоту, — предложил я. — К чему все это? Если скажите правду, то обещаю все взвесить.

Журбер кивнул и строго посмотрел на баронессу. У той исчезло капризное выражение, она вздохнула и сказала:

— Уверена, если окажемся у горцев, то обратно уже никто не вернется.

— Предлагаете нарушить приказ императора? — спросил я ее.

— Нет, но не торопиться его выполнять, надеясь, что поступит другой или произойдут события, из-за которых мы его невольно нарушим, — осторожно произнесла Иштания.

— Дамы, увы, но вас не поддержу, — неожиданно заявил Журбер. — Если успеем до боевых действий, то, возможно, своим визитом мы отсрочим войну. Нам необходимо выиграть время для Волтура. А риски, — он помолчал, — они велики, на кону стоят не только наши жизни. Мало того, нас всеми силами, — он посмотрел на меня, — попытаются остановить. Подготовлено несколько отрядов для этой цели, и они находятся на территории герцогства.

— Почему об этом говорите только сейчас? — поморщился я.

— А ничего бы не изменилось, — пожал плечами бывший глава тайной канцелярии. — Граф, вы дали лейтенанту правильные указания. Часть воинов нас прикрывает с тыла, вперед отправлен авангард и разведчики, неожиданного нападения на караван не получится.

Не стал с ним спорить, но на ближайшей остановке предупредил Гаррая, чтобы тот не ждал легкой прогулки по нашим землям.

— Господин Айлексис, думаете нас попытаются остановить? — задал тот вопрос.

— Скорее не думаю, а уверен на девяносто девять процентов, — вздохнул я, мысленно ругнув Журбера, что тот молчал.

Я понимаю старика и нашу ситуацию, ни он, ни я, ни дамы не в силах изменить планы врага. Затягивать тоже нельзя, а подготовились мы неплохо. Конечно, баллисты так и остались в планах, их изготовление дело не одного дня. Я даже не заказал их, понимая, что не успеют сделать.

— Понял, буду внимательнее и усилю патрули и ночные дозоры, — задумчиво ответил Гаррай, а потом предложил: — Надо потренироваться, как будем действовать, если враг попытается наскоком атаковать.

— Лейтенант, ваша мысль здрава, — кивнул ему и стал чертить на земле схему расстановки наших транспортных средств.

— Их ставим в круг, внутрь арбалетчиков, а верховые не дают врагу повозки растащить, — расшифровал Гаррай.

— Необходимо понять, какой нужен радиус и какое количество воинов будет выполнять ту или иную задачу, — дополнил я.

— Сделаем! — потер ладони офицер.

Чуть позже провели три тренировки, кучера, сразу сообразили, чего от них требуется, но происходили заминки и не сразу удалось добиться нужного результата. Вот только это не в боевой обстановке, когда необходимо спешить и не терять самообладания.

— Скоро будет придорожный трактир, остановимся на ночлег, а утром продолжим путь, — сказал я Иштании, когда та предложила устроить ночевку в поле.

— Граф, вы так молоды, а не романтик, — вздохнула дочь императора. — Посмотрите вокруг, как красиво! А вечер обещает быть тихим и теплым, в речке будет плескаться рыба, зачирикают птички…

— Заквакают жабы, зажужжат комары, начнет ухать филин, а из темного леса раздастся грозный рык зверя, — с улыбкой на лице перебил я девушку.

— Это же так замечательно! Давайте остановимся! — не испугалась та перспективы, которую обрисовал.

— Айлексис, не вздумайте поддаваться на провокацию! — предупредил Журбер. — Моим старым суставам нужна кровать, нормальный ужин, а такие ночевки, подозреваю, будут и не одна.

— Господин советник прав, — улыбнулся я Иштании, — сегодня переночуем в придорожном трактире.

Баронесса в разговор не вмешивалась, но судя по ее виду, предпочла бы остановиться в поле. Мы продолжили путь и вскоре добрались до трактира, оказавшегося полупустым. Нет посетителей, как и мало еды, хозяин заведения заверил, что всех накормит и разместит. Ну, солдаты поставили походные шатры, еду готовят сами, а нам пришлось ждать.

— Любезный, а давно у тебя заведение пустует? — задал вопрос трактирщику Журбер.

— Почитай с пару недель, если не больше, — наморщив лоб, ответил тот. — Но так ведь и не удивительно, сейчас никто не желает отправляться в путь, даже если есть причины. Оттягивают и откладываю.

— Слухи ходят, что на империю идут войной недруги? — уточнил советник императора.

— Не только, говорят, что под императором трон качается. Не так давно покушение было, а вскоре последуют и другие. Справится ли Волтур? Нет ответа, зато обычный люд пострадает, а купцы понесут убытки. Ничего, не первый раз такое, переживем. Куда страшнее, если северяне и орки объединятся с горшанцами. Вот тогда-то поплачем, — произнес трактирщик и нахмурился. — Ой, чего это я так разоткровенничался? — он подозрительно посмотрел на Журбера.

Бывший глава тайной канцелярии применил какую-то магию. От него исходят в магическом зрении этакие волны энергии, убаюкивающие и обволакивающие трактирщика. Как старик это сделал? Какое-то ментальное поле создал или заклинание расположения к собеседнику? Но далось-то Журберу это ох как непросто, по виску скатилась капля пота, пальцы в замок сцепил, но все равно вижу, что они подрагивают. Кстати, а почему бы не попытаться понять механизм заклинания? Что для этого сделать? Провести анализ на основании тех данных, которые имеются, надо только отобрать кусочек энергии и его изучить. Сказано — сделано! Приказал источнику отщипнуть часть от странного ментального поля вокруг трактирщика, заключить полученный кусочек в защитную магическую сферу, после чего попытаться понять, что она из себя представляет.

— Проследи, чтобы нашим дамам предоставили лучшие номера, — приказал хозяину заведения Журбер.

Девушки не заметили ничего странного, продолжили общаться и делиться впечатлениями. При этом перемыли косточки нашему лейтенанту, а еще стали сплетничать насчет моего денщика и белошвейки. Оказалось, Вайсак какое-то время ехал с Мирикой в фургоне и, дамы уверены, скрип раздавался не только из-за плохо смазанных колес. Но я не поверил, это их домыслы, если от Вайсака мог бы такого ожидать, то не от белошвейки. Хотя, инициатива могла и от нее исходить, как говорится, в тихом омуте черти водятся, исключения случаются.

И все было хорошо, ровно до того момента, когда ночью в мою комнату не ввалился Гунбарь с обнаженным мечом.

— Граф, беда! Дозорные вступили в бой, а на первом этаже завязалась стычка!

В два счета оделся, схватил оружие и бросился к номерам, которые заняли высокопоставленные спутники. Виноват, вломился без стука, Иштания в этот момент сняла ночнушку, а ее служанка подавала ей платье.

— Все нормально? — задал вопрос, отводя взгляд.

— А вы как думаете? — ехидно спросила дочь императора. — Граф, хотя бы дверь за собой прикрыли!

Так и поступил, при этом отвернувшись к стене.

— Где ваши телохранительницы? — спросил, мысленно себя отругав, что не проверил есть ли охрана у графини.

— Кто-то вещал, что тут безопасно, — вместо ответа, напомнила Иштания.

— Можно⁈ — раздался из-за двери голос Шипки.

— Входи, замок сломан, — хмыкнула дочь императора и обратилась ко мне: — Граф, я уже не голая, отомрите!

Чувствую, этот эпизод мне будут долго вспоминать. Зато было на что посмотреть! Ишта без одежды прямо-таки совершенна, правда, далеко не все смог рассмотреть, она боком стояла и об этом теперь сожалею.

— Сейчас не до мелких претензий, — буркнул я. — Что если бы кто-то в окно полез?

— Это вы о чем? — поинтересовалась бывшая бандерша входя в номер и держа в одной руке стилет, а в другой шпагу.

— Не бери в голову, — отмахнулась Иштания от подруги. — Айлексис, командуйте.

— Идем в номер к герцогу, — предложил я.

Журбер дрых! На глазах повязка для сна, в ушах затычки. Он настолько мне доверился или не ожидал, что на нас могут напасть? Но, надо отдать должное, проснулся стоило коснуться его плеча, прищурился и раздосадовано крякнул, после чего велел:

— Нам надо прорваться к шатрам воинов. Пошли!

— Стоять! — рыкнул я. — Трактир покидать нельзя, мы не понимаем происходящее. Гунбарь, что черт возьми происходит⁈

Мой телохранитель все это время контролировал коридор, на мой крик вошел в номер герцога и сказал:

— Враг атаковал наше расположение, численность не установлена, но, подозреваю, произвели отвлекающий удар, а в трактир направили десяток человек. Не ожидали, что на первом этаже будет столько воинов и увязли в стычке с ними.

— Идем, надо проверить, что и как, — принял я решение, а потом обвел взглядом номер.

На окне решетка, трактирщик позаботился об охране путников, которые у него останавливаются и это радует. Кстати, именно по этой причине и не пытался враг взобраться по стенам, следовательно, они знали об этой преграде.

— А мы? — прищурилась Иштания.

— Остаетесь здесь, — коротко ответил ей.

Шипка попыталась протестовать и даже сделала попытку пойти следом, но я закрыл перед ее носом дверь и попросил Гунбаря заблокировать замок. Тот не нашел ничего лучшего, как сбегать за стулом и подпереть его об дверную ручку. Нет, все же бывшая бандерша еще не до конца вспомнила, что является баронессой. Очень у нее богатый запас слов, которым позавидует портовый грузчик. Быстрым шагом дошел до лестницы, ведущий в зал трактира. Схватка в самом разгаре и моих воинов теснят в угол, а двое северян (в их одежде присутствует мех) и один орк уже поднимаются нам навстречу. Готовлюсь к бою, выставляя вперед острие шпаги и прикидываю, что у меня отличная позиция. Один за другим болты рассекают воздух. Первый северянин спотыкается, оружие из его рук падает, и он хватается за живот. Орк ломает перила и сваливается на пол, болт угодил ему в глаз. Но третий северянин каким-то чудом среагировал, уклонился, оттолкнул своего раненого товарища и одним прыжком, сразу через несколько ступеней оказался передо мной. Мой выпад отбит, но и я парирую удар. Гунбарь кричит, что ему закрываю обзор. Это он стрелял из арбалета! Северянин выхватывает какую-то склянку и швыряет ее об пол. Едкий противный запах и пар образуется мгновенно и заставляют меня отшатнуться. Еще один выстрел из арбалета и, судя по всему, мимо. Срабатывает инстинкт самосохранения, и я вновь отшатываюсь. Там, где секунду назад находилась моя голова дрожит рукоять ножа, лезвие почти все ушло в деревянное бревно. Падаю на колено и бью наотмашь круговым ударом. Есть! Достал-таки врага. Северянин же делает выпад, не зная, что я почти к полу припал. Моя шпага, устремляется снизу вверх, проходит вскользь по кольчуге и втыкается тому в подбородок. Противный хруст, воин умирает мгновенно, а я поспешно выдергиваю почти застрявшее острие.

С улицы доносятся крики, в трактир вваливается десяток наших бойцов и нападавшие предпринимают попытку спастись бегством. Мы с Гунбарем наблюдаем за боем со второго этажа. Четверка северян крутится как заведенная, пытается отбиться и на какой-то миг кажется, что у них получится. Вот только в дело вмешиваются телохранительницы Иштании. Воительницы залиты кровью чуть ли не с головы до ног. Похоже, они приняли активное участие в схватке. Не знаю кто из них, да это и не так важно, швыряет метательные ножи. Два из них находят цель, минус орк и северянин. С оставшимися двумя врагами, вторая телохранительница разделывается несколькими ударами парных мечей. В трактире наступает тишина и только раненые стонут.

— Где лейтенант? — повышаю голос.

— Его перевязывает целитель, — произносит одна из воительниц и вытирает с лица чужую кровь. — Графиня не пострадала?

— Она в комнате герцога, но вам лучше к ней не заходить, — отвечаю и дополняю, увидев, что телохранительницы не поняли: — Сперва в порядок себя приведите.

— Ясно, — хором выдыхают те.

Немного позже выясняется то, что спустя полтора часа, как затих лагерь, дозорные заметили орка, который неосмотрительно оступился и выругался. Мгновенно завязался бой. Почти все наши воины ринулись на врага, при этом Гаррай пытался призвать их отступить и взять в кольцо трактир, чтобы туда никто не проник. Лейтенант действовал правильно, но получил удар по голове и на какое-то время выпал из боя. В общем, ошибок много допустили и их предстоит разобрать, чтобы повторно не наступить на те же грабли. И, что самое неприятное и печальное. Мы потеряли сразу двадцать воинов, четырнадцать погибло, шестеро получили ранения, которые им не позволят продолжить путь. Еще у десятерых имеются неприятные раны, но по заверению целителя они не опасны для жизни и воины вскоре восстановятся.

— Этак если и дальше так пойдет, мы, не дойдя до границы останемся без воинов, — вздохнул я, когда на утро похоронили убитых.

— Ты этого не допустишь, — буркнул мрачный Журбер. — И не кори себя, твоей вины нет в случившемся. Я поговорил с телохранительницами Иштании, так вот, они высоко оценили подготовку врага. Нам сильно повезло, что отделались такими потерями.

Не могу с ним спорить, сам пришел к этому мнению и Гунбарь такие же доводы приводил. Нам помог случай и численный перевес, а еще удача оказалась на нашей стороне, что не маловажно. Однако, хоть убитых и не вернешь, но их жаль. С некоторыми я вместе ходил на абордаж, и парни себя показали с хорошей стороны. Посыпать голову пеплом и рвать волосы не собираюсь, здраво оцениваю произошедшее. Нас потрепали, но мы справились, а нападавшие понесли большие потери. Пятеро орков и тринадцать северян закопали в одной яме на опушке леса. Раненых среди врагов не оказалось, те предпочли покончить с собой, но не попадать в плен. Первые сутки в пути оказались очень и очень сложные, а впереди еще дальняя дорога.

Глава 19

ЗАСАДА

Глава 19. ЗАСАДА

В полуразрушенном трактире пришлось задержаться. Раненым оказывалась помощь, я с Журбером, лейтенантом и Гунбарем разбирали как так получилось, что прошляпили нападение. Гаррай пытался взять всю вину на себя, но ему не дал этого сделать герцог.

— Лейтенант, вашей вины в случившемся немного. На нас напали подготовленные бойцы, удивительно, что мы выстояли.

— Но нас же было намного больше, — хмуро сказал Гаррай.

— Это численное преимущество и сыграло, — ответил Журбер. — Айлексис, что думаете?

— Враг использовал тактику отвлечения, когда одна часть завязывала бой с нашими основными силами, а вторая незаметно проникала к цели. Не окажись на окнах решеток, а в зале наших воинов, то даже не знаю, чем бы все закончилось, — задумчиво произнес я и посмотрел на своего телохранителя, давая ему слово.

— Я такого же мнения, как господин граф, — покивал тот, подумал и добавил: — Согласен с уважаемым Журбером, никого не должно обмануть, что отряд врага состоял из северян и орков, среди них могли быть и горшанцы. Думаю, они действовали слишком самоуверенно, привыкли побеждать. А оказалось, что некоторые наши бойцы им не уступают, а телохранительницы графини Вилар и вовсе превосходят.

— Тем не менее, если подобное произойдет, то в первую очередь все должны защищать наших спутниц, а не пытаться добить или прогнать врага, — заключил я.

— Понял, — коротко ответил Гаррай.

Трактирщику заплатил герцог, выдал премию раненым. Я составил список погибших и написал Азалии, чтобы та позаботилась о их семьях. Послание трактирщик передаст с первой оказией, но если оно не дойдет, то в моих бумагах будет копия. Честно говоря, где-то в душе начинаю сомневаться, что наше путешествие окажется удачным. Но не понимаю несколько моментов и от этого в растерянности. С чего бы так охотиться за дочерью императора? У него еще есть дети и Иштания, насколько знаю, далеко не наследница. В том числе и править-то она не сможет. Но на нее открыта настоящая охота, а это очень печально. А что самое неприятное — это происходит на территории герцогства, в котором порядки устанавливает мой отец. Представляю, как он взбесится, когда узнает, что тут свободно разгуливают вражеские отряды. И вот из всего этого вытекает то, что в города нам заходить нельзя, в поместьях и замках вассалов не следует останавливаться, если только на сто процентов есть уверенность в безопасности. Но кто-то разве даст такую гарантию?

— Дамы, ваше желание ночевать на свежем воздухе в поле очень близко к исполнению, — объявил я Иштании и Шипке, когда мы собрались продолжить путь.

— Протестую, — буркнул Журбер, — придорожных трактиров по пути не счесть, в них лучше останавливаться. Там и обороняться легче, как показала практика.

— В города заезжать не планируется? — уточнила баронесса, внимательно посмотрев на свою компаньонку, словно что-то от нее ожидая.

— Я с графом Айлексисом согласна, — медленно произнесла дочь императора, — мне нельзя появляться в городах, но есть еще деревни, там вряд ли окажутся враги. Но, надеюсь, — она посмотрела на меня, — вы же удовлетворите потребность дам и будете кого-нибудь отправлять за покупками?

Не ожидал такого вопроса, а еще очень милого и просительного взгляда Иштании. Она с такой надеждой смотрит, что отказать очень непросто.

— Гм, если это не скажется на скорости каравана и потребуется что-то и нам, — медленно ответил.

Вроде и не отказал, но и не согласился. Графиню такой ответ не очень устроил, она хотела возразить, но Шипка положила ладошку на ее пальчики и сжала, предостерегая продолжать этот разговор. Правильно, сейчас давить нет смысла, меня попытаются просьбами замучить. Еще и Журбер не скрывает улыбки, наблюдая за нами. А Иштания капризно надула губки, глазки заблестели, мол сейчас расплачется, даже носом всхлипнула. Сидит в карете вся такая беззащитная и обиженная, просто вылитая Айка, когда ее поймали на горячем или она просит то, чего ей не дают. Кстати, частенько сестренке шли на уступки, в том числе если и не срабатывал такой вид, то она добивалась своего шантажом. Нет, не угрозами рассказать секреты, в этом плане из нее слово не выцыганишь, Айка делала так, чтобы человек сам взмолился и преподнес ей желаемое на блюдечке. Она у меня та еще манипуляторша!

— Графиня, вы очень похожи на мою младшую сестру, но у нее больше ресурсов и маневров, — глядя в глаза дочери императора, сказал я.

— Это почему? — поинтересовалась та.

— Она младше, пользуется тем, что ребенка наказывать нельзя и защитников всегда найдет, — ответил ей и так захотел по кончику носа девушку щелкнуть, что с трудом сдержался.

Пятнадцать дней в пути прошли без особых проблем. Впереди постоянно находился дозор из пяти воинов, но ничего подозрительного они не видели. Я беседовал с крестьянами, но и те не встречали групп незнакомцев, в том числе и купеческих обозов. Такое ощущение, что сгущаются тучи, все всё знают и готовятся к худшему. Увы, у людей нет выбора, они надеются, что оборона границы справится. Вот только в этом нет ни у меня уверенности, ни у Журбера.

— Граф, можно вас на минутку, — кивнул мне в сторону речушки советник императора, когда мы остановились на дневном привале.

— Что-то случилось? — поинтересовался я, когда мы отошли от сидящих на покрывале дам.

— Мы же недалеко от Суржанска, верно?

— Да, до него пару часов верхом, а с нашим темпом движения доберемся к вечеру. Но, в него не планирую заезжать, есть старый тракт, по которому направимся. Это даже позволит немного срезать, — ответил я.

— Выделите мне своего телохранителя и кого-нибудь к нему в помощь. Гунбаря хочу в городок отправить, есть там несколько доверенных людей, которые должны были получать сообщения для меня.

— Но вы же не знали, что пойдем именно этим маршрутом, — озадачился я.

— На самом деле, — усмехнулся герцог, — вариантов движения не так много. Я подстраховался, в большинстве городов по пути следования для меня должны доставлять сообщения. Граф, согласитесь, нельзя оставаться в неведении и пытаться выполнить приказ, который мог стать неактуальным.

— Информация нужна, спорить не буду, — ответил ему и призадумался, вспоминая карту местности.

Рискнуть и заехать в Суржанск? Люди устают и им необходим нормальный отдых. Но пока дорога не сильно вымотала, все трудности обещают быть впереди. А если остановимся на день или два, то противник наверняка получит сведения о нашем маршруте.

— Айлексис, ваш план мне нравится, мы стараемся не светиться и скрытно идти, — медленно произнес Журбер. — Конечно, есть в отряде усталость, но даже дамы не капризничают. Думаю, надо продолжать в том же духе.

Запасы продовольствия у нас имеются, мы их пополняем в деревнях. Иштания и Шипка не ноют, в этом герцог прав. Но почему мне хочется изменить маршрут? Интуиция? Надо послать разведчиков, пусть проверят заброшенный тракт, если там не окажется ничего подозрительного, то заходить в городок не будем. Так и поступил, Гаррай отправил сразу три группы разведчиков в разные стороны. Лейтенант высказал здравую мысль, что если за нами наблюдают, то не поймут, куда двинется караван.

— В дальнейшем также действуй, когда надо разведать путь и есть несколько других, по которым однозначно не пойдем, — принял я его предложение, прикинув, что отряд не сильно ослабнет, если дополнительно шестеро воинов займутся разведкой и попутно запутывая возможного противника.

Гаррай ушел, а я подозвал Гунбаря и объяснил ему, что требуется съездить в Суржанск, чтобы отправить почту и получить послания для Журбера. Телохранитель такому поручению не обрадовался.

— Господин граф, простите, но неужели никого другого не нашлось на роль обычного гонца? — мрачно поинтересовался у меня Гунбарь.

— Об этом попросил герцог, но ты же еще и умеешь по сторонам смотреть и многое подмечать, — чуть усмехнулся я. — Поговори с людьми, собери слухи и сплетни. Журбер прав в одном, нам нельзя оставаться в неведении. Думаю, такие вылазки будут частыми, хотя бы раз в несколько дней. Сейчас все быстро может поменяться, на это как-то надо реагировать. Честно говоря, сам бы не прочь съездить, но не могу, — кивнул в сторону сидящих дам, ауры у которых светятся от любопытства.

Девушки заметили, что начал отдавать распоряжения и им интересно, что происходит.

— Есть какие-нибудь пожелания, что из городка привезти? — подумав, спросил Гунбарь и чуть кивнул в сторону дам: — Чего-нибудь сладкого или безделушку какую? Им же приятно будет и не будут сильно дуться.

Хотел ему ответить, что ничего не нужно, но потом передумал. Он прав, если Иштания и Шипка узнают, что отправлял кого-то в город, а им не сказал, то точно обидятся. Надо подсластить пилюлю, чтобы не ругались.

— Купи сладостей, — подумав, сказал Гунбарю, а потом добавил: — С собой кого-нибудь возьми, одному не стоит ехать.

— Вайсака бы взял, а то он Марике уже надоедать стал, слишком большое внимание ей уделяет, — задумчиво ответил мой телохранитель, при этом он что-то скрыл.

Мой денщик ему зачем-то понадобился. Скорее всего, желает парню мозги вправить. Тот действительно к белошвейке пристает, а та уже от него бегать начинает. Ну, особо в караване не спрячешься, прикидывается, что занята, устала или от тряски голова разболелась. Вайсак же неугомонен, чуть ли не при всех клянется ей в любви, предлагает на привалах уединиться и поближе познакомиться. Марика же не желает с парнем крутить роман и переходить грань от кокетства к интимным взаимоотношениям.

— Бери, — согласился я. — Заодно и поговори с ним, чтобы не наглел. А то белошвейку от себя оттолкнет.

— Не пара она ему, — буркнул Гунбарь.

И что-то такое в ауре моего телохранителя промелькнуло, что я мысленно ругнулся. Мне еще любовных треугольников не хватало! И это в походе, когда в любой момент ждешь нападения.

— А как к этому сама Марика относится? — задумчиво спросил я.

— Господин граф, вы о чем? — сделал удивленное лицо телохранитель.

А ведь белошвейка при виде Гунбаря улыбается, часто ищет его глазами. И почему только сейчас понял? Хотя, а чтобы изменилось? Запрещать из них кому-то отношения не имею права, все люди взрослые.

— Гунбарь, не буду возражать, если у тебя с Марикой что-то получится. Только прошу, не обижай ее, после этой миссии на нее рассчитываю, она очень хорошо шьет и не боится экспериментировать, — медленно произнес я и увидел не частую улыбку на лице своего телохранителя. — Надеюсь, что конкурировать с Вайсаком будешь честно.

Он хотел что-то сказать. Явно собирался уверять в моем ошибочном мнении, но я ему кулак показал, и он промолчал, только кивнул. Все это не укрылось от Иштании, которая встала и направилась ко мне. При этом баронесса осталась на месте и лишь одобрительно качнула головой. Дамы что-то замыслили? От них всего можно ожидать!

— Граф, вы не прогуляетесь со мной? — спросила графиня, а у самой глаза светятся от любопытства.

— Нам скоро выдвигаться, — напомнил ей.

— Без нас караван не уйдет, — усмехнулась девушка. — У меня скоро мышцы ног ослабнут, если не буду прогуливаться. Что тогда делать станете? Не на руках же носить!

— Почему бы и нет.

Иштания с шага сбилась, покачнулась и схватилась за мой локоть.

— Чертовы каблуки, — буркнула моя спутница.

— И зачем туфли в дорогу надеваете? Ногам следует давать отдых.

— Меня учили, что к любым неожиданностям надо быть готовой. Что если подъедет принц на белом коне, а я без макияжа, да еще в лаптях.

— Почему в лаптях? — не понял ее ход мыслей.

— Значит против принца вы ничего не имеете?

— В текущей ситуации, нам новые люди, даже принцы, не нужны, — хмыкнул я.

— Ревнуете?

Да она вовсю флиртует! И пальчики продолжают лежать на моем локте.

— Разумеется, — утвердительно кивнул. — Что если вас какой-то хмырь уведет, как тогда поручение императора исполнить?

— Айлексис, вы именно поэтому куда-то отправили своего помощника? — спросила Иштания и сразу продолжила: — Слышала, тут недалеко какой-то городок. Неужели Гунбарь должен разведать обстановку и если там спокойно, то мы в него заедем?

— Нет, к сожалению, — покачал я головой.

— А если попрошу? — посмотрела она мне в глаза.

— Откажу, — в такт ответил ей.

— Ну, вот, так и знала, — она печально вздохнула, отпустила мою руку и резко развернулась.

Опять забыла про каблуки, а еще старалась скрыть раздражение, вот и запнулась. Точно бы лицо разбила, не подхвати я ее за талию.

— Спасибо, — буркнула графиня и шикнула: — Разогните же меня, а то со стороны непонятно чем занимаемся.

При этом у девушки в глазах бесята прыгают, а аура мечется, как загнанный зверек. И что же она пыталась изобразить? Случайно второй раз споткнулась или нет? Если разыграла падение, то сделала это мастерски. Удивило меня еще и то, что Шипка задав несколько вопросов своей компаньонке, принялась ту отчитывать. За что ругала я не понял, расслышать не удалось.

— Господин граф, разведчики ничего подозрительного на старом тракте не обнаружили, — доложил Гаррай, когда мы двинулись в путь.

— А другие? — уточнил я у него.

— Еще не вернулись, — развел тот руки в стороны.

А уже были должны, увлеклись или встретили кого? Если столкнулись с врагами, то нам следует поспешить.

— Черт возьми, на собственной территории приходится убегать, словно зайцы! — сказал вслух, при этом понимая, что другого выбора нет.

Силы же герцогства брошены на укрепления границы, точнее, усиление крепостей. При осаде тем предстоит сдерживать врага как можно дольше, дав время населению добраться до крупных городов, в которых большие гарнизоны и сдерживать штурмы готовы чуть ли не полгода. Ну, так уверяли отца его вассалы. В целом я с такими выводами согласен, но есть много в истории примеров, когда хорошо укрепленные, считающиеся неприступными города переходили к врагу спустя пару дней осады. А были случаи, что и вовсе передовой отряд захватывал открытые ворота и удерживал их до подхода основных сил. Надеюсь, в нашем герцогстве такого не случится. Правда, нельзя исключать предательства.

А трак-то оказался не таким и заброшенным, как считалось. Местами дорога разбита и повозки с каретой с трудом преодолевают грязь.

— Что-то это мне не нравится, — задумчиво сказал я, увидев вдали несколько больших деревьев, упавших на тракт и перегораживающих путь.

— Засада? — вопросительно посмотрел на меня лейтенант.

Мы с ним немного вперед каравана выехали и теперь остановились.

— Буря не так давно прошлась по этим местам, — указал один из воинов в сторону леса. — Вон какие деревья с корнями ветер повалил.

В его словах есть толика правды, но только лишь часть. А то, как в лесу повалены ели и лиственницы, то нет сомнений, впереди рукотворный затор.

— В круг! — вскинул я руку вверх, призывая кучеров выполнить заранее отрепетированное действо.

— Дорога не такая широкая, не хватит им места для маневра, — выдохнул Гаррай, обнажая меч.

Позади каравана, метрах в ста от последней повозки, обрушились на дорогу два больших дерева. Нас берут в тиски, это уже и дурак бы догадался. Я направил лошадь к карете с девушками и герцогом, в этот момент воздух буквально засвистел от полетов болтов.

— На пол! Ложитесь на пол! — заорал я, надеясь, что девушки не станут жалеть свои платья.

Лошадь подо мной споткнулась, как-то всхрипнула и стала заваливаться на бок. Успел разглядеть, что чуть ниже уха торчит болт. Как успел выпрыгнуть и перекатиться под фургон? Засаду устроили грамотно, пытаются как можно больше выбить моих воинов, но те уже ломанулись в сторону, откуда стреляли. В этот раз Гаррай правильно поступил, прятаться нет смысла, нас бы всех, как куропаток, перестреляли. Сколько же было арбалетчиков? Человек десять, не больше. Это в первый момент показалось, что стрелявших очень много. Кстати, а вот и те, кто должен исполнить чью-то задумку. Чуть правее кареты, пригибаясь, на дороге появилось трое бойцов. На их пути встал один из наших солдат, выставив перед собой меч. Я не стал медлить, поспешил к нему на помощь, со стороны транспорта, который скрывает меня от глаз врага. Успел! К нашему солдату подоспело двое товарищей, и они пытаются сдержать противника. Правда, шансов у них мало. Вот один получил колотую рану в живот и завалился у задка кареты. Один из нападавших рассмеялся и достал метательные ножи. Хлесткий удар шпагой по его шее, и он уже не улыбнется! Выпад и острие моего оружия беспрепятственно входит под левую лопатку второго. Третий же отпрыгивает в сторону и скалится, у него парные мечи и владеет он ими замечательно. Когда только успел нанести раны двоим моим воинам? Один привалился к карете и зажимает рану на плече, у второго неестественно повернута голова, похоже, удар был плашмя и сломал парню шею.

— И что ты тут забыл? — спрашиваю врага, прикидывая свои шансы.

В бою надо быть реалистом, мне со шпагой и кинжалом не сдержать мастера парных клинков.

— Это тебя не касается, ты уже труп, — усмехается тот.

Черт, где же мои оставшиеся воины или хотя бы телохранительницы Иштании? Неужели воительницы пренебрегли указаниями и бросились в гущу сражения? Велю их выпороть за такое! И плевать, что графиня попытается воспротивиться!

— Уверен? — криво усмехаюсь, а сам прислушиваюсь к лязгу оружия, вскрикам и треску веток в лесу.

Похоже, мы столкнулись с самым большим отрядом, засланным по наши души. Черт, как разведчики проглядели засаду? А с другой стороны, мы слишком медлительно двигались, если заранее подготовили ловушки, а потом дожидались по какой дороге пойдем, то могли легко обогнать, дождаться и вступить в бой. Скорее всего так и произошло.

— Граф, я вам помогу, — мрачно сказала Шипка, выпрыгнув из кареты и держа в руке шпагу. — Мы вдвоем эту мразь быстро убьем.

У бывшей владелицы дома удовольствий испачкано в крови платье. Волосы растрепаны, губы поджаты, а в глазах злая решимость.

— Ранена? — коротко спросил я.

Она не успела ответить, нам не дал поговорить вражеский воин. Вроде бы это горшанец, если судить по одежде и чуть смуглому оттенку кожи. Ему лет двадцать пять, примерно одного роста со мной и мечами владеет отменно.

— Не мешай! — я рыкнул на Шипку стараясь не подпустить врага на расстояние удара. — Охраняй карету!

Меч против шпаги? Жало моего клинка выплетает узоры и грозит нанести укол в различные места. В данном случае длина имеет значение и пытаюсь это использовать, хотя и понимаю, что если инстинктивно захочу парировать удар, то мгновенно проиграю. Поэтому-то и не спешу делать выпад, один промах или неверное движение и переиграть никто не даст.

— Что ты бегаешь и юлишь, — цедит враг, явно имеющий благородное происхождение. — Не трусь, дерись как подобает мужчине!

— То-то ты со своими людьми из засады атаковал, — отвечаю, неожиданно осознавая, что у нас с ним патовая ситуация складывается. — И кто ты сам после этого?

Враг морщится, он надеется, как и я, что кто-нибудь придет на помощь. Баронесса привалилась к двери кареты и на ее лице успел заметить боль утраты. Неужели дочь императора погибла? А что, если Иштания серьезно ранена? А может быть пострадал Журбер? Черт! Почему к нам никто не торопится⁈ Хотя, прошло слишком мало времени, какие-то пару минут, показавшиеся чуть ли не вечностью. Горшанец меня продолжает теснить, а в один момент его клинок встретился с моим. Удар оказался очень сильным, шпага жалобно тренькнула и переломилась. И именно в этот момент мне пришла помощь, которую не ожидал. Марика, хрупкая белошвейка, где-то взяла оглоблю и умудрилась ударить ей по спине горшанца. Того качнуло в мою сторону, у него уже начавшийся замах меча вышел неуклюжий. Зато я этим воспользовался, не отпрыгнул, а сделал шаг вперед и вонзил обломок лезвия шпаги в грудь врага. На этом не успокоился, кинжалом ударил в район печени. Не знаю какой удар оказался смертельным, но враг беззвучно упал к моим ногам.

— Благодарю, — улыбнулся я белошвейке.

— Всегда пожалуйста, — выдохнула та и неестественно засмеялась.

— Успокойся, все нормально, идем, нужна помощь, ищи целителя! И вообще, где все попрятались, когда они так нужны? — говорю громко, а сам спешу к карете.

— Там… Там… — шепчет Шипка, которая сама на себя не похожа.

Не слушаю ее, отодвигаю в сторону и дергаю дверь кареты на себя, приготовившись увидеть страшное. Первое что бросается в глаза — сидящая на коленях Иштания, по лицу которой течет пот, губы шевелятся, одна ее ладонь лежит на груди Журбера, а вторая зажимает рану на его животе. От дочери императора вливаются в старика жизненные силы и целительская магия. Вот только поток последней почти иссяк, графиня уже сама не понимает, что творит. Точнее, она делится своей жизнью. При этом герцог продолжает терять кровь, а еще и на его лице ссадина, а на лбу шишка.

— Где целитель⁈ — оборачиваюсь и ору.

— Уже веду, — кричит в ответ Марика, — господин получил болт в ногу.

— Помоги им! Ты чего застыла? — говорю Шипке, а потом добавляю: — Будешь медлить, и твой дядя или кто он там тебе не выживет!

Кладу ладони поверх холодных пальчиков Иштании и мысленно рычу на свой небольшой источник, чтобы тот наконец проснулся и помог. Удивительно, но у меня получается. Кожу начинает покалывать, небольшие искорки впиваются в начавшие теплеть пальчики графини.

— Все будет хорошо, — шепчу, ощущая, как происходит отток сил.

Если Журбер не оправится от ран, то даже не представляю, как быть. Продолжить путь к горцам? И что мы там будем делать, о чем переговариваться? Впрочем, герцог наверняка об этом позаботился и оставил инструкции. Не тот он человек, чтобы все пускать на самотек. Но он мне нужен живым, черт бы его побрал! Надо сделать все возможное, чтобы спасти старика. Мысленно приказываю своему источнику ускорить регенерацию у раненого. Получится или нет? Выигран ли бой у нападавших и не все ли напрасно? Пока нет ответов, борюсь с тем, чтобы не потерять сознание. Сейчас этого никак нельзя допустить.

Эпилог

Эпилог

Ночь, ветер, дождь в лицо, луна редко выглядывает из-за туч, лесная дорога разбита. Наш отряд уходит от погони и это на территории империи и в моем герцогстве. Но уже не удивляюсь такому, привык и в какой-то степени смирился. Ну, как смирился, нет, принял, но надеюсь когда-то наведу порядок. Не завтра, так послезавтра. В последней стычке с врагом пришлось в очередной раз разделиться. Почему враг всеми силами препятствует, чтобы не добрались до горцев? Чего он боится и что задумал наш император? Мы с Журбером это много раз обсуждали, но так и не смогли прийти к однозначным выводам. Советник императора передал мне документы, поведал много тайн и какие ему дал поручения Волтур. Но, или он не все сказал, либо и ему далеко не все известно. Сам же Журбер сейчас немного восстановился, уже не умирает, после того как мы попали в засаду на тракте, и он получил ранения. Честно говоря, не верилось, что он выкарабкается. Целитель дал неутешительный прогноз, но Иштания боролась за жизнь герцога, требовала от меня ей помогать, грозила Шипке, что ее побьет, если та продолжит при Журбере рыдать. Удивительно, бывшая бандерша, жесткая и волевая, не выдержала возможной потери своего родственника, с которым недавно примирилась. Думаю, слезы баронессы тоже оказали положительный эффект на выздоровление раненого. Старику они были как бальзам на рану. А вот людей в той схватке мы потеряли много, большую часть отряда положили. Правда, как оказалось, нападавших было всего на десяток меньше. С пленными беседовал Гунбарь, подоспевший к самому концу битвы. Они с Вайсаком сходу вступили в драчку. Мой денщик получил пару царапин, чем впоследствии пытался привлечь внимание Марики. Но та его продолжила игнорировать, точнее, держала на расстояние. Эх, жаль парня, глупо погиб. Мы проезжали недалеко от одного городка, так Вайсак захотел удивить белошвейку. Вызвался привезти ей свежих булочек, рванул в сторону городка, а наперерез нашему отряду выдвинулся вражеский. Расстояние было приличное, мы только могли наблюдать, как парень вступил в схватку сразу с тремя верховыми и почти мгновенно упал с коня. Да, многих потеряли и, наверное, в этом есть моя вина, как командира. Плохо организовал поход. Дисциплина хромала, точнее, заранее обговоренные детали, как действовать в бою забывались. Азарт, злость — плохой советчик. Но и понять ведь могу, тяжело, когда на твоих глазах убивают близких. Тогда, на тракте, при возвращении остатков наших воинов из леса, я хотел рвать и метать! Большинство тех, кто должен был охранять карету и фургоны бросились сражаться.

— Где те, кому поручил не отходить далеко от кареты и повозок? — спросил своих воинов, чуть хриплым и уставшим голосом. — За такое отдают под суд и отправляют в каменоломни. Это легко расценить как предательство во время боевых действий, — перегнул, но не далек от истины.

— Граф, те охранники погибли, — подошел ко мне Гаррай.

— Лейтенант, почему почти все воины оставили караван и бросились в бой? Где вы были сами и почему не озаботились о тех, кого обязаны защищать?

— Виноват, готов понести наказание, — ответил тот, но потом, чуть слышно сказал: — Не уничтожь мы отряд противника, то все бы полегли.

— Ладно, потом об этом, — не стал с ним спорить, другие проблемы более насущны. — Сколько у нас потерь и раненых, кто способен продолжить путь?

Оказалось, что осталось всего-то пятнадцать боеспособных воинов. Предстояло вновь пополнить отряд, а сделать это как оказалось не так-то просто. Не зайдешь в какой-нибудь город и не потребуешь выделить из гарнизона пару десятков воинов. Нет, мои верительные грамоты такое позволяли, вот только доверять непроверенным людям с оружием сложно. И тем не менее, пришлось поступить именно так. Увы, сплоченности в отряде не получилось, да и какая она может быть, когда чем ближе подходили к границе, тем чаще на нас нападали и устраивали засады. Но я упорно вел вперед остатки каравана, от которого осталась пролетка, да фургон. От передвижения в карете отказались еще на том тракте, необходимо было доставить раненых в Суржанск, тела погибших, чтобы их похоронили с почестями. А дамы выразили желание передвигаться верхом или в фургоне, рядом с Журбером, чтобы за ним ухаживать. В той стычке случилась еще одна утрата, погибла телохранительница Иштании. Когда начался обстрел из арбалетов, Марба прикрыла собой дочь императора, получила три болта и почти мгновенно умерла. Как оказалось, ее сестра потеряла самоконтроль, Зурба покаялась, что на нее нашло помутнение и вперед толкнуло горе утраты. Она пришла в себя в лесу, в окружении десятка трупов врагов и только тогда осознала, что графиню бросила. Узнав же, что та подвергалась опасности, то просила, чтобы ее казнил.

— Зурба, не дури, ты же вновь подставишь под удар свою госпожу, — отведя воительницу в сторону, сказал я ей. — Или твоя смерть что-то исправит? Вернет сестру и на госпоже Вилар окажется сильная защита? Нет, ты нужна живой и здоровой! К тому же, ничего страшного не случилось, считай, что тебя я подстраховал.

— Почему вы так говорите и пытаетесь меня успокоить? Я же виновата! — воскликнула воительница и склонила голову.

— Так отработай! — рыкнул я на нее. — Исполняй свои обязанности в разы лучше! Будь предана своей госпоже.

Ну, зря я так тогда говорил. Зурба и в самом деле послушалась, стала тенью Иштании, выполняет любой ее каприз, если тот не сказывается на безопасности. Мало того, она еще и вселяет уверенность в дочь императора, а в редкие моменты отдыха обучала ее приемам нетипичным для дам. Нет, я-то ничего против не имею, если на девушку насильник нападет, а та в ответ ему готова кое-что оторвать, ну, руку или голову, а может что-то и другое. Зурба так это в красках объясняла, что некоторые молодые воины в отряде краснели и смущались, а Иштания держала маску, только хихикала. Вот и получается, что невольно стал виновником в том, что графиню плохому научили. На самом деле, мы все как-то сдружились, за время нашего путешествия, стали друг другу доверять.

— Айлексис! Остановись! — воскликнула поравнявшаяся со мной Шипка.

— Что случилось? — заставляя лошадь сбавить шаг, спросил я.

— Пролетка, она чуть не перевернулась!

В темноте плохо видно, позади, метрах в ста, наши воины суетятся у покосившегося экипажа. Кучер мне пару раз жаловался на ось, мол долго та не выдержит и ее надо менять.

— Журбер не пострадал? — спросил я, направляясь к месту, где случилась авария.

У герцога появилась шишка на лбу, чему он, как ни странно, обрадовался.

— Граф, чему удивляетесь? Шею-то себе не сломал! — хмыкнул старик.

— В фургон перебирайтесь, — сказал ему и велел воинам: — Пролетку с дороги оттащить, ремонтировать ее нет времени.

— Фургон тоже придется бросить, — мрачно сказал подъехавший Гаррай. — За нами два отряда увязалась, численность около сотни. Минут через пятнадцать-двадцать здесь будут. До крепости осталось километров пять, нам надо спешить, если от нее отрежут, то…

— Не продолжай, все понятно! — отмахнулся я. — Возьми десяток воинов и попытайся сбить врага со следа. В бой не вздумай вступать, когда поймешь, что выхода нет, то уводи людей в ближайший город.

— Граф, не волнуйтесь, не в первый раз! — широко улыбнулся лейтенант. — Минут двадцать-тридцать для вас выиграю и к крепости рвану. Похоже, не сегодня-завтра враг начнет наступление, все на это указывает. Слишком большой численностью отряды по нашим землям гуляют.

Согласен, через границу орки и северяне переходят небольшими группами, не вступая с пограничниками в бой. Потом собираются в отряды и пытаются контролировать дороги и мосты. Ждут основные силы, которые вот-вот начнут атаку. Еще и из столицы приходили разноречивые сведения. Волтур делает все, чтобы перетянуть на свою сторону те герцогства, которые колеблются. Сообщали, что император мятеж в зародыше подавил, а были письма, что правитель чуть ли не под арестом, но об этом объявлять не спешат. Чему верить? Своим глазам! Враг собирается отобрать крышу над головой, какой еще к чертям мятеж⁈ Надо забыть распри и объединиться перед угрозой. Но, нет, столица от границы далеко, там благородные дамы и господа считают, что их война стороной обойдет, а пока они попытаются занять лучшее местечко. В общем, империю лихорадит и этим пытаются воспользоваться другие государства. Не удивлюсь, если внутренние проблемы как раз они и организовали. Бывший глава тайной канцелярии считает, что сложились сразу несколько факторов.

— Поспешим! — оглядел я оставшуюся часть отряда. — Страховать друг друга и внимательно смотреть по сторонам!

Сильную скорость развить по плохой дороге нельзя, но и медленно не поедешь, это окажется сродни самоубийству. Прекрасно отдаю себе отчет, что с сотней подготовленных воинов нам не справиться. Мы все устали, давно не мылись, одежда в грязи, дамы в мужских костюмах. А первый раз, когда им предложил сменить наряды, Иштания и Шипка упирались, но сейчас уже об этом забыли. Кстати, девушек такой облик ни грамма не испортил, выглядят все так же привлекательно. Марика их убедила и даже немного фасон кителей подправила, кое-где пришила кружева и получилась вполне себе женская военная форма. Первой ее оценила Зурба, но ей форма привычна, зато появилась женственность, и ухажеры не заставили себя долго ждать. Не знаю точно скольких она учила уму разуму, но время от времени появлялись среди солдат фингалы, разбитые носы, а некоторые даже в седле плохо держались. Пришлось с ней поговорить.

— Зурба, ты от наших воинов решила избавиться? — спросил я воительницу, когда после какого-то ночлега сразу двое парней ходили словно утки. — Они верхом ездить не смогут.

— Почему не смогут? — хмыкнула та. — Господин граф, не переживайте, усидят в седле, а то, что болеть некая часть тела будет, так это им урок. Не следовало пытаться за мной подсматривать, а потом на непристойности склонить. Вдвоем решили справиться, если не соглашусь, раз думали тем, что у них между ног, так теперь пусть о нем и беспокоятся.

— Ты в своем праве, не осуждаю, однако, давай ты им лучше синяки на лицах оставляй, словно метки, а то в бою будут бесполезны, — попросил я Зурбу и та, подумав, согласилась.

Вот наши воины и сверкали, кто сходящими синяками, а кто свежими фингалами. И ведь знали, что получат по лицу, но все равно чуть ли не каждый день находился тот, кто испытывал удачу. А один воин, невысокий, весельчак, уже пять раз, если не больше, с ее кулаком знакомился. В общем, поход выдался непростой, в нем многому научился, в том числе и Журбер меня натаскивал, непонятно к чему пытаясь подготовить.

— Айлексис, графиня начинает замедляться, ее в седле качает! — предупредила Шипка.

Иштания на ходу засыпает, точнее, у нее все меньше сил и об этом аура свидетельствует.

— Госпожа опять мой приказ нарушила? — спросил я, приблизившись к девушке.

— Граф, о чем это вы? — сделала невинное лицо дочь императора.

— Если у нас в отряде нет целителя, то это не значит, что кто-то должен вычерпывать свои силы, — покачал головой, при этом зная, что ворчать бесполезно.

Графине хоть кол на голове теши, а она все равно будет помогать пострадавшему. И ведь от меня пытаются скрыть, что не только Журбера лечит. Она и простым солдатам помогает, а те за нее готовы в огонь и в воду. Кстати, тот весельчак, что запал на Зурбу, даже осмелился совета у Иштании просить, как мол воительницу завоевать. Девушка ему посоветовала найти то, в чем он может ее телохранительницу превзойти. Тогда та, возможно, обратит на парня внимание. Ну, не знаю, габариты у них сильно различаются. Если сойдутся, то парню никто не позавидует, как только провинится, так сразу будет бит.

— Кто же знал, что опять придется удирать, — выдохнула Иштания.

— Перебирайся ко мне, а то ведь точно свалишься, — подумав, предложил графине.

Рядом с ней едет воительница, которая хотела что-то сказать, даже рот приоткрыла, но потом губы поджала. Мне показалось или ей графиня велела молчать?

— Граф, вы так любезны, — усаживаясь передо мной, проворковала Иштания.

Неужели флиртует? И нашла же время! Саму аж покачивает, аура блеклая, глаза закрываются, а все туда же! Не стал ей ничего отвечать, пришпорил лошадь. А буквально через пять минут меня нагнал один из дозорных, оставленных позади, чтобы следить за врагом.

— Господин, лейтенант увел за собой преследователей, но большая часть из них вернулась и двинулась по нашим следам. Их скорость намного больше, если не взвинтить темп, то они нас быстро настигнут, а еще необходимо, чтобы в крепости ворота нам открыли, — произнес воин, с удивлением рассматривая спящую Иштанию, которую приходится обнимать, чтобы не свалилась.

— Черт! — ругнулся я и крикнул: — Ходу! Во весь опор! Нам нельзя медлить!

— Господин граф, может мне пару воинов взять и рвануть к крепости, чтобы убедить открыть ворота? — произнес воин.

— Вряд ли они так сделают, — отрицательно качнул я головой. — Впрочем, давай, гони, чтобы сообщили коменданту о том, кто желает укрыться в крепости.

Набрать отряду максимально возможную скорость нельзя, тогда будут отстающие, приходится приноравливаться к тем, кто плохо в седле держится. В какой-то момент воительница забрала к себе герцога, тот из сил выбился. Темп у нас сразу возрос, вот только, когда до крепости осталось рукой подать и мы выехали на поле, то слева увидели верховых.

— К бою! — выкрикнул я, вытаскивая меч из ножен.

Опасность оказалась ложной, это лейтенант к нам присоединился. Похоже, он узнал, что уловка не сработала. Ну, если честно, то любой следопыт сразу бы определил, что мы разделились, отпечатки копыт на сырой земле отчетливо видны.

Защитников крепости не пришлось уговаривать, чтобы те нас впустили. Комендант отдал приказ опустить мост через ров и открыть ворота, как только я назвал себя и своих спутников. Правда, когда мы оказались за стенами, то в нас нацелили десятка три арбалетов. Одно неверное движение и нафаршировали бы болтами. Численный перевес далеко не на нашей стороне, комендант ничем не рисковал.

— Мои верительные бумаги, — сказал я, доставая из внутреннего кармана документы.

— Бург, старый ты чертяка, неужели мне на слово не поверишь? — усмехнулся Журбер, глядя на полковника.

Полностью седой, но статный и крепкий комендант прищурился, его зрачки расширились.

— Отбой тревоги! — гаркнул полковник. — Неужели это тот, кто мне задолжал пять золотых?

— О чем это ты? Какие еще золотые? Ты мне тогда проиграл!

— Но ты мухлевал и был пойман, — подходя к лошади воительницы, сказал полковник.

— Без доказательств, поэтому сошлись на том, что ничья, — покачал головой Журбер.

— Это ты так решил, а у меня было другое мнение. Кстати, чего сидишь и слезаешь? Или в объятиях дамы поплыл?

— Господин герцог недавно получил раны, он слаб, — произнесла Зурба, вступившись за Журбера.

В общем, нас встретили как родных! Накормили, организовали баню, в которую меня дамы почему-то отказались с собой взять. А ведь после такой скачки и последних дней пути почти без сна, я для них угрозы не представлял, ну, наверное, но это не точно. Вот только всю радость, как рукой сняло, когда собрались в кабинете коменданта крепости.

— Как понимаю, вы плохо знаете реальность, — произнес Бург, осматривая собравшихся.

Иштания невозмутима, Шипка задумчива, Журбер, как обычно хмур, а я, честно говоря, готов ко всему.

— Почему же, — пожал плечами бывший глава тайной канцелярии, — у нас есть глаза, многое на пути повидали. Граница плохо охраняется, если по земле герцогства спокойно разгуливают передовые отряды врага.

— А они не передовые, — поморщился полковник, — те только подходят, а те что за вами охотились именно такую имели задачу.

— Откуда знаешь? — подался вперед Журбер.

— Думаешь у меня нет глаз и ушей? — криво усмехнулся Бург.

— Но не помог, так как не хотел ослаблять гарнизон, — потер подбородок герцог.

Полковник ничего не ответил, улыбнулся и утвердительно кивнул.

— Как насчет того, чтобы проводить нас на территорию горцев? — задал я вопрос.

— А ее со стен видно, тут же рукой подать, сразу за рекой, — ответил комендант крепости. — Проблема лишь в том, что туда стягивают силы северяне и орки. Вряд ли они вас пропустят.

— Тайные тропы? — задала вопрос баронесса. — Уверена, вы знаете как и где контрабандисты границу пересекают.

— Догадываюсь, — улыбнулся Бург. — Попытаться пройти можно, хотя шансов мало. Надо все продумать и взвесить, но я бы на такой риск не пошел.

— Господин Айлексис, вам решать, — перевел на меня стрелки Журбер.

И что ответить? Приказ императора у меня имеется. Возможность? Вроде бы есть. Риски? Они высоки, но ведь без них никуда. Целесообразность? А вот тут сложнее. Понятия не имею, что ждет графиню Вилар у горцев. Далеко не все рассказал герцог, который мне давал бумаги на хранение, но прочесть я их не мог. Документы были запечатаны личной печатью Журбера. Да и не хотел этого делать, уже зная, что в зависимости от ситуации, бывший глава тайной канцелярии предложит тот или иной вариант правителю горцев. Но вот нюансы мне были неизвестны и в этом беда.

— В любом случае, нам надо пару дней на отдых, — медленно произношу я. — Мы все вымотались, а господин Журбер и вовсе с трудом сидит в кресле. До цели не так далеко, но добраться сложнее, чем всем казалось. Если примем решение продолжить путь, то уже не таким большим отрядом. А еще, считаю, что нам необходимо понять, что происходит в столице. Этак можем сами себя в ловушку загнать.

Иштания меня внимательно слушала, явно не согласилась с моим последним предположением. Честно говоря, в это тоже не верю, иначе бы на нас не устраивали охоту и не гоняли словно зайцев.

— Граф, лукавите, взяли время для размышления, — улыбнулся Журбер. — И это мудро и правильно. Необходимо измерять собственные силы и возможности, прежде чем на что-то решаться. Думаю, дня через два-три, мы к этому вопросу вернемся.

— Совершенно верно, — невозмутимо ответил ему.

Мысленно же решал, что рассказать отцу и о чем его спросить. Непонятно, когда смогу попасть домой, а ведь я нужен в герцогстве. Грядет война, потребуется оборонять города и сдерживать врага. А еще хочется защитить сестер и брата, обычных подданных. Вот же удивительно, какую сам на себя взваливаю ответственность! И ведь в своем мире о подобном не помышлял, а в этом, получив возможность продолжить жить и знания своего двойника воспринимаю, как само собой разумеющееся. Н-да, как же сильно изменился! Очень многому научился, а еще и магией теперь владею. Правда, маг из меня плохонький, но получается больше, чем у моего предшественника. Надеюсь, сумею и в этом направлении развиться. И, что самое удивительное, этот мир стал моим, без него и друзей себя уже не представляю.

— Господин комендант! Враг двинулся на крепость! — влетел в кабинет помощник полковника. — Похоже попытаются сходу атаковать!

— Боевую тревогу, все на стены! — подскочил Бург.

Я последовал за ним, предварительно запретив дамам предпринимать какие-то шаги и вообще покидать отведенные им покои. Ну, переборщил, согласен, но среди защитников крепости им точно не место. Одного не понимаю, с чего это так враг ускорился? Еще пару минут назад комендант крепости был уверен, что вторжение начнется не раньше, чем через пару недель, а может и позже. Что изменилось? Ну, на эти вопросы, возможно, получу ответы, но не сейчас. Надо готовиться к отражению вражеской атаки…

Содержание:

ДВОЙНИК

Аннотация:

Пролог

Глава 1. Двойник

Глава 2. В столице

Глава 3. В дорогу

Глава 4. Пуртанск

Глава 5. Нет реальной власти

Глава 6. Противостояние

Глава 7. Поиск решения

Глава 8. На абордаж

Глава 9. Слово надо держать

Глава 10. Празднование

Глава 11. Последствия авантюры

Глава 12. Подготовка к походу

Глава 13. Встреча

Глава 14. Советник императора

Глава 15. Подбор людей

Глава 16. У каждого секреты

Глава 17. Недостающие штрихи

Глава 18. Сутки в пути

Глава 19. Засада

Эпилог

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом , где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.

У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность» .

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Двойник

Content

Двойник

Пролог

Глава 1 ДВОЙНИК

Глава 2 В СТОЛИЦЕ

Глава 3 В ДОРОГУ

Глава 4 ПУРТАНСК

Глава 5 НЕТ РЕАЛЬНОЙ ВЛАСТИ

Глава 6 ПРОТИВОСТОЯНИЕ

Глава 7 ПОИСК РЕШЕНИЯ

Глава 8 НА АБОРДАЖ

Глава 9 СЛОВО НАДО ДЕРЖАТЬ

Глава 10 ПРАЗДНОВАНИЕ

Глава 11 ПОСЛЕДСТВИЯ АВАНТЮРЫ

Глава 12 ПОДГОТОВКА К ПОХОДУ

Глава 13 ВСТРЕЧА

Глава 14 СОВЕТНИК ИМПЕРАТОРА

Глава 15 ПОДБОР ЛЮДЕЙ

Глава 16 У КАЖДОГО СЕКРЕТЫ

Глава 17 НЕДОСТАЮЩИЕ ШТРИХИ

Глава 18 СУТКИ В ПУТИ

Глава 19 ЗАСАДА

Эпилог

Nota bene