Демон рода Шосе-5

Глава 1

Время постоянно течет, не замедляя свой ход, и от этого убийцы нигде не скрыться. Мы все время бежим, стараясь все успеть, но время смотрит на нас и неумолимо отсчитывает свой ход, секунду за секундой, час за часом, год за годом. Есть только одно место, где время уже не имеет значение, где серый камень, покрытый зеленым мхом, является последним прибежищем для тысяч и тысяч тех, что раньше спешили и куда-то бежали, а теперь лежат здесь. Здесь никто никуда не спешит.

Невеселые мысли в моей голове струились непрерывным потоком все то время, пока я неспешно брёл между стройными рядами могил. Здесь покоились тысячи людей, здесь были и те, чья кровь на моих руках, я боялся даже представить, сколько здесь тех, что погибли от моих рук. И моя сейчас задача успокоиться и не увеличить их количество. Руки сами сжимались в кулаки, но я знал — нельзя. Несколько раз я менял свой маршрут, на столичном кладбище я был не частым гостем и блуждать здесь было проще простого, но мне было к кому здесь прийти.

На этот раз я не стал подходить к кладбищенской территории рода Шосе, а издали в пояс поклонился Изаме Шосе, его памятник стоит рядом с могилами Каори и Эйко. Это сейчас мама с сестрой шутят про свои пустые могилы, которые по сей день их ждут, но сегодня я шел не к деду, я шел к тому, кто когда-то защищал эти могилы, в которых не лежали ни сестра, ни мама. Тогда он этого не знал и был готов с оружием в руках защищать их покой. Ряды могил все не хотели кончаться, но я наконец все-таки выбрал правильное направление и уже был недалеко от территории, где покоились члены клана Райдзин.

За мной на небольшом удалении следовала моя охрана из пятерки владеющих, которых выделили кланы для охраны такого важного меня, но в бою они будут скорее помехой, да и задача их была шпионить за мной, а не охранять. За ними следовала десятка моих бойцов, что на своих плечах несли не только свое вооружение, но и то немногое оружие, что предназначается мне. Я сам могу себя защитить, но сейчас ни в клановой охране, ни в несущих на груди знак демона из отдельного батальона имперских войск не было нужды, они бы только мешали моей встрече.

— Оставьте меня одного, — негромко произнес я и, мельком посмотрев на клановую охрану, двинулся дальше. Я видел, как охрана от кланов сделала шаг за мной и в воздухе раздался синхронный удар десятков передернутых затворов. Несущие знак демона нацелили свое оружие на клановую охрану, так и не посмевшую сделать второй шаг. Моим бойцам было плевать на то, что они не соперники этой группе владеющих, для них моя просьба была приказом, а охрана от кланов уже не раз проявляла неуважение. Вот только здесь, на кладбище, им это было более всего непозволительно, так что владеющим пришлось проглотить это унижение от пустых солдат, так как я буду на стороне своих бойцов и жизни клановой охраны сейчас не стоили для меня ничего.

Шаг за шагом я удалялся от охраны, что молча сверлила ненавидящим взором застывших с оружием бойцов. С каждым шагом я приближался к неприметной серой надгробной плите, на которой было выбито имя: Айко Райдзин. Его похоронили как полноценного члена клана, несмотря на то, что он был пустым, и сейчас мой отец покоился среди владеющих. Традиция разрозненного погребения более не существовала для клана Райдзин, кладбищенские территории для пустых и владеющих больше не существовали. Для Райдзин был важен каждый член клана.

У каждой могилы стояла небольшая скамейка, здесь, на территории Райдзин, была девственная чистота, слишком часто сюда приходят члены клана, чтобы проведать своих родных и рассказать, как живут без них. Вот и я пришел.

— Здравствуй, папа, — произнес я с поклоном и присел на скамейку, что жалобно скрипнула подо мной, не готовая принять такой вес. Настала неловкая тишина, печально вздохнув я достал из недр кимоно мятую пачку сигарет.

— Я закурю? Сегодня был тяжелый перелет, прости, что так долго не посещал тебя, я плохой сын.

Горький сигаретный дым помог мне немного расслабиться, сканирование территории кладбища психокинетикой не выявило никого, кто мог бы мне помешать, а запах сигарет развеется до того, как я встречу кого-либо из своих жен.

— Два года прошло после нашей встречи, пап, у тебя скоро появится второй внук от меня, — я вновь затянулся, вспоминая что да, уже прошло два года после того, как мы заняли столицу и я убил Элизабет, и как после переговоров на юге я вернулся и последний раз пришел к отцу, чтобы возложить цветы и также как сегодня посидеть в одиночестве.

— Знаешь, ты говорил мне, что отношения в семье только на первый взгляд кажутся простыми и однозначными, я тогда не верил тебе. Но это было тогда.

В моей семье сейчас было все сложно, полгода назад я вновь женился, связав себя узами с генералом Амайей, так и не ставшей Шосе, чему её мать, Асока Идако, была безмерно рада — ее клан не умрет вместе с ней, но он все еще на грани. После этого и без того напряжённая ситуация в моей семье между мной, Тэймэй, Чихеро и Яфой стала просто катастрофической.

Все чаще наши встречи с Тэймэй становились ледяными и заканчивались на повышенных тонах, и нередко мной было разбито что-нибудь из мебели. А все началось с первого раскрытого заговора и нападения на Тэймэй во время коронации. Кукла, в чреве которой была заложена бомба, смогла подобраться к нам достаточно близко и подорвать себя, и вновь Тэймэй была заслонена чужой спиной, моей спиной.

Пострадавших кроме меня не было, и пока из меня доставали осколки, Тэймэй отряхнула от кусков плоти свое кимоно и, не замечая кровавых пятен, подошла к трону и произнесла свою клятву, дополнив ее тем, что ничто не помешает ей выполнить свой долг и вскоре Империя вновь расцветет.

Пока она клялась я сжимал в своей руке голову куклы, так кланы узнали, что я не посредственный манипулятор. Мне хватило поврежденных воспоминаний куклы, чтобы понять, откуда тянется ниточка, и уже на закате, когда праздник на дворцовой площади был в самом разгаре, я в полной броне стоял на пепелище загородного поместья, ведя бой с силами противника.

Еще Хаона хотела, чтобы я заменил Изаму Шосе, став Императорским палачом и я им стал, я не был Императором, я был просто первым мужем Императрицы, которой постоянно предлагают новые партии. Пока Тэймэй ведет переговоры и пытается привести все к порядку, балансируя между противоборствующими сторонами, Империя ужасалась от моих действий, от меня, что огнем и железом объединял страну около такой светлой и доброй Императрицы.

Если на переговорах присутствовал я, то это означало, что все может закончиться кровью, все интриги сразу приостанавливались и воля Императрицы исполнялась неукоснительно. И это все порождало холод между мной и Тэймэй, с которой у меня были отношения не как у партнеров, не как у не чужих людей, она начальник, а я исполнитель и подчиненный.

— Пап, твой внук, Торо, бегает сейчас по Императорскому дворцу так, что я начал подозревать, что он станет физиком, а не, как предрекла ему Чихеро, повелителем распада, — я вновь затянулся сигаретным дымом, заметив внутренним зрением психокинетики, как ко мне спешит мой самоназначенный личный секретарь. У Тэймэй личным секретарем был Орсо, у меня же Асока.

— Правда вот скоро Чихеро хочет переехать из дворца, забрав с собой Торо, и его веселый топот больше не будет оглашать безжизненные стены замка.

Дважды я терял свой самоконтроль, первый раз был после коронации, а вот второй когда враги решили ударить именно по мне, забрав самое ценное, что есть у меня. Черноглазого Торо, моего сына. Он, как и Чихеро, был моим черноглазым чудом, моей отрадой.

Когда Тэймэй возглавила Империю многие государства вспомнили о своих территориальных претензиях, и пока во дворце Императрицы шли словесные баталии послов я ждал на дне реки танки, что, как доложила разведка, которую возглавлял Орсо, должны были форсировать реку и занять спорную территорию.

Тэймэй говорила мне, что нельзя ввязываться в конфликт, что с небольшим государством Тьяно можно договориться, но я знал, что это не так. Нельзя проявлять слабость перед слабым государством, так как после этого остальные тут же потянут руки к Империи, и потому мне пришлось пойти на риск.

Войска государства Тьяно пересекли реку, потеряв более половины личного состава бронетанковой дивизии, а река пылала огнем от загоревшегося топлива, но на берегу их встретил туман тьмы, что поглотил остатки тех, что выжили. Ночью на моего сына Торо было совершено нападение, но моя принцесса Эми встала между убийцами из посольства. Ее марионетки не дали совершить задуманное противником, а уже наутро посольство Тьяно перестало существовать. Тогда Тэймэй долго кричала на меня, говоря, что нам теперь объявят войну, что Империя не выдержит, что наши силы слишком малы, но мне было плевать, на моих руках спал черноглазый малыш, а его мама сопела на моем плече.

Тьяно и вправду попыталось усугубить ситуацию, на что Империя отреагировала испытаниями на нашей границе новой бомбы с ядом, который создала Асоко и ее старый учитель по стихии. Провокации и крики как-то сразу начали утихать, а вопросы о спорных территориях стали все реже упоминаться на встречах с послами, которые просто возненавидели меня и откровенно боялись моего присутствия на переговорах с Императрицей.

Только вот Чихеро после произошедшего сообщила мне, что если ситуация вновь накалится, она заберет ребенка в более безопасное место.

— Не все, конечно, хорошо, пап, есть проблемы, но я уверен, что со всем справлюсь, — Асока Идако уже подошла довольно близко и ожидала моего разрешения приблизиться.

— Я пришел к тебе с похорон главы клана Саори, одного из их членов ты когда-то оставил с пробитой головой у порога твоего дома, а я сегодня высказывал соболезнования по случаю утраты главы клана, что приложил руку к уничтожению Райдзин.

Горький сигаретный дым действовал на меня успокаивающе, я понимал, что Тэймэй права — я должен показывать, что я не только воин, что штурмом берет поместья, но и тот, кто способен забыть старые обиды. И похороны главы южного клана в любом случае должен был посетить кто-либо из Императорской семьи, выказать уважение и показать, что обновленная Империя не будет помнить обиды и карать за старое. Только Тэймэй не металась по всей Империи, не проводила переговоры в окружение врагов. Она не убивала переговорщиков, когда те думали, что она в их руках и бессильна, а уже после, стоя на трупах, ей не приходилось вновь продолжать переговоры. Мне же это знакомо. И после этого через два года я приходил на похороны и высказывал соболезнованию вдове, чей сын был мною же покалечен, а его жена помнит и никогда не забудет, как я приходил в их клан, она не забудет той схватки. Я не из Императорской семьи, я для них враг, что пришел посмотреть, как хоронят того, кому он сохранил жизнь.

Сигаретный дым смог помочь мне убрать ту дрожь, что я скрывал от всех, и я вновь посмотрел на серую могилу, где покоился мой отец, что погиб, защищая свой клан, свою семью. Он сражался до конца, и тот глава клана приложил руку к его смерти.

— Дэйчиро Шосе, — тихо произнесла Асока Идако и, уважительно поклонившись могиле моего отца, все тем же тихим голосом продолжила. — Нам пора на собрание городского округа столицы.

Я грустно посмотрел на небо и с неохотой встал со скамейки. Пусть я так и не стал Императором, дел у меня было очень много, приходилось быть не только воином, но и политиком. И первые шаги по закреплению реальных прав пустых я делал именно через столицу.

В южных провинциях еще не готовы к такому, на севере же с боязнью смотрят на мои инициативы, а здесь, в столице, люди пришли в ужас. Закон о том, что за преступления, совершенные в направлении пустых владеющим, отвечает клан владеющего и остальные объединения владеющих, стал ударом по тем, что привыкли практически безнаказанно творить ужасные вещи.

— Мне пора, папа, я постараюсь сделать так, чтобы твоя история не повторилась, — Асока тем временем еще раз поклонилась и не спеша пошла в сторону выхода с кладбища. — Никто из пустых больше не будет бояться произвола владеющих. Я обещаю тебе это, отец.

Недолгий путь до выхода из кладбища я прошел в одиночку, не желая ни с кем разговаривать, клановая охрана вновь появилась рядом со мной, а мои бойцы рассыпались по окружающему пространству, формируя своего рода оцепление. Три бронированные машины с опознавательными знаками главы рода Шосе ожидали меня у выхода, но меня ждала не только моя охрана и водители. Около машины меня дожидалась жена умершего главы клана, седовласая Юко Такого. Просканировав окружающее пространство внутренним взором психокинетика, я подошел к вдове.

— Вы что-то хотели, госпожа Юко Такого? — спросил я. Она подняла на меня свои красные от слёз глаза.

— Дэйчиро Шосе, я хотела сказать вам спасибо, — тихо и вкрадчиво произнесла она. — Спасибо, что не начали резню, я признаю, что у вас имеются веские основания для мести и к тому же мой сын оскорбил вас.

— Не надо слов, Юко Такого, я сделал то, что был должен сделать. Еще раз приношу свои соболезнования по поводу утери мужа и главы клана, — спокойно произнес я. — Надеюсь, клан Такого поможет Империи достичь процветания, а теперь простите, мне пора.

Садясь в броневик, я услышал на грани своих возможностей физика слово: спасибо. Да, её сын оскорбил меня, но не словами, а действиями, он был извещен о моём прибытии, но мне не нашлось места на похоронах.

— Надеюсь, на собрание городского совета ты будешь таким же, — сказала, улыбаясь, сидящая напротив меня Асока.

— И не надейся, там я буду жесток, и если наш закон не пройдёт я начну убивать, — хмуро произнес я пока броневик двигался по столице, а я перебирал документы, что накопились за мое отсутствие. — Лучше скажи, как там мой двойник поживает, а то мне некогда было его проверить.

— Все с ним нормально, ходит, ест, руками машет, когда требуется, — лениво проговорила Асоко. — Лучше поведай мне, все смог совершить или вылазка была бесполезной?

— Полный доклад у Орсо, но на словах могу сказать, что больше сдерживать Федерацию у нас не выйдет, — не отрываясь от докладов я начал рассказывать Асоке о том, как я провел последние две недели, устраивая диверсии и ликвидации под видом наемного убийцы из диких земель.

— Сколько у нас времени?

— Не знаю, на днях в Федерацию прибыл крупный корпус иностранных войск и сейчас там разворачиваются десятки учебных лагерей. Все верфи заняты, на них строятся военные суда, еще может быть год, а может и пять лет, в чем я сильно сомневаюсь.

В это время броневики неспешно подъехали к зданию городского совета, и уже перед самым выходом из броневика я проговорил Асоке: — Я уничтожил завод по производству биологического и химического оружия, ознакомься с документами, что я вынес оттуда. Они пытаются воспроизвести тот яд, что уничтожил столицу Федерации Гатсен.

— Я надеюсь, ты ошибаешься, — с ужасом в глазах проговорила Асока.

— Я тоже на это надеюсь, — сказал я, выходя из машины. Весь мир уверен, что мы обладаем этим ядом, но Императрица Хаона постаралась, чтобы полная формула яда до нас не дошла. Есть обрывки, над которыми сейчас работает целый отдел, и они смогли добиться похожих результатов, но без исходного вещества сложно понять, насколько ученые близки к той формуле. Я смог вытащить из головы ученого того завода сведения, что все их исследования базируются на докладе человека, имевшего доступ к исходному веществу, и я должен его найти.

Пока я шел по ступеням, меня постоянно ослепляли вспышки десятков фотоаппаратов, народ, что собрался на площади, гудел, кто-то кричал в мою поддержку, откуда-то летели проклятья, но одно было совершенно точно — народ был взволнован, народ ждет перемен. Ведь не только про наказание для владеющих будет вестись речь, но и о налогах, которые были неравномерны для пустых, владеющих и тех пустых, что принадлежали кланам или имели родственные связи.

Я решил поменять налоги и уравнять всех, ну, по крайней мере, требовал увеличения налоговых сборов с кланов. Про прогрессивный налог я вообще молчу, именно из-за него было столько шума. Тот, кто богат и не вкладывал в развитие государства деньги, должен был платить повышенный налог, а это затрагивало практически все состоятельные кланы. Я заранее договорился с Чихеро, чтобы она обеспечила безопасность для моего сына и остальных детей и взяла с собой в горы Яфу, что носила под сердцем долгожданного ребенка. В моем дворце осталась только Эми, боги, какой скандал она закатила, когда узнала, что у нее не будет какого-то там бала из-за глупого закона, так что сегодня только она будет в Императорском дворце.

Крики, угрозы, оскорбления, все было в зале, где заседал городской совет, но никто не посмел применить свою стихию ни против других владеющих, ни против пустых, что в основном молчали. Я знал, что решение таких вопросов может затянуться, но были подвижки с наказанием владеющих, что совершали тяжкие и особо тяжкие преступления.

Все были согласны что рассматривать такие дела должен независимый судья, на которого не смогут повлиять родственники преступника, тогда-то я и произнес свое слово: в Империи таких человека всего двое. Совет замолк и до самого конца заседания мы больше не возвращались к обсуждению этого вопроса, а мне ответили, что совет городского округа подумает над моими словами.

Когда я вернулся во дворец уже стемнело и в коридорах было пустынно, во дворце Императора, где меня заставили жить Тэймэй и Каори, сговорившиеся с Чорруном и Этсуко. Вначале мое положение надо было подчеркнуть, и потому дворец Императора, как и дворец Тэймэй, после смены власти спешно восстанавливали. Идя по тускло освещенным коридорам, я заодно проверял охрану, что состояла из владеющих только в трех местах. У комнаты принцессы Эми, которую официально удочерила Тэймэй, стоял тяжеловооруженный боец из моего батальона, готовый взорвать себя при необходимости, а также член клана Райдзин и один проверенный лично Тэймэй владеющий из небольшого рода, к которому принадлежал один из учителей Императрицы.

— Ваша дочь спит, господин Дэйчиро, — тихо поведал мне солдат отдельного батальона.

Я молча прошел дальше по коридору, стараясь не шуметь. Когда родился Торо, он был очень беспокойным малышом и просыпался от малейшего шума, даже через столько времени мой приказ соблюдать тишину выполняли все. Что ни говори, но родился он слабым и был на грани, как и его мама, что также стала очень раздражительной. Теперь все знали, что когда ребенок спит надо вести себя очень тихо, чтобы, как тогда, никто не умер от рук повелительницы распада, которая не собиралась разлучаться с сыном и спала по часу в сутки на протяжении недели у кроватки с ребенком, что долгое время был на грани. Вот тогда-то я приказал быть тише находящимся во дворце когда ребенок спит, чуть не расколов голову начальнику стражи, что проверял караулы по ночам. Ребенок только-только заснул, а ор этого неразумного был слышен по всему дворцу.

У моей комнаты, как всегда, охрана отсутствовала, она мне была не нужна и только бы мешала. Кланы, конечно, пытались убедить меня, что так положено, но я знал, что им просто нужны шпионы во дворце, да и судя по тому, какую охрану мне иногда ставили, казалось, что этим бедным девушкам-владеющим все желали смерти от рук моих супруг. По привычке на пределе своих сил я просканировав дворец и, удостоверившись, что все в норме, я заметил, что в спальне меня ждет человек. Открыв дверь в свою спальню, я увидел её.

— Тэймэй, что ты делаешь здесь? — спросил я сидевшую в кресле у столика и попивающую вино из бокала Императрицу. На мои слова она скривила лицо, словно вино было кислым и, вновь пригубив из бокала, обратилась ко мне.

— А если подумать и переспросить как следует? — с ленцой проговорила Тэймэй, раскачивая в руках бокал с вином.

— О Мудрейшая Императрица, что вы забыли в спальне вашего покорного слуги, в которой не появлялись уже как два месяца?

— Издеваешься? Ну так и я в долгу не останусь, — оскалилась Тэймэй, убирая в сторону бокал, и начала вставать с кресла. — Ты, муж мой, пока еще живой, ответь мне, сколько из этих трех месяцев в твоей спальне спишь ты, а не твой двойник? Или же твоя постель и вовсе бывает пуста?

— Эм, — задумался я, а Тэймэй медленно, но угрожающе приближалась ко мне в своем излюбленном кимоно красного цвета с белой окантовкой.

— Не можешь, да? Тогда я тебе поведаю, в столице ты был десять дней, а в спальне провел семь ночей, и не один, ни разу! У тебя четыре жены, четыре! В моей же спальне ты не был никогда, — Тэймэй уже подошла ко мне вплотную и смотрела на меня злым и одновременно игривым взглядом. — Дэйчиро Шосе, я пришла за своим долгом, ты задолжал мне за два месяца. Пришла пора расплачиваться.

Последние слова она практически прорычала и алые губы накрыли мои губы, а руки оплели мою шею. Она лишь слегка потянула меня к кровати и я не стал сопротивляться. Мои руки подхватили Тэймэй, а она, разорвав поцелуй, приникла к моей груде.

— Запомни, Дэйчиро, ссоры ссорами, но не забывай про свой долг, моя спальня всегда ждет тебя, — промурлыкала Императрица, прижавшись к моей груди и напоминая, что и она женщина, несмотря на то, что от нее зависит судьбы миллионов.

Глава 2

Моё утро как и всегда, когда я находился в столице и во дворце Императора, начиналось с рабочего кабинета, хотя сегодня я бы не пошел в кабинет, если бы моя постель не была пуста.

У Тэймэй было огромное количество обязанностей и её день был расписан поминутно, не удивлюсь, что она и по ночам разбирает документы, готовя какой-нибудь закон. Жаль что так сложилось, нам остается слишком мало времени, чтобы проводить его вместе.

«Но основные проблемы мы все же успели обсудить» — улыбнулся я, входя в кабинет.

В кресле меня уже ждала Асока Идако, ставшая моим столичным секретарем, и несмотря на раннее утро, она уже готова исполнять свои обязанности, но утро и вправду было раннее и потому грозный ядовик сейчас спал.

Не став будить своего секретаря, я прошествовал к своему столу и, по привычке помогая себе психокинетикой, чтобы не издать ни единого скрипа, занялся тем, что не мог сделать ни мой двойник, ни Каори, что замещала меня, ни Яфа через управление двойником.

Чихеро все эти бумажные дела и вовсе были неинтересны, она больше занималась детьми, в чем я был ей безмерно благодарен. Мне могла помочь Тэймэй, но личных прошений и жалоб у нее в десятки раз больше чем у меня, и даже она признавала, что написать просьбу или жалобу именно мне осмелиться не каждый. Весть о том, что я решаю все очень жестко, уже давно разнеслась по всей Империи, и если Императрица находится далеко, где-то там, в столице, то вот ее муж может появиться словно из ниоткуда и наказать виновных.

Первые жалобы лично мне поступили на Тэймэй от кланов, что понесли потери при штурме дворцовой территории два года назад. Новая Императрица решила лишить тех, кто встал на защиту Элизабет, практически всего имущества. После чего многие кланы решили покинуть Империю, написав мне небольшое письмо. И когда я встретил их в порту, эти люди думали, что я пришел их добить, но нет, я всего лишь попросил у них сутки времени. Вот так я в первый раз ругался с Тэймэй, а Империя все же не лишилась четырех кланов, что решили остаться и сохранили свое имущество.

Небольшое письмо, написанное убористым подчерком, полностью захватило меня, мне писал пустой, что в последнее время было не редкостью, но в этот раз мне писал профессор кафедры высшей математики столичного ресурса. В его письме не было жалоб или предложений, он всего лишь попросил меня посетить университет, а именно его кафедру. Просто посетить, ничего больше.

— Почему не разбудил? — сонно спросила меня Асока, зевая. — Не дело, когда начальник работает, а подчинённая спит в удобном кресле.

— Асока, я же знаю, что ты и без того занята разработкой ядов и лекарств. Сейчас я не вижу особого толка от твоей помощи, ты нужна в других местах, — проговорил я, разбирая остальные бумаги и начиная писать ответ одному особенно наглому владеющему, который решил, что я лично занимаюсь поставками оружия в армию. Он написал мне письмо, пытаясь убедить, что его оружие ничем не хуже разработок Каори Шосе. Ну, если он так уверен, то пусть докажет это, принеся мне образцы.

— Мне иногда надо развеиваться, а ты не так часто бываешь в столице. Кстати, проверила я те образцы из Федерации Гатсен, — потянулась в кресле Асока. — Ты прав, они пытаются скопировать яд, и по имеющимся бумагам видно, что у них есть образец неразложившегося на элементы яда, что мы создавали под патронажем Хаоны.

— Дай угадаю, нам жизненно необходимы эти образцы, что находятся неизвестно где? — проговорил я, ставя свою личную печать главы рода Шосе на письмо оружейного поставщика нескольких десятков кланов, с просьбой предоставить лучшие единицы стрелкового оружия к вечеру сегодняшнего дня.

— Какой вы, Дэйчиро, все же догадливый. Орсо уже землю копает и скоро что-нибудь нароет, старый землекоп, — улыбнулась Асока и достала небольшую записную книжку. — Ну а теперь перейдем к тем мероприятиям, на которых вам сегодня придется появиться, чтобы господа манипуляторы успокоились, увидев вас во плоти. А то ваш бедный двойник скоро расплавится, пытаясь продублировать ваши мозговые волны.

— Опять начинается проверка на прочность? — спросил я, вставая из стола.

— Проверка идет всегда. И пока ты выполняешь задачи вне Империи, здесь начинают сомневаться в том, так ли страшен Демон на самом деле, — улыбнулась Асока.

— У нас есть время посетить столичный университет?

— Да, до обеда у тебя нет никаких встреч, а бумаги я уже понемногу разобрала, оставив только важное и непонятное, — Произнесла она, усмехнувшись, когда я недоверчиво посмотрел на стопку бумаг. — Да, ты стал популярнее после того, как выступил на стороне защиты в бракоразводном процессе.

— Я думал, все выйдет наоборот, я же встал на сторону отца из слабенького рода.

— Это не имеет значения, Дэйчиро, — у самого выхода Асока хитро улыбнулась. — И господин Шосе, вы не забыли какой сегодня день?

— Асока, давай обойдемся без твоих уловок, — я сразу понял, что эта старая лиса опять собирается насладиться зрелищем, поставив передо мной тупиковую задачу.

— Сегодня, господин Дэйчиро, к вам придет мужчина, который заберет из вашего дворца самое ценное, — жмурясь от удовольствия начала вещать Асока, но заметив мой поддёргивающийся глаз погрустнела и расшифровала свою речь. — Сегодня бал у принцессы Эми Шосе, господин Дэйчиро. К вам придет тот, кто будет сопровождать принцессу и который наверняка украдет у вашей дочери первый поцелуй. Такова традиция, я тут не причем.

— Ничего он не украдет! — рыкнул я, направляясь к двери. — Прикажу бойцам из моего батальона разместить снайперов и как только он посмеет…

— И его мозги забрызгают платье Эми? Дэйчиро, потому и есть традиция, по которой парню придется познакомиться с отцом его партнерши на осеннем балу. Императрица лично будет курировать этот вопрос, а вам надо всего лишь не убить паренька, когда он прибудет за вашей дочерью. — Пока мы шли к ждущему меня броневику Асока еле поспевала за мной, а я обдумывал, как все же удачно мне подвернулся оружейник. — Дэйчиро, как ты вообще собираешься отдавать свою дочь замуж?

— Больно, — ответил я, мельком осматривая броневик визуально и проверяя внутренним зрением психокинетики. — Её мужу будет очень больно.

— Лечить вас, господин Дэйчиро, надо, — вздохнула Асока Идако, садясь в машину и, посмотрев на меня, вздохнула ещё печальнее. — Нет, боюсь, что не найдется таких санитаров, что смогли бы удержать твою тушу.

Бронетранспорт не самый любимый мной вид передвижения. Да, наш маршрут был составлен так, чтобы доставить нас как можно быстрее, но перекрывать движение я запретил, для Императрицы всегда пожалуйста, а для меня не надо. Но и так мы не поймали ни единой пробки, порой срезая по дворам, и вот уже через полчаса я шел по коридорам столичного технического университета. Ректор университета не сразу понял цель моего прибытия, и еще сильнее впал в непонимание того, что от него хочет муж Императрицы.

Когда я сказал, что хочу встретиться с деканом физико-математического факультета, Исузу Ичимару, ректор ответил, что тот сейчас по счастливому стечению обстоятельств находится в институте и заканчивает свой последний рабочий день. Ректор затруднился объяснить мне причины, да я и не настаивал, лишь узнав у ректора, что это было решение совета университета и самого Исузу.

Из большой аудитории выходил сплошной поток студентов, я смотрел на них словно мы были из разных миров. Они смеялись, что-то говорили между собой и были моложе меня всего лишь лет на семь, ну, максимум девять, но мы были совершенно разными. На моем теле десятки шрамов, и это только те, что не убрала пластическая операция Харуки Сиоко. Я прошел войну, бился десятки раз на смерть, а они спокойно идут по коридорам университета и смеются, пустые и владеющие. Им не важны грядущие невзгоды, и так должно быть всегда. Я должен сделать все от меня зависящее, чтобы этот смех раздавался по всей Империи, чтобы не было войны.

Когда я вместе с ректором вошел в пустую аудиторию, то увидел мужчину почтенного возраста с седою головой и в старом потертом пиджаке, заполняющего какой-то журнал.

— Господин Дэйчиро Шосе? Я вас уже и не ждал, — с глубоким поклоном поприветствовал меня Исузу Ичимару. — Но я надеялся, что вы все же обратите свой взор на погибающую науку.

— А она разве умирает, достопочтенный Исузу? — спросил я. Ректор университета же стоял сзади меня красный, словно его ошпарили кипятком.

— Несомненно, господин Дэйчиро, и я надеюсь, ваша что инициатива по ужесточению наказания за правонарушения владеющим поможет науке. Но нужны более жестокие меры, потому я просил вас посетить университет, — от этих слов стоящий позади меня ректор схватился за сердце, но так и не издал ни единого звука. — Господин Дэйчиро, вы подождете меня пять минут? Мне нужно продемонстрировать вам, насколько умерла наука в своем храме, то есть в университете.

Небольшого кивка хватило, чтобы математик-профессор как мальчишка сорвался с места и побежал из аудитории, а ректор начал уверять меня, что все в порядке, что Исузу псих и нападает на учеников, а я, слушая, как ректор пытается меня отвлечь, удостоверялся в том, что я не ошибся. Не мог учитель, пусть и из университета, без причин пригласить в университет кровавого убийцу. Никто и никогда не писал мне просто так, математик был первым, что не озвучил причину в письме, потому я и решил посетить профессора.

Через три минуты прибыл Исузу с оценками и дипломной документацией выпускников университета за последние пять лет, а также с тетрадями, в которых сам Исузу записывал оценки успеваемости и уровень дипломных работ, которые заслуживали эти выпускники.

Все было плохо — университет выпускал специалистов, как заявлялось, мирового уровня для различных сфер, и получалось, что те владеющие, чьи даны были средние и ниже, по окончанию университета были чуть образованнее чем до поступления. Преподаватели состояли на девяносто процентов из пустых и учащимся здесь владеющим было несложно надавить на учителя и получить высшую оценку, ну а после окончания университета с помощью кланов занять лучшие места и нередко руководящие должности в армии, медицине, науке.

Исузу был прав, наука умирала, мне потребовалось полчаса чтобы изучить тетради и ведомости, но это я уже делал в машине, а Исузу должен был прибыть на военную базу, так как у него была тетрадка, предназначенная лично для меня. Роботизированный боевой костюм для пустых, вот что он предлагал, в чертежах были расчеты по стоимости и по эффективности данных боевых единиц, и я решил, что моему механику надо познакомиться с этим интересным математиком и рассмотреть чертежи детальнее.

— Дэйчиро, — отвлекла меня от бумаг Асока. — Орсо сообщил, что Тэймэй подписала приказ о изъятии из тюрьмы трех владеющих для твоего отряда ликвидации.

— Замечательно, подготовь двойника. Мое посещение тюрьмы для владеющих не должно быть замеченным. — Асока кивнула в знак согласия, а я протянул ей письмо. — Это послание совету городского округа столицы, если они и теперь не задумаются о реформации уголовного законодательства, то Империи в любом случае наступит конец.

— Документы им в оригинале передавать?

— Нет, копии, оригиналы доставь Тэймэй, нужна проверка на профпригодность каждого, кто занимает ключевые посты, особенно, если его имя есть в этих тетрадях.

Ещё полчаса ушло на то, чтобы заменить меня на двойника, и вот на подменной машине меня везли из столицы. Орсо знал, что я немедленно направлюсь в тюрьму и уже все подготовил. Малолитражка выла мотором, но тащила непривычный для нее вес, а молоденькая девушка пугливо смотрела на задние сиденья, на которых скрючился пусть не Император, но все же очень страшная личность.

Тюрьма особого режима, здесь держали самых опасных преступников, которых взяли живыми либо они сами пришли в эти стены. Держали их недалеко от столицы, и потому мы домчались очень быстро.

Я уже два месяца штудирую все дела заключенных здесь лбдей. Убийц и насильников здесь не было, люди в этом месте находятся по другим причинам, в этой тюрьме когда-то была и Амайя. Это не исправительное учреждение, преступников обычно отправляют в армию, лучше всего на фронт или иную горячую точку, чтобы они смыли свои грехи кровью.

В этой особой тюрьме находятся те, кто не годится для армии, да они и сами не желают ни воевать, ни контактировать с тем миром, что их окружает. От пули в висок их спасает лишь то, что они сами выбрали свою участь нахождения в тюрьме, иначе удерживать сильных владеющих было бы практически бессмысленной тратой ресурсов. Были, конечно, и буйные, но меня они не интересовали.

Двухметровые стены, двери, что можно было ставить в бомбоубежище, артиллерия, смотрящая внутрь тюрьмы и трубки подачи газа в каждом помещении внушали. Неразговорчивый, огромный начальник тюрьмы вел меня по пустынным коридором, здесь все было на автоматике, каждая плитка, по которой я шагал, скрывала под собой противотанковую мину с кумулятивным зарядом. Всю тюрьму охраняло всего около тридцати владеющих, что отбывали обязательную повинность и старались не заходить в сами стены тюрьмы, так как охранные системы здесь безжалостны и, в случае ЧП, уничтожат всех находящихся поблизости. Как нарушителей режима, так и оказавшегося рядом охранника или одну из марионеток, что являлись обслуживающим персоналом.

— Я проинформировал курирующие тюрьму кланы, они обеспокоены вашими действиями, — хмуро проговорил начальник тюрьмы, одинадцатидановый физик Тошигава Химуро.

— Орсо должен был уладить все вопросы. Я все понимаю, но интересы государства требуют нестандартных методов, — проговорил я, сканируя окружение. Все же нахождение в таком месте, где даже у меня нет шансов выбраться живым, неприятно холодило внутри.

— Если вы сможете контролировать эту троицу, то никаких проблем, забирайте, но они все же опасны. Я надеюсь, вы понимаете всю ответственность, — предупредил меня начальник тюрьмы. Мы встали около очередной двери, что больше напоминала сейфовую дверь, чем дверь в камеру.

— Справлюсь, не беспокойтесь, — ответил я, а начальник тюрьмы вызвал по рации пульт управления, и я слышал, как в камере приглушенно вещал динамик о том, что сейчас откроется дверь, заключенным запрещено касаться пола или иным способом покидать свои кровати. — С ними были проблемы?

— На удивление, никаких, — хмуро ответил мне Тошигава. — Не знаю, что вы им пообещали, но я, как и в прошлую нашу встречу, рекомендую использовать военных либо клановых владеющих, а не этих…

— Я вас услышал, Тошигава, но мне нужны именно такие бойцы, — Начальник тюрьмы понял, что его уговоры бесполезны и только кивнул в знак понимания.

Дверь неспешно открывалась, щелкая множеством замков, и я уверенно шагнул в камеру небольшой цилиндрической формы.

Ни занавесок, ни перегородок, туалет и ванна были в отдельной комнате. Все помещение было усеяно камерами, не было никаких окон, только вентиляция. Три приваренных к стене кровати и у каждой по висящему на стене сейфу. Мои будущие члены боевой группы смотрели на меня хмуро и недоброжелательно, впрочем, я и не ждал от них особой радости. Пройдя к первой кровати, что стояла напротив двух остальных и на которой в черном кимоно сидела Мисако Изкин, я, не спрашивая разрешения, сел рядом. На соседней кровати расположился Кастон, чернокожий выходец из диких земель, что оказался здесь, отомстив пиратам за штурм его корабля, на котором он потерял всю свою семью. После мести его выбросило на земли Империи и, так как он и сам был пиратом, его взяли в плен, а потом решили использовать в своих делах.

Только ему уже ничего не было нужно, он не хотел ни воевать, ни жить. Десятидановый пустотник с реальным опытом боевых действий не представлял опасности и наказывать в Империи его было не за что, в море он нападал на суда далеко не всех стран, его жена была имперкой, а в этом мире враг моего врага друг. Но в итоге его психологическое состояние и вспышки гнева стали причиной помещения его сюда.

Тишина затянулась, но я ждал, пока со мной заговорят. Самый старый из этой тройки, Креол Сиукого, встал, подошел к своему сейфу и достал три чашки и чайничек с чаем, который он вручил Мисако. Ее руки запылали огнем, подогревая чайник, а пятидесятилетний мужчина раздал нам чашки, оставив себя без оной, и вернулся на свою кровать.

Креол был самым неоднозначным заключенным во всей тюрьме, он уже три года ждал исполнения смертного приговора. В начале войны между Империей и Федерацией Гатсен клан Сиукого предал Империю и переметнулся к врагу, стал воевать в его рядах, где и сгинул. За предательство есть только одно наказание — смерть, но в самом начале войны Креол лежал в хирургии в столичном госпитале и всю войну он пробыл в этой тюрьме, не причинив никому вреда и не попытавшись прорваться к своему клану. Подобный психокинетик, которого даже Орсо уважает за силу и мастерство, имел все шансы на удачный прорыв обороны тюрьмы, однако он не принял решения клана, но в то же время и отказываться от своего клана он не собирался.

— От тебя пахнет духами, — тишину разорвала Мисако, смотря как чайник вырвался из ее рук и начал, левитируя в воздухе, подлетать к каждой чашке и разливать чай. — Хочу такие же, сможешь принести мне?

— Хороший выбор, — усмехнулся я, пробуя чай, сразу идентифицировав то, что учуяла Мисако. Я сам мучался от этого терпкого запаха лаванды и чего-то еще. — Ты учуяла духи Императрицы Тэймэй.

— Может хватит, Дэйчиро? — заговорил негр, вдыхая ароматный чай, который я лично выслал вместе с чашками и чайничками по просьбе Креола. — Думаю, у тебя недостаток времени, переходи сразу к делу. Как видишь, мы не психи и все еще не поубивали друг друга.

— Я этому очень рад. Сложно было после одиночных камер прожить месяц втроём? — спросил я. У всех троих были психологические сдвиги, а для таких сильных владеющих как они это, можно сказать, приговор.

— После трех лет? Да я еще могу десять пробыть в одиночестве, — улыбнулась мне Мисако, самая неустойчивая из троицы. Во время войны ее отряд попал под артиллерийский обстрел своих же, она как командир просила по рации прекратить огонь. Отрядный психокинетик работал на пределе и не смог выдержать весь обстрел, отряд был уничтожен, но Мисако выжила — десятидановый огневик страшная сила, и эта сила дотла сожгла артиллерию, что не остановила обстрел. Ей в тот момент было без разницы, свои или чужие, она была ранена, контужена и плохо понимала что творит, но пять сотен солдат и прорыв фронта на данном участке ее не извиняют. Её приговор — смерть либо служба, но такого владеющего никто не захотел брать к себе, она уже единожды ударила по своим, и никто не был готов так рисковать.

— Хватит, насиделись, сегодня ваша последняя ночь в камере, — произнес я и начал пить чай, при этом сканируя каждого силой манипулятора, улавливая каждую эмоцию сидящих в камере.

— Задание, — наконец-то заговорил молчаливый Креол. — Цель, возможные потери?

— Никаких заданий, по крайней мере в этот месяц, пока я и сам справлюсь, — мои слова разрядили атмосферу. — А пока вы будете тренироваться, вам подготовлен план по социализации, кино, магазины. Да, Мисако, море с пляжем в этом плане тоже есть, равно как и рыбалка для Кастона и горы для Креола.

— Море — это хорошо, — мечтательно проговорила Мисако, не замечая, как пламя до красна нагрело металлическую миску.

— Мисако, держи себя в руках, — снисходительно произнес Креол.

— Ну что же, я удостоверился в вашей готовности, — я встал с кровати и подал знак камерам, дверь в помещение вновь застучала открывающимися замками. — Как вы понимаете, к каждому из вас прикрепят взрывное устройство, по-другому пока никак.

— Насчет потерь, на каждом задании возглавлять вас буду я, — произнес я перед самым выходом. — И мы будем действовать на территории врага. Убивать там, чтобы спасти жизни здесь. Я постараюсь сделать так, чтобы убивать приходилось только военных.

Через полчаса бумажной волокиты я подписал все документы и начальник тюрьмы поехал лично к Императрице Тэймэй для удостоверения правомерности моих действий. Я же также, как и прибыл, тайно отбыл к месту встречи с моим двойником и Асокой, а после у меня был трехчасовой прием по случаю брачного союза двух кланов, где я был приглашенным гостем, который должен был подчеркивать могущество клана, с чьей стороны я присутствовал. Еще одна просьба Тэймэй была исполнена и я, благодаря Асоке, никого не убил. Временами, когда со мной пытались поговорить о армии, экономике и политике, я четко ощущал, что в камере среди осужденных на смерть мне было комфортнее.

Когда я вернулся на дворцовую площадь, то уже начиналась вечерняя пора. В саду Императорского дворца находился небольшой тир, где меня уже ждали образцы расхваленного оружия. Армия и правда нуждалась в перевооружении, и сейчас каждый уважающий себя мастер хотел, чтобы именно его единицы вооружения были приняты на вооружение. И если Тэймэй сразу переадресовывала данные вопросы генералам, то я, имея отдельный батальон, мог выбрать вооружение для своих солдат и, как мне сообщил Орсо, внутренняя разведка докладывает, что генералы ждут, что я выберу.

Около стола с оружием меня ждал боец, что также, как и я, будет испытывать вооружение. Я не мог полностью из-за силы физика оценить оружие для пустых и марионеток. Около бойца стоял, ожидая меня, и мальчишка в костюме для бала, Асока по пути рассказала мне, что парень из семьи торговцев, обладает силой психокинетика и звезд с неба не хватает.

— Дэйчиро Шосе, — обратился ко мне мальчишка. — Идущий на смерть приветствует тебя.

Я, как и сержант, что ждал меня у стола с оружием, улыбнулся. Это боевое приветствие несущих на груди знак демона, означавшее, что боец идет на опасное задание.

— Ты его научил? — обратился я к сержанту.

— Никак нет, господин Дэйчиро, у него дядя в нашем батальоне, — отрапортовал сержант.

— Ну что же, тогда слушай, — обратился я к мальчишке. — Твоя смерть не будет напрасной.

Дальше с Арто Хартоси я общался нормально, его дядя оказался пустым и прошел со мной всю войну, он до сих пор служит в батальоне, только уже в качестве лейтенанта. Когда Эми спустилась, мы с мальчишкой разбирали и рассматривали оружие. Моя малютка вырастает, и я даже как-то не заметил, что она становится такой красавицей. Замер и я, и сержант, чье огрубевшее сердце в множестве боев не должно было дать сбоя, но дало, чистая, незамутненная красота, ее улыбка освещала этот сумрачный вечер посильнее прожекторов, что разгорались в саду.

Моя принцесса крутанулась в своем сиреневом платье на месте и, увидев наши восхищенные взгляды, подбоченилась и спросила у Арто, что замер с таким видом, словно сейчас решалась его судьба:

— Ну что, стоило из-за меня заглянуть демону в пасть? — с улыбкой спросила Эми, нахмурив бровки.

— Стоило, — практически неслышно ответил он ей.

— Стоит, — мысленно ответил я Эми, опуская свой взгляд на груду метала, лежащую на столе, у которой только одна цель — убивать. Но ведь можно убивать, защищая? Мои руки нащупали лежащий на столе окопный дробовик, он так удобно сидел в руке, что мне на мгновение даже стало страшно от этого удобства и привычного хвата.

Глава 3

Самое противное, что мне доводилось делать, это не пролазить по сточным водам и не стоять в ошмётках плоти своих врагов. Самое противное это присутствовать на высших переговорах, где любое действие или бездействие может привести к ужасающим последствиям.

Послы боялись меня и особо не докучали, но все было по-иному, когда к нам с дипломатическим визитом приезжали высшие чины иных государств. На политической арене, чем чаще тебя посещают высшие лица государств, тем больше возможностей открывается для твоей страны. Межгосударственная торговля дает толчок экономике целого региона планеты, а со смертью Хаоны многие торговые соглашения были разорваны в одностороннем порядке.

Дальше все становилось только хуже, государства ожидали, когда Империю возглавят те люди, с которыми можно будет договориться, ну и конечно же через свои службы и послов не раз пытались надавить на Тэймэй. Но Императрица с моей небольшой помощью плохо поддавалась давлению. И сегодня нас, несмотря ни на что, признали сильнейшие мира равными себе, только вот непонятно, хорошо это или плохо. В столицу с дипломатическим визитом для заключения ряда торговых соглашений прибыл наследный принц Империи Куру. В связи с особой важностью этих переговоров я с Тэймэй встречали принца с его женой лично, и первый день после, по традиции, пышных приветствий и взаимных подарков в официальной части, переговоры перенеслись к вечеру в более неформальную обстановку, в сад во дворце Императрицы.

Вот уже час шли разговоры, в которых я мало что понимал и начал уже думать о своих делах, что требовали моего присутствия в тот момент, пока я сижу в саду напротив напыщенного кронпринца и его жены.

— Мой муж более искушен в мастерстве владения стихиями чем я, — вдруг произнесла Тэймэй, выведя меня из задумчивости и заставив вновь посмотреть на наследного принца Империи Курту, с которым мы вели неформальный разговор в саду Императрицы после череды официальных переговоров.

— Да, я наслышан о Демоне Шосе, — улыбнулся Айрат, а его красавица жена Исикуль с большим интересом посмотрела на меня. — Только, как сообщила наша разведка, вы, Дэйчиро, практически самородок, что в боях отточил свое искусство, но так и не достиг совершенства во владении своими стихиями.

— Проблема, уважаемый принц, в том, — начал говорить я, с улыбкой смотря на принца и его жену, а сам в этот момент оценивал свои шансы против этой двойки, что, по нашим данным, достигли одиннадцатых данов в стихии психокинетики. — Что мне никогда не хватало времени для саморазвития.

— Но сейчас должно же появиться, или вы бегаете, выполняя все поручения лично? — спросил меня принц.

— За многим нужно постоянное внимание. И участие в некоторых делах позволяет мне достичь нужного результата, — наставительно проговорил я, на что наследный принц скривился.

— Не надо следить за работой, правитель должен указывать, а подданные обязаны неукоснительно исполнять его волю, такова их участь, Дэйчиро Шосе, — улыбнулся Айрат, взяв в руки чашу с чаем. — Но откуда вам это знать, вечный лейтенант? Вам и за всю жизнь не стать правителем, этому не учатся, правителями рождаются.

— Время покажет, принц, оно всегда всё расставляет по местам, — улыбнулся я принцу. — Вдруг у меня все еще впереди?

— Сомневаюсь, ваш путь это путь силы, а не правления, — печально вздохнул Айрат. — Ну что, вернемся к торговому соглашению и сотрудничеству по уничтожению пиратов в наших водах, ваше величество Императрица?

— Я всегда готова обсудить данные вопросы, принц Айрат, — благосклонно проговорила Тэймэй, одновременно мысленно попросив меня не убивать принца при ней.

Разговор вновь ушел в то русло, где вся ответственность падала на Тэймэй — торговые отношения, борьба с пиратами и открытие торгового представительства Империи Курту на территории столицы. Периодически мы прерывались, отвлекались от официальных тем, и разговаривали на отвлеченные темы, причем разговоры все время вращались вкруг меня.

Айрат не раз пускал колкости в мою сторону за тот путь, что я преодолел в своей жизни, он не насмехался, а откровенно недоумевал, как я выжил и как так получилось теперь, что я сижу напротив него, правителя государства, что соизволил посетить нашу страну. Наша неформальная встреча продолжалась до самого вечера и закончилась тем, что наконец было решено подписать ряд документов, но, конечно же, только после их обсуждения советниками Тэймэй и Айрата. А после Тэймэй, не собираясь покидать мое общество, пригласила меня прогуляться по саду.

— Айрат завидует тебе, — сказала Тэймэй, как только мы остались наедине и потихоньку шествовали по алее, ведущий в Императорский дворец.

— Разве у меня есть что-то, чему стоит завидовать? — спросил я Императрицу, что сейчас держалась за мою руку.

— Эх, любимый мой демон, твоя слава идет по всей Империи, о тебе рассказывают во дворцах такие легенды, что дух захватывает, — рассмеялась Тэймэй. — У тебя есть все, чего лишен Айрат — воинская слава и уважение не по праву рождения, а за совершённые дела.

— Для него еще ничего не потерянно, Империя Курту вполне может стать нашим противником и дел он может натворить побольше, чем какой-то недоучка, — улыбнулся я.

— А вот это нежелательно, Дэйчиро, — нахмурилась Тэймэй. — Мы усиливаем права пустых и наш пример опасен для других стран. Твой законопроект может сделать так, что права, которые ранее не раз оглашались, но далеко не всегда применялись, станут реальностью нашего государства.

— И чем же это опасно для Империи, что находится от нас за тысячи километров?

— А тем, что у них такое невозможно, и Айрат это знает, причем он является сторонником сохранения заведенного уклада.

— Но разве Федерация не на шаг впереди нас в усилении прав пустых?

— Впереди, но у них владеющий всегда прав и восстания пустых у них случаются, а вот у нас их нет, — печально улыбнулась Тэймэй. — Последний бунт был еще при моей матери, когда она только взошла на престол. Но после принятия законов о наказании владеющих и разрешении не клановым пустым заниматься предпринимательством, сильных волнений не было. И если твой законопроект в каком-либо виде заработает, то этих волнений не будет никогда.

— Но я все равно не понимаю, как это может обострить отношения между нашими государствами?

— Все очень просто, каждый раз, как произойдет преступление и владеющий вырежет пару десятков пустых и пойдет отдыхать в воинскую часть, наслаждаться новой наложницей, что он выдернул из постели супруга, которому сломал ноги… вот тогда каждый пустой будет вспоминать о Демоне Шосе из далекой Империи, который за такое убьет владеющего. Пустые вспомнят, что в этой Империи таких бесчинств не случается, — Императрица резко разорвала между нами расстояние, отпустив мою руку. — Никому не нужно равноправие, его и не было никогда, да и не будет его, как бы ты ни старался.

Слова Тэймэй разъяснили мне многое, и до самого дворца Императора я шел в задумчивости, ловя при этом злые взгляды Тэймэй.

— Нет, больше я тебя никогда не пущу на подобные встречи, — Императрица остановилась и грозно топнула ножкой по брусчатке. — Хватит думать о делах государственных! Я на ручки хочу!

Тэймэй лукаво посмотрела на меня, а меня дважды просить не нужно — пушинка оказалась на моих руках, а так как мы уже находились у моего дворца, я понес Императрицу туда, где, как подсказывала мне сила манипулятора, она больше всего желала оказаться, забыв про Империи, заговоры и войны, что могли случится в будущем.

— Залп! — услышал я отдаленный вскрик и практически мгновенно послышался грохот орудий. Бойцы не знали, что в том месте, куда сейчас летят сотни снарядов, стою я со своим отрядом.

— Креол, покажи, как надо отклонять снаряды, — послал я мысленный сигнал старику, что и без моих приказов уже принялся за дело.

Старик словно искусный хирург действовал наверняка, даже я не мог понять, какие снаряды надо ликвидировать, не меняя траекторию, а какие можно перенаправить во врага, изменив их траекторию. Снаряды взрывались в воздухе, уходили в стороны, вздыбливая землю вокруг нас, а Креол, вытянув руку вперед, с помощью силы психокинетики держал в воздухе десяток снарядов, погасив их инерцию, и был готов использовать их в качестве собственного оружия.

— Мисако, убери пламя! — приказал я и взглянул на владеющую. Вся объятая пламенем девушка еле сдерживала свою дрожь. Я снял с груди рацию и приказал: — Тренировка окончена, Амайя, сворачивай артиллерию.

— Я… я справлюсь, — начала говорить Мисако, но я оборвал её, не дав договорить.

— Не надо. Мисако, все нормально, это лишь первая тренировка. Креол, ты молодец, два часа отдыха, а после возобновим. На этот раз посмотрим, в форме ли Кратон, — Негр улыбнулся на мои слова, а Креол отбросил невзорвавшиеся снаряды в сторону, где они сдетонировали, заставив нас вздрогнуть. А Мисако чуть не упала на землю, ее вновь охватило пламя. — Креол, не стоило.

— Все равно же взрывать, — покачал головой Креол, сверля глазами Мисако. — А ты, — он указал пальцем на девушку. — Пройдешь со мной по минному полю, я выбью из тебя боязнь взрывов.

— Я не боюсь! — повысила голос Мисако на Креола и уже тише добавила. — Мне просто надо немного привыкнуть.

— Вот и привыкнешь! Я не хочу, чтобы моя задница воспламенилась от того, что ты не можешь сдержать своё пламя, испугавшись взрыва! — Креол был зол, и я его понимал.

Владеющая могла нас сжечь, Мисако не знала, но я видел, как Старик был готов прикончить Мисако одним из снарядов в тот момент, когда она особо сильно вспыхнула и была угроза, что пламя может задеть остальных членов отряда. Мне пришлось начать изменять траекторию летящего в неё снаряда, но поняв свою ошибку Креол сам увел снаряд, видя, что пламя, объявшее девушку, стабилизировалось.

Первая тренировка была провалена, но я и не ожидал, что она пройдет гладко, идя к Амайе я радовался тому, что в последний момент решил использовать только малую артиллерию, которую уже давно не использовало большинство держав, так как в них не использовались высокоскоростные боеприпасы. Да и три залпа из тридцати орудий это ничто по сравнению с тем, что будет в реальных боевых условиях.

За моей спиной все еще ругались Креол и Мисако, я не стал их успокаивать, пусть ругаются. Если не смогут прийти к взаимопониманию, то им не место в отряде, пусть возвращаются в камеру либо ожидают ликвидации.

— Ты не скажешь Мисако, что Креол мог ее убить? — спросил идущий рядом со мной Кратон.

— Заметил? У вас, пустотников, иное внутреннее зрение, но я надеялся, что ты не заметишь, — ответил я ему.

— И не заметил бы, если б Креол не стал уводить снаряд внезапно в мою сторону. У Мисако тоже есть зрение, но она видит только тепло, она не поняла. А с Креолом надо поговорить, — задумчиво проговорил негр, смотря на меня. — Если он и дальше будет так действовать, то я его сам прикончу.

— Поговорю, не беспокойся, — ответил я и зашагал к штабу, где меня уже ждала Амайя.

Погруженный в свои мысли я начал подводить итог того времени, что, казалось, было потрачено зря.

Время летело практически незаметно, за последующую неделю было все же решено принять предложенный мной закон об ужесточении наказания для владеющих за ряд преступлений. Сотни владеющих были смещены со своих должностей за несоответствие своих навыков и знаний, но это только начало, также были и десятки уголовных дел по запугиванию и давлению на преподавателей, и это только из одного института, а ведь их десятки.

Забавно во все этой ситуации было то, что кланы сами пришли в ужас, а когда директор по проектированию чипов и их производству не смог объяснить, чем же он занимается и как эти чипы, собственно, изготавливаются, мне показалось, что у всеобщего совета кланов и представителей пустых случилась истерика.

Физик первого дана, во время проверки все посматривал на своего пустого секретаря, который по сути и принимал все решения. Владеющий не понимал своей вины, пустой же впоследствии стал директором, а вот с наказанием уже бывшего директора встала дилемма. Кланы не знали, что с делать с владеющим, в армию его отправить нельзя — от него там толку будет мало, при этом офицерскую должность ему передадут по праву стихии. У меня спросили, как его наказать, я тогда был в саду и осматривал цветы, что посадили дети под руководством Эми.

Я на это пошутил и, как признала Амайя, что прибыла с учений и в этот момент наслаждалась моим обществом, пошутил я весьма неудачно. Я сказал, что нужно в горах, на безжизненном плоскогорье, разбить сад, где всё будет делаться без техники и без тягловых животных, но силами владеющих, что не смогли пройти подтверждение своих дипломов. Они должны успешно отработать там год, и только потом вновь получить возможность сдать экзамен. И вот уже к концу недели количество владеющих на этом плоскогорье увеличивалось страшными темпами, здесь они должны были ожидать решения своей судьбы.

В семье же у меня за эту неделю все только усложнилось, как сообщил мой маленький разведчик Батусай, тетя Амайя и Тэймэй, в которой он души не чаял, поругались. Причину я так и не смог выяснить. Эми также на меня обиделась, так как бал, по ее мнению, провалился, так как весь вечер ее партнер по танцам спрашивал и говорил лишь обо мне. Но принцесса не могла дуться на меня вечно, и узнав, что я через пару дней вновь убываю в исследовательскую базу, сменила гнев на милость.

Мы даже провели небольшой урок по подтягиванию меня в мастерстве манипулирования марионетками, а когда я показал ей чертежи Токо и Исузу, математика из университета, а потом еще и отвез ее на военную базу, где эти двое стукнутых занимаются разработкой боевых механических костюмов, моя малютка, которой я с детства читал труды по биомеханики, со слезами на глазах просила оставить меня её в этой казарме хотя бы на неделю.

Она убеждала меня, что учебу она наверстает, но я был непререкаем и забрал с базы девчушку, что уже хотела приступить к производству новой боевой единицы. Исузу был поражен знаниями Эми и даже попытался меня убедить в том, что ей нужно заниматься чем-то подобным, но быстро замолк, услышав мои слова о том, что манипулятору нужно нормальное детство и пяти часов на военной базе в следующие выходные будет достаточно, при том, что ничто не мешает им связываться по интернету.

Чихеро и Яфа все еще не вернулись и навряд ли вернутся раньше моего отбытия на очередное задание, что требует моего личного внимания. Тэймэй, на удивление, стала ко мне относиться очень тепло, и как я понимаю, ссора между нею и Амайей была всего лишь одной из причин теплоты в наших отношениях.

Но все это было в столице, а сейчас я на полигоне, на котором мне предстоит натренировать свой отряд для совместных операций в кратчайшие сроки.

Мне пришлось нарушить свое слово и трое осужденных преступников прервали свой отпуск, не успев полностью восстановиться. Мисако постоянно зло на меня поглядывала — я прервал ее отдых на пляже, и за Это мне обещалась страшная кара. Кратон с Креолом тоже возмущались из-за этой спешки, но ознакомившись с деталями согласились на операцию. Именно согласились — я старался обойтись без приказов, мне не очень хочется получить в пылу боя удар в спину.

Орсо смог найти подземную лабораторию, где, возможно, есть образцы яда из бомбы, примененной три года назад в столице Федерации Гатсен. К сожалению, нашим противником этот образец был изучен от и до и, как докладывал единственный источник, Империя Курту в сотрудничестве с Федерацией Гатсен уже приступила к финальной стадии создания бомбы на основе имевшегося у них образца. На нашу удачу завод по производству и исследовательский центр находился на одной военной базе, но был ряд сложностей, из-за которых в операции учувствовала именно моя группа и я.

Империя Курту самая сильная страна на планете за последние пятьдесят лет, объект находится на ее территории в труднодоступном районе. Охрана соответствует важности данного объекта, есть информация по крайней мере о двух двенадцатидановых владеющих, которые командуют на территории объекта. На поверхности военная база с аэродромом, а подземный объект, находящийся в толще горной породы, представляет собой сеть тоннелей, проникновение куда тайно было затруднено.

План по проникновению и уничтожению объекта был возложен на Орсо и на Кирана, который сейчас в порте Каори должен был подготовить для меня и бойцов легенду и маршрут, по которому мы проникнем на территорию Империи Курту.

Амайя в полном боевом облачении стояла на смотровой площадке и хмуро взирала на то, как Мисако с Креолом шли по изрытому снарядами полю в направлении к участку, где тренировались саперы и где находилось минное поле.

— Генерал Амайя Шосе, разрешите обратиться, — по-военному обратился я к своей жене. Она взглянула на меня так, словно я смертельно ее оскорбил, а потом вновь отвела свой взгляд на Мисако, замершую на границе минного поля, что находилось в полутора километрах от нас.

— Лейтенант, вы всегда будете попрекать меня генеральским званием? — обратилась Амайя ко мне, а на минном поле прозвучал первый взрыв, спровоцированный Креолом. Он тащил за руку Мисако за собой. Девушка не сопротивлялась, она сражалась со своими страхами. Она должна сохранять свое спокойствие в любой обстановке и плевать на все, от ее спокойствия зависят наши жизни. — Ты уверен, что они будут лучше меня вместе с Чихеро?

— Лучше вас никого нет, но мне будет легче, когда они будут умирать, — ответил я и на смотровой площадке повисла тишина.

— Лейтенант Шосе, за тобой прибыла Асока Идако, ты срочно требуешься во дворце Императрицы, — холодно произнесла Амайя — Тебе пора, иди.

Машина неслась на пределе своих возможностей, а Асока между тем докладывала мне о результатах разведывательных работ, произведённых Орсо — времени у нас больше не было, испытания бомбы будут проведены через неделю, а мой отряд все еще не готов. Есть три пути — объявить войну Империи и в открытую штурмовать военную базу, действовать по моему плану, но без отряда и третий вариант — бездействовать и не рисковать собственной жизнью. Ждать, пока враг готовится и усиливается, и надеяться на то, что неприятель не пойдет против нас, а присягнет сильному на верность. Тэймэй знала — не бывать этому, это путь в никуда, поэтом уона уже подготовила мне самолет до диких земель, броню и договорилась с кланом Сиоко, что встретит меня и поможет в реализации моей операции.

— Асока, стало известно, зачем именно прибыл принц Айрат? — спросил я у своего секретаря, зная, что принц Империи Курту убывает завтра.

— По нашим данным и проанализировав просушку… — начала свой доклад Асоко.

— Ближе к делу, Асока, — прервал я ее монотонную речь.

— Он прибыл лично удостовериться с положением дел и провести ряд встреч с подданными нашей Империи, — Асока печально вздохнула, поняв по моему взгляду что я не готов выслушивать полный доклад со всеми именами. — Он лично оценивает необходимость военного конфликта.

— Понятно, — мои кулаки сжались, жаль, не на горле Айрата.

Глава 4

Неделя, у меня ушла целая неделя времени, которого у меня и так практически не было, чтобы пробраться в эту Империю добра и справедливости вместе с контрабандистами по козьим тропам.

Да, я был не один, о чем успел уже не раз пожалеть. Я не знал, как объяснить ей, что все кончено. Она присутствовала при составлении плана и на каждой встрече с кланом Сиоко. Исида Сиоко организовала полномасштабное представительство своего клане в порту Каори и в столице. Её мысли были открыты для меня, сила манипулятора не давала и шанса, чтобы усомниться в ее истинных мыслях. Каждый раз я говорил себе, что встреч с кланом Сиоко и Исидой больше не будет, но они были. Я не хотел рисковать дорогими для меня людьми, но мне была нужна помощь, помощь надежного бойца и опытного разведчика, того, кому можно доверять. Клан Сиоко был не лучшим вариантом, но среди огромного количества шпионов, что окружали нас с Тэймэй, за эти годы мы не единожды находили тех, что работали на иностранные разведки. Выбора у меня особо не было.

И теперь я ждал Исиду в небольшой палатке, замаскированной под скалу. Исида ушла в город, где должна была пройти встреча с проводником, что постоянно охотился в этих горах и за достойное вознаграждение был готов показать проход среди казавшихся неприступными скал.

Находясь в медитативной позе, я постоянно сканировал местность силой психокинетики и готовил свое тело к бою. В этот раз я не мог пользоваться теми атрибутами и навыками, что использовал каждый раз, когда бился за свою жизнь. В тайных операциях я не должен был выдать себя прогремевшей на весь мир тактикой — на этот раз никаких плетей, никаких ментальных атак и никаких многостихийников.

Два года назад мир впервые услышал о физике-наемнике Яростном, что убивал заказанных ему лиц в независимости от сложности цели. Брал заказы он редко и найти тех, кто мог с ним связаться, было невероятно сложно. Зачастую к будущему заказчику приходила марионетка и сообщала, что Яростный в курсе его проблем и готов помочь, отследить марионетку так никому и не удалось. Яростный сильный, очень сильный физик, настолько, что ни у одной из стран такого нет и разведки стран до сих пор гадают, на кого работает этот наемник.

Пришлось провести несколько неформальных учений и на территории своего государства отсутствие жертв было объяснено тем, что Яростный не любит убивать лишний раз. Лишние жертвы бывают редко, однако, если наемник встречает ожесточенное сопротивление и не может добиться своих целей, то жертвы исчисляются сотнями. Такие наемники как Яростный периодически появляются и все к ним привыкли, просто пытаются вычислить его и прикончить. Цена за голову Яростного на данный момент равняется примерно одному небоскребу, но я боюсь, что сумму скоро придется мерить авианосцами. Владеющих используют для различных заказов и когда возникает новый боец, что может проникнуть практически куда угодно, за ним объявляется всеобщая охота.

На моем внутреннем радаре появилась далекая тусклая точка.При сканировании на подобные расстояния, превышающие десятки километров, ни о какой точности или идентификации обнаруженных людей не могло быть и речи. Точка целеустремленно приближалась в мою сторону, это наверняка была Исида, но меня беспокоило то, что она была одна.

Разгоняя кровь, я взял бутыль воды литров на пять и начал его осушать, злобно посматривая на груду металла, что становилась боевым костюмом, когда мне приходилось становиться Яростным.

Я ещё не был готов, чтобы облачиться в боевой костюм, мне не хватало ни размера, ни силы. Вода еще не напитала мои мышцы и не все яды Асоки начали действовать. Мне не нужны стимуляторы Харуки Сиоко. Когда рядом есть ядовик уровня Асоко, то многое невозможное становится возможным.

Маскировка телосложения Ярому не была нужна, он был больше, намного больше меня из-за мышечной массы, которая практически не замедляла мои действия, а в паре с силой психокинетики, что разгоняла мои движения и помогала видеть то, что недоступно для физика, делала меня чем-то подобным Амайе. Равным ей по силе, но только еще опаснее, так как я действовал, руководствуясь внутренним зрением психокинетики. Я делал так, что на пути моего противника всегда возникали сложности, что играли мне на руку и ставили меня против противника на более выгодных условиях. К сожалению, не всегда и не все решается одной лишь силой физика. В форме Яростного я проигрывал Амайе только в трех схватках из пяти, но это, опять же, без применения силы психокинетики.

Ко мне шла Исида, когда она приблизилась ближе мне хватила мастерства и силы психокинетики чтобы понять это. Она была одна, не ранена, но взволнована, на это указывала частота ударов сердца и ее кровеносное давление, мысли были, но я не такой сильный манипулятор, как хотелось бы, расстояние слишком велико чтобы попытаться подслушать то, что творится в голове этой девушки.

Раскинув свое внутренне зрение на максимальную дальность, я вновь начал следить за окрестностями, ожидая пока Исида сама зайдет в палатку. Она была взволнованной и уставшей, но на ее лице при виде меня, практически голого, воцарилась улыбка.

— Нет больше проводника, — проговорила она устало, садясь около меня и пытаясь согреться, прильнув своей спиной к моей — мне приходилось повышать температуру своего тела для усиления и упорядочивания мышц. Исида, несмотря на то, что она физик, не привыкла к низким температурам. Всё-таки она дитя пустынь и не могла каждый день жить на морозе. Ее это просто раздражало, на улице уже была минусовая температура. — А ты горячий.

— Что случилось в городе? — спросил я, проигнорировав то, что Исида начала скидывать с себя верхнюю одежду.

— Да ничего особенного и не произошло, такое часто бывает, когда приходится работать с непроверенными людьми, — скидывая штаны и оставив на себе одно лишь нижнее белье, проговорила Исида. — Проводник не понял, с кем ему придется вести дела, а я такая красивая и на владеющую совсем не похожа, так ведь?

— Так, — пришлось мне согласиться, смотря на телосложение стройной Исиды без лишних нагромождений мышц.

— Ну вот, даже ты согласился, а ведь у тебя жена физик. Вот этот проводник, в отличии от тебя, и решил со мной поиграть, да потом продать спецслужбам, — проговорила Исида и потянулась снимать спортивный лифчик.

— Не усугубляй, — остановил я её. — Ну и ты, конечно же, проучила зарвавшегося пустого?

— Ну да, а что мне еще оставалось делать? Он был не один, еще и стрельба поднялась, а я не психокинетик, мне нельзя было медлить, — обиженно надула губки девушка и оставила лифчик в покое. — Не беспокойся, карта у меня. И Дэйчи, ты какой-то нервный, тебе надо хотя бы немного расслабиться.

Исида неожиданно прильнула ко мне всем телом. Не знаю, может это запах ее на меня так действует, но я прореагировал с небольшим запозданием и отодвинул ее тело от себя с помощью психокинетики.

— Исида, нет, — на меня смотрели глаза человека, готового убить. При контакте телами я почувствовал ее страсть, ее желание и страх, страх быть отверженной. А сейчас в ее глазах горел огонь. — И не зови меня Дэйчи, это домашнее имя, для тебя я Дэйчиро.

— Может, хватит? — прошипела она мне прямо в лицо, а потом переместилась мне за спину и с силой оперлась своей. — Сколько мы уже так? Год? Два?

— Я согласен, с этим надо заканчивать, и я тебе уже не раз об этом говорил, — спокойно произнес я, чувствуя каждую ее эмоцию из-за контакта кожей.

— Так и закончи, ты же сильный мужчина, вот и реши это раз и навсегда, — зло проговорила Исида. — Возьми меня в жены.

— Исида.

— Иного я не желаю, иначе тебе придется опасаться того, что рано или поздно я приду за тобой, — сказала Исида. Я промолчал, зная, что не придёт, не сможет. Если бы могла, то мы уже года два назад решили бы все раз и навсегда, и в живых остался бы только один. — Я имела полное право называть тебя Дэйчи и ты, даже став Императором, не имеешь права отнимать у меня то немногое, что осталось.

Исида развернулась ко мне и обняла.

— Знаешь, — после недолгого молчания она вновь разорвала тишину, повисшую в палатке. — Ты стал очень сильным, но я дождусь того момента, когда ты будешь слаб. И тогда я заберу своё.

— Исида.

— Да заткнись ты! Я знаю, что ты скажешь. Мне плевать на твои слова, знай, когда тебя вновь тяжело ранят я перевяжу, а после изнасилую твое бессознательное тело! — вновь зло прорычал на меня цветок пустынь. — А теперь спать, завтра будет тяжелый переход по незнакомой территории без проводника.

Она молча погасила свет в палатке и, оперившись на мою спину, начала поудобнее устраиваться, проигнорировав спальный мешок, в который, в отличие от меня, она могла поместится. Разговаривать с ней сейчас было бессмысленно, это знал я, знала и она. Я не мог ее простить за то, что она вышла за другого, да, я изучил всю историю.

Передо мной кланялись Харуки с Тогшилой и глава клана Сиоко, отец Исиды, Хаос. Они не пытались оправдаться, да, ими двигала выгода и, оценив силы Федерации Гатсен, они решили, что у Империи нет шансов. А тут была такая возможность очень выгодно выдать Исиду замуж. Она была против, но совет клана приказал ей. Да, она ветрена и своенравна, но Иссиде пришлось подчиниться, так как ее достигла весть о моей смерти и она скрепя сердце пошла на встречу клана. Но я был жив, Федерация Гатсен во время войны с Империей не раз меня убивала, так как я начинал становится символом, тем, кто может всё: и стать мужем принцессы и выжить в любых условиях.

Узнав, что я жив, Исида не смогла вынести позора. Нет, у нее не было в мыслях убивать себя — она убила своего мужа. Узнав же, что я пощадил Хаоса и Харуки, она попыталась отречься от клана и в конце концов отреклась, но клан Сиоко ее решение не признал и изгнанной ее делать никто не собирался. Так что Исида почти сама по себе, только это «почти» выливается в то, что клан Сиоко несет полную ответственность перед Исидой за нарушение помолвки с почти Императором, за разрушенную жизнь и в придачу за звание мужеубийцы, из-за которого соискателей руки у Исиды больше не было.

Она сильный физик и, не смотря на ее фигуру, ночь с ней может пережить только физик — она не сдерживает себя. А то, что она еще и перебила центральный род мужа, делало ее будущую свадьбу все более невозможной. такую бомбу замедленного действия подпускать к себе не хотел никто. Я же был бы самым лучшим вариантом для клана, несмотря на свое шаткое положение я был тем, о ком всегда мечтал клан Сиоко. Тем, кто создает государства, и это было правдой, порт Каори уже получил статус автономии, а города Диких земель сейчас очень пристально смотрят на Империю и порт Каори, и торгуют как ни с одной страной мира не торгуют. Дикие земли единственный новый и, можно сказать, надежный партнер Империи, за все время Диким землям плевать было на то, что наша власть не крепка. Мы торгуем и это главное.

— Ненавижу тебя, — то ли во сне, то ли наяву пробурчала Исида и аккуратно переместила свою голову и плечи ко мне на колени. Я опять промедлил и вот она уже крепко спала, ну и ладно, пора и мне на пару часов выключиться. Отдых необходим, сегодняшняя подготовка тела меня сильно вымотала.

Уходя в спящий режим, при этом не отключая сканирование местности силой психокинетики, я почувствовал, как ко мне прильнуло горячее, нагое женское тело.

Утро началось с моего болящего тела, которое Исида еще до того, как я проснулся, стала натирать составами, размягчающими кожу, ну а потом были бинты — мышцы начали рвать мою кожу. После мы собрали наш небольшой лагерь, все вооружение было взвалено на меня, как, впрочем, и все прочие вещи, оставив Исиду налегке. Мне была нужна нагрузка для подготовки тела к бою. И так мы пошли, особо не скрываясь, так как скрываться было не от кого, я проверял путь спосбностями, а Исида была прекрасным следопытом, что уже не раз подтверждалось в других операциях. Разговаривать после вчерашнего разговора она не желала, да и сам я был неразговорчив — боль от роста мышц не прибавляла настроения.

— Дальше по тропе идти нельзя, — впервые за день разорвала тишину Исида.

— Причины? — спросил я и от новых приступов боли сморщился.

— Ты психокинетик и видишь многое, — начала раздраженно говорить девушка, смотря на приступные скалы, что возвышались над нами. — Но не видишь очевидного — здесь два дня назад проходил военный отряд, я нашла отпечаток армейского ботинка.

— Всего один? — если нас заметят раньше времени, то придется уходить и забыть об операции минимум на месяц, а этого делать никак нельзя. Бомба скоро будет готова для первых испытаний, мне нужно замедлить разработку этого оружия и достать образец, только тогда у моего государства, семьи и детей возможно будет светлое будущее.

— Да, только один, — Исида начала осматривать окрестности. — Они все замаскировали и уничтожали следы. Дальше, я думаю, есть наблюдательные посты владеющих, которые…

— Которые пропускают проводников и охотников, но нас не пропустят, — договорил я вместо Исиды и, сев на камень, достал карту и начал планировать маршрут, Исида с любопытством следила за тем, как я с помощью психокинетики управляю карандашом и сверяюсь с компасом.

— Мы не сможем пройти по этому маршруту, — озвучила свой вердикт Исида. — Я смотрела спутниковые снимки, эти горы достаточно молоды и неприступны даже для меня.

— А мы и не пройдем, — согласился я. — Пройду я.

Здесь не ступала нога человека, да и после меня никто не полезет по этому маршруту, не было тут отрядов, не было и наблюдателей, это непроходимые горы — километровые высоты скал, непроходимые снега и сверхнизкие температуры. Это самый высокий участок горной местности Империи Куртон.

Сюда не ездили альпинисты, здесь не водились животные. В начале еще появлялись горные козлы и красивые серебристые хищники, что охотились на них, но когда я, закованный в металл, приблизился к самому сложному сорокакилометровому участку гор, то живых существ на моем радаре больше не было.

Двигаясь рывками по отвесным скалам, не выбирая маршрут и передвигаясь по прямой, я напоминал чудовище, которому плевать на все сложности. На вершинах мне было практически нечем дышать, голова постоянно гудела из-за перепада высоты, мышцы ныли от боли, а там, за спиной внутри палатки, постоянно бурчала Исида. То она кричала, когда я срывался со скал, то ругала за медлительность на вершинах гор, когда я прорывался через снега.

— Лавина! Гребаный демон, ты вызвал лавину! — орал наушник мне в ухо голосом Исиды. — Нам конец! Мы умрем!

— Конец это всего лишь начало, — ответил я ей и ускорился, пытаясь не проваливаться в снег. Бежать наперегонки с лавиной было сложно, но возможно.

— Аааааа! — приглушенно кричала в мешке, коим была палатка, девушка, а я летел вниз со скалы, психокинетикой корректируя маршрут. Когда ноги касались твердой поверхности, будь то дерево или камень, торчащий из снега, то я рывком набирал скорость и в прыжке летел в то место, с которого мог продолжить свой смертельный бег.

Так продолжалось около часа, и когда очередная лавина нас чуть не накрыла, а ветер усилился, я решил встать на ночевку и, найдя удобное место, наконец скинул с себя Исиду и все наши вещи. От моей брони шел пар, в некоторых местах она была измята камнями, что несла в себе лавина. Один раз лавина почти нас накрыла и мне пришлось изо всех сил пытаться отвести все камни от Исиды и, разрывая мышцы, ускоряться.

Исида, выбравшись из своего укрытия, начала быстро разбивать лагерь, стараясь не смотреть на меня, лежащего в снегу. Перегрев тела был ужасающим, несмотря даже на минусовую температуру, броня и я нагрелись так, что снег таял подо мной с ужасающей скоростью, а мышцы от нагрузок и вовсе перестали меня слушаться. Я устал так, что не мог пошевелиться даже когда девушка начала снимать с меня броню, а после затаскивать в палатку. И только после того, как в меня влилось литра два воды и две банки тушенки, я смог хоть немного двигаться. А на меня смотрели испуганные глаза, но в них был иной страх, подобный которому я когда-то видел только в глазах Чихеро, в таких же горах, как эти.

— Ты чудовище, Дэйчи, — произнесла Исида, снимая с меня бинты. — И я когда-нибудь тебя убью, но только после того, как изнасилую.

— Исида… — начал было я говорить, но девушка тут же меня перебила.

— Да помолчи ты, монстр, не беспокойся, насиловать я тебя буду не сегодня, — рассмеялась Исида. — Сегодня ты преодолел только половину пути, отдыхай, завтра будет тяжелее.

Глаза сами собой закрылись и я начал проваливаться в сон: кислородное голодание, перепады давления и высоты не прошли без последствий. А тело сейчас млело от прикосновения сильных женских рук, что растирали мое тело и пытались массажем придать моим мышцам тонус и спасти их от последствий воздействия мороза вечно обледенелых вершин гор. Эти горы были непроходимы, но только до того момента, пока я не оказался в этих горах.

Глава 5

Исида методично и придирчиво проверяла мое снаряжение уже в третий раз, словно от него завесила не моя жизнь, а её. Но в открытый бой шел только я, её же задача была проще и одновременно сложнее.

Все отвлечение на себя брал я, а для Исиды была подготовлена форма солдата Империи Куртон, в которую она уже была облачена. Исида должна была незаметно подобраться и активировать бомбу, пока я приковывал к себе все внимание. Мы уже не раз проворачивали подобное, но единственным условием было создание ада на объекте противника, когда в полной неразберихе никто не попытается идентифицировать раненую, стонущую от боли девушку, пытающуюся уйти от своей неминуемой смерти, в то время как я несу хаос в ряды противника.

А стонать Исида умеет, да так жалобно, что не раз офицеры тащили на себя плачущую девушку в косметике, что скрывала как цвет кожи, так и национальность, по направлению к госпиталю. Она выполняла то, что требовалось и незаметно растворялась среди людей, а на виду противника был только Яростный. Но не только это было в ее обязанностях, в меня стреляли, меня взрывали, все схватки брал на себя я и это не могло пройти без ранений. И после того, как мы покидали объект, именно на Исиду была возложена задача по сохранению моей жизни, так как зачастую после боя я не соображал и был беспомощен.

В лучшем случае мной надо было управлять, так как думать и решать что-либо я зачастую был не способен, пару раз моя спутница даже тащила меня на себе. Исида уже подготовила все необходимое и осматривая каждую пластину брони, изредка нервно бросала взгляды на сумку с медикаментами, которых, по ее мнению, могло не хватить на мою тушку. Сама броня изготавливалась в диких землях под контролем клана Сиоко, и Исида знала ее лучше меня.

Болты на броне скручивала именно она, понимая, что сейчас я просто не смогу тонко действовать психокинетикой. В наших операциях без Исиды я бы не справился, на ее плечи ложилось столько задач, что именно из её рук я принял последние вещества для раскрытия моего потенциала. Сам я сейчас старался, все еще не обретя полный контроль, не касаться даже самого себя.

— Так, на танки не лезь, броня прямого попадания не выдержит, — лазя по мне и проверяя каждое сочленение наставительно бурчала Исида, и вновь взглянув на мою грудь осуждающе закачала головой. — А я говорила, что тебе нужна динамическая защита. Все ты виноват, повторяешь все, что не надо усложнять защиту…

— Исида, — послал я мысленный сигнал владеющей, прервав ее ворчание.

— Ну что опять? — зло посмотрела на меня девушка, зная, что мой глухой шлем имел лишь имитацию смотровой щели — слишком много психокинетиков пытались через неё достать меня.

— Пора, — вновь послал я сигнал с помощью силы манипулятора, по которой мы и будем связываться. — Залазь.

— Береги себя, — сказала мне Исида и отвернулась, чтобы я не видел ее скупых слёз через монитор, что был установлен в шлеме, или через переборку, что была сейчас закрыта, но об этом Исида не знала.

Девушка резво забралась в огромный короб на моей спине, в котором хранились патроны, по крайней мере так должен думать противник. Пулеметная лента и правда уходила туда, но там хватило места только для семидесяти пяти килограммовой девушки, чья пластика меня поражала. Как только я проникну на базу она вынырнет из стального короба, ну а сейчас она в безопасности, по крайней мере я попытаюсь обеспечить это ей силой психокинетики.

Закрыв белым маскировочным полотном наш лагерь, я вдохнул морозный воздух и начал сперва запускать системы бронекостюма. Первым, что я включил, была фильтрация воздуха, от кисловатого привкуса неприятно защипало в горле, вспомогательная гидравлика исправно работала, а спаренный с гранатометом пулемет приятно оттягивал руки.

Холод в мыслях и мороз снаружи меняются по велению моей воли, мне стало невыносимо душно и жарко, а в голове появилась такая знакомая хаотичная злоба. Я Ярость, я не иду тайком, я не иду в обход, прямо и только прямо по трупам моих врагов.

Мышцы вскипели от энергии, что скрывалась в них, мне хотелось кричать от переизбытка силы и энергии, но не здесь. Там, внизу, меня не ждут, надо успеть все сделать так, как я умею и люблю. С огоньком, с оглушительным взрывом вломиться в неприступную твердыню и увидеть, как в глазах врагов разгорается темное пламя ужаса.

Первые резкие шаги отозвались болью в спине, кости не выдержали той скорости, что могли обеспечить мышцы, переполненные энергией. Один мысленный приказ и корсет из проволоки сжал те места, что не смогли усилить мышцы. Пробный прыжок показал, что диагностика еще не закончена — в голове помутнело от перепада давления. Проверив все тело заново и внеся новую настройку в кровяном давлении, я сделал еще один настроечный прыжок, а за ним ещё и еще.

И вот я уже несся по заснеженному склону горы, включив небольшой монитор, чтобы смотреть глазами, а не внутренним зрением. Я увидел, как база, что находилась уже в пяти километрах от меня, загорается сотнями прожекторов, а в звенящем морозном воздухе истошно заорала сирена, разносясь эхом по горам.

Первый залп дальнобойных орудий вызвал лавину, что тут же понеслась за мной. Они целенаправленно вызывали лавину, надеясь, что это замедлит или вовсе уничтожит нарушителя, но все было бесполезно, стремительный бег не был мне в тягость и я начал еще сильнее ускоряться. А между тем по всей военной базе уже истошно надрывалось по крайней мере с десяток сирен. Дежурные танки неслись к боевым позициям, а из казарм вываливали сотни солдат, не суждено им было досмотреть свои сны, а многим из них не суждено увидеть рассвет. Я и сам могу его не увидеть.

Артиллерия замолчала, когда до заграждений осталось три километра, а я вступил на минные поля. Я несся по полю, не замечая взрывов противопехотных мин, что попросту не успевали сработать подо мной, а когда срабатывали, я уже был в метре от них. Осколки аккуратно обтекали короб с патронами, не щадя при этом мою броню. Одновременно с тем, как по мне начали вести огонь из турелей, я засек момент, когда начали активироваться детонаторы всех мин разом, как пехотных, так и противотанковых. Они решили взорвать все минное поле, но не дать мне продолжить путь к стенам базы.

Мышцы ног взревели от усилий, а толчок гидравлики, что получила мощный посыл психокинетики, помогла мне взлететь над землей во время срабатывания противотанковых мин, что сами выпрыгивали из-под земли. Три снаряда из башенных пулеметов вскользь прошлись по броне, отклонив мою траекторию падения. Взрывы снарядов и мин подняли такой туман, что ничего не было видно.

Пулеметы перестали вести огонь, а психокинетики противника из-за взрывов получили множество помех и также оставили попытки атаковать меня. Я же тем временем, стоя посреди взорванного минного поля, использовал временную передышку для подготовки к финальному рывку. Сознание, повинуясь силе манипулятора, брало новые приоритеты работы с мозгом, здесь не нужны лишние функции и инстинкты.

Настала звенящая тишина, прожекторы пытались найти нарушителя, а серены были отключены, повсюду раздавался топот солдат, что не испытывали страха, как и те бравые владеющие, у которых кипела кровь — все они горели желанием схватки. Они были уверенны в своей непобедимости, как и экипажи танков в своей безопасности.

Я перемещался по туману практически бесшумно, пыль не мешала, оседая в фильтрах.

— Исида? — послал я мысленный сигнал, пытаясь удостовериться в целостности девушки.

Она не была манипулятором, но я почувствовал, что с ней все порядке — на мой сигнал тут же пришел ответ, наполненный таким эмоциональным теплом, что меня немного выбило из колеи.

— ПОРА УМИРАТЬ! — прокричал я изменённым голосом через динамики, разрывая затянувшуюся тишину, и вновь понесся к стене, защищающей военную базу.

Они стояли на стене и за стеной, отряды уже выходили из ворот, ко мне неслись три танка, похоже, что они плохо понимали, что здесь происходит. По мне вновь начали работать пустотники, ориентируясь на возмущения около себя, видные во внутреннем зрении психокинетика, я начал зигзагами уходить от точечных ударов. Когда до стены осталось с сотню метров гидравлика вновь помогла мне взлететь, и одной рукой зацепившись за стену я словно монстр из ужасов понесся вверх.

Оказавшись на стене мне пришлось убить ближайших бойцов, чтобы перевалиться через противоположный край стены и наконец-то оказаться внутри военной базы. Пока я падал вниз из моего контейнера наконец выпала Исида, что сразу же подбежала к трупам и измазалась в их крови.

Пока она выполняет свою задачу пора и мне начать выполнять свою, координаты входа в подземные катакомбы были известны заранее, но сперва мне нужно создать достаточно хаоса, чтобы Исида могла без особых проблем добраться до бомбы и активировать её. Как она делала это из раза в раз меня не волновало, сейчас она боевая единица, как и я расходный материал.

Пулемет, спаренный с гранатомётом, наконец-то начал свою кровавую работу, выкашивая десятки тел. Я мчался к закрытому входу и стрелял, в меня летели потоки пламени пустотников, что пытались разорвать меня на части. Психокинетики также пытались меня остановить, но они все еще не смогли объединить свои силы. Я пробирался к цели, пытаясь нанести побольше урона, и повсюду раскидывал кумулятивные снаряды. Мои выстрелы провоцировали взрывы, под пулеметным огнем гибли десятки, а то и сотни безликих для меня солдат.

И вот передо мной стояла огромная стальная стена, что должна была остановить любого и не дать проникнуть за нее, но это не было для меня проблемой, психокинетика разомкнула магнитные замки и теперь поднять дверь было не особо сложной задачей из-за помощи психокинетики.

Едва проскользнув за ворота я потерял сознание из-за взрыва, что прогремел внутри. Когда я смог себя контролировать боль сковала все тело, потеря сознания в бою была для меня уже не впервой, и потому тело не теряло своих функции и действовало по заранее вшитой в мой мозг инструкции. Я убивал все живое, что находилось в моём поле зрения, таков был единственный короткий приказ, что был вшит на уровне подсознания. Убивать.

Именно из-за этого меня и прозвали Яростным. Когда сознание отключалось я не жалел никого, когда же я вновь приходил в себя, то всегда был весь в крови и плоти моих жертв. И этот раз не было исключением, сканирование пространства психокинетикой показало, что я нахожусь на седьмом подземном ярусе, который полыхал в огне.

Дышать было очень сложно, система фильтрации работала с надрывом, а баллон с кислородом уже был наполовину пуст. Идя к хранилищу биологически-активных материалов на шестом ярусе подземного комплекса, я старался не смотреть по сторонам. Ярый был физиком и его жертвы всегда умирали от непосредственного контакта, он разрывал и раздавливал любого противника. Пробитый в нескольких местах бронекостюм говорил о том, что сегодня на моем пути было немало достойных противников, а монстры, что иногда попадались на моем пути, красноречиво доказывали теорию о генетических экспериментах Империи Куртон.

Огромные туши окованных в металл монстров мало напоминали людей, да и маленькие большеголовые уродцы также были похожи на людей лишь отдаленно.

Информатор указал, где стоит искать единственный оставшийся след от бомбы Хаоны, а именно неразложившиеся образец. Забрать его из горящей лаборатории не было проблемой. Проблемой было его найти, на это у меня ушло около десяти минут и практически весь запас воздуха в баллоне вместе с примерно литром крови, что вытекла из меня за это время. Но я все же смог найти образец, и он по моей воле ушел в специальный контейнер для хранения того, что надо сохранить и не дать вырваться.

После, в последний раз взглянув на останки тех, что защищали лабораторию, я помчался к единственному выходу, что был также и входом. У самых ворот я взглянул на следы того, что лишило меня сознание при входе — это была огромная воронка от взрыва бомбы, что в закрытом помещении должна была убить меня. Но не убила, мое сознание отключилось не полностью, выключилась основная моя личность, а вот то, что живет глубоко во мне, решило выжить и выжило.

Подозреваю, что был вновь применен щит психокинетики, что все еще не доступен мне. Эта техника была очень сложной и энергозатратной, но только не для Яростного, он уже не впервые выживал там, где иной владеющий должен был умереть. Огромная плита была открыта, небольшая площадь у входа оказалась пуста и только за ней был выстроен весь личный состав военной базы вместе со всей техникой. Они ждали меня.

Они не рискнули сунуться в потерянное для них подземное сооружение, так как в закрытых коридорах у них было мало шансов выжить, что и продемонстрировали трупы бойцов, которыми был устлан пол подземных этажах. А здесь, на открытом пространстве, не было шанса уже у меня, мне и так несказанно повезло при прорыве ко входу в подземный бункер.

— Исида, — послал я мысленный посыл, ища свою напарницу, она откликнулась в километре от меня, а после начала перемещаться, выходя за пределы базы.

Первые секунды ничего не происходило, военные ждали, пока монстр выйдет из своей норы, а я не спешил этого делать, так как знал, что вот-вот и тех, кто ждет снаружи, не станет. Взрыв был не сильной мощности, но он заставил вздрогнуть стройные ряды военных Империи Куртон, они начали кричать и словно потеряли интерес к мне. Я видел, как несколько физиков рванули прочь к стенам, стремясь покинуть военную базу, а после все начало окутывать сизым дымом.

В этот момент я и рванул наружу, по мне открыли огонь, но очень и очень слабо, так как этот смертельный туман уже начал свое дело. Люди начали с огромной скоростью разлагаться прямо на глазах. Империи Куртон удалось воссоздать похожую бомбу и сейчас она только начинает свою работу. Я вырвался из подземелья и на пределе возможности бежал к стене, чтобы спастись, туман был медленнее чем я, но только в самом начале.

Он распространялся волнами, мы это знали по сохранившимся записям испытаний этого многокомпонентного яда. Мне не повезло, на моем пути уже был туман, что занимал все большие и большие площади и совсем скоро он начнет волнами захватывать весьма большую территорию, а высота зараженной площади будет равна километру.

Яду практически плевать на ветер, он распространяется, нарушая законы физики, словно имея свой собственный простейший разум. Этот яд был чужд этому миру и это было правдой. Его формула хранилась в сокровищнице Императоров не одну сотню лет и только Хаона осмелилась создать то, о чем когда-то поведал один из вселенцев из рода Шосе.

Обогнуть туман пришлось по минному заграждению, что начиналось сразу за бетонной стеной. На военной базе одиноко выла сирена тревоги. Больше не было слышно криков, в меня не стреляли, ведь те, кому как и мне посчастливилось выжить после первой волны, как и я пытались сейчас сбежать. Сканируя местность я пытался найти Исиду, мне это удалось далеко не с первой попытки и вновь пришлось изменить свой маршрут после того как минное поле осталось позади. Исида находилась на противоположной стороне завесы, что создала туман.

Мышцы выли от нагрузки и боли в раненном животе, в котором было по крайне мере четыре сквозных ранения. Но я старался этого не замечать, мчась на предельной для моего состояния скорости. Исида была очень быстрой, ее не сковывала броня и мне казалось, что я никогда не смогу догнать ее по пересеченной местности, но, когда произошла вторая волна распространения яда, я понял, что она не может долго держать такой темп, и я начал ее настигать, медленно, но верно. Военная база осталась уже в десяти километрах от нас, но ядовитый туман и не думал замедляться или заканчивать своё распространение. На второй волне до Исиды оставалось сто метров, а от меня до тумана, что с бешенной скорость практически настиг меня, двадцать метров. Перегонки со смертью продолжились еще минуту и только тогда я настиг Исиду, что уже начала терять скорость, как, впрочем, и я. Не теряла силу только смерть, что была в полусотне метров от нас и все никак не собиралась останавливаться.

Исида была вся в крови и до ужаса перепугана, спринт давался ей нелегко, и я, молча подхватив ее на руки, понесся уже с дополнительным весом.

— Отдых, — послал мысль я и Исида начала отворачивать от меня куски поврежденной брони прямо на ходу.

Она могла быть быстрее на коротких дистанциях, но я был намного выносливее, и когда последний кусок брони отпал от меня, а в руках девушки был зажат контейнер с исходным веществом, я смог даже немного ускориться, начав отрываться от тумана и надеясь, что горы, что были на моем пути, дадут нам искомую защиты.

Третья волна яда разрушила мои надежды — расстояние в два километра, что за полчаса бега разделяло нас от тумана, начало стремительно сокращаться. Исида бежала со мной рядом до третьей волны, неся контейнер, но, когда туман вновь преодолел границу в сто метров до нас, я взвыл и вновь схватил Исиду на руки.

Во рту чувствовался солоноватый привкус крови, в голове была пустота, я практически ничего не видел перед собой, ориентируясь только внутренним зрением. Сколько продлилась моя смертельная гонка мне было неизвестно, так как последним, что я помнил был рассвет и то, как я падаю на вершине горы в сугроб жёсткого снега, а там, внизу, в трех километрах от меня, пожирал все живое ядовитый туман.

Глава 6

Грузовой самолет трясло при взлете, но я не замечал этого и все махал в иллюминатор оставшейся на земле маме и Кирану, улыбаясь, словно со мной все в порядке, словно сейчас мне не хотелось от боли скорчиться на полу и подвывать двигателям. Я так делал каждый раз, когда возвращался с операций и даже будучи раненым дарил матери иллюзию того, что все в порядке как со мной, так и с Империей и обстановкой вокруг неё. Но в этот раз мне было особенно тяжело это делать.

— Ты так ничего ей и не рассказал? — хмуро смотря на меня проговорила Исида, сидевшая рядом в традиционном кимоно клана Сиоко, сейчас она смотрела на меня с осуждением. — Ты же понимаешь, что рано или поздно она узнает?

— Исида, я не лезу в твою семью, а ты не лезь в мою, — пробурчал я на Исиду, на большее меня не хватило. Отчитывать ее или спорить не было ни сил, ни желания. — Ты же видела, как она счастлива сейчас, не стоит омрачать её жизнь.

— Не знаю, что видел ты, а меня Каори допрашивала за эти два дня три раза, — пробурчала девушка и пересела от меня подальше, оставив меня наедине с моими мыслями, но без выпада в мою сторону девушка все же не удержалась. — И еще посмотрим, что будет дальше. Я не исключаю того, что моя семья станет твоей, а твоя моей.

Похоже, Исида думает, что все будет просто. Нет, её война только в самом начале, ей предстоит еще переговорить с моими женами и при этом выжить. Ладно, проблемы я буду решать по мере их поступления, а сейчас займусь тем, что немного меня успокоит и отгонит мрачные мысли.

Небольшой планшет с ручкой с легкостью вылетел из моего багажа под управлением психокинетики и упал на колени. Пора заполнить листы, часть которых уйдет на доклад Тэймэй и Орсо, а часть станет моим дневником. Последний раз посмотрев в иллюминатор я печально вздохнул, слегка ослабил бинты на своей спине и, помогая себе психокинетикой, влил в вены через специализированное устройство, изготовленное Харукой для меня, очередную дозу обезболивающего.

Без устройства мои постоянные приемы обезболивающего могли привлечь нежелательное внимание, а так сокрытое под одеждой устройство, не привлекая внимания, вливало в меня огромные дозы медикаментов по строгому графику, что прописала мне Харука Сиоко. Ручка зависла в воздухе, а я все никак не мог решить, с чего начать же мне начать, а когда обезболивающее подействовало, я начал писать, особо ничего не скрывая.

Операция прошла не так, как задумывалось, но все по очереди. После потери сознания я очнулся уже в палатке, что захватила с собой Исида, а причиной прихода в сознание была боль. Я лежал на животе, а с моей спины Исида ножом срезала куски мяса, моего мяса. Мышцы спины в тех местах, где были открытые раны от пулевых ранений и парочки пробивших меня насквозь арматурин, начали гнить заживо. Моя плоть была заражена ядовитым туманом, и хоть туман меня не коснулся, но его частицы все же каким-то образом остались на моей броне и через пробоины попали в раны. Заражение все же было и начало прогрессировать, хоть и довольно медленно, но все же это было опасно. Единственным верным решением была ампутация зараженных участков, чем и занималась Исида после того, как не смогла привести меня в сознание.

Первым делом я приказал своему телу усилить регенерацию и начал с помощью силы манипулятора изучать последствия воздействия яда. Мне повезло — яда было очень мало, но его бы хватило на десяток пустых и владеющих не-физиков. Дальше были безумные часы боли, когда я с помощью Исиды и силы психокинетики избавлялся от всех инородных веществ в своем теле. Пара сотен граммов металла упала тогда на снег, как и пара килограмм моих мышц со спины. Наспех перебинтовавшись, мы направились к границе Империи Куртон, которая в это время начала стягивать в наш район войска.

Пересечение границы заняло еще два мучительных для меня дня. За это время меня постоянно лихорадило, трижды я терял сознания и с виду хрупкой девушке приходилось тащить мое тело на себе. Яд был выведен из моего тела, но он нанес такой урон, что я казался беспомощным ребенком. На границе нас встретили члены клана Сиоко и, забрав меня в близком к обморочному состоянии, стремительно повезли в лабораторию Харуки, в которой я провел еще целую неделю под капельницами в обществе Исиды, что больше не покидала меня. А когда я на сутки провалился в кому, то ко мне едва не приехали мои жены.

Как мне потом об этом поведала Харука, Тэймэй сказала, что, если я не выйду с ней на связь лично, то она уничтожит клан Сиоко. Заверением со стороны клана Сиоко, что я жив, она не верила и готова была, как и Чихеро с Яфой, лично перебить Сиоко, а моя немногословная Амайя уже практически вылетела в Дикие Земли.

Ситуацию спас Киран, что прибыл в клан Сиоко из порта Каори и удостоверился в том, что я не в опасности. После того, как мое состояние стабилизировалось, я вместе с Исидой, что беспокоилась обо мне даже больше чем я сам, поехали в порт Каори. Я жив, и это главное, спина уже заживает, хоть и дольше чем обычно, но, когда мы убывали в порт Каори, восстановление уже шло полным ходом.

Тогда-то я и получил в свои руки папки с секретными разведданными по операции Империи Куртон.

На основе моих мышц, срезанных со спины, Асока смогла выделить используемый яд, а наблюдение за территорией, подвергшейся заражению и оцепленной военными под предлогом выброса вулканического газа, позволило сделать выводы, которые грозили нам первой мировой войной в этом мире.

Ученые Империи Куртон создали яд на основе бомбы Хаоны, но не смогли воспроизвести его полностью. Да, он был смертелен и точно также распространялся волнами, к тому же от него не было антидота, но этот яд не обладал главным плюсом, которым обладал яд изначальный. Он не разлагался на безопасные элементы, а имел устойчивую структуру, что распадалась только при достижении температуры в триста градусов.

На данный момент Империя Куртон стягивает всех огневиков к зараженной территории, чтобы сжечь весь газ, который не обладает горючестью. То, что я с Исидой выпустил в мир, взорвав бомбу, начало медленно перемещаться по горной гряде, мою страну эта беда из-за расстояния не коснется, но ощущая постоянную ноющую боль в спине я невольно чувствовал вину.

Асока доложила мне, что образцы ядов уже в работе и прислала пробный антидот, что должен помочь уменьшить последствия и убрать остатки яда, что мог остаться в моём теле.

В порту Каори я встретился со своим двойником, что прилетел в порт по официальному поводу и которого отключили и положили в грузовой отсек самолета в деревянный ящик. Мама была обеспокоена моим здоровьем, а я усиленно опровергал ее подозрения и знакомился с подросшими сестрой и братишкой, появившиеся от союза Каори и Кирана, что были по-своему счастливы.

Порт окончательно разросся, но его жители остались все также сплочёнными и отчасти злопамятными. Узнав, что я прибыл, меня попросили прибыть на городскую площадь, где проходило всеобщее собрание. Здесь представители города при всем народе на специально возведенной трибуне решили провести мой допрос.

Бывшие рабы были обеспокоены тем, что Империя вновь воздвигает военную базу, они помнили, что Империи раньше было плевать на них, а новоприбывшие люди из различных кланов и вовсе считают, что порт Каори неофициально является частью Империи. Пришлось успокаивать народ тем, что порт Каори навсегда останется территорией клана Шосе и не является частью Империи, так как Дикие земли не принадлежат ни одному государству, здесь есть только зоны влияния. Народ предложил мне и присутствующим членам клана Шосе стратегию развития, после чего отпустили меня к самолету, что меня уже заждался, а из толпы все доносились нередкие выкрики пожелания удачи новой невесте демона.

— Всё пишешь? — оторвала меня от дел Исида и подсела рядом. — Я спать, так что постарайся мне не мешать.

— А я… — начал я говорить, но голова девушки уже лежала на моих коленях. — М-да.

— Не бурчи, — с закрытыми глазами проговорила девушка. — Я сплю.

Исида моя головная боль и обезболивающее в одном флаконе. Если бы мы тогда замедлили свой бег, то туман поглотил бы нас. Я мог бросить ее и тогда наверняка бы не получил того заражения, что было сейчас, но я не бросаю своих. Кажется, именно тогда она это поняла, при любом раскладе я пру напрямую, собирая все удары на себе и защищая тех, кто мне дорог. И она наконец смогла пробиться через все барьеры, что я воздвиг между нами. Она поняла, как действовать, она поняла, что я не могу отказать, взять и откинуть ее сейчас от себя. Ту, что провела со мной столько ночей, когда меня скручивало в отдельной палате.

Только вот как женам объяснить то, что я прибуду с задания не один, а с Исидой?

— Сама разберусь, — проговорила девушка, лежа на моих коленях. — И не надо так удивляться, я по лицу читаю мысли не хуже, чем ты своей силой манипулятора.

Столица встретила меня дождем. Спустившись по трапу я увидел бодро шагающего ко мне старика Орсо. Вокруг него была завеса психокинетического щита, что не пропускал ни капли.

— Госпожа Исида, вас ждет отдельный автомобиль, что отвезет вас в резиденцию клана Сиоко, — вместо приветствия довольно грубо проговорил Орсо и, видя попытки возразить добавил: — Завтра вы встретитесь с царствующей особой, Императрицей Тэймэй, так что вам рекомендовано не делать глупостей и как официальному представителю города Картас приготовиться к утренней встрече.

Один из помощников Орсо поклонился Исиде и повел её к автомобилю и девушка, жалобно посмотрев на меня, последовала за ним. Когда я сел в свой броневик вместе с Орсо, мы включили штатную глушилку возможной прослушки и, проехали пару километров вперед. После чего получили данные, что за нами нет слежки и Орсо кивнул в знак того, что можно не опасаясь вести разговор.

— Короткий отчет о том, как дела в столице и за пределами Империи, своими словами, — коротко приказал я. Так как каналы связи были ненадежными, мне могли сообщать неполные данные, а то и намеренно вводить в заблуждение. Лучше всего получить полный отчет из первых рук.

— В Империи все более-менее спокойно, исключая, конечно же, дворец Императрицы.

— Были проблемы?

— Ну, если не принимать во внимание то, что Харука Сиоко по прямой линии отматерила Императрицу Тэймэй и на мировой карте едва не загорелся новый конфликт, то ничего страшного не произошло.

— Дай угадаю, во всем опять виноват я? — спросил я криво усмехнувшись.

— Что вы, господин Дэйчиро, вы ни в чем не виноваты, — печально улыбнулся Орсо, посматривая в окно. Дождь и не думал прекращаться. — Вы в этот момент находились в искусственной коме, которая была, как я узнал из разведданных, вовсе не искусственной. Так что сейчас вам предстоит пламенная встреча с вашими женами, которые то ли хотят вас убить, то ли бросить в камеру, куда также надо отправить ваш отряд смертников. Эти люди прошли все курсы восстановления и готовы для выполнения поставленных задач.

— Только я не готов, Орсо, мне бы сейчас встречу с женами пережить, — грустно, как и Орсо, ухмыльнулся я.

— Переживете, не беспокойтесь. Первой, кто попытается прикончить вас, будет Тэймэй. Она уже ждет, когда вы прибудете на дворцовую территорию.

— Международная обстановка? — спросил я Орсо. — Ты ни слова не упомянул о ней.

Орсо нахмурился и сейчас, как подсказывала моя сила манипулятора, он лихорадочно думал, что мне можно поведать, а что является непроверенной информацией.

— Рассказывай все, Орсо, — вновь приказал я главе внешней и внутренней разведки, что также лично возглавлял аналитический отдел.

— Все очень неоднозначно, — начал Орсо, его взгляд затуманился, словно сейчас он был не со мной. — Мы выиграли время, Дэйчиро, разработка бомбы Империей Куртон приостановлена. У них достаточно ресурсов и данных чтобы создать подобный яд, но они решили, на основе последствий взрыва в горах, изменить формулу. Сейчас идет борьба с ядом, что уже переместился на пятьсот километров по горной гряде, и если он выберется на равнину, то его скорость перемещения вырастет где-то в пятнадцать раз, а это около трехсот километров за сутки.

— Триста километров выжженной территории радиусом в полторы сотни километров? — спросил я, так как получал уже данные, что туман перемещается.

— Радиус уже триста километров, господин Дэйчиро, — произнес Оро и внутри меня все начало сжиматься от ужаса, но я быстро взял себя под контроль.

— Как отреагировали пограничные государства? — спросил я. — Не может же все оставаться в тайне.

— Средства массовой информации, конечно же, молчат, а вот разведки всех стран уже в курсе всего произошедшего, — хмуро начал свой доклад Орсо. — Все они собирают войска у границ Империи Куртон и в случае пересечения границы, возможно, будет война. Империя пытается остановить яд, но пока безуспешно, Асока Идако сейчас бьется над формулой яда без сна и отдыха. В столицу прибыл принц Айрат с просьбой, конечно же неофициальной, о помощи.

Пока мы ехали до дворца Императрицы, Орсо методично докладывал мне о том, как я заставил весь мир содрогнуться от ужаса. То, что было легендой, приобрело реальную форму, страны пришли в ужас от того, что в этом мире может возникнуть проклятый туман, убивающий все на своем пути и от которого нет защиты. Бомба Хаоны также встряхнула этот мир, но она была понятным, хоть и ужасным злом. Ядовики и другие владеющие уже создавали подобное оружие, первозданная тьма распадчиков тоже была всего лишь одним из техник. Ядовики тоже не отставали и их бомбы также были ужасны, хоть и не столь разрушительны как бомба Хаоны. Страны верили в то, что такую бомбу надо создавать десятилетиями, используя все ресурсы, и то, что Федерация в начале не была уничтожена этой бомбой, только подкрепляло эти догадки.

Мы незаметно подъехали к Императорскому дворцу, меня уже ждали в Императорском кабинете, но пока я шел по коридорам, то там то тут ловил на себе заинтересованные взгляды людей, толпящихся в этих коридорах не смотря на поздний час. В основном это были дипломаты, но также были и представители крупных корпораций, что объединяли несколько крупных кланов, которые были в какой-то степени самостоятельными. Орсо объяснил мне такое столпотворение тем, что сейчас на фоне Империи Куртон, в которой творится не пойми что, многие страны вновь обратили свое внимание на нас, и наше мнение уже не пустой звук.

— Да ну нет, какой из него Яростный? Тот-то великан, истинное воплощение стихии — с придыханием проговорил кто-то, когда я проходил мимо.

— Ну не знаю, как по мне, он мог бы с ним сравниться, — задумчиво ответили.

— Я бы такое посмотрела, — томно прозвучал женский голос, — пусть сражаются голыми руками, о да, как истинные звери…

— Дура, — уже другой женский голос ответил ей. — Пусть лучше в постели со мной потрудятся.

— Извращенка! — взвизгнула какая-то девушка и что-то начала говорить своей оппонентке под смех мужчин, но мне было некогда вслушиваться в эти сплетни.

Чем ближе я подходил к кабинету Тэймэй, тем пустынней становилось в коридорах и тем больше встречалось охраны. На внутреннем радаре я обнаружил в нишах огромное количество марионеток. В примыкающих комнатах я чувствовал своих жен, Этсуко и еще с десяток мощных владеющих, лояльных Тэймэй.

Секретарь Тэймэй моментально сообщил Императрице обо мне и мне не пришлось ждать. Войдя, я посмотрел на полузамученную Императрицу, у нее появились темные круги под глазами, которые уже не могла спрятать косметика. Она молча указала мне на кресло напротив себя, а когда я подошел к креслу и не стал в него садиться, два красивых глаза начали сверлить меня с такой ненавистью, что, казалось, вот-вот и она начнет бой насмерть.

— Забыла, — Тэймэй схватилась за голову и печально вздохнула. — Хаа… Ты не можешь из-за спины сесть в кресло, верно?

— Просто не хочется. У нас военное положение?

— Почти. Принц уверен, что там, на базе, был ты, — устало проговорила Императрица, а я все же сел в кресло, не замечая боли.

— У него есть доказательства? Может, он пришел обявить войну, ультиматум?

— Нет, Дэйчиро, доказательств у него, лишь догадки, не имеющие под собой ничего кроме того факта, что нам эта диверсия была бы выгодна.

Тишина как-то сама собой воцарилась в кабинете, каждый из нас думал о своем. О чем думала Тэймэй мне не было известно, я же думал о войне.

— Хватит! — разорвала тишину Тэймэй. — Ты отсрочил разработку бомбы. Да, последствия ужасающие, но я думаю, за год-два они справятся с этими последствиями, а если не справятся, нам же будет лучше.

— Я постараюсь и дальше… — начало было я говорить, но Тэймэй тут же перебила меня.

— Никаких дальше! — Тэймэй ударила рукой по столу, а ко мне пролевитировали два листа бумаги. — Я как Императрица приказываю тебе, Дэйчиро Шосе, главе клана Шосе, не покидать пределы Империи. Никаких спецопераций! Для этого у тебя есть отряд, а у меня есть спецподразделения.

— Но…

— Никаких но! — Тэймэй смотрела на меня с ненавистью. — Ключевые члены клана Шосе на совете клана приняли решение не допустить твоего участия в боевых действиях.

— Тэймэй, но никто другой бы не справился.

— Не справься ты и не было бы у меня мужа, а у Империя правителя.

— Я не Император.

— У тебя нет выбора, ты им станешь, — сурово произнесла Тэймэй, а я сжимал в своих руках два листа с приказом царствующей Императрицы и решением совета клана Шосе о запрете моего участия в любых боевых операциях.

— Я должен что-то сказать? — кивнул я на листки бумаги.

— Конечно, твои слова должны начинаться со «слушаюсь и повинуюсь воле Императрицы», — зло проговорила Тэймэй.

— Слушаюсь и повинуюсь воле совета клана Шосе, — ответил я ей и Тэймэй посмотрела на меня с еще большей ненавистью.

— Выметайся, видеть тебя не хочу, — тихо и как-то устало произнесла Тэймэй.

Выйдя из кабинета я все также держал два приказа в своих руках, и только один из них имел для меня значение.

Глава 7

Жизнь начала потихоньку налаживаться, раны рубцеваться, а меня взяла под полный контроль семья — четыре жены и одна дочь, что нечаянно коснулась моей руки в один из моментов, когда я почувствовал очередную волну боли. Глаза маленькой дочурки смотрели на мою улыбку и не верили ей.

— Все хорошо, Эми, — тихо и вкрадчиво говорил я ей.

— Папа, но как? — Эми была в ужасе, на ее лице было написано ошеломление от того что я, чувствуя боль подобной силы, сейчас прогуливаясь по саду, улыбаюсь и смеюсь над нехитрыми историями Батусая, держа в руках милого черноглазого малыша Торо.

— Все хорошо, тебе просто показалось, — я попытался успокоить дочурку, но похоже, что это у меня не получилось и с того момента у меня появился новый надзиратель, который взял и обратился в совет клана Шосе, проигнорировав тот факт, что ее обращение принимал я же.

Вот теперь я сижу и смотрю на листок с прошением отстранить ее отца, то есть меня, от любых мероприятий что могут мне навредить, подписанный Эми Шосе. Это стало первым звоночком, что прозвенел в первый день после эпического скандала, который мне устроили все и вся при возвращении в столицу. Больше всех меня поразила речь Яфы, которая поглаживая свой округлившийся животик рассказывала каким боком выйдет мне нарушение решения совета Шосе, которое я, как глава клана и центрального рода, могу заблокировать. Особых кар не было, не было и кровавой расправы за то, что я мог сделать, но вытирать ноги о себя мои жены мне не позволят.

Они понимали, то, что я делал на протяжении двух лет важно, но вот эта важность для государства нивелируется отчётом Харуки о моем здоровье, переданный через предательницу Исиду. Я просил не разглашать эту информацию, но нет, этой девице надо было задобрить совет жен бедного меня. И теперь я погребен в бумагах и десятках встреч, что раньше мной игнорировались или на них, по возможности, посылался грозного вида двойник.

И всё же целых три дня полного отдыха пошли мне на пользу, раны закрылись, но мне пора вновь возвращаться к делам мужа Императрицы и главы небольшого, но сильного клана. У каждого отдыха должен быть свой конец, и как бы ни был мал мой круг обязанностей, но и их надо исполнять.

Утро началось в невеселом кабинете, где меня не ждала Асока, она была занята в лабораториях, а ждал меня посетитель, которого я и вовсе предпочел бы не видеть. Но принц Империи Куртон проигнорировал все положенные традиции при встрече с царственной особой, то есть с ним, так как был уверен в том, что я проигнорирую его приглашение на встречу. Что я и собирался сделать, но он нарушил все мои планы.

И теперь мы сидели в моем кабинете наедине и молча пили чай, он был не весел, да и я не видел поводов для радости. Мы уже выяснили что для его Империи и для него в частности я являюсь Ярым, наемником и убийцей.

— Ты понимаешь, что ни я ни Империя не простим твоей диверсии? — спокойно произнес принц, отставляя чашку в сторону.

— У вас нет доказательств, уважаемый принц, что я или наше государство как-либо причастны к произошедшим событиям, да и откровенно говоря слабоват я для такой дерзкой вылазки, — спокойно произнес я с печалью в голосе и не думая отрывать свои руки от чашки с ароматным чаем. — На вашей секретной базе были лучшие из лучших, они не могли проиграть такому слабаку как мне.

— Мразь. — Кружка с чаем оторвалась от стола и должна была врезаться в меня, что ознаменовало бы начало боя, но она даже не пересекла стол, разделяющий меня и принца. Разлившийся было чай аккуратно собрался обратно в чашку, а сама чашка плавно подлетела обратно.

— Ты! — охрипшим голосом произнес принц, ошеломленно смотря на чашку.

— Нет, уважаемый принц, не я, — Я отпил из своей кружки. — Или вы думаете, что меня никто не охраняет из-за малой значимости? Вы глубоко ошибаетесь, в соседнем кабинете сейчас находится двенадцатидановый владеющий, и прошу, не надо его больше нервировать.

— У меня есть снимки с беспилотников как ты бежишь по горам неся на плече девку. — Принц немного успокоился, он знал, что убивать меня нельзя даже если очень хочется. Да и не хотел он нанести мне смертельную рану, а всего лишь показать свое превосходство, но не получилось, впрочем, и к этому он был готов.

— И на них четко видно меня и наверняка можно идентифицировать девушку?

— Снимки плохого качества, но ваши движения и движения Ярого практически идентичны, — спокойно проговорили принц и отпил из чая, наконец взяв в руки чертову чашку, которой я так мечтал пробить его лоб. — У нас есть образцы крови и тканей Ярого, вы можете доказать свою непричастность к массовым убийствам этим преступником.

— Принц, а вы готовы предоставить нам образцы своих тканей? — увидев кривую улыбку на лице молодого парня я ответил такой же улыбкой, только она была более уродливой из-за шрамов на лице. — Вот и я не желаю, да и нет в этом смысла.

— Как это нет смысла? — воскликнул принц, смотря на меня с презрением.

— Три места, где ранее находились образцы моих тканей, уже были несанкционированно посещены как вашей, уважаемый принц, разведкой, так и рядом других стран, у которых имеются счеты с Ярым. Я надеюсь вы не забыли, что и у меня есть к нему счеты? — Принц величественно кивнул, позволяя мне продолжить, как бы соглашаясь со всем мною сказанным. — Уже не в первый раз он оставляет на месте боя образцы своей ткани. Их изучали и вы, и мы, да на каждой из своих операций он оставил столько крови, что ее хватит на тысячу экспертиз.

— И чем же вы можете доказать свою непричастность?

— Тем что это не я. Ярый истинное воплощение стихии физика, да, я иду по его пути и у нас отчасти похожие движения из-за развития определенных групп мышц, но мне до него еще лет двадцать непрерывных тренировок. К тому же состав крови не позволяет определить кто он, он вливает в себя для усиления как чужую кровь, так и стимуляторы, разрушающие часть генома, что происходит при контакте с воздухом, когда кровь покидает его организм. —

Принц резко встал и сделал кивок, ознаменовав что разговор окончен.

— У вас нет доказательств и вы меня не убедили, так что, уважаемый Дэйчиро Шосе, продолжать наш разговор бессмысленно, — проговорил принц и посмотрел на меня сверху вниз. — Империя Куртон не будет объявлять на вас охоту, по крайней мере официально и сейчас.

— И это меня несомненно радует, принц. — Видя, что он уже уходит я взглянул на кружку, что принц оставил на столе, и холодно произнес как бы в пустоту: — Принц, если вы позволите себе что-либо подобное при встрече с Тэймэй мне придется вас убить.

— Вы уверены, что у вас хватит сил? — улыбнулся принц, остановившись у двери.

— Я в этом не сомневаюсь, — с улыбкой произнес я. — И вам рекомендую не сомневаться и не рисковать. На вас у меня сил хватит, просто поверьте, слишком уж часто меня в моей жизни недооценивали.

Принц ушел так и оставив многие проблемы нерешенными и тут же в кабинет ворвался рассерженный личный секретарь Тэймэй, старик Орсо, он пробыл у меня примерно с полчаса, отчитывая за чашку чая. Когда принц ее метнул то мы оба попытались контролировать и я, отчасти не желая этого, показал насколько я искусный психокинеткитик. Но не это главное, Асока уже разработала антидот против яда Империи Куртон и Орсо пока не знал, стоит ли идти на такой щедрый поступок как передача антидота Империи Куртон. А ядовитый туман все двигался по горам и вскорости должен был выйти на равнину, где должен ускорить свое передвижение из-за ветра, что уже начал влиять на него.

День был занят посетителями, которым не стоило приближаться к двойнику по тем или иным причинам. Высокодановая кукловодша, что имела дружеские связи с разведкой другой страны, долго плакалась в моем кабинете рассказывая, что ее сын хочет служить в морском флоте, несмотря на то, что она против, а так как он будущий глава клана то он имеет дополнительные свободы и мать не может повлиять на него просто приказав. Пока из глаз лились слезы эта кукловодша сканировала меня с потрясающим упорством, стараясь опознать меня силой манипулятора. Ее сдала Эми, что послала мне сигнал проходя мимо моего кабинета, она четко распознала истинные мотивы плачущей женщины и легко засекла ее сканирование, хотя я ничего не мог уловить своей силой манипулятора. Когда кукловодша выходила из моего кабинета, уверенная что я лично займусь этим вопросом и буду с особым рвением буду искать место службы для её сына, я почувствовал облегчение.

Следующим посетителем был торговый представитель из островного государства.

— Уважаемый Саид, я понимаю вашу проблему с пиратами, но не очень понимаю почему вы настаивали встретиться именно со мной. Вам надо обратится в Императорскую канцелярию, — спокойно проговорил я, ознакомившись с прошением о встрече по поводу нападений пиратов в южном море.

— Господин Дэйчиро, вы правы и именно потому мой заместитель сейчас разговаривает с Императрицей Тэймэй, — холодно проговорил сухощавый психокинетик третьего дана, что и являлся торговым представителем крупного объединения, а его взгляд внимательно блуждал по кабинету.

— Заместитель? — переспросил я, не поверив, что Тэймэй лично примет какого-то заместителя.

— Да, заместитель, хоть сейчас для этой встречи он и стал почетным представителем. — Торговый представитель вопросительно посмотрел на пустую чашку и дождавшись моего утвердительного кивка на разрешение использования силы поднял в воздух чайничек и начал разливать чай в две чашки. — Дэйчиро, в южном море нужно полноценное вторжение и истребление пиратов. Так как мы уже платим налоговую пошлину пиратам они безраздельно властвуют в море, а нашим властям попросту плевать на торговый путь.

— Островное государство Тимкон участвовало в войне на стороне Федерации Гатсен против нас, а теперь вы хотите, чтобы мы занялись безопасностью ваших судов? — Я смотрел на представителя торгового объединения с немалым удивлением. — На наши суда нападений нет, пираты не нападают на суда под нашим флагом.

— Вот именно в этом то и проблема, вы неплохо погонялись за пиратами и теперь они опасаются того что именно Дэйчиро Шосе вновь выйдет в море на охоту. — отпив из чашки проговорил торговец, пристально смотря на меня. — Даже в ваших водах в безопасности только ваши суда, да и не только в ваших. Императрица, конечно, пошлет флот на учения и пиратов не будет ну, допустим, месяц в южном море, но потом они вернутся, и подобное происходит практически каждый год.

— И вы мне предлагаете самому заняться этим и заявить, что суда островной Империи теперь находятся под моей защитой? Лично под защитой Дэйчиро Шосе?

— Да, именно так, господин Дэйчиро. Вы два месяца гонялись за пиратами, не боялись нападать на особо сильные формирования и заслужили уважение. — Торговец говорил правду, уважение, равно как и проклятья, я заслужил.

— Ладно, с вашими мотивами мы разобрались, какова моя выгода от рейда, который мне придется возглавить и полноценно в нем участвовать как боевая единица?

— Увеличение торгового оборота, больше денег в казну с таможенных сборов, — начал было перечислять торговый представитель, но я его остановил, подняв руку в жесте, означающем что наш разговор окончен.

— Вы получите помощь только если это прикажет Императрица Тэймэй, и в том объеме, в каком она посчитает нужным. — проговорил я.

— И тогда вы возглавите операцию?

— Конечно же нет, все что вы перечислили лично меня не интересует.

— Но как же… — начал было возмущаться торговец, но я вновь его перебил.

— Прошу покинуть мой кабинет и более четко сформулировать предложение в письменном виде. И еще кое-что, возьмите на заметку, что все перечисленное вами помогает вероятному противнику в развитии экономики, — вежливо открыв психокинетикой дверь я указал рукой на проход. — Прошу более не тратить мое время.

Когда дверь закрылась за тем, кто называл себя торговцем, я облегченно вздохнул. Разведка часто пытается меня проверить, но такое было впервые. За все время разговора психокинетик силился пробиться через мой щит и просканировать мое тело на наличие повреждений, а я и Орсо мешали ему в этом деле как могли.

И так весь день, проверка за проверкой, но у всего должен быть конец и вот после десятка встреч в кабинете постоянные проверки на то что я есть я и что я здоров окончились. Как итог один владеющий уедет на передовой корабль охотиться за пиратами, не стоило его матери так лить слезы. Письмо Кирану к обеду я уже успел составить, он стал связным с пиратами, с которыми мы немного торговали и поддерживали дружеские связи. А все из-за того, что я за ними не только неплохо погонялся, но и договаривался. Испокон веков пиратов использовали в своих целях властители государств и мы не стали тому исключением, а порт Каори, чей статус был практически нейтральным, стал одним из тех немногих портов, куда могли войти суда пиратов. Послание Кирану было коротким — усилить нападения в южных морях. Если островной Империи плевать на торговлю между нами то значит нам не нужны эти торговые связи. Личного секретаря, Орсо, я также оповестил об этом, и он согласился обсудить с Тэймэй мое решение.

Весь остальной день я был загружен бумажной работой, что накопилась за время моего отсутствия. К тому же в последнее время Асока практически не уделяла внимания моим делам, она всю себя сейчас отдавала разработке антидота и расшифровке первоначального яда бомбы Хаоны. Несмотря ни на что эта бомба нам нужна, она сможет гарантировать спокойствие.

Боги, ну почему раньше мне никогда не поступали подобные обращения? Они были разными, от приглашения в школу для владеющих или пустых, до просьбы принять у некоего владеющего приглашение на бой, по результату которого ему будет присвоен очередной дан во владении силы физика. К моему сожалению я практически пропустил представление на стадионе.

— Какого Демона! — Я встал и вызвал своего секретаря, что временно заменял Асоку. — Подготовь машину в течении пяти минут.

— Куда поедете? — раздался приятный женский голос помощницы Асоки.

— На стадион испытаний, — ответил я.

— Мне приостановить испытания? — спросила помощница, сразу поняв зачем я туда направляюсь. — Боюсь я не успею предоставить вашему транспорту зеленый коридор.

— Не надо останавливать испытания, это неуважение к людям. Если не успею к началу, то поздравлю по окончанию испытания, и если несложно, подготовь информацию по владеющим, что проходят сегодня испытания, — приказал я.

Доехать до стадиона была и вправду нетривиальной задачей, то и дело броневику приходилось объезжать заторы и пробки, и когда я шествовал по парковки стадиона у местной охраны едва не случился сердечный приступ. Они вовсе не ожидали прибытия такой фигуры как я, впрочем, этого никто не ожидал, даже я. Но ознакомившись с личным делом физика, что прислал мне письмо с просьбой посетить его испытание, я все же уверовал в то что быть мне на этом испытании нужно.

Сорокалетний владеющий физик Арики Ямомото, прошедший с начала до конца войну на передовой и не раз награжденный за боевые заслуги все никак не мог преодолеть свой предел силы. Пятый дан ему присуждался уже трижды и эти испытания были для него последними в его жизни, так как после сорока лет физики больше не прогрессируют в силе, это было доказано не раз. Общество более уважительно к высокодановым владеющим, а пятый дан как приговор для слабосилка. Арики мастер владения стихии и этого не отнять, даже я был впечатлен, когда читал дело, его выдержкой и боевым духом. Не раз он вел неравный бой с противником и не раз проигрывал, но никогда не бросал своих членов отряда поддержки, что состоял в основном из пустых и одного слабенького психокинетика.

Я прибыл на трибуны стадиона вовремя, сейчас шли испытания по поднятию грузов. Арики стоял около полутонного куба, который он должен был оторвать от земли и пронести пятьдесят метров. Стадион был почти пустой, за испытанием наблюдало всего около двух сотен человек, в основном сослуживцы владеющего, как я понял по форме, и семья Арики. Я не стал занимать спешно готовящееся для меня место на трибуне, а пошел прямо к арене. Понемногу меня начали узнавать, даже были одобрительные возгласы, но меня не видел Арики, что сейчас уже приступил к испытанию. Внутреннее зрение показывало мне с каким напряжением физик оторвал от земли полутонный куб, как напряжены его мышцы. Все указывало на то, что он не справится и так и останется пятидановым владеющим. Но дан это не просто поднятие тяжестей и выполнение простейших упражнениях, когда-то дан определялся только в бою и сейчас тот самый случай, когда только бой сможет раскрыть Арики.

— Арики! — громом разнесся мой голос по стадиону, заставив обратить на меня внимание всех, кто был на стадионе, а я тем временем снимал свое парадное кимоно оставаясь в штанах и футболке, что была призвана сокрыть шрамы и эластичные бинты на грудной клетке от посторонних. — Я вызываю тебя на квалификационный бой!

Куб упал на землю за тридцать метров до того постамента, куда физик должен был его водрузить. Арики посмотрел на меня неверящим взглядом, в письме он писал, что мое присутствие поможет ему достичь почти невозможного, но столь желанного шестого дана.

Я спокойно шел к Арики, с каждым шагом приводя свои мышцы в готовность. Я еще не оправился от операций, но пора дать своему телу немного размяться и при этом не убить стоящего в боевой стойке владеющего.

— Готов? — спросил я хмурого мужчину, на теле которого шрамов было не меньше чем на мне.

— Всегда готов, — выкрикнул физик, и мы сорвались с места на встречу друг другу. Никто из нас не будет жалеть своего оппонента. Учредители и экзаменаторы даже не попытались нам помешать, а значит все в порядке.

Единственное что меня немного сдерживало так это понимание того, что наши силы не соотносимы, мне нельзя чрезмерно пользоваться силой физика, а силой психокинетики и вовсе запрещено. Бой должен пройти на равных и с полной отдачей Арико.

Когда мы приблизились на расстояние рукопашного боя я отдал право первого удара более слабому противнику. Арики бил прямо, используя всю инерцию своего тела и силу физику одновременно, но он был недостаточно резок для того, чтобы я не смог блокировать этот удар.

Второй удар за мной и я, не обращая внимания на попытки физика уйти с моей траектории ударил своим лбом ему в переносицу. Арики это выбило из равновесия, и он упал на пыльную арену, а я смог погасить инерцию только после того как преодолел еще четыре метра, оставив владеющего позади. Резко развернувшись я увидел, как Арики вскакивает с земли, его лицо было все в крови, кровь из рассечённых бровей заливала глаза, а из-за сломанного носа ему было тяжело дышать.

— Арики, ты слаб! — прокричал я, смотря как физика немного зашатало от полученного удара в голову, но он тут же вновь встал в боевую стойку. — Ты готов продолжить бой⁈

— Давай! — взвыл в ответ на мой вопрос владеющий. — Победа или смерть!

Большего мне и не надо, три метра были преодолены в доли секунды, Арики так и не отошел от пропущенного удара и не был готов к таким скоростям. Всего лишь один удар решил бы его судьбу. Прямой. В окровавленное лицо.

Он уклонился, несмотря на то, что я не стал давать ему поблажек и мой кулак лишь слегка задел его ухо вскользь, разорвав его. Второй мой удар владеющий заблокировал, хоть ему и пришлось сделать это обоими руками, а потом он начал уходить на удушающий захват. Из-за разницы в размерах ему пришлось подпрыгнуть и всеми силами сдавить своими руками мою шею.

Но скорость была не на его стороне, я схватил его за шею и рывком стянул со своей спины и откинул метров на шесть от себя. Арики перевернувшись в воздухе и приземлившись на ноги тут же рванул ко мне. Первый, как и второй удар, я с легкостью увел в сторону, но был и третий, головой в солнечное сплетение, от чего я лихорадочно начал хватать воздух ртом. А Арики я отправил в бессознательное состояние одним жестким ударом в затылок кулаком, сразу же после удара в солнечное сплетение.

Немного отдышавшись я посмотрел на бесчувственное тело лежащего Арики и подошел к экзаменаторам. Поклонившись я попросил прощения за сорванный экзамен. Экзаменаторы поклонились мне в ответ и поблагодарили за бой, что помог им оценить Арики. Надев свое кимоно, я отправился в свой дворец, где меня уже ждали представители совета городского округа для обсуждения поправок в законы в связи с изменением строгости наказания для владеющих, совершивших правонарушения, в которых пострадали пустые.

Вечером в мой кабинет заглянул подменный секретарь и положил мне документы по экзамену, на котором я провел показательный бой, что, по моему мнению, вышел не особо показательным.

Я даже улыбнулся, когда увидел отчет экзаменаторов на тридцать листов, на которых они спорили, достоин Арики Ямомото звания владеющего седьмого дана или же восьмого дана, которого он может быть и достоин, но полноценно проверить это сейчас невозможно, так как Арики сейчас лежит в больнице с сотрясением и ему противопоказаны силовые занятия.

— Седьмой дан однозначно, для восьмого дана он слишком слаб. Его подготовка на грани шестого и седьмого дана, а вот силе духа может позавидовать и десятидановый владеющий, — проговорил я в слух то, что написал в ответ на поставленный передо мной вопрос, и заверил ответ личной печатью главы клана Шосе.

Посмотрев на ответ, я улыбнулся своим мыслям о том, что не зря вмешался в испытание и, немного подумав, дополнил письмо.

— Буду рад увидеть его на арене испытаний через год, в соискании очередного дана.

Слава богам, он жив, последний удар в затылок Арики я нанес в полную силу. Этот удар мог быть смертельным для многих, но не для Арики, с арены он уходил на своих двоих, я лично это видел.

Но и мне пора задуматься над тем, когда я наконец пройду свои испытания и на какой дан буду претендовать, так как эти проверки разведок мне уже порядком надоели.

Конец главы.

Глава 8

Каждая схватка с ней была такой, будто мы вели бой на смерть. Она не прощала мне ни единой ошибки, наказывая за каждую безжалостно, так, как она расправляется со своими противниками на поле брани. И наш учебный поединок не был исключением, сейчас я лежал на земле и смотрел в вечернее небо пытаясь собраться с мыслями и проверяя, нет ли сотрясения после двухсекундного боя со своей женой.

— Да нечему там сотрясаться! — донесся до меня голос Яфы, что наблюдала за моими поединками с Амайей. — Эй ты, генеральша, хватит давать ему передышки, не испытывай к нему жалости! Он этого не заслуживает.

Амайя не ответила, а психокинетика помимо моей воли просигнализировала что мне сейчас может прийти конец. Уворачиваясь от удара ноги в грудную клетку я попытался контратаковать с земли и уйдя в захват занять атакующую позицию. Но моим усилиям не суждено было сбыться, практически мгновенно меня вновь откинуло от удара коленом в челюсть. Кувыркаясь я отлетел от Амайи, пытаясь одновременно разорвать расстояние между нами. Доли мгновений и я уже на ногах, готов вести бой против неравного по силе противника. Амайя зло смотрела на меня, черная форма сейчас была ей не к лицу. Она поправила выбившийся локон из пучка волос, туго стянутых на голове, ей было непривычно вести бой с такими длинными волосами. Но, как она мне же и сказала, у замужней девушки должны быть длинные и красивые волосы.

— Чтобы придушить мужа, вот зачем длинные волосы, — опять уловила мои мысли Яфа.

— Может хватит? — совершенно спокойно сказал я Яфе, следя при этом за каждым движением Амайи.

— Хватит, — неожиданно для меня заговорила Амайя и развернулась в сторону сидящей за столиком Яфу, что поглаживала свой округлившийся животик и счастливо щурилась. — Еще немного и я его прибью.

— И правильно сделаешь, — опять произнесла Яфа.

— Яфа, может хватит? — Поняв, что мой спарринг вновь окончен моим проигрышем я поправил свой тренировочный костюм и направился за Амайей.

— Дэйчиро, может это тебе хватит? — спросила меня Яфа. — Хватит подвергать свою жизнь опасности! Кто будет объяснять нашим детям что мы вчетвером не смогли уберечь одного мужа? Может ты? Ах да, ты же не сможешь, ты сдохнешь в какой-нибудь канаве.

— Я же подчинился приказу, — устало произнес я, сев за стол и все наблюдая уже внутренним зрением за тем, как Амайя перенаправляет потоки крови, как плавно замедляет сердцебиение. Выход из поединка и быстрое переключение тела также своеобразное искусство, которому надо учиться годами. А я всегда насиловал свой организм.

— Конечно насиловал! Ни о себе, ни о нас не задумывался, — начала говорить Яфа, но ее перебила Амайя.

— Яфа, прекрати, не то я лучше отправлюсь куда-нибудь от вас подальше. — Амайя посмотрела на Яфу раздраженно, но уже более мягко чем на меня, а Яфа тем временем не переставала жмуриться как самая счастливая женщина на свете. — Есть обязанности, которыми не стоит пренебрегать, все что он совершил он делал не по своей воле.

— Скажи мне, о мудрейшая владеющая, кто же тогда заставлял нашего мужа впадать в кому?

— Яфа, хватит! — Я начал злиться.

— Ладно, на сегодня достаточно, — подняла руки в защитном жесте Яфа, так и не растеряв свой настрой. — Больше не буду, кстати, Амайя, не можешь ли ты избивать вот этого главу клана почаще? И желательно с утра, мне это очень сильно подымает настроение.

— Завтра я смогу только вечером, надо будет проверить личный состав пехоты, что будет участвовать в учениях в южных морях, — спокойно произнесла Амайя и демонстративно подвинулась на кованном кресле поближе ко мне. — Дэйчи, за что ты так ненавидишь Касадо Микарото?

— Ну, его мать, сильный манипулятор, целый час лила слезы в моем кабинете о том, что ее сын хочет служить во флоте, вот я его и направил личным приказом в пехоту. — На меня смотрели две почти добрые и милые девушки, только вот одна вновь решила проверить мои ментальные блоки на прочность. Ну вот почему Чихеро пока носила под сердцем нашего ребенка была такой милой, а Яфа такой злой? Правильно говорил мне старик Чоррун, в период беременности владеющая не скрывает свой характер и не сдерживается. И он же напомнил мне что супруг должен стойко перенести это, помня, что все временно.

— И почему ты это сделал? — подняв бровь поинтересовалась Амайя, начав заплетать волосы в косу и хмуро посматривая на меня, так как я частенько сам заплетал ей косу, ведь такие манипуляции очень сложны для физика ее силы, тем более сразу после боя.

— Его мать агент иностранных спецслужб, пусть посмотрит на сына и подумает о том, к чему может привести игра в свои ворота. Заодно и сын поймет, что служба на иностранцев его призвание.

— В отдельном батальоне разведки трехдановому кукловоду будет очень комфортно, особенно если принять во внимание то, что ты назначил его на должность рядового, — мечтательно улыбнулась Яфа все-таки взломав мои блоки. — Ты мстительный, Шосе.

— Ну что ты, дорогая, я всего лишь стараюсь быть мудрым правителем, каким ты и хочешь меня видеть, — ответил я Яфе улыбкой на улыбку и ценою перегрева мозга сумев сломать внешний блок Яфы и выдворить из своего разума.

— И ты им станешь. Кстати, Тэймэй просила напомнить, что завтра ты открываешь школьный бал вместе с принцессой Эми, — немного величественно проговорила Яфа, а моя ментальная защита моментально рухнула под напором силы беременной кукловодши. — Нет, ты не можешь сбежать на учения, да, ты будешь присутствовать там до самого окончания бала.

Моя защита не помогала, Яфа имела все ключи чтобы контролировать разум, и я никогда ничего не скрывал от нее, но вот сейчас ей не стоило в ее то нестабильном состоянии знать некоторых вещей. Видя, как на ее глазах начали наворачиваться слезы я мельком взглянул на Амайю. Та с бешенной скоростью кивнула и бесшумно, не привлекая внимания кукловодши и словно растворяясь в воздухе начала покидать нас, уходя подальше и облегчая мне предстоящую работу.

— Я не стерва, это неправда… Я хочу, чтобы мы просто были счастливы, — шепотом начала говорить Яфа, закрыв свой животик руками. — Меня никто не любит, мы никому не нужны, даже тебе, Дэйчи.

Нельзя ей дать начать накручивать себя, надо действовать быстро и мягко.

— Любимая, все не так, ты нужна мне, Вы нужны мне и не только мне! — Свои слова я подкрепил эмоциями и чувствами, что хлынули на Яфу, я пытался подтвердить это и мыслями, и действиями.

Все же мне удалось это сделать и не дать впасть в истерику и депрессивное состояние одному из сильнейших манипуляторов, чья армия марионеток сейчас спит под дворцовой территорией. Аккуратно взяв Яфу на руки, стараясь при этом делать все нежно и любя, я не произнес ни слова неся ее по коридорам до своей спальни. Она уткнулась в мое плече и тихо лила слезы уже по той причине, что снова вышла из-под контроля и дала волю нахлынувшим чувствам.

Сила оставляет отпечаток на владеющем, схватки не проходят бесследно. Моя красавица и умница заранее знала, что она может выйти из-под контроля во время беременности, когда гормоны словно взрывчатка могут вызвать эмоциональный взрыв. Она могла бы заблокировать всё и этих взрывов и вовсе не было бы, но Яфа боялась, что подобная блокировка негативно отразится на ребенке. Гормоны, мысли, все должно протекать как у женщины, не наделенной силой, только вот из-за силы манипулятора простая истерика могла привести к ужасным последствиям.

И мы решили, что стоит рискнуть, Яфа заранее знала, когда будут эти взрывы и что этот взрыв будет сегодня также знала, и потому весь день мы пробыли вместе — я единственный, кто мог затушить разгорающееся пламя. Но в то же время я был и тем, из-за кого эти взрывы происходили. Я был как сапер на минном поле в те дни, когда я должен был в случае непредвиденных обстоятельств принять весь удар на себя.

Весь вечер я провел наедине с Яфой, в разговорах и мечтаниях прошла вся ночь и только под утро сильная, независимая, но такая хрупкая владеющая уснула. А я не покидал ее до тех пор, пока к обеду она не проснулась и не отпустила меня по делам, заявив, что взрывоопасный период окончен. Нежно поцеловав меня, она направилась по своим делам, напомнив мне перед уходом что ждем других волн, что будут усиливаться по мере приближения родов.

Совет столицы опять хмуро смотрел на меня, закон уже вот-вот начнет работать, следователи всех отделов завалены работой по расследованию вскрывшегося пласта преступлений по фальсификации дипломов. Сотни владеющих были смещены со своих должностей из-за несоответствия занимаемых должностей. А на безжизненном плоскогорье сейчас сотня владеющих возводила сады и поселок с таким упорством, которому позавидовали бы скалы, если бы их не рушила эта самая сотня и не растаскивала на каменные блоки, строя из них здания и выкладывая огромные витиеватые лестницы для спуска за водой в ущелье. И все это вручную, с применением самых простейших инструментов, ну и, конечно же, стихий, которыми владели эти люди.

А неугомонный Шосе и не собирается отдохнуть, в глазах членов совета столицы все выглядело так, что я вновь пытаюсь разворошить спящий улей. Физик, чья стезя схватки, теперь стоит с листками бумаги на трибуне и выступает, говорит про экономику. В которой он ничего не смыслит, и если бы это произошло на совете Империи, что созывает Императрица, то никто и слова бы не сказал. Но нет, сегодня я выступал без ее поддержи.

Я захотел начать со столицы, ведь если получится здесь, то и остальные провинции, и городские округа присоединятся, как, например, было с законом об ужесточении наказания для владеющих. И все же все выглядело не лучшим образом, теперь, по мнению окружающих меня людей, этот недоимператор решил залезть в карманы владеющих, к тому же это касается только тех, что имеют внушительный достаток. Совет сегодня был неполным, собравшиеся здесь собирались обсуждать иные вопросы, но так как я был мужем Императрицы то имел квоты на выступления в совете, и моя новая инициатива о прогрессивном налоге была встречена, мягко говоря, прохладно.

Постепенно в огромном зале после окончания моей речи возник нарастающий гул, владеющие начали обсуждать услышанное между собой. А я ничего особенного и не предложил, просто поставил перед фактом, заявив, что экономике страны нужны финансовые вливания. Сторонних инвестиций лучше не ждать, их не будет, и потому я предлагаю кланам начать инвестировать и развивать государство за свои средства, которых скопилось немало, но они хранятся мертвым грузом как в банках нашей страны, так и за ее пределами. Прогрессивный налог будет действовать только на тех, что не вкладывают средства в экономику государства.

— Дэйчиро Шосе, вы хотите добиться нового переворота? — доносились до меня обращения.

— Ты с башкой совсем не дружишь⁈ Куда свои лапы тянешь! — И это самое мягкое, что до меня доносилось.

Еще около пяти минут ушло на то, чтобы председатели и руководители фракций успокоили владеющих, в то время как присутствующие пустые не проронили ни единого слова. Даже если примут налог их это не коснется, им нечего копить, все вкладывается в бизнес, с которого и берутся налоги. Когда шум улегся мне вновь дали слово.

— Уважаемый совет, это моя личная инициатива и я буду первым, кто начнет тратить все свои запасы на инвестиции. Это не приказ Императрицы, она не желает своим приказом вводить подобный налог. Есть иной путь, но он ведет в никуда. Империи необходимо все — армия, развитое производство, развитый научный сектор. И это будет залогом нашей безопасности, как внешней, так и внутренней. — Мой спокойный голос разносился по залу, никто не спешил меня перебивать. Взяв волю в кулак, я начал говорить то, что правда было важно, то, что должны понять сперва собравшиеся здесь, а потом каждый имперец. — Мы слабы, и, если сейчас мы не начнем менять устоявшуюся жизнь, нас уничтожат. Выживут только предатели, что не захотят подымать Империю и саботируют любую инициативу, не обсудив все ее стороны.

В зале повисла тишина, но она не могла продлится долго, я практически обвинил в предательстве каждого человека, что попытается оспорить мою инициативу.

— Я прошу совет всего лишь об обсуждении моей инициативы, как многие сейчас выкрикивали я глуп, и мое место в армии, но вдруг мы сможем найти иной выход? Я, Дэйчиро Шосе, прошу у вас помощи!

Постепенно зал совета начал оживать, началось уже не такое эмоциональное обсуждение как в начале. Увеличение налогов для тех, кто не вкладывает средства, а только собирает доходы стало острым вопросом для Империи. Еще не забылась прошедшая война, и даже те, кого она обошла стороной, понимали, что если мы не станем сильнее, то война возобновится вновь. Люди потеряли слишком многое в войне и когда через пару часов обсуждений я попросил простить что покидаю совет меня не назвали полоумным, а пожелали удачи в следующих начинаниях. Закон об изменении налогообложения уже давно подготавливается в кабинете Тэймэй в тайне ото всех — никто не хочет платить больше обычного, особенно состоятельные владеющие. А основные накопления находятся именно у них, у пустых, даже у самыми богатых из них, не наберется и тридцатой доли того, что имеют сорок кланов Империи. Мое же выступление подготовило почву для грядущих изменений.

Вечер как всегда неумолимо наступал, а я никак не успевал подготовиться к балу своей дочери. Я знал, что так получится когда направлялся в городской совет, так что попросил заменяющего Асоку секретаря заранее подготовить мне подходящее кимоно для бала. Все равно первый танец с Эми я собирался пропустить так как был виновен в том, что танцевать не обучен, и я боюсь, что прикрываться этим мне сегодня будет суждено в последний раз. Эми мне этого не простит и наверняка заставит взять пару уроков.

Только вот оказалось, что кимоно мне приготовил не секретарь и сейчас я с удивлением смотрел на кроваво-красное кимоно с черным поясом, лежащее в глянцевой коробке. Все кимоно было покрыто искусной вышивкой, особенно на поясе, где были изображены демоны, немного похожие на меня. Это был не мой любимый белый цвет, но именно таким меня видели окружающие, на кимоно лежал небольшой конверт, в котором находилось написанное рукой Чихеро небольшое послание.

— К этому кимоно приложили десять женских рук, которым ты дорог. — Гласил убористый, красивый почерк моей черноглазой красавицы. — И они помнят, что тебе любо.

С внутренней стороны кимоно было ослепительно белоснежным, даже пояс, если его вывернуть, был белым, и его, как и кимоно, можно было носить как белой стороной, так и кроваво-красной. На обороте письма была фраза, написанная незнакомым мне почерком.

— Кровавый снаружи, белоснежный внутри. Как и ты.

Наверное, это был подчерк Исиды, а я все боялся, что мои жены избили ее и отправили в кандалах в дикие земли, так как после того как мы с ней прибыли я ее больше не видел. Тэймэй же на мои вопросы попросила не вмешиваться, сказав, что жены сами разберутся. Похоже, что они пришли к какому-то решению, и как я надеюсь все обошлось бескровно.

Водитель броневика смог меня удивить, не превышая скорость мы успели прибыть к месту назначения к тому моменту, когда к воротам школы для владеющих подъехала машина принцессы Эми Шосе. Это когда-то она была крохой что смотрела на меня прикованная цепью к стене с ошейником на своей шее. Это было тогда и это было так давно, а сейчас из машины, принадлежащей Императорской семье, выходила принцесса, чьи белоснежные туфельки задорно стучали маленькими каблучками. Идя ко мне Эми в серебряного цвета бальном платье удивленно смотрела на меня задрав голову. Мы были одной семьей, но были совершенно разными, я в кроваво-красном шелковом кимоно смотрелся пугающе.

— Папа, дай угадаю, это не ты выбирал кимоно? — немного недовольно произнесла моя дочь.

— Это так заметно?

— Просто я была уверенна что ты будешь в белом кимоно, — немного смутилась кроха. — Я вот платье даже специально подобрала, а теперь мы словно лед и пламя.

— Ну какое я пламя, — скривился я. — Мы красавица и чудовище, я, если что, чудовище.

Мы только собрались сделать первые шаги ко входу, вот уже начали объявлять о нашем прибытии как я услышал на грани слышимости знакомый шорох. И через мгновение послышались раскаты грома.

— Папа, — смотря на первые молнии, что тянулись от земли к небу в самом центре столицы, спросила меня Эми. — Кто-то сражается?

— Нет, Эми, боюсь, что никто не сражается, — печально произнес я, а на меня уставился непонимающий взгляд. — Молнии бьют с территории клана Райдзин.

В небо взлетели десятки шаровых молний, что не так сильно сверкали в сумерках, но были видны всей столице.

— Дедушка Чоррун, — шепотом произнесла Эми.

— Да, это он, он решил уйти, — хмуро произнес я и обернулся ко входу в школы, где нас ждали. — Эми, пойдем, я открою с тобой бал и после этого убуду в клан Райдзин.

— Я с тобой. — Маленькая рука обхватила мои два пальца, дочь заглянула мне в глаза. — Все будет хорошо.

— Я знаю, — ответил я, смотря как в небе летают шаровые молнии. Я мог бы сейчас же рвануть на территорию клана Райдзин, но даже если бы я был рядом с ним, то все равно ничего бы не изменилось. Чоррун слишком стар и его время пришло, а когда-нибудь придет и моё.

Конец главы.

Глава 9

И вот я вновь на кладбище. Тихо отойдя от людей, что сейчас стояли около могилы Чорруна, я сел на лавочку около могильной плиты отца. Совсем скоро все покинут кладбище и направятся в загородное поместье клана Райдзин, где и пройдет поминание одного из самых выдающихся глав клана Райдзин. Там же пройдет и оглашение воли ушедшего, а то, что Чоррун оставил послание, я был уверен. Как шепнула мне Этсуко для каждого члена клана Шосе имеется письмо от Чорруна, как, впрочем, и для каждого члена клана Райдзин. Вне зависимости от его статуса или того владеющий он или нет. Каждому, кто что-то для него или клана значил, Чоррун оставил письмо.

За два дня, прошедшие со дня смерти Чорруна, столица еле оправилась от той грозы, что наверняка разразилась по его воле хоть все владеющие силой молнии отрицают что то, что происходило всю ночь, можно повторить, и все как один твердят что все случившееся является всего лишь стечением обстоятельств. Гроза с ливнем гремела в ночи каждую секунду, а над столицей в ночном небе носились двадцать огромных шаровых молний, в которые и били молнии, непрестанно подпитывая их. Дождь хлестал по крышам домов, ветер безумно выл в ночи, но ни одна молния не коснулась земли, а шаровые молнии изредка выбрасывали плазматические волны, издавая такой грохот что никто не мог спать в ту ночь. Чоррун ушел и возвестил об этом так, что в столице не было ни одного человека, который не знал бы что ушел не просто бывший глава какого-то клана, а один из искуснейших повелителей молний этой эпохи. Он еще раз внес своё имя в историю, но уже как непревзойденного мастера.

— Дэйчиро, — Каори позвала меня, приблизившись к могиле Айко Райдзин и поклонившись ему в знак уважения. — Нам пора в поместье, если, конечно, ты хочешь.

— Да, надо. — Я встал со скамейки и, слегка поклонившись могиле отца, побрел к выходу с кладбища, оставив маму наедине. Она реже меня появляется на столичном кладбище и всего лишь единожды приближалась к сектору клана Райдзин.

— Спасибо за сына, — донес до меня ветер тихие слова, которых не должен был никто слышать. Она решила поговорить с отцом, и я ускорил свой шаг. Некоторые разговоры должны оставаться так никем и не услышанными.

Уже садясь в машину я заметил на себе множество заинтересованных взглядов тех, что по тем или иным причинам пришли проститься со стариком Чорруном. Многие пришли чтобы поговорить со мной или Тэймэй именно на поминальном торжестве, попробовав этим разговором достичь своей цели. Когда машина тронулась в сторону поместья клана Райдзин многие машины поехали вслед за мной, Тэймэй также будет поминках, но позже, о чем сама она прилюдно и сообщила чтобы не было недомолвок. У неё важная встреча с совсем уже доставшим нас принцем Империи Куртон, что узнал, что антидот от яда, который они так и не могут полностью уничтожить, не просто нами разрабатывается, а уже готов к испытаниям. Скорость разработки была таковой что пришлось немного пожертвовать секретностью, вот и просочилась информация, причем принц начал требовать встречи еще когда я вместе с Тэймэй только прибыли на столичное кладбище.

Пока я ехал Асоко докладывала мне с чем и с какой целью ко мне подойдет тот или иной владеющий по её данным. Кто-то хотел заключить выгодный контракт, кто-то хотел мне на кого-то пожаловаться или оклеветать, или же иные причины, соответствующие тому, чтобы привлечь мое внимание, мне было плевать. За окном мелькали строения, деревья, люди, а я все ехал туда, где мне были рады, только сам я сейчас был бы рад вернуться на площадку для медитаций.

Три часа персонального ада в поместье Райдзин наконец окончились, и я вместо того чтобы поспешить в спальню и заснуть, позабыв о том, сколько я за сегодня слышал лжи, я несся в свой кабинет, в который доставили моё послание от безумного старика. Каждому на церемонии прощания, с которой я вернулся, было вручено письмо, но только не мне, единственному из всех Шосе. И когда я уже покидал поместье Райдзин Асоко шепнула что доставили послание от Чорруна, что отправил его лично и тайно с курьером перед тем как совершил самоубийство.

— Ну здравствуй, — улыбнулся мне с небольшого экрана планшета Чоррун. На его уставшем и замученном лице улыбка смотрелась совсем уж глупо. — Ну что, Дэйчиро, вот и настало время нашего последнего разговора как глав двух кланов.

В тишине кабинета при приглушенном свете негромко раздавался голос бывшего главы клана Райдзин, голос того, что больше не говорит.

— Как ты знаешь, Дэйчиро, не все в нашем мире столь однозначно как кажется на первый взгляд, — спокойным голосом говорил Чоррун, но на его лбу начал появляться пот, говоря то ли о сильных болях, то ли о том, что он нервничал, делая эту видеозапись. — В последний путь меня проводит Этсуко, ну и я надеюсь, что она покажет всем, что ушел не немощный старик, что еле двигается, а мастер стихии. Она мастер, за которого мне не стыдно, Дэйчи, только ей об этом не говори.

На глазах старика навернулись слезы, и он украдкой вытер их платочком, как и пот со лба.

— У меня есть право во многом винить тебя, демон, но и благодарить есть за что. — Мои руки слегка подрагивали, держа планшет, чей вес я не должен был чувствовать, но сейчас он казался тяжеленным, будто вылитым из свинца, а тем временем бледный старик с экрана продолжал свою одностороннюю беседу.

— Есть некоторые поступки, о которых я бы предпочел никогда не рассказывать, но твоя история, твоя жизнь и открытость не дают мне иного выбора как рассказать тебе многое, но не все. — Старик взял в руку камеру и установил ее на другое место, тем самым показав в кадре еще одного человека, что сидел с каменным лицом. Бабушка Этсуко была сама на себя не похожа. — Только, Дэйчи, я попрошу понять старика, я был главой клана, и жизни отдельных членов клана, а тем более не входящих в клан, для меня были ничем. Главное — процветание клана Райдзин, и мне было плевать кто за это будет платить, так было и так есть сейчас.

Чоррун начал монотонно и практически безэмоционально говорить, при этом отмечая правильность либо ошибочность своих действий. Он рассказывал только то, что касалось Шосе, все началось с отца, которого он решил мотивировать чтобы тот искал себе жену —владеющую, подстроив резню, после которой отец и правда из кожи лез, но женился на молодой Каори. Этсуко обо всем этом не знала. Да и сама встреча и в последствии роман Айко и Каори было рук Чорруна, немного наркотических средств, яд для возбуждения девушки в нужный момент, немного работы по внушению и вот уже появилась Эйко. С которой, впрочем, Чоррун допустил ошибку, он до сих пор думает, что скверный характер моей сестры его вина, переусердствовал. Дальше было все не так, однозначно, но не было совсем уж неинтересно, Чоррун откровенно торговал информацией обо мне, когда вскрылась правда о том, что я из другого мира. А когда моей невестой стала Тэймэй, то и вовсе решил связать меня кровными узами, только вот его плану не было суждено сбыться. Клан Райдзин был на грани, а сам Чоррун, тонкий стратег, был в западне своих чувств. Прийти в столицу и умереть в бою, вот каким было его желание. Разум все же тогда победил, но ненадолго, скорбь была сильна, но я помог заглянуть в будущее и Чоррун верит, что у клана Райдзин, как и у самой Империи, которой отдали жизнь столько членов Райдзин, все только начинается. Старик так много хотел мне рассказать, но кашель, которым он захлебнулся, нарушил его планы.

— Дэйчи, прости, но мне пора, я не все рассказал, да и не глава я чтобы поведать постороннему секреты Райдзин, — со слезами на глазах произнес седой Чоррун, когда его отпустило и он смог вновь заговорить. — Я хотел бы чтобы сейчас ты был рядом со мной, но последний путь — это дело семейное.

Мои руки дрожали, а Чоррун повернул камеру так чтобы мне было видно, как он встает и еле передвигая ногами шагает к Этсуко что все также сидела ни разу не пошевелившись ее лицо не отображало ни единой эмоции. Она была холодна как будто была на поле боя

— Дочка, — начал говорить Чоррун, еле сдержавшись чтобы вновь не изойтись кашлем, ему было тяжело не то что стоять, но даже говорить. — Проводишь меня? Поможешь уйти достойно?

— Да, папа, — тихо произнесла Этсуко, её голос не дрожал, она была холодна и спокойна.

Этсуко встала, взяла за руку немощного старика и начала помогать ему идти, шаг за шагом они подошли к раздвижным дверям веранды, за которыми я увидел небольшой сад. Я знал этот сад, маленький, сделанный для Чорруна им самим. Я видел, как отойдя от веранды из руки Чорруна вылетела еле видимая искра, что была шаровой молнией, она подлетела к Этсуко.

Бабушка коснулась её рукой, и та мгновенно увеличилась и, достигнув внушительных размеров, плавно подлетела к Чорруну. Возникла ослепительная вспышка и когда камера вновь сфокусировалась Этсуко стояла в одиночестве, а около неё лежала небольшая кучка пепла.

— А-а-а-а-! — взревела моя бабушка и ввысь полетели десятки молний. Последовавшая за ними вспышка была таковой силы что видео оборвалось. Объектив не выдержал.

Планшет практически выпал из моих рук, я нажал на кнопку голосового вызова секретаря.

— Господин Дэйчиро Шосе, я вас слушаю.

— Ко мне в кабинет, быстро! — Я начал полное сканирование пространства силой психокинетики и силой манипулятора. Молодая девушка так быстро заскочила в мой кабинет, что я даже не успел убрать палец с кнопки голосового вызова.

— Прослушка, видеонаблюдение? — Из-за кома в горле мой голос был хриплым.

— Господин Дэйчиро, кабинет не прослушивается, — по-военному выправившись серьезно поведала мне Мисако.

— Хорошо если это так. — Мои руки тем временем начали методично разламывать планшет на мелкие части. — Если хоть что-то сейчас покинет мой кабинет прольётся кровь.

Я не стал уточнять чья прольётся кровь, и кто будет её проливать.

— Я доложу Орсо, ваше вели… — Я перебил её, мне некогда, остатки планшета же сейчас уничтожались психокинетикой.

— Машину, срок две минуты. — Я встал изо стола, а передо мной летела уже практически пыль, а не останки планшета. — Либо я сам доберусь туда, откуда мне и не стоило уезжать.

Во мне бурлили эмоции, я еле сдерживался чтобы не помчаться самым коротким маршрутом, но мне нужно было успокоится. Впереди бой, который мне нельзя проиграть, ставки слишком велики.

Чоррун знал кому отправить послание, теперь мне надо побыть рядом с бабушкой, которую я, бетонноголовый, бросил одну.

Машина ехала медленно, даже когда я шел по территории клана Райдзин мне все казалось, что время будто тянется, каждая минута была вечностью.

— Господин Дэйчиро, госпожа Этсуко приказала никого к ней не пускать, — проговорил девятидановый владеющий, Бэко Райдзин.

— Бэко, оповести обо мне Этсуко, пусть она сама решает, — раздраженно ответил я владеющему.

— Дэйчиро, — начало было говорить Бэко.

— Бэко, как поживает твоя жена? — вдруг вспомнил я как пустая из диких земель смогла не только продать джип, но и получить свидание с владеющим.

— Я не понимаю при чем тут моя жена. — Тем временем по рукам Бэко заплескались разряды электричества, а на ладонях появились плазматические заряды.

— А при том. Не зли меня если хочешь к ней вернуться, — зло ответил я. — Сообщи обо мне Этсуко.

Бэко настороженно смотрел на меня и был готов в случае необходимости применить силу, но позади него раздался голос той, к которой я и стремился.

— Дэйчиро, ты совсем сбрендил? — К воротам вышла уставшая Этсуко. Я сделал шаг вперед, у Бэко предупреждающе засветились электрические разряды на руках.

Еще шаг и я уже заключил Этсуко в своих огромных объятиях. Она всего лишь секунду была напряжённой, но потом обхватила меня, это ей и надо было. Я должен был сделать это сразу, но так долго тянул.

— Тебе пришла запись? — тихо прошептала бабушка.

— Да, — тихо ответил я. — Наверное это было невыносимо.

— Было тяжело, но я просто помогла ему уйти. — Этсуко отстранилась от меня и сурово посмотрела. — И не смей угрожать членам клана Райдзин!

— Я был немного нервным, а он встал между мной и моей бабушкой, — попытался я сгладить то, что произошло, так как угрозы расправы вещь однозначная и каковы бы ни были причины Этсуко не может оставить это без внимания.

— Ну если только так, но запомни, Дэйчиро, ты Шосе, не угрожай Райдзин, не то несмотря на наши родственные связи мне придется принять меры, — довольно сурово проговорила Этсуко, а в ее глазах, как мне показалось, мелькнул разряд молний. — Ты меня понял?

— Понимаю и прошу меня простить за необдуманные слова, Бэко, — произнес я и после моих слов владеющий по кивку главы клана Райдзин убрал светящиеся разряды со своих рук, а Этсуко улыбнулась мне.

— Думаю, ничего страшного не произойдет если я попью чай с внуком, — произнесла Этсуко и ворота за ее спиной отворились. — Дэйчи, давай оставим Шосе, мужа Императрицы, за порогом, сегодняшней ночью в поместье место только тем, в чьих жилах течет кровь Райдзин.

Я не стал ничего говорить, а просто шагнул вперед и уже через десять минут наслаждался крепким чаем, в то время как Этсуко открывала первую бутылку вина. Наш разговор сперва не ладился, но спустя некоторое время он пошел по правильному руслу и потек нескончаемой рекой.

Да, она убила своего собственно отца, но сделала это в его благо, и она это понимала. Но все же это было тяжело. Столько лет Этсуко имела поддержку в его лице, Чоррун всегда помогал ей советом, а теперь… Теперь она единоличный глава клана, что совсем недавно был на грани гибели.

— Ты не одна, — сказал я своей бабушке.

— Я знаю, — грустно улыбнулась владеющая, которая прошла через столькое, что ей не позавидуют и демоны из преисподней. — Вина?

— Не откажусь, — улыбнулся я в ответ.

Всю ночь я провел в поместье Райдзин, там же и спал, а когда вернулся на дворцовую территорию столицы меня возвестили о том, что меня ждет Императрица в своем кабинете и она не потерпит отказа.

В кабинете Императрицы на меня волком смотрела первая жена, а в углу кресла сидел как-то по-особенному грустный Орсо.

— Ну наконец-то ты вернулся, — вместо приветствия произнесла Тэймэй. — А теперь я попрошу вас обоих объяснить, как информация с камер-видеонаблюдения и прослушки за вчерашний вечер в кабинете Дэйчиро могли выйти из строя и информация с них уничтожена?

— Тэймэй, — начал я, но она меня прервала.

— Подожди, до тебя еще дойдет очередь. Сперва мне нужно разобраться с главой внутренней и внешней разведки. — Тэймэй была холодна, и я знал этот холод, она была зла, очень зла. — И с каких пор⁈ Для меня! Императрицы! Стало секретной информацией местонахождение моей собственности!

— Ваше Императорское высочество, я согласен что мои секретари немного переборщили с секретностью, — начал говорить Орсо. — В мое отсутствие они приняли неправильное решение, прошу простить их и принять во внимание что они выполняли приказ Дэйчиро, который вскорости может стать…

Тэймэй взмахом руки прервала Орсо.

— Мне неинтересно кто приказал и кто ошибся, а то, что ты отсутствовал еще сильнее усугубляет ситуацию. Прошу озаботится тем, чтобы подобного больше не случилось иначе мне придется принять меры. Больше я тебя не задерживаю. — Орсо встал и молча поклонившись Тэймэй вышел из кабинета, и даже я чувствовал вину, что источал его мозг. Это я засёк силой манипулятора.

Оставшись наедине мы молча смотрели друг на друга, Тэймэй не собиралась начинать разговор первой и ждала что я начну нашу беседу. Я тем временем лихорадочно соображал, когда я успел стать виновником того, что поставил Орсо в такое положение, когда сотрудниками разведки могут пополниться местные морги.

— Ну, и где ты был? — Тэймэй все же разорвала тишину в кабинете.

— В поместье Райдзин. Тэймэй, давай не будем о причинах того, почему я туда помчался и почему попросил засекретить все, что могли заснять камеры и прослушка.

— И тебя не беспокоит что я приказала прослушивать твой кабинет? — подняла бровь Тэймэй в удивлении.

— Не особо, думаю и твой кабинет находится под наблюдением, а записи попадают к аналитикам, ведь так?

— Да, ты прав, а насчет того почему ты побежал к Этсуко я и так знаю. — Увидев мой удивленный взгляд Тэймэй весело хмыкнула. — Чоррун не смог бы себя убить, это знают все, кто видел его медицинское дело. Дэйчи, ты единственный кто не видел его дело, да никто больше его не увидит.

— Понятно, — невесело ответил я, в то время как Тэймэй вышла из-за стола. Она подошла ко мне, села на колени и приобняв поцеловала в щёку.

— Вот даже не знаю, злиться мне или радоваться, — тихо проговорила Тэймэй, прижавшись к моей груди. — Окружающие тебя люди уже относятся к тебе не как к просто мужу Императрицы, а как к равному мне.

— Императору?

— Наверное. Дэйчи, не смей пропадать не предупредив. — Тэймэй вновь поцеловала меня в щеку, а после шепнула на ухо: — Я даже немного тебя приревновала к неизвестной любовнице.

Конец главы.

Глава 10

Часть первая

Дни летели словно минуты, незаметно складываясь в недели, а те в свою очередь складывались в месяцы. Все было хорошо, Яфа потихоньку сводила меня с ума своими волнами. Как она и предсказывала, чем ближе наступал момент рождения нашей дочери, тем чаще мне приходилось сталкиваться с ужасной Яфой. Я радовался, что у меня будет доченька в то же время утешая Яфу, что расстроилась от того что не родит мне сына. Единственной, кто мог помимо меня сладить с Яфой, что боялась сорваться и, как она говорила, невзначай убить кого-нибудь, была мое черноокое чудо, что была чаще всех для меня незаметной поддержкой и той, которой всегда было место в моем сердце. Чихеро успевала всё, заниматься семьей, успокаивать детей и быть главным борцом с городскими свалками по всей Империи. Она не видела ничего постыдного в том, чтобы использовать для таких вещей свою силу распада. По всей Империи начали возникать небольшие пруды, а новый мусор теперь хранили в баках и потом, после разложения, повторно использовали. Сообщество распадчиков сперва возмутилось, но после того как перед ними выступила Чихеро очистка городов стала одной из неофициальных обязанностей сильнейших распадчиков, что устраивали целое шоу из уничтожения свалки. Они отрабатывали свои техники на разных материалах, что раньше было проблематично. Не обошлось и без казусов — бороться начали и с живым, так называемым «разумным мусором». Пострадало немало этого «мусора» прежде чем владеющим разъяснили что живущие на свалки не являются частью свалки. К моему огорчению тех владеющей, что отнесли людей к виду мусора, я не смог покарать, мне не дали это сделать.

Как бы я не привык к этой жизни, как бы не сросся с этим миром, но меня всегда коробило от того что высокоранговые владеющие, что переходили в эту категорию, становились по своей сути неприкасаемыми. Им многое прощалось, да и обществу по большому счету было плевать на пару десятков умерших мусорщиков, их и за людей то особо не считали. Изгои, даже неинтересные кукловодам, которым даже для их целей требовались здоровые люди.

Но моя черноглазка занималась не только свалками моя черноглазка, небольшими шажками, от случая до случая она становилась тем, кого можно назвать официальным палачом. Ей давалась полная свобода действий, никто ее не заставлял, но так получалось что она изредка выполняла некоторые просьбы своей подруги, которая по совместительству была Императрицей и моей первой женой.

Все было бы и дальше спокойно, а по-другому, пока я был под арестом моей семьи, и не могло быть, если бы у меня не произошла эта негласная вражда с принцем Империи Куртон. Да, у него было множество косвенных доказательств, и если он доказал бы что я Яростный, то у нас возникли бы проблемы. А у Империи Куртон их бы поубавилось, союз государств, в который входила и Федерация Гатсен, трещал по швам. Набеги с диких земель по прилегающим странам участились, и мы начали понемногу уходить в тень, больше не являясь проблемой номер один и тем врагом, что был причиной объединения стран в союз. Тем более что Империя Куртон всем продемонстрировала что и сама несет в себе угрозу для союзных государств. А помощь по уничтожению ядовитого облака, которую мы оказали, показывала не то, что мы зло, а то, что Империя Куртон не способна контролировать новое оружие и из-за постоянства этого яда именно они могут быть новым злом.

Шпионы Империи Куртон искали за что бы зацепиться и накопали мой так ни разу и не использованный отряд из тюрьмы для владеющих, что в итоге был был рассекречен и предоставлен мировой общественности. Да, я сперва подумал, что это мелочь, что обеспокоила наши кланы, это преступники, а использование таких владеющих по крайней мере возмутило общественность, но для интересов государства можно пренебречь не только этим. Увидев эту новость, я усмехнулся и со спокойным сердцем отправился в холодную постель, где на удивление меня никто не ждал.

Я давно так не заблуждался, скандал с каждым днем набирал обороты, а внутри Империи стало неспокойно. Столько сил было вложено в это спокойствие, столькие погибли ради этого от моих и не только рук, и такая мелочь вылилась в ночные переговоры с послами для Тэймэй, а затем и в собрание Империи. На собрании присутствовали все крупные кланы, главы городов и провинций, и все это под наблюдением пятидесяти послов практически со всего мира. И выступал перед ними я, не Тэймэй, а именно я. Мне, как человеку, что и сформировал данный отряд, было задано множество неудобных вопросов, а трое преступников стали моей личной охраной.

Но не только это поднималось на всеобщем Императорском совете, созванном Тэймэй. Было обсуждено множество законов и подзаконных актов, были решены десятки проблем. Ход Императрицы был опасен, но, как оказалось, моя жена сделала мудрый ход собрав всех в одном месте и решив многие проблемы в зародыше. Отдав меня на растерзание.

И вот сегодня настал тот момент, которого ждала не только Империя, но и все государства мира. Они добились своего, а всему виной Империя Куртон со своим въедчивым принцем, которого я рано или поздно прикончу. Наконец настала дата моего испытания, после которого будут озвучены на весь мир мои даны. А также будет представлена моя знаменитая на весь мир охрана, что сейчас собралась в моем кабинете. Мисако, владеющая стихией огня, Креол, психокинетик и предатель, ну и, конечно же, чужой для Империи ненавистный пират и пустотник с чуждым окрасом кожи, негр Кистон.

— Господин, вы слишком напряжены, вам помочь расслабиться? — спросила стоящая у моего стола Мисако и, поняв двусмысленность сказанного, немного покраснела.

— Ты хоть понимаешь, что сейчас сказала? — вздернув бровь я удивленно посмотрел на неё, мельком взглянул на старика Креола и немного задержал взгляд на Кистоне, что сейчас сидя в кресле пытался притвориться что он абсолютно спокоен.

— Ой! Я не то хотела сказать, то есть сделать! — вспыхнула владеющая огня Мисако.

— То, что ты хотела сделать, нас не интересует, — раздраженно произнес Кистон, массируя свои виски. — Меня больше беспокоит как ты будешь выполнять свои обязанности.

Все замолчали и посмотрели на меня. Креол как обычно пил свой чай, а Мисако упала на кресло все еще немного красная. Непонятно, то ли она постоянно краснеет из-за своей стихии, то ли от того что очень нервничает.

— У вас обязанностей практически нет, — скривился я от того что моей охраной пришлось назначить их. В охране я не нуждаюсь, но она мне положена, и когда наступило безвыходное положение мне пришлось назначить этих владеющих своей личной охраной. Ну не возвращать же их в камеры? Тем более с этим определенно возникнут проблемы.

— А вот с этим, господин Дэйчиро, позвольте не согласиться, — произнес старик Креол, вставая с кресла и отставляя чашку с чаем в сторону от себя. — На испытании, что произойдет через два часа, будут присутствовать наблюдатели от различных стран. Я не исключаю что будут провокации.

Я устало посмотрел на этих троих, что вновь пытаются уговорить меня на то, что их игра в мою охрану перестала быть игрой. Сила манипулятора не давала им и шанса обмануть меня, я знал, что они пытаются быть не полезными, а просто найти смысл вновь жить как нормальные люди, найти цель в жизни.

— Вы воины, а не телохранители, — в моем голосе звучало сомнение.

— Так и ты не беспомощная жертва, позволь нам выполнять работу по твоей поддержке, как и задумывалось. — Старик смотрел на меня то ли с надеждой, то ли с просьбой о помощи.

— Только помните, что мне не нужна охрана, — сурово произнес я и, взглянув на Мисако, добавил. — И что у меня четыре жены.

— А я слышала, что скоро будет пятая, — с улыбкой произнесла Мисако.

— Не должно охране говорить о делах своего господина, — подал голос пустотник. — Мы просто будем его сопровождать, Мисако, и не вздумай трепать языком.

— Боги, ну почему я не отправил вас в тюрьму? — выдохнул я рвущиеся из меня слова.

— Потому что видишь, что мы будем нужны тебе в будущем, — Креол как всегда не смог промолчать.

Я со злостью посмотрел на него и жестом указал своей недоохране на дверь, к которой они и поспешили, даже и не подумав произнести хоть единое слово. Как бы то ни было, но я доходчиво объяснил им на одной из тренировок по взаимодействию что меня не стоит злить. В тот день я действовал как Шосе на поле боя, и мной был поднят вопрос — кто сильнее, что зачастую и определяет кто является ведущим игроком в нашей четверке. Тогда я немного вышел из равновесия и кратковременно потерял контроль. Они не ожидали мощной атаки сразу тремя стихиями, а когда горло каждого было сжато моей плетью я прорычал на них:

— Главный я, запомните это раз и навсегда! — Виной этого срыва была Яфа, я очень мало спал за ту неделю постоянно стараясь успокоить свою жену, которая умудрялась даже во сне психовать непонятно на что и по какой причине. Я проецировал на нее свои эмоции умиротворения и тепла через специальный ментальный канал, который был открыт Яфой сквозь свою защиту для меня.

Глубоко вздохнув я начал свою подготовку к испытаниям разгоняя кровь по мышцам и подготавливая свой мозг к перегрузкам. Креол прав, на меня будут смотреть как послы, так и тысячи поданных Империи. Как бы я не хотел оставаться незамеченным, но мое испытание было событием, которые многие не захотели пропустить, а так как испытания по получению новых данов или подтверждению старых открыто для всех желающих, то ни один из колизеев не мог уместить столько желающих посмотреть на то, как муж Императрицы будет валяться в грязи.

Даже среди экзаменаторов, что будут просто наблюдателями, прошел целый конкурс, допустили лучших из лучших. Мне пришла сотня заявок на поединок от одиннадцатидановых и десятидановых владеющих только за последние сутки. Орсо сообщил что на испытание трехстихийника прибудут посмотреть около шестидесяти процентов слияний стихий. И десять двенадцатидановых владеющих лично Императрице Тэймэй изъявило желание проверить меня в учебном поединке.

— Мне не удастся занизить свой дан, — печально вздохнул я, смотря на потолок и вспоминая о том, как я сказал принцу Айрату что я не ровня Яростному.

Если я покажу слишком хорошие результаты — это плохо, слишком плохие тоже плохо. Имперцам важно какой дан у правителя, это своеобразная гордость, а Тэймэй, имея множество стихий, так и не смогла достичь впечатляющих результатов. Все ожидания на мне, и как мне поступить никто советовать не стал.

В такой же задумчивости я ехал к главному стадиону, до которого были сумасшедшие пробки, но для меня была свободная полоса. Я предполагал, что до стадиона я поеду вместе со своими родными, но Асока, что сопровождала меня, прервав свои исследования сообщила что они уже убыли на стадион и даже Тэймэй едет туда чтобы лично проверить безопасность. Такие массовые скопление пустых и владеющих опасны, и Орсо меня уже, кажется, начал ненавидеть. Работы для силовиков всех уровней прибавилось в десятки раз. Слишком уж удобный момент чтобы за раз уничтожить почти всю верхушку власти в Империи, это ознаменует начало вторжение. Успокаивало только что принц Айрат из Империи Куртон не был единственным высшим лицом иностранного государства, что могло пострадать. Спикер Федерации Гатсен, третья жена Императора Соокун со всеми детьми правящего Императора, список особо почетных лиц был слишком длинным даже если вычеркнуть всех послов и сильных владеющих из различных стран, что захотели посмотреть на демона. На того, кто помнит прошлую жизнь, что вторгся в этот мир по приказу демона Императора чтобы захватить власть в этом мире.

— Господин Дэйчиро, — обратилась ко мне Асока. — Мне не нравится ваша охрана.

Мисако хмуро смотрела на Асоко, как, впрочем, и все остальные из охраны. Ядовику они были не страшны, а вот сама она сейчас могла нейтрализовать их как вместе, так и по отдельности.

— И чем же мои телохранители тебе не пришлись по вкусу? — спросил я.

— Во-первых, господин Дэйчиро, они не прошли мой осмотр, не приняли ни один из антидотов, а также я им не выдавала ни одного боевого стимулятора из ваших личных запасов. — Негр начал улыбаться вместе с Креолом, и только Мисако никак не отреагировала на слова Асоки Идако.

— Господин Дэйчиро, чуть не опоздали, — проговорила Асока, смотря как мы останавливаемся около стадиона, вокруг которого столпились тысячи и тысячи людей.

— Удачи, покажите всем, кто готов защищать мир и покой Империи. — Я слегка улыбнулся Асоке и начал входить из машины, так как телохранители уже вышли.

— Спасибо, но вы меня переоцениваете. Я просто человек, каким бы сильным я не был никто не будет брать в расчет мою силу, когда в дело пойдут армии. — Я уже начал выходить и бросил напоследок. — А вот вы можете многое изменить.

Народ гудел, меня подбадривали, что-то кричали и кидали лепестки роз под ноги пока я шел к стадиону. Со сторону казалось — вот оно, признание, но это только если не знать, что вся эта встреча народом своего героя с самого начала была подстроена. Нет, им не платили, и тем девушкам, что клялись мне сейчас в любви, тоже. Это все парочка кукловодов, что я видел в толпе, проецировали восторг на толпы, а солдаты сдерживали людей, чтобы они не смогли помешать мне пройти.

Все выглядело красиво, но мне было плевать, я шаг за шагом шел к арене, на которой меня будут испытывать. Тэймэй отдала права руководства над моими экзаменами как послам, так и сильнейшим физикам, психокинетикам и манипуляторам нашей страны.

Трибуны кричали, и не было на них ни единого свободного места, а я все шел, пытаясь мобилизовать все свои возможности. Если они хотят высокоданового владеющего они его получат.

У самого края входа на арену меня ждал Орсо, и вид его был обеспокоенным, я же начал скидывать свое кроваво-красное кимоно, которое решил надеть на это сражение. Трибуны ревели, люди ждали шоу, и они его получали — сейчас на арене выступали огневики, что показывали свое искусство, огромные потоки пламени приобретали причудливые формы. В то же время по всему стадиону проходили волны сканирования манипуляторов, что беспрестанно искали буйных владеющих и пустых, что могли пронести в себе бомбу.

— Орсо, возникли проблемы? — я посмотрел на обеспокоенного двенадцатиданового владеющего.

— Да, — ответил глава разведки и красноречиво посмотрел на трибуну, находящуюся напротив нас на другой стороне арены. — Распорядок испытаний и экзаменаторов был изменен. Поверьте, господин Дэйчиро, это было сделано вынужденно.

— Ничего страшного, я справлюсь, — произнес я, натягивая куртку от военной формы, на груди которой был вышит знак Демона рода Шосе. Мой личный герб, что так никто и не посмел отменить либо оспорить. — Орсо, давай начинать. Я готов.

— Господин Дэйчиро, будьте осторожны в учебных схватках, — поклонился Орсо и дал знак устроителям, что пора начинать основное действо.

— Не беспокойся, Орсо, я выживу, — усмехнулся я, следя за тем как освобождают арену.

— Я не за вас беспокоюсь, Дэйчиро, а за принца, что пожелал стать одним из экзаменаторов, — спокойно сообщил мне Орсо и, как видимо, был не очень рад моему кровожадному оскалу.

— Это первая радостная новость за день. Повреждения в учебных поединках ведь не редкость, так что…− начал я говорить, но Орсо не дал мне закончить.

— Никаких если и так что. Его смерть может начать войну, так что прошу воздержаться от всего, что вам так хочется сделать, господин Дэйчиро, — наставительно проговорил Орсо, а в это время уже объявили начало моих испытаний.

— Такое чувство что это высокодановых владеющих испытывать будут мной, а не наоборот, — немного раздраженно сказал я, смотря на человека, что вышел на противоположную часть арены.

— Вы опасный противник, — совершенно серьезно проговорил мне напоследок Орсо. — Удачи в бою.

Я не стал ничего ему отвечать, а молча шагнул на арену и начал спокойно идти к первому противнику. Я его знал и не хотел бы с ним еще раз встречаться. В бою с ним мне нельзя пользоваться тремя стихиями одновременно, сейчас я просто физик, который не ровня тому, что когда-то проиграл мне в бою. Моим противником был дядя Амайи, двенадцатидановый владеющий физик Ишо Эдко, мастер своей стихии, и сейчас он мог показать мне на что способен и отомстить за поражение на дворцовой площади. Сейчас мы были в равных условиях —без брони, без поддержки со стороны, только мы в этой схватке. Но я и не собирался действовать честно, просчитывание действий противника на шаг вперед в бою не было чем-то запрещенным. И потому я медленно ускоряясь побежал на встречу с огромным гигантоподобным физиком, что смотрел на меня с усмешкой.

— Покажи на что ты способен! — проревел в моей голове голос моей жены, которую я просил не появляться на испытаниях.

Конец первой части главы десятой.

Глава 10

Часть вторая

Я несся к Ишо Эдко пытаясь в своей голове собрать любую стратегию, что поможет мне в бою против этого гиганта. Несмотря на свои размеры он не мог быть неповоротливым, а я не мог компенсировать свою скорость силой психокинетики — сейчас за мной следили десятки тысяч глаз, и мне не простят того, что я поступлю неблагородно во время этого боя. В это время разделяющие нас метры таяли с бешенной скоростью, а в голове все также была пустота. У меня не было плана как сразить то чудовище, что стояло передо мной и по какой-то ошибке называлось человеком. Он все так же стоял на месте в черном кимоно, не стесняющем движения, его рост был на пару голов выше меня и, как мне казалось, и вес его был как минимум на полсотни килограмм больше моего, а то и на целую сотню. Он смотрел на меня с усмешкой и даже не пытался встать в боевую стойку.

Два метра осталось до этой ухмыляющейся морды, я не смогу удивить его ни скоростью, ни силой, ни уж тем более мастерством рукопашного боя. Я ничто по сравнению с истинным мастером стихии, это понимал я и прекрасно знал он.

— Победа или смерть! — вдруг помимо воли вырвались из меня слова, те самые, что кричал мне тот физик, что пытался преодолеть свою стену в силе, которую ему определила судьба.

Полтора метра, рука уже неслась к Ишо, зубы заскрипели, сжавшись от того усилия, что я вложил в свой удар, а в глазах Ишо мелькнуло одобрение, но тут же сменилось презрением. Я даже не успел заметить его движения, он был настолько быстр что мои глаза не смогли уловить того момента, когда мой кулак оказался остановлен огромной ладонью, что схватила его словно я был ребенком и с легкостью погасила ту силу, что я вложил в свой удар.

Я был готов к такому исходу, и когда Ишо уже начал сжимать свою ладонь, грозя раздробить все кости моей кисти, я нанес ему удар второй рукой, что был пусть и неожиданным, но слабее, для Ишо, а вот удар в колено ногой он ожидал, но решил стерпеть.

— Да гори огнем, благородство! — взорвалась огнем в моей голове мысль и нога, летевшая в колено противника, чуть изменило свою траекторию.

Ишо не мог не отреагировать, да, презрение в его глазах усилилось, но только мне было плевать, правая рука, выворачивая суставы, была вырвана из ладони гиганта. Я не чувствовал свои пальцы и, ни на что особо не надеясь, со всей силы ударил в подбородок гиганта. Он слегка вздрогнул, вот уже моя левая рука освободилась и кулак полетел в солнечное сплетение, что прервало дыхание Ишо.

Он наконец-то перестал играть со мной, и я мгновенно оказался в его объятиях, мой позвоночник затрещал, грозясь преломиться, но мне было некогда замечать такие мелочи. Воздух вылетел из моих легких, в глазах помутнело, а я все бил головой вперед, на сколько хватало силы шеи. В это время по моему лицу беспрестанно текла кровь, и когда я уже чувствовал, что мое сознание уходит, Ишо откинул меня от себя. Кувыркаясь по пыльной арене, я видел внутренним зрением как ко мне несся гигант и ничего не мог сделать, так как применить психокинетику означало бы проиграть.

Он нанес свой последний удар, что значил окончание поединка, от удара его ноги мои мозги должны были брызнуть на песок арены, но не брызнули, я убрал свою голову из-под удара, так и не применив силу психокинетики. Не знаю, бил ли он в полную силу, но как только я увел свою голову, а его нога ударилась об землю в миллиметрах от моего затылка, Ишо отскочил от меня метров на шесть.

Через мгновение я уже был на ногах, готовый продолжать бой, я уже готов был рвануть вперед и мне было без разницы что правая рука висела плетью и начала мгновенно онемевать. Дышать было тяжело, а левая кисть все никак не желала сжиматься в кулак.

— Бой окончен, — голос Ишо Эдко громом разнесся по стадиону, и только сейчас я осознал, что вокруг царила оглушительная тишина. Я слышал, как капает на пыльную арену моя кровь. — Достойный воин, из него будет толк!

По стадиону прокатился звук, будто зрители все разом облегченно выдохнули. Не знаю сколько длился наш бой, но у меня было чувство что он длился не более двух десятков секунд. Ко мне сейчас спешили наблюдатели и устроители, а Ишо слегка поклонился мне как почти равному и стал неспешно идти к трибунам, к ждущей его хмурой Амайи.

— Дэйчи, ты как? — раздался взвинченный, нервный голос Яфы в моей голове. — Я еле сдержалась чтобы не убить его!

— Яфа, успокойся и не вмешивайся, у меня впереди еще два испытания, — послал я мысленный сигнал Яфе, тем временем проверяя свое тело на наличие внутренних повреждений.

— Твои испытания окончены, ты больше не може… — начала говорить Яфа, но я прервал ее сигнал послав свой.

— Не вмешиваться, это мое испытание и мне решать, когда оно будет окончено!

Организатор, высокий владеющий психокинетик, осмелился заговорить со мной только после глубокого поклона.

— Господин Дэйчиро, сейчас вас проводят во внутренний зал арены, где окажут медицинскую помощь, — начал он спешно тараторить.

— Я не нуждаюсь в помощи, продолжаем испытание, — строго произнес я.

— Но господин Дэйчиро, вам… — начал было говорить он, но я вновь его прервал.

— Никаких но, продолжаем! — сквозь зубы произнес я, скривившись от боли. На глазах тысяч людей я начал самостоятельно вправлять свои суставы, как делал это сотни раз в боях, а именно с помощь силы психокинетики. Суставы оглушительно захрустели на весь стадион, иголка с ниткой, что я всегда хранил в кармане, начала сшивать мою рассеченную бровь, а сломанный нос с хрустом, повинуясь силе психокинетики, встал на место. — Я готов продолжать схватку с любым противником.

— Я доложу это Императрице Тэймэй, господин Дэйчиро, если она пожелает продолжить ваш экзамен по трем стихиям, то следующая схватка будет посвящена силе манипулятора. — с поклоном проговорил Организатор и, дождавшись моего кивка, побежал к трибунам, где восседала Императрица и практически все мои жены и родственники.

На арене я стоял один, более никто не посмел на неё ступить, не прошло и минуты, которую я потратил на восстановление и небольшую разминку разума и тела, как на огромном телеэкране стадиона начали показывать не меня, а Тэймэй. Что вышла на небольшую трибуну в своем бирюзовом кимоно с традиционной косметикой и с такой тучей заколок, что было непонятно как на ее голове умещался небольшой Императорский гребень, рядом с которым поблескивал мой стилет, подаренный, казалось бы, вечность назад.

— Мой муж желает продолжить, — голос Тэймэй, усиленный сотнями динамиков, громом раздался по стадиону, запись с экрана тут же разносилась по всей Империи. — Мы все видели схватку мастера Ишо и Дэйчиро Шосе, но некоторые люди уже попытались оспорить итог, и в связи с этим экзаменатором Дэйчиро Шосе, соискателя нового дана, будет гостья нашей страны.

На арену вышла молодая женщина, что просто лучилась счастьем и радостью, а я физически ощущал, что она уже частично начала свою атаку — я почувствовал, как восхищение ее красотой начало заполнять меня, а она сняла с пояса два небольших меча в ножнах, и обнажила острые как бритва мечи. Тем временем Тэймэй вновь заговорила.

— Третья жена Императора Соокун Асакит Тукосэ, заслуженный мастер силы манипулятора, будет независимым экзаменатором Дэйчиро Шосе. — Императрица говорила медленно, а Асаки встала в боевую стойку с мечами наголо и взглянула в сторону Тэймэй, ожидая начала поединка. — Да будет начат честный бой!

Асаки безмолвно ринулась на меня с обнаженными мечами, я даже улыбнулся нелепости того, что на меня несется девушка в кимоно со мечами. Казалось бы, всего один удар, и она труп, только после трех шагов она просто исчезла, а воздух загудел от криков удивления. Она стала невидимкой, отвела глаза всем, кто находился на стадионе, и даже пыль на стадионе не выдавала ее. В действии древняя техника, и только камеры и экран показывали реальное положение дел, но мне нельзя ориентироваться по нему. Внутреннее зрение психокинетики, что никогда не подводила меня, в этот раз отказалось указать местоположение Асаки. По правилам арены в этом бою я должен был использовать лишь силу манипулятора, но сейчас я попросту не сдержался, просканировав арену не намеренно, а из-за удивления.

— Бойся того, кто в тени, — прошелестел в моей голове девичий голос, похожий на змеиный шелест. — Ты умрешь здесь и сейчасссс!

— Пошла прочь из моей головы, тварь! — взревел я и начал строить ментальные блоки, в то же время стараясь снять морок со зрения.

Бок обожгло болью, я ударил наотмашь ударил, но так и не попал, в тот же момент девушка появилась сзади. Я начал разворачиваться, но тут же попытался схватить воздух перед собой изменив свою траекторию. В моей руке была схваченная за горло Асаки, она хрипела, в ее глазах была мольба, а на песке лежали ее мечи, все в крови. Но на самом песке не было ни единой капли крови, я отпустил горло Асаки и рывком метнулся в сторону края арены, откуда она вышла с трибун.

Асаки стояла на том же месте, где она скинула ножны, не сдвинувшись ни на миллиметр, и улыбалась. Здесь она и пропала, но мчаться мне на встречу и рисковать ей не юбыло нужно, она просто потихоньку пыталась свести меня с ума, взламывая мою защиту, но у нее вышло. Защита выдержала, Яфа уже проверила, иначе мне пришлось бы убить эту третью жену Императора Соокун, тем самым начав войну, но Асаки и сама прекрасно понимала, что ей не стоит залазить в мою голову. Приблизившись к ней, уже без намерений прикончить, я был ошеломлен. Асаки слегка поклонилась мне как достойному внимания.

— Поздравляю ваших жен с хорошим выбором, Дэйчиро Шосе, — с улыбкой и чудовищным акцентом проговорила Асаки. — Надеюсь, дитя пустынь простит меня за наглость, что я поиграла с вами в прятки.

— Она у меня очень добрая, так что думаю она не будет в обиде, — проговорил я, а тем временем в моей голове Яфа сетовала на то, что Тэймэй наверняка не даст ей прикончить Асаки.

— Прекрасная защита, и природная, и та, что соорудила Яфа Шосе, а жаль, — Асаки печально вздохнула. — Я бы очень хотела узнать, Ярый вы или нет, а то принц Империи Куртон уже надоел распалять мой интерес.

— Если бы узнали, что бы вы сделали? — задал я тот вопрос, который сейчас потребовала задать Яфа.

— Не знаю, наверное, попыталась бы договориться, — притворно вздохнула Асаки. — Но скорее всего возлегла бы с ним в одном ложе. Дети от такого владеющего будут очень сильными, будет, конечно, больно, но все ради Империи.

— Однако Ярого здесь нет, так что благодарю за учебный поединок и жду вашей оценки моих способностей, — уважительно, с поклоном как равной, ответил я ей в тот момент как Яфа в моей голове просто кричала о том, что эту суку она запомнит. Ибо тайна не вечна, и эта тварь наверняка попытается залезть в мою постель. Асаки хотела уже уходить на трибуны, но вдруг будто споткнулась и обернувшись произнесла:

— И все же, дитя пустынь, поработай над секретностью каналов связи, они у тебя слабоваты.

Когда я смог успокоить Яфу, что начала слишком сильно нервничать, организаторы испытаний устроили мне небольшой отдых. Пока я отдыхал на арене выступали другие владеющие, были там и Райдзин, и даже Шосе. Эйко показывала, что не только Райдзин мастера по владению силой молний, но и Шосе есть чем блеснуть в небе. Правда вот её муж, Айко, не учувствовал в представлении, так как, не смотря на свои тренировки, он хоть и стал сильней, но так и остался всего лишь батарейкой для своей жены. Да и негде ему было выпустить огромный заряд энергии, город никто не хочет отстраивать, ведь даже в половину заряженный заряд мог нанести массу бед.

Пока я отдыхал меня навестила моя малышка Эми и Чихеро, они рассказали, как со стороны виделись мои схватки, которые по недоразумению назывались учебными. Схватка с Ишо оказалась очень быстрой, Эми и вовсе показалось что я столкнулся с ним и отлетел в сторону, на чем бой и завершился. Чихеро же почти полностью увидела бой, но согласилась, что схватка длилась четыре, ну, от силы пять секунд. Бой с Ишо несколько раз показывали в замедленном режиме на огромном экране, вводя зрителей в ужас от скорости и ударов, а особенно жесткости Ишо к заведомо более слабому противнику. Который, впрочем, смог на доли секунды сбить спесь с мастера стихии.

С Асаки все длилось не пример дольше и намного эффектнее, она пропала для всех, ну, почти всех, среднедановые кукловоды и манипуляторы смогли увидеть ее раньше меня, но ненамного. Даже Эми потеряла ее из виду секунды на три. Когда я бился с невидимкой Эми даже пыталась сообщить мне через силу манипулятора что Асаки у трибун, но ее блокировала Яфа, не позволяя помешать поединку.

Немного поболтав с родными, я практически восстановился и начал готовиться к последнему учебному поединку, что должен был пройти без каких-либо особых проблем. Но так задумано до начала испытаний, а теперь одним из экзаменующих по силе психокинетики был Айрат.

Я вновь выходил на арену полностью готовым к схватке, на стадионе кричали мне в поддержку тысячи людей, они не знали про мою вражду с принцем, они ничего не знали. Даже про то, что за время этого экзамена на проверку моих данов было ликвидировано три подрывника и что сейчас Айрат может умереть.

Я был зол, очень зол, и когда на арену вышел Айрат вместе с мастером стихии из нашей Империи я сразу же ринулся в бой. Использовать свое преимущество в физической силе мне было нельзя, но вот про преимущество в скорости никто не говорил. Я облегчил свое тело с помощью силы психокинетики и сейчас стремился сократить расстояние между моими соперниками.

Айрат атаковал ещё до того момента как было объявлено начало поединка, в нем взыграла молодая кровь. Первый металлический шар, летевший в мою голову я с удивлением легко остановил психокинетикой, почти не сбавляя скорости отбил почти полностью потерявший скорость металлический шар рукой и вновь продолжил свой бег. А тем временем владеющий среднего возраста, незнакомый мне лично, но явно поданный нашей Империи, смеялся. Он что-то кричал, отходя от принца, и сделал мне взмах рукой в сторону принца, означающий что он не будет мне мешать.

Металлические шары и диски полетели в меня на бешенной скорости, но разогнать их было тяжелее чем остановить или отклонить. Также мне сразу стало понятно, что у принца не было реального боевого опыта, да и в мастерстве он не был самым сильным из встреченных мной на поле боя психокинетиком. Владеющих его уровня я уже убивал и сейчас не смотрел ни на дан противника, ни на качество его подготовки и мастерства я видел кто из нас двоих здесь действительно опасен. Несмотря на то, что Айрат был сильнее, опасней был я.

Шаг в сторону, предугадывание простейшего удара, рывок вперед. Метр за метром я приближался к Айрату, он усиливал атаки, вернее только их количество, его приемы все также были заученными в сотнях тренировках. Не было ни единого удара из-под земли или же удара со спины. Да и я пока не атаковал, так как сравниться с ним я мог только вблизи.

Еще три металлических шара полетели в мою сторону как выпущенные из танковой пушки снаряды, они были словно безжизненными, Айрат не контролировал их, лишь придал им максимальное ускорение, недоступное мне.

— Пора, — мелькнула мысль в моей голове. Расстояние было около полусотни метров, чего было достаточно чтобы мне, неумехе, показать принцу что будет если он встретится на поле брани со слабым, но опытным смертником, что вдруг сможет добраться до венценосной особы.

Закрутив по спирали три металлических шара вокруг себя, я полностью взял над ними контроль, а благодаря сохранившейся скорости, что передал им Айрат я смог своими крохами силы еще сильнее их разогнать.

Принц так и не понял подвоха, когда я отбил шаром металлический диск принца он еще не понял, что проиграл. Разогнанный до предела шар полетел по прямой к принцу, у которого округлились глаза, в его голове кричали голоса страха, я чувствовал это силой манипулятора.

Вся его сила, все его мастерство были заняты всего одним шаром, у него было возможности противостоять еще двум что я мог пустить в ход. И потому остановив мой снаряд принц сконцентрировался на оставшихся двух шарах, не ожидая вырывающегося из земли диска прямо между его ног, что должен был разрезать его пополам.

— Хватит, — раздался тихий, но весёлый голос, одновременно с этим я потерял контроль над всеми снарядами и диском, что застыл в сантиметре от паха принца, с которого сейчас ручьями тек пот. Второй экзаменатор, что и остановил бой, вновь заговорил, его тихий и спокойный голос разносился по всему стадиону: — Принц Айрат, вам пора покинуть арену, ваш учебный спарринг с господином Дэйчиро окончен.

Айрат зверем смотрел на начавшего левитировать над землей владеющего, что, как выяснилось, был на порядок сильнее нас.

— Принц, передайте своим учителям и экзаменаторам мой привет и несогласие с присвоенным вам даном, — произнес психокинетик. После этих слов стадион начал гудеть, а Айрат хотел было что-то сказать, но на арену спустились послы и вместе с ними принц удалился на трибуны.

Владеющий парил в трех метрах над землей и неспешно приближался ко мне, как только он заговорил на стадион вновь опустилась тишина, казалось, что все зрители как один ловили каждое пророненное слово этого владеющего.

— Господин Дэйчиро, позвольте продолжить испытание. И, если вы разрешите, то мы покажем публике что такое соответствие реальности. — Владеющий завис в трех десятках метров от меня и ожидал моего решения.

Как я понимал, произошедшая схватка была достаточной для меня, но похоже, что владеющий оскорбился тем, что продемонстрировал высокодановый принц против меня, человека, которого в психокинетики очень сложно назвать даже средним по силе владеющим.

— Жаль, что мои плети не со мной, — становясь в боевую стойку произнес я, а владеющий, все так же левитирующий в воздухе, улыбнулся.

— Жаль, но вы все равно, господин Дэйчиро, не сдерживайтесь. — Его улыбка теперь была холодна и нисколько не дружелюбной. — Со мной это не требуется, я постараюсь вас не убить.

Учебная схватка шла три минуты, три минуты непрекращающегося сумасшествия и безумства стихии, в котором меня не щадили, и все же старались сохранить жизнь. По окончанию схватки Иджиллис, как назвался владеющий психокинетик, поклонился мне как равному и под гул народа на трибуне я на своих ногах отправился к закутку, где лежало мое кимоно. Посмотрев на белую обратную сторону кимоно, я вывернул его алым внутрь, а белым наружу. Десятки неглубоких ран хоть и не кровоточили, но мне было жалко работу своих любимых. Пришел я на арену в красном кимоно, а выходил в белом.

Айрат был посрамлён, он не мог сравняться по силе с Ижилиссом, и это было наглядно показано на мне.

Конец второй части главы десятой.

Глава 11

В самой столице все было тихо и мирно в отличии от тех страстей и словесных баталий, что кипели на дворцовой территории. Простые граждане Империи не могли знать об этом, их жизнь шла как обычно, они работали, смотрели телевизор возвращаясь домой, пили в барах и постоянно, где бы ни находились, обсуждали последнею новость, именно ту, из-за которой я в последнее время не выходил из своего Императорского дворца. Новость о том, что муж Императрицы чуть не кастрировал будущего Императора Империи Куртон и с легкостью показал, что одиннадцатидановый владеющей из чужой Империи не ровня даже среднедановому владеющему из нашей. А потом, когда муж Императрицы наигрался с принцем, Иджилис показал демону, на что способен наш одинадцатиданновый психокинетик. И не так страшен демон, как о нем говорят, вот он на видео харкает кровью, рвется в бой, но силенок ему явно не хватает. Не демон, а так…

Поданные веселились, смеялись обсуждая мой поединок за кружкой вина, а тем временем послы Империи Куртон постоянно пытались встретится со мной для того, чтобы я признал, что поединок был подстроен и принц Айрат был жертвой атак не только меня, но и находящейся на стадионе Каори Шосе. И если бы я это сделал, то скандал, что сейчас полыхал в полную силу, быстро угас, будто его и не было. Послы прекрасно знали, все не так, но пытались хоть что-то сделать чтобы не произошло страшного: смены очередности наследников на престол Империи Куртон. Так за Айратом по очереди идет его сестра, которая сейчас играет на оппозиционной стороне как короны, так и самого Айрата.

Если сестра принца возглавит государство, то это повлечёт за собой массовую резню, и это не самое страшное. Государство возглавит женщина, чей голос будет громче и важнее голоса ее мужа, который хоть и будет, формально, Императором, но на деле просто никем. Я даже засмеялся, когда посол с ужасом в голосе рассказывал мне все это. Наверное, он надеялся, что я пойму всю ужасность ситуации, но мне это было неинтересно, ведь такая ситуация меня устраивает. Империи Куртон будет чем заняться кроме того, чтобы готовиться к войне.

Мои бой разбирали, казалось, не только в Империи, но и во всем мире. Я не был самым сильным владеющим и прошедшие бои не были особо красочными, конечно же нет, но тем не менее интерес ко мне был переходящим все рамки. Простые испытания вылились в нечто большее, чем казалось на первый взгляд. Десятки телеканалов разбирали видеозаписи со всевозможными приглашенными специалистами, тут были и признанные мастера стихий, и всевозможные аналитики. А всему виной этих непрекращающихся разговоров обо мне уже как неделю было то, что результаты, которые должны были быть оглашены в день проведения испытания, было решено перенести, и они будут оглашены только через неделю после проведения боев.

Официально так решила экзаменационная комиссия, но я-то знал, что все это дело рук моей любимой венценосной особы, что старалась в последнее время не попадаться мне на глаза и просчитывала все выгоды и возможности подогреть обстановку в недружественной нам Империи. Да и Орсо как ребенок радовался подъему боевого духа в Империи и тому, что я уже не ненавистный кровавый палач, а почти герой. Ну, как герой, я оказался прекрасной грушей для настоящего героя, которым оказался Иджилис и, в какой-то мере, Ишо Эдко. Именно таким владеющим, как транслировали со всех телеканалов, не найдется равных в Империи Куртон. Это конечно не говорилось напрямую, но на это указывало все. Это была очень удобная ложь для нас и для многих других стран, не входящих в военный и экономический союз, в который входила Империя Куртон.

Сразу после поединка принц, опозоренный на испытаниях, убыл из Империи, и сделал он это очень спешно. Лишь сделал напоследок короткое заявление о том, что его подставили и что весь бой, что произошел на арене, был подстроен лично сильнейшим психокинетиком страны и по совместительству главой разведки Орсо, и у него есть подозрение что это сделано в сговоре с его сестрой дабы опорочить его честное имя.

В то же время третья жена Императора Империи Соокун не спешила со своим отбытием и также прокомментировала мой бой на правах экзаменатора, проведшего учебный поединок. Она объявила о моей преступной необученности и сказала, что я действую только сырой силой без какого-либо мастерства и отработанной техники, используя чужие шаблоны. И именно поэтому оценивать меня в силе манипулятора очень затруднительно, но если брать только то, что она смогла понять за короткий бой, то я владеющий не ниже шестого дана, но Асакит уверена, что если она немного потренирует меня, именно она, то я с легкостью смогу претендовать и на восьмой дан. Асакит перед отбытием письменно и официально пригласила меня посетить Императорский дворец Соокун для знакомства с ее мужем. Впрочем, пригласила она только меня, без моих жен либо детей, приглашение на одну персону, а именно Дэйчиро Шосе.

Яфа была очень зла на ту, что попыталась оспорить ее мастерство высказав мнение что я недостаточно обучен. Тем самым бросив тень как на Яфу, так и на Эми, и по тем взглядам, что меня одаривала моя дочь в первый день после испытаний, ничем хорошим это не для меня не окончится.

А вот Ишо был единственным, кто похвалил меня рассказав интервьюеру о том, что он рад что еще остались владеющие, которые готовы идти до конца в схватке и что у меня есть еще возможность повысить свой дан, а также сказал, что мне нужно и далее обучаться. Но не у него, так как он не исключает того факта что мы можем друг другу навредить, трехстихийного физика, по его мнению, в идеале должен обучать такой же трехстихийник с тем же набором стихий.

Приговор Ишо гласил что я недоразумение девятого дана, а пройдя курс тренировок, что он рекомендует, я смогу претендовать на звание владеющего десятого дана.

Психокинетик Иджилис, что с удовольствием давал интервью всем желающим, стал головной болью Тэймэй и Орсо, так как он не желал быть хоть сколько-нибудь сдержанным в словах. Он остался недоволен как в отношении меня, чьей подготовкой он остался крайне недоволен, так и в отношение принца и даже моей матери, которая, по его мнению, должна была озаботиться моими тренировками, а не пускать все на самотек. Слишком мало, по его словам, в наше время боевых психокинетиков и слишком много теоретиков, которые только и могут выполнять простейшие удары. Иджилису было плевать на всё, он одиннадцатиданновый владеющий, которого оскорбил принц, у которого почему-то до сих пор никто не отнял звание высокоданнового владеющего. Иджилис уже связался с знакомыми психокинетиками из Империи Куртон и высказал им все, что думает о них и их учениках. Айрат, по мнению Иджилиса, не может претендовать на десятый дан, и уж тем более быть, равным Иджилису, одиннадцатидановым владеющим. Правда, он указал что принц показал себя более сильным в психокинетике чем я, но этого недостаточно чтобы меня экзаменовать, а в связи с тем, что я был намного опытнее Айрата и не использовал свои две стихии, а только психокинетику, которая не является моей основной силой мнение о принце после проведенной схватки, которую Иджилис сам остановил, было очень плохим. Психокинетики, как Империи Куртон так и нашей Империи, уже разобрали эту схватку, и я боюсь что скандал вокруг Айрата будет очень сильным. Мастера стихий — это вестники смерти когда они начинают бой, и они не очень любят когда в их рядах возникают самозванцы, что не могут претендовать и на звание подмастерье.

Видео о том, как я, валяясь в пыли, раз за разом пытался спастись от гнева Иджилиса, уже было разобрано по кадрам и многие кадры мне не нравились, но я ничего не мог поделать. Многие телеканалы так и говорили — вот как должна была пройти схватка с Дэйчиро Шосе, я должен был оказаться в пыли и поединок никак не мог закончиться так, как вышло когда я сразился с Айратом. Кадр с замершим диском между ног принца, готовым разрезать его на пополам, уже разнесся по всему интернету. С подписями о силе и могуществе Императорской семьи Империи Куртон весь в поту Айрат и диск, что стремится его кастрировать.

О бое со мной Иджилис с улыбкой из раза в раз говорил, что не будет высказываться ни плохо, ни хорошо, так как уже созван совет сильнейших психокинетиков страны, что разберут то, как он атаковал почти в полную силу соискателя нового дана, входящего в первую семью страны. Он не собирается брать на себя такую ответственность, а то вдруг я не смогу подтвердить свой восьмой дан.

Всю неделю я отдыхал и нежился благодаря запрету на какие-либо переговоры с кем-либо после того как я чуть не прикончил в конец обнаглевших послов Империи Куртон.

После экзаменов Эми и Яфа начали заниматься моим обучением с утроенным усердием благодаря Асакит, что убыла в свою страну так и не добившись аудиенции со мной. Эми с Яфой за эту неделю пытались передать мне хоть какую-ту часть своего опыта, так как начали распространяться слухи о том, что советы самых сильных владеющих по стихиям силы психокинетики и заодно манипуляторы хотят попросить меня пройти еще одни испытания чтобы подтвердить те выводы, к которым они пришли, основываясь на моих учебных поединках.

Неделя, целая блаженная неделя пролетела практически незаметно, днем тренировки, а ночью меня посещали мои злые жены, но по очереди, а не всем скопом. И вот наконец мой маленький отдых был окончен. Целая комиссия из различных владеющих и не только из нашей Империи пришли к заключению о моих способностях. Первым делом мне присудили седьмой дан как манипулятору, указав на мои слабые места в контроле исходящих мозговых волн и упрекнули в недостаточной защите органов чувств от галлюцинаций, что навевают манипуляторы более высокого дана. Оглашение результатов проходило в небольшом зале во дворце Императрицы, на котором кроме меня и представителей комиссии была только одна телекамера, что снимала и передавала все в прямом эфире по всей Империи. Особо манипуляторы отметили что Асакит рекомендует мне практиковаться в полной изоляции разума, чтобы ни единая мысль либо эмоция не могли быть замечены другими манипуляторами, что будет полезно как в бою, так и на переговорах.

Присуждение восьмого дана по психокинетике проходило уже в более просторном зале, где кроме комиссии кого только не было: и послы разных стран, и Императрица, десятки телекамер, как иностранных средств массовой информации, так и нашей Империи. Всего в зале было около трех сотен человек, комиссия была немногословна, просто передали мне документ, где значилось что я достоин восьмого дана и ни одной подписи от тех, кто решил, что я действительно имею восьмой дан. Хотя на обратной стороне этого документа была огромная подпись Иджилиса и пара слов от него о том, что он ответственный за учебный поединок, в котором было обнаружено что Дэйчиро Шосе достоин восьмого дана. Зал гудел, послы негодовали, а некоторые и вовсе смеялись над тем, что восьмидановый психокинтик оказался равен одинадцатидановому владеющему из Империи Куртон.

Присуждение девятого дана физика и вовсе прошло в саду, где меня ждал Ишо Эдко, он что-то проговорил о том, что я достоин десятого дана, но, к сожалению, слишком большое внимание помешало ему присудить то, чего я достоин и что я должен помнить, что документ и официальный дан ничто. Так как главное это как показать себя в бою. После этих слов, Ишо тоскливо посмотрел мне в глаза, словно видел не меня, а кого-то другого.

— Шосе, ты постоянно идешь на острие атаки стараясь сблизится с врагом, — тихо проговорил Ишо. — В ближнем бою нельзя сделать ни единой ошибки, иначе смерть.

— Я знаю, мастер, — с поклоном ответил я ему.

— Конечно знаешь! — усмехнулся мастер. — Умирать то тебе уже не впервой. Что для тебя очередная смерть, демон? Всего лишь новый шанс начать все заново?

— Смерть это не начало мастер, это конец. — Мы смотрели друг другу в глаза. — В моем случае все, кто мне были дороги, умерли вместе со мной.

— Было больно? — спросил меня гигант.

— До сих пор больно, мастер. — Я увидел понимание в его глазах. — Невыносимо.

— Пока мы чувствуем боль здесь, — Гигант коснулся того места, где стучало его сердце. — и в голове, мы живы и нам будет за что сражаться, а когда пройдет боль то и нам прийдет пора уходить.

Он не ждал от меня ответа и стукнув меня в плечо вместо поздравления неспешно пошел к выходу из сада, слегка прихрамывая на правую ногу.

Ночь я провел один в саду, размышляя о том, правильный ли я путь выбрал — вновь сомнения зашевелились в моей душе. Только под утро я вернулся в свою спальню, которая вновь была пуста, жены очень редко ждали меня долго и так и не дождавшись меня уходили спать в свои спальни. И так было всегда. Сон быстро нашел меня, только вот мне не понравилось то, что снилось. Я видел давно забытые лица, они звали к себе, говорили, что я запутался и все что я имею это не моё. Я пытался им рассказать, объяснить, что это не так, что без меня все было бы еще хуже, но они не слушали и все твердили что я занял чужое место, что я мог не уйти тогда, а попытаться выжить. Но я решил, не спрашивая их, и изменил течение потоков времени, которые нарушать нельзя, и сама судьба отомстит мне за нарушенный поток того, что должно было случиться, но не случилось из-за меня. Судьба заставит меня страдать, и я позавидую мертвым.

— Папа! Хватит спать, уже утро! — прямо в ухо прокричала мне Эми, а моя спина почувствовала девичьи кулачки. — Папа, вставай!

Я даже не шелохнулся, хоть она и знала, что я проснулся, у меня не было ни единого желания вставать, по крайней мере сегодня.

— Дэйчиро Шосе, прозванный демоном! Пора вставать! — разнесся серьезный голос по просторной спальне.

— Не прозванный, а по своей сути демон, — лениво заворочавшись проговорил я.

— Ты по своей сути очень добрый, но страшно забывчивый, — немного задумавшись проговорила Эми, толкая меня в бок. — И ты точно демон, только нечеловек мог забыть, что сегодня у бабушки юбилей!

— У какой бабушки⁈ — Лень мигом прошла, как и апатия, и вот через мгновение ока я уже стоял на ногах у кровати и смотрел на загадочное лицо своей дочери.

— У самой главной, у твоей бабушки. — В сердце екнуло, и я вспомнил что был приглашен на праздничный прием к Райдзин по случаю юбилея главы клана.

— Мы же подготовили подарки? — спросил я, осматривая свое кимоно, в котором и уснул, и начал думать, как бы выпроводить Эми из моей спальни.

— Про «мы» я ничего не знаю, но ты, папа, точно ничего не подготовил, — хитро проговорила дочь и демонстративно пошла к выходу из спальни, постукивая малюсенькими каблучками по полу.

— Надо что-то придумать, — буркнул я себе под нос, а в моей голове раздался звонкий голос.

— А ничего не надо придумывать, для нее уже будет подарком что ты придешь, — проговорила моя дочь. — Вместе с Императрицей.

Поместье клана Райдзин было разукрашено в честь праздника, то тут то там были артисты, что развлекали прибывших гостей. Этсуко выполняла свои обязанности главы клана и в этот знаменательный день первой встречала каждого гостя, что прибыл выказать ей и ее клану уважение. И как гласила традиция столь малый праздник для кланов — это прекрасный повод чтобы заключить выгодное соглашение.

Этсуко была рада нам, но пообщаться нам выпадет возможность только когда празднование официально начнется и никого более не пустят на праздник, а значит встречать никого будет уже не нужно. Ведь личная встреча у ворот дает защиту как от клана тех, кто принимает гостя, так и от тех, кто будут присутствовать на территории этого клана.

— Дэйчи, что было этой ночью? — тихо спросила меня Тэймэй, когда Эми отошла от нас и остальные гости наконец оставили меня и Императрицу в покое.

— Ничего особенного, поразмышлял в саду немного, — проговорил я и сразу же попытался сменить тему — Как там обстановка в Империи Куртон?

— Не меняй тему, Дэйчи, все равно это у тебя никогда не получалось. В Империи Куртон все хорошо — твоя голова подорожала в пятнадцать раз, — недовольно проговорила Тэймэй. — Неизвестный меценат готов заплатить любому, кто тебя прикончит либо организует твое убийство.

— Император или принц? — спросил я, радуясь, что Тэймэй не вернулась к начатой теме про мои душевные терзание.

— Не известно, но заказ объявлен на тебя уже не впервые, а вот на нее… — Тэймэй посмотрела на смеющуюся Эми. — Это впервые и сумма за ее голову, а также Яфу и твоего первенца, выше чем за твою голову втрое.

— Я убью этого урода. —

— Нет, Шосе, это сделаешь не ты. — Тэймэй подошла ко мне и обняла. — Дэйчи, ты мне так и не ответил, почему ты так желал себе смерти?

— Просто кошмары, Тэймэй, ничего страшного.

— Но Яфа говорит, что ты мучался сильнее обычного.

— Сильней обычного? — задумчиво проговорил я. К нам весело улыбаясь возвращалась Эми в своем алом маленьком кимоно, как она заявила мне, алый — её цвет как дочери демона. — Тэймэй, давай не при дочери.

— А ты думаешь, что она знает меньше меня? — ухмыльнулась Императрица и отстранилась от меня. — Дэйчиро, сегодня просто прекрасный день чтобы забыть свои тревоги.

— Я постараюсь больше вас не беспокоить.

— Только не копи в себе. — Тэймэй подошла ко мне вплотную и привстала на цыпочки, чтобы быть поближе к моему уху. — Помни, мы твоя семья, и нам ты нужен больше чем самому себе.

Эми повлекла нас к артистам, а потом к бабушке, которая уже принимала подарки от гостей, подарки были как для нее, так и для всего клана. А в моей голове билась единственная мысль — Асакит была права, я должен закрывать свой разум наглухо, так, чтобы даже близкие не могли понять, что творится у меня в голове.

Конец главы.

Интерлюдия

Тэймэй сидела в гостиной своих личных покоев, у камина в кожаном кресле в котором размышляла, изредка кидая взгляды на портрет своей матери, императрицы Хаоны. Также она постоянно поглядывала на кипу бумаг, что беспорядочной кучей лежали на столике у кресла, соседствуя с небольшим кувшином вина. Который неспешно оторвался от стола и начала наполнять бокал и только после того как он наполнился, она сама аккуратно взяла бокал в руки, не используя свою силу психокинетики.

— Императрица Тэймэй, разрешите войти. — Послышался скрипучий голос ее секретаря Орсо за дверью.

— Разрешаю — Проговорила она и пока секретарь входил, ополовинила свой бокал и вновь поставила его на стол. — Что случилось Орсо?

— Ваше высочество, волнения в империи Куртон окончены, престол занял принц Айрат. — Сухо проговорил Орсо и замолчал, ожидая приказов.

— Его сестра умерла? — Спросила Тэймэй массируя свои виски.

— Да, зарезал в постели, её же любовник. — Хладнокровно проговорил Орсо.

— Понятно, приказ об приведение всех войск в полную боеготовность будет завтра. — Она вновь обратила свой взор на кувшин с вином и тот начал левитируя вновь наливать в бокал вино. — Орсо сколько боеголовок у нас и у них, на данный момент?

— Неделю назад при непосредственным участии Асоки Идако, была произведена двенадцатая боеголовка, с полной копией яда что использовалось при войне с федерацией Гатсэн, у империи Крутон на данный момент. — Орсо на мгновение задумался, но все же произнес. — Семьдесят три готовых к применению, они не стали изменять первоначальную формулы, и их яд опасен и для их войск.

— Орсо, мы сами помогли им справится с последствием атаки Дэйчиро и уже как четыре года у них есть деактиватор ядовитого газа, высшего класса опасности. — Тэймэй печально вздохнула, зная сколько сил и средств уходит на производство, яда что распадается и не имеет устойчивую структуру. — Мы должны увеличить скорость производства яда любой ценой. Орсо нам необходимо быть, сильнее и опаснее иначе они уничтожат нас, это будет иная война, не похожая на ту что была с федерацией Гатсен, по сравнению с тем что грядет, то было детской забавой.

— Я займусь лично этим вопросом, ваше величество. — Орсо посмотрел на стол, на котором лежала кипа бумаг. — Вы выбрали?

— Я не могу это сделать! — Сморщилась от омерзения Тэймэй. — Я не могу выбрать при живом муже того, кто станет отцом моего ребенка.

— Вы уже четыре года выбираете ваше величество, империи необходим наследник трона. — Орсо поклонился, в знак уважения, но всё же продолжил неприятную тему для Тэймэй. — Помните о том, что годы идут и может вскорости настать тот момент, когда вы не сможете родить.

— Орсо, я знаю. — Тихо проговорила Тэймэй и вновь посмотрела на портрет матери. — У тебя этой ночью, слишком много дел, я тебя больше не задерживаю.

Личный секретарь, вновь поклонился и бесшумно вышел из покоев императрицы, оставив Тэймэй наедине со своими мыслями. Только сама Тэймэй не хотела возвращаться к этим мыслям. Она уже прокляла, что все сложилось именно так, что она стала единственной представительницей императорской семьи.

Когда Яфа Шосе родила дочь, Тэймэй решила, что настала и её очередь, носить под сердцем ребенка от любимого мужчины.

Прошел месяц попыток, но результата не было, тогда в дело вступила медицина. Только ее вердикт поставил крест на совместном ребенке, слишком малый процент совместимости и, если у пустых можно решить это искусственным оплодотворением. То у неё и Дэйчиро, из-за того, что они владеющие множества стихий, не получалось решить эту проблему с помощью искусственного оплодотворения. По проблеме зачатия Тэймэй от мужа, было сделано даже небольшое исследование, которое говорило, что такого быть не может, но все же, десятки попыток были безрезультатны. И вот пришло время решать, проблему кардинально, и решение могло быть только одно. Пора выбрать себе либо мужчину с кем она будет проводить ночи, либо того у которого будет взято семя, которое будет использоваться при искусственном оплодотворении.

— Я не могу! — Вскрикнула Тэймэй, а столик вместе с документами улетел в камин, подхваченный силой психокинетики. — Я не хочу этого! По крайне мере не так!

Тэймэй еще долго кричала на пламя, что безмолвно пожирала личные дела более двадцати владеющих, которые по мнению врачей идеально подходили, для зачатия ребенка. Когда пламя объяло как стол, так и бумаги, Тэймэй устало рухнула в кресло. Тихо проговорив:

— И он готов принять любое мое решение. — Тэймэй утерла потекшие из глаз слезы. — Принять и любить ребенка, у которого будет еще один отец.

Как бы ни было тяжело сейчас ей, она знала, что Дэйчи было еще тяжелей. Он считал, что во всем виноват он, но в тот же момент был готов поддержать Тэймэй в любом её решении. А она все откладывала его, надеясь на богов, которые оказались слепы, Орсо был прав пора решаться.

— Надеюсь он поймет меня, и что те слова были непросто словами. — Тихо произнесла Тэймэй смотря в огонь, в котором догорали фотографии претендентов на отцовство, её ребенка. — У тебя будет два отца и только один настоящий. И им будет Дэйчиро из клана Шосе.

Записано со слов

великой императрицы Тэймэй

принцессой Эмилией

Глава 12

Мой небольшой кабинет сейчас напоминал архив, заваленный бумагами, в которых разобраться мне помогала на постоянной основе моя охрана, три высокоданновых владеющих. Чья жизнь должна была быть похожа на схватку, но сейчас они перебирали документацию, силясь отсортировать бесполезное от поистине важного. И как я со временем удостоверился, ни один из моих секретарей не способен отсортировать просьбы и жалобы не совершив ошибки. Намеренно или нет, но в корзине для бумаг постоянно оказывалось, то что было важно, как для меня, так иногда и для страны в целом. А вот мои телохранители по неведомой мне причине могли, и помогали мне со всем в том числе и с тысячами посланий что приходили каждую неделю.

Тогда четыре года назад, мы готовились к тайным операциям, к непрекращающимися подавлениями восстаниям на территории империи. Но все изменилось, сперва был наложен запрет, на мое участие в боевых операциях. И после моего испытания, мои бои перенеслись в кабинет. Бедная охрана всего лишь раз предложила свою помощь и вот опасные преступники, как писали раньше в средствах массовой информации. Превратились в тех что замещали меня, и выполняли мои приказы по выполнению тех или иных заданий что постоянно возникали. Ну и конечно сортировка тысяч писем и просьб, стало их ежедневной неприятной обязанностью.

— Я не поеду на свадьбу! — Взвыла Мисако, а на ее правой руке загорелось пламя, но письмо что она попыталась сжечь выскользнуло из ее руки избежав огня и быстро оказалось в руках старика Креола, который заставил свой бокал с чаем что он держал в руках ливетировать и начал читать письмо.

— Что тут у нас? О как! — Начал бормотать старик, щурясь читая письмо. — Господин Дэйчиро, вас просят благословить браки что будут заключать в первый день весны, который наступит завтра.

— А почему Мисако так среагировала? — Спросил я удивленно, я знал, что Мисако вспыльчивая, но приглашали то меня, а не её. На мой вопрос Креол блаженно улыбнулся.

— О, господин Дэйчиро, в письме указано что настоятель храма просит вас из-за сотен просьб что поступили к нему, он понимает, что вы, как и ваши жёны очень заняты. — Креол улыбнулся и письмо про левитировало ко мне, под огненные взгляды Мисако. — И потому, настоятель настаивает, чтоб ваше послание с пожеланием счастья в браке, доставила и озвучила Мисако, которой будут представлены множество прекрасных кандидатов в мужья.

Бегло прочитав письмо и слегка улыбнувшись словам, о том, что пламенной найдется не один десяток женихов. Я начал вспоминать, как так вышло, что мои телохранители, стали одними из самых желанных гостей на любом празднике.

Когда люди привыкли к тому, что не все преступники из тюрьмы для владеющих смертельно опасны, то начали проявлять интерес к самой неоднозначной преступнице. Что была ко всему еще и красавицей, ей была прощена её излишняя вспыльчивость, и неоднозначность ее проступка, помогли ей влиться в общество.

Из-за моей занятости, охрана часто посещали небольшие мероприятия оглашая мое послание. То они очень незаметно как для себя, так и для окружающих влились в общество. Креол, например, был тем, кто посещал празднества небольших кланов либо родов, ему это нравилось. Да и кланам это нравилось, как и маленьким родам они чувствовали, что к ним относятся как к равным. А то, что я не смог прибыть лично, то это никого не оскорбляло, каждый подданный империи знал. Дэйчиро Шосе не просто так занимает императорский дворец, я был постоянно занят сражениями как на всеобщих имперских собраниях, так и совете городского округа столицы. Пытаясь сделать жизнь необлечённых богатством и силой, чуточку проще, легче и безопаснее. Законы меняли жизнь, только на бумаге и приходилось чуть ли не лично приводить их в действие в реальной жизни.

Так, например, бороться с коррупцией, заниматься обжалованием судебных решений. Иногда даже приходилось ликвидировать некоторые помехи лично, пара судей которым я сделал внушение, переломав ноги. А не надо было, демонстративно не исполнять принятый закон.

Пострадал и один видный политик, который был против закона о, ужесточение наказание за применение силы против более слабого противника, с целью унижения владеющего или пустого, переменил своё мнение. Прочувствовав на своей шкуре что такое шутки высокоданновых владеющих в тот момент, когда он решил уединится в загородном доме с красивой пустой. Я ему показал, что закон необходим и должен работать. А я всего лишь навел на него морок, и когда он вошел в спальню то видел желанную женщину, а не меня, а когда я скинул морок то он осознал, что находится на моей груди и моя улыбка его очень расстроила. Он пытался потом судится со мной, но все выходило так что я просто пошутил, увечий не было, я снимал домик недалеко от его дома и выпив решил навестить своего знакомого, и пошутить над ним. Да так хорошо, у меня вышла эта шутка, заснятая на камеры, что ни у кого во всей империи не было больше вопросов почему, я так требую ужесточения наказаний, за подобные действия.

— Господин Дэйчиро− Отвлек меня от моих мыслей Креол. — Вы не забыли у вас сегодня встреча с дочерью, через пол часа?

— Нет, не забыл. — Нагло соврал я. — Если обнаружите в этом завале что-то важное то сообщите мне.

— Будет исполнено господин Дэйчиро− В один голос ответили Мисако, и Креол и только пустотник Кастон промолчал. Он вообще был немногословен, а после того как ко мне два дня назад, обратилась девушка с намерением связать свою жизнь с ним, так он и вовсе замолчал.

Моя охрана, принадлежала мне, она не входила в мой клан, но их жизни зависили от меня. Этому чернокожему пирату, я дал возможность самому решить, и его сейчас захлестнула внутренняя борьба. Он потерял свою родню и сейчас у него есть шанс, создать новую, тем самым предав прошлую семью. Свой ответ о решении он должен дать мне сегодня, а уже потом будет обсуждение с главой клана кандидатки на жены моего телохранителя.

Идя по коридорам императорского дворца, вниз к моему личному автопарку, я немного вздрагивал от нехороших предчувствий. Эми достигла своего совершеннолетия и после него сильно изменилась, особенно сильно это чувствовалось в её отношении ко мне. Может это просто возраст такой, себя же в ее возрасте я не помню, а в этой жизни я точно так себя не вел.

Эми выросла, теперь она принцесса Эмилия, официально удочеренная императрицей Тэймэй и имеющая права на престол если, не появятся истинный наследник, рожденный императрицей. Я вновь и вновь против воли касался этой животрепещущей темы, даже не желая этого. У нас проблемы, большие проблемы, и Тэймэй считает себя виноватой в этом, но здесь не может быть ее вины. Даже Амайя со всеми своими ранениями сейчас лежит в больнице, надеясь на беспроблемную беременность, а Яфа и Чихеро на полном серьезе мне заявили, что решили, что у них будет как минимум по трое детей. И мне надо постараться чтоб их планы начали исполняться. И всё это на фоне того, что раз за разом, попыткой за попыткой, я с Тэймэй терплю неудачу за неудачей. Четыре года. С каждым годом моя прекрасная жена становилась мрачнее и уже как два года она избегает моих детей, а наши с ней встречи. С каждым разом становятся все холоднее и холоднее, мы становимся чужими друг другу.

Эмилия жила теперь, в загородном поместье императорской семьи, и наша встреча должна была пройти там. Бронированный транспорт, в котором я ехал не сопровождал ни единый полицейский, я сам отказался от эскорта. Он был мне не нужен, как и охрана, ведь когда страсти после моего испытания улеглись четыре года назад. Владеющие и эксперты заявили, что, не смотря на мои не высокие результаты в каждой стихии, беря все во внимание ни один владеющий не захочет вступать со мной в схватку. Когда я не буду ограничен в использовании всех возможностей что даны мне от рождения. И потому за четыре года ни единого покушения, а машины заметив мой броневик сразу уступали дорогу, вне зависимости от транспорта на котором я ехал, если есть знак главы клана Шосе, то не стой у него на дороге.

По прибытию в небольшое поместье, меня провели в сад где ожидала, встречи моя дочь. Небольшая красивая беседка в саду лишь слегка оттеняла, как и сам сад красоту моей дочери. Эми заметно нервничала, и даже не прибегая к силе психокинетики я это чувствовал, она выжидающе смотрела на меня. Как будто я был ее противником, она молча встала и поклонилась мне как кланяются главам клана, на официальных встречах.

— Я приветствую тебя Дэйчиро Шосе− Произнесла моя дочь и её голос немного дрожал — Прошу тебя присаживайся наш разговор будет долгим.

— Эми что случилось? — Спросил я присаживаясь на стул и обеспокоенно смотря на свою дочь.

— Папа я…− Начала была говорить Эмилия, но вдруг споткнулась, и начала говорить словно не раз отрепетировала свою речь. — Уважаемый глава клана, я как достигшая совершеннолетия владеющая прошу вас, дать мне Эмилии Шосе разрешение на заключение брачных уз, а также представление нашего клана на переговорах.

— Тэймэй Яфа и Чихеро знают? — Немного охрипшим голосом от волнения спросил я.

— Мамы уже дали своё согласие, но с одним условием, что ты одобришь мой выбор. — Ответила мне Эми и спрятала от меня свои глаза смотря в низ, и не в коем случае на меня.

— Кто он? Из какого клана? Эми ты вообще понимаешь, что ты слишком молода и можешь сделать неправильный выбор? — Эми на мои слова отреагировала не так как я ожидал, она поджала губы и зло на меня посмотрела.

— Значит не дашь согласие. — Эмилия уже намеревалась встать из-за стола тем самым оканчивая нашу встречу.

— Эми, это ты сказала, а не я. — Проговорив это, моя дочь замерла, ожидая моего решения. — Я как глава клана Шосе, приму решение о возможности союза между тобой и неизвестным юношей, только в том случае, когда познакомлюсь с ним. И увижу, что ты и он готовы, чтобы связать свои жизни навсегда.

— Папа мы готовы! — Сколько веры было в голосе моей дочери, она не глупа, но мне надо все самому проверить и не дать ей повода на меня вновь обидится.

— Не сомневаюсь и, если твоя венценосная мама не против мне надо это просто увидеть, ну и переговорить с бедным кланом твоего жениха.

— Почему бедным кланом? — Встрепенулась Эми хоть и была сейчас радостной от моего почти согласия с ее желанием связать жизнь с другим человеком.

— А потому что дары за свадьбу с принцессой должны мне они преподнести, а не я им, да и дары должны быть соответствующими. — Улыбнулся я, а мне в ответ Эми звонко рассмеялась.

Весь оставшийся вечер я провел со своей дочерью, которая сразу переменилась и страхи, от того что я буду против ушли из ее разума. Только в машине я смог, нормально подумать и связаться с Орсо. Все-таки я слабее нее в силе манипулятора и мне надо было постараться чтоб она не почувствовала мои истинные мысли и чувства. Как я и опасался, клан манипуляторов, полностью дружелюбный нам и официально я не мог найти причину для отказа. Пакет с личным делом уже как два года возлюбленного Эми будет у меня через пол часа. Посмотреть же в живую на него я смогу только, к обеду завтрашнего дня. И Орсо отдельно отметил то что убивать, либо допрашивать с особым рвением мне нельзя, так как он под защитой моих жен.

Глава 13

Все было прекрасно, по крайне мере в моих планах, было решено, выпотрошить не самого умелого манипулятора. Сложно, но вполне выполнима, всего-то лишь требуется его обездвижить, пробить череп и внедрить моё нервное окончание. Несколько инъекций яда, изготовленных мастером ядов Асоко Идако, и всё полубессознательная тушка, жениха моей дочери готова для взлома, его разума.

Но планируемая встреча в моём кабинете с кандидатом в женихи, была перенесена из императорского дворца, в обеденный зал дворца императрицы. Встреча что должна была пройти наедине, в полутьме моего кабинета пройдёт, при трех моих женах, вовремя после обеденного чаепития. А во время обеда я был наедине с женами и проходил ускоренный курс молодого тестя, не убий, не оскорби, не поломай игрушку своей дочери сразу. А не то она еще сильнее полюбит свою игрушку и тогда да, точно свадьба.

— Милый мой, дорогой Дэйчиро если бы ты так легко прыгнул в мои руки, не сопротивляясь — Блаженно потянулась Яфа, как только мы начали вести дискуссию ожидая, когда прибудет жених Эми. — Я бы поигралась с молодым и глупым, да бросила, зачем мне ребенок вместо мужчины рядом?

— Яфа, — Обратилась к моей жене Тэймэй также, как и Яфа она радостно улыбалась и была довольной словно сейчас происходит то, чего она желала уже давно. — Надо проще объяснять мужу очевидные вещи, а то он до сих пор более-менее молодой да глупый.

— Не надо наговаривать на Дэйчи. — Обиженно произнесла Чихеро, блеснув немного раздраженно черными глазами, от которых всем за столом стало немного не по себе. — Он уже не молодой, а насчет глупости, ну у каждого есть свои недостатки.

— Так по мне гусеницами своих языков прошлись, а теперь объясняйте, что вы задумали. — Расслабившись произнес я, успокоившись от того что никто не собирался так просто отдавать мою принцессу за муж словно избавляясь от неё.

— Дэйчи наша дочь выросла. — Заговорила Тэймэй, а остальные две жены, замолкли хотя было видно, что каждой есть что мне сказать. — И в этом возрасте очень тянет на глупости, поверь мне, принцессе захотелось романтики, и она её получит. Это обычным девочкам быстро разбивают сердце, и они уже не верят во всякие глупости. Но это обычным девушкам, а у принцесс идет сказка почти до самого конца, так как возлюбленный из кожи лезет чтоб сказка не кончалась. Этой глупости что через пять минут зайдет в зал, нельзя ломать ни одной косточки. Это только усилит веру Эми, в то что мы против её счастья, если он так хочет в жены заполучить нашу дочь, то его клану и ему придется очень непросто, поверь мне Дэйчиро.

Тэймэй замолчала, задумавшись, наверное, о том, что когда-то и она была такой же принцессой и у неё тоже была своя сказка, она кивнула в сторону Яфы, давая ей слово.

— Он талантливый кукловод, да ему всего семнадцать, но он уже очень неплох в манипуляции чувствами. — Довольно печально произнесла Яфа− Тэймэй права молодым девушкам хочется верить в сказку, и если мы будем против этой свадьбы, то будем теми, кто хотят эту сказку разрушить, а Эми очень любит эту сказку, и будет защищать даже если ей придется применить силу.

Яфа посмотрела на дверь явно чувствуя приближения жениха, я почувствовал, как она начала накладывать защиту блокируя любое возмущение что могло повлиять на сидящих в этом зале. Также она начала входить в режим сканирования, при которой ей не стоит отвлекаться. Я почувствовал сложности в применение силы манипулятора, моя жена начала блокировать возможности этой стихии.

— Как я понимаю игра уже началась? — Спросил я, у своих жен вызвав на их лицах улыбку.

— Он сам разрушит сказку, либо Эми откроет глаза и поймет, что такая жизнь ей не нужна. — Печально вздохнула Чихеро. — Мы же просто проверим на прочность как бедного мальчика, так и их отношения. Ну все Дэйчи пора.

Пять минут ушло на представление и уважительные поклоны от семнадцатилетнего юноши Кенджо из клана Абэ. Не самого многочисленного, да и не такого богатого чтоб быть хоть сколько-нибудь интересным, и о котором бы говорили на каждом углу. Как я прочитал из личного дела как Кенджо, так и его клана, нечем особенным его клан не славился. Владеющие из его клана ни разу не достигали десятого дана, сам же Кенджо был вторым сыном даже не главы клана, а двоюродной сестры главы клана. У которой Кенджо был вторым сыном, впрочем, он как и его старший брат были перспективными владеющими. Его старший брат служил в армии имел боевые награды и как гласила отметка был знаком со мной лично. Так как учавствовал в одной из операции по освобождению города, и присутствовал на ликвидации двух ферм где производили марионетки. Кенджо в силу своего возраста сейчас обучался искусству создания марионеток и как Эми, интересовался биомеханикой, вот именно это увлечение их и сблизило полтора года назад.

Не высокий не особо красивый, ну по крайне мере на мой взгляд, да и в его личном деле говорилось, что он и не пользовался особым успехом у владеющих девушек. Пустые, девушки проявляли к нему неподдельный интерес. Но это нормального для этого мира, только такие подробности указанные, не нормальны для личного дела что за извращенец его составлял?

— Кхм, Дэйчиро держи свои мысли под контролем. — Смеясь произнесла Яфа, разрежая обстановку. — Личное дело что ты вчера читал подготовила я.

— Обсудите это потом, у нас хоть и неформальная беседа, но Кенджо не надо знать кто и как составляет личные дела. — Произнесла Тэймэй, а после улыбнулась Кенджо и указав на стул, слишком дружелюбно произнесла. — Прошу присаживайтесь Кенджо Абэ.

— Благодарю ваше величество императрица Тэймэй− Довольно сильно нервничая произнес парень и еле сдерживая шаг, чтобы не сорваться в бег подошел к стулу и чуть его, не опрокинув сел и посмотрев на Яфу заговорил без разрешения. — Уважаемый мастер Яфа Шосе разрешите мне применить свою силу и снимите блокировку пожалуйста, я боюсь сорвать встречу из-за нервов.

— Не сниму блокировку. — Практически промурлыкала от чувства превосходства Яфа− Молодым людям вроде вас Кенджо, полезно немного понервничать. Да и вы теперь как открытая книга, вам ничего не утаить.

Нервно сглотнув ком в горле Кенджо замолчал, смотря на нас немного растерянно, более я не мог прочитать. Яфа блокировала не только его, но и меня и как подозреваю и Тэймэй.

После минуты молчания тишину разорвала Тэймэй:

— Ну значит перейдем к делу, надеюсь клан Абэ оповещен о том, что принцесса Эмилия Шосе, выразила главе клана Шосе, моему муже Дэйчиро желание связать свою жизнь с неким Кенджо Абэ. — Тэймэй так по-доброму улыбалась юноше, который как мне казалось, был готов душу демонам продать, чтоб не видеть этой улыбки. — Я очень надеюсь, что ты и твой клан понимает всю ответственность данной ситуации.

Игра началась, из бедного юноши было вытянуты все подробности почему Эмилия решила обратится ко мне, с просьбой о разрешении на брак. А Яфа проверяла каждое из его сказанных слов на истинность. Статус принцессы, ему он мешал, он думал, что принцесса уже была обещана другому, а принимая во внимание что она не родная дочь Тэймэй то он был уверен в этом. И возможно он был бы и прав, но эти поползновения в сторону Эми я запретил еще четыре года назад заявив, что мужа Эми выберет сама. Были конечно претенденты, с царскими регалиями из небольших стран с которыми Эми упорно знакомили, но всё же. Тэймэй не проявляла особого упорства, чтобы своей дочерью решить какую-либо политическую задачу.

Он даже попытался расстаться с Эми апеллируя тем фактом что он всего лишь средний владеющий из непримечательного клана, а она. А она принцесса, что пригласила его на официальное мероприятие в одном из посольств сопровождать её, и не как друг, или мимолетная интрижка, а как жених. Вот после этой небольшой ссоры у меня и произошел разговор с дочерью.

Кенджо Абэ, отпустили после получасового разговора в подавленном состоянии, мои жены не уговаривали отказаться от руки Эми. Наоборот они хвалили парня за дерзость, только вот теперь они ждут ответного хода от его клана, и от него самого. В какой-то момент мне даже стало его жалко и хотелось ему шепнуть на ухо.

— Беги! Моя дочь станет такой же! — Мелькнула в моей голове мысль, когда Кенджо был все же отпущен.

— Ну что скажете? — Спросил я своих жён, когда мы остались наедине. — Он не настаивает на браке, так что считаю, что вопрос с замужеством Эми закрытым.

— Ну это ты так можешь считать, но только не Эми, да и Кенджо не был с нами полностью откровенным− Произнесла Яфа, и я почувствовал, как она снимает свою блокировку и выходит из сканирующего состояния.

— Причины? — Спросила Тэймэй нахмурившись, да и я вновь подумал о умелом манипуляторе что нас обманул и хочет прорваться к трону через мою дочь.

— Он любит её, и готов ради неё на всё. — Улыбнулась Яфа какой-то грустной печальной улыбкой. — Даже если ему придется, оставить её для её же блага, он это сделает.

Не прошло и двух минут, после окончания разговора с Кенджо, как мы разошлись по своим делам обговорив лишь то что надо дождаться реакции Эми. Которая должна узнать, о том, что Кенджо так и не отказался от свадьбы, но и как мы поняли не будет делать первым шаги в сторону брачного союза. Ну а пока Тэймэй ожидал глава клана Абэ, что прибыл вместе с Кенджо и теперь ожидал её в приемной императрицы.

Яфа с Чихеро также отправились по своим неотложным делам, Чихеро везет детей на море на пару дней. Кроме Батусая с которым у меня сегодня вечером должна пройти тренировка. Яфа же отправилась в лаборатории к Асоке Идако, дыхание войны вновь усилилось, и сейчас нам было нужно больше оружия массового поражения. Яфа сейчас вместе Асокой разрабатывали особый газ что должен был заставить вражеских солдат, вдохнувших его сражаться против своих же войск при этом не нападая друг на друга. Я не знал особых деталей, но понимал, что наличие такого оружия поможет нам, когда война вновь начнется.

Империя Куртон лишь на время погрязла в своих внутренних разборках, между принцем Айратом и его сестрой. Которой и я и вся служба разведки Орсо симпатизировала, бойкая девушка не хотела войны, она считала, что есть иные выходы из сложившийся ситуации. Только вот смертельно больной император имел своё мнение и перед самой своей смертью решил, что после него должен остаться только один наследник. Как передавали средства массовой информации, её убил обезумевший любовник. Но мы знали правду, последняя воля императора была выполнена, и новым императором станет принц Айрат. Который последнее время, твердил что наша империя, есть зло во плоти.

В кабинете меня ожидал только Кастон, бывший пират, заметно нервничал. Зайдя в кабинет, я силой психокинетики достал флягу с крепким напитком и практически мгновенно разлил её содержимое в чашки для чая. Мы молча их выпили. И вместе вышли в коридор.

— Ты даже не спросил о моем решении — Хрипло произнес Кастон, пока мы шли к гаражу.

— Нет этого не требуется, я лучше спрошу ты в этом предстанешь перед родственниками своей будущей жены? — Посмотрел я мельком на черную форму Кастона.

— У меня нет другой, одежды. — Ответил он мне− Она мне была не нужна.

— Как и собственный дом, машина, и еще многое. — Рассмеялся я.− Поздравляю тебя Кастон теперь все это теперь у тебя будет, так как потребуется если не тебе так твоей жене.

— Да теперь, мне нужно даже слишком многое− Рассмеялся вместе со мной обычно угрюмый негр. — Хотя пять минут назад, мне ничего и не нужно было.

Путь до клана Такаги, мы преодолели за пол часа с небольшим, ехали без какого-либо пафоса и торжественности. Какой обычно присутствует, при подобных случаях, небольшой бронированный автомобиль остановился у самых ворот поместье. На нас навели пару пулеметов, из небольших башен что стояли по разным сторонам ворот. А дежурный владеющий в такой же, как и Кастон черной военной форме.

Выйдя из машины, первым я поклонился дежурному, владеющему что, оказался той самой девушкой что приходила ко мне и просила отдать ей Кастона. Да что там просила, вспоминая то как она заявилась в мой кабинет в цветастой юкате, она потребовала, чтоб я отдал его ей как будто я держу Кастона в рабстве.

— Приветствую вас Нуоко Такаги, мы прибыли в клан Такаги без приглашения, по важному вопросу. — С каждым моим словом немолода девушка все становилась мрачнее и мрачнее.

— Господин Дэйчиро− Перебила меня Нуоко, не дав договорить− Сейчас о вас оповестят, и вас примут. Но я вас попрошу побыть в машине, и не заходить в поместье хотя бы двадцать минут.

— Я не понимаю — Начало было я говорить, но мне сразу все разъяснили.

— Мне надо смениться и подготовиться Господин Дэйчиро к переговорам. — Быстро проговорила Нуоко и уже начала выглядывать того, кто её должен сменить. — А ты старый пират еще получишь за то, что не предупредил.

Сев обратно в машину, мы начали ожидать пока нас оповестят о том, что нас готовы принять. Это противоречило традициям, но Нуоко и клан Такаги можно понять, явились мы без предупреждения.

— Кастон не передумал? — На мой вопрос бывший пират рассмеялся.

— Господин Дэйчиро я в кабинете сомневался, и вы мне не дали выбора. — Смеясь говорил Кастон− Теперь я не оступлюсь, это моя Нуоко, и я никому её не отдам.

— Ну все пора− Сказал я видя, как к нам направляется делегация что должна нас провести в дом собраний, где я и буду разговаривать с главой клана.

— Господин Дэйчиро, а у вас в машине нет еще одной такой же фляжки как в кабинете, мне бы не помешало. — Как-то грустно улыбнулся Кастон.

Переговоры прошли почти успешно, да мне пришлось одарить бывшего пирата, не малой суммой денег, из казны клана Шосе. Да и вопрос перехода Кастона в клан Такаги как свободного владеющего остался открытым. Глава клана Дай Такаги оказался довольно мудрым стариком, и когда официальная часть была окончена. Мы с ним уединились в его кабинете и немного побеседовали как о, женихе так о невесте. Нуоко была вдовой, во время нашего штурма дворцовой территории её муж был убит. И она долгое время была в трауре, но теперь наконец то нашла нового избранника чему старик был безмерно рад.

Оставив Кастона знакомится с родственниками невесты, я один вернулся в свой дворец где меня уже заждался Батусай. Которого я иногда тренировал и этот вечер мы должны были провести вместе в саду. В нем проснулась сила физика и так как в нашем клане из владеющих этой стихии была только Амайя. Она сейчас была занята на учениях что проходили во всех войсках империи в связи с коронацией Айрата. Как ожидалось именно на коронации Айрат, объявит нам войну. Хотя я не верил в это, и ожидал удара без объявления войны.

Батусай ожидал меня в саду, он сидел на скамейки с очень грустным видом, как выяснилось, его учитель заявил ему что ему не стать высокоданновым владеющим. И его прозвище Батусай Разрушитель так и останется внутренней семейной шуткой.

— Батусай я открою тебе, страшную тайну. — Заговорщицки проговорил я, а у мальчишки сразу проснулся неподдельный интерес, а грусть улетучилась. — Я знаю секретную методику, пройдя которую любой может достигнуть уровня дана сравнимые с моими.

— Учитель Дэйчиро поведайте мне эту методику. — С поклоном и придыханием произнес мой малыш Батусай, которому через пару лет хочет того он или нет придется стать воином.

— Методика проста, и основывается на боли и страдание− грозно произнес я, разминая мышцы. — И я пройду этот путь вместе с тобой, тренировка будет окончена только когда устану я.

— И я смогу стать высокоданновым владеющем? — С недоверием в голосе спросил меня Батусай.

— Несомненно! — Улыбнулся ему я.− У тебя просто не останется иного выбора.

Конец главы тринадцатой.

Глава 14

Весенние дни проходили весело и игриво, каждый день приносил мне небольшие радости, как, впрочем, и должно было быть у нормальных людей. Природа после короткой и практически не холодной зимы стремительно оживала, покрывая все молодой зеленью. Дыхание весны не обошло и людей, Мисако моя телохранительница все же стала встречаться с мужчиной, хоть и пыталась это не афишировать и все злобно на меня посматривала. Ведь все же её свобода оказалась практически эфемерной, это у Креола и у Кастона не было семьи или клана, а вот у неё была как семья, так и клан. Только толку от того что они были, не было, а даже сильно усложняло для Мисако жизнь. Чисто теоретически при свадьбе она должна была уведомить главу своего клана, что одобрит её выбор и разрешит этот союз, а потом прийти ко мне с аналогичной просьбой. Но была тонкость, на которую я ей указал, когда мы с ней были на едине на одном из званных вечеров устроенных иностранных посольств на котором присутствовал глава её клана. Они так мило поприветствовали друг друга, и только потом глава клана обратил на меня внимание.

— Мисако− С улыбкой обратился я к своей телохранительнице, как только глава клана покинул нас.

— Да господин Дэйчиро. — Мисако сразу вспомнила что она на службе.

— Подготовь мне к утру план по которыми ты в одиночку сможешь ликвидировать своего главу клана− Лицо Мисако постепенно менялось, от удивленного, и когда поняла, что я серьезен, её лицо изменилось до абсолютно серого и подавленного.

— Но зачем? Господин Дэйчиро я не понимаю− Начало говорить Мисако посматривая на стоящего в далеко от нас улыбающегося главу её клана.

— А тебе не надо ничего понимать, ты на службе и выполняешь мою волю, твоя жизнь и жизнь близких тебе людей зависит от меня. — С улыбкой проговорил я, и приветственно махнул знакомому помощнику посла. — В случае невыполнения моего приказа, твоему клану и твоему новому знакомому что может связать с тобой жизнь придется заплатить.

— Я понимаю это господин.

— Это было бы прекрасно, а то разведка доложила, что твой клан внезапно о тебе вспомнил и теперь усиленно и настойчиво уверяет о том, что клан это твоя жизнь, но это не так. — Мы неспешно двинулись к ожидающему меня помощнику посла. — Помни об этом Мисако всегда, и не дай себе сделать неправильный выбор. И знай, я уважаю тебя как личность, а не как инструмент, который можно использовать, а потом выбросить.

Она больше за тот вечер не проронила ни слова, а на утро на моем столе в кабинете лежал подробный план о том, как она проникнет в поместье и сожжёт дом где спит глава клана. Были и иные планы развития ситуации, и все было отражено на бумаге, все холоднокровными словами. О том, как надо убрать охрану, как правильно проникнуть в поместье, также было рекомендация дать ей два дня на подготовку и всё будет походить на несчастный случай. Был также и запрос на дополнительные инструкции, и она их получила, Мисако была рада отмене операции.

Она поняла, что пока она мой телохранитель, клан ничто, а моё слово закон. И с этого времени разведка из собственной безопасности докладывали о том, что Мисако повысила свой уровень надежности. Да она злилась, но понимала, что многое из того что делал я и Тэймэй, никто из бывших правителей и не совершил бы. А её клан не один раз был против изменений, которые продвигал я. Не все изменения и она поддерживала, но, все же даже ей было понятно, что обстановка внутри страны стала, намного спокойнее. И благоприятствовала развитию, это чувствовали, как кланы империи что с каждым месяцем все больше меня уважали. Так и простые подданные из пустых, чья жизнь стала как безопаснее, так и намного легче, чьи права были защищены не только на бумаге.

Императрицу Тэймэй также уважали и любили, но так сложилась что она более сконцентрировалась на переговорах с иностранными государствами в то время как я лез во внутреннюю политику. Во внутренней политике императрица также учавствовала, но ее позиция была всегда таковой, что она находилась над схваткой. Она была судьёй что выносил свой вердикт, когда видел, что я или мои оппоненты заходят слишком далеко. Это приносило свои результаты так, как и я не всегда был истинной в последней инстанции.

А вот экономика, как и налоги были под нашим общим пристальным вниманием. Эх, сколько мы ругались тогда, когда обсуждали те или иные изменения в налоговой политики либо в экономике. Моя маленькая императрица в наших спора частенько даже забывала, кто перед ней, и пару раз мне даже прилетало в грудь маленьким на маникюреным кулачком. Несчётное раз она называла меня самым тупым и непробиваемым глупцом на свете. Да и я не отставал от неё, пару сломанных столов и сотни чашек с ручками были испорчены. А потом придя к консенсусу мы наблюдали как наши решения давали свои первые всходы. Безмерно радуясь тому что, мы двигаемся в правильном направлении, и экономика потихоньку, очень несмело расцветает, вместе с пришедшей весной.

Но это было тогда пару месяцев назад, а сейчас прейдя в дворец императрицы для совместного проведения церемонии вручения верительных грамот от послов, приходится ожидать окончания чаепития с претендентом на отцовство ребенка что родит императрица. Чувствовать злобу и бессилие, мне приходится мирится с этой реальностью. Той в которой я не могу ничего сделать чтоб решить эту проблему. Сотни попыток что-то решить с помощью силы физика также не дали требуемого результата. И как апогей моего бессилия, встретить претендента в коридоре и смотреть на улыбчивого красавчика, когда еле сдерживаешься, чтобы за место ответного приветствия не оторвать ему голову. Претенденты думали, что их рассматривают на важные государственные посты, либо находились другие предлоги, по которым Тэймъй могла с ними встретится.

В приемном зале сев на кресло чуть ниже кресла Тэймэй что по идеи должно было подчеркивать разницу, нашего положения. А на деле меня надо было посадить на пол так как из-за своего роста и мышечной массы только так, я мог быть ниже Тэймэй севшей рядом со мной.

— Дэйчи, в тебе опять кипит ярость− Тронув меня за руку проговорила Тэймэй — Ты опять встретил, претендента?

— Встретил — Хмуро ответил я.

— Ты слишком часто меняешь свои маршруты, мои секретари вновь допустили эту оплошность− Она начала успокаивающе гладить мою руку слегка коля своими ноготками кожу, зная, что мне это нравится.

— Претендент жив и это уже хорошо. — Немного расслабляясь ответил я Тэймэй.

— Можешь убивать претендентов если от этого тебе будет легче, это все равно ничего не изменит. — Шепотом проговорила, разрывая наш контакт Тэймэй. — Я и так выбрать не могу, и твоя злость мне только мешает, ты же знаешь, что так надо.

— Знаю. — Ответил я и замолчал так как началась официальная церемония вручения верительной грамоты.

Послы один за другим подносил на протянутых руках свиток в котором рукой правителя их страны было изложено. Что данное посольство находится под защитой их страны и воля и слова посла, это воля государства, которое он представляет. В нём выражается просьба верить всему тому, что будет излагать посол от имени главы своего государства и правительства, отсюда и пошло название документа, верительная грамота.

Вручение верительных грамот была ежегодной церемонией, и всегда проходило при моем участии и не только потому что так требовала традиция. Послы знали, что сейчас приковано к ним все внимание, и множество послов могут быть прекрасными свидетелями что донесут ту или мысль до своих правительств. Но зная мой не всегда сдержанный характер и помня о сломанных ногах их коллег. Они больше не рисковали проводить провокации по крайне мере на тех мероприятиях где присутствовал я. Но как мы и ожидали, посол империи Куртон решил, что в этот раз ему все сойдет с рук. Тэймэй надеялась, что он побоится за свою жизнь и эта провокация перенесется в её кабинет, где можно было легко минимизировать ущерб.

Посол империи Куртон шел демонстративно, убрав руки за спину, в которых он все же держал мятый не свернутый свиток. Просканировав силой психокинетикой, я даже улыбнулся бумага была вымазана странным составом мой чуткий к запахам нос, различил дурно пахнущий мятый свиток. Как и запах алкоголя что источал сам посол, он не был пьян это потвердела сила манипулятора. Я уже начал вставать со своего кресла, в тот момент посол империи Куртон хотел уже открыть свой рот чтоб вылить зловонные оскорбления на императрицу тем самым начав игру императора Айрата.

Оскорбления не будут направлены на меня, я же всего лишь муж, пусть первый, но всего лишь очередной не облеченный регалиями играющий в политику супруг императрицы. Так успокаивали себя послы, когда не видели меня на других официальных встречах.

— Он — Начал посылать я мысленный сигнал Тэймэй, но та уже ответила, ей не могли не доложить охрана и служба безопасности о состоянии посла.

— Знаю, все это он сделал у самых дверей в зал, охрана не успела его задержать. — Мысленно проговорила мне Тэймэй. — Потом будут утверждать, что посол болен, или еще что-нибудь придумает император Айрат, чтобы это не сказалось на нём, милый накажи посла жестоко, но не убивай.

Каменная декоративная плита треснула от моего первого шага, а в глазах посла империи Куртон отразился ужас. Он надеялся, даже более того был уверен, что я не посмею, при таком количестве именитых и важных свидетелей, но реальность оказалось сурова к послу. Средних лет владеющий на голове, которого не было ни единого седого волоса, но сейчас он был близок к тому чтобы поседеть практически мгновенно. На него неслась не одна сотня килограмм ярости, по его рукам запоздало заискрили маленькие молнии. Только не был он боевым владеющим, а расстояние между нами всего то чуть больше десятка метров. Физик страшен на таком расстоянии можно и попытаться успеть поразить его пулей, но попробуй успей навести оружие на несущегося к тебе физика. Так и со стихиями, успеешь подготовится, выживешь, ну а если не успеешь, значит всё.

Когда я был уже в трех метрах от источающего зловоние посла, то даже мысленно улыбнулся. Вся охрана была уже готова, и мои опасения за жизнь Тэймэй были напрасными. А вот то что три посла были наготове оказалось сюрпризом, такая подготовка необычна для политиков, если это были психокинетики, то я бы поверил, в то что они не воины или убийцы. Но когда пустотник и ядовик, готовы атаковать за такой короткий срок, говорит о многом.

Миг, и горло посла в моей руке, которую принизывают бешенные удары тока, оторвав от пола, владеющего я пронесся с ним еще два метра перед тем как погасил инерцию. Сердце жалобно выло, бившись в моей груди с надрывом. Моя сопротивляемость электричеству имела свой предел, и сейчас мое сердце могло и отказать, не выдержав такой перегрузки. Прекратить свои мучения я мог просто сильнее сжав горло хрипящего посла раздробив ему при этом шейные позвонки что и так трещали.

С размаху я кинул посла в окно с такой силой что его спина проломила декоративную раму, а отсутствие бронированного остекления спасло его жизнь хоть и стекло беспощадно разрезало его незащищенную плоть. Пролетев четыре метра он рухнул на каменную брусчатку, сломанные кости множества ран на теле посла, было меньшими из его бед.

Пройдя через оконный проем разбитого окна, я склонился и подобрал мятый свиток, на котором не было ни единого слова. Отсутствовала даже печать посольства.

— Ты позоришь своего императора− Проревел я, кинув свиток в посла. — Выметайся из столицы!

— Цепной пёс! — Прохрипел мне в ответ посол, когда я уже развернулся что бы вернуться к Тэймэй.

— Пусть так, но у меня есть любимая жена и дом, который я буду защищать до последнего моего вздоха− Бросил я на последок, а посла уже окружила дворцовая охрана.

Вернувшись и сев подле Тэймэй, мы продолжили церемонию вручения верительных грамот как будто ничего особенного и не произошло. Послы после инцидента были немногословными, и церемония быстро завершилась.

Расставшись с Тэймэй которая поспешила в свой кабинет где уже были назначены телефонные переговоры с императором Айратом. Я направился в императорский дворец, отменив все свои дела, то что я совершил могло начать войну, а могло отсрочить. Но всё же смотреть на выступление и провокацию посла не было никакого желания.

Грозный снаружи и добрый внутри, как мне часто говорили мне мои прекрасные жены, я не мог сейчас успокоится во мне бурлила злоба и гнев, мне нужно было успокоится. Идя в свои покои, я мечтал немного отдохнуть у своего камина, да и медитация перед сном не помешает. Свободный тихий вечер в одиночестве после насыщенного дня может быть полезнее любых лекарств. Постоянное сканирование окружение внутренним зрением психокинетики сыграло со мной злую шутку. Не суждено мне было сегодня провести вечер в одиночестве в моей гостиной меня ждал посетитель. И так как мои покои недоступны для посторонних, то это мой родственник либо член клана Шосе.

Жены в разъездах, а Тэймэй, я не хотел видеть, просто не хотел, внутри было печально, и просто хотелось одиночества. Но я глава клана, глава семьи и мне придется принять посетителя и если это даже Тэймэй, я должен не показать ни словом, ни действием и особенно мыслью то что мне не приятно её присутствие.

У самых покоев я вновь просканировал пространство внутренним зрением и облегчённо вздохнул. За дверью сидела и улыбаясь ждала меня моя сестра, о прибытии которой мне никто не сообщил. Сейчас в порту Каори масса дел которые требуют особенно доверенных лиц, и Эйко была прекрасным вариантом. Каори и Кирана ни я ни Тэймэй старались не беспокоить, они были счастливы, да Киран прекрасно управлял портом и был сильным владеющим. Но его возраст, как и возраст мамы требовал спокойствия, и остальные дела по функционированию как разведывательной сети, так и поставки некоторых материалов из диких земель было возложено на мою сестру.

— Я рад тебя видеть Эйко — Сразу поприветствовала её я, как вошел и открыл свои объятия, в которые моя ветреная сестренка кинулась не думая.

Пару минут так и прошло мы молча друг друга обнимали я, аккуратно контролируя усилия каждой мышцы, а Эйко изо всех сил. И даже немного била меня током из-за переизбытка эмоций, все-таки мы не виделись уже пару месяцев.

— Ну все хватит сестренка? — Прервал я наши объятия. — По какому поводу да без предупреждения прибыла?

— У меня было несколько причин — Улыбнулась Эйко — И первая то что я нашла себе кандидата в мужья, и Айко не против!

— Это уже шестая или седьмая твоя попытка завести второго мужа? — Нахмурившись спросил я, предчувствуя что вновь мне придется отговаривать свою сестру от опрометчивых поступков.

— Четвертая, если считать тех кандидатов, о которых ты был уведомлен как глава клана. — Обиженно проговорила сестренка — Ты с ним скоро сможешь встретится лично и утвердить его кандидатуру, а также провести переговоры с его кланом о моем браке.

— Он здесь в столице — Удивленно спросил я.

— Нет, в порту Каори. — Сразу помрачнела Эйко — Вот мы и подошли ко второй причине моего прибытия в империю.

Эйко протянула мне небольшую папку с документами запечатанную её личной печатью, а после поклонилась и начала говорить.

— Я Эйко Шосе прошу главу Клана Шосе Дэйчиро, назначить меня временным главой порта Каори. — Я смотрел на свою сестру с тревогой, — Дэйчи, порт не выдержит штурма, я прошу тебя вывезти маму и Кирана с детьми в безопасное место из диких земель пока международная обстановка накалена.

— Есть основания для ожидания скорого удара по порту Каори? — Спросил я ее, а она, красноречиво посмотрев на папку в моих руках кивнула и произнесла.

— Более чем, есть подозрения что сперва ударят не по империи, а по порту, после уничтожения которого и разразится война. — Эйко посмотрела мне в глаза. — Это наш порт, и я некому его так просто не отдам. Забери детей и маму, я не хочу, чтоб она видела, что произойдет с портом и его жителями.

Мой разговор с сестрой продлился еще несколько часов, к нашему разговору присоединился и Орсо. Он просмотрел переданные мне документы и сведения что собрала Эйко, как у кочевых торговцев так у пиратов с некоторыми из которых она ведет торговлю. Эйко была права идет неприметная подготовка, молниеносного уничтожения порта Каори. Пообещав Эйко вылететь в дикие земли и забрать Каори с детьми и Кираном, я с ней расстался и практически рухнул на свою кровать, как только вошел в спальню.

Меня разбудили шаги босых ног, внутреннее зрение показало, что это Тэймэй крадется, пытаясь не потревожить мой сон.

— Айрат объявил войну?

— Нет, пока нет. — Тихо ответила Тэймэй скользнув под одеяло и забравшись ко мне на грудь добавила. — Это не подходящий повод, у нас есть еще как минимум месяц.

Конец четырнадцатой главы.

Глава 15

Часть первая

Мой вылет в порт Каори, задержался на целых два дня, и все из-за того, что я не просто глава клана Шосе, а ещё и доверенное лицо императрицы Тэймэй. А это несло определенные обязанности, а главное не могло доверенное лицо ринуться в путь посредине ночи. Международная обстановка после моей выходки с послом империи Куртон, и так была напряжена. Потому была сперва оглашена информация о цели моей поездки. Проверка боеготовности военной базы, размещенной на территории порта, проведение торговых переговоров от лица императрицы Тэймэй с ведущими поставщиками, нужных нам ресурсов. И только потом была подготовка к перелету, четыре самолета сопровождения, три десятиданновых психокинетика, и около двух десятков чиновников что должны были разгрузить меня от сотен запросов на проведения переговоров. Как только было объявлено о моём прибытие, в порт Каори сразу, устремились представители свободных городов и представители сотен кланов, и каждый из них требовал личной аудиенции со мной.

Когда я садился в самолет, мне доложили о том, что самые крупные представительства уже разбивают свои небольшие лагеря, у стен порта Каори. Там были как наши союзники и торговые партнеры, так и те, по которым империя могла начать вести огонь без предупреждения. Представители различных группировок, от работорговцев до кланов наемников, и все они прибывали со страшной скоростью и в таком количестве, что мне было не по себе. Я не тот человек чей приезд должен был вызвать такой ажиотаж, но было как было, и мне придется провести самые масштабные переговоры на различные темы.

Одним из первых прибыл клан Сиоко что был нашим постоянным, но не самым надежным союзником в Диких Землях, по крайне мере так было до недавнего времени. Исида, добилась своего, и моя любовница теперь носила под сердцем нашего ребенка. Она не требовала замужества, у меня, так как у меня был не равный брак с Тэймэй и её слово было решающим в этом вопросе. У неё была единственная проведенная со мной ночь, после которой она спешно убыла из империи, в дикие земли. После той ночи я с ней больше не виделся, а про её беременность я узнал на совете клана Шосе от Тэймэй. Которая заявила мне о том, что вопрос о брачном союзе поднимется, только когда родится ребенок, и экспертиза подтвердит моё отцовство.

И теперь, когда я прибыл в порт Каори на самолете, меня ожидала не только мама и Киран, но и практически вся верхушка клана Сиоко. Харуки, Тогшила и даже Хаос, они ждали меня не только из-за Исиды, противостояние с империей Куртон их волновало не меньше чем внутренние меж клановые дела.

То чем оканчиваются такие противостояния знают все, только Дикие земли не удивишь войной, тут причина их беспокойства в ином, само существование Диких земель под угрозой. Новое оружие, которым завладела империя Куртон, уже показало, что оно может очистить Дикие Земли от отребьев что здесь живет. И император Айрат уже высказывал мнение о том, что можно расширить свою империю и за счет ничейных земель. Но он отметил тот печальный факт, что для этого придется очистить их от всего живого, по-другому жители Диких земель никогда не смогут стать подданными его империи. Да и не нужны империи новые подданные.

Свободные города сейчас с тревогой наблюдали за нашим еще не начавшимся противостоянием. И Дикие земли были на нашей стороне, так как порт Каори показал им что, мы, имея такое же оружие не хотим расширять свою империю либо влияние на Дикие земли. А торгуем и пытаемся договорится о добрососедских отношениях, также было весомо то что ни империя, ни клан Шосе ни разу не назвали жителей этих земель, не равными нашим подданным. В отличие от многих других стран которые прямо подчеркивают своё превосходство над жителями Диких Земель. И грядущие переговоры должны были заставить Дикие Земли определится на чьей стороне они будут в противостоянии двух империй. И выбора у них не было, почти все цивилизованные страны состоят в военном союзе империи Куртон, и в нём нет место дикарям, из земель, которые они скоро потеряют.

Клан Сиоко были не первыми с кем я встретился по прибытии, они заранее знали о моём прибытии, и теперь ожидали меня вечером в гости в передвижном лагере. Что был разбит недалеко от стен порта Каори, у начала минных заграждений и десятка наблюдательных вышек. Они не стали встречать меня у трапа самолета как сделали это другие представители кланов. Они ограничились письменным приглашением посетить их, подписанное лично Тогшилой переданное через Каори Шосе.

Первое что мне бросилось в глаза, по прибытию так это усиленные меры обороны и заградительные сооружения вокруг порта. Порт Каори не раз подвергался нападению и сейчас усиливал свою оборону, для многих жителей порта, это их единственный их дом. Что не забудет о них, тысячи бывших рабов что были куплены у федерации Гатсен, так и не пожелали возвращаться в империю, которой когда-то было плевать на жизни своих подданных.

И не только простые пустые были готовы защищать новый для них дом, я собственными глазами и ушами, слышал от сотен, владеющих что осели в порту, о том, что они никому не отдадут так просто свою новую родину. Порт Каори стоял особняком от самой империи, имея практически полную автономию, и гибкость Кирана на посту главы порта Каори и прилегающих земель. Давали поразительные результаты, такой самоотверженности и уровня боевого духа, я не видел ни в одном уголке империи.

И Каори с Кираном не были исключением, они отказались переезжать в империю, им претила мысль бросать на произвол судьбы тех, кто им доверился. На меня смотрели хмуро два сильнейших психокинетика ожидая моего приказа как главы клана.

— Дэйчи, все просто, если мы уедем как ты хочешь.− Начала говорить мама, посматривая на своего мужа что сидел недалеко от неё и напряженно смотрел на меня. — То это будет предательством, тех кто нам доверился. Мы с Кираном можем защитить порт, не дав врагу занять стратегический морской узел для империи.

— Мама, никто не будет штурмовать порт. — Проговорил я, вспоминая о яде, от которого я еле смог сбежать по горам. — Они просто взорвут бомбу в сотне километров от порта, а яд гонимый ветром достигнет вас в течении двух суток. Вы просто будете проводить эвакуацию, выбирая тех, кто выживет, убежав от ядовитого облака на кораблях, а кто погибнет. Только и в море они будут вас ждать, сейчас флот империи Куртон и его союзников самый мощный в мире, и в море у вас не будет ни единого шанса.

Мама поджала губы, а её кулаки сжались она посмотрела на меня решительным взглядом.

— Пусть будет так, но я не сбегу не брошу жителей порта, названного моим именем. — Она смотрела на меня решительно, и я и она знали, что единственное что я могу сейчас сделать так это приказать. Приказать своей матери.

— Дэйчиро, нет разницы где мы будем, здесь либо в столице, удар будет и по столице. — Хриплым голосом от волнения начал говорить Киран. — Я понимаю твоё беспокойство, и уже предлагал Каори переехать вместе с детьми в столицу, но она стоит на своём, и не хочет покидать дикие земли.

Из их дома что когда-то был и моим домом я вышел немного раздраженным, она была права в столице будет не безопаснее так как по ней также ударят и, наверное, первый удар будет нанесен именно по дворцовой территории.

Во время посещения порта, я выполнял функции как представителя императрицы, и со мной хотели встретится сотни людей. И так как разговор с матерью не сложился я решил начать исполнять свои обязанности. В здание городского совета, мне был выделен кабинет, как и моим десятерым помощникам что должны были заниматься как оформлениями договоров, так и переговорами не требующих моего присутствия.

Около семи свободных городов Диких земель прислали своих представителей для переговоров, каждый из них пытался со мной поторговаться. Они знали, что если Куртон начнет очистку диких земель, то им конец, и у нас есть средство против яда, и теперь пытались договорится со мной чтоб я им передал либо формулу, либо само вещество. Только и с ним все было не просто, Асоко Идако еле справляется с изготовление боевой части ракет и бомб, а именно нашего яда. Она же с помощью целого отдела ядовиков изготавливала и деактиватор. Деактиватор ядовитого газа, высшего класса опасности что принято на вооружение империей Куртон, был сложен в изготовлении. И имел множество недостатков, а именно время которое требовалось деактиватору для уничтожение опасного ядовитого облака.

— Господин Дэйчиро, я понимаю, что вас связывает с городом Картосом не только политика, но я надеюсь вы не забыли какой город дал вам прибежище, когда вы впервые прибыли в Дикие Земли? — Спросил меня представитель совета Города Ичьхилака, манипулятор Горо Накато.

— Помню, также я помню, как его покидал, помню и то как главу города Ичьхилака мою жену Яфу Шосе покалечили. — Совершенно спокойно говорил я не молодому и немного знакомому Горо Накато, я с ним не раз встречался, когда жил в Ичьхилаке. — Я многое помню, но перейдем к тому что может предложить город Ичьхилак за жизнь и безопасность своих жителей.

— А ты изменился Дэйчиро, когда-то тебе не нужна была плата, чтоб помогать нуждающимся. — Скривил свой рот в ухмылке Горо.

— Горо Накато, люди меняются, и я изменился — С улыбкой произнес я. — Свободные города, так и не сделали свой выбор, и только поэтому императрице Тэймэй требуется плата.

Представитель городского совета Ичьхилака понимающе усмехнулся и попросил о встрече на следующее утро чтобы подготовить решение города Ичьхилака до моего отлета. Об этом попросили и остальные представители крупнейших городов Диких земель. Перед ними сейчас стоял выбор, либо заключить военный союз с нами, и в случае войны сразу атаковать империю Куртон, которая совершенно точно ударит по землям. Либо ждать, когда Куртон разберется с нами, а после вновь обратит своё внимание на дикие земли. А то что она обратит свое внимание на непокоренные города было совершенно точно. Они наберут из разгромленных диких земель множество рабов чьи жизни уйдут на восстановление империи после войны. А города либо будут стерты с лица земли, либо навсегда потеряют свою независимость.

Встречи были разными как приятными, так и нет. Торговля, была тем в чем я плохо разбирался и надеялся на многочисленных помощников которых послал вместе со мной Орсо. Только их полномочия сильно ограничивались, и когда прибыли представители работорговцев, их сразу перенаправили ко мне. Империя была против рабства, в любом его проявлении и это было не рушимым законом нашего государства. Но вот покупать рабов не запрещалось, и работорговцы под моим суровым взглядом подписывали подготовленные моими помощниками договора поставок. Рабы получат свободу, за которую им придется выплачивать долг перед государством, но все же это будут свободные люди.

Когда наступил вечер, и я окончил переговоры с последним на сегодня представителем свободного города я вместе со своей охраной Мисако, Кираном и Кастоном, направился к лагерю клана Сиоко. Оставив свою охрану у самого края лагеря, я направился в одиночку к встречающему меня вместе с Хаосом Тогшиле. Старик за эти годы нисколько не постарел, что нельзя было сказать о Хаосе, на его лице я увидел новый шрам и первые седые волосы на его голове.

— Приветствую вас Тогшило Сиоко и вас Хаос Сиоко− Поприветствовал я первым и поклонился им как равным.

— Клан Сиоко приветствует тебя Дэйчиро Шосе. — Ответил мне Тогшила и вместе с Хаосом поклонился мне более низким поклоном чем совершил я, указывая на то что, по их мнению, я не равен им.

— Прошу не беспокоится о безопасности господин Дэйчиро — Заговорил Хаос хмуро смотря на мою охрану что, встав в боевое построение готовилось к любому развитию ситуации.

— Я рад этому, но охрана должна быть готова всегда и ко всему. — Усмехнулся я.

— Даже к тому что родственники начнут убивать друг друга? — Ответил мне на усмешку усмешкой Хаос.

— Конечно, зная тех, с которыми я связал свою кровь — Совершенно серьезно ответил я ему.

— Так было, и ты прав. — По-доброму улыбнулся мне Тогшила− Но этот вечер должен закончить все разногласия между нами.

— Я буду этому безмерно рад Тогшило Сиоко — С поклоном ответил я, старику.

— Ну тогда прошу в наш лагерь. — Махнул он рукой в сторону разгорающихся костров у шатров.

Количество владеющих, что охраняли шатер в лагере Сиоко к которому меня сейчас вел Тогшила с Хаосом, говорило о том что-либо у них там что-то невероятно ценное. Либо они решили практически всем кланом явиться на переговоры со мной. Мы неспешно шли, разговаривая друг с другом об обстановке как в диких землях, так и о том, как изменилась империя с момента, когда её возглавила, та что входит в клан Шосе.

Исида стояла в белом свободном платье, у самого входа в шатер и радостно мне улыбалась, а когда до нее оставалось пару метров она уважительно мне поклонилась. Тогшила с Хаосом отстали от меня и уже направлялись к центральному шатру что находился недалеко и где по всей видимости и пройдет встреча.

— Приветствую тебя Дэйчиро. — Произнесла Исида, отогнув полог закрывающий вход в шатер− Прошу посетить мой шатер до начала собрания клана Сиоко.

Войдя в шатер, я почувствовал мимолетное касание моей спины, и лёгкий ветер от тела Исиды что с немыслимой скоростью для простого человека обогнула меня, и села у небольшого столика. На котором была расставлена традиционная еда жителей города Картаса.

— Прошу присоединится к моей трапезе, сделанной мною — Она выжидающе смотрела на меня.

— И в нём нет яда, либо иной дряни? — Спросил я даже и не думая приблизится к столу. — Как в тот раз?

— Дэйчи, а я предупреждала что рано или поздно возьму своё! — Она смотрела на меня зло, и я чувствовал, что она готовится к бою со мной. — И то что я до сих пор жива означает только одно! Я была в своем праве. Еда чиста Дэйчи, я не посмела бы повторить тот поступок.

— Ты жива только потому что никто кроме меня не знает, как прошла та ночь. — Ответил я ей и все же сел рядом с ней.

Мои слова не были пустым звуком, про все детали, произошедшие в ту ночь в загородном поместье, не знал никто, даже моя семья. Все представилось так, что во мне вспыхнули старые чувства к боевой подруге, к той что должна была стать моей первой женой, но ей не стала. Моя семья отнеслась к моей измене мягко, практически без ругани, если не считать сломанного ребра пару ожогов до костей, и ментального удара.

— И Тэймэй не знает? — Тихо спросила меня Исида, в то время как я подвинул к себе горшочек с каким-то мясом и начал его опустошать.

— Более того, не знает о том, что я не контролировал себя в ту ночь даже Орсо− Ухмыльнулся я, а Исида слегка побледнела. — А ему по должности положено все знать.

— Я не боюсь кары твоей семьи я сама им сообщу о том, что я опоила тебя. — Гордо изрекло дитя пустынь.

— Тэймэй прикончит тебя и твой клан. — Без эмоционально произнес я, оставляя в сторону небольшой горшочек что слишком быстро опустел. — Вкусно.

— По-другому и быть не могло, я готовила для своего мужчины. — Проворчала Исида, а после посмотрев мне в глаза добавила. — Меня убьёт не Тэймэй, а Чихеро.

— Незнание их спокойствие, и я тебя прощу не вносить в мою семью беспокойство.

— Я стану частью твоей семьи! — Воскликнула Исида.

— Ты сама то в это веришь? — Спокойно спросил я её.

Ответом мне было молчание что повисло в шатре, но оно продлилось не долго. Так как Исида, размываясь в воздухе на запредельной скорости приблизилась ко мне и её губы впились в мои, поцелуй был краток, и уже через мгновение Исида сидела на своем же месте.

— Иногда стоит рискнуть жизнью, и мой риск оправдан. — Улыбнувшись произнесла Исида. — Ты не оттолкнул меня, а это уже моя победа, я докажу тебе что буду прекрасной женой и матерью наших детей.

Конец первой части главы пятнадцатой.

Глава 15

Часть вторая

Разговор с Исидой продолжался еще около часа, и за это время я все время ловил себя на одной мысли. Она всё это время, во всем пыталась показать и доказать, что она станет идеальной женой, даже в мыслях. У неё была своя правда, в которую она верила, а именно то что мы одно целое. Наш недолгий разговор, можно назвать часом откровений, и в основном откровенничала Исида, за этот час она попыталась меня убедить в том, что я сам виноват.

— Ну почему же ты не понимаешь! — Угрюмо произнесла Исида. — Могла бы, я бы тебя убила.

— Сил не хватает? — Спросил её я, на что мне очаровательно улыбнулась Исида.

— Смертны все, даже боги. — С обворожительной улыбкой проговорила Исида, подбираясь ко мне в плотную словно хищница. — И не бывает исключений, и дело не в недостатке силы, а в желании, помни об этом Шосе, когда будешь делать свой выбор насчёт нас.

— Ты мне угрожаешь?

— И в мыслях не было, только вот мне не нравится то место, которое я занимаю вот здесь. — Она положила свою руку на мою грудь туда где билось мое сердце. — Только не говори, что там нет для меня места, я знаю, что это не так.

Голова Исиды прижалось к моей груди:

— Оно ускоряет свой ритм, Дэйчи я не манипулятор. — Оторвав свою голову от моей груди и посмотрев прямо мне в глаза произнесла Исида. — Но я вижу, что ты лжёшь самому себе, попробуй солгать сейчас мне, скажи, что я не нужна тебе.

— Исида я…− Нужные слова не произносились, а девушка рассмеялась, видя мое замешательство и отпрянула от меня.

— Вот видишь! Давай больше не будем лгать ни самим себе ни друг другу? — За ее шатром послышался шум, просканировав внутренним зрением я увидел ожидающего снаружи Харуки Сиоко− Тебе пора, ну а после, когда ты освободишься, возвращайся, ко мне, я буду ждать своего мужчину, которого ждала уже многие годы. Ты же вернешься ко мне?

— Вернусь — Шепотом произнёс я, смотря на лицо девушки что за мгновение от просящего преобразилось в счастливое.

Когда я выходил из шатра то за моей спиной раздавался радостный звон посуды, а внутреннее зрение показывало носящеюся по шатру на немыслимой скорости Исиду. Что начала уже готовить шатер к моему возвращению.

— Поговорили? — Обратилась ко мне Харуки, как только мы отошли от шатра Исиды, и увидя мою улыбку улыбнулась и сама. — Дэйчиро сейчас будет небольшое представление, так требует традиция клана Сиоко, и только после него тебе и императрице Тэймэй будет предложено самое ценное что есть у Сиоко.

— И что же это? Исида? — Спросил я, а Харуки рассмеялась словно я сказал что-то безумно смешное.

— Нет, Исида конечно ценна, но не настолько. — Прекратив свой смех у самого входа в огромный центральный шатер произнесла Харуки. — Вам будет предложено Сиоко.

Войдя в шатер, я увидел собравшихся в нем владеющих клана Сиоко. Более сотни членов клана совершеннолетнего возраста присутствовали здесь, и как я рассмотрел по знакам на их одеже здесь были только по одному представителю от семей и родов, что входили в клан.

В городе Картосе, остались требуемые для поддержания функционирования предприятий члены клана. В главном центральном шатре меня ждали основные члены клана Сиоко, и когда меня проводили на почетное место стало понятно, что они ожидали только моего появления. Тогшила встал со своего места поддерживаясь о руку своего сына Хаоса, и неспешно прошел к пустующему центру шатра после чего обведя всех присутствующих глазами начал говорить.

— Мы клан Сиоко когда-то были странствующим кланом, и проводимая мной ярмарка отголосок тех времён. — Хриплый голос Тогшилы разносился среди сотни владеющих, голос был тих, но в шатре была такая тишина, что его тихий голос казался раскатами грома. — Уже не одно поколение как клан Сиоко осел в городе Картас и до последнего времени, клан не желал менять дом, которым оказался нашему клану этот город. Но время меняет многое, и я решил. Клану Сиоко пора сменить место, которым он будет называть домом.

Тогшила замолчал, а поднявшись со своего места Хаос неспешно подошел к нему в центр шатра, физик огромного роста, который также, как и его отец хмуро посмотрел на присутствующих, и заговорил, намного громче чем старик.

— Сегодня здесь присутствует Дэйчиро Шосе с которым мы проведем предварительные переговоры о переезде нашего клана в империю. — После слов Хаоса в шатре начался подыматься гул из-за того, что каждый владеющий хоть и шепотом, но заговорил. Но Хаос словно этого и не заметил, и продолжил свою речь. — После разговора Дэйчиро Шосе с главой клана Сиоко и его наследником, а также его заместителями. Только после окончания этого разговора, каждый из вас может обратится как к Дэйчиро Шосе, так и главе клана либо его заместителю по любому вопросу.

— Мы уже две недели это обсуждали, и сейчас настал тот момент, когда все решится. После переговоров мы вновь обсудим это судьбоносное для клана решение. — Вновь заговорил Тогшила, и сразу в шатре повисла тишина. — На этом собрание клана Сиоко окончено.

Как по приказу простые члены клана Сиоко стали подыматься со своих мест и выходить из шатра. Не прошло и двух минут как меня оставили только с Тогшилой, Харуки и Хаосом.

Меня никто не предупреждал о таком повороте событий, о том, что ключевой клан свободного города диких земель решит связать свою жизнь с империей. Для меня это было полной неожиданностью.

Пока выходили члены клана Сиоко я усиленно думал о последствиях этого решения. Сиоко не самый чистый клан по меркам имперских законов, да мы сотрудничали, торговали. Но нельзя было вот так просто принять целый клан, замешенный как в войнах против нас, так и в пиратстве и работорговле нашими подданами. Будет очень и очень непросто сделать их клан полноправной ячейкой общества, но и клан Сиоко, поставил себя в непростую ситуацию. Принять подданство это на словах просто, да пустому что не имеет за собой армию из тысяч марионеток может и будет просто, ему поставят в администрации штамп в документы да пропоёт гимн империи и поклянётся верности. А вот клану придется принять обязательный полный вассалитет от правящего члена императорской семьи на срок в одно поколение в нашем случае они станут вассалами Тэймэй. И если она скажет умереть, то клан Сиоко должен спросить только как быстро они должны это сделать.

— Неожиданно? — Спросил меня Тогшила, когда мы уселись у небольшого столика, а Харуки начала расставлять чашки и наливать в них чай.

— Один вопрос зачем? — спросил я, и Хаос ответил вместо Тогшилы.

— Ради выживания Дэйчиро, мы сделали в тот раз неправильный выбор− Проговорил Хаос, беря в свои руки чашку чая из рук матери. — И сейчас город Картас, не хочет слышать клан Сиоко.

— Картас принял сторону империи Куртон? — Это могло поменять многое, но Куртон не вели переговоров с городами диких земель, по крайне мере мне не было об этом известно.

— Нет, они послали послание императору Айрату, в котором, указали что готовы принять войска империи Куртон, на свою территорию, а также. — Хаос замолчал а его кулаки непроизвольно сжались дробя глиняную чашку, Тогшило вынул из разбившейся чашки с помощью психокинетики горячий чай. А осколки упали на стол на которых была кровь потерявшего контроль Хаоса.

— Дэйчиро, дело в том, что город Картас решил стать столицей новой провинции империи Куртон. — Сметая осколки глиняной чашки со стола проговорила Харуки. — Они проигнорировали наше мнение, о том, что город должен поддерживаться нейтралитета в будущей войне, пример нашего клана не убедил их.

— Но почему империя, а не любой город в Диких землях? — Спросил я.

— Если присоединяться, то к сильному, так всегда действовал наш клан, и в этой войне что непременно разразится мы покажем, что мы сделали правильный выбор. — Проговорил Тогшила и положил на стол свиток. — Вот наше предложение империи, я знаю, что решение принимаешь не ты, и поэтому мы будем ждать ответа. Сиоко нужен новый дом так как старый оказался глух к просьбам клана.

Развернув свиток, я увидел перечень имущества клана Сиоко которое, он вольет в империю в случае если, империя примет их. Не все пункты этого списка были однозначными тысячи изменённых людей, рабов и марионеток стояли в особом разделе живого имущества клана. Тысячи тон оборудования, для человеческих ферм, сотни единиц военной техники в том числе и кораблей, некоторые из которых по моим данным числились пиратскими суднами. Материалы, драгоценные металлы, деньги, а проще говоря сокровищница клана могла посоревноваться с бюджетом целой страны.

— И как вы собираетесь перевезти своё имущество, сомневаюсь, что города диких земель не попытаются наказать клан что, собрался сбежать из диких земель. — Харуки отреагировала на мои слова достав свой свиток, спрятанный в кимоно и протянула мне его.

— Я надеюсь империя поможет пожилой женщине перевезти свои нажитые непосильным трудом деньги и иное имущество. — С улыбкой проговорила Харуки, а в её глазах я заметил огонек превосходства.

В свитке Харуки перечислялось то что не вошло в первый свиток, так как было предназначено для осуществления перемещения имущества клана и самого клана Сиоко. И это была армия! Да не большая, но это были вполне боеспособные три дивизии, с бронетехникой и системами как залпового огня, так и противоракетными системами. Тысячи изменённых животных и людей, рожденных с единственной целью, чтоб воевать. Единственного что не хватало чтоб это стало реально боевой силой так это владеющих, так как владеющих клана Сиоко было немного, и в основном это были манипуляторы. Я понял слова Харуки, о помощи которой ей потребуется, если империя хочет, чтоб клан Сиоко стал частью империя. Пусть эта империя и помогает переместить имущество клана на подконтрольные империи земли.

После недолгих разговоров о том, чем будет заниматься клан Сиоко на территории империи, и о том какие выгоды будут у клана. А именно отсутствие постоянной армии которую им приходилось держать в Картосе. Да и не позволили бы им иметь армию только в их подчинении, по крайне мере так думал я, но решать все же будут в столице. Также я выслушал Харуки, которая предложила не уничтожать оборудование с ферм, а просто перенаправить их для нужд империи пусть и не в совсем законном направлении.

Свитки, как и само прошение от клана Сиоко было передано моей охране, которую позвали в лагерь, и которой было разъяснено то что я остаюсь на ночь в лагерь. А эти документы надо срочно отсканировать и переслать канцелярии императрицы, а также лично Орсо. В порту Каори была налажена прямая связь со столицей и канцелярией через военную базу что подчинялась Кирану Шосе. Также через радиосвязь я связался и подтвердил Каори что все со мной в порядке и я в полной безопасности. Мне уже столько лет, а мама всё беспокоилась обо мне.

Расправившись со всеми делами, я пошел к шатру, который почему-то был назван моим. И да меня там ждали. Нетерпеливо, и очень сильно.

На следующее утро я разбирался с остатками дел и переговоров, с представителями свободных городов что уже высказали своё мнение о клане Сиоко. Их официальная позиция, отраженная в постановлении городских советов в письменном виде, уже была высланы Тэймэй и её канцелярии. Сейчас в виде электронного варианта, заверенного мной и Кираном, а позже самолетом доставят и оригиналы. Все города выразили что они будут против того что мы примем клан Сиоко. И это была не старая вражда, а боязнь того что за таким крупным кланом последуют и другие. Представитель же города Картаса заявил, что они не будут препятствовать клану Сиоко что было не удивительно.

Исида рассказала мне на что похоже сейчас их поместье, и городской совет боится, что клан Сиоко может начать сейчас с оружием отстаивать свою точку зрения. Так что они ждут, когда клан выдвинется в путь и только после этого по нему попытаются ударить.

К обеду Киран доложил мне что сформирован закрытый канал видео связи с столицей и через пятнадцать минут будет видеосвязь с императрицей Тэймэй. В небольшом кабинете Кирана я разместился один и находился до самого начала видеосвязи в глубокой задумчивости. Утром Тогшила открыто объявил о намерение клана Сиоко стать подданными империи, не посовещавшись со мной. После этого, в столице уже начали шуметь послы всех стран, как сообщил мне Орсо по крайне мере четыре страны заявили о том, что требуют передачи им преступников, а именно членов клана Сиоко. Тэймэй еще даже не озвучила свое решение, а уже начинается осуждение принятие новых подданных. Да и глупо было надеяться, что все пройдет без каких-либо проблем. Хаос уже не одно десятилетие водит отряды в набеги, а марионетки Харуки прославили её по всей планете. Клан, к которому у наших имперских кланов имеется множество вопросов, если даже я встречался на войне с Хаосом, то вот порождение Харуки забрали немало подданных империи, а сколько погибло на фермах, так и осталось вопросом на которой нет ответа.

Каждый раз, когда кто-либо из Сиоко посещал империю, у Орсо возникала головная боль чтобы никто не убил этого члена Сиоко. Не было для нас и секретом что за головы, Тогшилы Хаоса и Харуки объявлена награда, а теперь они станут подданными империи. Так еще и тень их репутации упадет из-за беременности Исиды не только на меня, но и на Тэймэй.

Экран на стене долго показывал только стол и кресло в кабинете Тэймэй, но вот передо мной предстала моя супруга в наряде императрицы со всеми атрибутами власти с неизменной простенькой заколкой в волосах изготовленной мною. Её не выспавшийся хмурый взгляд устало смотрел на меня.

— Дэйчи если это ты виновен в той панике что творится сейчас в моей канцелярии я тебя прибью! — Устало и зевая произнесла Тэймэй.

— И вам доброе утро ваше высочество. — По зло смотрящим на меня глазам и улыбке что начала витать на уголках рта Тэймэй я понял, что я двигаюсь в правильном направлении. — В той панике что поселилась в твоей канцелярии я не причём, я всего лишь скромный посланник вашего величества что сообщил о поступившем прошении от клана Сиоко, а именно просьбы, принять их в смиренные подданные вашего высочества.

— Нет он еще и шутит! — Массируя виски произнесла Тэймэй прикрыв глаза. — Муж мой ты определись, я высочество или величество? И не надо мне рассказывать сказки, я выросла из этого возраста очень давно, и я в них не верю. Смиренные подданные, это ты про Сиоко? О боги, за что вы мне послали такого мужа⁈

— Тэймэй, я сам все узнал только вечером, и ничего им не ответил так как политика, это не моя сильная сторона. — На экране Тэймэй уже не виделось такой грустной, она улыбалась, а ее глаза светились от веселья. — Да и они это понимают, все что я сделал это просто отправил послание, хотя список их имущества, которое может поступить в нашу армию вместе с членами клана Сиоко, впечатляет.

— В том то и проблема Дэйчи, мы не можем не принять Сиоко в тоже время от их принятия может возникнуть множество проблем и есть вероятность что нам в конце концов придется устранить своенравных жителей Диких земель− Тэймэй подвинула к себе папку, с документами которую сама и принесла и только когда открыла ее начала вновь говорить. — По данным Орсо принятие такого неоднозначного клана, и принимая во внимание твою связь с Сиоко, всё это может нанести непоправимый вред репутации как Шосе, так и моей.

— Я так и предполагал. — Тяжело вздохнув произнес я.

— Дэйчи непоправимый вред репутации и угроза переворота это разные вещи. — Наставительно начала говорить Тэймэй листая документы что лежали в папке. — Мы примем клан Сиоко, но только после подготовки населения империи через средства массовой информации и не обижайся на Тогшилу он, действуя по нашему плану объявил о своем прошении. Вечером прибудет отряд что будет помогать Сиоко с караваном добраться до порта Каори сухогрузы уже направились в порт для принятия их имущества.

— Понял, командовать отрядом буду я? — Спросил я, а на лице моей супруги не осталось даже и следа улыбки.

— Нет, останется только твоя охрана им не помешает, а ты немедленно убываешь в столицу. — Тэймэй была неимоверно злой.

— Причины?

— Милый мой супруг, причина в следах зубов на твоей шеи, и эти следы не похожи на следы клыков монстров созданных Харуки Сиоко− Слова моей жены заставили меня нервничать. — Да и запрет на проведение боевых действий с твоим участием действует до сих пор, милый давай не будем ссорится из-за мелочей?

— Не будем.

— Жду тебя вечером, в моём кабинете. — Проговорила, улыбнувшись Тэймэй. — Конец связи.

Изображение с экрана пропало, а я еще пару минут не мог перебороть чувство что я не хочу возвращаться в империю. Бескрайние просторы диких земель со всеми опасностями выглядели привлекательней чем разговор в кабинете с Тэймэй.

Конец пятнадцатой главы.

Глава 16

Столица кипела, и я бы даже сказал, что бурлила и пованивала, но совет клана Шосе запретил мне говорить очевидные вещи прилюдно. Переезд клана Сиоко еще даже не начался, и даже Тэймэй не выразила своего официального ответа на их прошение. А кланы империи уже нашли виновного, и обвиняют меня в том, что я тащу в столицу поближе к трону свою любовницу. Исида называлась только при мне любовницей, а когда меня не было то все кроме моей семьи, звали её не иначе как шлюхой, либо подстилкой.

Меня пытались обходить стороной, как чиновники, так и казалась все подданные империи. В их головах постоянно мелькала мысль что я тяну на их родину чужаков и преступников, забывая о том, что империя и моя родина.

Императрице Тэймэй уже открыто посоветовали увеличить охрану, а также мне было официально объявлено если что-либо случится с императрицей. То клан Шосе лучше бежать из империи, никто не позволит как самому демону возглавить империю, как и его отпрыск никогда не станет править империей если его матерью не будет Тэймэй. Как же быстро из, защитника слабых я вновь превратился в демона, в кровавое чудовище. Поданные империи словно забыли все мои заслуги и то что буквально неделю назад готовы были носить меня на руках.

Довольно сильно возмущались и послы других стран, но особо это ничего не меняло. Тэймэй решила принять Сиоко и их караван уже двигался из Картаса в порт Каори. У огромного каравана Сиоко шло не всё гладко, количество нападений и попыток отсечь часть каравана от основных сил просто, зашкаливало.

— Нет Шосе! — Раздавался в моей голове голос Тэймэй каждый раз, когда я читал сводки по еще одному прошедшему дню в караване от своей охраны.

Мне хотелось быть там, под пулями постоянно быть в опасности, а не слышать шепот слуг и посетителей дворцовой территории столицы. Я сдерживал себя, чтоб не усугублять ситуацию, вокруг Сиоко, и мои супруги понимали это. Они знали, что рано или поздно я попробую ответить недовольным и потому старались уменьшить мое контактирование с обществом.

Уменьшилось ко мне и личные обращения, которое раньше исчислялись тысячами и разобраться в которых мне помогала моя тройка охраны. Но теперь на столе в моём кабинете лежала всего лишь небольшая стопка писем. И каждое из них я прочитывал лично, но не было в них ничего интересного, их просто доставили только сейчас и не единого нового обращение ко мне не было.

Да и приглашений на торжественные мероприятия уменьшились в десятки раз, но я не страдал от этого у меня появилось время для занятий, о которых нельзя никогда забывать. По крайне мере если ты владеющий и еще собираешься выйти на поле боя, а я знал, что рано или поздно настанет тот момент. Когда я вновь окажусь в окружении врагов, и только от меня будет завесить как моя жизнь, так и тех что мне дороги.

Удар, ещё удар, гул воздуха разносился по саду императорского дворца, но не было того чего я добивался.

— Медленно, слабо! — Взревел я сам на себя позабыв что я не один на тренировки, и следующий мой удар был словно раскат грома. Даже я вздрогнул от неожиданности что у меня вышло, так сильно и ровно так как я хотел, и плевать на то что локтевой сустав не выдержал и его придется вправлять обратно.

— Батусай повтори последний удар, чтоб звук был не тише! — Приказал я своему юному ученику, что застыл в изумлении, словно зачарованный тем звуком что издал мой удар по воздуху.

— Есть! Господин Дэйчиро− Задорно ответил мне Батусай и встав в боевую стойку, начав повторять простейший удар пытаясь повторить те раскаты грома что издал я, но у него выходил только небольшой щелчок воздуха.

Наши тренировки с ним мало напоминали на те, которые проводили его учителя, они его учили, но я не мог быть его учителем в полной мере. Не был я мастером ни в одной стихии и нечему мне было его обучать, любой достигший моего дана был намного техничней меня. Единственное чему я мог его научить так это силе воли и уверенности в том, что нет того чего нельзя пережить либо совершить. Должен же был я хоть что-то дать ему, и кажется у меня стало получаться. По крайне мере вера в себя в этом малыше что вырастет в воина начала укрепляться. В обрывках его мыслей слышалось что я бы не стал уделять ему внимание если он не был бы этого достоин, и с упорством выполнял любой мой приказ на тренировках.

Ему не повторить тот оглушительный хлопок, но он будет раз за разом пытаться выполнить мой приказ. И когда я увижу, что он уже готов упасть без сил то слегка помогу ему.

— Батусай ты делаешь ошибку. — Невольно произнес я, увидев, как мальчишка немного неверно расставляет ноги при нанесении удара и теряет из-за этого резкость удара. — Сам исправишь? Подсказываю, ноги.

— Да господин Дэйчиро. — Ответил мне Батусай, переменив боевую стойку, и продолжил методично наносить удары по воздуху.

Внутреннее зрение активировалась само собой, просканировав территорию я увидел ту что каким-то образом считалось в моем подсознание опасностью. В тренировочном костюме она словно не касалась земли, и не зная, что она не слабая владеющая никто бы и не подумал, что она могла быть опасной. Расцветающая молодая девушка, чья внешность манеры были непривычна отточены до идеала, и даже волевой взгляд, смотревший как бы с высока на окружающих.

Она и в воспитании была немного другой, и, если с Батусаем я был почти как отец и сын хоть я им и не являлся. То с Хазуми все было иначе, она закрывалась от нас, но все равно девочка иногда ко мне тянулась, с моими женами она была в сложных отношениях. Ну конечно кроме Чихеро с ней они быстро нашли общий язык и с дружились, но никогда она не называла её мамой в отличии от Эми или Батусая.

— Господин Дэйчиро — Обратилась ко мне Хазуми, когда подошла ближе, и немного покосилась на Батусая яростно молотящего кулаками по воздуху, пытаясь издать хлопок от удара всё громче и громче.

— Да Хазуми. — Все-таки со мной девочка была очень официальна, и холодна, да что я себе вру какая это девочка, это юная девушка, как и моя дочь.

— Мне нужна ваша помощь, так как боюсь, что без вашего участия мне не справится. — Харуки даже немного смутилась, а её обрывки мыслей стали до ужаса запутанными, а нет вот что-то про её парня.

— Понятно и из какого он клана? — Спокойно произнес я.

— Кто? — Немного ошарашенно проговорила Хазуми

— Ну твой парень, твой избранник, кто он? — Спокойно ответил я так как понимал, что этот разговор может занять очень долгое время, и надо его ускорить, лучше все сделать быстро и безболезненно. Девушка достигла возраста влюбленности, как, впрочем, и моя дочь, у которой поселился ветер в голове, которым как я подозреваю заразила моя сестра Эйко.

— Юки Тиба− Проговорила Хазуми умоляюще и испуганно, а обычный для неё взгляд превосходства над окружающими куда-то испарился.

— Значит клан Тибо, знаю, помню, хороший клан, боевой — Проговорил я, ловя какие-то странные отблески в глазах Хазуми. — И когда к ним я должен явится для заключения договорённостей о брачном союзе?

— Э-э-э-э, ю-ю-ю− Выдохнула Хазуми за место слов какие-то звуки похожие на мольбы о помощи, и сделала, не глядя два шага назад.

— Сразу скажу никакого равноправия не будет, либо Тибо станет нищим кланом, либо Юки станет Хитаси! — Два больших глаза смотрели на меня с какой-то смесью страха и одновременно восхищения. — Не бойся он станет Хитаси и будет даже счастлив этому, есть у меня методы убеждения и их целых два, и они очень весомые. Я заставлю их согласится!

— Господин Дэйчиро Шосе, вы хотите от меня избавится? — Прошептала она, а на её руках начали искриться электрические заряды. — Я так и знала!

— Что⁉ — А вот теперь впал в ступор я, осознание того что я ошибся пришло мгновенно и то что сейчас Хазуми готова меня атаковать надо было как-то исправить. Молния на её руках что уже мгновенно сформировалась уже была готова сорваться с её рук.

— А ну стоять! Это приказ! — Последние слова я проревел так что мой крик можно было бы смело записывать в ментальные атаки, бьющие по площадям. Так как внутреннее зрение показало, что всё в округе на тысячи шагов замерло, и только птицы не попадали с небес. — Хазуми значит ты подошла ко мне не насчет брачного договора?

— Нет, — Четко проговорила и с облегчением выдохнула Хазуми и практически неслышимым шепотом с небольшим сожалением в голосе добавила. — Я же, почти согласилась.

Увидев мой удивленный взгляд, девушка смущенно замахала руками в отрицании, и начала воодушевлённо объяснять.

— Юки хороший! И может быть я обращусь к вам позже с подобной просьбой быть моим представителем на переговорах, но не сейчас я не готова. — Хазуми на секунду задумалась, не решаясь озвучить свои мысли, но всё же решилась. — Господин Дэйчиро, а вы правда сможете сделать так чтоб мой будущий муж стал Хитаси?

— Я всё сделаю для этого Хазуми, твой супруг станет Хитаси чего бы мне этого не стоило. — Девушка смотрела на меня и не верила тому что она слышала. — Как, впрочем, станут Хитаси и твой второй, третий и все остальные последующие супруги.

— В-в-торой. — С каким-то потаенным страхом и ужасом в голосе проговорила Хазуми, но прикрыв на мгновение глаза моментально успокоилась и уже начала говорить более спокойно и с какими-то нотками мечтательности. — Третий и последующий Хитаси, и у каждого из них по две три жены которые также станут Хитаси.

— Точно! — Раздался за моей спиной голос Батусая, кажется я невольно открыл им неведомую для них истину, которая для меня была очевидна, но этот разговор я хотел провести с Хазуми лет через пять, а с Батусаем лет через десять.

— Батусай продолжить тренировку! — Рявкнул я на юного физика заставляя того приступить к тренировке, а Хазуми вырвало из состояния мечтательности. — Так Хазуми, разговор о твоих избранниках мы отложим до того момента, когда ты решишься. И так вернемся к тому, о чем ты хотела со мной поговорить изначально?

— Господин Дэйчиро, я прошу вас помочь мне в моих тренировках — Выдохнула Хазуми встав по стойке смирно словно она сейчас была в строю солдат.

— Хазуми ты владеющая молниями, и я даже не представляю в чём я могу тебе помочь? — Я пристально посмотрел на девушку подозревая от кого могла исходить такая инициатива, и что именно от меня хочет этот некто. — Кто тебя отправил ко мне?

— Этсуко Райдзин− Вздрогнув от неожиданности проговорила Хазуми, которую я всего за пару минут, довел до того состояния что она уже начала побаиваться моих вопросов. В её голове разум сейчас кричал, о том, что надо сбежать от меня подальше ведь я уже выведал почти все её тайны. — Мой наставник сказала если я хочу быть тем, кто возродит мой клан, я не должна умереть в первом бою против опасного противника. Госпожа Этсуко посоветовала мне провести спарринг, с вами, она сказала, что я многое пойму, того чему она не может меня обучить. Но до начала боя, госпожа Этсуко посоветовала мне попросить вас чтоб вы не сдерживались в учебном спарринге.

Я задумчиво смотрел на Хазуми, и картина начала складываться, она всегда пренебрежительно относилась к людям, была самоуверенная, и в учебе, и во владение стихии была лучшей. Этсуко не могла просто так послать ко мне свою одну из лучших учениц, значит, я должен не сдерживаться тем самым сбив чувство превосходства у Хазуми. Я также и вспомнил и разговор с Чихеро о том, что Хазуми стала считать силу молний самой сильной. И это было бы нормально, если девушка не хотела бы стать воином, и не подала бы документы в военную академию.

Многие из владеющих проходили через это, но их всегда спускали с небес на грязную землю, и вымазывали в грязи. Нет самой сильной стихии, есть степень опасности твоего противника, о чем владеющие что применяют свою стихию дистанционно частенько забывают. И платят за эту ошибку своей жизнью. Этсуко видела то что было скрыто от меня, но если я прав, то я должен всего лишь на всего провести спарринг уроки от которого она запомнит на всю свою жизнь, которая из-за этих усвоенных уроков может стать долгой.

Хлопок от удара Батусая был непривычно громок даже для самого мальчишки что замер в удивления смотря на свою руку что и произвела этот удар. О том, что я чуть-чуть помог ему психокинетикой никто не узнает, так как нет рядом психокинетиков что смогли бы увидеть мою помощь.

— Молодец Батусай, но таким должен быть каждый твой удар. — Произнёс я, а в этот момент уже начал работу по подготовке своего организма для схватки с Хазуми, решая стоит ли мне надеть свою боевую броню с плетями, или все же не порождать в сердце девушки ужас ко мне. — А теперь двенадцать кругов на максимальной скорости вокруг дворца.

— Но это же…– Начало было говорит Батусай пораженный тем сколько километров ему предстоит пробежать.

— Батусай выполнять! — Приказал я, а мальчишка сорвался с места, позабыв о всем на свете.

— Сурово. — Улыбнувшись проговорила Хазуми смотря как Батусай бежит постепенно, набирая скорость, готовясь к десяткам километров что у него впереди.

— Ну что ты Хазуми, вовсе нет, а вот сейчас будет сурово. — Проговорил я охрипшим голосом начиная разминать взбугрившиеся мышцы что, сейчас наливаясь силой трещали, как и моя одежа вместе с кожей. — Хазуми Хитаси, у тебя две минуты чтоб занять выгодную для тебя позицию, после истечения двух минут я начну наш спарринг, в твоем распоряжении вся территория императорского дворца. Только помни ни один гражданский не должен пострадать! Выполнять!

Хитаси не ринулась искать выгодную позицию, а неспешно начала от меня удаляться. Она не недооценивала меня, но решила сразиться со мной лоб в лоб. Всё её тело начало охватывать всполохи чистой энергии она как и я напитывала своё тело силой, только силой молний. Вокруг неё в землю и в воздух били электрические заряды она была на пределе и полностью готова. Она ждала только одного, когда же истекут данные мной две минуты.

— Бой! — Прокричала появившиеся рядом Тэймэй, которую я засек уже как минут десять назад, но которая не захотела показываться по каким-то причинам Хазуми.

Я дал Хазуми первой ударить, ветвистая молния, полетевшая в меня, вызывало улыбку на моём лице. Я не стал уклоняться, а просто вытянул правую руку, в которую и ударила молния.

— Слабо! — Взревел я зверем чувствуя, как все тело содрогается от безумной боли и мышцы начинает сковывать, сердце захлёбывается не в силах продолжать свою работу. Правой рукой я ударил себя в грудь вновь запуская остановившиеся на мгновение сердце, и рывком ухожу вправо от второй атаки. Плазменный шар выжигает то место где я стоял оплавливая землю.

— Медленно! — Хватая садовую скамейку прокричал я, плазменный шару уже был готов сорваться с рук Хазуми, только я был быстрее бетонная скамейка полетело в бедную девушку.

Плазменный шар встретился со скамейкой в трех метрах от Хазуми, пыль осколки закрыли ей обзор, да и если бы она видела все, то и это ей не помогло. Моя скорость, была слишком велика чтоб она смогла сформировать ещё один плазматический снаряд. А электричество для меня не было так уже смертельно. Удар в грудную клетку моей ладонью отбросил девушку на четыре метра, прокувыркавшись по земле еще пару метров, и когда ее тело остановилось она попыталась вскочить, но замерла, встретившись со мной взглядом. Я сидел около неё в позе медитации и держал над ее головой одной рукой кусок бетонной скамейки, что означало что она не должна была встать, когда-либо.

— Хазуми Хитаси, ты расстроила меня, ты умрешь в первом же бою, я дал тебе шанс показать на что ты способна, но ты проигнорировало его. — Спокойно проговорил я, откидывая остатки скамейки в сторону и дав Хазуми сесть в туже позу для медитаций что и я. — В твоем возрасте я уже воевал, в диких землях, и встретил там физика что был намного сильнее меня и защищённей броней, бой был не равен, но я убил его, с помощью его же пулемета, раздробив его шлем пользуясь пулеметом как дубиной.

Хазуми молча сидела, опустив взгляд.

— Через неделю проведем ещё один спарринг, не разочаруй меня. — Хмуро проговорил я вставая.

— Я приложу все силы, господин Дэйчиро− С трудом встала и Харуки и низко мне поклонилась.

— И помни Хазуми, с твоей смертью умрет и Хитаси. — Произнес, я и заметил потекшую слезу из глаз Хазуми.

Тэймэй ждала меня в десятке метров, хмуро смотря как Хазуми хромая уходит из сада.

— Жестоко ты с ней. — Вместо приветствия произнесла Тэймэй.

— Самому плохо, но так надо. — Ответил я ей. — Что-то случилось?

— Случилось, как бы я не хотело, но тебе придется отправится в Дикие земли и помочь клану Сиоко — Зло проговорила Тэймэй. — С ними решили разобраться в море.

Конец главы шестнадцатой.

Глава 17

Грузовой отсек самолета немного подрагивал от перегрузок что испытывал на себе самолет, моё десантирование должно было начаться через полчаса. И я решил облачиться в свой бронекостюм именно сейчас, а не заранее как делал обычно.

Болты словно пели, вкручиваясь в мою броню, вторя моей радости что поселилась в моей душе. Вокруг меня сейчас постоянно крутился молодой парень Монтаро, ученик Токо, который безуспешно пытался успеть затянуть все крепления на моей броне. Он стал моим новым личным механиком, взамен его учителя и наставника Токо.

У меня внезапно практически перед самым вылетом сменился механик, но я был не против, когда Токо обратился ко мне с просьбой не быть моим личным механиком. Слишком долго я не выходил на задание, а мои бронекостюмы просто лежали и пылились на складах. Токо их время от времени дорабатывал и следил чтоб они всегда были готовы к использованию. Но все это он делал не как мой механик, а уже как полноценный инженер и изобретатель, работающий на военной базе недалеко от столицы.

Он создавал сейчас новое оружие для пустых и слабосильных физиков, а также новый вид брони на основе моего бронекостюма что был разработан для меня. Токо работал над этим проектом уже не один год вместе с моей дочерью и математиком из университета, который так и не смог дожить до окончания работ и умер год назад, при попытке его похищения наемниками. Они безуспешно попытались взломать его мозг с помощью манипулятора, но блокировка разума что наложила на математика Яфа выдержала попытку взлома, а вот сердце математика нет. Но он оставил после себя все расчеты, которые корректировались, но использовались до сих пор, правда в основном пока что на моей броне.

Новый тип брони столкнулся пока с не решаемой проблемой источника питания, я предложил использовать владеющих молний что будут заряжать этот костюм, но Токо заявил, что тогда исчезает принцип самой идеи, выровнять по уровню брони простого солдата, с владеющим физиком моего уровня дана облаченного в многослойную броню. Когда я забирал свой доработанный костюм с военной базы, и посмотрел на те бронекостюме что уже могли действовать, но только при подключение их к сети через кабели.

Броня была прекрасна, тяжелое вооружение, высокая защищенность, это был несомненно новый тип вооружения, которого не было ни у одной страны мира. В этой броне пустой мог стать реальной боевой силой, но только конечно если он защищён блокировкой разума. Было множество недостатков в броне, это конечно в первую очередь дороговизна её изготовления, два бронекостюма равнялись одному танку. Да и против самой идеи уровнять пустого на поле боя со средним по силе владеющих, было не мало владеющих. И только то что этот проект курировала сама императрица Тэймэй, не давало ни единой возможности закрыть этот дорогой, и провокационный проект.

Я приказал Токо заканчивать с проектом индивидуальной брони, и выпустить двадцать бронекостюмов, один из которых будет предназначен для владеющего стихией молний. А остальные бронекостюмы будут предназначены как для пустых, так и для иных владеющих не физиков, входящих во взвод. Токо должен был проработать костюмы так чтобы они могли быть заряжены владеющим молний, и именно это должно было решить основную проблему над которой бились уже около года как сам Токо, так и Эми. Осталось за малым обеспечить автономность бронекостюмов хотя бы на час чтобы владеющий молниями не бегал каждую минуту к каждому бронекостюму подзаряжая их.

На военной базе я с интересом осмотрел и свою доработанную броню, которая послужила основной для всех остальных бронекостюмов что вскорости несомненно примутся на вооружении армии, но у них было небольшое отличие. Они были менее тяжёлыми и не такими огромными, надежность их также была меньше. А все из-за того, что на мне никто и не думал экономить в отличие от тех концептов брони для пустых, что имелись сейчас в наличии. Лучшие металлы шли на мою броню, ну и конечно практически вся броня была изготовлена оружейником, качество каждой детали которой было запредельным, так как тем оружейником что изготовил каждую пластину была моя мама. Каори, вложила всё свое искусство в броню чье предназначение было защитить меня, и у меня была два таких комплекта брони.

— Господин Дэйчиро, через пять минут мы достигнем точки десантирования. — Оповестил по громкой связи меня пилот грузового самолета.

— Я не успеваю! — Взвыл Монтаро понимая, что он не успеет полностью проверить все крепления

— Не переживай− Проговорил я через динамики и болты что были еще не закручены со свистом вкрутились и затянулись, повинуясь моей силе психокинетики. — Я же должен её как-то снять в экстренном случае.

Не обращая внимания на механика, который что-то мне говорил о ответственности его передо мной, я еще раз прокрутил в своей голове просьбу моей супруги. Помочь Сиоко, но не начать войну, мы не готовы к ней сейчас. Нам нужно время чтоб закончить модернизацию вооружения что полным ходом идет сейчас в армии, и противник это знал. Империя Куртон искала повод для начала военных действий, да она могла начать войну и без объявления войны и не имея повода. Но было множество, но, поступив так на нашей стороне выступят страны что придерживаются нейтралитета. И чем больше проходило времени, тем меньше было желание наших врагов нападать на нас. Мы становились все сильнее и опаснее, с каждым прошедшим годом.

— Господин Дэйчиро, две минуты до точки десантирования. — По громкой связи вновь оповестил меня пилот самолета, а грузовой люк начал медленно открываться.

Было мало облачно и не смотря на запредельную высоту, на которой мы летели, я увидел внизу синеву бескрайнего океана. И там внизу в этой синеве чернели силуэты кораблей.

— Пора — Произнес я сам себе и сделал всего лишь один рывок я устремился в свободном падении вниз. К тем, кто меня ждал, и к тем для которых мое появление будет очень неприятным событием, в жизни, которая может быть мною оборвана.

Корабли что перевозили имущество клана Сиоко, как и сам клан, уже вышли из порта Каори. И сделали они это экстренно, в диких землях им не дали разобраться с кланом Сиоко, да и бесчисленные марионетки давали ожесточенный отпор. Но как только караван вошел в порт Каори, у стен порта начали собираться силы врагов клана Сиоко. А по разведданным было известно, что уже начинается собираться почти целый флот чтобы разобраться с ненавистным кланом. И чем больше времени провел бы клан Сиоко в порту Каори тем больше был бы флот что ожидал бы их в море. И теперь к маршруту, по которому пройдет караван из семи огромных сухогрузов собираются все желающие разобраться с Сиоко.

И выпрыгивая сейчас из грузового трюма я спасал клан по крайне мере от военных судов государств что решили свести счеты с минимальными потерями. Мое присутствие должно отбить желание у многих, но к сожалению, не у всех.

Летя вниз я видел, стройную линию сухогрузов, которые охраняли пять судов Сиоко что раньше числились пиратами. И к ним неслись на полном ходу тридцать пять крупных военных кораблей в клиновидном строю готовясь к атаке. Мне повезло я был как раз между ними и раскрыв первый парашют, я стал неспешно планировать.

— С вами говорит Дэйчиро Шосе! Прочь с пути каравана! — Проорал я в микрофон, а радиопередача, транслирующая на всех радиочастотах должна, была разнести мой голос по всем кораблям, как тем что идут в караване клана Сиоко, так и тем что намерились напасть на них. — Клан Сиоко под моей защитой, так и защитой императрицы Тэймэй, чью волю я готов исполнить, уничтожив любого, кто посмеет напасть на караван клана Сиоко!

В радио эфире повисла тишина никто не спешил мне отвечать, я даже побоялся что моя радио передача осталась не замечена. Но я увидел, как начало меняться боевое построение группы кораблей что шли на сближение с кораблями каравана.

Внизу всего лишь пару кораблей нападающих замедлили свой ход, впрочем, все так как я и предполагал. Тем временем первым со мной вышел на связь головной корабль клана Сиоко.

— Говорит Хаос Сиоко, наши корабли остановили ход, мы не будем вам мешать Дэйчиро Шосе исполнять волю императрицы. — По открытому каналу раздался голос Хаоса.

Караван сбавил свой ход и начал готовится к обороне, только вот корабли что шли на них боевым строем и не думали сбавлять скорость. Они были тверды в своем желание потопить караван, который без поддержки десятков психокинетиков был беззащитен перед артиллерией противника.

Я хищно улыбнулся, ну что поиграли в доброго Дэйчиро, а теперь поиграем в чудовище Шосе. Стропы моментально были обрезанные одной из плетей, и я вновь понесся вниз. Небольшой ракетный двигатель, установленный на моей спине, взревел, неся меня к кораблям, на палубах которых уже начали наводится на караван артиллерия. С моих плетей начали срываться в стремительный полет одна за другой небольшие не управляемые ракеты.

— Наказание за неподчинение смерть! — Взревел я, передавая свой голос на всех радиочастотах. — Я приказываю остановиться!

Маленькие неуправляемые ракеты не могли повредить кораблям, да и не были они на них нацелены, их задача была в том, чтобы попасть в воду и взорвавшись выпустить газ ядовитого цвета. Они взрывались полукругом и когда газ ярких цветов начал очерчивать огромный полукруг. В который начали входить в корабли противника, я завис на запасном парашюте планируя на средней высоте и наблюдая как дым ядовитых цветов почти окружил корабли. Осталось лишь замкнуть круг что начал образоваться вокруг построения кораблей противников. Не прошло и минуты после моего обстрела ракетами, а в динамиках, через передатчика, настроенный на открытые частоты, зазвучали голоса.

— Акено Картае капитан корабля Смертельный вызывает Дэйчиро Шосе! — Раздался хриплый голос в динамике, но он не успел договорить так как его перебил другой голос.

— Я полковник федерации Гатсен, капитан корабля Нибури Такае, требую прекратить обстрел…. — Но и он не успел договорить так как и его перебил другой голос. Корабли что шли на караван прямым курсом замедлили свой ход, и практически остановились. А последние корабли в их построение уже начали пытаться разворачиваться.

А в эфире все раздавались голоса капитанов кораблей:

— Я подданный империи Куртон, капитан корабля Свобода, Ниджи……

— Такео требует……

Тридцать капитанов кораблей перебивая друг друга, требовали от меня не уничтожать их, и спешно наводили на меня противоракетные системы. Империя Куртон постаралась на славу, и теперь все знали, что такое яд, которым обладает и наша империя. Умирать никто не хотел, и поэтому они сейчас пытались развернуться и сбежать от постепенно набирающего скорость и размеры облако толи дыма толи тумана ядовитых цветов.

— Дэйчиро Шосе обращается к капитанам кораблей, не входящих в состав каравана клана Сиоко− Произнес я когда в эфире вновь установилась тишина, и капитаны не пытались со мной связаться и ждали ответа. — Я прошу убраться с пути каравана, и не приближаться на расстояние не менее тридцати километров.

Плавно планируя я направился к сухогрузу клана Сиоко что уже разметил на своей палубе место для моего приземления. Всё это время по радио связи гремели голоса капитанов что внезапно решили изменить свой курс и теперь желали мне удачно утонуть. Конечно прямо это они не говорили, но я уверен в том, что ненависти сейчас ко мне у них предостаточно. И только страх неминуемой смерти их останавливал от оскорблений в мою сторону. Ведь все знают характер Дэйчиро Шосе от которого можно ожидать все что угодно.

Приземлившись на палубу, я первым делом аккуратно смотал плети и отцепил со спины ракетный двигатель. Токо предупреждал меня что некоторые образцы этого облегченного двигателя на испытаниях самовоспламенялись. И он был против чтоб я его использовал по крайне мере пока он лично не доведет до идеальной работы уникальный ракетный двигатель для тяжёлых бронекостюмов.

— Дэйчиро! — Ко мне сейчас спешил Хаос, а на горизонте за ним я видел удаляющиеся корабли и туман что все увеличивался в размерах, чей ядовитый неестественный цвет действовал даже на меня пугающе. — Как же я рад тебя видеть.

— Я и не сомневаюсь в этом — Проговорил я, снимая свой шлем, а после улыбнувшись Хаосу добавил — Не менять курс, караван должен пройти через этот туман.

— Но это же яд! — Воскликнул Хаос и тут же осекся, смотря на мое улыбающиеся лицо — Ты чудовище!

— Да Хаос твоя догадка верна, это просто дым, да немного странный и ярких цветов, но он безвреден — Подтвердил я его догадку. — Он изготовлен лично Асоко Идако по моей просьбе, так что сообщи капитанам кораблей каравана что нам необходимо пройти через туман.

— Передать сообщение — Обратился Хаос к своему помощнику, а я начал снимать бронекостюм не слушая распоряжения отца Исиды.

— Дэйчиро они вернутся как увидят, что тот туман безвреден. — Хмуро произнес Хаос, когда я снял броню.

— Не вернутся, они не знают есть ли у меня настоящий яд, который уничтожит их. — Вновь улыбнулся я, наслаждаясь тем что моя задумка все же не провалилась.

— А он у тебя есть? — Спросил Хаос смотря с опаской и страхом на не использованные мною неуправляемые ракеты.

— Есть, Хаос, и я рад что его не пришлось использовать. — Произнес я сняв три ракеты с бронекостюма со смертельным ядом в боевой части, я начал лично упаковывать их в небольшие специальные контейнеры, с которыми как я поклялся Тэймэй и Асоке я не расстанусь ни днем ни ночью.

— Понятно. — Хмуро следя за мной произнес Хаос, он понимал, что сейчас не хотел бы видеть меня в своем караване так как случись что-либо с ракетами никакого каравана и не будет вовсе.

Корабли несмело входили в туман, но видя, как сухогруз вместе со мной и Хаосом не пострадал, не стали менять свой курс. Тем временем на горизонте виднелись корабли тех, кто хотел крови Сиоко. Несколько раз они вызывали меня по радиосвязи, и я не стал отказывать себе в удовольствие пообщаться с морскими воинами, которые сейчас были немного опозорены. Капитаны кораблей были в гневе поняв, что я их обманул, но я охладил горячие головы заявив, что я держу своё слово и они будут уничтожены. Если попытаются вновь напасть или спровоцировать столкновение кораблей, такое тоже практиковалось в морях.

Также я передал Тэймэй все названия кораблей и капитанов что командовали кораблями, она уже выразила послам стран под флагами которых находились эти корабли своё недовольство. Особенно шёл упор на то что я не атаковал корабли, а очертил границу ярким дымом. При пересечении которой я начну атаковать, и она подтвердила, что я имею полное право использовать оружие массового уничтожения, которое на данный момент находится у меня.

Орсо доложил, что наш флот должен встретится с караваном через двадцать часов, так что всего лишь одна ночь в напряжении, а дальше будет просто морская прогулка.

— Дэйчиро− Обратился ко мне Хаос, когда я окончил все переговоры и вышел на нос сухогруза наблюдать за кораблями что так и виднелись на горизонте и сопровождали нас. — Я осмотрел твой бронекостюм.

— И? — Я знал, что двухстихийник как Хаос не мог не обратить на мой бронекостюм внимание. Хаос владел как силой психокинетика, так и силой физика, мы были похожи. Но наше вооружение отличалось, и я смог доказать в многочисленных боях что моя методика эффективнее его.

— Я хочу такой же бронекостюм. — С улыбкой произнес Хаос. — С плетями, и я надеюсь ты потренируешь и обучишь меня в их использовании.

— О мой далеко не юный возможный ученик, у меня есть еще один подобный бронекостюм. — С улыбкой произнес я, смотря на хитрое лицо Хаоса — Но почему я должен передать его тебе, а также обучать тебя?

— Потому что мы связаны кровью? Или это для тебя не имеет значение? — Хаос только успел проговорить последние слова, а я уже начал сканировать пространство внутренним зрение. Исида сейчас поднималась на палубу, прибыв с другого сухогруза, на небольшом катере. Сила манипулятора подсказала мне что дело не чисто, и внутреннее зрение психокинетики подтвердило это.

— Я подумаю над твоей просьбой. — Спокойно произнес я, еле сдержавшись чтоб не рассказать Хаосу все что я думаю о нём и его клане. Он на это и рассчитывал, ему хотелось, чтобы его дочь услышала от меня то что я еще помню старые обиды.

— Я буду ждать ответа, и только положительного — Слегка скривился Хаос, а после покинул меня в тот момент, когда Исида все же поднялась на нос корабля.

Она кинулась мне на грудь и утонула в моих ответных объятиях, пару минут мы так и простояли молча. Она слушала ритм моего сердца, а я переговоры по радиосвязи через наушник в ухе. Капитаны изредка на открытых каналах связи переговаривались о том, как бы ударить по нам так чтоб не пострадать им самим. Я знал, что они ничего подобного не предпримут, а просто стараются психологически давить на тех что слушают их радиопередачи.

— Дэйчи, я знала, что ты не бросишь ни меня ни клан Сиоко, в беде — Тихо проговорила Исида, встав на цыпочки и нежно поцеловала меня в губы.

— Не брошу, — Утвердительно ответил я, не разрывая объятий. — Исида твой отец все так и таит на меня обиду за то, что я не убил его на войне?

— Он опять что-то тебе наговорил? — Спросила девушка, посмотрев мне зло в глаза только злоба была направлена не на меня. — Дэйчи, вам просто надо еще раз встретится как противникам, хотя бы в тренировочном бою, и все наладится.

— Ты понимаешь, что мы можем убить друг друга в этом бою? — Удивленно спросил я.

— Если за вашим боем будет наблюдать Амайя, то не поубиваете. — С улыбкой ответила мне Исида, отстранившись от меня.

— Ты слишком переоцениваешь силы Амайи− Улыбнулся я.− Я не раз ее побеждал в честной схватке.

— Милый это ты её не до оцениваешь, тебя она просто жалеет потому ты и выигрываешь. — Ядовито улыбнулась мне девушка и яд в её улыбке был опаснее того что сейчас был в ракетах хранящиеся в контейнерах на моей спине.

Конец семнадцатой главы.

Глава 18

Морская прогулка на сухогрузе в под охраной имперских кораблей прошла словно отпуск, в котором я немного отдохнул и сблизился с кланом Сиоко. Когда тебя окружают члены этого клана то по неволи сблизишься с ними, конечно были предложение от военных империи о перемещении меня на один из военных кораблей империи, но я отказался. Да и не отпустила бы меня от себя Исида, по крайней мере не сейчас, когда она могла проводить время со мной, без конкуренции за моё время как с жёнами так и с детьми и моими обязанностями. Да и клану Сиоко я сейчас был крайне необходим, хоть об моей необходимости клан и не подозревал.

Клан Сиоко довольно болезненно переносил свой переезд из Картаса, перед ними была открыта неизвестность, новые реалии с которыми им придется считаться. Империя это не дикие земли в которых были иные законы выживания, в империи придется действовать с оглядкой на четкие законы страны. И многих членов клана это нервировало, особенно это отразилось на Харуки, ей предстояло привести свою деятельность в рамки законов империи, а это оказалось сложнее чем она предполагала. Исида попросила меня попытаться успокоить её бабушку, ведь если забыть, что она гениальный кукловод, то Харуки всего на всего старая женщина, которой на старости лет пришлось переезжать. Из старого любимого дома где ей было все знакомо и понятно, в новое место где есть куча нелепых правил что были крайне неприятны ей.

Харуки хмуро осматривала свое оборудование из ферм и научных комплексов и печально вздыхала, держа в руках свод законов империи. Я попытался успокоить её, говоря о том, что перед нами всегда есть множество путей и я уверен в том, что её кровавому искусства будет множество применений. Я и сам не раз был в руках этой не совсем нормальной кукловодши, и знал, что врачи и хирурги империи ей не ровня. Она истинный фанатик своей стихии, для неё болезненно то что она не сможет теперь без каких-либо ограничений творить. Пусть и под творить она понимает выращивание марионеток и изменения сознания пустых, а про изменения, животных, которые страдают от этих изменений я лучше даже думать не буду. Её никогда не сковывала мораль, а теперь все изменится.

— Дэйчиро, но я же всю жизнь играла с замыслом богов, а у вас. — Харуки практически ткнула томиком свода законов меня в нос. — Многое из того чем я занималась либо запрещено, либо разрешено, но так что лучше уж бы запретили!

— Харуки, разве такой гений как ты не сможет придумать как лучше всего применить свои знания и искусство не нарушая законы? Не верю! — Я с легкостью уклонился от кинутого в меня тома свода законов.

— А меня не убьют⁈ — Устало спросила Харуки немного успокоившись и сев рядом с оборудованием на табуретку. — Не придут, за мной и Сиоко, чтоб выжечь, как врагов человечества? Дэйчиро это не дикие земли, нам некуда будет сбежать!

— Если вы не будете воровать детей из колыбелей и будете действовать в интересах империи и её подданных, то не придут — Ответил я Харуки наблюдая как она устало прикрыла лицо руками и молча просидела так около минуты перед тем как вновь заговорить.

— Зачем воровать детей, если их можно вырастить с помощью моего оборудования. — Харуки замерла словно произнесла что-то важное что постоянно ускользало от её разума и так было ей необходимо. — Дэйчиро! Я могу создавать подданных, которых у вас не хватает! Клонирование! Ученые, воины, переносные мозговые центры! Идеальные жёны и мужья, дети тем, кто не может завести своих! Армия идеальных клонов!

— Харуки я тебя оставлю, у меня дела. — Произнес я и не дожидаясь ответа и вышел из трюма сухогруза под выкрики Харуки что уже не слышала и не видела ничего кроме того, что сейчас проигрывалось в её разуме. Она увидела путь, по которому можно пойти, только и он вновь на грани как морали, так и законов что теперь будут всегда связывать руки её гениальному разуму.

Тэймэй уже как неделю назад отдала приказ своему отделу аналитиков проработать план того чем займется Харуки, чтобы использовать её знания и искусство на благо империи с максимальной полезностью. И выводы аналитиков были не утешительными если мы хотим использовать все наработки и познания Харуки, то придется менять законодательство, либо создавать специальный институт по исследованиям на который не будут действовать права человека.

Также мне пришлось не раз переговаривать и с другими членами клана Сиоко объясняя, что можно в империи и чего не стоит делать. Особое внимание я уделял тому что что нельзя делать марионеткой понравившегося пустого что увидел на улице. Да и по вопросу, вырезанию враждебных кланов и убийство владеющих мне пришлось провести целую лекцию уделив этому максимальное внимание чтоб не было разночтений. Правда пришлось и мне отвечать на неудобные вопросы, связанные с тем почему я могу безнаказанно убивать и вырезать целые кланы, а членам клана Сиоко подобное запрещено.

Хаос и Тогшила также были на перепутье и, если Хаос понимал, что ему ближе армия и законное пиратство. Так как ему теперь никто не позволит ходить в набеги, а вот нападение как на пиратов, так и на контрабандистов и нарушителей границ империи, только поощрят. И потому он особо не переживал, как и те члены клана Сиоко что ходили с ним в набеги и посветили свою жизнь войне. Они сейчас заучивали все что им потребуется для службы в армии как отдельным военным формированием пограничной службы. О которой уже были начаты переговоры с Орсо, и который сообщил мне что это будет прекрасным решением как для империи, так и для клана Сиоко.

А вот Тогшила, как и основная часть клана что занималась торговлей готовились к вызову. Торговая война вот что планировал этот психокинетик и рассчитывал на помощь своей жены, он готовился не просто влиться в торговлю страны, а занять не маленькую нишу в экономике страны. Надеясь также на свои многочисленные связи, а также на какие-то договоренности с портом Каори. Из обрывков слов и мыслей я понял, что он хочет создать порт на подобие порта Каори, и если сможет договорится с Тэймэй и Орсо о такой же, как и у порта Каори автономности в принятие решений то у него возможно всё получится. Главное, чтоб это все не вылилось в кровавую резню между кланами, что и так смотрят с завистью на порт Каори, но пока не возмущаются, осознавая тот факт, что в диких землях по-другому и нельзя.

Ели брать все в целом то выходит, что клан Сиоко не особо унывает, они как будто готовились к войне, и уже сейчас в пути на сухогрузах были готовы к любым проблемам что могут возникнуть у них на новом месте.

Война с федерацией Гатсен, до сих пор давала о себе знать, и по разговорам с Тэймэй было очевидно, что вопрос с землями для клана Сиоко она решит довольно легко. Свободных никем не занятых земель у нас хватает, и с населением империи настолько все плохо, что свободных земель хватит на несколько кланов по размерам сопоставимых с кланом Сиоко принимая в расчет всех их марионеток, а также слуг. А клан Сиоко хотел свой, пусть и маленький, но все же город. Они готовы его построить сами, с нуля, и как сообщили мне из столицы есть один вариант у моря что должен устроить клан Сиоко, да там полная разруха и развалины, но всё это можно восстановить.

Прибытие в империю было не особо радостным, первыми еще в море нас встретили хмурые лица таможенников что должны были проверить груз сухогрузов. И они прекрасно понимали, что запрещенных вещей, веществ, оборудования, животных и марионеток, на сухогрузах около половины, от всего груза. Им всё это надо скрупулёзно описать и не спровоцировать своими действиями нервничающих владеющих, которым убить таможенников ничего не стоит. Да и их груз был не безопасен, такой груз может убить тебя за долю мгновения, как только ты расслабишься.

Когда корабль, на котором я плыл и который возглавлял караван зашел в порт и пришвартовался. Я не увидел в процессии встречающих, тех, которым я был бы рад, не было моих родных среди встречающих. Зато был мой отдельный полк носящих на груди знак демона, они были в оцеплении и отгораживали трап и место выгрузки от сотен владеющих различных кланов империи. Чьи хмурые взгляды были устремлены на меня, ведь это я привел чужаков, в их жизнь, в их страну. Они прибыли как для того чтоб познакомится с кланом Сиоко, так и решить некоторые вопросы с членами клана, которые тянулись с войны с федерацией Гатсен на чьей стороне тогда воевал клан Сиоко.

Принятие подданства кланом Сиоко, будет только через неделю, и сейчас их никто по идее защищать и не должен. И кланам империи сейчас хочется показать ненавистным Сиоко что им здесь не рады, но тысяча несущих знак демона на своей груди им не позволят этого сделать, как открыто, так и тайно.

По трапу я спускался в сопровождении Исиды что шла позади меня на пару шагов, показывая тем самым свое положение. Нас встречал Орсо, с которым я должен был оставить Исиду, на которую была возложена кланом Сиоко обязанность вести непосредственные переговоры с императрицей и её заместителем личным секретарем Орсо. Как я подозревал это было сделано не просто так, Тэймэй уже говорила о том, что Исида может влиться в нашу семью, и как я подозреваю именно из-за этого клан Сиоко будет представлять моя любовница.

— Орсо я надеюсь ни каких несчастных случаев не предвидится? — Спросил я у хмурого главы разведки и как его иногда стали называть вторым правителем империи.

— Господин Дэйчиро не стоит беспокоится, вы можете спокойно готовится к свадьбе, а все хлопоты по клану Сиоко предоставить мне. — Слегка улыбнулся Орсо.

— Орсо к чьей свадьбе? Не моей же? — Мое сердце стало биться через раз, ожидая ответа Орсо.

— Ваша свадьба с Исидой Сиоко находится на этапе обсуждения, и к ней ещё рано готовится. — Также улыбаясь ответил мне седой старик Орсо что сейчас очень сильно рисковал так как Исида, стоявшая за его плечом как-то, по-особому смотрела на его шею. Я знал этот взгляд, и он говорил о том, что она хочет прикончить старика.

— Орсо, не стоит играть с огнем, сгореть можно, к чьей свадьбе мне предстоит готовится? — Тихо и спокойно проговорил я, а мои кулаки начали сжиматься.

— Поступило три предложения о заключение брачных уз, которые вы обязаны рассмотреть, как глава клана Шосе. — Начал говорить Орсо также спокойно, как и я, но все время тревожно поглядывал на Исиду. — Одно к Хазуми Хитаси и два к принцессе Эмилии, в вашем кабинете ожидают письменные просьбы к вам как к главе клана Шосе, о начале обсуждения возможности заключения этих брачных уз.

— Орсо подробности− Еле сдерживаясь произнес я.

— Господин Дэйчиро вам лучше самому ознакомится с письмами на вашем столе, но я предвидел ваше требование так что в машине вас господин Дэйчиро ожидает папка с полным отчетом по интересующему вас вопросу. — С улыбкой проговорил Орсо и развернувшись к Исиде поклонился ей и уже обратился лично к ней. — А вам госпожа Исида придется пройти со мной в здание местной администрации, где мы проведем инструктаж и видео конференцию с её величеством императрицей Тэймэй.

Мне ничего не осталось как попрощаться с Орсо, и пожелать удачи Исиде, и поспешить в ожидающую меня машину в сопровождении тройки моих телохранителей среди которых особенно выделялась счастливой улыбкой Мисако. Как оказалось, у девушки, была слабость, и о которой она и не догадывалась. Мисако было плохо от продолжительного плавания, она никогда не находилась в море на корабле более двух дней. А мы были в пути намного дольше, и для Мисако было неприятным сюрпризом то что ей никогда не служить на флоте. Ей было плохо, морская болезнь ее начала мучить так сильно, что я хотел вызвать самолет чтоб её эвакуировать, но она отказалась. Она возненавидела море, и ее каюта от злости что кипела в ней, немного была обуглена, но и я и Креол с Кастон поддерживали девушку морально от чего ей было немного легче. И теперь оказавшись на твердой земле ей моментально стало легче, от чего она была готова целовать землю.

В машине я первым делом открыл ожидающую меня папку с документами, и на первом листе было написанное рукой Орсо послание мне. Пока Исида не будет проверена и не станет моей женой, и у нее не появится допуск секретности определенного уровня, он не будет обсуждать при ней секретную информацию. Старый хитрец так и не сказал об этом прямо, когда я с ним разговаривал чтоб не оскорбить Исиду и в тоже время показал на сколько я не дальновиден. Не быть мне политиком, пока ситуация с Исидой и кланом Сиоко не понятна, надо ограничить их осведомленность.

Из документов я первым делом узнал о том эффекте что я произвел своей выходкой в море с цветным дымом. Который испугал несколько десятков капитанов, но это и не было главным. Хоть я и не применил те ракеты с ядом что у меня были, был важен для иностранных государств тот факт, что мы имеем подобное оружие, которое не имеет громоздкую форму. И подходит для вооружения таким ядом даже простого солдата либо марионетки смертника, империя Куртон уже высказалась что наше оружие опаснее её разработок. Так как боевая часть их ракет имеет минимум триста килограмм веса что несопоставимо с моими ракетами, которые я использовал в море. Не поддавалось сомнению и то что у меня был этот яд, в неиспользованных ракетах. Международная обстановка вновь накалилась, что отчасти и хорошо пусть сомневаются в том, что стоит ли на нас нападать. Им не стоит знать, что яд в тех ракетах что я не использовал сильно отличается от того яда что применяется в ракетах способных нанести сопоставимый урон с тем ядом что применился при уничтожении столицы федерации Гатсен.

В самой империи к моим действиям отнеслись спокойно, кланам понравилось, что один владеющий способен уничтожить группу из тридцати пяти кораблей. Но им не нравилось, что защищали корабли клана Сиоко.

Когда я добрался до той части документов, которые говорили о прошениях о заключения брачных уз. То мне пришлось вновь закрыть папку и выйти из машины чтобы сесть в самолёт. И первым мне попалось обращение моей опекаемой подопечной владеющей молнией.

Хазуми Хитаси просит меня встретится с ней так как находится в затруднительной ситуации, её избранник настроен решительно и хочет связать с ней свою жизнь. А вот она сама не знает, что делать, она не ответила отказом Юки и теперь на моем столе кабинета лежит письмо от главы клана Тиба. Думаю, я смогу решить данную проблему, девушка сама запуталась и запутала своего избранника Юки из клана Тиба, думаю ни каких проблем не возникнет. Небольшой разговор с главой клана Тиба, и я улажу это недоразумение.

А вот с моей принцессой могут возникнуть проблемы, произошла дуэль между парнем Эми, Кенджо из клана Абэ, владеющим силой манипулятора, и владеющим распадом. Кирсом из клана Мори, который несмотря на своё семнадцатилетние уже достиг восьмого дана, и эти два владеющих в незаконной дуэли чуть не поубивали друг друга. А причина этой дуэли конечно была моя дочь, что проявила интерес к Кирсу на одном из званных вечеров на который ее пригласил клан Райдзин. И когда об этом стало известно Кенджо, он не стал говорить об этом с Эми, а попытался решить проблему своими силами. И как результат оба в больнице, моя дочь на военной базе погружена в разработку новейшего типа брони, а на моем столе лежат два прошения на заключения брачных уз от двух кланов, Абэ и клана Мори.

— Высеку и женихов, и саму невесту! — Прорычал я в самолете, когда дочитал доклад Орсо, не заметив, что передо мной сидит Мисако которая странно побледнела. — Мисако только не говори, что теперь тебе и в самолете будет плохо!

Конец восемнадцатой главы.

Глава 19

Часть первая

Море это конечно прекрасно, но дома было все же лучше несмотря ни на что, а дворец в котором я живу уже не первый год даже в мыслях начал называть своим домом. В родовом поместье Шосе я редко бывал, но он не пустовал никогда, Яфа или Чихеро постоянно использовали поместье Шосе и воспитывали там наших детей. Императорский дворец стал все же нашим основным местом, где мы жили и считали его нашим общим домом. И это утро лишний раз подтверждало то что не имеет значение где ты находишься если тебя окружают твои родные что тебя любят значит ты дома. Сейчас лежа в своей спальне во дворце, я был счастлив. Справа от меня мерно посапывала Амайя с округлившимся животиком, а за ней как всегда беспокойно спала Яфа свернувшись словно кошка. Слева же сейчас на моем плече лежала и мерно дышала, закрыв свои черные глаза моя любимая Чихеро.

Вчера эта троица устроила мне жуткий скандал, ну как скандал меня отчитывали, как я подозреваю мне решили просто устроить встряску чтобы я не забывал, что и они имеют полное право, если не на измену и второго мужа так по крайне мере на официального любовника. В ситуации с Исидой я был в их глазах виновен, не в том, что посмел переспать с другой женщиной, а в том, что если любая из них повторит тоже самое что сделал я, то прощения за этот проступок от меня ждать и не стоит. Мне вновь напомнили о том, что у нас равные права, напомнили и о том, что и они могут завести себе мужей. Суд над провинившемся мужем продлился до самого вечера, самое забавное было то что, чем больше меня обвиняли, тем более счастливее становился я. Ревнуют, беспокоятся, дорожат, и это прекрасно, а в том, что я виновен перед ними то я покаялся, во всех своих прегрешениях и кажется пока что был прощён.

Временно, но я предполагаю, что если я еще раз так провинюсь как с Исидой, то мне уже не отвертеться, и ни о каком прощении быть и речи не может. Семейный совет решил, что Исида пока будет любовницей, но я не имею права более изменять либо встречаться с ней, пока она не станет моей женой. А вот когда произойдет наша свадьба, будет решать уже Тэймэй, которая отсутствовала этим вечером. Я конечно мог рассказать правду про ту злополучную ночь с Исидой, но я боялся за жизнь девушки. Мои драгоценные и любимые супруги, сейчас были злы как на меня, так и на Исиду, и узнав правду возжелают крови. Это сейчас пока они спали, казались милыми и такими невинными, но каждая из них была воином, прошедшим через сотни битв, и убить беременную женщину для них будет не сложнее чем убить солдата. Ведь Исида станет их врагом, что покусился на самое ценное для моих жён, меня.

— Ты уже проснулся? — Тихо на ухо проговорила мне черноокая Чихеро, что внезапно для меня открыла глаза и теперь смотрела на меня не мигающим взглядом.

— Тише, они так сладко спят, не разбуди. — Тихо проговорил я, а Чихеро оторвала свою голову от моего плеча переместилась ко мне на грудь.

— И я сплю, и ты спи милый, ещё рано. — Слегка уколов словно в укор своими ноготками меня в грудь, Чихеро сладко зевнула и закрыла свои черные глаза и мерно задышала вновь, проваливаясь в сон. Оставляя меня наедине со своими мыслями.

Вечер я провел с семьей, что выпытали у меня все подробности как о моей выходке в море, так и о Исиде и её здоровье, ну это уже Амайя все интересовалась. Слава богам врачи смогли помочь Амайи и ни ей ни тем более ребенку ничего не угрожает. Повышенная регенерация физиков, это не всегда во благо, а так как женщины устроены намного сложнее чем я бетоноголовый о чем мне вновь напомнила Яфа. То из-за уровня силы и перенесенных ранений, Амайя почти все время проведет в больнице до самых родов. И вчера она прибыла на дворцовую территорию только из-за меня, она соскучилась, и немного ревнует. Кто бы мог подумать, что в ней еще сохранится после сотен боев, та девочка, робкая, когда не в бою, что любит сиреневый цвет.

— Дэйчи не думай так громко− сквозь сон пробурчала из-за Амайи, Яфа и заворочалась.

Дожили, подумал я, вздохнув, стараясь очистить свой разум и просто полежать ни о чём не думая. Зная о том, что мои супруги в отличии от меня любят поспать то мне предстоит так медитировать около трех часов. Так как мне не вырваться из их нежного плена, не разбудив их окончательно.

В кабинете меня ждала только Мисако, и вид её был печален и слегка бледен, все же было видно, что последствия морского путешествия давали о себе знать. Креол с Кастоном отсутствовали, они ещё в самолете, когда мы вчера летели до столицы попросили меня о небольшом отпуске для них. А причина была проста, невеста Кастона, Нуоко из клана Такаги, сейчас была очень встревожена подготовкой к свадьбе, которую она сейчас организовывала лично при помощи своего клана. И в её голове начали мелькать мысли как рассказал Кастон что свадьба нужна только ей.

К которой надо было готовится и Кастону, а он шлялся по Диким землям, и если он хотя бы не подготовится к первой брачной ночи сняв или купив подходящий дом, то никто не даст за его жизнь ни единой монетки. Часть подготовки мы провели еще в самолете, я перевел немного средств из своих личных денег, которых должно было хватить на покупку дома. Небольшая премия за столько лет верной службы моим телохранителем, вот как я назвал эту денежную помощь, подумав в тот момент о том, что никогда не задумывался о том куда тратит свою зарплату Кастон.

С тем, кто будет представлять его на свадьбе мы решили еще в море, я сам предложил ему свою помощь, поучаствовав в церемонии, а с подготовкой вызвался помочь Креол. А вот Мисако осталась при мне выполнять свои обязанности, чувствуя свою передо мной вину из-за того, что во время морского путешествия была практически бесполезна.

— Мисако тебе точно лучше? — Спросил я её, как только вошел в кабинет. — Может пару дней отдохнешь?

— Всё в порядке господин Дэйчиро, я не собираюсь пренебрегать и так не сложными обязанностями. — Как всегда встав со своего места девушка почтительно поклонилась мне. — Да и у вас как обычно завалы посланий, в сортировки которых моя помощь не будет лишней.

— Да какие там завалы− Начало было говорить я, как мой взгляд упал на стол, который был уставлен стопками писем, с просьбами которых почти не поступало, после того как было оглашено что клан Сиоко станет подданными империи. — М-да, да Мисако твоя помощь не будет лишней.

— И я этому рада− Улыбнулась девушка и подойдя к столу взяла первую стопку писем в руки.

Сев за свой стол, я невольно печально ухмыльнулся тому как не постоянна любовь народа. Хватает всего лишь одного поступка чтоб стать героем и все же за первую оплошность они возненавидят тебя. Но я был уверен, что перемена отношения ко мне не могло произойти так быстро и я был отчасти прав.

Не все так просто оказалось с самим содержанием писем, многие просили судить Сиоко за их преступления или хотя бы разрешить дуэли. Такое понятие как наемный дуэлянт, который будет заменять тебя на дуэли довольно распространено было несколько веков назад, но не сейчас, но все же многие просят возродить почти забытую профессию бретёра.

Разобравшись с прошениями и рассортировав их на те, которые уйдут по ведомствам, отвечающим за проблемы, которые были озвучены в письме и не требующие моего участия. Также была отложены письма как с личными просьбами, так и те которые требуют моего личного вмешательства, письма в ведомства я отмечал своей личной печатью, что означало что решение проблемы должно было отражено в письменном отчете, который должен был высылался мне через неделю со дня получения письма. И эти отчеты уже мои секретари разбирали и группировали и в случае возникновения проблем вновь передавали мне на рассмотрение, и я принимал решение о участие в озвученной в письме и отчете проблеме.

Когда я добрался до писем с просьбами о заключении союзов двух владеющих, я немного успокоился и уже не горел желанием поубивать просивших о начале переговоров. Сперва я конечно прочитал письма от глав кланов Мори и Абэ, по поводу брачного союза между членами их клана и принцессы Эмилии являющееся членом клана Шосе. Жаль, что мне так и не удалось увидится с Тэймэй вчера, возможно она меня ждала у себя, но меня сразу же поймали в свои объятия Яфа Чихеро и немного раздраженная Амайя. Ведь по воду свадьбы принцессы, последнее слово будет за императрицей, но что-то мне подсказывает что моя жена не будет вмешиваться в жизнь Эми. Оставив мне решение проблемы, которая возникла сейчас. К сожалению, я не могу игнорировать эти два письма и должен встретится с главами кланов, но сперва надо поговорить с дочерью. Нажав на кнопку вызова секретаря, и в моем кабинете практически моментальное появилась девушка что выполняла функцию секретаря, а на деле она была сотрудником разведки, подчиняющейся непосредственно как мне, так и Орсо.

— Где находится в данный момент, моя дочь Эмилия Шосе? — Довольно грубо спросил я так как эти секретари менялись у меня чуть ли не каждую неделю, я не видел повода быть вежливым с ним и не запоминал их имён.

— Принцесса Эмилия находится на испытательном полигоне в тридцати километрах от столицы. — По-военному отрапортовал мой секретарь. — Личный разговор не возможен из-за специфики испытательного полигона и тех испытаний которые сейчас там проводятся.

— Это хорошо, что она не сбежала от меня на другой континент. — Хмуро произнёс я− Сообщите принцессе Эмилии что у нее есть два часа на то чтоб прибыть в мой кабинет.

— Нужно ли сопровождение для принцессы Эмилии если она не пожелает подчиняться вашей просьбе. — Практически безэмоционально проговорила девушка, которая больше походила на сержанта пехоты чем на секретаря либо на иного кабинетного работника.

— Сопровождение и организация доставки не требуется, просто сообщите ей что по истечении двух часов я лично прибуду туда где бы она не находилась. — Произнес я, стараясь говорить максимально спокойно, но всё же ловил на себе косые взгляды встревоженной Мисако.

— Что-то еще господин Дэйчиро Шосе? — Произнес мой секретарь.

— Да вызови ко мне Хазуми Хитаси надеюсь она не сбежала из столицы? — Я впервые уловил эмоцию на лице секретаря, практически незаметная улыбку, что была столь скоротечна что не будь я физиком я не успел бы её заметить.

— Хазуми Хитаси находится на территории императорского дворца, в обеденной и ожидает вашего появления. — Я немного опешил, от слов секретаря, до обеда как минимум ещё три часа, но секундное замешательство сразу улетучилось, девушка просто нервничала и не решалась прийти ко мне в кабинет.

— Попросите вежливо прийти в мой кабинет. — Секретарь, поняв, что на этом указания окончены уже хотела было выйти, но я остановил её. — Хотя не надо я сам к ней прийду.

Когда из кабинета вышел мой секретарь, я вновь погрузился в свои мысли. Эми, избегает меня, только этим можно было объяснить то что она, зная про прошение, не стала пытаться со мной встретиться сегодня с самого раннего утра. Я ожидал что она будет ждать меня чуть ли не у дверей моей спальни, а она на испытаниях за столицей хоть и провела ночь в родовом поместье Шосе.

— Господин Дэйчиро, а вы не сильно суровы с принцессой Эмилией? — Разорвала тишину в кабинете Мисако.

— Мисако ты помнишь себя в её возрасте? Сколько сердец ты разбила и глупостей сотворила? — От моих слов Мисако лишь слегка заметно покраснела.

— Так я пойду разберусь с одной невестой, ожидай меня в кабинете, мой с ней разговор должен пройти наедине. — Произнес я перед тем как выйти из кабинета.

В приемной я не встретил не единого посетителя что ожидал бы встречи со мной, также не было ни единой марионетки, встреченной мной на пути что я прошел до обеденного зала. И так было всегда как будто люди чувствовали, что сейчас я не намерен с ними ни встречаться, ни разговаривать. В просторном обеденном зале за огромным пустым обеденным столом оставшийся еще от деда Тэймэй что редко использовался полностью, одиноко сидела Хазуми. Её взгляд был направлен в стол, она была поглощена своими мыслями и не заметила моего появления, я аккуратно стараясь не напугать девушку слегка прошелестел своим кимоно. Девушка вздрогнула от неожиданности и подняла на меня свои глаза.

— Я приветствую тебя Хазуми, я могу присесть? — Указал я на стул что стоял напротив девушки.

— Конечно господин Дэйчиро присаживайтесь. — Хазуми со страхом на меня смотрела.

Я аккуратно сел на стул, боясь, что неподготовленный стул напротив Хазуми не выдержит моего веса. Около минуты продлилось наше молчание, я ожидал что Хазуми первая начнет наш разговор, но девушка так и не решилась заговорить первой.

— Хазуми я догадываюсь почему ты ожидаешь меня здесь, но может ты сама мне поведаешь что беспокоит тебя? — Хазуми глубоко вздохнув пытаясь успокоится и после того как решила, что собралась с духом начала говорить.

— Я пошутила над Юки, сказав, что за сердце Эмилии проводятся дуэли, а он не дорожит мной и мне пора искать того, кто решится ради меня на серьёзные поступки, и вот он решил доказать что готов связать со мной свою жизнь.– Хазуми поджала губы, не договорив и вновь посмотрела на стол опустив глаза как будто боялась смотреть на меня. — Господин Дэйчиро я не могу отказать, это будет значить конец наших отношений.

— А тебе и не надо отказывать, откажу я! — Улыбнулся я Хазуми что смотрела на меня с удивлением. — Чтоб я так просто отдал своего опекаемого вот уж нет!

— Но господин Дэйчиро я же совершеннолетняя и вас просто уведомили, решать буду я! — Возмутилась Хазуми моему самоуправству, да она была отчасти права, но, я еще годы назад решил, что буду приглядывать за Фатсен и Хитаси до своей смерти.

— А мне плевать на твое совершеннолетие, ты не готова! Поговорим, когда достигнешь девятого дана. — Произнёс я вставая из-за стола− А я пошел писать ответ клану Тиба, по хорошему высечь бы вас обоих надо, особенно Юки.

— Господин Дэйчиро! — Воскликнула Хазуми

— Да помню я что вы совершеннолетние, еще раз зря побеспокоит меня кто-нибудь из твоих женихов раньше, чем ты достигнешь девятого дана я ему ноги переломаю. — С улыбкой проговорил я, заметив, что и Хазуми начала улыбаться. — Так что не беспокойся чудовищем буду я, ты не поругаешься с Юки из клана Тиба, ну а мне легче будет отбиваться от других твоих женихов.

— Но у меня только Юки. — Тихо проговорила Хазуми.

— У Эми также был только один жених, но стоило мне на недолго отлучится как их уже стало двое! — Рассмеялся я, предчувствуя что с Эми все будет намного сложнее.

Немного поговорив с Хазуми и успокоив девушку что, я смогу Тибо отказать так чтоб не бросить на неё тень, ведь горячий парень что готов на все не понимает одного, нужно время. А после отказа Хазуми они не смогут быть вместе, Юки гордость не позволит, и Хазуми из-за этого склонялась к тому что ей придется заключить союз с членом клана Тиба.

В кабинете меня ждала неожиданные посетители, за моим креслом в императорских регалиях попивая чай расположилась Тэймэй, а напротив неё сидела Яфа что также пила чай недовольно посматривая на Мисако что стояла около стола и была такой же бледной, когда мы были на сухогрузе.

— А вот и Дэйчиро. — Улыбнулась мне Тэймэй, и повернувшись к Мисако добавила. — Нам надо остаться наедине Мисако, и следи за своим здоровьем, теперь ты ответственна не только за себя.

— Спасибо ваше величество− Поклонилась Мисако и обогнув меня практически выскочила из кабинета.

— А что случилось? — Спросил я, садясь в кресло, под пристальным взором Яфы.

— Ничего особенного Дэйчиро. — Счастливо улыбаясь проговорила мне Тэймэй. — Я решила навестить своего мужа, и застала в его кабинете беременную девушку которая может быть очередной любовницей моего мужа.

— И чуть не прикончила её. — Рассмеялась Яфа. — Тэймэй я и не думала, что ты так ревнива, Мисако повезло что я была недалеко и успела успокоить тебя, что уже собиралась отправить в полет заколку.

Я нервно посмотрел на заколку что сейчас была в волосах Тэймэй, это изготовленный мной стилет никогда не покидал своего места, на голове моей супруге. И она уже не раз применяла её как оружие.

— Но всё это не важно, Мисако жива и это хорошо — Спокойно проговорила Тэймэй и в новь посмотрела на меня− Дэйчиро если это ты отец ребенка Мисако тебе конец.

— Я ни причём! — Воскликнул я, понимая, что вчерашний скандал это просто мелочь по сравнению с тем что может сейчас разгореться.

Конец первой части главы девятнадцатой.

Глава 19

Часть вторая

Я владеющий нескольких стихий, воин, прошедший через сотни боев, но даже мне как-то не уютно становилось под хмурым взглядом моей венценосной жены. И взгляд её не менялся пока она не удостоверилась что я верен, и не имею отношения к беременности своей телохранительницы. И только тогда её взгляд потеплел, и я не читал в её взгляде желание перегрызть мне горло. Тэймэй еще раз вызвала Мисако, и мы втроем, вместе поговорили с нервничающей владеющей, у которой даже один раз воспламенились руки.

Когда Мисако вышла, в моём кабинете повисла тишина, никто не хотел разговаривать, каждый думал о своём, о чём-то важном для него. Только я сомневаюсь, что наши мысли были схожими. Моим женам по большому счёту было плевать, на Мисако и её проблему. Они жили в мире где между пустыми и владеющими была пропасть, в их жизни не могло так случится что их избранником мог бы стать пустой. Ум, красота, да даже деньги не имели для них значения, поиграться с пустым в постели они бы могли, но не более. А вот решиться на то чтобы родить от пустого, пойти против своей семьи которая конечно будет против этого союза, для них было немыслимо. Так было для моих жен, только у меня было иное в отношении к этой ситуации. Мой отец был пустым, а Каори отстояла перед Изамой свое право решать кто будет её избранником. Не было бы ни меня ни Эйко, если бы мама сделала как предложила Яфа, а именно избавиться от нежеланного ребенка.

Яфа сразу поняла, что сказала что-то не то и теперь посматривала на меня с беспокойством, я не произнес ни слова, но небольшую злобу на неё в моих эмоциях она с легкостью уловила. И теперь обеспокоенно смотрела на меня поняв, что между мной и ребенком Мисако есть связь.

— Дэйчи, она не Каори− Тихо проговорила Яфа− Ты не обязан помогать ей.

— Яфа это мне решать, что я должен, а что не должен делать. — Довольно грубо ответил я своей жене.

— Дэйчиро, мы просто высказали мнение, о том, что девушка сама должна решить, что делать, это должно быть её решение, а не твоё. — Спокойно и мрачно проговорила Тэймэй− Но я не из-за Мисако хотела с тобой встретится, меня беспокоит наша дочь.

— Я чего-то не знаю? — Обеспокоенно спросил я её.

— Не знаешь, Дэйчиро ты всегда решал возникшую проблему сам, и сейчас, по нашему мнению, настал тот момент, когда если возникшую проблему решишь ты, то это станет ошибкой. — Тэймэй разлила с помощью психокинетики чай в три чашки и одна из чашек левитируя подлетела ко мне. — Дэйчиро, твое решение может повредить нашей дочери, поэтому я прошу тебя дать ей возможность самой принять решение.

— Тэймэй у меня сейчас на столе лежит два письма от глав кланов Мори и Абэ, какое решение может принять по ним заигравшаяся девчонка? — На мои слова, Яфа что сидела рядом со мной рассмеялась.

— Тэймэй ну не поймет он тебя если ты будешь так аккуратно объяснять, Дэйчиро, как ты не понимаешь твоя дочь подражает тебе. — Смеясь проговорила Яфа. — И она сама! Слышишь Дэйчи, сама должна понять, что твой путь не для неё.

— Может вы сами поговорите с Эми, мне не приятно объяснять своей дочери, что я не хотел несколько жён, просто так получилось. — Чашка с чаем неприятно хрустнула в моих руках, но все же трещины не были сквозными и её содержимое не вылилось на мои руки.

— Ну уж нет Дэйчиро, ты сам должен объяснить своей дочери что у тебя не было планов подобных тому что сейчас проглядывается в её действиях. — Со смехом произнесла уже Тэймэй. — Так что право объяснять, что пару мужей не сделают её счастливой я передаю тебе, а тебя я извещаю что ближайший год ни каких свадеб с участием нашей дочери не будет, не все же тебе быть чудовищем.

— Подслушка по всему дворцу? — Удивленно спросил я, зная, что мой кабинет прослушивается, и я всё равно был удивлен неприятным сюрпризом, что кроме камер в столовой есть и сокрытые микрофоны о которых меня не оповещали.

— Нет Дэйчи, это я ей рассказала, мысли Хазуми слишком громкие, да и крики из сада о том, что она не станет ни чьей женой. Слышны были большей половине тех, кто все же не сбежали из императорского дворца, увидев хмурого Шосе. По виду которого было понятно, что он идёт убивать только вот кого, никто не знал. — Проговорила Яфа постоянно косясь на Тэймэй — Может всё же, расскажешь ему?

— О чём? — Заинтересованно спросил я, после чего императрица печально вздохнула, решившись поведать мне что-то важное.

— О том, что многие кланы открыли неофициальные ставки, на то что выживут ли трое женихов и сколько членов трёх кланов пострадает от рук Дэйчиро Шосе. — Произнесла спокойно, делая глоток из чашки чай Тэймэй, посматривая на то как я старюсь не разбить свою чашку пытаясь не шевелить её так как трещины, которыми была усеяна чашка, уже были сквозными и одно неверное движение и чай будет уже на моих руках. — Зная твой нрав, они уверены, что просто так демон Шосе не отдаст своё.

— Неужели я настолько страшен в глазах окружающих? — Спросил я, подумывая выкинуть в мусорное ведро, чашку вместе с чаем.

— Милый я потом покажу как тебя видели сегодня марионетки, когда ты шел по коридорам дворца к ожидающей тебя Хазуми Хитаси. — Проговорила Яфа взяв из моих рук аккуратно чашу и вылила ее содержимое в свою. — Ты просто не замечаешь, как злость проявляется на твоём лице, и на сколько это пугает окружающих.

— Дэйчиро не забывай, о том, что тебя считают в первую очередь убийцей, и только твои близкие знают, что ты добрый и очень переживающий за своих близких мужчина. Который только внешне суров. — Ободряюще улыбнулась мне моя венценосная жена.

— Они меня совсем за чудовище считают. — Печально вздохнул я.

— Да, после того как ты выкинул посла империи Куртон, тебя неофициально называют ручным чудовищем императрицы. — Рассмеялась Тэймэй возможно вспоминая какие-то разговоры послов и чиновников. — Я пыталась их убедить в том, что ты не ручной, но всё бесполезно, они ждут крови от тебя, в данный момент. Никто не верит в то что кто-либо сможет остаться безнаказанным за то, что попытался забрать у тебя двух невест без предварительных переговоров, как с тобой, так и со мной.

— Предварительные переговоры всё же бы не помешали, что мешало трем кланам Мори, Абэ и клану Тиба, сперва лично со мной встретится, а только потом высылать эти. — Я кивнул на лежащие письма на моем столе от трёх кланов. — Предварительные договоренности и обсуждения помогли бы им достичь желаемых брачных союзов.

— Не помогли бы. — Тихо проговорила Тэймэй и поймав мой удивленный взгляд вновь печально вздохнула. — Дэйчи, я не оспариваю твои решения как главы клана Шосе, но я не позволю нашим дочерям связывать жизнь с не самыми достойными кандидатами.

— Хазуми не наша дочь, она под моей опекой. — Произнес я и увидел на лице своей жены снисходительную улыбку.

— Это не имеет значения, я отношусь к ней как к дочери, и у меня есть подозрение что главы кланов Абэ и Тиба подстроили возникшие отношения между их членами кланов и моими дочерями Эми и Хазуми, руководствуясь своими планами. — Довольно жестко произнесла Тэймэй решительно смотря на меня. — Да у меня нет подтверждений от разведки, но я уверена, что это временное затруднение, так как сейчас я установила наблюдение за этими тремя кланами.

— Подожди, ты не ничего сказала про клан Мори. — Проговорил я, видя, как на кресле беспокойно заерзала при упоминании клана Мори, Яфа.

— Понимаешь, Дэйчи, клан Мори с удовольствием убил бы тебя и меня, ненависть к нам в них очень сильна, слишком уж часто мы переходили дорогу теневому клану что старался никогда не показывать свою силу. — Тэймэй посмотрела на практически светящеюся Яфу. — Ну так и быть, расскажи ему, и не забудь рассказать кто виновен в том, что пустотник чуть не проиграл дуэль манипулятору.

— Дэйчи, я его просканировала, это любовь, представляешь, тот кто готовился свернуть нашей дочери шею при удобном случае взял и влюбился в свою цель! Да так что был готов пойти против главы своего клана, который приказал втереться в доверие к принцессе. — Практически с придыханием и щуря глаза от удовольствия рассказывала Яфа. — Член клана Мори не мог проиграть в дуэли вот я и решила, что Эми очень расстроится если её жених манипулятор Кенджо, умрет и поэтому слегка помогла ему.

— Ослепив его соперника на время всей дуэли, да так, что тот бил по площадям, не видя своего соперника, даже внутренним зрением, а ориентируясь лишь на слух. — Усмехнулась Тэймэй рассказав за Яфу чем именно, она помешала пустотник в дуэли.

— А не надо было так громко думать, о том, что манипуляторы бесполезны в бою, да и нечего страшного с ним не случилось — Обиженно произнесла Яфа и добавила. — Надо было ему и слух отключить.

— Так, пора заканчивать, скоро прибудет Эми, Дэйчи вот по клану Мори настоящее личное дело, а нам пора уходить с госпожой я узнала о перевороте, но он же любит, и поэтому сохраню ему жизнь, пусть станет калекой. — Съязвила по-дружески Тэймэй.

— Ну мне же надо было, хоть как-то замаскировать своё вмешательство в его разум! — Обиженно надув свои губки произнесла Яфа.

— Яфа запомни, в столице постоянно кто-то готовит переворот, против той власти что правит в данный момент, и я знала про клан Мори поэтому не надо было подстраивать несчастный случай, бедному юноше которому только предстоит пережить проигрыш в дуэли. — Вставая проговорила осуждающе Тэймэй.

— Но он не проиграл! — Начала спорить Яфа, как и Тэймэй вставая с кресла.

— Его противник остался жив, для него это проигрыш, он воин в отличие члена клана Абэ, который мне не нравится и которого я просила проверить, а не члена клана Мори. — Также осуждающе проговорила Тэймэй.

— Но он бы убил Кенджо Абэ, которого я не смогла вскрыть так что мне пришлось действовать по ситуации. — Обиженно произнесла Яфа открывая перед Тэймэй дверь, ведущий в коридор из моего кабинета.

— А я сомневаюсь, что ты вообще сможешь взломать его разум, так что, если бы он погиб ни у нас, ни у Дэйчиро не было бы ни каких проблем. Кенджо бы попал на кладбище, а Кирс из клана Мори, уехал бы служить на самую дальнеюю военную базу, и лучше всего в порт Каори. Где Эйко Шосе внушила бы ему такой ужас в сердце, что он никогда бы не посмотрел на девушку из клана Шосе. — С усмешкой проговорила моя венценосная жена уже выходя из моего кабинета.

— Она тебе тоже жаловалась, что Дэйчиро не даёт ей выйти второй раз замуж, и рушит её отношения с владеющими? — Спросила Яфа уже закрывая дверь за собой в мой кабинет следовав за Тэймэй на несколько шагов позади.

— Более того, наш муж привез с собой пакет документов в котором присутствует официальная жалоба от Эйко Шосе на действия главы клана. — Услышал я на грани слышимости голос императрицы.

— Боги за что мне это! — Воскликнул я, не ожидая ответа.

— За то, что ты хороший. — Раздался в моей голове голос Яфы.

— Яфа!

— Не кричи на меня! Я просто хотела сообщить что мы встретили в коридоре Эми, через десять минут она будет у тебя. — Немного обиженно проговорила Яфа. — И не забывай, что все мы тебя, любим, но не надо также как на меня, кричать и на дочь. Прекращаю связь.

Оставив меня на едине с моим мыслями, Яфа, как и Тэймэй наверняка сейчас занимаются обработкой моей дочери. Всё что я планировал было уже сделано Тэймэй, и если даже я ничего бы ни предпринял, то все было бы так как решила Тэймэй. Плохо или хорошо это, спорный вопрос, с одной стороны это хорошо, мы понимаем друг друга, и наши мнения по одним и тем же вопросам совпадают. Но вот с другой стороны, а зачем мне надо что-либо вообще предпринимать или беспокоится? Если как подозреваю все мои жены уже все обсудили и решили, сделав только видимость того что, это я принимаю ключевые решения.

Я словно чудовище, которое держат в клетке и которое выпускают только ради одной цели, напугать либо наказать.

Осторожный стук в дверь отвлек меня от моих мыслей и через секунду передо мной предстала принцесса Эмилия в военной форме черного цвета, на груди которой вышит мой личный герб. Она стояла молча ожидая, когда я первый заговорю:

— Садись. — Кивнул я на кресло стоящее напротив меня, и стал спокойно ожидать пока дочь займет кресло.

— Вот, прочти. — Подвинул я к ней письма от кланов Абе и Мори, Эми и так знала, что в этих письмах, но все же прочла их стараясь при этом выглядеть так чтоб у меня не было сомнений что она их прочла внимательно.

— Я прочла. — Спокойно проговорила Эми, убирая в сторону письма.

— Хорошо, надеюсь ты уже приняла решение. — Я достал из ящика стола два белых листа, и вместе с ритуальной чернильницей и специальным пером для официальных ответов главы клана, подвинул к Эми что с ужасом смотрела на меня. — Напишешь ответ клану Мори и клану Абе, а я подпишу эти два письма и сегодня вечером они будут отправлены кланам как официальные ответы клана Шосе.

— Папа…. — Тихо начала говорить Эми, но я остановил ее жестом.

— Не надо слов Эми, решай сама, я не буду оспаривать любое твое решение, и никому не позволю помешать осуществлению твоего выбора. — Я говорил искренне и честно, и если Тэймэй решит, что она может помешать Эми, то мне придется сперва поговорить, а потом если понадобится разобраться наедине с императрицей, и окончательно решить кто в семейных делах главный.

Я неспешно встал из кресла и начал огибать стол направляясь к выходу из кабинета.

— Папа ты куда? А я? — Умоляюще воскликнула Эми.

— Я в сад проведу тренировку, а ты останешься здесь писать ответ кланам. — Спокойно произнес я.

— Но я не знаю, что писать, мне нужна помощь чтоб разобраться с тем что произошло! — Эми еще чуть-чуть и готова была начать лить слезы, ей надо было преподать простой урок. Но она оказалась, к нему не готова, ещё слишком рано.

— Помощь нужна была Хазуми, вот она не знала, что делать и ждала меня в столовой за несколько часов до обеда, мучаясь в нерешительности, так как боялась отказать Юки Тиба. — Я посмотрел на мою дочь печально. — Но тебе не нужна моя помощь, ты была на военной базе, когда я вернулся, хотя могла встретиться со мной ещё вчера, да даже когда я был в море могла связаться со мной. Но нет, мои советы, тебе не требовались

— Папа не уходи! — Эми молниеносно кинулась ко мне и попыталась заключить меня в свои объятия при этом очень быстро говоря, как только уткнулась в мою грудь. — Я запуталась! И не готова я к свадьбе, накажи меня как Хазуми, только до двенадцатого дана! Папа не бросай меня, побудь и для меня чудовищем Шосе.

— Откуда про порог дана знаешь? — С улыбкой спросил я, успокаивающе поглаживая дочь по волосам.

— Она в саду тренируясь так громко думает, что мне пришлось блокировать ее мысли и эмоции что несли в себе огромную радость− Проговорила моя дочка, утирая тайком навернувшееся слезу.

— Так сядь и расскажи мне ничего не скрывая в чём дело, почему не остановила дуэль, о которой знала и не надо меня обманывать, говоря, что не знала. — Строго проговорил я. — И расскажи мне что думаешь о клане Мори и Абе.

Эми как по приказу успокоившись начала мне рассказывать все что произошло между ней и членами двух кланов, то что она не рассказывала никому, даже мамам. По её словам, она сейчас не понимает, что происходит в её сердце, она любит Кенджо, по крайне мере любит до тех пор, пока нет рядом Кирса из клана Мори.

Она познакомилась с Кирсом на одном из званных вечеров, и он прямо ей сказал, что он должен втереться в доверие к ней, для того чтобы при необходимости убить её по приказу его клана. Он приоткрыл ей свой разум, который тренировал чтоб скрывать свои настоящие мысли от манипулятора, и Эми с удивлением обнаружила что он говорит правду, и что это не злая шутка. Чтобы точнее проверить, она пошла на контакт и взяла его за руку, да он был честен, а еще был симпатичным.

Она не замечала других парней вокруг себя, кроме своего Кенджо из клана Абэ, а тут как по щелчку пальцев, она увидела перед собой привлекательного парня. Эми рассказывая постоянно краснела, и пыталась скрыть от стеснения некоторые подробности, но я слегка давил на неё, и она продолжила свой сбивчивый рассказ.

Когда она рассталась с Кирсом в тот вечер, то как оказалось она все также любит Кенджо, но её тянуло к Кирсу и зная ревнивость своего парня она стала встречаться с Кирсом по-дружески, но тайно от Кенджо. И как итог, Кенджо вызвал Кирса на дуэль, его мотивы были просты, и он их озвучил, не скрывая, он не потерпит второго мужа у принцессы, которая по статусу, выше его. И в этом не равном браке Эмилия может второй раз заключить брачный союз, не спрашивая мнения своего мужа.

— Тебе срочно надо встретиться с Харуки Сиоко, я договорюсь с ней и насчет самолета также договорюсь. — Быстро принял я решение.

— Но зачем? — Округлив от удивления спросила моя дочь, но тут же уловила обрывок моей мысли. — Мне нужны образцы тканей.

— Пока не нужны, но, если они потребуется я достану столько образцов твоих женихов, сколько будет нужно. — Мой разум был холоден, а вот тело уже готовилось к бою. — Едь на военную базу там тайно сядешь на самолет.

Через пять минут после того как я отправил Эми на военный аэропорт, я все-таки дождался, когда меня соединят с Харуки Сиоко по защищенной от прослушивания линии.

— Харуки Сиоко приветствует тебя Дэйчиро Шосе. — Раздался в динамиках голос Харуки.

— И я тебя приветствую Харуки, я отправил к тебе свою дочь, прошу встретить и обследовать её. — В динамиках раздался звук как будто старушка сейчас подавилась воздухом.

— Что случилось? — Раздался в динамиках серьезный с металлическими нотками голос Харуки.

— Есть подозрение что против моей дочери применили средство схожее с тем что применили против меня, в ту ночь. — Я не стал уточнять о какой ночи я говорю. — В деле замешен клан кукловодов, я прошу тебя разрушить мои подозрения либо подтвердить их, проведя полное обследование Эмилии Шосе.

— Какие симптомы? — Спросила меня Харуки, и я перечислил те что смог понять из разговора с Эми, я помнил, что после той ночи, я очень скучал по Исиде, я не злился на неё, а хотел вновь с ней встретится, но после двух дней это желание пропало. Как мне объяснила Харуки это последствия попадания в организм её вещества, которое применила Исида.

— Есть схожие моменты, и да Дэйчиро, ядовик как Асоко Идако не заметит моего, хм, любовного зелья. — Харуки понимала, что она в большом долгу передо мной за выходку Исиды, но я простил её без применения зелий Харуки. — Я проверю принцессу Эмилию и если что-либо найду, то сразу сообщу тебе лично.

— Конец связи. — Произнес я, заканчивая наш разговор.

— Пора тренироваться− Произнес я сам себе, чувствуя, как начали трещать мышцы увеличиваясь в размерах.

Конец девятнадцатой главы.

Глава 20

Часть первая

Тяжелая броня стягивала мои взбугрившиеся мышцы облегчая мои страдания, а ливень что этой ночью властвовал в столице, потоками воды остужал моё тело. Разум был холоден, и я не чувствовал сейчас ни злобы, ни ярости, но моё тело как будто имело своё мнение. За считанные часы тело вышло на максимальное своё состояние без применение каких-либо веществ, либо боевых стимуляторов подстегивающий мою силу физика. Мой разум управляющий телом словно запомнил состояние и параметры Яростного, и сейчас я был ненамного слабее того напичканного стимуляторами чудовищной силы физика. Единственное что меня беспокоило в моем состоянии так это возросшая температура, в эту прохладную ночь от меня шёл пар. Пока я был под ливнем мне не грозило достигнуть той температуры, когда я начну терять сознание или внутренние органы, начнут отказывать.

Я шёл по ночной столице сокрытый ливнем, оставаясь незамеченным и занимаясь на ходу тонкой настройкой своего организма, тело рвалось в бой, но разум говорил, что надо сперва стабилизировать своё состояние. Тренировки не помогали мне успокоится, а одна только мысль доложить об произошедшем Тэймэй чтоб она решила судьбу клана Абэ, вызывало такую ярость, что я не мог сохранять душевное спокойствие. Я должен решить это сам, вот что постоянно проигрывалось в моём разуме.

Когда Харуки сообщила мне что она смогла обнаружить следы особого вещества, то я уже изнывал от желания начать кровавую бойню. Харуки провела полное обследование Эми, и уже сейчас занялась очищением организма моей дочери, конечно подготовив все образцы, которые будут переданы мне для дальнейшего исследования уже в столице.

— Папа, со мной всё хорошо. — Печально произнесла моя дочь, когда я попросил Харуки позвать к телефону Эми. — Я сама проверила результаты, папа я не верю, что Кенджо, мог так поступить.

— Я всё проверю Эми не переживай, возможно это какая-то ошибка, не надо расстраиваться раньше времени. — Попытался я её успокоить, но по всхлипыванию что услышал в телефонной трубке я понял, что моя дочь не верит в ошибку.

— Папа, только не убивай его, я сделаю это сама, когда взломаю его разум. — Решительно произнесла Эми, и после секундного молчания добавила− Пусть он будет жив, а его состояние меня не волнует, папа мне надо отдохнуть, и поспать, до связи утром папа.

— Утром я позвоню, поспи утром тебе станет легче. — Эми передала трубку Харуки и вышла из её кабинета и только тогда Харуки заговорила со мной.

— Дэйчиро краткий отчет я уже отправила тебе, у тебя есть еще ко мне какие-либо просьбы либо вопросы? — Спросила меня Харуки, а я еле удержался чтоб не разломать телефонную трубку.

— Я надеюсь, что просьба присмотреть за моей дочерью не будет слишком сложной, я буду благодарен за это. — Я был искренен, за то, что поддержат Эми в такой сложный для неё момент я готов сполна оплатить этот долг.

— Исида не оставит Эми, в столь трудную для нее минуту мог бы и не просить, они не чужие друг другу люди. — По-доброму ответил мне член клана Сиоко, которого сложно назвать добрым человеком.

— И Харуки я надеюсь мне не стоит тебе напоминать, что, если данные хоть немного не точные тебе придется ответить за это. — На мгновение на том конце провода воцарилось молчание, и только после этой паузы я услышал вкрадчивый голос Харуки.

— Дэйчиро Шосе я Харуки Сиоко гарантирую точность моих выводов, если бы у меня были, бы образцы тканей Кенджо Абэ, я смогла бы точнее определить силу воздействия, Дэйчиро прочитай отчет, не оскорбляй меня недоверием. — Немного обиженным на меня голосом отчитала меня Харуки, а после без предупреждения прервала связь.

Мне даже стало немного весело, член Клана Сиоко, упрекает меня в недоверии к члену клана Сиоко. Несмотря на то что они не раз меня предавали, а то сколько планов у них на меня, я даже думать не хочу. Я надеюсь только на то что они понимают я не буду их щадить, у всего есть свой предел. И если они попробуют использовать мою дочь в своих интригах, я буду действовать жестко, также как я должен поступить сейчас. Нельзя показывать слабость, и пусть империя вздрогнет от ужаса, но я должен донести до каждого клана, каждого владеющего, каждого пустого, что не стоит злить Дэйчиро Шосе.

Я просидел около минуты молча в кабинете под мерное звучание печатающего принтера что неспешно распечатывал отчет Харуки Сиоко. Я внимательно прочитал его несколько раз и положил в папку что оставил на своём столе. После этого направился в свою личную, малую оружейную комнату, которая находилась рядом с моим кабинетом. На тот случай чрезвычайной ситуации, когда мне надо экстренно вооружиться для ведения ожесточенных боёв как в императорском дворце, так и на всей дворцовой территории. Таких малых оружейных было три в моём дворце и одна во дворце императрица. И только малая оружейная у моего кабинета не была под наблюдением. Я не стал брать никакого оружия кроме своих плетей, пулеметы, ракеты, даже кумулятивные снаряды не подходили для осуществления моего замысла. Броня приятно давила на плечи своим весом, и вселяла в мою душу спокойствие.

Выходя из императорского дворца, я печально улыбнулся как ливню, так и тому что мне никто не встретился, весь дворец спал. Даже мои жены что ожидали меня в нашей спальне так меня и не дождавшись уснули. Обойдя охранный периметр, я вновь и вновь мысленно возвращался к отчету Харуки.

Отчет Харуки был подробен настолько насколько это в принципе было возможно, также там была и расшифровка лично для меня, всех терминов и выводов гениальной кукловодши. Вещество, которое влияло на принцессу Эмилию она получала очень большими дозами через касания, носителя этого наркотического средства. Оно вызывало радость, удовольствие, и как подозревала Харуки подстегивала интерес Эми к носителю. То, что это был именно Кенджо говорил, как состав вещества что обнаружился в крови моей дочери, так и то сколько накопилось данного вещества в организме моей дочери. Изготовить данное вещество, с наркотическими свойствами легко могла сама Харуки, но ни о какой продажи такой спецификации вещества и речи быть не могло. Купить, подобное вещество практически невозможно, а специфика изготовления из гормонов владеющего и марионетки прямо говорило о том, что здесь замешан клан манипуляторов. Харуки определила, как именно Эми получала небольшую дозу вещества, и это было удивительно, вещество передавалось с потом через касания.

Только два вида владеющих могли бы использовать это вещество незаметно, и оба эти вида управляли своими телами. Манипулятор был способен вызвать потоотделение на своей руке и именно в эти железы было введено вещество. Вот так просто и практически незаметно через пот Кенджо передавал Эмилии небольшую дозу вещества. Также мог быть и владеющий силой физика, но не было среди круга общения Эми тех, с кем бы она практически бы ежедневно контактировала.

Харуки считает, что данное инородное вещество вызывало привыкание как Кенджо, так и Эми, только как подозревала Харуки, Кенджо чистил свой организм либо имел иммунитет. А вот моя дочь не имела иммунитета, ей нравилось быть рядом с парнем, она испытывала радость каждый раз, когда видела его. Даже запах Кенджо стал для нее очень приятным, что было неудивительно.

Также были и выводы по поводу Кирса, именно он сыграл ключевую роль, в раскрытие того что на мою дочь влияют. Харуки конечно порекомендовала схватить юношу и доставить его ей на вскрытие, так как сомневается, что воин позволил бы внедрить в своё тело подобие наркотика. Но он был чист, Яфа не пропустила бы то что, он пытался влиять на Эми подобным способом. Да и Харуки Сиоко, проанализировав часть памяти Эми, которую она ей предоставила с воспоминаниями о Кирсе. И её выводы были неутешительны, для меня, это практически точно тот, кто украдет у Эми сердце. Эмоции, которые вызвал пустотник были настолько сильными что даже затмили ту зависимость, которую Эми считала чувствами любви к Кенджо.

— Я убью этих тварей! — Вырвался из меня крик ненависти и злобы, как я только незамеченным вышел из дворцовой территории.

С десяток минут мне потребовалось успокоится иначе ярость вырвется из меня, и я начну убивать без разбора, реагируя на любой раздражитель.

— Тише Дэйчиро, тише− Говорил я сам себе идя под ливнем, из-за которого меня никто не мог заметить. — Они будут наказаны, но помни только виновные заслуживают наказание, не все члены клана Абэ виновны.

Ливень был такой силы что на расстояние пяти метров было невозможно что-либо различить. Машины, которые изредка проезжали по улицам, ехали очень медленно и были совершенно слепы, свет фар слабо им помогал ориентироваться на дорогах. Я несколько раз проходил мимо проезжающих машин чуть ли, не касаясь их плетями и не одна из них меня не заметила.

Мне не нужны были глаза чтобы видеть, да дождь создавал множество помех для внутреннего зрения, но я все равно видел, на многие сотни метров вокруг. Мои расправленные плети аккуратно касались земли и углов домов помогая мне ориентироваться. И я четко видел окружение, ориентируясь на вибрации даже неплохо слышал, что происходит вокруг, хотя сила манипулятора была более полезна.

Я старался ограничивать как внутреннее зрение психокинетики, так и силу манипулятора, что все равно показывали мне что происходит ночью в квартирах, жилых домов которые попадались мне на моём маршруте. Не все спали, к сожалению, и уловить эмоции спешащего в туалет человека, а тем более увидеть внутренним зрением всё действо, было тем еще удовольствием поэтому я больше ориентировался на вибрацию что передавали мне плети.

— Да хоть закричись! Никто не услышит твои визги. — Донёсся до меня через вибрацию голос мужчины. И только тогда я обратил внимание что сила манипулятора улавливает женские мысли о помощи. И услышал вновь вкрадчивый мужской голос. — Не сопротивляйся, хотя, сопротивляйся так интереснее будет.

В небольшом переходе во двор многоэтажного дома, стояли двое, мужчина что держал у горла девушки нож, а его вторая рука уже была запущенна под дождевой плащ девушки. Неяркая лампа установленная в этом переходе тускло освещала их, но не меня. Я не смог пройти мимо, сегодняшней ночью кое кому очень сильно не повезло.

Первым делом я аккуратно впустил плети в этот тоннель, который образовывали стены домов. Это заняло не более секунды, и когда каждый метр арки был под моим контролем я шагнул внутрь. Выходя из завесы что образовывал ливень, я ощутил перепад температуры, от меня повалил пар а бронекостюм что был увешан стальными плитами производил столько скрежета. Что мужчина даже замер, боясь поворачивать свою голову в мою сторону. А когда всё же осмелился то встретившись со мной взглядом, стал бледен словно он уже как пару часов был мёртв.

— В такие ночи опасно бродить по улицам. — Спокойно произнёс я через хриплые динамики что были залитый водой, и искры от них иногда проскакивали по моей броне, от которой шёл пар, из рук мужчины выскользнул нож что со звоном покатился по асфальту.

— Демон− Пискнула девушка что уже освободилась от захвата мужчины что как зачарованный смотрел на меня, и достал из заднего кармана телефон и не глядя набрал номер после чего прислонил его к своему уху. Его голос не походил человеческий, без эмоциональный, и какой-то обреченный.

— Полиция пожалуйста спасите меня! Скажи им адрес я не знаю. — Мужчина взглянул на девушку всучил свой телефон в руки девушки и с размаху со всей силы ударился головой об стену, после чего потеряв сознание окровавленным упал на асфальт.

— Дождитесь полиции, я надеюсь вы сможете и без меня справится — Произнес я, отключая динамики что уже искрить начали так, что появился запах паленной проводки. И только когда я удалился метров на сто от арки, услышал позади женский крик.

— Спасибо! — Выкрикнула девушка, выбежав из перехода, когда смогла опомнится.

Температура начала падать тонкая настройка помогла избежать перегрева, и я начал постепенно ускоряться. Пора наказывать за дерзость, я сам лично накажу виновных в том, что моя дочка была обманута и теперь льёт слезы осознавая, что все было ложью, её любовь, мечты, и те слова что она говорила Кенджо, тоже были ложью.

С каждым шагом я ускорялся, выходя на свою среднею скорость несясь по пустынным улицам ночной столице со скоростью, бронированной машины пехоты.

И когда на моем пути встретился отряды полиции что начали усиленное патрулирование этого района получив информацию о опасном владеющим что помог девушке. Я еле смог изменить свой маршрут чтоб остаться не замеченным, так как в одной из машин полиции я почувствовал силой манипулятора, владеющего психокинетика. Раскаты грома и шум ливня заглушили созданный мной шум, и помогли мне остаться незамеченным отрядами полиции. Было особенно важно то что и я смог сокрыть свой маршрут, по которому они смогли бы понять куда я направляюсь.

Поместье клана Абэ находилось на окраине столице, в не самом престижном районе, и на довольно обширной территории не было поместья других кланов. Но они всё же были, и могли прийти на подмогу клану Абэ, а то и вовсе быть союзниками этого клана. В поместье словно знали, что сегодняшняя ночь может таить в себе опасность для клана. Количество прожекторов что пытались осветить территорию было немыслимым для такой территории и такого небольшого клана. Количество бронированной техники что была расставлена по периметру поместью также говорило о том, что Абэ чего-то опасались.

Но мне было плевать, я не собирался скрываться и потому шел прямо по дороге к воротам, сигнал тревоги не заставил себя долго ждать. Меня обнаружили, но пока не индефицировали как непосредственную опасность именно их клану.

Я остановился так как внезапно на радаре моего внутреннего зрения что работало сейчас на грани моих возможностей засек быстро движущийся объект. Это появилась машина что ехала со стороны дворцовой территории на бешенной скорости словно ливень им нисколько не мешал. Я знал этих пятерых что ехали в машине на боку которой был знак императрицы. И я им был не рад. Тройка моей охраны, включая беременную Мисако, Орсо, и та что могла сохранить жизни членам клана Абэ.

Когда машина поравнялась со мной я слегка ускорился чтобы наравне с ней достичь ворот. Машина остановилась за сто метров до ворот поместья клана Абэ, у заградительных бордюров. Тэймэй вышла из машины и ни одна капля дождя не коснулось её черного кимоно, а вода на асфальте расступалась на её пути. Она неспешно подошла ко мне, стоявшему в лучах прожекторов. Моя жена смотрела на меня со злостью и только после того как печально вздохнула, начала говорить:

— Почему ты не рассказал мне⁈ — Прокричала Тэймэй.

— Я накажу их сам твоё участие в решение возникшей проблемы не требуется. — Спокойно проговорил я через искрящие динамики. Орсо что также присутствовал в машине на которой приехала Тэймэй, защитил и меня от дождя. И теперь Тэймэй с ужасом смотрела как моя броня начала сохнуть и от неё начал идти пар.

— Дэйчиро это мне решать требуется моё участие или нет! — Вновь прокричала Тэймэй. — С этим мы позже разберёмся, а сейчас не будем мучать ожиданием клан Абэ.

— Я… — начало было говорить я как Тэймэй не дала мне договорить.

— Не я! А мы! Мы! Вместе! Накажем за то, что они посмели навредить. Нашей! Слышишь меня Дэйчиро! Нашей дочери! — Прокричала Тэймэй и подойдя ко мне взяла меня за окованную металлом руку, и слегка потянула к воротам поместья клана Абэ. — И помни Дэйчиро у нас есть пятнадцать минут чтобы наказать виновных. Иначе через пятнадцать минут прибудет Чихеро, и ни одни из членов клана Абэ не выживет, да и их союзным кланам я не позавидую. Невинные не должны пострадать.

— Эми просила оставить в живых Кенджо. — Хрипло проговорил я, и поймав удивленный взгляд моей супруге пояснил. — Она сама хочет, его убить.

— Я не думаю, что это поможет нашей дочери. — Печально проговорила императрица, идя со мной наравне признавая наше равенство. — Да и я сомневаюсь, что что-то останется после Яфы будет напоминать Кенджо.

— Амайя? — спросил я когда услышал как наводятся на нас все орудия со стен поместья и на всем броне транспорте. А из подвалов поместья вырываются наружу толпы марионеток.

— Я запретила ей участвовать, не забывай, я не только императрица, но и твоя первая жена. Сейчас ей нельзя рисковать, ребенок важней всего. — Спокойно проговорила Тэймэй отпуская мою руку. — В бою я буду рядом я не настолько бесполезна как ты думаешь.

— Огонь! — Проревел голос главы клана Абэ, это мог быть только он, я уверен, что их оповестили о том, кто, стоит перед воротами их поместья.

Конец первой части главы двадцатой.

Глава 20

Часть вторая

Время для меня остановилось вместе с активацией внутреннего зрения, сразу после приказа главы клана открыть по нам огонь, я первым делом кинулся прикрывать Тэймэй. Я собирался закрыть её как собственным телом, так и силой психокинетики, не заботясь о себе. Но этого, и не потребовалось, Креол так и не вышедшей из машины продемонстрировал что Орсо не зря хвалил его за мастерство управления стихией психокинетики.

За всё время его службы моим телохранителем, я так и ни разу не увидел в реальных боевых условиях, на что способен мой телохранитель. Да его искусство владения силой психокинетикой было отточено так словно он потратил на это всю свою жизнь. Это было видно на каждой нашей тренировке, то как он тонко манипулировал силой было завораживающим. Это был талант, с которым рождаются, ему нельзя научиться, и хоть я все равно пытался перенять его манеру владения и использования своей стихии уже не первый год, но всё было безрезультатно.

И вот настал тот момент, когда мастер, показал, что количество данов не определяет то насколько ты силён.

Всё оружие, направленное на нас, сбоило, пулеметные бойки бешено били по капсюлям патронов, но так и не прозвучал ни единый выстрел. Ракетные системы вышли из строя, и ни одна из ракет не смогла взлететь в воздух. Миномёты выплевывали снаряды что должны были устремится в высь, но падали в трёх метрах от миномета.

Как только машина в которой приехала Тэймэй остановилась, Креол начал работать, и он словно бог поломок, незаметно привел в негодность все что предназначалось для нашего убийства. Его инструментами была пыль, металлическая стружка и глубокие познания в устройствах чьё предназначение было только одним, нести смерть. Его манипуляции были настолько тонкими и незаметными что даже я, их не заметил внутренним зрением, а был должен увидеть. Только когда по нам начали пытаться открыть огонь я заметил то, что сделал истинный мастер психокинетики.

— Огонь! — Кричал голос со стен поместья, но ни один пулемет ни одна ракета не полетели в нас, ни один из бойцов клана Абэ так и не смог выполнить приказ.

— Огонь! — Вновь закричал глава клана Абэ, но все было бесполезно, марионетки вот то единственное оружие что у них осталось, только они не представляли нам ни какой угрозы. Так как Орсо только помогал Креолу, и если он начнет атаковать то, ничто не сможет спасти клан Абэ. Но и я как боевая единица был не самым слабым из нас, Мисако с Кастоном ждали только приказа, либо необходимости начать вести удары своими стихиями по площадям.

— Дорогой откроешь ворота? — С усмешкой произнесла Тэймэй, когда крики об открытие огня перестали раздаваться и наступила тишина. — Не хочу вести наш непростой разговор с кланом Абэ снаружи.

Она не ждала от меня ответа, а всего лишь сделала шаг в сторону от меня освобождая мне путь и театрально показав рукой на ворота.

— Я прикрою тебя от их атак, хотя этим я уже занимаюсь. — Раздался в моей голове голос Тэймэй. — Верь мне.

Меня и не надо было упрашивать, слегка качнувшись я рванул вперед, формируя из своих плетей подобие щита на который и будет возложен весь удар.

Ворота поместья клана Абэ, могли по мощности и своей монументальности сравнится с воротами во дворце императора. Ворота родового поместья клана Шосе и вовсе по сравнению с этими воротами, казалась некрепкой калиткой. Но Креол и здесь незаметно помог мне, ворота уже не были так крепки как должны были быть.

Время вновь замерло для меня, активизировавшиеся внутренние зрение на максимум уловило опасный объект, что приближался к нам со стороны дворцовой территории. Так как этот объект был на пределе моих возможностей мне потребовалось для его идентификации, целые доли секунды. И только после этого я осознал, что к нам несется машина и я уловил силой манипулятора в ней, до безумия злую Чихеро. А также Яфу которая также была переполнена чувствами далекими от тех которые можно было назвать светлыми.

— Почему меня не дождались! — Прозвучал встревоженный голос Яфы в моей голове. — Недооцениваете манипуляторов⁈ Да твой разум не выдержит стольких ментальных ударов!

— Я очень сомневаюсь, что, хотя бы одна из этих атак достигнет меня. Ведь ты уже рядом. — Мысленно улыбнулся я, посылая мысленный ответ и не собираясь останавливаться до ворот осталось пару метров, и хоть я стал чувствовать, как на меня пытаются влиять я был уверен что смогу справится.

— Я далеко, а Тэймэй не способна защитить тебя! А сам ты не справишься. — Донесся до меня голос Яфы через пелену непонятных и чуждых мне мыслей, и в это же время я почувствовал сильное недовольство того, кто также был подключён к нашей связи. Почувствовала это и Яфа так как продолжила говорить, но уже не со мной. — Тэймэй успокойся, у тебя недостаточно опыта и ты не достигла ещё своего пика в силе, не вмешивайся.

— Я не бесполезна! — Шелестящее пронесся незнакомый и искаженный голос в моей голове, и я не сразу понял, что голос принадлежит Тэймэй. — Я могу…

Пока в моей голове звучали голоса я всё больше и больше терял связь, с реальностью. Зрение несколько раз отказывало мне, а в голове начал постоянно всплывать вопрос почему я так сильно хочу убить свою семью. Клан Абэ никогда не был боевым кланом, да и не было среди них высокоданновых владеющих. Но они сейчас ударили числом, и этот бой может стать моей последней схваткой.

— Тэймэй ты не готова! — Прокричал в моей голове голос Яфы.

Я плохо понимал, что я делаю и последние шаги до ворот сделал практически по инерции, ворота были снесены мной словно пушинка, а давление на мой разум исчезло словно его и не было.

И только после того как с моего разума спала пелена влияния я смог осознать и увидеть, что же творится вокруг меня. С неба не падала ни одна капля дождя, нет ливень не прекращался, над всем поместьем была поставлена защита. Это постарался Орсо, несомненно, но и это не было главным.

Я остановился в растерянности от того что не понимал с кем мне сражаться все марионетки что окружили ворота стояли на коленях. Внутреннее зрение показывало, что все население поместья находится на земле и практически все и вовсе в бессознательном состоянии. А позади меня ко мне приближается, летя на высоте пяти метров от земли Тэймэй. Это она атаковала клан Абэ, а не Яфа, и для меня это было шоком. Я опустил свои плети на землю, ожидая пока ко мне неспешно подлетит Тэймэй, убивать беззащитных врагов я не желал.

— Может я потом всё объясню? — Проговорила Тэймэй спустившись на землю рядом со мной, и со вздохом обернулась назад, посмотрев на с визгом покрышек останавливающуюся машину. — Мне нужно было всего лишь пятнадцать минут, слишком быстро они смогли добраться…

— Как? Я не понимаю, ты никогда не была настолько сильной владеющей. — Спросил я Тэймэй, смотря как к нам идет Чихеро которую окутывало темное пламя распада.

— Почему не была? Может быть не показывала? — Игриво произнесла Тэймэй, и именно эта игривость ей была не свойственна.

— Тэймэй что с тобой? — Глухо проговорил я через динамики и стал снимать свой шлем так как ни один из находящихся в поместье членов клана Абэ не представлял опасности. Орсо уже оплел горло каждого члена клана Абэ и марионеток тонкой металлической нитью идентичной той что используется в моих плетях.

— Дэйчиро она просто перевозбуждена− Проговорила Яфа подойдя к нам и сурово смотря на Тэймэй. — Моя ученица еще не до конца освоила методики работы с новой как для неё, так и для меня техникой.

Мимо нас молча прошествовала Чихеро, на меня она казалось даже не взглянула, темное пламя что её окутывало начало пропадать, но не полностью. Она, вздохнув, начала искать среди членов клана Абэ тех, кто ей был нужен.

— Не говори с ней, по крайне мере сейчас, дай ей успокоится. — В моей голове вновь раздался голос Яфы. — Она очень на тебя зла, и пусть её гнев достанется тем, кто это заслуживает.

Далее если не замечать вскрики тех, кого отбирала Чихеро для допроса, мы довольно спокойно побеседовали с Яфой и Тэймэй, под шум приближение имперской армии, которой командовала генерал Амайя. Мне поведали что уже не первый год мои супруги осваивают императорские архивы. Правда не все мои супруги, пока к ним допущена только Яфа, и отчасти Чихеро, так как моей черноглазой красавице, особо не требовались те знания что хранятся в императорском архиве. Она и без этих знаний могла не только уничтожить практически любого владеющего, но и просто одним взглядом вселить панику в сердца, бывалых воинов. И сейчас она отчасти подтверждала те домыслы, которые о ней рассказывают в кланах империи. Она сейчас отбирала тех, кто умрет, особенно жестоко.

Яфа с Тэймэй напротив, проявляли большой интерес к архиву императора и императрицы, а особенно неподдельный интерес к родовой сокровищнице императорской семьи. И несмотря на занятость Тэймэй они вместе всё это изучали. Не было практически ни каких описаний того что там находится и да там не было ни металлов ни каких-либо иных, предметов роскоши. Были свитки, зачастую в зашифрованном виде, знания вот что было всегда ценно для правящей семьи. А не было описи архива по простой причине, малая часть описи нашлась в моей спальне в императорском дворце в одном из тайников. А куда спрятал отец Тэймэй остальную часть описи или её перепрятали не знает никто. Яфа предположила, что всё знала одна особа, но я никому не дал ни допросить, ни взломать её память. В который раз мне ставили в укор то что я убил сестру Тэймэй, так внезапно не посовестившись ни с Тэймэй не с кем-либо ещё.

Наше общение происходило мысленно и когда мы договорились о том, что нам надо серьёзно поговорить, то поместье клана Абэ уже окружила имперская армия. И я улавливал находящеюся среди тысячи солдат, беспокоящуюся за нас Амайю.

— Тэймэй я спрошу лишь один раз, в архиве имеются свитки по роду Шосе? — Постарался я спокойно произнести то что меня волновало больше всего. Мне передали многое, но теперь я сомневаюсь в том, что было передано мне всё, что находилось в архиве императорской семьи.

— Дэйчиро. — Хмуро произнесла Яфа. — Мы не раз хотели поднять этот вопрос, но некоторые свитки, мы тебе не передадим, один уже передала Хаона, и последствия его применения до конца ещё непонятны.

— Дэйчи мы наедине это с тобой обсудим. — Хмуро проговорила Тэймэй. — Нам есть что обсудить, и поместье клана Абэ не самое подходящее место для данного разговора.

— А когда я закончу. — Донесся до нас голос Чихеро что впервые заговорила — Не будет никакого поместья клана Абэ и самого клана не будет.

— Чихеро, невинные не должны пострадать не каждый член клана Абэ виновен. — Произнес я поймав на себе злой взгляд Чихеро.

— Будет суд над главой клана Абэ, и Кенджо− Начала говорить Тэймэй приблизившись к Чихеро− С кланом проведут разъяснительные беседы и если они воспротивятся решению суда, только тогда и то в крайнем случае они умрут.

— Суд, это бессмысленная трата времени. — Грубо ответила императрице Чихеро− Быстрая смерть врагам вот что поможет избежать нам, позора.

— О каком позоре ты говоришь? — Спросил я, и на меня все три мои жены посмотрели так словно я вновь упускаю что-то очевидное.

— То, что мы не досмотрели− Ответила мне Яфа. — И больше всего виновата я, это моя обязанность проверять возможных членов нашей семьи.

Яфа неспешно подошла к отобранным Чихеро членам центральной семьи клана Абэ что так и не отошли от их с Тэймэй странного ментального удара. И схватив за волосы главу клана, потащила его к ближайшему строению, произнеся:

— Больше подобного не повторится− Мы молча проследили за тем как закрывается за ней дверь.

— Я это уже слышала после случая с Исидой. — Хмуро проговорила Чихеро. — Не верю.

Нам все-таки удалось успокоится и избежать бессмысленных жертв, как впоследствии выяснилось для всей моей семьи это было неожиданностью. И то что Чихеро так возжелала уничтожить этот клан было не удивительно. Все обязанности по организации транспортировки клана Абэ, в места их временного заключения мы передали Орсо, который взял себе в помощники Креола. Яфа также осталась с ними для проведения допросов, и взлома разума Кенджо. Я предупредил ее что парень должен выжить, не став уточнять по какой причине он должен выжить.

К обеду, когда нам всем всё-таки удалось выспаться, мы узнали о том, что столица империи напоминала кипящий котёл, произошедшее ночью взбудоражило всю общественность. Во-первых, их поразило то что клан Абэ сейчас захвачен и держится на военной базе и ещё не известно выживет ли хоть один из членов этого клана. Во-вторых, кланы начали готовится к очередному витку чисток, и не стесняясь начали готовится к отражению нападения. А в-третьих, меня в приёмной ожидал Кирс Мори, который требовал со мной встречи.

Основные проблемы с общественностью решила конечно Тэймэй, как бы ни была неприятно придавать огласки о том, что на принцессу Эмилию влиял член клана Абэ, но нам пришлось поведать об этом. Тэймэй так долго добивалась чтоб в империи воцарилось спокойствие и, если мы не раскроем почему было совершено нападение на клан Абэ. Могли бы начаться волнения, но их удалось избежать, Тэймэй объявила экстренный сбор представителей городов, а также провинций. Будет суд над кланом Абэ, своенравное вырезание клана, было недопустимо, хоть этого и желали мои жены. А всему виной империя Куртон, нам не нужны волнения, когда в любой момент может начаться война.

В моей приёмной было столпотворение, десятки владеющих вели разговоры между собой ожидая моего появления. Богатые, властные, с непомерным самомнением, и на их фоне особенно выделялась девушка, по одежде которой было видно, что она пустая. Она сильно нервничала, держа в руках небольшой плетеный короб.

Моё появление прервало все разговоры, а девушка, увидев меня и вовсе попыталась вжаться в стену, выставив короб как щит. Было заведено что, когда я проходил по приёмной, со мной нельзя было разговаривать если конечно я первым не заговорю с одним из посетителей.

— Добрый день у вас ко мне дело — Спросил я подойдя к девушке что с испугом смотрела на меня снизу вверх.

— Это же были вы? — Тихо за место приветствия произнесла она, и да её узнал хоть и ночью она была в плаще.

— Да это был я, и мне радостно видеть, что с вами всё в порядке. — Попытался я улыбнуться дружелюбно.

— Спасибо, это вам, прошу не побрезговать. — Она протянула свой плетенный короб в верх, и я почувствовал, что из него просачивались еле уловимые ароматы свежей домашней сдобы.

— Не стоит благодарностей, это моя обязанность помогать тем, кто попал в беду. — На лице девушки я прочитал, печаль, она подумала, что я всё же не приму её благодарность. — Знаете, у меня была очень насыщенная ночь и я не успел позавтракать не желаете ли вы составить мне компанию.

— Желаю — Не веря в происходящее произнесла девушка, её глаза радостно засветились, когда я принял короб из её рук.

Я прекрасно провел время с Нуоми Хакаги, девушка была счастлива что ей уделил внимание её спаситель, а я был счастлив что мог чем-то помочь девушке. Она рассказала мне, про преступника которого забрала полиция, как оказалось он не впервые совершает подобное, и при этом оставляет своих жертв в живых. Нуоми решила от лица всех пострадавших девушек выразить мне благодарность за его поимку. Она хотела просто передать свой короб охране дворцовой территории, и она и не предполагала, что ко мне пускали всех, желающих встретится со мной. И когда командир несущих на груди знак демона, выслушал историю Нуоми, то лично сопроводил её в мою приёмную.

Я убедил девушку в том, что лично займусь вопросом безопасности на улицах в столицы по ночам. Особенно в такие ночи как прошлая, когда никакой транспорт не ездил, а возвращаться с работы было нужно. Нуоми шла почти до самого дома не одна, и не ожидала что в её дворе ожидал свою жертву преступник.

Когда мой кабинет покинула Нуоми, я печально вздохнул сегодняшний день будет сложным. Сейчас произойдет разговор со вторым женихом Эми, и мне нельзя его убивать. И если Харуки права, то тот, с кем я сегодня буду разговаривать станет мужем моей дочери.

Конец главы двадцатой.

Глава 21

Суд над кланом Абэ прошел довольно быстро и вердикт смерть центральной семьи клана, был ожидаемым. Единственное что пошло не по плану так это казнь, пришлось исполнять приговор мне, вместе с Тэймэй. Такова традиция, но все же мне было неприятно, как, впрочем, и Тэймэй. Средства массовой информации освещали эту казнь в прямом эфире, до решения суда, как и казни дожил только глава клана. Остальные подсудимые покончили с собой, Кенджо также, как и остальные умер от кровоизлияния в мозг, и это случилось сразу после его разговора с Эми. Яфа, как и десяток специально обученных манипуляторов пытались не дать убить самим себя членам клана Абэ, но их техника, которую они применяли для самоубийства была слишком быстрая. Так что получилось, так что кто хотел уйти от наказания уходил, быстро и безболезненно и с этим нам приходилось мириться.

Глава клана Абэ был лишен такой возможности легко уйти, вызвав кровоизлияние в мозг. Ему надо было добиться того чтобы вся вина, как и наказание были адресными, а не распространились на весь клан Абэ. У него не было причин что-либо скрывать, его дочь и жена уже были как несколько дней мертвы и всё что осталось значимого для него так это жизни членов кланов Абэ. Каким будет вердикт суда что будет вынесен коллегиально, знала вся страна заранее, влияние на разум владеющего каралось всегда смертью, для всех кто знал или принимал в этом участие. Знал об этом и Куро глава клана Абэ, но и была ещё одна тонкость в данном правонарушении, о которой никто официально никогда не говорил, но об этом знали все. Клану Абэ конец, ни о каких брачных договорах не могло быть и речи, несчастные случаи, а то и вовсе открытое вырезание членов клана при попустительстве властей вот что ожидало клан в ближайшем будущем.

Куро до последнего пытался добиться того чтоб официально в вердикте было сказано о том, что клан Абэ не может нести ответственность за действия его главы клана. Такие случаи были в истории, и это помогло бы избежать нападок на оставшихся членов клана Абэ, но не в этот раз. Все пятеро судей были едины в мнение что данное преступление совершил клан Абэ, глава клана должен умереть, а для членов клана что не знали о совершаемом преступлении, наказание будет определено лично императрицей.

К моему счастью, когда огласили приговор пятью владеющими которые были выбраны в качестве судей на всеобщем императорском съезде, в живых из десяти подсудимых остался только глава клана.

На площади у дворца императрицы поставили сцену, на которой и должна была пройти казнь. Куро стоял рядом со мной, ожидая появления императрицы, в трех метрах от нас стояла Яфа, что контролировала каждое движение и мысли Куро Абэ. По случаю казни я вновь одел свой бронекостюм с прикрепленными к нему плетями, не став одевать только шлем. Бледный глава клана Абэ повернулся ко мне и начал говорить без разрешения, Яфа не стала ему мешать в этом.

— Дэйчиро, ты, как и я должен понимать, что клан не виновен, не дай клану Абэ погибнуть. — Я не стал ему ничего отвечать так как наконец появилась Тэймэй и с хмурым видом начала подыматься на сцену.

На площади собрались тысячи людей, десятки камер в прямом эфире вещали на всю страну. Орсо подошёл ко мне и протянул подушку на которой лежал небольшой кинжал. Мои плети распяли Куро Абэ приподняв его над досками сцены.

Казнь главы клана Абэ прошла согласно традиции, кинжалом надрезав его грудную клетку я руками раздвинул рёбра рвя его мышцы, а Тэймэй вырвала сердце главы клана что еще находился в сознании. Подняв сердце над собой она и подержав его так на глазах у всех минуту, а после она кинула его в толпу что расступилась, образовав пустоту вокруг упавшего на землю сердца.

Традиция гласит что сейчас могли в открытую выступить против императрицы, если ты подойдешь и возьмешь сердце в руку. Да будет бой, и именно поэтому я и надел броню, неспокойная международная обстановка и внутренние волнения говорили о том, что ожидать можно чего угодно. Но всё прошло спокойно, никто не решился бросить вызов в открытую. Наверное, всё из-за того, что на площадь не смог прибыть новый посол империи Куртон, ему еще только предстоит предоставить верительную грамоту. А без неё его просто напросто не пустили на площадь, да и нам было спокойнее без представителя империи Куртон.

После казни жизнь начала потихоньку входить в спокойное русло, Эми перебралась обратно в столицу. И стала общаться с Кирсом Мори, практически постоянно, меня это не особо радовало. Особенно не обрадовало, когда она привела его на мои вечерние тренировки с Батусаем и Хазуми, она думала, что я впервые с ним познакомлюсь лично, но к сожалению, как Кирса, так и моему мы уже познакомились. Только об этом не узнает принцесса Эмилия.

Так мы договорились с убийцей, который растился для того чтоб убивать и был, по моему мнению, не лучшим вариантом для моей дочери. Но так бывает, что не самый идеальный человек с по локоть руками в крови может быть не плохим мужем. По крайней мере с Эми он бережен, а вот со мной он был откровенен. Я не раз перешел дорогу клану Мори за свою жизнь, и парочка членов клана смогли выжить после этого. Мой разговор с Кирсом после ночи, когда я с супругами наведался в клан Абэ, прошел на повышенных тонах, как итог, я ранен в грудь, а парень узнал насколько он может быть гибким в моих руках. И кажется усвоил урок, что не стоит меня злить, но и мне стало понятно то что он абсолютно серьезно намерен стать мужем Эми. Она для него тот лучик света из-за которого хочется радоваться каждому дню своей жизни, так как тебе светит этот лучик света и добра. И когда я вместо ответа на прошение о начале обсуждения о возможности брачного союза приказал ему исчезнуть с моих глаз так как никакой свадьбы не будет никогда, он молча атаковал. Неудачно так как я выжил и сломав свой любимый стол я немного помял незваного и назойливого жениха. Это осталось нашей небольшой тайной, так как если об этом оказалось бы известно то могли бы возникнуть проблемы, и я и он погорячились. Только мне грозит сора с кланом Мори, а Кирсу Мори смерть за нападение на меня.

Во время встречи на моей тренировке мы вели себя максимально доброжелательно, я показал ему как, по моему мнению, лучше двигаться пустотнику на поле боя. А он рассказывал мне, куда лучше всего сходить в столице не привлекая внимания, для отдыха инкогнито. Совместное чаепитие в беседке стало для меня целым испытанием, то как он выбрал место куда сесть, как расположил чашку чая чтоб в случае необходимости метнуть её в меня. Как держал палочки для еды, всё выдавала в нем подготовленного с самого детства убийцу. И это меня нервировало, я не хотел, чтоб Кирс был рядом с моей дочерью.

Всё же был у него и плюс, он вызывал улыбку на лице моей дочери, которой было тяжело от того что все что она чувствовало к Кенджо было обманом. Она этого старалась не показывать, и пыталась забыть все случившиеся.

Но я, как и Кирс прекрасно знали об этом, и в отличии от меня он то и прилагал все усилия чтобы моя дочь вновь расцвела и позабыла что все было обманом. Ну а я помог Эми тем что сообщил Кирсу если он попытается форсировать события я ему ноги переломаю. Надеюсь это спасет меня от преждевременных внуков, которых я буду ждать только после свадьбы, которая будет возможна только после достижения Эми двенадцатого дана.

Но не всё было так хорошо, как казалось на первый взгляд, несмотря на то что в империи удалось избежать волнений, в мире обстановка была накалена до предела. Поистине, важные схватки происходили в кабинетах, и я в этих боях практически не участвовал.

Кабинетные войны были полностью на Тэймэй, которой было очень нелегко, и ей требовалась поддержка. Хотя бы тогда, когда она отдыхала, а единственное время в сутках, когда она не загружена встречами, переговорами, и проработкой стратегий, планированием, была ночь.

Тэймэй стала чаще появляться в моём дворце, и пару раз даже засыпала в столовой так и не дойдя до моей спальни. Постоянные переговоры, повышенная ответственность, и понимание того что в любом случае будут тысячи жертв, давило неподъёмным грузом на мою венценосную супругу. И к сожалению, я не мог разделить с ней эту нелегкую ношу, и когда я нес ее спящую на руках то чувствовал вину перед ней. И вот сегодня был один из тех дней, когда императрица не дошла до моей спальни и, сев на одну из скамеек в коридоре уснула.

— Мы должны увеличить количество владеющих что пойдут в первой фронтовой линии. — Сквозь сон бормотала императрица. — Я сама пойду в первых рядах.

— Нет уж ваше высочество− Ложа на кровать прошептал я ей. — В первых рядах буду я, а ваше место в генеральном штабе.

Военные действия могли начаться в любой момент, и только гениальная политика лавирования Тэймэй спасала нас от войны всё это время. Айрат император империи Куртон слишком многое пообещал тем что поддержали его шаткое положение, и сейчас формально империя Куртон вместе с военным союзом десятка более мелких государств были в несколько раз сильнее нас, как в военной мощи, так и экономики. И элиты этих стран практически в открытую требовали начать войну им нужны были как новые территории, так и пустые, что станут рабами. Всё это могли они получить, и зачистив Дикие земли, но они понимали, что в этом случае нам будет удобно начать против них полномасштабную войну, которую на два фронта они не выдержат. Ну а в случае нападения на нас им надо было быть уверенными что большинство свободных городов не поддержат нас. И сейчас Тэймэй делала упор на то чтоб создать видимость того что Дикие земли немедленно начнут войну. В это же время она пыталась внести разлад между союзниками империи Куртон, а также договорится о создание нового военного союза в который будет входить наша империя.

— Дэйчи, — Утром меня расталкивала Тэймэй. — Дэйчи ну просыпайся!

— Зачем? — Лениво спросил я, взглянув в окно, через которое было видно только начавший разгораться рассвет.

— Ты забыл, что едешь со мной, на открытие города что восстанавливает клан Сиоко? — Спросила меня Тэймэй, и немного обиженно добавила. — И почему я одета?

— На второй вопрос отвечу так, я боялся тебя разбудить, а вот на первый. — Сонно потянулся я, окончательно просыпаясь, одним глазом наблюдая как Тэймэй скидывает с себя кимоно. — А я разве знал, что мне надо куда-то ехать?

— Дэйчи, об этом ты должен сам был подумать, и использовать как предлог чтобы встретится со своей любовницей. — Тэймэй скинув кимоно смотрела на меня с издевкой. — А разбудила я тебя так рано, потому что, во-первых, я выспалась, а во-вторых хочу быть уверенна в том, что ты на открытии обновленного города, не побежишь к своей любовнице, а будешь рядом со мной.

— Тэймэй я…− Попытался я высказаться о том, что всё не так, и я к Исиде не побежал бы, но мне не дали договорить, девушка словно кошка кинулась мне на грудь.

— Дэйчи вот не надо оправданий. — Строго произнесла Тэймэй и немного смущенно добавила− Вечером я всегда уставшая так что это утро наше!

Самолет императрицы нёс нас к морскому портовому городу что всего лишь два десятка лет назад блистал красивой архитектурой, множеством туристических отелей. А сейчас был разрушен и вместо полумиллионов жителей насчитывал едва ли пару тысяч жителей, но это было до того, как туда переехал клан Сиоко. Сейчас же там идёт стремительное строительство при помощи марионеток клана Сиоко. Тогшила с Хаосом и Харуки прекрасно понимали, что возрожденный город Такаяма, будет на пути возможных завоевателей. И потому усиленно рыли сейчас разветвлённые катакомбы в которых будут пережидать бомбардировки жители города. Но и наземная часть города отстраивалась по сохранившимися чертежам, но была одна проблема, с которой клан Сиоко обратился к императрице. До того, как приехал в город клан Сиоко здесь проживали несколько тысяч жителей, а сейчас просто некому жить в отстроенных домах, жители ушли из города. И присутствие Тэймэй на открытие города, должно помочь Сиоко привлечь в город жителей. Подданные империи не верили Сиоко, никакие заявления о том что ни одна марионетка ни один кукловод не навредит, не могли убедить подданных Тэймэй в том что эти чудовища не опасны.

Решить данную ситуацию могла только Тэймэй, да и пришло время для принятия кланом Сиоко прямого вассалитета. Который будет говорить о том, что клан Сиоко действует так как пожелала императрица. И моё присутствие на принятии вассалитета было желательным, так как любой подданный знал, что я вырежу клан, вне зависимости от того что меня с этим кланом связывает. Пустые почему-то были уверены в том, что я не дам их в обиду, и даже Орсо сказал мне что мое присутствие поможет привлечь в город многие десятки тысяч жителей.

— Дэйчи− Промурлыкала Тэймэй лежа на моей груди, — Ты решил проблему с возлюбленным Мисако?

— А что я могу сделать в этой ситуации? — Задумчиво ответил я ей, Мисако не захотела обсуждать свою проблему со мной, а просто уведомила меня о том, что ей необходим отпуск по состоянию здоровья.

— Принять его возлюбленного в наш клан− Потягиваясь произнесла Тэймэй взглянув в иллюминатор самолета− Осталось десять минут, жаль.

— Тэймэй я не очень понимаю, как Мисако поможет то что я приму в клан пустого, от этого он владеющим не станет. — Хмуро произнес я, видя хитрую улыбку на лице супруги, вновь что-то ускользает от меня.

— Не станет, но у Мисако будет причина перейти в наш клан, где ты как глава не будешь против её союза с пустым. — С усмешкой произнесла Тэймэй.

— Она не согласится. — Хмуро произнес я, так как уже обдумывал подобную стратегию, но пришел к выводу что Мисако по своей воли не перейдет в клан Шосе.

— А вот это уже не твоя забота, у тебя есть три замечательные супруги что всё сделают за тебя. — С снисходительной улыбкой проговорила Тэймэй словно прочитала мои мысли. — Тебе надо всего лишь принять в клан пустого, полноправным членом клана.

— Тэймэй это невозможно! — Воскликнул я так как знал полноценным членом клана пустой мог стать только в случае если его связывает кровь с кланом, и он привел в клан владеющего.

— А ты все законы и подзаконные акты за все императорские династии посмотрел? — С усмешкой произнесла Тэймэй демонстративно отвернувшись от меня и посмотрев в иллюминатор как самолет идет на снижение. — Я тебе не предоставлю готового решения, только подскажу, триста лет назад, была традиция, которая поможет как Мисако, так и её возлюбленному.

Оставив меня в задумчивости, Тэймэй пошла в отдельную гардеробную что находилось в её самолете, подготавливаться к встрече с кланов Сиоко.

Имперский гимн, ложь о том, что нам рады, клятвы верности, все навевало на меня отвращение к представителям южных провинций что собрались для приветствия императрицы. А вот клан Сиоко поступил ровно наоборот, военный строй, четкий рапорт по тому как восстанавливается город. Демонстрация построек, современный больничный комплекс, который отстроили для Харуки Сиоко, которая заявила, что лечить будет как пустых, так и владеющих. Особенно уделили внимание корабельной верфи, да простой, да маленькой, но она уже начала свою работу по изготовлению небольших кораблей.

Принятие вассалитета было назначено на следующее утро и так как мы прилетели практически под вечер. Показав нам город, и услышав от Тэймэй что она хочет отдохнуть то полк марионеток отодвинул назойливых представителей кланов южной провинции и сопроводил нас в небольшой дворец, который был построен кланом Сиоко для императрицы. У ворот небольшого дворца в траурно черном кимоно нас ожидала Исида Сиоко.

— Приветствую вас ваше величество императрица Тэймэй. — Произнесла Исида, выполняя недостаточно низкий поклон, так её округлившийся животик мешал ей исполнить поклон, который надо исполнять при приветствии императрицы.

— Исида я запрещаю тебе мне кланяться. — Хмуро произнесла Тэймэй, смотря на девушку, которую она явно не любила.

Конец двадцать первой главы.

Буду рад комментариям, даже отрицательным,

особенно отрицательным буду рад.

Не против если вы поставите лайк.

Глава 22

Море у города Такаяма постоянно согревалось теплым течением, и пока по всей империи наступали первые зимние холода, здесь было довольно тепло. Но прохлада наступающей зимы уже чувствовалась, в городе, и только у самого берега моря было ещё по-летнему тепло.

Наша поездка в город Такаяма слегка затянулась, с момента нашего прибытия прошло уже как целых два дня. Наслаждаясь по вечерам прогулками по пустынным пляжам, сложно было жалеть о том, что нам пришлось немного задержаться. Тэймэй наслаждалась пустыми пляжами, для неё это была редкая возможность не быть императрицей. Здесь у моря не надо было оцеплять километры вокруг, нет камер, вездесущих шпионов, на берегу моря на километры вокруг никого не было.

В городе была нехватка жителей и просто некому было отдыхать на обширных пляжах вокруг города поэтому мы были одни в вечернее время. А раньше ещё до войны с федерацией Гатсен, здесь был курорт, десятки тысяч подданных посещали Такаяму круглый год. И как рассказывала мне Тэймэй, найти не занятый пляж в любое время суток было проблематично, даже если отъехать от города на десятки километров.

Но недолго осталось пустовать пляжам, клан Сиоко в прямом эфире под прицелами сотен телекамер принял вассалитет. Уже на следующий день после принятия вассалитета, в город начали прибывать семьи пустых для уточнения условий проживания. Как рассказала Исида, все жители что недавно ушли из города, вернулись и около сотни новых жителей уже регистрируются в городском совете.

Бесплатное жильё, хорошо оплачиваемая работа, гарантия безопасности от самой императрицы, это всё очень сильно заинтересовало пустых. В империи были проблемы с численностью подданных, и Тэймэй пыталась улучшить демографическую ситуацию. Но для того чтобы численность подданных империи сравнялась с теми цифрами что были до войны с федерацией Гатсен должны были пройти десятилетия.

Городу также были необходимы и владеющие, клан Сиоко не сможет управлять и развивать город в одиночку. Это было очевидно и для Тэймэй, поэтому она пошла на беспрецедентный шаг.

И вот отсутствующие на пять лет налоги были уже интересны для небольших родов и кланов, но пока ни один из них не выразил желание поселится в городе, которым управляет вассал императрицы. Я был уверен, что небольшие рода и кланы немного обсудив переезд в новый город, все-таки начнут рассматривать Такаяму как постоянное место жительство. Ведь портовый город, может открыть не малые возможности как для торговли, так и обучения юных владеющих.

Клан Сиоко официально объявил о том, что лучшие владеющие их клана готовы обучать владеющих других кланов. Этот шаг был направлен на далекое будущее, для того чтобы появились связи между другими кланами, с владеющими тех же стихий. Новая кровь требуется постоянно и, зная о том, что Сиоко, имеет в своих рядах лучших манипуляторов, как в диких землях, так и в империи, ученики из других кланов будут посещать проводимые тренировки членами клана Сиоко. И эти тренировки послужат основой для общения молодежи, так и помогут членам клана найти себе супруга.

Сама церемония принятия вассалитета была проста, каждый член клана произнес клятву что была принесена императрице без каких-либо меток в разум владеющего. Тэймэй не потребовала внесение меток, или как их еще называли в древности клеймо подчинения. Во-первых, только безумцы полезут в разум членов клана Сиоко, особенно в разум Харуки Сиоко. Вторая причина была в ритуально нанесенном на флаг и внесенным в герб клана Сиоко знака императрицы. Предать, можно человека, Сиоко предусмотрели многое внеся в свой герб изменения. Предательство Тэймэй будет означать предательство своего же клана, она часть их клана, на такое редко кто шёл. И не было в истории этого мира что кто-либо предал того, кто внесен в герб клана. Некоторые традиции этого мира были сильно завязаны на религии, и хоть сейчас религия отступила на вторые роли, но этот шаг, был очень значимым. Считалось что сами боги должны были связать жизнь клана с тем человеком что вписан в их герб. Тэймэй теперь отчасти Сиоко, первая среди равных.

И это равная сейчас в лучах заката пытается поймать на нехитрую удочку нам ужин, зайдя по колено в воду и азартно смотря на нехитрый поплавок.

— Может все же применишь психокинетику и не будешь мучатся? — На меня даже не взглянули. — Тэймэй ну хотя бы просканируй внутренним зрением воду.

— П-ф-ф, ты ничего не понимаешь, не мешай. — Пробормотала императрица и побрела к другому месту, в котором как она наделась есть рыба что соблазнится на её нехитрую наживку. Уже второй вечер мы так проводим, императрица пытается сама поймать нам ужин, без применения силы, а когда понимает, что её попытки безуспешны, незаметно применяет психокинетику и крючком цепляет проплывающую рядом с ним рыбу. И самое забавное что мы опытным путем выяснили вчера, готовить в походных условиях она не умеет. А меня к готовке не подпускала, ибо, по её мнению, я всё испорчу.

Со вздохом я сел в медиативную позу на песке и вновь погрузился в мысли ведь пока она не станет пользоваться своими способностями ужина мне не видать. А всему виной была Исида, что в первый вечер, продемонстрировала свои навыки в искусстве кулинарии, и все что было приготовлено было сделано её руками.

Тэймэй именно после этого вспомнила что любила со своей мамой рыбачить, когда была маленькой, в то время в ней еще не пробудилась сила психокинетика и она хотела испытать тот же азарт что в детстве. Но к сожалению, без применения силы у нее ещё ни разу не получалось поймать ни единой даже маленькой рыбки. Так что мне оставалось ждать, пока венценосной особе наскучит и выловит из моря пару рыбин. А после мы приготовим их на костре, как было вчера, и они обязательно подгорят, будут ужасны на вкус. И я буду вновь счастлив.

Исида старалась помириться с Тэймэй и как я понимал, заслужить уважения, и в какой-то мере ей это удалось. Но не стоило показывать, а тем более намекать, моей венценосной супруге что Исида больше подходит мне как супруга. Не надо было говорить, Исиде о том, что, если она будет жить в императорском дворце там всегда будет царить домашняя атмосфера и уют. Тэймэй аккуратно поинтересовалась, а сейчас там нет уюта? Исида затруднилась ответить, и на этом их разговор с моим молчаливым участием был окончен.

Слава богам, мне пообещали не убивать Исиду, и теперь мы занимаемся рыбной ловлей. Которую надо ускорить, да это опасно, но я медитируя пытался силой манипулятора управлять стаями рыб что плавали в радиусе трёхсот метров от меня. Как я и предполагал, Тэймэй выбрала единственное на всем пляже место, где не было рыбы, они не хотели плыть к тому месту где находилась наживка императрицы. Пол часа я изо всех сил пытался подчинить своей воли морских обитателей, ещё немного и вода закипит от обилия рыбы. Но ни одна из них не хотела сама, соблазниться на дурно пахнущую в воде наживку

— Да! Я это сделала Дэйчи я поймала! — Ко мне неслась не императрица, прижимающая вонючую рыбу к себе, ко мне бежала девушка что смогла вновь на короткий миг стать той счастливой девчонкой которой была когда-то.

— Какая большая! — Улыбнулся я Тэймэй что дрожащими руками от переизбытка чувств с трудом удерживала полуторакилограммовую рыбину. — Тебя надо с ней сфотографировать на память!

— Некогда! Там сейчас целая стая, я ещё поймаю! — С горящими азартом глазами проговорила Тэймэй и положила рыбу в свою сумку из-под кимоно что стоила как сотни килограмм лучшей рыбы что можно было купить в империи. — Да я подсмотрела, но только тогда, когда вытащила эту.

— Да у меня даже в мыслях не было подозревать тебя в таком. — Начал было оправдываться я, чувствуя, что меня вот-вот раскроют.

— Хватит разговоров, ближе к делу, готовишь ты! — С хитринкой в уголках губ проговорила императрица. — И смотри чтоб она не сгорела у тебя, как в прошлый раз!

Смотря на гордо удаляющуюся венценосною особу к удочке, я смеялся. Оказывается, это я испортил вчерашнюю рыбу, ну да ладно пусть будет так, зато в её голове не промелькнула мысль о том, что именно я виновен в удачной поимке. Мы завтра уже возвращаемся в столицу, и кто знает, когда она вновь захочет окунуться в детство. И самое главное, когда у неё это получится.

Тревожный, тоскливый вой сирены начал доносится со стороны города, я видел, как с первыми звуками замерла Тэймэй с удочкой, так и не успев её закинуть в морские воды. Я видел внутренним зрением бежавшего к нам Креола, на грани моих сил я засёк Хаоса что несся к нам из города.

А пробирающий до костей вой сирены все становился сильней, и сильней, тревожный и тоскливый звук, от которого мое сердце стало замирать. Мне не нужны были объяснения чтоб понять, что именно случилось. Это не могла быть учебная тревога нам не могло так сказочно повезти, не в этой жизни.

— Пойдём, нам пора. — Тихо произнесла для меня Тэймэй и направилась к охране что уже выгнала на пляж нашу машину. На плече Тэймэй покоилась удочка, с аккуратно скрученной леской на ней.

Стремительно появившийся на пляже Хаос, остановился около машины и склонился в самом низком поклоне, который я когда-либо видел и, если бы не громоздкая броня он склонился бы еще ниже.

— Ваше императорское высочество позвольте доложить. — Так и не разогнувшись проговорил Хаос Сиоко.

— Уважаемый, воин, прославленный многочисленными схватками, Хаос сын Тогшила и Харуки Сиоко разогни свою спину. — Практически безэмоционально произнесла Тэймэй, сжимая в левой руке удочку, в кимоно на которой виднелась чешуя от пойманной ею рыбы. — Мы не на официальном приёме, разогнись и доложи по уставу, который я уверенна ты знаешь.

Тэймэй по-доброму улыбнулась Хаосу что разогнулся одновременно с последними словами императрицы.

— Ваше величество, в соответствие с вашим указом, на всей территории империи объявлена противовоздушная тревога. — Чеканя каждое слово докладывал Хаос. — Из столицы поступил приказ объявить боевую готовность противовоздушных комплексов, любой летательный аппарат должен быть сбит, вне зависимости от того какие опознавательные знаки на нем и какие могут быть жертвы среди гражданского населения.

— Благодарю вас Хаос Сиоко, готов ли город Такаяма выполнить приказ? — Спокойно проговорила Тэймэй, она не спешила так как знала, что нервы тут не помогут, а приказ был дан на крайний случай. Над всей территорией империи запрещены любые полеты, кроме конечно дежурных истребителей в которых находятся лучшие психокинетики либо пустотники, для гарантированного уничтожения любой цели которую они смогут обнаружить.

— Дежурный истребитель уже на взлетной полосе, дежурный владеющий первой смены двенадцатидановый психокинетик Тогшила Сиоко. — Отрапортовал Хаос.

— Хвалю, а теперь прошу меня извинить за преждевременное убытие, я благодарю клан Сиоко за гостеприимство− Тэймэй лишь слегка в благодарность за гостеприимство, поклонилась Хаосу.

В машине нас ожидал уже развернутый доклад из столицы, водителя заменил Креол, так как управлять машиной на таких скоростях мог только владеющий обладающий внутренним зрением. Мотор машины издал натужный рёв понеся нас по пустынным дорогам города Такаяма.

Проезжая мимо небольшой площади уже перед самым выездом из города, я увидел, как спешно разворачиваются противовоздушные системы. Ракеты что были направлены в небо, внешне ничем не отличались от тех что были на вооружение уже десятки лет. Но я сразу распознал в них наши последние разработки, те что официально еще не производятся, а на деле потихоньку без лишнего шума уже как год находятся на вооружении армии.

Тэймэй полностью погрузилась в планшет с докладом из столицы от Орсо, и дежурного генерального штаба. Защищенная линия была в каждом городе и именно из неё был загружен рапорт генерального штаба. И так как планшет был одним мне пришлось ожидать пока прочтёт Тэймэй, и я смотрел в окно, у самого аэропорта на взлётной полосе которого уже стоял наш самолет мне всё же передали планшет с рапортом.

С первых, слов что я прочёл пришло понимание что все вот она и пришла. Внезапно, но мы были к ней готовы и потому столица ещё не в руинах. А Первая линия обороны выдержала, хоть и была практически полностью уничтожена, потеряна связь с четырьмя десятками кораблей что и были первой линией противовоздушной обороны империи.

На время мне пришлось отложить планшет, так как пора было переходить в самолет, но первым к самолету ринулся Креол. Он, коснувшись фюзеляжа самолета простоял с закрытыми глазами пару секунд, выполняя особые инструкции в случае чрезвычайной ситуации. И только после того как он проверил каждую заклепку самолета, он с поклоном обратился к ожидающей Тэймэй.

— Ваше величество самолет исправен и полностью безопасен− Доложил Тэймэй, Креол.

Нас никто не провожал, а охрана аэропорта даже к нам не приблизилась, общая моя с Тэймэй охрана сейчас насчитывала пятнадцать владеющих, и у них был приказ. Доставить императрицу живой в столицу любой ценой, и теперь они имели полное право атаковать любого, кто, по их мнению, может быть опасен для жизни и здоровья Тэймэй. Есть также и пункт о том, что они имеют право атаковать и меня, а также любого члена клана Шосе исключая принцессу Эмилию.

— Ты дочитал? — Спросила меня Тэймэй как мы только сели в самолет, и он начал подниматься в воздух.

— Нет не успел. — Спокойно проговорил я, протягивая ей планшет — Мне надо сейчас подстраховать Креола, так что пока мы не прибудем в столицу мне лучше сконцентрироваться на нашей безопасности.

— Нас уже сопровождают шесть самолетов в кабине каждого из них сидит двенадцатиданновый психокинетик. — С грустной улыбкой проговорила Тэймэй. — Если не устоит их защита нам уже ничего не поможет, так что спокойно дочитывай, а мне не мешай.

Тэймэй положила свою головы на мои колени и взяв мою руку положила её на свои волосы

— Гладь. — Толи попросила толи приказала императрица, и как только я начал аккуратно, и очень нежно гладить она закрыла глаза и начала проваливаться в сон. А я вновь начал читать рапорт.

Двадцать три корабля передали о том, что сбили около ста ракет что летели в сторону столицы. Сколько всего было ракет пока было не известно, далее корабль за кораблем сообщали о том, что на них совершено нападение. Каждый из потерянных кораблей выполнил свой долг, пока нет данных что какая-либо ракета противника достигла империи. Также нет данных о облаках яда, но если информация с уничтоженных кораблей верна, то сейчас в море стоит плотная пелена вещества что безопасно для людей, но является антидотом для яда что использует империя Куртон.

Асоко Идако постаралась на славу, а проведённая тайная модернизация сокрыла тот факт, что в каждой ракете есть антидот. Который при детонации ракеты не уничтожается, а разносится взрывом на огромное расстояние и взаимодействуя с кислородом, мгновенно формирует туман. Что по виду, цвету, и даже отчасти по составу напоминает яд. Но таковым не является, его задача уничтожать любые яды, и он должен справиться со своей задачей. Наши враги умоются кровью, я говорил императору Айрату, что не стоит на нас нападать. Пощады не будет никому!

— Дэйчи− Немного сонно тихо произнесла моя супруга беспокойно заворочавшись и устраиваясь на мне поудобнее. — Ты перестал меня гладить.

— Прости задумался. — Тихо произнес я продолжил нежно гладить венценосную особу что пыталась немного отдохнуть перед чередой совещаний.

— Мне не нравится то как ты думаешь, люди не виноваты в тех ошибках что совершают правители. — Сквозь сон проговорила Тэймэй. — Минимизировать жертвы надо с обеих сторон, и не прекращай меня гладить.

Она тихо сопела и каждый раз вздрагивала, когда я медлил, или боясь разбудить переставал гладить свою венценосною супругу. До столицы было три часа полета и все это время та что будет отправлять на смерть тысячи, мирно спала. Перенервничав от того что ей предстоит сделать. Не бойся любительница рыбачить, я взвалю часть забот на свои плечи, и мы еще вернемся на пляжи города Такаяма. И я вновь увижу ту по-детски счастливую улыбку.

Конец двадцать второй главы.

Буду рад как лайкам так и комментариям.

Глава 23

Встревоженная столица встретила нас первым снегом, зима пришла в империю окрашивая всё в белые тона. С неба крупными хлопьями медленно падал снег, оповещающий о том, что зимние праздники совсем близко, только вот не было сегодня у подданных империи праздничного настроения. Тэймэй ещё в самолете разрешила Орсо оповестить подданных империи через средства массовой информации, о случившемся. По её мнению, оставлять в неведении сейчас народ это преступление.

Сразу же из аэропорта мы направились в генеральный штаб, в котором ожидал Тэймэй генералитет для разъяснения сложившейся ситуации. Генералитет имел своё видение, но им мешали инструкции что написала Тэймэй, и не могли сами нанести ракетный удар по империи Куртон. Приказа об нанесения ответного ракетного удара так и не поступило от Орсо замещающую Тэймэй, так и от самой императрицы его не было.

Вначале тринадцать генералов поочерёдно доложили, как императрице, так и мне как её первому доверенному лицу, о состоянии и боеготовности наших армий. Все было очень неплохо, не было и намека на панику, флот уже формирует боевое звено, которому предстоит конвоировать транспортные корабли с войсками. Бронетехника уже готова к использованию, как, впрочем, и все регулярные войска, владеющие уже горят желание вступить на военную службу. И только генерал командующий ракетными войсками высказал прямо своё недовольство, тем что им не дали приказ нанести удар по империи Куртон и её союзниками новейшими ракетами с модифицированным ядом в боевой части. Потерю кораблей и гибель личного состава генерал Сусими Катсо, воспринял как личную трагедию.

Орсо как глава внешней разведки доложил о флоте противника что уничтожил наши сторожевые корабли несшие системы противовоздушной обороны. Вражеский флот, не стал продвигаться к нашим берегам, понимая, что будет полностью уничтожен если мы будем иметь его точные координаты. Информаторы из империи Куртон были не доступны, известно только о том, что империя Куртон, как и её союзники объявили военное положение в связи с тем, что мы напали на них. Любая связь с вражескими государствами была на данный момент невозможной, но всё же мы смогли получить сигналы о полном уничтожении нашей разведывательной сети.

Орсо также порекомендовал нанести немедленный ракетный удар по ключевым городам как союзников, так и самой империи Куртон

— Нет, ответной массированной ракетной атаки не будет. — Жестко и решительно произнесла Тэймэй на военном совете выслушав всех генералов и главу внешней разведки. — Собирайте флот, мы пойдем военным походом на империю Куртон, но не как палачи, а как освободители народов.

— Но ваше величество мы смогли бы минимизировать потери среди наших войск, один массированный удар по ключевым объектам помог бы нам приобрести преимущество в численности армий. — Проговорил недовольно адмирал южного флота Сэенко Тамакаюти, прекрасно осознавая, что именно ему придется обеспечить безопасный коридор для основной массы десанта что будет находится в транспортных кораблях.

— Генерал Тамакаюти, а вы считаете, что миллионы уничтоженных невинных, это достойная плата за уничтожение тысячи солдат? — Спросила Тэймэй и не дождавшись ответа от понявшего свой просчет генерала, продолжила. — Я не отказываюсь от применения яда, но его применение должно быть точечным, а войска и важные объекты будут прикрываться многоуровневой защитой ПВО. Так что потери от массированного удара в основном будет нести гражданское население, в то время как военные практически не пострадают.

— Я согласен с вами ваше величество. — Произнес генерал бронетанковых соединений Акарусе Исэя. — Тогда у нас есть только один путь, идти в наступление и использовать ракетный удар только при необходимости, но мне недоступна информация по количеству переносных ракет с нейтрализатором яда империи Куртон.

— Господа, Орсо вам предоставит всю информацию, которую мне к сожалению, приходилось держать в тайне от вас. — Тэймэй встала, и все остальные встали с ней одновременно. — Всю подготовку я возлагаю на вас, а мне пора подготовится к объявлению войны империи Куртон.

Услышав принципы, которым придется придерживаться генералитет, на основе новой для них информации взялся за проработку новой стратегии, в которой нет место тактики выжженной земли. Я поддерживал Тэймэй в не самом правильном решении, как считал генералитет. Они хотели, нанеся ответный удар смести с лица земли, слабых союзников империи Куртон. Которые не имели развитой противоракетной обороны. Не раз за прошедшие года они просили императрицу изменить яд что несли боеголовки ракет. Считая, что туман что образовывал яд, не должен так быстро разлагаться, особенно под влиянием солнечных лучей. Они хотели, чтобы наше оружие было похоже на оружие империи Куртон что могло перемещаться и уничтожать всё живое на своём пути. Но императрица не позволила сделать это и действие нашего яда осталось неизменным. То, что именно Асоко Идако стоит как за изготовлением яда, так и его разработкой оставалось тайной, знали, что она участвует в разработке, но не то что она является ключевым человеком. А количество яда, как и нейтрализаторов и ракет что несут их в себе, было и вовсе информацией которую доподлинно знали только два человека, Орсо и сама Тэймэй.

Тэймэй была прекрасна в своем алом кимоно стоя на балконе устланным только что выпавшем снегом, её освещали первые лучи разгорающегося рассвета. Хмурый взгляд Тэймэй бродил по площади у дворца императрицы, где, не смотря на ранее время уже собрались тысячи подданных. Они уже знали о нападении на наши корабли и о сбитых ракетах что несли в себе смерть для миллионов имперцев. Они пришли чтобы услышать лично то что навсегда изменит их жизнь. Пустые разговаривали с владеющими и что удивительно те не смотрели на них с высока, все знали, что перед смертью все равны.

Громыхая своим парадным бронекостюмом, я вышел на балкон и встал строго за Тэймэй, а плети что и отличали парадный бронекостюм от непарадного, имели алый цвет, как и кимоно императрицы, плети не спеша расправились и оплели весь балкон. С моим появлением на площади воцарилась тишина, люди словно зачарованные смотрели как кроваво красные плети скользят в белоснежном снегу.

— Мне страшно. — Тихо проговорила Тэймэй в нерешительности нажать на кнопку включения микрофонов, которую сжимала в своих руках.

— Не бойся я рядом, и всегда готов принять удар за место тебя. — Я попытался аккуратно положить свою руку на её плечо и мне это удалось. Тэймэй погладила мою окованную в метал руку и слегка хлопнула по ней своей ладошкой давая мне знак убрать с её плеча мою руку.

— Это то меня и пугает− Вздохнула Тэймэй и нажала на кнопку включения микрофонов и её речь начала разносится по всей империи.

Её голос разносился по миллионам домов, где у экранов телевизора с замиранием сердца собрались миллионы подданных, как пустых, так и владеющих. Вся империя несмотря на ранее время уже знали о атаке которой подверглась наша страна.

Все знали, что скажет императрица и боялись её слов, но понимали, что по-другому быть не может.

Люди молча собирались в своих домах, мужья прощались со своими женами и детьми, сыновья прощались со своими родителями, дочери сменили свои платья и кимоно на военную форму и смотрели грустно на оставающихся дома родителям. Матери давали последние указания своим детям и тому, кто останется вместо неё дома приглядывать за домом и детьми. Это другой мир здесь насмерть стояли не зависимо от пола и возраста. Каждый из них теперь ожидал перед телевизором или на площади под балконом дворца императрицы, только одного, им было безразлична вступительная речь.

— Я императрица Тэймэй, действуя во благо своей страны и моих подданных, объявляю войну империи Куртон и сделаю всё для уничтожения врага, который посмел подло напасть, без объявления войны, и оружием что убило бы миллионы невинных. — Её голос не дрожал, и на лице не было видно того что она нервничает, но руки которых не видел никто кроме меня выдавали её. Нервно сжимая кнопку включения микрофонов, Тэймэй сохраняла только внешние спокойствие, и еле справлялась с той бурей что бушевала внутри неё, её руки слегка подрагивали.

— Я всегда была за мир, и всеми силами пыталась сохранить его, но империя Куртон уже около пяти лет вынашивала планы по молниеносному удару, а затем вторжению и разорению нашей родины. — Тэймэй на мгновение замолчала, а затем улыбнулась прямо в направленные на неё камеры. — Но у них не получилось, я за мир, но всё это время готовилась к войне, и теперь эти твари дрожат от ужаса ведь теперь мы идём на войну и пощады нашим врагам не будет! Победа будет за нами!

Речь императрицы была небольшой, но имела огромные последствия, военный режим что с этого времени теперь властвовал на территории империи, отменил любые выборные органы. И с этого момента если бы кто-либо осмелился выступить против объявленной войны, то автоматически становился предателем. Сейчас не было месту рассуждению о том хорошо поступила императрица или нет. Да послы стран что входили в военный союз с участием империи Куртон, после выступления умоляли дать им время чтобы объяснить случившиеся. Их страны отмалчивались, а империя Куртон и вовсе разорвала любые связи объявив своего посла в нашей стране предателем. При этом все страны, что входили в военный союз казнили представителей нашей империи. Как доложил Орсо это было сделано сразу после пуска ракет, что показывало уверенность руководства что мы не выживем.

И теперь эти страны не знали, что делать, Тэймэй сказала правду те что напали на наши корабли и пытались нанести ракетный удар были в ужасе. Противоракетная оборона отработала так что не запустив с суши не единой ракеты все смертельное оружие империи Куртон было уничтожено ещё в море. Основные силы противоракетной оборы империи всё-таки базировались у сухопутных границ империи, и только малая часть была на отдалении от границ империи в море. По подсчетам аналитического отдела Орсо было уничтожено от семидесяти до девяносто процентов всего арсенала военного союза, со смертельным ядом. А наши ракеты были сохранены, и когда мы прилетели в столицу то стоял вопрос о том, чтобы немедленно нанести ответный удар. Но Тэймэй была непререкаема, я вот не знал бы как поступить, а она знала.

В императорском дворце было непривычно много людей, все куда-то спешили, работники пытались привести дворец в парадный вид. На площади у дворца выстраивался мой личный полк несущих на груди знак демонов. Они ожидали что я поведу их в бой, а я в этот момент проводил совет клана Шосе. Что был против того чтобы я участвовал в этой войне, но они понимали, что я необходим войскам и у меня нет иного пути. И так как в войска я отбывал через пять часов то спешно накладывал при поддержке совета запреты для Эми, Хазуми и Батусая, на участие в боевых операциях вооруженных сил империи. Они не были готовы, так думал я и мои супруги что были очень недовольны тем что моя жизнь подвергнется опасности. Но вот мнение этой юной троицы было прямо противоположным, и мне пришлось заручится поддержкой Тэймэй что лишь на минуту появилась в саду где я проводил совет. Она посоветовала молодежи не злить доброго главу клана, а не то она накажет непослушных детей, оставив на моей щеке еле видный след ярко алой помады она удалилась. И перед самыми дверями сообщила Чихеро Яффе и Амайи, что мое участие в первых рядах в военном походе уже объявлено по всем каналам империи.

Но не только я буду служить в армии, каждая из моих супруг, это в первую очередь воин, а уже потом прекрасная женщина, мать, и все равно оставаясь убийцей.

Каждая из них будет участвовать в этой войне, Яфа вместе с Харуки Сиоко и кланом Абэ, будет создавать передвижной комплекс ферм. На который будет возложено функция изготовления из захваченных пленных, марионеток, что будут отдавать свои жизни ради нашей победы. Чихеро будет командовать особым отрядом зачистки, сформированный из сильнейших распадчиков. А наш бравый генерал Амайя будет присматривать за юными членами клана Шосе, пусть сперва родит нашего сына, а потом подумаем, когда она вновь сможет выйти на боевую операцию либо командовать войсками.

До аэропорта меня не стали провожать, не было здесь такой традиции среди владеющих, где каждый был в той или иной степени воином. Да и в аэропорте меня никто не ждал толпу журналистов ко мне не подпустили. Уже около самого трапа я развернулся к своей молчаливой двойке охранников что практически всегда тенью следовали за мной.

— Ну что пора прощаться? — Спросил я Кастона и Креола. — Мне больше не потребуется телохранители.

— Господин Дэйчиро, вам все равно потребуется тот, кто прикроет вашу спину, — С улыбкой проговорил Креол, — Да и это моя последняя война, в которой я буду учувствовать, даже если вы против моей компании, то прошу вас доставить меня до порта где я вступлю в армию в качестве полкового психокинетика.

— Креол я буду рад если ты будешь молим соратником. — Только успел я проговорить, как засек что на огромной скорости к самолету несется машина с опознавательного знаком клана Шосе.

— Господин Дэйчиро мне надо проститься с Ишо. — Хмуро проговорил Кастон− Она не простит мне то что я покину её не попрощавшись. И только после этого я прибуду в тот отряд где вы будете проходить службу.

— Я понимаю Кастон. — Проговорил я, смотря как из машины выходит Эми неся в руках небольшой сверток.

Самолет неспешно взлетал со взлетной полосы, а я все сжимал переданный дочерью продолговатый сверток. Столько лет прошло, когда-то его сжимали руки Изамы, первый меч что изготовила моя мама впервые будет применен в бою. Дед отметил тогда что в близи это будет прекрасным оружием, но только для высокорангового физика. И только в тот момент, когда у него не будет иного оружия, я помню ту печальную улыбку на его лице, когда он сказал, что время мечей прошло и они просто символ былых времен.

Каори смогла выйти на связь со столицей только когда я уже направился в аэропорт, и я не смог поговорить с ней, и не понимал зачем она попросила Эми передать мне этот меч. Да он хорош, он мог нарезать танковую броню словно она была сделанная не из высококачественной стали. Но в современных реалиях, он был бесполезен, как и говорил Изама. Эми также не могла ответить, так как просьбу Каори передали через офицера связи из генерального штаба.

Меня несказанно радовало, то что порт Каори пока не подвергся нападению, но связь с ним была затруднена, и именно поэтому, я сильно переживал за своих родных, что не пожелали покидать опасное место. Ведь теперь империя Куртон может начать обстрел тех территорий, у которых более слабая противоракетная воздушная оборона. Я в любой момент мог получить информацию о том, что порта Каори более не существует. В любой момент моих родных может не стать, и я ничего не могу сделать чтоб этого не случилось.

— Господин Дэйчиро разрешите обратится — Проговорил Креол, присаживаясь на против меня.

— Креол, просто Дэйчиро, и не надо просить разрешения чтоб заговорить со мной. — Проговорил я, убирая в сторону сверток с мечом в ножнах на сидение рядом со мной.

— Дэйчиро− Улыбнулся Креол, глядя словно зачарованный на сверток что я отложил на сидение и указав на него рукой с трепетом проговорил. — Не могли бы вы мне показать его.

— Креол это просто меч. — Проговорил я беря вновь сверток в руки и снимая шёлковую черную ткань в которую был завернут меч.

— Когда-то да, это был просто меч, до перековки. — Проговорил Креол, принимая в свои руки меч, который он не осмелился обнажить. И как только он его коснулся он протянул мне его обратно. — Вы просто не знаете, как им пользоваться.

Глава 24

Часть первая

Маленький катер океанического класса ревя мотором несся на бешенной скорости по морским волнам пытался догнать огромный флот империи Куртон. Который и не думал сбавлять скорость и пойти на сближение, наш катер не давал флоту перестроится или занять выгодную позицию. Им постоянно приходилось действовать с оглядкой на наши действия. Нашей задачей было постоянно нервировать огромные военные корабли, которые знали кто и что, находится на нашем катере и не безосновательно боялись, что мы способны уничтожить их. Командир моего отряда все время покрикивал на матросов и капитана нашего катера, требуя увеличить скорость.

— Вы сухопутные крысы, тупицы безмозглые! Выжмите из этого двигателя всё что можно, и пусть он разгонит эту жалкую посудину! — Кричал пустотник который был совсем недавно моим телохранителем, но сейчас стал моим командиром по крайней мере лишь до того момента как мы достигнем берегов федерации Гатсен.

— Да не ори ты так Кастон! — Недовольно прокричал Креол, переходя ближе к носу катера, на конце которого под брызгами воды сидел я. — Ты мешаешь сконцентрироваться психокинетикам!

— Дэйчиро то я не мешаю! — Пытаясь перекричать ревущий двигатель проговорил Кастон.

— Так он и не отрядный психокинетик! Он состоит, как и ты в ударной группе! — Не удержался Креол, не проходило и часа что бы старик не пытался поддеть того, кто официально был нашим командиром. Напоминая ему о том, что тот по сути и не командир, а всего лишь отрядный пустотник. — Кастон, команда катера и так делает всё возможное, и твои оскорбления, оскорбляют всех, членов отряда, а не только матросов и капитана.

— Это и не оскорбления, это я так их подбадриваю! — Прокричал Кастон направляясь в моторный отсек, при этом недовольно бурча себя под нос. — Эта война должна окончится как можно быстрее, чтоб я вернулся к Ишо.

— Креол, не надо его нервировать — Спокойно проговорил я, когда чернокожий пират скрылся с палубы, тем временем я разгонял по мышцам кровь, проводя незаметную для многих тренировку под контролем Креола что следил сейчас за моим состоянием внутренним зрением. — Он страдает от разлуки с любимой.

— Ему полезно понервничать меньше будет вспоминать о невесте, а вы господин Дэйчиро не отвлекайтесь, занимайтесь подготовкой, вам надо скорее переходить к тренировкам с мечом. — Угрюмо проговорил Креол, садясь рядом со мной в позу для медитации при этом не замечая качку.

Все свободное время я посвящал тренировкам, а именно перестроению и тонкой настройки своего тела. Моя тактика боя меня никогда меня не подводила, я не боялся получить ранения или идти на риск. Но мой новый наставник, Креол, был прав я умру, встретившись с равным по силе противником. Идя на пролом я рано или поздно, поймаю удар, от которого невозможно будет ни увернуться не спастись броней. И только постоянный поиск своего пути в бою, поможет мне избежать смерти, конечно если я не начну избегать сражений. Постепенно входя в состояния покоя, я начал погружаться в свои воспоминания, Креол предупредит меня, заранее на сколько это возможно если начнется сражение двух флотов.

Кастон прибыл в порт, с которого я убывал со флотом, через пять часов как я сам прибыл вместе с Креолом в порт. Лицо чернокожего пирата, было слегка поцарапано, а на шее словно клеймо, был свежий укус, который затмевала белоснежная счастливая улыбка Кастона. Прощание с невестой у пирата прошло так что он, толком даже разговаривать не хотел, а всё время глупо улыбался, смотря на море или небо. Весь его вид говорил о том, что он только телом здесь, а мыслями и душой, он всё ещё в столице.

Несмотря на мое звание лейтенанта которое вновь забыли повысить, меня пригласили в штаб формирующегося флота. И именно там я предложил, что первым будет идти во главе флота быстроходное судно, с сильным отрядом, из высокоданновых владеющих. Также на судно я предложил установить ракеты с ядом, и обеспечить антидотами как от нашего яда, так и яда империи Куртон.

— Вы предлагаете сформировать отряд смертников? — Спросил меня адмирал южного флота Сэенко Тамакаюти. — Я не отрицаю что данная тактика поможет нам уберечь часть флота, так как первый удар будет направлен на это судно. Но кто из владеющих согласится так рисковать своей жизнью? Кто будет командовать отрядом владеющих на судне?

— А моя кандидатура вас не устраивает? — Хмуро поинтересовался я.

— Ваша да, вы ничего не смылите в морских сражениях, и пренебрегаете любой не прямолинейной тактикой. — Проговорил адмирал южного флота Сэенко Тамакаюти. — Я не собираюсь подвергать вашу жизнь опасности, императрица будет недовольна если вы пострадаете.

— Адмирал, императрица будет недовольна если пострадает флот, а моя жизнь, принадлежит мне, и мне ею распоряжаться. — Мои слова заставили улыбнуться присутствующих генералов. — Я предлагаю кандидатуру Кастона Шосе, в командиры отряда смертников, в котором я буду проходить службу.

— Когда пират стал членом клана Шосе? — Удивленно спросил, адмирал− Меня об этом не уведомили.

— Я как глава клана Шосе вас не обязан уведомлять о своих внутриклановых решениях. — Произнес я, вставая со своего места, решив, что мое участие в совете больше не требуется. — Прошу вас рассмотреть моё предложение, и уведомить меня о вашем решение. Разрешите удалится?

— Разрешаю — Хмуро проговорил адмирал — Господа генералы, предлагаю продолжить обсуждение без участия вечного лейтенанта.

Последовавший после собрания небольшой скандал с Кастоном, был довольно неприятным, но этот разговор всё равно рано или поздно должен был произойти. Он пират, бывший смертник, он враг империи, о какой официальной равноправной свадьбе могла быть речь? Да он мог бы влиться в клан своей супруги, но так бы никогда и не стал полноценным членом клана. Как, впрочем, и полноправным членом общества, а сейчас даже без принятия его в члены моего клана, официально, он мог стать офицером флота её величества. И с того момента, когда он получит приказ, о его становления командиром отряда, он может создать свой независимый род. Если конечно в этом начинании его поддержит будущая супруга, и Ишо не будет против разрыва отношений с её кланом.

После этой войны если мы выживем, и победа будет за нами ни у кого даже мысли не будет возникать, назвать Кастона неполноценным членом общества. Я с трудом смог его убедить в том, что я не замыслил ничего плохого и не набираю таким способом, перспективных владевших в свой клан.

Небольшое судно для отряда было найдено и приготовлено быстрее чем был сформирован сам отряд, и поступил приказ о возведение бывшего пирата в должность командира отряда и присвоение ему звание капитана. Катер принимал я с Креолом, и мы же проводили инструктаж двум матросам и капитану, назначенному на судно, что было изъято со склада законсервированного имущества императорской семьи.

Управляющий домом императорской семьи что находился недалеко от портового города практически с боем прорывался ко мне, и постоянно кричал о том, что у него поручение от самой императрицы. Ну а на деле вышло что ему поступил приказ из столицы оказать мне всю возможную помощь в подготовке к отбытию.

Катер был подарен императрице Хаоне около пятнадцати лет назад и не разу не было использован, да и не походил данный катер на простое прогулочное судно. Два установленных пулемёта, торпедные установки, мощный двигатель, всё намекало на то что подарен он был с определенным посылом и точно не для веселых прогулок по морю.

Когда двое матросов вместе с капитаном, назначенным на этот судно, смогли спустить на воду красного цвета катер и запустить мотор. То на пристани собралась огромная толпа, как солдат, так и жителей порта, и это было немудрено. Золотом нанесённый на борту знак императорской семьи, слишком многое значил для подданных империи. Их немного разочаровало то что на катер поднялся я, а не императрица Тэймэй или принцесса Эмилия. Я всего лишь Шосе, но главное было то не кто находится на катере, а то что судно императорской семьи возглавит флот. Новость об этом разлетелась по всей империи несмотря на секретность.

Формирование отряда и выход в море заняло всего лишь десять часов, кроме чернокожего командира в черной форме без отличительных знаков, входило ещё двенадцать человек. Два матроса, и капитан катера, отвечали за судно и почему-то постоянно норовили отчитаться мне, а не Кастону. Разведывательная часть нашего отряда состояла из трех молчаливых психокинетиков у которых была лишь одна задача проверять морские глубины и следить за небом. В их обязанностях не было и слова о защите катера, их первоочередная задача это докладывать командованию флота о том что они обнаружили внутренним зрением. Они не подчинялись Кастону, и прислушивались только к Креолу, что также, как и я был в ударной группе. Ударную группу усилили ядовиком и двумя огневиками, что со страхом посматривали на меня, как на главную ударную силу в случае возникновение возможности взять корабль врага на абордаж. Я также был ответственен за три небольшие ракеты, что находились на нашем катере. Одна была с ядом, а две с нейтрализатором яда как нашего так империи Куртон.

Два дня как мы шли прямым курсом на федерацию Гатсен, всё это время нас практически конвоировала лишь небольшая часть огромного флота, который возглавляла империя Куртон. И всё равно эта часть была в разы больше нашего флота, а по огневой мощи орудий и вооружения, они превосходили нас в десятки раз. Война была объявлена, но не было разрешения начать схватку, вот почему нервничал Кастон. Мы постоянно то приближались к кораблям империи Куртон то отставали от них возвращаясь к своей группе кораблей.

Уже третий день мы играли с флотом империи Куртон в догонялки, а за нашим катером на удалении не более десяти километров двигался наш флот. Сперва на предельной скорости за нами шли тральщики, и только потом боевые корабли, за которыми неспешно двигались транспортные корабли, и сухогрузы что составляли большую часть нашего флота.

Сейчас бои проходили в кабинетах столицы, мне из штаба флота приходили постоянные отчеты о состоянии дел, и о том, что война еще и не началась. Сейчас пытаются любыми способами урегулировать случившиеся, предлагая императрице Тэймэй, деньги земли, да что угодно чего бы она могла бы пожелать лишь только чтоб был заключен мирный договор. И только поэтому нас ещё не атаковали, надеясь на то что войны еще можно избежать. Нашим врагам, сейчас было очень неуютно от осознания того что по военной мощи мы равны. Они никогда бы не пошли против нас если бы не были уверены в своей безнаказанности.

— Дэйчиро залп! — Взревел Креол, прерывая мои воспоминания.

Не говоря ни слова, я активировал внутреннее зрение и плетью привел в боеготовность ракету, с антидотом. Осталось только запустить её, за наведение и попадание в нужную точку отвечала тройка психокинетиков что негласно считали своим командиром более опытного Креола. Мне надо было всего лишь обеспечить первоначальный контроль психокинетикой, и принять решение о запуске.

— Запущенно шестнадцать ракет, одна летит в нас, определить в что в боевой части не имеется возможности. — Практически без эмоционально проговорил один из психокинетиков явно выходя на связь с манипулятором, который находится в группе кораблей, следующих за нами. Нам не сообщили что один из психокинетиков является двух стихийником.

Сразу после того как проговорил психокинетик, я решил, что пора, две ракеты сорвались с палубы нашего катера и устремились в воздух. Обе ракеты с антидотами от ядов, так как я был уверен, что нас сейчас начнут накрывать облака ядовитых туманов

— Корректировать ракеты любой ценой! — Взревел я, одновременно наконец увидев внутренним зрением ракеты о которых говорил Креол. — Кастон сбросить скорость!

Толчок от изменения скорости катером, совпал со взрывом прямо над нами первой ракетой выпущенной со стороны флота империи Куртон. Ярко зеленоватое облако начала моментально расширяться, как только появилось. За секунду она уже достигло более километра в радиусе и все расширялось с ужасающей скоростью. Я знал, что как только оно достигнет максимального значения, этот туман начнет опускаться, убивая всё что попадется на его пути. И сейчас была надежда только на то что моя ракета с нейтрализатором сработает как надо, ведь иначе, смерть.

Сила манипулятора мне лишь мешала сейчас сконцентрироваться на корректирование запущенной ракеты. Доносившиеся сейчас от нашего флота чувства людей меня бесили, они чувствовали, что и я сейчас, но я в отличии от них старался, предотвратить ту неотвратимую смерть что надвигалась на нас. Я понимал тот ужас что сейчас царил в сердцах людей, которые смотрели на расползающееся по небу ярко-зелёное облако.

Близость вражеского флота сыграло злую шутку как с ними, так и с нами, я чувствовал, как пытаются отнять мой контроль над ракетой с антидотом. Вражеский психокинетик был сильнее и его мастерство было на ином уровне по сравнению с моим уровнем силы психокинетики. Когда ракета начала отклонятся, я почувствовал, что мне начинают помогать, у психокинетиков что были со мной рядом прошло чувство шока, и они ринулись помогать мне, понимая если они перехватят контроль у меня, то могут его не удержать.

Невидимая никому борьба за тысячи жизней продолжалась считанные мгновения для тех не вовлеченных что наблюдали за происходящем в небе. Для меня с Креолом и тех психокинетиков что помогали мне шли часы напряжённой борьбы, внутреннем зрением мы видели, как шли наши ракеты в сторону флота империи Куртон и нам надо было перенимать контроль своих коллег, чтобы они взорвались хотя бы рядом со флотом империи Куртон. Но сейчас было важнее обезвредить ядовитый туман что формировался над нами.

Из шестнадцати ракет что запустили наши враги, достигли своей цели три, и уже формировали облака, и если хотя бы одно из них не будет нейтрализовано, то умрут тысячи. Антидоту что несли наши ракеты нужно было время, для разложения яда, как говорила мне Асоко, это от десяти секунд до полутора минут.

Взрыв ракеты с антидотом на нужной высоте и правильном направлении вызвал в моей душе ликование. Но только до того момента как посмотрел на корабли империи Куртон, вокруг них начал появляться белый дым. И это было то чего боялась Тэймэй.

— У них есть средство борьбы против нашего яда. — Тихо проговорил Креол, смотря на белый дым что постепенно поглощал корабли вражеского флота.

Залп главных калибров кораблей прозвучал одновременно с полной активацией нашего антидота, который окрашивал ярко-зелёное опускающееся с неба облако в ядовито синий цвет.

— На абордаж! — Прокричал Кастон, и уже спокойно обратился к капитану нашего небольшого судна. — Полный вперед, друг мой, разгони эту посудину до предела.

— Есть! — Бледный капитан моментально выполнил вежливую просьбу нашего командира. Катер понесся вперед на флот врага постепенно набирая скорость. А сам капитан уступил своё место у руля Креолу, который начал управлять катером руководствуясь внутренним зрением огибая места на воде куда попадали как сбитые ракеты, так и те места куда опускался пока что клочками не до конца нейтрализованный ядовитый туман.

Болты на моей броне с визгом закручивались, стягивая крепления моего шлема, одновременно плети подхватили последнею так и не запущенную ракету с ядом. Мы не планировали, что нам придется активировать её прямо в построение врага. Но сейчас это было самым логичным действием, пожертвовать собой, но спасти наш флот. Против нас были исключительно военные корабли, у нас же основной частью флота это были транспортные корабли и сухогрузы. В трюмах, которых тысячи пустых и владеющих ожидали смерти. И им было плевать от чего они умрут, от яда или снаряда, который наши психокинетики не смогут отклонить.

Конец первой части главы двадцать четвертой.

Глава 24

Часть вторая

Прорваться в центр неровного построения вражеских кораблей казалось просто только на словах и в моих мыслях, а вот в реальности это было практически невозможно. Про нас не забыли после опускания на воду облаков нейтрализованного яда и сейчас корабли вели по нашему катеру непрерывный огонь. Отрядные психокинетики работали на пределе своих возможностей, отклоняя все что летело в нас, но корабельный снаряды нечета снаряду, выпущенному из танковой пушки. Иногда сил у психокинетиков не хватало, и от перенапряжения они еле стояли на палубе катера. Они были на грани, и если от перенапряжения один из них потеряет сознание, то первый же снаряд уничтожит катер.

Я своими плетями поддерживал каждого члена отряда, так как устоять было сложно на постоянно лавирующем катере, который то ускорялся, то резко сбрасывал скорость.

Вокруг царила смерть, нейтрализованный яд империи Куртон окутывал наш катер, закрывая нас от противника, но и от своих он нас маскировал. И если противник мог нас засечь внутренним зрением, то наши корабли просто не брали нас в расчет, при запуске торпед и артиллерийских ударов. Множество раз психокинетики с моей помощью отклоняли снаряды и ракеты, пущенные с наших кораблей. А торпеды что постоянно проносились мимо нас, и не сталкивались с нашим катером, было заслугой Креола что стоял за штурвалом.

Огневики выпускали потоки пламени вверх сигнализируя о наших координатах нашему флоту. Как и вражеским кораблям, после двух огненных потоков в небо от наших огневиков, и удара вражеского пустотника, огневики перестали пытаться сообщить наши координаты. Капитан катера постоянно пытался выйти на связь по радиосвязи с нашим флотом, но всё было бесполезно. Была блокирована любая связь, даже сила манипулятора была бесполезна мне так не удалось связаться с нашим флотом. Психокинетик, двухстихийник, также попытался связаться со флотом, но всё было безрезультатно. Глушилки установленные на кораблях империи Куртон и её союзников, блокировали радиосигналы на большом расстоянии. И только наши рации для связи на коротких расстояниях хоть как-то работали, правда с чудовищными помехами, но всё же работали.

Когда мы приблизились к белесому туману что стекал с палуб вражеских кораблей, я первый вдохнул его отключив систему фильтрации в моём бронекостюме. Было подозрение что этот белый дым, который стекал с палуб вражеских кораблей также был ядовит. Для не членов команд кораблей флота империи Куртон, по крайне мере я бы сделал так. Горло неприятно защипало, но я, продиагностировав своё состояние махнул рукой отряду сигнализируя о том, что всё в порядке, наши противоядия сработали.

Кололи и применяли мы всё что было в наших аптечках, практически без разбора, если были подозрение что это лекарство нам поможет, то применяли. Матросов с капитаном и обезболили и успокоили, и дали по глотку испить из моих фляг, с лечебными эликсирами, которые мне подарила Асоко. Конечно, не лично она это сделала, через посредников, но по волосу Амайи которым был повязан конверт с инструкциями, мне стало ясно по чьей просьбе были изготовлено это непонятное питьё. У меня язык не поворачивался назвать эту жидкость в девяносто градусов с непонятными свойствами, лекарством. Кастон был отчасти прав это убойное пойло, что должно было помочь, сделать нам самоубийственный рывок.

Несказанно радовало то что по данным разведки к нам не успевали подойти вражеские авианосцы, иначе у нас не было бы и шанса. Нам нечем было бы защитится от самолетов за штурвалами которых находились бы высокоданнновые владеющие. Наш единственный уцелевший авианосец сейчас спешно ремонтировался в особо секретном доке. После неудачно прошедшего ракетного удара, мы точно знали то что случилось с авианосцем, это была диверсия. Ремонт огромного двигателя затянулся на многие месяцы из-за возникшего возгорания во время планового ремонта месяц назад.

А задерживающиеся в пути авианосцы империи Куртон дают нам шанс уничтожить хотя бы малую часть их флота. Поднявшиеся в воздух боевые вертолеты с палуб вражеских кораблей не смогли преодолеть и километра по воздуху. Ракеты и снаряды сбили их, и как мне показалось они даже не целились в вертолеты. Которые могли оказаться реальной боевой силой если только их пилотировать будут высокоданнновые владеющие с внутренним зрением. Но по всей видимости в вертолетах были либо слабосилки, либо и вовсе пустые, что по сути являлись смертниками, впрочем, как и наш отряд.

Грохот залпов корабельных пушек был настолько оглушителен что как бы мы не кричали друг другу, можно было расслышать только вблизи что прокричал член отряда. И поэтому мы в основном общались жестами, да и через радиосвязь, когда это удавалось так как она постоянно сбоила, и поэтому жесты были надёжнее. Наш катер от вражеского флота разделяли уже считанные километры, по нам велся усиленный огонь с кораблей, да и иногда нам стреляли в спину. Наша артиллерия сейчас не думала о нас, а вела непрерывный огонь со всех орудий и чем ближе мы были к вражескому флоту, тем чаще в нас летели отклонённые вражескими психокинетиками наши же снаряды. Что попав в воду моментально детонировали, поднимая огромные столбы воды. И только то что нашим катером управлял Креол, спасло нас от не радостной судьбы быть потопленными, тройка психокинетиков слаженно работала и отклоняла множество снарядов. Но все-таки отклонить снаряды, выпущенные из главных калибров корабельной артиллерии, было практически невозможно и потому постоянно петляющая траектория катера была оправдана и не раз спасала жизнь катера.

Креол действовал, применяя технику психокинетики, которую я так и не освоил полностью, и находился только на начальных стадиях познания техники, предвидения. Внутренним зрением Креол видел километры пространства и просчитывал заранее траекторию всех летящих снарядов и атак владеющих, и управлял быстроходным катером так чтобы не попасть под ту атаку, с которой нашим психокинетики не справятся.

Кастон поддерживаемый моими плетями сейчас готовил атаку чтоб проложить нам путь в центр построения вражеских кораблей. Пустотник совмещая борьбу с вражескими пустотниками что били по площадям готовил свой удар. Он был на пределе и был на грани потери сознания, и мог устоять на палубе катера только с помощью моих плетей что аккуратно поддерживали его.

Катер взвыл мотором ровно в тот момент, когда с рук Кастона сорвалось видимое только внутренним зрением огромное возмущение что понеслось на вражеские корабли. Это возмущение только по началу имело впечатляющие размеры, сжимаясь постепенно до микроскопических размеров и когда оно попало в морские волны между двумя кораблями что заграждали нам путь. Произошёл взрыв, огромные судна весом в тысячи тон словно листья, подхваченные волнами, скрежета бортами, отодвинулись на десятки метров образуя неширокий тоннель между собой по которому нам предстояло проплыть.

Двойка огневиков мигом, кинулись к бортам нашего катера и потоками пламени начали поливать суда. Катер был не широк, но и ему практически не было места между кораблями, а корабли после взрыва начали возвращаться к друг другу, гонимые морской водой. Ревя двигателем мы в последний момент успели проскочить услышав, как сзади раздался оглушительный удар столкнувшихся бортами кораблей.

— Капитан! — Прокричал я через динамики бронекостюма, не надеясь на радиосвязь бледному капитану что ожидал приказов и постоянно что-то кричал матросу, который отвечал за двигатель катера. — Кастона в трюм!

Капитан кивнул мне в знак того что меня услышал и кинулся к командиру отряда что стоял на палубе благодаря лишь моим плетям. Сразу же после удара Кастон потерял сознание от чрезмерного применения своей силы, и сейчас надо было озаботится чтоб он не пострадал в бессознательном состоянии. Капитан нашего катера подхватив нашего командира и резво отнес его в каюту катера, словно и не чувствовал веса негра и не обращая на сумасшедшую качку.

Последние сто метров до предполагаемой точки запуска ракеты с ядом, мы добрались за несколько секунд. Прижимаемая к груди ракету с ядом, меня нервировало всё, все в окружении меня было объято белесым туманом, который вдыхал и я. Я не чувствовал в нем яда и как единственный физик оповестил отряд еще при первом контакте с этим дымом о том, что он безопасен. Но я боялся иного, как сработает наш яд, в данных условиях было неизвестно. Могло оказаться что всё было бесполезно, и наши жизни будут потрачены в пустую.

Но не время для сомнений, пора действовать, ракета, недовольно изрыгнув пламя устремилась ввысь. Пролетев всего лишь около пятидесяти метров, она взорвалась, извергнув из своего нутра ядовитое облако что моментально расширилось до размера флота империи Куртон.

Наш катер начал метаться в построение вражеских кораблей, пытаясь успеть выбраться из плена быстрее чем опустится огромное ядовитое облако. Я начал помогать психокинетикам так как по нам сейчас был открыт шквальный огонь. Несколько снарядов по касательной слегка задели борта катера, часть носа катера объяло пламя, которое практически мгновенно было потушено нашими огневиками

В это время яд смешивался с белым дымом окрашивая его в красный цвет, это буйство красок было опасно. Одним за другим корабли начали прекращать вести огонь как по нам, так и по нашему флоту и когда мы вырвались из строя кораблей. Все корабли охватывала дымка красного цвета, которая начала постепенно становится прозрачной, словно утренний туман тая под лучами солнца.

Я оказался прав, полторы минуты хватило чтобы нейтрализатор не успел уничтожить яд, и большинство кораблей были более не опасны, на их палубах больше не было живых. Тысячи человек лежали на палубах, яд сработал практически мгновенно.

Катер внезапно начал постепенно замедлять свой ход, и словно через пелену я видел, как теряет сознание Креол. Как тяжело дышат все члены отряда что уже лежат на палубе. Я не заметил, как яд подействовал на мой отряд, да мы успели быстро выбраться, но все же как оказалось недостаточно быстро. И теперь я как единственный физик с крепким здоровьем был единственным членом отряда что находился в сознании.

— Я Дэйчиро Шосе прошу помощи! — Прокричал я в микрофон своего шлем, чувствовав, что я не могу пошевелить ни рукой, ни ногой, и не упал на палубу лишь из-за того, что был привязан плетями за борт катера.

— Отряду требуется помощь ядовика! Отряд просит помощи! — Кричал я в микрофон, а ответом мне были помехи что раздавались в динамиках шлема.

Вражеский флот был уничтожен, с десяток кораблей что не попали под ядовитое облако начали отступать. Бросая усеянные трупами корабли, которые так и продолжали движение в заданном направление, когда их капитаны были ещё живы. Помехи и глушилки все еще работают на тех кораблях

В моей голове постоянно возникала одна и та же мысль, и каждая прошедшая секунда подтверждала её. Мне никто не ответит, нам никто не поможет, корабли не пойдут на сближение пока ядовики не заключат что путь безопасен. Собравшись с силами пытаясь не потерять сознания, я плетями начал управлять катером. Это было несложно, направить штурвалом катер в сторону нашего флота, и дать катеру разогнаться до максимальной скорости.

— Главное, чтобы никто не свалился за борт. — Пробормотал я, приковывая плетями каждого за ноги и за руки к катеру. Я уже практически не соображал, стоя привязанный плетями к бортам на носу катера, я экстренно скинул шлем со своего бронекостюма. Собравшись с последними силами, я пустил силой манипулятора, сильнейший посыл, который должен был достичь владеющих манипуляторов. Просьба о помощи должна была достигнуть тех, кто сможет спасти членов моего отряда.

Сознание постепенно покидало меня, я видел внутренним зрением как по нашему катеру был открыт огонь с палуб отступающих вражеских кораблей. Не кому было защитить маленький катер от снарядов, выпущенных из корабельных орудий.

Конец второй части главы двадцать четвертой.

Интерлюдия

Столица и не думала засыпать в эту ночь, по телеканалам шли нескончаемые передачи о том, что часть огромного флота империи Куртон была уничтожена. И только благодаря гениальности командования генерального штаба и лично адмирала южного флота Сэенко Тамакаюти. Не было потеряно ни одного корабля, и так нашего небольшого флота что потерял от вероломного нападения империи Куртон немалую часть флота. Который, впрочем, пополнится как минимум десятью захваченными кораблями. Объединяло все эти передачи только одно, не было интервью озвученного адмирала, ни любого иного участника прошедшего боя двух флотов, ни фотографий или видеофрагмента прошедшего боя. Были конечно съемки с кораблей как стреляют орудия и взлетают ракеты, но не было ни единого кадра о том, как был уничтожен флот империи Куртон

Тэймэй сидя в своём кабинете, недовольно морщась смотря новости по огромному телеэкрану и одновременно читая сводку новостей, которые сейчас публиковали новостные порталы в интернете. Она пролистывала список новостей на своём планшете так и не находя то, что она искала, а попадались в списке только кричащие заголовки.

Величайшая победа в истории морских сражений! Мы несомненно победим! Императрица Тэймэй поставит императора Айрата на колени! Империя Куртон обречена!

Кричаще заголовки и минимум правдивой информации. Императрица печально вздохнула, а напротив неё сидевшие в кресле немолодой мужчина в дорогом костюме боязливо вздрогнул.

— Орсо. — Тихо обратилась императрица к своему личному секретарю. — Неужели про Дэйчиро нет ни единого слова?

— Ваше величество в самом низу. — С небольшим поклоном ответил Орсо, стоявший по правую руку у кресла на котором восседала Тэймэй. — В разделе новостей из социальных сетей.

— И в правду вот и Дэйчи. — Слегка улыбнулась Тэймэй радуясь тому что увидела Дэйчиро на носу красного катера который рассекая волны мчался, огибая места взрыва снарядов.

— Ваше величество — Обратился к Тэймэй, министр цифрового развития, связи и массовых коммуникаций Такишило Кобияшу. — Это неприятная оплошность, и данная фотография уже удалялась, но она постоянно всплывала в фотографиях у других пользователей сети интернета.

— Орсо ну хоть ты мне объясни, что происходит! Почему я должна быть против освещения того, как проходит свою службу мой муж? — Тихо произнесла Тэймэй. — Господин министр, а вы подготовьте свой ответ почему я должна наблюдать единственную фотографию своего мужа в альбоме у госпожи…

Тэймэй даже прищурилась в попытке прочитать ник пользователя, у которого и была в альбоме фотография Дэйчиро.

— Распутницы семьдесят девять, ваше величество — Произнес Орсо, избавив Тэймэй от страданий, так как акаунт имел название, зашифрованное непомерным количеством маленьких картинок улыбающихся лиц.

— Это просто замечательно, единственная фотография моего мужа в альбоме распутницы. — Улыбнулась императрица и посмотрев на министра со счастливой улыбкой спросила. — Господин Такишило, я надеюсь вы в курсе что в империи объявлено военное положение, и вы имеете все шансы не выйти из этого кабинета живым.

— Ваше императорское величество, решение о том, что не стоит оглашать непроверенные подробности прошедшего боя, было принято единогласно комитетом по связям с общественностью и одобрено министерством обороны. — Взмолился министр, смотря на добрую улыбку императрицы. — А те сведения что поступили по Дэйчиро Шосе выглядят не правдоподобно и требуют проверки.

— Орсо и кто у нас такой умный в министерстве обороны? — Все также с улыбкой произнесла императрица, украдкой постоянно кидая взгляды на фотографию на планшете на который был запечатлён вечный лейтенант.

— Ваше величество вы знаете что множество кланов, так сказать, недолюбливают главу клана Шосе, и именно поэтому было принято решение корректировать непроверенную информацию. — Спокойно проговорил Орсо, посматривая на бледного министра. — Конечно, как будет принято вами ваше величество решение рассекретить детали прошедшего боя, об правдивом положение дел будет известно каждому вашему подданному. Ведь так господин Такишило?

— Несомненно господин Орсо! — Радостно поддержал личного секретаря министр, даже не поняв, что его обвинили в подтасовки фактов.

— Господин Такишило Кобияшу. — Вежливо обратилась Тэймэй к министру. — Чтобы больше никогда не возвращаться к данному вопросу, я через вас информирую все кланы империи, о том, что не хочу влиять на средства массовой информации. Но требую, чтобы про членов клана Шосе была только правдивая информация. Если мой муж, оступился, то пусть его действия будут освещены правдиво, ни о каких сокрытиях его поступков не может быть и речи. Это применимо и к его заслугам, а именно в данном случае вкладе который внес он и его отряд для победы в этом сражении. Я крайне недовольна тем что вы не забыли сделать героем адмирала позабыв рассказать моим подданным, о тех, что не меньше чем адмирал сделали для победы в бою. И помните это не последнее сражение Дэйчиро Шосе и, если подобное повторится мне придется принять меры, к тем, кто ответственен за принятые решения.

— Я вас понял ваше величество. — Тихо произнес бледный министр. — Подобного более не повторится.

— Орсо, я надеюсь ты проведешь инструктаж для остальных чиновников, уделив особое внимание тем, кто занимает должности в министерстве обороны. — Произнесла Тэймэй и взглянув на министра добавила. — Свободен, будь благодарен что пока что живым останешься, как и твой род вместе с кланом.

Орсо с еле идущим министром удалились из кабинета императрицы, оставив Тэймэй в одиночестве с фотографией Дэйчиро на планшете. Она видела засекреченные съемки с кораблей, читала доклады адмирала и командиров кораблей. И была в гневе, когда узнала, что столица готовится к празднование первой победы. В которой отряд Дэйчиро по словам дикторов, журналистов, и якобы участников сражения, не сыграл ключевую роль. Как будто, те что шли на смерть осуждаются как командованием, так и лично ею.

На стол левитируя опустился небольшой кувшинчик с терпким содержимым, Тэймэй игнорируя подлетевший бокал. Испила прямо из узкого горлышка кувшинчика, открыв папку содержимое которой уже прочла не единожды.

— Главное, что живой. — С печальным вздохом произнесла императрица. — Ты не герой, ты тупица, мой тупица что заставляет меня постоянно нервничать.

Тэймэй с замиранием сердца вновь начала читать сухие строчки с рапортом корабельных врачей и заключения ядовиков. Отравление было не сильным, и своевременная помощь помогала избежать непоправимых последствий. Отряд погрузили в искусственную кому на время из которой они удачно вышли и в данный момент они под воздействием препаратов, спали.

— И как я буду рассказывать о случившимся Эми? — Произнесла Тэймэй вслух. — Им то, он запретил участвовать в войне, а сам в первых рядах, идущих на смерть.

Конец.

Глава 25

Над морем неспешно вставало солнце, флот на котором я проплыл полторы недели, в предрассветной тишине негромко урча двигателями кораблей уходил в море оставляя нас на берегу. Потрёпанные корабли, с закопчёнными корпуса, которые еще не были очищены, выглядели не особо радостно. Но всё же несмотря ни на что они шли прямым курсом домой. Для того чтоб вновь вернуться, неся в своих трюмах тысячи солдат. Но никто не мог гарантировать что все корабли смогут добраться до родных берегов. Как и тем что остались на берегу никто не мог гарантировать что они доживут до возвращения кораблей.

Десантировавшееся армия на берег врага, в данный момент отдыхала оправляясь после тяжелого боя что произошёл двое суток назад за эту десятикилометровую кромку обрывистого берега. И только лучшие из лучших, сейчас углублялись в страну, к которой у меня были личные счёты. Я с Креолом приняли решение остаться с армией так как был ей нужен в тот момент больше чем она мне.

Федерация Гатсен ждала нас и неплохо подготовилась к встрече с нами, еще вчера вечером берега моря были усеяны трупами подданных Тэймэй. В воздухе до сих пор пахло гарью, несмотря на то что прошло уже около суток, запах горелой плоти все чудился мне постоянно. Вчерашняя кремация, подорвала дух солдат даже больше чем само ожесточённое сражение.

Неся потери мы все же смогли удачно десантироваться и полностью уничтожить военное формирование врага защищавшее берег. Захваченных офицеров федерации Гатсен взламывали наши манипуляторы, не стесняясь в средствах для достижения своих целей, и даже сейчас, на рассвете, иногда раздавались крики боли и отчаяния пленных. Им вторили наши многочисленные раненые что были признаны легкоранеными и не были погружены в трюмы кораблей. Вчера весь день горели погребальные костры и прах тысячи умерших, вместе с ранеными отправился домой, на родину.

После легкой победы в море, идти на штурм укреплённой береговой линии, было ошибкой. И я пожалел о том, что не присутствовал в штабе, когда шло планирование высадки. Разведданные не показали правдивую картину, и пустой берег по разведданным, оказался усыпан укреплениями врага. Наш отряд был первым кто десантировался и доложил о том, что надо остановить высадку. Но было поздно высадку уже начали, даже обстрел ядом не помог, десант встретили плотным огнем как из пулеметов, так и из артиллерии. Основную часть нашей армии спасло то что у федерации Гатсен был недостаток владеющих, особенно высокоданновых. На наш отряд была возложена командованием задание, очистить берег от самых опасных огневых точек, и это было нам под силу. Это была резня, пустых, что стреляли из артиллерии и дзотов, и пока я выкашивал врага Креол с тройкой психокинетиков, разминировал берег. Наши потери среди десантировавшихся солдат в первые минуты были ужасающими, но благодаря усилиям нашего отряда и тому что в первой волне десанта было достаточно владеющих мы смогли переломить сражение.

Для меня ужасающие потери не имели значения, это не первая моя война, и как я подозреваю далеко не последняя, конечно если я выживу. Я пытался унять волнения в своей душе возникшее по иной причине. И не относящееся к прошедшей схватке, перед самым убытием флота адмирал передал мне сообщение из столицы о состоянии дел в порту Каори. Которое взбудоражило мой разум и именно по этой причине, я не смог уснуть, и пытался хоть как-то отвлечься. Первым делом я обошел палатки с ранеными и силой манипулятора попытался ослабить их страдания, а в некоторых случаях, я и вовсе спасал жизни. Но и это не сильно помогло мне отвлечься, и перед самым рассветом я направился на возвышающийся над морем скалистый берег.

Понимая, что я не усну хоть и не спал уже двое суток, я решил заняться своим обучением, и тренировками. Не снимая свой бронекостюм, я отрабатывал с мечом те приёмы, которые мне показывал Креол. Я пытался добиться единения с оружием также как я этого добился с плетями. Они делали то что я хотел автоматически, они были единой частью моего организма. И мне управление тысячами нитями давалось очень легко, мне было без разницы, убивать ими либо спасать жизни. Позавчера я пронзил одной нитью сразу десять вражеских солдат, и тем же вечером собирал этими же плетями раздробленные кости наших бойцов. Помогал нашим манипуляторам пересаживать органы, тем кого ещё можно было спасти. Я забирал органы у пленных, а манипуляторы что выполняли роль полевых хирургов пересаживали их нашим бойцам активировав их внутренние ресурсы организма. Так я провел всю ночь, а днём эти же плети помогали мне носить тела погибших к погребальным кострам пламя в которых поддерживали огневики.

Спокойный взмах мечом вновь был не идеальным, то как рассекало лезвие воздух мне не нравилось, мне и сам меч не нравился, и как мне начинало казаться, и я мечу не особо нравился. Этот традиционный меч не подходил мне, да он был большим соответствуя моему росту, и это было неудивительно. Каори раз за разом перековывала его для меня, внося в него раз за разом десятки изменений.Словно каждый раз, как только она достигала нового уровня мастерства в искусстве оружейника, она брала этот меч доводя его до совершенства, но зачем?

Он легок для меня, я привык брать напором, грубой силой разрывая на части врагов своими руками и плетями. Тяжелые пулеметы и гранатомёты были лишь очередным оружием, которое я выброшу, когда закончатся в них боеприпасы. Ведь я всегда могу взять оружие у врага.

— Ну зачем он мне⁈ — Воскликнул я со злостью вновь рассекая воздух неудобно лежащем в руке мечом.

Он неудобен в бою, не красив, его лезвие имеет множество дефектов. Этот кусок метала меня раздражал, на нем даже не было клейма оружейника Каори Шосе.

— Господин Дэйчиро меч ни в чем не виноват. — Тихо проговорил за моей спиной не заметно подошедший Креол. — Из порта Каори так и нет вестей?

— Есть вести, адмирал передал мне сообщение из столицы. — Опустив меч проговорил я, чувствуя, как вновь пустота заполняет мою душу. — Порт Каори ведет ожесточенные бои против кораблей империи Куртон и высадившегося десанта недалеко от порта, есть сведения о неоднократном применение яда империей Куртон.

Недолгое молчание повисло между нами, старик не решался спросить, а я не хотел говорить, вслух то что беспокоило меня. И не давало мне сейчас уснуть, и безумно злило меня.

— Когда в порт Каори прибудет подкрепление из империи? — Дрожащим голосом спросил старик, он не был манипулятором, но каким-то непостижимым для меня образом чувствовал мою боль.

— Никогда Креол, самолеты разведки с дальними бомбардировщиками были сбиты. — Проговорил я все сильнее и сильнее сжимая рукоятку неудобного меча. — Они перед уничтожением, передали в штаб множество разведывательной информации и короткое сообщение из порта. На основании имеющихся данных было решено, тянуть время, так как есть все основания подозревать, что противник вынуждает императрицу пойти на генеральное сражение флотов.

Более никто из нас не произнес ни слова, Креол устало сел на небольшой камень по-старчески сгорбившись. И я и он понимали, что в данной ситуации, идти на генеральное сражение в море означает потерять свой и так не многочисленный флот. Что сделает невозможным переброску войск, и всё это означало что помощи порту Каори не видать. Конечно были нанесены удары ракетами по флоту империи Куртон, а именно межконтинентальными ракетами с ядом, но пока неизвестно с какими результатами прошёл удар.

Мне нужно было вновь успокоится, и я пошел к огромному валуну что лежал на высоком скалистом берегу, с которого виднелся в море наш уходящий флот кораблей. В моей голове все прокручивался текст сообщения, что передали из порта Каори.

— Мы справимся, пусть Дэйчи не беспокоится за нас− Проговорила Каори после доклада о состоянии дел разведывательному самолету что подлетел близко к порту Каори, и передав доклад в столицу был уничтожен.

— Я просил не оставаться в порту! Я говорил, что по нему будет нанесен удар! — Я всё ближе и ближе подходил к огромному валуну. — Но нет, ни она, ни сестра, ни их дети так и не переехали в безопасное место!

Первый удар мечом по камню, я нанес практически не думая, о том, что я делаю мне надо было выпустить злость, а не копить её в себе. Лезвие высекло сноп искр, меч просто рассёк камень насквозь, словно не чувствуя его. Оставив глубокую борозду на серой скальной породе, его зазубренное лезвие словно просило продолжить начатое.

— Решили защищать до последнего, свой новый дом. — Второй удар уже был осмысленным, злость начала пропадать, а меч лежал в руке так удобно словно делался под мою руку. Кусок отсеченной мечом скальной породы упал на землю, а я приготовился к следующему удару.

Пять минут мне потребовалось на то чтобы я сроднился с мечом, и понял его, он не был бесполезным, бесполезен был я. Я не мог сейчас прийти на помощь своим родным и в моей душе была не злоба на командование империи что не хотело помогать порту Каори. Я не испытывал злость и на своих родных что приняли решение, которое принял бы я. Я злился на себя, на своё бессилие, а меч, был великолепен, просто руки, держащие его, были не для меча.

Вернувшись к Креолу, я аккуратно завернул меч в ножнах в ткань, которой он был сокрыт, когда мне его передала Эми. Ни единой новой зазубрины не было на его лезвии, для него скальный камень не был достойным противником, он практически не чувствовал его сопротивления. Этот меч был создан, не для рассечения плоти, его задача иная, он должен дополнить мои плети. Сделав любую преграду, возникшую передо мной, трудностью которую я преодолею всего лишь за два взмаха мечом.

Но теперь я четко осознал новую проблему, я не достоин этого меча, мне сперва надо оттачивать свои навыки в спаррингах с Креолом, орудуя арматурой равной весу меча. И только потом брать с собой в бой, некрасивый и с изъянами на лезвии меч, который был идеален. Ведь иначе в бою я могу отсечь себе конечности, и это в лучшем случае.

— Креол нам пора, отправляться к крупным городам. — Обратился я к встающему психокинетику который, как и я сегодня не сомкнул глаз.

— Вы хотите участвовать в штурмах городов? — Спросил Креол.

— К сожалению, нет, есть задачи менее приятные чем честная схватка. — Хмуро проговорил я Креолу, неспешно направившись вместе с ним в лагерь в котором находилась наша с ним палатка. — Яфа с Харуки Сиоко прибудут через две недели, и им надо приготовить достаточно материала, для ферм по изготовлению армии марионеток.

— Да, — печально вздохнул Креол. — Уж лучше схватка на равных, чем вести как скот на убой, людей.

— Знаю Креол, и поэтому буду рад твоему обществу. — Спокойно проговорил я, чувствуя, как только что успокоившееся сердце вновь ускоряет свой ритм. — Я боюсь сорваться и перебить наших солдат.

— Не беспокойся Дэйчиро, я помогу вам. — Ухмыльнулся Креол и прибавил шаг так и не уточнив в чем он мне поможет. — Жаль, что Кастон не с нами.

— Креол его стихия море, ты же видел его глаза, когда его назначили на самый худший корабль из захваченных. — Улыбнулся я, вспоминая на сколько широка была белоснежная улыбка негра, когда тот получил подписанный адмиралом приказ о назначение его капитаном на корабль.

— Вот зря вы так, я уверен, что со временем его ржавый корабль, станет жемчужиной флота — Засмеялся старик. — Ведь теперь корабль носит имя Грозный!

— Это точно самая грозная посудина, которая каким-то чудом ещё не утонула. — Рассмеялся я начав погружаться в свои воспоминания.

Кастон с командой, отправился обратно в столицу, но уже на другом корабле, ему достался один из захваченных кораблей империи Куртон. Я не намекал адмиралу тот сам предложил Кастону стать капитаном, правда корабль, который достался чернокожему пирату. Был мягко говоря, в очень плохом состоянии, и дело было не только в гниющих трупах на палубе и внутри корабля.

Практически все плавание до берегов федерации Гатсен, набранная с других судов команда, занималась очисткой корабля. Да и за латанием десятков пробоин и откачиванием воды из трюма, корабль сильно потрепал артиллеристский обстрел, нашего флота. И так как он трое суток наполовину был погружен в воду, практически вся аппаратура и особенно двигатель отказывались работать стабильно, постоянно что-то да сбоило.

Дело в том, что к кораблям чьи палубы были покрыты трупами решили, приблизится только на третьи сутки, так как отправленные одна за другим марионетки погибали после часа пребывания на кораблях. Да они остановили судна, но яд все еще около суток действовал, и только после двух суток нахождение марионеток на суднах, было признано что корабли безопасны.

Катер красного цвета с императорским знаком на своём борту, был бережно погружен на корабль, которым командовал теперь Кастон. Именно Кастон был удостоен чести доставить катер в империю и проконтролировать ремонтные работы, которые были необходимы. Катер сильно пострадал от прошедшего боя, но все же он пострадал намного сильнее от действий наших спасателей. Психокинетики что командовали миссией спасения, когда получили от манипуляторов донесение что я просил о помощи. Не смогли ничего умнее придумать как силой психокинетики остановить двигатель катера, так как я заблокировал управление катера, своими плетями. Двигатель не пережил подобного вмешательства в свою работу, и теперь его надо было ремонтировать на специальном оборудовании, которого конечно не было. А психокинетик который и был виноват за гибель сердца катера, чуть не поплатился за свои действия жизнью. Ему сохранили жизнь до того момента как я пришел в сознание, и поблагодарил его, а не как ожидали многие подданные императрицы прикончу на месте.

Этот бой изменил отношение ко мне, постоянные оговорки что делали пустые и иногда даже владеющие сильно меня удивляли. Но больше меня поразил адмирал южного флота Сэенко Тамакаюти, который при обращение сам оговорился.

— Креол как думаешь, как мне реагировать, когда ко мне пытаются обращаться, называя ваше величество? — Задумчиво я спросил Креола пока мы шли до нашей палатки.

— Ровно также реагировать, когда вас называют демоном господин Дэйчиро− Улыбнулся старик, отбросив свои хмурые мысли.

— Хорошо пошутил, ну нечего, надеюсь это временно. — Улыбнулся и я.

— Я бы на это не надеялся, война рождает героев. — Проговорил Креол и кивнул на строившихся сонных солдат из отдельного полка, носящих на груди знак демона. — Героем вы уже были, пора стать символом, а там помня кто ваша супруга и до становления императором недалеко. Разговоры между владеющими уже пошли, так что спокойно относитесь, к тому что иногда будут ошибаться в обращении к вам, забывая произнести ваше величество перед вашим именем.

— Я надеялся ты покажешь мне иной путь. — Хмуро проговорил я заходя в свою палатку.

Прямой связи с империей у меня не было, но я был в курсе того как восприняли прошедшую схватку в море в империи. Сперва всё шло, как и было должно, хвалили генералитет, и конечно императрицу Тэймэй, но наследующее утро, когда я очнулся в каюте истыканный капельницами. Всё изменилось, по телеэкранам шли видео записи прошедшего боя, на кораблях военные корреспонденты брали интервью у отряда у нашего катера. Попытались допросить и меня, но получив отказ даже не стали пытаться меня уговаривать.

Я стал героем, национального масштаба, символ, который вел войско на правильную войну. Им было плевать что мы шли на риск, что я был не один, но катер, и я получили больше бесполезной славы, чем весь остальной отряд.

Через полчаса я выдвинулся со своим полком, из лагеря по бездорожью, нашей задачей был срыв эвакуации, которую проводила федерациям Гатсен в прибрежных территориях. Все складывалась как тогда, только теперь они пытаются спасти своих граждан. А нам как бы это было не противно мне, нужна армия марионеток, пока идет гонка вооружений, пока модифицируют наш яд. Задача десантировавшейся армии не дать врагу перехватить инициативу и закрепится на территории. И сейчас мой полк, усиленный тремя отрядами владеющих, по приказу командующего нашей армии, должен был не дать провести эвакуацию гражданского населения. Подорвать мосты и железнодорожные пути сообщения, а также по мере возможности атаковать и уничтожать воинские формирования врага. Для моего полка и владеющих отрядов это было обычная задача и они не испытывали ни каких угрызений совести. Зачем жалеть врага? Это же пустые ну станут они марионетками, почему я должен испытывать к ним жалость?

Это было нормально для них, но не для меня, когда я воевал в империи с солдатами федерации то четко разграничивал, что мы не такие как они. Теперь же мне приказали действовать также как те, которых я убивал и ненавидел.

Конец главы двадцать пятой.

Глава 26

Полуденное солнце нещадно нагревало мою броню словно напоминая о том, что совсем недалеко всего лишь в нескольких тысячах километров. Находятся дикие земли, с которых за прошедшую неделю доносились только положительные новости. И сейчас удобно устроившись на живописном берегу реки я наблюдал за тем как выполняют мой приказ и перебирал в своей памяти воспоминания. Тем самым делая ревизию своего разума на предмет ошибок, и пока меня всё устраивало, ни каких проблем не было обнаружено.

За голову любого Шосе, империей Куртон и её союзниками назначена ошеломительная награда, так как в порту Каори, сестренка с мамой показали, что не стоит недооценивать женщин, защищающих свой дом. И сейчас за смерть любого члена Шосе даже самого юного, была такая награда что можно было не думать о деньгах всю жизнь. Для убийц обещали золотые горы, надеясь, что какой-нибудь двенадцатиданновый владеющий решит рискнуть. Но была и обратная сторона, чем выше цена, тем сложнее была задача. Это было законом в этом мире, и цена за Шосе была такова в связи с невыполнимостью задачи. Попробуй добраться до самых юных, членов Шосе миновав старших. Как сообщали высокоданнновые владеющие не горели особым желанием встречаться в бою ни с Эйко ни тем более с Каори.

Но не только мама отличилась своей силой, а Эйко своей жестокостью в сражениях у порта Каори. Моя милая Чихеро, что сейчас выполняет особые поручения императрицы Тэймэй в составе особого отряда, добилась того что ее стали называть тенью императрицы. Нет это было не издевкой, или унижением, это признание опасности моей супруги, и её присутствие на поле боя равнялось присутствию императрицы. Любое сражение, которое проходило при участие моей черноокой красавицы, заканчивалось победой. И не имело значение перевес в силах, победа была всегда за ней, и еще одна не маленькая часть флота империи Куртон по последним данным было уничтожены при участии тени.

Единственное что меня тревожило, так это россказни о кровожадности Чихеро по местным телеканалам федерации Гатсен.

Чихеро никогда не отличалась миролюбием, да она была очень доброй и милой ко мне, но не к чужим тем более на войне. И еще не забыли наши воины о той что готова была пожертвовать своей красотой ради жизни простых солдат. Не забыла и она, только вот после стольких лет она не стала менее красивой, но стала сильней, и злей. Слава моей черноокой красавицы уже затмила мою, и я считаю что она этого заслужила. Правда подданные империи немного побаивались могущественную распадчицу, и не спешили оказывать ей почести.

Дикие земли тем временем сделали свой выбор, ну по крайне мере Ичьхилак и Картас объединились, и послали военную помощь порту Каори. Небольшое количество бронетехники только вчера отправилось из городов, но всё же я чувствовал необходимость отблагодарить города, за это. Наша же империя выбрала сейчас шакальную тактику, откусывая у флота по несколько кораблей, но всё же потихоньку пробиваясь к порту Каори. И крики федерации Гатсен, рано или поздно заставят империю Куртон убрать флот от порта Каори.

Огромный железнодорожный мост через широкую реку рухнул после череды взрывов, перед самым грузопассажирским поездом. Вырывая меня из чертогов воспоминаний в которые я погрузился.

— Я же просил пропустить его. — Сквозь зубы проговорил я, отвлекаясь от своих воспоминаний.

— Вот именно попросили, а не приказали. — Спокойно проговорил рядом, стоящий Креол. — Поспешим, а не то грабить начнут без нас.

— Грабить? — Спросил я, подставляя руку старику, который начал карабкаться по моей броне.

— А вы думали нам выделили на замену, лучших из лучших? — Усмехнулся Креол устраиваясь в коконе из плетей на моей спине. — Эти ещё и насиловать начнут.

— Высеку. — Прорычал я, срываясь с места.

— А вот это не помешает. — Донёсся до меня крик Креола. — Я бы рекомендовал устроить показательную порку на смерть.

Неделю мы отрезали пути отступления для военных формирований и эвакуации гражданского населения. Я саботировал наши действия как мог, не принимал участие в захвате гражданского населения, давал уйти последним поездам и автобусам перед разрушением мостов. Не давал грабить, не догонял военные формирования, что отступали, и не нападали на нас. Да командиром отряда был я, и этот мост должен был быть последним, после которого я вместе с отрядом сегодня должен был отправится назад к основным силам. Нашу задачу будут исполнять прибывшие на замену отряды, те, которые сейчас направились к поезду с целью поживиться тем что есть у убегающего населения и повеселиться с красивыми девушками.

Меня радовало, что ни один из членов моего отрядов даже и не помыслили сдвинуться со своих огневых точек. Они знали моё отношение к подобным действиям, и не были глупы и так самонадеяны, как этот отряд пришедший нам на смену.

— Я Дэйчиро Шосе приказывает не приближаться к поезду. — Прокричал я в микрофон своего бронекостюма.

— Господин Шосе− Раздалось в моих динамиках голос командира несущих на груди знак демона. — Майор Кеншин Таоксе, приказал отключить личную радиосвязь своему отряду две минуты назад.

— Пора убивать. — Прорычал я а, по-моему бронекостюму начал стучать Креол стараясь привлечь к себе внимание.

— Позже господин Дэйчиро, вы накажете виновных — Раздался в динамиках моего шлема голос Креола. — А сейчас пора спасать отряд в поезде находится сильный и опытный психокинетик.

С моей спины за пол километра до поезда соскользнул Креол, объяснив это тем что ему требуется определить место нахождения вражеского психокинетика. Который, не выдавая себя начал выкашивать марионеток нашего отряда при этом ранив уже двух слишком разгорячённых манипуляторов. Что пренебрегли безопасностью и слишком близко приблизились к поезду. На моем пути встретился психокинетик которым командовал майор Кеншин, его тащил один из физиков, психокинетику оторвало ногу. По радиосвязи внезапно зазвучал голос майора отряда что прибыл на нашу замену.

— Я командир отряда приказываю открыть залповым установкам огонь по координатам. — Я не дал ему договорить, перебив его радиопередачу.

— Убью любого, кто послушает приказ трупа. — Я не стал больше ничего говорить, я двигался к физику что уже перенял командование без моего ведома. И смеет приказывать моим установкам залпового огня, моим бойцам, ведь его машины прибудут только ночью.

— Креол, дан предполагаемого противника? — Спросил я по радиосвязи, выбивая плетями из рук майора Кеншина Таоксе, тубус реактивного пехотного огнемёта одноразового применения, который он нацеливал на один из вагонов. — И каково количество людей в поезде?

— Ты что творишь⁈ — Развернулся ко мне физик и в пылу боя пытался навести на меня окопный дробовик.

Я не стал бить его рукой тем более обнажать свой меч, а оплел плетями и развернувшись корпусом отбросил физика от себя, который, не имея возможности двигаться неплохо так приложился об землю.

— Господин Дэйчиро, в поезде около пяти тысяч человек, и среди них психокинетик как я предполагаю девятого дана, который действует скрытно, не выдавая себя. — Проговорил по радиосвязи Креол. — Я попробую приблизится.

— Не стоит Креол, я буду позащищённой тебя, от тебя требуется поддержка и подстраховка меня. — Я совершенно спокойно проговорил Креолу приблизившись к майору, с которого я снял плети которые опутывали его тело, и он уже встал с земли. — Солдат я приказываю вернуться на исходные позиции.

Мне было плевать что подумал этот физик, про моё звание, но, если он не выполнит мой приказ я убью его на месте на глазах его подчинённых. Что даже не шелохнулись помочь своему командиру. И были под прицелами пулеметчиков и снайперов несущих знак демона на груди.

Идя спокойно к поезду, я с улыбкой наблюдал внутренним зрением, как отряд возвращается на свои огневые позиции, оставив около поезда только меня и Креола. Не знаю через какое место получил звание этот майор, но он совершил ошибку. За которую уже поплатились несколько владеющих благо не смертельно.

— Напомни Креол, объяснить командующему почему Таоксе недостоин звания майора. — Спокойно проговорил я в микрофон своего бронекостюма.

— Если вы о том, что нельзя доверять разведданным то командующего это не убедит. — Спокойно проговорил Креол, ожидая, когда моё приближение вызовет атаку от неизвестного психокинетика. — Мне кажется и командующий через чур надеется на правдивость разведки, за что уже и поплатился при высадке десанта.

Креол был прав, разведка работала отвратительно, через разведывательную сеть нам сообщили что из ближайшего города выдвинется этот поезд, не имея вооруженной охраны, и на нем нет владеющих. Которые под прикрытием психокинетиков предпочитали самолеты и сейчас отправлялись к формирующийся армии федерации Гатсен, которая ожидала частей регулярной армии империи Куртон готовясь дать нам генеральное сражение. В поезде мог быть владеющий что скрывается, но это не мог быть высокодановый владеющий что мог уничтожить пол отряда. И поэтому этот майоришка даже и не подумал, что кто-то будет защищать поезд с мясом. Который эвакуируют только из-за того, что их можем использовать мы.

И теперь после ранения членов отряда этот психокинетик не может уйти живым, и майор был прав, спалить поезд это был бы выход из ситуации. И когда из огромного поезда начнут выбегать люди косить всех без разбору. А иначе вычислить владеющего сложно, если его не засек ни Креол, ни один из манипуляторов. Мастер стихии, понимает, что он выдал себя, но вот почему он это сделал? Он мог уйти незаметно, значит, что-то его спровоцировало, заставив атаковать.

Я шёл вдоль вагонов мерно ударяя по их корпусам плетями, вызывая крики ужаса пассажиров. Я не хотел убивать пять тысяч, я убью только одного, и после уведу отряды, а люди пусть переплавляются в плавь через реку. Харуки с Яфой еще не прибыли и отряды по отлову ещё не до конца сформированы, и у людей ещё есть шанс спастись.

— Креол в какой вагон выстрелили, либо в него уже залезла марионетка. — Спросил я, всё также идя и мерно стуча по вагону, чувствуя нарастающий ужас пассажиров. Для них я чудовище с металлическими щупальцами что алчут крови.

— В пятый, шестой и двенадцатый. — Хладнокровно ответил Креол.

— Принял. — Ответил я Креолу по радиосвязи и включил динамики своего бронекостюм на всю мощность.

Владеющий был интересен марионеткам, так как он ехал скрытно, то не мог выглядеть богато или иметь какие-то очень заметные вещи. Кто именно атаковал отряд не поняли даже пострадавшие, мне это даже не надо было уточнять так как в ином случае вагон с владеющим был бы уничтожен. То, что могло заинтересовать марионеток, в данных обстоятельствах мне стало понятно очень быстро. И хоть я не мог внутренним зрением четко определить самую красивую девушку, вызывающую своей красотой даже в неброской одежде желание. Я был уверен, что искомый мной владеющий это женщина, красивая женщина.

— Ты красивая, умная, и сильная− Динамики громко передавали мой голос хоть немного его искажали, а постукивание по корпусу что должны были нагнетать обстановку я не прекращал и на секунду. — Но красота тебя и погубила, потому сейчас ты и умрёшь!

В пятом вагоне поскуливали от страха не только женщины, но уже и мужчины, я сканировал силой манипулятора, видел их страхи. Но так и не мог найти того, кто мне был нужен, не было уверенного в своих силах человека. И в шестом вагоне его не было, а появился только зловонный запах испражнений. Но я все не прекращал свои поиски, под прицелами своего отряда что ждал моего приказа. Вот и двенадцатый вагон, моя перчатка, окованная металлом с острыми небольшими конусами на пальцах. Начали царапать металлическую обшивку вагона, а плети все мерно стучали по вагону.

— Я найду тебя, сдеру кожу с твоего лица переломаю все твои прекрасные косточки. — Спокойным холодным голосом проговорил я через динамики. — Тебе надо было дать себя изнасиловать, и тогда, может быть ты бы осталось живой, но нет, ты ранила офицеров, и убила марионеток, и теперь ты умрешь.

Не было воинов и в двенадцатом вагоне, да и в тех что попадали под мои сканеры силы манипулятора и силы психокинетики, также не было. Люди потихоньку выли, кто-то уже потерял сознание, а мои поиски оказались безрезультатными. Несмотря на моё представление она себя не выдала, ни мыслью ни даже ударами сердца. Я хотел спасти сотни жизней, но не получилось, а заходить в вагоны я даже и не думал, во-первых, я не пролезу в узкие двери. А во-вторых, так глупо подставляться под удар, который меня может прикончить я не желал.

— Мама он нас найдет. — Тихо до смерти запуганно проговорил мальчик лет пяти, а рядом с ним заплакала девочка совсем ещё кроха.

— Все будет хорошо милый. — Проговорил тихо мелодичный голос, чьё сердце билось ровно. — Всё будет хорошо.

Я видел её внутренним зрением, она гладила своих детей прижимая маленькую дочь к своей груди, она уже знала, что сейчас произойдёт, но будет биться до конца. Воин, это не мужчина или женщина, это не зависит от возраста, не видя её я чувствовал воина я слышал спокойно бьющиеся сердце того кто готов к бою всегда.

— Я нашёл тебя! — Мой рев заставил дрожать окна вагона.

Мгновенно переместившись к окну вагона в котором был психокинетик я разрывая метал разбил окно своими плетями и практически влетел внутрь вагона оставив за собой дыру из рванного металла. Плети метнулись к той что неслась сейчас к противоположному окну вагона плацкарта для самых бедных. Время не остановилось полностью, оно словно маленький равнинный ручеёк тек неспешно давая мне время всё лучше рассмотреть.

На меня смотрели с ужасом с пола какие-то люди, но их глаза, их взгляды были пустыми и ничего не выражающие. Но вот те глаза что меня на мгновение замедлили и сильно ударили по моему разуму словно сильнейший удар манипулятора сильно мешали мне действовать невозможно было игнорировать. Из-за плеча убегающей владеющей смотрели дети на меня огромными от страха глазами. Она бежала к окну, разбив его метательным ножом, которым она управляла психокинетикой, в меня также летели небольшие ножи сверкая в полутьме вагона. Мысли детей о том, что сейчас я убью их мать, болью отражались в моём разуме.

Отбить ножи было несложно, она не могла сражаться в полную силу сосредоточивавшись на защите от моих плетей что со скоростью чуть меньше пуль тянулись к ней. Она смогла их отклонить и выскочить в разбитое окно.

Я словно ураган пронесся через вагон разламывая все на своём пути. Единственное что меня немного замедлило так эта стена вагона, которую я пробил своим телом разрывая металлическую обшивку вагона.

Она стояла под лучами яркого солнца, в боевой стойке, дети были за её спиной, которые смотрели как их мама готовится начать свой последний бой. Я не тот противник, с которым она сможет справится, сокрытый броней, манипулятор что готовит для неё удар, а мои плети уже готовы переломать её тело. Красива, благородна, но я убью её, да на глазах её детей, но это война и это допустимо. Пытался хоть как-то успокоить себя я.

Первые удары ножей я пропустил, и они вонзились в мою броню, но так и не смогли пробить её. Десятки ножей я отбил плетями, и не останавливал свой бег к воительнице до тех пор, пока мои плети не окружили воительницу и её детей со всех сторон.

Ловушка готова осталось только свести на огромных скоростях нити моих плетей что при движении будут рассекать плоть матери что пытается защитить своих детей. Но у неё это не выйдет, слишком я иной противник и она уже поняла свою ошибку, но все равно сейчас пытается своими стилетами обрубить нити и достать меня пробив броню моего бронекостюма.

Внутреннее зрение работало в полную силу, и я видел, как сейчас в мою спину летит диск, которым пользовался Креол. Я не мог не узнать его, ведь я много раз видел в действии всё оружие старика. И траектория по которой шел диск, вынуждала меня прекратить атаку на владеющую.

— Креол⁈ — Взревел зверем я как по радиосвязи, так и в динамики, когда я остановил диск плетями.

— Господин Дэйчиро дайте нам уйти. — Тихо и спокойно проговорил голос Креола в динамиках моего шлема.

Старик стол сейчас на крыше вагона, и смотрел на владеющую, а она, прекратив атаки смотрела на него, не предпринимая ни каких действий, но была готова защищать жизнь своих детей в любой момент.

— Кто она? — Кровь бурлила во мне я уже всё понял, но злость во мне была сейчас сильна. Я близок к ней, раскрутить плети сейчас было делом доли секунды, и разрубленные тела опадут на желтоватую траву. Нет от меня защиты в близи, а нас раздели всего лишь какие-то десять метров

— Акира дочь моей сестры. — Тихо раздался в динамиках моего шлема голос Креола. — Это последние из клана Сиукого, я не могу позволить тебе убить их, просто не могу бездействуя наблюдать за этим. Дэйчиро дай нам уйти, либо убей и меня.

Болты что скрепляли мой шлем с бронекостюмом в единое целое со свистом, раскручивались, и когда я смог снять его то шлем улетел в стену вагона практически пробив его, и застряв в металлической обшивке.

— Так. — Грозно проговорил я, еле сдерживаясь чтобы не продолжить схватку, указал на владеющую что безмолвствовала и все также напряжённо стояла в боевой стойке. — Тебе пять ударов плетью, три за бойцов, один за то, что не изуродовала ни фигуру, ни лицо.

— Кто ты? — Спросила она, поняв, что схватка по каким-то причинам не продолжится.

— Тебе я известен как демон Шосе. — Спокойно проговорил я, и указав на детей добавил. — Еще один удар за детей.

Я пошел прочь, оставляя Креола и его племянницу на едине.

— Креол. — Проговорил я по радиосвязи. — У тебя десять минут, после них чтоб примкнули к отряду, мы немедленно отправляемся к основным сила.

— Благодарю вас Дэйчиро. — Раздался в ответ мне голос старика в динамиках.

Всего лишь через час мы уже выдвинулись в путь, оставив выполнять нашу задачу майора, которого я не стал учить его выполнять приказы. У меня появилась иная более сильная головная боль, что сейчас ехала сейчас со мной в одной бронемашине, при этом не выпуская из рук своих детей. За предательство есть только одно наказание смерть, и мне предстоит решить судьбу не только её, но и этих, совсем юных владеющих.

Конец главы.

Глава 27

Прошла уже неделя как я вернулся с отрядом к основным силам нашего десанта, и теперь готовился, как и все остальные в армии к генеральному сражению. Его нельзя было избежать, обстрелы ядом не приносили ни каких результатов. Тэймэй отметила в своём выступлении перед народом по телеканалам, что не желает уничтожать ядом население незащищенных городов, а империя Куртон просто не могла этого совершить. Так как наши противоракетные силы превосходили наших противников в разы как в плане качества, так и количества. Первое масштабное сражение пройдет на территории федерации Гатсен, и именно оно определит весь ход войны. Только на словах сражение будет генеральным, ведь участвовать будет едва ли треть всех войск империи Куртон и её союзников. И все равно это были неисчислимые полчища врагов.

По-другому и не назвать те десятки армий что сейчас спешат объединится и в одном сражении уничтожить нас. Когда именно начнется сражение никто не знал, но в штабе, в который меня теперь непременно приглашали, были едины во мнении что его в данных условиях не избежать. Можно было подготовится к обороне и окопной войне или попытаться окопаться в городах, но это было более чем бессмысленно. Ведь всего через пару недель, войска нашего противника увеличатся минимум в два раза. Да, к нам прибыло подкрепление, но это было всего лишь каплей, а нам требовались слишком многое, чтобы сравниться по силе с армией империи Куртон и её союзников.

Яфа вместе с Харуки даже не сошли на берег и сейчас готовили на одном из сухогрузов, изменённых к бою. Они не стали использовать гражданское население ограничились только пленными солдатами. Но времени было настолько мало что они не стали делать из них полноценных марионеток. Изменённые это обработанные люди с разблокированным потенциалом, мясо что будет выполнять заложенный в них приказ создателя. Они не поддаются управлению манипуляторов, не имеют развитого разума. Мясо что погибнет в первые секунды после начала боя.

Но всё это было неважно для солдат, что именно делали другие для подготовки к сражению в котором лично не примут участия. Наша армия уже второй вечер готовилась к смерти, особенно это было видно по высокоданнновым владеющим. Что пытались подготовится к предстоящему бою как телом, так и духом.

Вражеская армия была огромна, она превосходила нас по всем параметрам в разы, как по артиллерии, так и в количестве солдат. Но это не сильно беспокоило ни меня, не других владеющих в нашей армии, каждый из нас знал, что реальной опасностью были вражеские высокоданнновые владеющие. Как докладывала разведка, соотношение владеющих было один к семи, а высокоданновых и вовсе один к десяти. Чтобы у нас был хоть какой-то шанс победить, каждый владеющий, включая меня должен уничтожить как минимум десть высокоданновых владеющих.

— Господин Дэйчиро. — Обратился ко мне главнокомандующий. — Вы будете принимать участие в сражении?

— Да господин Генерал, — Ответил я ему встав при ответе как велит устав.

— Я рад этому. — Похлопав по моему плечу генерал добавил. — Воплощения стихий буду рады узнать эту новость.

И именно после того как я подтвердил слухи в штабе, как мне рассказал Креол наши двенадцатидановый владеющие, сила которых заставляла ужасаться даже меня, начали готовится к своему последнему бою. В котором можно спокойно умереть зная, что с ними в одном строе будет сражаться муж императрицы. Готовился к своему последнему бою и я, хоть и понимал, что выиграть это сражение не значит выиграть войну.

Уже второй вечер я уходил на пару километров от огромного лагеря что вставал на ночёвку и готовил своё тело и разум. Я сидел в своём белом кимоно и медитировал под неусыпным взором клана Сиукого. Креол с Акирой даже моргали поочередно, сидя также, как и я в позе для медитации, но в отличии от меня, они не настраивались к бою, у них проходило молчаливое обучение. Тому как надо охранять меня находясь вблизи и при этом не мешая. Креол, готовил племянницу на свою роль моего сопровождающего, так как я считал телохранитель мне не требуется.

Я смотрел на лежащий около меня обнаженный меч, что в скорости впервые будет использован по своему прямому назначению, через день или два, или же неделю плевать. Эта сталь, испещренная зазубринами будет служить мне в бою, и убивать моих противников. Не врагов, все мы песчинки в этой войне, и те что по другую сторону, мои противники, а не враги. Я не должен испытывать злости в бою, и каждый мой удар должен быть холоден.

Резко встав находясь в состоянии близком к состоянию транса я психокинетикой поднял меч с земли и как только рукоять коснулась моей ладони, я начал свой удар.

Меч был идеален несмотря на свой ущербный вид, лезвие с дефектами рассекало воздух с практически неслышимым гулом. Из-за скорости я чувствовал сопротивление воздуха, и меня это несказанно радовало. Когда я с небольшим для меня усилием остановил удар и смог справится с инерцией, то счастливо улыбаясь я дотронулся дрожащим от волнения пальцем до клинка меча.

— Оно теплое. — Счастливо проговорил я, осознавая, что наконец-то мне не стыдно за свой удар, не стыдно держать меч в своих руках.

— Я поздравляю вас господин Дэйчиро. — Вежливо с поклоном проговорил Креол, а его племянница только презрительно фыркнула, за что тут же получила подзатыльник от старца. — Акира, будь сдержаннее, и уважительнее.

— Креол, не называй меня господином. — Угрюмо проговорил я, наблюдая как с помощью психокинетики меч прячет своё лезвие в неприметные ножны. — И Акиру не приучай тем более она против, слишком свободолюбивая твоя племянница.

— Разве это проблема? Моё свободолюбие? — Проговорила Акира, и еле заметно изменила позу и её кимоно серого цвета перестало напоминать кимоно. Словно легкий халатик просторное кимоно обтянуло сексуальную фигуру молодой владеющей. Клянусь её грудь увеличилась в размерах. Звонкий подзатыльник, который вновь отвесил Креол Акире привел меня в чувство, и напомнил мне о том, что я скучаю по женам.

— Акира. — Грозно проговорил Креол. — Самый верный путь к истреблению нашего рода это соблазнение мужа императрицы.

— Не сильно то и нужен он мне. — Обиженно проговорила Акира, переставая контролировать своей силой свою одежу. — Креол и в любом случае клану Сиукого, гарантирована жизнь, и никто не убьёт нас без разрешения Дэйчиро Шосе.

— Мои жены конечно извинятся что не спросили моего разрешения, а потом развеют твой прах по ветру. — Угрюмо проговорил я, вновь садясь в позу для медитации и погружаясь в свои воспоминания и настройки организма. Недовольно произнеся на последок. — Я тебе уже говорил твоя красота тебя погубит.

С лица Акиры моментально слетела её плотоядная улыбка, она вспомнила о детях и тех ударах плетями, которыми я её наградил. Я бил своей плетью по голой спине девушки, но я разрешил ей защитится своей силой и мои удары не оставляли кровавые следы на идеальной фигуре Акиры. Бил я в полную силу, но ни один из четырёх ударов так и не смог пробить защиту Акиры. Огромная толпа собравшееся вокруг нас, и не смевшая приближаться ближе чем на двадцать метров, начала посмеиваться надо мной, любуясь обнаженной спиной прекрасной девушки.

— За детей! — Плеть взвилась в воздух чтобы нанести последний пятый удар, и я невольно ослабил свой контроль над разумом.

Злость из-за того, что я мог убить детей мгновенно заполнило мой разум, а плеть, уже пронзило землю на глубину метров в пять, не заметив бетонной плиты на которой лежала без чувств девушка. Её защита не выдержала она не смогла отклонить мою плеть, я просто промахнулся и не разрубил её пополам, а она тщетно пытаясь спасти свою жизнь перенапрягла свой разум. И как следствие потеряла сознание, слава богам я промахнулся иначе мне пришлось бы становится опекуном её детей.

— Переборщил. — Недовольно я проговорил тогда и развернувшись пошел к своей палатке с недоумением смотря как застыли в изумлении сотни людей, как пустых, так и владеющих.

Вот так я и узнал, что как психокинетик я не ровня владеющему даже десятого дана, и мой дан одиннадцатый, но только когда я начинаю терять контроль. Мой разум, сильно меня беспокоил, я видел, что он как натянутая струна, которая может в любой момент лопнуть и я постоянно проводил ревизию своих воспоминаний, ища первые признаки того что началось разрушение.

Но все это произошло после моего разговора с Креолом и Акирой и экстренных переговоров с канцелярией императрицы. Тэймэй была занята даже для меня, да и выделенный канал связи был единственным на всю армию, чтобы я мог попытаться связаться с другими женами или дочерью.

Разговор с представителем канцелярии был довольно сложным, он никак не хотел поверить в то что предательница Акира из клана Сиукого, что числилась мертвой, жива. И только после небольшого напоминания что я умирать не собираюсь, и вернусь, в столицу и засуну уголовный кодекс империи в неназванное место тому, кто не может придумать как предательница избежать казни дело сдвинулось с мертвой точки. И в итоге напряжённых переговоров, в связи с тем, что из-за расстояния что нас разделяло, ко мне не испытывали страха.

Акира Сиукого официально стала моей пленницей, которой сформировали личное дело как на нее, так и на её двух детей. Давать военным дознавателям фотографировать Акиру без моего присутствия и одобрения, было ошибкой. Племянницу Креола было сложно назвать скромницей, она знала о своей красоте и не скрывала её, а наоборот подчёркивала. Она фотографировалась в своей одежде, и она была к сожалению, не традиционной. Чулки не скрывала слишком короткая юбка, кофточка у которой вырез был почти до пупка оголял очень немаленькую грудь, и именно такие фотографии моей пленницы ушли в столицу. И именно тогда я впервые увидел, как Креол награждает подзатыльником свою племянницу. Которая не видела в своём наряде ничего провокационного, к сожалению, когда все выяснилось фотографии, были уже в столице. Через два часа через связных марионеток мне пришло короткое сообщение от Орсо.

— Господин Дэйчиро я вам рекомендую в будущем более осмотрительно выбирать пленниц. — Гласило сообщение от главы разведки, которое было прикреплено к документам, удостоверяющие командование в том, что с данного момента предательница находится под моим попечением.

— В вашей спальне в императорском дворце сейчас проходит ремонт, кровать уничтожена и мастера уже принялись за изготовление новой, императрица была крайне недовольна вашим выбором пленницы. — Дочитав сообщение старика я облегченно выдохнул, главное, что она не против и я могу не опасаться, что за Акирой и её детьми придут. А спальню отремонтируют и вообще почему она находилась в моей спальне?

Были некоторые проблемы у меня и с Креолом, он сообщил мне как главе клана Шосе о том, что он готов стать моим вассалом. Я отказал, слуги мне не были нужны, мне нужны были соратники и зря я это сказал так как Креол теперь готовит Акиру в мои телохранительницы.

В принципе у девушки не было больше ни каких иных путей, федерация её искала уже не первый год. И только то что она числилась мертвой официально, её и спасало от полномасштабных поисков. Так как были подозрение у спецслужб федерации что не могла Акира Сиукого, умереть, не сражаясь за свою жизнь и тем более покончить с собой и перед своей смертью хладнокровно убить своих детей. Но у них были тела, и генетическая экспертиза подтвердила, что это мертвое обгоревшее тело принадлежит Акире Сиукого. Девушка с легкостью соблазнила эксперта, проводившего экспертизу и тот, до сих пор ждал, когда его любовь всей жизни придет за ним.

Я не хотел убивать Креола, который получил надежду что его клан имеет будущее хоть и в лице не самого лучшего члена клана. А если бы Акиру забрали и казнили, он бы точно умер, может быть не от рук дознавателей с которыми стал бы сражаться, а от самого факта что он вновь один. Мне было печально в этом признаваться, но я со временем начал видеть в старике друга, а не того, кто вынужден следовать за мной.

Смотря на его счастливую улыбку, когда он играл с детьми Акиры я и сам невольно улыбался. А то с каким удовольствием он награждал Акиру звонкими подзатыльниками и вовсе невозможно описать. Самое интересное, было не то что Акира позволяла Креолу это делать, а то что это было своеобразная тренировка, он окутывал свою руку силовым полем подобным тому которым защищаются высокоданнновые психокинетики. И Акира раз за разом пыталась противостоять этому удару, не нападая на старика.

— Уже довольно поздно, Акира побудь с господином Дэйчиро, пока он не закончит свою тренировку. — Проговорил Креол и неспешно поднялся со своего места, он оставил меня на едине с племянницей по моей просьбе. — А я пойду ложится спать, старые кости не прощают недостаток сна.

— Да мастер, я останусь, вы только уточните могу ли я остаться с ним на всю ночь? — Со своей обычной плотоядной улыбочкой проговорила головная боль Креола, и властительница сердец половины моего полка несущих на груди знак демона.

— Акира, Юна постоянно просыпается среди ночи и зовёт маму. — Тихо проговорил Креол что как и я не верил Акире, которая использовала свою излишнюю сексуальность зачастую как способ защиты. — И ты это знаешь, и если сможешь, то проведи ночь с Дэйчиро.

Креол молча развернулся и в сгущающейся темноте неспешна направился к палатке клана Сиукого в которой ожидали дети сказку на ночь что называли Креола дедушкой.

— Акира− Обратился я к девушке, когда Креол покинул нас. — Я прошу тебя не учувствовать в предстоящем сражении, забирай детей и уходи к сухогрузу где создают изменённых, я вручу тебе письмо Яфе Шосе. Она поможет тебе и детям.

— Господин, нет, я никогда не буду называть тебя господином. — Серьёзно проговорила девушка, внезапно подвинувшись ко мне поближе. — Дэйчиро, неужели ты такой бетонноголовый ты хотя бы понимаешь кто сидит с тобой рядом?

Я смотрел на грустно улыбающеюся девушку и силой манипулятора ловил обрывки её мыслей. И мне было неуютно от её мыслей, а ведь они были идентичны тем что крутились в моей голове много лет назад. Одиночество, тоска, ненужность и страх за своих детей. Все тоже самое испытывал в диких землях я, когда заботился о своей маленькой дочурке, когда стал предателем, преступником и в одночасье последним из Шосе.

— Мне нет места в империи если ты умрёшь, моих детей в лучшем случае перевоспитают, привив им пренебрежение, а возможно и ненависть, к своему клану. — Акира попыталась заглянуть мене в глаза. — Я знаю, что я могу умереть, но если я пройду эту войну плечом к плечу вместе с тобой, то мне достанется часть славы императора.

— Я не император. — Твердо произнес я.

— Если Креол рассказал мне правду, и ты пойдешь в бой одним из первых. — Акира прикусила свою губу словно произнесла лишнее, и отвернулась от меня. — Правду о тебе говорят солдаты, ты не думаешь возвысится, я покину тебя, сейчас тебе не нужен телохранитель.

Знал об этом и я, весь мой личный полк окружил нас, они словно подражали мне, ведь каждый из них сидел в позе для медитаций и смотрел на своё оружие. Они готовились, как и я к бою, в котором выжить будет очень сложно.

— Акира подумай о детях. — Я попытался надавить на её материнские чувства, но мне ответили холодным полным решительности голосом.

— Я думаю о них всегда, и лучше я умру сражаясь, очистив имя Сиукого, и тогда есть вероятность что их будут воспитывать как своих одна из Шосе, но как членов чужого клана. — Она на мгновение замолчала, а после вновь заговорила и в её голосе слышались нотки сожалению. — Лучше бы ты залез ко мне под кимоно, чем решил поговорить со мной на эту уже решенную тему.

Акира встала с земли и уважительно мне поклонилась, и также неспешно, как и Креол пошла в сторону нашего лагеря. Оставив меня в одиночестве с так и не решенной проблемой. Я не желал, чтобы будущее клана моего друга умерло вместе с его племянницей и её детьми.

— Может она и права. — Грустно улыбнулся я. — Может и стоило по крайне мере попробовать.

Конец главы

Глава 28

— Вперед, Шосе, помни у вас будет пятнадцать минут. — Раздался спокойный голос командующего в динамках моего шлема. — Удачи.

— За мной− Хрипло проговорил я в свой микрофон по радиосвязи и сорвался со своего места в стремительный забег.

За моей спиной взревели двигатели, и я слышал, как гусеницы тяжелых танков вгрызаются в землю силясь быстрее ускорится, чтобы поспеть за командиром смертников. Темная непроглядная тьма ночи словно заботливая мать укутывала нас от взора врага. Десять километров разделяющие наши армии я должен был преодолеть за пятнадцать минут, как, впрочем, и танкам надо успеть за это время выйти на свои позиции.

Моя броня, усиленная десятками плит, была слишком тяжела даже для меня несмотря на то что я вышел на свой максимум как физик. Возросшая в объеме мышечная масса нещадно рвала мою кожу, и попытка ускорится только всё усугубляло, но мне было плевать на боль и кровь которой я уже начал покрываться.

— Пять километров, готовсь! — Прокричал я в микрофон одновременно с тем как по нам открыла огонь вражеская армия. Я преодолел середину, и уже начались минные поля, которые находились под контролем врага.

Снаряды летели в меня один за другим, и я еле успевал их отклонять как плетями, так и чистой психокинетикой. Под ногами взрывались противопехотные мины, которые не могли пробить мою броню. А противотанковые мины я выкорчёвывал из земли плетями, не замедляя свой бег они ещё пригодятся мне в дальнейшем бою.

Я чувствовал силой манипулятора, как сотни вражеских манипуляторов наносят свои удары, которые вызывали отчаяние и страх. Пустотники же били по площадям, а психокинетики выжидали удобного момента, а огонь что был создан огневиками уже огромными шарами освещая всё вокруг в ночной темноте спускался на нас небес.

А я все продолжал свой стремительный бег, слыша, как за мной несется бронетехника, ревя своими моторами. Огромные танки неслись за мной, не сделав ни одного выстрела, они ожидали моего приказа без него экипаж танков будет умирать, но так и не произведут не единого выстрела.

Видя впереди зарево что создавали системы залпового огня пуская сотни ракет в полёт, в моей головне пронеслась мысль что вот и летит наша смерть. Но всё же дерзкая задумка пока что работала, мы живы, а наш противник в недоумении, не понимая, что может сделать против огромной армии, небольшой полк при поддержке бронетехники.

— Залп! — Взревел я по радиосвязи, и за моей спиной почти синхронно произвели выстрелы из своих орудий треть следующих за мной танков.

Снаряды с ядом выпущенные из стволов танковых орудий, вели лучшие психокинетики империи, многокомпонентный яд был лучшим из того что когда-либо создавали ядовики. В этот бой шли только лучшие, умирать были готовы все, кто находился сейчас на танковой броне. Было решено что первая атака пройдет не как обычно, пойдет не мясо, а владеющие и мой отдельный полк, усиленный лучшими новейшими танками. Которые управлялись теми что знали у них нет шансов выжить, и они осознано шли на смерть.

На броне танков сидела не простая пехота не было среди них и марионеток, то были владеющие от восьмого дана. Но на следующих прямо за мной в первом ряду танках броня была усеяна владеющими чей дан был не ниже десятого. Эти владеющие были и в одиночку страшны, но в отряде где были только равные им они дополняли друг друга, и эти небольшие отряды были нашим самым страшным оружием.

— Залп! — Вновь взревел я, отбивая три бронебойных снаряда одновременно вырывая противотанковые мины из земли плетями. Мне осталось преодолеть всего лишь полтора километра, и я начну свой бой. Позади стреляли танки, но их грохот был ничто по сравнению с тем что сейчас взлетало в пяти километров от нас. Системы залпового огня освещали запущенными ракетами, небо не хуже шаров пламени вражеских огневиков.

Огненные шары, запущенные вражескими огневиками, стали деформироваться и уже начали преобразовываться в огненный шторм что тянул свой огненный хобот не к нам, а к армии империи Куртон и её союзников. В этот момент я и почувствовал ужас что начал исходить от таких близких построений противника. Они осознали, что сейчас идет клинок, который вгрызется в их строй неся смерть. Они с ужасом смотрели как бесполезны атаки их владеющих, как ракеты не могут попасть в такую простую цель как танки. И эти танки на предельных скоростях неумолимо несутся прямо на них, огромные гусеницы будут давить их кости и тела

— Пора− Обнажая свой меч, проговорил я сам себе и приготовился к тому чтобы ускорится, и наконец-то начать свою схватку.

— Дэйчиро, любимый, замедли свой бег. — Раздался в моей голове голос Яфы которая явно была недовольна мной. — Танки не успевают за тобой, а физики боятся вырваться из-под защиты психокинетиков и тебе не стоит выходить из-под защиты двенадцатидановых слившихся со стихией.

— Зачем ты пришла? — Послал я мысленный сигнал и все же замедлил свой бег смотря как наши психокинетики ведут наши ракеты в противника, который не может их отклонить заранее чтоб она не попала в их солдат. — Ты должна быть на сухогрузе в полной безопасности!

— А ты должен был не подвергать свою жизнь опасности! Так что мы в расчете, и не кричи на меня. — С обидой в голосе проговорила моя супруга в моей голове. — Мы с Харуки будем участвовать в сражении хоть и не лично, только не пугайся наших созданий, когда их встретишь.

— Я их просто убью их если будут мешаться под ногами. — Проговорил я, видя, как в меня летит диск около двух метров в диаметре и который я не могу отклонить. Ехавшие за мной на броне танков владеющие моментально начали помогать мне как увидели, что я не справляюсь и диск начал уходить в верх. Что было неприятным сюрпризом для атаковавшего меня слившегося со стихий психокинетики, которого я уже чувствовал силой манипулятора.

— Смотри чтоб они тебя не растоптали ведь они…. — С усмешкой проговорила Яфа, но так и не смогла закончить свою фразу так как ментальная связь была обрублена атакой вражеских манипуляторов.

В моем разуме, начал проявляться страх, он жалобным голосом верещал о том, что меня убьют, что если я выживу, то останусь калекой. Моё тело не выдержит, а разум и так давно уже сбоит просто я не хочу этого замечать.

— Всё хватит! — Отбивая последний снаряд, пронеслось в моей голове, а мышцы отозвались приятной болью принявшись за привычную для них работу, своё ускорение я подстегивал психокинетикой что позволило мне всего лишь за мгновение выйти на предельную скорость для моего тела. — Мне плевать на то что случится со мной!

В глазах как всегда рябило, а в голова неприятно трещала от перегрузок, но мне было плевать внутреннее зрение работало, и я прекрасно видел, что творится вокруг меня, а боль можно и потерпеть. Семь противотанковых мин были мною возвращены армии империи Куртон, но не были они этому рады. Два подорванных танка стоявшие на моём пути, были просто отвлечением вниманием так как я засек первого двенадцатиданового психокинетика что уже неудачно атаковал меня.

Наш отряд что нёс кодовое название, «Клинок», только начал выполнять свою миссию и это воплощение стихи что могло убить меня за долю секунды было озадачено не пробиваемой защитой. Которой окутывали меня владеющие сидевшие на первом за мной танке, давая тем самым мне возможность совершить невозможное. Убивать слившихся со стихиями, и быть на равных с ними в контактном бою.

Я остриё нашего клинка и на мне задача вводить в тело вражеской армии наш ядовитый клинок. Взрывы на моей броне выплескивающие яды не были неожиданностью для владеющего, а только разозлило его, и его атаки стали еще изощрение и сильнее. Повсюду возникал уже знакомый белый туман, а солдаты начали принимать какие-то таблетки.

— Отряд, первоочередные трофеи это таблетки, действуйте по ситуации. — Сообщил я по радиосвязи, нанося удар мечом по психокинетику который закрылся коконом из силы такой прочности что был уверен в своей защищённости.

Вокруг меня царила смерть, кто-то умирал, не успев принять антидот, а кого-то я разрубал на части плетями, и в этот момент время застыло для меня и вражеского психокинетика что оказался волею судьбы на расстояние взмаха меча. Его надменное лицо, запомнилось мне надолго, сперва меч покраснел от возросшей температуры, как только коснулся защитного кокона владеющего. Мышцы загудели от перенапряжения, а я всё придавал ускорение психокинетикой мечу, до тех пор, пока не понял, что ещё чуть-чуть и мне оторвет руку, держащую меч не взирая, на то что она усилена броней.

Когда ты смотришь на мир через внутреннее зрение время замирает не полностью, двигаются пули и осколки от взрывов, двигался и мой меч. Он плавно проходил через защиту воплощения стихии, у которого так и не изменилось выражение лица. Даже когда меч прошел сквозь его руку потом и живот, двенадцатидановый владеющий разрубленный на пополам так и не понял, что я убил его.

Секунда, а может и менее длилась наша схватка, после которой я понесся дальше вперёд, пытаясь быстрее пройти к центру армии. Танки уже близко и если наш клинок не войдет на всю глубину, то все будет бессмысленно. Прорываться сквозь бесчисленных солдат и владеющих было непросто, не раз меня жгли, пытались убить психокинетикой. Расщепить распадом, отравить ядом, да просто взорвать, но все было бесполезно я бежал, потеряв счет как времени так убитым мною людям. За мной тянулся ярко алого цвета дым, но это было для отвлечения, опасен был не дым, а бесцветный яд, что я распылял по мере своего продвижения. Люди уже умирали от него, а цветной дым показывал, что остриё прошло именно здесь.

Разум от перенапряжения и множества атак постоянно сбоил, от взрывов и ударов что я получал, не имея возможности увернуться. Да меня прикрывали лучшие из лучших что уже начали входить в тело армии врага, давя гусеницами десятки солдат. Наши владеющие расчищали себе путь силой, а танковое орудие беспрестанно выпускало из своего дула снаряд за снарядом что несли в себе различные яды.

Кровь, крики умирающих, взрывы всё это было словно в тумане. Второе воплощение стихии, встреченное мною, попыталось сжечь меня, раскаленная броня выдержала хоть моя кожа начала жарится и оголённые мышцы просто молили о спасении. Плети плавились от температуры защиты слившегося со стихией, и так и не смогли дотянуться до атакующего огневика. Которому было плевать на то что он сжигает сотни своих пустых и владеющих. Рывок вперед, молниеносный выпад правой рукой, которая сжимала рукоять меча, и голова владеющего была отделена от тела, а я смог сделать судорожный вздох.

Легкие пылали, горячий воздух повредил мои легкие и каждый вздох теперь давался мне с трудом и болью. Внутреннее зрение показывало, что все танки вошли в построения врага, многие из них были уже подбиты и горели, но все выбрасывали яркий дым и яд из своего нутра. Тело заражено, армия на грани гибели, осталось за малым добить этот заражённый организм.

На самой грани моей дальности внутреннего зрения я видел, как несется сплошным потоком наша армия. Но моя задача еще не выполнена, и мне рано умирать.

— Я вернусь домой. — Взревел я через динамики силясь справится с болью и сохранить сознание. — С победой!

Конец главы

Интерлюдия

Огромный театральный зал быстро заполнялся людьми, спешащими занять свои места, в это время Эми уже как пять минут сидела в императорском ложе. И с нетерпением ждала, когда же начнется показ первого фильма о войне, которая сейчас в самом разгаре. Она не особо стремилась на этот показ, не нравилось ей агрессивная агитация что лилась постоянно с телеэкранов. Но есть просьбы, на которые нельзя ответить отказом.

— Эми, ну хватит ерзать от нетерпения. — Хмуро произнесла императрица Тэймэй что и сама решила присутствовать на кино показе, из-за чего императорский театр переоборудовали и в нем будет первый показ документального фильма. — Если хочешь можешь покинуть меня, я знаю, что сегодня у тебя знаменательная дата, и твой, хм, неутвержденный жених готовит сюрприз, а завтра отбудет на фронт.

— Мама, а есть то чего ты не знаешь? — Скривилась Эми, от того что Тэймэй знала все её небольшие секреты, и то что у неё сегодня романтичный ужин тоже наверняка узнала раньше, чем она сама. Эми даже слегка покраснела от того что её мысли опять коснулись мечтаний о том, что может быть будет после ужина.

— Есть, я например, не знаю говорил ли тебе кто-либо о том, что ни я, ни военные не имеют отношение к созданию этого фильма? — Спокойно произнесла Тэймэй с легкой улыбкой. — И он был создан участниками этого сражения, и никак не подвергался цензуре.

— Покажут папу? — Эми не верила, в то что происходит, ведь после морского сражения, многие владеющие из генералитета, да и на телеканалах говорили о том, что подвиги отца немного преувеличены. И о нем в средствах массовой информации практически не говорили, больше восхваляя Чихеро, а про папу не было и слова, словно он и не сражался.

— Покажут, правда я не видела финальную версию, но я видела отчеты, с кадрами, которые используются в этом фильме. — Проговорила Тэймэй поправляя своё кимоно, и как бы невзначай трогая заколку на своей прически. Эми знала, что императрица, когда нервничала всегда касалась заколки сделанной папой много лет назад.

— Но в империи ничего не говорят об этом сражении, словно его не было и…. — Тэймэй не дала договорить Эми.

— Секретность Эми, секретность, сейчас, когда прошла уже неделя, можно рассказать, что именно случилось. — Тэймэй слегка нахмурилась, но тут же отогнав печальные мысли улыбнулась. — Видишь ли, победа досталась не малой ценой и, если бы противник узнал, что основная ударная сила в очень печальном состоянии. То он сделал бы все чтобы добить, тех что могут и дальше нести смерть.

— Понятно. — Проговорила Эми так ничего и не поняв.

Скучающе осматривая зал, в котором неспешно усаживались самые видные люди империи, посмотрев на свою величественную маму. Эми вздохнув всё-таки решилась узнать то что её сильно волновало.

— Мама ты всегда говорила, что у нас с тобой не может быть тайн друг от друга, я понимаю, что лезу не в своё дело. — Эми волновалась так как Орсо который иногда слишком громко думал не раз перебирал в своём разуме кандидатов, в мужья Тэймэй

— Говори, а то скоро уже начнется показ. — Слегка надавила интонацией императрица.

— Императрица− Невольно перешла на официальный тон от волнения Эми. — Вы подбираете себе второго мужа?

— Эми, как ты добыла эту информацию? — Вздернула в изумление бровь императрица, смотря на свою приёмную дочь.

— Говорят просто во дворцах. — Тихо проговорила Эми не желая выдавать свои источники информации, так как это сулило проблемами не только ей.

— Говорят? — Удивилась Тэймэй

— Слишком громко думают некоторые и у них слишком слабая защиты на разуме. — Тэймэй не стала ругаться как ожидала Эми, а откровенно веселилась в своих мыслях над ней.

— Дэйчиро всегда говорил, что от тебя нельзя ничего скрыть или как-либо защитится и потому он просто не думает, чтобы не подумать о чем-то лишнем в твоём присутствии. — Улыбнулась Тэймэй, по доброму своей дочери. — Я даже знаю кто слишком много думает.

На мгновение в императорской ложе повисла тишина, а в зале начали выключать свет подготавливаясь к началу показа.

— Эми, у меня сложные отношения с Дэйчиро, но другого мужа или любовника мне не нужно. — Тихо проговорила Тэймэй, смотря на белое полотно, на котором вот-вот будет идти фильм. — Есть проблемы, я этого не отрицаю, но пусть это будет маленьким исключением и останется только моей тайной. Согласна?

— У меня нет иного выбора? — Улыбнулась Эми понимая, что она услышала достаточно, хотя и хотелось узнать эту маленькую тайну императрицы.

— Да нету. А теперь давай насладимся просмотром фильма. — Улыбнулась императрица и Эми увидела, как заледенели её черты лица словно сейчас будет что-то ужасающиеся.

С первых кадров принцесса поняла, что не сможет насладится фильмом. По полю усеянный трупами брёл огромный воин в покорёженном бронекостюме без шлема с закрытыми глазами из которых катились кровавые слезы. Его обожжённая и абсолютно лысая голова, была закопчена, и Эмилия с трудом и ужасом узнала в этом воине своего отца.

Что брел по полю и иногда останавливался и мечом что держал в руке добивал офицеров империи Куртон. Но вот он склонился не для того чтоб забрать жизнь он взвалил на свои плечи пустого, и сделав ещё шаг он взвалил на свои плечи владеющего в котором Эми узнала Креола.

— Что вы скажете про победу, которую одержали наша армия? — Кадр сменился и теперь на экране показывали забинтованного отца Эми в белом кимоно сидящим в позе для медитации. Его глаза были повязаны бинтом, и по кровавым пятнам было понятно, что они до сих пор кровоточат.

— Победа? Мы всего лишь выиграли небольшое сражения, о какой победе ты говоришь? — Эми не узнавала голос отца, но это точно был Дэйчиро Шосе, а на его коленях покоился меч, который она ему передала. — Но не переживай победа будет, позже, я это тебе обещаю. Надеюсь, что цена победы, будет не так дорога, чтобы вся империя пожалела о заплаченном за победу.

— Я буду молится чтобы цена была минимальна. — Проговорил за кадром голос диктора.

— А ко мне боги не прислушиваются. — Усмехнулся отец, и тяжело закашлял, выплёвывая на землю сгустки крови. — И я буду сражаться, не надеясь на милость богов.

Фильм шёл дальше, показывая все ужасы прошедшего сражения, диктор рассказывал о потерях и о том сколько было уничтожено сил врага. Кадры с беспилотников показывали, как проходило сражение, и Эми постоянно видела в гуще сражения того воина что сражался до самого конца. Она видела, как пытаются его сжечь как он отлетает, кувыркаясь по земле от попавшего в него снаряда психокинетика. Но встав он вновь идет в атаку, а вокруг умирают от яда тысячи людей.

— Мама это нельзя показывать по телеканалам. — С ужасом проговорила Эми смотря как ползет по земле смертельно раненый солдат империи Куртон, и как он погибает под гусеницами танка на броне которого стояла Этсуко Райдзин.

— На телеканалах и не покажут, только закрытые показы в кинотеатрах — Спокойно проговорила императрица. — Пусть мои подданные увидят правду. Почём нынче победа, в небольшом сражении.

Конец интерлюдии

Глава 29

Я сидел у векового дерева в полном одиночестве, отдыхая и даже не думая о том, чтобы начать медитировать. Не было желания, хотелось расслабится и просто смотреть на закат, и постараться забыть очередное сражение, прошедшее на границе федерации Гатсен. Хотя какая она теперь федерация? Государство пало, правительство сбежало, а народы не сопротивлялись особо так как, тактика выжженной земли, так и не была применена.

Спокойствие что царило вокруг в этой небольшой рощи, приносило спокойствие и в мою израненную, уставшую от крови душу. Маленькие насекомые перелетали с травинки на травинку, где-то в глубине рощицы весело журчал ручей. Ни что не напоминало, что в десятке километров было сражение многотысячных армий, гарь горелого мяса и дым горевшей техники остались там. И эта поляна осталось в первозданном виде, словно и нет никакой войны, а я словно уставший мирный путник, просто решил отдохнуть после дальней дороги.

Когда всё стало окрашиваться в алые цвета от света заката я с трудом, постоянно качаясь и боясь упасть, встал на ноги, и дрожащей рукой обнажил свой меч правой рукой. Ножны упали на землю так как левая рука не смогла удержать их.

— Слишком много переломов и трещин− С грустью в голосе констатировал очевидное я.

Стоя в белом кимоно, что сшили мне мои супруги с ярко красным подкладом, я смотрел на закат готовясь к своему удару. Миг, тихий гул в воздухе, и для стороннего наблюдателя я все так и стоял, не изменив ни позу, ни потревожив ни одну складку на кимоно и только слегка вибрирующий меч в моей руке с покрасневшим лезвием выдавал меня. Удар был очень быстрым, сильным, и смертоносным. Как показал прошлый бой, защиты от него нет, и Креол в чем-то и прав, сказав, что слившиеся со стихией теперь будут бежать, увидев меня на поле боя. Мои плети уже в третий раз ремонтируются и меняются повреждённые нити. А вот меч, подаренный мамой, всё также служил мне и на его лезвии не было новых зазубрин либо трещин.

Креол говорил, что не дело оставлять меч безымянным, но я не знал, как его назвать. Все что мне приходило в голову так это оскорбления, а не имена, ущербный, бракованный, это не имена, а разящий или смертельный, не подходили мечу.

— Акира я же просил оставить меня одного! — Недовольно проговорил я, возвращаясь к дереву и опираясь на него аккуратно сел, приняв расслабленную позу смотря как подходит ко мне немного смущённая своим обнаружением, искусительница

— Я не хотела тебя тревожить. — Смущённо проговорила Акира и села по другую сторону дерева также, как и я прислонилась спиной. — Просто хотела своими глазами увидеть, что с тобой всё в порядке.

— Убедилась? — Хмуро спросил я, смотря как мой меч входит в ножны управляемый психокинетикой и плавно опускается на зеленую траву.

— Убедилась− Утвердительно проговорила Акира. — Прекрасный удар Дэйчиро.

— Хороший, но не прекрасный, меч может лучше, а я пока нет. — Поправил я её, и вздохнув чувствуя, что меня опять накрывает пеленой боли от множества до конца не заживших переломов, тихо добавил. — Акира давай помолчим.

Тишина опустилась на небольшую поляну и только ветви огромного дерева тихо шелестели. Закат понемногу гас, а я проваливался в свои печальные мысли и воспоминания. Три крупных сражения что прошли на территории федерации Гатсен расставили все по своим местам. Нам необходим отдых, а вот нашим противникам нужно было время для подготовки. Первое сражение, показало, что мы действуем без оглядки на то выживем мы или нет, а враг всегда думал о своей жизни, и когда они попытались отступить. Мы не оправдали их надежд, а продолжили бой с удвоенным рвением, уничтожив врага полностью. Второй бой был ожесточеннее так как в основном армия противника состояла из наемников из диких земель, и они умели воевать, сутки шёл бой, к врагу постоянно подходило подкрепление. И они отступая заманили нас в окружение, и когда я уже начал прорываться сквозь него с десятком высокоданновых владеющих. С неба ударили они, те чьи сражения никто кроме них не видит, авиация прибыла неожиданно и помогла нам в том бою. Бомбардировщики устроили ад на земле, а пикирующие реактивные истребители форсажем, давили на разум не хуже вражеских манипуляторов. Но в небе также были враги, и они, помогая нам сражались как с противником с земли так и теми что взлетели с аэродромов.

Ну а третье сражение, это было противостояние металла и владеющих. Бронетанковые армии противника соединились у самой границы федерации Гатсен и дали нам бой, в котором не было выигравшей стороны. У нас не было столько танков, артиллерии, но мы уничтожили одну шестую сверхтяжелых танков, благодаря дерзкой вылазки с моим участием.

Эта существенная потеря в танках и артиллерии мотивировала противника отступить, за границу. И как докладывала наша разведка империя Куртон приказала своим бронетанковым соединениям вернуться к их границам.

Империя Куртон, была в ужасе от каждого поражения, её союзники уже готовы сдаться понимая, что наша армия что еще не получила всех подкреплений, ступит на их землю чтобы дойти до империи Куртон. Которая уже бросила затею сражаться на чужой земле и готовилась к сражениям на своей территории.

Наши потери были не сопоставимы, но нам наносился и другой урон, в армии несмотря на победы был низкий боевой дух. Потери, кровь и смерти соратников, не могли не отразится, на моральном состоянии солдат и офицеров. Даже я устал, мне незачем идти дальше и убивать убивать и еще раз убивать, пустота внутри с каждым сражением становилась все больше и больше. Те что каждый раз шли со мной в атаку, забывались как могли, если не были ранеными, или убиты. Женщины, алкоголь, первые дни после сражения были нормальным явлением, только я не позволял себе подобного. Яфа постоянно занята и была всегда с обозами нашей армии, и редкие наши встречи можно было по пальцам пересчитать. Не было у меня той отдушины, которая мне требовалось, хотелось иметь рядом близкого мне человека.

А вот искусительница как будто чувствовала, что я на пределе и мне нужна разрядка, и несмотря на душевный разговор с моей супругой. Всегда выглядела желанной даже перед боем, хотя и не приставала ко мне явно, но её поведение было очень вызывающим.

— Дэйчиро — Томно произнесли за деревом.

— Акира ты точно не можешь читать мысли? — Раздраженно произнес я, так как она меня застала врасплох, именно в этот момент я вспоминал как она спала после позапрошлого боя на моей груди.

— Дэйчиро ты уже в третий раз спрашиваешь, нет я не двухстихийник. — Смущённо но с интересом спросила девушка. — Креол доложил, что тебя в вашем шатре ожидают гости из империи.

— Гости? А кто именно? — Вставая я стиснул зубы от боли в позвоночник, и мой голос вынудил девушку мгновенно встать. — Креол не уточнил?

— Нет, и почему-то он больше не выходит на связь, только уточнил что он очень занят. — Проговорила девушка и подбежала ко мне, когда я через чур сильно качнулся и чуть не упал на траву. — Давайте я тебе помогу

— Не стоит я в порядке. — Угрюмо проговорил я, стягивая мышцами еще не до конца зажившие кости.

— Конечно в порядке, по-другому и быть могло — Пробурчала себе под нос Акира, а после подняла на меня свой вечно игривый взгляд и произнесла. — Зато теперь мы знаем, что будет на практике если столкнутся на предельной скорости сверхтяжелый танк и некий Дэйчиро.

— Будет лепешка, ну по крайне мере так, я себя ощущаю в данный момент. — Угрюмо ответил я.

— А вот танк ни как себя не ощущает. — Задорно рассмеялась и крутанулась на месте девушка в облегающей черной форме на немаленькой груди которой блестели и позвякивали ордена. Она сделала это специально, чтобы мужской взгляд навечно приковывался к двум расстёгнутым пуговкам. — Ты его разрубил и танк детонировал, когда ты его перевернул и понесся дальше нести смерть и разрушения.

— Акира я плохо помню, как прошёл бой. — Грустно проговорил я, чувствуя, что мне очень тяжело дается каждый шаг. Гребенные посетители я с удовольствием остался бы у того дерева на всю ночь.

— Хм, в следующий раз не надо так сильно биться шлемом о броню танка и всё будешь помнить. — Улыбнулась Акира и о чём-то подумав даже облизнула свои губы кончиком язычка, от этого они еще сильнее заблестели, а похоть Акиры я начал видеть, а не только чувствовать силой манипулятора. — Вам жизненно необходим расслабляющий массаж, перед сном.

— Акира! — Грубо окрикнул я девушка, практически дойдя до своего походного шатра. — У меня почти пять жён! Никакого массажа!

— Подумаешь пять, где пять там и шесть? Ведь так Дэйчи? — Обворожительно улыбнулась девушка. — И чтобы ты не сказал я проверю ночью как ты себя чувствуешь.

Около моего шатра стоял чересчур улыбающийся Креол что подошел к своей племяннице и шепнул ей на ушко что она себе могилу роет. И не только себе, но и своим детям, и когда я с трудом просканировал, окружение внутренним зрением то грустно ухмыльнулся.

Если нежданная гостья услышала слова Акиры, то у неё могут возникнуть проблемы, несчастные случаи могут произойти и с самыми сильными психокинетиками. Открыто действовать она на не будет, всё произойдет тихо во время сражения. Случайная пуля, и все нет Акиры, не зря же моя спальня пострадала, надо объяснить ей что не надо наказывать Акиру.

Как только я вошел в свой шатер то поймал на себе крайне недовольный взгляд сидящей на моей кровати в лёгоньком домашнем кимоно девушки, что властвует над миллионами и по чьей воле идут на смерть тысячи. Около моей походной кованной кровати стоял небольшой столик, на котором источали запахи нехитрые в готовки блюда. И не было сомнения что это было приготовлено руками моей супруги для меня.

— Кажется я кому-то помешала провести незабываемую ночь? — За место приветствия произнесла раздражённо императрица, поправляя свое кимоно.

— О ваше величество простите своенравие девушки. — С легким поклоном проговорил я и всё же оперся на свой меч как на трость, в моей груди опять все сжалось от нарастающей боли. — Всю вину за её поведение, которое могло вас оскорбить я беру на себя, ах-кха, кха-ааа.

— Дэйчиро⁈− Воскликнула Тэймэй, но я уже не мог ничего ответить так как кашель и боль затмило моё сознание в, и я даже упал на одно колено, задыхаясь от сковавшего мои легкие кашель, в шатре был слышен хруст моих не до конца заживших костей.

— Дэйчи! — Вновь воскликнула побледневшая Тэймэй, и кинулась ко мне.

Я плохо помню, как добрался до кровати, но чувствовал, как мне помогала императрица, и когда мои легкие всё же успокоились и кашель больше не пытался вырваться. Я осознал себя лежащим на кровати, мой лоб, покрытый потом вытирала платочком императрица левой рукой, а кровь с моих губ, правой рукой, уже другим платочком.

— Со мной все в порядке — Тихо проговорил я, когда смог отдышаться, чувствуя на своем лбу ладонь Тэймэй, что сканировала меня сейчас, как силой психокинетики, так и силой манипулятора

— Я вижу, пятьдесят три перелома. — Шепотом произнесла Тэймэй гладя по моей лысой без единого волоса голове. — Дэйчи ты совсем себя не бережёшь.

— Ты ошиблась, я зарегистрировал двадцать четыре перелома после прошедшего боя, если конечно считать трещины за переломы. — Я попытался привстать, но руки Тэймэй слегка надавили на мои плечи прижимая обратно к кровати.

— Полежи милый, дай сердцу успокоится. — Нежно с заботой в голосе произнесла Тэймэй. — Я не ошиблась после того как мы с тобой в последний раз виделись у тебя пятьдесят три новых перелома, а вот шрамы я не смогла сосчитать.

— Война. — Только и смог я сказать.

— Я знаю любимый− Тэймэй легла рядом со мной и аккуратно положила свою голову мне на грудь пару секунд прислушивалась к биению моего сердца. — Я знаю и вижу.

Её ладонь прошлась по моей груди, а после коснулась молодой кожи на моей щеке, что была обожжена, ещё во время первого сражения. Её пальчики нежно гладили моё лицо и голову, иногда её рука опускалась на мою грудь. Так мы пролежали минут десять и только когда, я почувствовал, что моё состояние нормализировалось. Тэймэй поцеловала меня сперва в щеку, а потом в губы, но поцелуй был короток она не стала его продолжать.

— Тебе лучше. — Улыбнулась императрица, и сняла со своей головы заколку распустив волосы что упали на её плечи. — Покушай Дэйчи, ты у нас физик и чем лучше ты питаешься, тем быстрее заживают твои раны.

Заколка, которую я сделал много лет назад лежала на краешке стола, все время пока я пробовал то что приготовила, та что по праву рождения и вовсе могла не учится готовить. И только для меня она готовила, и хоть я иногда желал, чтоб она и вовсе не готовила сейчас был рад что еда приготовлена тем, кто ко мне не равнодушен.

— Не слишком много перца? — Жалобно спросила Тэймэй лишь слегка откусив от приготовленного мяса маленький кусочек и мгновенно покраснев быстро попыталась потушить пожар стаканом красного вина. И теперь с интересом наблюдает как я молча ем.

— В самый раз! — Улыбнулся я, чувствуя, как огонь бушует в моём теле, выжигая все на своём пути и убирая ноющую боль в костях на задний план. Ведь огонь беспощаден, и с ним не могут сравниться какие-то жалкие переломы. — Ваше величество вы бесподобно готовите острые блюда!

— Дэйчи еще раз назовешь меня величеством у тебя появится новый перелом, — Грозно проговорила Тэймэй, слегка задев свой нос пальцем напоминая, что когда-то я его сломал, но все же она была рада похвале, её навыков. — И вообще это не дело, когда император обращается к своей жене формально.

— Я не…. — Она мне не дала договорить.

— Знаю, знаю, ты не император, мне докладывали, что ты всегда так отвечал, когда к тебе обращались, как положено, ваше величество. — С улыбкой проговорила Тэймэй и подвинулась ко мне в плотную, и нежно обняла меня.

— Но я не прошел коронацию, и совет кланов не выразил своё согласие. — Начало было сбивчиво говорить я, чувствуя, как руки Тэймэй уже начали проникать под моё кимоно.

— Если народ и армия, уже решили, что ты император то все остальное формальности. — Тэймэй томно проговорила мне на ухо обжигая его своим дыханием, а мое тело постоянно гладили её руки. — Они готовы в любой момент принять твою коронацию, если пожелаешь она будет завтра.

— Давай решим этот вопрос после того как война окончится. — Еле сдерживая себя, проговорил я, понимая, что моя супруга в своих мысля уже очень далеко от политики как, впрочем, и я.

— Дэйчи, одна из причин почему я прибыла сюда тайно, доведя свою службу безопасности и разведку до сердечного приступа, был ты. — Тэймэй полностью забралась на кровать, на которой мы и сидели и встав на колени сравнялась со мной взглядами. — Я устала ждать, я скучала, и переживала.

Легонький толчок в мою грудь маленькой ладошкой, и я уже лежал на кровати, а на меня сверху игриво смотрела Тэймэй которая с усмешкой развязывала узел своего кимоно.

— Дэйчи я не хочу улетать в столицу так и оставшись голодной. — Проговорила моя супруга. — Тебе понравился приготовленный мною ужин, теперь твоя очередь постараться удовлетворить мой аппетит.

— Иди ко мне. — Позвал её я, и наши губы встретились вновь и ни, я ни она, не спешили разрывать этот поцелуй.

На следующий день много тысячная армия, с замиранием сердца слушала императрицу что не побоялась прибыть на вражескую территорию. И одно её, пусть не долгое присутствие, воодушевила солдат намного лучше, чем речи штабных офицеров или генералов. Я слышал мысли владеющих и пустых силой манипулятора, я видел, что они готовы вновь идти в бой. Тэймэй смогла зажечь погасшее пламя в их сердцах, да и я теперь готов вновь быть острием в следующем сражении. Наша ночь, была незабываема, хоть и иногда мне приходилось кривится от нахлынувшей боли, и она помогла мне вспомнить зачем я сражаюсь.

Изменилися и Креол с Акирой, на форме старика теперь присутствовали знаки главы рода. А вот Акира изменилась внешне, не было больше той нарочитой сексуальности, и почему на её лице не было никакой косметики для меня было загадкой. Может из-за того, что с ней при мне побеседовала Тэймэй, и помиловала и её и детей. Она заслужила его как объявила императрица, в бою и искупила свою вину кровью врагов.

Тэймэй пробыла с армией полдня, выслушала генералов и выступила перед солдатами, а потом улетела, в сопровождение целого воздушного флота. И хоть за штурвалом каждого самолета был владеющий, я все равно немного переживал за Тэймэй и её перелет меня сильно беспокоил. И моя супруга чувствовала мою тревогу, и поэтому перед тем как взойти на трап. Подошла ко мне и подпрыгнув ухватилась за мою шею и крепко поцеловала.

— Дэйчи, не переживай все будет хорошо− Улыбнулась мне Тэймэй — И помни сам не рискуй мы переживаем за тебя, мы тебя любим и с нетерпением ждём твоего возвращения.

Самолет взлетел в воздух и уже давно скрылся за горизонтом, а я все смотрел ему в след и улыбался. Любят, ждут, переживают, мне нельзя умирать я совершенно точно вернусь с победой чего бы мне этого не стоило.

Конец главы.

Глава 30

Боли не было, я ничего не чувствовал, даже собственного тела, была только пустота и ничто, которые укачивали меня на своих волнах, даря безмятежность. Я уже бывал здесь не раз, и всегда возвращался в мир живых, и сейчас я вернусь обратно. Я не знал, как называется место, в которое я попадал, возможно мои догадки и были верны, но я не горел желанием их проверять. Как я предполагал это приемная, в которой ещё, ты можешь сделать выбор, и возвратится, если конечно тебя отпустят.

— Прости. — Тихо толи произнес толи подумал я. — У меня там незавершённые дела, отпустишь меня и в этот раз?

Никто мне ничего не ответил, как в прочем и всегда, зато я начал чувствовать боль что все нарастала и нарастала, и я начал видеть свет. И чем ярче был тот свет, тем сильнее была боль, постепенно я начал терять связь с пустотой что как мне показалось что-то по-доброму проворчала мне в след.

— Спасибо. — Только и успел я подумать, перед тем как меня захватил ураган чувств, бушующий в моём теле.

Пробуждение было болезненным, но всё же я был рад тому что я все-таки жив. Я находился в палатке в окружении медиков, просканировав в мгновение силой психокинетики и себя и окружающее пространство все мне стало все очевидно. Я отравлен, и мой организм уже сам с ним борется, несмотря на то что я не контролировал его своим разумом. Заражённые участки уже были блокированы и организм сам начал вырабатывать к десятку видов ядов иммунитет. То, что достигается годами тренировок, я в бессознательном состоянии достиг за какие-то несколько десятков минут и половина ядов уже перерабатывались либо уже были нейтрализованы.

— Он очнулся! — Воскликнула Акира и бросилась ко мне, она, как и Креол была вся в грязи и мне было несложно догадаться кто именно меня вытащил и не дал меня прикончить.

— Вытащи. — Тихо произнес я и посмотрел на свой живот.

В моем животе пробив бронекостюм торчали три металлических дротика, на концах которых были шипы что должны были превратить мои внутренние органы в сплошное месиво. Но я смог раздвинуть свои органы и шипы не смогли выполнить свою задачу, но была и ещё одна проблема из-за которой я и потерял сознание. Шипы были отравлены в них были полости в которых находились десятки видов различных ядов. И именно они должны были меня убить, в любом случае, но и у них это не получилось. Сейчас я, аккуратно дыша скрупулёзно психокинетикой собирал все инородные частицы, разбросанные по моим внутренним органам. Медики сразу отошли, дав склонится надо мной двум психокинетикам.

— Креол. — Практически не слышимо проговорил я, заставив старика прислушиваться к каждому моему слову. — Помоги, шипы, Акира пусть вытянет дротики.

Старик понял меня с полуслова, он помог мне шипы вернуть в свои пазы дротиков из которых они и выскочили, как только пронзили моё тело.

— Акира — Хмуро обратился Креол к племяннице, как только последний шип вошел в свой паз. — Резко не меняя угол дротиков, выдёргивай их разом из Дэйчиро.

Девушка, немного посомневавшись, одним рывком вырвала из моего тела дротики, я на мгновение почти потерял от боли сознание. Но все обошлось, я смог взять себя под контроль и начал немедленно нитями плетей зашивать себя с помощью силы психокинетики.

— Как ты? — Первой со мной заговорила встревоженная Акира.

— В норме. — Ответил я, перебирая в своём сознание допущенные мною ошибки в бою — У вас есть пятнадцать минут на отдых, после мы отправимся на поиски.

— На поиски кого? — Спросила Акира, вытирая грязь со своего лица и ища взглядом того, с кого можно снять форму так как её форма была вся в грязи.

— Акира. — Наставительно проговорил Креол. — Как будто сама не знаешь, нам необходимо уничтожить группу что почти достигла успеха в своём задании.

Я не стал разговаривать ни с Акирой ни с Креолом что сейчас обсуждали стоит ли мне помогать, либо попытаться отговорить меня от этой опасной затеи. Я же тем временем выкинул яд из моего живота и теперь аккуратно все зашивал, и подстегивал силой физика и манипулятора свою регенерацию. Случилось то что должно было рано или поздно случится, противник сформировал специальные отряды для моего уничтожения. Я подозреваю что приказ о их формирование отдал сам император Айрат. Эти дротики с шипами на конце что извлекли из меня были прекрасным орудием убийства именно меня. И данное оружие могло быть эффективным только если им пользовался психокинетик мастер от десятого дана. Кроме меня, не было целей для ликвидации, которой надо было применить столько хитростей и усилий.

И вот я встретил такую группу выполняя задание по разведки территории на которой пройдет сражение между основными силами империи Куртон и нашей разросшейся армии. Они ждали меня, у них были разведданные по моему предполагаемому маршруту. Да и в плане маскировки они прекрасно подготовились, ни я, ни Акира, и даже Креол не смог их заранее обнаружить. И всего пару секунд, хватило им чтобы меня вырубить, а Креол с Акирой, смогли только отступать, таща меня на себе, и постоянно отбиваясь. Я не стал узнавать, как им удалось меня отнести в безопасное место, это было не нужно. Я не раз вставал на их защиту и относил в укрытия получая ранения. Так что разговоры о том, как меня спасали могли оскорбить Акиру и Креола, мы вели такие разговоры только во время отдыха за кувшинчиком вина.

У палатки где был размещены медики для пустых, когда я вышел был выстроен целый взвод владеющих что, узнали о моем состоянии. И они готовились идти мстить, ну и ожидали подтверждения моей смерти. Выйдя из палатки, я хмуро посмотрел на владеющих разных стихий чей дан не превышал восьмой, и с грустным вздохом обратился к ним.

— Ну и что собрались? Я подыхать не собираюсь! — Грозно проговорил я, подставляя руку для Креола и Акиры что моментально вскарабкались на мои плечи и уселись в кресла, сплетённые из моих плетей. — А ну бегом на свои позиции!

Мой приказ владеющие начали исполнять мгновенно, разбегаясь в стороны, а я же начал бежать в направление где прошла схватка, постепенно набирая скорость. Я постоянно проверял своё состояние, а также наращивал скорость бега проверяя эффективность своего тела после ранения и отравления. Занимался я этим до тех пор, пока Креол не попросил пожалеть его старые кости, и это было впервые, а я все чувствовал, что это еще не предел. И я могу еще ускорится, не было не усталости ни напряжения, в моих мышцах

Артиллерийская подготовка практически стерла небольшой городок с лица земли, и я, когда отправлялся на задание решил проверить его на наличие сюрпризов. Вот я и нашел себе подарочек, а группа ликвидации сейчас не может выбраться из-за обстрела нашей артиллерии которая после нападения на меня пристально следит за данными координатами.

Я шел на пролом по полю не скрываясь, в этот момент Креол и Акира сидя на моих плечах связывались с нашей артиллерией чтобы скорректировать наши действия. Это они вызвали артиллеристский обстрел и под его прикрытием вынесли бессознательного меня. Как я понял из обрывков разговоров и того что Акира поблагодарила за оперативность какого-то полковника что так рьяно говорил, что это была его обязанность. Что у меня закрались подозрения о том, что, если бы не Акира огневой поддержки и вовсе не было бы. И теперь артиллерия не дает группе ликвидации уйти из данного района пресекая все их попытки.

— Шосе ты совсем идиот? — Закричала по радиосвязи Акира, когда артиллерия прекратила обстрел, девушка пыталась достучаться до моего разума. — Они тебя уже почти убили, и ты возвращаешься чтобы они завершили начатое?

Я не стал отвечать ей и остановился, осматривая полуразрушенный комплекс зданий что когда-то были заводом. По данным, что передала нам артиллерия именно здесь скрывается искомая мной группа владеющих. Из-за глубоких подвалов, и нескольких бомбоубежищ, артиллерия не стала бить по комплексу, следя только за тем чтобы никто не мог покинуть территорию завода.

— Ждите меня здесь — Произнес я, скидывая шлем и нажав кнопку экстренного сброса бронекостюма. Дождавшись перед этим, когда Креол и Акира спустятся с меня на землю.

— Дэйчиро! — Начала говорить Акира, но её остановил Креол.

— Успокойся Акира и наблюдай за боем его величества. — Хмуро произнес Креол, смотря как я снимаю с себя части бронекостюма и обнажаю свой меч, взяв его в правую руку а ножны в левую. — Мне всегда было интересно на что способен Дэйчиро на пике своих возможностей.

Креолу не нужны были слова чтобы понять, что я вновь изменился, и скорость моего передвижение это только следствие этого изменения. Идя без бронекостюма в окровавленной форме лейтенанта имперских войск, с обнаженным мечом, я мыслями был далеко от этих мест. Я был с тем, кто стал в свое время ужасом императорской семьи, и взрастил как родных последних из императорского рода. За то, что совершил этот человек потом расплачивались не одно столетие члены рода Шосе.

Группа ликвидации была в здании разрушенного завода и они знали, что я иду к ним один, то что я был без бронекостюма их сильно удивило. Их было пятеро, и они были сильны, да среди них не было воплощений. Но пятерка опытных психокинетиков были опасны, и когда я с ними встретился именно они напомнили мне что я смертен. И они напомнили мне о том, что я могу в любой момент закончить свой путь, они испугали меня. И именно поэтому я сейчас так рвусь убить их, чтобы моя душа вновь обрела спокойствие.

Со стороны Креолу и Акире, наверное, показалось что я вошел в здание и вышел всего через две минуты, да прогремели взрывы и комплекс зданий полностью теперь разрушен. Но все прошло очень быстро, пять взмахов мечем ни одной пропущенной атаки, и я невредимым вышел из здания. Я знал кто меня ожидал, а вот они не ожидали что я сменю свою тактику и то что я без тяжеленной брони могу быть настолько эффективен было для них сюрпризом.

— Резкий, быстрый, дерзкий. — Мечтательно проговорила Акира, когда я вернулся. — Мечта, а не мужчина.

— Интересно каково будет твое мнение, когда завтра прибудет госпожа Чихеро? — С улыбкой спросил Креол, помогая мне собирать мой бронекостюм что пришел в полную негодность. — Хватит ли тебе смелости произнести подобное при ней.

— Не так страшен демон, как о нём говорят — Парировала Акира. — Я не думаю, что Чихеро так страшна как о ней говорят слухи.

— Акира, Чихеро очень милая и добрая, просто в бою она в первую очередь воин. — Хмуро проговорил я, морщась от боли. — Давайте выберемся отсюда, а потом поговорим, а не то артиллерия может в любой момент возобновить обстрел.

Территория для проведения возможно последнего генерального сражения была полностью разведана и все секреты противника были раскрыты. Наша армия не собиралась бегать за армией противника и поэтому в восьмистах километрах от столицы империи Куртон мы встали, ожидая противника. Окапывались, подготавливали места отхода для возможного отступления, дожидались последних подкреплений что шли с территории бывшей федерации Гатсен. В основном мы ждали высокоданновых владеющих что закончили свои сражения в море и в воздухе. Их переброска была быстрой, а их помощь в предстоящем сражении было сложно недооценить.

Флот империи Куртон и её союзников был полностью уничтожен, и особенно отличилась в этих сражениях Чихеро, что поучаствовала и в воздушных сражениях. В отличии от меня что всегда оставался на земле. Как сообщили мне из штаба, прибытие Чихеро ожидалось только завтра, и я удивился, когда около окопов с целым взводом медиков меня ждала моя супруга.

— Не надо слов. — Грозно за место приветствия проговорила Чихеро сверкая своими черными глазами. — Оказать помощь раненому императору!

Приказ моей жены был исполнен без лишних вопросов, да и я, не стало мешать военным медикам выполнять свою работу. Офицер владеющий манипулятор и психокинетик хирург продиагностировали и попросили меня посетить полевой госпиталь. И практически конвоировали в этот госпиталь в котором я никогда не появлялся, обходясь своими силами. Чихеро со мной больше не разговаривала и молчаливо выслушивала доклады военных врачей о моём состоянии. Около двух часов меня перешивали и кололи десятками лекарств, и только после того как моя супруга ушла один из полковников прибывший из штаба рассказал мне то чего я не мог знать.

Предстоящий бой будет проходить при участии императора империи Куртон Айрата, и моя смерть либо не участие в этом сражении могло сильно подорвать боевой дух наших воинов. Перед самым тяжелым сражением, это могло быть критическим ударом так как противник будет сражаться на смерть. Умирая как за родину, так и за присутствующего императора.

И мое участие в предстоящем сражении или неучастие могло определить исход сражения. Я буду тем, кто с нашей стороны будет воодушевлять воинов, что я как оказалось делаю с самого начала боевых действиях. Как поговаривали в армии именно я убью императора империи Куртон, так как я равен ему.

Когда только что прибывшей правой руке императрицы, доложили, что я нахожусь при смерти, а как пришел в сознание пошел уничтожать отряд что был собран для моей ликвидации. Чихеро было мягко говоря очень зла, так как у неё было два приказа от самой императрицы.

Первый и основной приказ это выиграть войну, и так как в сражениях флотилий она сыграла не мало важную роль то и здесь как ожидалось тень покажет, что такое сила распада. Ну а о втором приказе практически никто не говорил, так как знали о нём единицы, и он был настолько очевиден что мне было даже стыдно. Моя первая жена попросила Чихеро проследить чтобы я вернулся в столицу живым.

В моём шатре был страшный беспорядок, раскиданные вещи, которых у меня и так было немного, меня немного нервировали. А на моей походной кровати сидела, надув свои щечки Чихеро завернувшись в одеяла.

— И что это значит? — Оглядывая царивший беспорядок в шатре спросил я молчаливую черноглазую красавицу.

— Значит то что я соскучилась, — Тихо проворчала Чихеро заворачиваясь еще сильнее в моё одеяло, и я увидел, как на её щеках загорается смущение. — И то что ты очень быстро вернулся, и я не успела убраться.

— А что искала? — Спросил я, аккуратно садясь на краешек кровати и ища своим взглядом запасную форму так как надетая на мне форма была с дырами от дротиков и пропитана как потом, так и кровью.

— Ничего. — Хмуро проговорила Чихеро скидывая одеяло с себя. — Всё равно ничего не нашла, а твоя форма вон там в уголке лежит.

Подобрав одежду, я вопросительно посмотрел на свою жену:

— Я в душ, можешь закончить свои поиски, но лучше бы мне сказала, что ищешь?

— У тебя слишком красивая телохранительница, — С неохотой начала говорить Чихеро скидывая с себя одеяло. — Я искала доказательства твоей неверности.

— Нашла? — Ухмыльнувшись спросил я, собираясь в душ беря полотенце и запасное кимоно белого цвета.

— Нет не нашла, и очень рада этому. — Улыбнулась мне черноглазая красавица. — Давай быстрее уже иди смой кровь, а я пока уберу следы своего не самого благородного поступка.

Выйдя из своего шатра, я улыбался, Чихеро всегда меня ревновала, но очень не любила, когда я замечал её ревность. И сейчас она была поймана с поличным и очень стеснялась своих действий. Надо еще раз переговорить с Акирой, иначе зная несдержанность моей черноокой красавицы. Один неверный шаг либо слово, и жизнь девушки оборвётся.

— Они опять вместе, не существует той силы что сможет их победить. — Услышал я разговор солдат по пути в походную душевую. — Тень и демон вновь вместе на поле сражений и империя Куртон падет у их ног, жизнью клянусь.

Конец главы.

Глава 31

Для того чтоб победить в войне нужно пролить не мало крови, как чужой, так и своей. Я никогда не испытывал удовольствия от совершаемых мной убийств, и ночные кошмары были тому подтверждением. Но в тот же время они были и показателем того что я не окончательно потерял себя, и еще не перестал ценить как свою, так и чужую жизнь. Хотя и думать о том, что люди после войн и сражений ничем не отличаются от тех, что не знали ни лишений и того что это такое отнимать жизни, было бы ошибкой.

Генеральное сражение между армиями двух империй что идёт вторые сутки забрало десятки тысяч жизни, радовало только, то что в основном эти потери понесла вражеская сторона. Радостью это можно назвать только с большой натяжкой. Все равно это были бесполезные смерти, от которых я уже устал, мне было сложно самому объяснить эту усталость. Весь день убивая я невольно начал испытывать к себе отвращение. И сила манипулятора все только портила, я чувствовал боль тех что умирали от моих рук.

И сейчас сидя в одном из окопов, я курил свою секретную сигаретку, особо не скрываясь пытаясь осознать, что мне надо сделать чтобы бесчисленный поток убийств окончился. Я сидел на дне воронки оставленной особо мощной ракеты и на три километра не было ни единого живого человека, только тысячи трупов вокруг. Когда сражение стихло я пытался найти раненых и потому остался в одиночестве отправив на отдых Креола и Акиру. Но раненых не было как бы я не искал, когда кипело сражение в полную силу то никто не стеснялся в методах добивания раненых. Их давили танками, по ним била артиллерия, владеющий всегда убивал раненого. Меня успокаивало только то что погибших солдат империи Куртон было в десятки раз больше чем наших.

Закалённая сражениями в десятках схваток наша армия неохотно отдавала жизни своих солдат. Мы уже знали, как надо воевать и умели забирать жизни, один пустой что прошел все сражения начиная с самой высадки был равен десятку вражеских солдат. И это не было преувеличением, я видел, как механик подбитого танка, гаечным ключом убил троих пустых и взяв с трупа павшего врага окопный дробовик, уничтожил еще семерых. Правда, когда патроны в его дробовике кончились его, разорвало пустой, окрасив его внутренностями борт горящего танка.

И такой случай не был единичным, только у вражеской армии подобного не происходило, мы убивали их словно они пришли умирать. Они шли нескончаемым потоком, и умирали умирали! Глупо, страшно и бессмысленно.

Сигаретный дым неохотно успокаивал меня, глубокие вдохи и выдохи постепенно приносили мне облегчение, но этого было мало. Не было того уже давно забытого удовольствия, я просто поглощал табачный дым витая в своих страшных и печальных мыслях и воспоминаниях. Руки слегка подрагивали от перенапряжений и эмоций что все не хотели угасать во мне.

Первые сутки прошедшего сражения это соревнование артиллерии и мастерства ядовиков двух армий, которые так и не смогли выяснить кто же лучше. И потом пошла в ход живая сила, марионетки, танки, владеющие пустые. Я как всегда был в эпицентре, сражаясь в самых первых рядах и мы могли бы сломить врага. Но их было так много что мы были завалены трупами пустых и марионеток, что шли на смерть защищая свою родину. Их напор был настолько сильным что, когда настал вечер, наша армия, не ожидая приказа вернулась на исходные позиции. Приказ как сейчас выяснилось был, но это уже не имело значение, нам нужен был отдых, многие солдаты, как и владеющие, просто рухнули в окопы и заснули. Я же отпустил Креола и Акиру и остался как дежурный владеющий, и по совместительству дозорный. Да и в окопах около спящих дежурили либо те солдаты и офицеры что были в резерве, либо воплощения стихий чьи возможности были за гранью человеческих.

Я, как и они мог не спать неделями, и потому занялся тем что кроме меня никто бы не стал делать. Не потому что не могли, а потому что знали живых нет, там, где прошёл яд, изменённые, марионетки. А я все искал раненых и выживших сканируя огромные территории, перемещаясь с одного укрытия в другое и с каждой прошедшей минутой убеждался в простой истине.

Смерть одного могла спасти тысячи других жизней с обеих сторон, я это четко осознавал, как и то что народы не желали войны. Им она была не нужна, война ничего кроме скорби по погибшим не даёт.

Всего лишь один человек на самом верху, хотел её и уже не имеет значение зачем ему она была нужна. Его смерть могла если не остановить убийства, то по крайней мере уменьшить их количество. И он тут, совсем не далеко, всего то в двенадцати максимум двадцати пяти километрах, в штабе, в полной безопасности вместе с остальными командующими армии империи Куртон. Путь до Айрата будет тяжёлым, но не невозможным для меня.

Всего лишь десяток смертей, и всё закончится, я тяжело вздохнул, вставая в полный рост не боясь что меня заметит артиллерия. Я стоял на дне воронке чья глубина была намного больше моего роста. За моей спиной появился он, и сделал от это совершенно незаметно.

— Вы решились ваше величество? — Раздался за моей спиной старческий голос Креола

— Я не…− Старик не дал мне договорить.

— Недостойный называться императором там, в пятнадцати километрах от нас пьет вино и лапает рабыню. — Строго проговорил Креол, перебив меня. — А я вижу перед собой всего в грязи, крови, закованного в покрытой сажей, метал, императора, который готов жертвовать своей жизнью ради других,

— Креол ты останешься здесь. — Я не стал с ним спорить, но и брать его с собой я не хотел.

— Я знаю ваше величество я стар и мой пик силы прошел уже как лет десять. — Печально проговорил старик. — Но вас есть кому сопровождать, кто облегчит ваш путь, и отвлекает внимание слабых на себя, пока вы будете убивать сильных.

Их было шестеро, два физика что неслись практически бесшумно вместе со мною наравне с одной со мной скоростью, и как я не пытался вырваться вперед это у меня не получалось. Они были не слабее меня, а те что сидели на их плечах, могли быть намного сильнее меня в других моих стихиях. На каждом плече физика было по владеющему, что были опутаны плетями похожими на те что были у меня. Одного из физиков я сразу узнал, не смотря на то что он был сокрыт броней, это был Хаос, второго физика я не знал, хоть и мой разум смутно говорил, что мне знакомы его движения. Один из психокинетиков на плече Хаоса это была Акира, а вот второй психокинетик что был на его правом плече. Это был совершенно точно Тогшила только он мог сидеть в белых одеждах жителя Диких Земель, не скрываясь и практически не касаясь плеча своего сына, закованного в тяжелую броню.

Артиллерия нас заметила после того как мы преодолели первые сто метров и начала бить на упреждение. Я слышал, как взревели двигатели танков, как прогремели первые залпы. Внутренне зрение показывало, как спешили к своим позициям владеющие, как стреляют из своих пулеметов пустые скрываясь в окопах.

— Ускоряюсь. — Сказал я по радиосвязи нажимая плетью на рычаг экстренного сброса брони обнажаю меч правой рукой оставляя ножны в левой.

— Показушник — Донёсся до меня голос по радиосвязи, той которой не должно было быть здесь. — Райдзин поможет императору умереть.

В ночное небо далеко позади меня ударила небольшая молния, и даже я, не владея силой молний, вздрогнул. Безоблачное звездное небо начало окрашиваться в яркие цвета, формируя сияние, которое никогда не видели в этих южных широтах. Бабушка вновь решила показать, что Райдзин лучшие владеющие молниями только теперь не только в нашей империи, а во всем мире. Этсуко начала взаимодействовать с верхними слоями планеты, и её молния это первая ниточка по которой будет происходить контроль нескончаемого моря энергии планеты. С которым могут взаимодействовать мастера стихий, на свой страх и риск, но такие мастера рождаются не в каждое столетие. И если у моей бабушки получится, то она впишет себя в историю, и мне нельзя умирать чтобы выразить свое восхищение, ведь иначе.

— Я тебя и на том свете найду. — Недовольный и усталый голос Этсуко раздался в моем наушнике в последний раз словно прочитав мои мысли.

Скинув с себя броню, я остался без средств связи, но приблизившийся ко мне Хаос протянул мне наушник с передатчиком. Это происходило на запредельных скоростях и в тот момент отделившиеся от бронекостюма плети оплетали меня формируя легкую защиту. Пользоваться ими было сложно в полную силу так как крепились они к моему телу, и действовать на разрыв плетями было нельзя иначе была велика что я могу самому себе навредить.

По нам шел непрерывный огонь со всех калибров, а с неба на противника начали сыпаться непрерывным потоком управляемые Этсуко шаровые молнии. Я не имел понятия сколько сейчас против нее сражаются вражеских владеющих стихией молнией. Но был уверен в том, что на справится, ведь она Райдзин, ну и моя бабушка.

По радиосвязи раздавался мелодичный голос Чихеро что раздавала приказы по радиосвязи и как я понял по этим приказам, сейчас будет нанесён удар по противнику. И то что она сейчас руководит говорило мне о том, что она воспользовалась данным императрицей приказом. Который гласил что Чихеро исполняет волю императрицы, и её приказы это приказы императрицы. Теперь армией командовала моя черноокая красавица, и я могу не опасаться, что я попаду под удар нашей армии.

Первые противники что встретились на моём пути были убиты даже не мной, сидящий на плече Хаоса Тогшила уничтожал всё живое что встречалось нам на пути. Мелкий песок вот оружие караванщика, песок попадая в легкие солдат либо владеющих, выходил уже не естественным путем. Во внутреннем зрение казалось, что солдаты взрывались при нашем приближение разбрызгивая кровь во все стороны.

Первые два километра мы преодолели за три минуты так и не встретив ожесточённого сопротивления. Около полутысячи убитых пустых и шесть владеющих, это мелочи, и я знал, чем ближе я буду к Айрату, тем сложнее будет даваться каждый метр. Рано или поздно я должен был встретить тех что и являются главной силой империи. И я был готов к этой встречи мой полностью алый меч от температур уже был готов начать убивать тех что иногда забывают, что они смертны.

Их было пятнадцать, и они ждали нас, с легкостью просчитав наш маршрут, это может остальному командованию было непонятна наша выходка. А вот воины, лучшие из владеющих знали куда я направляюсь.

Яркая вспышка полностью ослепила меня, но внутреннее зрение показывало мне все что происходило. Следовавшая за мной шестерка не попала под удар, огневика, а я стоял в самом эпицентре пламени. Которое пыталось сжечь меня, но у него не было и шанса, черная форма, оплетенная моими плетями даже и не думала возгораться.

Голова трещала, вспышки боли были такими что я боялся потерять связь с реальностью, но я чувствовал и другое. Я впервые почувствовал родство и полное понимание своей стихии, та атака огневика должна была меня убить, но пламя бессильно стекала по моей защите что создал я с помощью силы психокинетики.

Управляя психокинетикой не смотря на боль, я получал удовольствие, да было сложно и мозг с болью реагировал на мои действия. Но защита что у меня получилась просто завораживала, внутреннее зрение теперь просто ослепляло меня. Я видел на десятки километров и мне пришлось силой манипулятора отсекать те потоки информации что поступали. Время казалось замерло, я видел каждое действие что происходило вокруг. А сила манипулятора услужливо показывала мысли тех на кого я обращал своё внимание. Видел, как Этсуко держится за плечо моей черноглазой красавицы что сейчас формирует атаку распадом. Моя супруга несмотря на внешнее спокойствие, в мыслях молила богов о том, что она готова обменять свою жизнь на мою. Лишь бы я вернулся к ней живым, а бабушка думала о Чорруне, о том, что на сейчас делала в энергосфере планеты и задавалась вопросом гордился бы ею Чоррун.

— Он гордится бабушка, и не только он гордится Этсуко Райдзин− Послал я мысленное послание, своей бабушке которую я любил, не меньше чем остальных членов своей большой семьи. Без послания я не оставил и Чихеро. — Не проси богов, они глухи к просьбам смертных и не беспокойся любимая я вернусь к тебе через десять минут.

Все это было совершенно практически мгновенно, и когда я вновь обратил внимание на тех что меня атаковали то половина из них уже были мертвы. Тогшила не отвлекался и по силе психокинетики этот старик что одной ногой в могиле, был равен мне.

— Ты в пике. — Раздался в моей голове голос старого караванщика, что владел и силой манипулятора. — И не надо беспокоится о моей смерти, я не умру до тех пор, пока не увижу, как сильнейшие этого мира будут биться за сердце и руку моей правнучки.

— Правнучка? — Спросил я, отсекая в этот момент ноги огневику что как и я находился в пламени, и только после того как он утратил контроль я смог выйти из огненного ада что создал владеющий.

— У тебя родилась дочь от Исиды, и она никогда не станет Шосе. — проговорил в моей голове голос старика что уже начал меня раздражать.

— Обсудим это потом! — Рявкнул я в своей голове и почувствовал страх Тогшилы. — А сейчас отходите, мне не нужно сопровождение, я справлюсь сам, не хочу убить вас ненароком.

— Как прикажете император — С уважением в голосе проговорил старый интригант, и разорвал нашу ментальную связь.

Первые владеющие вставшие на моём пути ничего не могли противопоставить мне, сила психокинетики услужливо окутывала меня невидимой защитой. Внутреннее зрение показывало любое движение, а техника по предвидению ходов противника была идеальна в сплаве с силой манипулятора. Которая рассказывала о каждой мысли моих противников и вовсе сделал этот бой очень коротким. Пару взмахов мечом, два выпада плетями что обвивали моё тело и слившиеся со стихиями владеющие начали оступаться. Не желая умирать, они хотели перегруппироваться, и нанести удар, но я не был намерен продолжать бой. Внутреннее зрение показывало, что моя конечная цель уже ждёт меня в десяти километрах. А сила манипулятора показала мне мысли императора Айрата, который знал, что я иду за ним. Он стоял сейчас у передвижного штаба командования в роскошных одеждах и держа кувшин с вином в правой руке смотрел в даль. Именно туда где шёл мой бой, он ожидал, когда к штабу подгонят его эвакуационный транспорт, он был уверен в своей охране что считалась лучшей на планете. А это сотни владеющих и тысячи марионеток, что в данный момент его окружали, и были готовы выполнить любой его приказ.

— Тебе не спастись! — Прокричал я, послав мысленное послание императору Айрату, ускоряясь и огибая всех, кто пытался меня остановить.

— Это ты сейчас умрешь тупой демон! — Рассмеялся Айрат, а я уловил его речь силой манипулятора. — Ты стремишься, как тупая собака выполнить приказ своего хозяина! Но ничего кроме своей смерти ты сегодня не сможешь достичь!

Разум меня оставил я видел только цель, я мчался к ней переставая стараться сохранять жизни, любой кто вставал на моём пути умирал. Меч рассекал любую преграду, а ранения что я получал просто не замечал, я спешил так как видел, что вот-вот прибудет эвакуационный транспорт императора.

Чтобы окончить войну, чтобы не было больше бессмысленных жертв я убивал. Сотни владеющих пытались меня остановить, нанося удары по мне стихиями, не боясь уничтожить своих соратников.

Бронированный транспорт на бешеных скоростях уходил вдаль, от армии империи Куртон, Айрат с наслаждением пил вино из бокала смотря на всполохи ударов артиллерии вдали и слушая тихую музыку.

— Империя будет жить пока жив я. — С улыбкой проговорил Айрат, полностью уверенный в своей безопасности так как ему доложили о смерти ненавистного Дэйчиро Шосе.

— Империя мертва. — Послал я мысленное сообщение и нанес первый удар прорубая себе путь в многослойной броне огромного транспортника.

Секунда и я уже был внутри, окровавленный слепой, с десятками ранениями, но живой и злой. В машине было десять человек и мне потребовалось еще секунда чтобы убить каждого. Я пропустит два смертельных удара, мои легкие пробиты, сердце работало через раз. Сознание сбоило, но я сжимал в своей руке оторванную голову императора вместе с частью позвоночника. И это приносило спокойствие моей душе, я понимал, что теперь практически все лишения простых людей окончены. А я могу отдохнуть от бесчисленных кровавых сражений.

Неуправляемый бронетранспортёр, несколько раз перевернулся, и когда он остановился я с трудом выбирался из него. Так и держа голову Айрата в руке.

Меня окружила его охрана, и молча смотрела на меня с десятков танков сопровождения что навели на меня свои орудия.

— Император мертв! Война закончена! — Взревел я, кинув на землю то что осталось от императора, одновременно с первым выстрелом танка и атаками владеющими.

— Милая я задержусь на пару минут не беспокойся обо мне. — Послал я сообщение с помощью силы манипулятора своей черноокой красавице, кинувшись в атаку на сотню лучших владеющих умершей империи Куртон.

Конец главы.

Глава 32

Зеркало отражало высокого мускулистого мужчину чье лицо было покрыто шрамами, он только отдаленно был похож на меня. Пугающая внешность, мне не нравилась, отражение в зеркале выглядело карикатурно, и мне не вверилось что это я. Хоть на мне и было моё кимоно оно смотрелось чуждо на том, кто отражался в зеркале, моей спальни в императорском дворце.

Прошедшая война сильно меня изменила, не сдерживая и практически не контролируя рост своих мышц я вновь набрал критическую массу и мне теперь предстоит мучительно выгонять лишнюю воду из тела. Чтобы приобрести человеческие очертания, да и мое любимое кимоно, которое сшили мне мои любимые супруги после многодневных тренировок, не будет казаться таким маленьким. Абсолютно лысая голова, как и множество шрамов на лице и на всём теле не добавляли мне красоты. Пугающая и устрашающая внешность меня не устраивала, слишком огромные размеры приносили только неприятности в мирной жизни. А лицо, испещренное шрамами, казалось чужим, как и все остальное тело, которое было либо обожжённое, либо покрыто шрамами.

— Не нравишься сам себе в отражении? — Донёсся до меня голос императрицы что уже около двух минут за мной наблюдала и не спешила ко мне приближаться.

— Ничего со временем привыкну, главное, чтобы вас моя внешность не волновала и не отталкивала. — Грустно усмехнулся я, разворачиваясь к Тэймэй, что была одета в роскошнее белое кимоно с алыми краями.

— Не беспокойся Шосе, мы выходили замуж не за красавца, еще при первой нашей встречи твое тело было усеяно десятками шрамов. — Рассмеялась Тэймэй и хитро прищурившись спросила меня, а я почувствовал её страх силой манипулятора. — Дэйчи, а как я выгляжу?

— Ты прекрасна, как и всегда, милашкой была, милашкой и осталась. — Улыбнулся я, вспомнив о первой нашей встречи хоть и произошла она в не самое радостное время моей жизни.

— Ты врешь! Я пополнела! — Воскликнула Тэймэй, а я внезапно оказался в затруднительной ситуации не понимая причину её гнева, который я чувствовал, используя силу манипулятора.

— Это только тебя красит, я всегда считал тебя излишне худой, а теперь ты идеальна. — Я попытался подавить желание начать войну с какой-нибудь странной. Или улететь в дикие земли и помочь маме с Креолом в объединении и создании конфедерации из свободных городов.

— Дэйчиро — Подойдя ко мне вплотную проговорила Тэймэй и заглянув мне в глаза спросила. — Не надо никуда бежать, разве ты не можешь понять причину почему я пополнела?

— Я переговорю с твоим личным поваром, и причины больше не будет. — Я вновь попытался изменить направления разговора.

— Не трогай Тик Муна! — Воскликнула Тэймэй и внезапно меня обняла, прижавшись ко мне всем телом и спокойным вкрадчивым голосом проговорила. — Я скоро стану матерью, потому и полнею бетонноголовый Шосе.

Тэймэй замерла, обняв меня и имея телесный контакт считывала мои мысли, только это всё было бессмысленно в моей голове происходил эмоциональный шторм. Вернувшись из империи Куртон три часа назад, я ещё не отошел от боёв и взятия столицы умершей империи. А контроль никогда не был моей сильной стороной, если до войны и даже во время войны до убийства Айрата. Я мог позволить себе практически бездумно взять и обнять свою супругу то теперь пока я не успокоюсь я просто боялся обнять мою супругу так как мог навредить ей. И я стоял с раскинутыми руками в сторону и пытался успокоить внутреннее всепоглощающее счастья что буйствовало внутри меня. Хотелось пробежаться по потолку, и я был уверен, принимая во внимание мои увеличившиеся возможности, что у меня бы это получилось.

— Дэйчи ты даже не подумаешь о том, кто отец ребенка? — Спросила Тэймэй слегка ослабив свои объятия, и я почувствовал, как её сердце ускорило ритм своего биения.

— У ребенка только один отец! — Рявкнул я, не сдержав гнев что возник у меня на неизвестного, и прижал к себе вздрогнувшую императрицу, стараясь действовать аккуратно. — И это я!

— Дэйчи это наш ребёнок. — Тихо проговорила Тэймэй нежась в моих объятиях. — Всё-таки как с тобой сложно ведь ты даже не подумал, что ребенок может быть не от тебя, а теперь думаешь, как вычислить того, кто может являться отцом ребенка.

— Это секундная слабость прости меня. — Немного смутился я своих мыслей. — Тэймэй я не хотел сделать тебе больно.

— А ты не думай так громко и не будешь делать мне больно, а теперь отпусти меня, а не то мое кимоно помнешь. — И только когда я выпустил императрицу из своего плена объятий, и она проверила каждую складочку своего дорого одеяния она вновь заговорила. — И запомни раз и навсегда, ребенок это следствие той острой готовки, и её готовить научил меня Тик Мун, а я хочу трех детей так что привыкай, к острой пище.

— Служу империи! Умру, но выполню свою боевую задачу! — Рявкнул я по-военному и ударил кулаком в грудь согласно военному уставу.

— Прикончу! — Пошипела на меня ошарашенная императрица, но всё же улыбнулась. — Нам пора Дэйчи, а то парад без нас не начнется, и не надо больше так шутить, подобные шутки от тебя я воспринимаю не как шутку, а как именно то что ты непременно сделаешь.

— Теперь верю что вы ваше величество ждете ребенка. — Улыбнулся я, видя силой манипулятора те шторма эмоций что бушевали внутри Тэймэй.

— Поговори мне. — Недовольно проговорила Тэймэй — Пойдем уже не будем томить ожиданием наших подданных.

Огромная площадь предстала во всем великолепии, перед мной и вышедшей со мной наравне Тэймэй. На огромном балконе дворца императрицы было немало людей и все они стояли, ожидая нашего появления. И при нашем появление все они поклонились, а на площади начали вещать с огромных телеэкранов военные оповещая десятки тысяч человек о появление Императрицы Тэймэй и Императора Дэйчиро.

На небольшом возвышение на балконе стояли два трона, один изящный для императрицы и одни для меня, который откопал в сокровищнице один из устроителей парада и молился чтобы трон не рассыпался от моего веса. Так как в последний раз на него садился император с таким весом как у меня четыреста лет назад.

Когда мы вышли вперед к самому краю балкона и слегка поклонились в приветствии десяткам тысячам людей что собрались на площади народ возликовал немного, оглушив нас своими криками. Они уже много часов ждут нашего появления что ознаменует начало торжества в честь нашей победы. А именно небольшого парада, который не стали проводить на главной площади из-за малочисленности участников этого парада.

Ведь всего небольшая часть армии прибыла обратно в столицу, а более чем три четвертых частей армии сейчас осваивают новые территории. Что возможно станут частью империи хотя я и высказался против этого ещё находясь в столице империи Куртон. В параде имели право участвовать только те что отличились при ведение боевых действий и не могли участвовать те что не были на полях сражений. Потому и было так мало участников парада, что начнется, как только я вместе с Тэймэй воссядем на троны.

— Он точно меня выдержит? — Скептически спросил я с сомнением осматривая трон как глазами, так и внутренним зрением, я видел, что за слоем позолоты и красивом резном дереве скрываются медные пластины. Но как мне казалось их слишком мало, и мои мысли или слова рассмешили присутствующую принцессу Эмилию Шосе, в нарядном кимоно.

— Ваше величество ваш трон находится только в состоянии проектирования. — С поклоном проговорил личный секретарь императрицы Орсо, что стоял по левую руку от Тэймэй которая уже села на свой трон. — И ваш трон будет изготовлен в кратчайшие сроки, примерно через пять месяцев.

— Неужели так сложно изготовить из углеродистой стали стул? — Со вздохом спросил я и все же сел на неудобный и немного маловатый для меня трон. Который немедленно жалобно скрипнул и внутри него что-то оглушительно треснуло. Заставив улыбнуться и Чихеро которая стояла, как и Амайя с Яфой по левую руку от меня. И только Эми, моя крошка, из всей семьи удостоилась чести стоять по правую руку императрицы.

— Дэйчи. — Ласково проговорила моя черноглазая красавица Чихеро что до сих пор не простила мне выходку, когда я ликвидировал Айрата. — Трон должен олицетворять того правителя, при котором он создан, Дэйчиро, тебе не подходит простой железный трон.

— А какой мне походит? — Задал я вопрос услышав уже смешок похорошевшей Амайи.

— Железобетонный. — Проговорила строго Тэймэй. — Так теперь прекратим разговоры, парад начинается наговоритесь после парада с ненаглядным, а сейчас разговоры это оскорбление павших, и на нас наводят камеры, вновь.

Я смотрел на строй пехоты что несли знамёна поверженных частей противника, и каждый третий пустой что выполнял эту почётную обязанность был из моего отдельного полка несущих знак демона на груди. Который все хочет стать дивизией, но я волевым решением прекратил приём новобранцев, и повысил проходной порог по образованию.

Знамёна что сбрасывали в кучи вспыхнули ярким пламенем по воли огневиков что теперь шли строем возглавляя колонну, отличившихся владеющих в сражениях. Среди них были члены императорской тысячи смертников. Именно они шли со мной первыми и наносили решающий урон армиям противника.

Следом за ними шли офицеры военно-воздушного флота что заставили меня печально вздохнуть, небо мне так и не стало подвластно. Я могу планировать по воздуху с помощью психокинетики, но взлетать как Орсо из-за огромного веса просто не способен.

Военно-морской флот был представлен, ведущими колонны, с которыми я был лично знаком. Адмирал конечно вёл, ведущую колонну высших офицеров, а вот за ней скромно шел Кастон в пиратских одеждах и только китель был по уставу надет на него, рядом с ним вышагивала вся в орденах его невеста.

— А Ишо служила вместе с Кастоном? — Тихо спросил я, личного секретаря проигнорировав укоризненный взгляд Тэймэй.

— Ишо Шосе, да была рядом со своим супругом все время своей службы после того как ваши пути разошлись в разные стороны. — Утвердительно проговорил Орсо.

— Шосе? — Удивлённо переспросил я.

— Ваше величество, вы сами приняли Кастона потомственного пирата в клан Шосе, и Каори Шосе на правах старшего члена клана Шосе, соединила брачным союзом двух любящих друг друга владеющих. — Проговорил с поклоном Орсо.

Если бы не камеры что сейчас вновь навелись на наш балкон я бы точно ударил себя по голове ладонью. Каори вчера на сеансе видеосвязи говорила о том, что нам придется серьезно поговорить о том, кого можно принимать в клан, а кто не подходит клану Шосе. Она эту тему затронула вскользь, и я подумал речь будет про жениха Эми что сейчас находился в госпитале после тяжелого ранения, и была вероятность его инвалидности. Но я отмел эту мысль и позабыл о затронутой в разговоре теме, а теперь мне стало ясно из-за кого мне придется оправдываться. Кастона я не принимал официально в члены клана, но в бумагах принятия им должности капитана катера было указано что он из клана Шосе.

— Каори сильно была зла на меня? — Тихо спросил я у Чихеро, что подошла поближе ко мне.

— Каори надеется на то что ты принял убийцу, пирата, и человека с иным цветом кожи с далеко идущими планами. — Тихо еле двигая губами проговорила Чихеро, а вот Яфа безмолвствовала хотя могла связываться со мной с помощью силы манипулятора. — А вот Эйко в недоумении почему ты дал Кастону женится на какой-то чужой владеющей, а не на ней, чтобы связать кровью, бывшего пирата с кланом Шосе.

— Дэйчиро. — Обратилась ко мне Тэймэй. — Пятеро владеющих готовы стать мужьями твоей сестры, и тебе надо переговорить с главами их кланов, не забывая о том, что они соискатели руки сестры императора, а не главы очередного клана.

Я не стал говорить ни единого слова боясь, что перейду на оскорбления своей любимой сестренки, которая стала прославленным воином, но ветер в её голове все не собирался утихать. Интересно к скольким годам он всё же утихнет?

Парад продолжался ещё несколько часов, пролетала авиация и проходила под восторженные крики бронетехника. Только не было пленных или рабов, я посчитал что это неприемлемо и еще в империи Куртон высказал свое мнение Тэймэй в личном разговоре по видеосвязи. Обычно на параде в честь победы показывали в нелицеприятном виде побеждённых, в прошлой войне с федерацией Гатсен, подобного не было, но такая традиция присутствовала в нашей империи. Но парад был мелочью по сравнению с той проблемой что мне виделась в недалеком будущем.

Дело в том, что с захваченными территориями и находящимися на них населении были сложности и было три направления развития этой проблемы. Попытки присоединить эти территории к империи я сразу отмёл и буду настаивать, что это бесполезное занятие на предстоящих советах. Создание подконтрольных государств мне не нравилось, так как рано или поздно это приведёт к тому что в столице будут кланы этих государств. И они могут быть инструментом воздействия на правителя.

Третий вариант, был неприемлем категорически для меня, вытянуть все из поверженных и забрать у них самый ценный ресурс что есть у государств, а именно их граждан. И мне придется приложить много усилий чтобы пленные и рабы с созданными марионетками не заполнили имперские земли.

После окончания парада прошла церемония награждения, которая продлилась еще около трех часов, и её вела Тэймэй. Я в основном поздравлял адмиралов и генералитет что внесли неоценимый вклад в победу. Мой вклад никто не обсуждал, и мне, как и всегда не был вручен ни орден ни даже медаль, зато меня повысили в звании.

— Старший лейтенант? Ты издеваешься? — Спросил я Тэймэй, когда церемония награждения закончилась и мы остались наедине, отдыхая и ожидая начала переговоров с послами стран, которые не вмешивались в войну, а теперь горели желанием нас поздравить с победой.

— А ты посчитал сколько приказов ты нарушил или думаешь, что за своевольные выходки я должна тебя боготворить и награждать? — Со злостью в голосе ответила моя супруга находясь на моей груди, потому что как она выразилась она соскучилась, и ей удобнее отдыхать на мне. — И вообще генералов много, а вечный лейтенант и император один, или думаешь трехстихийником, убийцей воплощений стихий, кто-то вздумает командовать?

— Хм, а вы ваше высочество мной не командуете? — Попытался я съязвить

— Я не командую, а направляю это обязанность умной супруги, а я у тебя очень умная и красивая. — Проговорила властительница миллионов жизней.

— Мне кажется или ты счастлива? — Спросил я Тэймэй аккуратно рассчитывая усилие гладя ее по голове слегка руша её очень сложную прическу, но императрица была совсем не против.

— Счастлива. — Утвердительно буркнула Тэймэй млея в какой-то непонятной мне неге. — Дэйчи, а как ты бы хотел назвать нашего будущего ребенка?

— Ты хочешь дать мне право назвать имя будущего правителя империи? — Удивился я, зная о том, что такое было недопустимо и я по традиции должен был согласится с тем именем которое выберет носительница крови императоров.

— Хочу, понимаешь я желаю, чтобы его имя вне зависимости от того, кто родится было единственным в этом мире. — Проговорила Тэймэй, и почувствовав, что в моих мыслях было нарушено спокойствие, мгновенно отреагировала. — Дэйчи ты не против если мы назовем нашего первенца именем из иного мира?

— Не против. — Улыбнулся я, постаравшись погасить мысли что лихорадочно бились в моей голове. — Мне просто нужно время чтобы подобрать достойное имя, и это надо сделать в нескольких вариантов ведь так?

— Конечно, и мы вместе выберем то имя, которое больше всего подойдет, нашему первенцу. — Блаженно улыбнулась Тэймэй, поудобнее устраиваясь на моей груди. — У нас очень много времени, на выбор имени.

Я не стал ей ничего отвечать, так как сейчас пытался вспомнить хоть одно имя из прошлой жизни, но была лишь одна пустота. Я не забыл, я и не помнил, словно никогда и не знал, остались лишь тени воспоминаний, которые также вскорости исчезнут из моей головы бесследно. Это первые обнаруженные признаки необратимого разрушения моего разума, я думал, что у меня еще много времени, для того чтобы, как и Тэймэй быть счастливым. Но по всей видимости, боги решили иначе, и моё время сочтено.

Конец главы.

Глава 33

Часть первая

Он смотрел на меня и улыбался, его маленькие ручки тянулись ко мне, и он постоянно пытался мне что-то сказать. Я аккуратно удерживал его тельце руками, и больше придерживал его силой психокинетики чем пальцами, так как боялся неаккуратным движением навредить. Он был таким маленьким, улыбчивым и жизнерадостным что вселял и в меня туже всепоглощающую радость что царила в этом маленьком малыше. И на моём лице начала расцветать улыбка, ребенок моментально понял, что он добился своей цели и начал тянуть к моему лицу свои ручки. Ему было очень интересно пощупать такого странного меня. Я склонился и дал потрогать малышу своё испещрённое шрамами лицо. Шрамы не пугали ребенка, и его приводила в восторг моя грубая кожа, непохожая на кожу ни его матери, ни отца.

— Папа всё хорошо? — Обратилась ко мне Эми, сгорая от беспокойства смотря как я молча уже минут десять держу на руках её сына.

— Не мешай мне общаться с внуком. — Тихо проговорил я, а внук что был ещё безымянным вдруг замер, прислушиваясь к незнакомому рокоту что производил мой голос, из-за огромных размеров. — И не удивляйся иногда для общения не нужны слова.

— Папа, но ему пора спать. — Начала оправдываться Эми подходя с намерением забрать моего внука из моих рук.

— Значит тебе пора малыш. — Улыбнулся я жизнерадостной малютке что во все глаза смотрела на меня, но слыша родной голос постоянно оглядывался на маму. — Эми какое имя вы выбрали ему?

— Он будет носить имя отца. — Тихо ответила мне дочка, беря в руки малыша и неся его к колыбели.

— Кирс Шосе значит. — Улыбнулся я и слегка поклонился смотрящему из колыбели на меня малыша.

— Нет папа, он будет носить имя своего деда. — Улыбнулась мне Эми, я чувствовал её беспокойство, но она собралась с духом и сказала то, о чем я уже и так знал. — Мой сын будет носить имя моего отца, Дэйчиро.

— Эми, Дэйчиро ему надо стать, а не назваться, а пока что он Дэйчи. — Улыбнулся я Эми и вновь поклонился колыбели. — Я рад нашему знакомству малыш Дэйчи.

— И он рад папа. — Улыбнулась мне моя дочь и я решил оставить их наедине.

Выходя из небольшой спальни, совмещенной со спальней молодой семьи я вздохнул с облегчением.

— Дожил, увидел внука. — Я улыбнулся своим радостным мыслям о том, что теперь мое имя носит один из Шосе.

В этом мире не было принято называть ребенка в честь живого родственника, так как считалось это может оскорбить его. И имя могло быть дано только с согласия того, кто носит такое же имя и является близким родственником. Этсуко Райдзин как мне стало известно только за прошедшие три года после войны отказала как минимум пятерым членам её клана. Сославшись на то, что Чоррунов Райдзин уже около десятка, а ей не хочется, чтобы Этсук стало столько же.

— Ваше величество. — В приветственном поклоне склонился Кирс Мори, как только я вышел на открытую террасу. Муж моей дочери был одет, как и я в традиционное кимоно, и его кимоно было даже дороже и красивее моего.

— Не надо мне кланяться, да и мой статус в доме моей дочери, не имеет значения. — Несмотря на мою не любовь к Кирсу, что перешел по праву брачного союза в мой клан, сейчас после того как я подержал на руках внука я был рад даже ему.

— Дэйчиро, я приглашаю вас принять участие в чайной церемонии. — Кирс не стал больше называть меня как полагается по моему статусу, но ни на мгновение, в его голосе не пропадало уважение ко мне.

— Как я могу отказаться от первой нашей совместной чайной церемонии? Только вот сейчас, я бы предпочёл что-нибудь по крепче, чем чай. — С улыбкой проговорил я, садясь к небольшому низенькому столику, а подушка, на которую я сел жалобно скрипнула и по уже привычной мне традиции, лопнула.

— Есть и покрепче. — Радостно улыбнулся Кирс достав небольшой кувшинчик из-под стола, о котором я конечно знал, увидев его внутренним зрением психокинетики. — Дэйчиро, по телевидению говорят, что вы самый сильнейший физик в истории, всегда хотел узнать правда ли, это?

— Не правда Кирс, они сильно преувеличивают мою силу, в древности были физики намного сильнее меня, один из них это мой предок. — Грустно улыбнулся я, беря со стола кувшинчик после того как Кирс налил себе в чашу, кувшинчик в моих руках казался небольшим стаканом. — Большая сила Кирс, это большие проблемы, как видишь мои размеры доставляют мне много неудобств, но это только очевидные проблемы, есть и другие.

— Воплощения стихий не сильно мучаются от своей силы, а даже наслаждаются теми возможностями что им предоставляет стихия− Проговорил Кирс достав из-под столика еще один кувшинчик, проследив за тем как я осушаю кувшинчик что был почти полон и вмещал около полулитра жидкости.

— Они воплощения стихий, всего лишь, а для таких как я, нет лучшего названия как, убийца воплощений. — Проговорил я Кирсу всё также с улыбкой и дождавшись, когда он нальет себе аккуратно, но практически мгновенно выхватил из его руки кувшинчик, да так что он удивленно смотрел на опустевшую руку. — И я владею еще тремя стихиями, на том же уровне что и силой физика.

Кирс смотрел на меня с ужасом, ведь он видел стол что был уставлен кувшинчиками, и с ним разговаривал огромный кувшин, который неспешна опустошал маленький кувшинчик.

— Я по уровню силы превосхожу двенадцатый дан во всех трех стихиях, но только не в мастерстве владения. — Проговорил я, убирая с разума Кирса иллюзию, мне не помешало ни его природное сопротивление, ни его печать наложенная Эми. — Так что можешь не говорить ничего, я уже знаю все твои мысли, не беспокойся в память я не лез, сам понимаешь причины, ведь я убью тебя. И только после этого буду объясняться с дочерью.

Между нами возникло небольшое молчание, я думал о своём, а Кирс пытался не думать вовсе, но все равно я улавливал каждую его мысль.

— Нет, мысли Эми я не читаю, но её эмоции я чувствую, не смотря на то что она очень близка к двенадцатому дану. — Проговорил я, видя внутренним зрением, как Эми направляется к нам, и следит за стоянием своего сына Дэйчи. — Знаешь, как сложно жить, зная обо всем, что думают люди? И только двенадцатиданновые владеющие могут сокрыть свои мысли от меня, вне зависимости от стихии, так что больше тренируйся Кирс, меня не устраивает твой десятый дан в силе пустоты.

Эми села рядом со мной и недовольно посмотрела на два кувшинчика что стояли на столе, внимательно просканировала своего мужа силой манипулятора. Она засекла небольшое возмущение силы и с лёгкостью определила, что именно я сделал. Мастерство в манипулировании силами это совершенно точно не про меня. Эми намного опытнее, и её искусство уже на уровне Яфы, и пройдет совсем немного времени, и она станет одним из сильнейшим манипулятором империи.

— Папа, не стоит тебе создавать иллюзии. — Строго проговорила моя дочка, — Тебе надо больше тренироваться и заниматься контролем, твой безвредный мираж мог стать не таким уж и безвредным.

— Знаю,− Ответил я и увидел задумчивость на лице своей дочери.

— Папа, как там мамы? — Практически с придыханием спросила Эми стараясь сменить неприятную для Кирса тему. По всей видимости у них прошел ментальный разговор и мне простили мою выходку.

— Ну как тебе сказать? — Я специально сделал вид, что задумался, хотел немного по нервировать её. — Вся женская часть клана Шосе завтра будет у тебя в гостях, на меня была возложена почетная обязанность, сообщить тебе об этом.

— И бабушка с тетей Эйко прибудут из Диких земель? — С ужасом в глазах ошарашено проговорила принцесса Эмилия, видя, как я утвердительно киваю в ответ на её вопрос.

— Милая, а что ты хотела? Слишком многих ты сделала дедушками и бабушками, и невозможно описать радость одной новоиспеченной прабабушки которая рано для её возраста стала бабушкой и везет теперь любимой внучке подарки. — С улыбкой проговорил я, вспоминая как Каори отреагировала на сообщение о том, что у неё есть теперь правнук.

— Нам не нужны дорогие подарки. — Хмуро проговорила Эми, напоминая о том, что они хотят сами себя обеспечивать и жить, не завися ни от кого. — У нас все есть.

— Милая, вы молодцы, но ты пойми, что сейчас ваш отказ может стать несмываемым оскорблением. — Проговорил я, видя, как Кирс встает и поклонившись нам уходит в спальню к малышу Дэйчи, оставляя меня наедине с дочерью. — Тэймэй хочет окружить вас заботой и не стоит относится к этому, как к тому что она пытается вас лишить свободы.

Эми смотрело на меня с грустью понимая, что я прав, но я знал, что и они правы, и Тэймэй зря сказала, тогда что Кирс, в том состоянии в котором он был после госпиталя, не подходит в мужья принцессе. Иногда моя супруга бывает очень недальновидной и наложенный запрет, практически лишил империю принцессы, и именно из-за этого случая я решил, что она не может стать главой клана Шосе. Так как в нашей семье должен был быть тот, кто может обойти запреты самой императрицы.

— Эми ты же знаешь, что твои мамы всегда желают тебе только добра. — С грустной улыбкой проговорил я, вспоминая то как на совете клана было объявлено о свадьбе члена клана Мори и члена клана Шосе, и за этот союз, был только один голос, мой.

— Знаю папа и поэтому, буду с нетерпением ждать их приезда. — С такой же грустной улыбкой как у меня проговорила моя дочь, понимая, что нельзя держать вечно обиду на родных.

— Молодец. — Сказал я и заключил свою первую дочь в объятия. — И помни, что родные это наше главное богатство в жизни.

— Я знаю папа, и всегда буду об этом помнить− Тихо роняя слёзы проговорила Эми уткнувшись в мою грудь.

Небольшое поместье своей дочери я покидал вместе с Креолом, что ожидал меня в машине, дав мне наладить отношения с молодой семьей, и теми Шосе что уже как около года не общаются с моей дочерью. Но все решится завтра, когда клан Шосе соберётся в этом небольшом поместье чтобы увидеть моего внука.

Тэймэй, как и Чихеро сильно обиделись на молодоженов, узнав, что они решили жить не пользуясь привилегиями как статуса принцессы, так и имуществом клана Шосе.

Вся проблема была в Кирсе, а точнее в его ранении которое он получил, сражаясь один на один с пустотником одиннадцатого дана. Даже мне было очень сложно с ними, но меня спасало что владеющих этой стихии было мало, а слившихся со стихией было и вовсе единицы на всей планете. Кирс знал с кем он сражается, и что шансы на победу в этой схватке были призрачны, но он также знал, что он единственный пустотник в полку. И некому было остановить вражеского владеющего, полк был обречен.

Только и более высокий дан это не гарантия победы, вражеский владеющий совершил ошибку не отступив, после того как его первая сильная атака была отражена. Он не отступил, когда Кирс пошел в контратаку, муж моей дочери и не думал о своей жизни выполняя задачу по защите полка. И именно поэтому он победил, а после оказался в госпитале прикованный на многие месяцы к кровати и имея на руках заключения врачей он решился на отчаянный поступок.

Он совершил с одной стороны благородное действие, а с другой стороны, крайне эгоистичное. Он бросил мою дочь и у него были на это все причины, когда ты не знаешь станешь ли полноценным членом общества, ты не хочешь, чтобы твои проблемы упали на плечи того, кто тебе дороже жизни. С одной стороны, он был прав, а с другой стороны, манипулятор десятого на тот момент дана, в депрессии, был головной проблемой всего клана Шосе.

Кирс думал, что так будет лучше, но это было не так, и они почти без моей помощи поняли об этом, и стали вновь встречаться, начав все с чистого листа. Ну а потом, случилась свадьба, на которой я чуть не прибил Хаоса Сиоко, всё-таки не уничтожил клан Мори, и после которой Эми с Кирсом объявили, что хотят начать свою семейную жизнь без помощи клана. И особенно без надзора старших членов клана, ну и конечно без помощи императрицы Тэймэй, которая крайне была недовольна этим союзом.

— Дэйчиро. — Тихо обратился ко мне Креол, вырывая меня из раздумий. — Личные дела членов клана Шосе приготовлены в вашем кабинете, а ваши дневники в машине, вам их сейчас передать?

— Позже, Креол они сейчас мне не требуются− С печальным вздохом проговорил я рассматривая пейзаж.

— Вы уверены? — Вежливо, но с тревогой в голосе спросил меня Креол.

— Через пол часа начну, перечитывать, все хорошо Креол. — Проговорил я и взял в руки тетради, которые много лет назад собственноручно заполнял воспоминаниями.

Креол с Акирой, стали моими верными помощниками, и одними из посвящённых в мою маленькую тайну. Которая была неизвестна многим членам клана Шосе, даже матери и Эйко я так и не смог сообщить, о том, что моя память разрушается, и с каждым годом этот процесс ускоряется в несколько раз. И мне уже приходится пользоваться собственными дневниками, которые я к сожалению, не писал особо подробно. Но всё же личные дела это одно, а вот собственные эмоции это совсем другое, и их я мог найти только в своих дневниках.

Мои жены знали о моей проблеме, которую было сложно назвать болезнью, и все пятеро моих супруг пытались если не помочь мне, так хотя бы, побольше провести со мной времени. Харуки Сиоко и Асоко Идако сейчас работали вместе и пытались остановить процесс разрушения моего разума, Яфа также принимала активное участие в этих исследованиях. Я уверен, что в скором будущем, не позднее чем через десять лет они найдут решение этой проблемы. Только у меня нет этих десяти лет, Яфа изучая мой разум заявила, что у меня еще как минимум, пять лет. Но, по моему мнению, у меня остались считанные месяца, до того, как я превращусь в животное которое действует, руководствуясь инстинктами.

За прошедшие три года я, сделал очень многое, так как жил как будто каждый день, был последний. В государстве прошли значительные изменения, став императором я продолжил политику «кто сильнее, на том и больше ответственности». Это значительно уравняло в правах пустых и владеющих, а классовое напряжение, которое присутствовала по естественным причинам, стала практически незначительными.

Неприятным моментом было то, что мне пришлось первый год, лично поработать палачом, убивая владеющих что нарушали закон, надеясь на то что их всего лишь отправят в армию. Но отныне, владеющий должен был доказать свою полезность для вооруженных сил и в случае совершения особо тяжких преступлениях, его ждала неотвратимая смерть. В течении трех лет преступность среди владеющих значительно понизилась, возможно помогли мои выступления на телекамеры, но как говорила Тэймэй, скорей всего казни, что я проводил, охладили слишком горячие головы.

Я давал преступнику шанс, если он победит меня, то ему гарантировалась свобода, но каждый раз я разрывал преступника голыми руками на мелкие ошмётки.

Реформа проводилась и в армии, Токо вместе с Эми, все-таки смогли наладить выпуск новейших бронекостюмов, которыми могли пользоваться пустые в связке с владеющим что мог передать энергию своей силы бронекостюмам своего отряда. Три года это небольшой срок, но и за это время в обществе прошли значительные изменения. С войны вернулись пустые, воины что заставили к себе относится с уважением, так было и после войны с федерацией Гатсен. Но сейчас как я надеялся это закрепится на долгие десятилетие.

Также сейчас шла полным ходом техническая революция, но она происходила только в нашей империи. С захваченных территорий по моей инициативе в империю доставили практически всех ученых и перевезли все исследовательские центры и институты.

На совете при императрице, я выступал не как император, а как тот что видит мир немного иначе. Золото, территории, все это ничто, по моему мнению, главное ценность это люди, но не все, нам нужны только мозги которые будут разрабатывать для нас новые технологии. Которые обеспечат величие нашей империи, и я видел первые всходы тех кровавых семян, что я посеял. Ученные были окружены заботой и трудились над теми направлениями, которые указали наши ученные, и их совместная работа поражала. Будущее не будет безмятежным и перед империей встанет множество проблем, но имея новейшие ракеты что без особых затрат долетают до спутников планеты, обеспечат безопасность на долгие годы. Новые технологии в электроники уже начинают стимулировать нашу экономику, и прорыв в технологиях уже начался.

Но все это ни что, по сравнению с какими штормами внутри семьи столкнулся я, и сейчас настало именно то время, когда я должен был убрать все разногласия. Которые бушевали в клане Шосе, и первым делом я должен посветить в мою тайну правителей порта Каори. Ведь именно на дикие земли, что начали объединятся вокруг порта я возлагал большие надежды, ведь там хватит места всем Шосе. И убережет империю, от возможной в будущем борьбы за трон, между моими потомками.

Конец первой части главы тридцать третей.

Глава 33

Часть вторая

После прибытия в столицу я направился первым делом в свой кабинет проигнорировав доклад Акиры о том, что меня ждут в спальне мои супруги. Сейчас мне надо было подготовится к завтрашнему дню, который начнется с разговора с матерью, которая уже прибыла в столицу и сейчас находится в нашем родовом поместье. Вместе с Эйко и её мужем они сейчас отдыхают, после долгого перелета, я даже рад тому что у меня есть ещё ночь, и сложный разговор с Каори ненадолго откладывается.

Достав из своего стола два небольших дневника я долго их листал, проверяя свою память, сверяя её с записями дневника. Это были дневники что я вел последние три года и записывал в них все, что происходило со мной очень подробно. В них были отражены мои мысли и эмоции, за последние три года как я вернулся с войны из столицы побежденной империи Куртон. В них была радость по поводу рождения первенца от Тэймэй и возможно будущей императрицы, у неё есть еще одна сестричка которая появилась через год, и императрица Тэймэй уже подыскивает им обеим партию. А кланы империи уже пытаются свести своих детей с малышами в которых течет кровь императорской семьи.

Была радость и от того что Торо мой первый сын от Чихеро обманул надежды и мои и своей матери. Мы могли часами на повышенных тонах по косвенным признакам спорить о том какой стихией будет обладать Торо. Но судьба смотрела на нас и смеялась, мы оказались оба правы и не правы одновременно.

У нас теперь растет еще один трехстихийник, а именно владеющий распадом, психокинетикой и силой физика. И смотря на себя я очень надеюсь, что он не достигнет моих данов в стихиях, это не нужно трехстихийнику.

Но была в тех дневниках и горечь, мои терзания по поводу моих воспоминаний что постепенно уходят из моей головы. Я постепенно терял себя, и изменялся, так как мои воспоминания, что разрушались влияли на мою личность, и мои решения уже не основывались на моём опыте. Многие свершения, что я совершил за свою жизнь, казались чужими заслугами, а та любовь, которой меня укутывали мои супруги казалось мне, не заслуженной.

Был в этих дневниках и мой секрет, того как я достиг двенадцатых данов во всех своих трех стихиях. Не было, ни каких изнурительных тренировок, или секретных техник, по мере того как разрушались мои воспоминания, нагрузка на мой мозг уменьшалась, а моя сила возрастала. И первого двенадцатого дана я достиг в силе физика, моя сила увеличивалась постепенно, и я думал, что смогу сохранить контроль над своим телом.

Но, ни о каком контроле не могло быть и речи, и именно тогда я впервые подумал о своей смерти. Это сейчас, я могу держать на руках своего внука, а тогда два с половиной года назад, мне нельзя было касаться ни чего живого. И когда Тэймэй родила нашу принцессу Марико, я просто сидел около у колыбели и печально смотрел на нашу крохотную дочь. Так как в тот момент даже металлическая посуда, которой я пользовался не выдерживала моих касаний. Меня тогда спасла Амайя, видя моё состояние и полную неспособность контролировать свое тело мы с ней на месяц, убыли в горы, где она провела большую часть своего детства.

Там среди серых безжизненных скал, я смог нащупать свой предел и под руководством двенадцатиданновой супруги смог начать контролировать свою стихию. Несмотря на то что Амайя была более подготовленная и могла называться слившейся со стихией, я был намного сильнее её. И как только мне показалось что я могу контролировать силу физика как о себе напомнили остальные две мои стихии.

Это случилось, когда я веселился с детьми, в детской, когда вокруг был смех и радость, я почувствовал его. Он шел по коридору и направлялся к детской с большим подносом с фруктами. Его голову заполняли мысли о том, что он так близок к достижению своей цели. Ведь он сможет после стольких прошедших лет отомстить, за уничтожение своей родины. А в его теле я увидел бомбу, которая была готова в любой момент сработать.

Всё произошло очень быстро, я насквозь пробил своим телом дверь, и разорвал на пополам мужчину, который оказался вражеской марионеткой. Прогремевший взрыв, мне практически не навредил, две царапины от кумулятивного пламени были мелочью. А я осознал в тот момент две вещи, когда я помчался убивать эту марионетку, я сделал это рефлекторно и в моей голове не было ни единой мысли. И второе я смог услышать мысли заблокированной и крайне защищенной марионетки высшего класса.

После этого события, я начал слышать мысли всех людей, которые меня окружали, без разницы владеющий это, или пустой. И только мысли двенадцатидановых владеющих мне были не доступны. Яфа помогла мне справится с возросшей силой манипулятора, но ни о каком применении этой силы на уровне слившихся со стихией не могло быть и речи.

В этот же день как я справился с контролем силы манипулятора, я с Креолом выяснил что и в психокинетике мои возможности возросли благо с контролем было всё в порядке. И мне требовались только дополнительные тренировки, которые до сих пор, проходили практически ежедневно.

Полтора года назад при посещении порта Каори я решил проверить свои боевые возможности как психокинетика. И потому обратился с просьбой о поединке к самым сильным психокинетикам которых я знал. А именно к Кирану и Каори, которые на протяжении всей войны доказывали, что им нет равных. И теперь никому и в голову не придёт бросить им вызов, а очереди учеников к ним, уже расписана на годы вперед.

Они тогда усмехнулись надо мной, им казалось, что я им не противник особенно если я буду сражаться одновременно и с Каори, и с Кираном.

Только тогда во время нашей схватки они были на грани, с них лился пот, а о их мастерстве можно было слагать легенды, и это мастерство против меня оказалось бесполезным. Они не могли на протяжении трех часов одержать верх, надо мной. Ни одна из их атак не могла быть для меня смертельной и судьи этого поединка, Креол и Тогшила, приказывали продолжать бой. Так как не могли определить победившую сторону.

Я же был груб в применении силы психокинетики, но был готов продолжать бой ещё не одни сутки. Сила физика не допускала перегрузок, и я не переутомлялся, и готов был обходится без отдыха и сна еще неделю, а сила манипулятора разгружала мой мозг. И не смотря на то что Каори и Киран были сильнее меня, но я мог бы их убить если это не был бы учебный поединок. Кода по истечению четырех часов не определилась победившая сторона, Тогшила прекратил поединок.

Мне они не смогли нанести никакого урона, так как я пользовался всеми возможностями данные мне моими стихиями. Тогда мы посмеялись над этим поединком, и меня даже похвалили, но моя улыбка радости от этой похвалы была фальшивой.

Если бы была война меня можно было выкинуть на территорию врага и в течении месяца война была бы окончена, так как я разрушил все города противника. А зная свою живучесть я очень сомневаюсь, что меня смогли бы уничтожить. И осознавая, что войны не будет мне становилось страшно, от того что я могу совершить, когда разум окончательно покинет мою голову.

Я попытался отогнать печальные мысли, которые часто отражались в моих снах, которые показывали утопающую в огне столицу. И того, кого я боялся больше всего, с горящими глазами, чей разум утратил все что присуще человеку. И с которым никто не может справится, и что будет сеять смерть, и может навредить тем, кто мне дорог. Я боялся себя, и я должен был защитить своих близких, от самого себя. Это было больно осознавать, но я не видел иных способов решения проблемы, я должен спасти окружающих, от себя пока не станет поздно.

Короткий мысленный посыл Акире и уже через секунду в моем кабинете появилась вечная искусительница. Которую так и не смогли соблазнить лучшие владеющие столицы, самые красивые мужчины ломали свои зубы об неподвластный им, но такой желанный плод. Акира казалось сама была не прочь сойтись с мужчиной, но это была игра, и мужчины не хотели этого понять.

— Акира эти дневники надо доставить в поместье рода Шосе и передать лично в руки Каори Шосе. — Я положил на край стола дневники, но Акира даже не сдвинулась с места.

— Мне передать их лично? Чтобы исключить утечку информации? — Спросила меня Акира.

— Сделай это лично, эта информация не должна попасть, в не те руки. — Мой секретарь ненавязчиво мне напомнил о том, что спец службы всех стран пристально наблюдают за моей деятельностью.

Акира взяла дневники и развернувшись к двери также молча удалилась, она еле сдерживала себя, чтобы не пошутить о возможности переговорить со старшей Шосе о нашей будущей свадьбе.

Я еще долго смотрел на закрывшеюся за владеющей дверь, думая о том, что она своим неунывающим характером, помогает мне в самые трудные минуты. Когда я раз в неделю, просыпаюсь после пятичасового сна, в специальной заминированной комнате в подвале императорского дворца. Именно Акира будила меня, постоянно пытаясь надо мной подшутить, и всегда провоцировала меня, обратится к своим воспоминаниям. Ведь выйти из сонного состояния и осознать себя, мне было сложнее всего, и мой секретарь Акира, делала это всегда идеально. Да и что скрывать лучше уж я разорву на части её, чем одну из тех что люблю. И Акира это понимала, но все равно будила меня, игнорировав уже два случая, когда я не узнавал её и около получаса приходил в себя.

Печально вздохнув я встал из-за стола и вышел из кабинета, и идя по пустынным коридорам усиленно думал над не тривиальной задачей. Что еще я должен был успеть сделать пока мое время в этом мире не закончилось. Написанный план развития империи уже лежит в моем столе и ожидает, когда его передадут Тэймэй. Завещание на крайний случай также уже написано, как и письма каждому человеку, который мне дорог и о котором я ещё не забыл.

Попасть в свою спальню бесшумно было крайне сложно, толпа охраны моих супруг как обычно попыталась меня поприветствовать, но увидев моё лицо они вытянулись по стойке смирно. Сегодня у меня не было настроения любезничать со ставленниками кланов, а зная что я могу прочесть их мысли, телохранители очень боялись спровоцировать меня. Каждому есть что скрывать, только охрана не знала, что все их секреты уже давно известны как мне, так и службе безопасности.

Дверь привычно скрипнула, и мне пришлось быть очень аккуратным так как в моей гостиной весь пол был заминирован огромным количеством игрушек. И меня это радовало, жаль, что я не смог уделить детям сегодня хоть немного своего времени надо это завтра исправить. В спальне уже все спали, ну по крайне мере, четыре мои супруги спали, а Амайя лишь притворялась. Ей не нужен был, как и мне сон каждый день, но все же она всегда навещала мою спальню, конечно если одна из моих жен не решила со мной уединиться.

— Мы хотели с тобой поговорить. — Подумала Амайя зная, что я слышу её мысли и через пару секунд я уже создал ментальную связь.

— Я знаю, но я ни чего нового не скажу. — Проговорил я взлетев в воздух аккуратно приземлился на пустое место по середине что оставили мои супруги для меня на огромной кровати. — Эми ждет вас завтра с утра в своём поместье в гостье.

— Тэймэй уже сообщили. — Проговорила по ментальному каналу Амайя, а рядом со мной недовольно заворочалась Яфа которая даже в сонном состоянии с лёгкостью вторглась в наш ментальный канал.

— Завтра поговорите, дайте поспать. — Проворчала Яфа вновь проваливаясь в сон.

Печально вздохнув синхронно с Амайей, и поняв, что нам не даст Яфа пообщаться как мы иногда делаем, в её отсутствие, мы начали погружаться в состоянии медитации.

Меня ждали в моём кабинете с самого раннего утра, как только дворцовая охрана открыла приемную первой на территорию императорского дворца ступила Каори Шосе

Мы сидели и смотрели на друг друга, она с тревогой всматривалась в моё лицо, а я изнывал от того что мне не были доступны её мысли. Я даже не чувствовал эмоций этой женщины что еще не окончательно растеряла свою красоту. Каори была сегодня в кимоно темных цветов, не траурное которое она не могла надеть, так как не было видимых причин. Это был сложный разговор нам пришлось обсудить многое, она понимала, что мой жизненный путь уже практически закончен.

— Это последствия вмешательства в твой разум после переноса твоего сознания? — Я видел, как Каори поджала губы, ожидая моего ответа и я почувствовал отголоски её мыслей что вырывались из её головы.

— Нет Каори! — Воскликнул я, поняв, что мать связала все ниточки во едино и сейчас обвинят во всем себя. — Ты не виновна, и вмешательство не принесло тогда мне вреда тут иные обстоятельства.

— Тогда почему мой сын готовится к своей смерти раньше меня? — По щекам Каори покатились слезы отчаяния она больше не могла себя сдерживать. — Я смирилась с тем что мой сын воин, и он может не вернуться домой, но сейчас нет войны.

— Так случается, мама, и твоей вины в том нету. — С тяжелым сердцем проговорил я, понимая, что самое тяжелое позади. — Как я выяснил такова судьба каждого демона из рода Шосе. Мы не умираем от старости, наша смерть либо на полях сражений, либо они….

Я не смог произнести окончание своей фразы, это было тяжело говорить подобное своей матери. Пусть она воин, видевший тысячи смертей, но я все же её сын, которого она любит.

— Либо сами себя убивали. — Закончила за меня Каори, и она была права как я подозревал именно так заканчивался путь тех, кто попадал в этот мир из иных миров.

— Есть ещё один вариант, когда я окончательно потеряю разум и превращусь в неуправляемое животное, моим близким придется меня убить. — Печально произнес я стараясь не смотреть на Каори, мне было стыдно за свою слабость, я всегда старался был сильнее обстоятельств и выходить победителем из любой ситуации. — Ты помнишь наш поединок, тогда я сражался не в полную силу, и я надеюсь ты примешь моё решение уйти раньше срока.

— Прости, я не могу этого принять− Тихо ответила мне Каори. — Почему ты мне это рассказываешь? Как мне жить зная, что ты уйдешь раньше меня?

— Мама я рассказал тебе о своём уходе потому что мне нужна помощь. — Я видел умоляющий взгляд Каори, а силой манипулятора чувствовал ужас, исходящий от неё. — Нет ты ошибаешься, я прошу тебе помочь мне сохранить Шосе, чтобы моя жизнь и смерть не была напрасной.

— Говори. — Облегченно вздохнула Каори, поняв, что я не попрошу её убить меня.

Достав из своего стола письма, которые писал уже как два года я передал их Каори как моему доверенному лицу. Я мог доверится своим супругам, но они не были Шосе и некоторые мои решения, они могли бы не исполнить. Сейчас я действовал как глава клана, который готовится передать свои обязанности новому главе. И следующим главой клана как я решил станет принцесса Эмилия, которая отречется от своего статуса и будет Эми Шосе. Была только одна проблема, моя дочь была приемной, и в ней не было крови Шосе. Но у меня родился внук, который вольется в наш клан, женившись либо на одной из моих дочерей, либо на одной из моих сестёр. У меня может родится и внучка чуть позже и именно на Каори я возложил это очень деликатное задание. Были и другие указания, которые должны были если не усилить клан, то по крайне мере сохранить клан на века.

Когда далеко за полдень меня покинула Каори я так и не мог понять почему я сам себе был отвратителен. Мне казалось, что я похож на Чорруна, который казалось был помешен на своём клане. Возможно если бы я дожил до его лет, то был бы еще намного хуже. Мысленный посыл и в моем кабинете практически мгновенно материализовалась Акира.

— Мне необходимо шесть часов сна. — Обреченно проговорил я, зная, что каждый раз я боюсь засыпать, так как проснуться могу уже не я.

— Я уже все подготовила — Лукаво улыбнулась Акира. — Только ваше величество давайте договоримся, вы больше не будете меня оскорблять своими приставаниями.

— Но я не пристаю к тебе! — Удивленно воскликнул я.

— Меня оскорбляет их отсутствие. — Вновь одарила меня улыбкой Акира, и было бы у меня время, у меня появилась бы шестая жена. В этом я был уверен, так как Акира мне нравилась с каждым днем все больше и больше.

Конец главы.

Глава 34

Зрение все никак не хотело работать после моего пробуждения, перед глазами все постоянно мельтешило и плыло, голова раскалывалось, и хотелось впиться зубами в чужую глотку чтобы, хоть кто-то почувствовал мою боль. Серая ничем не примечательная пещера, в которой я находился, мне не нравилась, мне хотелось выйти на свободу. Но тут я заметил самку что преграждала мне путь, за спиной которой и был выход из этой пещеры.

Она стояла и скалилась недовольно рыча на меня, и загораживая мне выход, но она не проявляла агрессии. Я еще раз огляделся, надеясь найти второй выход, но все же единственный проход был за её спиной. Я шумно вдохнул воздух, надеясь на свое обоняние и учуял, что не ошибся передо мной стояла самка. У неё был манящий запах, и он говорил мне, о том, что она готова для спаривания, и я почувствовал, что и я готов. Мысли о том, чтобы выйти из пещеры, заменились более приятными, я хочу её, и я её заполучу.

В мгновение ока, я оказался около неё и развернув легкую самку спиной к себе я прижал к стене её, и стал методично искать вход в неё. Она попыталась вырваться, но я был сильнее и поэтому ей только и оставалось выть от бессилия, ну не чего, сейчас она завоет и от наслаждения.

— Дэйчиро, только не запоминай это пожалуйста. — Проговорила Акира, перестав сопротивляться. — Я сильная, я выдержу, а ты нет, если узнаешь, что совершил.

Мои руки дрогнули, я отпрянул от Акиры, и отскочил на несколько метров от женщины в разорванной военной формы. Моя голова заполнилась воспоминаниями, и омерзением к самому себе. Все происходило мгновенно, смена личности прошла очень быстро, но чувства и мысли того животного, которым я был секунду назад, еще бурлили во мне.

— Дэйчиро? — Обернувшись ко мне лицом проговорила Акира пытаясь прикрыться руками так как я практическим сорвал с неё всю одежду.

— Да это я. — Задумчиво проговорил я пытаясь привести в порядок ворох мыслей и унять возбуждение, поправляя свое кимоно.

— Акира это первый раз? — Дрожащим, хриплым голосом спросил я.

— Да. — Твердо произнесла девушка, и практически встала по стойке смирно, но оголённая грудь не дала её это сделать. — Это первый инцидент

— Ты мне лжешь Акира. — Печально произнес я, качая головой, я почувствовал силой манипулятора что девушка меня обманывает, и облегченно вздохнув добавил. — Значит пора, жду тебя в своем кабинете.

— А может все-таки закончим начатое? — Слабо улыбнулась Акира, а я с удивлением наткнулся на блок в её разуме явно наложенный Яфой. Девушка попыталась смягчить ситуацию, так как понимала, что я намерен совершить.

— Нет. — Жестко произнес я, и шагнул в сторону двери собирая свою волю в кулак.

Идя по пустынным коридорам, я дрожал от перевозбуждения и пытался успокоить себя. Я хотел Акиру, но что мне мешало потом прикончить самку, либо в процессе это сделать, так как я физик, мне ничего не помешало бы её разорвать на части.

— Но что теперь делать? — Проговорил я вслух, свои невеселые мысли, идя по пустынным коридорам императорского дворца.

Сколько я так еще протяну, мне было неизвестно, как и то каковы будут потери, когда я вырвусь наружу и окажусь в мире слабых. Где нет никого сильнее меня, и если я вновь себя не осознаю так быстро, то могут пострадать сотни невинных, и это в лучшем случае.

Сидя в кабинете я уже готовился морально, к тому что я должен был совершить, и на моем столе, когда вошла Акира уже лежал меч, изготовленный для меня моей матерью который так, и остался безымянным.

— Краткий отчёт, по тому, что случилось пока я спал. — Тихим голосом, я толи приказал, толи спросил Акиру, которая уже переоделась в военную форму. После каждого моего пробуждения, она коротко мне докладывала, только о самом главном.

— Ваши жены уже вернулись из поместья Эми Шосе и сейчас готовятся ко сну. — Четко по-военному проговорила Акира и ничто в её голосе или внешности не напоминало, о случившимся минут десять назад. — Я уже доложила им, о случившемся инциденте, и через полторы минуты они будут здесь.

— Понятно. — Только и смог проговорить я, глупо было надеяться на то, что я смогу спокойно уйти. — Акира вызови в экстренном порядке, во дворец императора Эми Шосе.

— Каори Шосе и Эйко Шосе не вызывать? — Спросил мой секретарь и я на мгновение задумался.

— Они все равно прибудут, как я понимаю, через полчаса будут оповещены все Шосе. — Я видел внутренним зрением, как к кабинету по коридорам несется Амайя, на предельных скоростях. — Можешь идти Акира.

Как только Акира вышла, буквально через пару секунд в дверь моего кабинета аккуратно постучали.

— Войди, могла бы и не стучаться. — Хмуро произнес я, смотря как в кабинет заходит растрепанная Амайя. — Не надо было так нестись, посмотри в зеркало, так не пристало выглядеть жене императора.

— На себя посмотри ты бледен, и не похож на воина. — Злобно проговорила Амайя, но все же посмотрелась в небольшое зеркало, что висело на стене и стала поправлять как волосы, так и одежду. — Я спешила чтобы, проконтролировать тебя, чтобы ты не совершил непоправимого.

В этот момент в дверь вновь постучали, и это была Исида, которая не стала дожидаться моего ответа, а зайдя в кабинет молча села напротив меня. В течение десяти минут в дверь вновь постучали не единожды, но моего разрешения войти больше не спрашивали.

Собрались все мои жены, Исида тихо переговаривалась с Амайей, Яфа обреченно смотрела на меч ведь она единственная знала, что творится в моей голове. И буквально два месяца назад она погружалась в мой разум. Она знает то, что не знали мои жены, то как я мучился, и то что им сейчас покажется безумством, таковым не является.

Тэймэй сидела безмолвствуя и, как и Яфа смотрела на меч лежащий на столе. Все они были одеты в простую одежду, которую они могли одеть только в моих покоях. Халаты и легкие кимоно непривычно смотрелись на них, и только Чихеро отличалась, она была одета в военную форму, а на белоснежной коже ее лица проглядывались почерневшие вены. И это говорило мне о том, что именно она дежурила около подвальной комнаты и в тайне от меня готовилась уничтожить меня, в случае крайней необходимости.

— Дорогие мои супруги, вы сами прекрасно знаете причину почему я хочу отправится в свой последний путь. — Первым заговорил я, понимая, что мое молчание не может продлится вечно.

— И мы против, и намерены не дать тебе это сделать — Хмуро проговорила Тэймэй.

— Против ты Тэймэй, но не все. — Ответил я ей. — Ведь так Яфа? Чихеро?

— Так, — Ответила мне Чихеро и отвернулась, от посмотревших на неё, остальных моих супруг. — Он опасен, есть два выхода, и я за то чтобы заключить его временно в тюрьму для владеющих, осуждённых на пожизненное заключение.

— Думаешь тюрьма сможет меня удержать? — Спросил я, Чихеро, но она отвернулась, не став мне отвечать.

— Тюрьма даст нам время, чтобы мы смогли подготовится. — Спокойно проговорила Тэймэй. — Я брошу все силы на разработку лекарства для тебя, и я уверена, что в течении двух лет оно будет готово.

— У меня нет этих двух лет, ваше величество вы тут бессильны. — Проговорил я, смотря как из глаз той что властвует над миллионами, текут слезы бессилия. — Яфа ты не высказалась, среди нас именно твое мнение решающие, кроме тебя и еще одного манипулятора, никто в мой разум не сможет заглянуть.

— Тэймэй, я сейчас сделаю диагностику, и только потом отвечу против ли я решения своего мужа. — Грустно ответила мне и императрице Яфа. — Дэйчи пусти меня в свой разум.

Мне нечего было скрывать от Яфы, и все же мне не хотелось, чтобы она видела всё, то что я испытал пятнадцать минут назад. Я знал и без диагностики Яфы, что она скажет, я уже проверил свою память и как всегда, мозг работал идеально, ни единого сбоя даже кровяное давление в норме. Ни одна клеточка не была повреждена, только вот я не знал имена своих детей, и даже то сколько их. Не помнил я и свой возраст, да даже то как читать, я просто смотрел в свой дневник перед тем как зашла Акира, и не мог разобрать ни единого слова.

— Я на грани. — Тихо проговорил я для Яфы, видя, как по её щекам текут слезы, а Тэймэй смотрит испугано на сильнейшую владеющую силой манипулятора. — Отпустите меня, нет смысла меня держать, я могу перестать существовать к утру.

Мои супруги молчали, боясь сказать хоть единое слово на протяжении пяти минут. А после, их словно прорвало было всё, слезы, угрозы и мольбы, я же не произнес ни единого слова, мне не надо было ничего им говорить, так как они знали, что всё уже решено. И даже не мной, а судьбой, что оказалась ко мне не справедливой.

Иногда так случается, что ни какие слова ничего уже не могут изменить, и я пытался это донести до своих любимых супруг. Проецируя силой манипулятора свои мысли и ту любовь которую я к ним испытывал. Это было тяжело, ну а по-другому и быть не могло, самое сложное это не уйти, а отпустить. Либо добиться, того чтобы тебя отпустили, я не знаю возможно ли это было бы в моем, прошлом мире, так как просто не помню его. Но в этом мире, меня отпустили хоть и горевали страшно, и убивались по мне.

В мире, в котором один человек может быть опаснее целой армии. Понимают, что такое не контролируемый, сошедший с ума владеющий, и чтобы не дать пройти по последнему пути этому владеющему, надо иметь очень веские основания.

В своё время я не дал пройти по последнему пути Чоррону и как думал сделал правильно, но мне сейчас, не кому было помешать. Да и не смогли мои супруги найти причины, чтобы мне помешать, не было возможности остаться. Как оказалось, Акира не в первый раз была, жертвой моих пробуждений, только до изнасилования не доходило, потому Яфа и заблокировала ей память, так как я засыпал и забывал о случившимся. Они боялись, что я приму решение уйти ещё несколько месяцев назад, когда забыл про свое первое пробуждение.

Диагностика выявила что память может отказать мне в любой момент, и когда Акира доложила мне, что Эми уже в пути. Я уже шел в императорский сад, туда где я решил умереть и именно там я постоянно медитировал. Меня никто не сопровождал, у самого входа я отпустил Акиру, приказав ей проследить чтобы Эми ко мне пришла, и я еще раз попросил у своего секретаря прощение за содеянное. Хотя слава богам я только сорвал одежду. Супругам я запретил появляться, до рассвета в саду, и мою последнею просьбу они выполнят, так как такова была традиция. Не отказывают идущему на смерть в последней просьбе, и я надеялся, что моя дочь не откажет мне.

Сев в позу для медитации там, где я всегда на протяжении многих лет медитировал, я положил на свои колени меч в ножнах. Осталось встретится с той, что когда-то была на цепи и дать ей задание, которое я уже не способен выполнить.

Эми появилась где-то через полчаса, и ночное небо уже начало светлеть, вот-вот начнется рассвет. Моя дочь была испугана, она уже успела переговорить с Яфой по ментальному каналу и сейчас разбирала ворох ужасающей, для неё информации. Она думала все эти годы, что все хорошо, а тут среди ночи ей рассказывают, что её отец собрался в свой последний путь.

Эми молча села около меня, и стала ждать, когда я первым заговорю, она думала достаточно громко чтобы я мог понять, о чем именно она мне хочет спросить.

— Эми моя личность уже разрушена, с тобой говорит тень меня. — Хмуро проговорил я силясь вспомнить что-то такое что смогло бы её убедить в том, что мой выбор правильный. Но я уже не видел ничего чтобы могло оправдать меня. — Но я позвал тебя не за этим, все уже решено, и на рассвете я уйду

— Тогда зачем ты приказал чтобы я пришла — Печально проговорила Эми роняя слезы на траву небольшой лужайке на которой я и любил медитировать. — Ведь я уже ничего не могу изменить.

— Я попросил прибыть, чтобы лично тебе сообщить, о том, что после моего ухода именно ты станешь главой клана Шосе. — Я попытался чтоб мой голос был торжественен, но он предательски дрожал. — И у меня есть к тебе личная просьба.

— Какая? — Сквозь слезы проговорила моя дочь.

— Напиши мою историю для моих потомков, и возможно следующий демон из клана Шосе не совершит моих ошибок. — Я сформировал ментальный канал, и сам оповестил об этом Эми. — Ты готова посмотреть на мою жизнь? Правда там жалкие остатки моих воспоминаний.

— Я готова папа. — Прозвучал голос дочери в моей голове.

Передача воспоминаний это не совсем одно и тоже что и их просмотр, поэтому мне и этой девушке, пришлось постараться. Я передал ей все что у меня было, оставив себе оригиналы, и кажется немного перенапрягся, так как потерял сознание. Когда я вновь пришел в себя, то еще долго смотрел в след красивой девушки что уходила в глубь сада.

— Надеюсь мы были знакомы. — Произнёс я вслух свои мысли и в моей голове всплыл мысленный приказ, который я заложил заранее в свой разум. — Значит пора.

В моем послание самому себе было все, как причины моего поступка, так и то как именно я должен уйти. Последняя волна воспоминаний захлестнула меня, и я осознал, что та которая сейчас уходила от меня это моя дочь. И сейчас я должен вступить в свою последнею схватку, в которой я не имею право проиграть. Как пришёл в этот мир спасая людей, так я и уйду из него спасая, только в этот раз от самого себя.

Первый взмах мечом наполнил воздух оглушительным хлопком, лезвие меча покраснело от трения о воздух.

— Надо сильнее. — Хмуро проговорил я, смотря как недостаточно покраснело лезвие. — Я не хочу почувствовать боли, все должен закончить один удар.

Второй удар мечом показал, что мои мышцы достаточно прогрелись и меч полностью приобрел алый цвет. Я видел внутренним зрением как во дворце осыпалось стекло в оконных рамах, громоподобный звук от моего удара наверняка был слышен во всей столице.

— Пора. — Произнес я, и совершил самый быстрый и сильный удар на какой был способен.

Разогнанный психокинетикой меч я отпустил на середине удара и подвинул его в воздухе, так чтобы лезвие ударило мне по шее, и должно было отсечь мою голову. Я тренировал этот удар уже не один год, и сейчас настал его час. Когда смотришь, на мир через внутренним зрение, то время кажется тянется целую вечность.

Я видел, как лезвие прорезает мою кожу на шее, как рассекает мышцы, а я тем временем корректировал меч психокинетикой, и усиливал удар до того момента, когда лезвие меча коснулось шейных позвонков. Боли не было, как и не было сожаления, я прожил хорошую жизнь, и я счастлив что мне был дан второй шанс, надеюсь я прожил жизнь не зря.

Конец главы.

Интерлюдия

Эми Шосе спустя шесть лет, в поместье рода Шосе

Небольшое родовое поместье опустело, после ухода гостей с званного вечера устроенного в связи с годовщиной ухода из этого мира Дэйчиро Шосе. Я как глава клана Шосе, решила проводить небольшие поминальные вечера каждый год, так как узнала из архивов Изамы Шосе, что в мире моего отца была такая традиция. И хоть в нашем мире это было непринято, я в этот день проводила званные вечера, которые посещали все Шосе.

— Мама, я не хочу ехать к бабушке! — Опять заупрямился мой первенец, который был вовсе не похож на тех членов клана в которых течет кровь, рода Шосе. — Она опять будет меня заставлять тренироваться!

— Дэйчи, — Я склонилась над своим сыном. — Тот, в честь кого ты назван тренировался всю жизнь, и бабушка Каори видит в тебе того, кто достигнет таких же вершин что и её сын.

— Демон Шосе может быть только один! — Уверенно произнес малыш что совсем недавно стал владеющим пустоты, и сильно походил на своего отца Кирса, как внешностью, так и бойким характером.

— Не совсем верно Дэйчи, их было много, но только твоего деда мы помним. — Я решила сыграть на природном любопытстве моего сына. Так как мне нужно было отправить его к Каори чтобы никто не мешал мне начать писать историю Дэйчиро. — Дэйчи пока ты будешь у бабушки Каори, я должна успеть дописать историю твоего деда, и ты сможешь первым прочесть о всех его свершениях и неудачах.

— А ты успеешь? — Заинтересованно спросил Дэйчи.

— Если у меня будет достаточно времени, то к твоему возвращению я точно допишу историю жизни и смерти твоего деда, Дэйчиро Шосе по прозвищу Демон Шосе. — С улыбкой тогда я ответила своему сыну, и сколько у него было радости.

Ведь о Дэйчиро Шосе по прошествии шести лет столько говорили, как в школе, так и по телевиденью, но только его истинную историю знали два человека, в этом мире. Первой была Яфа Шосе, а второй была я, и на меня глава клана перед смертью возложил обязанность написать его историю жизни. Но имея все что необходимо я не могла себя заставить, начать заниматься написанием истории, жизни и смерти моего отца. Изучив всю информацию, что я смогла найти, я начала верить в то, что Демоны Шосе это воины которых призывали в это мир для определённой задачи. И как только Дэйчиро выполнил свою задачу настало его время, уходить. И где-то там в череде множества миров, мой отец вновь сражается, для того чтобы спасти чьи-то жизни. Ведь уже не вепревый раз для отца смерть была только началом новой жизни, и я уверенна что так произошло вновь.

И сейчас сидя на террасе поместья клана Шосе я не могла найти с чего бы начать его историю. В моих воспоминаниях, оставленных отцом, постоянно всплывала картина как много лет назад тогда еще Дэйчи из рода Шосе, ожидал свою маму и писал свой первый дневник. Но это значит, я должна писать от его лица, ненадолго задумавшись, я открыла толстый том, изготовленный лучшими мастерами империи в позолоченной обложке и листами из самой дорогой бумаги. И позолоченная ручка начала со скрипом отображать первые символы.

— Демон рода Шосе или новая жизнь. — Улыбнулась я, найдя самое точное название для истории своего отца. Которое искала не один, год. — Ну а теперь, самое сложное, начало, и пусть он сам расскажет, читающему свою историю.

На листах дорогой бумаги неспешно появлялись символ за символом, я вкладывала в историю только слова и мысли Дэйчиро которые, он передал мне перед своей смертью. Память была разрушена, и я не смогу описать все как было, но мне помогали дневники и рассказы родственников, и поэтому верю в то что у меня все получится.

— Получилось! — Воскликнула я, когда первый лист был заполнен, я понимала, что это всего лишь первый лист, но история, начата и я дойду до самого конца. До печального конца жизни, Дэйчиро Шосе, императора, воина, любящего отца, сына…

Демон рода Шосе или новая жизнь.

На веранде в японском стиле у низенького стола сидел ребенок семи лет. У него были приятные азиатские черты лица, также был он немного полноват, что его совершенно не портило. Мальчик упорно пытался что-то записать в свою тетрадку, но у него это очень плохо получалось, его пальчики слишком уж неуверенно сжимали ручку, которая все норовила выскользнуть и была явно большевата для него. Но он не сдавался и иногда поднимал глаза к потолку что-то вспоминая, а потом опять начинал старательно выводить ручкой корявенькие буквы, которые раз за разом складывались в слова и предложения. Писал он долго и упорно, не в тетрадке, а, как гласила её обложка, в дневнике, свои воспоминания. На детских пальчиках были видны мозоли, свидетельствующие о том, что такой труд он исполняет не впервые, но так и не приобрел сноровку в этом нелегком деле. Но что же может вспоминать ребенок? А вспомнить ему было что, достаточно прочитать пару записей из дневника:

— Здравствуй, незнакомец. Не знаю, как ты нашел мой дневник и смог расшифровать его. Возможно, о чудо, ты знаешь русский, который неизвестен в этом мире, вполне возможно, что я кого-то обучу ему, в чем я все же сомневаюсь, так как могу очень скоро окончить жизненный путь и в этом мире, но перейдем к нашему знакомству. Меня зовут Дэйчи и мне сейчас семь лет, а если быть точнее семь лет и два месяца, но если уж быть совершенно точным в подсчетах, то мне тридцать семь лет. Не надо удивляться и говорить, что у меня разыгралась детская фантазия, поверь на слово, это не так. Дело в том что, когда я умер мне было тридцать, и я тогда подбил танк, вот так-то. Взял тубус, вышел на линию огня и подбил, но и моджахеды дураками не были, и, поняв, откуда прилетел реактивный снаряд накрыли меня плотным огнём, и всё, вот так и закончилась песня моей жизни. Не было у меня тогда особо выбора, я знал на что иду. Был выбор, или я пожертвую собой или танк выйдет на позицию и погибнут сотни ни в чем не повинных людей.

Конец серии книг.

Небольшое послесловие.

Выражаю огромную благодарность…

Тебе, мой дорогой читатель, за то, что был со мной с самого начала и до конца. Читая эту серию ты мог заметить падение качества книг, ухудшение вычитки и стилистики. Жизнь идет и никогда не останавливается, так различные происшествия, и хорошие и ужасные зачастую находили отражение в моих книгах, порой улучшая их, а иногда и кидая на дно. В любом случае если ты читаешь эти строки я поздравляю тебя с окончанием серии о Демоне рода Шосе, что пришла к своему логическому концу. Продолжения серии не жди, это была моя проба пера и пора переходить на следующий этап. Получится ли у меня? Не знаю, но очень надеюсь.

Content

Демон рода Шосе-5

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10 Часть первая

Глава 10 Часть вторая

Глава 11

Интерлюдия

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15 Часть первая

Глава 15 Часть вторая

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19 Часть первая

Глава 19 Часть вторая

Глава 20 Часть первая

Глава 20 Часть вторая

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24 Часть первая

Глава 24 Часть вторая

Интерлюдия

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Интерлюдия

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33 Часть первая

Глава 33 Часть вторая

Глава 34

Интерлюдия Эми Шосе спустя шесть лет, в поместье рода Шосе