Лада Кутузова

Укрощение строптивого Женьки

© Л. В. Кутузова, 2019

© «Время», 2019

* * *

Тупой брат идет в туалет,

Его не увидим мы сотню лет.

Женька Суворов

Глава 1

У Женьки имелось ровно шесть причин, чтобы не любить брата. Во-первых, Пашка был старше на полтора года. В детстве Женька часто спрашивал маму: «Ты что, не могла нас вместе родить?! В следующий раз меня первым рожай!» Мама только глаза закатывала на такие требования. Женька вырос и понял неуместность претензий, но осадочек, как говорится, остался. Тем более никаких выгод от того, что он младший, Женька не видел. Пашка с ним ничем не делился, относился как к ровеснику. А ведь старшие должны заботиться о младших. В компьютер давать поиграть, когда те хотят, мороженым угощать. Хотя раньше, если честно, Пашка за Женьку заступался. Однажды вдвоем против семерых дрались.

Это произошло, когда Женька во втором классе учился. На продленке одноклассники решили построить снежную базу, а Женьку не позвали. Он ходил, злился, а потом не выдержал и разломал постройку. Ну, ребята на него и навалились. Пашка увидел и побежал брата выручать, вдвоем отбивались, пока учительница не заметила. Женька надеялся, что мама не узнает, но ей начали родители звонить и жаловаться: что одному глаз подбил, другому – ухо. Мама ругалась, что так нельзя, но Женька виноватым себя не чувствовал. Нечего без него играть! А то выдумали! Мама сказала, что с ним никто дружить не станет, но ошиблась. После Нового года на продленке соорудили крепость. И Женька был командиром!

Во-вторых, у семиклассника Пашки резко выросли волосы на ногах, и мама стала называть его хоббитом. Мол, у хоббитов ноги мохнатые, и у Пашки тоже. Пашке сравнение нравилось, он ходил очень гордый собой. А недавно мама с братом додумались до того, что у Пашки усы пробиваются. Всего-то три жалких волоска! Женька не выдержал, поднял свою ногу и сунул маме под нос: «Смотри, у меня тоже волосы растут!» Но мама лишь отмахнулась. Типа в шестом классе рано об этом думать. Ничего не рано! Подумаешь, год разницы. К тому же Женька более светлый, поэтому у него незаметнее.

В-третьих, Пашка переписывался с девчонкой в социальной сети. Догадался – с девчонкой! Женька специально проследил за братом и обнаружил диалог, когда Пашка забыл выйти со своей страницы. Одноклассница спрашивала, что им на завтра задано. Ага, ага, с этого все и начинается! Сначала про уроки, потом про всякую фигню. Немного времени – и пиши пропало: встречаться с ней будет, в кино водить, пиццей угощать, деньги родительские тратить. А еще за ручку держать и целоваться. Тьфу! Разве можно с девчонками дружить? Они же ненормальные.

В Женькином классе девчонки постоянно ссорились друг с другом – выясняли, кто круче. У кого рюкзак дороже, у кого ручки красивее, у кого телефон навороченней. Воображалы! Женька однажды не выдержал и подошел к маме:

– Нам с Пашкой, когда женимся, придется разъехаться.

Мама удивилась:

– Почему?

– Мы с ним ругаемся постоянно, – объяснил Женька. – Вот и наши жены начнут. Представляешь, какой шум дома стоять будет?

Мама немного подумала и согласилась. Но с тех пор много воды утекло, теперь Женька не хочет жениться. Больно надо жизнь себе портить!

В-четвертых, Пашка легко и хорошо учился в крутой математической школе. Ботаник! Сам Женька мучился и мучил учителей в обычном классе обычной же школы. Учиться он не любил честно и откровенно с первого класса. Как сходил неудачно первого сентября, так на следующий день и заявил: «Не пойду в школу!» Больше года так повторял, пока не понял, что деваться некуда. Бедным учителям от него тоже деваться было совершенно некуда. Женька давно про себя решил: как-нибудь закончит девять классов, а потом в колледж, чтобы скорее деньги зарабатывать.

Да и вообще, кому нужна эта школа? Ничего интересного там нет. В интернете ютуберы намного лучше обо всем рассказывают. И про опыты разные, которые Женька потом с Пашкой дома проводят, и про приготовление еды. Женька с Пашкой и горячие бутерброды делали, и пиццу-пятиминутку. Вкусно и полезно. А в школе до этого никому дела нет.

В-пятых, Пашка был худой и стройный. Спортом он не занимался, ел, по Женькиному мнению, чересчур много, но не толстел. Что не мешало Женьке твердить: «Жирдяй! Скоро живот лопнет». Хотя все считали, что это Женьке надо похудеть. Женька обижался, но папа как-то сказал: «Или займись спортом и худей, или привыкай, что тебя называют толстым. Людей много, никто церемониться не будет. Решай сам». Но Женька лишь отмахнулся: вот пойдет он в рост, тогда сам собой постройнеет. А папа очень глубоко заблуждается. Ему легко говорить: худей! Папа сам на диетах не сидит и спортом не занимается, но мама его и таким любит. Никто папе не твердит, что надо лишний вес сбросить. И толстым не обзывают. Почему все так несправедливо?

В-шестых, кот Портос, которого Женьке подарили на день рождения, выбрал своим хозяином Пашку. Ходил за ним по пятам: Пашка на кухню – и Портос туда же. Пашка в ванную – значит, кот под дверью сидит. Встречал, когда Пашка из школы возвращался, спал на его кровати. «Носки валерьянкой намазал», – ворчал Женька на Пашкино коварство. А кот только глаза таращил, когда Женька ему выговаривал за непостоянство. Женька вздыхал и гладил Портоса. Пусть Пашка не воображает, кот только Женин. Брат на день рождения планшет выпросил, а кот полностью Женькина заслуга.

Сам Женька считал себя умным, красивым и крутым. Пашка что-то там возникал, но исключительно от зависти. И оценки ничего не значат – Женька не виноват, что не везет с учителями. Например, в пятом классе к ним пришла Елена Олеговна, преподавательница русского языка и литературы. Такая вся словно сиропом обмазанная, улыбается все время, а глаза злые. На первом же уроке она заявила, что класс набран из идиотов и его скоро расформируют. Про идиотов как-то всем не понравилось, особенно Женьке. А уж после того как Елена Олеговна завела любимчиков, он понял – надо бороться! А то несправедливо: одному ученику четверку ставит, потому что он ей на праздники конфеты таскает, а другому за такое же количество ошибок – тройку. И Женька объявил бойкот. Вызовет Елена Олеговна к доске, а Женька молчит, хотя только что на перемене повторял стихотворение наизусть. Спросит правило – а Женька словно немой, стоит и в потолок смотрит. Однажды она не выдержала и выгнала Женьку из класса. Мама, когда узнала, разозлилась и позвонила завучу – мол, учитель не имеет права оставлять ребенка без присмотра во время уроков. Зря, конечно, мама это сделала, и зря Женька ей об этом рассказал.

Главное, двойки Елена Олеговна ставить боялась – не хотела себе показатели портить. От этого ее зарплата зависела. А там и другие ребята подтянулись, потом родители – написали заявление завучу, чтобы преподавательницу из класса убрали. Пришлось учительнице в конце года увольняться.

Ей на смену после лета пришла Островская Нина Ивановна, и весь шестой «Г» вздрогнул. Островская, как звали ее ученики, навела порядок железной рукой. Не ответил правило – два, не сдал стихотворение наизусть – пара. А пересдавать Островская не разрешала. Но помимо Островской к несчастьям шестого «Г» добавилась Инна Владимировна – классная руководительница. Ее поставили в начале учебного года, чтобы вытащить класс из отстающих. Мол, у нее очень большой опыт в этом деле. Лучше бы у нее характер нормальный был. А то вроде всё ничего-ничего, а то взрывается на ровном месте, аж трясется вся. Видимо, учителям школа тоже тяжело дается.

Первым делом Инна Владимировна попросила психологов провести тестирование. Психологи раздали анкеты, шестой «Г» заполнил, а потом Инна Владимировна торжественно возвестила на классном часе: «По итогам опроса все вы способны учиться со средним баллом четыре. А некоторые из вас находятся на грани гениальности. – Она медленно обвела взглядом весь класс, чтобы каждый почувствовал себя вундеркиндом. – Ваши родители могут подойти к психологам и узнать результаты подробнее».

Женька передал маме слова классной, втайне надеясь, что гениальность – это про него. Но мама лишь рукой махнула: «Какая разница, что вы можете, если вы не хотите учиться? Все в это упирается. Лучше бы объяснили, как у вас интерес к знаниям вызвать».

Сама мама очень старалась в этом направлении. Повторяла, как важно хорошо учиться, чтобы поступить в институт. Потом получить высшее образование, устроиться на престижную работу и зарабатывать много денег. Женька же прикинул, что, если устроиться водителем, лично ему денег хватит. А водителем можно работать без всякого образования. Мама, правда, только за голову хваталась от таких блестящих перспектив. «А как же семья? – вопрошала она. – Жена, дети?»

Женька пожимал плечами: он жениться не собирается. Ничего хорошего в этих девчонках нет. Хлебнул он от них горюшка. Одна Машка Воробьева чего стоит! То сменкой по башке со всего маху засандалит, то на уроке руку циркулем исколет. А однажды подошла к Женькиному другу Егору и начала пинать ни с того ни с сего. Егор от обиды не выдержал и тоже пнул в ответ. Хотя раньше никогда с девчонками не дрался. Сама Машка на все замечания Инны Владимировны только хихикает: «Мальчишки – дураки, сами ко мне первые пристают». Ее родители даже на собрания не ходят из-за дочери. Ничего не помогает! Один раз мальчишки не выдержали и затолкали Машку в туалет для мальчиков. Другая бы от стыда сгорела, а этой хоть бы хны. Да и остальные девчонки не лучше, такое ощущение, что их со всей Москвы отобрали – самых диких и воинственных. А теперь мальчишкам шестого «Г» только и приходится отбиваться от одноклассниц, потому что жизнь и здоровье дороже всего на свете.

Глава 2

Все началось перед Восьмым марта, когда до конца учебного года осталось совсем ничего. Беды, как говорится, ничто не предвещало, только затянувшаяся зима. На календаре уже начало весны, а за окном снег и холодный ветер.

На классном часе Инна Владимировна объявила:

– Егор и Женя, на вас поступает много жалоб от других учителей, что постоянно болтаете друг с другом. Поэтому я вас пересажу. Егор, меняйся с Катей Смирновой.

Женька обалдел: а почему так? Значит, друг на освободившееся место с Тимофеем сядет, а ему Смирнова в соседки достанется?!

– Не хочу я с ней сидеть! – возмутился он.

– Раньше надо было думать, – отмахнулась классная.

Вечно она так! Лишь бы отделаться от всех. Егор подчинился, и на его место плюхнулась Смирнова. Женька сразу положил на середину парты линейку.

– На мою сторону не лезь, – прошипел он.

Катя ничего не ответила, лишь смахнула прядь с лица.

«Задавала!» – решил Женька.

Катя пришла в их класс первого сентября. Девчонка как девчонка. Ходит с распущенными волосами и воображает о себе слишком много. На уроках руку тянет, будто ей больше всех надо. Впрочем, Катя к мальчишкам не лезла, и те в благодарность ее просто не замечали.

После классного часа Инна Владимировна попросила ребят остаться.

– Скоро у нас Восьмое марта, – сказала она. – Надо поздравить девочек.

– Мы здесь при чем? Подарки родительский комитет купил, – ответил Женька. – Надеюсь, такие же дурацкие, как нам на Двадцать третье февраля.

На праздник мальчишкам подарили набор ручек: синюю, красную и зеленую. Самый дешевый. И китайский к тому же.

– Лучше бы ничего не дарили, – ворчал дома Женька. – А то как нищим!

Вообще, с подарками в классе было фигово: ни разу еще Женька не получил что-то стоящее, только ерунду какую-то. Однажды вручили сертификат книжного магазина. Ха! Женька – не девчонка, дурацкие книжки не читает. У него и так есть чем заняться. Зато сертификату мама обрадовалась и обменяла его Женьке на деньги. Так что это единственно полезный подарок оказался.

Инна Владимировна Женькину честность не оценила:

– Тебе, Суворов, никогда ничего не нравится. Придумай сам.

– Больно надо для этих придумывать, – сморщился Женька. – Обойдутся!

– Между прочим, девочки для вас старались. Накрыли стол, приготовили танец, – увещевала Инна Владимировна.

Женька закатил глаза: вечно это бесконечное бла-бла-бла. Кому нужны эти чаи с рулетами, если в нагрузку прилагаются не самые лучшие представители человечества? Ребятам шестого «Г» молоко за вредность выдавать должны.

– Можем на них карикатуры нарисовать, – предложил Женька. – Пусть порадуются.

Инна Владимировна закусила губу и задумалась, а затем распустила мальчишек, оставив Жорика и Армена – известных подхалимов.

Девчонкам подарили флешки. Это было неправильно! Их и так больше в классе, так еще и подарки лучше и дороже. Было бы за что! К тому же Жорик и Армен нарисовали стенгазету. Наклеили туда фотографии одноклассниц и написали стихи. Получилось гораздо лучше, чем танец. Женька пил сок с тортом и переживал за мировую несправедливость. А девчонки радовались. Смирнова даже подошла к Женьке и поблагодарила, как будто это он старался. Женька хотел сказать, что он ни при чем, но почему-то промолчал. Пусть дальше заблуждается. Но все равно вел себя с соседкой по парте строго. Девчонкам только покажи слабину, сразу на шею сядут.

В апреле класс собрался в театр. Не все, а человек пятнадцать. Женька тоже записался – мама заставила. Мол, надо быть развитым человеком. Другие люди о театрах всю жизнь мечтают, а в их городах нет никакой культуры. Женька подозревал, что люди из-за отсутствия музеев и прочей принудиловки не страдают, но благоразумно маме об этом ничего не сказал. Проще один раз сходить, чем выслушивать нравоучения. Тем более это в пятницу вместо последних уроков. Хотя сами родители театры не посещают. Папа говорит, что он в детстве находился, а мама молчит. А ведь сама родом из такого городка, где из всех достижений культуры только Дворец этой культуры и имеется. Почему самое неинтересное детям достается?

Лучше бы их в компьютерный центр сводили, чтобы каждому – по игровому компьютеру. А те не обычные, как дома, а с виртуальной реальностью. Чтобы самому персонажей придумать и мир выбрать, условия разные, уровни. А потом шлем надеть и попасть в игру вместо выбранного персонажа. Чтобы как по-настоящему было! От такого мероприятия кто бы отказался? Это вам не театр.

Инна Владимировна заранее разъяснила: в метро вести себя спокойно, от класса не отбиваться, с собой взять мобильные телефоны, чтобы в случае чего быть на связи. Потом добавила: в театре мобильники отключить, во время представления не разговаривать, шоколадками не хрустеть, в антракте других людей от буфета не отпихивать. Словно с дикарями в поход собирается.

– А в чем идти? – спросил Егор.

С Инной Владимировной приходилось уточнять и такую ерунду. Был у нее пунктик, что шестой «Г» ее вечно позорит.

– Мальчикам в брюках и рубашках, – ответила учительница.

– А в джинсах можно? – уточнил Никита, еще один Женькин друг.

– Можно, – разрешила классная.

К джинсам идеально подходит футболка, рассудил Женька. Тем более рубашек, кроме школьных, у него нет. Глупо покупать рубашку ради единственного похода в театр.

В пятницу все пятнадцать человек пришли в джинсах и футболках, даже девчонки. Когда их увидела Инна Владимировна, ее затрясло от злости.

– Это что такое?! Вы куда собрались? Вы меня в театре перед людьми ославите!

Можно подумать, они в лохмотьях пришли! Что опять не так?

– Вы же сами сказали, что можно в джинсах, – не выдержал Женька.

– В джинсах – да, в футболках – нет. Разве трудно сообразить, что надо надеть рубашки? – кипятилась Инна Владимировна.

– Трудно, – кивнул Женька. – Я джинсы всегда с футболкой ношу.

Инна Владимировна подскочила к нему и велела:

– Суворов, марш домой переодеваться!

– А почему именно я? – удивился Женька.

– Ты ближе всех живешь, – парировала классная и обратилась к Кате: – Смирнова, тебя это тоже касается.

Женька не стерпел. Недалеко от школы живет не только он. У Егора, например, квартира в Женькином подъезде.

– Не пойду! – набычился он.

– Ты с кем разговариваешь? – заорала Инна Владимировна.

Началось! Ей лишь бы придраться к Женьке. Хлебом не корми – дай покричать. Женька промолчал, зато влезла Катя:

– Я тоже не пойду.

Учительница даже пятнами пошла.

– Тогда вы оба отстранены от похода в театр.

– Хорошо, – согласился Женька, – а вы тогда деньги возвращайте за билеты.

Инна Владимировна дара речи лишилась, только рот, как рыба, открывала. А потом выдала:

– Сейчас, Суворов, твоей маме позвоню, чтобы ты не хамил. Пусть на следующей неделе в школу придет.

Она набрала номер прямо при Женьке и включила громкую связь.

– Светлана Анатольевна, – начала она, – вы в курсе, в чем сегодня пошел в школу Женя?!

Даже поздороваться на нервной почве забыла.

Последовала пауза. Женькина мама умела держать паузы.

– В курсе, – очень сдержанно ответила она, – в джинсах и футболке. А в чем дело?

– Мы идем в театр. Женя вам об этом сказал? – продолжила учительница.

– Конечно.

Инна Владимировна смутилась: видимо, ожидала, что Женькина мама поймет – в театр нельзя идти в чем попало.

– В театр, Светлана Анатольевна! – с нажимом повторила она. – И в джинсах с футболкой! Когда все остальные там будут прилично одетые.

– А разве в театр нельзя идти в джинсах и футболке? – Женька по голосу слышал, что мама раздражена. – Насколько я помню, обязательного дресс-кода нет, тем более на дневной спектакль. У меня старший сын вместе со своими одноклассниками постоянно так ездит. Никаких проблем не возникало.

Женька сразу отметил: это седьмой повод, чтобы не любить Пашечку. Брат за год по три раза на представление катается. Интеллигент!

– Все равно, – упорствовала Инна Владимировна, – есть же общее представление о культуре одежды. Поэтому я отстранила Женю от сегодняшнего мероприятия. – И сразу добавила, чтобы мама не успела спросить про деньги: – Шестьсот рублей возвращу, если найду, кем его заменить. А вас попрошу во вторник прийти в школу перед уроками.

Вместо Женьки и Кати в театр поехали Жорик и Армен.

Деньги Инна Владимировна вернула.

Глава 3

Вечером мама поинтересовалась, какая муха укусила Инну Владимировну. И точно ли не было чего-то еще помимо футболки? Выслушав Женькин рассказ, она сказала:

– Странная женщина. На пустом месте развить скандал – надо уметь. Но почему она именно к тебе привязалась?

Женька ответил:

– Не только ко мне, еще к девочке одной.

– Ясно, – вздохнула мама. – Надеялась, что в этом году не придется посещать школу. Не получилось.

Женька чувствовал, что маме классная руководительница не нравится. Когда Женька рассказывал о том, что произошло за день, у мамы на лице возникало странное выражение – будто она кислое съела. Поэтому особо за поход в школу он не переживал.

Во вторник мама пришла в школу. Инна Владимировна сразу же велела ребятам выйти из класса, чтобы не мешали разговаривать. Женька, конечно же, послушался. Пусть мама видит, что он хороший ученик. Зато все остальные пропустили требование мимо ушей: интересно же, о чем будут беседовать Женькина мама и учительница. Инна Владимировна вновь сказала, чтобы все покинули класс, но ее, как обычно, никто не послушался. Маме это не понравилось. Она открыла дверь и повторила железным голосом, что коридор свободен. Женькиным одноклассникам пришлось выйти из кабинета. Вечером она передала Женьке список задолженностей по предметам и время, когда он должен сдать хвосты. Ужас как много!

– У вас в классе всегда так шумно, как сегодня утром? – поинтересовалась мама.

– Ага, – кивнул Женька.

– Бедные учителя, – покачала головой мама, – тяжело им с вами.

– Ага! – вскинулся Женька. – Нам с ними тоже нелегко. Одна Островская чего стоит! Достала уже своими конспектами.

Нина Ивановна требовала, чтобы ученики знали краткую биографию писателей и поэтов. Для этого сначала надо было найти текст в интернете, потом сократить по-умному, чтобы поменьше учить, а затем переписать в тетрадь. А еще средства художественной выразительности! Аллегория, гипербола, метафора, эпитет… Мозги набекрень от этих терминов, ничего не запоминается. И ладно бы только записать в тетрадку, так еще и применить нужно при разборе произведения. И так к каждому уроку. Замучишься строчить. Если не выполнишь, пара обеспечена. А это значит, что больше тройки в триместре не увидишь, даже если потом одни пятерки будут. Женька пыхтел, к литературе готовился, но все равно умудрился схватить несколько двоек. И что обидно, исправить нельзя.

– С первого раза надо отвечать, – возражала на все жалобы Островская.

Так что шестому «Г» было с ней очень трудно.

Женька начал закрывать задолженности. По одной математике целая куча накопилась – за контрольные. Он надеялся, что наскребет на троечку, но математичка так не считала. Пришлось три четверга оставаться после уроков и решать новые варианты. Даже в компьютер поиграть было некогда. А Женька разве виноват, что ничего в математике не понимает?

Мама сердилась:

– Почему нельзя сразу задолженности закрыть? Зачем копить?

Так ведь Женька считал, что средняя оценка будет больше двух с половиной. Кто знал, что математичка упрется? Ну что ей, жалко несчастный тройбан поставить?

– Мы с тобой это все решали! – Мама трясла перед Женькой листочками.

Ну да, решали. Просто он забыл подойти и исправить оценку. Или не смог, потому что договорился с друзьями пойти гулять. Это важнее!

А еще английский, который вела Инна Владимировна. Ну зачем ему этот язык? Он в Англии жить не собирается, Америка ему тоже не нравится – плохая страна, вечно там всё лучше, как они думают. Воображалы! А на деле не так: Россия – самая крутая. Вот пусть лучше все русский язык изучают, пригодится. Женька попотел, пока не сдал все темы.

Ставили бы просто тройки, нет ведь, знаний требуют. У них в классе никто не любит школу. Девчонки, почти все, собираются замуж за олигархов, а пацаны вообще ни о чем не думают. Мечтают найти чемодан с деньгами и зажить припеваючи.

В детстве Женька хотел стать королем. Было бы замечательно целыми днями ничего не делать, отдавать приказы и не знать забот. Прямо как в мультфильме – хочешь мороженое, хочешь пирожное. Толпа слуг, свита, все тобой восхищаются. Куча денег, драгоценности разные. Красота! Не жизнь, а загляденье. Многие в классе грезили, чтобы у них оказались другие родители – миллионеры какие-нибудь. Якобы их в детстве подменили в роддоме. Женька такого себе никогда не желал, ему свои родители нравятся. Теперь же он хотел найти клад. Даже думал раскрутить родителей на металлоискатель: чтобы ходить с ним по дачному участку. Вдруг где сокровища отыщутся? Но родители только посмеялись и обозвали выдумщиком. Ничего не понимают, а еще взрослые. А ведь с деньгами можно не работать, а путешествовать по миру.

А классно бы было! Женька смотрел одну передачу: там дядька по разным странам ездит. Во всякие рестораны ходит, все пробует, о жизни людей рассказывает, кто чем занимается. Хочет – горшки лепит, хочет – мечи кует, ему всё разрешают. Прикольно. Женька бы тоже от такого не отказался. Только зачем для этого математика нужна или английский – дядька программу на русском ведет, – неясно.

В школе объявили мероприятие «А ну-ка, девушки!». Девчонки должны были соревноваться классами друг с другом. Экспромт сочинить, задачки каверзные решить, танец станцевать, и все в таком духе. Ничего стоящего! Лучше бы состязания по баскетболу устроили или по бегу. Всё интересней. Катя сказала, что она не сможет присутствовать из-за семейных дел. Инна Владимировна сразу же вскипела, даже уточнять ничего не стала:

– Какие семейные дела?! Как тебе не стыдно, Смирнова, ставить личное выше общественного?! Мы на тебя всем классом надеемся, а ты…

Катя вскочила и выбежала из кабинета. Потом девчонки говорили, что она плакала. А Инна Владимировна долго распалялась, мол, класс и так по учебе отстающий, так еще и в школьных мероприятиях себя не проявляет.

Женька узнал, что Катина мама умерла несколько лет назад, Катя до сих пор по ней скучает. Отец спился, а Катю воспитывают бабушка с дедушкой. На Радуницу они собирались на кладбище, а тут Инна Владимировна со своим мероприятием. Даже не стала выяснять, что за обстоятельства у Кати. И потом не извинилась. Как так можно?!

Женька не выдержал и подошел к Смирновой:

– Не обращай внимания, она дура.

Катя подняла покрасневшие глаза и кивнула.

– Не буду.

Хоть и девчонка, но все равно жалко. Сама на себя не похожа, до чего учительница довела.

Дома Женька возмущался:

– Мама, представляешь, Инна Владимировна на одну девочку кричала, а потом схватила за лицо и трясла. Вот так.

Он показал, как ужасно вела себя классная. Мама была с ним полностью согласна.

– Не повезло вам. И где таких педагогов находят? Если ты детей ненавидишь, если у тебя профессиональное выгорание, сиди дома или устраивайся на другую работу. Нет ведь, только детей калечат.

Женька обнял маму, пока Пашка не видит, а то будет смеяться, что Женька – маменькин сынок. Кстати, это уже восьмой пункт, почему Женьке не повезло с братом. Строит из себя большого. Но кто сказал, что в двенадцать лет надо резко повзрослеть? И что взрослость – это когда шарахаешься от мамы и для поцелуя подставляешь макушку, как Пашка? Лучше Женька еще побудет маленьким. Они долго сидели рядом, и мама его гладила, совсем как в детстве. Хорошо, что у Женьки мама живая.

Даже страшно представить, как это – жить без мамы. Кто будет в школу будить? Папа? У папы не забалуешь – придется вскакивать на счет «раз-два». Это у мамы можно вымолить «еще пять минуточек». Завтрак папа готовить не умеет, да и ужин тоже – вообще ничего. И с домашними заданиями к нему не подойти – папа в школе плохо учился, как Женька. Придется Пашку просить, а тот вредничать станет. И обняться не с кем будет, лишь с Портосом, а кот обнимашки не любит, лапами упирается и отталкивается. И кто еще Женьку так любит? Прямо беда, если мамы нет.

На следующий день в школу приходили Катины бабушка с дедушкой, у которых состоялся неприятный разговор с Инной Владимировной. Женька мстительно думал: «Так ей и надо! Пусть не считает, что все дозволено». На некоторое время классная успокоилась. Мероприятие прошло своим чередом, шестой «Г» занял свое законное четвертое место.

На собрании в конце мая Инна Владимировна показывала родителям рисунки с соревнования.

– Посмотрите на картинки других классов и на наши. Это же небо и земля. Такое ощущение, что у нас не подростки рисовали, а малыши из детсада. Даже пропорции не соблюдены, а ведь по рисованию у них была тема по изображению человека. Вечно наши во всем хуже.

Родители молчали. А что тут скажешь? Факты налицо, получите и распишитесь.

В общем, еще раз убедились, что дети у них никудышные, хотя в целом хорошие. Сдали деньги на дополнительные учебники и рабочие тетради на следующий учебный год и разошлись по домам.

Глава 4

В последний учебный день Инна Владимировна повела всех в кинотеатр. Как она объяснила, у нее такая традиция – водить подопечных на мультфильм, а потом угощать мороженым. Прямо как из Женькиной мечты. Но он не пошел: не очень-то хочется, лучше дома за компьютером посидеть, чем на какой-то дурацкий мультик топать. Так что мама написала записку и отпросила Женьку. Катя тоже не ходила. Об этом рассказали мальчишки, с которыми он сдружился в последний месяц. Прикольные ребята. Мама, правда, отнеслась к ним настороженно, чем-то они ей не глянулись.

– У тебя есть хороший друг – Егор, лучше с ним общайся, – посоветовала она.

Но Егор как-то приелся, с первого класса они дружат, а Кирилл, Стас и Денис пришли в их класс в начале года из другой школы. До этого они были знакомы между собой.

Женька и новенькие долго присматривались друг к другу, притирались, проверяли, кто чего стоит, а потом стали общаться вчетвером, отодвинув Егора в сторону. Хотя вечерами Женька иногда катался с Егором на скейтборде, но больше из-за того, что твердо решил похудеть. А для этого надо двигаться и есть поменьше бутербродов. Он даже начал следить за питанием: салат без заправки, в курице выбирал грудку, оставив ножки папе и Пашке – пусть толстеют. А брат, как нарочно, сделает двойной бутерброд из белого хлеба, колбасы и сыра, положит кружочки помидора и огурца, намажет кетчуп с майонезом и трескает перед Женькой. Мол, очень вкусно. Но тот внимания не обращал – его на слабо не возьмешь. А то скоро джинсы пятидесятого размера придется покупать. Вскоре брюки стали свободны в талии, а живот перестал валиком нависать над поясом.

С новыми приятелями было интереснее: они обсуждали, что, когда вырастут, создадут группу и будут читать рэп. Женька собрался стихи сочинять. Другие пишут, а он чем хуже? Исполнится восемнадцать лет, и сразу же напишет – плевое дело. Потом их ролики станут миллионы смотреть.

– Прославимся, как Эминем, – рассказывал он маме, – будем много денег получать.

По этому поводу он выпросил джинсы на размер больше, чем надо, и носил их на бедрах. Ведь так круто! А еще купил на сэкономленные деньги кольцо с именем знаменитого рэпера. Путь к известности был открыт, хотя дальше мечтаний дело пока не шло, но какие их годы!

Как-то Стас принес деньги и попросил Женьку купить игры для приставки. Женька сходил в магазин. Стас поиграл, а потом передал Женьке – пусть у него хранятся, но мама обнаружила картриджи и удивилась:

– Откуда они у нас? Кто-то дал?

Женька важно ответил:

– Это не мои, а друга.

– А что они у нас делают?

Женька рассказал, что у Стаса есть свои деньги, но родители запрещают ему покупать игры, поэтому Женька его выручил. А Стас сообщил родителям, что игры – друга и Стасу их дали на время, а про потраченные две тысячи промолчал. Поэтому Женька и хранит картриджи, плюс за это ему Стас заплатил целых пятьсот рублей. Женьке казалось, что все в порядке, но мама возмутилась: дружба на то и дружба, чтобы обходиться без денег. И современную действительность ей не понять. Вдобавок велела вернуть картриджи Стасу: раз его, значит, пусть у него и лежат. А не то обвинят Женьку в чем-нибудь. Женька посовещался со Стасом, тот забрал игры, а своим родителям соврал, что друг подарил на день рождения.

Наступило лето, ребята разъехались кто куда. Кирилл – на дачу, Стас остался в городе, а про Дениса никто ничего толком не знал. Он был при их компании, но не равноправным другом. Так что им особо не интересовались.

Женька с родителями махнул в Египет. Он боялся, что в Египте будет дикая жара, а родители потащат по экскурсиям – они любят. Женька до сих пор помнил с прошлого раза, как какого-то фараона жена отравила. Женьке тогда шесть лет было, а в память врезалось – до чего же жены опасными бывают. Но на удивление, температура воздуха была чуть выше тридцати градусов, а папа решил, что хватит с них поездки на коралловые острова. Жизнь удалась!

Пицца в баре у пляжа, кола и спрайт – хоть залейся. Теплое море, аквапарк, время мчится, точно выпущенная стрела. В кои-то веки повезло, что брат имеется. Все же с Пашкой гораздо веселее прыгать на волнах и играть в дартс. Территория отеля утопает в зелени: лохматые пальмы сменяются кубиками аккуратно постриженных гибискусов, ровный порядок которых нарушают лишь выскочившие из пунктирных линий цветы-граммофоны. Растут красивые деревья с ажурными листьями и ярко-алыми цветами, тут же на ветках висят длинные черные стручки, похожие на притаившихся змей. Женька как-то видел такие в передаче про Африку. Друг за другом бегают юркие ящерки, вылитые прозрачно-голубые мальки, только сухопутные. На них в траве охотится банда обыкновенных ворон – подобных в Москве пруд пруди. Даже странно: четыре тысячи километров, а что-то знакомое с родины.

На кораллы поехали в среду. С утра позавтракали, затем подъехал автобус, и Женька с родителями отправились в Хургаду. Добираться пришлось недолго, вскоре яхта отплыла от берега. Волнения на море почти не было, яхта неспешно шла к рифу, когда слева по борту пассажиры увидели черепаху. Только обсудили событие, как впереди показались дельфины. Женька схватил фотоаппарат и успел снять. Будет что пацанам показать. А потом они плавали среди рыб. Желтые, голубые, черные, фиолетовые, разноцветные… Рыба-игла, рыба, похожая на коралл, рыбка из мультфильма – Немо. В глазах рябило от разнообразия. Женька нашел морского ежа. Тот прятался посреди кораллов: черный с длинными иглами. На такого лучше не наступать. Даже мурену увидели. Она, как собака в конуре, сидела в норе и не хотела вылезать. Но гид подразнил ее ластами, и она высунулась. Здоровенная. У Женьки аж дух захватило: такая цапнет, мало не покажется. Было так классно, что из воды вылезать не хотелось. Плавал бы и плавал среди кораллов.

А еще у них приключение вышло: мама маску потеряла – и та на дно упала. Глубина огромная. Папа нырнул – не получилось. Пришлось просить гида. А тот нормально – нырнул и достал. Ловко он натренировался плавать. Женька бы тоже так хотел. Эх, жаль, у них моря нет, каждый бы день купаться бегал.

Потом они на Райский остров заехали, ну там ничего особенного: песок и море. Песок светлый, почти белый, и в нем много мелких ракушек. Женька насобирал всяких. Хотя и говорят, что через границу ракушки перевозить нельзя, но кто такую мелочь заметит? Так что Женька набрал: и плоских, и пирамидкой. Будет что друзьям в качестве презента дарить. А после гид поймал краба, и Женька с ним сфотографировался. Пашка не стал – побоялся, что краб укусит. Трус! Краба назвали Марком и отпустили в море.

Вернулись в шесть, а вечером пошли в рыбный ресторан. Родители заказали огромное блюдо с крабами, креветками и кальмарами. Женька макал морепродукты в соусы и наслаждался жизнью. С пляжа прибежал рыжий котенок. Он сразу же выбрал Женьку на роль спонсора и жалобно замяукал. Тот проверил, не видит ли кто, и угостил котенка крабовым мясом.

– Повезло коту, – заметила мама, – не каждого крабами и креветками кормят.

– Я немного, – начал оправдываться Женька, но родители лишь рукой махнули: сын с детства отличался любовью к животным. То в Пражском зоопарке от козочек не отходит, то решит муравьиную ферму дома завести.

– Если смочить ватку водой, то можно посмотреть, как муравей будет пить, – авторитетно заявлял Женька, обнаружив в ванной комнате отеля насекомое.

И это вместо того, чтобы прихлопнуть муравьишку.

Вот и тут котенок сообразил, кто в семье слабое звено. Лапки на Женькины ноги поставил, а тот и растаял.

– Все Портосу расскажу, что ты его на чужого котенка променял, – съехидничал Пашка.

Женька только кулак показал, до чего ж брат вредный.

– Он бедный, сам себе пропитание добывает, – пожалел попрошайку Женька.

Он бы все кальмары котенку скормил, настолько тот трогательный был.

– Мы его с собой взять не можем, – предупредила мама, – нас в самолет не пустят.

Когда вышли из ресторана, котенок побежал за ними, но по дороге отстал. Женька долго вздыхал, что еще существуют в мире бездомные кошки.

В последний день маме приспичило сходить на арабские танцы. В отеле каждый вечер устраивали представления, но обычно Суворовы их пропускали. А тут мама взбунтовалась: пойду и всё, но поддержки в семье не нашла и отправилась одна. Женька распереживался: как же она там без них?

– Вдруг с ней что-нибудь случится? – сказал он.

Но папа только посмеялся, а Пашка долго отнекивался, но все же поддержал Женьку. Они нашли маму возле сцены. Места за столиком ей не хватило, и мама села на бордюр возле террасы. Сыновья примостились рядом.

Сначала танцевал какой-то парень. Сверху на нем был восточный костюм, а снизу парень нацепил пеструю юбку. Словно итальянский паяц Арлекин. Сперва танцор вращал бубны, потом снял платок с головы и долго им махал. А под конец стащил юбку и остался в длинном кафтане, став вылитым Синдбадом-мореходом. Женька тоже похлопал – из вежливости, ведь парень старался.

А после начались арабские танцы, которых так ждала мама. Женька сразу заскучал, Пашка уставился на сцену, хотя идти не хотел, а мама принялась критиковать.

– Для арабских танцев живот нужен, – ворчала она. – А этой девушке и трясти нечем. Где фактура?

Женька закатил глаза: и стоило идти? Он ткнул в мелких девчонок, которые танцевали неподалеку, подражая девушке.

– У них и то лучше получается. Пошли в номер.

Но мама почему-то отказалась. Мол, идите, если хотите, а она еще посидит. Братья Суворовы тоже уходить отказались – из-за мамы пришли, с мамой и уйдут.

И тут Женьке показалось, что недалеко под деревом стоит Смирнова. Он даже шею вытянул: она или нет? Но было темно – не разобрать.

– Я за колой, – сказал Женька и пошел в бар. Как раз мимо девчонки. Не Смирнова. Женька испытал разочарование, хотя какая, спрашивается, ему разница?

Глава 5

После короткого – всего десять дней! – отдыха в Египте папа отвез Женьку и Пашку на дачу. Вот где тоска! Интернет нормально только на смартфон ловится, но у Женьки был старый телефон – кнопочный. Модем же вечно висит, так что в игры на ноутбуке можно лишь ночью играть с Пашкой по очереди. Пашка жилит постоянно: говорит, что Женька больше его играет, а сам врет! Еще бабушка ворчит, что надо делиться с братом и не дома сидеть, а гулять. Да что на даче делать? Скукотень. И Пашка с Женькой согласен.

Одному Портосу хорошо. Кот сначала боялся из дома выходить, да и в доме прятался – в диван залез. Целый день там сидел, ни есть, ни пить не выходил – к даче привыкал. Зато ночью осмелел и бегал по всем, спать не давал. А утром вновь исчез. Смешной.

Потом Портос освоился: полюбил на лестнице лежать. Как барин. Главное, не наступить на него. Затем начал на улицу выглядывать. Сперва на пороге сидел, после стал выходить. Умора, до чего в первый раз у Портоса вид ошалевший был. От всего! От травы, от деревьев, лягушек, ящерок. Кот замирал в траве и пошевелиться боялся. Зато через несколько дней осмелел и начал охотиться. Пришлось за ним следить, чтобы не обижал ящериц.

А потом выяснилось, что у соседей напротив есть сын, их с Пашкой ровесник – четырнадцати с половиной лет. У него – скутер и квадроцикл. Папа пошел к соседям и взял с собой Женьку с Пашкой – знакомиться. Братья смущались, сами бы ни за что не решились. Парень оказался нормальный – ребята быстро нашли общий язык – и предложил покататься. Тогда Женька понял, что жизнь налаживается.

На квадроцикле Женька ездил еще в детстве – с родителями в парке. А вот на скутере нет. Управлять им оказалось несложно, главное – руль ровно удерживать. Вот бы Женьке на день рождения подарили скутер! Он бы обрадовался. Ездил бы по дороге, как взрослый. Ветер в лицо, свистит в ушах, треплет волосы. А Женька всех обгоняет. Но папа почему-то говорит, что мотоциклисты – мясо. Мол, все время разбиваются, потому что гоняют и правил не соблюдают. А еще машины их не видят и сбивают. И потому Женьке ни скутера, ни мотоцикла не видать как своих ушей. Но ничего. Вот исполнится ему восемнадцать, сразу квартиру себе снимет, чтобы жить отдельно. Мотоцикл купит и собаку заведет – овчарку. Еще одна мечта, на которую родители не соглашаются.

Женька как-то нашел на улице фигурку овчарки и домой принес. Фигурку кто-то потерял или выбросил – у овчарки хвоста не было. А Женька ее отмыл и на полку поставил рядом с матрешкой и бюстом Пушкина.

На дачах на скутере не погоняешь, везде ограничители скорости. Да и малышня гуляет, как бы кого не сбить. Так что приходится ездить потихоньку, а это неинтересно. Но все равно лучше, чем пешком ходить, особенно на озеро. Костик на скутере, Женька с Пашкой – на квадроцикле. Круто. Пешком минут пятнадцать, на транспорте – пять.

На озере благодать. Вода теплая, вылезать не хочется. Можно с горки прыгать, которую кто-то в воду затащил. Правда, там всегда очередь из ребятни, как бы на голову не свалились. Вообще, с детьми много проблем – Женька раньше и не думал об этом. Шумят, галдят, толкаются. А еще не слушаются ни фига. Им говоришь – отойди, а они как нарочно – лезут.

Ягод на участке много, бабушка из них морс варит. Женька целую бутылку морса нальет, бутербродов с Пашкой настрогают – и на озеро. Пашка с собой возьмет айпад и смартфон – ему-то родители все покупают за хорошую учебу, – и, когда не купаются, играют втроем с Костиком в общую игру – так лучше, чем одному. Бабушка только часто звонит – не утонули ли. Можно подумать, Женька с Пашкой плавать не умеют – их еще в садике научили.

Вечером на том же берегу запекают в кост-ре картошку, а на прутиках поджаривают сосиски. Бабушка об этом не знает, а то бы не позволила. Она боится даже спички дать, чтобы газовую плиту зажечь, – дети обожгутся, сгорят и… прочие ужасы. Будто они маленькие!

Ближе к ночи на озере в разы интереснее. Народу мало, только парни и девчонки постарше, но им до Женьки и остальных дела нет. Пищат комары, которых не отпугивают ни дым костра, ни специальный спрей от насекомых. По воде редкие круги – рыба плещется. Таинственно и загадочно – самое то для страшилок. Костик больше по играм сочинял: то про парня, которого в компьютерную игру затянуло, и там за ним монстры бегали. То наоборот, как с монитора зомби посыпались и начали всех жрать. Жутко! Женька даже решил пока в игры поменьше играть, а то кто знает.

Пашка же рассказывал обычное: про синие занавески, которые по ночам душат людей, про гроб на колесиках, который приезжает к мальчику. Про пиковую даму, которая может убить, если вовремя не стереть нарисованные на зеркале ступеньки. Но все равно – вроде знакомое, а мороз по коже, тем более в родительской спальне занавески как раз синего цвета. Как нарочно купили!

«Сидят как-то пацаны в кафе, – придумывал Женька, когда настала его очередь, – день рождения отмечают. Треплются обо всем, смеются. А что им – хорошо, до этого на аттракционах катались. Часа два. А тут пиццу ждут. Тоже нормально. А один пацан тарелку рассматривает. Все остальные удивляются: мол, ты чего? А он им: “Странно, показалось, что там глаз был и на нас смотрел”. Остальные парни рассмеялись и обозвали пацана выдумщиком. Типа придумай еще, что тарелки за нами следят. А потом идут такие домой, вечер уже. И вдруг свет, яркий. Пацаны наверх смотрят, а там огромная тарелка – инопланетяне! Раз – всех и засосало внутрь. Больше пацанов никто не видел – их инопланетяне на опыты украли». У Женьки вышло не хуже, чем у друзей. Пашка всю обратную дорогу на небо поглядывал, проверял.

Однажды под вечер они отправились на водоем пешком, решили посмотреть, не созрел ли орешник. Нарвали орехов и набили ими карманы, после долго купались, пока не стемнело совсем. Тогда отправились в обратный путь. Им оставалось идти минут пять до ворот поселка, как со стороны озера послышался тяжелый вздох, а затем оглушительное «шлеп». Будто огромный великан сначала вздохнул, а потом шагнул в воду, чтобы перейти на другой берег.

– Что это? – насторожился Пашка.

Костик пожал плечами: предположений у него не было. И тут звук повторился: великан перебрался через озеро. У Женьки мурашки побежали, между лопатками похолодело, а волоски на коже встали дыбом.

– Ребята, бежим! – после слов Костика все рванули домой.

Пашка обогнал прочих в забеге, но потом остановился и дождался отстающего Женьку.

– Руку давай! – Старший брат потащил Женьку за собой, а тот и не возмущался: ему казалось, что еще немного, и сзади протянется лапа гиганта и схватит его.

Дома он долго не мог отдышаться. Они с Пашкой выпытывали у бабушки, что это могло быть, но та не знала. Она даже и не слышала ничего. С тех пор на озере ребята допоздна не задерживались.

Потом Костик уехал, и Женька остался вдвоем с братом. Бабушка обрадовалась, что они на озеро редко ходят – ей волнений меньше, – и начала их на даче припахивать. То ягоды собери, то за травой с нею в лес сходи – за зверобоем. А то полы мыть заставляет. От Женьки какая грязь? Он почти и не выходит никуда. Это Пашечка на улице торчит, Портоса караулит, чтобы кот не сбежал со двора. А мыть наравне приходится. Пашечка к тому же вечно пытается поменьше сделать, чтобы один Женька работал.

Хорошо, что родители вскоре сдались и увез-ли сыновей обратно в город.

Глава 6

Лето пронеслось, точно за ним кто-то гнался. Египет, дача, возвращение в Москву – и снова школа! Каждый год как под копирку.

– Так нечестно! – ворчал Женька, собираясь на линейку. – Я отдохнуть не успел.

Мама с ним соглашалась: она тоже не успела и с содроганием ждала новый учебный год. Женька не понимал, почему мама так переживает – не ей же учиться! Зря мама все так к сердцу принимает. Расстраивается из-за оценок и поведения. Всем же ясно – это учителя придираются не по делу. Им лишь бы найти повод прицепиться к человеку и поставить вместо тройки двойку, чтобы было чем заняться – а то кто к ним будет приходить на пересдачу? Но все знают, что на второй год никого не оставят – школе это невыгодно.

Пацаны за лето подтянулись и обогнали в росте одноклассниц. Теперь девчонки пусть не задаются – и на них управа найдется. Федор Корнев вообще стал выглядеть как старшеклассник: вымахал, обзавелся густыми, не то что у Пашки, усами и забасил.

В класс пришли несколько новеньких учеников – приехали из Белоруссии. Инна Владимировна предложила желающим рассказать о себе, чтобы новенькие побыстрее освоились. Женька тотчас поднял руку. Классная руководительница велела идти к доске. Женька вышел, принял важный вид и представился:

– Здравствуйте. Я Евгений Суворов, и я алкоголик.

Класс дрогнул от смеха. Даже Инна Владимировна засмеялась, хотя потом отправила Женьку на место, мол, нечего дурака валять. Классная за всеми следит в соцсетях, записи на стенах читает. Даже завела себе второй аккаунт с картинкой, на которой девочка из аниме изображена, – типа она их ровесница. И комментирует посты под ником Милая Мила. А на деле все знают, что это Инна Владимировна пишет. Потом она на классном часе долго выступает, что нужно заботиться о своей репутации с детства, что после могут раскопать что-то плохое и испортить человеку жизнь. В общем, все умерли. Женька с ней не спорит, только постит себе на страницу всякие хулиганские записи с матными словами. А нечего читать!

Кирилл и Стас предложили записаться в спортивную секцию восточной борьбы. Занятия были платные и проходили в спортшколе в другом районе Москвы.

– Как добираться будешь? – поинтересовалась мама. – Папа не сможет, он в это время еще работает, а я не повезу – мне после работы ужин готовить надо, а не кататься туда-сюда.

Женька заверил, что возить станут родители Стаса и Кирилла. Маме это не понравилось.

– Лучше не рассчитывать на других, могут подвести, – сказала она.

Женька пожал плечами, он не понимал, в чем проблема.

По средам и субботам их возил папа Стаса, а в пятницу – мама Кирилла. Денис друзей не поддержал, родители отказались оплачивать секцию, но дружбе это не мешало. В конце сентября Женьке исполнилось тринадцать. По этому поводу он пригласил всех сыграть в пейнтбол. И новых приятелей, и старых – со двора. Пашка не пошел, сказал, что лучше дома за компьютером посидит. Хотя Женька его и не приглашал, потому что Пашка на свой день рождения только одноклассников позвал, а родного брата – нет.

Тоже брат называется – обзавелся друзьями и старательно оберегает их от Женьки, не хочет, чтобы родной брат с ними дружил. Жалко, что ли? Говорит, что им с Женькой неинтересно – ведь тот младше. А на самом деле думает, наверное, что все с Женькой больше дружить захотят, вот и боится.

Мальчишек разбили на две команды. Они мужественно сражались друг против друга, весы победы склонялись то в одну сторону, то в противоположную. Знамя поднималось то над штабом Женькиной команды, то над штабом противника. Игра закончилась вничью, так что никто не обиделся. Потом поехали в пиццерию. Все набросились на угощение, кроме Дениса. Оказалось, что пиццу он не ест, лимонады не пьет. Мама растерялась:

– Давай пончики с чаем куплю. Будешь?

Денис отказался, а затем все же купил на свои деньги. После кафе Женька с друзьями отправился гулять.

Вечером мама пристала: оказалось, ей позвонила мама старых Женькиных приятелей. И передала, что новые Женькины друзья ее мальчишкам не понравились: очень странные. А Денис постоянно ругается матом.

– Он сдерживался, между прочим, – заступился за Дениса Женька.

– А обычно он на нем разговаривает? – поразилась мама.

Женька вздохнул: какая разница, ругается Денис или нет, если он друг. Друзьям можно многое простить. Тем более Денису тринадцать, а выглядит как пятиклассник – такой же мелкий. Тут начнешь сквернословить, чтобы казаться солиднее. Сам Женька за лето подрос и похудел. Школьные брюки купили на размер меньше, чем в прошлом году. И теперь Смирнова стала чуть ниже Женьки, но скоро он ее еще больше обгонит.

В классе сменилась математичка. Женьке нравилась старая: спокойная и хорошо объясняет. Новая была ничего, но предыдущая лучше, намного. А тут еще вместо одной математики появилось целых три предмета: алгебра, геометрия и статистика. Статистика пошла у Женьки на ура – одни четверки и пятерки. Алгебру со скрипом, но все же на тройку Женька вытягивал, а с геометрией случился завал. В конце первого триместра отстающим ученикам Елена Петровна, так звали математичку, раздала билеты. Их надо было подготовить, выучить и сдать. Что такое биссектриса, медиана, высота и прочее. И начертить! Женька с тоской смотрел в учебник и ничего не понимал.

– Что здесь может быть неясно? – сердилась мама. – Самое элементарное.

– Ага, – Женька подсунул ей учебник, – сама попробуй такие определения выучить.

– Господи! – запричитала мама. – Я мечтала, что хотя бы в седьмом классе перестану сидеть с тобой по вечерам. Ты понимаешь, что я больше уже не могу? Я устала. Вместо отдыха у меня вторая работа и никакой отдачи, все уходит в черную дыру.

– Ну и не надо, – обиделся Женька. – Сам справлюсь.

– Вот и хорошо, – согласилась мама. – Спасение утопающих – дело рук самих утопающих. А у тебя друзья есть, пусть они помогают.

Но помогать было не принято. Ребята приходили к нему в гости, если отменяли последний урок, и играли в компьютер. Женька угощал их чаем, Пашка снисходительно терпел, а Портос шипел – новоиспеченные друзья ему, как и маме, не нравились.

Вместе ездили на тренировки, Женька покупал Кириллу и Стасу колу и чипсы. Тем запрещали родители, и они отдавали деньги Женьке, а он с утра приносил еду в школу. Приятели сами не могли – их привозили и отвозили на машинах, каждый шаг на контроле. Мама все это не понимала. Она тоже считала, что кола и прочая гадость вредны. Но лучше покупать ребенку раз в неделю, чем он начнет изворачиваться и врать.

– Запреты ни к чему не приводят, – говорила она. – Наоборот, хочется попробовать.

В детстве Пашка с Женькой любили мультфильм «Ну, погоди!». Особенно запомнился им эпизод, где Волк выкуривает Зайца из телефонной будки. Мальчишки набирали полный рот карандашей и воображали себя Волком, а на улице шустро разбегались в разные стороны и искали окурки. Маме это надоело, и она попросила дедушку дать покурить внукам. Пашка с Женькой с радостью согласились. Вдохнули дым и закашлялись – такая это оказалась пакость! А дедушка и сам скоро бросил курить, когда у него нашли затемнение в легких. Так что мама зря не запрещает, всё по делу.

Подойти к приятелям с просьбой о помощи Женька не решился, не хотелось показать себя слабаком. И мама уперлась – ты уже взрослый. Выручка пришла откуда не ждали – от Смирновой. Она на перемене сама предложила:

– Могу объяснить.

– Да ну, – протянул Женька, а потом подумал и согласился.

Смирнова объяснила очень просто, не как Елена Петровна. Женька с облегчением вздохнул:

– Теперь понятно. Спасибо, Смирнова.

Та строго посмотрела.

– Меня, между прочим, Катя зовут.

Женьку отчего-то бросило в жар, и он с запинкой ответил:

– Спасибо, Катя.

Все уроки он украдкой ее разглядывал: все же бывают среди девчонок нормальные люди.

Глава 7

Выпал первый снег, мокрый и липкий. Он приставал к подошвам, оседал на одежде. После уроков Женька с друзьями кидал снежки в девчонок, а те отбивались. Мимо прошла Катя, и Женька побежал за ней. Когда она поравнялась с деревом, росшим возле выхода с территории школы, Женька подпрыгнул и схватился за ветку. На Катю посыпался снег.

– Ты чего? – почему-то шепотом спросила она.

– Ничего, – он тоже перешел на шепот, – просто снег.

Катя рассмеялась и убежала.

К Женьке подошел Кирилл:

– Тебе что, Смирнова нравится? Она же из бедной семьи, у нее даже смартфона нормального нет.

Женьке хотелось оборвать его, но ведь друг же.

– Я тоже без телефона обхожусь, – отрезал он. – Мне он не нужен.

Кирилл ничего не ответил.

Однажды вечером Женьке позвонила мама Егора.

– Жень, скажи, что у Егора произошло сегодня с Любой?

Люба была их одноклассницей. Так себе девочка.

– Ничего, – удивился Женька. – Люба сначала его обзывала по-разному, а потом он подошел, постучал ей по лбу пальцем и сказал, что голова у нее пустая, так как она полная дура.

На следующее утро Егор рассказал, в чем дело. Оказывается, Люба весь вечер плакала и жаловалась на головную боль. Мол, Егор ударил со всей силы и у нее сотрясение мозга. Разъяренный папа Любы позвонил Хромовым домой и орал, что напишет на Егора заявление в инспекцию по делам несовершеннолетних.

– Почему эта идиотка постоянно ко мне цепляется? – злился Егор.

– У вас с ней острая несовместимость с первого класса, – подтвердил Женька.

В классе появилась Люба. Она прошла мимо Егора и хихикнула:

– Повезло тебе, Хромов, что у меня голова болеть перестала.

Егор с ненавистью посмотрел ей вслед:

– Вот ведь сволочь какая!

– Не связывайся, – посоветовал Женька. А у самого внутри все забурлило: ну как так можно?! Вечно девчонки прикидываются тихонями, что они такие милые. А на деле те еще вредины, да и соврать им – раз плюнуть. А страдать из-за них – мальчишкам. Всегда так было: и в садике, и в началке. Вот говорят: девочкам надо уступать, девочек нельзя обижать. А если девчонка так только называется? Сами и дерутся, и обзываются, а попробуешь сдачи дать – сразу жаловаться бегут.

Женька разговаривал на эту тему с папой, тот ответил: «У нас так было. Если девчонка ведет себя как девочка, ее никто пальцем не тронет. А хочет быть наравне с мальчишками, пусть тогда не плачет». Женька думал потом про это и с папой согласился – все честно. А то девчонки привыкли, что они королевны, а ведут себя хуже парней.

На перемене Катя сказала:

– Не думай, не все девчонки такие.

– Какие? – буркнул Женька.

– Я же вижу, что ты нас недолюбливаешь, – не отставала Катя.

– Слушай, Смирнова, отвяжись, – не выдержал Женька. – Если ты нормальная, то это не значит, что все остальные тоже.

Он вскочил с места и выбежал в коридор. Когда вернулся, то увидел, что Катя пересела на заднюю парту.

«Ну и ладно», – решил Женька, хотя почему-то стало досадно.

На тренировках он выкладывался по полной. Тренер не давал спуску: заставлял отжиматься от пола, растягиваться, отрабатывать приемы. Женька колотил грушу, вкладывая всю злость: прощай, лишний вес, топай и не возвращайся! Надоело ходить жирдяем! Женька чувствовал, как откликается тело: наливаются мышцы, уходит живот и пухлость. Кириллу тоже нравились занятия, а Стас ездил только из-за того, что заставлял папа.

Стас терпеть не мог физкультуру, был толстым и рыхлым. Но отец решил вылепить из него настоящего мужчину, наплевав на мнение сына. Стас вечно жаловался, что родители его достали, особенно отец, но спорить с ним боялся. Хотя Женька и не понимал почему: папа Стаса возил их на тренировки и казался вполне нормальным дядькой. Но Женьке больше нравилось, когда наступала очередь мамы Кирилла: она была веселая и добрая. Покупала им после тренировки пиццу и кофе, всегда шутила. Повезло Кириллу с мамой.

В начале декабря всем классом поехали в Коломну. Женька накупил заранее чипсов, сухариков и колы, мама сделала бутерброды. Было весело ехать, они смеялись, фотографировали друг друга и корчили рожи. Женька с удовольствием угощал приятелей. Затем достал маленький пакет с сухариками и протянул Кате:

– Хочешь?

Катя долго смотрела на него, но все же взяла.

В Коломне посетили монастырь, лазили на крепостную стену. Девчонки слепили снеговика и украсили еловыми ветками. Потом устроили метание копья, дальше всех кинул Егор. Зато в стрельбе из лука не было равных Женьке. Стрелы ложились рядом с центральным кругом мишени. Катя тоже решила попробовать. Она натянула тетиву, но стрела сорвалась.

– Давай помогу, – предложил Женька.

Он вместе с Катей натянул тетиву, и стрела вонзилась точно в середину мишени.

Женька смотрел, как весело прыгает Катя, и удивлялся: нашла чему радоваться! Ведь легко же! Но его самого распирало: есть то, в чем он лучше других. Жаль, что сейчас не учат пользоваться оружием. Может, он бы и на мечах сражался, как крутой воин. Почему нельзя изучать то, к чему у тебя способности? Тогда в школе не было бы неудачников, каждый стал бы отличником в своем деле. А не только Пашечка!

Как-то Инна Владимировна решила посвятить классный час поведению мальчиков и девочек.

– Сколько можно выслушивать замечания от учителей! – начала она. – Вчера снова получила «фи» от завуча. Все учащиеся школы ведут себя нормально, как белые люди. А наш класс отличился: бесился напротив кабинета директора. Хоть бы другое место выбрали!

Женька глядел на нее и представлял: когда-то папа Карло решил смастерить Буратино, но что-то пошло не так, и получилась Инна Владимировна. Она была высокая, прямая, как бревно, с грубыми чертами лица, словно их вытесали топором. И голос под стать внешности – громкий, крикливый. Не женщина, а военачальник в юбке. Что-то из времен Древнего Рима.

– Особенно девочки наши зажигали! – продолжала классная руководительница. – Девочки, вы же будущие женщины. Вам замуж выходить, рожать. А как вы себя ведете? Да ни один нормальный мужчина на вас жениться не захочет!

Кто-то из ребят хихикнул, и Инна Владимировна сразу переключилась:

– Да, девочки у нас не подарок, но это не значит, что их можно посылать матом.

– Достали уже! – раздалось с последних парт.

– Надо чаще общаться, устраивать совместные походы, участвовать в школьных мероприятиях. – Учительница словно лозунги выкрикивала. – Это сплачивает коллектив. У нас проблема: многие не умеют общаться друг с другом. Отсюда недопонимание.

– А можно наших девчонок на других поменять? – предложил Егор. – Мы сравним.

– У нас неплохие девочки, – увлеклась Инна Владимировна. – Вон, в восьмом классе новое поветрие: школьницы селфи своих самых красивых мест делают и одноклассникам рассылают.

Женька не понял: что это за красивые места? В квартире, что ли? Но кто-то захихикал, и до него дошло: голыми фотографируются! Фу, какая гадость! Девчонки совсем взбесились. Сбежать бы от них куда подальше. Говорят, раньше были школы для парней и школы для девчонок. Женька бы и сейчас не отказался.

Классная руководительница взяла паузу, а после добавила:

– Чтобы нам сплотиться, я решила соз-дать группу нашего класса в социальной сети. Будем там переписываться, решать вопросы. И можно будет выкладывать домашние задания. Только без решений. Просто электронный дневник часто зависает, а в группе можно подстраховаться. Ответственной за домашние задания будет Катя Смирнова.

Все сразу посмотрели на Катю. А Женька загордился: какая у него соседка по парте – ответственная!

Группа, кстати, очень выручала. Раньше с электронным дневником бывало так: весь день никакого задания, а потом – бац! – и в девять вечера появляется. И сиди до ночи. А если не посмотришь, то двойка обеспечена: учителя говорят, что надо задание в бумажные дневники записывать. Зачем тогда электронный нужен?

Несколько раз Катя присылала ему решения по геометрии и алгебре. Обычно Женька списывал с сайта «Готовые домашние задания», но иногда Елена Петровна задавала не из учебника. И тогда Катина помощь выручала, тем более она хорошо объясняла. К тому же еще Пашка взялся объяснять – его мама попросила. У брата тоже нормально получалось, хотя Пашка проделывал это с таким видом, будто делал огромное одолжение. Самому Женьке нужны были только ответы, но математичка закрутила гайки и требовала решение, лучше перестраховаться.

А тут еще Островская отчебучила! Им на лето задали читать «Князя Серебряного». Женька это дело задвинул: после с кратким содержанием ознакомится. Так и сделал. Но Островская провела сложный тест на знание текста, и Женька ответил всего на два вопроса. Русичка в наказание велела написать в тетрадь краткое содержание всех глав романа, а иначе двойка в триместре обеспечена. Женька мучился, пыхтел, но прочесть книгу не успевал. А в интернете отыскалось лишь краткое изложение всей книги. Не по главам! Вот не мог никто этим озадачиться? Почему именно Женьке приходится страдать? Он пожаловался Смирновой, и тогда Катя скинула ему пересказ всех глав, да еще что-то из истории приплела – про опричнину и Ивана Грозного. Все-таки умная она девочка. Так что Женька долг по литературе закрыл, но вскоре Островская задала на дом сочинение «Считаю ли я себя вежливым человеком?».

Дома тут же случился «литературный» скандал, потому что с сочинением Женька обратился к маме, а та сразу насторожилась:

– Ты разве вежливый?

– Да, – утвердительно заявил Женька, – у меня и доказательства есть.

– Воспитанный и Женька – это противоречие, – вмешался папа, – непримиримое.

Пашка сразу же захихикал, а Женька надулся. Почему родители вредничают? Он же почти не ругается – только по делу. И с девчонками не дерется. Что опять не так?!

– Если бы ты себя вежливым не считал, было бы легче придумать почему, – объяснила мама.

Ха-ха-ха, как смешно! Но мама сочинение все же написала. Женька читал и морщился: русичка – не дура. Она не поверит.

– Надо переделать, – сказал он.

– Не буду! – ответила мама. – У меня нормально тема сочинения раскрыта. К тому же там не обязательно писать правду.

Они немного поругались, будто мама великая писательница, а Женька – злобный редактор. Но потом мама внесла правки, правда, поклялась перед этим, что больше помогать сыну не станет. Ага-ага.

Сочинение звучало так:

«Я считаю себя вежливым, потому что у меня есть все качества такого человека. Ведь вежливость – это черта характера, которая характеризует человека хорошими манерами, добрыми делами. Я всегда здороваюсь, говорю “спасибо” и “до свидания”. Когда кто-нибудь чихает, желаю “будь здоров!”. Умею пользоваться столовыми приборами: вилкой, ложкой, ножом. Не ковыряю в носу (Женька вычеркнул это предложение). Придерживаю дверь, когда вхожу в подъезд. Дерусь только по делу и не ругаюсь матом.

Я помогаю старушкам: перевожу их через дорогу и доношу им тяжелые сумки до квартиры (Женька сильно морщился, но оставил фразу). Делаю домашнюю работу: вытираю пыль, пылесошу пол, умею готовить: омлет, яичницу и пиццу (это была чистая правда). Помогаю папе собирать мебель. Так что я по праву считаю себя вежливым человеком».

За сочинение Женька получил четыре с минусом.

Глава 8

Ближе к середине декабря ударили небольшие морозы и выпал нормальный снег – сухой и рассыпчатый. Женька и Егор отправились в субботу гулять в парк. В центре была построена крутая горка, высокая и длинная. Ее залили водой, и малыши с родителями спускались с нее на санках и ватрушках. Женька с Егором подобрали два куска линолеума и тоже скатились: классно – аж дух захватывает! Они еще бы провели время на горке, но Женька распорол руку об осколки льда, когда тормозил. Хорошо, что кто-то из взрослых обработал рану перекисью водорода и замотал бинтом. Так что на следующий день на горку Женька не пошел.

Родители спохватились, что давно не устраивали с детьми совместных мероприятий. Поэтому потащили их в зоопарк. Женька смирился лишь потому, что папа повез всех на машине, а не на метро. Женька бубнил всю дорогу, что в зоопарке нет ничего интересного, что он лучше бы по интернету посмотрел, если бы захотел. Но папа велел выпавшие испытания перенести стоически, как подобает мужчине. Вот Женька и терпел. Стоял возле клеток, стараясь не замерзнуть от холода. Хотя и белые медведи, и тюлени отвлекали от мороза, но все равно Женька переминался с ноги на ногу – не май месяц. В помещениях нос не зажимал, хотя чуть не задыхался от запаха, – ртом дышал. Обезьян не дразнил, с попугаями не разговаривал – вел себя как приличный человек. Хотя, по правде говоря, в зоопарке было на что посмотреть. Может, и правильно родители сделали, что вытащили их с Пашкой.

А потом они добрались до контактного зоопарка, и Женька пропал. Енотик, которого можно обнять, дикобраз, любящий целоваться, хорьки… И котик! Нормальный котик, обожавший, чтобы его тискали и гладили. Не то что Портос, который мог выдержать лишь несколько секунд. Даже Пашка оценил котика, тоже долго его тискал и от енота с дикобразом не шарахался. Не как раньше! Если бы Женьке разрешили, он завел бы их всех дома. Вот бы Портос обрадовался! Сразу бы от счастья в обморок упал.

Под конец Суворовы заехали в кафе и заказали пиццу на всю семью. День удался!

В конце месяца Женька сказал:

– Мам, у нас в секции соревнование в воскресенье, дай пятьсот рублей.

Состязания проводили по их округу, не по Москве. Разбили ребят на группы по возрасту и весовой категории. Кирилл и Женька попали в одну, а Стас весил на десять килограммов больше. Утром за Женькой заехала мама Кирилла, и они все вместе отправились в спортшколу. Сначала ребята выполняли элементы. Женька и Стас заняли третьи места в своих группах, а Кирилл – первое. У него хорошо получалось отрабатывать приемы. А затем начались спарринги. Стас вылетел почти сразу, а Кирилл и Женька пробились в финал. Им предстояло сразиться друг с другом.

– Мы же друзья, – сказал Женька тренеру.

Тот пожал плечами:

– Это спорт, ребята. На ринге вы соперники, так что идите.

Женька и Кирилл долго примерялись друг к другу, затем Кирилл сделал мах ногой, но Женька ушел от чжэнтитуя. Затем последовал чунчуань – прямой удар кулаком, Женька закрылся, но следующий – цзачуань, удар сверху, пропустил. Мама Кирилла активно болела за сына: «Давай, бей еще!» Кровь бросилась в лицо, Женька разозлился. Удар ногой в голову, кулаком в челюсть, еще и еще. И напоследок – паньчжоу, удар локтем в горизонтальной плоскости. В спарринге Женька занял первое место.

После соревнований он сказал Кириллу:

– Извини, что так вышло.

Тот мотнул головой:

– Все нормально. Тренер же предупреждал, что это спорт.

Но Женьке показалось, что Кирилл расстроен, да и мама его недовольна проигрышем. Хотя и не одна она, папа Стаса только что не орал на сына. Сжимал кулаки и показывал, как надо бить.

После этого Женька долго думал: нужны ли соревнования? Ну получил он две грамоты, ну и что? Он же пошел в секцию ради того, чтобы похудеть и стать сильнее. И чтобы дать отпор при необходимости. Если гопники разные нападут. А драться с друзьями ему не понравилось, как-то это неправильно. После этого в отношения влезает соперничество, каждый старается доказать другому, что он лучше, сильнее. Хотя они это давно определили, когда еще присматривались друг к дружке.

В школе устроили новогоднюю дискотеку. Женька не хотел идти – чего там делать? У стены стоять? Танцевать он ни с кем точно не будет! Вот еще! Но ребята собирались: Кириллу нравилась девчонка из параллельного класса.

Сначала в классе было организовано угощение: родители принесли выпечку, разный лимонад и чай. Потом все поднялись в актовый зал. Громыхала музыка, светились серебряные шары. Девчонки дергались посреди зала, мальчишки делали вид, что им до лампочки. Они подперли стену, как и предполагал Женька, и перекидывались между собой редкими фразами. Зазвучала медленная музыка, танцевало всего несколько пар – в основном восьмиклассники. Кирилл осмелел и пригласил Олю, которой симпатизировал. Они вышли на середину зала и медленно закружились. Женька посмотрел на Катю, но не сдвинулся с места: не, танцы – все же чересчур. И сперва надо потренироваться дома, поучиться. Да и не влюблен он в Смирнову, просто относится к ней как к хорошему человеку.

И тут в зале появился Димка Романов из восьмого «А». Высокий, смазливый, в него были влюблены почти все девчонки из седьмых и восьмых классов. Романов оценил обстановку, подошел и пригласил Катю. Женька напрягся. Но Катя замотала головой:

– Я не танцую.

У Женьки отлегло от сердца, но на всякий случай он подтвердил:

– Она не танцует. И вообще, она из моего класса.

И тут Оля бросила Кирилла и направилась к Романову.

– Давай потанцуем?

Вот это был номер! Женька посмотрел на Кирилла. А у того был такой вид, точно провалил все спарринги. Как в выражении: на нем лица нет. Вот и Кирилл – побледнел, глаза сузились, рот сжался. Женька напрягся – сейчас будет драка. Кирилл стремительным броском оказался возле Романова и ударил его в лицо. Они сцепились. Силы были примерно равны, но Кирилл слишком разозлился. Он бил соперника, как на ринге. Женька и Стас еле оттащили его от Димки, у того было разбито лицо.

Кирилл переживал:

– Меня мама убьет!

– Но ты же за дело, – успокаивал Женька. – Что он вечно девчонок охмуряет? Нечего таким красавчиком быть.

– Ага, – возражал Кирилл, – ты мою маму не знаешь. Она запрещает драться.

Женька внимательно осмотрел друга.

– Синяков нет. Как она узнает?

– А если предки Романова сообщат? – Кирилл не успокаивался. – А у меня отец в прокуратуре работает. Мне нельзя в разборки влезать. Еще на учет в полиции поставят. Что тогда?

– Ну хочешь, – предложил Женька, – скажу, что это я дрался. А он типа перепутал в темноте.

Кирилл поблагодарил, но Романов Кирилла не сдал, сказал родителям, что неудачно упал на лестнице.

От новогодних елок Женька и Паша отказались наотрез – они уже большие!

– Вечно вы нас таскали на всякую фигню, – ворчал Женька. – А мы не хотели.

Женька долго припоминал родителям елки в цирках: на Вернадского и на Цветном бульваре. Не забыл он и про Кремлевскую елку, про представления в театрах и Ледовом дворце. По его словам, выходило, что более страшной участи для ребенка, чем елка, не было.

– А еще вы стихи нас заставляли читать Деду Морозу, – обвинял Женька. – А я не помнил слова. А ты, мама, подсказывала, и приходилось повторять!

Они сходили классом в кино – смотрели какую-то фигню – и почти на две недели ушли на каникулы. На новогодние праздники родители увезли Женьку с Пашкой на дачу. Братья страдали: ну что за интерес – дача? Что тут делать? Но мама ответила, какая разница, где сидеть за компьютером: дома или здесь? А им с папой надо отдохнуть от большого города. Хотя за компьютером на даче особо не посидишь – в сетевые игрушки не поиграешь, а в локальные не так увлекательно.

Договорились, что за городом поживут всего пять дней. Украсили дом цветными гирляндами, на можжевельник повесили новогодние игрушки. Слепили снеговика, сходили на лыжах, съездили в соседний городок в кинотеатр – дни проскользнули, как коньки по льду, один за другим. Зато Портос блаженствовал: сидел целыми днями на окне и смотрел на снег. В Москве с десятого этажа много не увидишь. Но когда вынесли во двор, холод Портосу не понравился – сразу же улизнул обратно. Да еще таращился на хозяев, как на предателей. Женька не выдержал и схватил кота, чтобы потискать: какой же у них Портос все же хорошенький!

Именно тогда Женька начал переписываться с Катей. Сначала общими фразами: «Привет! Как дела?» Потом стали рассказывать, как прошел день. Катя уехала к родителям отца в маленький провинциальный город. Подруг там не было, и она скучала. Женька придумывал смешные истории, отыскивал прикольные анекдоты, чтобы развеселить. А Катя в ответ присылала забавные картинки на школьные темы. С ней было очень интересно.

Однажды она написала: «Прикинь, каждая снежинка уникальна – ни одна не повторяет узор другой. В голове не укладывается».

Женька проверил информацию по интернету: надо же, на самом деле так! Уму непостижимо, даже у людей двойники бывают. Он послал сообщение Кате: «Ты тоже как снежинка… ни на кого не похожа».

И получил в ответ ворох улыбающихся смайликов.

После возвращения братья Суворовы пошли в боулинг на день рождения к общему другу. Женька выбивал страйки (не то что Пашечка, который часто мазал!) и гордился собой: вот бы Катя на него посмотрела! Может, пригласить ее как-нибудь?

Глава 9

Кирилл и Стас на новогодних праздниках ездили на три дня в лагерь при спортшколе, где усиленно занимались. Женька тоже хотел, но у родителей не было лишних денег.

– Теперь бы я тебе в спарринге не уступил, – похвастался Кирилл.

Женька пожал плечами: не факт. Сам он все праздники отжимался от пола и качал пресс. А еще подтягивался на турнике во дворе. С начала занятий похудел еще на размер и стал как брат. Теперь Пашкина стройность не раздражала, в весе они почти сравнялись.

После случая с Олей Кирилл стал нервным и начал придираться к Кате. Вечно критиковал и выражал недовольство, что Женька с ней общается.

– Ничего хорошего в ней нет, она как все, – цедил он.

Женька молчал – не будешь же ссориться с другом.

Хотя самого его эта ситуация напрягала: если Кириллу не повезло, зачем переносить это на других? Тем более Женька с Катей просто общаются, без глупостей. Катя всегда с уроками поможет, да и поболтать с ней прикольно. И про Женькиных друзей ничего плохого не говорит. Так что зря Кирилл кипятится.

В субботу родители уехали на дачу, как обычно. С этого года они разрешили Пашке и Женьке оставаться дома одним – уже не маленькие. И бутерброды нарежут, и яичницу пожарят, и глупостей не наделают. На тренировку всех отвез папа Стаса, он же и забрал. Кирилл с Женькой сидели сзади, Стас – рядом с отцом. Он щелкнул смартфоном, а потом долго возился. Затем показал фотографию: на ней у Женьки были выпученные рыбьи глаза и огромные уши. Сверху красовалась надпись: «Суворов – лох». Женька закатил глаза:

– Дебил.

– Сам дебил, – ответил Стас. И удалил фотографию.

А через три дня его папа позвонил Женькиной маме.

– До меня не сразу дошло, – возмущался он, – о чем мой сын разговаривал с вашим! Я в это время беседовал по телефону. А потом стал прокручивать и вспомнил, что вроде услышал слово «дебил». Спросил Стаса, он подтвердил, что его ваш Женя обозвал, а он только в ответ.

Мама не могла понять, в чем суть претензий.

– Мне тоже не нравится, как они общаются друг с другом, но их устраивает. Перерастут со временем.

– Нет, – кипятился отец Стаса, – мой сын никогда таких слов не произносит. В нашей семье они под запретом. Если бы я услышал их от Стасика, я бы его наказал! Нельзя так разговаривать друг с другом. Если что-то не устраивает, пусть подерутся. Это по-мужски.

Мама извинилась, но собеседник не успокаивался:

– Больше я вашего сына возить не буду. Я его возил как друга моего сына. А ведь получается, что раз он считает моего сына дебилом, значит, мы родили дебила. Значит, у Стаса и родители – дебилы.

Мама заверила, что ничего подобного Женька не имел в виду, еще раз попросила прощения и повесила трубку.

Женька получил выволочку.

– Сколько раз тебе говорили, следи за языком! Что у вас за дурацкая привычка обзывать друг друга? – ругалась мама.

– Все так делают, – оправдывался Женька.

– Знаю. Сколько раз мы с отцом отчитывали и тебя, и Пашу. Говорили, что когда-нибудь поплатитесь за слова. Вот так и вышло – будешь ездить сам.

– И буду, – буркнул Женька.

– Обратно папа тебя сможет забирать, а туда на маршрутке. В первый раз с тобой съезжу, маршрут отработаем, а потом сам.

Женька добавил:

– Или с мамой Кирилла поеду, когда она сможет.

Мама почесала нос.

– Повторяю, что мне не нравится, когда от других зависишь. А друг твой хорош – подставил перед отцом и не поморщился. «Стасик таких слов никогда не употребляет!» – с ума сойти.

Женьке тоже не понравилось, что друг так поступил. Ведь неправда же! Вовсе не Женька первым начал. Но Стас отца боится, поэтому ему пришлось выкручиваться. Но все равно, Женька такого от друга не ожидал – сам бы он врать и подставлять Стаса не стал. А так выходит, что на Стаса положиться нельзя – сдаст при малейшей опасности. Еще друг называется! Но по Стасу и так понятно – слабак. А тут еще Пашка не упустил момент и ковырнул рану, сказав, что друзья у Женьки липовые.

На следующий день к Женьке подошел Стас:

– Извини, что с отцом так получилось. Я не ожидал, что он услышит.

Женька нахмурился:

– Мог бы про меня не говорить.

– Ты его не знаешь, он мне весь вечер мозги выносил. «Почему ты это сказал? Как ты это сказал?» Думал, что побьет.

Женька понимающе кивнул, папа у Стаса – очень своеобразный дядька. Вечно хвастается боевыми подвигами и ранением в голову, твердит, что скоро разбогатеет, мол, есть у него один многообещающий проект. А Стас в это время пальцем у виска крутит, но так, чтобы отец не заметил. Не повезло Стасу с отцом.

Женька подумал про своего. Он с папой часто спорил и не соглашался, потому что папа заставлял делать то, что Женьке не нравится: посуду за собой сразу убирать, а не когда захочется. Порядок в комнате наводить, уроки днем делать, а не перед сном. В детстве Женька ворчал: «Мама, ты зачем нам с Пашкой такого папу завела? Не могла получше выбрать?» Но все-таки Женькин папа намного лучше, чем у Стаса. Не орет по пустякам, не запрещает все без разбора.

Раньше он им с Пашкой мечи деревянные на даче делал, лук со стрелами и даже сюрикены – звездочки ниндзя. На рыбалку в ночь за карпами брал. Наборы из кубиков помогал собирать и играл с Пашкой и Женькой больше, чем мама. Да и сейчас с папой можно поболтать по мужским делам, посоветоваться. С мамой об этом не поговоришь – она сразу в ужас придет и все запретит.

В среду мама с Женькой отправились в спортшколу. На улице валил густой снег, поэтому вышли заранее, чтобы не застрять в пробках. Снег мгновенно облепил шапку, куртку, забился в нос и глаза. Приходилось все время смахивать его. По дороге ездила снегоуборочная техника с желтыми проблесковыми маячками. Было темно и таинственно. Тусклый свет фонарей, люди, с трудом пробирающиеся по узким дорожкам, медленно едущие машины.

Мама остановила маршрутку, указала Женьке на номер, чтобы запомнил. Добирались недолго – полчаса. Вышли на конечной, потом минут семь шли вдоль проспекта. В принципе, заблудиться трудно, Женька сразу запомнил путь. Плохо только, что зимой рано темнеет и холодно. Но занятия спортом Женька бросать не собирался. Он взрослый парень, справится. А если к нему гопники пристанут, то он им – раз-раз – парочку приемов покажет. Или убежит.

Конфликт с отцом Стаса получил продолжение. Примерно через две недели, когда за Женькой приехал папа, отец Стаса подошел к ним. И снова слово в слово высказал претензии, будто все не мог успокоиться. Да еще пригрозил инспекцией по делам несовершеннолетних, но Женькин папа лишь посмеялся.

– Не надо лезть взрослым в детские конфликты, – посоветовал он, – сами разберутся, не маленькие – тринадцать лет уже.

Дома папа передал разговор маме, он не понимал отца Стаса, который не соображает, что его сын уже вырос и сам может разобраться в ситуации.

На отношениях со Стасом ссора с его отцом не сказалась, просто Стас стал скрывать от родителей, что дружит с Женькой. Да Женьке пришлось самому добираться на тренировки, а не ездить с комфортом в автомобиле. Но это пустяки! Ради дружбы можно и потерпеть. Тем более Стасу сложнее – Женьке притворяться не надо. Хотя это все как-то неправильно.

Однажды у папы сломалась машина, и он приехал за Женькой своим ходом.

– Поедем не на маршрутке, – объявил папа, – надо учиться пользоваться и другим транспортом.

Женька пожал плечами: чем плоха маршрутка? Сел – и скоро уже дома, от остановки идти всего ничего. Но папа повел на троллейбус, а тот останавливался на параллельной дому улице, оттуда топать еще минут десять.

В квартире их ждала бабушка, она заглянула в гости.

– Что так долго? – распереживалась она. – На чем ехали?

– На электричке, – кратко ответил Женька.

– На метро? – не поняла бабушка. – На трамвае?

– Нет, на электричке, – повторил внук. Вылетело из головы, как называется транспорт, на котором они ехали. – С рогами и за провода цепляется.

Хорошо, что папа объяснил, что на троллейбусе добирались. Бабушка только руками всплеснула.

– Ребенок темный, – объявила она. – Надо с ним все же заниматься.

Можно подумать, бабушка слишком много самообразовывается. Торчит целыми днями у телевизора да передачи разные смотрит. Даже гулять не ходит. Другие бабушки на скамеечках сидят и в карты играют. А их бабушку и подъемным краном с дивана не поднимешь, хорошо, что к внукам иногда заглядывает.

Пашка сразу же начал смеяться над Женькой и повторять бабушкины слова. Чуть не подрались.

Глава 10

В кинотеатре шла премьера фильма. Женька посмотрел рекламу, и ему понравилось. Звать новых приятелей не стал – вне школы они и не общались, только еще на тренировках. Все-таки живут далеко друг от друга. А вот если с Егором? Точно, Егор пойдет. У Женьки мелькнула мысль пригласить Катю, но сначала он уточнил у мамы:

– Я в кино пойти хочу, но не один, а с другом. Только у него денег нет. Ты мне не дашь?

Все это он выпалил на одном дыхании. Мама задумалась:

– А этого друга я знаю?

– Нет, – мотнул головой Женька, недовольный, что мама начала уточнять.

– Идите, – наконец сказала мама, – но только один раз. Я не спонсор. У друга же, наверное, свои родители есть?

Осталось лишь позвать Катю.

Мамин вопрос выбил Женьку из колеи. В чем-то она права, конечно. У Кати есть бабушка и дедушка, которые заботятся о внучке. Они работают, поэтому не бедствуют. Но с другой стороны, это Женька хочет пригласить Катю в кино, а своих денег у него нет. И на работу пока не возьмут – он узнавал. С четырнадцати лет, и то только по знакомству можно, потому что никто с соцзащитой связываться не хочет – а без ее разрешения нельзя. Вот в шестнадцать намного проще, но надо еще три года ждать. Как исполнится, сразу устроится, чтобы свои деньги были.

Он выждал момент, когда в классе почти никого не осталось, и спросил:

– Кать, ты «Погружение “Нептуна”» не смотрела?

Смирнова пожала плечами:

– Нет еще.

– А сходить не хочешь?

Катя задумалась:

– Не с кем, а одной как-то не очень.

Женька выдохнул, набираясь смелости:

– А с нами не хочешь сходить? Иду я и Егор еще.

И скосил глаза в сторону: не слышит ли кто?

Катя покрылась румянцем, опустила голову и прошептала:

– Давай.

Они списались в интернете и договорились о встрече.

Больше всего Женька боялся проспать – сеанс начинался в одиннадцать утра. Он даже будильник на телефоне поставил. Пашке на пятнадцать лет подарили айфон, а Женьке достался старый телефон брата – вполне рабочий. Самому Женьке мобильник был особо не нужен, только отзвониться маме, что добрался до секции. Он себе на день рождения выпросил пилотируемый самолет, и теперь по вечерам они с папой и Пашкой собирали его по чертежам. Папа ворчал, что сын не мог что попроще выбрать, а Женька удивлялся: вечно родители его выбор критикуют. На кота долго не соглашались, хотя сейчас от Портоса все без ума, муравьиную ферму не одобрили, теперь самолетом недовольны.

Жаль, что подарки родителям не обсуждаются. Захотел, например, папа новые чехлы для машины, а Женька такой: «Нечего! На старых сиди. И плевать, что протерлись». Размечталась мама о новой кофточке, а Женька не разрешает: «И так гардероб по швам трещит, дверцы не закрываются. Обходись теми, что есть!» Тогда почувствовали бы на себе, как тяжело, когда во всем отказывают.

Смартфон затренькал в десять утра воскресенья. Женька проснулся, не соображая, почему так рано, потом вскочил и начал лихорадочно собираться. За ним наблюдал Пашка, который уже проснулся и сидел, уткнувшись в айфон.

– Ты это куда? – поинтересовался брат.

– Не твое дело, – отмахнулся Женька.

– Ага, – прищурился брат, – с девчонкой встречаешься.

– Отвали! – разозлился Женька.

Но Пашке стало скучно, и он решил подразнить брата.

– Значит, угадал!

Женька запыхтел и навалился на Пашку. Они немного поборолись. Женька завернул Пашке руку за спину и сдавил шею ногой, потом Пашка освободился и опрокинул Женьку на живот, сам сверху сел и попрыгал еще. После этого Женька сразу успокоился.

Женька с Егором пришли за пятнадцать минут до начала сеанса. Катя уже ждала. Женька сдержанно поздоровался – все же неудобно встречаться с ней так, вне школы. Достал билеты и качнул головой в сторону зала:

– Пошли.

Потом спохватился и сбегал за колой и попкорном. Чуть не забыл! Они смотрели фильм и хрустели кукурузными хлопьями. Было как-то спокойно и трепетно одновременно. Странно: он встречается с девчонкой, и в этом нет ничего ужасного, словно все в порядке вещей. С девчонкой тоже можно дружить. На мгновение их руки соприкоснулись в стакане с кукурузой, и Женьку бросило в жар. Наверное, и не только дружить. Вот ведь как бывает в жизни: живешь-живешь, а потом бац – и тебе начинает нравиться другой человек, хотя ничто не предвещало.

Егор не подшучивал, отнесся с пониманием. Женька отметил, что с Егором в этом отношении проще, чем с Кириллом, все же они с Егором знакомы с первого класса и давно дружат. А Кириллу, похоже, даже в дружбе хочется быть первым.

После кино они с Катей еще долго стояли и обсуждали боевик. Падал снег, он покрыл шапку, пальто, ресницы, и Катя стала походить на Снегурочку. Такой красивой Женька ее никогда не видел. Домой он вернулся нескоро.

Когда с дачи приехали родители, Женька задал наболевший вопрос:

– Мам, а можно нам с Пашей выдавать деньги на карманные расходы? Ведь мы уже большие. Но на работу нас пока не возьмут.

Женька выпалил все на одном дыхании, а сам разволновался: вдруг родители не согласятся? Скажут, что денег мало, нечего на разную ерунду тратить, когда у них кредиты не погашены. Но мама кивнула, и Женька обрадовался: можно копить и раз в месяц приглашать куда-нибудь Катю. Выход найден.

Утром Женька обыскался носков. Оказалось, их надел папа – перепутал.

– Во всех семьях вещи передаются по наследству, из поколения в поколение, – бухтел Женька. – И только в нашей семье все наоборот! От сына к отцу.

Достал из шкафа рубашку, брюки и жилетку с галстуком – в школе существовал строгий дресс-код.

Мама не могла налюбоваться:

– Приличный молодой человек, прямо на обложку журнала.

А в девять утра, когда она ехала на работу, ей позвонила Елена Петровна. Точнее, сначала слово взял Женька:

– Мама, случилось страшное!

У мамы сердце провалилось в невесомость.

– Что такое? – испугалась она.

– С тобой Елена Петровна хочет поговорить, – и передал трубку учительнице.

Оказалось, Женька снова нахватал хвостов по математике. И если по алгебре худо-бедно справлялся, то с геометрией случился завал.

– Светлана Анатольевна, я понимаю, что седьмой класс, – продолжила математичка, – но возьмите Женю под контроль. Ему это не помешает.

Дома Женьке досталось. Причем не за хвосты, а за «случилось страшное». Мама кипела:

– Ты хоть понимаешь, что я могла подумать? Что с тобой что-то стряслось, что ты что-то из ряда вон выходящее натворил! Разве так можно?

Женька только глазами хлопал. Не думал, что мама такая впечатлительная.

Глава 11

В феврале зима спохватилась, что настоящих морозов еще не было. И зарядила: то минус двадцать, то еще больше. Словно с кем соревновалась. В началке даже уроки отменили на неделю, но Женьке мечтать о таком счастье не приходилось. Холодно – не холодно, а будь добр – топай в школу. Тем более до нее совсем ничего – она под окнами.

Эх, поскорее бы плюс двадцать-тридцать – наступило бы лето, и в школу ходить бы не пришлось. Каникулы просто рай для Женьки. Спи сколько хочешь, гуляй допоздна, за компьютером сиди – никто на совесть не давит и не мешает. Еще бы родители никуда их с Пашкой из Москвы не увозили – вообще классно бы было. Москва – любимый город, ничто с ним не сравнится. Здесь и друзья, и дом, и быстрый интернет.

Елена Петровна договорилась с мамой, что будет давать Жене на дом варианты контрольных и самостоятельных. Он должен решить, а мама проверить и расписаться. Обращаться к Кате Женька не стал: еще подумает, что он совсем глупый и ничего не понимает. Раньше с этим было проще, а теперь хотелось казаться лучше в ее глазах. В выходные Женька с родителями отправился на дачу. Папа доделывал розетки на втором этаже, а мама занялась сыном.

– Только договариваемся сразу, – предупредила мама. – Я объясняю, ты спрашиваешь, что непонятно. Разбираем один пример, следующий решаешь сам.

И сразу же они застряли на формуле квадрата суммы двучлена. Женька никак не мог понять, почему получается именно так. Мама перемножила и показала, что формула верна. Но Женька упорствовал:

– В этот раз да, но почему всегда? Если мы вместо a и b другие цифры поставим, то может и не сойтись.

У мамы аж рот открылся: она-то сама в математических олимпиадах призовые места брала, тысячу раз об этом говорила. И Пашка трудные задачки как орешки щелкает. Поэтому мама и не понимала, как можно испытывать трудности в математике? Тем более что цифры потому и заменены в формуле буквами, что это для всех цифр верно. Наконец мама сообразила в формуле заменить a и b на х и у, и дело пошло на лад. Хотя мама так и не додумалась: какая разница? Не гуманитарий она ни разу.

Хвосты Женька закрывал три четверга, до конца второго триместра, с помощью мамы и брата: у Пашки совесть проснулась. Перед этим Женьку вызвала завуч и предупредила, что две двойки за год – и на выбор: переход в другую школу или снова в седьмой класс. Женька приуныл: он и не подозревал, что все так серьезно. Не хотелось оставаться на второй год, если только в другую школу перейти. Он поделился опасениями с мамой.

– Все от тебя зависит, Жень, – сказала она. – Вот как только поймешь, что учеба – это твоя ответственность, а не моя и учителей, сразу все наладится. Обидно же, что ты своими мозгами не пользуешься. Поэтому старайся, а я помогу. И к Паше обращайся.

И Женька сразу же попросил помощи – к уроку русского языка понадобился словарь иностранных слов, да еще Островская кучу тестов задала, и надо сделать их все к следующей неделе. Точнее, задала-то она давно, просто срок сдачи подошел как-то быстро.

– Мам, у нас словарь иностранных слов есть? – поинтересовался Женька.

Мама честно призналась, что нет. Толковый словарь Даля, толстущий, с цветными картинками, есть. Орфографический тоже имеется. Русско-английский и англо-русский также в наличии. А вот со словарем иностранных слов все хуже, но можно и в интернет заглянуть.

Женька возмутился:

– Да что ж мы как бомжи какие-то! Вечно у нас ничего нет!

Мама сразу поняла, что бомж – это человек без словаря иностранных слов, а не без определенного места жительства. И пообещала исправить положение, подарив Женьке на день рождения нужную книгу. Хотя Женька такой перспективе не обрадовался – опять мама ехидничает. Понадобилось бы Пашке, сразу бы брату денег дала, чтобы купил.

Затем приступили к тестам. Морфемика, морфология, лингвистика, непереходный глагол, разряды частиц, местоимений и прочая гадость. Мама читала задания, и у нее шевелились волосы.

– Да я уже все забыла. – Мама с ужасом смотрела в учебник. – Или мы и не проходили это.

– Почему не помнишь? – поразился Женька. От мамы он такого коварства не ожидал.

– Да зачем они мне сдались? – искренне ответила она.

И тут Женька взорвался:

– А я-то для чего тогда все это учу?!

Мама промолчала. А что тут скажешь?

На Двадцать третье февраля родительский комитет вручил очередную фигню – карточку спортивного магазина. Зато Катя подарила хорошую ручку: синюю, пишет легко и держать удобно. Сразу видно, что качественная вещь. Женька обменял у мамы карточку на деньги. Мама купит потом что-нибудь Женьке или Пашке – шорты например, а ему пятьсот рублей пригодятся – сходят с Катей в кафе. Мама не возражала, поэтому Женька позвал Егора и Катю есть пиццу. Жаль, что Кириллу Катя не нравится, было бы классно посидеть всем вместе. Маме же сказал, что пойдет гулять.

Кафе располагалось ближе к Пашкиному лицею. Там всегда было много школьников – ведь дешевую пиццу мало где купишь. Но в праздники можно не опасаться, что наткнешься на кого-то знакомого. Ребята разместились за столиком, Женька заказал «Маргариту» и «Пепперони».

– Угощаю.

Все ж таки здорово сидеть с друзьями и болтать обо всем на свете. Одному с Катей было бы неловко, а в компании замечательно.

И тут появился Пашка. Оказывается, он встречался с приятелями и тоже пришел в кафе. При виде Женьки у него даже глаза округлились: брат с девчонкой! Он застрял на входе и не сразу опомнился, когда друзья подтолкнули его. Так и шел к кассе с открытым ртом. Но подходить к брату не стал. Взял заказ и ушел за дальний столик. Зато дома Женьке досталось. Брат сообразил, как можно его допечь:

– Если не дашь компьютер, все маме скажу.

Пришлось Женьке уступить комп Пашке, а самому сидеть за ноутбуком. Но он совсем не расстроился.

Зато огорчился Кирилл, когда узнал, что Женька ходил в кафе с Катей.

– Совсем ты Суворов слабаком стал, – процедил он.

– Не выдумывай, – отмахнулся Женька, с другом ссориться не хотелось.

– Тогда докажи. – Кирилл прищурился. – Подойди к Смирновой и скажи, чтобы она от тебя отстала.

– Вот еще! – Женька напрягся. – Не буду!

– Все с тобой ясно. – Кирилл развернулся и отошел от Женьки.

И так и не заговорил ни в этот, ни на следующий день. Ни он, ни Стас, ни Денис.

А потом Женька заболел.

Утром он плохо себя чувствовал: кружилась голова, а горло першило, будто туда набился колючий репейник.

Мама потрогала лоб и нахмурилась.

– Горячий.

Принесла градусник, и вскоре тот показал тридцать восемь градусов. В школу Женька не пошел. Мама оставила ему жаропонижающее, полоскание для горла, капли в нос и противовирусный препарат – целую аптечку. И расписала на бумаге, что и когда пить. После родители уехали на работу, Пашка – в лицей, а Женька уснул. Разбудил его телефонный звонок – звонила Катя, чтобы узнать, где он.

– Заболел, – прохрипел Женька в трубку.

Катя посочувствовала и пожелала выздоровления, обещав перезвонить днем.

Весь день Женька плохо себя чувствовал, даже с Катей разговаривать не смог – пропал голос. Зато появился кашель, нудный и изматывающий. Мама вечером достала таблетки от кашля и добавила в Женькину аптечку. Столько лекарств и все одному человеку! Поликлиника на дому. Лишь к концу второго дня Женька ощутил себя человеком: температура спала до тридцати семи с небольшим, голова перестала походить на чугунный шар. Он залез в интернет и прочел письмо от Кати: «Привет! Как себя чувствуешь? В школе по-старому».

Женька читал и расплывался в улыбке: приятно, когда о тебе беспокоятся. Вечером заходил Егор, но мама не пустила – не хватало, чтобы друг заразился от Женьки. Зато Пашка все вечера рядом крутился – хотел заразиться, но ничего у брата не вышло.

Глава 12

На улице немного потеплело. Портос перестал спать целыми днями, свернувшись клубком. Женька играл с котом при помощи лазерной указки. Портос наивно охотился за зеленым лучом, не понимая, что тот не настоящий. Он прыгал на него сверху, подкрадывался, устраивал засаду. Женька хохотал, наблюдая, как кот выгибает спину, пытаясь запугать добычу. Все-таки смех – лучшее лекарство, и вскоре Женька пошел на поправку.

Он вернулся в школу через неделю. Но его приходу обрадовались лишь Егор и Катя. Остальным одноклассникам было по барабану. Даже Кирилл в его сторону голову не повернул и весь день делал вид, что в упор не видит. Хотя Женька с ним поздоровался. Но тот лишь смерил его взглядом с ног до головы и прошагал мимо, точно Женька превратился в человека-невидимку. Женька не понимал: что случилось? Вроде не ругались. Ну не из-за Кати же друг ведет себя так странно? А после последнего урока пропала сумка с учебниками. Женька обыскал все классы, раздевалку и даже к охраннику подошел – но безрезультатно. А потом его догнала Катя, когда он выходил из школы.

– Подожди! Я слышала, что Стас на четвертый этаж отнес, к спортзалу.

Женька вернулся.

Сумка валялась в коридоре, где шел ремонт. Она была брошена рядом со свежеокрашенной стеной и испачкалась. Женька шел и сжимал кулаки. Попадись ему Стас сейчас – несдобровать ему. На улице ждали Катя и Егор.

– Нашел? – обрадовалась Катя.

Женька мотнул головой, разговаривать не хотелось. Словно по душе наждачной бумагой прошлись: все ныло и болело. Он думал, что они друзья, а вышло… Потому и не звонили, когда Женька болел. Неужели от зависти? Из-за того, что Женька у Кирилла выиграл спарринг, что с ним дружит Катя, а у Кирилла с Олей ничего не получилось? Дома он оттер керосином краску с сумки. Хорошо, что отошло, почти следов не осталось.

Весь вечер у Женьки было плохое настроение.

С утра зашел Егор.

– Помнишь, ты мне совет дал, – начал он, – не связываться. И я тебе то же скажу. Наплюй.

И Женька собирался последовать примеру друга, но Стас начал подначивать:

– Что, Суворов, долго вчера свою сумочку искал?

Кирилл захихикал. Стас прижал ладони к щекам, округлил рот и вытаращил глаза.

– Ой-ой-ой, где же мой портфельчик?

Женька не вытерпел:

– Ты, жиртрест, даже драться не умеешь. Сиди и помалкивай.

Стас вскипел:

– После уроков поговорим.

Весь день прошел как на вулкане. Бывшие приятели обменивались гневными взглядами, стараясь испепелить друг друга, точно сказочные чудовища – василиски. А после уроков все вместе вывалились на улицу. Перешли через дорогу в соседний двор и встали друг против друга. Стаса поддерживали Кирилл и Денис, Женьку – Катя и Егор. Перекинулись «любезностями», чтобы раззадориться. Схватка получилась скорая и бестолковая. Женька был сильнее, Стас – крупнее и массивнее. Последовал быстрый обмен ударами, пыхтение и валяние друг друга по снегу. Хотя обошлось без разбитых носов и фингалов, недоговоренность осталась.

Весь вечер Женька накручивал себя: друзья называется… Спрятали сумку, испачкали, смеялись над ним. Так что на следующий день хватило острого взгляда со стороны Кирилла, чтобы они сцепились. Женьку захлестнула ярость. Точно проходил не тренировочный спарринг, а настоящий бой. Били друг друга руками и ногами, пока их не растащили одноклассники.

Инна Владимировна долго не могла понять, в чем дело, ведь Женька и Кирилл прослыли закадычными друзьями. Когда ей стало известно, что произошло, она разозлилась. Сначала позвонила маме Кирилла и отчитала ее, точно маленькую девочку, затем добралась до Женькиной.

– Светлана Анатольевна, – на повышенных тонах начала классная руководительница. – Вынуждена пригласить вас в школу на встречу с завучем. Ваш сын сегодня подрался с одноклассником, а так как у него и учеба хромает, то приходите.

– А вторая сторона приглашена? – уточнила мама.

– Нет, у того мальчика все в порядке с учебой, – ответила Инна Владимировна.

Мама упорствовала:

– Так меня приглашают из-за учебы или поведения?

– Из-за того и другого.

– Тогда я настаиваю, чтобы пришли все, – рассердилась мама.

Ей надоело, что Женьку постоянно виноватым делают.

Женька уехал на тренировку, поэтому мама разборки с ним отложила на потом. А вечером ей позвонила мама Кирилла.

– Светлана Анатольевна, – начала она, – вы знаете, что Женя подрался с моим сыном?

– Нет, – удивилась мама, – я думала, они дружат.

– А что вчера он дрался со Стасом? – продолжила собеседница.

Мама поразилась еще больше – Женька обо всем умолчал.

– Знаете, – сообщила мама Кирилла, – мы еле уговорили папу Стаса не обращаться в инспекцию по делам несовершеннолетних. Он собирался.

И тут мама почувствовала раздражение.

– Не знаю. Когда они с Женей обзывали друг друга, отец Стаса сказал, лучше бы они подрались. Подрались – и опять не так. И при чем здесь инспекция? Они же оба участвовали, а не один избивал другого.

– Меня больше волнует, что между ними произошло? – сказала мама Кирилла. – Мне так нравился ваш Женя, у них с Кириллом были такие хорошие товарищеские отношения, и как кошка между ними пробежала. Мы тоже подойдем.

Мама пыталась узнать у Женьки, почему они подрались, но Женька и сам не знал, что случилось, пока он болел. Ведь ни Кирилл, ни Стас ему ничего не сказали, да и другие одноклассники были не в курсе. Внутри у него все бурлило от несправедливости.

Встречались в пятницу после уроков. Светлана Анатольевна ради этого отпросилась с работы. Мама Кирилла ждала в коридоре. Она отозвала Светлану Анатольевну в сторону:

– Я вчера весь день пытала сына: что у них произошло? Он не хотел рассказывать. Но мне было важно знать почему. Ведь я запрещаю Кириллу драться. И тогда он сказал, что Женя назвал его дебилом и добавил, что и родители у него дебилы.

Светлана Анатольевна нахмурилась:

– Мне кажется, Кирилл придумал это. Слишком похоже на то, что случилось у Жени со Стасом.

Мама Кирилла закивала:

– Я тоже так решила и попросила сына быть откровенным. Ведь у нас доверительные отношения, он мне все рассказывает. Мы даже каждые выходные ходим на экскурсии. Любой матери приятно, когда сын предпочитает мать общению со сверстниками.

Светлана Анатольевна приподняла брови, но промолчала.

– И тогда вечером он подошел и сказал, – продолжила мама Кирилла, – что Женя обзывал меня ужасными словами. Он не хотел повторять, но все же передал мне, как именно отзывался ваш сын обо мне. – Она глубоко вздохнула: – А я ведь так замечательно относилась к нему.

Светлана Анатольевна не знала, что ответить. Женя всегда хорошо говорил о маме друга. Да и зачем ее оскорблять? Чтобы разозлить Кирилла? Логичнее было бы дразнить самого Кирилла. Спрашивать сына бесполезно: даже если это правда, все равно не признается. Но ведь и Кирилл мог соврать, чтобы мать отцепилась. Ведь та никак не отставала от него, требовала новых подробностей. А Кирилл решил изобразить из себя рыцаря, вступившегося за честь дамы. Светлана Анатольевна твердо ответила:

– Я не верю, что мой сын так поступил, но от имени семьи приношу извинения.

Потом были нудные разбирательства с завучем и начальником охраны. Женька стоял на своем, что ничего в адрес мамы друга не говорил, а началось все с сумки. Но стрелки постоянно переводили на него, точно он был зачинщиком. Наконец начальник охраны подытожил:

– Друг к другу не подходите. Никаких выяснений отношений. Ты, Женя, закрываешь все задолженности по учебе, а я возьму на контроль твое поведение.

На том и разошлись.

Глава 13

Женька кипел от гнева: да не обзывал он маму Кирилла! При чем здесь она? И друг бывший хорош! Совсем заврался. Он посмотрел на маму: как она, не сердится ли? Но та сохраняла спокойствие и лишь дома сказала:

– Говорила же, что ребята мне не нравятся – странные они. Вот их странность и вылезла. Не умеете вы дружить: ни ты, ни они. А они к тому же ябедами оказались. Вместо того чтобы между собой все обсудить, родителей вмешали.

– А я чего? – буркнул Женька. – Это они мою сумку спрятали.

– Но это же не повод для драки. Надо было сказать, что такое отношение тебя не устраивает – друзья так не поступают.

– Ну и фиг с ними, – проворчал Женька, – у меня Егор есть. А еще я с Денисом дружу.

Мама поджала губы:

– Вытащил старых приятелей из кладовки, смахнул пыль и все нормально?

Женька насупился: опять ей не так.

– Я с ними не ругался, – ответил он.

– Ага, – согласилась мама, – про запас оставил.

Женька досадовал: вечно мама с какой-то подковыркой говорит. Словно в Женьке есть изъян, о котором в курсе родители, но о котором сам Женька не догадывается.

А тут еще и папа поддержал маму:

– Друг – это вроде родственника, только приемный. Родственники сразу выдаются, а друзей выбирают и проверяют. Не каждого приятеля и знакомого можно другом назвать.

Женька погрустнел: началось, будут теперь мораль весь вечер читать. Главное, что обошлось, а учебу он подтянет. Зато Пашка удивил. Брат поинтересовался:

– Все нормально?

Женька кивнул. Надо же – Пашка вспомнил, что старший брат, забеспокоился. Женька полез в письменный стол, чтобы убрать учебники, и наткнулся на сочинение – его писал Пашка в третьем классе на какой-то конкурс. Мама, конечно, помогала. Конкурс Пашка не выиграл, но сочинение осталось. Женька осторожно, чтобы брат не заметил, начал читать.

«Привет, я Пашка. На этой фотографии я тот, который слева и повыше. А рядом со мной мой брат Женька. Вон какой серьезный – это он всегда перед фотоаппаратом воображает. Брат всегда со мной, я и не помню, когда его еще не было. А все потому, что мы с ним погодки. Ему не нравится, что он младший, все время просит родителей родить пупсика. А я не прошу, у меня уже есть младший брат. Мы с ним вместе восемь лет. Скоро будем праздновать Женькин день рождения. Я сейчас болею, и Женька снова рыдает, в школу не хочет. А когда-то плакал, что его еще не берут учиться. Сам не знает, чего хочет. Но хотя он мне и завидует, но и жалеет тоже. Вчера шептал маме: “Если бы Пашка кашлял, папа бы купил черную редьку. Срезал бы макушку и положил меда. И Пашка пил бы сок и выздоровел”. Только я не кашляю, у меня живот болит. Я не люблю, когда болит живот, боюсь, что аппендицит. У Женьки в прошлом году аппендицит был, он долго в больнице лежал. Я один раз его навестил, а второй раз меня не пустили, сказали, что не положено. Я очень скучал по брату и боялся за него. Зато у меня в детстве грыжа была, и операцию делали. Так что Женька, когда у него болит живот, боится, что это грыжа. Глупо, ведь мама говорит, что хирург бы давно обнаружил, это же не аппендицит, который внезапно бывает.

Мой брат бывает и вредным. Специально меня обзывает, чтобы я разозлился и мы подрались. Помню, я папе на него пожаловался.

– Жень, в прятки играть будешь? – спросил папа.

Женька сказал, что будет.

– Тогда спрячься так, чтобы мы тебя не нашли, – скомандовал папа.

Брат залез под стол и задвинул стул.

– Спрятался? – уточнил отец.

Из-под стола донеслось утвердительное “угу”.

– Вот и сиди там! – Мы все захохотали, и Женька вместе с нами.

Мой брат любит животных. Недавно на даче мы нашли ежика. Женька его сразу Ромкой назвал. Папа ежику загон огородил. Ромка все время пытался ускользнуть. Мы кирпичей подкладывали, пытались щели за-ткнуть. Женька уговорил папу в лес сходить, поискать для ежика лисичек, все хотел посмотреть, как Ромка на иголках еду носить будет. А мама просила выпустить ежика.

– Ага, – не соглашался брат, – а вот если мы в пятницу уезжать будем, а он не вернется? Как же я его тогда в Москву возьму?

Женька уже размечтался, что купит Ромке большую клетку, положит туда сена, еды. Будет ежик у нас жить.

– А потом он найдет себе жену, женится. Дети у них будут.

Ромку мы все же освободили – побоялись, что ночью сбежать решится и застрянет в щели. Женька проплакал весь вечер. Утром к нам заглянул кот. Кот британский, молодой, на шее ошейник. Брат сказал:

– Был бы брошенный, я бы его себе взял. Или собачку бы завел… Найду брошенную и возьму.

Вот такой у меня брат. Иногда хороший, иногда вредный. Но я его люблю. А это вам наша фотография. Мы здесь на фоне самой большой яхты в мире».

Женька закрыл тетрадь и убрал обратно в стол. Неплохой у него брат, хотя и притворяется взрослым и слишком умным. Но все-таки переживает за Женьку, даже поинтересовался, как разборки в школе прошли. Сказал, что если понадобится помощь, то он готов. На радостях Женька схватил Портоса и потискал немного. Когда-то он хотел кота, а теперь у него свой есть. Женька заглянул Портосу в глаза-пуговицы: «Это я твой хозяин, запомни». Кот мяукнул, будто что понял.

К уроку литературы Островская потребовала описать картину художника, любую. Но с обязательным условием – принести книгу с этой картинкой. Когда в классе начали возмущаться, она спокойно сказала:

– Только не говорите, что в ваших семьях настолько бедные библиотеки, что нет ни одного художественного альбома. Это вас плохо характеризует. Заодно будет повод обзавестись хотя бы одним изданием.

Женька, как пришел домой, сразу же позвонил маме. Та вечером долго ворчала:

– Да у нас куча таких книг была! Я три пакета тете Майе подарила – у нее дочь в художественной школе учится, ей пригодится. Все равно вы с Пашкой не интересуетесь. Оставила себе только «Историю живописи». Выбери картинку и пиши по ней.

«История живописи» оказалась огромной и тяжеленной. Женька с маминой помощью написал сочинение и потащил на следующий урок книгу в отдельном пакете, чтобы не испортить. А то мама пообещала открутить уши. Но Островская книги ни у кого не спросила.

Глава 14

Восьмое марта неотвратимо приближалось, а что подарить Кате, Женька не знал. Сначала он подошел к отцу:

– Пап, а что ты девочкам в школе на праздники дарил?

Тот задумался.

– Ничего, у нас не принято было.

– А если девочка нравилась? – уточнил Женька.

Папа почесал затылок.

– За косичку дергали. У мамы лучше спроси.

Но и мама ничего интересного не рассказала.

– Я с мальчишками в школе не дружила, они какие-то глупые были – вечно за косички дергали. А я их за это била учебником по голове.

Женька поежился: ничего себе! Мама, оказывается, тоже боевая в детстве была. Как только выросла в нормального человека?

Женька представил, что мама, как крутой ниндзя, приходит в школу вся в черном, лицо скрыто маской, по бокам кинжалы. Мальчишки бросаются к маме, чтобы поставить подножку, но мама сама специалист по этому делу. И вот уже – раз! – мальчишки валяются на полу, а мама идет дальше как ни в чем не бывало. Тут к ней пацан бежит – папа например, за косичку дернуть. А мама – два! – перебрасывает его через плечо, и папа тоже на полу лежит, сказать ничего не может. Потом целая толпа мальчишек спешит, а мама – три! – достает учебник и бьет всех по башке наповал. Крутая мама у Женьки была.

Он решил не сдаваться:

– Но если бы дарили, ты бы чего хотела?

Мама ответила быстро:

– Заколку! У меня волосы длинные были, так что подарок в тему бы оказался.

Женька обрадовался: точно! То, что надо! У него как раз немного денег скопилось. Только как купить? Но помог случай: утром по дороге в школу он встретил Лену, соседку с одиннадцатого этажа. Она была старше на четыре года и училась в колледже. Они с детства дружили, Лена даже опекала его в первые годы в школе. У нее Женька и поинтересовался, где можно приобрести подарок? А она возьми и предложи, мол, давай я схожу, все равно собираюсь себе серьги купить. Так что вечером Женька получил небольшой пакет: золотистый, перевязанный лентой. Умеют все же девчонки красиво оформить любую ерунду.

Катя подарку обрадовалась – сразу на волосы нацепила. Женька смотрел на нее – неплохо, надо будет Лене спасибо сказать, выручила она его. Катя поинтересовалась: что он маме подарит? Женька пожал плечами: ничего, деньги-то кончились. А Катя сказала, что жаль. Она бы очень хотела что-то красивое подарить своей, а не может. И Женька расстроился. Он смотрел на Катю и думал: как бы ее успокоить, а то уже глаза отсырели.

– Можно открытку нарисовать, – предложил он.

– Я помогу, – улыбнулась Катя.

Ей шло улыбаться, она становилась очень милой и нежной. Даже страшно было дышать на нее.

После школы они отправились к Женьке. Он достал клей, ножницы и цветную бумагу. Катя мастерила из бумаги цветочки, у нее получалось просто замечательно. Вернувшийся из школы Пашка тоже сел помогать. Вскоре праздничная открытка была готова.

Рано утром братья Суворовы положили подарок маме на подушку. Та сразу же проснулась и счастью своему не поверила. Давно ей сыновья поделок не дарили. Папа презентовал маме на праздник новую сумку, итальянскую, из кожи. Пашка сразу схватил, будто ему, и начал изучать: открыл все кармашки, залез во все отделения.

– Не сумка, а кубик Рубика какой-то, – удивился брат.

Да, с девчонками сложно. Зачем нормальному человеку такая головоломка? Папа все по карманам распихивает, а маме и сумки мало, еще пакет с собой таскает.

В выходные всей семьей ездили в цирк. Женька и Пашка страдали, что время бездарно потратят, что они выросли из детского возраста, но родители уперлись. Ну конечно, им вдвоем неудобно – ведь цирк для малышей, вот они и делают вид, что ради детей билеты купили. Хотя ни Женька, ни Пашка их не просили! Женька настроился мучиться весь вечер, но неожиданно представление понравилось. И клоуны нормальные, и воздушные акробаты, а номера с животными вообще потрясные.

В антракте всей семьей купили кофе и мороженое, хотя все и недешево. Мороженое сливочное, посыпано шоколадной крошкой и полито сиропом. Было так вкусно, что Женька едва удержался, чтобы не облизать креманку. Надо попросить, чтобы мама домой такое мороженое купила. И сироп сварила. Потом папа фотографировал их с Пашкой с цирковыми собачками, одна даже лизнула Женьку в щеку. Милая. В целом день прошел не зря, хотя Женька не стал говорить об этом родителям, а то начнут их с братом всюду с собой таскать.

Секцию Женька не бросил, хотя родители думали, что он только ради друзей туда ходит. Три дня в неделю по-прежнему ездил на занятия, отрабатывая элементы на сто процентов. С бывшими приятелями держал нейтралитет, словно их друг для друга больше не существует. Кончилась дружба, выдохлась, точно открытый лимонад. Он все больше времени проводил с Егором и Катей – гуляли во дворе или ходили в кино. Вскоре потеплело, и снег стремительно истаял, будто худеющий толстяк. По вечерам в свободные дни начали собираться на спортивной площадке играть в футбол: Женька, Егор, пара ребят из параллельных классов и старшеклассники. Катя сидела на лавочке и болела.

Под конец учебного года Женьке вновь досталось от Островской. Он надеялся, что учительница особо придираться не будет – всего ничего осталось, два месяца, последний триместр заканчивается. Но Островская снова задала свой любимый тест – на этот раз по комедии Фонвизина «Недоросль». Женька написал – на три, но Островская осталась недовольна. Мол, не его уровень! Пора на четверки переходить. А потому пусть он перепишет все действия пьесы.

– Она с ума сошла! – бушевал Женька. – Я на тройку выполнил! Только мне и задали да тем, кто на двойку. Это несправедливо.

– Ну перепиши быстренько, – ответила мама. – Там много?

– Там все – действия. – Женька потряс книгой.

Мама посмотрела и тоже рассердилась: так много! Целая пьеса!

– Эх, жаль, что у тебя почерк на мой не похож, – горевал Женька, – так бы ты вместо меня могла переписать. Или хотя бы помочь.

– А был бы ты на меня похож, я бы вместо тебя в школу ходила, – отрезала мама. – Делай сам! А то будешь как недоросль – недоучка.

Женька писал до двух ночи, пока папа спать не погнал. Мол, покажешь, сколько сделал, и хватит. Но Женька будильник на полседьмого поставил и с утра еще поработал. Островская мельком просмотрела исписанную тетрадь и исправила оценку на четыре. Обошлось!

Драка между Женькой и бывшими друзьями вскоре забылась – в классе произошло новое событие: Машка Воробьева втрескалась в Димку Романова! А тот как раз начал встречаться со своей одноклассницей. Выбрал наконец-то. Так Машка подговорила свою подружку Розу, чтобы та помогла. Пока Роза отвлекала глупыми вопросами подружку Романова, Машка подкралась сзади и изрисовала сопернице белые брюки розовым маркером. А та заметила только дома. И вот уже Машкиных родителей вызвали в школу, чтобы они возместили ущерб. Да уж, скучно в седьмом «Г» никогда не бывает.

Глава 15

После весенних каникул в школе решили устроить бал! Хогвартский! Женька не поверил собственным ушам – что произошло с учителями? Обычно от них сверх программы ничего не дождешься. Вечно им ничего не надо. А тут на тебе! Ребята в классе оживились – «Гарри Поттера» все читали и фильмы смотрели. Женька тоже наизусть помнил – с раннего детства в приставку семьей играли. Где мама уровень на логику пройдет, где папа – на скорость и ловкость.

У них с Пашкой даже черный плащ был, как у Гарри Поттера. Мама себе на корпоратив сшила, дрессировщиком была. А пригодился Женьке. Им родители волшебные палочки подарили, так что Женька с Пашкой отвели душу. Пашка, правда, Гарри Поттера любил больше, чем Женька. Пашка даже об очках мечтал, но окулист не выписал – мол, минус один не то зрение, при котором очки требуются.

А еще Пашка волосы не давал коротко стричь, тоже из-за Гарри Поттера. Один раз его в парикмахерской обкорнали, так брат разрыдался, что теперь не похож на волшебника, хотя и раньше похож не был. Даже когда шрам на лбу рисовал. А теперь Пашечка обзавидуется – в его школе таких балов не устраивают.

Всем классам раздали задания – кому готовить зал, кому придумывать программу, кому – ставить танцы. Женькиному выпало вместе с параллельными украсить актовый зал. От седьмого «Г» выбрали инициативную команду, куда Инна Владимировна неожиданно включила Катю и Женьку.

– Может, хоть тут, Суворов, от тебя толк будет.

Женька был не против – ну сходит на межклассное собрание, запишет, что решили, и передаст своим. Непыльная работенка. Но неожиданно увлекся, даже пересмотрел несколько серий «Гарри Поттера».

Собрание классов прошло слаженно – идея бала понравилась не только седьмому «Г». Было решено принести из дома новогодние гирлянды – кому чего не жалко, а дополнительно сделать своими руками – из цветной бумаги и фольги. Женька отыскал в интернете несколько полезных ссылок, а затем разослал одноклассникам. В пятницу на классном часе седьмой «Г» занялся ручным творчеством. Настолько всем понравилось, что задержались в школе на два часа и даже Инна Владимировна не ворчала, а купила всем пирожков в школьном буфете – подкрепиться.

На уроках физкультуры вместо обычных занятий репетировали танцы, чтобы как следует подготовиться. Женька и остальные пацаны перебороли смущение – если Гарри Поттер и его друзья справились, чем они хуже? Оказалось, что девчонки могут вести себя вполне нормально: не хихикать, как дурочки, и не делать вид, что танец – это сродни любви на всю жизнь, поэтому пригласившего надо рассматривать чуть ли не через лупу.

Женька отыскал дома черный плащ и примерил – как раз. В детстве мама подшила плащ, чтобы им с Пашкой был по росту, а теперь просто надо было отпороть по шву. Мама пришила по низу серебряную гирлянду – получилось суперски! Брюки Женька решил надеть школьные – подходят. А новую рубашку выпросил у мамы. Та сперва изумилась – что на Женьку нашло? Но в выходные они сходили в магазин и выбрали приталенную рубашку нежно-сиреневого цвета.

Пашка все эти дни завидовал. Женька видел, что брат тоже хочет поучаствовать в Хогвартском балу, поэтому сказал:

– Хочешь, со мной пошли? Там из твоего старого класса ребята тоже будут.

Но Пашка отказался – мол, неудобно. Лучше он на следующий год в своем лицее такой бал организует. Он ребятам рассказал, и те тоже загорелись. Главное, учителей уговорить.

В четверг в час дня Инна Владимировна повела седьмой «Г» в актовый зал. Женька надел плащ, правый край закинул на левое плечо для загадочности. Девчонки пришли в нарядных платьях под цветными плащами. В зале все сверкало. С потолка спускались гирлянды, сделанные руками Женьки и его одноклассников: серебристые снежинки на длинных подвесках и алые цветы. На стенах – гирлянды, оставшиеся с Нового года, мигающая иллюминация.

Сначала устроили конкурс на лучший костюм Гарри Поттера. Женька пожалел, что не уговорил маму сделать шляпу, как у магов, не взял волшебную палочку и не нарисовал себе шрам. Так что приз достался какому-то пацаненку из пятого класса. Затем каждый тащил бумажку с названием факультета. Женьке достался Когтевран, а Кате – Слизерин. Они прицепили на мантии банты с цветом своего факультета. А потом с остальными стали сражаться за честь своих команд. Конкурсов было много: и на смекалку, и на ловкость, и на быстроту. Женька тоже получил приз – пакет волшебных бобов, которыми угостил Егора и Катю. Смешно было, когда попадались конфеты со вкусом земли или рвоты – и не выплюнешь, и есть не хочется.

А потом Гарри Поттер из пятого класса открыл бал. Зазвучала музыка и двое восьмиклассников – парень с девушкой – запели. У них выходило не хуже, чем у настоящих певцов. Женька немного растерялся, но затем пригласил Смирнову – зря они целую неделю всем классом тренировались? Катя была такая радостная и торжественная, что Женьке тоже стало хорошо. Они медленно кружились, а сверху сыпалось конфетти. И песня была по-настоящему завораживающая, от нее мурашки по коже бегали. Замечательный праздник получился у них в школе, не хуже, чем в Хогвартсе. А под конец началась настоящая дискотека. Домой Женька пришел ближе к вечеру и долго делился с братом впечатлениями.

Под конец учебного года Островская решила устроить экзамены по русскому языку: целых двадцать билетов подготовила! Женька искал ответы в интернете и переписывал в тет-радь. А еще надо было найти и разобрать примеры. И на подготовку всего неделя! Но Женька даже не ворчал – а смысл? Все равно заставят сдавать, не отвертишься. Он вместе с мамой разбирал билеты, а потом рассказывал наизусть. Причастия и деепричастия, правописание – нн- и – н-, не- с разными частями речи, предлоги, союзы – голова пухла, точно в нее, как в мусорную корзину, набили кучу хлама. Женька серьезно готовился к экзамену, но все равно с первого раза не сдал – неудачный билет вытащил.

– Может, летом пересдавать придется, – предупредил он маму.

– Ничего страшного, – утешила та, – мы в начале июня никуда не уезжаем.

Понятно, что ничего страшного, но летом хотелось гулять, а не заниматься уроками. Уже распустились одуванчики, буйствовала сирень. Женька чувствовал себя одуревшим зайцем, который готов носиться целыми днями без устали. А приходилось заниматься, чтобы не тратить драгоценное время на каникулах.

Вторая попытка тоже оказалась неудачной. Женька переволновался и перепутал вопросы: написал ответ не на свой. После этого он на всякий случай приготовил шпаргалку к самым сложным билетам.

Третья попытка состоялась в конце мая. Неудачников осталось шесть человек, и все чувствовали себя неуютно. В комиссию входило трое преподавателей: завуч, Островская и еще одна учительница, которую никто не знал. Женька вытащил билет и почувствовал облегчение: вопросы он знал. Он быстро написал ответы и стал ждать своей очереди – вызывали по алфавиту. Рядом сидел Денис, на второй вопрос он ничего не написал. Женька осторожно передал записку: повезло, что он сделал шпаргалку к этому билету. Денис быстро, пока спрашивали другого, накатал ответ на листке. Сдали все. Остаться на второй год Женьке не грозило.

Инна Владимировна в последний школьный день снова повела своих подопечных в кино. Женька вздыхал – не умеет классная руководительница фильмы выбирать, но отправился со всеми. Потом они сидели в одном ряду с Катей и Егором, смотрели кино, а после отправились в кафе. Женька ел мороженое и обсуждал фильм с друзьями. Потом они вывалились на улицу, и Женька громко и от души, во всю мощь легких завопил: «Ка-ни-ку-лы!» Затем он помчался по улице наперегонки с Егором. Катя бежала следом. Мелькали дома, деревья, проезжающие машины. Солнце било в глаза, и Женьке приходилось щуриться. Сердце стучало как бешеное, с каждым толчком ноги Женьке казалось, что еще немного, и он взлетит. В этот момент Женька был абсолютно счастлив.

Content

Лада Кутузова
Укрощение строптивого Женьки

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15