Кровь и лёд. Курсант поневоле

Пролог

Это была кровавая мясорубка. Вся площадь небольшого провинциального городка оказалась завалена истерзанными трупами.

Здесь остались лежать мирные жители, которых использовали в жертвоприношениях; бойцы и маги сводных подразделений сил специальных операций, собранные по тревоге и экстренно переброшенные к месту образования новой инфернальной пустоши; тысячи демонов, перенёсшихся на площадь с помощью портального окна, созданного тройкой демонолюбов…

Люди сопротивлялись! Кровь лилась рекой! Бойцы и маги империи, успевшие оперативно прибыть в указанную точку, сумели помешать завершению страшного ритуала, однако и сами попали в ловушку. Новые противники появлялись c постоянной периодичностью, а вот покинуть заданную ритуалом фигуру было невозможно. Магический барьер не пропускал.

«Ну ничего! — пронеслось в голове, когда я нашёл взглядом главных виновников и творцов происходящего. — Разберёмся с ними, и всё закончится».

Задав подсознанию цель, я, не обращая внимания на боль во всём теле, окутал себя облаком духовной энергии, а затем сформировал техники «отвода глаз», «максимального сокрытия» и «игры теней».

«Жаль, что я дал учителю непреложный обет и не обучил этим приёмам никого. А как бы было проще, если бы Ваня умел ими пользоваться, — в очередной раз с досадой подумал я, а затем очистил сознание и по дуге, ползком, стал приближаться к цели. — Потом подумаю об этом. Сейчас меня ждёт тройка в плащах».

Пока я совершал обходной манёвр, первый из проводивших ритуал решил показать свою удаль. Он выбрался из защитной фигуры, а затем после обмена ударами рухнул на землю, сражённый высшим заклинанием рода Темниковых, глава которых сумел каким-то образом проникнуть на поле боя. Затем удача улыбнулась Ивану, ему удалось подловить второго демонопоклонника и нанести удар своей магией в уязвимый портал как раз перед самым появлением очередной партии демонов, после чего изрешечённый пространственными осколками маг упал на землю.

— НЕ-Е-Е-Е-ЕТ! НЕ-Е-Е-ЕТ! — раздался громоподобный рёв последнего из тройки противников, и он, наплевав на предосторожности, также покинул защищённое место, отправив в сторону Морозова и Темникова мощное заклинание, от силы которого волосы на теле встали дыбом.

Хотелось броситься наперерез этому валу, закрыть воспитанника своим «щитом воли» или переместить его в сторону техникой «шаг», однако я привычным мысленным усилием отбросил это желание подальше и продолжил движение.

«Иван сильный! Он выстоит, отвлечёт противника на себя, и тогда в дело вмешаюсь я!»

Не обращая внимания на пролетающие мимо мощные заклинания, я прикрыл глаза, прислушался к себе и, выждав идеальный момент, «шагом» переместился за спину лидеру демонопоклонников. Взгляд тут же обнаружил слабое место в магическом щите, сабля в руке засияла алым цветом, наполнившись концентрированной духовной энергией, и горящий красным светом клинок вошёл в сердце противника…

К сожалению, ни убить ублюдка, напитанного халявной энергией смертей, ни уйти от его ответной атаки я уже не успевал. Чувство опасности взвыло слишком поздно, перед глазами мелькнула красная пелена и, прежде чем наступила кромешная тьма, я успел подумать:

«Прости, Ваня, я сделал всё, что смог…»

Сознание медленно скользило в темноте. Здесь было холодно, больно и неуютно. Что-то словно давило на мою душу и разрывало её на части. Время двигалось медленно. Очень медленно. Но в какой-то момент где-то вдали мелькнула синяя точка, и меня потянуло к ней. А спустя некоторое время я обнаружил себя стоящим перед огромной ледяной глыбой, зависшей в воздухе, той самой, которую не единожды наблюдал в склепе рода Морозовых.

«Иван! Прости! — вспомнил я последние мгновения своей жизни, и душу сковала боль. — Я не справился… Оставил тебя одного против того монстра… Старый самоуверенный дурак!»

— Феофан! — раздался за спиной властный голос, и я, обернувшись, рухнул на колени.

— Простите, господин… Я подвёл вас. Не справился. Оставил его одного…

— Встань, — произнёс древний князь и, взяв меня за плечи, приподнял. — Ты зря коришь себя. Иван не только выжил в том бою, но и стал гораздо сильнее.

Я поднял неверящий взгляд на древнего князя, которого безмерно уважал, и с души упал такой тяжёлый груз, что губы расплылись в невольной улыбке.

— Значит, у него всё хорошо? — с облегчением спросил я и, получив положительный ответ, расслабился, осмотрелся по сторонам, а затем с недоумением уточнил:

— При всём уважении, господин, но что я делаю в склепе рода Морозовых? Это ведь он?

Древний князь кивнул, и вспышка света перенесла нас на несколько этажей выше.

— Иван справедливо рассудил, что ты сделал достаточно для нашей семьи и достоин покоиться здесь. Рядом со мной.

— Это честь для меня, — торжественным голосом произнёс я, поклонившись господину, а в душе появилось тепло и благодарность к воспитаннику, который так высоко оценил мои заслуги.

— И для меня, — серьёзно кивнул князь, а затем вспышка вновь переместила нас к алтарю рода.

Повернувшись лицом к зависшей в воздухе огромной глыбе, маг выдержал небольшую паузу и произнёс:

— Феофан, ты выполнил мой наказ. Не только помог роду Морозовых возродиться, но и способствовал его возвышению. Ты положил жизнь, служа моей семье, и поэтому достоин самой высокой награды!

Его рука легла на моё плечо и, оторвавшись от пола, мы влетели внутрь ледяной глыбы.

На мгновение меня обдало холодом, а затем в груди поселилось нечто новое и неизвестное.

— Сегодня, в момент рождения наследника рода Морозовых, — как ни в чём не бывало продолжил князь, — ты, Феофан, перестаёшь быть слугой! Теперь ты один из нас! Так будь же достоин!

С последними словами поток энергии алтаря подхватил нас и мягко поднял.

Выбравшись изо льда, мы миновали несколько этажей склепа и оказались на территории хорошо знакомого мне поместья, которое буквально завалило снегом.

— Давно рождение наследника не сопровождалось такой бурей, — произнёс князь довольным голосом, а потом повернулся ко мне. — Ну что, мой друг? Ты готов получить награду?

— А я уже её получил, — ответил я, заметив в одном из окон фигуру живого и здорового Ивана. — Теперь могу уйти в небытие со спокойной душой…

— Не стоит туда так торопиться. У меня есть вариант, который понравится тебе больше.

Я перевёл заинтересованный взгляд на князя, и тот хищно улыбнулся.

— Может, вместо забвения ты выберешь новую жизнь?

Глава 1

Боль. Она была везде. Она растекалась по всему телу и вонзалась в мышцы сотнями мелких иголок. Это были не самые приятные ощущения, однако я принял их с радостью. Они говорили, что я снова жив.

Да и нужно ли мне бояться боли, с которой у меня давние и тёплые отношения? Всё же эта дама сопровождала меня на протяжении всей прошлой жизни. Начиная с детских, самых малых лет, и заканчивая последними годами, когда она уже не покидала меня ни на минуту.

«То-то всё удивлялись, что я в стал раздражительным и ворчливым стариком, — пронеслось в голове. — Посмотрел бы я на этих умников, если бы у них на протяжении нескольких лет ныла каждая клеточка тела! Грёбаные демонопоклонники и их алтарь! Ненавижу!»

Только я подумал о мерзких ублюдках, как по телу прокатилась мелкая и неприятная дрожь, а в грудную клетку тоненькой струйкой стал поступать воздух.

«Всё-таки я жив! Жив! Получилось! — пронеслась в голове ликующая мысль. — Ох и удружил князь! Ох и удружил! Это гораздо больше, чем самая большая императорская награда!»

Почему-то мне вдруг захотелось вскочить на ноги, закричать что-то радостное и глупое. Однако усилием воли я удержался от столь несвойственных мне проявлений эмоций, а в следующее мгновение чувство опасности резануло по нервам, заставив напрячься и прислушаться к собственным ощущениям.

«Ну и что тут у нас происходит? По какой же причине моя душа смогла попасть в это тело? Судя по ощущениям, кто-то убил предыдущего хозяина, и этот человек сейчас находится где-то рядом, — подумал я, пытаясь пробиться к органам чувств, и между тем довольно отметил: — А тело-то оказалось достаточно одарённым. Раньше ощущение опасности у меня было менее острым».

Откинув подальше неуместные в данной ситуации мысли, я потянулся к духовной энергии, однако вместо привычного океана силы наткнулся на какой-то жиденький ручеёк. Стараясь не обращать внимания на столь прискорбный нюанс, я зачерпнул совсем немного энергии и привычно напитал ей тело.

Это дало свой результат.

Нос тут же уловил запах свежескошенной травы, а до слуха донёсся чей-то негромкий, но горячий спор.

— Иди! Иди проверь! — шипел кто-то. — Давай! Вперёд!

— А почему сразу я? — испуганно отвечал ему, судя по тону, более молодой парень. — Давай ты!

— Да потому что это ты его завалил, идиот! — словно умалишённому, талдычил первый. — Я же сказал — аккуратно бить! А ты что⁈ Голову ему размозжил! И, скорее всего, не до конца!

— Но мы ведь его вещи пополам разделили! — не отчаивался младший. — Я его нашёл, вывел сюда и прибил. А ты всё это время ничего не делал! Так что теперь твоя очередь отработать долю!

— Вот именно! — прорычал первый. — Ты этого нищеброда заприметил, а потом завалил! Сколько мы от него получили? По пятьдесят рублей на брата? Забыл, что мои клиенты по четыре сотни каждому за раз принесли⁈ Забыл? Так что мне твои копейки ни к чему. Могу вернуть. А ты иди проверь тело и, если надо, закончи начатое.

— А если он в мертвяка превратился⁈ Что мне, из-за этих жалких пятидесяти рублей сдохнуть? — заныл младший.

'Рубли, копейки, мертвяк? — с недоумением подумал я, чувствуя, как с каждым мгновением восстанавливаются силы. — Что за странные слова? Говорят вроде на носирианском, но не всё понятно. Это куда меня занесло?

— Чтобы ты знал, убитые в мертвяков так быстро не превращаются, да ещё и в европейской части страны! — продолжал настаивать на своём старший. — Это всем известно!

«Превращаются? В европейской части?» — вновь сделал себе мысленные зарубки я.

— Ты это кому-нибудь в Смоленской губернии расскажи! Вот они удивятся! — не сдавался молодой. — Особенно те, кто жил неподалёку от прорыва!

— Так они ж не сами по себе появились! У них же там мощный некротический разлом открылся! Или скажешь, это одно и то же⁈ — произнёс старший, а потом, не выдержав, дал своему оппоненту подзатыльник. — Всё! Ты меня задрал! Лезь в кусты и делай дело! Ты что, не понимаешь, что если он выживет и опишет тебя, то нас за покушение на будущего егеря на части порвут⁈

Отметив ещё парочку неизвестных слов, с которыми необходимо будет разобраться в будущем я, наконец, нашёл в себе силы открыть глаза и осмотреться по сторонам.

Ощущения не врали. Я лежал на тёплой летней траве, в кругу невысоких, но пушистых кустов. Вокруг было темно, фонарей поблизости не наблюдалось, однако где-то в отдалении были слышны весёлые детские крики, приглушённые звуки музыки и работающих аттракционов. Именно с той, едва заметно подсвеченной стороны и стояли две тёмные долговязые фигуры.

Напитав себя ещё некоторым количеством духовной энергии, позволяющим действовать более уверенно в этом непривычном теле, я усилием воли отгородился от боли в затылке и медленно приподнялся на локтях. Удостоверившись, что манёвр остался незамеченным, продолжил не спеша менять положение, пока наконец не сел на корточки.

К сожалению, из-за дефицита сил и неподготовленности тела применять скрывающие техники я не решился, поэтому парни услышали посторонний шорох и, заткнувшись, напряжённо уставившись в кусты.

Мне необходимо было их отвлечь и успокоить, поэтому я тихим голосом умирающего прошептал:

— Помогите…

Фигуры вздрогнули, и старший тут же треснул товарища по макушке:

— Идиот! Я же говорил, что он жив!

— Эй, ты чего? — обиженно засопел младший, уводя взгляд от кустов, и я тут же атаковал.

Первый удар наполненного крохами духовной энергии кулака вошёл старшему и наиболее опасному из противников точно в подбородок, отправляя его в нокаут.

Младший же, заметив неясную размытую тень, хотел было испуганно воскликнуть и отпрянуть назад, однако словил сначала сильный удар в живот, а затем второй, ребром ладони в затылок.

«Ну что, есть тут кто-нибудь ещё? — подумал я и замер, пытаясь выловить чужеродные звуки. — Может, ещё подельники? Или просто случайный прохожий?»

Время шло, никого из посторонних поблизости не оказалось, поэтому я, стараясь не обращать внимания на головокружение и боль, взялся за сбор трофеев.

Стянул с одного из них смутно знакомый рюкзак, очистил карманы штанов от всего ценного, а уже в конце, ощутив, как знакомо стягивает кожу на затылке, одолжил у младшего кепку и осторожно надел её, натянув козырёк вниз. Мне не хотелось привлекать внимание органов правопорядка своей окровавленной башкой.

«Теперь нужно найти спокойное и более светлое местечко, чтобы осмотреть добычу и избавиться от лишнего, — подумал я. — Судя по обмолвкам малолетних грабителей, я у них сегодня не первый, а если вспомнить глупую перепалку в ненужный момент, то можно смело утверждать о наличии у этих идиотов чужих приметных вещей, по которым их потом легко найдут и свяжут с преступлениями».

Дойдя до освещённого участка, заполненного отдыхающими, я обнаружил неподалёку от него небольшой отнорок со свободной лавочкой и, удостоверившись в отсутствии свидетелей, расстегнул рюкзак и достал из него все вещи.

Моей добычей оказались пять мобильных телефонов, три кошелька, свободная красная рубашка в белую клетку, а также россыпь банкнот и множество монет, среди которых я заметил небольшой ключ с названием гостиницы и номером на брелке.

Голову острой болью пронзило воспоминание о заселении в комнату.

«Ага, значит, у меня есть место, в котором можно отдохнуть и восстановить силы, — с удовлетворением подумал я. — Вряд ли эти растяпы смогли добраться до металлического ключа в темноте и рассмотреть его, так что опасности с этой стороны можно не ждать».

Затем я перевёл взгляд на телефоны и после вспышки боли безошибочно нашёл аппарат парня, а затем и кошелёк. Вытряхнув наличность из других бумажников, я тщательно протёр рубашкой чужие вещи, до которых дотрагивался, а затем выбросил их в мусорку.

«Всё, теперь меня не связать с чужими преступлениями и не отследить по сигналу, — подумал я и, желая скрыть пятна земли и травы на белой майке, накинул мятую рубашку. — Можно идти в гостиницу».

К выходу из парка я направился, держась неосвещённых мест и прислушиваясь к собственным ощущениям. Не хотелось нарваться на очередных грабителей в этом неподготовленном теле.

Настороженность не мешала мне радоваться возвращению к жизни, тёплому ветерку, проходящему по коже, а также получать удовольствие от прикосновения к деревьям. На мгновение я припомнил последние секунды жизни и наступившую темноту, в которой мою душу терзал страх за судьбу Ивана. Меня тут же передёрнуло, словно от озноба, но дурные мысли вылетели из головы от чарующего запаха свежей выпечки из огромной плетёной корзины, накрытой белоснежным полотенцем.

— Чего тебе, милок? — спросила пухлощёкая старушка, заметившая мой голодный взгляд, и улыбнулась: — У меня есть пирожки с мясом, повидлом, капустой. Что будешь?

— По три каждого, — ответил я, сглатывая слюну. — Сколько с меня?

— Девять рублей, — обрадовалась такому заказу пожилая женщина и, достав откуда-то новый целлофановый пакет, принялась укладывать в него пирожки.

Быстро найдя в рюкзаке купюру с нарисованной десяткой, я протянул ее старушке, получил свой пакет, а также небольшую бутылочку какой-то газировки.

— Сдачи нет, а так тебе будет, чем выпечку запить, — искренне улыбнулась она.

— Спасибо, — поблагодарил я, решив, что эта оборотистая женщина из народа хитрых автюков, а затем спросил: — Немного заплутал. Может, подскажете, где находится гостиница «Гармония»?

— Это ты по адресу, — улыбнулась старушка и указала рукой в том направлении, откуда я пришёл. — Тебе туда надо. Как только выйдешь за забор, осмотрись, найди автобусный парк и иди к нему. А там разберёшься.

Прострелившая голову боль подсказала, что женщина не врёт, и, поблагодарив её, я отправился в указанную сторону, а затем с жадностью набросился на ещё тёплые свежие пирожки.

Небольшую, заштатного вида трёхэтажную гостиницу я нашёл быстро, в чём мне помогла не только огромная светящаяся надпись на крыше, но и очередная волна боли.

«Это начинает напрягать», — поморщился я и вошёл.

Сонный администратор на мгновение оторвался от телевизора, посмотрел на меня, узнал, а затем вернулся к прерванному занятию.

«На моё возвращение он отреагировал без удивления, — отметил я этот момент. — Значит, можно с облегчением выдохнуть. Не местный персонал навёл на меня тех двух идиотов. Так, голова, давай, работай, показывай, как парень познакомился с младшим из грабителей. Может, есть смысл собрать свои вещи и свалить отсюда, пока никто на разборки не приехал?»

У двери в нужный номер затылок вновь прострелило болью, и я словно наяву увидел, как бывшего хозяина тела подловили в тёмном месте, когда он уже возвращался домой.

«Отлично. Значит, сегодня остаюсь в гостинице, восстанавливаю силы и пытаюсь разобраться с творящимися вокруг странностями, — решил я. — Ну и с памятью тоже нужно мальца поработать. Боль от воспоминаний меня совершенно не устраивает. Вдруг это произойдёт во время боя?»

Сложив грязную одежду на стул, я на всякий случай подпёр им дверь, затем выставил будильник на семь утра и, сев на кровати в позу лотоса, начал погружаться в медитацию.

Данная техника в этом случае — оптимальный вариант. Она позволит в короткий срок отдохнуть, восстановить силы и духовную энергию, ускорить регенерацию повреждённых тканей, а также разобраться с воспоминаниями мальчишки, которые, как я надеялся, дадут мне ответы на многие вопросы. Ведь помимо некоторого количества непонятных слов, странной валюты, неизвестной газировки, мне ещё хотелось понять, почему всё кажется таким чуждым, но одновременно очень знакомым.

Мой выбор оказался верным. Стоило чуть глубже погрузиться в себя, как перед глазами, словно в ускоренной перемотке, стали появляться картины жизни обычного мальчишки. В медитации, один час которой в предыдущем мире стоил мне пятичасового сна, я находился до самого утра и выяснил следующее.

Мою душу перенесло в тело семнадцатилетнего Ладова Гордея Романовича, недавнего выпускника Товарковской гимназии, сына местного чиновника и учительницы, у которого есть две сестры. Старшая из них, Людмила, около пяти лет живёт в другом городе, а младшей, Кире, в этом году исполнилось всего шесть лет.

От матери мальчишке достался неплохой ум, от отца — невысокий рост, щуплое телосложение, а также слабый магический дар, который позволял рассчитывать на некоторые интересные должности в городской администрации. Те из них, что были достаточно мелкие для представителей местных боярских родов, но недостижимые для людей без определённых способностей. Отец Гордея, Роман Павлович, сам трудился на одной из таких и до последнего времени чувствовал себя вполне уверенно.

Парень, по мнению Феофана, оказался неглупым. Он добросовестно учился и, понимая свою слабость как мага и бойца, тренировался в беге и стрельбе. Став немного постарше, он с интересом стал следить за карьерой отца, быстро пришёл к выводу, что ему нравится тихая, размеренная и сытая жизнь регионального чиновника, на которую он может претендовать, и готовился к подаче документов в институт управления.

Гордей уже представлял себе весёлую студенческую жизнь, новые интересные знакомства, однако беда пришла, откуда не ждали. И несколько месяцев назад у отца, на котором к тому же висел относительно свежий кредит за симпатичный дом в пригороде, обнаружилось смертельное заболевание. После дорогостоящего обследования выяснилось, что страховка чиновника средней руки, а также продажа дома не смогут покрыть услуги целителя первого класса, и Роману Павловичу уготовано тихое угасание в течение нескольких лет. Чуть позже парень выяснил, что проблема даже не в деньгах, а в серьёзной занятости столь сильных одарённых, которые чуть ли не поголовно являлись аристократами…

В семье наступали сложные времена. Поэтому попрощавшийся с жизнью отец вместе с разом постаревшей матерью стал подыскивать более скромное жильё.

В общем, в тот момент, когда пришло понимание безысходности и все имеющиеся средства были израсходованы, Гордей нашёл выход из ситуации и, дабы спасти жизнь отца, а также семью от разорения, подал документы в вербовочный пункт имперского корпуса егерей. В который его, пусть и со скрипом, но взяли. Всё же магический потенциал парня оказался действительно слаб, особенно для человека, который выбрал стезю истребителя монстров. Хорошо ещё, что корпус испытывал острый дефицит кадров и туда брали даже таких дохляков.

Покопавшись в памяти парня, Феофан выяснил, что объединение егерей оказалось международной военизированной организацией, члены которого занимались уничтожением и зачисткой разломов — кочующих магических порталов, из которых довольно часто появлялись различные опасные твари.

Помимо этого, егери в Российской Империи, а именно так называлась новая родина Феофана, несли службу по охране особых зон, аномалий, две из которых располагались на территории их страны и притягивали к себе основную часть разломов…

После подписания парнем пятилетнего контракта корпус прислал в их город целителя нужного класса, а на мальчишку наложили долг в полтора миллиона рублей и обязали двадцатого августа этого года прибыть в учебный центр города Новосибирска.

И вроде бы с выздоровлением главного кормильца жизнь должна была наладиться. Отец выздоровел и вернулся на работу, семья чудом миновала серьёзных проблем, однако радоваться никто не спешил. Ведь сын выбрал, пусть и весьма почётную, но смертельно опасную стезю.

Мать постоянно украдкой плакала, Роман Павлович был смурным, понимая, что сын подставился ради него. Поэтому Гордей, не выдержав подобной обстановки, собрал документы, вещи, свои небольшие деньги и отправился к месту будущей службы. Лучше уж так, чем смотреть на убивающуюся каждый день маму…

Сначала он добрался до областного города, затем отправился в столицу и уже там приобрёл билет на ближайший бронепоезд до Новосибирска.

Ждать сутки на вокзале не стал и по отзывам в интернете нашёл неплохую дешёвую гостиницу, а затем решил прогуляться в расположенном поблизости парке, чтобы с интересом провести последний вечер своей мирной жизни и не спеша погулять по ночному городу…

Я ещё некоторое время рылся в памяти парня, пытаясь разобраться в устройстве нового мира и закрыть белые пятна в воспоминаниях, а затем услышал звук сработавшего будильника и вышел из медитации.

«Неплохо потрудился», — подумал я, пытаясь оценить, насколько хорошо встроилась память семнадцатилетнего парня в мою, а затем поочерёдно вспомнил лица всех членов семьи Ладовых, порядок разборки учебного школьного автомата, карту Российской Империи и номер мобильного телефона Гордея.

Удостоверившись, что болезненные ощущения отсутствуют, а знания воспринимаются как собственные, я удовлетворённо хмыкнул.

'Подумать только! Другой мир! Неизвестные государства со своей историей! Егеря, разломы, много всего необычного! А с другой стороны, вроде те же самые мобильные телефоны, компьютеры, похожее устройство автомобилей, те же цифры и письменность. Странное сходство, — пронеслось в голове. — Хотя кому я вру? Плевать мне на всё это! Если между нашими мирами столько общего, то для меня это хорошо. Путаться меньше буду. Пусть эти загадки яйцеголовые разгадывают, а я лучше поем.

Взгляд скользнул на пакет с купленными вчера пирожками, и я с удовольствием разделался с парочкой из них.

Перекусив и ощутив вкус к жизни, я решил проверить, как обстоят дела с раной на голове. Всё же после этого удара прошлый владелец тела погиб, а значит, повреждения должны быть серьёзными.

Результаты исследования заставили меня приободриться и в очередной раз удовлетворённо хмыкнуть: «Да Гордей полон сюрпризов! Сначала достаточно острое предчувствие опасности, теперь вот ускоренная регенерация. Может, парень бастард какого-то боярского рода? Да нет. Бред. Они ведь с отцом одно лицо, да и с дедом тоже, — пронеслось в голове. — Может, всё дело в магическом даре? Или в подарке Морозовых? Не зря ведь я ощутил нечто странное, находясь в алтаре».

Не придумав ничего лучше, я вновь скользнул в медитацию, только теперь попробовал погрузиться на более глубокие слои и прорваться в свой внутренний мир. Однако решить оказалось легче, чем сделать. Привычное в прошлом мире действие далось гораздо тяжелее, но после третьей попытки и напряжения всех сил мне всё же удалось это сделать.

Мой внутренний мир после переселения в новое тело почти не изменился. Это была всё та же широкая поляна, в центре которой горел костёр. Но ключевое слово в данном случае — почти. Поэтому вместо горячего трёхметрового пламени я наблюдал какой-то невнятный костерок, не превышающий даже полуметра.

Воины Носирианской империи делились на семь рангов: новик, отрок, воин, боевир, ветеран, витязь и богатырь. И если перед смертью я был весьма сильным богатырём, то теперь могу претендовать разве что на воина, да и то лишь по количеству духовной энергии.

«Какого⁈» — с яростью подумал я, вспомнив, какую цену заплатил за то, чтобы стать сильным, и пламя костра вдруг поднялось до пояса, а затем медленно опустилось.

Увиденное меня несколько успокоило.

— Это что получается? — начал вслух размышлять я. — Дело здесь не в силе духа, а в физических кондициях тела? Оно настолько слабо, что может принять в себя лишь одну десятую часть моей энергии? Хм. Очень даже возможно. Слишком Гордей щуплый и слабый. Ну ничего. Это дело наживное. Значит, мне придётся усиленно тренироваться, много жрать и восстанавливать форму, создать предпосылки для синхронизации, и физическое тело будет ускоренно догонять духовное. Хорошо, что хоть так. Не придётся восстанавливать всё с нуля.

Прикрыв глаза, я представил, как через несколько лет при должной работе над собой я в достаточно молодом возрасте достигну ранга «богатырь», и на лице появилась кровожадная усмешка: это будет настоящая машина для убийств!

Потратив время на изучение костра, который являлся визуальной проекцией моего духовного развития, я вспомнил про магический дар Гордея, и в ту же секунду рядом с костром вдруг появилось что-то небольшое и блестящее.

— Убожество! — не выдержал я, посмотрев на глыбу льда размером с дыню, сияющую чем-то синим. В голове всплыли воспоминания того, что из себя представлял истинный алтарь Морозовых. Да и мой воспитанник Иван, который впоследствии стал главой этого рода, как-то рассказал мне про свой внутренний мир, и глыба льда там, судя по его словам, была размером как минимум с легковой автомобиль.

'Возможно, дело в том, что Гордей не тренировал свои способности? — обнадёжил себя я, а потом, отмахнувшись от ненужных сейчас мыслей, решил заняться тренировкой.

Отработал несколько комплексов упражнений, проверил работоспособность своих техник, а затем, когда всё получилось, вернулся в реальность и с первых же минут понял, что легко не будет.

Несмотря на тренировки Гордея и неплохую выносливость, его тело было весьма слабым, субтильным и медленным. Конечности не успевали за сознанием и тормозили. Мышцы от непривычных нагрузок быстро забились. Благо хоть простейшие техники, такие как «таран» и «вихрь», получались неплохо, пусть и с едва заметными выбросами красноватого света. С ними я не буду беззащитной жертвой и смогу за себя постоять.

«Думаю, техник на тридцать-пятьдесят меня должно хватить», — оценил я количество своей духовной энергии, а затем потратил пару часов на тренировки, чтобы сходу вбить в тело нужные рефлексы.

Медленно повторив все известные мне комплексы упражнений по нескольку раз, я, взмокший и уставший, деревянной походкой отправился в душевую. Не включая свет, я прикрыл дверь и использовал «глаза волка» — технику, позволяющую видеть в темноте.

Мир тут же преобразился и стал чёрно-белым, а в глаза словно сыпанули песка. Выдержав так около минуты, я дождался, когда неприятные ощущения начнут исчезать, и перестал подавать энергию.

«Теперь с наступлением темноты я не останусь беззащитным», — подумал я и включил свет, решив наконец посмотреть на своё новое тело в зеркале.

«Так вот ты каков, Ладов Гордей Романович, — подумал я, внимательно рассматривая щуплого и невысокого, однако довольно симпатичного черноволосого парня с узким прямым носом; чёрными, как смоль, волосами; зелёными глазами, обрамлёнными длинными ресницами; чистыми, без намёка на бритву щеками. — Девчонкам, конечно, такой типаж должен нравиться, однако в мужском коллективе с подобной внешностью будет сложно».

Отправившись в душевую кабину, я принялся не спеша смывать с головы запёкшуюся кровь, а также размышлять над своими дальнейшими действиями. Хотя вариантов было немного. А точнее, всего два. Вступать в корпус егерей или нет.

«Хотя кому я вру? Пока я не выплачу долг Гордея, эти ребята с меня не слезут, а откажусь, так могут и засудить, и в тюрьму отправить. Смогу ли я противостоять столь сильной организации? Некоторое время — возможно, потом за меня возьмутся серьёзно и показательно накажут, чтобы другим неповадно было. С другой стороны, а есть ли смысл убегать от того, чем занимался всю жизнь? Какая разница, кого резать? Демонов, каких-то там гоблинов или просто безмозглых тварей? Что там, что здесь защита обычных людей — уважаемая профессия, возможность повысить социальный статус, стать сильнее и неплохо заработать. Только перед походом в разлом нужно будет обязательно купить бестиарий и хорошенько его изучить, чтобы понимать, с кого что ценного можно взять. Кристаллы там, оружие, другие полезные вещички. Ну и заодно неплохо бы узнать о возможности стать свободным егерем. Ходить в пустошь, п-ху ты, в разломы самостоятельно. А то что-то от мыслей об учебке, уставщине и тупом сержанте у меня появляется изжога. Не мальчик, чай. Да и чему они меня там смогут научить? Монстров убивать? Да я сам кого хочешь убью!»

На моём лице появилась кровожадная ухмылка. «Всё. Решено. Еду в Новосибирск. Заселяюсь в общежитие до указанного срока и начинаю самостоятельную подготовку, благо, условия у них там созданы неплохие», — пронеслось в голове.

Приведя себя в порядок, я поставил телефон на подзарядку, ещё немного помедитировал, восстанавливая потраченную на тренировки духовную энергию, а затем переоделся в чистые шорты и майку, собрал вещи, подсчитал деньги, которых оказалось около двух тысяч, и, сдав номер, покинул территорию гостиницы.

Выйдя из дверей с небольшой сумкой на плече, в которую с лёгкостью поместился рюкзак, я двинулся по направлению к автобусной остановке, а затем почувствовал на себе сразу несколько злобных и один оценивающе-заинтересованный взгляд.

Глава 2

«А вот и мои вчерашние друзья, — хмыкнул я про себя. — Интересно, как они меня нашли? Старушка с пирожками подсказала? Кто-то сообщил о парне в знакомой кепке? Или персонал гостиницы оказался не так прост? Впрочем, неважно. Главный вопрос в другом — что делать сейчас? Уйти от слежки с помощью „отвода глаз“? Возможно. Сил у меня на это вполне хватит. Проверял недавно. Только вот что я получу в этом случае? Спокойную поездку до вокзала? И всё? Больше ничего? А если останусь? Очередной конфликт с мелкой столичной группировкой? Возможность подзаработать на этих остолопах? А справлюсь? К демонам сомнения! Конечно же, справлюсь! У меня и выбора другого нет! Не буду же я выживать на жалких две тысячи? Для того, чтобы нормально устроиться в этом мире, мне понадобится гораздо большая сумма. Но будет ли она у этих дилетантов? Хороший вопрос. Попробовать в любом случае стоит. Время ещё есть. Плохо только, что я не успел перекусить где-нибудь, как планировал».

Делая вид, что с интересом смотрю вслед прошедшим мимо девушкам в коротких юбках, я с лёгкостью засёк и не думающих скрываться наблюдателей. Двое из них были вполне знакомыми долговязыми типами, а третьим оказался крепкий мужик, сидящий на месте водителя в жёлтом автомобиле с шашечками.

«Ну что же, давайте поиграем, — принял решение я и, пройдя чуть дальше остановки, остановился на безлюдном участке. — Клюй рыбка большая и малая».

Заметив меня, водитель дал указание другим наблюдателям приблизиться, и его такси тут же тронулось вперёд, чтобы очень скоро остановиться передо мной, успевшим своевременно установить «щит воли». Так, на всякий случай. Может, они просто поквитаться хотят?

Стекло в передней пассажирской двери быстро опустилось, и улыбчивый мужчина с холодными глазами, подавшись вперед, уточнил:

— Куда тебе, парень?

— Спасибо, но я автобуса жду. Денег мало, — ответил я.

— Да? А у меня другая информация, — покачал головой водитель и, наведя на меня пистолет, до этого лежащий на кресле, жёстким тоном добавил: — В машину! Живо!

Состроив испуганное выражение лица, я попятился и тут же был схвачен под локоть старшим из приблизившейся двойки.

— Садись, курсант, не глупи! — сказал он, одновременно приставляя к моей спине нож. — Или я тебя здесь кончу!

— Понял, понял, — охрипшим голосом ответил я и, состроив соответствующее выражение лица, позволил усадить себя на заднее сиденье автомобиля, где меня с двух сторон зажала мстительно ухмыляющаяся молодёжь.

— Ну чё, сука⁈ Добегался⁈ — зло спросил младший, пытаясь выхватить сумку из рук.

— Там мои вещи! — тихо заметил я и, развеяв «щит воли», прикрылся рукой от удара в лицо того, что постарше.

«Не стоит удивлять их раньше времени», — мелькнула в голове правильная мысль.

— Прекратили! Нечего его здесь щемить! Сейчас кровью всё заляпаете и кто это всё будет отмывать⁈ — рявкнул водитель — На станции поговорите. Недолго осталось!

— Не надо! — испуганно воскликнул я, прижимая к себе сумку, и сжался. — Я отдам всё, что у меня есть! Честно! Отцу позвоню! Он у меня чиновник! Семь тысяч получает! Только не трогайте!

'Надеюсь, не переиграл? — мысленно поморщился я от не самой лучшей своей актёрской игры.

— Захлопни пасть! Пока я тебе все зубы не выбил! — посмотрев в зеркало заднего вида, велел водитель, однако я заметил, как на мгновение алчно вспыхнули его глаза.

«Ан нет. Всё нормально!» — выдохнул я и, опустив голову, промолчал. А младший из присутствующих тем временем спросил:

— Конь, так может это?.. Сразу к Тарану его отвезём? Лох-то, оказывается, не такой и простой.

— Чтобы он узнал, как вы оба зажрались с наводками, решили срубить дополнительных бабок и лопухнулись? Срубленные бабки профукали⁈ — поморщился водитель, а затем спросил: — И вообще, ты уверен, что это он вас вчера вырубил? Не похож пацан на бойца.

— Так я ему бок пером ласкаю, — самодовольно усмехнулся старший из парней, — вот и не выступает. Знает, что будет залупаться — и я его прямо здесь попишу.

Скосив взгляд куда-то вниз и в сторону, я подтвердил мысли парня о своём страхе и заставил его расслабиться.

К этому времени мы уже въехали на территорию какой-то промышленной зоны, миновали несколько складов, большую станцию технического обслуживания автомобилей, но затем резко повернули влево и оказались на её заднем дворе. Скосив взгляд в одно из зеркал, я заметил, как откатные ворота за нашей спиной быстро закрывает какой-то мужчина.

«Закрытая территория. Хода посторонним нет. Да ещё и охранник какой-то на входе постоянно», — отметил я.

Автомобиль остановился перед двухсекционными воротами, которые открылись после гудка, и мы тут же въехали в бокс.

«Трое в машине, двое снаружи и один во дворе. Возможно, в случае заварушки прибежит кто-то из соседней СТО. Поэтому лучше всё делать максимально тихо, — начал осматриваться и прикидывать свои действия я. — Кстати, а неплохо они тут устроились. Отличное прикрытие теневого бизнеса — добротный ремонт в боксах, чисто, светло, музыка играет. В дальнем углу даже нечто похожее на рабочий кабинет видно. Оставался бы в Москве, попробовал бы отжать здание под свои нужды».

— Ко мне его! — велел водитель, выбираясь из машины, и моё тощее тело с сумкой в руке тут же выволокли из салона.

«Ого! — удивился я, глядя, как к Коню направилась пара мужчин с докладами. — Так за мной что, лично, старший местной банды выезжал? Хотел своими глазами посмотреть на вероятный источник проблем? Понять, докладывал ли кому-нибудь о происшествии будущий курсант корпуса егерей или ещё нет? А когда увидел выходящего из гостиницы беспечного мальчишку, то угрозы в нём не заметил и решил работать по жёсткому варианту: выпытать нужную информацию, а потом где-нибудь прикопать? Вполне возможно».

Пока я осматривался, парни втолкнули моё сгорбленное тело в неплохо обставленный кабинет с большим столом, шкафом, сейфом, мягким кожаным диваном и удобными офисными стульями, на один из которых меня и усадили. Правда, сделали это настолько неумело, что я сумел незаметно стянуть лежащий на столе заточенный карандаш.

Отойдя на несколько шагов, парни со злорадством уставились на меня, а младший с поганой ухмылкой на лице достал из кармана раскладной нож.

— Ну что, сука? Понял, в какую передрягу попал⁈

— Не совсем, — покачал головой я и, опустив на пол мешающую сумку, начал напитывать тело духовной энергией. — Представьтесь. Кто вы и что вам от меня нужно.

— Что ты гонишь! — в мгновение вспыхнул парень. — Я тебя вчера хорошо рассмотрел! И морду твою запомнил! Ты, мразь, наши бабки увёл! Перед Конём лохами выставил! Да я тебя сейчас на куски порежу! Думаешь, раз курсант егерей, так тебе всё можно? Мра…

Что ещё он хотел сказать, я так и не узнал. Моя нога, обутая в кроссовок, вошла точно в пах. От острой боли парень резко согнулся, а ему навстречу уже летела моя рука с зажатым в ней карандашом. Столкновение оказалось для меня удачным, дерево не переломилось и через глаз вошло в мозг противника. Второй парень, тот, что был постарше, хотел что-то воскликнуть, но я уже рванул к нему и нанёс выверенный удар кулаком в гортань, который, впрочем, заставил меня поморщиться.

'Какое же слабое у меня тело. Придётся его добивать! — мелькнула раздражённая мысль, и я, подхватив на лету выпавший из рук второго противника нож, закончил дело.

«Ну хоть здесь не ширпотреб», — оценил я остроту лезвия его оружия и тут же рванул к двери, встречать новых гостей.

— Да зачем? — донёсся до меня чей-то весёлый голос снаружи. — Этому сопляку фалангу отрежь — и он всё расскажет. Даже то, чего не знает.

— Будем надеяться, — хохотнул Конь.

«Значит, они пытать меня вздумали⁈ — понял я со злостью. — Ну-ну».

В этот момент дверь открылась, и появившийся на пороге главарь с ходу пропустил удар кулаком в подбородок, который на поверку оказался едва ли не чугунным. Стараясь не обращать внимания на боль в руке, а также удивительную устойчивость Коня, я добил его ещё одним ударом и сразу же вогнал клинок ножа в печень второго мужика, который следовал за старшим с пыточным чемоданчиком в руках и с ходу бросился на меня.

Не обращая внимания на стекленеющие глаза бандита, я подхватил его ношу, опустил и её, и тело на пол, затем достал из тела нож и, пригибаясь, рванул к последнему оставшемуся в живых мужику, который поднял капот автомобиля и на что-то там с умным видом смотрел. С лёгкостью приблизившись (звуки играющей в боксе музыки скрадывали шаги), я вогнал нож ему в почку. А затем, уложив на пол, открыл дверь на закрытый двор и крикнул последнему, оставшемуся дежурить на улице.

— Сюда иди! Конь зовёт!

Мужчина быстро обернулся и хотел было что-то спросить, однако меня возле открытой двери уже не было. Выругавшись вполголоса, он пошёл к главарю, переступил порог, сделал несколько шагов, и я скользнул ему за спину, одним движением перерезая горло.

«Шесть-ноль в пользу Феофана, — с лёгкой ностальгией подумал я, вспомнив молодые деньки, и перевёл взгляд на зачищенное логово бандитов. — А руки-то ещё помнят, пусть они и принадлежат семнадцатилетнему подростку из другого мира».

Закрыв дверь, я выключил музыку, чтобы не пропустить появления новых действующих лиц, и отправился к Коню. Не просто же так я оставил главаря в живых! Предстояло понять, сделал я правильный выбор или попросту потерял время.

В моё отсутствие ситуация возле кабинета не изменилась. Тела лежали именно так, как я их и оставил, поэтому, аккуратно обойдя кровавые лужи на полу, я приблизился к бессознательному телу Коня и, подхватив его под мышки, затянул в кабинет.

«А ведь тяжёлый, гадина, — пронеслась в голове неприятная мысль. — Тянуть сложно даже при накачке тела духовной энергией. Нет. Так дело не пойдёт. Нужно срочно наращивать мясо».

Посмотрел на свои тощие, уже трясущиеся от нагрузки руки, вновь ударил начавшего приходить в себя мужчину в подбородок и отправился за замеченным в боксе мотком провода. Хорошенько стянув ему ноги, а затем и руки за спиной, я накинул на лицо небольшую декоративную подушку, лежавшую на диване, прижал её коленом и принялся наносить неглубокие, но болезненные удары в болевые точки по всему телу.

Бандит тут же закричал и начал извиваться, однако подушка вкупе с закрытыми дверьми неплохо глушила звуки. Продолжив своё дело, я дождался, когда мужчина выбьется из сил и, подхватив свои орудия, отступил на несколько шагов назад.

— Ты! — выдохнул Конь, увидев меня, и его побледневшее лицо исказилось. — Так и знал, что не надо связываться с корпусом! Блин! Как же больно!

«Объект в нужном состоянии. Выбился из сил. Переходим к следующему этапу», — подумал я и, подойдя ближе, заглянул ему в глаза.

— Жить хочешь?

Конь вздрогнул, заметив что-то в выражении моего лица, и просипел:

— Ты кто такой?

— Не слышу ответ! — произнёс я, приподнимая подушку и нож. — Жить хочешь?

Конь оказался куда крепче, чем мне казалось изначально. Повторно услышав вопрос, он разозлился и рявкнул:

— Да пошёл ты! Думаешь, я не понимаю, что, получив своё, ты меня кончишь⁈

Вместо ответа я молча приложил подушку к лицу и продолжил прерванное дело. Дождавшись, когда выбившийся из сил бандит потеряет сознание, я отступил, нашёл початую бутылку воды и вылил содержимое ему на лицо.

Дождавшись, когда Конь отплюётся, я весьма показательно сходил за оброненным чемоданчиком, положил его на пол и начал перебирать пыточные инструменты.

Мужчина некоторое время молча смотрел за моими приготовлениями, а затем хриплым голосом спросил:

— Что… Что тебе надо⁈

— Общак? — произнёс я, не выпуская и рук какие-то щипцы, и, решив придать бандиту больше мотивации, добавил: — Но это только для меня, чтобы закрыть глаза на твои угрозы.

Заметив недоумённый взгляд Коня, доверительным тоном добавил:

— Сам должен понимать, у оперативников зарплаты не такие большие, а хочется и девушку в ресторан сводить и себе чего-нибудь прикупить. Ну а моему начальству сдашь Тарана, рода, которые его крышуют, и подпишешь бумагу о сотрудничестве. Тогда, может, и разойдёмся бортами.

— Так мы что? Попали в передел рынка? В межклановый замес? — уже другими глазами посмотрел на меня чуть приободрившийся Конь и добавил: — А если я откажусь?

Вместо ответа я приподнял нож с подушкой, и он тут же быстро замотал головой.

— Я согласен! Согласен!

— Не шути так, — сказал я, заглядывая в глаза. — Не трать моё время. Иначе обращусь к кому-нибудь более сговорчивому.

Мои слова о существовании ещё одного пленного сделали Коня более открытым. Он не только подсказал код от сейфа, где хранился общак банды, но и, заметив моё выражение лица при подсчёте денег, указал на свой личный тайник, устроенный в кабинете, с куда большим количеством наличности.

— У своих крысишь? — понял я, достав из лаза неприметного вида рюкзак с двадцатью тысячами налички, зарплату отца Гордея примерно за полгода работы…

Закончив с обиженно уставившимся на меня Конём, я по-быстрому осмотрел трупы других бандитов и, став богаче ещё на две с половиной тысячи рублей, сложил все деньги в свою сумку. Правда, для этого мне пришлось избавиться от некоторого количества грязной одежды. Затем я быстро умылся, смывая кровь, облил всё нашедшимся здесь же бензином, удостоверился, что поблизости нет никого постороннего и, заранее накинув на себя технику «отвод глаз», бросил спичку, заставившую бокс полыхнуть.

Не медля ни секунды, я покинул задний двор станции техобслуживания и перебежал дорогу, скрываясь от возможного лишнего взгляда за пустыми бетонными коробками. После чего неспешной походкой добропорядочного гражданина направился на выход с промышленной зоны.

«Не нужно недооценивать местных умельцев, — пронеслось в голове, когда я подумал об излишней перестраховке. — Может, им и „отвод глаз“ не страшен? Тогда они увидят молодого и ничем не примечательного человека, решившего срезать дорогу. Лучше дополнительно подстрахуюсь и со спокойной душой отправлюсь в Новосибирск, чем буду травить себя сомнениями и размышлять, видел меня кто посторонний или нет».

Затем я подумал о заработанной сегодня сумме, и на душе даже как-то потеплело.

«Не зря дал супостатам себя взять. Порядка тридцати пяти тысяч поднял. Хотя, конечно, произойди наша встреча с бандюганами на неделю позже, в сейфе было бы гораздо больше денег».

Об убитых я не беспокоился. Они сами встали по другую сторону закона и без зазрения совести убивали других, так что должны были быть готовы к адекватному ответу.

Прошагав около пятнадцати минут, я покинул территорию промышленной зоны и с помощью телефона нашёл нужную остановку, откуда автобус отвез меня прямиком на железнодорожный вокзал.

Пока ехал, изучал местный интернет и его возможности. Он оказался не хуже, а может, даже в чём-то и лучше привычной информационной сети. Здесь тоже, если постараться, можно было найти почти всё.

Оказавшись перед огромным зданием из железа и стекла, направился не внутрь, а в расположенный неподалёку торговый центр, где наконец-то в первый раз с момента переноса поел нормальной еды.

«А хорошо быть живым, демон меня подери!» — подумалось, когда я с удовольствием откинулся на спинку стула и достал телефон вместе с кошельком.

В последнем, помимо денег и билета, обнаружилось две пластиковые карты. Одна из них, совершенно обычная, была открыта родителями Гордея. Вторую, с изображением, личными данными и символом имперского корпуса егерей, мальчишка получил у вербовщиков. Кстати, по ней бандюганы и определили его как курсанта. Это оказалось достаточно приметная и удобная вещь, по которой, к примеру, будущему курсанту можно было приобрести бесплатный билет второго класса до Новосибирска и оплачивать проезд в некоторых видах общественного транспорта. Кроме того, карта была привязана к счёту, на который корпус егерей выплачивал заработную плату, а также премии и бонусы за закрытые разломы.

Уточнив время отбытия и класс вагона, я зашёл в интернет, изучил маршрут, остановки, время, которое мы проведём в пути, возможность пользования вагоном-рестораном и другие важные мелочи, необходимые туристу, а затем отправился за покупками. Всё же Гордей, когда бежал из дома, в силу молодости не очень-то думал головой. Ему казалось, что нескольких комплектов белья вполне хватит для комфортного путешествия, однако я был с этим категорически не согласен.

Пробежавшись по этажам торгового центра, я довольно быстро стал счастливым обладателем нового чемодана на колёсиках, нескольких трусов и носков, удобных шорт, пары светлых маек, серого спортивного костюма, в котором можно будет с комфортом провести несколько дней в поезде, тапочек и кроссовок, а также комплекта боевой формы чёрного цвета, крепких берцев, мыльных принадлежностей и, конечно же, различных вкусностей в дорогу.

Пребывание на той стороне показало, как сильно я раньше недооценивал простые радости жизни, поэтому в продуктовом магазине я оторвался на славу. Сыр, колбаска, ветчина, кусочек душистого сала, чай, сахар, различные сладости. М-м-м. Мне даже пришлось докупать в одном из отделов небольшую доску и кухонный нож, но это, по моему мнению, того стоило.

Перед самым отъездом, когда времени оставалось мало, я нашёл возле вокзала небольшой отель, снял номер на несколько часов и привёл себя в порядок. Всё же, как бы я ни старался, а одежда Гордея немного пахла бензином, да и сам я взмок от нагрузок и беготни.

На нужном перроне я оказался примерно за полчаса до отбытия бронепоезда и с интересом осмотрел мощную, усиленную бронеплитами и различными орудиями крепость на колёсах, которая могла оказать сопротивление вырвавшимся из аномалии монстрам.

Предоставив билет и пластиковую карту проводнице, я вошёл в достаточно симпатичный вагон, вид которого лишь немного портили узкие бойницы окон, и, дойдя до нужного купе, открыл дверь, чтобы тут же оказаться под прицелом двух пар девичьих глаз.

Глава 3

— Здравствуйте, девушки, — первым поприветствовал я красивых незнакомок в коротких платьицах, сидящих на одном из двух диванчиков, и окинул их оценивающим взглядом.

А посмотреть здесь было на что. Одна из них, сидящая у окна, оказалась молоденькой симпатичной блондинкой не старше Гордея. Вторая же была фигуристой брюнеткой лет так двадцати со стройными ногами, узкой талией и великолепной грудью третьего размера, при виде которой у меня тут же поднялось настроение.

«Время, которое предстоит провести в пути, уже не кажется столь долгим и бесполезным», — подумал я довольно.

— Привет, — ответила старшая, окидывая мою щуплую фигуру насмешливым взглядом, и, желая поддеть то ли меня, то ли подругу, обратилась к соседке: — Видала, какой симпатичный мальчик? Так бы его и съела! А ты переживала, что нам не пойми кто попадётся.

Блондинка тут же покраснела и отвела взгляд, а я, ощущая, как внутри проснулись и ударили в голову гормоны молодого парня, посмотрел на брюнетку похотливым взглядом, после чего, задержав его на груди, добавил:

— Ты тоже ничего.

— А ты наглец! — прокомментировала чёрненькая мой ответ каким-то удивлённым тоном.

Тем временем я вошёл в купе и, призвав воспоминания Гордея, уложил сумку под нижний диван, который не только служил нишей для хранения, но и легко трансформировался в спальное место.

Не мешкая, я занял своё место, чтобы молодое горячее тело не продемонстрировало очаровательным соседкам, насколько сильно я рад таким симпатичным попутчицам.

— И как же зовут наглого милашку? — нарочито томным голосом спросила чёрненькая, забрасывая одну ногу на вторую, и приподняла бровь, а в её глазах я заметил лёгкий интерес.

Не спеша отвечать, перевёл взгляд на красивые ножки со свежим педикюром, обутые в дорогие даже на вид босоножки, затем на красивое лицо, явно знавшее, что такое правильный уход за кожей, а затем, почувствовав эмоциональный отклик от брюнетки, ответил:

— Меня зовут Гордей.

— Долго думал. Ты что, тугодум? — вновь попробовала поддеть меня она.

— Был пленён твоей невероятной красотой, — глядя ей в глаза, признался я и одновременно с этим в подробностях представил, как раскладываю роскошную красавицу прямо здесь, на этом небольшом столе. — Давно не видел девушки с такими впечатляющими формами.

Брюнетка явно хотела сказать что-то остроумное, но, заметив мой взгляд и промелькнувшие в нём эмоции, вдруг поперхнулась, а её младшая подруга ещё больше покраснела.

Не желая демонстрировать нам даже краткий миг растерянности, чёрненькая быстро спросила:

— Ты на самом деле такой наглец? Или просто мастер чесать языком?

«А она хороша!» — подумал я, глядя на полные сочные губки и чувствуя, как от возбуждения шумит кровь в ушах, поэтому, не особо задумываясь, ответил:

— Ещё какой! Но это если говорить о наглости, а вот насчёт мастерства чесания языком не знаю, пока ни одна из партнёрш не жаловалась.

Блондинка вспыхнула, а вот взгляд её подруги на мгновение затуманился, воображение явно подбросило ей какую-то интересную картину. А затем она не выдержала и расхохоталась, да так заразительно, что и я невольно улыбнулся.

— А ты молодец! — подмигнула она мне и, желая перевести тему, уточнила: — Значит, Гордей?

— Можешь называть меня мастер, — не дал я ей шанса и закрепил нужный результат, чем вызвал новую волну смеха.

— Ну смотри. Сам подсказал, мастер, — сказала брюнетка и, вновь на мгновение представив нечто фривольное, рассмеялась.

«Смейся-смейся, — думал я, с удовольствием наблюдая за покачиванием красивой груди. — Теперь каждый раз, называя меня так, ты будешь вспоминать этот пошлый разговор, представлять себе всякие интересные моменты и ощущать ко мне некоторое влечение. Неосознанное. Просто с десяток раз представив меня в эротической фантазии, пойдёшь дальше. Фантазия разыграется. Может, тогда мне и удастся потешить молодую плоть, по крайней мере, я очень на это надеюсь. Жаль только, что эффект от слов не усилить мощным и привлекательным телом, но так даже интересней. Хоть пари сам с собой заключай, смогу я осадить эту крепость до конца поездки? Или может придётся встречаться после? Что же, скоро узнаем».

— Так как вас зовут, очаровательные дамы? — спросил я, подстёгнутый физиологией молодого тела и привычками старого, опыт которого подсказывал, что надо всегда идти до конца, даже в кажущихся безвыходными ситуациях.

— Меня зовут Оксана, — первой представилась чёрненькая.

— Виктория, — взяла себя в руки блондинка, к которой стал возвращаться привычный цвет лица.

— И что же такие замечательные девушки, если это, конечно, не секрет, могут делать в бронепоезде, мчащемся в Новосибирск? — уточнил я с любопытством. — Только не говорите, что едете поступать в корпус егерей?

— А ты что? Сексист⁈ — подняла на меня гневный взгляд нахмурившаяся Виктория, с которой в одно мгновение слетело всё её смущение.

Воспоминания Гордея подсказали мне, что именно она имела в виду, но я не захотел оправдываться.

— Секс? Кто? Секс-турист? Не думал, что такая приличная девушка может знать подобные слова.

Брюнетка захохотала, а покрасневшая Виктория поспешила за злостью скрыть смущение:

— Я сказала, сексист! Сексист! Тот, кто полон предрассудков к женщинам! Кто считает, что они не могут быть егерями!

«Для неё это болезненная тема. Неужели тоже родители не отпускали?» — подумал я и решил всё же ответить:

— Ну почему же не могут? Слышал, что девушек среди егерей хватает, а некоторые из них и посильнее многих мужиков будут. Тут всё от таланта зависит и старательности. Так что всё в твоих руках.

Услышав ответ, Виктория чуть успокоилась, а я добавил:

— И кстати, если тебе станет легче, то родители не очень-то и хотели меня сюда отпускать. Так что, пусть и частично, но я тебя понимаю.

Взгляд блондинки после моих слов действительно немного потеплел, а Оксана, улыбаясь, решила поддеть:

— Вообще-то, я могу их понять. Ты не выглядишь опасным мужиком. Скорее милым мальчиком.

— Ты считаешь меня милым? — подмигнул ей я. — Приятно слышать.

— Прекратите! — попросила блондинка. — От ваших заигрываний меня сейчас стошнит.

— Заигрываний? — приподнял бровь я — Считаешь, я ей понравился?

— Не думаю, — после небольшой паузы ответила она. — Скорее, с тобой играют. Оксане нравится флиртовать и ставить парней в неудобное положение, и раздражать меня этим.

— Эй! — воскликнула брюнетка недовольно. — Вообще-то мы просто общаемся! Гордей — приятный парень. Ещё и смотрит так интеллигентно, обстоятельно всё рассматривает, руками без спроса не лезет. Так что нам с попутчиком повезло, а ведь мог попасться какой-нибудь тупой вонючий громила!

Разговор прервала вошедшая проводница. Она вновь проверила наши билеты, показала, где лежат матрасы с подушками и бельё, напомнила, что в поезде для пассажиров нашего класса есть вагон-ресторан, и затем удалилась.

'Для нашего класса? — мысленно повторил я, и память услужливо предоставила сведения о существовании специальных комфортабельных вагонов для представителей боярских родов, богатых простолюдинов, ценящих комфорт, а также высокопоставленных егерей, которые при достижении четвёртого класса и камня красного цвета, получают право на личное дворянство.

Спустя несколько минут после ухода проводницы в купе повисла тишина, а поезд наконец двинулся вперёд и начал медленно набирать скорость, что заставило Викторию облегчённо выдохнуть и, посмотрев на брюнетку, улыбнуться.

«Ну точно с дома сбежали, — решил я, глядя на девушек. — Только непонятно каким составом. Оксана — старшая родственница, подруга или телохранитель?»

Так и не найдя ответ на вопрос, я удостоверился, что девушки потеряли ко мне интерес и стали обсуждать каких-то своих знакомых, поэтому достал телефон и взялся за дело. Любовь к женщинам, конечно, хорошо, но мне предстоит узнать об этом мире ещё очень много и лучше изучить непонятные моменты лично, чтобы затем смотреть на проблему, исходя из собственного опыта, а не убеждений, сформированных семнадцатилетним парнем.

Первым делом я решил разобраться с аристократами, так как подозревал принадлежность как минимум одной из моих соседок к данному сословию.

Достаточно быстро выяснил, что в Российской Империи, как и в Носирианской, из которой был я сам, существовало три основных вида боярских родов: княжеские, графские и баронские. Аналог золотых, серебряных и бронзовых семей из моего мира.

Кроме того, в то или иное время из-за аномалий и гонений в страну перебралось немало иностранных родов, которым было дозволено сохранить титулы. Так в империи появились свои герцоги, маркизы и виконты.

Разобравшись с этим вопросом, я с удовольствием полюбовался на стройные ножки Оксаны, а также словил парочку недоумённых взглядов. Видимо, в её представлении молодой сопляк после прошедшего разговора должен был увиваться вокруг такой шикарной красотки, я же вместо этого занялся своими делами и лишь изредка, но достаточно показательно любовался великолепными формами, чем заставлял брюнетку всё больше и больше думать о моём нетипичном поведении.

«Ничего, пара дней такой обработки — и ты сама не заметишь, как окажешься в моей постели. Главное, чтобы Виктория нам не мешала», — подумал я и перешёл к следующему вопросу: изучению Новосибирска, его районов, основных достопримечательностей и главных мест в городе. Затем нашёл фотографии центра подготовки корпуса егерей, уточнил его основные здания, ознакомился с руководящим составом. Нашёл сведения о порядке обучения и проживания курсантов в общежитии, а также о том, как досрочно сдать зачёты, необходимые для допуска в разломы.

Информация Гордея оказалась правдива, любой человек, прошедший через вербовочный пункт, мог прибыть в центр перед началом обучения, жить в общежитии, сколько ему нужно, питаться бесплатно в столовой, а также использовать тренажёры и учебные залы для подготовки. Главное при этом — соблюдать определённые несложные правила.

«Отлично! Если всё обстоит именно так, то мне даже не придётся снимать квартиру и заниматься бытом. Смогу посвятить время самостоятельным тренировкам, — подумал я довольно, но невольно забеспокоился: — Это какая же нехватка личного состава должна быть, чтобы создавать для всех желающих настолько потрясающие условия?»

Следующей заинтересовавшей меня темой стала система рангов егерей. Для её понимания пришлось даже провести небольшой экскурс в историю. Так я, к примеру, с огромным удивлением узнал, что после уничтожения тварей, а также закрытия разлома выделяется некая усиливающая энергия, которая проходит по энергоканалам егерей. У кого-то становится сильнее магический дар, у других улучшается здоровье и физическое состояние, и у всех в обязательном порядке изменяется аура.

У новичков, закрывших до трёх сотен разломов, диагностировали белый цвет, которому впоследствии был присвоен седьмой класс. У преодолевших этот рубеж аура становится жёлтой — шестой класс. При дальнейшем увеличении числа убитых тварей и закрытых разломов цвет менялся на оранжевый, красный, синий, коричневый и, наконец, чёрный. Егерей, которым был присвоен первый класс, было очень мало, в настоящее время всего три в мире. Судя по сплетням, они были крайне обеспеченными людьми, команды которых выполняли заказы по уничтожению самых сложных разломов, открывающихся в цивилизованных землях. Чем не пример для подражания?

После исследования аур изобретение идентификатора, который без лишних ритуалов и усилий целителей смог бы транслировать цвет ауры егеря, было делом времени. Такой минерал нашёлся достаточно быстро. Затем было принято решение вставлять его малые частицы в специальные идентификационные кольца, которые стали визитной карточкой егерей и сформировали определённую иерархию.

— Эй, мастер! — оторвала меня от интереснейшего чтения хохотнувшая брюнетка, вновь вспомнившая причину возникновения такого интересного прозвища. Однако я заметил мелькнувшее в глубине её глаз раздражение, вызванное моим недолгим игнорированием её шикарных ножек. — Что ты там смотришь? Неужели телефон интереснее компании двух симпатичных девушек?

— Конечно, — кивнул я, заставив брюнетку на мгновение удивиться, и, выдержав небольшую паузу, добавил: — Он хотя бы не даёт мне скучать, в отличие от перемывания косточек незнакомым людям. Но если ты намекаешь, что я перестал любоваться твоими восхитительными прелестями, то не переживай, это ненадолго.

— Не переживай? — приподняла бровь Оксана и возмущённо посмотрела на подругу: — Представляешь? Он считает, что я переживаю!

— Ты сама полезла к нему с такими вопросиками, — заметила блондинка. — Так что не втягивай меня в это.

— Не обращай внимания, — сказал я Вике и, посмотрев брюнетке в глаза, ехидно добавил: — Это у нас такие брачные игры. Она подкалывает меня, я её, потом пройдёт некоторое время, ты отлучишься из купе по некой надобности и мы сойдёмся в страстном соитии. Сейчас всё как раз и готовится для него.

— Меня сейчас стошнит, — призналась блондинка. — Зачем я это услышала?

— А ты уверен в себе, — покачала головой Оксана, представив сказанное мной, и её голос вдруг стал чуть ниже. — Не боишься, что я обижусь и больше не пророню ни слова?

— Все три дня? — приподнял бровь я. — Не думаю. Скорее от скуки умрёшь, а даже если это и произойдёт, то ничто не помешает мне наслаждаться твоей великолепной фигурой оставшееся время.

— Может, вы это прекратите? — уточнила Вика жалобным тоном. — У меня уши сворачиваются от вашего обмена любезностями.

— Ай-ай-ай, Виктория, — покачал головой я, — как эгоистично! А вдруг я тот самый мужчина, которого твоя подруга искала всю жизнь? Понимаешь, что своими словами ты можешь разрушить её счастливое будущее?

— Мужчина? — приподняла бровь Оксана. — Я думаю, что ты много возомнивший о себе мальчик.

«А вот и главный нюанс, который её во мне смущает», — понял я и, получая истинное удовольствие от флирта, наставительным тоном произнёс:

— Главное, что ты обо мне думаешь. Только это имеет сейчас значение.

— Я смотрю ты всё-таки мастер молоть языком. Всё с ног на голову переворачиваешь, — решила подколоть меня брюнетка, поправляя платье, а потом с интересом спросила: — Где так научился с девушками общаться? Наверно, первый парень в школе был? Или, может, в колледже отучился?

— Люблю общаться с красивыми девушками, — признался я и мечтательно улыбнулся, вспомнив, сколько интересных женщин было у меня в предыдущей жизни.

— Бабник, — не преминула прокомментировать увиденное брюнетка, а затем, заметив что-то, неожиданно смутилась. Правда, всего лишь на пару мгновений.

— Так что мы решили? — прервала перепалку Вика. — В вагон-ресторан пойдём? Я уже есть хочу!

— Составишь компанию? — спросила Оксана, посмотрев на меня.

— С удовольствием, — кивнул я и, посмотрев на лёгкое недовольство, мелькнувшее на лице Виктории, добавил: — Правда что-то мне подсказывает, что мест там нет.

— С чего ты взял? — уточнила брюнетка.

— Отзывы почитал, — пожал плечами я. — На наши десять вагонов всего один ресторан. И столов там всего что-то около четырнадцати. Маловато будет. Усугубляется всё тем, что расплачиваться там можно карточкой корпуса, в кредит, так сказать, поэтому в ресторане всегда множество молодых курсантов, вырвавшихся из-под маминой юбки, а также некоторое количество не самых приятных личностей, пошедших в егеря от безысходности и пьющих как не в себя.

— Неужели всё так плохо? — изумилась Вика. — Это же имперский корпус егерей! Кто-то же должен навести там порядок?

— Не знаю, — покачал головой я. — Говорю, что в интернете прочитал.

— Так, понятно, — протянула Оксана. — А в первый класс нас не пустят? Там должно быть гораздо меньше людей.

— По моим сведениям, прямого перехода между вагонами наших классов нет, чтобы избежать различных недоразумений, так сказать, — пожал плечами я.

— Надо всё равно сходить, — нахмурилась Виктория. — С обеда ничего не ела. Мне что, голодать из-за этих неадекватов?

— Я тоже, — согласилась брюнетка.

— Ну, тогда пойдём, — сказал я и, посмотрев Оксане в глаза, добавил: — Ну, не пускать же вас одних? Вдруг кто похитит? Только вот надо бы озаботиться закрытием двери.

— Боишься, что твои миллионы украдут? — приподняла бровь брюнетка.

— Опасаюсь, что извращенцы будут шариться в твоих трусиках, — подмигнул я. — В том месте, где должны оказаться мои пальчики.

— Извращенцы! — как ошпаренная, выбежала из купе Вика, а Оксана засмеялась и, покачав головой, встала.

— Ну ты и наглец!

— Вот мы наконец-то и остались одни! — вместо оправданий ещё больше ошарашил её я и, поднявшись, замер на расстоянии нескольких сантиметров от оказавшейся немного ниже меня красотки.

Оксана посмотрела в мои глаза, наполненные желанием и предвкушением, а также ощутила горячее дыхание на своей коже, отчего её восхитительная грудь стала вздыматься подозрительно часто.

Признаюсь, мне тоже было нелегко. Кровь от возбуждения шумела в голове. Хотелось наброситься на такую красивую и восхитительную женщину, обнять, впиться в её приоткрытые губки, однако я, как опытный человек, понимал, что могу её этим оттолкнуть. Да и не время сейчас. Скоро с проводницей вернётся Вика, и мы всё равно ничего не успеем.

Поэтому вместо решительных действия я осторожно, подушечками пальцев, провёл по её нежной руке и ощутил, как между нами словно мелькнула искра, а ещё чаще задышавшая брюнетка вдруг осторожно и так же нежно дотронулась до меня, вызывая внутри ещё большую волну эмоций и намекая на то, что она не против…

Очарование момента прервала вернувшаяся с проводницей Виктория, заставившая Оксану буквально отпрянуть от меня.

Прибывшая женщина закрыла дверь своим ключом, уверила, что в наше отсутствие никто сюда не сунется и что в вагоне-ресторане в это время ещё вполне может оказаться несколько свободных столиков, а вот позже — вряд ли.

Во время разговора Вика подозрительно косилась на словно бы находящуюся в трансе подругу с затуманенным взглядом. Подозреваю, что и я выглядел не лучше.

В это время в моей голове билась одна мысль: «К жизни стоило возвращаться хотя бы только ради того, чтобы прочувствовать такие яркие и восхитительные эмоции».

Глава 4

Появление нашей компании в вагоне-ресторане вызвало настоящее оживление. Как я и предупреждал ранее, почти все столики оказались заняты уже успевшими хорошенько принять на грудь молодыми парнями, а также мужиками средних лет различной потрёпанности.

'И зачем егеря гребут всех подряд? — с недоумением подумал я. — Неужели эти люди могут быть полезны и не сдохнут в первом же бою? С другой стороны, нечего лезть в чужой монастырь со своим уставом. Может, после обучения и прохождения через целителей эти недоразумения смогут претендовать на должности водителей или другого обслуживающего персонала. Кто-то же выполняет рутинные и не самые популярные обязанности. Так, может, и они?

Блондинка, шедшая первой, увидев повёрнутые в её сторону молодые и не очень лица с не самыми приятными улыбками, на несколько мгновений даже растерялась, а затем всё же заметила одинокий свободный столик, примыкающий к барной стойке, и, набросив на лицо высокомерное выражение, двинулась к нему.

— Девчонки, давайте к нам! Какие дамы! Садитесь к настоящим мужчинам! У нас есть свободные места! Бросайте своего мальца! — послышались искренние призывы со всех сторон, но обе соседки не удостоили кричащих ни одним, даже малейшим, взглядом, чем вызвали искреннее негодование, перешёптывания, кривые ухмылки и оскорбления. В том числе нацеленные на меня. От многих посетителей исходило явное желание почесать свои кулаки об моё не выражающее эмоций лицо.

Однако я не сильно беспокоился по данному поводу. Уже на входе в вагон-ресторан я напитал тело достаточным количеством духовной энергии и был готов в любой момент отразить нападение как на меня, так и на своих спутниц. Ну не считать же за противников изрядно принявших на грудь мужиков? Да и к тому же, как таковой серьёзной угрозы от них я не ощущал.

Кроме того, несмотря на опасения, никто не спешил хватать девушек за руки и силой усаживать к себе за столы. Я даже не дождался ни единой попытки шлёпнуть их по местам чуть пониже спины.

Это говорило лишь о том, что многоопытная проводница оказалась права. До кондиции здесь ещё никто дойти не успел, а значит, мы можем вполне нормально поужинать. Если, конечно, не обращать внимания на неприятные взгляды, постоянные комментарии, а также сдавленные угрозы и оскорбления.

Последние больше касались меня. Всё же своей компанией я вызывал жгучую зависть, обиду на несправедливость жизни, а также ненависть к более удачливому конкуренту. Который к тому же имел невысокий рост, узкие плечи, смазливое лицо и длинноватые волосы, что уже само по себе выступало определённым триггером.

Правда, на всё это я смотрел лишь с лёгкой ухмылкой. Слишком мелкой была проблема, чтобы портить себе аппетит, который на время синхронизации духовного и физического тел стал поистине внушительным.

Пока девушки делали заказ у барной стойки, я занял место за свободным столиком, чтобы ни в чью дурную голову не пришла идея забронировать его первым и посмотреть на представление.

Выслушав несколько не очень приятных слов от мужиков, сидящих за соседним столом, я повернул голову в их сторону, нашёл самого говорливого и представил, как забиваю этого идиота кулаками. Почувствовавшие что-то выпивохи вдруг поперхнулись и замолчали, хоть потом и сами не могли понять, почему решили, что парнишка может быть опасен.

В этот момент с подносами в руках вернулись мои соседки, позволяя уже мне сходить за заказом и непринуждённо наступить на несколько специально выставленных ног.

«Дилетанты», — подумал я, читая меню и делая заказ.

Вернувшись назад с двумя подносами в руках, я обнаружил на своём месте развалившееся тело, которое пыталось форсить перед девушками, но получило справедливую и достаточно обидную отповедь от бойкой на язык Оксаны, вызвавшую смех среди отдыхающих.

Разозлившийся парень на несколько лет старше Гордея и выше его примерно на голову вскочил с места, посмотрел на меня со злостью и попытался выбить один из подносов, что ему, впрочем, не удалось.

— Тебе конец! — глухо прорычал он. — Конец! Понял?

Не обращая на слова внимания, я поставил подносы на стол, а затем спросил:

— У тебя всё? В таком случае можешь быть свободен.

Парень уже собирался броситься на меня, но достаточно громкий голос работницы вагона его остановил:

— Драки здесь запрещены! А если кто-то решит почесать кулаки, то ему не только придётся возмещать стоимость еды и выпивки, купленной с карты егеря, но и иметь беседу с командиром бронепоезда, егерем четвёртого класса Анисимовым Иваном Владимировичем. Я всё понятно излагаю?

Парень посмотрел на неё зло, потом перевёл взгляд на меня и перед тем, как удалиться, прохрипел:

— Ходи и оглядывайся!

— Спасибо, — поблагодарил я воинственно настроенную работницу, которая враз утихомирила большую часть присутствующих, и, заняв своё место, поаплодировал брюнетке:

— А ты ещё меня называла мастером чесать языком. Лихо. Думал, что придётся драться, пытаясь выковырять его из-за стола.

— Зачем ты их провоцируешь? — тихо спросила Вика, заметив, какой шквал негодования вызвали мои слова на соседних столиках.

Всё же, несмотря на непроницаемое лицо, ей явно было здесь неуютно.

— Потому что мы такие же гости, как и все вокруг, — ответил я. — Неужели нужно прогибаться под этих? Сидеть молча? Вести себя скованно? Быстро ретироваться? Так не пойдёт. Вообще-то у нас праздничный ужин.

— Так-то ты прав, — заметила Оксана, внимательно отслеживая ситуацию. — Но подозреваю, что всё закончится плохо, особенно для тебя. В другом вагоне работников, сдерживающих душевные порывы неадекватов, может и не быть. А этот смельчак забрал друзей и куда-то ушёл. Подозреваю, караулить нас. Зря мы пришли.

— Справлюсь как-нибудь, — легкомысленно отмахнулся я и взялся за приборы.

— Ты зачем столько еды набрал? — удивилась брюнетка, только сейчас обратившая внимание на первый из моих подносов, на котором разместились тарелки с тремя куриными филе с помидором и сыром, жёлтым рисом, два блюдца с салатом из тёртой морковки, а также чай и две булочки. На втором — три формочки с шариками мороженого, а также бутылочка белого сухого вина и бокалы.

— Люблю хорошо поесть, — признал я, разливая напиток, и, не спрашивая разрешения девушек, расставил бокалы по подносам, после чего добавил: — Ну, за знакомство.

— Считаешь, надо? — спросила Оксана, окидывая вагон-ресторан взглядом.

— А почему нет? — пожал плечами я. — Не хотите же вы показать всем, что вас напрягают эти взгляды? Да и расслабиться надо. Что-то мне подсказывает, что день у вас сегодня был суматошным.

— В чём-то ты прав, — согласилась Вика после небольшой паузы и взяла бокал.

В ресторане за неспешным разговором мы провели около часа.

Через некоторое время собравшиеся к нам уже привыкли и перестали обращать столь пристальное внимание, и девушки, заметив это, расслабились. Мы поболтали, посмеялись над тем, сколько много всего в меня влезает, потом они высказали благодарность за своевременный десерт и вино, которые действительно оказались очень даже кстати.

Я же, отойдя к барной стойке, ещё раз поблагодарил вступившуюся за нас работницу и приобрёл в номер две бутылочки того же самого вина, которое, по моему мнению, должно будет окончательно растопить лёд недопонимания в нашем небольшом коллективе.

Наткнувшись на недоумённый взгляд брюнетки, пояснил:

— На всякий случай взял. Про запас. Чтобы потом не бегать лишний раз, если понадобится.

Оксана понятливо кивнула, а я под завистливыми взглядами мужчин вышел из вагона последним. Правда, далеко мы не ушли и очень скоро наткнулись на компанию из четырёх парней, один из которых был нашим недавним знакомцем, обещавшим неприятности.

Девушки остановились, готовясь к бою, но тут раздался насмешливый голос:

— Эй! Щегол! Иди сюда! Поговорим, раз ты такой смелый. Или зассал?

— Одно мгновение, — хмыкнул я и, подойдя к Оксане, попросил: — Подержи.

Девушка машинально взяла бутылки с вином, а я, пройдя мимо, напитал мышцы духовной энергией и, рывком приблизившись к противникам, всего четырьмя точными ударами отправил их в бессознательное состояние.

«Слабаки, да ещё и с раздутым самомнением», — презрительно поморщился я.

— Э-э-э! — протянула удивлённая Вика, ошарашенно глядя на меня. — Но как⁈

— Просто они пьяны, — отмахнулся я, — так что многого им и не надо.

— Теперь понятно, почему ты был таким спокойным и уверенным, — лукавым голосом заметила Оксана, в глазах которой я тут же вырос на несколько голов.

Пожав плечами, я первым прошёл сквозь разлёгшихся на полу будущих курсантов, затем помог Вике перебраться и протянул руку Оксане, позволяя опереться на неё и миновать препятствие.

От соприкосновения наших рук и взгляда брюнетки меня вновь бросило в жар.

— А ты, оказывается, полон сюрпризов, — остановившись напротив и прижавшись ко мне своей впечатляющей грудью, заметила она.

— Всегда к вашим услугам, — забирая бутылки с вином, прошептал я ей на ушко и, словно невзначай, дотронулся до него губами.

Оксана вздрогнула всем телом и, несмотря на желание задержаться, поспешила за подругой, а в моих штанах стало очень тесно.

«Хороша!» — с восхищением думал я, глядя на выписываемые Оксаной восьмёрки и двигаясь следом.

Вернувшись в купе, мы раздобыли у проводницы чашки, разлили в них вино из одной бутылки. А затем соседки пытались выяснить, каким образом мне удалось раскидать нападающих, и даже признались, что сами занимались рукопашным боем, а также неким восточным айкидо. Поэтому и без моей помощи легко справились бы с этими наглецами.

Мне только и оставалось, что бездумно кивать, ведь всё внимание занимала покусывающая губы брюнетка и её шальные глаза.

Через некоторое время, ощутив потребности организма, я попросил у девушек прощения и покинул общество, а когда вернулся, то припудрить носик отправились уже они. К моему сожалению, вместе. Оксана не решилась отпускать подругу одну, да ещё и в лёгком опьянении. Правда, перед уходом она словно случайно дотронулась своим коленом до моего и попросила достать матрасы с подушками, намекнув, что непривычная к алкоголю Вика очень скоро захочет спать.

Быстро выполнив просьбу брюнетки, я трансформировал свой диванчик в кровать, заправил её свежим бельём и, улёгшись сверху, принялся ждать.

Соседки вернулись, только теперь они были одеты не в платья, а в короткие шорты и свободные майки, под которыми ничего не было.

Хихикающая и пьяненькая Вика тут же взялась за свою чашку с вином, уселась на диван рядом со мной, призналась, что всегда мечтала спать в поезде на верхней полке, и мы вместе стали с удовольствием наблюдать за Оксаной, взявшей на себя заботу о постели для подруги. Я — потому что вид при этом открывался просто шикарный, а блондинка — радуясь, что не надо делать это самой.

— Так, давай наверх, — махнула рукой брюнетка и подмигнула: — Нечего Гордея соблазнять!

— Ревнуешь? — пьяно хихикнула Вика, но всё же поставила свою чашку на стол и довольно ловко для её состояния забралась наверх, а затем добавила: — Как тут классно! А ещё этот стук колёс!

Блондинка ещё что-то там лепетала сонным голосом, а я наблюдал за вовсю изгибающейся и лукаво поглядывающей на меня брюнеткой, которая занималась уже своей кроватью.

Не выдержав столь соблазнительного зрелища, я всё же провёл кончиками пальцев по такой красивой и близкой ножке, заставив Оксану вздрогнуть и бросить на меня лукавый взгляд. Однако, что примечательно, она и не думала отстраняться.

Гормоны тут же заставили тело сходить с ума, в голове зашумело, и я повторил движение, а затем взял красавицу за талию, желая посадить на колени, но она легко вырвалась, посмотрела, уснула ли подруга, а затем, подёргав ручку двери, приложила палец к губам, села рядом и прошептала:

— Давай только тихо, пусть покрепче уснёт.

— Нам не обязательно шуметь, — ответил я ей на ушко и прикусил мочку, заставив Оксану закрыть глаза от удовольствия.

Затем, взяв её за волосы, я медленно оттянул голову назад, открывая своему взору такую сладкую и беззащитную шейку, к которой тут же нежно прильнул губами.

— И вправду мастер, — посмотрев на меня затуманенными от возбуждения глазами, прошептала брюнетка и, приоткрыв губки, потянулась ко мне.

Сколько длилось это безумие — я не знаю, однако непосредственно к самому сладкому действу мы перешли только когда за узкой полоской бронестекла начинало светать.

Уставшая после длительных ласк брюнетка натянула на себя одежду, чмокнула меня в губы, смочила пересохшее горло остатками вина и, повернувшись спиной, тут же отключилась, а я улыбнулся, поднял довольный взгляд вверх и наткнулся на изумлённые, шокированные и одновременно заинтересованные глаза Вики, щеки которой пылали от увиденного.

Заметившая моё внимание девушка тут же отвернулась, а я, натягивая вещи, с усмешкой подумал: «Интересно, а она вообще спала?»

Улёгшись на кровать, я потратил несколько часов на медитацию и восстановление сил, а затем, пока соседки спали, взялся за телефон и продолжил изучение нового мира…

Следующие два дня прошли не менее интересно и насыщенно. А всё потому, что я не спешил раскрывать глаза брюнетке на Викторию, которая ночью наблюдала за нашими любовными играми. Из-за чего Оксана вела себя так, словно ничего не произошло, позволяя краткие и, как ей казалось, незаметные прикосновения, чем изрядно веселила блондинку.

Правда, это было позднее, когда блондинка поняла, что я не собираюсь её сдавать. А изначально, в первое время после пробуждения, она постоянно краснела, посматривая то на меня, то на подругу, и даже заставила последнюю поволноваться о состоянии её здоровья. Оксана решила, что жар — это последствия вчерашних возлияний.

Да, кстати, уже на следующий день, во время позднего завтрака в вагоне-ресторане, Виктория, к удивлению брюнетки, решила приоткрыть завесу тайны и рассказать о своём побеге из дома, а также появлении в этом бронепоезде. Затем она, не забывая следить за моей реакцией, призналась, что является младшей дочерью графа Дунтена, а её дальняя родственница и подруга — баронессой Боде.

Оксана, услышав это, напряглась. Ожидала, что после таких новостей я, возможно, изменю своё отношение к ней. Стану скованным и зажатым. Так же, вероятно, думала и Виктория, насмешливо поглядывающая на меня из-под своих пушистых ресниц. Просчитались обе. Что я вскоре продемонстрировал брюнетке, когда мы на некоторое время вновь остались одни.

Помимо разговоров с девушками, заигрываний, невинных касаний, а также любовных игр по ночам, я продолжал узнавать этот мир. Благо, что в технологическом плане он не сильно отставал от моего, а медитация позволяла быстро отдыхать.

Выяснил, что в мире существует сразу семь аномалий: три больших и четыре малых. При этом одна большая Новосибирская и малая Якутская располагаются на территории моей новой родины.

По одной из самых популярных версий они возникли после того, как в незапамятные времена на планету упало несколько космических тел, которые, словно гигантские магниты, стали притягивать к себе осколки других миров, духовные планы и подпространства, огороженные невидимыми барьерами, однако ценные различными ресурсами.

Проблема заключалась в том, что в большинстве случаев данные территории были населены агрессивной фауной, которая, если её своевременно не зачистить, выбиралась на землю и убивала всех вокруг. Впоследствии из-за того, что порталы своим существованием словно бы разрывали область пространства, их стали называть разломами.

Перелопатив множество источников, я понял главное: нужно научиться определять разломы низшего класса, а также те из них, в которые можно войти и беспрепятственно выйти, если вдруг не рассчитаешь силы. А то попадёшь в кажущийся безобидным разлом, а потом выяснится, что он занимает огромную площадь, населён мелкими монстрами, которых сложно отыскать, а возможности покинуть его нет. Такое тоже бывало.

Немало времени я уделил изучению разнообразных монстров, которых было действительно огромное множество! Их разделке, добыче полезных ингредиентов. Разобрался с оценкой камней, а также других ценностей, которыми можно было поживиться.

В общем, время в поездке прошло и приятно, и полезно.

Когда бронепоезд остановился в Новосибирске, мы некоторое время посидели в купе, позволяя основной массе народа выйти. Затем Виктория рванула на улицу, а Оксана подарила мне сладкий поцелуй на прощание и выбежала следом. Перед этим я убедил девушек, что лучше не дискредитировать их нашим неформальным общением.

Покинув бронепоезд, мы двинулись к главному входу мощного железобетонного вокзала с узкими окнами-бойницами и крупнокалиберными орудиями на крышах. Прямо перед ним располагалась площадь, на которой будущих курсантов уже ждали автобусы центра подготовки.

Там нас встретил немолодой крепкий егерь шестого класса, на пальце которого достаточно ярко светился жёлтый камень.

«Не очень удобно в плане маскировки», — подумал я.

— Сударыни, — обратился мужчина к девушкам, сразу определив, что перед ним представительницы боярских родов, — я могу узнать ваши имена?

Выяснив, что в списках их нет и быть не может, егерь произнёс:

— Для вас автобус номер один.

Кивнув мне на прощание, красавицы неспешно двинулись к своему транспортному средству, а я передал документы егерю.

— Ладов, значит, — сказал мужчина, с сомнением окинув мою щуплую фигуру, и покачал головой: — Автобус номер три.

Поднявшись в салон, который уже наполовину был заполнен людьми, я собирался занять одно из свободных мест и тут услышал знакомый возмущённый голос:

— Вот он! Тот урод, что набросился на нас!

Глава 5

— Точно! Он! Который с бабами был! — воскликнул какой-то пьяный мужик в конце автобуса, и все присутствующие как-то недобро уставились на меня.

«Знакомые все лица!» — подумал я, увидев небритые, помятые рожи и подтвердил слова:

— Да, вы правы.

— Хана тебе! — вскочил на ноги ещё один парень из поверженной в первый вечер компании и со злостью добавил: — Ты нас пьяных подкараулил!

— Ага. Сразу четверых, — насмешливо хмыкнул я. — Если у кого-то есть ко мне вопросы, то с удовольствием отвечу на них по прибытии в центр.

— Да мы тебя здесь на куски порвём! — не пытаясь встать, прохрипел ещё один больно смелый пьянчуга.

— Сели! — неожиданно для всех рявкнул пожилой водитель в форме егеря и белым камнем на пальце.

Встав со своего места, он посмотрел на меня и с угрозой добавил:

— Ты тоже!

Молча кивнув, я занял одно из передних сидений и принялся ждать представления.

Старик с парочкой мелких шрамов оказался единственным из присутствующих, от кого веяло угрозой, да и действовал он в моих интересах, так что показывать характер я не стал.

— Отец! — с приблатнёнными выражениями обратился к егерю один из парней: — Не надо тебе в это дело лезть. Малый вёл себя некрасиво и за это должен ответить.

Заметив, что на водителя подобный тон влияния не имеет, с места поднялся ещё один и с угрозой добавил:

— А то ведь ты уже немолодой. Может и сердце в дороге прихватить.

«Ой зря!» — только успел подумать я, как пожилой водитель, некогда ходивший в разломы, стремительно приблизился к говорунам и уложил их двумя мощными ударами.

— Я сказал — сели! Что непонятного⁈ — рявкнул он вновь.

— Эй! — хриплым голосом возмутился какой-то мужик. — Мы будущие егеря! Будем защи…

Ещё один стремительный рывок, и говоривший затыкается, пытаясь вдохнуть немного воздуха.

— Ты чего, охренел⁈ — воскликнуло сразу несколько голосов, и разозлившиеся мужики начали приподниматься.

— Господин егерь! — обратился я к водителю. — Подсобить?

— Без сопливых разберусь, — хмыкнул мужчина и взорвался серией ударов, в считаные секунды укладывая ближайшую пятёрку.

Несмотря на ответ, я всё же соскочил с места.

Во-первых, потому что водитель себя несколько переоценил. Пусть противники и откровенно слабы, но их много, а пространства для манёвра, наоборот, мало. Во-вторых, меня напрягла парочка взметнувшихся в воздух ножей.

Наполненное духовной энергией тело с лёгкостью подскочило к ближайшим противникам, и четвёрка из них отправилась в нокаут. Ещё троих положил старик. Оставшиеся замерли и боялись пошевелиться.

Удостоверившись, что рыпаться больше никто не планирует, водитель раздражённо спросил:

— Зачем полез? Сам бы справился.

— Ножи достали, — кивнул я, указав на холодное оружие, валяющееся на полу. — Не хотел, чтобы порезались и салон испачкали.

Старик осмотрел меня внимательным взглядом, потом лежащих без сознания противников и кивнул:

— Кровь сложнее всего отмывать.

Приняв скрытую благодарность, я вернулся на место, а водитель подхватил ножи и, отойдя к своему сиденью, обернулся:

— Значит так, отбросы! Говорю первый и последний раз. Вы не егеря! Вы не поддержка и добытчики! Вы не мясо, способное хотя бы сдохнуть правильно! Вы, сынки, даже ещё не обслуга! Поэтому закрыли свои поганые рты и чтобы я больше ни единого писка не слышал! И только пусть кто-то попробует облевать салон! Языком будете всё отмывать!

Не услышав возражений, водитель презрительно поморщился, а в это время к автобусу подошёл егерь, стоявший на распределении.

— Михалыч, — спросил он, — что тут у тебя? Проблемы?

— Смазка для клинков отчего-то решила, что они будущие егеря, — окинув презрительным взглядом салон, ответил водитель. — Теперь так не думают.

— В этот раз как-то рановато, — хмыкнул мужчина, оглядывая поверженных. — Ещё даже до центра не доехали, а они уже пальцы гнут. Нужно будет сказать барону, чтобы пожёстче с ними.

— Обязательно, — ответил старикан. — Эти по-другому не поймут.

Спустя несколько минут в салон зашло ещё двое парней моего возраста, дверь закрылась, и колонна из четырёх автобусов тронулась вперёд.

Пока мы ехали к окраинам Новосибирска, где располагался немаленький центр подготовки егерей, я внимательно рассматривал город, который оказался достаточно многолюдным. О нахождении населённого пункта вблизи аномалии говорили только крепкие, мощные и приземистые здания с огневыми точками на некоторых из них; более узкие, чем в других городах, окна; изредка попадающиеся на глаза следы ремонта, а также значительно большее количество патрулей, относящихся к внутренним войскам, вооружённым силам и имперскому корпусу егерей.

Правда, подобное соседство почти никак не влияло на количество шатающихся по улице людей, что позволило сделать вывод об эффективности мер, предпринятых для обеспечения безопасности граждан.

Задумавшись над этим, я достал телефон и вбил несколько поисковых запросов.

«Ага, значит, город расположен в границах зоны со сниженным количеством разломов. Поэтому здесь более безопасно. Это хорошо. А второй вопрос? Так. Служба в вооружённых силах обязательна для всех граждан мужского пола, за исключением записавшихся в имперский корпус егерей. Отличные новости. Что там дальше? А вот. Вокруг города дислоцируются следующие подразделения вооружённых сил… Хм. Немало».

Пока я знакомился с обязанностями местных военнослужащих и рассматривал город, колонна проехала усиленный контрольно-пропускной пункт и наконец оказалась на территории центра подготовки егерей.

Что мне сразу не понравилось, так это отличие найденного в интернете плана с пейзажем, наблюдаемым в окне. «Четырёхполосной дороги там точно не было, — пронеслось в голове, — да и этих огромных складов тоже. Немаленький такой центр. Во много раз больше, чем я думал».

Спустя несколько минут автобусы, помимо первого, в котором ехали мои соседки, остановились перед каким-то длинным зданием.

«Почему разделение? У аристократов свои, отдельные общежития? — задумался я и, скосил взгляд на собранный контингент. — Скорее всего, да. Хотя это логично. Вряд ли Вика с Оксаной обрадовались бы соседству с парочкой каких-то маргиналов. Надеюсь, что условия проживания здесь будут не сильно хуже, чем мне говорили в вербовочном пункте».

— Выходи строиться! — скомандовал водитель, открывая дверь. — И вещи свои не забудьте! Иначе на помойку выкину!

Схватив чемодан, я вышел на улицу и отошёл в сторону, освобождая место недобро посматривающим на меня мужикам.

— В одну шеренгу! Стройся! — скомандовал распределявший нас по автобусам егерь и, дождавшись, когда мы встанем в одну линию, добавил: — Чтобы никто не дёргался! Сейчас позову вашего командира! Ждите!

— Эй, патлатый! — обратился ко мне один из мужиков, пострадавших в схватке с водителем. — Вечером тебе конец! Покажем, как мы таких уродов в своё время воспитывали!

— Тоже бандой на одного нападали? — спросил я, повернув голову в сторону говорившего. — А что, один на один слабо?

— Да я тебя! — попытался дёрнуться мужик, но в этот момент дверь открылась и с лестницы в сопровождении знакомого егеря вышел ещё один.

Это был молодой мужчина лет двадцати четырёх с едва светящимся камнем жёлтого цвета в кольце и крайне высокомерным выражением лица.

Когда егеря приблизились, я обратил внимание на знаки отличия. На левом рукаве пришлого располагалась нашивка со знаком имперского корпуса егерей, а чуть ниже шесть продольных полос жёлтого цвета и надпись на верхней из них «Шестой класс». Правый я не видел, но подозревал, что там знак подразделения, в котором мужчина проходит службу. На груди также имелось два шеврона. Один демонстрировал фамилию и инициалы, второй — принадлежность к корпусу.

«Миры разные, а столько всего похожего, — появилась в голове какая-то философская мысль. — Ну, почти тоже самое, что на моей родине!»

А тем временем младший из прибывших неспешной походкой прошёлся перед строем и с презрительным выражением на лице, которое и не думал скрывать, осмотрел всех.

— Меня зовут лейтенант барон Решёткин Олег Николаевич. Приказом начальника центра назначен вашим куратором. Сейчас вы пройдёте в казарму и займёте комнату информирования. Затем я доведу до вас план дальнейших действий и распишу перспективы прохождения службы. Вопросы?

«Лейтенант, значит? Что-то не помню информации о званиях в корпусе егерей. Думал, тут все классами да должностями делятся. Старый наивный дурак. Это ведь ещё один инструмент воздействия на подчинённых. Лояльных можно повысить, а неугодных задвинуть, — подумал я. — И почему нас заселяют в казарму, если Гордею в вербовочном пункте обещали комфортабельное общежитие? Туда увезли аристократов? Ничего не понятно. И барончик этот наглый слишком. Нет. Что-то здесь не так. Почему у меня такое ощущение, словно кто-то пытается водить нас за нос?»

— А жрать нас сегодня поведут? — вальяжным тоном спросил один из мужиков, которому явно не понравилось презрительное выражение лица какого-то молодца, пусть и аристократа.

Решёткин поднял руку, и спрашивающий поймал грудью слабый воздушный кулак, который, тем не менее, отправил его в короткий полёт. А в следующее мгновение на помощь командиру из здания выбежало пятеро крепких мужиков с погонами сержантов.

Курсанты тут же напряглись и стали испуганно посматривать то на мага, в руке которого сформировалось голубоватое марево заклинания, то на егерей со злобными выражениями лиц и дубинками в руках.

«Вообще весело становится. Может, тут и за низкую исполнительность бить принято? Если так, то кадровый голод корпуса становится понятен. Кому хочется терпеть лишние унижения? Хотя есть вероятность, что мои выводы поспешны. Всё-таки слишком мало данных для анализа, — подумал я и, приглядевшись к сержантам, заметил кое-что интересное. — Ого! А у них-то ни колец, ни шевронов. Они егеря? Или просто переодетые в их форму вояки?»

— Вы, курсант, перед тем как задать вопрос, забыли добавить «Ваше благородие», — привлекая к себе внимание, заметил презрительно скривившийся Решёткин, а затем, осмотрев всех бешеным взглядом, закончил: — Я не только старший по званию, но ещё и аристократ! Если хоть одна мразь позволит себе обращаться ко мне без уважения… Изувечу! Всем понятно⁈

«Горячий парень, — пронеслось в голове. — И самомнение у него явно на высоте. Только вот слишком уж сильно рожа кирпича просит. Бросить, что ли?»

— Я не слышу! — рявкнул недовольный барон. — Вам всё понятно⁈

— Так точно! — нестройно и вразнобой ответили мужчины, многие из которых когда-то явно прошли срочную службу.

— Ещё раз! — громко крикнул лейтенант. — Всем понятно⁈

— Так точно! — уже более слаженно рявкнул строй, и на лице молодчика появилось довольное выражение.

— Хорошо, — кивнул он и указал рукой на двоих мужиков: — Ты и ты. Поднимите эту шваль и тащите вместе со всеми.

— Слушаюсь! — не очень-то довольным тоном ответили мужики.

— Семёнов! — продолжил отдавать указания барон. — Веди их наверх. Пусть оставят вещи у тумбочки и рассаживаются в комнате информирования.

— Слушаюсь, Ваше благородие! — отозвался один из сержантов и принялся командовать.

Поднявшись на третий этаж по довольно широкой лестнице, мы оказались во вместительной казарме примерно на две сотни человек. Прямо напротив входа, приложив правую руку к головному убору, стоял застёгнутый на все пуговицы дневальный. Рядом с ним находились тумбочка и дверь, ведущая в санитарный узел.

«Бытовка, две канцелярии, комната информирования и восемь кубриков, — быстро оценил я обстановку, — а также ряды двухъярусных кроватей и поставленных друг на друга тумбочек. Ремонт, конечно, неплохой. Даже, можно сказать, добротный, но на хрена мне такое счастье? Ходить в наряды, мыть полы, тратить время на бесполезную ерунду? Что я, сам не подготовлю своё тело без этого всего? Ладно. Сначала послушаю, о чём лейтенант расскажет, а потом буду делать ноги».

— Сумки сюда! — скомандовал сержант, и я поспешил поставить чемодан с деньгами в самый угол пустующего пространства.

«Если кто-то и решит пошарить по сумкам, то выберет те из них, которые лежат поближе».

Под возгласы ранее прибывших курсантов о прибытии нового мяса я вошёл в комнату информирования и занял место почти в самом конце довольно просторного помещения.

Здесь в два ряда стояли длинные столы с четырёхместными скамьями, присутствовало место для руководителя и небольшая трибуна, а на противоположной стене висел широкоформатный телевизор.

Благодаря присутствию сержантов, никто ко мне пока цепляться не решился, однако я поймал на себе несколько враждебных и обещающих неприятности взглядов. Мужики с моего автобуса явно решили посчитаться со мной чуть позже.

После того как все наконец расселись, в помещение вошёл лейтенант, и команда «Встать! Смирно!» заставила всех подняться на ноги.

— Вольно! Садись! — ответил командир.

«Грёбаная армейская муштра! — вновь с недовольством подумал я, занимая своё место. — Нужно отсюда бежать и решать, как возвращать долг, повешенный на Гордея. У меня есть как минимум два месяца до официального старта обучения. Может, чего и придумаю».

Дождавшись, когда все сядут, барон неторопливо выложил на стол из кожаной папки несколько стопок с документами и стал медленно расхаживать из стороны в сторону.

Выдержав паузу и окинув комнату далёким от радости взглядом, он начал говорить:

— Ну что же, господа курсанты, поздравляю вас с прибытием в центр подготовки имперского корпуса егерей и зачислением в тридцать четвёртую роту обслуживания.

По помещению пролетел какой-то невнятно-недовольный, гул и на ноги вскочил парень чуть старше Гордея.

— Ваше благородие! Позвольте уточнить? — бодро сказал он. — Здесь какая-то ошибка, я прибыл для службы в учебном подразделении! Чтобы стать…

— Я разве разрешал вам говорить? — громко перебил парня вновь разозлившийся аристократ и ударом магического кулака отправил его в недалёкий полёт, заставивший, впрочем, всех тут же заткнуться.

«Как-то резко этот барон действует. Словно не будущий командир подразделения, а какой-то бессмертный идиот. Интересно, а он пули в спину на стрельбах не боится? Или всё дело в молодой крови и болезненном чувстве собственного достоинства?» — подумал я с интересом.

Удостоверившись, что дисциплина восстановлена, лейтенант перевёл взгляд на своих помощников.

— Господа сержанты! Если мне придётся ещё раз восстанавливать дисциплину, то заклинание словите уже вы! Всё понятно⁈

— Так точно! — слаженно гаркнули курсанты.

— Хорошо, — кивнул Решёткин и обратился к ближайшему из младших командиров: — Сержант Семёнов, доведите до этого мяса последовательность действий при обращении к старшему по званию?

— Слушаюсь, Ваше благородие! — вытянулся мужчина. — Во-первых, курсанту необходимо было закрыть рот и внимательно слушать доводимую информацию, чтобы затем не задавать ненужных вопросов. Во-вторых, если он окажется достаточно глуп и что-то не поймёт, то ему нужно встать, представиться и спросить разрешения задать вопрос. К примеру: «Ваше благородие, курсант такой-то. Разрешите обратиться». И, наконец, если ему побудет дозволено, задать свой вопрос.

— Всем всё понятно⁈ — спросил лейтенант, вновь обведя взглядом присутствующих и, остановив его на поднявшемся парне, потирающем грудь, добавил: — Присаживайтесь.

Посчитав, что необходимое эмоциональное состояние коллектива достигнуто, барон ткнул в двух ближайших мужиков, одному протянул стопку листов, второму — пенал с ручками, который перед этим достал из принесённой папки.

— Раздать каждому! — велел он двоим и продолжил говорить: — Сейчас вам выдадут бланки дополнительного соглашения к заключённому в вербовочном пункте договору. Вам необходимо будет с ним ознакомиться, заполнить пустое пространство фамилией и инициалами, поставить сегодняшнюю дату, расписаться и вернуть мне.

«Так вот для чего это представление! — понял я, сложив все кусочки пазла в одно целое. — Своими угрозами, неоправданной жёсткостью и напором он хочет заставить нас подписать нужные документы, чтобы затем сплавить безвольную массу в роту обслуживания учебного процесса. И что придётся делать этим простым мужикам? Ходить в наряды по столовой? Мыть полы? Поддерживать порядок? Жить в казарме с ещё двумя сотнями мужиков несколько лет? А как же разломы и убийство тварей? Это что? Прерогатива местных бояр? Или просто мне повезло прибыть в центр раньше, в тот момент, когда в обеспеченцев пытаются закинуть всех подряд?»

Пока никто не успел задать повисший в воздухе вопрос, Решёткин начал всех забалтывать, словно подписание документа — это обязательная процедура, и их перевод — уже решённое дело.

— Идём дальше по сегодняшнему дню. После того, как информирование будет завершено и все формальности утрясены, вы вместе с сержантами определитесь со спальными местами, оставите там свои вещи и отправитесь на склад — получать обмундирование. Затем вернётесь, переоденетесь, под подпись сдадите старшине сумки и отправитесь в столовую, где вас хорошенько накормят. Что-что, а питание у нас отличное.

Выдержав паузу, барон продолжил:

— Вечером у нас личное время, затем поверка, на которой обязана быть вся рота, а потом умывание и отбой. Те, кто проходил службу в армии, а таких здесь большинство, всё и так знают. Впрочем, непонятные моменты разъяснят сержанты.

Лейтенант сделал паузу, окинул пристальным взглядом тех, кто ничего не пишет, и продолжил:

— Следующая неделя уйдёт у вас на обустройство, ознакомление с территорией, знакомство со структурой, руководящим составом центра и корпуса егерей, а также уставом. Сдав все зачёты, вы наконец начнёте свою службу и станете получать денежное довольствие по повышенному коэффициенту. Семёнов, сколько там у них выходит?

— Порядка трёх тысяч рублей, Ваше благородие! — ответил сержант, и по помещению прокатился одобрительный гул, который, что показательно, никто и не стремился прерывать.

— Вот! — с лёгкой усмешкой ответил маг, посмотрев на переглядывающихся довольных мужиков. — Это не те копейки, которые вы зарабатывали на гражданке. Если экономить и тратить деньги разумно, то через несколько лет и на неплохую квартиру должно хватить. Но и это ещё не всё.

Заметив, что большинство присутствующих обратилось в слух, лейтенант продолжил:

— После года службы в нашем подразделении вы окрепнете, заматереете, осмотритесь по сторонам, и наиболее способные смогут написать рапорт на перевод в роту поддержки. После краткого обучения, получения должности водителя, бойца группы прикрытия или добытчика вы станете получать на порядок больше и сможете претендовать на получение процента с прибыли. Хотя, по моему опыту, многие предпочтут спокойную службу здесь, чем возможность сложить голову там.

Осмотрев присутствующих ещё раз, барон с неохотой заметил:

— Ну а те лица, которые хорошо зарекомендуют себя в поддержке, могут получить предложение о переходе в боевое подразделение и заняться зачисткой разломов в компании хорошо подготовленной звезды из опытных егерей. Что позволит через лет пять, если не сдохнете, сменить седьмой класс на шестой и обзавестись жёлтым камнем на кольце. Но! — повысил голос барон и криво усмехнулся: — Повторюсь. Если вы за это время не сдохнете!

Удовлетворившись рожами тех, кто не горел желанием подыхать, записавшись в корпус егерей, куратор выждал ещё некоторое время и спросил:

— Вопросы?

На ноги встал всё тот же парень, пропустивший заклинание, и твёрдым голосом произнёс:

— Ваше благородие, курсант Рибутов. Разрешите обратиться?

— Видите, Семёнов, — показательно хмыкнул лейтенант, — вы оказались правы. Среди нас нашлись те, кто с первого раза не понимает.

По помещению пробежали смешки, и барон произнёс:

— Так, чтобы не задерживать остальных пустой болтовнёй, попрошу тех, кто заполнил бумаги, положить документы на стол. Затем можете быть свободны. Сержант Павлов, помогите наиболее исполнительным курсантам выбрать себе лучшую койку.

Большая часть присутствующих поспешила покинуть комнату информирования, и в ней остались лишь пять человек.

Обведя нас насмешливым взглядом, барон посмотрел на всё так же стоящего парня и небрежно бросил:

— Ну, и что у вас за вопрос?

— При подписании контракта в вербовочном пункте до моего сведения донесли, что начало учебного года в центре назначено на первое сентября. Что лицам, прибывшим ранее установленного срока, будет предоставлено общежитие, бесплатное питание, а также возможность самостоятельной подготовки к учебному курсу.

— Да? — хмыкнул лейтенант, презрительно скривившись. — А ты, курсант, кто такой? Боярич, выслуживший личное дворянство? Баронет? Граф? А может, и вовсе… князь? Может, тебе ещё и проституток сюда вызвать? Раз кто-то что-то тебе там обещал?

Сержанты и двое оставшихся вместе с нами мужиков после этой немудрёной шутки рассмеялись. Последние поспешили сдать подписанные документы и уйти, а покрасневший от гнева парень сжал кулаки и, набычившись, ответил:

— У меня есть магический дар! И я приехал сюда учиться!

'Есть характер, — с удовлетворением посмотрел я на Рибутова, а поморщившийся лейтенант скомандовал:

— Сержант!

С этими словами подошедший к парню Семёнов зарядил ему в живот и прорычал:

— Ты забыл добавить «Ваше благородие», рядовой!

«Вот! Уже и рядовой, а не курсант», — с усмешкой подумал я.

Оставшиеся в комнате информирования сержанты словно по команде подошли ко мне и третьему парню, оказавшемуся тем самым, который в вагоне-ресторане пытался понравиться моим соседкам.

— А я уже всё! — тут же вскочил он со своего места и, положив документ на стол, вылетел из помещения.

Пока согнувшийся смельчак сжимал кулаки и пытался отдышаться, барон достал из папки какой-то лист и принялся что-то искать.

— Рибутов Александр Иванович. Ага. Слабый магический дар. Диагностирована минус десятая ступень развития. Курсант, ты серьёзно? Ты дуришь мне голову из-за этой мелочи? Да ты хоть знаешь что-нибудь о магии? — не дождавшись ответа, лейтенант продолжил: — Если бы сила твоего дара была хотя бы на уровне минус два и ноль, то тогда можно было бы о чём-то говорить. Слабый маг ранга адепт — это, конечно, не хорошо, но и не так плохо. Шансы на выживание есть. Но минус десять? На что ты вообще рассчитываешь? И зачем развивать такой талант? Сигареты поджигать? Дамам юбки поднимать? Возможно! Но на большее этого огрызка и не хватит.

Не дождавшись ответа, лейтенант перевёл взгляд на меня.

— У тебя тоже какие-то вопросы?

— Так точно, Ваше благородие, — поднявшись, ответил я. — Курсант Ладов. Разрешите обратиться?

— Ну, обращайся, — прищурился лейтенант.

— Ваше благородие, а что будет, если я не подпишу данное дополнительное соглашение? — ответил я максимально почтительно, дабы не дать повода сержантам перевести разговор в плоскость членовредительства.

— Тупые малолетки! — донёсся до меня чей-то хохоток из-за двери. — Решили, что они лучше нас и пойдут учиться! Ну ничего! Сейчас им рога быстро пооткручивают, а потом и мы наддадим! Там тот резкий остался, из автобуса.

Решёткин, услышав этот комментарий, окинул мою щуплую фигуру понимающим взглядом.

— Ладов, ты не похож на крутого бойца. Может, лучше не надо идти на поводу гордыни? Служба в нашей роте очень важна, да и оплачивается неплохо. Вливайся в коллектив, а я замолвлю словечко перед личным составом. Никто тебя и пальцем не тронет. Идёт?

«Только ты покинешь расположение, как обо мне тут же вспомнят. Авторитет хренов», — подумал я и спокойно ответил.

— Никак нет, Ваше благородие.

— И в чём же проблема? На каком основании вы отказываетесь выполнять приказ старшего по званию? — начал давить на меня голосом он.

— Ваше благородие, я подписал договор, по которому меня лишь с первого сентября зачисляют в центр подготовки. Позволю себе заметить, что в учебное подразделение, а никак не в роту обеспечения.

Ощутив опасность, я, уже готовый к схватке и наполнивший тело духовной энергией, отступил в сторону, пропуская удар ноги стоящего поблизости сержанта.

— Ещё раз так сделаешь, — посмотрел ему в глаза я и сказал единственное, что могло на время затормозить конфликт: — И я напишу на тебя рапорт начальнику учебного центра, а затем и заявление в полицию.

— Ты охренел? — рявкнул сжавший кулаки сержант. — Да я тебя!

— Стоять! — скомандовал лейтенант и посмотрел на меня недобрым взглядом: — Угрожать моим сержантам вздумал? Не с того ты службу начинаешь, курсант! Тебе что рапорт, что заявление свернут и в одно место засунут. У нас таких молодых и борзых, которые в первый день пальцы гнут, хватает. Веришь?

— Ваше благородие, — ответил я. — Несмотря на незначительность рапорта, написанного новоявленным курсантом, его обязательно примут, зарегистрируют, изучат и будут вынуждены отреагировать соответствующим образом. С заявлением ситуация сложится аналогично, если не хуже. Ведь полиция — это отдельная структура, наделённая широкими полномочиями. Возможно, на незначительное преступление закроют глаза и уголовное дело не возбудят, однако тень падёт как на самого сержанта, так и на его непосредственное начальство. Высшее руководство не очень-то любит, когда его отвлекают по подобным мелочам.

— Ваше благородие! — воскликнул Семёнов. — Разрешите, я ему рожу начищу⁈

— Семёнов, Попов, действуйте! — вальяжно скомандовал лейтенант, и сержанты рванули ко мне, чтобы тут же пропустить несколько быстрых ударов и разлететься в стороны.

Всё же это крепкие, но совершенно обычные мужики, пытающиеся напасть на владеющего духовной энергией опытного воина, пусть и находящегося в теле худощавого паренька.

— Думаешь, что это сойдёт тебе с рук? — нахмурился барон, останавливая взмахом ещё одного сержанта, попытавшегося броситься на меня, и его руки засветились синим.

— Ваше благородие, они напали на меня первыми. Никакой причины действовать столь агрессивным образом я не давал, — спокойно ответил я. — Мне пришлось защищаться. И у меня даже свидетели имеются.

— Если я захочу, то каждый из них даст нужные показания. Даже Рибутов, — со злостью в голосе заметил лейтенант. — Так что можешь не тешить себя лишними иллюзиями.

— Ваше благородие, — холодным тоном произнёс я, — как и любой другой житель нашей империи, я всегда считал, что главная добродетель аристократа — это его твёрдое и честное слово. Неужели вы хотите сказать, что допускаете столь недостойный поступок со своей стороны?

— Конечно, нет! — растерялся от такой постановки вопроса молодой барон, не желающий публично признавать свое несовершенство. — Но будь уверен, твоя дерзость не останется без ответа. Ты очень пожалеешь о своих словах и поступках!

— Ваше благородие, вы сами разрешили мне задать вопрос. И я его повторяю. Что будет, если я не подпишу дополнительное соглашение? — спросил я и тут же пояснил: — Зачисление в роту обеспечения с последующим возможным переводом в более привилегированное подразделение мне не подходит. Я прибыл на обучение заранее и намерен воспользоваться возможностью бесплатно находиться на территории центра, проживать в одном из общежитий, а также использовать тренировочную базу и многое другое.

— Ты на самом деле считаешь, что кто-то поселит какого-то мальчишку в корпус к аристократам? Да у тебя огромное самомнение! Как, говоришь, твоя фамилия?

— Ладов, Ваше благородие.

Барон, быстро нашедший меня в списке, хохотнул.

— Минус четырнадцатая ступень магического развития? Да ты ещё более одарённый, чем Рибутов! На что ты вообще рассчитываешь? Что убьёшь парочку монстров и станешь невероятно сильным магом? Так для этого нужно закрыть несколько десятков тысяч разломов. Да и то не факт, что всё получится.

Решёткин покачал головой и продолжил:

— Но даже не это самое сложное. Кто, скажи мне на милость, решит взять тебя в звезду? А потом вести в разлом и долго учить? Думаешь, четверым опытным егерям нужен такой слабак, которого вывернет перед первым же трупом? Пародия на мага с минус четырнадцатой ступенью дара? Нет! Поэтому я повторяю тот же вопрос, который задавал Рибутову. Ты кто? Барон? Граф? Князь, имеющий дружину и финансовые ресурсы? А может, владелец серьёзных капиталов? Так тоже нет! На тебе долг в полтора миллиона рублей и услуги целителя.

— Ваше благородие, — ответил я всё тем же тоном, — в вербовочном пункте меня не случайно отправили именно в учебное подразделение. Значит, руководству известно, как решать такие проблемы. К тому же вы сами заметили, что рядовые роты обслуживания в дальнейшем могут рассчитывать на перевод в боевое подразделение. Поэтому я не вижу здесь серьёзных препятствий.

Решёткин некоторое время молчал, внимательно вглядываясь в моё лицо, а потом недоумённым голосом спросил:

— Ты что, считаешь, что я горю от нетерпения лишить тебя возможности стать настоящим егерем? Парень, да мне плевать на тебя! Я вижу, что ты не аристократ и не маг. Твой дар — это лишь недоразумение. А значит, пройти сложную программу курса ты не сможешь. Ведь помимо неё тебе, простому парню, придётся столкнуться с противодействием со стороны влиятельных сыновей множества боярских родов, уже умелых магов, которые не будут рады такому слабому однокурснику. Но одно дело ты. Другое — опытный курсант, отслуживший несколько лет в обслуге и поддержке, которое многое видел и ещё больше знает. Теория которого станет ценным ресурсом для многих.

«Вот! Теперь это немного похоже на правду!» — с удовлетворением подумал я, а барон продолжил:

— Так что единственный шанс выбраться наверх для такого, как ты, это пройти весь путь так же, как и остальные простолюдины. С самого низа. Сначала осмотреться. Понять, что такое корпус, из чего он состоит, какие задачи выполняет, чем рискуют егеря, отправляясь в разломы. Одновременно со службой ты будешь усиленно тренироваться, становиться сильнее и уже через год, посмотрев на потери среди боевых подразделений, поймёшь, что банально не готов. Возможно, потом даже скажешь мне спасибо, что не позволил тебе доблестно умереть.

— Ваше благородие, — сдавленно произнёс поднявшийся на ноги Семёнов, — не выдержит он в учебном подразделении. Я уже достаточно повидал таких наглецов. Считают себя самыми крутыми, пока не столкнутся с первыми трудностями. Не выдержит он давления и сам попросится перевода к нам. Так это чаще всего и бывает.

— А мы уже будем ждать его здесь, — мстительно заметил второй поднявшийся на ноги сержант.

— Ваше благородие! Разрешите обратиться? — неожиданно для всех произнёс всё так же находящийся здесь Рибутов.

— Ну⁈ — нахмурился Решёткин.

— А что с теми курсантами? Которые приезжают в центр первого сентября? Значительная часть из них простолюдины. Они тоже в полном составе идут в роту обеспечения? Или всё же отправляются учиться?

Барон с неохотой ответил:

— Часть из них всё же пытается пройти учебный курс. А парочка, наиболее богатая и имеющая влиятельных родителей, даже завершает обучение, но это исключение из правил.

— Ваше благородие, — подал голос я, — для меня предпочтительнее этот вариант.

— Для меня тоже, — твёрдо добавил Рибутов.

— И куда же вы оба пойдёте⁈ — прищурился Решёткин, едва сдерживая гнев.

— В штаб центра, — по-простому ответил я, устав «благородькать». — Мне известно, где он находится. Обращусь к дежурному с просьбой о помощи.

— Не стоит отвлекать занятых егерей, у них и без вас дел хватает, — покачал головой лейтенант и, поддавшись на мою манипуляцию, начал выписывать нам нужные бумаги.

«Представляю, каких люлей он получит, если мы действительно пойдём в штаб», — мысленно хохотнул я.

— Сначала пойдёте вместе со всеми и получите форму. Потом сержант Власий заведёт вас в общежитие и столовую. Вопросы?

«Ну вот так бы сразу, — подумал я. — А то сразу ненужные вопросы задаёт».

Не дождавшись от нас ни слова, Решёткин добавил:

— Валите отсюда и помните: я буду с нетерпением ждать вашего возвращения.

Когда дверь в комнату информирования открылась, на входе нас уже поджидал десяток мужиков и парней из моего автобуса.

— Можете делать с ним что хотите! Меня здесь нет! — хмыкнул барон, отворачиваясь.

— Тебе конец, малёк! — воскликнул ближайший мужик, дёрнувшись ко мне, но я уже сорвался с места и, сместившись к краю толпы, стал быстро раздавать увесистые удары.

Не прошло и половины минуты, как все противники оказались на полу, а я лишился трети имеющейся у меня духовной энергии.

«Всё же это тело слабо тренировано», — мысленно скривился я, не желая показывать слабость.

— Какого⁈ — зло воскликнул Решёткин. — Вы что, одного малька побить не в состоянии?

— Вас здесь нет, Ваше благородие, — напомнил я барону и, подхватив свой чемодан, обратился к Рибутову: — Что стоишь? Пойдём!

Глава 6

Пристроившись в конце наскоро сформированного строя, мы обошли казарму, прошли по краю достаточно большого плаца, повернули за ним и остановились возле огромного здания, у входной двери которого располагалась красная табличка «Вещевой склад».

— Форму будете получать последними, — бросив на нас неприязненный взгляд, сказал руководивший новобранцами сержант Власий.

— Как вам будет угодно, — ответил я спокойным голосом. — Однако позволю себе заметить, что в таком случае вам придётся терять время и заниматься нами лишь после того, как вернёте остальной личный состав в расположение роты.

— А сами что? Маленькие? Не справитесь? — нахмурился сержант. — Получите обмундирование и свободны.

— Его благородие, лейтенант Решёткин велел вам отвести нас в столовую, а затем передать коменданту общежития. Предполагаю, что он сильно расстроится, обнаружив нас в штабе центра или ином не предназначенном для новобранцев административном здании, — сказал я.

— Ты мне что? Угрожаешь⁈ — рыкнул сержант, пройдя несколько шагов в нашу сторону, но я отметил, что делает он это лишь для проформы, чтобы не терять авторитет у личного состава.

— Господин сержант, — хрипнул кто-то из строя, — разрешите, мы ему голову открутим! Все вместе справимся.

— Чтобы вы потом вместо получения формы одежды в санчасть отправились? — более уверенно рявкнул сержант на новое действующее лицо и вновь перевёл взгляд на меня:

— А ты зря тут пальцы гнёшь, считая себя самым умным и сильным! Лучше бы последовал совету его благородия и подписал все документы! Может, тебе сначала и было бы худо, но потом втянулся бы и понял, что так правильно. Он ведь как лучше хотел! Понимал, что со столь куцыми магическими способностями многого не достигнешь. Но дар — это ещё не так важно. Намного хуже, что у тебя нет ни денег, ни покровителей. А аристократы нашего простого брата в своих учебных подразделениях не жалуют, даже тех, кто несколько лет в центре отработал. Это ж возможность возвыситься, получить четвёртый класс. Стать вровень с голубой кровью. Так что будь готов к ломке, скорому переводу по собственному желанию или вообще похоронам.

Что-либо отвечать на это заявление и как-то оправдываться я не стал, однако слова сержанта на заметку взял.

«Нужно будет обязательно попытать кого-нибудь опытного о местных порядках. Нужно ведь хоть примерно понимать, что меня может ожидать в дальнейшем».

Не дождавшись от меня никакой видимой реакции, Власий покачал головой, затем задумался и, наконец, принял решение:

— Ладно. В чём-то ты прав, проводить с тобой больше времени, чем нужно, мне совершенно не хочется. Поэтому пойдёте в первой пятёрке.

По строю разнёсся недовольный гул, и сержант зло рявкнул:

— Кто-то хочет обсудить мои решения⁈

Мужики замолчали, а Власий довольно хмыкнул:

— Не дёргайтесь раньше времени! Пройдёт месяц-второй с начала обучения, и наши ребята, с большим количеством долгов окажутся там, где им самое место. Ну а мы уж постараемся сделать так, чтобы им служба мёдом не казалась.

Оглядев заулыбавшихся мужиков, Власий скомандовал:

— Вы двое и первая тройка. За мной! Остальные ждут здесь! И пусть только кто-то попробует куда-то свалить! Сначала по голове получит, а затем и три наряда вне очереди!

Склад представлял собой огромное и светлое помещение с высокими трёхметровыми потолками, камерами видеонаблюдения, крепкой стойкой во всю длину дальней стены; на стойке — компьютеры, в стену почему-то встроено четыре небольших телевизора. Вдоль других стен располагались кабинки для переодевания, а в центре стояли два ряда удобных скамеек.

На звук открывшейся двери появилась дородная женщина средних лет с ярким макияжем, которая томным голосом произнесла:

— Сержант Власий! Как я рада вас видеть! Опять своих обеспеченцев привели⁈

— Здравствуйте, Ольга Владимировна, — сухо ответил молодой мужчина, стараясь держать дистанцию. — Как видите. Не в гражданке же им по центру ходить?

Окинув новобранцев досадливым взглядом, женщина заняла одно из четырёх рабочих мест, включила компьютер и спросила:

— Ну? И кто первый?

Оставив свои вещи возле скамейки, я быстро сделал несколько шагов вперёд и, подтолкнув Рибутова в спину, пояснил:

— Только мы не в обеспечение идём, а в учебное подразделение.

Женщина окинула мою щуплую фигуру оценивающим взглядом и со скепсисом в голосе произнесла:

— Уверен? Без подготовки вам там придётся несладко. Многие даже с сильным магическим даром программу не вывозят, — на мгновение она задумалась, а затем легкомысленно махнула пухлой ручкой: — Впрочем, это не моё дело.

Потеряв интерес, Ольга Владимировна стала быстро что-то печать на клавиатуре, а потом произнесла:

— Давай сюда свой пластик.

Едва заметно замешкавшись, я всё же понял, о чём она, и протянул карточку егеря.

«Неужели нас и одевают здесь за свой счёт? — с усмешкой подумал я. — Или это платёжное средство, совмещённое вместе с удостоверением личности? Скорее второе».

Тем временем женщина считала устройством штрихкод, размещённый на обороте карточки, и мои данные тут же высветились на телевизоре, встроенном в стойку.

— Минус четырнадцатая ступень развития дара? — покачала головой Ольга Владимировна. — На что ты вообще рассчитываешь?

Пока она выражала недоумение, из неприметной двери словно по сигналу вышла высокая худощавая женщина с погонами ефрейтора и рулеткой в руке.

Быстро меня измерив, она передала сведения начальнице, которая сравнила их с информацией, переданной вербовщиками, и довольно кивнула.

— Готово. Теперь иди к выдаче. Проверяй наличие по списку и переодевайся. Если что-то не подойдёт, то скажи, поменяют. Там же потом распишешься за получение, — велела прапорщик и перевела взгляд на Рибутова: — Давай пластик! Чего тормозишь⁈

На выдаче, которая оказалась на четвёртом рабочем месте, меня встретила ещё одна женщина, которая принялась передавать мне материальные средства, пришедшие по автоматической ленте. Сверив всё со списком, я подхватил одежду, отнёс её в одну из кабинок и всё перемерил. Обмундирование сидело на мне отлично, имелся даже небольшой запас для роста и ширины плеч.

По результатам посещения вещевого склада я стал счастливым обладателем огромного армейского рюкзака, резиновых тапочек, берец, нескольких трусов и маек, пяти пар носков, двух штанов пятнистого цвета, такого же кителя, свитера, ветровки, берета и зимней куртки с шапкой. В конце мне также выдали несколько десятков различных шевронов, которые легко клеились липучками к обмундированию. К слову, оно было таким же, которое я купил для себя в столице.

Отдав указания новобранцам и назначив среди них старшего, сержант Власий с недовольной миной на лице показал, где находится круглосуточно работающая столовая, а затем отвёл в пятиэтажное общежитие и передал нас вместе с какими-то документами сухощавой, но бойкой старушке.

— Совсем ваш Решёткин мышей не ловит. Сразу двоих обеспеченцев упустил, — недовольным тоном произнесла эта дама и, осмотрев меня с Рибутовым, добавила: — Хотя, думаю, они на учебном курсе долго не задержатся.

— Им это все говорят! — довольным тоном ответил Власий и бросил на меня насмешливый взгляд. — Молодые. Самоуверенные. Кроме слабого дара и гонора ничего и нет. Считают, что маги, и горы им по колено.

— Здесь у нас их быстро в чувство приведут! — пообещала старушка и подняла взгляд: — Может, всё-таки в роту обеспечения вернётесь? Там поспокойней будет. А как втянетесь, поймёте специфику, то и место службы сменить сможете.

— Благодарю, но нет, — вежливо и в то же время твёрдо ответил я. — У нас другие планы.

— Планы у них, — недовольно покачала головой старушка. — Развели демократию! Нам где говорили старшие, там мы и служили! И общежитий никто не давал! Все в казарме ютились и с самого низа пробивались! Ничё, как с окна пару раз выкинут, одежду подожгут, рёбра пересчитают, так вы тут же по-другому заговорите!

Услышанное в очередной раз предостережение меня не испугало, однако задуматься заставило.

«Интересные порядки. Аристократы здесь действительно такие дикие? Или тут в традиции запугивать прибывших раньше времени новичков?»

Отпустив сержанта, Светлана Павлодаровна, как её называл Власий, пошла в сторону небольшой каморки, размещённой у входа, в которой сидела вахтёрша средних лет.

— Маринка, запиши мальчишек в пятьсот первый блок, — сказала старушка и ругнулась в нашу сторону: — А вы не спите! Пластик давайте! Или думаете, мы вас без него в комнаты поселим?

Пока вахтёрша проводила с пропусками какие-то манипуляции, Светлана Павлодаровна спросила:

— Я надеюсь, с правилами внутреннего распорядка ознакомлены?

— Нет, — быстро ответил я и уточнил:— Где мы можем их получить?

— Здесь! — сказала Маринка, не переставая что-то делать в компьютере, и, выложив в небольшое окошко тонкую брошюру, строгим голосом добавила: — Но чтобы завтра до утра вернули!

Забрав правила и свои пластиковые карты, мы двинулись к грузовому лифту, поднялись на безлюдный пятый этаж, и быстро сориентировавшаяся старушка открыла ближайшую дверь, приложив к замку свою карту.

Мы оказались в небольшом блоке, состоящем из двух жилых комнат, а также ванной и туалета.

Сопровождающая посмотрела на нас с сомнением, показала, куда нужно прикладывать карты, и произнесла:

— Уборка раз в неделю. По субботам. Отбой в двадцать три часа. После этого времени крайне советую вести себя тихо, если не хотите, лишиться головы. Еду сюда не тащить, баб не вызывать. Если очень нужно спустить пар, идите в город, там найдётся, кому вам помочь.

— Комната у каждого своя? — уточнил я, заметив, что кроватей в спальных помещениях по две.

Старушка пожевала губы, а потом с сомнением кивнула:

— Народа всё равно мало будет.

— Спасибо за советы, Светлана Павлодаровна, — поспешил я поблагодарить сопровождающую, пока она не передумала. — Нам всё понятно. Остальное узнаем из брошюры.

— Все так говорят, а потом приходится выселять за нарушения, — оставила за собой последнее слово старушка и ушла.

Как только дверь закрылась, Рибутов тут же положил сумку на пол и поспешил протянуть руку:

— Александр. Можно просто Саша.

— Гордей, — ответил я благожелательно. Всё же трудности парень встретил вполне достойно.

— Спасибо, — сказал он. — Думаю, что если бы не ты, они бы всей бандой меня скрутили и заставили всё подписать. А мне в обслугу никак нельзя. Другие планы.

— Понимаю, — кивнул я. — У меня тоже.

— Может, тогда в столовку сходим? — предложил новый сосед — Посмотрим, что за она?

— Нет, не сейчас, — покачал головой я, прислушавшись к себе. — В поезде перекусил, а пока у меня есть дела.

Моя комната представляла собой небольшое прямоугольное помещение с вместительным шкафом, двумя деревянными кроватями, стоящими вдоль стен, а также столом и стулом у окна.

«Жить можно» — констатировал я и принялся, внимательно осматривая помещение.

Следующие несколько часов я потратил на то, чтобы разложить все вещи, подготовить форму, спрятать деньги по нескольким тайникам, изучить туалет, ванную комнату и размещённую в ней стиральную машину, а также ознакомиться с правилами внутреннего распорядка.

Брошюра оказалась очень ценным источником информации, который я впитал, словно губка, и даже сфотографировал себе наиболее полезные страницы, в том числе и детальную схему центра подготовки. Последняя позволила мне получить представление о том, где находятся спортивные городки, а также учебные полигоны, парочка из которых была предназначена для индивидуальных занятий.

«Магазины и аптеки на территории тоже есть, — с удовлетворением подумал я, находя нужные обозначения. — Это хорошо, не придётся бегать в город за мелочами. Но всё же пока повременю с походом. Сначала тренировка».

Оставив в комнате несколько простеньких ловушек, которые позволят понять, был ли кто-то здесь во время моего отсутствия, я отдал брошюру с правилами внутреннего распорядка Рибутову и, отмахнувшись от очередного предложения отпраздновать прибытие, поспешил вниз по лестнице. Предстояло изучить тренировочные площадки и выбрать наиболее подходящую.

Расстояние до каждой из них было приличным, поэтому я решил преодолеть его бегом.

«Заодно проверю, насколько хорошо тело перенесёт нагрузку, да ещё и не в самом удобном для этого дела обмундировании».

Первая площадка разочаровала. Помимо того, что она была окружена проволочным и ничего не скрывающим ограждением, так на ней ещё активно тренировалось несколько подразделений и не менее двух десятков одиночек. Оценив скорость последних, я сделал зарубку в памяти и, продолжив бег, оказался у аналогичного места.

«Хреново, — пронеслось в голове. — На первое время хотелось бы более уединённое место, чтобы не привлекать излишнего внимания к своим тренировкам».

Спустя примерно час бега, когда силы меня почти покинули, оставалось проверить два последних объекта. Особых надежд я не питал, да и уже приметил неплохую площадку чуть в стороне от основных дорог. Однако нужно было закончить, и я продолжил свой путь.

Скоро на месте тренировочной площадки обнаружился высокий деревянный забор, заставивший меня прибавить шаг. Затем у закрытых на замок ворот обнаружился деревянный щит с надписью «Паспорт объекта».

«Неужели удача⁈» — подумал я и, изучив информацию о стройке, понял, что основные работы начнутся здесь лишь в марте следующего года.

Впервые с начала тренировки подал в ноги духовную энергию и, перепрыгнув забор, осмотрелся.

Я стоял перед потрескавшейся асфальтированной беговой дорожкой, щедро усеянной ямами, рытвинами, а где-то и взгорками корней ближайших деревьев. Также метров сто полотна было снято и сложено в две большие кучи.

В центре площадки располагалась уже виденная ранее в других местах полоса препятствий, а также множество различных тренажёров с двух сторон от неё. В дальнем от меня углу огороженной площадки я обнаружил навес, душевую с холодной водой, которой уже давно никто не пользовался, а также фонтанчик для питья.

Душевая и фонтанчик, к счастью, работали, позволив мне утолить жажду и сполоснуть лицо.

«То, что нужно, — решил я довольно. — Посторонних нет. Ближайшие административные корпуса на некотором удалении. К тому же есть вода».

Определившись с местом, я снял берет, положил его на лавочку и продолжил бег. Перед основной тренировкой хотелось хорошенько себя измотать.

Ресурса слабого тела хватило ещё на полчаса быстрого бега, что ожидаемо вызвало во мне холодную ярость.

«Ничтожество! Ну как можно быть настолько слабым⁈»

По телу помимо моей воли прокатилась волна духовной энергии, смывшая усталость, и сразу стало намного легче.

«Дерьмо! Просто отлично! Я теперь и над своими силами контроль теряю. Дожил! Богатырь хренов!»

Отбросив лишние мысли, взялся за отработку комплексов упражнений. Начинал медленно, чтобы не путаться в конечностях, затем, после многократного повторения без ошибок, начал постепенно повышать скорость движений.

Подумал о том, что зря раздражаюсь. Да, тело Гордея было совсем не тем, к которому я давно привык, но оно хотя бы у меня есть. Как и шанс на новую жизнь без непреложных обетов и обязательств. Да и всё не так плохо, как мне кажется. Всё же парень усиленно тренировался долгое время и повышал свою выносливость. Другой на его месте столько бы не пробежал. Успокоив себя подобным образом, я настроился на полноценную работу и, продолжив выполнять упражнения, словно выпал из реального мира, игнорируя упадок сил и боль во всём теле. В себя пришёл лишь в тот момент, когда после очередного подхода опорная нога подогнулась и я упал на асфальт.

«Слабак!» — с раздражением подумал я, ощущая опустошение и отсутствие сил.

Поднявшись усилием воли, снял с себя мокрый от пота китель и такую же майку, напился воды, а затем, усевшись на лавочку в позу лотоса, начал медитировать.

Во внутреннем мире я занялся всё тем же: отработкой комплексов и техник, что в дальнейшем должно будет положительно сказаться на количестве духовной энергии.

Шестьдесят минут в таком положении заменили мне около пяти часов сна и позволили существенно восстановить как физические, так и духовные силы. Правда, жрать при этом захотелось немилосердно. Появилось желание на всей скорости рвануть в столовую, но я себя сдержал и побежал в общежитие. Первым делом необходимо было смыть пот и переодеться.

Расстояние преодолел достаточно бодро и не обращая внимания на недоумённые взгляды попадающихся на глаза людей. Учел на будущее пусть на мнение окружающих мне было откровенно плевать, но и слишком выделяться нельзя.

«Пока что я слишком слаб. Слишком…»

Последняя мысль подняла в груди привычную ярость, и, чтобы успокоиться, я рванул на пятый этаж по лестнице. Где-то на середине пути проснулось чувство опасности, после чего до меня донеслись звуки какой-то потасовки на этаже.

«Новичков подселили? Или это Решётников пришёл пообщаться со мной по-простому?»

Нет на два варианта. Хотя последний и был близок к истине. Оказалось, что моего соседа пинали частично знакомые сержанты, увеличившие своё количество аж до семи человек.

— Что значит ты не знаешь, где он? — донёсся до меня злой голос Семёнова. — А кто тогда знает?

«А вот и возможность сбросить напряжение!» — мелькнула в голове довольная мысль.

— Я!

Мой голос, разнесшийся по пустующему секундой ранее коридору, заставил двух мужиков вздрогнуть и обернуться. Однако сделать они ничего не успели. Рывок вперёд наполненного духовной энергией тела и мощный удар ноги отбросил их на несколько метров назад. Путь в блок оказался свободен, и я тут же ворвался в коридор, чтобы с ходу нанести сильные удары локтями и коленями по троим не успевшим даже среагировать сержантам.

«Ещё большие слабаки, чем я! — пронеслось в голове, и я оказался в комнате Рибутова, который заметил поддержку и сбил с ног стоящего рядом с ним Власия. — Молодец парень. Порадовал».

Семёнову повезло меньше Власия, мой удар в живот отправил его в непродолжительный полёт и чувствительно приложил к стене. Осознав, что помощь соседу больше не нужна, я рванул в коридор, где добил тех сержантов, которые пытались встать на ноги, в том числе и двойку, пытавшуюся войти с коридора.

Ощущая, что духовная энергия вновь на исходе, вернулся в комнату, несколькими оплеухами привёл Семёнова в чувство и, схватив его за шею, подтянул к себе.

— Ещё раз увижу вас здесь, покалечу! Ты понял⁈

Мужчина ещё не совсем пришёл в себя после встречи со стеной, поэтому пришлось выдать ему несколько чувствительных оплеух.

— Я спрашиваю, ты понял?

— Понял! — быстро закивал старший из сержантской братии. — Понял!

— Тогда забирай всех и свободен, — велел я, выбрасывая его в коридор, и спустя минуту на этаже уже никого не было.

— Ты как? — спросил я Александра.

— Жить буду, — поморщился он, прикладывая руку к разбитой губе, и с изумлением осмотрел меня. — Ты откуда такой красивый и благоухающий?

— С тренировки, — отмахнулся я и направился к себе. — Нужно помыться и в столовую сходить. Пойдёшь со мной?

— Нет, — покачал головой парень. — Был уже.

Закинув грязную одежду в стирку, сходил в душ и, надев новый свежий комплект, пошёл в столовую. По пути заметил заинтересованный взгляд вахтёрши.

В столовой отстоял на удивление небольшую очередь у длинной стойки, на которой стояла порционная еда на любой вкус. Затем взял поднос с приборами, забил его мясом, яйцами, салатом и, проследив за действиями других сотрудников центра, протянул свою карточку женщине в конце раздачи.

— С голодного края, что ли? — спросила она, скривив полное лицо с двумя подбородками. — А потом половина еды в отходы пойдёт?

Проигнорировав вопросы, забрал пластик, уселся за свободный стол и с удовольствием съел всё то, что набрал.

Пока насыщался, размышлял о потере большого количества времени из-за необходимости бежать в общежитие и приводить себя в порядок перед столовой.

«Нужно будет организовать временную базу на моей тренировочной площадке, — решил я. — Там и помыться можно, и воды попить, и даже посидеть под навесом. Да и лишний раз бегать по территории центра не хочется. Слишком уж примечательно».

Закончив есть, отнёс пустой поднос с горой посуды к мойке, а затем отправился в аптеку. Для построения крепкого тела понадобится качественный материал, и я, наверное, сдохну, если смогу съесть такое количество еды. Так что биологические добавки и витамины — это наш выбор!

В аптеке провёл около часа, сначала сравнивал названия с теми, которые были в моём мире, потом изучал состав и проводил подсчёты. Помимо базы, на которой будет строиться моё тело, прикупил себе ещё несколько коробок протеиновых батончиков, чтобы приглушать голод сразу после тренировки и медитации.

Расплатившись имеющейся наличкой, быстро отнёс своё богатство на площадку и отправился на разведку в магазин, на выходе из которого встретил уже знакомого водителя автобуса с кольцом егеря седьмого класса на пальце, а также бутылкой водки в руке.

«А вот и мой источник ценной информации», — подумал я, внимательно разглядывая этикетку.

Глава 7

Дождавшись, когда Михалыч отойдёт с прохода, я зашёл в магазин, быстро нашёл выбранную им водку и подхватил небольшую коробку, в которой стояло сразу девять бутылок нужного мне продукта.

«То, что надо!» — подумал я, двигаясь в сторону кассы.

Молодая продавщица посмотрела на юное лицо с лёгким сомнением, но всё же приняла протянутые деньги. Решил расплатиться ими, так как предполагал наличие на карточке запрета на продажу алкоголя несовершеннолетним или ограничение по количеству бутылок. Что-то такое там явно должно быть…

— Извините, девушка, — обратился я, принимая сдачу. — А может, вы знаете, как зовут пожилого водителя, который недавно здесь был? У него на пальце ещё кольцо егеря седьмого класса.

— Ты про Ивана Михайловича, что ли? — спросила она и, переведя взгляд на коробку, нахмурилась. — Ему так много пить нельзя. И так в последнее время зачастил за бутылкой…

— Понял. Учту, — ответил я и, не слушая больше упрёков девушки, вышел на улицу.

Заметить крепкую фигуру неспешно удаляющегося по тротуару егеря особого труда не составило, и уже через некоторое время я пристроился к нему на небольшом удалении.

Через несколько минут, за которые мимо нас проехало около двух десятков заполненных егерями бронированных автомобилей, пожилой мужчина обернулся:

— Ну? И чего ты за мной плетёшься? — неприветливо спросил он, и в глазах мелькнуло узнавание.

— Спасибо вам хочу сказать, — ответил я, чуть приподняв коробку, — за помощь в автобусе.

— Вежливый, значит? — уточнил старик. — Почему тогда сразу не отдал?

— Считаю, что негоже ветерану самому тяжести таскать, — ответил я, не отводя взгляд. — А я молодой. Мне можно.

— Какой я тебе ветеран? — спросил Иван Михайлович, вздёрнув брови. — Простолюдин, кольцо белое, класс всего седьмой. Обычная рабочая лошадка корпуса. Так что руки от подобной «тяжести» не отвалятся.

— Ваша правда, здоровья у вас хватает, — согласился я, вспомнив потасовку в автобусе. — Но такого человека всё же уважить надо.

— Кому? — спросил егерь, прищурившись.

— Мне, — ответил я твёрдо.

Водитель обвёл мою фигуру взглядом.

— Наглец ты, конечно, но что-то в тебе есть. Только не пойму — что.

— Уважение к старшему поколению, их огромному житейскому опыту и знаниям, — ответил я с намёком и мысленно усмехнулся.

«И ведь не соврал, сам таким был. Осознаю, чего стоит по-настоящему знающий человек».

— К опыту, значит? — задумчиво протянул Иван Михайлович и усмехнулся. — А ведь сначала говорил о благодарности.

— Одно другому не мешает, — пожал плечами я. — Но если у вас нет настроения делиться опытом с молодым поколением, то я не буду вам докучать и пойду.

Егерь ещё раз осмотрел меня с ног до головы и спросил:

— Значит, в обслугу ты не пошёл?

— Да, — согласился я.

— Зря! — вдруг разозлился собеседник — Думаешь, что самый умный нашёлся⁈ Что подобные традиции на ровном месте взялись?

— Посчитал, что до начала обучения есть ещё больше двух месяцев. В обслугу смогу записаться в любой момент, а пока было бы неплохо осмотреться, — нейтральным голосом ответил я. — Так что наша встреча является следствием сомнений выраженных множеством не связанных друг с другом лиц. Все они говорят примерно одно и тоже. Вот хотелось бы разобраться в ситуации и понять, чем мне грозит прохождение учебного курса.

— А я тебе, значит, справочное бюро? — более спокойно ответил егерь.

— Опытный ветеран, который своими ценными советами может наставить молодого человека на путь истинный, — сместил акценты я.

— А водку ты зачем принёс? — продолжал допытывать старик. — Купить меня этой мелочью вздумал?

— Как можно! — покачал головой я. — Это лишь проявление уважения с моей стороны. Даже если вы решите меня прогнать, то, надеюсь, что не побрезгуете угощением.

— Ладно, малой, — махнул Иван Михайлович рукой. — Уважение ты имеешь, да и в автобусе меня прикрыл. Так что пойдём ко мне. Расскажу, в какое дерьмо ты вляпался.

Скоро мы оказались перед пятиэтажным зданием, сильно похожим на моё общежитие, и под бухтение вахтёрши, неодобрительно посматривающей на коробку с водкой, поднялись по лестнице на второй этаж.

«Посчитала, что Михалыч привлёк молодого для переноски своего добра», — подумал я с усмешкой.

Блок егеря также ничем не отличался от того, который был у меня с Рибутовым. Такой же небольшой коридорчик с четырьмя дверями. Две вели в туалет и ванную, остальные — в жилые комнаты.

— Ну? Что встал, как гимназистка? — буркнул Иван Михайлович в коридоре. — Штиблеты свои снимай и заходи.

Комната егеря оказалась почти точной копией моей, только кроме кровати стоял холодильник и тумбочка с микроволновкой, а на стене висел телевизор.

— Садись, — махнул хозяин, указывая на одну из двух табуреток, стоящих у стола.

Затем он положил бутылку в морозильник, достал из него такую же, но холодную. Поставил на стол две рюмки, оперативно настрогал нехитрую закуску, от запаха которой у меня выступила слюна, и, присев рядом, накапал нам по пятьдесят грамм.

Выпили. Горло и пищевод с непривычки тут же обожгло, но я подал к пострадавшему месту немного духовной энергии и даже не поморщился.

«Да, Феофан, не то у тебя тело. Не то, — вновь сокрушённо подумал я. — Сейчас бы взять пару бутылочек, закуски побольше и хорошенько посидеть с Михалычем несколько часиков. И отдохнул бы, и много чего интересного узнал, а так только притворяться и приходится».

С одобрением посмотревший на меня егерь сразу налил по второй, затем проследил, как я выпил, и позволил себе закусить тонкой полосочкой сала.

«Великолепно!»

Егерь повторил мои действия и пошёл на третий круг.

«Он меня что? Споить решил? Или тут в традиции три первых рюмки сразу выпивать, чтобы расслабиться и настроиться на разговор?» — с интересом подумал я.

Иван Михайлович посмотрел, как я опрокидываю в себя очередную рюмку, затем пододвинул ко мне тарелку с закуской, словно говоря «не стесняйся» и, опрокинув в себя свою рюмку, произнёс:

— Ну? И что скажешь?

— Больно сало у вас вкусное, — ответил я, вновь подхватывая тонкий ароматный ломтик. — Духмяное, пахучее и явно домашнее. Такого в магазине не купить. Сами солили?

— Гхм, — поперхнулся егерь, сбившись с мысли. — Сам. Сослуживец на пенсию вышел, домик тут неподалёку прикупил и хозяйство завёл. Вот иногда и угощает старого товарища.

— Ну, значит, я точно по адресу, — сказал я и на вопросительный взгляд собутыльника пояснил: — Плохого человека таким вкусным салом не угощают.

Старый егерь некоторое время смотрел на меня и, наконец, произнёс:

— Странный ты парень. Вроде пацан пацаном. Над губой даже следа от усов нет. А ведёшь себя, как взрослый мужик, держишься уверенно, чувствуется в тебе какой-то стержень, да и глаза у тебя интересные. Опасные. Так и тянет кровью.

— Да ну? — удивился я такой оценке. — Разве такое можно ощутить?

— Кто-то может больше, чем простой человек, — ответил пожилой мужчина и покрутил на пальце кольцо егеря, — или, думаешь, я бы стал с любым сопливым пацаном водку пить?

«Если бы ты на самом деле мог видеть, сколько жизней я отнял, то точно не сел бы со мной за один стол», — мысленно усмехнулся я и выразил сомнения в способностях собутыльника.

— Иван Михайлович, не мистифицируйте. Если бы подобные таланты могли появляться у егерей, то об этом давно бы стало известно.

Собеседник рассмеялся.

— Я не о приобретённых способностях говорю, а о житейском опыте. Много я людей опасных повидал. Иной раз смотришь, какой-то мальчишка приехал разлом сложный зачищать. Хоронишь его уже, а он появляется весь такой спокойный и в крови. Смертью от такого сильно разит. От тебя тоже чем-то подобным веет. Странно это. Какой у тебя магический ранг? Адепт? Вой? Гридень? Или, может быть, ярый?

— Меня никто ничему подобному не учил, — покачал головой я, вспоминая жизнь Гордея. — Хотя слабый дар присутствует.

— Точно слабый? — задумался старик. — Может быть, дело в этом? В твоём потенциале?

— Не знаю, — пожал плечами я. — Но слышал, что многие егеря после посещения разломов становятся сильнее, моложе и магически талантливее. Возможно, и у меня что-то подобное откроется?

— Не знаю, — покачал головой Иван Михайлович — На самом деле я таких повидал и не так уж много. Обычно, чтобы появился какой-то видимый эффект, приходится лет пять разломы зачищать. А это, скажу я тебе, не так и просто. Сначала подготовка. Проверка у целителя, отдых, запас продуктов питания, поиск подходящего разлома, сама зачистка, которая простой не бывает. Потом потрошение трупов, извлечение кристаллов и ингредиентов, возвращение, подведение итогов и отдых, чтобы восстановиться для следующей вылазки. А ведь ещё бывают дежурства в спецгруппе и личные проблемы. В общем, походы — это та ещё морока. У нас максимум получалось раза два в неделю сходить. Это если без ранений обходились. А так могли и месяц простаивать.

«И разломы у вас были самого низшего седьмого класса», — понял я и серьёзно ответил: — Спасибо за информацию. Я её хорошенько обдумаю.

— Да тебе бы хорошо в обслугу вернуться, а не ерундой маяться, — сказал Иван Михайлович. — Сам всё на своей шкуре прочувствуешь. Осмотришься в безопасности и поймёшь, надо ли оно тебе вообще.

— Посмотрим. У меня ещё больше двух месяцев на это есть, — уклончиво ответил я. — Лучше подскажите, почему нас обманом втягивают в эту роту обслуживания? И как относиться к множественным предостережениям от посторонних людей? Неужели курс подготовки так сложен?

— А ты сам как думаешь? — с интересом спросил Иван Михайлович, наливая себе полную рюмку. Кажется, ему начинала нравиться наша беседа.

— А что тут думать? — пожал плечами я. — Судя по набранному контингенту, огромным долгам, которые накладывают в вербовочном пункте на новобранцев, у обеспеченцев действительно большой недобор. И таким образом нас пытаются удержать от скорого увольнения. Возможно, в этих целях нам не сразу дают подписывать контракт на службу в роте. Одно дело, когда тебя обещают обучить на прославленного егеря, грозу монстров и защитника человечества, и совсем другое, когда сразу предлагают стать рабочей лошадкой, которая будет тянуть на себе всю бытовуху. Это если отвечать на первый вопрос.

— Отчасти ты прав, но пока ещё не знаешь, что в корпусе постоянно проходят эксперименты. Один из них позволил пройти курс всем желающим и поверь, ничем хорошим это не закончилось. Спустя год из амбициозных слабосилков оставалось хорошо, если десять процентов, часть из которых умерла или стала недееспособными в следующие пять лет.

— Получается, что они сами погибли, пользы не принесли и оставили за собой множество долгов? — уточнил я.

— А ещё лишили корпус большого количества нужного рядового состава, из которого впоследствии выходят отличные бойцы поддержки, добытчики, водители и другие ценные специалисты. Егеря, кстати, тоже. И пусть их процент от общего числа небольшой, но это те люди, которые закрывают множество рутинных разломов, — ответил Иван Михайлович и вновь опрокинул в себя рюмку.

— Вы тоже были из таких? — понял я.

— Да, — кивнул егерь и словно бы ушёл в себя.

— Но ведь мы сейчас говорим про перспективы простого народа? — уточнил я. — У аристократов такого серьёзного отсева нет?

— Есть, но на уровне процентов тридцати. Всё же большинство из них маги, которых готовят с самого детства, а потом и в специализированных гимназиях. Здесь они матереют, набираются опыта, а затем, после окончания контракта, основывают свои компании и зачищают разломы в частном порядке.

— Получается, это выгодный бизнес? — заинтересовался я.

— Достаточно, — согласился Иван Михайлович. — И не менее опасный. Поэтому в этом деле главное — не зарываться. Знать свои силы.

— Понял, — кивнул я — А что насчёт климата в учебных подразделениях? Насколько я понял, наши бояре не любят выскочек из простого народа и постоянно вставляют им палки в колёса. Не хотят плодить будущих конкурентов, которые вполне могут заработать себе на титул?

— Отчасти верно, — поморщился егерь. — С этим иногда пытаются бороться, но мало что получается. Это ведь не чьё-то указание или злой умысел, так исторически сложилось во всём мире. Аристократы занимаются уничтожением монстров, закрывают разломы, а простой мужик сеет рожь, платит налоги, в крайнем случае занимается сбором ингредиентов, поиском полезных ископаемых или другой грязной работой. Так что теперь они оберегают свою делянку и стараются посторонних в неё не пускать.

— А что касается таких опытных мужиков, как ты? Которые отслужили несколько лет в обслуге, освоились, потом, к примеру, в отряде поддержки опыта набрались? К ним тоже предвзятое отношение?

— Да, хотя в моё время всё было как-то попроще, — кивнул Иван Михайлович. — Сейчас таких прессуют сильнее. Всё же в учебных подразделениях в основном молодёжь, а там и боярская спесь, и болезненное чувство собственного достоинства, и опыт старших поколений, которые наказывают молодчикам, чтобы простому люду спуску не давали.

— Понятно. А обойти систему можно? — спросил я. — Ну, к примеру, сдать обязательные зачёты и пойти в разлом? Где-то читал, что есть такая возможность.

Иван Михайлович удивлённо на меня вытаращился.

— Ты что, самоубийца⁈

— Нет, — покачал головой я. — Но ведь если есть возможность стать егерем без противостояния с молодыми бояричами, то почему бы не выбрать этот путь?

— Ну, допустим, сдать зачёты можно, — после небольшой паузы ответил Иван Михайлович. — Это может сделать любой курсант в местной библиотеке.

Заметив мой недоверчивый взгляд, опытный ветеран усмехнулся:

— В центре проходили обучение очень многие наследники боярских родов, с не менее влиятельными родственниками. Пришлось придумать такой способ, который не даст великовозрастным обалдуям без знаний давить на преподавательский состав, а затем неподготовленным лезть в пекло. У многих из них большой потенциал, и обидно терять его из-за глупости.

— Неплохо придумано, — заметил я.

— Да, — кивнул егерь. — Только вот из-за этого появилось некоторое количество идиотов, посчитавших, что обучения по книгам вполне достаточно. Недотёпы не учли тот факт, что лишь опытный преподаватель может научить их правильной классификации разломов, тактике действий при сражении с тем или иным видом монстров, научит порядку извлечения кристаллов и других ценных ингредиентов. Да и устав егерей, чтобы ты знал, очень полезная вещь. Строки в нём написаны кровью. Поверь мне.

«Получается, сильных данная мера сдерживает, а слабых, наоборот, подталкивает», — подумал я, но произнёс другое: — Буду иметь в виду. Начну обучение в центре, а если сильно прижмут, то буду знать о запасном варианте.

— Ну ты и идиот, — всё же покачал головой старый егерь. — Ты хоть одного монстра убил? Думаешь, это так легко, выпустить кишки живому существу? Или считаешь, что работа егеря — это доблестно защищать землю от врагов, а потом ходить по барам с высоко задранным подбородком? Это не так. Кровь, дерьмо, постоянная вонь! Вот твои спутники на ближайшее время.

Не заметив эмоций на моём лице, Иван Михайлович уже разозлился:

— Если так желаешь сдохнуть, то тебе вообще ничего не надо сдавать! Форму получил? Общежитие дали? Значит, твоё удостоверение уже зарегистрировано в системе. Скачиваешь приложение, идентифицируешься, находишь разлом и включаешь поиск местоположения, фотографируешь портал, если его ещё не нашли ранее, и забиваешь его за собой. Всё. После этого можешь идти и умирать!

«А вот об этом я нигде не слышал», — обрадовался я, но вида не показал.

— Нет, Иван Михайлович, такие дела не для меня. Рано мне ещё по разломам шариться. Не готов. Сначала нужно сильнее стать.

«А то меня в этом теле даже самый завалящий монстр перешибёт. Перед собой же стыдно будет».

— Да? — с подозрением посмотрел на меня егерь. — Ну, тогда молодец. Уважаю. Обычно молодёжь пытается доказать, что ко всему готова, а потом мне сообщают об их глупой гибели. Или в детскую ловушку попали, или опасный разлом выбрали, или и то, и другое…

В итоге с Михалычем мы проговорили часов до четырёх ночи. Про себя, прошлое, семью и другие личные моменты он не говорил, а вот сведениями о службе делился щедро и на очень многое открыл мне глаза. В том числе на возможность отслеживать появление новых разломов в приложении и на порядок их бронирования.

Не менее ценными стали переданные контакты отличного знахаря, торгующего целебными зельями и принимающего ингредиенты по достойной цене. А также мастера-оружейника, который вместе с сыновьями держит магазин для егерей. Торгует снарягой, полезными мелочами и, конечно же, холодным оружием. Последнее, как подчеркнул Михалыч, куётся из разломного металла, поэтому и не ломается при первом же ударе.

Поблагодарив старого егеря за мудрость и знания, я пообещал ему иногда заходить с новостями, а сам напитал тело духовной энергией и отправился в своё общежитие. Нужно было забрать мокрые вещи из стиралки, помедитировать и вновь идти на тренировку.

Беседа с опытным егерем говорила о том, что обучение в корпусе лёгким не будет. Даже для меня.

Глава 8

Следующие полтора месяца прошли для меня весьма напряжённо. Я со всей серьёзностью отнёсся к словам опытного егеря, не понаслышке знавшего местные традиции и устои, поэтому включился в работу на износ.

В день я успевал провести три полноценных тренировки. Первый час тратил на повышение выносливости: бегал, выполнял упражнения на многочисленных снарядах, преодолевал достаточно сложную полосу препятствий. Последняя из-за слабости нового тела так просто мне не далась. Да, при наполнении мышц духовной энергией все эти рвы, стены, брёвна, рукоходы, туннели и скалодромы были для меня на один зуб, однако на чистой физике преодолеть даже четверть полосы не удавалось, что сильно меня злило и заставляло заниматься с фанатичным остервенением.

Я знал, что тело — это основа. Чем сильнее будет оно, тем больше духовной энергии я смогу использовать и тем быстрее верну прежнюю, утерянную форму.

После физической нагрузки шёл черёд выполнения комплексов упражнений и забивание нужных рефлексов в мышцы. Пока только тех, которые использовались в рукопашном бою. Покупать саблю или искать учебный вариант на данном этапе я не собирался. Для начала необходимо было усилить мышечный каркас. Иначе я не только полноценно заниматься не смог бы, но и с большой долей вероятности получил бы неприятную травму.

Третий час тренировки я тратил на отработку простейших духовных техник «тарана» и «вихря силы», на которые сделал ставку в противостоянии с монстрами седьмого класса опасности. Старался выполнить их как можно более чисто и с минимальными затратами энергии, что получалось далеко не всегда.

После изматывающих трёхчасовых занятий я быстро принимал холодный душ, выпивал жменю витаминов и биологических добавок, запивал всё это протеином, заедал белковыми батончиками, затем пил не менее литра воды и тратил следующие два часа на медитацию.

Во внутреннем мире, попадать в который становилось с каждым разом всё проще, тоже не сачковал. Монотонно отрабатывал все известные мне техники, которые изрядно успели надоесть ещё в прошлом мире. Несмотря на это, прекращать выполнять их я не собирался. Толк от таких занятий определённо был, и я ощущал это всякий раз после выхода из медитации, которая не только восстанавливала уровень потраченной духовной энергии, но и немного увеличивала её количество. Процент был смехотворный, об этом и говорить не стоит, но даже эти крохи спустя десяток тренировок превращались в «таран силы» или слабый «вихрь».

После окончания медитации организм, оголодавший от нагрузок и ускоренного обмена веществ, вёл меня в столовую, где я под взглядами местных работниц, уже привычных к моему аппетиту, набирал огромный поднос еды, занимал неприметный стол в конце зала и с удовольствием всё съедал. Затем медитировал с десяток минут и вновь шёл на свою базу.

Цикл таких тренировок, который я за день повторял три раза, отбирал все силы, поэтому оставшиеся часы в сутках я предпочитал тратить на крепкий сон, в который проваливался, стоило лишь голове коснуться подушки.

Кстати, в ночное время из-за недостатка света тренировки немного менялись, и я отрабатывал технику «глаза волка», которая помогала не только видеть в темноте, но и противостоять иллюзиям.

После шести дней таких серьёзных нагрузок седьмой, воскресенье, я тратил на то, чтобы поспать часов десять или больше и дать организму возможность восстановиться. Затем посещал библиотеку, изучал рекомендованные Иваном Михайловичем пособия и вопросы, которые попадаются в тестах по различным предметам.

Знания нового мира поглощались мной с удивительной даже для меня самого скоростью. Вероятно, дело в том, что в одном теле сложились способности мозгов молодого человека, который недавно выпустился из гимназии и готовился к поступлению в высшее учебное заведение, а также усидчивость и осознание необходимости тщательного изучения предмета человеком, который осознавал цену ошибки.

Думаю также, что в моем настоящем детстве мне не хватало возможности бесплатно получать важные знания. Денег и времени на обучение в школе у меня тогда просто не было…

Помимо отдыха и учебной деятельности, свой законный выходной я тратил на прогулки по магазинам и аптекам, находящимся на территории центра, а также более тщательное ознакомление с их ассортиментом. И не только из любопытства. Уже на вторую неделю тренировок выданная форма стала жать в плечах, а количество купленных добавок сокращаться. Пришлось оперативно решать этот вопрос. Благо, что деньги благодаря московской банде у меня были.

Был ещё вариант сходить на склад и потребовать себе новое обмундирование, но по здравому размышлению я был вынужден от него отказаться. И так привлекаю к себе внимание ненормированным посещением столовой, огромным аппетитом и быстрым ростом. Повезло ещё что центр, а также прикомандированные к нему дежурные силы корпуса егерей имеют ненормированный рабочий день и функционируют чуть ли не в круглосуточном режиме…

В оставшееся время я изучал окрестности центра, наблюдал за тренировками воинов и магов на других площадках, а также налаживал контакт с соседом, который удивлялся моему постоянному отсутствию в комнате. Пришлось открыть ему глаза на количество проблем, которые настигнут нас с началом нового учебного года, а также посоветовать тратить больше времени на тренировки и брать пример с меня.

К слову, несмотря на серьёзные нагрузки, желания всё бросить и поваляться несколько дней в кровати не появлялось. Втянуться в работу удалось быстро, и усталость вкупе с болью стали вполне привычными явлениями, которые довольно часто преследовали меня в предыдущей молодости, даже ностальгия по давно прошедшим временам накатила.

Правда, в отличие от первой жизни, здесь мой быстрый прогресс поражал и двигался семимильными шагами. К концу июля количество доступной духовной энергии увеличилось чуть ли не в два раза. Это подтверждалось и во внутреннем мире, являющемся визуальным отображением моего состояния. Пламя костра, которое при попадании в Гордея было на уровне колена, теперь доходило мне почти до пояса. Что не только увеличило численность «таранов» и «вихрей», но и позволило тренировать более энергозатратные и сложные техники, как тот же «шаг» или «сокрытие».

Помимо роста духовной силы, мои физические показатели тоже стали улучшаться с каждым днём. Постоянные нагрузки, полезная еда, качественный строительный материал, опыт и синхронизация с сильным духом заставили тело Гордея стремительно расти ввысь и вширь. За прошедшее время я уже трижды менял обмундирование, притом что старался брать китель, штаны и берцы с запасом.

Так что теперь я стал выше примерно на голову, серьёзно раздался в плечах, а также нарастил сухое мясо, перестав казаться тощим недоразумением. Хотя, возможно, в ином теле прогресс был бы куда более существенным. Всё же генетика играет серьёзную роль в формировании тела. Из-за неё я, кстати, до сих пор, имел тонкую талию и ни намёка на волосы на груди. Что, по моему мнению, главным образом указывало на подростковый возраст Гордея…

Этим утром я проснулся позже обычного, ближе к двенадцати часам дня. Не спеша встав, проследовал в туалет, затем в ванную комнату, привёл себя в порядок, оделся и уже собрался отправиться в столовую, как неожиданно зазвонил телефон.

На звук мелодии среагировала память Гордея, и я вспомнил, что после ссоры с родителями он поставил ограничение на все входящие вызовы до конца июля. Видимо, время затворничества закончилось.

— Папа, — прочитал я надпись на экране и решительно поднял телефон.

Ещё в первую неделю после переноса я долго размышлял над тем, как мне стоит вести себя с новоиспечёнными родственниками. И пришёл к выводу, что рвать отношения и отталкивать их было бы неправильно. Всё же часть парня живёт во мне, и она испытывает к родным самые добрые чувства. Кроме того, Роман Павлович и Ксения Алексеевна были неплохими людьми. Приятными, заботливыми, когда нужно — строгими. Они занимались воспитанием своих детей и вырастили их достойными людьми. Поступок Гордея это подтверждает. Ну и терять родственные связи, крепче которых ничего нет, было бы глупо. Такой серьёзный ресурс может быть весьма полезен.

— Гордей? — раздался недоверчивый голос Романа Павловича.

— Привет… папа, — сказал я с небольшой заминкой.

Мне было непривычно называть так кого-то, пусть и человека, хорошо знакомого по новым воспоминаниям.

«Полюбить я их с Ксенией Алексеевной наверняка не смогу, — понял я в первые же секунды разговора. — И было бы странно, случись по-другому. Однако надеюсь, что уважение к ним у меня сохранится и этого будет достаточно!»

— Ну наконец-то! Я уже думал, что ты нас навсегда заблокировал! — раздался облегчённый и радостный голос в трубке, а затем мужчина с лёгким осуждением добавил: — Мама сильно волновалась, что мы никак не могли с тобой связаться. А ещё Лёва твой приходил, потом Семён. Говорили, что ты им в соцсетях не отвечаешь и даже туда не заходишь, так что кое-кто чуть в центр подготовки не уехал. Благо я её остановил и к вербовщикам заглянул. Там со мной вообще разговаривать не хотели, но потом всё же смилостивились, сделали запрос и выяснили, что ты уже давно в Новосибирске.

— Всё правильно. Здесь я. В центре подготовки корпуса. Полтора месяца как. Меня тут встретили, предоставили жильё, питание и денежное довольствие, — сказал я. — Так что с бытовыми вопросами проблем нет. Можешь не переживать. Я ни в чём не нуждаюсь. Всё хорошо.

— Если всё так, то почему раньше запрет на звонки не снял? — мягко попенял отец Гордея. — Мог бы рассказать, успокоить нас, а то мать твоя мне всю плешь выела.

— Не очень приятно слышать о скорой смерти и видеть твоё кислое лицо, — ответил я прямо. — Лучше уж здесь, чем душу себе разъедать.

Помолчали.

— Ладно! Проехали! — прервал паузу Роман Павлович. — Что было, того не изменить. Нужно жить дальше.

— Согласен, — ответил я.

— Так это, — на мгновение смутился мужчина, — может, тогда по видеосвязи созвонимся? Соскучились мы по тебе, и мама с Кирой тоже. Они бы с радостью присоединились к нашему разговору.

— Хорошо, — усмехнулся я. — Тогда собирай их и звоните. Буду ждать.

— Ксюша! — услышал я полный радости крик мужчины, прежде чем нажать отбой.

«Ну вот и хорошо, что так всё сложилось, — подумал я. — Налажу отношения с родственниками, пока они сюда сами не приехали, и заодно покажу им изменившегося Гордея, а то ещё несколько месяцев тренировок — и они не признают в каком-то мужике родного сына».

От мыслей отвлёк зазвонивший телефон, и я поспешил нажать кнопку вызова.

Как и ожидалось, помимо отца Гордея присутствовала и Ксения Алексеевна, которая, увидев родное лицо сына, не выдержала и расплакалась. Спустя пару секунду в кадре показалась любопытная мордашка младшей сестры, которая радостно вскрикнула и принялась скакать по комнате.

— Гордей! Привет! Гордей! Я соскучилась! Смотри, как я могу! Смотришь⁈

— Привет, Кира! Тоже очень рад тебя видеть! Ты так подросла! Совсем большая стала! Надеюсь, не забросила наши занятия и готовишься к гимназии? — сказал я и, выдержав небольшую паузу, добавил: — Мама, перестань, пожалуйста, плакать, иначе я опять буду думать, что ты хоронишь меня раньше времени.

— Нет! Нет! Сынок! Я бы никогда! — стала вытирать выступившие слёзы женщина и проникновенным голосом сказала: — Просто я так по тебе соскучилась и так рада видеть! Ты ведь раньше никогда не покидал дом на такое долгое время! Вот я и распереживалась!

Пока младшая сестра, не слушая никого, радостно скакала по комнате, а мама выплёскивала накопившиеся переживания, Роман Павлович с изумлённым выражением лица наблюдал за изменившимся сыном.

— Гордей! — в порыве чувств вскрикнул он. — Я смотрю, служба в корпусе пошла тебе на пользу. Вроде выпуск из гимназии был всего два месяца назад, а ты вон как изменился!

— Ты же сам служил, — вспомнил я эту часть его биографии. — Знаешь, как оно бывает. А коллектив у нас считай что воинский. Рядовые, сержанты, офицеры. Наряды, утренняя зарядка, изучение уставов, физическая подготовка и прочее. Тут быстро матереешь и учишься отстаивать свои интересы, иначе на шею залезут и будут ножками болтать.

— Видишь, мать! — довольно протянул Роман Павлович, наблюдая за женщиной, которая тоже заметила изменения, произошедшие с сыном. — А ты говорила, что ему там сложно, что обижать будут! Вон, посмотри на молодца! Такого попробуй обидь!

— Гордей, а ты монстров уже видел? Убил кого-нибудь⁈ — с горящими любопытством глазами спросила Кира, отвлекая родителей от ненужных для меня размышлений.

Не сдержавшись, мы с Романом Павловичем рассмеялись, а Ксения Алексеевна тут же зашипела на дочь, которая вмиг вспомнила о правилах поведения и, потупив глазки, села на краешек дивана.

— Да какие там монстры? — решил я спасти малышку и заодно успокоить сердце переживающей за сына женщины. — Я, хоть и нахожусь возле аномалии, но вряд ли ещё скоро их увижу. Не мой профиль.

— Значит, это правда? — спросил подобравшийся Роман Павлович, и я заметил, как глаза его супруги наполнились надеждой.

«Понятно, — с одобрением подумал я, — значит, после зачисления сына в корпус егерей они решили собрать информацию и выяснили, какие карьерные перспективы грозят большинству простолюдинов».

— Ты про то, что нас всех в добровольно-принудительном порядке зачислили в роту обеспечения учебного процесса? — спросил я, решив выбрать путь обмана, чтобы не травмировать Ксению Алексеевну, и, заметив согласный кивок мужчины, добавил: — Правда.

После моих слов из старших родственников паренька словно воздух выпустили. И только тогда я понял, насколько сильно они оба за него переживали, в том числе и старавшийся держаться бодрячком отец.

— Так ты что? Ещё ни одного монстра не убил? — недовольно надула губки сестра — А я уже Лизке и Наташке рассказала, что ты настоящим егерем стал.

— Кира! — шикнула на девочку мама, пытаясь скрыть радость от моего невысокого статуса. — Подожди пока с этими монстрами. Лучше спроси, как у брата дела! Ты же его уже давно не видела!

Но если Ксения Алексеевна быстро пришла в себя, то отец Гордея всё ещё сидел в расслабленной позе, а в его глазах читалось облегчение и одновременно благодарность к высшим силам.

Видимо, мужчина всё это время не находил места, считая себя виноватым в неизвестной болезни, которая вынудила сына завербоваться в корпус, влезть в долги, а потом и отправиться в смертельно опасный Новосибирск.

«Всё же хорошие люди эти Ладовы. Только вот отец зря себя изводит, в жизни часто случается всякое дерьмо, на которое мы не можем никак повлиять. И это ещё хорошо, что Гордею удалось найти выход из ситуации, спасти близкого человека и семью от разорения, — пронеслось в голове. — Да и на такой риск он тоже пошёл осознанно, знал, к чему это всё может привести».

— Как у тебя дела? — отвлекая меня от мыслей, спросила Кира.

— Всё хорошо, — улыбнулся я. — Не жалуюсь.

— А как служба в роте? — уже пришёл в себя Роман Павлович. — Что вообще было после того, как ты из дома уехал? Рассказывай. Нам же интересно.

— Так нечего, — пожал плечами я, прикидывая, какие факты можно раскрыть. — Добрался до столицы. Там по карте егеря купил билет на бронепоезд до Новосибирска, провёл в пути около трёх дней и прыгнул в автобус, который отвёз всех новобранцев в корпус. Город, кстати, не так уж и сильно отличается от тех, что находятся в европейской части страны. Так же ходит общественный транспорт, много праздно шатающихся местных жителей, повсюду скверы и красивые старые дома. Всех отличий, что более узкие окна и намного больше патрулей и людей в военной форме. Это говорю, чтобы мама не волновалась и не думала, что здесь монстры по улицам бегают. Это стереотип такой.

Ксения Алексеевна ещё раз облегчённо выдохнула, а Роман Павлович незаметно показал мне класс и спросил:

— И что дальше?

— А потом нас завели в комнату информирования и дали подписать дополнительные соглашения. Мотивировали переход в роту обеспечения учебного процесса тем, что никому из нас на передовую, в разломы, ехать не придётся. Что будем выполнять рутинные, но необходимые задачи, что-то убирать, переносить, ходить в наряды, ну и одновременно учиться. Занятия с нас никто не снимал. Сержанты, кстати, особо на физической подготовке зверствуют. Вот. За это всё это нам, кстати, обещали неплохое денежное довольствие, говорили, что после года службы, если будет такое желание, можно будет подать рапорт на перевод в подразделение поддержки, а наиболее подготовленным и в боевое крыло егерей.

— А довольствие большое? — спросила мама заинтересованно.

— Достаточное, — уголками губ улыбнулся я, услышав ожидаемый вопрос. — Около трёх с половиной тысяч.

— Ого! — изумилась она. — Это же больше, чем две мои зарплаты!

— Да, — кивнул я. — В корпусе егерей даже мы, рядовой состав, получаем неплохие деньги. А если в будущем отучиться на сержанта, то можно смело ещё тысячу накинуть.

— Ну вот и молодец! — обрадовалась Ксения Алексеевна тому, что сын не хандрит, а с интересом изучает новое окружение, а потом, улыбнувшись, добавила: — Ты у нас теперь богатый жених.

— Это так только кажется, — покачал головой я — Пусть я деньги особо не трачу, так как одежда бесплатная и еда в столовой тоже, но ведь есть ещё огромный долг, который надо как-то отдавать. А без его выплаты меня отсюда не отпустят, найдут способ взыскать.

— Полтора миллиона рублей — большая сумма, — тут же посерьезнел отец. — У тебя есть какие-то мысли о том, как их отдавать?

— Да, — кивнул я и выдал информацию, которую вытянул из Ивана Михайловича. — Я тут выяснил, что за саму службу в корпусе бухгалтерия ежемесячно снимает часть долга в размере трети заработанного мной денежного довольствия. То есть если я получаю три с половиной, то с суммы списывают около тысячи ста шестидесяти шести рублей. За год получается четырнадцать тысяч. С одной стороны — это приятная сумма. С другой, если сравнивать с огромным долгом, всего лишь капля в море. Сто сорок за десять лет.

Заметив, как заиграли желваки на лице Романа Павловича, продолжил:

— Но если расходовать деньги разумно, оставляя на жизнь пятьсот рублей, и откладывать три тысячи, то можно совокупно за год получить пятьдесят. То есть пятьсот тысяч за десять лет. При условии, конечно же, если ничего не менять и плыть по течению, чего я делать не собираюсь.

— Но разве это жизнь? — воскликнула Ксения Алексеевна с болью в голосе. — Тебе учиться надо, жену найти, деток растить, а ты вместо этого будешь на долг кровопийцам-целителям работать!

— Главное, что они спасли отца, — твёрдо ответил я, не желая умалять самопожертвование Гордея, который прекрасно знал, на что идёт. — Мы семья и должны помогать друг другу. Сегодня это сделал я, завтра вы.

— Всё правильно, сынок, — смахнула слёзы женщина. — Просто очень жаль, что ты должен зарывать свой потенциал в землю.

— Ну почему сразу зарывать? — покачал головой я. — Работа в корпусе может послужить неплохим стартом для карьеры.

— Да, — согласился Роман Павлович и, посмотрев мне в глаза, сказал: — Сынок, хочу, чтобы ты знал, мы не оставим тебя один на один с этой проблемой. Надо, дом продадим, в долги влезем, кредит возьмём, дедушку твоего растрясём и что-то придумаем. Послужишь немного в корпусе, осмотришься, и будем думать, как тебя оттуда вытаскивать. В крайнем случае, если ничего не будет получаться, отучишься в роте огневой поддержки, и мы попробуем перевести тебя к нам, на родину. Здесь некоторое время побудешь егерем, закончишь контракт, и найдём подходящую должность в администрации. С таким послужным списком не пропадёшь.

— Спасибо, отец, — сказал я, чтобы поддержать нервничающего мужчину, на лице которого заиграли желваки. — Так и знал, что ты начал просчитывать ситуацию и искать способ мне помочь.

Мужчина чуть выдохнул, а я продолжил:

— Но мне бы хотелось предостеречь тебя от опрометчивых поступков. До конца первого контракта ещё пять лет. За это время может многое измениться. Я могу стать сержантом, найти более безопасную и хлебную должность, так что долг будет уменьшаться намного стремительнее. Так что не смей продавать дом или урезать траты на Киру и Люду. Последней вообще приданое положено, так что не спеши. Хочешь что-то отложить, откладывай. Пусть лежит. Я буду делать так же.

— Хорошо, сынок, — кивнул серьёзный Роман Павлович. — Я тебя услышал.

— Гордей! — взволнованно воскликнула Ксения Алексеевна. — Но ведь в других местах может быть опаснее! Там же тебе придётся встретиться с монстрами!

— Даже если и так! — нахмурился отец. — Мы с тобой мужчину вырастили или испуганного мальчишку? Он егерем стал или бухгалтером⁈ Надо будет, возьмёт оружие в руки и пойдёт этих монстров крошить! Магический дар у него есть! Пусть и слабый!

— Это может быть опасно! — нахмурилась женщина.

— Подождите! — прервал я намечающийся спор. — Хочу заметить, что попросту рисковать собой не собираюсь. В корпусе можно вполне неплохо устроиться в роте добытчиков, это которые заходят в разломы после егерей и выносят всё ценное. Это и безопасная работа, и довольно ценная. За процент от заработанного. Но, — посмотрел я на Ксению Алексеевну, — если придётся взяться за оружие для своей защиты, я это сделаю. Всё же отец прав, я служу не в гимназии для благородных девиц, иногда тут может быть опасно, но я буду осторожен. К тому же до такого перевода мне ещё как минимум год в роте обеспечения служить.

— Видишь, мать! — довольно сказал Роман Павлович — А я тебе что говорил⁈ Он у нас молодец! На рожон лезть не будет, но, если понадобится ударить, медлить не станет!

— Стараюсь, — состроил я смущённое выражение лица и решил перевести тему: — Лучше расскажите, как у вас дела? Как на работе? Люда давно звонила?

С соскучившимися по сыну родителями мы проговорили ещё часа полтора. Времени если и было жаль, то совсем немного. Всё же семья Гордея оказалась неплохой. Мне понравилась. Думаю, что сработаемся.

От них я выяснил, что Роман Павлович вернулся к работе и спешно закрывает долги, которые набрала семья за время его болезни. Ксения Алексеевна продолжает работать в гимназии и скоро выходит из отпуска, чтобы начать подготовку к новому учебному году. А у сестёр всё без изменений, лишь младшая ленится читать.

Перед окончанием разговора попросил родственников звонить мне только по воскресеньям, так как график учёбы и службы довольно напряжённый и, мол, за звонки можно существенно отгрести от начальства.

Завершив общение, отправился сначала в столовую, а затем в один из магазинов. Сегодня у меня была запланирована поездка в оружейную лавку, поэтому появилась необходимость закупиться новой гражданской одеждой, потому как из старой я уже вырос. Конечно, можно было поехать и в форме, большинство так и делали, однако мне не хотелось привлекать к себе внимание патрулей и старших по чину или званию, да и убегать в случае чего в такой одежде будет гораздо сподручнее.

Глава 9

Погода сегодня была пасмурной. Небо заволокли серые тучи, а в воздухе витал свежий запах земли и воды после закончившегося не так давно дождя. Выйдя на крыльцо общежития, я с удовольствием вдохнул приятный аромат полной грудью, а активировавшаяся память Гордея подсказала, что у местных есть для него название — петрикор.

«Вот нечего делать этим грекам было», — хмыкнул я, неспешно двигаясь на выход с территории центра.

За время воскресных блужданий я не только нашёл семь контрольно-пропускных пунктов, но и определил те из них, неподалёку от которых есть автобусные остановки. Конечно, у меня были деньги для того, чтобы воспользоваться услугами такси, благо тратил я не так много, как мог бы, однако мне хотелось не только доехать из одной точки в другую, но и посмотреть на местных жителей вблизи. Понять, о чём они думают и говорят, чтобы начать вписываться в этот новый для себя мир. Всё же слишком много времени было уделено тренировкам.

То, что план по изучению аборигенов под угрозой срыва, я понял в тот момент, когда приблизился к заполненной людьми остановке и мне на глаза попалась пара переговаривающихся красивых девушек. Они были одеты в короткие эффектные платья, чёрные кожаные курточки, а их стройные и длинные ножки подчёркивались открытыми босоножками на высоком каблуке.

Вокруг девушек водили хороводы трое парней с белыми камнями егерей седьмого класса, которые вызывающе посматривали на других представителей мужского пола.

«Так, Феофан! — попытался я успокоить разбушевавшееся воображение. — Держи себя в руках. Знакомство с симпатичными девушками не входит в твои планы! По крайней мере, не сейчас, вечером можно, — сделал себе небольшую поблажку я. — Сегодня же кровь из носу нужно приобрести нормальную саблю! Чтобы следующий месяц тренироваться с оружием и отрабатывать новые для этого тела комплексы. Мышечный каркас уже достаточно укреплён для таких нагрузок, так что откладывать не стоит».

Монотонное повторение доводов, вынудивших меня отправиться сегодня в город, помогло снизить напряжение, охватившее нижнюю часть тела, и отвлекло от разглядывания ладных фигурок незнакомок. Вероятнее всего, именно то, что я их усердно игнорировал, и выделило меня из толпы.

Почувствовав на себе долгие и пристальные девичьи взгляды, я не сумел справиться с искушением и, чуть повернув голову, оценил красавиц.

«Хороши, чертовки!» — резюмировал я, задержав внимание на стройных ножках и внушительных декольте незнакомок.

При этом одна из них потупила взор и отвернулась, а вот вторая смотрела в глаза с вызовом и лёгкой усмешкой на лице.

В этот момент к остановке подъехал автобус-гармошка и я, разорвав взгляд, одним из первых вошёл в центральную дверь, чтобы встать в свободном от пассажиров месте. А затем повернулся спиной к стеклу и прикрыл рюкзак от возможных посягательств воришек. Всё же, готовясь к поездке в оружейную лавку, я достал деньги из всех имеющихся тайников. Иван Михайлович предупреждал, что цены на такой товар отнюдь не малы.

Данный манёвр позволил мне не только занять удобный наблюдательный пункт, но и заметить, как дерзкая девушка почему-то пошла вслед за мной, а не к ближайшей передней двери, и потянула за собой свою скромную подругу. Чем вызвала недовольное ворчание у тройки крутившихся поблизости парней.

«Интересно, а они кто? — всё же подумал я о красавицах. — Курсантки, прибывшие на обучение? Служащие центра? Или новосибирские дамы, которые желают поближе познакомиться с защитниками человечества, а то и женить на себе одного из них?»

Пока я размышлял над этим, девушки, старательно не глядя на меня, прошли мимо и уселись на свободные места, которые позволили мне без труда любоваться их выдающимися формами.

Однако не успели двери автобуса закрыться, как вид на красавиц мне перекрыла тройка давешних егерей с белыми камнями на кольцах.

— У тебя какие-то проблемы? — лениво спросил один из них и, сцепив руки в замок, стал неторопливо хрустеть суставами. Видимо, это представление нужно было для того, чтобы я обязательно заметил кольцо егеря на его пальце.

— Язык проглотил⁈ — угрожающе спросил второй, когда автобус начал движение. — Отвечай, когда с тобой егерь седьмого класса разговаривает!

Не удостоив говорившего взглядом, я посмотрел первому в глаза и спросил:

— Что тебе надо?

— Ого! — поразился центральный и с нарочитым удивлением оглянулся на друзей: — Пацаны, вы посмотрите на этого дерзкого молодца. Кто-нибудь из вас видел такую наглую обслугу⁈ Его что? Ещё никто послушанию не учил⁈

Не дождавшись ответа, он продолжил:

— Мальчик, а ты, случаем, ничего не перепутал? Не видишь, с кем разговариваешь? Не знаешь, как к старшим по классу обращаться? Может, нам твоё симпатичное личико подправить? Чтобы корпус егерей своим бабским видом не позорил?

— Артём! — раздался недовольный голос одной из девушек, той, которая выглядела более скромно. — Ну чего ты к нему пристал⁈ Опять за старое⁈

— А пусть он свои глаза на чужих девушек не поднимает, — ответил центральный с довольной усмешкой и хотел ещё что-то добавить, но красавица его перебила.

— Я не твоя девушка! И не стоит меня позорить перед людьми подобными словами. Так что отойди от него.

Лицо Артёма на несколько секунд исказилось злобой, а потом он взял себя в руки и насмешливо ответил:

— Это уже неважно. Обслуга пошла слишком наглая, и ей нужно преподать урок. А то борзеет выше меры. Устав не чтит и не знает, как нужно обращаться к егерям седьмого класса.

— Да не, — решил вмешаться в развлечение третий парень. — Просто он от страха не знает, что и сказать.

— Так и будешь молчать? — с угрозой спросил Артём. — Может, тебя такого скромного из автобуса выбросить? Чтобы место не занимал? Как считаешь?

— Мне неинтересно с вами болтать, — ответил я спокойным тоном. — Да и претензии ваши откровенно смехотворны. Так что сказать на них мне нечего.

— А извиниться за то, что пялился на наших девушек, не хочешь⁈ — напрягся второй. — Считаешь, что тебе позволено так себя вести?

— Во-первых, уверен, что да, — усмехнулся я. — Более того, дамы очень красивые, и было бы хамством это не отметить. Во-вторых, одна из них заметила, что она свободная девушка и не скована ни с кем отношениями. Ну и в-третьих, мне больше понравилась её подруга. Так что вообще не могу понять сути претензий.

— Алеся⁈ — взорвался второй. — Это моя девушка! Да я тебя сейчас…

— Эй! Мальчики! — насмешливо протянула обсуждаемая красотка. — Перестаньте нас позорить. Мы вас третий раз в жизни видим. Так что не упоминайте наши имена в своих разговорах и отстаньте от человека.

— Значит, эта сопля тебе больше понравилась? — взорвался второй, повернувшись к Алесе. — Этот простак из обслуги, который испортит портки, увидев первого же монстра? Да на что он вообще способен⁈

Этот громкий возглас второго привлек к нам взгляды многих пассажиров, и далеко не все были доброжелательными. А от одного лысеющего небитого мужичка и вовсе веяло какой-то опасностью, что позволило мне определить в нём отставного опытного егеря, такого, как Иван Михайлович.

«Новые знакомства в подобной среде мне не помешают», — довольно подумал я и, нахмурившись, произнёс: — Слышишь, ты! Неуч! Не тебе обсуждать необходимость и полезность тех или иных подразделений корпуса. Если роты обслуживания до сих пор функционируют, значит, они кому-то и для чего-то нужны. А кроме того, из них вышло большое количество опытных бойцов поддержки и отличных полноценных егерей, которые знают свою работу куда лучше тебя! Так что захлопни пасть и не смей их оскорблять! Тебе понятно⁈

Резкий переход от равнодушия к эмоциональной речи заставил тройку оторопеть, да и мой вид был угрожающим, всё же я оказался выше их примерно на полголовы и гораздо шире в плечах.

— Молодец! Хорошо сказал! — поддержал меня тот самый мужик, от которого веяло опасностью. — Мальчишки сходили по одному разу в разлом, теперь считают себя егерями и смеют оскорблять достойных людей.

— Слышь, мужик! Закрой рот, пока тебе его не зашили! — тут же разозлился Артём.

Видимо, слова незнакомца про разовое посещение разлома оказалось недалёким от истины.

— И не лезь не в своё дело! — поддержал старшего второй.

— А вы, щеглы, меня не пугайте, — ответил мужик и едва не плюнул на пол. — Стыдно на вас смотреть! Егерями называетесь и к людям пристаёте! Если уж и ведёте себя, как падаль, то хоть кольца снимайте и корпус не позорьте!

— Дядя, не нарывайся, — рыкнул третий, и на его руке появилось заметное обычным взглядом призрачное свечение, заставившее некоторое количество пассажиров отпрянуть в стороны. — А то мы тебя вместе с этим из автобуса выбросим.

— Ты давай ещё боевое заклинание в общественном транспорте используй! — разозлился мужчина и встал на ноги. — Тогда вообще позора не оберёмся.

В этот момент автобус начал притормаживать, подъезжая к следующей остановке, и парни перевели свои взгляды на меня, а на руке Артёма появился огонь, и он с усмешкой спросил:

— Сам выйдешь или тебе помочь?

Автобус остановился, двери начали открываться, и моё давно наполненное духовной энергией тело сделало три быстрых удара, отчего глаза противников стали закатываться. Не дожидаясь, когда они опустятся на пол, я с лёгкостью выбросил их отдохнуть на траву. Благо остановились мы весьма удачно, и никто через центральную дверь не заходил.

— Что у вас происходит? — спустя несколько мгновений раздался строгий голос водителя в динамиках.

— Всё нормально, — достаточно громко сказал так и не присевший назад мужчина, на пальце которого сверкнуло кольцо с жёлтым камнем. — Бузотёров выбросили, чтобы общественный порядок не нарушали.

Водитель обратил внимание на шестой класс мужика, понятливо кивнул, и автобус продолжил движение, а егерь неспешно подошёл ко мне:

— Лихо ты их. Боксёр, что ли?

— Можно и так сказать, — ответил я, вспомнив о местном виде единоборств, которое очень уважал дед Гордея.

— Понятно. Ну, давай знакомиться. Пётр Макарович Сизин, — протянул мужчина мне руку. — Некогда егерь шестого класса, а ныне ветеран и, можно сказать, гражданский человек.

— Гордей Ладов, — ответил я на крепкое рукопожатие. — Будущий курсант учебного центра.

— Так ты не из обслуги? — приподнял бровь чуть удивлённый мужчина. — А я думал, что ты так за честь роты встал перед псевдоегерями.

— Предлагали, но мне захотелось пройти учебный курс, — ответил я и, предвосхищая предостережения, добавил: — Знаю, что будет тяжело. Уже общался с опытными людьми. Вот меня обида за них и взяла. Столько прошли. С самого низа себе место выгрызали. А эти молодчики считают, что они им ровня.

В глазах бывшего егеря зажглось одобрение, а я тем временем продолжил:

— А вообще я здесь арену боевых действий устраивать не собирался, эти уроды сами захотели кулаки почесать и так просто бы не отстали. Так что, надеюсь, сегодняшнее фиаско заставит их задуматься и поумерить амбиции.

— Считаешь, поможет? — усмехнулся мужчина и покачал головой. — Вряд ли. Я таких много видал. Вместо того, чтобы показывать удаль в разломах, они делают это в городе и обычно плохо заканчивают.

— Если продолжат прыгать на первых встречных, то действительно долго не проживут, — хохотнул я. — Представляю, что было бы, попробуй они выяснять отношения с вами.

— Интересный ты парень, многое замечаешь. И слова твои про егерей из простого люда мне по нраву пришлись, сам такой, — сказал собеседник и, достав кошелёк, вынул из него визитку.

«Пётр Макарович Сизин — главный специалист службы оценки материальных средств управления тыла имперского корпуса егерей», — прочитал я, а на обратной стороне увидел напечатанные номера телефонов. Два служебных и один мобильный.

— А говорите, гражданский человек, — заметил я с лёгким укором.

— Самый что ни на есть! — хохотнул мужчина. — Просто после ухода на пенсию меня попросили на некоторое время задержаться. Вот уже лет пять как не могу уйти.

— Спасибо, Пётр Макарович, — ответил я, с нарочитой аккуратностью вкладывая визитку в свой кошелёк. — Польщён знакомством с вами.

— Да перестань! — отмахнулся он, явно довольный моими словами. — Простой служащий, коих у нас целый отдел.

— Обычного человека так надолго не оставляют после пенсии. Да ещё и егеря шестого класса, — покачал головой я и улыбнулся. — Вот наглецы удивятся, если в скором времени посетят разлом, а потом столкнутся с вами по службе.

— Ну, я в такие мелочи обычно не лезу, но для них сделаю исключение. Даже любопытно узнать, сколько они продержатся, — усмешкой ответил мне Пётр Макарович. — Я ведь, как уже говорил, сам через роту обеспечения прошёл, потом несколько лет оператором тяжёлого вооружения служил, затем в егеря подался и долгий десяток лет в разломы ходил. После пары ранений ушёл в добытчики, а оттуда уже в управление перетянули.

— Получается, вы чуть ли не на всех уровнях в корпусе послужили, — уважительно заметил я. — Всю работу знаете. Все добросовестные бригады добытчиков и наиболее честных оценщиков. Да с вами дружить надо, а не воевать.

— Молодец. Вижу, понимаешь, в чём настоящая сила, — хохотнул Пётр Макарович и, посмотрев в окно, добавил: — Ладно. Приятно было познакомиться, но мне уже нужно идти. Я буду следить за твоими успехами. Если что-то не будет получаться, то звони, постараюсь помочь с переводом в подразделение поддержки. Всё! Удачи!

— Спасибо. До свидания, — успел сказать я прежде, чем дверь закрылась и автобус двинулся дальше.

«Вот это я удачно прокатился, — мысленно потёр руки я. — Очень полезное знакомство. Пригодится после того, как я наконец начну ходить в разломы. Тут и вопрос с правильной оценкой добытого можно решить, и с быстрым списанием Гордеева долга».

— Извини, — от размышлений меня отвлёк тихий взволнованный голос подруги Алеси. — Спасибо, что оградил нас от тех идиотов, но, боюсь, в связи с этим у тебя могут возникнуть серьёзные проблемы. Артём этого так просто не оставит и будет искать возможность посчитаться.

— Спасибо за предупреждение, — сказал я с улыбкой. — Буду иметь в виду.

— Не стоит его недооценивать, — покачала головой недовольная моим легкомысленным отношением девушка. — Сёмушкин происходит из весьма богатой и влиятельной купеческой семьи. В своё время они породнились с одарёнными, поэтому и маг он неслабый. Сильный адепт, а скоро планирует сдавать зачёт на ранг воя. Просто ты застал их врасплох. Они явно не ожидали столь быстрого и жёсткого отпора.

— Думаю, что у меня есть, чем ещё их удивить, — ответил я и добавил: — Кстати, меня Гордей зовут, а вас?

— Елена, — тихо сказала девушка, но её перебила подошедшая подруга.

— Гордей? — переспросила она и с интересом, замаскированным под вызов, посмотрела мне в глаза. — Что ж, это имя подходит такому высокомерному красавчику, который едет на обычном автобусе, а держит себя так, словно мы летим в его личном самолёте.

«Ух, какая горячая!» — восхитился я колкой красоткой, затем максимально показательно осмотрел её роскошную фигуру с ног до головы, задержал внимание на глубоком декольте, подал тело вперёд и, поднеся губы к её ушку, проникновенно произнёс:

— При взгляде на тебя в моей голове возникают всякие грязные мысли.

Отстранившись, почувствовал лёгкое головокружение как от самого флирта, так и от великолепного запаха, исходящего от тела молодой ухоженной женщины.

Вместо ответа Алеся облизала пересохшие губы и, глядя мне в глаза, хрипловатым голосом медленно произнесла:

— Какой интересный типаж.

— Вы что тут, флиртуете⁈ — недовольно прошипела Елена и перевела взгляд на меня: — Ты вообще отбитый? Думаешь, я тебя просто так о Сёмушкине предупреждаю⁈ Да он от тебя одни угольки оставит!

— Когда я смотрю на Алесю, то у меня все мысли только о ней, — ответил я, не отрывая взгляда от глаз девушки, и она довольно улыбнулась.

— Да вы больные на голову! — шикнула Елена и, развернувшись на каблуках, пошла к оставленному месту, а Алеся тем временем машинально прикусила пухлую губку, и я понял, что, будь она одна, без подруги, то мы бы вполне могли отправиться сейчас в ближайшую гостиницу, поэтому вновь подался к ушку и произнёс:

— Четвёртое общежитие, блок пятьсот один, комната «А». У себя бываю после двадцати трёх.

Глаза Алеси удивлённо распахнулись, и она покачала головой, ошеломлённая моей наглостью:

— Имя Гордей подходит тебе даже больше, чем я изначально полагала.

Остановив мои слова поднятым пальчиком, она о чём-то задумалась, а затем хитро улыбнулась, поманила меня к себе, положила руку на шею и, почти касаясь губами шеи, прошептала:

— Общежитие восемнадцать, блок триста семь, комната «А». Будет открыта два часа с десяти вечера. Сумеешь пройти мимо церберов-вахтёрш на первом этаже, которые вылавливают всех нарушителей, получишь награду.

Напоследок коснувшись влажным горячим язычком моей шеи, девушка развернулась и, довольная собой, пошла к подруге, а я почувствовал, как по моему телу прошла горячая волна, точнее, целое цунами!

«Ну и штучка! — с удовлетворением думал я оттого, что понимание женщин, несмотря на переселение в альтернативный мир, всё ещё со мной. — Так! Сейчас в оружейную лавку и быстро назад! До двадцати нулей должен со всем справиться и вернуться в центр!»

Проехав ещё несколько остановок, я кивком попрощался с хихикающими девушками и вышел из автобуса. Потом через некоторое время пересел на другой и очень скоро оказался перед двухэтажным кирпичным зданием с мощной железной дверью, табличка над которой гласила: «Оружейная лавка господина Сушко».

Глава 10

Пройдя через железную дверь, я оказался в довольно просторном торговом помещении, две стены которого были плотно увешаны разнообразным огнестрельным и холодным оружием. Доступ к нему преграждала Г-образная торговая стойка с толстой столешницей и двое крепких мужчин за ней в белых рубашках с короткими рукавами.

В настоящее время они были заняты работой. Тот, что постарше, с жёлтым кольцом на пальце, демонстрировал невысокому егерю с рублёными чертами лица недорогие добротные мечи. А второй красочно описывал двум богато одетым парням с перстнями, указывающими на принадлежность к боярским родам, перспективы применения в разломах пистолетов-пулемётов.

Ожидая своей очереди, я решил обратить внимание на противоположный стойке угол торгового помещения, в котором находилась экспозиция экипировки егерей, а также стеклянные витрины с различными полезными мелочами, необходимыми в длительных и не очень походах в разломы.

«В общем-то, логично, — подумал я. — Мало какой объект седьмого класса можно закрыть за пару часов, чаще на это уходит часов семь, за это время можно успеть проголодаться, что чревато упадком сил. К тому же ещё есть и такие разломы, которые не выпускают егерей до окончания зачистки. В таких походах вовсе нужно создавать полноценный лагерь. По-другому никак».

Пробежав взглядом по спиртовкам, различным сухим пайкам, а также контейнерам и специальным мешкам, необходимым для сбора ингредиентов, сконцентрировал внимание на тройке манекенов и обмундированию на них. Один тип спецодежды был совсем простым и не отличался от полученного в корпусе егерей. Второй — более серьёзный, имел ткань получше и наколенники с налокотниками из пластмассы. А вот третий, наиболее понравившийся мне комплект, был не только пошит из очень плотного материала тёмно-зелёного цвета, но ещё имел толстые кожаные вставки на груди, животе, спине, а также локтях и коленях.

«Дополнительная защита наверняка сделана из какого-то особого монстра, вряд ли её так просто пробьёшь, — изучал я неизвестный материал, а затем перевёл взгляд на крепкие чёрные берцы с толстой подошвой, имеющие металлические вставки на носках и пятках. — Тоже неплохая вещь, если нужно кого-то хорошенько приложить».

Затем я перевёл взгляд на дополнительный обвес экипировки, состоящий из кожаного жилета на завязках, наручей, поножей, а также шлема и перчаток. Последние были довольно тонкими, но плотными и имели на костяшках металлические вставки, усиливающие удар.

'Удобная защита для рук и пальцев — это очень хорошо, убережёт от неприятных ран. Ведь не для красоты же они здесь? — подумал я и, переведя взгляд на ценник, понял, что угадал.

Стоил данный девайс почти две тысячи рублей, что заставило меня мысленно поморщиться.

«Дороговато выходит. Если здесь столько стоит защитная экипировка, то во сколько обойдётся холодное оружие? Смогу ли я вообще купить себе что-нибудь нормальное за имеющуюся у меня сумму?»

Ещё раз осмотрев комплект обмундирования, цена на который начиналась с девяти тысяч и доходила до двадцати трёх, я решил, что обязательно когда-нибудь его приобрету. Но не сейчас. После того, как стану чуть состоятельнее и перестану быстро расти и набирать вес.

«Смысл тратить огромные деньги, если через месяц эта форма перестанет на меня налезать? — подумал я. — Так что пока обойдусь стандартным обмундированием центра. Оно, конечно, не такое защищённое, однако тоже весьма удобно и функционально».

Отойдя от стойки с экипировкой, подошёл к витрине с целебными зельями, мазями и порошками и тут же ощутил на себе чей-то насмешливый взгляд.

«Всё-таки интересно, а как я вообще могу ощущать нечто подобное? Это дар Гордея? Эволюция моей духовной силы? Или способность, приобретённая после единения с родом Морозовых? Раньше я мог смутно ощутить угрозу, опасность или чей-то неприязненный взгляд. Теперь же иной раз вместе с чужим взором я словно бы чувствую направленные на себя эмоции. Весьма полезное приобретение, с какой стороны ни посмотри».

— Вот мне интересно, — нарочито громко протянул один из парней. — Какой смысл соваться в разломы, если не имеешь дара и не умеешь сражаться? Неужели кто-то считает, что немного усиленная на экипировке защита, а также лечебные зелья помогут против монстров? Даже самых слабых?

«Это что? Опять у местной золотой молодёжи кулаки чешутся? — с лёгким раздражением подумал я, ощущая, как на мне сходится несколько взглядов. — Что за люди⁈ Даже в магазине не дают нормально закупиться! Обязательно им нужно кого-то унизить и возвыситься за чужой счёт. И почему Гордей почти никогда с таким не сталкивался, а я вижу постоянно? Не обращал внимания? Или перед началом курса подготовки в Новосибирск приезжает множество юнцов, не умеющих держать себя в руках⁈ Эх, давно я всё-таки был молодым! Даже забыл о таком пренебрежении бояр к простым людям. Ко мне-то они в большинстве случаев относились с некоторым уважением, даже имеющие высокие магические ранги или входящие в золотые и серебряные рода. Шутить с сильным бойцом было себе дороже».

Пока я размышлял, в дело вступил молодой продавец, который своим уверенным тоном пожелал увести разговор от моей персоны, снизить накал страстей и не допустить ненужного лавке конфликта.

— Представленное в торговом зале обмундирование предназначено для обеспечения потребностей опытных егерей. Оно сделано из прочнейшей ткани и элементов брони некоторых монстров. Кожаная защита, на первый взгляд, может казаться лёгкой и бесполезной, однако это не так. Известны случаи, когда она не позволяла нашему клиенту получить неприятную рану в корпус или сохраняла конечность. Так что, ваше сиятельство, я бы посоветовал приобрести подобный комплект и вам. Перед практикой, конечно же.

«Ага. Понятно. Значит, я оказался прав. До начала обучения в центре осталось около месяца, и в город стали прибывать молодые аристократы с высоким самомнением. Кстати, а 'ваше сиятельство» это обращение к кому? Что нам говорит память Гордея? Вроде изначально эти слова использовали лишь по отношению к князьям. Потом император дозволил именовать так немногочисленных герцогов и маркизов, прибывших из-за границы и сумевших вписаться в местное общество. Точнее, это касалось тех больших и весьма богатых родов, в которых имелись сильные маги, полезные для страны. Остальных же, менее влиятельных, приравняли к графам. Так к ним, виконтам, баронам и простым бояричам, получившим личное дворянство, обращаются «ваше благородие». Вроде всё помню правильно. Тогда кто же наш молодой посетитель? Князь, герцог или маркиз? Что-то мне подсказывает, что никто из них, слишком молод. Возможно, княжич? Или маркиз? Это же титул всех детей герцогов? Как у них тут всё запутанно! Голову сломать можно.

Пока я размышлял над личностью своего очередного недоброжелателя, второй из парней произнёс:

— Защита действительно лишней не будет. Особенно если идти в разлом вдолгую. Мало ли с кем там столкнёшься и сколько времени проведёшь. Любое преимущество в такой ситуации будет за благо.

— Возможно, — согласился недоброжелатель и посмотрел на меня. — Но ведь полагаться только на неё, не имея других достоинств, было бы весьма глупо. Как считаешь?

— В этом ты непременно прав, — неприятно хохотнул второй, и на мне скрестилось два взгляда. — Некоторым лучше вовсе не ходить в разломы, чтобы не стать случайной жертвой слабого монстра.

— Ваше сиятельство, — заметил молодой продавец осторожно, — с одной стороны, вы правы. Без магии и умения сражаться холодным оружием в разломах делать нечего. С другой, мне известно как минимум о пяти звёздах егерей, которые, не имея особых талантов в данных областях, добиваются успеха, действуя лишь огнестрелом и изредка помогая себе палашами. Ну и, конечно, соответствующей защитой они тоже не пренебрегают.

— И что они могут заработать, действуя подобным образом? — с недоумением спросил недоброжелатель. — Автоматы и пистолеты обязательно должны быть из разломного металла, а они стоят достаточно дорого для простых егерей. Боеприпасы к ним, которых для зачистки разлома требуется немало, являются ещё более технологичной продукцией и стоят ещё дороже. Хотите сказать, что игра стоит свеч?

— Если знать вид монстра, его сильные и слабые стороны, примерное число тварей и уметь их истреблять, то почему нет? — пожал плечами продавец. — Пусть эти звёзды действуют не столь эффективно, как маги, но количество разломов седьмого класса они всё же сокращают и зарабатывают неплохие для простолюдинов деньги. К тому же не всё меряется лишь достатком: оказаться среди тех, кто носит кольцо с белым или жёлтым камнем, само по себе почётно и накладывает на носителя многочисленные льготы. Кроме того, некоторые из них могут приобрести дополнительные способности или стать несколько моложе.

— Возможно, — покачал головой задумчивый недоброжелатель. — Им ведь только такие слабые разломы закрывать и остаётся, с другими они вряд ли справятся.

— Зато мы не будем тратить время на мелочёвку, а сможем сконцентрироваться на по-настоящему сложных разломах шестого и пятого класса, — смело заявил второй парень, и я успел заметить скептическое выражение, проявившееся на лице третьего покупателя, который был егерем шестого класса и понимал, что ждёт наивных мечтателей в разломах.

— Может быть, — задумчиво заметил недоброжелатель, а его товарищ поспешил сменить тему.

— А как у вас с холодным оружием? В первую очередь нам советовали эту лавку именно из-за него.

— У нас большой выбор, ваше благородие, — быстро ответил молодой продавец. — Есть обычные клинки, учебные, а также выкованные мастерами из разломного металла, который великолепно проводит магическую энергию.

«Значит, через такое оружие можно проводить силу? Я, конечно, это подозревал, но приятно получать подтверждение своим мыслям, — подумал я довольно, продолжая при этом рассматривать пробирки с лечебными зельями. — Значит, и с моими духовными силами проблем быть не должно. Всё же я пришёл по адресу».

В этот момент второй продавец, который был постарше, закончил расчёт с егерем, проводил его до выхода, попрощался, а затем подошёл ко мне и произнёс:

— Добрый день. Меня зовут Александр. Чем я могу вам помочь?

— Здравствуйте, — кивнул я мужчине, на пальце которого светилось кольцо с камнем жёлтого цвета. — Мне нужна сабля из разломного железа. С общей длиной до метра и массой около девятисот грамм.

— Сабля⁈ — вновь громко хохотнул недоброжелатель, услышав мой заказ. — Кто их вообще для боя покупает? Шашка! Вот оружие настоящего бойца и мага. Это ещё офицеры и казаки в девятнадцатом веке на поле боя доказали! Хотя что с простого люда взять? Начитаются старых романов и считают саблю великим оружием!

Я данное восклицание проигнорировал, мой спутник тоже, а вот его младший товарищ стал что-то быстро говорить, доказывая, что у каждого оружия есть свои плюсы и минусы.

— К примеру? Парадные, что ли? — хохотнул недоброжелатель. — Давно я не видел того, кто хорошо сражался бы саблей. Только если мастера старых школ, тренирующиеся долгие годы. Ещё бы шпагу себе попросил!

— У нас есть, — тут же нашёлся молодой продавец. — Продемонстрировать вам интересные образцы?

Тем временем Александр вернулся за стойку, окинул меня пристальным взглядом, что-то прикинул в уме, осмотрел висящее на стене богатство, а затем всё же уточнил:

— Вам действительно нужна именно сабля? Не шашка, палаш или меч?

Заданные вопросы заставили молодых аристократов переглянуться и захохотать, а я напряг доставшуюся от Гордея память, в которой было откровенно мало данных про шашки и палаши.

— А что? С этим есть какие-то проблемы?

— Конечно, есть! — вновь подал голос недоброжелатель. — Кто сейчас вообще с саблями в разлом ходит⁈

Парень явно скучал, не знал, чем себя занять, и сейчас развлекался за мой счёт.

— Его сиятельство прав, — нейтральным тоном произнёс Александр и, заметив вопросительно приподнятую бровь, принялся пояснять: — В основном егеря в разломы берут мечи. Их у нас большое количество. Есть одноручные, полуторные и двуручные, в общем, на любую руку и вкус. Они представлены здесь. Тут палаши, — указал он на почти те же мечи, только с развитой гардой, хорошо защищающей руку.

— А вот здесь, — добавил Александр показав на следующий участок стены, — располагаются шашки.

— Вот! Нормальное оружие! — воскликнул второй парень, привлекая внимание к себе. — Мне как раз такое и надо.

«Ну не знаю. По мне, так это та же сабля, но с меньшим изгибом клинка и не то что без гарды, но даже без простейшей крестовины. Почему так? Ведь рука с оружием — это одна из приоритетных целей противника! Или всё дело в том, что егеря сражаются в основном с безмозглыми монстрами, которых удобнее шинковать лёгким и коротким, а значит, более удобным и скоростным оружием? Возможно, так. Да и обучиться сражаться шашкой наверняка проще».

— Я бы хотел всё-таки оценить сабли, — вежливо, но твёрдо настоял я. — Они же у вас имеются?

— Да, — кивнул Александр, — но должен предупредить, что это специфическое колюще-режущее оружие, довольно сложное в освоении. Понадобится не один год, чтобы научиться хорошо им сражаться.

— К тому же достаточно дорогое, — вновь влез со своими рассуждениями недоброжелатель. — Как минимум потому, что в настоящее время оно является парадным. Только вот недотёпе это вряд ли понятно.

— Ваше сиятельство, — спокойным тоном обратился Александр к говоруну. — Я попрошу вас отказаться от колких выражений в адрес посетителей нашей оружейной лавки. Здесь добротное оружие закупают егеря и те лица, которые стремятся ими стать. Не стоит на ровном месте заводить недоброжелателей.

— Я маркиз Тищев! — с явно слышимой насмешкой произнёс парень. — Кто из присутствующих рискнёт стать моим недоброжелателем? Ты? Егерь шестого класса? Или, может, этот простак? Я смотрю, вы тут в Новосибирске совсем от рук отбились! Забыли, как с благородными господами разговаривать⁈

«Маркиз. Угадал», — подумал я, довольный собой.

— Титул и вереница прославленных предков — это, бесспорно, хорошо. Однако вблизи аномалии больше ценится личная сила, доблесть в бою и уважительное отношение к собратьям-егерям. В том числе и тем, которые служат в подразделениях поддержки. Придёт время, и они, возможно, спасут вашу жизнь или вынесут раненого из разлома, — спокойно произнёс Александр.

— Вынесут. Как же. Скорее это нам придётся их спасать, — пришёл на помощь маркизу второй парень и перевёл взгляд на меня. — Значит, это ты нас из разлома выносить собрался? Чего молчишь?

Вдруг очень сильно захотелось сорваться с места. Одним движением выбить ублюдку кадык, а затем наблюдать, как он мочится и сучит ножками, как в глазах его друга разгорается страх и ужас. Представив эту приятную картину, я привычным усилием воли взял себя в руки. Если бы мне пришлось убивать всякого высокородного придурка, попадающегося на пути, то их поголовье серьёзно сократилось бы, а меня рано или поздно вычислили и убили. Легко это сделают сейчас, пока я не знаю местных реалий и не успел набрать силу.

Понимая это, я решил соблюдать принятые нормы приличия и произнёс:

— Ваше благородие, ко мне никто не обращался. Поэтому я и не отвечал.

— Ну, в общем-то, правильно, — хмыкнул маркиз и, прищурив глаза, уточнил: — Так что? Ты вынесешь нас с поля боя? Или бросишь гнить⁈

— Не могу знать, ваше сиятельство, — ответил я. — Перед тем, как отвечать на подобный вопрос мне необходимо пройти обучение в центре подготовки, поступить на службу и ознакомиться с обязанностями.

— Вот видишь, егерь, — хохотнул маркиз и осуждающим тоном добавил: — А ты говорил, что он вытащит меня с поля боя. Нет. Не сможет. Он ведь даже обучение не прошёл.

— Зато уже за разломным оружием пришёл, — осуждающим тоном добавил его спутник. — Да ещё и за саблей. Ты хоть работать ей умеешь? Знаешь, как это сложно?

Сначала у меня было желание ответить отрицательно, чтобы поскорее уйти от ненужных расспросов и, наконец, перейти к делу. Но затем в голову пришла очень интересная идея. Рискованная, не без этого. Зато она, если реализуется, поможет мне обзавестись оружием и наказать этих наглецов, ну или хотя бы одного из них.

Именно поэтому я выдержал небольшую паузу и слегка неуверенным тоном ответил:

— Да…

— Точно⁈ — с напускной строгостью спросил маркиз. — Не врёшь мне?

— Нет, — быстро покачал головой я и, выудив давнишнее воспоминание из детства Гордея, добавил: — Меня покойный прадед учил. А потом я уже сам тренировался, повторяя выученные движения.

Все присутствующие, кроме Александра, улыбнулись, а маркиз скептическим тоном уточнил:

— Хочешь сказать, что он научил тебя работать с саблей?

— Ну, он меня тренировал примерно до шести лет, а потом я уже сам занимался, — гордым тоном деревенского дурачка, уверенного в своих силах, ответил я и, желая проверить поклёвку, добавил: — Он говорил, что сабля — это лучшее холодное оружие! Поэтому я за ней и пришёл.

— Какое? Сабля⁈ — возмущённо спросил спутник маркиза. — Твой дед вообще хоть что-то в оружии понимает?

— Да! — кивнул я и чуть набычился. — Он говорил, что с саблей я любого противника смогу победить! И я ему верю!

Присутствующие вновь улыбнулись, а я спросил у продавца:

— Александр, вы покажете мне имеющиеся у вас образцы?

— А вы уверены, что вам нужно именно это? — к его чести, егерь попытался меня отговорить. — Думаю, я мог бы подобрать вам удобный палаш или шашку, которые намного лучше подходят не самым опытным бойцам, да и стоят несколько дешевле.

Я замер, словно раздумывая, а затем покачал головой и уверенным тоном произнёс:

— Нет, Александр, давайте всё же остановимся на сабле.

Мужчина кивнул и скрылся в подсобном помещении.

— А мне покажи вот эту вот шашку, — велел спутник маркиза второму продавцу. — Мне тоже нужно подобрать себе что-то удобное по руке.

— Парень, — с покровительственными нотками обратился ко мне Тищев, — ну не нужно тебе такое оружие. Понимаю, что слушать наставления старших родственников правильно, однако сабля — это действительно сложное в освоении оружие. Зачем ты занимаешься глупостями? Думаешь, барон Сухов просто так выбирает себе именно шашку? Войны не раз доказали, где хорошее, но устаревшее оружие, а за каким клинком будущее.

— Благодарю за разъяснение, ваше сиятельство, — действительно удивился его совету я, но от идеи обзавестись клинком на халяву не отказался. — Для начала хотел бы всё же посмотреть сабли. Я ведь ехал сюда именно за ними. Возможно, они здесь не так и плохи? Неужели та короткая шашка, которую держит в руках барон Сухов, будет эффективнее?

— Да, — кивнул маркиз, которого вдруг захватил наш разговор. — Сабля слишком длинная, неудобная, тяжёлая и, соответственно, медленная. Бойцы с более лёгким оружием выходят победителями из схваток в большинстве случаев.

Сухов, услышав это объяснение, осуждающе покачал головой и, посмотрев на клинок выбранной шашки, добавил:

— Есть идиоты, которые не слушают мудрых советов и готовы учиться лишь на собственных ошибках. Не стоит даже тратить на них своё время.

Я вновь нарочито хмуро посмотрел на него, показывая, словно сам нарываюсь на трёпку, и в этот момент вернулся Александр всего с тремя саблями.

Одну из них я тут же забраковал из-за излишней кривизны клинка. Вторую за украшения и различные вензеля. А вот третья неожиданно понравилась. Она была довольно проста. В потёртых стальных ножнах с двумя кольцами, с привычной для меня кривизной клинка и Р-образной дужкой, переходящей в крестовину, которая защищала руку.

«Простое и надёжное оружие войны», — подумал я.

Взявшись за покрытую поперечными желобками рукоятку из какой-то кости, я тут же удостоился смешков от маркиза и барона, а затем с лёгкостью достал из ножен изогнутый стальной клинок. Внимательно осмотрел лезвие и расширенное остриё, утяжеление которого позволяло сделать рубящий удар более сильным.

— Это оружие тебе идеально подходит, — прокомментировал барон мой выбор. — Такое же, как и ты! Нет, ну что за человек? Даже саблю нормальную выбрать не может!

— Увесистая, — играя простофилю, сказал я, чем вызвал новый взрыв смеха аристократов, и попробовал подать немного духовной энергии, которая тут же была принята саблей.

«Отлично, — мысленно обрадовался я, — то, что надо».

— Увесистая? И это всё, что может сказать любитель сабель? — продолжил изгаляться Сухов.

Я пожал плечами и, не желая показывать интерес к данному оружию, взял второй клинок, тот, что был в украшениях, а Тищев со скептическим выражением лица спросил:

— И где вы раздобыли такое старьё? Я ведь прав? Это не новодел?

Александр ответил:

— Приобрели, ваше сиятельство. Иногда наследники погибших егерей приносят нам их оружие, и мы продаём его дешевле, чем клинки, произведённые нашими мастерами. Всё же оно уже бывало в боях.

— Значит, эта сабля будет стоить дешевле, чем то, что находится на витрине? — спросил я, потрясывая украшенными ножнами.

— Ты посмотри, сколько на ней позолоты! — вновь воскликнул разошедшийся барон. — Это парадная сабля! Разве она может стоить дёшево⁈ Да и к тому же в ней на грамм двести-триста больше разломного металла.

— Всё верно, — вновь попытался выступить громоотводом Александр. — Эта сабля достаточно дорогая.

— И сколько? — изображая волнение, спросил я.

— Конкретно эта? — задумался мужчина и, достав из-за прилавка какую-то книгу, стал быстро листать страницы одну за одной, а потом добавил: — Она будет стоить сорок пять тысяч.

— Сколько⁈ — не сдержал удивления я и вновь заставил аристократов расхохотаться.

«Действительно многовато. Неужели я сегодня уйду без оружия⁈ — подумал я с досадой, которую не скрывал. — Или тот клинок, что попроще, и стоить будет на порядок меньше?»

— А что ты думал? — расхохотался Сухов — Разломное оружие и дёшево⁈ Так не бывает!

— Эта сабля будет подешевле, — произнёс Александр указав на понравившийся мне образец. — Она и попроще, и без украшений, и уже бывшая в употреблении. Так что обойдётся в тридцать тысяч.

«Ну, это по-божески, — с облегчением подумал я. — Правда, после покупки у меня останется около двух тысяч, но до первого похода в разлом должно хватить. Или мне всё же удастся развести барона на поединок? Вроде он и сам не против показать глупому простолюдину с саблей его место».

— У него хоть есть эти деньги⁈ — приподнял бровь барон и скептически посмотрел на меня.

— А у вас? Ваше благородие? — вновь набычился я.

— Да ты?.. — возмутился Сухов моему вопросу.

— Господа! — повысил голос Александр. — Попрошу без конфликтов! Тем более с оружием нашей лавки!

— С ним или без, но я преподам этому наглецу урок хороших манер! — нахмурился барон.

— С шашкой! — ответил я и грозно потряс саблей. — Вы говорили, что ваше оружие лучше! Что сабля ни на что не годится! Но это не так! И я могу продемонстрировать, что не случайно был лучшим в нашей гимназии!

— Что⁈ — поперхнулся барон заготовленными словами, а маркиз рассмеялся:

— Это становится интересно. Лучший в классе, значит?

— Молодой человек, — произнёс Александр, начиная всё же закипать. — Возьмите шашку. Её и освоить быстрее, и стоит она дешевле. Для вас это будет лучший выбор. Всего двадцать три тысячи.

— Деньги у меня есть, — ответил я продавцу уверенным тоном и недовольно посмотрел на барона. — А с саблей я справлюсь с любым противником, особенно с тем, у которого в руках короткая шашка!

Аристократы аж поперхнулись от такого заявления, и маркиз голосом, не предвещающим ничего хорошего, произнёс:

— Так уж и с любым?

— Да, — преувеличено серьёзно ответил я. — С учебной саблей я всех друзей выигрывал! А вот шашкой мне сражаться неудобно.

— Тебя за язык никто не тянул, — довольно констатировал маркиз и посмотрел на барона: — Преподашь ему несколько уроков?

— Это будет не совсем честно, — покачал головой я. — Ведь я тренировался раньше, а его благородие только сейчас собирается купить оружие. Вероятно, такого у него ещё не было.

Александр как-то подозрительно посмотрел на меня, словно заподозрил в какой-то игре, а вот закусивший удила Сухов зло сказал:

— Да как ты смеешь! Бестолочь! Да я тебя⁈ Я с детства тренируюсь! А сюда приехал подобрать себе рабочий клинок из разломного железа! Считаешь саблю лучшим оружием⁈ Так сейчас я покажу, чего стоит шашка в руках опытного бойца!

— Ваше благородие! — повысил голос Александр. — Молодой человек не знает, о чём говорит! Разве барону уместно скрещивать оружие с простолюдином?

— В учебном поединке? — приподнял бровь маркиз. — Почему нет? К тому же молодой человек только что был уверен в своём превосходстве и оскорбил нас с бароном своими заявлениями.

Я сделал растерянный вид. Затем посмотрел на саблю в руках и уверенно кивнул:

— Прадед тоже обучал меня с самого детства! И я никого не оскорблял! Просто уверен в своих силах!

— Нет, ну это ни в какие ворота не лезет! Да как он смеет нас сравнивать⁈ — взорвался взбешённый моими словами барон и посмотрел на продавцов: — Покажите, где у вас тренировочный полигон! Я сейчас покажу этому наглецу!

— День перестаёт быть скучным! — довольно рассмеялся маркиз, потом перевёл взгляд на меня и сказал: — Но простой бой — это неинтересно. Сколько ты говорил, у тебя есть денег?

«Да! — довольно подумал я, глядя на загоревшиеся алчным огнём глаза барона. — Получилось. А я уже думал, что нужно будет этот вариант самому предлагать. Теперь главное, чтобы Александр на дыбы не встал».

— Тридцать тысяч, — постарался я сделать голос растерянным. — А что⁈

— А то, что вам обоим нужно оружие. Вы уверены в своих силах и хотите провести бой, чтобы определить правого! Так пусть проигравший купит клинок победителю. Это будет справедливо. Как тебе это условие? Разве плохо получить саблю бесплатно⁈

— Господа⁈ Я не могу допустить подобного. Это будет… — вновь подал голос Александр и, чуть замявшись, добавил: — Не совсем правильно. Молодой человек просто не знает, что творит!

— Он оскорбил меня, выразил сомнение в моём умении сражаться! — недовольно заметил Сухов. — Здесь или в другом месте, но я преподам ему урок.

— К тому же шашка стоит дешевле сабли, — заметил Тищев насмешливо. — Даже если молодой человек проиграет, то без денег мы его не оставим.

— Но клинки принадлежат моей оружейной лавке, — заметил Александр хмуро. — Как…

— Если вы разрешите провести учебный бой этим оружием, то я сделаю большой заказ. Скажем, тысяч на четыреста, — произнёс маркиз. — Дружину необходимо перевооружить в соответствии с местными реалиями и мне не принципиально, где именно покупать оружие, а ваше качество меня устраивает. Так что?

Александр поднял на меня вопросительный взгляд:

— Вы действительно готовы сразиться с его благородием в учебном поединке? В случае проигрыша придётся уйти из лавки без оружия и большого количества денег.

Я собрался, словно бросаюсь в прорубь, и резко ответил:

— Готов!

Сухов и Тищев довольно переглянулись, а Александр непонимающе покачал головой:

— Раз все выражают согласие, то кто я такой, чтобы этому противиться?

Сказав это, он посмотрел на второго продавца и добавил:

— Кирилл, принеси чистые листы и ручку. Оформим учебный поединок, условия его проведения, количество схваток и прочее. Раз наша лавка проводит столь необычное мероприятие, то всё должно быть проведено по высшему разряду. Ещё не забудь два лечебных зелья и мазь.

Отдав указания, мужчина поднял взгляд на маркиза:

— Надеюсь, ваше сиятельство окажет нам честь и выступит поручителем данного мероприятия? Гарантом соблюдения условий всеми заинтересованными сторонами? Да? Тогда, господа, прошу ваши карты егерей.

Когда договор был подготовлен и подписан всеми, а я продемонстрировал имеющуюся в рюкзаке сумму наличности, вся компания переместилась на вместительный задний двор оружейной лавки.

Тищев и Александр определили, что сражаться мы с бароном будем до двух побед. А сам бой, дабы избежать жертв, будет идти до первой крови. После команды «Стоп» спаррингующие обязаны остановиться и отступить. Затем раненый использует лечебное зелье, проводится вторая схватка. Если итогом окажется ничья, то будет проведён и третий бой.

Сняв рюкзак и наброшенную на плечи рубашку, я, чтобы не пугать барона раньше времени, сделал пару простецких размахиваний саблей, чем вызвал переглядывание аристократов и осуждение в глазах Александра.

«Так, вес и габариты клинка почувствовал. Отличное оружие, — подумал удовлетворённо. — Плохо, конечно, что я не знаю возможностей противника и это тело не тренировано использовать клинки. Но буду надеяться на духовную энергию, свой большой опыт и на то, что уже успел пообвыкнуться в этом теле и неплохо его контролирую».

— Готовы? — спросил Александр, заметив, что я перестал размахивать оружием, и, получив наше согласие, скомандовал:

— Бой!

Барон тут же стремительно рванул ко мне, намереваясь закончить первую схватку как можно скорее. Однако я, накачанный духовной энергией, прекрасно видел все его не такие уж и стремительные движения. Поэтому начал действовать по придуманному несколькими минутами назад сценарию.

Состроив испуганное выражение лица, сделал словно бы неуклюжий шаг назад, запнулся и, будто пытаясь удержать равновесие, махнул оружием.

В следующую секунду произошло несколько вещей. Я сел на пятую точку. То место, где ещё недавно находилась моя грудь, распорол клинок шашки. А остриё сабли словно бы случайно прошлось по руке Сухова, нанося ему неглубокую рану.

— Стоп! — скомандовал Александр, с подозрением посмотрев на меня. — Кровь у барона! Первая победа Ладова!

— Ты чего, дружище⁈ — воскликнул удивлённый маркиз. — Ещё одно ранение — и ты потеряешь тридцать тысяч!

— Да сам не понимаю! — горячо воскликнул барон, выпивая малое лечебное зелье. — Он в последний момент поскользнулся!

— Видел! — хохотнул Тищев и посмотрел на меня. — Если ты и дальше будешь так сражаться, то я не поверю, что сабля — это лучшее оружие!

— Это случайность, — состроил я смущённое выражение лица и сменил его на решительное. — Сейчас я покажу, как надо атаковать!

— Ну-ну, — покачал головой маркиз.

Затем мы с взбешённым Суховым вновь приготовились к бою, и Александр спросил:

— Готовы?

Дождавшись кивков, он скомандовал:

— Бой!

Второй раз я так уж сильно придуриваться не стал. Неуклюже приблизился к барону и провёл серию быстрых ударов. Кривых и косых, конечно же, но достаточно стремительных. Мне хотелось показать, что кое-что я всё же умею. Не совсем безнадёжен.

— Ладов, а ты удивляешь! — воскликнул маркиз довольно и даже похлопал в ладоши. — Всё же какая-то база у тебя есть. Не совсем привычная, сомнительная, но хоть такая!

Барон, взбешённый этими словами товарища, тут же бросился в атаку, заставляя меня неуклюже отскочить, а затем повторить подобный приём ещё несколько раз. Ощутив опасность, начавшую исходить от Сухова, я решил не сливать ему второй бой, как планировал изначально, и, отклонив его клинок своим, провёл укол в беззащитную руку.

— Стоп! Кровь у барона! Вторая победа Ладова! — тут же скомандовал Александр, а разъярённый проигрышем Сухов со злостью бросил шашку на землю, которая оставила после себя внушительную рытвину на асфальте.

Затем мой противник отобрал у второго продавца зелье и быстрым шагом, не глядя ни на кого, направился вглубь лавки.

Я же состроил счастливое выражение лица, осмотрел присутствующих с улыбкой и сказал:

— Я же говорил, что сабля лучше! Я же говорил⁈

Александр осуждающе покачал головой, а Тищев произнёс:

— Идиот! Чему радуешься⁈ Ты что, не понимаешь⁈ Шашка была накачена магической энергией! Ещё бы мгновение, и он бы тебя убил!

— Да? — состроил я растерянное выражение лица и посмотрел на внушительную рытвину.

— Да, — кивнул Александр. — Пойдём внутрь. Нужно выполнить условия подписанного документа.

Глава 11

Вернувшись в лавку одним из последних, я застал там уже почти взявшего себя в руки барона. Он нацепил на лицо маску спокойствия, но всё ещё смотрел на присутствующих с плохо скрываемой яростью. Как же! Они ведь стали свидетелями его позора! Проигрыша простолюдину в учебном поединке! Да не простому, а какому-то феерическому простофиле с саблей! Уму непостижимо!

Несколько неприязненных взглядов от Сухова досталось даже маркизу, который и предложил провести поединок между нами на конкретных условиях. Однако больше всего концентрированной негативной энергии, по понятным причинам, пришлось на мою скромную персону, на лице которой продолжало проступать выражение крайней растерянности.

— Что же, господа! — привлекая к себе внимание, громко произнёс Александр и положил на стойку свой экземпляр подписанного документа. — По итогам двух учебных схваток, победу в противостоянии одержал Ладов Гордей. Согласно пункту…

— Не стоит! — холодно перебил продавца барон и достал карточку из портмоне. — Я помню условия проведения поединков и готов оплатить покупку сабли для… для… гхм… для молодого человека. Как бы там ни было, сегодня удача явно была не на моей стороне.

— Это точно, — машинально заметил всё ещё пребывающий в задумчивости Тищев. — Я продолжаю прокручивать в голове прошедшие бои, если их так можно назвать, и всё равно не могу понять, как ему это удалось. Сначала совершенно нелепое падение. Затем кривая, косая и яростная атака, которая, впрочем, достаточно быстро сдулась. Потом эти его странные отскоки, случайный удар и последовавшее ранение. Нонсенс, да и только! Используй ты магию или просто напитку клинка энергией, и парнишка вполне мог бы погибнуть. Но что поделать, если условия были сформулированы именно таким образом, чтобы не допустить смерти слабейшего участника.

Сухов бросил на маркиза недовольный взгляд, а тот уточнил у меня:

— Ты хоть понял, насколько тебе повезло?

«Конечно. Кто вообще думал, что ты, подстёгнутый моими словами, сам предложишь пари и наилучшие для меня условия боёв, к которым я и не мечтал вас подвести? Уже думал, что решите без лишних сантиментов набить простолюдину морду, а оно вон как получилось. Так что удача действительно присутствовала. Это точно, — подумал я, ощущая на себе ненависть барона. — Демон! А ведь этот мальчишка обязательно попробует испортить мне жизнь. И не только сейчас, после выхода из оружейной лавки, но и в дальнейшем, во время скорого обучения в центре подготовки. Убивать его не хочется, а врагов у меня и так будет в достатке. Значит, нужно как-то его успокоить. Перевести обидный и постыдный проигрыш в некую другую плоскость. Дать ему возможность сохранить лицо. Хм. А может, вообще перевернуть ситуацию с ног на голову? Сделать его благодетелем? Если всё правильно преподнести, то он и сам в скором времени может поверить в эту ложь, лишь бы не чувствовать себя неудачником. Правда, тут многое от Тищева зависит. От его тщеславия, высокомерия и привычки быть всегда и во всём лучше своего спутника. Начиная от титула и влияния рода, заканчивая богатством. Возможно, он сознательно не даст моей версии ход. Но всё может получиться и наоборот. Здесь не угадаешь. Слишком мало у меня данных. Может, удастся и маркиза на что-нибудь развести? Хотя нет. Это вряд ли».

Понимая, что пауза перед моим ответом чуть затянулась, я на ходу стал импровизировать.

Сначала поднял на маркиза полный подозрения взгляд, затем перевёл его на Сухова, чем заставил последнего немало удивиться, и только потом, тщательно подбирая слова, медленно произнёс:

— Знаете, ваше сиятельство, после боя, проведённого с таким профессионалом, как его благородие, я понял, что мне уж слишком сильно повезло. Настолько существенно, что такого просто не бывает, — ещё раз осмотрев аристократов подозрительным взглядом, обличительным тоном закончил: — А после вашего вопроса ко мне пришло понимание, что вы с его благородием всё это специально устроили!

— Мы⁈ — не на шутку удивился маркиз моему преображению, и, пока он не пришёл в себя от проявленной наглости, я перешёл в атаку:

— А кто предложил такие странные условия поединка? Всего лишь до первой крови, и по итогу проигравший покупает оружие победителю! Кто давил на Александра, настаивая на проведении учебного боя? Кто включил в договор обязательства по формированию большого заказа в лавке? Не это ли условие стало тем столпом, который и позволил мне скрестить клинок с его благородием? — в этот момент я перевёл взгляд на такого же растерянного барона и продолжил: — Думаете, я поверю, что опытный рубака и мастер клинка проиграет новичку на таких условиях⁈ Мне почему-то кажется, что вы просто решили развлечь себя подобным оригинальным способом, ну и подарить молодому недотёпе необходимую ему саблю, на которую несчастный копил всю сознательную жизнь. Я ведь понимаю, что для меня тридцать тысяч — огромная сумма. Для вас же это просто копейки. Так что должен признаться! Я раскусил ваш план!

С последними словами на моё лицо наползла самая самодовольная улыбка, на которую я вообще был способен.

Затем я поклонился барону и почтительным тоном произнёс:

— Ваше благородие, спасибо за бесценный подарок. Я постараюсь оправдать оказанное доверие.

Пока Сухов тупо смотрел на меня, удивлённый своим внезапным преображением из позорно проигравшего в благородно поддавшегося, Тищев обратился к нему с недоумёнными нотками в голосе:

— Вот уж не знал, что тебе есть тяга к благотворительности! Да ещё и к такой оригинальной! А я-то думаю, как он вообще умудрился попасть по тебе своей сабелькой, сидя на заднице⁈

— Ну, — взял себя в руки барон и со строгостью посмотрел на меня, — если уж ты обо всём догадался, то не просто постарайся, а оправдай моё доверие!

— Я ничего не знал! Честно! — оглядел присутствующих воскликнувший маркиз и обратился к Сухову: — Я думал, ты хочешь его растоптать!

— Ну, — на несколько мгновений смутился барон, но быстро собрался, — я так только сначала сделать хотел. Потом решил пожалеть паренька и поддаться ему хотя бы один раз, чтобы сильно не расстраивался и не терял веры в себя. А вот во время второго боя он собрался и, признаюсь, немало удивил меня и скоростью, и натиском, и этим подобием кривой техники, и даже рефлексами. Когда он уклонился от второго подряд удара, то я решил, что нужно снова поддаться. Всё же достичь такого уровня без поддержки опытного наставника, да ещё и по стойкам, поставленным в шесть лет, дорогого стоит. Ну а чтобы он в дальнейшем не переоценил свои силы, пришлось продемонстрировать ему способности мага. В чувство привести, так сказать.

«Вот это ты загнул! — мысленно расхохотался я полёту фантазии молодца. — Какой, оказывается, благородный молодой человек! Но стоит признать, что врёт мастерски! Видимо, имеет привычку! И ведь как стройно всё у него получается. Со своей логикой и довольно последовательно. Даже для вспышки эмоций в конце оправдание нашёл».

Пока все обдумывали услышанное, я решил, что мне нужно сказать нечто соответствующее случаю и с одухотворением на лице произнёс:

— Благодарю за науку, ваше благородие, оправдаю и оказанное доверие, и демонстрацию способностей сильных магов. Теперь я очень рад, что в разломах водятся всего лишь монстры, а не такие вот одарённые.

Сказанное пришлось благородным по вкусу, и они даже приосанились, а полностью пришедший в себя Сухов вальяжно произнёс:

— Так, хватит лирики, где там у вас терминал? Нужно ведь уже оплатить оружие для молодого дарования!

Пока барон с самодовольным от своего широкого жеста лицом делал покупки, маркиз переводил задумчиво-ревнивый взгляд с него на меня.

«О! А ведь это возможность! — понял я и с новыми силами стал рассматривать продающиеся в лавке товары. — Клюнет? Нет? А может, он не настолько сорит деньгами, как мне сразу показалось?»

То, что в голову Тищева пришла какая-то идея, я понял по его расплывшемуся в улыбке лицу и раздавшемуся голосу:

— Это же какая интересная и забавная история в итоге получилась! Правда, мне одно только не нравится. Почему всё придумал и протолкнул я, а в роли благотворителя выступает лишь барон Сухов? Маркиз Тищев, получается, ни в чём больше не участвует?

— Я проиграл! — самодовольно усмехнулся Сухов. — И уже делаю покупку. Так что сабля моя.

— Ну, тут ведь не только холодное оружие продаётся? — усмехнулся маркиз.

Слушая их перепалку, я даже на мгновение перестал дышать.

«Неужели получилось? Неужели⁈ Спаситель! Насколько же они тупые, самодовольные и высокомерные! Как легко на всё ведутся! А Тищев⁈ Да он словно читает мысли и делает так, как мне нужно!»

Не дождавшись ответа, маркиз посмотрел на меня.

— Раз барон покупает саблю, значит, я приобрету что-то не менее важное. Что там тебе понравилось? Защитная форма? Или что⁈

«Ну, сейчас разбежимся!» — мысленно потёр руки я и, состроив смущённое выражение лица, начал представление.

— Как можно, ваше сиятельство⁈ Вы с его благородием и так очень много для меня сделали!

— Да ну! — легкомысленно отмахнулся маркиз. — Это всё барон. Один. А где моя роль? Не вижу её! Так что не зли меня и выбирай то, что понравится! Форма или как?

— Э-э-э, — протянул я, собравшись отказаться от ненужного для меня сейчас обмундирования, но заметил едва заметный кивок от наблюдающего за мной Александра и решил разойтись по полной. — Ну, тогда вот этот вот образец формы, он самый лучший и защищённый, целебные зелья, нужные любому егерю в разломе, вещевой мешок со всем необходимым для недельного похода, ёмкости для ингредиентов и наиболее ценных частей монстров.

Мой взгляд скользнул на стену с оружием, и я продолжил:

— Боевой нож из разломного железа для разделки туш, пистолет-пулемёт с несколькими магазинами, как средство защиты и нападения при ранении или другой нештатной ситуации. Правда, — сделал вид, что замялся я, — что именно егерю надо приобретать для походной жизни, я не знаю. Об этом планировал поговорить с опытными продавцами. Узнать их мнение.

По мере перечисления необходимого глаза Тищева едва заметно расширялись, а когда я закончил, он даже одобрительно покачал головой:

— А ты явно готовился к походу в лавку. Ну, допустим, про то, что ингредиенты необходимо собирать, мне известно, а вот о том, что для них есть какие-то специальные контейнеры — нет. Разве разломы после егерей не зачищают… как их там? А! Добытчики?

— Далеко не всегда, ваше сиятельство, — покачал головой Александр. — Только в том случае, если вы проходите службу в корпусе или имеете договор с частной компанией. Кроме того, в большинстве разломов совсем нечего брать, кроме дешёвых тушек монстров, конечно же. Поэтому егерям приходится лично извлекать наиболее полезные ингредиенты самостоятельно. Те же камни, к примеру.

— Это что же⁈ Нам самим придётся работать мясниками? — поморщился барон. — В кишках монстров колупаться?

— Это входит в обязательную программу подготовки учебного центра, — пожал плечами Александр.

— Если позволите, ваша светлость, — влез в беседу продавец помладше, — для подобных случаев, когда егерю нужен подготовленный с нуля комплект самого необходимого, у нас имеется специальный походный рюкзак. Там запас ёмкостей, различные полезные мелочи, как та же спиртовка со средством для розжига, аптечка из целебных зелий, мазей и порошков на все случаи жизни и многое другое.

— Сколько? — заинтересовался Тищев.

— За всё шесть восемьсот, — ответил Александр, перебив Кирилла, и сразу пояснил: — Столь серьёзная цена обусловлена двойным комплектом основных зелий и мазей. Последнее время егеря требуют, чтобы их в аптечке было побольше. Всё же раны в нашей работе — привычное дело. Кстати, вам бы я также посоветовал приобрести подобный комплект. Это очень удобно.

Заметив, как на мгновение дёрнулись веки младшего продавца, я понял, что опытные мужики решили немного нагреть руки на внезапной щедрости аристократов.

— Хорошо, — благосклонно кивнул Тищев. — Давай тогда форму, походный рюкзак, пистолет-пулемёт «Кедр-Парабеллум». С глушителем который. К нему четыре магазина на тридцать и три пачки патронов по сто.

— Одна сотня пять тысяч стоит, — заметил барон, присвистнув, и даже с какой-то жадностью посмотрел на меня. — Оказывается, ты тоже тот ещё благотворитель.

— Ну так, — гордо задрал голову маркиз и, достав свою карточку, не глядя приложил её к терминалу.

Когда оплата прошла, он обратился к Александру:

— Теперь по поводу большого заказа для моей дружины. На неделе к вам придёт командир и подберёт для своих людей всё необходимое.

— Как будет угодно вашему сиятельству, — поклонился мужчина и быстро вышел из-за стойки, чтобы проводить дорогих гостей.

— Удачи, Ладов, — на прощание бросил маркиз. — Надеюсь, ещё свидимся.

— Благодарю, ваше сиятельство, — поклонился я и мысленно усмехнулся.

«Ну вот! Всегда бы так везло! А всего-то и надо, что не идти на поводу у своей гордыни, не отрывать головы малолетним наглецам, относиться к людям согласно местным традициям и позволить одному дурачку сохранить лицо».

— И почему всегда везёт кому-то другому, а не мне⁈ — тяжело вздохнул Кирилл, когда автомобили аристократов отъехали от лавки. — Барон саблю подарил, маркиз снаряжения накупил почти на полсотни.

— Зато ты не рисковал тремя десятками тысяч, не подставлял шею под удар шашки и не переворачивал ситуацию так, чтобы не нажить смертельно опасных и влиятельных врагов, — ответил Александр и посмотрел на меня с едва заметной усмешкой. — Благодарю за представление, Гордей Романович. Это было весьма увлекательно и позволило нам неплохо заработать. Надеемся, что вам понравился богатый ассортимент нашей лавки и вы станете её постоянным клиентом. Со своей стороны готовы предоставить вам трёхпроцентную скидку, привязанную к пластику, и небольшой подарок в виде комплекта для ухода за холодным оружием.

— Всё зависит от того, договоримся ли мы насчёт обмундирования, — сказал я. — Дело в том, что до похода в разломы я его приобретать не собираюсь. Боюсь, что до начала практики успею немного подрасти и стать шире в плечах. Так что хотел бы на время отложить покупку. И кстати, Александр, зовите меня по имени. Вы всё-таки намного старше и к тому являетесь опытным егерем.

— Хорошо, Гордей, — кивнул мужчина, и в его глазах зажглось одобрение. — Проблемы в этом не вижу. Можем отложить выдачу приобретённого комплекта. А если вдруг пересечёшься с маркизом и он станет задавать вопросы, то скажи ему то же, что и мне, и добавь, что из-за личности его сиятельства, совершившего покупку, я пообещал тебе сделать обмундирование из самой лучшей ткани и кожи. Его должно это порадовать.

— Договорились, — кивнул я, и Александр выписал мне товарный чек на комплект обмундирования, который необходимо будет предъявить при необходимости.

Вместе с ней он протянул мне две визитки и пояснил:

— Одна из них — наша. Вторая принадлежит моему брату. Он занимается скупкой и реализацией добытого в разломах. Работает, понятное дело, с простыми егерями, так что цену за кристаллы и другое добро даёт нормальную. Пусть будет. Возможно, решишь часть добычи сбывать через него.

— Благодарю, — кивнул я, правильно оценив возможность получить ещё одну ниточку, ведущую к формированию крепких связей в среде местного общества егерей.

Вызвав такси, я тепло попрощался с продавцами, загрузил в багажник сделанные боярами подарки и с комфортом добрался до центра подготовки. Затем отправился в общежитие. В комнате сбросил с плеч походный рюкзак и некоторое время переводил взгляд с него на саблю.

Практичность сначала победила, поэтому я разделил сохранённые деньги на три части и спрятал их в тайниках. А затем, махнув рукой на комплект походного рюкзака, быстро переоделся и, схватив саблю, устремился на свою тренировочную площадку.

Мышцы тела словно горели, желая, чтобы я поскорее достал оружие и вдоволь с ним поработал.

«Странно это, — думал я, мчась в нужную сторону, — тело новое, а добротной тренировки требует так, словно оно привычно к подобному, как старое».

Добежав до своей площадки, перемахнул забор, снял китель с майкой и, наконец, достал саблю из ножен.

«Хорош!» — с удовлетворением подумал я, рассматривая добротный клинок, весь вид которого говорил, что он создан для боя.

Отбросив лишние мысли, отработал привычную по прошлому миру разминку с оружием, и тут моё чудеснейшее настроение чуть было не загубил начавший подступать голод. Пришлось отложить саблю на некоторое время, закинуть в себя жменю биологических добавок, запить их белковым коктейлем и уничтожить сразу с десяток протеиновых батончиков.

«На несколько часов должно хватить!» — решил я, прислушавшись к себе, и, вновь взявшись за оружие, принялся отрабатывать комплексы упражнений.

Сначала, как и в ситуации с рукопашным боем, выполнял их медленно, опасаясь, что это тело не будет поспевать за мыслью, а это в случае с оружием может быть чревато. Только когда осознал, что всё получается отлично и без ошибок, стал понемногу увеличивать скорость движений, однако и тогда всё удавалось достаточно легко. Видимо, за прошедшее время я успел не только изучить новый организм, но и полностью взять его под контроль.

Правда, на максимальное ускорение я пока переходить не решился. Так как довольно скоро некоторые мышцы, непривычные к подобным нагрузкам, стали неприятно ныть.

«Ожидаемо, — подумал я, завершая очередную последовательность и ощущая, как пот ручейком бежит по спине. — Всё же не так легко махать килограммовой шпалой даже каких-то пять минут. Особенно неподготовленному человеку».

Насытив тело духовной энергией, провёл небольшую медитацию и, немного восстановив силы, продолжил прерванное занятие, на этот раз решив отработать произвольную программу против воображаемого противника.

Данная тренировка мне всегда нравилось больше всех, так как позволяла не только отработать любимые приёмы, но и использовать для перемещения складки местности, подручные предметы, а также постоянно передвигаться, по-настоящему тренируя боевую выносливость.

В какой-то момент я настолько увлёкся сражением с невидимым противником, что стал понемногу напитывать уставшее тело духовной энергией, а после и вовсе насытил ей оружие, из-за чего клинок вдруг стал насыщенно-красным и покрылся мелкой сеткой каких-то неизвестных символов.

«Так. А это у нас что такое⁈ — резко затормозил я, разглядывая преобразившуюся саблю, и тут же прислушался к своим ощущениям, опасаясь тревожного сигнала от интуиции, но ничего подозрительного не обнаружил. — Фух. Скорее всего, в этом светопреставлении ничего страшного нет. Особенность местной магии, разломного железа или самого старого клинка, который непонятным образом оказался в оружейной лавке Сушко. Хотя разобраться с этим нужно. Сделаю запросы в интернете или поищу литературу в библиотеке».

Решив проверить эффективность оружия на практике, подошёл к большому пушистому кустику и нанёс быстрый удар. Красный клинок словно горячий нож сквозь масло прошёл через препятствие, оставив после себя идеально ровный срез.

«Впечатляет, — подумал я, стараясь быть объективным. — Но, скорее всего, такая эффективность продлится до тех пор, пока мне не придётся встретиться с сильными или бронированными монстрами, которых так просто не пробьёшь».

После первого эксперимента последовал второй, и я попробовал втянуть в себя остатки духовной энергии, находящиеся в сабле. Она вернулась ко мне с лёгкостью, и клинок тут же перестал светиться.

Методом проб и ошибок я нашёл тот вариант подачи духовной энергии, который позволил резать ветки куста почти с той же эффективностью, но сохранял маскировку клинка, не позволяя посторонним узнать о насыщении оружия.

Правда, ток энергии при этом нужно было поддерживать стабильным, что требовало отдельной отработки.

Потратив несколько часов на тренировки, я, измотанный, но счастливый, спрятал саблю в тайник, затем быстро взбодрился под холодным душем и около полутора часов потратил на медитацию, позволившую почти полностью восстановить силы, а также хорошенько проголодаться. Поэтому я быстро накинул на себя китель и направился в столовую.

«Потом в общагу и в восемнадцатое общежитие, чтобы поближе познакомиться с горячей Алесей и на мажорной ноте закончить этот длинный, наполненный приятными сюрпризами день».

Глава 12

Хорошенько перекусив, я в отличном расположении духа отправился в общежитие. Перед встречей с красивой молодой женщиной необходимо было привести себя в порядок. Всё же холодный душ на тренировочной площадке — это не то. Он нужен лишь для того, чтобы смыть резкий запах пота и не пугать им посетителей столовой.

В ванной комнате я провёл минут двадцать. Не столько ради гигиены, сколько из-за желания подольше постоять под горячими упругими струями воды, смыть с себя напряжение и просто расслабиться.

Выйдя из душа и благоухая, судя по надписям на баночках, «энергией угля» и «эпической свежестью», одел чистое бельё, майку и джинсы с кроссовками.

«Вот это другое дело! — одобрительно подумал я, рассматривая своё отражение в зеркале. — Не надо нам формы. Она лишь выстроит между нами ненужные барьеры. Я же не знаю, кто именно скрывается под видом головокружительной красотки Алеси и какие у неё могут быть тараканы».

Первым делом зашёл в продуктовый магазин, захватив две бутылочки дорогого вина, набор фруктов и конфет. Не девушке же меня угощать? Да и вообще, не в одной интимной близости дело. Помимо этого, хочется провести время в приятной компании, выпить, отдохнуть, пофлиртовать с красавицей, можно и не с одной. В общем, получить моральное и эстетическое удовлетворение в полной мере, а не малую его часть.

Вспомнив схему учебного центра, двинулся к нужному общежитию, вокруг которого то и дело прогуливались влюблённые и не очень парочки, а в беседках разместились разномастные компании молодых людей.

«Так вот в чём дело! — на лицо наползла понимающая улыбка. — А я-то думал, почему здесь по вечерам наиболее людно! Всё просто. Тут у нас расположено женское общежитие!»

Двинувшись к главному входу, наткнулся на пару парней, которых с криками и вспышками заклинаний выгоняла какая-то весьма сердитая пожилая дама.

— Идиоты! — прокомментировал кто-то неподалёку. — Им же сразу сказали, что не получится! Церберы не пустят!

— Ну, они же у нас аристократы, — хмыкнул второй, не скрывая иронии. — Их-то не посмеют вышвырнуть какие-то старухи.

— Нужно им открытые окна первого этажа показать, — добавил третий со смешком. — С удовольствием посмотрю, с какой скоростью они оттуда вылетят. Говорят, сегодня ночью там Красноносиха дежурит.

— Почему бы и нет? — рассмеялся первый.

«Так вот почему Алеся пообещала серьёзную награду, да ещё и замотивировала меня в конце общения, — подумал я, по-новому оглядывая здание, вдруг превратившееся в неприступную крепость. — Сюда, оказывается, так просто не попадёшь. Пожилые блюстители морали и девичьих сердец не допустят наглых мужланов в святую святых. Хотя, думаю, это даже и правильно. Где укрыться красавице от излишнего внимания какого-нибудь поклонника? А то, что их хватает, я даже не сомневаюсь».

Пройдя мимо главного входа, обнаружил там, помимо двух суровых защитниц девичьей чести, ещё и специальную рамку с неизвестными свойствами. По зрелому разумению решил, что она выявляет тех магов, которые способны себя скрывать. Иначе зачем такая бандура вообще там нужна?

'Значит, через парадные двери мы не пойдём. Найду другую возможность проверить работу своих скрывающих техник. С меньшим количеством наблюдателей, — принял решение я и, обойдя здание по периметру, обнаружил несколько приоткрытых окон на разных этажах.

«На нижних или ловушки, или бдительные охранницы, а вот выше никого быть не должно. Они ведь не настолько параноики? Да? — пронеслось в голове, когда я смотрел на приоткрытое окно на общей кухне четвёртого этажа. — Высоковато, правда, особенно для этого тела, но, справедливости ради, стоит отметить, что, будучи более молодым, слабым и менее опытным, я забирался гораздо выше».

Поностальгировав по прошедшим когда-то денькам, я некоторое время прислушивался к собственным ощущениям и понимал, что особых проблем с восхождением быть не должно. Сила в мышцах есть. Духовная энергия тоже. А желание поближе познакомиться с прекрасной Алесей из триста седьмой комнаты и вовсе зашкаливает.

«Главное — не привлечь чужого внимания грохотом отливов на окнах, но они вроде как пластмассовые, так что проблем быть не должно», — подумал я, тщательно просчитывая каждое движение, ведь подняться было мало, следовало донести в сохранности пакет с вином и продуктами.

Перед тем как напитать тело энергией и стартануть вверх, мысленно посмеялся над собой: «Подумать только! Психологически я уже далеко не мальчик! А всё равно стою перед каким-то женским общежитием, желая проникнуть внутрь и не попасться на глаза пожилым хранительницам целомудрия. Молодость! Что тут ещё скажешь? Главное, что мне за это ни капельки не стыдно».

Чтобы не шокировать случайных наблюдателей стремительным восхождением, наложил на себя технику «отвод глаз», добавил духовной энергии в мышцы ног, сжал пакет и, разбежавшись, прыгнул высоко вверх, чтобы в следующее мгновение сильно оттолкнуться ногой от крепкого пластмассового отлива, а точнее, той части стены, которая находилась под ним, и взмыть выше, на уровень второго этажа.

Повторив движение другой ногой, в полёте притянул своё тело рукой ближе к стене, чтобы скользить в нескольких сантиметрах от неё, а не удаляться, как получалось из-за слишком пологих отливов.

Вновь повторив отталкивание, оказался на четвёртом этаже и, распахнув створку чуть шире, бесшумно скользнул внутрь, так и не коснувшись дребезжащих пластмассовых элементов.

«Это было сложно, — подумал я, мысленно вытирая пот. — Особенно в конце, ещё и проведённые с пакетом в руке. Вот что значит опыт!»

Женщина, готовящая у плиты, краем глаза заметившая вдруг приоткрывшуюся створку, вздрогнула всем телом, грязно и со вкусом выругалась и пошла закрывать окно, однако на меня из-за действия техники внимания не обратила.

«Не заметила, — удовлетворённо подумал я, бесшумно выходя из кухни. — Значит, „отвод“ работает отлично».

Так как общежития у нас были едва ли не полными близнецами, я с лёгкостью нашёл лестницу, спустился на третий этаж, дошёл до нужного блока, дверь в который, как и обещала Алеся, была открыта. Войдя внутрь, снял с себя «отвод» и, предвкушая приятный вечер, зашёл в комнату.

Реальность оказалась лучше всяких ожиданий. В помещении горел приглушённый свет, а красавица обнаружилась в весьма пикантной позе.

Она стояла в наклоне спиной ко мне и что-то искала в нижней полке письменного стола. Из-за этих манипуляций лёгкий шёлковый халатик задрался и открыл мне вид на восхитительную попку, прикрытую чёрными трусиками.

Кровь тут же ударила в голову, в ушах зашумело, а гормоны взревели, как раненые бегемоты, и в джинсах стало тесно. Я вспомнил, как Алеся провела своим горячим и влажным языком по моей шее в автобусе и мне захотелось отплатить ей тем же. Правда, в последний момент здравый рассудок возобладал, поэтому я просто нежно провёл кончиками пальцев по её коже и хрипловатым голосом произнёс:

— Помню, что ты обещала мне подарок, но не думал, что будешь встречать таким образом. Ты ещё смелее, чем мне показалось.

С этими словами рука словно сама собой нежно сжала выдающуюся ягодицу на очень спортивной попке, а красавица застыла, не в силах пошевелиться.

В следующее мгновение чувство опасности заставило напитать тело духовной энергией и отскочить назад, пропуская перед лицом миниатюрный, но крепкий и быстрый кулачок.

«Кажется, я её испугал», — подумал я с усмешкой, а в следующее мгновение увидел разъярённое и чуть растерянное лицо красивой незнакомки лет так тридцати, которая ещё больше ускорилась, став осыпать меня серией ударов.

«Хороша!» — поставив пакет на пол и блокируя достаточно мощные удары, думал я, наблюдая за гневным лицом красавицы, на котором стало отчётливее проступать удивление.

Увернувшись от ноги, летящей мне в голову, я решил, что с этим цирком нужно заканчивать, и, придав хозяйке комнаты дополнительный импульс, развернул её спиной к себе и крепко обнял, прижимая руки к груди.

Удар затылком заблокировал второй рукой и сделал шаг назад, усаживая воинственную незнакомку на пятую точку, пока она не стала бить меня своими красивыми ножками.

— Ты кто, блин, такой вообще⁈ — прошипела она. — Если не отпустишь через секунду, то я тебя сожгу нахрен!

— Договорились. Отпущу, — спокойно ответил я, принимая во внимание тот факт, что магией незнакомка владеет, но почему-то сразу не воспользовалась. — Сам хотел это сделать. Только ты пообещай вновь не устраивать здесь поединков. Договорились? Всё. Отпускаю.

Отойдя на шаг, увидел, как незнакомка взвивается в воздух и, развернувшись ко мне, с ходу занимает боевую стойку.

— Прошу, не надо, — поднял руки я, не переставая с восхищением оглядывать хозяйку комнаты и уже не желая никуда уходить. — Произошла ошибка.

— В какой момент? — и не подумала опускать руки она. — Когда ты заявился в мою комнату? Или когда лапал меня?

— Не поверишь, — хмыкнул я, глядя ей в глаза, — изначально я хотел сделать это языком.

— Ты что? Вообще ненормальный? — опешила она от таких слов и даже опустила руки.

«Пошёл контакт. Если бы отталкивал её чем-то, то и разговаривать бы не стала. А так, может, и удастся у неё задержаться. Вместо Алеси. Не попробуем — не узнаем. А значит, работаем дальше», — подумал я и покачал головой.

— Мне кажется, в данном случае всё же нормальный. Вполне понятные желания для мужчины, увидевшего настолько впечатляющее зрелище.

— Да я не об этом! — разозлилась незнакомка. — Почему здесь? Почему со мной? Ты считаешь, это правильно⁈ Я тебя в первый раз вижу!

— Вот мы и переходим к причине моего здесь появления, — поднял указательный палец я и преувеличенно тяжело вздохнул. — Меня обманули и разбили сердце. А сделала это девушка, пригласившая меня сюда.

С этими словами я поднял пакет со звякнувшими бутылками и, не глядя на всё ещё гневную красавицу, открыл его, демонстрируя содержимое.

— Думал, что сегодня меня, как того, кто сумел проникнуть на особо охраняемый объект, ждёт романтическое свидание, вино, флирт и разговоры ни о чём. А оказалось, что лишь обман. Это точно твоя комната?

— Моя, — уже нормальным тоном сказала красавица. — Ну, теперь хоть всё становится понятно, да и ты не такой маньяк, как мне сначала показалось. А что за девушка? Говори фамилию этой шутницы, хочу с ней поближе познакомиться.

— Не знаю, — отмахнулся я и, чтобы она, опомнившись, не выгнала меня взашей, подошёл к столу и стал выставлять вино, конфеты и фрукты. — Сегодня только познакомились. Теперь думаю, что имя тоже было не её. Решила посмеяться надо мной.

Хозяйка комнаты некоторое время с недоумением следила за моими действиями, а потом спросила:

— А что это ты тут делаешь?

— Контрибуцию выставляю, — словно само собой разумеющееся, ответил я и посмотрел в её карие глаза. — Мне же нужно как-то компенсировать твоё волнение и всю эту ситуацию⁈

Не дав ей ответить, спросил:

— А как зовут твою соседку? Может, я просто комнаты перепутал?

— Нет, не она это, — отмахнулась красавица, и я ощутил цепкий взгляд, с которым она прошлась по моей фигуре. — В отпуске она. Я сама только несколько часов назад приехала.

— Так вот в чём дело, — понял я и показательно вздохнул. — Получается, меня специально отправили в пустующую комнату, чтобы я ломился в дверь и перебудил весь этаж. Обидно.

— Возможно и так, — задумалась незнакомка. — Ведь никто действительно не знал, что я сегодня приезжаю. Кстати, а ты не считаешь, что тебе пора на выход? Мы уже всё выяснили.

— После того, как ты меня избила? — изумился я и занял ближайший стул. — С удовольствием бы сделал это, но у меня просто нет сил. Сначала нужно перекусить и подкрепиться в компании красивой девушки.

— Избила? — вмиг завелась хозяйка комнаты, тут же забывая, что только что предложила мне уйти. — Да ты ведь спеленал меня, как ребёнка! Все удары либо отбил, либо принял на блоки! Я словно в стену бетонную била! Откуда такая скорость реакции и техника? Чем ты занимался? Или это какая-то магия?

Задав вопросы, хозяйка комнаты вновь прошлась по моему крепкому торсу оценивающим взглядом.

«Значит, ты у нас кое-что смыслишь в боевых искусствах? — я понял, что ей не понравилось то, как быстро я с ней справился. — На этом нужно сыграть, чтобы продолжить наше знакомство».

— Занимался единоборствами с раннего детства. Да и до сих пор усиленно тренируюсь. Поэтому ничего такого в своих способностях не вижу, а вот твои навыки меня приятно удивили. Очень уж хорошо у тебя поставлен удар. Ты явно чем-то занималась. Я прав?

— Издеваешься? — опешила красавица.

— Почему? — не понял я. — Правду говорю. Пусть тебе и показалось, что блоки у меня крепкие, но твои удары они воспринимали болезненно.

— Да ты хоть знаешь, кто я? — стала наступать на меня хозяйка комнаты. — Знаешь?

«Неужели какой-то местный чемпион единоборств?» — с недоумением подумал я и, задержав внимание на великолепном декольте, выглядывающем из халатика, решил перевести тему: — Красавица? Умница? Покорительница сердец?

Хозяйка комнаты некоторое время всматривалась в моё лицо, а потом покачала головой:

— Нет. Не врёшь. Такое не подделать. Давно в центре?

— Пару месяцев, — ответил я, чуть поморщившись, и тут же добавил: — Может, не будем об этом? Ты недавно приехала, устала. Явно хочешь расслабиться. Давай выпьем немного вина и поболтаем. Расскажешь, всех ли мужчин ты встречаешь серией ударов или некоторых предпочитаешь выкидывать из окна.

На лице красавицы появилась слабая улыбка, и я, желая наладить тактильный контакт, встал, заглянул ей в глаза и протянул руку:

— Гордей.

Она возмущённо вскинула брови.

— Кто тебя учил так с женщинами общаться?

— Прошу прощения, — тут же я решил исправиться я. Взял её руку, сев на колено, приложился губами к пальчикам и поднял взгляд: — Теперь всё правильно?

— Чмокать не обязательно, — ответила чуть покрасневшая красавица, и я почувствовал, как едва заметно дрогнула её рука. — Нужно или сдержанно дотронуться губами, или просто изобразить поцелуй.

— Понял, — кивнул я, повторяя свои действия.

— Так?

— Едва заметно, — напомнила хозяйка квартиры, и я поцеловал её в запястье.

— Ну всё, Гордей, будем считать, что этого достаточно, слишком мало мы знакомы, — осторожно высвободила она руку. — Меня зовут Оливия.

— Приятно познакомиться, — ответил я, поднимаясь, и оказался в нескольких сантиметрах от красавицы, что явно вызвало в её голове некоторые аналогии.

— Вижу, что приятно, — не смутилась она и, вытянув указательный палец, ткнула меня им в грудь. — Вроде ты и не такой крупный парень, а мышцы стальные и сила в руках серьёзная.

— Ну, не сказал бы, над ними ещё работать и работать, — покачал головой я и, воспользовавшись случаем, с улыбкой стянул с себя майку. — Сама посуди.

Оливия на это лишь усмехнулась.

— Наивный мальчик. На что ты рассчитываешь? Даже не надейся!

— Почему нет? — подмигнул я ей. — Мне интересна оценка профессионала.

— Конечно, — закивала она, продолжая водить взглядом по голому торсу. — Именно поэтому ты и стянул с себя майку. Я, знаешь ли, не девочка, которой интересно лишь красивое тело. Меня больше заботит голова.

— Но тебе ведь нравится смотреть? Как и мне на тебя? — глядя ей в глаза, спросил я. — И кстати, где штопор? Где бокалы? Давай, хозяйка. Неси.

— Ну, не сказала бы, что нравится. Просто приятно посмотреть. Но не придумывай себе лишнего. Это меня ни к чему не обязывает, — сказала Оливия с усмешкой и отправилась доставать необходимое.

«Сомневается, — понял я. — Слишком это всё для неё необычно и непривычно. Она меня совсем не знает, поэтому хочет выставить. Да и, может, боится какой-то подставы. С другой стороны, вся эта ситуация довольно необычна, забавна, вызывает у неё сильные эмоции и любопытство. Ведь сначала был шлепок по попке, потом я её скрутил, прижал к себе, сделав на некоторое время беспомощной. Выбил из колеи, так сказать. Ну и немаловажным является тот факт, что тело у меня теперь вполне ничего и лицо вроде как смазливое. Вот она и не знает, как поступить. Может, и выгнать взашей, но продолжить общение тоже интересно. К тому же соседки в блоке нет».

Пока я разбирался с вином, наполнял бокалы и открывал конфеты, хозяйка комнаты разложила фрукты по тарелкам и, приставив второй стул, уселась, показательно закинув ногу на ногу и заставив меня зависнуть от этого.

— За знакомство? — предложил я, взяв бокал, и прикипел взглядом к облизавшей пересохшие губки Оливии, поспешившей сделать первый глоток.

— Что? — спросила она, заметив мой взгляд.

— У меня сейчас сердце из груди выпрыгнет, — признался я. — Ты всегда пьёшь вино так соблазнительно?

— Только в компании полуголых мужчин, — улыбнулась она и сделала новый глоток.

— И часто у тебя такое? — уточнил я.

— Первый раз. Раньше ко мне в комнату такие наглецы не заглядывали, — рассмеялась она и с недоумением сказала: — Не могу понять, почему мы с тобой мирно пьём вино и болтаем? Почему ты до сих пор не изгнан⁈

«Потому что я тебе понравился», — мысленно усмехнулся я, глядя на покрасневшие щёчки, но ответил другое:

— Так будет неинтересно. О чём тогда вспоминать среди серых будних дней? Да и ты правильно сказала, такого у тебя раньше не было. У меня, кстати, тоже.

— И о чём же ты будешь вспоминать? — сделала очередной глоток Оливия.

— О том, что у тебя очень нежная кожа,— ответил я, глядя ей в глаза.

— И всё? — приподняла она брови.

— Великолепная попа и грудь. Последнюю, к сожалению, оценить не удалось, зато я могу ей просто любоваться.

— Ты так искренне об этом говоришь, — удивилась она. — Думаешь, что тебе удастся таким образом меня соблазнить?

— Нет. Я просто говорю правду о развратных картинах, которые крутятся в моей голове. Всё же у активно тренирующихся мужчин слишком много тестостерона, который льётся чуть ли не из ушей. Да и ты должна знать о моих коварных намерениях.

— У тебя всё так просто, — покачала головой она. — Мы ведь даже не знакомы.

— А почему нет? — решил я разрушить её страхи. — Разве тут есть посторонние? Кто-то нас видит? Осудит? Узнает?

Оливия задумалась, а её грудь стала вздыматься чуть чаще.

— Потому что это неправильно, — наконец-то ответила она. — Приличные женщины не бросаются в койку к первому встречному. Особенно к самовлюблённому парню, который при любом удобном случае снимает майку.

— Знаешь, если бы это ты зашла в мою комнату и сняла халатик, я бы долго не сомневался, — ответил на это я.

— Не сомневаюсь, — вновь осмотрела меня красавица задумчиво. — Набросился бы как на кусок мяса. Я права?

— Очень даже может быть, — продолжая смотреть ей в глаза, ответил я.

Но ведь некоторые девушки любят нежность.

— И массаж? — приподнял бровь я и, встав с места, скользнул Оливии за спину и, положив руки на плечи, стал их мять.

— Я тебя сюда не звала, — сказала она, напрягшись. — И у тебя ничего не получится. Можешь даже не стараться.

— Расслабься, — посоветовал я, нагибаясь к её ушку и обдавая его горячим дыханием. — Это тебя ни к чему не обязывает, но хоть проверишь, умею ли я быть нежным.

— Ну ладно, — хмыкнула Оливия, и мои ладони, мявшие плечи, профессионально заскользили по мышцам шеи, чтобы затем вновь вернуться на плечи, но в этот раз на голую кожу.

— Ты хитрец, — прикрыла глаза красавица. — И массаж умеешь делать. Большой опыт?

— Как-то проходил курсы, — вспомнив обучение в лиге убийц, ответил я. — Правда, это было очень давно. Боюсь, что навык утерян.

— Нет, — покачала головой Оливия, прикрывая глаза, а я начал действовать смелее, с каждым разом заходя всё ниже и ниже, пока в какой-то момент не скинул с плеч мешающую ткань халата.

— Что ты делаешь⁈ — прошептала она, подняв на меня взгляд и не давая одежде съехать с груди.

— Массаж, — ответил я, не прекращая своего занятия, а потом увидел приоткрытые спелые губки и припал к ним.

Казалось, время замерло, а ещё через мгновение Оливия подалась мне навстречу, отпустила скользнувший вниз халатик и, обхватив меня за шею, впилась языком с такой страстью, что я едва не зарычал от обуявших меня чувств.

Спустя ещё некоторое время, когда мои руки уже вовсю путешествовали по роскошному телу, она запрокинула голову назад, с силой впилась своими ногтями в мою спину и сказала:

— Нет! Это неправильно! Так нельзя! Мы ведь совсем незнакомы! Ах! Перестань меня лапать! Извращенец!

Вместо ответа я поднял её на руки, бережно перенёс на кровать и вновь приник к сладким губам, лишая возможности говорить всякие глупости.

Когда спустя ещё некоторое время я каким-то образом оказался внизу, а страстная Оливия, стягивающая с меня штаны, сверху, я понял, что день окончательно удался.

Глава 13

Следующие три дня пролетели для меня как одно мгновение. В основном все силы, как и раньше, уходили на тренировки согласно ранее составленному графику. Правда, получив в руки нормальное боевое оружие, я уже просто не мог с ним расстаться. Приходилось прикладывать определённые усилия, чтобы также уделять время рукопашному бою, отработке техник и перемещению по пересечённой местности. Несмотря на всю пользу обычных тренировок, внутри меня зрело желание как можно скорее вбить в это тело правильные рефлексы, чтобы больше не приходилось контролировать каждое движение с оружием и ничего не мешало стать более серьёзным бойцом. А может, это интуиция подсказывала, что неприятности уже дышат мне в спину, и к ним надо быть максимально готовым…

После завершения последней медитации я отправлялся в столовую, затем в общежитие, быстро приводил себя в порядок и мчался к страстной, ненасытной Оливии, которая к этому времени всегда ждала меня в своей комнате. Следующие несколько часов постельных утех выпивали все силы и лишали краткого ночного сна, к которому я уже успел привыкнуть за проведённое в центре время. Правда, я не очень-то расстраивался по этому поводу. Медитация всё ещё оставалась при мне, и какое-то время я мог продержаться лишь на ней. Да и причина, заставляющая меня повышать выносливость, была самая что ни на есть благородная. Поэтому я дал себе зарок стойко и мужественно переносить испытания.

После того как мы вдоволь наслаждались друг другом, Оливия обычно тут же засыпала, а я бесшумно набрасывал на себя одежду и быстро уходил. Сначала новая подружка очень даже радовалась моим исчезновениям. Что поделаешь? Не всем людям нравится выставлять напоказ свою личную жизнь.

Однако, как это часто бывает у женщин, уже через несколько дней её отношение к данному вопросу кардинально изменилось, и любовник, не желавший её компрометировать, стал вызывать уже не радость, а раздражение, что я тут же прочувствовал на своей спине и шее. Правда, причину я узнал лишь после того, как мы без сил завалились на кровать. Оливия почти сразу же спросила:

— Сегодня вновь уйдёшь до того, как я проснусь?

— А как же? — ответил я, покрепче прижимая к себе разгорячённое тело. — Мне казалось, что ты сама желала скрыть от посторонних наше тесное знакомство?

Оливия задумчиво кивнула, и я продолжил:

— За это можешь не беспокоиться. Я не из говорливых.

— Это я уже поняла, — сказала Оливия, поудобнее устраиваясь на моей груди, и хихикнула. — А ведь, проснувшись в первый день после нашего знакомства, я думала, что совершила огромную ошибку. Что дура, раз поддалась на манипуляции такого симпатичного, обаятельного и опытного паренька, как ты. Решила, что это кто-то из моих девчонок захотел устроить розыгрыш и заказал мне мальчика на ночь, чтобы сильно их не гоняла и была более доброй. Хотя не исключала и какую-то подставу. Только вот на следующий день все вели себя обычно. Косо никто не смотрел. В общем, всё было как всегда.

Сделав зарубку по поводу каких-то девочек, которых гоняет моя любовница, я схватил её за попку и уточнил:

— Значит, если у тебя долго нет близости, то ты становишься раздражительной и злой?

— А тебе это зачем знать? — спросила красавица, проведя ноготками по моему животу. — Уже нашёл себе кого-то ещё?

— Просто чтобы знать, что произойдет, если пройду мимо этой замечательной комнаты, — улыбнулся я, не поверив, что ревность настоящая.

— А ты уже устал от такого насыщенного графика? — приподнялась Оливия, заглянув мне в глаза.

— Даже не надейся, — усмехнулся я. — Тебе придётся с боем выдворять меня из этого эпицентра похоти и порока.

— Дурак! — получил я слабый удар кулачком в грудь. — Вот поэтому я не могу перестать думать о том, что это какой-то розыгрыш! Слишком уж бойкий у тебя язык!

— Ты о поцелуях в шею? — уточнил я.

— О том, что ты здесь неслучайно! — вновь ударила меня она. — Кажется, что на каждый вопрос у тебя уже заготовлен ответ.

— Даже не думай об этом. Никто нашу встречу не подстраивал, — решил успокоить я любовницу. — Правда, когда понял, что с номером комнаты меня разыграли, то расстроился не сильно. Очень уж впечатлился твоей превосходной фигуркой.

— Не оправдывайся. На самом деле я уже поняла, что ты местный, — сказала красавица, вновь кладя голову мне на грудь и пояснила: — У тебя вся одежда куплена в магазинах центра. Мальчики по вызову одеваются совсем иначе.

— А ты откуда знаешь? — подколол её я.

— Дурак, — на этот раз меня ущипнули. — Подруга рассказывала.

— А, ну если подруга! — фыркнул я.

— Сейчас получишь! — пообещала Оливия. — И вообще! Мы тут серьёзную тему обсуждаем — твои ночные побеги! А ты всё норовишь увести разговор в сторону!

— Что же ты хочешь узнать? — удивился я такой постановке вопроса. — Мы же только что всё обсудили. Или желаешь, чтобы нас видели вместе? Считаешь, я против того, чтобы выйти в свет с такой жгучей красоткой? Да мне все обзавидуются!

— Нет, — через некоторое время ответила она. — На оба вопроса. Просто иногда так хочется понежиться в кроватке. Обняться. Закинуть на любовника ножку во сне. Открываешь глаза, а его нет.

— Ну, — задумался я, — если ты хочешь предаться безудержному безделью, то у меня один выходной. В воскресенье я позволяю себе спасть долго, часов до двенадцати, чтобы лучше восстановиться после нагрузок.

— А в другие дни? — спросила она заинтересованно.

— В другие дни я очень занят. Встаю рано, — уклончиво ответил я, не желая рассказывать ей про свои изматывающие тренировки и способности к быстрому восстановлению с помощью медитации. В принципе, я вообще не собирался делиться с ней этим, как и распространяться про свою своеобразную ещё не начавшуюся службу.

По негласному соглашению мы решили не лезть в жизнь друг друга за пределами этих стен, чтобы не портить очарование момента. Мне на всё условности плевать, а вот Оливия, как человек системы, уже привыкла к определённому общению с разными людьми в рамках иерархии и могла потерять запал, узнав, что я лишь будущий курсант с огромным долгом, да ещё и простолюдин. Да, она с высокой долей вероятности нечто такое подозревает, всё же не глупышка, однако, пока слова не сказаны вслух, ничего словно бы и нет. Очарование момента не разрушено.

— Кстати, — продолжила она утолять проснувшееся любопытство. — А как тебе каждый день удаётся беспрепятственно сюда проникать? Обычно мужчины жалуются на чрезмерно строгий пропускной режим, который не позволяет попасть сюда никому, кроме официальных женихов. А ты проходишь без проблем и всегда почти в одно и то же время. Значит, для тебя это вообще не проблема.

— Тебе действительно интересно знать? — уточнил я, не собираясь раскрывать свои секреты.

— Конечно, — подняла она на меня заинтересованный взгляд. — Говори.

— Меня пропускает одна из вахтёрок. Я её внучатый племянник, — с серьёзным видом сказал я.

— Врёшь! — безапелляционно ответила Оливия. — Они даже своих не пускают. Здесь собрали самых злобных мегер. Так как?

— Ну, это секрет, — протянул я и, желая сменить тему, добавил: — Должна же в мужчине быть загадка?

— Так говорят про женщин! — вновь получил я удар в грудь. — А ты к тому же и так чрезмерно загадочный!

— Я? — мои брови приподнялись вверх. — Да самый обычный!

— Раз лежишь голый в моей кровати, то это не так! А если вспомнить твои боевые навыки, необычную технику, скорость, то вопросов возникает ещё больше…

— Ты придумываешь, — отмахнулся я, поняв, что красавица с трудом остановилась в перечислении моих странностей.

«Неужели пробила меня по каким-то своим каналам?»

— Гхм. Гхм, — прочистил горло я. — А скажи мне, прелестница, неужели ты искала сведения о молодом человеке по имени Гордей? Пробивала пластик и сведения, хранящиеся на нём? А может, и вовсе полный доступ получила?

— Ага. Как же! Кто бы мне его дал! — на мгновение стрельнув глазками, хмыкнула Оливия и стала заваливать меня информацией: — Вообще-то личные дела всех егерей засекречены! Особенно молодых. И за этим очень жёстко следят. В своё время множество перспективных магов погибло из-за интриг благородных родов, иностранных спецслужб и других заинтересованных лиц. Ты что? Не знал об этом?

— Сомневаюсь, что это технически возможно, — покачал головой я и сделал себе зарубку разобраться в ситуации. — Как-то же ты нашла во мне вышеупомянутые странности?

— Кроме фотографии, имени, сведений о получении обмундирования и комнаты в общежитии ничего нет, — всё же признала Оливия и перешла в атаку: — Должна же я знать, с кем сплю⁈ Как считаешь?

— Узнала? — уточнил я насмешливо.

— Нет, — покачала головой она. — Говорю же, засекречено всё! Даже года рождения нет!

— Зачем тогда смотрела? — спросил я.

— Смотрела, чтобы ты не был женатиком! — нашлась Оливия, почему-то не желающая признать, что просто проявила любопытство.

— Не являюсь? — уточнил я.

— Нет, — буркнула Оливия. — Иначе я бы тебя к себе не пустила.

Не желая предоставлять красавице возможность захандрить, я стал поглаживать её по спине и медленно опускаться ниже.

— Опять⁈ — вздёрнула она бровь и едва заметно улыбнулась. — Я на тебя обижена!

— Ничего страшного, — усмехнулся я, продолжая опускать руки ниже. — Я отработаю.

Через некоторое время улыбающаяся и довольная Оливия отвернулась к стенке и засопела, а я бесшумно встал с кровати, быстро оделся и, посмотрев время, вышел в коридор.

Дойдя до общей кухни, накинул «отвод глаз», открыл окно и, напитав себя духовной энергией, перенёс тело на улицу. Затем немного прикрыл створку, чтобы она привлекала меньше внимания и, отпустив подоконник, ухватился руками за внешние откосы окна, и стал давить на них, зафиксировав своё положение в воздухе.

Вновь вспомнилось, как в далёком детстве впервые учился подниматься между двух стоящих рядом зданий, как тренировался равномерно давить руками и ногами на противоположные стены и стараться не сорваться вниз.

'Висел на уровне четвёртого этажа, как и сейчас, только тогда мне приходилось прикладывать огромные усилия, чтобы не сорваться, а сегодня силы в руках и духовной энергии хватает, всего лишь чтобы держаться на двух крепких откосах.

Повернув голову в сторону, чтобы не зацепить подбородком отвод, расслабил руки и скользнул вниз до окна на третьем этаже. Там остановил падение, зафиксировав своё тело давлением на откосы, и вновь скользнул вниз.

Спустившись таким оригинальным, зато безопасным способом, побежал в сторону своего общежития, чтобы переодеться и помчаться на тренировку.

«Там помедитирую, восстановлюсь и можно будет переходить к делу», — думал я, ощущая лёгкость и приятную негу.

Этот день ничем не отличался от предыдущих. Погода в августе была всё такой же пасмурной, а я успешно вырабатывал нужные рефлексы, наращивал количество духовной энергии, набирался калорий и строительного материала. Тренировки, медитации и посещение столовой. Всё как обычно. Однако около семнадцати часов, когда я пришёл на очередной приём пищи, то сразу почувствовал на себе чьё-то пристальное внимание.

Пока набирал порции, расплачивался и шёл к привычному месту, взгляд наблюдателя стал ликующим, и я смог незаметно его отследить.

«Ба! Какая встреча! Да это же один из тех парней, которые буянили в автобусе! — узнал я воздыхателя Алеси, который эмоционально разговаривал по телефону. — Нашли меня, значит. Не простили. Ну ничего. Это даже с какой-то стороны хорошо. У меня появился удобный случай в реальном бою проверить свои возможности против слабых магов. Заодно и пойму уровень моих нынешних сил. Главное — не начинать потасовку первым и записать начало конфликта на диктофон. На тот случай, если эти индивиды потом пожалуются коменданту центра. Благо телефон всегда при мне».

Неспешно покушав, отметил момент, когда наблюдатель выйдет из зала, и, промокнув губы салфеткой, двинулся следом, а затем, ощущая на себе недобрые взоры, направился в сторону женского общежития, рядом с которым располагался небольшой сквер. И место неплохое, и не покажу им, как пройти к моей тренировочной площадке.

Сделав вид, что не замечаю абсолютно топорного преследования пятерых парней, дошёл до нужного места и занял самую дальнюю лавочку, укрытую от посторонних взглядов высокими кустами. В тёмное время суток она обычно занята, а вот сейчас здесь никого.

«Отлично!» — подумал я и сразу насытил тело духовной энергией, полагая, что бить меня начнут без лишних разговоров.

Группа преследователей появилась сразу. Двое из них зашли мне за спину. Трое с гадкими ухмылочками на лицах остановились напротив.

— Так-так-так! Какие люди! — громко воскликнул Сёмушкин, привлекая к себе внимание. — Ну здравствуй, мудила! Ты даже не представляешь, как я рад нашей встрече! Должен признать, уже полагал, что ей не суждено состояться! Оказалось, что ты горазд прятаться! Мы с парнями очень удивились, когда не нашли тебя ни среди обслуги, ни в общежитии для простолюдинов. Даже осмотр всех столовых на территории центра, и тот результатов не дал! Мне уже стало казаться, что ты вообще обычный человек, которого случайно занесло в этот автобус. Но нет! Ты просто прятался! Думал, что если сразу тебя не найдём, то забьём на поиски? Нет! Мы оскорблений с рук не спускаем!

— Не спускаете, значит? Такие крутые ребята? — поднимаясь со своего места, спросил я. — Тогда зачем ещё двух человек с собой взяли? Для уверенности? Или это ваша группа поддержки?

— А чтобы ты не сбежал! — зло сказал воздыхатель Алеси. — Мы тебя сейчас на куски порвём!

— Ути-пути, какой грозный! — усмехнулся я и начал закатывать рукава. — Значит, ты первый в очереди?

— Что⁈ — злость на его лице несколько поутихла и сменилась лёгким недоумением.

— Я спрашиваю, ты первый со мной драться будешь⁈ Только что ведь рвать меня на куски собирался, — сказал я и с нарочитым подозрением в голосе уточнил: — Или, может, ты боишься? Неужели просто пришёл с парнями за компанию, чтобы отсидеться и не принимать участия в драке?

— Эй! — повысил голос возмущённый моими словами Сёмушкин. — Со мной разговаривай!

Я перевёл взгляд на него.

— А ты чего дёргаешься? Главным себя почувствовал? Друзей ни во что не ставишь? Вытираешь о них ноги и считаешь себя лучше? Да⁈

— Что ты несёшь⁈ — возмутился Артём, зло сжимая кулаки и делая шаг вперёд. — Хочешь нас поссорить?

«Хочу понять, почему вы ещё не напали на меня толпой и не стали мутузить. Может, действительно считаете произошедшее в автобусе случайностью и желаете реабилитироваться в драке один на один? Тогда вы не настолько плохи, как я подумал изначально», — пронеслось в голове, и я ответил.

— Мне нужно понять, кто из вас будет драться первым, — мой взгляд скользнул на воздыхателя Алеси: — А тебе, если не можешь ответить за свой чрезмерно длинный язык, я бы посоветовал закрыть пасть и не лезть в разговоры старших. А то ведь так и снова по морде можно получить.

— Да как он смеет⁈ — как-то ненатурально возмутился парень. — Я его сейчас…

— Заткнись! — оборвал его Сёмушкин и обратился ко мне: — Ты мой! Сейчас я покажу, что значит честный бой, а не удары исподтишка.

— Вопросов нет, — кивнул я. — Пойдём на полигон. Там как раз есть свободная площадка для подобных случаев.

— С тобой? На полигон⁈ — влез в разговор третий со своим презрением. — Да кем ты возомнил себя, урод⁈

— На другой территории центра запрещено использование боевых заклинаний. Кто будет отвечать, если вы не сдержитесь и спалите сквер? Мне этого не нужно, — сказал я слова, ради которых и включил заранее диктофон на телефоне.

— Да пошёл ты! — рявкнул возмущённый Сёмушкин и тоже стал закатывать рукава. — Я тебя и так отделаю!

— Смотрите сами, — пожал плечами я и сделал несколько шагов в сторону. — Моё дело предупредить.

Не успел я обернуться, как Сёмушкин тут же рванул в бой, намереваясь провести прямой удар ногой в грудь.

Несмотря на то, что интуиция даже не посчитала такую атаку опасной, я всё равно сделал полшага в сторону, уходя от неё, и без затей ударил кулаком навстречу. Противник тут же приземлился на спину и схватился за грудь, пытаясь вдохнуть хоть немного воздуха.

«Сильно ударил!» — остался я недоволен быстрой победой, но тут остальная четвёрка не сговариваясь рванула ко мне.

Самого шустрого встретил ударом ноги под его атакующую руку и отправил в непродолжительный полёт. Атаку второго принял на блок и тут же ответил слабым тычком в нос.

«Нет! Ну так совсем неинтересно! Какие-то они слабые, — недовольно подумал я, забирая из мышц крохи духовной энергии. — Попробуем по-другому».

Если оставшиеся противники и стали двигаться быстрее, то особой разницы я не заметил. Пришлось бить их аккуратно и преимущественно по конечностям.

— А! Сука! — после очередного удара по голени в ярости прокричал воздыхатель Алеси.

На его руках тут же вспыхнуло синеватое свечение, и в мою сторону полетело неизвестное заклинание, от которого шибануло опасностью.

Не желая принимать его на «щит воли» и демонстрировать свои способности, я просто отошёл в сторону, а затем рывком переместил себя за ствол ближайшего дерева.

Куст в нескольких метрах от меня взорвался щепой, знатно нашпиговав как самого создателя заклинания, так и его друзей.

— Герой! — похлопал в ладоши я. — Одним заклинанием целую звезду накрыл! Не ожидал!

— Сука! — подвывая от боли, ответил мне парень — Это ты во всём виноват!

— Тебе конец, — наконец смог вымолвить научившийся дышать Сёмушкин. — Я этого так не оставлю! Мой отец! Он…

— Что? — перебил Артёма я. — Будет и дальше вытирать тебе сопли? Да как ему будет угодно. Только предупреждаю сразу. На силу, более грозную, чем кучка дегенератов, я и отвечать буду соответственно. Помни об этом.

Удаляясь в сторону тренировочной площадки, отключил запись диктофона и подумал о том, что раз такие слабаки смогли получить кольца егерей, то и мне пора.

«Простолюдину с таким девайсом проходить курс подготовки должно быть чуть легче, чем без него. Хотя лучше посоветоваться с Оливией. Заодно узнаю, как эти дегенераты могли выжить в разломе. Не удивлюсь, если кто-то за деньги провёл их по нескольким разломам. Другого объяснения тому, что эти слабаки там выжили, у меня нет».

Глава 14

Решив посетить разлом, я первым делом устроил себе изматывающую шестичасовую тренировку с постоянным перемещением, бегом, преодолением полосы препятствий, использованием известных техник, напитыванием тела и оружия духовной энергией.

По её окончании без сил завалился на землю и некоторое время лежал на спине, приходя в себя и восстанавливая дыхание. Затем нашёл силы, сел в позу лотоса и принялся медитировать, быстро восполняя потраченную энергию.

«Ну что можно сказать? — думал я, сидя во внутреннем мире перед костром, огонь которого всё так же был примерно мне по пояс. — Пусть и не удалось привести это тело к привычным кондициям, но как минимум по духовной энергии на ранг боевира из своего мира я рассчитывать могу. Да, для по-настоящему сильного противника этого явно недостаточно, однако для закрытия разлома седьмого класса хватит с излишком. Всё же я не сачковал, и организм Гордея готов к серьёзной нагрузке».

После восстановления сил привёл себя в порядок, переоделся в чистый комплект формы, и отправился в библиотеку. Там без подготовки сдал зачёт по знанию основных монстров седьмого класса, последний из обязательных, затем ещё раз проштудировал боевой устав корпуса егерей, освежая алгоритм действий по резервированию за собой разлома, после чего отправился в магазин.

Время уже было позднее, поэтому поспешил всё сделать быстро. Докупил продуктов для сухого пайка, специальные пластиковые таблички, выставляющиеся перед входом в разлом, а затем отправился за своей саблей на тренировочную площадку.

Когда завершил приготовления, было уже далеко за полночь, однако это не помешало мне зайти в приложение егерей и взяться за изучение разломов седьмого класса, находящихся неподалёку от города. Их, к моему удивлению, оказалось совсем немало. В ближней условно безопасной зоне сразу сто семь. Большая часть из них к этому времени уже подвергалась очистке либо была зарезервирована различными звёздами егерей. Я также решил присоединиться к этому хорошему делу и застолбил за собой один из них, появившийся не так давно рядом с добротной трассой и всё ещё остающийся свободным. Получилось это достаточно легко. Хотя мне и пришлось смахнуть несколько предупреждений-подсказок, напоминающих о технике безопасности, призывающих молодого егеря заполнить пустующие слоты бойцами его звезды, а также информирующих о том, что образования, полученного через книжный фонд библиотеки, недостаточно.

Решив все вопросы с регистрацией, переключился на поиски виденного ранее номера телефона частного перевозчика, занимающегося доставкой егерей к разломам за пределами города.

Бодрая девушка диспетчер ничуть не удивилась моему позднему звонку, затем записала данные, номер удостоверения, длинный регистрационный знак зарезервированного разлома и озвучила условия работы, а также сумму к оплате, которую я пообещал передать водителю наличкой.

Заказав автомобиль на восемь утра, я попрощался с незнакомкой и самым наглым образом завалился спать. Перед походом хотелось набраться сил и отдохнуть.

Проснулся рано, в шесть часов утра. Умылся. Немного помедитировал, быстро сходил в столовую и перекусил. Вернулся в комнату. Забрал подготовленные вещи и отправился на контрольно-пропускной пункт, где меня уже дожидался бронированный тёмно-зелёный внедорожник с пулемётом на крыше и молодым парнем за рулём.

— Утро доброе! — поприветствовал он меня, окидывая пристальным, внимательным взглядом.

— Доброе! — поздоровался я, укладывая вещи во внушительный багажник, а затем запрыгнул на переднее сиденье, надеясь развеять себя беседой и разжиться некоторой информацией.

— Первый раз в разлом? — тронувшись с места, спросил парень, заметивший моё новое обмундирование, отсутствие родового кольца на пальце и то, что я занял место рядом с ним.

— Есть такое, — кивнул я. — Так заметно?

Водитель бросил на меня ещё один взгляд.

— На самом деле не очень. Держишься уверенно, форму носить умеешь, слабаком не выглядишь, не нервничаешь, да и про свой мнимый опыт в уничтожении монстров тоже не рассказываешь. С другой стороны, кольца на тебе нет и к разлому ты едешь один.

— И? — уточнил я, не улавливая связи в последнем аргументе.

— А то, что до начала курса подготовки осталось меньше месяца, — хитрым тоном начал пояснять собеседник. — В центр начинает приезжать молодое поколение боярских родов, а также простолюдины, имеющие поддержку богатых влиятельных семей. Без обид, но ты походишь на последнего. Общаешься просто, но серьёзную подготовку видно невооружённым глазом. Я ведь прав?

— Отчасти, — кивнул я и, желая ещё больше расположить молодого человека к себе, добавил: — Из простых я, да и семья не такая уж и богатая. Но к чему ты ведёшь?

— К тому, — приободрился парень, — что едешь ты один, потому что скрываешь своё желание посетить разлом от родни, а там тебя будет ждать подготовленная звезда бойцов.

Я изобразил на своём лице изумление, и водитель расхохотался:

— А ты думал! Я уже не первый год егерей вожу. Глаз намётанный! Думаешь, ты один такой умный среди новобранцев⁈ Да как бы не так! Почти каждый считает своим долгом посетить парочку разломов седьмого класса и перед началом курса подготовки стать полноправным егерем. А так как члены рода этого не одобряют, то приходится изворачиваться и нанимать нас и несколько звёзд-паровозов, чтобы и класс получить, и не сдохнуть.

— Паровозов? — приподнял бровь я.

— Да, — кивнул водитель. — Так называют команды егерей, специализирующихся на проводке через разломы некоторых богатых и влиятельных личностей, желающих получить камень.

— А зачем? — удивился я.

— Для статуса, к примеру? — подмигнул мне сосед. — Девушек в провинции удивлять. Для продвижения по службе ещё полезно.

— Так это ведь должно стоить немало! — заметил я. — Опытные егеря неплохо зарабатывают и в разломах. Зачем им ещё кого-то с собой брать и так рисковать?

— Некоторые иностранные аристократы платят ну очень приличные деньги, чтобы получить белое, а лучше жёлтое кольцо. Вываливают целые состояния. А некоторым даже удаётся немного вернуть молодость или просто стать крепче.

«Сомнительно, что я выберу такой способ заработка, но кто знает, куда может завести жизнь. Нужно будет иметь данную возможность в виду», — подумал я и задал следующий вопрос: — Значит, этим летом ты уже возил немало таких, как я?

— С десяток, — кивнул посерьезневший собеседник. — И двое из них погибли. Так что если сомневаешься в своих силах или нанял слабую звезду, то можем развернуться. Тогда я возьму у тебя лишь сотню рублей. За ложный вызов, так сказать.

— Нет, — покачал головой я. — Едем, как и договаривались.

— Думаешь, камень на пальце что-то поменяет? — продолжил парень стращать и одновременно снабжать меня интересными сведениями. — Если нет прикрытия боярского рода или влиятельных родственников, то твоё обучение превратится в сущий ад. Подставы, избиения, унижения. Это лишь малая часть того, с чем сталкиваются простолюдины, желающие стать егерями. Лучшая участь ждёт лишь тех, которые вышли из обслуги и поддержки, но и к ним, если честно, отношение не очень. А как молодые аристократы заводятся по отношению к нашему брату, обскакавшему их в цвете кольца, тебе лучше и не знать. Даже убить могут. Да и наставники такие украшения тоже не жалуют. Они ведь понимают, как их получают и что цель — не закрытие разломов, а собственная гордыня.

— Смотрю, ты тоже пока кольцом не обзавёлся? — заметил я. — Из-за этого?

— Не ношу его, — кивнул водитель и, достав из кармана печатку, продемонстрировал белый цвет её камня. — Хотя заработал класс честно. Не разломами, правда, а благодаря пулемётной установке на крыше.

— Это как так? — заинтересовался я.

— Когда монстры вырываются в наш мир, то несут с собой частичку разлома, проходящую через того, кто эту тварь убьёт.

«А вот об этом в учебниках не пишут», — обрадовался я интересным сведениям, которые в дальнейшем обязательно обдумаю, и после небольшой паузы спросил:

— А что будешь делать, когда высадишь меня? Будешь ждать? Или на другие заказы поедешь?

— Ты зарезервировал авто на сутки, — напомнил парень, — поэтому привезу и буду ждать неподалёку. Если не появишься через двенадцать часов, то информирую руководство о твоей пропаже и вернусь. В ином случае заберу и отвезу куда скажешь.

— И не боишься? — уточнил я. — Вдруг кто-то из монстров выберется?

— Для противодействия им у меня будет пулемёт, броня и колёса, — ответил водитель и пожал плечами. — А вообще такое в условно безопасной зоне бывает достаточно редко. Да и мы тоже не дураки. Остаёмся лишь на разломах седьмого и шестого класса, к «пятёрочке» и близко не приближаемся.

— А как егеря доставляются к ним или к чему-то посложнее?

— Звёзды, которые способны закрывать сложные разломы, зачищают их на машинах центра, но чаще на своих автомобилях. Для таких умелых бойцов цены на бронированные крепости довольно демократичные. Тысяч под триста пятьдесят, если не ошибаюсь.

— Это дёшево? — приподнял бровь я, понимая, что примерно столько же стоит добротный и большой дом семейства Ладовых.

— Конечно, — уверенно кивнул водитель. — Моя в несколько раз меньше и проще будет, а компании обошлась в четыре сотни кусков. Так что сам считай.

«На этом фоне мой долг в полтора миллиона кажется не таким уж и большим. Теперь даже интересно, сколько на разломах зарабатывают егеря пятого класса», — подумал я и задал новый вопрос:

— А почему сам в корпус не пойдёшь? Почему именно в водители?

— А зачем? — пожал плечами парень. — Подвергаться постоянным нападкам бояр? Потерять независимость? Рисковать жизнью за полторы-две тысячи в неделю, сражаясь со слабейшими монстрами? Думаешь, оно мне надо? Местный народ, к коим отношусь и я, зарабатывает на оказании сервиса и услуг. Нам незачем рисковать жизнью.

— А почему так мало денег? — не понял я. — Думал, за один разлом около пяти тысяч точно заработать можно.

— Это смотря сколько монстров с кристаллами внутри и насколько ценны их ингредиенты в конкретный момент, — пожал плечами мой кладезь информации и бросил хитрый взгляд. — К тому же ты ведь не один туда собрался? Так? Поэтому смело дели добычу на пять, а точнее, сразу на шесть равных частей. Ну и мне за доставку не забудь отстегнуть.

«Точно! Он же думает, что я иду туда с наёмниками!» — мысленно поругал себя я за такую оплошность и произнёс:

— По твоей логике, я могу и пятьсот рублей получить. Если к тому же не учитывать затраты на запасы, зелья и спецпатроны.

— Вот! И я о том же! — кивнул парень. — Ты пять сотен заработаешь, рискуя жизнью, а я, сидя здесь и попивая чаёк. У новобранцев такое сплошь и рядом бывает!

— Но ведь добыча может быть куда больше пяти тысяч? Да и разломов можно взять два за день! — заметил я.

Парень рассмеялся.

— А ты самоуверен. Насчёт добычи ничего сказать не могу. Кто-то один кусок возьмёт, а другой сразу десять поднимет. Тут слишком много факторов учитывать надо. А вот насчёт двух разломов за один раз ты сильно не обнадёживайся. Это даже у опытных спецов редко возможно. И заметь, я не говорю про сильных магов и бойцов. Те, конечно, тоже успешно зачищают разломы, да только тратят при этом слишком много сил и часто получают ранения. Хотя у спецов это тоже не редкость. Но они после боёв и ран в другие разломы не суются. Знают, чем чревата подобная ошибка.

Пока я вытягивал из водителя интересные нюансы егерской службы, мы наконец выехали из города на простор.

— Так, а теперь максимальное внимание, — собрался водитель. — Мы на условно безопасной территории. Здесь разломы формируются довольно часто и иногда можно встретить недобитых тварей.

— Зато вполне неплохая дорога, — удивился я, глядя на асфальтовое покрытие.

— Да — согласился собеседник гордо, словно сам её укладывал. — Тут таких много. Специально тянули так, чтобы было проще добираться к разломам.

Через десяток минут автомобиль сбросил скорость, и мы свернули на грунтовую дорогу, ведущую в небольшой лесок. А ещё спустя метров сто какой-то прибор внутри внедорожника угрожающе запищал, и водитель резко затормозил.

— Что случилось? — спросил я, услышав его сдавленные ругательства.

— Теперь тут вместо одного сразу четыре разлома!

— Высокого класса? — спросил я, прислушиваясь к интуиции.

— Нет, — покачал головой парень, уже всматривающийся в экран телефона, — три седьмого и один шестого, но всё равно приятного мало. Монстров может показаться в четыре и даже пять раз больше. Так что без обид, но приближаться к ним я не буду. У меня на такой случай инструкция. Как выйдешь из разлома, набери, буду готов тебя забрать. Ну или пусть нанятая звезда подвезёт тебя до асфальта. Тут близко. Думаю, в такой ситуации они не откажут.

Достав телефон, проверил путь до своего разлома.

«Ну, хоть идти недолго», — подумал я, разглядывая карту в приложении, и, вспомнив боевой устав егерей, спросил:

— А разве возле разлома не должен присутствовать отряд прикрытия?

— Должен, — согласно кивнул водитель. — Но после появления ещё трёх разломов их передислоцировали в другое место, чтобы не потерять людей попросту. Вместо них оставили несколько коптеров, чтобы те следили за вырвавшимися монстрами, если такие будут.

— Ты имеешь в виду беспилотники? — удивился я такому развитию электроники, в моём мире ничего подобного не было.

— А ты думал, разломы ножками ищут? — рассмеялся парень. — Не, раньше так, конечно, и было, но с развитием техники поиск и классификация разломов существенно упростились.

— Понятно, — протянул я, продолжая изучение карты.

Водитель произнёс:

— Смотри. Две семёрки уже зарезервированы на двенадцать часов. Так что, если всё будет нормально, то сюда приедет много народа и я подберусь поближе.

— А если нет?

— Если нет, то я верну тебе ещё сотку рублей, — вздохнул парень. — Но пока с тебя четыре сотни.

«Ну, хоть так», — подумал я и, отдав парню деньги, взялся за ручку.

— Подожди! — остановил он меня. — Свяжись со своей звездой. Пусть заберут тебя. Одному ходить по лесу с таким количеством разломов небезопасно.

— Открывай, — отмахнулся я, указывая на заблокированную дверь. — И багажник тоже. Я сам в состоянии о себе позаботиться.

— Хозяин-барин, — пожал плечами водитель, нажимая на кнопку с замочком.

Выбравшись наружу, накинул рюкзак, повесил пистолет-пулемёт в специальную кобуру на правом боку и, нацепив саблю, двинулся вглубь леса.

Нужный мне разлом представлял собой круглое туманное облако светло-серого цвета и радиусом около трёх метров. Внимательно изучив его со всех сторон, я достал из кармана подготовленную накануне пластиковую табличку, на которой уже был написан мой личный номер, и оставил её перед входом. Затем нажал в приложении кнопку «Начало работы», спрятал телефон, достал саблю из ножен и, напитав тело духовной энергией, сделал шаг вперёд.

«Понеслась!»

Портал привёл меня в, казалось бы, обычный сосновый лес, ничем не отличающийся от того, в котором я только что был. Однако чувство опасности резануло по нервам, словно бритва, и в мою сторону с фланга прыгнул гигантский волк размером с крупного телёнка.

Тело само бросилось вниз, навстречу прыгнувшему противнику, а мелькнувший красным цветом клинок прошёлся по мягкому брюху, с лёгкостью распарывая его. На землю этот волчара рухнул одновременно со своими кишками и тут же жалобно заскулил, но я не обратил на него внимания, сконцентрировался на ещё трёх противниках.

Одного пропустил мимо, просто сделав шаг вперёд. Второму сломал шею слабеньким «тараном силы», а третьему перерубил позвоночник. Зашедший на второй круг волчара словно не заметил гибели товарищей по стае, за что и поплатился.

Осмотревшись по сторонам и не почувствовав угрозы, я с удовольствием провёл рукой по горящему красным цветом клинку и втянул носом привычный металлический запах крови, витающий в воздухе.

«Хорошо! И сабля отличная! Любо-дорого смотреть! Хотя, как я и предполагал изначально, оружие из разломного металла пробивает монстров не так чтобы хорошо. Особенно мощную шкуру. Приходится подавать больше энергии».

Добив выживших волков, я, не откладывая в долгий ящик, достал нож и стал потрошить добычу. Это, конечно, были не привычные мне демоны, а совсем другие монстры, но крови я не боялся, их примерное строение знал и имел богатый опыт. Поэтому некоторые ценные органы были извлечены достаточно быстро, и я также стал обладателем двух белоснежных жемчужин, от которых исходила странная энергия.

«Отлично!» — обрадовался я добыче и, засунув её в рюкзак, двинулся дальше в поисках новых противников.

Пока неспешно шёл по лесу, анализировал свой первый бой с монстрами и был вынужден признать, что предупреждения корпуса егерей были вполне оправданны. Будь на моём месте кто-то слабее или менее опытный, то всё могло завершиться ещё на первом волке. Да и оставшаяся тройка вполне могла потрепать даже звезду егерей.

«Поэтому бдительность, бдительность и ещё раз бдительность!» — сказал я сам себе.

По въевшейся за долгие годы привычке просканировал лес техникой «глаза волка» и довольно скоро обнаружил насыщенные энергией ягоды, которые поспешил собрать в контейнер. За этим важным делом меня и застала банда из пяти волчар.

Не дожидаясь их атаки, я напитал тело духовной энергией и рванул к ближайшему из них. Красный клинок с лёгкостью прошёл через черепушку, а затем сильный рубящий удар перед собой оставил без передних лап сразу двух прыгнувших волков. Не обращая внимания на скулёж, я отскочил в сторону, впечатал четвёртого монстра «тараном силы» в ближайшее дерево и ранил заднюю лапу пятому, который решил сбежать.

Добив раненых, решил проверить мелькнувшую в уме идею и активировал «глаза волка». Это позволило мне заметить, как через тела погибших противников проходит какая-то энергия, которая формирует небольшие круги.

«Вот это поворот! — обрадовался я появлению камней не только в местах, которые были указаны в справочнике. — Нужно будет потом и первые трупы проверить. Наверняка я что-то там пропустил».

Завершив разделку, стал богаче ещё на шесть белых жемчужин и двинулся дальше. Правда, далеко пройти не успел. Моими новыми противниками стали сразу четырнадцать волков. Лишние эмоции и размышления тут же отступили, чувство опасности обострилось, и я, напитав тело и саблю духовной энергией, первым бросился в бой.

Красный клинок быстро мелькал в разные стороны, техники «тарана» ранили и отбрасывали наиболее опасных особей, однако не прошло и минуты, как вокруг меня остались одни лишь трупы.

«А руки-то помнят. Хоть они и не те! — довольно подумал я, оценивая оставшееся количество духовной энергии, которая с начала похода успела сократиться на четверть. — А вот это не очень приятная новость. Слишком много сил уходит на техники, да и клинок поглощает больше, чем я планировал. Но это всё равно не критично».

Вырезав камни и наиболее ценные ингредиенты, двинулся дальше, туда, откуда раздавался громкий волчий вой. Сомнений не было, вожак уже знал об опасности и собирал выживших особей возле себя.

Очень скоро я ощутил нарастающую тревогу, затем, подумав, снял рюкзак и дальше двинулся налегке. Предчувствие не подвело. Я вышел на поляну с огромной норой, ведущей вглубь земли, вокруг которой обнаружилось около двадцати крупных особей, а также возвышающаяся над ними примерно на голову белая волчица с костяными наростами на голове и красными глазами.

«Такую так просто не возьмёшь!» — понял я, покрепче сжимая рукоять, и, почувствовав опасность сзади, перекатился в сторону, пропуская попытавшегося напасть со спины волка. В следующее мгновение монстры разом рванули ко мне и прочувствовали результат упорных тренировок в полной мере.

Кроваво-красная сабля запорхала в руках, нанося опасные, болезненные и смертельные удары тварям, приблизившимся первыми, после чего я тут же отскочил в сторону, убивая и калеча следующую волну монстров. Спустя несколько минут потерявшие мобильность волки уже не могли завалить меня количеством, поэтому я начал быстро с ними расправляться. Когда стая сократилась наполовину, в дело наконец решила вступить белая волчица.

Она резко рыкнула, и чувство опасности заставило меня отскочить в сторону, пропуская мимо ударную волну, разорвавшую двух раненых монстров. Волчица оскалилась, собралась повторить заклинание вновь, однако я приблизился и тут же переместился к ней на фланг с помощью техники «шаг», чтобы затем одним движением наполненного духовной энергией клинка перебить ей позвоночник.

«А у неё шкура попрочнее других будет», — с неудовольствием подумал я, когда не удалось убить противницу с одного удара, после чего закончил дело и принялся добивать выживших волков.

Убив последнего раненого монстра, я почувствовал, как что-то изменилось. По разлому словно прокатилась волна энергии, которая на несколько мгновений задержалась в моём теле, насытив духовной энергией по самую макушку, и двинулась дальше.

«Значит, это и есть та самая энергия разлома? — обрадовался я. — Получается, ранг богатыря не так далёк, как мне казалось ранее! Тут мне для роста возможностей никакие дорогостоящие зелья не нужны! Сам справлюсь!»

В хорошем настроении я быстро проделал все нужные манипуляции с трупами монстров и очень скоро стал богаче на тридцать четыре белых и один жёлтый камень, а также на большое количество различных ингредиентов. В том числе и красных глаз волчицы, которые, насколько я помню, являются важным составляющим какого-то зелья.

А вот в огромной норе, на которую я питал некоторые надежды, ничего интересного не нашлось. Там были лишь кости и запах мокрой псины.

Не собираясь расстраиваться, умыл лицо и руки, смывая с них кровь, с аппетитом перекусил и отправился назад.

У выхода из разлома обнаружил в трупе одного из волков ещё один белый камень и с саблей в руке сделал шаг в посветлевший туман разлома.

Меры предосторожности не подвели.

Оказавшись на другой стороне, я обнаружил себя на фланге небольшой войнушки. Бойцы роты поддержки на трёх автобусах расстреливали из пулемётов нескольких здоровенных бронированных ящеров, выбравшихся из разлома шестого класса вслед за тремя ранеными егерями.

— Оксана! Оксана! Нет! — вырывалась одна из щуплых фигур, но товарищи тащили её дальше, пытаясь скрыться за железными тушами автобусов. — Она осталась там!

Не успел я отскочить, как один из ближайших ящеров заметил появление нового персонажа и, повернув огромную морду, резво рванул в мою сторону.

Глава 15

Сегодня у Сергея должен был быть обычный день. Вот уже несколько лет подряд он работал водителем бронированного внедорожника и доставлял егерей к разломам. Из испуганного мальчишки, вздрагивающего при малейшем шорохе, он превратился в опытного профессионала, знающего окрестности аномалии, двигающегося по пересечённой местности на отлично, а также не гнушающегося прикрыть нанимателей из установленной на крыше пулемётной установки.

Поступивший утром заказ был прост и незатейлив. Необходимо было доставить очередного молодого представителя богатой семьи из центра подготовки егерей к расположенному неподалёку от города разлому седьмого класса.

За несколько лет работы Сергей уже вдоволь насмотрелся на клиентов подобного типа и примерно понимал, что от них ждать. Однако парень, вышедший через контрольно-пропускной пункт, немного его удивил. Он оказался не привычно чванливым представителем золотой молодёжи, смотревшим на простого водителя и его бронированный внедорожник с толикой презрения, а своим в доску парнем, искренне интересующимся его работой и нюансами сферы перевозок.

Такое отношение Сергею понравилось, поэтому он с удовольствием отвечал на вопросы клиента и щедро делился знаниями, разъясняя ему непонятные моменты.

«Кто знает? Может, когда-нибудь он станет высококлассным егерем? — думал водитель, пытаясь объяснить несвойственную себе разговорчивость, а затем бросал быстрый взгляд на даже более молодое, чем у него, лицо клиента и мысленно смеялся: — Ага. А потом ещё и корпус егерей возглавит».

Следующим звоночком, указывающим на то, что день становится всё более интересным, стало скопление разломов, появившихся в зоне высадки пассажира, и наличие среди них жёлтого пятна. Так в простонародье иногда называли разломы шестого класса.

Клиент, как назло, оказался настойчивым и пожелал продолжить движение до цели своим ходом. Он словно не знал, чем чревато столкновение с монстрами из разных разломов.

«Хотя почему „словно“? Он и не знает! Молодой, неопытный и чрезмерно уверенный в своих силах! Такой же, как и другие представители богатых семей, — покачал головой водитель, неодобрительно глядя вслед молодому егерю. — Рискует. Такие долго не живут. Хотя, может, я чего-то не знаю, и нанятая им звезда уже проверила округу? В таком случае всё выглядит не так страшно».

Спустя пару часов к месту множественных разломов прибыло несколько бронеавтобусов дежурной роты поддержки, а с ними и боевые звёзды егерей на двух других автомобилях. Двинувшийся замыкающим в колонне, Сергей при подъезде к позиции подметил некоторую странность. Ни возле разлома, ни в других местах поблизости лишнего автомобиля не было.

«На чём же тогда прибыла нанятая клиентом звезда егерей?» — с недоумением подумал парень и, подгоняемый любопытством, сделал большой круг, объехав автобусы, внедорожники и четыре разлома. Вернувшись на своё место в колонне, чтобы быстрее было отступать в случае неожиданности, он сокрушённо покачал головой.

«Неужели этот идиот пошёл туда один? В разлом! Без опыта! Нет, ну это же надо быть настолько самоуверенным глупцом! Это только новобранцы корпуса так могут, у которых вообще никакого опыта сражений с монстрами нет! Хотя, если подумать, про настолько оригинальный способ самоубийства я ещё не слышал».

Пока Сергей мысленно костерил клиента, из-за которого он теперь будет вынужден находиться здесь как минимум шесть часов, на поляне перед разломами стало происходить что-то странное. Бойцы поддержки сдавленно ругались, а их командир хватался за пистолет и кричал на водителя внедорожника, доставившего один из отрядов егерей.

Не сдержав интереса, молодой человек приоткрыл окно и обратился к ближайшему бойцу с автоматом в руках:

— Эй! Служивый! День добрый! Не подскажешь, что тут происходит?

Мужик лет сорока с обветренным лицом и небольшим шрамом на щеке сначала грязно выругался, а потом, махнув рукой, дал ответ:

— Да чёрт-те что! Пока мы разворачивались и изготавливались к бою, звезда боярских молокососов из центра зашла в разлом.

— И что тут такого? — не понял Сергей. — С ними же вторая звезда приехала. Пусть своих мажориков и спасают.

— Так в том и дело! — сплюнул мужик. — Не их это звезда! Никого они не нанимали! Сами решили разлом зачистить! Сами! Ну, да это ладно! Возможно, у них бы что в итоге и получилось! Маги же! Да только эти недоумки разломы перепутали! В шестёрку вместо семёрки пошли. Теперь нашего Михалыча будут пользовать и в хвост и в гриву за то, что недоглядел! Не остановил боярских молокососов! И плевать, что они ему не подчиняются!

Сергей выругался, правильно оценив ситуацию.

— Не повезло ему. Да только всё ли так плохо? Как он мог остановить аристократов? Их не сильно-то и задержишь. К тому же они вполне могут вернуться, когда поймут, куда попали.

— Твоя правда! — кивнул боец. — Да только мне почему-то слабо верится. Хотели бы отступить, давно бы это сделали.

— День самоубийц какой-то, — покачал головой Сергей и на вопросительный взгляд мужика пояснил: — Да я сегодня тоже молокососа из центра привёз. Думал, он из богатеев. Звено охраны нанял и все дела. А этот идиот, оказывается, один в разлом пошёл! Один! Он самоубийца хренов, а мне теперь несколько часов тут куковать. Вдруг, мол, вернётся? Инструкция, мать его ети!

— Один? — удивлённо спросил мужик, переводя взгляд на разломы. — Ничего не путаешь?

— Да я тут уже круг проехал. Ни лишнего автомобиля, ни следов от шин, ничего. Даже тропка к разлому от одного человека. Не по воздуху же они перемещались?

— Что-то ты путаешь, — покачал головой боец. — Посмотри. Одно пятно-то посветлело.

— Да? — удивлённо переспросил Сергей, переводя взгляд на место разлома, и недоумённо протянул: — Ничего не понимаю! Тут точно никого не было!

Спустя некоторое время из шестёрки показались три потрёпанные фигурки аристократов, а следом за ними мощные бронированные туши лесных ящеров.

Выкрикивающие ругательства бойцы поддержки тут же открыли по тварям прицельный огонь, мешая им приблизиться к раненым, чтобы нашинковать их на мелкие кусочки. Получалось плохо. Монстры имели костяные наросты по всему телу и крепкую кожу. Несмотря на это, двух менее защищённых ящеров поддержка всё же завалила, а вот оставшиеся твари оказались попрочнее.

Заметивший это Сергей, стоявший в конце колонны, стал медленно отъезжать назад. Однако в следующее мгновение случилось то, чего никто не ожидал. Из посветлевшего разлома появился заляпанный кровью егерь, который, увидев ящеров, рванул в сторону, чем привлёк к себе внимание самого здоровенного из них.

«Хана котёнку!» — только и успел подумать Сергей, как его клиент смазанным движением приблизился к ящеру и вбил мигнувшее красным цветом остриё сабли ему точно в глаз.

— Охренеть! — воскликнул молодой человек, подавшись вперёд, и в этот момент вышедшие из разлома маги выдали несколько заклинаний, прикончивших последнего ящера, и тут же перехватили блондинку, которая что-то кричала и пыталась рвануть обратно в разлом.

Не успел молодой водитель с облегчением выдохнуть, понимая, что наконец-то появилась благовидная причина покинуть столь опасное место, как его клиент одним движением скинул с себя объёмный рюкзак, подскочил к девушке, тряхнул её за плечи и что-то спросил. Не добившись ответа, он выдал ей отрезвляющую пощёчину, а затем отправил в полёт сразу двух аристократов, попытавшихся было возмутиться его поведением, и, выслушав ответ, рванул в шестёрку.

— Ну писец! — покачал головой Сергей и бросил поражённый взгляд на видеорегистратор, который записал скоротечный бой.

* * *

С помощью пощёчины и резких слов я узнал у пребывающей в истерике блондинки примерное местонахождение раненой Оксаны и, рванув в разлом шестого класса, вновь оказался в лесу. Только в этот раз он был довольно редким, с малым количеством толстых, можно сказать, огроменных деревьев, имеющих весьма широкие кроны.

«А ещё здесь явно не средняя полоса», — думал я, ощущая, как при перемещении жар ударил в лицо.

Поморщившись, я обогнул с десяток мелких ящеров, трупы которых щедро усеивали пространство перед разломом, и рванул вперёд по широкой тропке, вытоптанной в высокой траве людьми и монстрами. Почти сразу до меня донеслись звуки боя и заклинаний. От сердца отлегло. Моя знакомая ещё жива.

«Может быть, это не она? Может, это веселится ещё один член боярской звезды? — думал я, обострив все органы чувств и отслеживая поблизости возможных противников или баронессу Боде, ту самую красотку, с которой я познакомился во время поездки в Новосибирск и чью младшую родственницу только что встретил в слезах. — И на хрена они вообще сюда попёрлись⁈ Мало того, что в разлом! Так ещё и шестого класса! Совсем, что ли, мозги не работают⁈ Хотя обо мне присутствующие, вероятно, остались такого же мнения. Вышел парень из разлома и без отдыха бросился в новый. Только вот они не знают, что я не желторотый юнец с одной извилиной, а опытный боец, успевший восстановить не только телесные, но и духовные силы. Надеюсь, их хватит на оставшихся в живых ящеров. Всё же, какой бы безмозглой эта молодёжь ни была, они заявились сюда впятером и щедро разбрасывались смертельно опасными заклинаниями».

Не прошло и минуты, как я оказался позади десятка бронированных туш, которые с остервенением рвались на небольшую вершину, в центре которой находилось гигантское дерево. Именно там, как я заметил, и устроилась раненая черноволосая Оксана, из последних сил отбивающаяся от не только быстрых, но и весьма ловких ящеров.

Оценив диспозицию и бронированные наросты на спинах монстров, я напитал клинок максимальным количеством духовной энергии и рванул к ближайшему противнику.

Удар. Техника «вихрь силы» в рану через клинок. Рывок на спину следующему ящеру. Удар и «таран». Прыжок…

Буквально за десяток секунд я сократил численность противников до четырёх, а затем, ощутив опасность с фланга, сформировал «щит воли», принявший на себя разрушительную мощь длинного зелёного хвоста, отправившего меня в продолжительный полёт на соседнее дерево.

Совершив несколько резких движений, я сумел стабилизировать своё падение и довольно ловко приземлился на одну из толстых веток огромного дерева.

Забывшие про Оксану ящеры с громким шипением рванули ко мне. К ним присоединилась пять монстров, находившихся с другой стороны вершины, в том числе и огромная, намного больше сородичей, тварь с тем самым длинным хвостом, который пытался научить меня искусству полёта.

— Беги! Путь свободен! Я их уведу! — во всю мощь лёгких закричал я и рванул по веткам в противоположную сторону, к ближайшему дереву.

Разгон. Прыжок.

«Получилось!» — с удовлетворением думал я, двигаясь по ветке другого монструозного дерева и краем глаза отмечая, как прихрамывающая черноволосая фигурка пытается быстро идти в сторону выхода из разлома. — Надеюсь, ей удастся сбежать и не попасться в лапы случайного монстра'.

Уводя преследователей от Оксаны, проверил количество духовной энергии, и на лицо наползла хищная ухмылка. Позволив ящерам себя догнать, я спрыгнул на землю и убил очередного ящера, чем спровоцировал гигантского монстра на особенно громкое шипение и ожидаемый удар длинным хвостом.

В следующее мгновение я переместился к нему «шагом», вогнал вспыхнувший красным светом клинок в мягкое нёбо и использовал «вихрь силы».

Чувство опасности взвыло, и я вновь переместился «шагом», уходя от нескольких атак хвостами, а затем мощным прыжком вновь забрался на ветку ближайшего дерева.

Врагов осталось семь. Все они, конечно, оставались грозными противниками, но не настолько сильными, как погибший вожак. Ситуация мне нравилась. Из-за закрытия предыдущего разлома духовной энергии во мне было достаточно. Две трети точно осталось. Поэтому я решил немного побегать по разлому в поисках случайно выживших тварей, а также растянуть колонну преследователей и уничтожить их различными способами, используя этот поход ещё и в учебных целях.

«Когда ещё у меня появится возможность проверить свои наработки? Заодно узнаю, как на этих тварей действуют различные скрывающие техники».

К сожалению, скоро выяснилось, что длительное преследование в данных условиях не состоится. Препятствием выступила небольшая площадь самого разлома, границы которого мерцали, словно предупреждая об опасности. Тут же завопила и интуиция, подсказывая, что туда мне точно не надо.

Что примечательно, преследовавшие меня ящеры к опасному месту тоже приближаться не спешили, словно ощущали исходящую от него опасность.

«Ничего! — подумал я, спрыгивая на землю. — Буду двигаться вдоль границы, а потом вернусь к выходу из разлома. И дело сделаю, и для Оксаны время выиграю. Если она, конечно, ещё не выбралась».

* * *

Оксана кое-как доковыляла до выхода из разлома и, чувствуя, что в глазах темнеет, рывком перебросила своё тело через него.

— Бери её! Оттаскивай! — словно сквозь вату в ушах, услышала она громкие команды и чьи-то сильные руки, которые подняли её и быстро понесли под защиту бронированного автобуса.

— Оксана! — донёсся до женщины истерично громкий вскрик Вики, по грязным щекам которой покатились слёзы, и молодая блондинка бросилась к подруге.

— Сначала лекарь! — жёстким тоном остановил ёё один из бойцов поддержки.

— Да как вы смеете так разговаривать с баронессой! — воскликнул юношеский голос, но ответ бойца Оксана не услышала, к её носу поднесли ватку с нашатырём, а затем пожилой мужчина с аккуратной бородкой и белой повязкой с красным крестом на руке дал выпить ей две небольшие склянки. Зелья были невероятно ужасными на вкус, однако она как-то справилась со рвотным рефлексом и с благодарностью кивнула, приняв от лекаря небольшую пластиковую бутылку воды.

Мужчина тем временем достал ножницы и стал разрезать штанину, чтобы заняться раной на ноге.

Закончив пить, Оксана закрыла пустую бутылку и, глядя на заплаканное лицо подруги, которую уже успели подлатать, с облегчением сказала:

— Слава богу, ты жива! Я боялась, что вы не выберетесь!

— Это всё они! — зло посмотрела девушка на двух помятых парней позади себя и топнула ножкой. — Вынесли меня и не дали тебе помочь!

— Они всё правильно сделали! — отчеканила разозлившаяся брюнетка. — Как бы я смотрела в глаза твоему отцу, если бы ты погибла? Как⁈

— А как бы я смотрела в глаза твоему? А тёте Марии⁈ — прокричала Вика, и по её щекам вновь покатились крупные слёзы. — Ты не могла принимать решения за меня! Не могла! Я должна была остаться рядом!

— Ты была ранена! — почувствовав себя намного лучше, ответила Оксана. — Ранена! И к тому же без сознания! Хороша помощница! Ничего не скажешь!

— Дамы… — произнёс один из парней, пытаясь привлечь к себе внимание, но девушки, не сговариваясь, прокричали:

— Заткнись, Питер!

— Это всё из-за вас! — со злостью добавила Оксана. — Три самоуверенных кретина! Кто уверял нас, что является опытным егерем⁈ Кто заверял, что не новичок в разломах и справится с любым монстром⁈ Да мы чуть не сдохли из-за ваших тупых понтов!

— Но я не знаю, откуда взялись ящеры! — прокричал в ответ тот, кого назвали Питером. — Там должны были быть кроты! Простые скальные кроты! Мелочь, а не противник! Это недоумки разведчики виноваты! Они перепутали всё! Они! Мой род сотрёт их в порошок за эту ошибку!

— Гхм-гхм! — внимание ругающейся компании привлёк немолодой худощавый мужчина с резкими чертами лица, жёлтым камнем егеря шестого класса на пальце, а также погонами капитана.

Заметив, что четвёрка смотрит на него, он спросил:

— Кто старший звена⁈

— Старший⁈ — растерянно переглянулись парни.

— Кто разлом резервировал⁈ — повысил голос капитан. — Кто вёл звезду в бой? Кто из вас?

— Да как вы смеете⁈ — взял себя в руки Питер, и на его лице появилось спесивое выражение. — Я виконт Данцев! И…

Вместо ответа капитан достал из кобуры пистолет и снял его с предохранителя, заставив молодого аристократа заткнуться и побледнеть.

— Я очень рад, рядовой Данцев, — выделил капитан звание собеседника, — что вы наконец соизволили представиться! Но я всё ещё не слышал ответа на заданный вопрос! Кто вёл звезду?

— Я, — взял себя в руки молодой человек и его щёки запылали. — Советую убрать пистолет в кобуру. Иначе, капитан, у тебя могут быть очень большие неприятности! Сгоришь так же, как и та ящерка, что вылезла из разлома последней!

— Рядовой? Ты что, угрожаешь старшему по званию⁈ — довольно осклабился капитан, а один из пулемётов на ближайшем автобусе навёлся точно в грудь хамящего аристократа.

— Вы не посмеете! — буквально выплюнул виконт. — А вот я обязательно подниму вопрос об угрозах в своём рапорте и укажу, что твои косорукие подчинённые не в состоянии прикрыть выбравшихся из ада раненых егерей! Что совместными усилиями девяти пулемётов вы едва справились с двумя ящерами! Да что бы ты делал, если бы я с бароном не спалил одного из них? Да вы все будете уволены! Я вас…

Договорить виконт не успел.

Выстрел пистолета в воздух заставил его заткнуться. Хотя, может, дело в том, что он заметил налившиеся кровью глаза капитана, который, судя по перекошенному от гнева лицу, с трудом сдерживался от выстрела в голову.

— Раз мы нашли старшего, — прошипел капитан, — то теперь мне хотелось бы узнать, на каком основании ты, рядовой, повёл звезду именно в этот разлом? Отвечай!

— По приложению! — зло рявкнул в ответ не желающий показывать слабость Данцев. — Я сделал всё как обычно! Зарезервировал разлом! Внёс данные егерей и всё!

— Не всё! — покачал головой капитан. — Где табличка с личным номером старшего и временем начала зачистки? Где подтверждение в приложении перед входом⁈

— А зачем это, если следом за нами к месту подъехал отряд поддержки? — пытаясь оправдаться, зло спросил виконт. — Вы что, не видели, куда мы пошли?

— Видел, — кивнул капитан. — Только вот я не понял, как именно был выбран данный разлом! Почему звезда вошла в него⁈ Вдруг какая-то ошибка⁈

— Да какая может быть ошибка⁈ — ещё громче вскричал Данцев. — Я что, не видел, сколько разломов? Нам нужен был второй! И мы в него вошли, всё просто!

— Так это же третий по счёту! — прищурился капитан.

— Это второй! — не менее громко прокричал виконт. — Какого хрена я должен оправдываться и учить целого капитана⁈ Посмотри внимательно! Ты что, не видишь табличку возле крайнего разлома⁈ В нём уже были егеря! Зачем его считать⁈ После него шёл первый и второй! В последний мы и вошли!

— Да потому что его надо было считать! А лучше было бы зайти в приложение, сделать всё как положено и оставить информационную табличку! Тогда бы ты заметил, что в пятне этого разлома присутствуют светло-жёлтые вкрапления тумана! Что он шестого класса! Что ты повёл людей не в тот разлом!

— Шестого? — побледнел парень. — Этого не может быть! Я…

Договорить виконт не успел. Удар блондинки ногой в голову откинул его на несколько метров и впечатал в дерево.

— Идиот! — прокричала баронесса, с яростью сжимая кулаки. — Кусок дерьма! Какого хрена ты не посчитал первый разлом⁈ Почему не сделал всё по инструкции! Пофорсить решил⁈ Знающим себя показать⁈ Нам нужен был второй с края разлом! Второй! А ты куда нас повёл? Куда, я спрашиваю⁈ В третий⁈ В шестёрку⁈ Да мы там чуть не сдохли! Я едва Оксану не потеряла! А Костя где? Где он, мать твою⁈

Парень залился краской, вскочил, но сказать ничего не успел, перебила вскрикнувшая брюнетка:

— Точно! Костя! Он ведь отвлёк на себя ящеров и велел мне бежать! Нужно срочно ему помочь и вытащить оттуда! Господин капитан! — повернулась она в сторону убравшего пистолет офицера. — Прошу вас! Помогите нам!

— Виконт, — мужчина бросил презрительный взгляд на парня, — кое в чём прав. Моё подразделение предназначено не для противодействия монстрам, а лишь для поддержки.

— Но вы же егерь шестого класса! — воскликнула Оксана.

— И моя обязанность защитить своих подчинённых, если ситуация выйдет из-под контроля! Прикрыть их и дать время уйти!

— Но как же⁈ — воскликнула брюнетка, однако её перебил голос Вики.

— Нету… Нету больше Кости… Его ранили в ногу, и он отстал…

— Не может быть! — повернулась Оксана к подруге. — Ты что-то путаешь! Я видела его! Он живой! Он отвлёк на себя ящеров и дал мне сбежать!

— Это не он, — глухо ответила девушка и на её глазах показались слёзы. — Это Гордей.

— Кто⁈ — с недоумением спросила подруга. — Какой…

— Так ты что? Знаешь этого наглеца? — вскричал виконт.

— Тот, что ехал с нами в Новосибирск, — не обращая внимания на слова Данцева, сказала Вика. — Когда мы вышли, то он меня узнал. Подскочил. Заставил рассказать, где ты, и побежал в разлом.

— Гордей⁈ — изумлённо переспросила Оксана, зажимая рот ладошкой, и на её глазах выступили слёзы.

— Тот… — она на мгновение замялась. — Тот самый парень⁈ Хочешь сказать, что это он бросился меня спасать? Но… Но он ведь совсем молод! И магический дар у него слабый! Сам же говорил! На что он вообще рассчитывал⁈

— На то, что отвлечёт ящеров и даст вам, девушка, возможность спастись, — в повисшей тишине произнёс капитан, снимая с головы чёрную шапочку, и подчинённые последовали за ним. — Вот так из-за ошибок и самонадеянности одних гибнут другие.

Выдержав ещё некоторую паузу, капитан сказал:

— Собакин! Свяжись со штабом. Доложи о ЧП и двух трупах. Пусть вызывают подготовленную звезду. Может, от парней хоть что-то останется. Передадим родным на похороны.

— Это всё ваши догадки! — вспылил виконт. — Костя жив! Он не мог умереть!

Перед разломами вновь повисла тишина, однако её почти сразу сменил изумлённый возглас одного из пулемётчиков:

— Зачистили! Они его зачистили!

Присутствующие недоумённо посмотрели в сторону разлома шестого класса и смогли наблюдать, как пятно начинает медленно светлеть.

Ещё спустя несколько секунд перед ними появился заляпанный кровью парень с саблей в руках. В полной тишине он дошёл до сброшенного им же рюкзака, достал из него пластиковую бутылку и с удовольствием начал пить.

Затем умыл грязное лицо и спросил:

— Где старший первой звезды? Как разлом делить будем?

— Где Костя⁈ — вдруг истеричным тоном воскликнул виконт и стремительно приблизился к вернувшемуся парню. — Где барон Протосов⁈ Почему ты, сволочь, его не вытащил⁈ Сожгу суку!

Руки находящегося не в себе виконта запылали огнём, однако в следующую секунду он пропустил смазанный удар в подбородок и без сознания рухнул на спину, а его противник, посмотрев на молодых аристократов, спросил:

— Кто такой барон Протосов? И где он может быть?

«Охренеть! — подумал Сергей, бросая взгляд на свой видеорегистратор. — Это будет бомба!»

Глава 16

После того, как я уложил на лопатки вспыльчивого юнца, на меня попытался было броситься его друг, однако молодца остановил выстрел в воздух и предостерегающий окрик худощавого мужчины с погонами капитана.

— Отставить!

— Но этот подлец поднял руку на виконта Данцева! — едва сдерживая ярость, прокричал аристократ. — Как он посмел⁈

Капитан сквозь зубы выругался.

— Да мне плевать! Я сказал — отставить! Парень вместо того, чтобы уехать отсюда, бросился за членом вашей звезды! Да ещё и выжил! Добить его хочешь? Или, может, умереть в бою от позора? За то, что бежал от страха, оставляя товарищей на съеденье тварям⁈

Барон едва ли не задохнулся от возмущения, но к нему подошёл лекарь и подсунул под нос какую-то ватку. Лицо парня тут же разгладилось, и мужчина, пока его коллеги поднимали виконта, отвёл пациента в автобус.

Проводив подчинённых взглядом, офицер повернулся ко мне, и я, вспомнив строчки устава егерей, как младший по званию, доложил:

— Господин капитан! Курсант Ладов завершил зачистку разлома седьмого класса. Уничтожено сорок три монстра. Также…

— Ну, хоть кто-то выучил устав, — перебил меня мужчина и, бросив взгляд на руки, добродушным тоном уточнил: — Я не вижу кольца. Какой у тебя класс?

— Класса не имею. Ещё не заслужил, — ответил я, не желая признаваться, что это мой первый поход в разлом. Слишком уж невероятно это звучит, а я и так уже сильно засветился.

— Уверен? — спросил капитан и уточнил: — А где остальные члены твоей звезды? Ингредиенты собирают? Что-то долго их нет. Хотя это сейчас второстепенный момент, — не стал дожидаться он моего ответа и добавил: — А что по поводу шестёрки скажешь? Ты её один закрыл? Или ещё кого-то там видел? Что вообще там происходило⁈

— Когда вошёл, перед разломом лежало несколько мёртвых тушек, — быстро ответил я, переводя тему с моего мнимого отряда, и кивнул на стоящую неподалёку Оксану: — Затем увидел баронессу Боде. Она находилась на дереве и отбивалась от нескольких ящеров. Воспользовавшись этим, я убил парочку из них и сбежал, уводя остальных за собой. Благодаря тому, что сударыня неплохо потрепала монстров, мне понадобилось лишь растянуть их колонну и прикончить по одному.

— Бронированных ящеров? — приподнял бровь капитан. — Тех стремительных тварей? С парой которых мои ребята едва справились?

Я пожал плечами, не желая врать прямо.

— Больше никого там не видел? — спросил мужчина после краткой паузы и, заметив отрицательное покачивание головой, сказал: — Сегодня мы стали свидетелями как минимум двух чудес. Поэтому будем надеяться на третье.

Повернувшись в сторону одного из автобусов, капитан скомандовал:

— Третий взвод! В шестёрку! Прочесать там всё и найти барона!

Вновь выдержав паузу, он тихо добавил:

— Ну или то, что от него осталось.

— Господин капитан? — напомнил я офицеру о себе. — Может, вы поделитесь со мной опытом? Не подскажете, что делают в таких вот случаях? Когда разлом зачищают одновременно две звезды?

— Две? — приподнял бровь капитан, наблюдая за тем, как его люди входят в шестёрку. — Ты хотел сказать, одна недозвезда и курсант-одиночка?

Не дав мне вставить слово, ответил:

— Хотя формально ты, конечно, прав. У вас два отдельных подразделения, и численность роли не играет. Только жизнь барона. Если он жив, то вы вроде как действовали параллельно и добыча делится на двоих. А вот если парень мёртв, то всё переходит к тому, кто закончил работу. Правда, кроме этих вот тварей. Одну, вышедшую за пределы разлома, убили члены предыдущей звезды. Ещё пару мои ребята. Много за них, конечно, не выручишь, но кассу роты пополнить можно.

— Понял. Спасибо, — поблагодарил я капитана, а он добавил:

— А вообще, я бы посоветовал тебе забронировать разлом, пока этого не сделал кто-то другой.

— В смысле? — не понял я. — Они что, не оформили его перед входом?

— Вот и я о том же, — осклабился капитан. — Как вообще так можно? Зато кольца нацепили! Псевдоегери, блин!

«Я тоже не лучше, — самокритично подумал я. — Нужно ведь подтвердить зачистку первого разлома и запросить добытчиков. А я совсем забыл об этом со всей беготнёй».

Быстро выполнив необходимые действия, а также записав во всплывшее окошко тип монстров и их примерное количество, запросил отделение добытчиков, после чего зарезервировал на себя свободную шестёрку. Правда, в этот раз приложению, помимо прочего, понадобилась и фотография пятна.

«Как они вообще в таком опасном разломе оказались? — с недоумением подумал я, косясь на аристократок. — Даже элементарные правила не выполнили! Вот что значит молодость и отсутствие опыта в сочетании с самоуверенностью».

Когда я завершил дела, ко мне вновь обратился капитан:

— У тебя выход на нормальных добытчиков есть? Или из корпуса привлекать будешь?

— А есть разница? — спросил я.

— Недобросовестные могут часть добычи себе забрать. Обобрать новичка. А ведь шкура ящеров — довольно ценная штука, да и в шестёрке, в принципе, можно найти что-нибудь интересное. У меня есть парочка команд на примете. Могу посоветовать.

— Да я уже через приложение вызвал, — пожал плечами я.

— А, — понятливо протянул егерь. — Долг на тебе висит? Хочешь, чтобы треть заработанного списали?

— Да, — кивнул я, не став рассказывать, что помимо этого имею выход на специалиста службы оценки материальных средств.

«Нужно будет ему позвонить. Надеюсь, он меня вспомнит и не откажет в небольшом содействии».

— Правильно, — кивнул капитан. — Но, пока долг выплачиваешь, смотри по сторонам и примечай людей. Как разберёшься с ним, сможешь подать в отставку и стать егерем в запасе. Тогда работать с частными командами будет более выгодно.

Мужчина достал из кармана пару визиток:

— Возьми, лишним не будет.

Когда капитан вновь ушёл, я взялся за телефон и набрал Петра Макаровича, того самого мужчину, с которым познакомился в автобусе.

Сизин поднял трубку рабочего телефона достаточно быстро и даже обрадовался, когда понял, кто ему звонит.

— А я только о тебе вспоминал! Что? Уже давят аристократы в центре? Решил ко мне в добытчики пойти⁈

— Нет, Пётр Макарович, — ответил я со смешком, — тут другая ситуация. Я сегодня первый раз в разлом сходил и зачистил его. Добытчиков через приложение вызвал, да только вспомнил ваше предупреждение, что их группы разные бывают. И нужны добросовестные.

— Быстро ты, — озадаченно протянул мужчина. — Я, если честно, не очень хорошо отношусь к походам в разломы до обучения, но ты всё же взрослый человек и сам должен принимать решения. Напомни-ка мне свой учётный номер. Я как раз перед компьютером, сейчас всё проверю.

Я продиктовал длинный ряд чисел на обратной стороне своего пластика, и мужчина озадаченно произнёс:

— Тут написано, что ты один зачистил семёрку, а затем и шестёрку! Наверное, какая-то ошибка.

— По первому всё правда. А вот с разломом шестого класса некоторые проблемы, — ответил я и быстро рассказал мужчине свою версию событий. Напирая на то, что волки оказались какими-то вялыми и медленными, а ящеров до меня потрепала другая звезда егерей, и я лишь добил уцелевших.

— Хм. А можешь мне дать старшего подразделения поддержки? — спросил мужчина, не став с ходу обвинять меня во лжи. — Нужно задать ему несколько уточняющих вопросов.

— Конечно, — ответил я и обратился к офицеру: — Господин капитан, вас просит к телефону Сизин Пётр Макарович, главный специалист службы оценки материальных средств.

— Звонит узнать, нет ли какой ошибки? — понимающе хмыкнул офицер и, приняв трубку, отошёл на несколько метров.

— Что? — удивлённо вскинул он брови и бросил на меня оценивающий взгляд. — Один? А ведь точно. Кроме него я здесь никого не вижу. Да. Ага. С шестёркой что? О! Тут целая история! Без бутылки холодненькой не разберёшься, но в общих чертах всё верно. Он в разлом сиганул. Баронессу спас и ящеров добил. Ага. Да. Один мёртв. Понял. Да не за что. Всего доброго, Пётр Макарович.

Капитан вернул мне телефон, и Сизин тут же сказал:

— Так, добытчиков хороших я тебе сейчас вышлю. Всё сделают как положено и в кратчайшие сроки. Всё найденное в разломах, в том числе и камни, отдавай им. Если извлекаешь сам, то цена для тебя более приятная получится. Так что за это можешь не переживать. Ну а я от себя закреплю несколько хороших команд конкретно за тобой. Так что каждый раз после разлома можешь меня не беспокоить.

Мужчина хохотнул:

— А вообще молодец! Впервые отправился в поход и уже два разлома закрыл! И подумать только, один из них шестой!

— Ну, там же я только после первой звезды оказался. Тут везение, ничего более, — быстро ответил я.

— Это неважно! — отрезал мужчина. — Другие и с чужой помощью ничего не могут! Так что ты мне тут скромника не строй! А иди-ка лучше камни поищи. Ты только в начале пути, и каждая копейка будет на счету! Одно снаряжение чего стоит!

— Спасибо за помощь, Пётр Макарович! — поблагодарил я мужчину, и мы расстались с ним довольные друг другом.

«Надеюсь, он помогает мне по доброте душевной, а не для того, чтобы заработать на молодом егере без покровителей», — подумал я, но тут ко мне подошли всё это время ожидающие удобного случая аристократки.

— Гордей! — привлекла моё внимание блондинка. — Спасибо тебе большое! Если бы не ты, то… — на её глазах появились слёзы. — Я твоя вечная должница! Я думала, что мы её потеряли!

— Да! Спасибо! Они почти меня достали! — как можно более искренно добавила брюнетка, но её глаза то и дело оценивали мой прибавившийся рост, ставшие широкими плечи и мышцы левой руки, выглядывающие из порванного рукава.

— Сударыни, — нейтральным тоном произнёс я, понимая, что за нами следит слишком много посторонних глаз, — вы ставите меня в неловкое положение. Никаких долгов мне не нужно. Я отправился в разлом лишь для того, чтобы спасти баронессу. Слава богу, мне это удалось, что и стало для меня лучшей наградой!

Оксана на мгновение забыла о том, что предшествовало моим словам, и довольно улыбнулась, а в следующую секунду её взгляд изменился и в нём мелькнул мимолётный страх, который она тут же подавила усилием воли.

«Нужно будет посоветовать им вернуться в общежитие и выпить вина, чтобы расслабиться, — подумал я. — Сейчас Оксане кажется, словно всё это происходило с кем-то другим, но скоро наступит отходняк и осознание, что выжить ей сегодня удалось лишь каким-то чудом».

— Но так нельзя, — недовольно произнесла Вика. — Ты хочешь сказать, что род Дунтен в моём лице не должен достойно тебя наградить?

— Как можно, ваше благородие? — ответил я. — Я всего лишь заметил, что отправился в разлом по душевному порыву. А наградить можете тем, что утолите моё любопытство. Мне очень интересно узнать, каким образом вы оказались в разломе? Да ещё и шестого класса!

Выслушав сбивчивый ответ перебивающих друг друга девушек, я лишь неодобрительно покачал головой.

«Теперь понятно, почему виконт вёл себя столь неадекватно, — подумал я. — Из-за его глупой ошибки и недостаточных знаний погиб Протосов. Вот он и решил переложить ответственность за произошедшее на меня, не желая считать себя виновным. Словно я действительно пошёл в разлом с миссией спасения и подло бросил беззащитного парня там. Хотя, как утверждает Вика, она видела, как барона схватили во время их прорыва к выходу».

— Сударыни, — с как можно большим осуждением в голосе произнёс я, глядя на молодых аристократок, — ну ведь также нельзя! Служба в корпусе егерей — смертельно опасное занятие! Перед тем как идти в разлом, нужно не только стать сильным магом, но и выучить устав, бестиарий. Понять, что может ждать тебя в разломе. Тогда вы сможете понимать, где опытный егерь, а где новичок с кольцом.

— Ты об этом пожалеешь! — донёсся до меня ненавидящий голос качающегося из стороны в сторону виконта. — Кровью умоешься!

— Да как ты смеешь⁈ — вспыхнула Виктория. — Он сделал то, на что вы оказались не способны! Спас Оксану! Сначала в одиночку закрыл один разлом, а потом без промедления бросился во второй! А в это время вы двое, до этого щедро разбрасывающиеся словами, сидели с опущенными головами и тряслись! Даже не думали отправиться спасать членов своей звезды! А ведь силы у вас ещё остались! Так за что же ты ему угрожаешь⁈ За то, что он оказался смелее? Или за то, что исправил твои тупые ошибки⁈ Так знай! Если бы Оксана пострадала, то я бы тебя лично на куски порезала! Как можно было перепутать разломы⁈ Почему ты не вернул звезду назад, когда мы столкнулись с первыми ящерами⁈ А⁈

— Вы все сдохнете! — прошипел покрасневший Данцев, и на его ладонях заплясал огонь.

Однако в этот момент из разлома вышли бойцы взвода, которые вынесли на носилках барона Протосова. Точнее то, что от него осталось.

От увиденного виконт побелел, а затем стал заваливаться на землю и был оперативно подхвачен лекарем. Заметившая его странную реакцию Виктория обернулась, а после тоже рухнула в обморок. Благо я стоял поблизости и не дал ей упасть на землю.

— Вам нужно показаться целителям, а потом идти отдыхать, — сказал я, бросив взгляд на Оксану. — Нечего вам тут делать.

— Я с этими идиотами в одну машину не сяду, — прошипела брюнетка, посмотрев в сторону бывших членов своей звезды. — Боюсь, что убью их, пока мы будем возвращаться!

Не найдя лишних автомобилей, я направился к своему внедорожнику, а правильно понявший всё водитель выбежал на улицу.

— Подождите минуту, сейчас расстелю заднее сиденье, чтобы было удобнее, — сказал он и, сделав необходимое, даже подстелил Виктории белую простыню.

— Отвези их, куда скажут, и возвращайся, а я пока схожу в шестёрку и соберу камни, — сказал я, а затем, спохватившись, добавил: — Надеюсь, так можно?

— Нельзя, — покачал головой водитель и, посмотрев на меня, восторженно прошипел: — Но конкретно тебе можно! Я такого никогда не видел! Сначала зачистил семёрку в одного! Потом заколол здоровенного ящера, спас красавицу от лап монстров и убил их всех в шестёрке! Круто!

— Спасибо, — ответил я с лёгкой усмешкой и кивнул брюнетке: — Езжайте.

Отправившись к своему рюкзаку, ощутил, каким заинтересованным взглядом смотрит на меня Оксана, но оборачиваться не стал. За прошедшее с расставания время я познакомился с Оливией, которая про меня не забывала, и менять одну даму сердца на другую, да ещё и без повода, я не собирался.

Когда автомобиль уехал, я достал из рюкзака нож из разломного железа и, вооружившись техникой «глаза волка», отправился добывать камни из монстров.

Просканировав убитых перед разломом и не обнаружив ничего ценного, вошёл в шестёрку. Там среди мелких ящеров, которые преследовали убегающую Вику с парнями, обнаружил два первых камня. Затем двинулся к дереву, на котором пряталась баронесса, и там меня ждал второй успех: четыре белые жемчужины и две ярко светящиеся жёлтые капли. Изучив находку, продолжил движение и нашёл пару трупов гигантских ящеров с огромными хвостами.

«Да они же точно такие, как тот здоровяк, который хорошенько меня приложил, а потом долго преследовал», — заинтересованно подумал я и почти сразу обнаружил в них несколько камней…

Спустя пару часов поисков и потрошения монстров я стал обладателем двенадцати жемчужин, семи жёлтых капель, а также россыпи каких-то напитанных энергией ягод. На первый взгляд могло показаться, что разлом с волками был более выгодным для посещения, чем тот, что с ящерами. Ведь камней в первом было больше. Да только вот это было не так. Один белый камень корпус принимал по пятьсот рублей, а вот жёлтый уже по три тысячи. Так что даже с меньшим количеством камней шестёрка оказалась намного выгоднее по деньгам. Да и за само закрытие такого разлома егерям платили гораздо больше.

К тому времени, как я вышел из разлома, мой внедорожник уже вернулся, а также прибыло несколько команд добытчиков на пяти громадных грузовиках.

Старший из них, пожилой мужчина с пузиком, поприветствовал меня и предложил, пока его люди занимаются работой, начать приёмку камней и других ценных ингредиентов. Я не возражал, поэтому уже через некоторое время выкладывал на стол всё честно собранное своими силами.

— Откуда столько камней! — удивился старший и его помощник. — Ты что, где-то здесь тайник нашёл⁈

— Куда нам, простым парням? — рассмеялся я. — В монстрах нашёл, а что? Обычно приносят меньше?

— В несколько раз, — кивнул помощник главного добытчика. — Странно. Ну да ладно. Давайте начнём.

Достав стопку ведомостей, мужчина быстро вписал вес и диаметр каждого камня, затем похвалил моё бережное отношение к ингредиентам, наличие специальных ёмкостей для хранения и правильное извлечение ценных органов.

— Вы бы знали, как сильно некоторые егеря снижают ценность добытого! С них, по большому счёту, ничего кроме камней и не взять. Товар портят! А ведь его вид напрямую влияет на конечную стоимость. Так что можете заверить свою звезду, что деньги вы получите неплохие.

Оставив себе по одному камню разных цветов, я попрощался с мужчинами, заверившими меня, что оценку и передачу средств на счёт для моей звезды проведут сегодня, после чего наконец отправился обратно в центр подготовки.

— Это тебе, — протянул водитель мне небольшой бумажный пакет с надписью «шаурма», когда я вновь сел на переднее сиденье. — Комплимент от нашей компании. Отец в разломы раньше ходил и после них всегда сильно хотел жрать.

— Спасибо! Уважил! — поблагодарил я парня и начал с удовольствием есть под урчание живота. — То, что мне сейчас нужно.

Пока мы ехали домой, водитель забросал меня массой вопросов, восхищался тому, что я зачистил сразу два разлома в одиночку и вообще фонтанировал хорошим настроением.

Попрощавшись с Серёгой, как он попросил себя называть, я пообещал в случае надобности обращаться в его компанию, затем прошёл на территорию центра под заинтересованными взглядами кэпэпэшников и, дойдя до своей комнаты, с удовольствием начал приводить себя в порядок.

Долго стоял под упругими горячими струями в душе. Затем стирал обмундирование, рюкзак и ёмкости для хранения ингредиентов, вынес всё сушиться на балкон, вновь почистил оружие. К этому моменту время, выигранное шаурмой, закончилось, и голод потянул меня в столовую.

Остаток дня прошёл в медитации, попытках выявить разницу между моей духовной энергией и той, что я получил в разломах, а также найти изменения, которые могли влиять на мой внутренний мир. Однако, как я ни старался, ничего странного и нового не обнаружил. Возможно, что-то изменится после закрытия большего количества разломов.

Уже поздно вечером, перед тем как я собирался отправиться к Оливии, мой телефон взорвался градом приятных и не очень сообщений.

Первым делом пришла информация о зачислении денежного довольствия за два месяца. Оказалось, что раз я не поступил на службу в роту обслуживания и не был зачислен в учебное подразделение, то и деньги мне были не положены. Лишь обмундирование, спальное место, питание, а также материальная база центра. Однако стоило мне только зачистить разлом и на деле доказать, что не протирал штаны, то довольствие мне тут же пришло. Правда, около четырёх тысяч тут же были списаны за комнату в общежитии и питание, которым я заваливал подносы в столовой.

Затем пришли выплаты за кристаллы. Сразу сорок три с половиной тысячи. Потом почти шесть кусков за закрытие разломов и численность убитых тварей в том числе. Последний транш в тринадцать тысяч пришёл за ингредиенты и полезные элементы, которые доставали из разломов. Насколько я понял, именно на последней позиции корпус егерей делает основные деньги, позволяющие обеспечивать его функционирование.

«Итого за сегодня, если учитывать денежное довольствие, я заработал почти семьдесят тысяч рублей! — довольно подумал я после подсчётов. — На треть этой суммы корпус снизит мой долг! Великолепно! Ещё почти семьдесят таких походов, и я, окончательно расплатившись с кредитором, получу возможность безболезненно уйти из центра. Правда, тут не всё так просто. Нужен ли мне вновь подобный опыт? Чтобы один из разломов был шестого класса? Думаю, пока нет. Лучше я сначала набью руку на семёрках, удостоверюсь в своих возможностях и стану сильнее, а также изучу бестиарий более опасных монстров. Конечно, техника „глаза волка“ хороша, но терять большие деньги на инцидентах из-за банального незнания будет глупо».

Выйдя из общежития, я не спеша отправился в магазин и продолжил размышлять:

«Так, а сколько бы я получил сегодня за закрытие одного разлома? Если учитывать камни, ингредиенты и всё остальное? Тысяч двадцать пять наберётся? Двадцать четыре? Или около того? Пусть будет так. Тогда с моего гигантского долга списали бы всего восемь тысяч».

Открыв в телефоне калькулятор, подсчитал.

«Значит, для решения вопроса с долгом мне нужно закрыть примерно сто восемьдесят восемь разломов в одиночку. Не так всё и плохо, как казалось. Моя чудесная техника позволяет находить все камни в телах монстров. Поэтому нужно сейчас забронировать разлом на завтра. Буду деньги зарабатывать и заодно тренироваться с реальным противником. Сегодняшний день показал, что это мне вполне по плечу и за счёт наличия духовной энергии даётся гораздо проще, чем местным магам».

Сделав задуманное, я вновь зарезервировал для себя автомобиль в компании Сергея и, набрав вкусностей, наконец отправился к Оливии.

«Надеюсь, она простит меня за вчерашний пропуск её чудесной комнаты».

* * *

Завершив просмотр видеозаписи, граф Данцев закрыл проигрыватель и поднял взгляд на своего троюродного брата Марата, по совместительству начальника службы безопасности рода.

— Где ты достал эту запись? Надеюсь, она не ходит по сети?

— Пока нет, — покачал головой мужчина. — И если Протосов не услышит про неё, то вряд ли станет. Я нашёл её в одном закрытом чате. Там работники сферы обслуживания егерей сбрасывают интересные материалы за день и ведут внутренний рейтинг самых сильных звёзд Новосибирской аномалии.

— Намекаешь на то, что они не спешат сливать свои видеозаписи в интернет из-за запретов? — уточнил граф.

— Да, — кивнул Марат — А вот насчёт Протосова не уверен. Он потерял сына и может начать копать. Род у него слабый, влияния почти нет, поэтому я не уверен, что он сможет дотянуться до записи. Но если она когда-то всплывёт, то мы будем знать, чьих рук это дело.

— Понятно, — кивнул граф и жёстким тоном спросил: — Ты выяснил, где во время всего этого безобразия находился начальник дружины Питера? Почему он его не подстраховал? Не уберёг от ошибки и вообще отпустил в разлом⁈

— В тот день охрана, как и всегда, привезла наследника в центр подготовки, где он тренировался с друзьями, и осталась дожидаться возле контрольно-пропускного пункта, а Питер в это время вызвал частный внедорожник и на нём через другой выход отправился к разлому.

— Хочешь сказать, что всё произошедшее произошло не по вине разленившейся охраны, не удосужившейся взять под наблюдение все выходы из центра? А ответственность на восемнадцатилетнем сопляке, которого они были обязаны оберегать⁈

— Ты не хуже меня знаешь, что если охраняемое лицо будет стремиться уйти от телохранителей, то это ему точно удастся. Вспомни, как мы сами в своё время дурили охрану? У них просто нет шансов. Но люди осознают свою ошибку и готовы искупить её кровью. Если ты разрешишь, то к вечеру голова этого ублюдка Ладова будет лежать на твоём столе.

— А вот этого не надо! — резко ответил граф. — Даже более того, если ты ослушаешься меня и попробуешь наказать засранца, то я сам тебе голову откручу.

— Но почему? Этот простолюдин позволил себе поднять руку на наследника нашего рода! — удивился начальник службы безопасности и предположил: — Или за него заступились Дунтены⁈

— Нет. С ним мы уже всё обговорили и решили не путать межродовые отношения с дрязгами молодёжи, — отмахнулся граф. — А на мальчишку у меня другие планы. Пусть поступает в корпус, учится и мотивирует Питера работать над собой. А то в последнее время он расслабился. Миновал ранг адепта, стал воем и решил, что этого пока достаточно. А ведь парню вполне по силам стать гриднем! А затем, чем чёрт не шутит, и ярым! Так что Ладова не трожь! Он мне живым нужен!

— Понял, — кивнул мужчина.

— И ещё, — после небольшой паузы произнёс граф, — найди среди своих людей одного толкового и отправь учиться в центр вместе с Питером. Пусть приглядывают за ним. Не хочу потерять наследника из-за очередной юношеской глупости.

Глава 17

Следующим утром я, бодрый от сна и медитации, а также довольный из-за тёплого приёма Оливии, катил к новому разлому в компании вчерашнего водителя на том же самом бронированном внедорожнике.

Серёга тоже лучился позитивом. Видимо, его очень обрадовала возможность поработать со мной снова и уже на следующий день.

«Считает, что у меня постоянно приключения? — улыбнулся я про себя. — Даже жаль его разочаровывать».

— Получается, тебя не ранили⁈ — после приветствий спросил водитель. — Вот это да! У меня вчерашний день вообще из головы не выходит! Не могу понять, как тебе это удалось! Новичок! Так мало того, что один пошёл, без поддержки звезды, так ещё и сразу два разлома закрыл! Это невероятно! Сегодня тоже в шестёрку поедем?

— Нет, — покачал головой я, успокаивая возбуждённого парня. — Рано мне ещё туда соваться. Я вчера это отчётливо понял. Говорил же, что мне просто очень сильно повезло. В первом разломе волки попадались небольшими группами и удалось прикончить их чуть ли не поодиночке, а во втором ящеров неплохо потрепала предыдущая звезда. Они же все маги, и притом достаточно сильные. Просто им немного не хватило опыта, чтобы закончить дело самим. Ну и я после первого разлома был осторожен и старался не подставляться.

— Слишком много везения в твоих словах, и всё выглядит довольно логично, только вот есть небольшая неувязка, — не соглашаясь с моими словами, сказал водитель. — Людям, которые в егерском деле уповают на удачу, не удаётся закрывать два разлома за день, да ещё и в одного. Кстати, а ты себе в команду никого не присмотрел? Может, будешь её набирать?

— Для начала хотел бы сам опыта набраться, — покачал головой я. — Какой я командир, если все мои знания из книг? Так что пока хочу поездить по разломам. Присмотреться к монстрам. Разобраться в нюансах работы корпуса. Потом, как начнётся обучение, видно будет.

— А зачем оно тебе? — удивился парень. — По силам и умениям ты уже готовый егерь! Если будешь работать на себя, то и доход выше будет! Тут, правда, людей нужных знать надо, — поправился он в конце.

— Нет, — покачал головой я и не стал разводить секреты на ровном месте. — Для начала мне долг перед корпусом отработать нужно. Большой. А если не поступлю на обучение, то меня в приказном порядке направят служить в роту обеспечения учебного процесса. И там уже особого пространства для манёвра у меня не будет.

— Ну, тогда ты правильно всё делаешь, — согласился собеседник и покачал головой. — Но сложно тебе там придётся. Не любят бояре нашего брата. Тот же виконт вчера! Как с цепи сорвался! Если бы ты его не свалил, то и покалечить своей магией мог! А там такое сплошь и рядом! Не хотят аристократы с плебсом в центре учиться. Считают, что раз потомственные маги, то борьба с разломами — это их прерогатива.

Некоторое время мы помолчали, а затем я решил перевести разговор на совсем другую тему:

— Слушай, Серёга, а подскажи мне, как местный. Где я тут по-быстрому могу права получить? Чтобы экзамены приняли без лишних придирок и прочего. Купить, может? А то опыт вождения у меня есть, и достаточный. Правила и знаки знаю. А вот документами не озаботился.

— Так а какие с этим вообще могут быть проблемы? — удивился парень. — У вас же в центре подготовки курсы водителей есть. Там тебя не только на авто обучат ездить, но и с бронетехникой познакомят. Куда же егерю в наше время и без машины⁈ А если всех в звезде ранят и ты один останешься? Что остальным делать? Погибать из-за отсутствия у последнего здорового простейших навыков? Так что если ездить умеешь, то особых проблем с получением прав быть не должно. Егерей в этом плане не душат.

— Как-то я об этом не подумал, — признал я.

«Да и когда мне было подобным заниматься? Почти всё время тратил на усиленные тренировки. Благо они не прошли зря, и теперь я могу продолжить своё развитие в реальной боевой обстановке. Там, где риск, кровь, отработка техник по-серьёзному и опасный противник, там настоящий рост сил и возможностей!»

За разговором прошло примерно полчаса, за которые Сергей доставил нас к зарезервированному разлому. Так как на этот раз пятно было одно и без потенциально опасных соседей, то мы подъехали к нему достаточно близко. Правда, лицо водителя было не очень довольным, вероятно, из-за низкого класса разлома. Видимо, в глубине души он надеялся, что после вчерашнего успеха я всё же пойду в шестёрку.

Выбравшись из автомобиля, я открыл багажник, выложил из рюкзака объёмный свёрток, а также двухлитровую бутылку воды. Вчерашний поход показал, что сухого пайка для моего растущего организма явно недостаточно, пришлось собрать в столовой специальные ссобойки. Ну а вода предназначалась для умывания после боя, чтобы не тратить ту, которая нужна для пития.

Закинув полегчавший рюкзак на спину, достал саблю из ножен и, подумав, оставил последние во внедорожнике. Вчера они мешали мне прыгать по деревьям и за всё цеплялись.

Подготовившись к бою, напитал тело духовной энергией, сделал шаг в разлом и оказался в какой-то тёмной, влажной пещере. Техника «глаза волка» сформировалась сама собой, мир преобразился, и я обнаружил себя в невысоком, но достаточно широком каменном рукаве.

«Никого», — тут же отметил я и, внимательно осмотрев пространство перед собой, бесшумно двинулся вперёд, а уже через два десятка метров и небольшой поворот оказался перед входом в огромную пещеру с высоченными сводами, которую я внимательно осматривал, не покидая своего укрытия.

«Так, судя по всему, из неё есть как минимум ещё три выхода, точнее, четыре, если считать колодец на правом фланге, — определил я и, сделав несколько осторожных шагов вперёд, поднял голову вверх, ощущая с той стороны смутную угрозу. — А вот и мои противники».

Однако внимательно рассмотреть висящих над сводом летучих мышей размером со среднюю собаку не удалось. Вероятно, они некоторое время слышали какое-то копошение и посмотрели в нужную сторону, поэтому почти сразу я ощутил на себе несколько десятков пар глаз. По пещере прокатился громкий пронзительный визг, и вся стая, отпустив крепления и расправив крылья, ринулась ко мне. Чувство опасности взревело. Отскочив назад и пропуская мимо «огненный шар», я ударил перед собой тремя мощными «вихрями силы», отбрасывая и травмируя за раз по несколько монстров.

Сбив основную массу противников, я напитал саблю ещё большим количеством духовной энергии, и красный клинок запорхал в воздухе, убивая и калеча по несколько тварей за раз. Сократив численность летучих мышей на порядок, я прикрылся «щитом воли» от огненного удара крупной особи с красными полосками на голове и, отправив в неё «таран силы», выскользнул из рукава, перед которым собралось большое количество раненых и оглушённых особей.

Клинок вновь запорхал, добивая немощных, а несколько «вихрей силы» не дали взлететь тем, кто пытался подняться и уйти от смерти.

По пещере разнёсся визг крупной особи, и оставшиеся в воздухе летучие мыши камнем рухнули на меня.

Отскочив спиной назад к стене, я обезопасил тыл и полностью сосредоточился на пикирующих сверху противниках. Благо вновь ярко засиявшая красным цветом сабля с лёгкостью разрубала их тела.

На несколько мгновений я ощутил себя героем детской телефонной игры, в которой нужно было разрезать мечом сочащиеся соком фрукты и не дать им упасть на пол целыми. Пространство вокруг быстро заволокло огромным количеством мёртвых и цепляющихся за жизнь летучих мышей, а я сам словно принял лёгкий кровяной душ.

Отбив ещё несколько магических атак «щитами воли», я сам перешёл в наступление и, бросившись к крупному самцу, попытался достать его «вихрем силы», однако удар принял на себя другой противник и краснополосому вместе с двумя сородичами удалось спастись. Они вернулись на своё место под сводом и рассерженно зашипели в мою сторону.

«И как мне теперь их оттуда достать? — подумал я раздражённо. — Можно, конечно, пистолетом-пулемётом снять, но тратить боезапасы на такого слабого противника что-то не очень и хочется. Патронов жалко. Хотя, если вариантов не будет, то почему бы и нет? Время слишком ценно, чтобы тратить его здесь попусту».

Оглядевшись по сторонам, я приметил несколько куч камней на месте падения каменной сосульки.

«То, что надо!»

Подхватив парочку снарядов, подкинул один из них в воздух и, примерившись, запустил в наблюдающего за мной крупного самца. Попал, но бросок оказался слабым, поэтому второй я дополнил узконаправленным «тараном силы», значительно ускорившим полёт камня. Не ожидавшая подобного коварства, летучая мышь соскользнула вниз, однако затем быстро заработала крыльями и попыталась перелететь на другое место.

— Ах ты хитрая тварь! — возмутился я, бросив ещё несколько камней, усиленных «тараном», и один из них смог попасть по вёрткому противнику.

Летучей мыши это не понравилось, она взвизгнула, затем рыкнула, привлекая внимание оставшихся сородичей, и выжившая тройка спикировала на меня.

Подгадав момент, я сотворил «щит воли», полоснул саблей перед собой, нанося лёгкие ранения двум мелким противникам и, ощутив опасность от крупной особи, оттолкнулся от удобного упора на стене, и выпрыгнул максимально вверх.

Мелкие сородичи завизжали, получив огненное заклинание в спину, а я, оказавшись над пламенем, нанёс удар и кончиком сабли дотянулся до крыла хитрой твари. Её ликующий крик тут же захлебнулся, а с ним и магическая атака.

Приземлившись на ноги, я снёс голову монстру, добил его сородичей, и по разлому прокатилась волна духовной энергии, наполняющая силой и смывающая лёгкую усталость.

'И это всё? — с недоумением подумал я, а затем по-быстрому исследовал выходы, ведущие из зала.

Все они примерно через одно и тоже расстояние превращались в мерцающие границы пустоши, а колодец, который я принял за спуск в нижнюю пещеру, оказался обычной ямой, заваленной костями. Правда, хоть здесь мне улыбнулась удача, и я стал обладателем двух белых жемчужин.

Отложив саблю и взяв в руки нож, отправился собирать камни, коих для такого неудобного и многочисленного противника оказалось очень мало. Всего пятнадцать штук. Да и то, все они были белыми и, соответственно, дешёвыми.

«Грёбаные летучие мыши! — расстроился я, поняв, что на семнадцати жемчужинах много не заработаешь, а взять с этого противника особо и нечего. — Даже до девяти кусков не дошёл! Хорошо хоть тысяча за закрытие разлома будет и ещё немного за убитых тварей».

Кому-то заработанная сумма могла показаться неплохой. Всё же в обычных звёздах она делится на всех её членов, но мне от этого было не легче. После вчерашней внушительной суммы сегодняшняя выглядела, словно чья-то насмешка.

Выйдя из разлома, я первым делом умыл лицо и руки припасённой водой. Затем через приложение доложил о завершении работы, виде монстров и их количестве, а потом принялся искать новую цель.

— Быстро ты, — заметил Сергей. — А чего такой недовольный?

— Мало заработал. С этих летучих мышей ничего нормального не возьмёшь. Только камни, — ответил я. — А вот попотеть, сражаясь с непривычным противником, и замараться кровью пришлось неплохо.

Водитель осмотрел меня, согласно кивнул и стал надевать на сиденье специальные чехлы, чтобы я не испачкал обивку, а затем спросил:

— И что теперь? Возвращаемся в центр?

— Всего два часа с начала работы прошло, так что хрен тебе, — покачал головой я. — Едем к следующей цели!

— Да ты ж весь в крови! — изумился парень. — Неужели хочешь пойти в разлом в таком виде и сразу предупредить монстров о своём прибытии? Гордей! Я, конечно, понимаю, что ты силён, но не стоит пренебрегать элементарными правилами безопасности!

— Считаешь, что лучше ездить по несколько раз в душ и постоянно менять форму? У меня нет на это времени. Так что поехали! Ну а если ты окажешься прав и монстры попадутся очень сильными, то придётся убегать. Надеюсь, сил на это у меня хватит.

Водитель покачал головой, вбил в навигатор номер разлома, и мы двинулись дальше. Здесь удача вновь от меня отвернулась. Потратив несколько часов на уничтожение костяных мартышек, я стал обладателем всего девяти жемчужин.

«Теперь понятно, почему водитель Сергей считал, что его заработок примерно на уровне егеря седьмого класса. Если добытые мной камни разделить на пятерых, да ещё ходить в разломы раз в несколько дней, то заработная плата действительно будет примерно такой. Да и сомнения маркиза в оружейной лавке относительно окупаемости работы звёзд, использующих в разломах огнестрельное оружие, тоже теперь звучат по-другому». Закончив со вторым объектом, я неплохо перекусил едой, захваченной в столовой, и велел Сергею вести меня к новому разлому, который также не принёс мне больше десяти тысяч.

К сожалению, следующие несколько дней были почти такими же. Три разлома, неудобные противники и небольшое количество жемчужин. Сумма заработанного лишь единожды перевалила за тридцать тысяч. В один из дней я решил устроить себе выходной и вместо разлома отправился в автошколу центра подготовки.

Там сейчас было пусто, присутствовало лишь два преподавателя, поэтому я быстро договорился об индивидуальном экспресс-обучении у одного из них, глаза которого радостно забегали при моём появлении.

«А вот и мой клиент!» — понял я и, рассказав о желании пройти обучение в ускоренном формате, был приглашён на автодром. — Ну точно мой! Какая скорость принятия решений! Ему явно что-то от меня нужно!'

— Да ты готовый водитель! — заметил мужчина. — А как со знанием знаков?

— Их нужно повторить, — не отвлекаясь от дороги, сказал я, достал из кармана небольшой конверт и положил его в подстаканник.

После принятия конверта преподаватель с ещё большим воодушевлением выдал мне лекции.

— Прочти, отработай знаки, вспомни, какие из них относятся к предупреждающим, запрещающим, предписывающим и информационно-указательным, ну и про другие не забудь. В библиотеке можешь решать тесты. Через два дня приходи ко мне. Съездим в город на учебном автомобиле, и я приму решение, отправлять тебя на экзамены в госавтоинспекцию или нет.

— Так просто? — удивился я.

— С такими знающими учениками, — усмехнулся мужик и погладил нагрудный карман с конвертом, — я без проблем сдаю любые экзамены в инспекции. К тому же у меня есть парочка знакомых, которые не сильно придираются к егерям и очень уважают их службу.

— Я подготовлюсь к встрече с ними в два раза тщательнее, чем сегодня, — позволил я себе лёгкую улыбку и получил кивок от преподавателя.

После автошколы я отправился в библиотеку, где взялся за изучение правил дорожного движения. Мне не улыбалось из-за незнания каких-то знаков или нюансов спровоцировать дорожно-транспортное происшествие. В процессе обучения, а точнее, как оказалось, освежения знаний, я в очередной раз удивился похожести наших миров.

«Даже дорожные знаки и правила движения чуть ли не идентичные! Отличаются лишь в некоторых мелочах. Можно подумать, что я просто уехал в другую страну!»

Из библиотеки я выходил в приподнятом настроении, если всё пойдёт так и дальше, то уже скоро я смогу обзавестись водительским удостоверением, а затем и автомобилем.

Его наличие, пока я хожу по разломам седьмого класса, не так и критично. Но стоит перейти на шестёрку, и тот же Сергей начнёт выпрыгивать из штанов, рассказывая всем подряд о своём талантливом клиенте.

«Да и незачем посторонним знать, куда и для чего я хожу. Можно будет и в шестёрку наведаться, и в пятёрку, — подумал я, набирая побольше еды на поднос. — А там и о нормальном доме можно будет задуматься».

Пока шёл к своему месту, заметил на себе несколько взглядов.

«Неужто Сёмушкин решил взять реванш? Или Данцев активизировался? — подумал я и, занимая своё место, незаметно осмотрелся. — Да. Одна из морд знакома. Значит, первый вариант. А второй кто? Почему он тоже звонит кому-то? Они вместе? Или по отдельности?»

Оставив вопросы без ответов, всё равно скоро всё узнаю, я приступил к еде, а когда заканчивал, то ко мне за стол самым наглым образом уселись два высоких, крепких парня со знаками принадлежности к боярским родам и весьма наглыми лицами.

«Эх! — тяжело вздохнул я. — И почему мне здесь попадаются именно такие снобы? Где достойные сыновья своих родителей? Воспитанные молодые люди? Они же явно есть. Или нормальные ребята в егеря не идут, а устраивают жизнь по-другому?»

В унисон этим мыслям один из крепышей посмотрел на меня с насмешкой и сказал:

— Ты попал, парень!

Глава 18

Я смотрел на молодых аристократов с равнодушием и молчал. Прежде чем что-то говорить, хотелось вытянуть из них больше информации. Да и сказанные слова не предполагали ответа.

На некоторое время за столом повисла тишина, а незваные собеседники переглянулись. Их явно удивило моё спокойствие.

— Барон, — с насмешкой в голосе обратился к говорившему второй боярич, барабаня по столу пальцем с родовым кольцом, — мне кажется, или этот худородный считает себя достаточно сильным, чтобы дерзить аристократам?

— Да, Алексей. Мне тоже так показалось, — ответил второй с неприятной усмешкой и обратился ко мне: — Считаешь, что если побил слабую звезду купцов, то стал самым крутым?

«Значит, всё же Сёмушкин», — подумал я и нейтральным тоном произнёс:

— Господа, мы не знакомы. За стол я вас не приглашал. Слушать подобные выражения, а также оскорбления от благородных людей я не желаю. Поэтому предлагаю сократить обмен колкостями и перейти к конкретике. Что именно вам от меня нужно?

— Ты что, ублюдок, — вскочил со своего места Алексей, возбуждая любопытство окружающих, — будешь аристократов правилам поведения учить⁈ Да кто ты такой, мразь⁈ Я тебя прямо здесь в котлету превращу!

«И это аристократ? Да в Носирианской империи даже представители криминального мира вели себя с большим достоинством!» — с презрением подумал я и, посмотрев на Леона, произнёс:

— Если не умеет разговаривать, то пусть идёт отсюда. И давайте ближе к делу.

— Алекс! Сядь! Ты привлекаешь к нам слишком много ненужного внимания! — жёстким тоном скомандовал Леон и, дождавшись, когда его пышущий гневом товарищ займёт своё место, перевёл взгляд на меня.

— А ты попридержи язык! Ещё раз позволишь себе выражаться подобным образом, и я лично тебе его вырву!

— Не впечатлило! — откинулся я на спинку стула. — А всё потому, что вы, господа, забыли представиться. Я даже не представляю, кого мне нужно бояться.

— Ты разговариваешь с бароном Левенши! — прошипел Алексей, едва сдерживаясь, чтобы не броситься на меня с кулаками. — Если кому и нужно вспомнить о приличиях, то это тебе!

— Приятно познакомиться, ваше благородие, — с иронией протянул я. — Так что привело вас ко мне?

За столом повисла тишина, и уже Леон с едва сдерживаемым гневом смотрел на меня.

— Ты дорого заплатишь за наглость, поверь мне!

— И, кажется, пропустил важную информацию о своей проблеме! — злорадно добавил второй. — Поверь, скоро ты будешь молить о пощаде и на коленях просить прощения.

— Нет у меня проблем, — покачал головой я.

— Леон! — едва сдерживая ненависть, произнёс побагровевший Алексей. — Я сейчас не выдержу и прямо здесь ему голову оторву!

— Не стоит. Это ведь даже хорошо, что он такой наглый, — взял себя в руки Левенши, и на его лице появилась злорадная ухмылка. — Мальчик просто не понимает, с кем разговаривает. Ты запоминай его слова и выражения. Потом будет за каждый косяк расплачиваться! Где-то почками и печенью, разбитой головой, а где-то и деньгами.

— Ты прав. Ублюдок пока ещё не знает о том, с кем разговаривает и что его ждёт, — успокоился Алексей и на его лице появилась злорадная усмешка.

— Ну так наконец поведайте мне обо всём, — с раздражением ответил я. — Сколько можно вокруг да около ходить⁈

— Ты, падаль, напал на нашего подопечного Артёма Сёмушкина, — всё же не смог взять себя в руки Алексей. — Затем подкараулил и избил членов его звезды! Нехорошо так поступать с людьми, которые находятся под нашей защитой! Так что с тебя пять тысяч на то, чтобы урегулировать данный конфликт!

— За каждый, — поправил друга злорадный голос Левенши.

— Ну и ещё столько же за свой длинный язык, — хохотнул Алексей. — Думаю, пятнадцать кусков для начала хватит. А потом мы решим, что с тобой делать. Может, и не убьём.

— Благодарю за предложение, — ответил я с насмешкой в голосе. — Но конфликт с данным господином и его друзьями я разрешу самостоятельно…

— Поздно! — перебил меня Алексей. — Раньше думать нужно было! Теперь и у нас есть к тебе претензии! И ты заплатишь! Иначе… — парень замолчал и выразительно посмотрел на меня.

— Что? — приподнял бровь я, ощущая возрастающий градус раздражения. — Будешь пугать меня драматическими паузами?

Парни от сказанных слов вновь вспыхнули гневом, а я попытался успокоиться: «Так, Феофан, стоп! Прекращай заводить врагов! Их количество и так растёт стремительно. Если я и дальше буду реагировать так на угрозы каждого наглого молодца, то поссорюсь с большинством будущих однокурсников. Оно мне надо? Как мне потом с ними взаимодействовать? Ведь обязательно при удобном случае попробуют ударить в спину. Худой мир, он лучше войны. Нужно дать себе обещание хотя бы попробовать говорить с подобными типами. Вдруг они не настолько отбитые, как кажутся?»

Я вновь внимательно посмотрел на разозлённых парней.

«В следующий раз так и поступлю, но этих наглецов нужно обязательно поставить на место. Подумать только! Пришли меня на счётчик ставить! Нет, таких уродов приведёт в чувство только сила. Да и что-то я сомневаюсь, что Сёмушкин их человек. Скорее, он заплатил благородным, чтобы те разобрались со мной».

— Двадцать тысяч! — тем временем процедил Леон в ответ на мои слова.

— Почему сразу не пятьдесят? — приподнял бровь я. — Или сто? А может, пять сотен?

— Тебе конец! — покачал головой Алексей, вставая с места и едва сдерживая себя, чтобы не броситься на меня прямо здесь.

Я же почувствовал новый взгляд и услышал знакомый голос Оксаны:

— Вот ты где!

Подойдя ближе, баронесса Боде заметила разозлённых парней, которые были скрыты колонной, и холодно произнесла:

— Добрый день, господа.

— Баронесса! — встал на ноги Левенши и с фальшивой улыбкой на лице произнёс: — Мы рады видеть вас в добром здравии.

Оксана вежливо кивнула и уточнила:

— Леон Аркадьевич, у вас есть какое-то дело к моему другу?

— Другу? — переспросил второй парень, с презрением оглядывая молодую женщину.

— Оксана Александровна! — спохватился Левенши. — Позвольте представить вам барона Носикова Алексея Пахомовича.

— Очень приятно, — холодно произнесла девушка. — Так какие у вас дела к моему другу?

— Хотите сказать, что этот худородный — ваш друг? — уже более сдержанно ответил Алексей.

— Я произнесла это дважды, — заметила баронесса. — Мне повторить в третий раз?

— Не стоит. Просто мы удивлены знакомствами такой очаровательной девушки, — влез в разговор Леон. — Потому как этот молодой человек оказался возмутительно невоспитанным грубияном. Подозреваю, что как раз из-за знакомства с вами.

— Гордей Романович способен сам позаботиться о себе, — спокойно ответила Оксана.

— А ещё он должен нам двадцать тысяч! — произнёс раздражённый Носиков и с вызовом посмотрел на баронессу. — Отдавать не хочет! Так что нам придётся его проучить!

Леон бросил на друга осуждающий взгляд, а Оксана приподняла бровь и изумлённо спросила:

— Неужели благородные господа бросятся на него вдвоём? И за что, позвольте узнать, такой долг? Гордей Романович — обеспеченный молодой человек, я сомневаюсь, что он брал у вас кредит.

— Ваш друг, — вновь влез в разговор Левенши, — оскорбил моих людей. Затем подло напал на них и избил. После чего позволил себе распускать язык и был достаточно резок с благородными людьми. За это положена вира.

— Значит так! — поднялся с места я. — Сёмушкин с парнями сами нарывались на конфликт. За что и получили. Доказательства у меня есть. То, что вы оба вели себя не как воспитанные люди, а словно макаки, записано на видеокамеру столовой. Я был в своём праве, не желая общаться с такими людьми.

— Двадцать пять тысяч, — процедил Носиков. — Иначе…

— Что иначе? Побьёте меня? Кулаками? Вдвоём? Или один справишься?

— Да я тебя… — вспыхнул Алексей, но был прерван Левенши, который, судя по взгляду, вспомнил, как я справился с Сёмушкиным и его друзьями в автобусе.

— Алексей Пахомович, не стоит нам махать руками, как какая-то чернь. Если молодой человек настолько уверен в себе, как пытается выглядеть, то сейчас отправится с нами на полигон и покажет своё мастерство во владении клинком.

— И зачем это мне? Просто так, потешить чьё-то самолюбие? — уточнил я и, пока никто не успел вставить слово, добавил: — Предлагаю пари. Учебный поединок на клинках. Победитель забирает двадцать пять тысяч. Или вы только языком трепать умеете⁈

— Да ты! — сорвался Носиков, но был остановлен Левенши. — Я порву тебя! Понял! Порву! Через час на пятом полигоне!

После сказанных слов барон, не глядя на нас, вышел из столовой, а его товарищ довольно громко сказал:

— Не забудьте взять клинок и указанную сумму наличными. Проверим, чего вы на самом деле стоите.

Затем Леон перевёл взгляд на Оксану:

— А вам, баронесса, я бы посоветовал завести более знатных и воспитанных друзей.

— Я не нуждаюсь в вашей помощи по этому вопросу, — холодно ответила Оксана и после того, как барон ушёл, сказала: — Пойдём, Гордей Романович. Думаю, тебе нужно сходить за клинком.

Я быстро вынес поднос, и мы отправились к моему общежитию.

— Ну? — спросила брюнетка после некоторой паузы. — И почему ты нас избегаешь? Мы нигде не могли тебя найти. Ни в столовых, ни в библиотеке, ни на тренировочных площадках.

Мои брови взметнулись вверх.

— Вообще-то я каждый день работаю. Деньги зарабатываю. А сегодня решил сделать выходной, даже библиотеку посещал.

— Работаешь? В смысле ходишь в разломы? — уточнила Оксана — Каждый день?

— Именно, — кивнул я, и по лицу скользнула лёгкая досада. — Правда, денег получается заработать не так чтоб и много. Какие-то слабые противники попадаются.

— Если ты ходишь в семёрки, то здесь ничего удивительного нет, — сказала баронесса и, дождавшись моего кивка, добавила. — Перейдёшь в другой класс, и суммы существенно вырастут. Но и опасность там, конечно, повыше.

— Пока не готов, — ответил я. — Силы не те.

— Мне кажется, ты врёшь, — не глядя на меня, протянула Оксана. — Я отлично помню, что перед твоим появлением в шестёрке меня осаждало более десятка ящеров, которые потом чудесным образом погибли.

Я пожал плечами, а брюнетка схватила меня за руку и, подождав, когда я повернусь, посмотрела в глаза:

— Спасибо, Гордей. Я в большом долгу перед тобой. И мой род тоже.

— Не стоит, — покачал головой я и, желая разрядить обстановку, добавил: — Я сделал это лишь для того, чтобы спасти тебя. Так что не обижай меня долгом и прочими обязательствами. Договорились?

— Я так не могу, — покачала головой Оксана. — К тому же наш куратор уже доложил главе рода о посещении шестёрки, смерти Константина и прочем.

— Получили разнос? — спросил я, когда мы продолжили движение.

— Было дело, — кивнула брюнетка и её уши запылали, — поэтому родные желают тебя наградить.

Оксана рассказала мне о посещении целителей после боя, разговоре с родителями и членами семьи, о том, как прошли последующие дни. Затем я оставил её у общежития, сходил за деньгами, саблей, целебным зельем, и мы отправились на пятый полигон.

Там нас уже встречала Виктория, два барона, звезда Сёмушина в полном составе и небольшая толпа из молодых аристократов, а также любопытные лица, занимающие трибуну вокруг одной из двух арен.

— Это я Вике позвонила, — сказала Оксана. — Хотела, чтобы она тоже на представление посмотрела и могла поставить на твою победу.

«Тут ещё и тотализатор есть?» — удивился я.

— Явился! — воинственно воскликнул раздухарившийся Носиков. — Или это баронесса тебя притянула?

— Господа, — рядом с нами остановилась худощавая женщина средних лет со строгим лицом, при появлении которой пара курсантов поспешила разойтись в стороны, — что тут происходит?

— Пари и одновременно учебный поединок, ваше благородие, — быстро ответил вытянувшийся Леон.

— Левенши, — прищурилась женщина, на пальце которой я обнаружил кольцо егеря пятого класса, — пари? Учебный поединок? Не дуэль? Это что-то новенькое. И где же ваш противник?

«Серьёзная дама», — оценил я силу женщины и вышел вперёд, а она произнесла:

— Ваше имя?

— Курсант Ладов!

— Зачем вам это? — спросила егерь, отметив отсутствие родового кольца, а следовательно, незнатную фамилию. — Вас заставили выйти на поединок?

— У нас с господами возникло некоторое недопонимание, — спокойно ответил я. — Пришлось заключить пари. Надеюсь, это заставит молодых людей следить за своими словами.

— Да я тебя! — воскликнул разозлившийся Носиков, но был остановлен поднятой рукой женщины.

— Вы неблагородный, — заметила она, — и, возможно, не понимаете, чем может грозить проигрыш.

— Поэтому у нас всего лишь учебный поединок, а не дуэль, ваше благородие, — заметил Левенши, понимая, что дежурный преподаватель, как гласил бейдж, не хочет допустить избиения простолюдина.

Ещё раз бросив взгляд на моё решительное лицо, женщина кивнула:

— Хорошо. Арена за вами. Но сражаться вы будете учебным оружием, а не боевым. У вас ведь не дуэль, а учебный поединок?

Когда мы шли выбирать оружие, я услышал голоса на полупустой трибуне:

— Тысяча на барона.

— Я тоже три на Алекса.

— Да кто вообще против ставить будет? — со смешком сказала какая-то девушка. — Особенно после того, как он Дованько побил?

— Я буду. Пять тысяч на Ладова, — раздался голос Виктории.

— Виконтесса? — удивлённо спросил кто-то. — Чем вам не угодили штатные забияки? Они же делают за нас нашу работу. Выкашивают слабаков и недостойных. Или вы знаете этого простака…

Что ответила Вика, я услышать не успел, так как мы подошли к длинной стене, и я выбрал себе неплохую саблю, клинок которой был покрыт тонким слоем прочной резины, а затем попросил Оксану присмотреть за моим оружием.

За это время Носиков уже успел занять своё место на арене и, достав из кармана плотную пачку денег, протянул её Левенши.

— Пари! Победитель забирает двадцать пять тысяч! — громко заявил он и самодовольно посмотрел на меня. — Надеюсь, мой соперник принёс указанную сумму?

— Да, — кивнул я, доставая более аккуратную стопку денег, и положил её на небольшой стол перед дежурным преподавателем, которая, как мне подсказала Оксана, выступает судьёй.

— Я забью грязные слова обратно в твой поганый рот! — раздухарился Носиков, заметив деньги, и принялся поигрывать длинным мечом с такими же резиновыми накладками.

От колотых и рубящих ран такая вещь должна защитить, но и прилететь ей может неслабо.

— Барон! Ведите себя достойно! — велела судья и быстро зачитала правила учебного поединка: длительность пять минут, учитываются все попадания в незащищённые места, за каждое выставляется определённое количество баллов.

После того, как мы подтвердили готовность, женщина скомандовала:

— Бой!

Носиков со злорадной и самодовольной ухмылкой на лице пошёл вперёд, а затем сделал резкий, широкий шаг и выбросил руку с мечом, желая попасть остриём мне в солнышко.

Укол был неплохим. Удар сильным. Движения отточенными. Однако я был намного быстрее, поэтому ступил вперёд и в сторону, уходя от атаки, оттолкнул меч своим клинком и, крутанув саблю, нанёс сильный рубящий удар сверху вниз по руке.

По арене разнёсся дикий крик боли из-за перелома, однако следующая круговая атака и последовавший удар в затылок заставил противника рухнуть на прорезиненную поверхность арены без чувств.

— Победил курсант Ладов! — оторопелым голосом произнесла женщина, но быстро взяла себя в руки. — Носикова к целителю!

Пока моего противника уносили, я нашёл взглядом Левенши и указал ему на арену:

— Мы ещё не закончили!

— Тебе просто повезло! — крикнул Леон и, выбрав шашку, занял место своего друга.

— Двадцать пять тысяч, — напомнил я, глядя ему в глаза.

— На пластике, — зло хлопнул себя по груди парень. — И они тебе не понадобятся! Ведь победа останется за мной!

— Вообще-то я не разрешала второго поединка! — заметила судья жёстким тоном, и по трибунам разнёсся недовольный гул курсантов.

— В таком случае нам придётся решать проблему с оружием и вне стен учебного центра, — заметил я.

Эти бои мне были нужны. Я решил воспользоваться ими как удобным предлогом, чтобы заявить о себе и заставить членов боярских родов действовать осмотрительно.

«Если я быстро расправлюсь с этими двумя, то другие поостерегутся задирать меня и мешать обучению. В основной своей массе, конечно же», — пронеслось в голове.

— Ваше благородие, позвольте, я приведу его в чувство! — зло сказал Левенши. — Сами видите, что он нарывается!

— Хорошо, — кивнула женщина, бросив на меня недовольный взгляд, и вокруг арены стали подниматься толстые бронированные стёкла. — Дозволяю использование клинков и магии. В реальном бою вам может встретиться любой противник, так что нужно быть к этому готовым.

«Так даже нагляднее будет», — подумал я и, накачав тело духовной энергией, принялся ждать.

— Бой! — вновь скомандовала судья, и я сразу ушёл в сторону, пропуская мимо «воздушный кулак».

Затем отскочил от ещё парочки заготовленных заклинаний и перешёл в атаку, заставляя Леона защищаться и не думать о нападении с помощью магии.

Этот противник тоже был неплох. Движения чёткие, удары отработанные и даже небольшой опыт сражений есть. Но, как мне показалось, он касался лишь учебных спаррингов.

«Им бы быть более спокойными и в разломы походить. Нормальные бы бойцы получились», — подумал я, отводя в сторону очередной удар в корпус и уходя от «воздушного копья», после чего выбросил ногу в грудь Левенши и, приблизившись, вырубил его смазанным ударом сабли по голове.

— Победил курсант Ладов, — в полной тишине прозвучал голос судьи.

Вернув оружие на место и дождавшись положенного выигрыша, я вместе с Оксаной и Викторией направился в ресторан, чтобы немного расслабиться, отпраздновать лёгкую победу и поговорить.

Следующие несколько дней я потратил на получение водительского удостоверения, которое, как и заявлял нечистый на руку преподаватель, появилось у меня достаточно быстро. Теперь мне предстояло хорошенько поработать, чтобы обзавестись нормальным внедорожником и стать мобильным. Поэтому эпопея с посещением двух и трёх разломов в сутки продолжилась.

В один из дней, когда я в очередной раз зачистил объект, не давший совокупно более десяти тысяч, меня встретил возбуждённый Сергей.

— Наконец-то! Поехали скорее!

— Что случилось? — заинтересовался я.

— Неподалёку открылся разлом с гориллами! — воскликнул парень. — Они, конечно, очень опасные противники, но взять с них можно много. Тут тебе и глаза, и сердца, и прочее! И жёлтые камни у них частенько появляются!

— А как узнали, что там именно эти твари? — спросил я.

— Уже одна звезда в него ходила. Не справилась. Двоих сразу поломали, но остальные смогли их вытянуть, — ответил Сергей, а я вошёл в приложение и принялся изучать информацию по этому объекту.

— Ну что? Берёшься? — спросил водитель, когда мы подъехали к пятну, неподалёку от которого разместились члены раненой звезды.

— Зелья! Зелья целебные есть⁈ — подскочил к нам один из помятых парней с огромной гематомой на правой части лица. — У нас двое совсем плохи!

— Есть, — сказал я, поняв, что незнакомец заботится не о себе и, выбравшись из машины, полез в рюкзак, откуда достал два пузырька.

— Спасибо, брат! — воскликнул парень и тут же убежал к раненым, а я, приготовившись к бою и зарезервировав за собой разлом, пошёл к пятну.

— Стой! Ты что, самоубийца⁈ Где твоя звезда⁈ — остановил меня всё тот же егерь, подбежавший поближе, и быстро добавил: — В разломе гориллы под предводительством короля! Это, если ты не знаешь, огромная скотина весом под тонну и ростом с четыре метра! Нас размотали в первые тридцать секунд! Не стоит туда идти!

— Спасибо за предупреждение! — сказал я и, пока собеседник не попробовал меня остановить, сделал шаг вперёд.

Глава 19

Спустя мгновение я в полной боевой готовности оказался во влажном тропическом лесу и, прежде чем двигаться дальше, прислушался к собственным ощущениям. Непосредственной опасности поблизости не было, однако интуиция подсказывала, что нужно быть настороже. Быстрый осмотр позволил обнаружить на траве чей-то брошенный меч, следы борьбы, а также спины пары горилл, расположившихся на некотором отдалении от меня.

«Метра под два будут», — оценил я размеры здоровяков и использовал «отвод глаз», наиболее подходящую и наименее затратную в данный момент скрывающую технику, после чего осторожно двинулся вперёд. В изученных томах бестиария про острый слух указанных монстров ничего не говорилось, но бережёного бог бережёт.

Несмотря на опасения, противники так и не услышали моего приближения. Скоро мне стало понятно, почему. Гориллы с громким довольным чавканьем быстро поедали молодые побеги какого-то растения.

«Неудивительно. Им нужно много есть, чтобы поддерживать силы в таком большом и сильном теле», — подумал я, осторожно достав нож из чехла на поясе. Опыт походов в разломы показал, что дополнительное оружие, несмотря на прекрасные качества сабли, лучше держать рядом. Неудобно постоянно доставать его из рюкзака.

Напитав короткий клинок духовной энергией, я быстро приблизился к ничего не подозревающим монстрам и вогнал оружие в ухо ближайшего из них, а затем совершил круговое движение саблей и сильным рубящим ударом перебил позвоночник второму. Результатом я не удовлетворился. Несмотря на то, что бил я сильно и энергии не жалел, отсечь голову противнику не удалось.

«Хреново. Шкура и мышцы оказались достаточно прочными. Удивительно, что вообще сумел добраться до позвоночника, — подумал я и провёл ещё пару экспериментов, проверяя шкуру гориллы на прочность, чем её окончательно и добил. — Если они все тут настолько крепкие, то до конца зачистки запасов энергии может и не хватить. Придётся медитировать».

Несмотря на то, что прогресс в развитии духовного тела с посещением разломов существенно возрос, мои силы даже близко не вернулись на прежний уровень. Поэтому приходилось экономить.

«Хотя мне грех жаловаться, — пронеслось в голове. — Я вполне мог попасть в мир, где нет разломов, и тогда после достижения пределов своего духовного развития так и не смог бы реализовать потенциал и был бы вынужден всю жизнь оставаться слабаком. Здесь же мне этот вариант не грозит. Нужно только продолжать зачищать разломы».

В целях экономии развеял «отвод глаз» и отправился дальше, в первую очередь ориентируясь по замеченной невдалеке широкой тропе. Я был твёрдо уверен, что она приведёт меня к новым противникам. Так и оказалось. Очень скоро я заметил двойку наблюдателей, которые разместились на деревьях и следили за округой.

«Судя по комплекции, самки», — подумал я, ложась на землю и изучая что-то жующих более мелких горилл, после чего вновь активировал «отвод». Без него, судя по всему, справиться не удастся.

Подойдя ближе, увидел ещё пятёрку крупных монстров, которые задорно жрали уже знакомые побеги.

Четыре из них были обычными, но весьма крупными гориллами, как и те двое недавно убитых. Однако среди них обнаружился главарь, который имел более светлый окрас шкуры, был на полголовы выше остальных и гораздо их крупнее, щеголял внушительной костяной защитой на груди, животе и спине. Другие самцы, судя по осторожным взглядам, его побаивались и старались не провоцировать.

«А вот и первая цель», — понял я, продолжив медленно приближаться, но главарь меня удивил. В какой-то момент он громко втянул носом воздух, и остальные, как по команде, замерли. Даже жевать перестали.

«Учуял. Хотя чего-то подобного и стоило ожидать», — раздосадованно подумал я.

К светлошкурому, как к самому опасному, я приблизиться не успел. Он находился на противоположной от меня стороне. Пришлось импровизировать. Не снимая маскировку, я рванул вперёд и, пробежав между двумя обычными гориллами, бросился к цели.

Монстр поднял огромные лапищи вверх, с силой ударил ими перед собой, и в мою сторону понёсся земляной вал.

Чувство опасности. Прыжок на ветку ближайшего дерева, рывок тела вверх, и я, в отличие от четвёрки замешкавшихся горилл, ухожу из зоны поражения, провожаемый злым взглядом светлошкурого здоровяка.

«Он меня, ко всему прочему, ещё и видит», — проанализировал ситуацию я и, отпрыгнув подальше, приготовился к бою.

Судя по тому, что здоровяк бросился ко мне в гордом одиночестве, другие монстры меня не замечали. Рыкнув, он привлёк к себе их внимание, и чувство опасности взревело, заставив выпрыгнуть высоко вверх. В следующий момент смазанная фигура громадной гориллы тараном промчалась подо мной, походя снося мощным плечом попадающиеся навстречу деревья и ломая некоторые из них.

Осознав, что противник ускользнул, здоровяк яростно зарычал и резво развернулся, но неожиданно увидел поблизости меня и сияющий красным цветом клинок, входящий в мягкое нёбо открытого рта.

Пропустив через саблю «таран силы», я кувырком ушёл в сторону, ускользая из-под атаки спрыгнувшей с дерева самки, которая, соприкоснувшись с землёй, использовала что-то похожее на «оглушение», ореол которого разошёлся вокруг на добрые пять метров и заставил двух горилл зашататься и рухнуть на землю.

Благо интуиция не подвела и в этот раз, поэтому после переката я переместился дальше с помощью техники «шаг», а затем прыгнул максимально высоко. Ударная волна задела меня лишь слегка. Сознание я не потерял, а вот «отвод глаз» слетел, словно так и было нужно. Что позволило вступить в дело оставшимся на ногах самцам.

'Вот же попал! Они что? Все способностями владеют⁈ — мелькнуло в голове, когда я вновь почувствовал опасность от ближайшего здоровяка.

Шаг в сторону, «щит воли», напитка клинка духовной энергией и удар навстречу. Вовремя. Самец размазался в воздухе и попытался сбить меня с ног уже знакомым «тараном». Сабля с головой встретились весьма удачно. Для меня. Однако не успел я обрадоваться своевременной работе интуиции, как опасность вновь ударила по нервам.

Полностью уйти из-под атаки следующей гориллы я не успел. Удар плечом прошёл по мне вскользь и откинул на несколько метров назад. К счастью, основную нагрузку принял на себя «щит воли» и серьёзных травм я не получил. Совершив кувырок назад, я изготовился к бою в ожидании очередной атаки самца, но он обернулся ко мне, попытался зарычать и без сил рухнул на землю. Во время «тарана» ему не повезло на огромной скорости столкнуться с сияющей красным цветом саблей.

Противников осталось четыре. Два пришедших в себя после оглушения здоровяка и пара самок, одна из которых решила повторить приём и прыгнула на меня с дерева всем своим немаленьким весом.

«Отлично! В воздухе она не сможет уйти от контратаки», — подумал я и встретил противницу сильным рубящим ударом снизу вверх, который с лёгкостью лишил её головы.

Затем использовал технику «шаг», уходя от «таранов» сразу двух разъярённых монстров, и переместился к последней самке, которая бежала к нам по земле. Заметив моё приближение, мелкая горилла как-то испуганно взвизгнула и попыталась развернуться, но было поздно. Рубящий удар по шее оставил крайне неприятную рану. Спустя несколько секунд самка упала на землю и принялась беспомощно сучить лапами.

За спиной раздался гневный рёв, но я уже скрыл себя техникой, а затем с лёгкостью расправился с оставшимися гориллами.

«Охренеть! — подумал я, когда последний противник упал на землю. — И это монстры седьмого класса? Да они ведь поголовно техниками владеют! Был бы я чуть послабее, и всё! Конец бы мне настал! А ведь есть ещё и король горилл! Интересно, на что способен он и какой камень в нём можно найти? Жёлтый? Или оранжевый?»

Удивление моё было искренним. За время хождения в разломы я сталкивался с тем, что техники могут применять не более пяти сильнейших монстров в одной локации. Тут же подобные способности продемонстрировали всё! Даже слабые самки имели в загашнике неприятные сюрпризы, которые для других егерей могли стать фатальными.

Добив раненых, проверил остатки духовной энергии и, немного удалившись от побоища, спрятался от посторонних взглядов в овраге.

«Если здесь действительно около двадцати горилл, то половины оставшейся духовной энергии может и не хватить для уничтожения всех противников, а особенно намного более опасного короля. Это тварь серьёзная. Её так просто не возьмёшь», — думал я, на удивление быстро восполняя потери энергии и вспоминая всё то, что вычитал об особенностях данных монстров в библиотеке центра подготовки.

Спустя примерно двадцать минут медитации я вновь был полон сил.

«Очередное подтверждение тому, что разломы пропитаны духовной энергией, а монстры вместо заклинаний используют техники на её основе, — подумал я. — На тренировочной площадке мне для восполнения потраченного понадобилось бы не менее часа».

Встать и двинуться дальше я не успел. Интуиция заставила набросить на себя «отвод глаз» и замереть. Очень скоро я понял, почему: где-то в отдалении до меня донеслись чьи-то приглушённые голоса.

«Так! Что за ерунда⁈ Я ведь зарезервировал этот разлом за собой! Какого хрена здесь делают посторонние⁈» — подумал я с лёгким недовольством, а затем осторожно двинулся к тропе, где очень скоро появились незнакомцы.

— Ты посмотри, как он их разделал! — воскликнула мускулистая высокая женщина с мечом в руке, разглядывающая мёртвые тела монстров. — А парень точно был один? Или они там что-то напутали?

Ей ответил худощавый мужчина с травинкой в зубах:

— Действительно. Всё это выглядит странно. Я проверил карточку в кабинете. Пацан даже обучение в центре ещё не проходил. Белого камня не имеет. Думал, что это очередной молодой самоубийца, который по глупости посчитал себя сильным и крутым…

— Но тут все разделаны под орех, — перебила его женщина и, задумчиво осмотрев трупы монстров, заключила: — Мне кажется, вместе с ним работала слаженная звезда. Или был какой-то помощник… Помощники… Один сильный егерь вряд ли справился бы со всеми. Даже Эрику было бы тяжело, а ведь он у нас пятого класса.

— Может, он просто сильный маг? — предложил стоящий чуть в стороне коренастый парень.

— Тогда точно не адепт и не вой, — заметила женщина. — Тут уровень сильного гридня.

Устав подслушивать незнакомцев, я на всякий случай включил диктофон на телефоне, снял «отвод», вышел из-за кустов и громким голосом произнёс:

— Господа! Прошу покинуть данный разлом. Он зарезервирован за мной.

Люди вздрогнули, обнажили оружие и повернулись ко мне.

— Ты посмотри! — усмехнулась женщина — Один. А остальные где?

— Это неважно! — с вызовом ответил я, ощутив легчайшие флюиды опасности.

«Пусть лучше думают, что со мной несколько человек, — пронеслось в голове. — А то они не вызывают доверия. Вошли в чужой разлом. Ведут себя по-хозяйски».

— С королём уже встречался? — первый раз подал голос последний из четвёрки и требовательно посмотрел на меня.

«Не, ну это уже наглость», — подумал я и резким тоном ответил: — Вас это не касается! Прошу покинуть разлом! Он зарезервирован за мной!

— А не много ли ты на себя берёшь? — спросила женщина с наглой ухмылкой. — У тебя даже класса нет! Не должны были такую опасную семёрку давать новичку. Ошибка вышла. Поэтому мы и приехали, чтобы решить вопрос. Так что можешь с облегчением выдохнуть!

— Разлом мой! Выход там! — указал я в сторону пятна, ещё больше зверея.

«Феофан! Успокойся! У тебя и так появилось слишком много врагов за довольно короткое время. Не стоит вновь увеличивать их количество, — подумал я. — К тому же эта звезда отнюдь не выглядит слабой. И где их пятый член? Скрывается? Или они ходят на дело вчетвером?»

— Парень, — чуть ли не выплюнул Эрик в мою сторону, — кажется, ты не совсем правильно понимаешь ситуацию. Судя по следам, ты тут один, а вот нас четверо. Ты молокосос, а мы — опытные егеря, имеющие заказ на сердце короля. И мне, если честно, плевать на то, что ты пришёл сюда раньше. Хочешь получить свою долю? Присоединяйся к нам. Нет? Проваливай! А будешь качать права, то можешь остаться здесь навсегда. Гориллы — опасный противник, и они не любят самоуверенных новичков.

«Зря ты сказал последнее!» — подумал я, а внутри стал разгораться огонь ярости.

В своё время я люто ненавидел команды падальщиков, промышляющих в инфернальных пустошах и нападающих на обессиленных после боя охотников на демонов, добывших ценные ингредиенты. Слишком много неплохих бойцов они убили. Даже на меня нападали несколько раз по своей дурости.

Сейчас мне, по сути, угрожают тем же самым. Принуждают поделиться прибыльным разломом, зарезервированным по всем правилам. А в случае отказа намекают на убийство или тяжёлое ранение, которое я получу вроде как в ходе сражения с монстрами. Тогда меня со спокойной душой выпнут наружу и оставят ни с чем.

Кровь молодого тела ударила в виски, ярость заставила напитать тело духовной энергией и приготовиться к бою. Оказалось, не зря, в следующую секунду Эрик, не дождавшись от меня ответа, обратился к коренастому:

— Ален, мальчик не понимает, где находится. Обеспечь ему встречу с монстром, а потом выброси из разлома. Ты и сам знаешь, что нужно делать. Пусть живёт и благодарит нас за сохранённое здоровье.

— Я ему помогу, — сказала женщина, и ухмылка сползла с её лица. — Несмотря на малый возраст, девять горилл в сумме он как-то покрошил, а это почти половина всей стаи, если короля не учитывать. Так что не стоит его недооценивать.

— Значит, сил у него осталось намного меньше, чем в начале, — лениво заметил мужчина с травинкой в зубах и словно мимоходом бросил длинный «водяной хлыст», который, к его недовольству, распорол лишь пустоту.

Почувствовав опасность, я успел перекатиться в сторону, а затем выпрыгнул вверх, пропуская под собой несколько «огненных стрел» от крепыша.

«Они что? Все маги⁈» — мелькнуло в голове, и в этот момент на меня набросилась женщина, чей немаленький меч стал порхать рядом со мной.

«Неожиданно, но медленно», — подумал я, уходя в сторону и закрываясь спиной противницы от чужих заклинаний, затем заблокировал её меч саблей и, приблизившись, нанёс чувствительный удар лбом в переносицу.

— Ханна! — зло вскрикнул крепыш, заметив, что подруга осела, и попробовал отогнать меня струёй огня.

Прильнув к земле и скрывшись в траве, я накинул на себя «отвод глаз» и резво откатился в сторону. А по занимаемому только что месту пришёлся очередной удар «водяного хлыста» и что-то похожее на вертикальный «воздушный диск», оставивший на земле огромную яму.

«Вот же уроды хреновы! Да это заклинание должно было порезать меня на куски!» — гневно подумал я. — Выбросить они меня хотели! Как же! Кончить решили! Чтобы не осталось свидетеля их подлости! Ну, мрази! Сами напросились!'

Рывком приблизившись к коренастому, я ударом ноги, усиленным «тараном», отправил его в сторону беловолосого Эрика и тут же прыгнул, уходя на деревья и передвигаясь уже по ним, чтобы зайти противникам в тыл. В отличие от пары горилл, егеря меня под «отводом глаз» не замечали.

«Если ветки выдерживали самок, то и меня должны», — подумал я, передвигаясь верхом ничуть не хуже обезьян.

К сожалению, завершить свой план по нейтрализации звезды я не успел. К месту схватки наконец-то решил прибыть король разлома вместе со свитой.

Это был полностью белый пятиметровый здоровяк, покрытый костяными наростами и спешащий за тремя знакомыми светлошкурыми крепышами и самкой, скачущей по деревьям. Заметив чужаков, король заявил о себе оглушающим рёвом, заставившим моих противников вздрогнуть. Пока он приближался, свита с ходу налетела на звезду и те, с матюгами подхватив раненых, принялись организованно отступать.

«Ну хоть своих не бросили», — подумал я, снимая «отвод» и поворачивая в сторону, чтобы отвлечь самку на себя и разделить отряд монстров.

Заметив мой отход, горилла громко заверещала, привлекая внимание сородичей. Однако тройка светлошкурых этого не слышала, увлёкшись преследованием, а вот король сделал крюк и повернул за нами.

Я тут же переместился на землю и взял саблю на изготовку. Мои ожидания подтвердились. Самка прыгнула сверху вниз, желая оглушить меня уже знакомым приёмом, за что и поплатилась.

Я подловил её в воздухе, как и предыдущую товарку, и тут же услышал ещё более оглушающий рёв разъярённого короля, за которым последовал сильный удар скрещёнными лапами перед собой и громкий взрыв, отправивший в мою сторону высокую, в несколько метров, «земляную волну», меняющую ландшафт.

Выпрыгнув вверх и оказавшись на дереве, я успел пробежать по мощной ветке и оттолкнуться от неё прежде, чем опора рухнет вниз. Приземление вышло не совсем удачным, однако основной удар волны я пропустил. Чувство опасности вновь взревело, заставив переместиться «шагом» сразу на несколько метров и сформировать «щит воли».

К сожалению, полностью выйти из зоны действия «тарана» короля мне не удалось. Удар по касательной, разбив защиту, откинул меня далеко в сторону, и лишь накачка тела максимальным количеством духовной энергии спасла меня от фатальных травм.

Когда я поднялся на ноги, король, разъярённый неудачей, обернулся и вновь рванул в мою сторону. Ощущение опасности шибануло по нервам. Гигантский монстр разогнался, выставил вперёд правое плечо, чтобы вновь использовать знакомый «таран», но я вместо того, чтобы бежать, ударил ему в ноги мощным «вихрем силы», а сам переместился «шагом» вбок.

Здоровенная туша, благодаря технике набравшая скорость, запнулась и всей своей массой впечаталась в землю, оставив за собой немалых размеров просеку.

«Большой шкаф громко падает», — с удовлетворением подумал я, мчась к упавшему противнику, который приподнялся на лапах, встряхнул огромной башкой и уже поднимал взгляд, когда сияющая красным цветом сабля вошла ему в правый глаз и выдала «вихрь силы».

Повторить технику я не успел.

Заревевший король так дёрнулся телом и мотнул головой, что я отлетел достаточно далеко. Благо успел ухватиться за ветку одного из деревьев и уверенно приземлиться.

— РА-А-А-А-А! — вновь раздался ещё более оглушающий рёв короля с окровавленной глазницей, он сделал ко мне первый шаг, а затем с грохотом упал на землю.

После смерти короля волны духовной энергии, прошедшей по разлому, не последовало, из чего я сделал вывод, что гориллы, отправившиеся за звездой Эрика, всё ещё живы.

«Надеюсь, монстры добили этих ублюдков!» — подумал я с надеждой, но, к сожалению, ей не суждено было сбыться. У выхода из разлома я обнаружил двух изрешечённых пулями горилл, которые, несмотря на раны, всё ещё были живы.

Быстро расправившись с тварями, я наконец ощутил прокатившуюся по разлому энергию, затем, взбодрённый этим, накинул на себя «щит воли», «отвод глаз» и сделал шаг вперёд.

Моему взгляду предстала картина: мёртвая горилла, лежащая на удалении от пятна, два автобуса подразделения поддержки и пара внедорожников, один из которых, с помятой боковиной, был каким-то образом закинут на раскатистый дуб.

«Ничего себе горилла тараном прошлась! — восхитился я — Это мне, оказывается, сильно повезло, что не попал под направленный удар. И хорошо, что это не мой автомобиль с водителем сейчас находится на дереве».

— Да там полная задница! — доносился до меня эмоциональный голос Эрика, который что-то втолковывал немолодому старшему лейтенанту. — Молокосос совсем охренел! Накинулся на нас и спровоцировал короля с остальными монстрами! Если бы не это, то мы бы вчетвером нормально сработали. А так пришлось людей выносить!

«Это я, оказывается, на них набросился! — ничуть не удивился я человеческой подлости. — Вот же скотина».

— А с парнем что? — уточнил старший лейтенант. — Он ранен? Убит? Вы видели его труп?

— Нет, но за ним рванул король, — ответил Эрик. — Думаю, в этом случае особых вариантов нет.

— Вообще-то, господа, мой клиент уже закрыл разлом, — услышал я самодовольный голос Сергея и, мысленно чертыхнувшись, снял «отвод глаз». — Я же говорил! Не стоит его недооценивать!

Присутствующие как по команде повернули головы в сторону пятна, и я первым пошёл в наступление.

— Ну? И как это понимать? Какого хрена вы вошли в зарезервированный разлом и напали на меня? Совсем охренели, что ли⁈

— Ах ты тварь! — воскликнул беловолосый. — Это ты первым напал на моих людей! Ты спровоцировал короля! Старший лейтенант! Арестуйте его!

— Мне необходимо разобраться в ситуации, — произнёс нахмурившийся мужчина, которому явно не понравился скандал, в который он оказался втянут. — Кроме того, у меня нет полномочий, чтобы задерживать кого бы то ни было.

— Тогда я, как егерь пятого класса, приказываю это сделать! — сказал Эрик. — Из-за этого урода мои люди ранены! Он должен ответить!

— Ты сильно ошибаешься, — покачал головой я. — Во-первых, вы нарушили правила, войдя в мой разлом; во-вторых, помешали зачистке; в-третьих, пытались запугать меня и заставить оставить добычу, ведь на сердце короля у вас заказ. А когда это не удалось, то напали на меня.

— Хочешь сказать, что четырём опытным егерям понадобилось победить какого-то молокососа? Ты в своём уме? — с явно слышимым презрением спросил Эрик.

— Хочешь сказать, что новичку понадобилось в разломе нападать на чужую звезду? Ты в своём уме? — тем же тоном спросил я.

— Наше слово против твоего! И будь уверен, я заставлю тебя выплатить виру! Заплатишь за нападение столько, сколько получишь за разлом! Я всё сказал!

— Ошибаешься! — ответил я и похлопал себя по карману, в котором был телефон. — Доказательства вашей нечестной игры у меня есть. И на записи отчётливо слышен отданный тобой приказ на атаку! Так что виру заплатишь ты!

Судя по тому, как дёрнулся глаз здоровяка, он мне поверил.

— Мразь! — вскричал любитель травы, вышедший с другой стороны автобуса, и «водяной хлыст» чуть было не попал по карману, в котором находился телефон. Благо я успел отскочить.

— Что? Захотели уничтожить доказательства? Не получится! — сказал я и посмотрел на мага, использующего в заклинаниях воду. — А тебе я бы посоветовал больше не нападать, иначе отправишься к целителям, как и те двое перед тобой.

— Мальчишка! Что ты вообще о себе возомнил⁈ — максимально презрительным тоном произнёс Эрик. — Да если бы мы хотели тебя убить, то непременно сделали бы это! Я велел выкинуть тебя из разлома лишь для того, чтобы гориллы ненароком не прибили новичка!

— Поэтому твоё заклинание чуть не порезало меня на куски? — зло спросил я, посмотрев блондину в глаза. — И кстати, а от чего, собственно, вы собирались меня защищать? К моменту вашего появления я уже прикончил девять монстров. Вы же справились лишь с одной гориллой, да и то с помощью подразделения поддержки!

— Господа! — привлёк к себе внимание старший лейтенант. — Я буду вынужден доложить о произошедшем своему начальству. Оно со всем разберётся!

— Я попрошу вас также указать, что посторонняя звезда вошла в разлом в нарушение инструкций, что чуть не стоило мне жизни, — добавил я.

— Да кто мог знать, что новичок в состоянии один справиться с несколькими гориллами⁈ — вновь влез в разговор любитель травы. — Думали, что ты сдох в первые же минуты! Вот и вошли, чтобы время не терять!

— Потом вы увидели трупы монстров, обрадовались уменьшению их количества и решили меня убить, чтобы забрать богатый разлом себе? Интересно, а сколько новичков вы уже убрали подобным образом⁈ — спросил я.

— Заткни свою пасть! — закричал взбешённый Эрик, и его руки засияли призрачным светом. — Иначе…

— Господа! Прошу вас разойтись! — повысил голос старший лейтенант, и его подчинённые тут же направили на нас оружие.

«Ну ладно. Пусть пока живут. Главное, чтобы под ногами не путались», — подумал я и демонстративно отправился к Сергею.

— Не в службу, в дружбу, пробей этих уродов. Хочу знать, кто это такие, откуда взялись и не пропадали ли молодые егеря в одном с ними разломе. Может, кто из твоих коллег их знает?

— Хорошо, — кивнул посерьезневший парень. — Сделаю. Мне они тоже не понравились. Слишком наглые.

Пообщавшись с водителем, я отключил запись в телефоне, доложил о закрытии разлома, сфотографировал его, внёс число уничтоженных монстров и вызвал добытчиков. После чего вернулся обратно и активировал «глаза волка».

«Пришло время собирать камни!»

Этот поход в разлом наконец-то завершил мою серию неудач и позволил заработать. Спустя несколько часов я стал обладателем россыпи из двадцати трёх белых жемчужин, семи жёлтых слёз и одного оранжевого камня, похожего на янтарный глаз. Ещё один объект с подобными формами обнаружился в сердце короля горилл. Однако его я извлекать не рискнул. Подозревал, что заказ на данный орган идёт вместе с ним и оказался прав.

После сбора наиболее ценных ингредиентов, камней, чужого меча, я вышел из пятна и почти сразу столкнулся с добытчиками, весьма оперативно прибывшими к разлому. Они-то мне всё и рассказали.

Затем лично позвонил Сизин. Специалист службы тыла признался, что весьма удивился информации о закрытии мной столь сложного разлома, а потом он закинул крючок по поводу передачи сердца корпусу.

— Вы же знаете, что ваша структура предлагает цену всего в сто двадцать тысяч, а частники накинут мне сверху ещё тридцать, если не больше, — решил немного поторговаться я.

— Гордей, ну ты же меня знаешь! — хитро хохотнул мужчина. — Ты — мне, я — тебе. У нас с тобой взаимовыгодное сотрудничество. Компенсируем часть денег выплатой долга. Камни и другие ингредиенты примем по хорошей цене. Ты точно в накладе не останешься.

Ещё немного поторговавшись для вида, я согласился.

Мужчина не обманул. После его звонка мне оперативно выписали все необходимые ведомости и даже сразу сказали примерную стоимость того, что я заработаю сегодня.

— Сто семьдесят тысяч? — приподнял бровь я, вспомнив цену на дом семейства Ладовых.

— Ну, может, чуть меньше, — признался весьма довольный пожилой мужчина. — Если я и ошибся, то ненамного.

— А чего с этим сердцем так все забегали-то? — понизив голос, уточнил я. — Разлом всего седьмого класса, а стоит, словно пятого или четвёртого!

— Заказ из столицы пришёл. Уже пару недель как, — таким же тоном ответил собеседник. — Для кого-то очень важного и срочно. Молодец, что Макаровичу его отдал. Он мужик хороший. Своим всегда помогает. А такое вот выполнение заказов от вышестоящих его положение только укрепляет. Будет он на своём месте, и нам копеечка перепадёт…

Возвращался в центр я в приподнятом настроении.

Не только денег на половину внедорожника заработал, но и уменьшил кабальный долг перед корпусом егерей примерно на пятьдесят шесть тысяч.

Возле общежития хорошее настроение как рукой сняло. Я почувствовал на себе чужой недружелюбный взгляд.

«Сёмушкин? Данцев? Левенши? Или Эрик? — подумал я. — Кажется, я всего ничего в этом мире, а смертельных врагов уже минимум четыре. Неплохо. Уровень не теряю».

Приведя себя в порядок, отправился в столовую. Процесс синхронизации физического и духовного тела продолжался, а также немного ускорялся после закрытия разлома, поэтому есть мне хотелось сильно.

За время приёма пищи и прогулки в магазин заметил двух наблюдателей, сменяющих друг друга. Мужчина и женщина действовали крайне профессионально, внимание на мне старались не заострять. Если бы не повышенная чувствительность и интуиция, то я бы вряд ли обнаружил их так быстро.

Решив разобраться с недоброжелателями, я вернулся в комнату, переоделся в гражданскую одежду, взял с собой деньги, нож и решил прогуляться. Побуду приманкой и заодно проветрюсь в городе.

«Интересно, какая рыбка на меня клюнет?»

Глава 20

И Эпилог

Вызвав такси, я попросил отвезти меня на Красный проспект. Это было подходящее место, где имелось множество магазинов, увеселительных заведений, несколько скверов, а также поменьшей мере один торговый центр.

'Для моих целей должно хватить. Посчитаю наблюдателей, изучу их внешность и заодно обновлю гардероб, — думал я, ощущая внимание к своей персоне с разных направлений и, как мне показалось, минимум от двух автомобилей.

Через некоторое время это удалось подтвердить. Один из преследователей совершил обгон, позволяя мне его запомнить.

«Хм. Такси. Вполне неплохое прикрытие. Только вот водитель совсем не походит на мужчину, сопровождавшего меня в центре. А значит, та двойка работает не одна. Ситуация становится ещё интереснее и опаснее. Даже не терпится узнать, кто именно и с какой целью за мной следит».

Расплатившись с водителем, я на всякий случай накинул на себя «щит воли» и неспешно отправился гулять по проспекту, внимательно осматриваясь по сторонам и иногда заходя то в один, то в другой магазин. Довольно скоро я стал обладателем небольшой чёрной сумки, новых штанов, удобных кроссовок и пары мелочей, а также выявил ещё двух, помимо водителя такси, незнакомцев, которые бросали на меня мимолётные, но заметные для моей чувствительности взгляды.

«Тщательная слежка, — начал анализировать ситуацию я. — Даже как-то слишком. Опасаются, что я могу уйти через чёрный ход? Или ускользну каким-то другим образом? Но почему для них так важно этого не допустить? Они ведь легко могут найти меня в центре? Да и люди у них там явно есть».

Рассуждения не оставили мне широкого поля для манёвра. Всё говорило о том, что брать меня собираются сегодня.

«Может ведь быть такое? Да вполне! Не удивлюсь, если они полагают, что всё для этого складывается весьма удачно. Я сегодня посещал разлом, а значит, устал и выбился из сил. Затем покинул охраняемую территорию центра подготовки и не взял с собой заметного оружия, такого как пистолет-пулемёт или сабля. Также я заказал обычное такси, а не воспользовался прикрытием крупной компании-перевозчика, отслеживающей передвижение своих автомобилей. В общем, я сделал всё, чтобы максимально облегчить им работу, и господа решили воспользоваться данным подарком. И то правда. Когда ещё в другой раз объекту, то есть мне, придёт в голову выбраться в город?»

Продолжив прогулку, убедился в численности наблюдателей, затем зашёл в магазин фиксированных цен, где довольно дёшево приобрёл плоскогубцы, пару тонких и длинных металлических тросиков, несколько метров верёвки, а также строительную стяжку.

«Пусть лучше будет небольшой запас сковывающих подручных средств на случай более тесного знакомства с моими новыми друзьями, — мелькнула в голове правильная мысль. — Убивать их глупо, для начала нужно выяснить, кто они такие и на кого работают».

Завершив первоочередные дела, неспешно дошёл до торгово-развлекательного центра. Там с удовольствием прогулялся по наиболее многолюдным магазинам одежды, вынуждая присоединиться к опеке над собой в том числе и пару, работавшую в центре подготовки. Которая, конечно же, давно переоделась в цивильные наряды.

Определив, что сопровождает меня одна пятёрка, я в хорошем настроении отправился перекусить и выработать план дальнейших действий. Хотя вариантов у меня было совсем немного. Или уходить, или дать возможность противникам себя взять.

«А может, самому кого-нибудь захватить? Водителя такси, к примеру? Нет, этот вариант тоже откидываем. Слишком много здесь посторонних глаз. Могу засветиться. И не только перед наблюдателями, но и перед местными властями, чего бы мне пока не хотелось. Отрываться от преследования тоже не с руки. Так я лишь покажу им свои реальные возможности и заставлю лучше готовиться к следующему разу. Не удивлюсь, если засвеченных людей и вовсе уберут. Так что остаётся лишь один вариант. Придётся подставиться и дать возможность себя взять, а потом действовать по обстоятельствам. Зависит от того, куда меня повезут, в своё логово или сразу к заказчику».

Почувствовав на себе ещё несколько заинтересованных взглядов, незаметно посмотрел в ту сторону и улыбнулся, обнаружив за соседним столиком двух молоденьких девушек.

«Уже решил, что новая группа наблюдателей появилась, — довольно подумал я и, подмигнув хихикнувшим красавицам, достал телефон. — Всё-таки в отличное тело я попал».

Открыв интернет, принялся за поиски безлюдного места, в котором меня можно будет без труда захватить, а также за проработку легенды, по которой мне нужно было попасть именно туда.

Такое место нашлось довольно быстро. Поэтому я не спеша, чтобы наблюдатели успели перебраться на улицу, вышел из торгового центра и с задумчиво-рассеянным видом осмотрелся по сторонам.

«О, а вот и моя машина!» — заметил я появление остановившегося перед входом автомобиля со знакомым водителем, но в интересах дела подошёл к другому таксисту, к которому, судя по возгласам за спиной, приближалась пожилая пара.

— Свободны? — вежливо спросил я, заглянув в приоткрытое окно.

— Нет, — покачал головой грузный мужчина и указал рукой в сторону телефона. — Клиентов жду.

— Понятно, — кивнул я и, отойдя назад, осмотрелся.

На всякий случай делал всё медленно и даже изобразил усталость на лице. Всё для того, чтобы наблюдатели успели переговорить и приняли решение брать меня здесь. С помощью таксиста. Без заездов во всякие нехорошие безлюдные места.

«Пусть увидят блестящую возможность и наконец воспользуются ей. Только бы побыстрей. Сколько ещё я буду изображать из себя недоумка? — подумал я с лёгким раздражением и напитал тело духовной энергией. — Подстрахуюсь на всякий случай. Вдруг они попытаются меня усыпить или ещё как-нибудь воздействовать на организм?»

Пока я размышлял, мои недоброжелатели наконец начали работать. Водитель вылез из авто и вполне приятным голосом спросил:

— Молодой человек! Такси?

— А? Да, спасибо! Задумался! — рассеянно улыбнулся я, подходя ближе и усаживаясь на заднее сиденье.

— Куда едем? — спросил водитель, наблюдая за мной через зеркало, и в этот момент дверь рядом со мной открылась и трое подошедших к автомобилю мужчин начали садиться.

— Эй! Это моё такси! — возмущённо заявил я, мешая одному из них.

— Двигайся, Гордей Романович, — с улыбкой на лице обернулся тот пассажир, который занял переднее сиденье автомобиля, и, ткнув меня в живот стволом пистолета, повысил голос: — Ну⁈

«Едва успел „щит воли“ развеять», — с недовольством подумал я, и в этот момент севший слева сосед с силой дёрнул меня за руку.

— Быстрее!

Когда вся тройка оказалась в авто, ствол пистолета последнего из мужчин ткнулся мне в рёбра, а вот старший, сидевший спереди, своё оружие спрятал.

Изображая взволнованного молодого человека, старающегося не показывать испуг, я чуть более эмоционально, чем это было нужно, спросил:

— Откуда вы меня знаете⁈ И что вам надо? Деньги? Или вас кто-то подослал? Сёмушкин? Данцев? Левенши?

«Мне показалось или старший с вооружённым соседом отреагировали на родовое имя Леона? А остальные нет? Почему выборочно? Меня взяли наёмники, а не служба безопасности барона?»

— У тебя, оказывается, много врагов! — вновь повернувшись ко мне лицом, сказал старший и, протянув вперёд руку с каким-то кристаллом, добавил: — Не дёргайся! Это всего лишь небольшая проверка.

— Что вы хотите со мной сделать? — изображая смесь злости и страха, спросил я и попытался вжаться в сиденье.

— Сядь нормально! — тут же прилетела мне чувствительная затрещина от безоружного мужчины. — Тут и так места мало!

С последним я был согласен. Соседи, если и были меньше меня, то ненамного, а заднее сиденье седана не подразумевало комфортного пребывания тройки крепких пассажиров.

Несмотря на лёгкое сопротивление, меня выдвинули чуть вперёд и переместили пистолет к почке, а лидер звезды приложил кристалл к моему лицу, и его брови взметнулись вверх.

— Ты что? Даже магическую инициацию не прошёл⁈

— Я из простой семьи, — чуть опустив голову вниз, произнёс я. — Планировал сделать это после поступления в университет, но не срослось.

— Как он вообще в разломы ходил? — хохотнул один из соседей, и мужчины ощутимо расслабились, а старший спрятал амулет.

«Видимо, они опасались, что я одарённый и смогу неожиданно напасть. Поэтому пистолет на боевом взводе постоянно напоминал мне о тщетности бытия», — подумал я и тихо, не поднимая головы, спросил:

— Что со мной будет?

— Заткнись! — без команды старшего вновь ударил меня безоружный. — Ещё одно слово — и поедешь с кляпом во рту! Понял⁈

Я молча кивнул. Мне, конечно, хотелось немного раскачать похитителей и выведать больше информации, однако позволять кому-то издеваться над собой и засовывать в рот кляп не хотелось. Это весьма унизительно, и есть вероятность, что в таком случае я сорвусь раньше, чем операция перейдёт к следующей фазе. Поэтому решил повременить с расспросами.

«Скоро они и так мне всё расскажут», — пронеслось в голове.

Заехав на одну из окраин города, мы подъехали к красивому двухэтажному дому, огороженному двухметровым забором со спиральной колючей проволокой, идущей поверху.

«Значит, первым делом на базу», — пронеслось в голове, когда ворота открылись, и я ощутил на нас взгляды ещё двух человек.

Такси, а за ним и второй автомобиль, управляемый знакомой женщиной, въехали на территорию. Наёмники дождались, когда ворота закроются и скроют их действия от посторонних глаз, и лишь после этого начали выходить из машин.

— Серж! Сумку у него забери! — скомандовал тот, кто не отводил пистолет от моего тела, и добавил: — А ты давай вылазь! И без глупостей! Жалеть тебя я не буду. В крайнем случае получим деньги за твой труп!

«Всё же наёмники», — довольно подумал я.

— Ну, как тут дела? — спросил старший у подошедшего к нему немолодого мужчины.

— Без происшествий, — доложил второй и приподнял бровь. — Так быстро взяли?

— Да это обычный простолюдин. Представляешь, он даже магическую инициацию не проходил! — усмехнулся старший, а затем раздражённо посмотрел на моих сопровождающих. — Ведите его в подвал! Какого он тут уши греет⁈

Поднявшись на высокое крыльцо, мы вошли в дом и подошли к дальней двери, которая вела во вполне себе сухой, чистый и тёплый подвал. Проследовав за одним из мужчин вниз, я, приготовившись к бою, всё-таки решился спросить:

— Может, наконец, ответите, что вам от меня нужно?

— Заткнись! — не выдержал хозяин пистолета и приподнял оружие вверх, намереваясь ударить меня рукоятью по голове.

«Не хотите по-хорошему, значит, будем по-плохому», — подумал я и, резко развернувшись, выхватил пистолет из рук не ожидавшего этого противника, а затем нанёс удар локтем снизу прямо в подбородок. Глаза мужчины стали закатываться, позволяя мне переместить своё внимание на его товарища.

Второй, тот, который нёс мою сумку, тоже оказался не очень-то и проворным. Обернувшись на резкие звуки, он поймал сильный удар в грудь и, отлетев назад, хорошенько приложился затылком об пол.

Достав из сумки строительные стяжки, я стянул ими конечности мужчин, а затем дополнительно обвил их кусками металлического тросика, чтобы они даже не пробовали освободиться огненными заклинаниями, побоявшись множества ожогов от раскалённого металла и потери боеспособности.

Завершив с делом, определил пленников в разные камеры, забрал ключи, набросил на себя «отвод глаз» и двинулся на выход.

Поднявшись по лестнице, вновь прошёл по неотапливаемой пристройке, открыл дверь, ведущую в основные помещения дома, и оказался в небольшом холле. Услышав доносящиеся откуда-то сверху голоса, поднялся по добротной лестнице и очень скоро остановился у приоткрытой двери кабинета командира наёмников. Сейчас он сидел за своим рабочим столом и разговаривал по телефону:

— Да. Конечно. Мы всегда работаем чисто. Да. Тот же самый объект. Ждём.

— Ну что? — заинтересованно спросил водитель после того, как старший положит трубку. — Неужели сегодня заберут?

— Да, — кивнул мужчина. — Чуть из штанов не выпрыгнули, услышав, что дело сделано. Сказали, скоро будут. Всё им неймётся.

— Главное, чтобы за скорость доплатили, — заметила женщина, неодобрительно глядя на собеседников, но те от неё отмахнулись.

— Куда они денутся.

— Соберитесь! Мне не нравится эта расслабленность! — нахмурилась незнакомка.

— Поля, — откинулся на спинку стула старший, — успокойся. Перестань травить душу со своими перестраховками и портить всем настроение. Сегодня хороший день! Мы вернулись в строй и снова стали зарабатывать!

— Ты ведёшь себя так спокойно, словно забыл, как сложилась судьба предыдущего лидера! — процедила женщина. — И не называй меня Полей!

— Ты злишься, потому что главой выбрали не тебя! — встал со своего места старший.

— Из-за того, что вы ни хрена не делаете! Меня это беспокоит! — также вскочила Полина. — Мальчишка точно не маг?

— Да! — резко ответил старший. — Лично проверял! Он даже не инициирован!

— А клиентов пробил? — продолжила она гнуть свою линию.

«Тоже чувствует опасность? — заинтересовался я, наблюдая, как Полину что-то гнетёт. — Или это знаменитая женская интуиция?»

— Пробил! — с вызовом ответил старший. — Юра их проверил! Это младшие сыновья слабых родов, у которых нет ничего, кроме самомнения и бахвальства!

— Как же барончики выплатили аванс? — приподнял бровь водитель. — Сто тысяч — немалая сумма.

— Они неплохо потрясли купчишек и слабых аристократов в центре, — ответил старший, чуть успокоившись, но всё так же недобро посматривая на подчинённую. — Подняли приличную сумму, а потом появился наш пленник и прилюдно выбил из них дух. Так что теперь им приходится восстанавливать свой авторитет хотя бы вот таким способом. Я ответил на все ваши вопросы?

«Значит, всё-таки Левенши с Носиковым, — понял я. — Ну, хоть с недругами разобрался».

— Так вот для чего ты Юру в центр подрядил! Я думал, за этими следить, — хохотнул водитель, кивая в сторону женщины, — а он клиентов изучал.

— Что ты ржёшь⁈ — тут же напряглась Полина, посмотрев в сторону приоткрытой двери. — Твоих товарищей до сих пор нет! Почему так долго возятся?

— Игорь! Проверь! — после некоторого раздумья велел старший, доставая из кобуры пистолет.

— Да кто там может быть⁈ — недовольно сказал водитель, вставая с места и даря мне несколько секунд, чтобы спрятаться.

Понятное дело, что скрывающая техника должна защитить от постороннего взгляда, но бережёного бог бережёт.

Несмотря на нежелание, мужчина изготовился к бою, пружинистой походкой вышел из кабинета, осмотрелся, и, после нескольких секунд ожидания, расслабился.

— Тишина. Только на улице кто-то разговаривает. Думаю, они просто его обыскивают или сумку потрошат. Скоро будут.

— Что и требовалось доказать, — раздражённым голосом ответил старший и, спрятав пистолет в кобуру, стал выговаривать Полине своё недовольство.

Посчитав момент весьма удачным, я приблизился к водителю и вырубил его точным ударом в подбородок. После чего подхватил не успевшее упасть тело и, приподняв его, отнёс в тёмный угол.

— Что там? — напряглась женщина.

— Надоело, — взорвался старший, подходя к двери. — Кроме Игоря, тут никого нет!

Именно этот момент я выбрал для того, чтобы вырубить сначала его, а затем и попытавшуюся сформировать заклинание женщину, единственную, кто не расслаблялся и чувствовал опасность.

«Нужно попробовать сохранить ей жизнь, — подумал я. — Женщина — весьма опытный боец и командир, не то, что нынешний глава».

Быстро связав тройку уже опробованным способом, я без особого труда перетаскал их в камеры подвала. Затем выбрался на улицу, где без проблем справился с устроившими перекур охранниками, расслабившимися после возвращения соратников с дела.

Решив вопрос и с ними, мысленно посетовал на малое количество камер в подвале и перераспределил пленников, затянув скованные за спиной руки к выступающим из стен железным дужкам, попутно вырубая тех, кто пришёл в себя. К сожалению, другого способа оставить их без сознания я пока не видел, а убивать наёмников не хотелось. Это сделать я всегда успею.

Перепроверив дом и не найдя посторонних, переоделся в одежду одного из охранников и с мобильным телефоном командира вышел на улицу.

«Поработаю вахтёром на воротах, — мелькнула на губах довольная усмешка. — Дам возможность своим друзьям из центра самим въехать в ловушку».

Закончил приготовления я вовремя. Не прошло и десяти минут, как к дому подъехал легковой автомобиль. Открыв ворота, я пропустил его на территорию дома, а затем наблюдал, как знакомые мне молодые люди с презрительными усмешками оглядываются по сторонам.

— Ну? И куда идти дальше? — поморщился Леон, посмотрев на меня, и вытаращился, поняв, кто именно находится в одежде охранника.

Однако не успел он открыть рот, как выверенный удар отправил его в нокаут.

— Эй! — воскликнул изумлённый Носиков и сам рухнул на плитку дома.

Эти двое дураков оказались настолько беспомощны, что я даже перехотел их убивать, как планировал изначально.

Связав неудачников, отнёс их в холл и привязал к стульям, затем вновь спустился в подвал и без сантиментов выбил дух из пришедших в себя пленников.

Когда я вернулся, то Левенши уже очнулся и выл от боли, и зло матерился. Его попытка спалить путы привела к серьёзным ожогам.

— Пластмассой пахнет, — улыбнулся я, с шумом вдохнув воздух. — Проводка, что ли, перегорела?

— Сука! Я убью тебя! Убью! — кричал Леон, а по его глазам катились слёзы.

Неудивительно. Расплавленная пластмасса от стяжек вкупе с раскалённым металлическим тросиком мало кого оставит равнодушным.

Вместо разговора я влепил Левенши добротную пощёчину и, заставив его заткнуться, вкрадчивым тоном произнёс:

— Ты жить хочешь?

Парень промолчал и тут же вновь получил добротную оплеуху.

— Отвечай!

— А что ты надеешься услышать? — поднял на меня ненавидящий взгляд Леванши. — Конечно же, я хочу жить!

— Хорошо! Тогда отвечай на вопросы и, может быть, мы договоримся, — кивнул я и спросил: — Зачем вы решили меня похитить?

— Хотели тебя наказать! — ответил Леон. — Ты опозорил нас на глазах у всего центра! Втоптал репутацию в грязь! Считаешь, что я должен был спустить тебе это с рук⁈

— Сами виноваты, — отрезал я. — Вместо того, чтобы бить монстров, стали разводить на деньги тех, кто послабее! Считаешь, мне тоже так сделать нужно? На куски вас сейчас порезать? Заставить собственные кишки жрать?

— Стой! Не надо! — быстро проговорил побелевший Леон, что-то заметив в моих глазах. — Мы заплатим! Много!

— Сколько? — презрительно посмотрел на него я. — Те двести тысяч, что вы с трудом собрали для наёмников? Да и что мне с этих денег? Я на разломах столько за несколько дней получаю.

— И ещ шестьсот! — хриплым голосом сказал пришедший в себя Носиков. — И машину можешь забрать! Всё отдам! Только отпусти!

— По четыреста на брата? — покачал головой я. — Как-то дёшево вы оцениваете свои жизни.

Со стороны веранды раздался тихий шорох, и я, напитав тело духовной энергией, достал нож и рванул к двери.

«Всё-таки не хватает мне спецсредств!» — подумал я слегка раздражённо и, почувствовав опасность, подпрыгнул высоко вверх и наложил на себя «отвод глаз».

В ту же секунду дверь сорвалась с петель, и в холл ввалились пленённые мной наёмники.

— Где он⁈ — закричал один из них и спустя мгновение рухнул на пол с рассечённым горлом.

Несколько заклинаний разлетелось во всё стороны, и тут же захрипел один из тех, кто пытался ударить магией.

— Всем на пол! Руки за голову! — вдруг скомандовала Полина и первая показала пример.

— Вы что! — гневно закричал один из мужчин, глядя на членов отряда, выполнивших требование женщины. — Он убил команд…

Договорить маг не успел. Его голова отделилась от тела и окатила присутствующих кровью.

Несколько секунд ничего не происходило, а затем я с обагрённым кровью ножом вышел из тёмного угла комнаты.

— Кто-то ещё хочет показать характер?

Не дождавшись ответа, подумал:

«Интересно, а в этом мире что-то известно про непреложный обет⁈»

ЭПИЛОГ

Помощник начальника собственной безопасности центра подготовки имперского корпуса егерей недобро смотрел на одного из своих давних деловых партнёров.

— Ну и как это понимать, барон? Я дал вам координаты разлома, выслал подразделение поддержки, а вы так и не смогли добыть мне сердце короля! Мало того, что вы потеряли деньги и не сумели захватить ценный ингредиент, так мне вновь приходится прикрывать вашу звезду! Зачем вообще было нападать на того сопляка?

— Ваше благородие, вы же сами сказали, что разлом мой, — холодно ответил Эрик Лерссон. — Да и кто мог ожидать, что ему на помощь прибудут гориллы. Это всего лишь случайность. Сами знаете, в разломах всё может быть.

— Возможно, — спустя некоторое время ответил хозяин кабинета. — Но это не отменяет того факта, что вас, егеря пятого класса, а также возглавляемую вами звезду провёл какой-то мальчишка, который даже не прошёл специальную подготовку. Его высокородие выразил мне неудовольствие в связи с вашей нерасторопностью.

— Я долго думал об этом, — медленно произнёс Эрик, — и нашёл лишь одно объяснение удаче парня.

— И какое? — приподнял бровь хозяин кабинета.

— Он явно работал не один. Да, в разломе, кроме него, мы никого не видели. Да, справиться с двумя моими людьми парню удалось. Он отнюдь не слабак, да вот только с королём горилл и его свитой он сам бы не совладал. Думаю, ему кто-то помогает. Тот, кто-то зашёл в разлом до прибытия подразделений поддержки.

— Да? — приподнял бровь мужчина. — И кто бы это мог быть?

— Или родовая дружина, или некая сила, заинтересованная в получении данного ингредиента не меньше, чем мы, — пожал плечами барон. — Им даже удалось зарезервировать за собой данный разлом быстрее вас.

— Сомнительно, но возможно, — после некоторой паузы ответил граф. — Но они вряд ли имеют отношение к службе тылового обеспечения, от которой заказ отправился к клиенту.

— Возможно, главная задача состояла в том, чтобы сердце не досталось нам? — произнёс Эрик и добавил: — А простолюдинов я бы со счетов не сбрасывал. В последнее время они подняли голову…

— Это не твоего ума дела! Этим есть кому заниматься! — перебил Лерссона граф, а затем более спокойным тоном добавил: — А вот за мальчишкой последи. Сам он действительно не мог провернуть это дело. Но не спеши. Выжди некоторое время, чтобы всё успокоилось, и только потом действуй. Я хочу знать, кто за ним стоит! Слишком много странностей вокруг этого мальчишки!

Content

Кровь и лёд. Курсант поневоле

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20 И Эпилог